О моем перерождении в злодея

Глава 1

Я ЗДЕСЬ ВСЕ ПЕРЕВЕРНУ, КАК ЗАХОЧУ.

- Да как так!!! – яростно и со всей злостью Пен отшвырнул книгу в стену. Она ударилась об нее с громким глухим звуком, и упала на пол.

- Почему ты так просто и позорно проиграл!!! Ты ведь мог уничтожить здесь все к чертям!!! Разве так должен выглядеть главный злодей!!! Это не злодей – это УБОЖЕСТВО!!! Если бы я был там, то поступил бы, как и подобает злодею! Ненавижу!!! Это авторка Нами вместо того, чтобы раскрыть злодея, в своей книге «Линель - принцесса демонов», сделала из него кусок пушечного мяса, которое главная героиня пинает, как грушу! Все, лишь для счастливого конца! Хоть бы раз где-нибудь злодея сделали нормальным, не тем, который после битвы с главным героем (героиней) умирает или проигрывает! Хоть бы раз написали бы, что выиграл! Никто не хочет этого делать! НИКТО!!!

Выплеснув весь свой гнев и испенав стену, Пен поднял книгу и разорвал ее. Он всегда был на стороне злодеев, когда читал новеллы, книги, смотрел фильмы, играл в игры. История главных героев его мало интересовала, т. к. они у всех практически одинаковые, а вот у злодеев – это всегда удивляло. Но иногда многие авторы забывали или не могли нормально прописать всю глубину эмоций, психологических проблем соперников главных героев и это очень сильно бесило Пена.

- Да пошло оно все! – крикнув в последний раз, Пен подошел к кровати и лег спать.

Когда он открыл глаза, то увидел, вокруг себя мальчишек лет пяти. Они протягивали ему руки и говорили:

-Пойдем играть Педро!

Пена передернуло.

«Педро!? Это же имя недозлодея из «Линель – принцесса демонов». Почему они зовут меня так?»

Когда Пен проигнорировал ребятишек, они гневно сказали:

- Эй Педро, оглох что ли? Идем играть или нет?

- А, да идем – промямлил Пен. – р-ребята, а сколько мне лет?

Дети уставились на него, как на полоумного. Но один мальчик ответил:

- Педро, не пугай нас. Тебе столько же сколько и нам – пять.

«Пять?! Но мне двадцать! Это походу было, теперь пять. Как же я попал в книгу? Я точно помню, что заснул дома на кровати. Если я здесь, то в настоящем я что – умер? Так спокойно! Что-нибудь придумаю. Может даже и хорошо, что я здесь. Покажу всем, каким злодеем нужно быть. А пока пора ретироваться».

Сымитировав падение на ровном месте, Пен поныл:

- О-ой, как больно! – и потер ногу. – Ребят, я домой пойду, ладно?

Дети переглянулись и сказали:

- Иди. Сам дойдешь?

Пен встал и, поковыляв, ответил:

-Да, дойду. Может, завтра погуляем. Всем пока – и не слушая, что отвечают ребята, пошел в библиотеку к матери.

Дойдя до библиотеки и войдя внутрь, Пен поздоровался с мамой:

-Мам, я дома. Как у тебя дела?

Мать Педро, работавшая библиотекарем, ответила:

-Хорошо все. Ты к себе пойдешь?

-Да, удачно доработать.

«Только я не знаю где это? Вот авторка тварь, ничего не прописала. Только то, что Педро с матерью живут в библиотеке и все. Зашибись! И где мне искать мою комнату?»

Пройдясь по библиотеке, Пен наткнулся на лестницу, которая вела вверх.

«О, наверное, на 2 этаже. Ну да, логично, не спать же им между стеллажами?»

Поднявшись на 2 этаж, Пен огляделся. Там было две двери. Заглянув за одну, он увидел комнату, заваленную книгами. Только кровать была пуста от груза. Заглянув в другую – маленький письменный стол, стул и кровать, больше ничего. Зайдя внутрь и пройдясь взад- вперед, Пен подумал:

«Наверное, это моя. Да уж, скудно, даже окна нет! Чем дышать-то? А что я хотел – какая книга, такая и комната – пустая.»

Сев за стол и подперев подбородок рукой, Пен начал анализировать ситуацию:

«Итак, я оказался в теле злодея книги «Линель – принцесса демонов», сейчас мне пять лет. Я полудемон, рожденный человеком. Мой отец – Король королевства, которое я не знаю, как называется, ага, привет авторке, но знаю, что он Владыка Демонов, у которого есть жена, двое детей и еще не родившаяся дочь - главная героиня. Я его незаконнорожденный отпрыск. Как раз в это время у меня должны начать проявляться демоническая энергия, а к ней в довесок какие-то молнии, которые авторка добавила, непонятно зачем. Если я этими молниями кого-то раню, мне пипец. Моя жизнь станет адом, а мне этого не надо. Самому хватало быть изгоем и мальчиком для битья. Нужно как-то научиться управлять ими, а в книге было написано, что Педро только в 15 лет пойдет на службу в королевский замок, где и прочитает в книгах, как контролировать и управлять энергией. А что написано в этих книгах – не знаю, мать его, авторке же не надо прописывать сюжет. Ладно, придется сидеть здесь столько, сколько возможно. Или как-то выкручиваться. Стоп! Я же злодей. Начну практику с людей. Как там было написано – убьешь один раз, убьешь и второй. Этот девиз как нельзя кстати мне подходит. Что ж решено, когда начнутся проявляться молнии, уйду в странствие практиковаться. Пусть же этот мир узнает своего истинного злодея».

Глава 2

Я СПРАВЛЮСЬ?

За своими мыслями Пен не заметил, как уснул прямо за столом. Сквозь сон он почувствовал, что его трогают за плечо, а точнее во всей силы трясут. Резко подскочив, Пен возбужденно затряс головой взад - вперед.

«Что происходит? Где я?»

Услышав голос позади себя, Пен похолодел от ужаса:

-Ты что здесь делаешь? Почему не в своей комнате?

Выдохнув с облегчением, Пен повернулся к своей «матери»:

-Мама, я случайно перепутал, прости.

Мать Педро обеспокоенно спросила:

-Сынок ты не заболел? Все хорошо?

-Да, но я…

«И что мне ей сказать? Я не твой сын, ты не моя мать, я вообще не знаю, как тут оказался. Да, ну и бред! Еще не хватало в психушку меня упекнуть! Даже интересно стало, тут есть психушка? О чем я думаю вообще? На кой она мне сдалась! Нужно придумать, что ответить, а не херней страдать».

Пока Пен думал, мать Педро положила свою руку ему на лоб:

-Температуры вроде нет. Точно все в порядке?

Пен закивал. И все же решил пойти ва-банк:

-Мам, а почему в моей комнате так много книг?

Мать Педро ошарашил этот вопрос. Ее глаза полезли на лоб, а она сама не замечая того стала оседать на пол. Пен успел схватить ее за руку, но веса пятилетнего ребенка не хватило, чтобы удержать его и женщину, они упали на пол вместе.

«Ешкин дрын, что я такого сказал, чтобы чуть в обморок не падать!»

Отойдя от шока и осознав, что сидит на полу, мать Педро встала, подняла своего сына на руки и отнесла к своей кровати. Посадив ребенка на кровать, стала гладить его по голове и ворковать:

-Милый, ты, что потерял память? Неужели где-то на улице упал и не помнишь? Как ты мог забыть, что так дорого для тебя?

Она расплакалась, но теперь пришла очередь Пена быть в ауте.

«Приятно. Так приятно, когда тебя гладят. Я и не знал, как это хорошо. Меня раньше никогда мама не гладила по голове. Да я и никогда не слышал, чтобы она мне что-то с тревогой говорила. Да она вообще мной не интересовалась. Спрашивала только дома ли я и что буду есть. Отец меня никогда и не замечал, я даже с ним ни разу не разговаривал за все 18 лет, что жил с ним. Когда я съехал на съемную квартиру, ни мать, ни отец, мне ни разу не звонили, да и я не горел желанием набрать первым. Интересно, хотя бы на работе обо мне вспомнили, или это все сон, и я проснусь, снова живя как в дне сурка – никому не нужен, да и мне никто не нужен. Приду на работу в доставку еды, возьму заказы, развезу их клиентам, потом домой, ну как домой – в съемную квартиру, где ждут меня книги, фильмы и игры. А что еще остается – друзей у меня никогда не было, наоборот – были только враги. Это я считал их врагами, а они меня - куском дерьма. Девушек у меня было много, я отличался от других парней красотой и кротким нравом. Странно, что девушки выбирали меня, а не «крутых» парней, которые кичились своими достижениями в спорте, учебе и т.д. и которые были «альфа-самцами». Я же никому ничего не доказывал, делал, что говорят и спокойно жил вдали от всех (кроме девушек). Вот поэтому у меня и появилось, столько врагов. После школы, универа они постоянно меня избивали, видите ли, я их девушек увожу, а я не мог даже дать сдачи, т.к. драться вообще тогда не умел. После 1 курса я отчислился из универа и устроился на работу. Меня достали эти избиения. Думал, что, поменяв коллектив, я смогу наладить контакт с одногруппниками, но нет. Хоть девушки на меня и вешались, но я не мог дать им, что они от меня хотели – любви и понимания. Я никогда их не целовал, не обнимал, не говорил комплиментов, не держал за руку, но водил в кино, как они просили, покупал цветы, как они просили. Почему же я не мог их целовать, обнимать, они же могли попросить? Да, они просили и не раз, но… я не мог себя заставить. Один раз смог приобнять за талию, но сразу, же отдернул руку, будто бы ошпарился кипятком. Девушка подумала, что с ней что-то не так и в слезах убежала. Любил ли я их? Не знаю. Мне, наверное, просто нужно было общение хоть с кем-то. Все они порвали со мной только из-за этого. Но с ними все в порядке, это со мной - нет. После череды таких разрывов, я задумался, а не пойти ли мне к психологу. Походив несколько сеансов, я для себя понял – никакие терапии, гипнозы и все в этом духе мне не помогает. Тогда я прочитал в интернете цитаты, и решил попробовать по-другому. А цитаты были такие -

«Я люблю этот мир, но меня никто не любит, не понимает, не чувствует». Однажды наткнувшись на книгу «Герой нашего времени» М.Ю. Лермонтова я вычитал: «Я был готов любить весь мир, но меня никто не понял: и я выучился ненавидеть». Когда я это прочитал, то сразу подумал: «А почему нет?» После этого я начал вспоминать всю свою жизнь от начала и до того дня, когда прочитал цитату. Родителей, врагов. Во мне стало что-то пробуждаться — это была ярость, злость, обида, ненависть. Мне захотелось их всех заставить заплатить за все. Но я живу в мире законов, и не хочу в тюрьму за убийство, поэтому выплескиваю свои эмоции в виртуальном мире. Так я остался один в своем одиночестве и прожигании своей никчемной жизни. Странно, что с такой жизнью я не спился, не обкурился, не наглотался таблеток. Просто потому, что я не переношу алкоголь, запах сигарет заставлял задыхаться и чихать, наркотики, я никогда не пробывал, да и не хочу начинать, что на счет таблеток или суицида, то я банально боялся смерти, и сама только эта мысль претила меня впасть в безумие. Вот так и жил до того, как попал сюда. Эх, может быть мне дали шанс прожить другую жизнь?»

Не осознавая того, что по щекам текут слезы, Пен был совершенно в другом мире – мире самоанализа. Мать Педро видя, что ее ребенок плачет, прижала его к себе, обняла и повторяла:

-Все хорошо. Мы справимся. Я с тобой. Мы начнем все заново.

Вернувшись из воспоминаний, Пен почувствовал тепло тела матери Педро и сырость на своем лице.

«Я что, плачу? Почему? Я не хочу плакать, тогда почему слезы текут? Я не понимаю. Хватит! Хватит уже!!! Я изменился! ИЗМЕНИЛСЯ! ЭТО ТАК ЖАЛКО! НИЗКО! Я НЕ ЖАЛЕЮ СЕБЯ! Я НЕ ОПРАВДЫВАЮ СЕБЯ! НЕ СОЖАЛЕЮ О СВОЕЙ ЖИЗНИ! ТЕПЕРЬ Я ДРУГОЙ ЧЕЛОВЕК, НЕ ТОТ, ЧТО БЫЛ! ТАК ЗАЧЕМ Я ПЛАЧУ? ЗАЧЕМ!!!» - но слезы все текли и текли, а его все обнимали и обнимали.

Когда поток слез наконец закончился, Пен вспомнил последнее предложение, которая сказала мать Педро до его ухода в себя. – Как ты мог забыть, что так дорого для тебя?

«Дорого для тебя? Это что – книги? Педро уже умеет читать в 5 лет?»

Выбравшись из объятий, Пен спросил:

-Мам, я правда много чего не помню, я уже умею читать?

-Да, я научила тебя читать уже в 4 года, т.к. больше нечем было заниматься. Все деньги уходят на еду и одежду, из игрушек только книги. Это сейчас ты играешь на улице с ребятами, но книги для тебя всегда оставались самым дорогим.

-Ясно.

-Ты наверно уже проголодался? Пойдем есть.

-Угу, пойдем.

Взяв мать Педро за руку, Пен вышел с ней на улицу. Они пошли в таверну ужинать. Вернувшись после ужина уже в свою комнату, Пен решил посмотреть, что за книги читал настоящий Педро. «Приключенческие романы. Да, теперь понятно, почему во взрослой жизни у Педро в замке тоже было дофига книг – они напоминали ему о днях, проведенных с матерью. Если бы не эти чертовы молнии, мать Педро была бы жива, но из-за того, что он не мог их контролировать, она умерла. Он сам убил ее ей. И все из-за этого ублюдка короля. Поэтому мне нужно уходить, пока они не начали проявляться. Пока единственной проблемой остаются деньги. Придется их украсть. Я, конечно, занимался мелким грабежом, и навыки у меня есть, но сейчас придется действовать осторожно и скрытно. Начну исследовать обстановку по дням, а по ночам – действовать. Надеюсь, я справлюсь, и меня не поймают. Если поймают, хорошо это не закончится. Хоть бы все получилось».

Глава 3

Я ВСЕ ДЕЛАЮ ПРАВИЛЬНО?

Прошел 1 месяц.

За этот месяц Пен изучил всю деревню, в которой жил, побывал в домах своих «друзей» в качестве гостя, и чтобы поиграть с детьми. Во время таких «посиделок в гостях» изучал обстановку дома, мысленно рисовал план помещений и выискивал, где родители, опекуны его друзей держали деньги. Мальчишек, у кого в гостях он побывал было пятеро. Решив, что ночью красть не выйдет, Пен придумал другую идею. Когда он был в гостях у мальчиков в первый раз, он все осматривал и искал деньги. Найдя эту «золотую жилу» уже в следующие «проникновения в дом» он предлагал ребятам поиграть в прятки. Когда дети соглашались, Пен предлагал присоединиться к игре взрослого, который был с ними дома. Когда дети прятались, взрослый человек, должен был закрыть глаза и считать до 20. Сразу после начала отсчета, Пен бежал в комнату, где были деньги, взяв немного и подложив «липу» на место кражи, бежал в другие места прятаться. Деньги он спрятал в потайной карман, который сам сделал, найдя в домах своих друзей всякие ненужные материалы, которые они ему с радостью отдали. «Липу» сделать было еще проще. Когда он с детьми был в гостях у конкретного своего друга, уходил самым последним, попросив одолжить на время у разных детей краски, чистые листы, кисти, ножницы, якобы для «помощи матери по разным делам». Ночью, убедившись, что мать спит, делал поддельные деньги. Рисовал Пен хорошо, и чтобы отличить фальшивую купюру от настоящей, нужно было хорошенько к ней приглядеться.

По истечению месяца он собрал приличную, как ему казалось, сумму и начал готовится к уходу из деревни. Т.к. ни портфеля, ни мешка у него не было, пришлось использовать простыню и пододеяльник. Сложив в них еду, которую он откладывал по истечению месяца – консервы, бутылки воды, найденные комплекты одежды и комплекты, которые ему одолжили родители его друзей (что очень кстати и обязательно пригодится), и ножи. Деньги он носил всегда в своем потайном кармане, и перекладывать не собирался. Мало ли что, если украдут связки с припасами, то останутся хотя бы деньги. Один нож Пен тоже решил положить в карман штанов, на всякий случай.

Ночью, когда мать Педро заснула, Пен пришел к ней в комнату. Посмотрев на умиротворенное лицо женщины, он улыбнулся в первый раз, как тут оказался, по-настоящему. Подойдя к кровати, Пен дотронулся рукой до волос матери Педро, откинув несколько локонов назад, наклонился и поцеловал ее в лоб. Женщина дернулась и произнесла сквозь сон:

-Ты вернулся Сантал. Я так ждала тебя.

Пен нахмурился.

«Это еще кто? Мой отец? Мама, ты что, до сих пор его любишь и ждешь? Этого предателя и скотину! Нет, он не достоин твоей любви! Я хочу, чтобы ты нашла себе достойного мужчину, а не эту тварь! Прости меня, что ухожу, но так нужно. Я полюбил тебя, я хочу и могу называть тебя своей мамой, а не ту женщину, которая меня родила. Проживи эту жизнь счастливо, мама».

Взглянув на мать Педро в последний раз, Пен развернулся и пошел на выход из комнаты.

«Мама, он заплатит за твою любовь сполна».

Выбравшись из библиотеки с двумя «котомками», Пен пошел на выход из деревни. Выйдя за пределы деревни, он увидел проселочную дорогу.

«Пойду пока по ней, а там посмотрим. Хорошо, что сейчас лето и можно спать на открытом воздухе». Пройдя где-то часа три или четыре, Пен увидел старую мельницу.

«О, если она заброшена, то там можно отдохнуть и немного поспать».

Подойдя, обследовав и убедившись, что мельница заброшена, Пен со стоном сел на деревянный пол. «Можно поесть и немного поспать».

Проснувшись утром, Пен потянулся и почувствовал, что рука начала дрожать.

«Что это? Неужели началось!»

Вскочив на ноги, он как ошпаренный выбежал на улицу. Когда его ноги коснулись земли, Пен не удержал равновесие и упал с криком боли:

-А-АААА.

Из его руки вылетела синяя искра, которая озарила своим светом поле его зрения. Пен зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел выжженную землю вокруг себя на расстоянии нескольких метров. Пен запаниковал:

— Это ужасно! Так и убить невинных проще простого! Я, конечно, злодей, но не хочу брать смерти невиновных на себя, чтобы они потом в кошмарах снились! Да я и не убивал еще никогда, что уж тут говорить! И мне еще с этим сколько, лет десять жить? Да идите к дьяволу! Я отказываюсь! Настоящий Педро научился контролировать свои молнии тогда, когда захлебнулся эмоциями от убийства матери. А мне, как прикажите это сделать? У меня, конечно, были враги, недородители, но чувств совсем глубокого отчаянья, боли до безумия, я не чувствовал никогда. Все, что я могу, так это попробовать заглушить их медитациями. Сам ни разу не пробывал, но посмотрев ролик на ютубе, могу хотя бы здесь это сделать. Нужно сесть в позу лотоса, отключить все мысли, глубоко дышать и представлять счастливые моменты. Только из-за последнего пункта я их и не делал в прошлой жизни. Потому, что какие блять, счастливые моменты! Их у меня не было, но сейчас… я могу выделить хоть что-то. Ладно, попробуем».

Сев на траве (боже упаси, сесть на выжженную землю), Пен начал пробовать. Посидев так с десять минут, ничего не происходило. Посидев еще двадцать, он плюнул, встал и пошел завтракать. Пройдя несколько шагов от места, где медитировал, рука снова затряслась, но сразу успокоилась, осталось только легкое покалывание.

«Надо же, сработало. Может я и продержусь. А пока, нужно поесть и отправляться дальше. Все же меня ждут великие дела».

Глава 4

«ВЕЛИКИЙ УЗУРПАТОР».

В пути Пен находился около недели. За время своего путешествия он не нашел ни одной деревни, про город тут и говорить нечего. Только поля, леса и на этом все. Спал, где попало, да и ел тоже. Медитации ему помогали, но ненадолго и рука болела все время, да так, что нести в ней свои сумы не представлялось возможным. Поэтому путешествовал он как улитка. Когда у Пена начала кончаться вода, он уже начинал отчаиваться.

«Нужно срочно найти водоем и побыстрее. Ах, как же хочется помыться и постирать, наконец, вещи! Но самое главное – это питье. Если я не буду пить, то точно умру».

Забравшись на самое высокое дерево, Пен огляделся. Приблизительно в 20 километрах от него был водопад.

«Ну, хоть что-то».

Спустившись и помедитировав, он отправился в дорогу. Через полдня Пен увидел водопад. Подойдя поближе и зачерпнув рукой воду, Пен обрадовался. «Пресная и чистая. Наконец-то можно пополнить запасы и помыться».

Заполнив все бутылки, помывшись и постирав на скорую руку комплекты с одеждой, Пен вздохнул с облегчением.

«Как же все-таки хорошо на природе. Красота. В прошлом я из города даже и носа не совал, видно зря. Ладно отдохну здесь, а завтра, надеюсь, повезет и найду хоть кем-то обжитое место».

На следующий день к вечеру Пену несказанно повезло. Он набрел на город. Пройдясь по центральной улице, он нашел таверну.

«О, можно и подкрепиться, а заодно и узнать хоть какую-то информацию».

Открыв дверь, Пен остолбенел. Внутри сидели здоровенные амбалы, и пили какую-то бодягу.

«Вот только головорезов мне сейчас для счастья не хватало. Надеюсь, не прицепятся ко мне».

Нацепив на лицо серьезную маску, Пен начал проходить через разбойников к бармену. Никто его не тронул. Мысленно выдохнув, Пен сел на стул и спросил бармена:

-Здравствуйте, что у вас есть в меню?

Бармен удивленно поднял бровь и поставил на стол стакан, который протирал:

-Малец, ты, чей будешь?

-Я не местный, путешествую по королевству.

-Заклинатель что ли? Впрочем, это не мое дело. Деньги есть?

Пен вытащил несколько купюр. Бармен ухмыльнулся.

-Все-таки угадал. С тобой приятно иметь дело маленький адепт. Есть макароны с курицей будешь?

-Да. Но вы ошиблись, я не адепт. Просто путешествую по разным городам, деревням. Мне интересно узнать, как живут люди в разных условиях, какими работами они занимаются. А кто такие заклинатели, я не знаю и к ним не отношусь.

-Малец, вот только не надо меня обманывать. Вот, держи твоя еда. – бармен поставил перед Пеном тарелку с макаронами. – С тебя тысяча пелей.

Пен отдал одну купюру. Бармен, взяв ее, начал смотреть на подлинность, а Пен побыстрее есть.

«Вкуснятина. Никогда бы не подумал, что так соскучусь по макаронам и курице!»

Положив купюру себе под рубашку, бармен продолжил:

- Так разговаривать могут только те, кто, либо очень богат, но такие к нам без охраны не ходят, а ты как погляжу один. Да и я тут не первый год работаю, таких сволочных отпрысков повидал. Нет, были и дипломатичные дети, но они без охраны в 20 человек сюда не совались. Да и одежда на тебе не первой свежести и носки. Аристократы в такой ходить не будут. Либо те, кто пошел в заклинатели и имеют учителей или учителя. Они их и учат так разговаривать. Обычные дети твоего возраста двух слов нормально связать не могут. Если ты не относишься ни к тем, ни к другим, то ты малец – лжец. А я таких людей ой как не люблю.

Бармен щелкнул пальцами и все амбалы сразу прекратили пить и повставали со своих мест. Пен подавился едой.

«Твою мать! Мне же 20 лет, естественно я так говорю. Вот и проблемы пришли. Еще эти долбаные заклинатели! Кто это вообще? В сюжете книги о них и слова нет! Что делать-то?»

Пока Пен кашлял, один из амбалов поднял его за шкирку и спросил:

-Пацан, что ты знаешь о нашем короле?

«Вот и все. Закончилось мое приключение. Сейчас меня убьют!!! Даже если я сейчас умру, то хотя выскажусь!»

Пен начал злобно смеяться, а в глазах появился дьявольский огонь:

-Ха-ха-ха, король, скажите тоже. Это мразь собачья, а не король. Хотите правду! Даже если вы меня сейчас убьете я скажу – я незаконнорождённый его сын! Этот ублюдок испортил моей матери жизнь, так еще и меня ей заделал! Что я о нем знаю спрашиваете – что он говно собачье и я его ненавижу всей душой! Я и путешествую только ради того, чтобы найти его и прикончить!

Пока Пен изливал свою душу, бармен и амбалы восхитились смелостью мальчика. Кога Пен закончил свою пламенную речь, бармен захлопал в ладоши, а амбалы рассмеялись.

«Все я высказался. Можно умирать спокойно».

Пен закрыл глаза и стал ждать смерти. Когда смех стих и бармен перестал хлопать, он обратился к Пену:

-А ты хорош, малец. Не робкого десятка. Даже на пороге смерти не побоялся сказать правду.

После этих слов, Пен почувствовал, что его опускают на сидение, где он ел свою еду.

«Что? Меня не убьют?»

Пен удивленно посмотрел на бармена. Он улыбался.

-Малец, мы все здесь мятежники и хотим свергнуть этого короля. Всем нам он здесь испортил жизнь. Я работал у него в замке, когда моя жена заболела. Смертельно. Когда симптомы только появились, ее еще можно было спасти. Я попросил короля о том, чтобы даже самый плохой лекарь ее осмотрел. Поклялся работать всю жизнь бесплатно, даже если он захочет сделать меня рабом и продать, мне было все равно. Лишь бы жену хотя бы осмотрели. Он согласился и дал мне одного из своих приближенных лекарей. Когда мы пришли ко мне домой, лекарь сказал ждать его и не заходить. Он вышел через полчаса и сказал, что моя жена смертельно больна, но если начать давать лекарства сейчас, то она выживет. Но я не должен видеть, что она пьет и когда. А лучше мне вообще ее не видеть месяц. На радостях, что ее можно будет спасти, я согласился не видится с ней месяц. По прошествии месяца, когда я шел домой, то почувствовал трупный запах. Добежав до дома и открыв дверь, я увидел свою жену и закричал. Это была не моя жена, а ее куски от линчевания. Запах разлагающегося «трупа» был просто невыносим. Тогда я понял, почему мне нельзя было приходить сюда в течение месяца – я бы почувствовал этот смрад. В слезах я побежал к королю, но стражники меня не пустили и выгнали взашей. После этого я забрел в этот город, устроился здесь барменом и искал таких же как я людей, которые пострадали от рук короля…

Бармена перебил амбал:

-А у меня так сын…

А его перебил другой:

-А у меня дочь…

Потом все начали друг друга перебивать.

- Моя мать…, мой отец..., брат…, сестра ….

Только когда бармен ударил кулаком по столу, они замолчали. А он продолжил:

- А у него оказывается есть внебрачный ребенок. Мы свергнем короля и посадим тебя, малец, на трон. Ты станешь узурпатором и нашим спасением. Ты согласен? Как тебя зовут, малец?

Сказать, что Пен был в шоке ничего не сказать. «Подождите! Остановите этот мир, я выйду. Я собирался умирать, какой узурпатор! И они мне на слово поверили, что я сын короля. А если бы я сказал, что я мать Тереза, тоже бы в ножки кланялись? Это какая-то фигня. Точно есть подвох, вот только где?»

-Меня зовут Педро. А на счет узурпатора нужно прояснить несколько вопросов…

Тут дверь таверны открылась, и Пен замолчал. Внутрь вошел старый человек с длинной бородой и плавной походкой прошел до барной стойки. Бармен с улыбкой протянул старику руку. Он ее пожал. Бармен обратился к старику:

-Давно не виделись, Ганс. Как проходит твоя аскеза?

-И тебе не хворать, Рам. Почти дошел до предела. Скоро будет прорыв.

-Отлично. Если ты все равно здесь, можешь кое-что проверить… – дальше было Пену не услышать, т.к. бармен, которого назвали Рам, наклонился и зашептал старику что-то на ухо. Он кивнул головой, повернулся и обратился к Пену:

-Мальчик, дай мне свою правую руку.

-Зачем, дедушка?

-Мне нужно кое-что посмотреть.

-Л-ладно. Пен протянул к нему руку. – Вот.

Старик, взял его за руку и закрыл глаза. Когда он их открыл, то обратился уже к Раму:

-Мальчик говорит правду. Он является сыном нашего владыки. – и отпустил руку Пена.

Пен посмотрел на старика с удивлением.

«Рука. Рука больше не болит. Как он это сделал? Как узнал, что именно правая рука у меня с молниями?»

Рам улыбнулся до ушей и прокричал:

-Да здравствует узурпатор! Великий узурпатор!

Все амбалы подхватили:

-Да здравствует великий узурпатор!

«Что происходит объясните уже мне наконец!!!»

Когда крики стихли, Рам снова ошарашил Пена:

-Малец, Ганс станет твоим учителем.

Глава 5

ВЫ МНЕ ХОТЬ ЧТО-НИБУДЬ ОБЪЯСНИТЕ?

После слов Рама, снова последовал галдешь. Вздохнув, Пен подпер рукой подбородок и стал ждать, когда он стихнет. Тишина наступила нескоро. Но когда наконец-то все замолчали, Пен сложил руки на груди и обратился к Гансу и Раму:

-Господа, это, конечно, все замечательно, но давайте по порядку. Объясните мне все подробно и досконально.

Рам с улыбкой хищного зверя, сказал:

-Нет, малец, сначала ты нам все расскажешь. Откуда будешь? Про свой словарный запас? Свою жизнь? Все здесь присутствующие внимательно тебя слушают.

Пен отзеркалил оскал Рама и спросил:

-А если кто-нибудь зайдет? Какие-нибудь гвардейцы? А мы тут заговор готовим?

Рам рассмеялся:

-Поздно ты спохватился. Они уже здесь. И пойдут доносить королю о заговоре. Ай-яй-яй, как же быть? – и театрально поднял руки к потолку. Пен пристально на него посмотрел и начал испепелять взглядом. Когда с актерским мастерством было покончено, Рам ответил серьезно:

-Не бойся. В таверну, где сидят бугаи из местных, никто не сунется. Гвардии нас не патрулируют. Если бы «благородные охранники» здесь уши грели, мы бы не вели себя так раскрепощенно.

«В принципе, логично» - подумал Пен, а Рам продолжил;

-Но если ты не хочешь здесь рассказывать, то прошу в комнату наверху. Там нас никто не побеспокоит.

-Но комнату может дать только хозяин таверны, или…

Рам кивнул:

-Верно, я и есть хозяин. Ты согласен, Педро, пойти наверх?

-Да, но при условиях. Первое – я расскажу только тебе и дедушке. Второе – поклянитесь на крови, что и пальцем меня не тронете. Это все.

Рам снова рассмеялся:

-А говорит, что не заклинатель. Сам себе противоречит.

Пен его проигнорировал и сказал:

-Так что, согласны?

Ничего не говоря, Ганс достал из своей одежды стилет и рассек руку. Капли крови начали падать на пол. Он сказал -Клянусь – обтерев и убрав обратно стилет, Ганс оторвал от своей одежды кусок ткани и обмотал ею ладонь. После сказал Раму:

-Сделай, то, что просит мальчик. Нам же выгоднее с ним сотрудничать.

Рам развел руками:

-И не поспоришь. Впрочем, как всегда. – и тоже достав из-за стола клинок, повторил ритуал за Гансом. Тщательно обтирая лезвие, Рам спросил:

-Малец, откуда ты знаешь ритуал на крови?

-Позже расскажу. А теперь можно и наверх пойти.

Пен соскочил со стула, взял свою сумку и встал рядом со стариком. Спрятав клинок и подняв левую руку в верх, Рам крикнул:

-Эй, Роб, встанешь за стойку вместо меня.

Один из амбалов возмущенно пробасил:

-Меня зовут Роберт. Когда ты запомнишь босс?

Рам махнул рукой:

-Ой, да ладно, так даже лучше. Господа, продолжайте веселиться. Я скоро вернусь.

Хоть Рам был взрослым мужчиной, но перескочил через стойку он лихо. Встав перед Пеном и Гансом, он поднял указательный палец правой руки и сказал:

-За мной. Покажу вам лучшие покои.

Идя за Рамом на второй этаж, Пен увидел уютно обставленный холл и по бокам от коридора двери. Остановившись у одной из них, Рам открыл дверь. Зайдя внутрь, Пен не увидел ничего необычного. Обычная комната с двумя кроватями по бокам, окном, столом со стульями, шкафом и дверью в санузел. Рам с улыбкой до ушей сказал:

-Можете переночевать тут. Малец за все заплатил.

Пен прищурился.

«Вот гнида! Развел меня как лоха! Хотя я и сам виноват, не знал расценок и номинала денег. В следующий раз я буду все сначала узнавать, а не лезть неподготовленным».

Подойдя к одной кровати, Пен положил на ее край свою суму, а сам сел рядом. Ганс расположился на другой, а Рам сел на стул. Ганс сказал:

-Мальчик можешь начинать.

Пен кивнул и начал рассказывать все, что знал в книге и свои приключения. Не говорил только, что он полудемон. Пока им это знать не нужно и про молнии тоже. По ходу рассказа слушатели задавали уточняющие вопросы и комментировали отдельные эпизоды. Когда Пен закончил, Рам сказал:

-Малец, а ты мне начинаешь все больше нравится. В свои пять ты уже прочитал так много книг и разбираешься в жизни. Прости уж, что назвал лжецом. Не знал, что и такие, как ты бывают. Но твою мать все же можно назвать твоим учителем, ведь так?

«А ты не умеешь признавать ошибки, да?» Пен решил подыграть:

-Может ты и прав. Рам, ты спрашивал о ритуале на крови. Откуда я его знаю. Прогуливаясь по библиотеке, наткнулся на одну книгу, там и вычитал. Я знал, что он мне пригодится. В мире неспокойные времена и нужно защищать свою жизнь всеми возможными способами. Люди, которые проводят ритуал крови не могут навредить тому, кому клянутся. Если попробуют на него напасть, им же хуже. На всех он действует по-разному, в этом и прелесть.

Рам нахмурился и спросил:

-Как называлась эта книга?

-Я не помню.

-Хм, ладно, мне нужно подумать над этим, пока я вас оставлю. – Рам встал и добавил уже своим привычным голосом – Не скучайте без меня! – перед уходом помахав им рукой.

Когда в комнате остались только Пен и Ганс, первый спросил:

-Теперь твоя очередь, дедушка. Как ты вылечил мою руку?

Глава 6

ПАДШИЙ ДЕМОН.

Услышав вопрос, Ганс начал гладить бороду. Пен сохранял спокойствие и ждал, когда старик ответит. Ганс ответил на его вопрос вопросом:

-Мальчик, ты полудемон?

Пен ухмыльнулся. После чего встал и подошел вплотную к Гансу.

-Допустим, и что с того? Теперь твоя очередь отвечать, старик.

Пен говорил тихо и с угрозой. Как аспид, который подкрадывается к добыче и начинает шипеть. Ганса не испугала скрытая угроза. Он продолжал гладить свою бороду и молчать. Пен тоже сохранял хладнокровие, но у всего есть предел, и Пен не исключение. Ганс спустя пять минут нарушил молчание:

-Мальчик, сядь обратно, рассказ будет долгий.

Пен послушался. Ганс еще немного погладил бороду и наконец начал говорить:

-Перед тем, как ответить на твой вопрос, мне нужно рассказать тебе свою историю…

Пен его перебил:

-Я не против, говори все, что знаешь.

Ганс кивнул:

-Все началось 20 лет назад. Я работал в королевском дворце одним из стражей врат…

Пен не удержался от комментария:

-Старик, ты – демон?

На лице Ганса появилось что-то наподобие улыбки. Он ответил:

-Когда-то да, но сейчас уже нет.

Пен удивился и спросил?

-Как так?

-Терпение, мальчик, сейчас все расскажу. Как ты догадался или уже знаешь, что твой отец является Владыкой Демонов. У него во дворце работают как демоны, которые, собственно, ему и подчиняются, как и люди. Люди, в основном работают слугами, на повышение им идут только какие-то казусные обстоятельства, которые происходят очень редко. Демоны, работают охраной, придворными, советниками и информаторами. Ранг, соответственно, присваивается за силу демона и преданность Владыке. Чем сильнее твоя демоническая энергия и чем преданнее ты Владыке, твой статус выше. Мой ранг самый низкий, поэтому я и работал охранником. Дворец делился на внешний и внутренний. Во внешнем дворце жили люди-слуги и низшие демоны. Также там находилась кухня. Во внутреннем дворце - королевская чета, их дети, советники, придворные. Внутренний дворец разделен на крылья – северное, южное, восточное и западное. В северном жили советники, в южном – придворные, в западном – королевские дети, а в восточном – король и королева. Где жили и как выглядели информаторы я не знаю, т.к. их очень тщательно скрывали, и никто их никогда не видел, кроме Владыки. Во внешнем дворце работала одна прелестная служанка. Она всегда была с нами, я имею в виду охранников, добра и приносила нам что-то перекусить. Мы влюбились друг в друга и Владыка узнал об этом. Когда он вызвал меня на ковер, то отчитал за связь с человеком и выжег мне каналы демонической энергии. А мою возлюбленную убили. Меня он убивать не стал, а отправил прочь из замка на все четыре стороны. Можно сказать, что я падший демон. Не человек и не демон.

Пен поднял правую руку перед собой, заставив замолчать Ганса.

-Подожди. Ответь, почему тебя не убили? Твоя влюбленность в человека ведь была равна предательству? Верно?

-Да, так и есть. Я не знаю почему меня оставили в живых. Возможно, чтобы я страдал всю оставшуюся жизнь.

-Ясно. Я все никак не пойму. Если тебе выжгли каналы с демонической энергией, то как ты излечил мою руку и узнал, что я полудемон?

-А вот теперь мы переходим к самому важному. Да, демонические каналы у меня выжжены, но их можно очень и очень медленно восстановить.

Пен впал в ступор. Когда он отмер, то спросил?

-К-как?

-С помощью медитаций и алхимии.

-Алхимии? Медитаций? За дурака меня держишь да? Я пробовал медитации, но они только, только… никак в общем не помогают! ....

-Мальчик, ты сначала дослушай и после уже покажешь свою медитацию. Не хочешь верить не верь, твое право, но позволь до рассказать.

-Ладно – пробурчал Пен.

Ганс продолжил:

-Когда меня выгнали, я начал путешествовать. После двух лет моих скитаний, я нашел еще одного падшего демона, а точнее демоницу. Ее зовут Цилинь, и она алхимик. Когда я случайно набрел на ее лавку, она сразу определила во мне собрата по несчастью. Она и рассказала мне, что можно попробовать восстановить выжженные каналы с помощью медитаций и алхимии. Она мне все показала и стала моим проводником, и я благодарен ей за то, что набрел на нее и она подарила мне надежду на жизнь еще на несколько лет.

Пен уточнил:

-Ты должен был умереть?

-Да. Демон с выжженными каналами долго не живет. Как и человек он умирает. Я уже не был бессмертным. Возможно поэтому меня и оставили в живых. Не хотели об меня руки марать. Но я жив до сих пор. Жив только благодаря Цилинь. Ее медитациям и ее зельям прорыва.

-А почему Цилинь тоже выжгли каналы? Как она провинилась?

— Это она тебе сама потом расскажет. Подрастешь, я вас познакомлю. Мне же нужно будет в будущем покупать у нее зелья.

-Понятно. Рам тоже демон? Как вы с ним познакомились?

-Нет, Рамзес обычный человек. Познакомился я с ним еще когда работал на Владыку. Он был слугой во внешнем дворце. Иногда мы даже обедали вместе. Тоже наткнулся на него случайно, уже после того, как встретил Цилинь. Он меня сначала не узнал, я так постарел. После нашей последней встречи прошло четыре года. Он уже успел отстроить до конца свою таверну и «поработить» еще больше мятежников.

«Рамзес. Его в честь фараона, что ли назвали? Прикольные тут имена, ничего не скажешь».

-Рам мне рассказывал, что, когда его жена заболела, он просил ей лекаря. Но ты про лекаря ни слова не сказал. Кто же тогда осматривал его жену?

Ганс вздохнул:

— Это был новенький из демонов, который только появился. Лекарей в замке никогда и не было.

«Из Зала Суда? Душа, которая прошла суд и переродилась в демона? Наверное. Но если спрошу, то старик начнет расспрашивать, откуда я это знаю, а мне потом не выкрутится. Почему же тогда, прости господи, отец его с Рамом отправил? Так он еще и растерзал его жену? Зачем? Может это некий ритуал? Но для чего он нужен? Спрашивать нельзя. Лучше помолчу и сделаю вид, что неинтересно».

Ганс тоже не захотел дальше рассказывать. Вместо этого он перевел тему:

-Мальчик, покажи свою медитацию.

-Нет. Сначала расскажи почему Рам так нахмурился, когда узнал о ритуале на крови?

-Ладно. Этот ритуал знают только те, кто работал во дворце. И книга как его проводить, есть только в библиотеке внутреннего дворца. Этот ритуал проводят те, кто идет работать на Владыку и ему клянутся, что не принесут ни ему, ни его семье вред. Он действует на всех – и людей, и демонов.

-Получается кто-то выкрал книгу?

-Получается, что да.

«Нормально. Но зачем? И почему именно в мамину библиотеку? Слишком много загадок, а я уже так устал».

-Я так устал, старик. Давай я тебе завтра покажу, а сейчас мне нужно отдохнуть и переварить информацию.

-Хорошо. Пусть будет так. Мне тоже нужно отдохнуть.

Положив свою сумку на пол, Пен лег на кровать не раздеваясь.

«Хорошо же спать на кровати, а не на земле. Не ценил я блага прошлой жизни. Теперь учусь ценить в этой. Нужно засыпать, завтра тяжелый день».

Глава 7

АЗЫ ДЕМОНА.

Проснулся Пен отдохнувшим и полным сил. Ганса уже не было. Встав, зайдя в санузел и умывшись, он подумал:

«Да, вчера я ничего толком и не узнал. Сказывалась усталость».

Пен посмотрел на свою правую руку.

«Сегодня тоже не болит. Хотелось бы и самому уметь заглушать эту боль. Сейчас нужно найти этого старика и напрямую все разузнать!»

Выйдя из санузла, Пен увидел Рама. Тот сидел на кровати Ганса и проводил по покрывалу рукой. На его лице была грустная улыбка и пустой взгляд. Пен посмотрел на него с сочувствием.

«Вспоминает свою жену?»

Пен кашлянул, намекнув, что уже здесь. Рам очнулся. Он повернул голову в сторону Пена и натянул на лицо привычную широкую улыбку.

-О, ты уже здесь. Пойдем, нам нужно многое обсудить.

Рам поднялся и хотел подойти к Пену, но он его остановил взмахом руки.

-Подожди, Рам. Сначала мне нужно поговорить с дедулей.

Рам озадачено ухмыльнулся:

-Ты же вчера с ним разговаривал? Поссорились что ли?

-Да ну тебя. Ну да разговаривали. Просто я не все у него узнал, что хотел.

-Память, как у рыбки у тебя. Хотя, ты же пятилетка, тебе простительно.

-Что ты сказал… - Пен пошел на Рама с кулаками. Тот легко ушел в сторону и потрепал Пена по голове:

-Да я шучу! Успокойся. Сейчас приведу Ганса, не переживай. Когда с ним закончишь, приходи завтракать. Твоих денег как раз на него хватит.

И спокойненько ушел, оставив Пена остывать.

«Сволочь такая! Насколько же ты меня облапошил! Я не понимаю его! Вообще! Как он так живет!»

Пен стал ходить по комнате, чтобы хоть немного успокоиться. Рам не обманул, через десять минут пришел Ганс. Сев на кровать, он спросил:

-Мальчик, ты хотел меня видеть? И перестань уже ходить туда-сюда, раздражаешь.

Вздохнув, Пен сел на стул и уже более спокойным голосом произнес:

-Да, хотел. Я вчера был уставший и мало о чем спросил тебя. Поэтому сейчас я наконец-то расспрошу тебя, старик, конкретнее. Я понял, что на мой вопрос ты так и не ответил, поэтому спрошу снова. Как. Ты. Вылечил. Мою. Руку.

Пен не спрашивал, приказывал, давил своим спокойствием и равнодушием. Ганс, как вчера бороду не гладил. Он видел, что Пен настроен решительно и совершенно его не боялся. Поэтому он тоже отнесся к нему, как к равному:

-Как я вчера уже говорил, мальчик, я восстанавливаю свои выжженные каналы. Для их восстановления нужно с помощью медитаций и алхимии совершать прорывы. Демоническая энергия, это как вода, а ее каналы – как емкость для нее. Но сначала нужно запустить источник, из которого должна течь «вода». Этот источник, находится в сердце демона. Как ты думаешь, мальчик, чем демон отличается от человека?

-Энергией, которая течет по каналам демона и делает его бессмертным.

-Да, этим мы отличаемся от людей. У людей всего две системы – это кровеносная и нервная, а у нас три – кровеносная, нервная и энергетическая. У людей сердце только качает кровь по венам, у нас же раздвоенное сердце – одна часть качает кровь, другая – энергию. Чтобы запустить мой иссушенный источник, нужно было влить немного демонической энергии в меня и выпить сделанное Цилинь зелье. Она влила в меня немного своей энергии, и я выпил ее зелье. Через неделю, мой источник начал давать крохи энергии. Только после этого, Цилинь показала и научила меня медитациям и начала готовить для меня зелья. Когда источник начинает худо-бедно течь, то случается прорыв дальше. Всего прорывов должно быть шесть – правая рука, левая рука, правая нога, левая нога, торс и голова. Мне осталось всего два прорыва – торс и голова. Отвечая на твой вопрос – как я вылечил твою руку, я отвечу – никак. Я ее не вылечил, а просто притупил боль, влив немного энергии. Что ты полудемон, я понял, когда вливал энергию, увидел, что у тебя тоже три системы, но твое сердце преобладает в кровеносном плане, нежели в энергетическом. Так сложив один плюс один, я и пришел к выводу, что ты полудемон. Твой источник не иссушен, и поэтому ты уже достиг первого прорыва – правая рука, но ты не умеешь контролировать свою энергию. Тебе нужен тот, кто тебя научит. И это буду я. Согласен?

-Да. Согласен. Но если мой источник не иссушен, то почему я тоже иду по прорывам?

-Потому что ты полудемон. Твой источник меньше, чем у обычного демона. У них источник циркулирует по всем шести прорывам одновременно, и они могут контролировать эту энергию, но не сразу, а только после скажем, ритуальных действий.

«Все же какой-то ритуал. Может жена Рама и правда погибла от него. Ведь оригинальный Педро научился контролировать свою энергию убивши мать. Есть в этом какая-то связь. Смерть от руки демона является катализатором для контролирования энергии. Жуть, конечно, но это хотя бы логично и многое объясняет».

-Понятно. Спасибо, что объяснил. Но, как ты узнал, что я сын Владыки? То, что я полудемон еще не о чем не говорит?

-Поверь, много, о чем говорит. Когда обычный демон влюбляется в человека, неважно это демоница или человеческая девушка, их сразу казнят. Будут они беременны или нет. Не забывай, что во дворце везде есть уши и информаторы. Но, если это Владыка, то эту девушку оставят в живых и не будут убивать.

-Почему? Они не боятся, что, когда ребенок родится, он захочет захватить власть?

-Ты же помнишь про ритуал на крови. Никто из демонов не причинит семье Владыки вред из-за него, а эта девушка и ее дитя тоже являются его семьей.

-Тогда зачем вы с Рамом делали его при мне?

-Чтобы ты немного расслабился и поверил нам. От того, что мы принесли клятву еще раз, ни на что не влияет.

-Понятно. Ответь еще, что Рам шептал тебе на ухо?

-Он думает, что я заклинатель и попросил меня проверить тебя скажем так, по-заклинательски.

-Да кто такие эти заклинатели?

Ганс рассмеялся. Пен же нахмурился.

-Заклинатели – это люди, которые занимаются медитациями и боевыми искусствами. Они помогают «обычным людям» разобраться с разными «несчастьями». Также заклинатели умеют читать и писать с пяти лет и очень грамотно строят речь. Но это все сказки, которые я придумал для отвода от себя подозрений со стороны людей. Я убедил Рама и остальных, что являюсь заклинателем, с помощью само внушения. Когда научишься контролировать энергию, я научу тебя.

-Просто сказки. Ловко ты их обманул.

Ганс поправил:

-Не обманул, а само внушил. Это разные вещи. У тебя еще есть вопросы?

-Да. Ты правда хочешь, чтобы я стал узурпатором?

-Почему нет?

-Но у Владыки ведь есть дети, почему я?

-Они растут и видят все, что делает их отец, поэтому велика вероятность, что они будут подражать ему, когда взойдут на престол.

-Понятно. А сам хотел бы им быть?

-Узурпатором? Конечно. Любой бы демон хотел, но на мне ритуал крови, я не смогу убить их род. Да и высшим демоном я не смогу когда -либо стать, но ты, Педро, являешься высшим и можешь изменить династию демонов.

-А если я предам вас? Что тогда будет?

-Об этом можно и после подумать. Сейчас это неважно. А ты хочешь сам, стать узурпатором?

-Да, очень. Ганс, скажи, людей мы будем в это втягивать?

-А ты хочешь их втянуть?

-Нет. Они, итак, смертны, зачем им это.

-А как же месть? Они просто так от нее не откажутся.

-Придумаю что-нибудь. Смысла сейчас думать об этом нет. Я проголодался, пойдем вниз, Рам звал меня на завтрак. Ганс, ты завтракал?

-Да, но пойдем, нам здесь больше делать нечего. Когда поешь, мы отправимся в путь. Пойдем в место, где я восстанавливаю свои каналы.

-Договорились.

Пен встал и поднял свою сумку. После они с Гансом вышли из комнаты.

Глава 8

В ПУТЬ.

Когда они спустились вниз, каждый пошел по своим делам – Пен завтракать, а Ганс – поговорить с Рамом. Рам рукой показал, что стол с едой для Пена уже накрыт и вышел с Гансом из таверны. За барной стойкой стоял амбал, которого звали Роберт. Он со скучающим видом смотрел по сторонам. Никого из посетителей не было. Пен сел за стол и увидел пельмени. Они были политы сметаной. Его глаза загорелись, а зубы и язык свело от предвкушения. «Пельмени! Обожаю их! Да, когда я только переехал на съемное жилье, отпраздновал ими новоселье! Вот были времена!»

Пен подложил под щеку кулак и блаженно окунулся в воспоминания. После взял ложку и начал есть. Когда с едой было покончено, Роберт дал ему кружку с чаем. Пока Пен попивал чаек, вернулись Ганс и Рам. Ничего не говоря они прошли до лестницы и также молча поднялись. Пену стало интересно, куда они, но Роберт сказал ему:

-Друг, они сейчас только рюкзаки возьмут и вернутся.

Действительно, через пятнадцать минут Пен увидел, как Рам и Ганс тащат за спиной рюкзаки, которые туристы в его прошлой жизни брали в поход. Пен удивленно поднял брови и посмотрел на них. Рам подошел к нему и скинув рюкзак на пол, сказал:

-Малец, это твой.

-Мой? Интересно, как я его понесу, если он с меня ростом?

Ганс сказал:

— Это твое первое задание, ученик. Будем тренировать твое тело.

Пен раздраженно буркнул:

-Ясно – и стал надевать рюкзак. Как только он его надел, то покачнулся и упал на спину на рюкзак. В попытке подняться, стал вертеть руками и ногами. Рам захохотал и сказал:

-О, а я не знал, что ты жук, думал человек.

-Заткнись! – Пену все-таки удалось принять хотя бы сидячие положение. Вздохнув, он обратился к Гансу:

-И как мне, учитель, выполнить задание? – Пен говорил с сарказмом и не скрывал этого.

У Ганса в глазах тоже заплясали искорки, но он сказал без шуток:

-Возьмешь свою сумку в руку и попробуешь держать баланс. Это твое задание, изволь его выполнить. – Ганс протянул Пену его сумку.

Тот со стоном взял ее и попытался встать. Получилось. Но решившись сделать шаг, Пен начал терять равновесие и поставил ногу обратно. Посмотрев на, Рама и Ганса с ненавистью, он повторил попытку снова. Спустя час у него все же получилось пройтись по бару и не падать. Рам похлопал ему и сказал:

-Поздравляю. Теперь можешь и моделью работать.

-Да иди ты – Пен был не в настроении с ним препираться. Он обратился к Гансу -Мы уходим?

Тот кивнул. Пен подошел к нему и сказал Раму и Роберту:

-Спасибо, что накормили и дали кров. Надеюсь, еще свидимся. – После чего развернулся и пошел к выходу. Ганс за ним. Обернувшись, Пен увидел, как Рам и Роберт машут ему рукой.

***

-Наконец-то добрались! - пролепетал Пен и упал в обморок.

Они с Гансом две недели шли до его секретного места. Тащить этот рюкзак было неимоверно тяжело. Много раз за весь путь Пен проклинал себя, его, Владыку и весь свет. Но в рюкзаке было очень много полезного – еда, вода, одежда, предметы гигиены, палатка, спальник. Еще начала опять болеть рука, но молнии пока больше не появлялись. Ганс не захотел помогать ему «лечить» руку. Он запретил ему заниматься его медитацией, сказав, что нужно сначала дойти до места назначения, и это еще одно задание – выработка терпения. Пену пришлось смирится и скрепя зубы терпеть. На ночлег они останавливались в гостиницах, где Пен потратил почти все свои деньги. Когда они наконец добрались, то Пен уже не шел, а полз на четвереньках и просил смерти, как манну небесную. Наверное, Ганс сжалился над ним и оповестил о прибытии. Пен завалился на бок и отключился.

Когда он очнулся, Ганс сидел в позе для медитации. Оглядев себя, Пен увидел новую одежду. Также заметил, что лежал на спальнике. Посмотрев по сторонам, он изумился.

«Вот это красота! Судя по виду, мы на вершине горы или холма».

Пен увидел каньон в свете заката. С него водопадом стекала вода. Падая, она мерцала, как алмазы. Вдалеке виднелся лес. Дополняло всю эту красоту красное заходящие солнце. Пен поднялся и его ноги затряслись, он осел на спальник.

«Переутомился? Да, я же отключился, тело еще не отдохнуло. Тогда нужно поспать».

Пен снова лег на спальник, повернулся на бок и уснул. Когда он проснулся, начало расцветать. Встав со спальника, Пена ноги уже держали уверенно. В животе заурчало.

«Сегодня уже лучше, хотя бы стоять могу. Да и есть хочу, добрый знак».

Ганса Пен нашел в той же позе, что и вчера. Взяв из рюкзака еду, Пен подошел к нему. Ганс сидел с закрытыми глазами. Когда Пен хотел подойти поближе, он их открыл. Пен испугался и выронил еду:

-Ты совсем что ли? Нельзя же так пугать! А если бы инфаркт меня хватил!

-Извини. Почувствовал твою ауру и открыл глаза.

«А, такое было в книге, но я уже и забыл».

-Ладно, проехали. А раньше ты что, не мог почувствовать мою ауру. Я про первую нашу встречу?

-Тогда нет. Мои каналы выжжены и настраиваюсь я только, когда медитирую. Только тогда могу почувствовать ауру существ.

«В книге было сказано, что во дворце другие демоны не могли почувствовать ауру Педро, как же Ганс смог?»

-А какая моя аура? Можешь объяснить?

-Твоя аура как у человека. Если тебя не касаться, то и не узнаешь, что ты полудемон, но со временем твои демонические каналы разрастутся и на всякий случай нужно будет скрывать твою демоническую ауру. Потом я тебя научу.

Пока Ганс ему объяснял, Пен пошел за новой порцией еды. Взяв две порции, подошел к Гансу и протянул одну ему. Он взял и Пен сел рядом. Пока Пен утолял свой голод, Ганс смотрел на него. Свою еду он есть не стал. Пен жуя вопросительно поднял брови:

-Я только что закончил прорыв. Пока мне не нужна еда. Вообще низшим и высшим демонам еда без надобности, но иногда можно и побаловать себя чем-то вкусным. Ты еще мал, поэтому еда тебе необходима.

Когда Пен доел, Ганс попросил его показать медитацию. Когда Пен показал, Ганс сказал:

-Нет, нет и еще раз нет. Это не то, совсем не то. Сейчас я тебе покажу. Встань и смотри. – Пен встал и начал смотреть. Ганс сел на его место и продолжил объяснять – Сидишь ты правильно. Когда закрываешь глаза, представь, с твоих ног до головы идет поток энергии вверх и распространяется от тебя в воздух и землю. Ты должен почувствовать движение ветра, шелест каждой травинки, каждого насекомого. Стань частью природы, и природа должна стать частью тебя.

Когда Ганс замолчал и сосредоточился, то Пен почувствовал, что ветер начал усиливаться. За шумом воды, он услышал шелест деревьев и почувствовал дробь от земли.

«Ого, это совсем другой уровень! Я тоже хочу попробовать!»

Пен сел рядом и начал представлять то, что сказал Ганс. Когда он открыл глаза, то начал видеть проблески каких-то куполов. Посмотрев на Ганса, он увидел очертание серого купола.

«Это и есть аура?! Прикольно!»

-Ганс, я вижу проблески куполов. Это аура?

-Да. Посмотри на себя.

Пен опустил взгляд и увидел на своей одежде белый проблеск.

-Ганс, на мне белый блик, а на тебе серый? Почему?

— Это аура низшего демона. Чем выше ранг, тем темнее аура, если ее не скрывать. Белый цвет человеческой ауры.

-Понятно.

-Если ты начал видеть проблески ауры, теперь тебе нужно выпить зелье прорыва. Когда выпьешь, на сегодня закончим, завтра тебя ждет физическая тренировка.

Ганс и Пен встали и пошли к рюкзакам. Ганс достал зелье и протянул Пену:

-Выпей залпом.

Когда Пен выпил в голову ударило, она закружилась и мир погрузился в темноту.

Глава 9

ЦИЛИНЬ.

Прошло 13 лет.

Все эти годы ушли на тренировки, контроль, прорывы и техники демонических каналов и энергии Пена. Когда он выпил свое первое зелье прорыва, то пролежал без сознания месяц. Ганс ухаживал за ним, чтобы тот не умер раньше времени. Когда Пен очнулся, то почувствовал силу в правой руке. Эта сила очень давила на его руку и Ганс заставлял его качать ее гантелей (она была в его рюкзаке, который он сам нес), заниматься медитациями и снова пить зелья прорыва. Спустя девять месяцев, Пен достиг прорыва и его демоническая энергия начала течь в левую руку. С левой рукой были все те же манипуляции. Когда Пен достиг прорыва на левой руке, энергия потекла к правой ноге. Вот здесь для Пена начался ад, а именно – бег, равный ста километрам. В прошлой жизни, Пен ненавидел физкультуру, но именно к бегу он относился с особым отвращением. Не сказать, что Пен был толстым, но и не совсем худым, как некоторые его одноклассники спортсмены, просто он любил поесть, а обед был перед уроком физкультуры. После набитого живота и бега, его тошнило, и он придумывал отмазки, лишь бы не бегать лишний раз. А здесь целая сотня километров пробежать. Да легче умереть, чем так мучится! Да еще и не отмажешься и не схалтуришь, Ганс следил за ним во все глаза. Хотя бы воду он ему давал через каждые пять километров. Свою первую сотню Пен закончил за неделю. После были медитации, зелья прорыва и следующая сотня. Спустя два года, Пен завершил эти девять кругов ада и прорвался на две ноги. Ему тогда было около десяти. Следующим шел торс и нужно было качать пресс. И снова медитации и зелья. Закончил Пен с этим прорывом через полтора года. Осталась только голова. а вот здесь были трудности не только у Пена, но и у Ганса. За все эти годы последний так и не смог прорваться, хотя и медитировал и зелий выпил предостаточно. Контроль энергии по каналам был, но ненадолго, а прорыв никак не приходил. Тоже самое было и с Пеном. Он уже хотел смириться с этим, но Ганс на удивление заставил его продолжать и не сдаваться так просто. Впервые Пен проникнулся к нему уважением.

Когда Ганс собирался к Цилинь за зельями, Пен попросился с ним. Ганс сказал, что ему еще рано с ней знакомится, тогда Пен попросился к Раму в таверну. Он не видел его больше семи лет, но не хотел себе признаваться, что скучал по его подколам. Ганс согласился и проводил его до таверны, а сам ушел к Цилинь. Раму уже было за сорок, но выглядел он молодо и свежо. Улыбка до сих пор озаряло его лицо. Таверна спустя года стала еще больше и начала походить на гостиницу или даже отель. Внизу был почти ресторан, а на втором этаже комнат прибавилось вдвое, если не в трое.

Когда Рам увидел Пена, то, как и Ганса сперва не узнал. Он стал в два раза выше, волосы доходили ему до середины спины, тело и черты лица потихоньку стали приобретать юношеский вид. Рам обрадовался его появлению и расспрашивал про его путь заклинателя. Пен придумывал на ходу разные сказки. Он уже умел применять внушение, но на Раме он этого делать не стал. Ему было…неловко что ли так с ним поступать. Может впервые он нашел друга, пусть и не ровесника, но все же Пен хотел считать Рама своим другом. Очень хотел и, не признавая этого, в глубине души называл его так. Друг. Для Пена это понятие много значит. Он раньше никому не доверял и не впускал никого в свою душу. Со своими девушками он не открывался и не верил, что они с ним по любви. Но с Рамом все по-другому. С ним легко и непринужденно можно поговорить, обсудить всякие сплетни, да и просто отдохнуть в его отеле от этих тренировок и постоянных медитаций, которые уже порядком подзадолбали.

Еще Пен решил подзаработать денег и попросил Рама взять его на работу. Пену было больше двенадцати, поэтому Рам предложил ему только работу уборщиком. Он согласился. Спустя две недели нахождения в отеле Рама, ночью Пен начал потихоньку погружаться в пространство с туманом и начал видеть сны постояльцев других комнат в отеле. Он знал, что настоящий Педро в истории был Демоном Снов, но воочию увидеть сны других людей, было завораживающе. Более того, он мог влиять на эти сны. Любые его действия меняли сон на 180 градусов. С одной стороны, для Пена это был увлекательный квест, но с другой – одно неверное движение, и рассудок спящего мог повредится. Пен понял это, когда, на следующий день заигрался со сном человека, тот стал сумасшедшим, хотя до этого был вполне адекватным мужчиной.

Прорыв все никак не наступал, даже когда Пену исполнилось 18 лет. Прогресса у Ганса тоже видно не было. Цилинь тоже не знала, что не так. Ганс, когда покупал зелья спросил про них с Пеном. С того времени визиты к Раму стали чаще и с 16 лет, он повысил Пена до официанта. Со снами Пен тоже начал разбираться более досконально. Пробовать свои способности и смотреть на те или иные действия во снах и наблюдать за людьми после его вмешательство в их сон.

По достижению совершеннолетия Ганс нашел Пена в ресторане Рама и сказал ему, что пришло время ему познакомится с Цилинь и что она попробует как-то решить проблему с ним, а после, если что-то выйдет, уже с Гансом. Помимо этого, у Пена не получалось обраться в форму истинного демона, как было в книге. Крылья у него появились, когда он прорвался в торсе, но не более. Были только крылья, облик он поменять не мог, как и принять истинную форму.

Еще за эти шесть лет, Пен окончательно возмужал, еще больше вытянулся в росте и его волосы стали еще длиннее. Рам за это постоянно называл его принцессой, хотя телом он был далеко не дамой. За красивое тело, симпатичную мордашку, и быструю работу, Пен привлекал много новых клиентов, особенно клиенток, за что Рам ему выплачивал премию. Пен был только рад, деньги лишними никогда не бывают.

Закончив вечером смену и получив свою зарплату, Пен попрощался с Рамом и коллегами, с которыми смог познакомится. Они его не особо жаловали, возможно даже и завидовали, но Пен закрывал на это глаза и общался с ними по делу и когда ему нужно было куда-то отлучится. Когда наступило утро, они с Гансом отправились к Цилинь.

Она жила неподалеку от города, где был отель Рама, но найти ее жилище было не так-то просто. Когда Ганс с Пеном пришли в деревню, находящуюся рядом с городом, они остановились у каменной стены. Ганс достал ключ, но Пен посмотрел на него с недоверием. «Старик, где же ты тут замок нашел?».

Но промолчал. Работа с клиентами научила его лишний раз рот не открывать.

Ганс поставил конец ключа к стене и повернул его. Появился какой-то звук, похожий на вращение шестеренок и стена отворилась, как дверь. Пен очень удивился. Зайдя внутрь за Гансом, стена за ними закрылась, а Пен увидел бегущую к ним черную кошку и услышал крик:

-Жасмин, а ну вернись, я тебе еще не все когти постригла!

Услышав крик, кошка побежала еще быстрее, чуть не сбив с ног Пена и Ганса. Вдалеке Пен заметил бежащую фигуру. Когда эта фигура добежала до них, Пен смог ее рассмотреть. Это была девушка, невысокая, рост был примерно 165 см. Золотистые волосы были собраны в хвост, который доходил ей до плеч. Спереди на волосах находились «пилотные» очки. На девушке были одеты рубашка и комбинезон, который был неприлично коротким. На ногах очень похожая на кроссовки обувь. Руки и лицо у девушки были немного вымазаны в чем-то черном. Глаза у нее были алыми, похожими на рубины.

Протянув руку Пену, девушка представилась:

-Здорово, я Цилинь. Будем знакомы.

Пен пожал ее руку:

-Привет, я Педро.

-Этот старый черт рассказывал мне про тебя. Готовишься стать Владыкой значит? Что ж пусть так. Желаю тебе удачи. А пока прошу в мою скромную обитель.

Глава 10

ЛАГЕРЬ ДУШ.

Ганс с Пеном пошли за Цилинь. Она не то, чтобы шла, а как маленькая девочка подскакивала на каждом шагу. Пену это показалось забавным.

«Как ребенок, даже и не скажешь, что она бывшая советница и алхимик. Она выглядит так молодо, но ее каналы выжжены, а значит энергии в них много, раз поддерживает этот облик. Ауру тоже скрывает умело. Могла бы даже стать высшим демоном. Какие еще секреты она таит?»

Они шли по тропинке через лес. Пройдя где-то минут двадцать, Пен начал видеть пристройки и услышал голос:

-Балда, по-другому нужно! Если госпожа Цилинь узнает, будешь за водой весь месяц ходить!

Ему ответил другой голос:

-Да знаю я! Только как госпожа говорила у меня не получается! Я хочу попробовать по-своему! Не убьёт же она меня в конце концов!

-Ха, ха, ты еще новичок, не видел госпожу в гневе. Когда она на меня разозлилась, я бегал по всему королевству в поисках каких-то корней для зелий! Целый год потратил! То, когда я вернулся, она меня розгами высекла, что так долго их искал.

Подойдя поближе, Пен увидел двух парней. Один сидел в позе медитаций, а другой стоял сзади первого, положа руку тому на плечо. Когда они заметили Цилинь, оба побледнели, быстро встали по стойке смирно и поклонились по пояс, говоря:

-Здравствуйте, Госпожа Цилинь, как продвигается ваш эксперимент?

-Здорово, парни. Я еще работаю над этим. Что у тебя не получается, Шен?

Парень, который занимался медитациями, вскинул голову и пролепетал:

-Госпожа, я не могу сосредоточится на медитации, как вы мне показывали, а Чук помогал мне.

-Понятно, подойдешь ко мне вечером, попробуем что-то изменить, если будет нужно. А пока можете с Чуком сходить за водой, у меня гости, так что не мешайтесь.

-Есть –сказали парни и убежали к одной из пристроек.

Всего их было четыре. Стояли они на открытой поляне, где подальше от них занимались Шен и Чук. Парни побежали к одной из пристроек, которая стояла на востоке поляны. Почти в пяти шагах располагалась вторая. Оставшееся две были на западе и расположены также. Спустя пять минут они вернулись с ведрами в обоих руках. Подойдя к Цилинь, они сказали:

-Госпожа, мы пошли. – но увидев злой взгляд Цилинь опомнились - Здравствуйте дорогие гости. Добро пожаловать в Лагерь Душ. Будьте, как дома.

-Молодцы, вспомнили, что гостей нужно приветствовать. А теперь идите. Да, если найдете и принесёте Жасмин, я дам вам дополнительное зелье прорыва.

Глаза парней загорелись, и они ответили:

-Есть – и со всех ног побежали в лес.

Цилинь повернулась к Пену и Гансу.

-Прошу за мной.

«Вот это дисциплина. Ганс меня так не гонял. Сочувствую я им. Хм, а почему Ганс запрещал мне видеться с ней? У нее тоже есть ученики? Нужно будет спросить».

Цилинь повела их к западным пристройкам. Когда они остановились у одной из них, она открыла дверь. Внутри царил полумрак. Когда все вошли, Цилинь нажала на рычаг, который был у двери. Снова послышался звук работающих шестеренок и по всей комнате начал загораться свет. Он был похож на новогоднюю гирлянду, в прошлой жизни Пена. Когда стало светлее, он смог разглядеть помещение. Оно было очень маленькое. Втроем они занимали все свободное пространство. На всех стенах весели пучки разных трав, как в домах знахарей, с левого края стоял стол, на котором всевозможным образом стояли, лежали колбы, ступки с пестиками, какие-то цветные порошки и черная масса. Наверное, именно в ней была немного измазана Цилинь. У стола стояли стулья, заваленные разными бумагами. На верхнем листе, Пен увидел рисунок, который напоминал какой-то чертеж. Цилинь подошла к стульям и сказала:

-Подождите пять минут. – и начала барахтаться в бумагах. Достав что-то чуть ли не из-под низа, она подошла с листом к Пену и Гансу. Оттолкнув их кулаками, открыла дверь и вышла. Пен недоуменно посмотрел на Ганса. Тот пожал плечами и сказал:

-Пойдем за ней. Ждать она никого не будет.

Вздохнув, Пен вышел из пристройки, а Цилинь уже подошла ко второй и начала открывать дверь там. Зайдя внутрь второй пристройки, Пен увидел, что свет включается также, как и в предыдущей, но эта по площади была в два раза больше. Помещение было обставлено диваном, по бокам от него двумя креслами. На деревянном полу лежал ковер. Также в комнате было большое окно, занавешенное шторами. Рядом с ним стоял мини шкаф, похожий на комод. Была еще одна дверь, ведущая, возможно, в спальню. Пока Пен осматривался, Ганс прошел дальше от двери и сел на одно из кресел. Цилинь уже сидела на диване и пробегалась глазами по листку. Пен тоже сел на кресло. Дочитав до конца, Цилинь протянула лист Гансу и сказала:

-Держи и все изучи. Зайдешь ко мне, когда я с Педро поговорю.

-Хорошо, госпожа. – и вышел из пристройки.

Цилинь повернулась к Пену и спросила:

-Что про меня тебе говорил Ганс? Если что, давай на ты.

-Что ты была советницей во дворце, потом тебе выжгли твои каналы, после ты стала алхимиком и можно сказать наставником Ганса.

Цилинь хмыкнула:

-Понятно. Я не только алхимик, но и начинающий механик. Этот свет я разработала и сделала сама, также и «основную дверь» в стене ведущую в лагерь.

-Ого, здорово, ты молодец! Скажи, почему Ганс не разрешал нам видеться? У тебя же тоже есть ученики? И почему они такие молодые? Ганс ведь старик?

-Не нужно, чтобы они тебя видели. Да и знать про тебя никому пока не надо. Ганс был моим первым учеником и нашел тебя случайно. Это я сказала ему не приводить тебя сюда. Т.к. он прорвался тогда уже на 4 прорыва, ему можно было заниматься твоим прогрессом, но он все равно консультировался со мной. Этих оболтусов я тоже нашла случайно, когда ходила за нужными мне травами или металлами. Их каналы выжгли совсем недавно, поэтому выпив мое зелье, они могут поддерживать форму молодых парней. Почему у вас не получается прорваться до последнего, я не знаю, но дай мне посмотреть на твою медитацию, может я найду решение.

-Хорошо.

Пен сел на ковер в позе для медитаций, а Цилинь встала сзади и положила руку ему на плечо, как до этого делал Чук. Пен погрузился в медитацию, а Цилинь, влив немного своей энергии, начала анализировать его каналы. Полчаса спустя, она отпустила руку и задумалась.

-Хорошо, я подумаю, что можно сделать, а пока позови Ганса.

Пен кивнул, встал и вышел за дверь. Вдалеке он увидел, как Шен и Чук бегут и поочереди отнимают друг у друга кошку. Бедное животное, жалобно мяукало и пыталось выбраться. Когда они пулей пронеслись перед Пеном, вбежав в открытую дверь и заорав:

-Госпожа, мы нашли Жасмин!

Цилинь потерла руки и взяла в них кошку:

-Молодцы, а теперь вон, вечером каждому дам по зелью.

Обрадованные парни, закрыв плотно дверь, унеслись. Пен нашел Ганса, стоящего около дуба и смотревшего в небо.

-Ганс, тебя Цилинь зовет.

-Ей сейчас не до меня, эти горлопаны принесли ей кошку, она не успокоится, пока все когти ей не пострижет.

-Зачем она так издевается над бедным животным.

-Жасмин не понимает, что Цилинь спасает ей жизнь. Подстригая ей когти, она помогает ей не заразиться токсинами, которые бывают от некоторых отваров. Они оседают на когтях кошек и заражают их. Для демонов они безвредны.

-Понятно.

-Давай пока прогуляемся по лесу. Что сказала Цилинь?

-Давай. Сказала, что подумает, как быть.

***

На следующий день.

Весь оставшейся вчерашний день, Пен бродил по лесу. Когда вечером он вернулся в лагерь, Ганс провел его в комнату в одной из восточных пристроек, сказав, что здесь он может поспать. Проснулся Пен от крика Цилинь:

-Подъем Шен, Чук! Пора заниматься зарядкой! Если через пять минут не увижу вас на поляне, пойдете искать мне лунную сицилию, которую я очень хочу найти. Отсчет пошел.

Пен блаженно потянулся и встал. Пока он одевался, услышал голоса:

-Шен на месте!

-Чук на месте!

-Молодцы. Теперь бегом по лесу 5 кругов.

-Есть. – Пен услышал топот двух пар ног.

Закончив с одеждой, он начал расчесывать свои длиннющие волосы деревянным гребнем. В этот момент, распахнув его дверь настежь, Цилинь сказала:

-Спускайся, есть разговор.

Продолжая невозмутимо причесывать волосы, Пен спокойным голосом спросил:

-Стучаться надо. А если бы я голым был?

Цилинь махнула рукой:

-Ой, что я там не видела. Короче, жду внизу. – и со всей силы хлопнула дверью.

«Да, вот это характер!»

Когда Пен вышел на поляну, Цилинь разговаривала с Гансом. Завидев его, она дала ему листок. Взяв и посмотрев на него, Пен увидел список трав и разных природных ископаемых. Цилинь сказала:

-Я нашла решение. Нужно собрать все, что написано и после приготовить зелье. Поэтому прямо сейчас мы отправляемся вместе на их поиски.

Глава 11

ЗНАЧЕНИЕ ИМЕНИ.

-Почему именно Лагерь Душ? – спросил Пен у Цилинь.

Они шли по тропинке через пролесок, неподалеку от лагеря, начиная искать травы по списку, взяв только одну корзинку. Шена и Чука Цилинь оставила на попечение Ганса. Может им полегче хоть немного будет. Цилинь снова шла в подскоках и крутила головой ища травы. Услышав вопрос, она, не останавливаясь ответила:

— Это название звучит круто, а я люблю придумывать прикольные имена со смыслом. Лагерь Душ означает, что в нем находятся не люди, а своего рода «души», которые являются падшими демонами. Вот так вот. А Педро твое настоящие имя?

Пен удивился этому вопросу:

-Да. А твое что, нет?

-Конечно нет. Я его придумала, когда мне каналы выжгли. Имя Цилинь я выбрала по двум причинам:

1) Я обожаю цветок под названием сицилия, а Цилинь, очень похожее название.

2) Это имя означает красивая и мудрая, а я таковой и являюсь.

«Забыла сказать, что еще высокомерная, принципиальная и циничная».

А Цилинь продолжила:

-Твое имя слишком скучное и к тому же настоящее. Нельзя так палиться…

«Откуда она знает такие слова? Может тоже из нашего мира? Но ее не было в сюжете книги, значит такого быть не может».

Пен перебил Цилинь:

-Почему скучное? Что оно означает?

-Оно означает скала. Это слишком скучно. И тебе совсем не подходит.

-А Гансу, Шену, Чуку тоже ты имена придумала?

-Ага.

-И что означает Ганс?

-Означает поддержка окружающих.

«Хм, а ему оно и впрямь подходит, он меня всегда поддерживал».

-А Шен, Чук?

-Чук – значит надежный, а Шен – веселый.

-А Жасмин?

-А Жасмин означает жасмин. Мне нравится этот куст, также сильно, как и кошка. Я придумаю тебе имя, ладно?

-Валяй.

Цилинь задумалась в придумывании имени и параллельно искала травы. Когда она заприметила какую-то травку, то оторвала ее без корня и положила в корзинку. Повернувшись к Пену, она сказала:

-Я придумала. Как на счет Пэна или Пена? Думаю, тебе подойдет.

Пен застыл, как в копаный.

«Как! Как она узнала?»

Цилинь наклонила голову на бок, и расценила его поведение по-своему.

-Что не нравится? Как жаль, тогда еще подумаю.

Пен оттаял и сказал сухим голосом:

-Нет, пойдет, оставим. Что оно значит?

-Оно значит, никогда не сдаваться и не бояться начинать что-то сначала. Ну что будем знакомы, Пен.

Цилинь встала, подошла к Пену и протянула руку:

-Я Цилинь.

Пен пожал ее руку:

-Я Пен. Будем знакомы.

Цилинь вынула свою руку и снова направилась искать травы. Пен пошел за ней. Некоторое время спустя они вышли на поляну с крутым склоном. Цилинь стала собирать травы, а Пен сел на траву. Между делом Цилинь сказала:

-Слушай, Пен, можешь сделать кое-что для меня?

-Что?

-Не используй крылья, чтобы не случилось.

-А что должно случиться?

-Не задавай вопросов, просто пообещай, сможешь?

Она говорила таким мягким и непривычным для нее голосом, что Пен подумал, что это очень важно для нее. Она казалась такой хрупкой и беззащитной, что он решил согласиться:

-Хорошо, обещаю.

Собрав на этой поляне все ей нужные травы, Цилинь встала и направилась дальше.

«А нет, показалось. Ничего не изменилось».

Пен встал и пошел за ней. Тут Цилинь что-то увидела вдалеке и побежала бегом, бросив корзинку. Она упала, и половина трав выпало. Решив, что заберет ее после, Пен побежал за Цилинь. Догнал он ее, когда она тянулась за каким-то цветком, который рос прямо из скалы. Она балансировала одной ногой, а другую поставила на выступ скалы. Пен похолодел. Прямо под Цилинь была пропасть. Он начал потихоньку подходить к ней и ласковым голосом говорить:

-Цилинь, что ты делаешь, отойди оттуда.

-Я нашла очень редкий цветок, хочу его сорвать.

-Не делай глупостей, отойди.

-Сейчас сорву и отойду.

-Давай лучше я сорву.

-Нет, ты не знаешь, как правильно его сорвать.

«Вот упертая!»

Когда Пен почти к ней подошел, почва под ее балансирующей ногой осыпалась и Цилинь с криком начала падать. Пен подбежал и лег на землю, чтобы поймать ее за руку. Получилось, он успел. Но когда начал тащить Цилинь на себя, почва под ним тоже осыпалась, и они вместе с воплем полетели в пропасть.

Глава 12

ЧТО СКРЫВАЕТ ЦИЛИНЬ?

Когда Пен с Цилинь падали в пропасть, он хотел расправить крылья и взлететь. Заметив, что Пен хочет сделать, Цилинь закричала:

-НЕТ! ТЫ ЖЕ МНЕ ОБЕЩАЛ!

Пен закричал ей в ответ:

-ТОГДА ТЫ ВЗЛЕТАЙ! ИЛИ ХОЧЕШЬ РАЗБИТЬСЯ!

-МНЕ ТОЖЕ НЕЛЬЗЯ ЛЕТЕТЬ!

-ДА КАКОГО ЧЕРТА!

-ПОЖАЛУЙСТА, ПОВЕРЬ МНЕ! ТАК НАДО!

Цилинь посмотрела на него с такой искренней мольбой, что в мозгу у Пена пронеслось.

«Поверь мне, поверь мне, поверь мне…»

Тут он почувствовал пульсирующую боль в груди и услышал какой-то голос.

«Наша, защитить, наша, защитить, защитить…»

Боль потихоньку проходила и из источника потекла демоническая энергия. Она начала течь по всему телу Пена, включая и голову. Когда она охватила все его тело, он рывком подтянул Цилинь к себе, со всей силы прижал к телу и укрыл крыльями, образуя «кокон». Так они летели еще где-то пять минут. После этот «кокон» с громким всплеском погрузился в воду. Добравшись до «безопасного места» демоническая энергия перестала циркулировать по каналам Пена, и они стали тонуть. Поддерживая Цилинь одной рукой, другой Пен стал плыть к берегу. Когда Пен доплыл до берега, он отдышался и начал вытаскивать на песок себя и Цилинь. Вся их одежда и тела были насквозь мокрые. Засунув руку в потайной карман на своей рубашке, Пен вытащил насквозь мокрые деньги. Усмехнувшись, он покачал головой:

«Какая ирония. Являюсь демоном, а деньги, демонической энергией, как в книге написано, делать не умею. Вот тебе и прославленный злодей».

Затем убрал их обратно.

Пен посмотрел на Цилинь. Она была без сознания. Смотря на ее умиротворенное лицо, Пен разозлился:

«Дура! О чем ты думала вообще! Как можно вот так рисковать своей жизнью! И что это было? Что это за голос? Откуда он взялся? Да еще и скрытие ауры спало. Что это может значить? Ладно, подумаю об этом после, сейчас нужно найти укрытие и побыстрее».

Они оказались на какой-то местности, где был песчаный берег, а дальше от него начинался ельник. С другой стороны берега тек поток воды. Оглядевшись, Пен нахмурился:

«Где это мы? Такого места я еще не видел, хотя думал, что прошел хотя бы половину королевства. Что ж, ничего не поделаешь, придется изучать новые «земли».

День уже приближался к своему завершению, поэтому срочно нужно было искать ночлег. Снова скрыв ауру и не отходя далеко от Цилинь, и чтобы она была в поле зрения, Пен прошелся по ельнику и поискал глазами какое-то убежище. Ничего толком не найдя, он вернулся. Подняв Цилинь, которая была все еще без сознания, на руки, Пен влил демоническую энергию в ноги и быстрее пули побежал по ельнику, ища убежище. Когда он хотел уже сдаться и устроить ночлег из листьев и палок, то увидел пещеру. Вознеся молитву всем богам, а потом, вспомнив, что он полудемон, посмеялся над собой.

Пещера была большой и холодной. Вдалеке слева находился какой-то проход, но он был очень узким, поэтому Пен положил Цилинь на каменный «пол» и снял свою рубашку, которая успела высохнуть от бега. Положив рубашку на «пол», он перетащил на нее Цилинь, одежда которой до сих пор не высохла, что было очень странно. Наклонившись над Цилинь, Пен начал всматриваться в ее лицо. Дыхание было немного прерывистым, ее ресницы подрагивали, губы побелели, а щеки начали покрываться румянцем. «Этого мне еще не хватало!»

Положив руку на лоб Цилинь, Пен вздохнул:

«Жар небольшой, это радует. Сейчас в тепле отоспится и должно быть все нормально, но сперва нужно ее раздеть. Когда она проснется, будет крыть меня благим матом, но это, же ради нее. Тем более мне же нужно ей как-то отомстить!»

Кровожадно смеясь, Пен начал быстро раздевать Цилинь, чтобы она еще больше не замерзла. Оставив ее в нижнем белье, он закутал ее в рубашку и отправился за хворостом. Когда огонь был разведен, он положил Цилинь поближе к костру и занялся изготовлением сушилки для ее одежды. А именно, сложив несколько палок. На них он положил одежду Цилинь, тоже располагая рядом с костром.

Когда Пен повернул голову к Цилинь, он увидел, что она трясется и лепечет:

-Холодно, холодно….

Пен подошел к ней и положил руку на лоб.

«О нет!»

Перевернув Цилинь лицом к потолку, он ужаснулся. Ее лицо было таким красным, что больше походило на бордовое. Дышала она урывками и постоянно повторяла:

-Холодно, холодно…

Со лба по всему лицу стекал градом пот. Грудь вздымалась так, как будто больше не получит кислорода и пыталась «пополнить его запасы».

«Плохо дело. Это лихорадка. И лекарств никаких нет. Демоническая энергия тоже не греет. Что делать?»

Пену ничего не оставалось, как лечь рядом и греть своим телом тело Цилинь. Смахивая пот с ее лба, он повторял:

-Цилинь, все хорошо. Я рядом. Переживи эту ночь, пожалуйста. Завтра я отправлюсь на поиски лекарства, потерпи.

Чтобы облегчить Цилинь боль, Пен решил потихоньку передавать ей демоническую энергию. Сколько времени прошло, час, два, три или больше, Пен не знал, но Цилинь уже больше не тряслась от озноба, пот перестал стекать по ее лбу, лицо стало возвращать свой привычный цвет, и она уснула. Пен не решался разомкнуть объятья, поэтому, не сомкнув глаз, пролежал с ней до утра.

Когда Цилинь проснулась, то увидела, что раздета, ее обнимают чьи-то руки и местами ее кожа покрыта чье-то рубашкой. Она стала вспоминать, что, когда они с Пеном падали он притянул ее к себе и она отключилась. Очнулась только что. Осознав, что он воспользовался ей, она задрожала от страха. Пен почувствовал, что Цилинь снова дрожит, обнял сильнее. Она начала вырываться и кулаком с демонической энергией ударила Пена в солнечное сплетение. Тот айкнул и разжал объятия, чем Цилинь и воспользовалась, быстро поднявшись, и отойдя на приличное расстояние, с красными от смущения щеками прикрывала свое тело рубашкой Пена и смотря на него с ненавистью и жаждой убийства.

Пен потирая свое солнечное сплетение, посмотрел на Цилинь и сказал:

-Хорошая благодарность за спасение, не находишь?

Цилинь аж задохнулась от возмущения:

-БЛАГОДАРНОСТЬ! ДА ТЫ МЕНЯ ИСПОЛЬЗОВАЛ! ТОЖЕ ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ, ЧТО НЕ ИЗНАСИЛОВАЛ МЕНЯ?

Глаза Пена округлились, он подумал:

«Тоже? Ее что, раньше изнасиловали?»

-Я тебя не насиловал. После того, как мы сорвались с обрыва, упали в поток воды и наши одежды были мокрыми. Я принес тебя сюда, раздел, чтобы не замерзла, но ночью тебя лихорадило, и ты повторяла в бреду, что тебе холодно и твое тело все трясло от озноба, мне ничего не оставалось, как греть тебя собой. Это все.

Цилинь, слушая объяснения и осматриваясь, потихоньку начала успокаиваться.

Пен спросил:

-Тебя раньше изнасиловали?

Цилинь снова начала кричать:

-НЕ ТВОЕ СОБАЧЬЕ ДЕЛО, ЧТО СО МНОЙ БЫЛО РАНЬШЕ! ТЫ МНЕ НИКТО, Я НЕ ОБЯЗАНА ПЕРЕД ТОБОЙ ОТЧИТЫВАТЬСЯ!

Цилинь рывком взяла свою уже высохшую одежду и обувь и бегом выбежала из пещеры. Пену оставалось только глазами хлопать.

«Да, она никому не доверят. Очень похожа на меня в прошлой жизни. Что же она пережила, раз так себя ведет? Может быть, и смогу узнать, когда она не будет чувствовать себя испуганным зверьком и потихоньку начнет открываться. Поживем-увидим, а пока можно и ту пещеру осмотреть, раз ее жизни больше ничего не угрожает».

Глава 13

СЛИЯНИЕ ЭНЕРГИЙ.

Держа рубашку Пена одной рукой, а другой свою одежду и обувь, Цилинь не разбирая дороги бежала по ельнику. Глаза застилали слезы, в горле стоял ком. Ударившись головой о дерево, которое она не заметила, покачнулась и села рядом с ним облокотившись спиной. Слезы размывали видимость местности, но Цилинь было плевать. Спрятав голову в коленях, она бросила рядом с собой свою одежду, обувь и рубашку Пена, руками обняла их и дала волю слезам захватить полностью ее нутро и естество.

«Я думала, что выплакала уже все свои слезы десять или двадцать лет назад. Уже даже не помню, когда я плакала в последний раз. Да это и неважно. Думала, что время пройдет и рана затянется, но нет. Черта с два она затянулась! Все эти годы я пыталась забыть, отпустить, простить, но не получается! Время не лечит, страдания увеличиваются только вдвое. Как же хочется выпить и забыться, как обычно! После этого насилования я не могу ни с кем сексом заниматься, хотя являюсь демоном, сейчас уже падшим, но это неважно, мне по природе это свойственно. И что остается, только напиваться. Это сейчас я занимаюсь алхимией, механикой, тренировкой Шена и Чука, а когда был только Ганс, я частенько принимала на грудь. А сейчас нет даже спиртного, организм это понял и начали течь слезы, пытаясь облегчить боль. Хочу забыть и никогда не вспоминать! Пробовала переписать воспоминания, но оно не убирается, как я не пыталась, как Ганс не пытался, как ястреб не пытался. Когда мне выжгли каналы, я хотела умереть, но ястреб смог меня отговорить и дал надежду на месть и жить дальше даже с этой болью. Интересно, как он там, не поймали ли его? Надо будет связаться с ним».

Просидев в позе сидячего эмбриона еще некоторое время, пока поток слез не иссяк и Цилинь не почувствовала холод раннего утра, она заставила себя встать и одеться. Не нашла она только свои «пилотские» очки. Села обратно к дереву и уставилась в одну точку на тропинке ельника, разглядывая муравья, который нес что-то в муравейник.

«Куда делись мои очки? Может в пещере оставила, а может уплыли, раз мы упали в воду. Жаль, придется новые купить. Меня лихорадило? Почему? Заболеть из-за того, что я побывала в воде, я не могла, закалена я замечательно. Даже если бы заболела, одной ночью это бы не обошлось. Может ястреба спросить?»

***

Пен подождал немного. Цилинь так и не объявилась.

«Ей нужно время прийти в себя, не буду пока ее трогать, если не явится, когда я исследую пещеру, пойду на поиски».

Подойдя к проходу, Пен увидел, что он был не только узким, так и низким. Пролезть в него можно было только на четвереньках и ползком. Кое-как проползя проход, Пен выбрался в другую пещеру. В ней были сталактиты и сталагмиты. Сверху была небольшая щель, через которую проникал луч света. Пройдясь по пещере, Пен увидел какие-то рисунки. На одной стене был нарисован человек, который просто стоит, на другой, человек в позе медитации, на третьей - человек с крыльями, а на четвертой – напротив стоящие мужчина и женщина с крыльями и держащие в руках, какой-то круг, похожий на сферу. Пен подошел к четвертой фреске и провел рукой по этой сфере. Он почувствовал холод камня. Тут со сталактита упала холодная капля Пену на руку, и он посмотрел на верх. Было плохо видно, но на потолке тоже что-то нарисовано.

«Жаль, что не могу демонической энергией свет зажечь. Надо что-то придумать».

***

Наблюдение за муравьем оказалось расслабляющим занятием. Цилинь даже не заметила, что идет за ним к муравейнику. Муравейник оказался довольно большим и располагался около ели и тропинки в ельнике. Дойдя до муравейника, Цилинь во все глаза наблюдала за колонией муравьев, забыв счет времени. Почувствовав писк и вибрацию в правой груди, Цилинь потянулась под бюстгалтер и достала небольшое устройство похожее на чип. Влив в него демонической энергии, чип стал трансформироваться на что-то наподобие рации. Когда «рация» до конца сформировалась, Цилинь услышала голос:

-Беркут, это ястреб.

-Беркут на связи. Ястреб, как обстановка во дворце?

-Во дворце пока все тихо, как у тебя продвигается «натаскать наследничка»?

-Что бы я еще раз послушала твой совет, да не в жизни!

-А что случилось? Не сработало?

— Вот именно, что я не знаю, сработало ли? Я сразу отключилась, когда он притянул меня к себе. Очнулась только сегодня.

-Только не говори мне, что ваши энергии совместимы.

-В смысле? О чем ты, ястреб?

-Беркут, тебя случайно не лихорадило?

-Да, и что?

-Пипец, приехали.

-Да, что случилось-то?

-А то, что теперь ты с ним повязана энергией. Такое было только с Владыкой и Королевой. Поздравляю, Цилинь, удружила, блин.

-Да не ревнуй ты!

-Да не ревную я!

-Нет ревнуешь, давай пока забудем об этом. Ты выполнил мою просьбу?

-Да, книга у меня, реплику я хорошую сделал, не переживай. И я не ревную, ты мой друг с самого начала, я никогда не видел в тебе женщину, извини.

-Ладно, ты мне тоже только друг. Когда сможешь ее передать?

-Приходи в наш город, там будет гостиница, заселитесь и я передам книгу.

-Хорошо. До него же десять километров на север, да?

-Да.

-Хорошо, когда прибудем, я с тобой свяжусь. Что делать с этой энергией?

-Пока оставь все как есть. Позже разберемся. Все не могу говорить, увидимся.

-Ага, удачи, увидимся.

Когда Цилинь закончила разговор, понаблюдав еще немного за муравьями, отправилась к Пену в пещеру. Выбирая, что сказать, Цилинь потихоньку подходила к пещере и почувствовала землетрясение и увидела небольшое свечение из пещеры.

«Чувствую беду» - подумала Цилинь и побежала внутрь.

***

Пен ходил по пещере взад и вперед пытаясь вглядеться в рисунок. Намотав уже десять кругов, он плюнул и сел на пол.

«Блин, очертания какие-то есть, но общей картины даже близко не видно. Факел или его подобие сделать не получится, проход слишком маленький. Если сделать щель побольше, то можно и обвал получить, это тем более не вариант. Остается только прошерстить всю пещеру на наличие каких-то выступов или скрытых углублений. Если ничего не найду, пойду обратно».

Прощупав всю пещеру, Пен наткнулся на углубление рядом со сталагмитом на полу. Присмотревшись, Пен тоже заметил очертание какого-то рисунка. Положив кулак и надавив на углубление, ничего не произошло. Тогда Пен влил демоническую энергию и ударил с ней. Пещера заходила ходуном и пол начал меняться. Сталагмиты ушли под землю и появилась еще одна фреска. Человек с крыльями сидел в позе медитации и держал в руках сферу. От человека шли ответвления по всей пещере и смыкались они на потолке.

«Ого, вот это да! Интересно, кто эти существа - демоны или небожители? Эти ответвления очень похожи на каналы, что, если попробовать сесть на фреску на полу и влить демоническую энергию? Чушь, конечно, но почему бы и нет, все равно никто не видит».

Пен сел примерно по очертаниям фрески и начал медитировать, открывая прорывы. Когда он дошел до головы, к его удивлению, прорыв произошел и очень даже легко.

«Неужели это от падения с обрыва? Тот голос, мог ли он сопровождать прорыв? Не хотел я заводить этот разговор, но похоже придется. Сейчас нужно сосредоточиться на медитации».

Когда тело Пена полностью захватила энергия, он расправил руки в стороны и начал пускать из них демоническую энергию по ответвлениям на фресках по всей пещере. Когда она достигла потолка в одной точке, по пещера снова пошла вибрацией и из точки соприкосновения пошел свет и Пен увидел, что потолок тоже меняется, также, как и пол. Сталактиты исчезли и появилась девушка в позе медитации, с крыльями и с такой же сферой. Энергия Пена пересекалась в этой сфере.

***

Забежав в пещеру, Цилинь увидела, что свет исходит от прохода в левой части пещеры. Когда она пролезла через него, то увидела Пена, сидящего на полу в медитативной позе и передающего свою энергию по пещере.

«Что он делает?»

Пен тоже заметил Цилинь и сказал ей:

-Цилинь, ты можешь сделать тоже самое, что и я, только с потолка.

Цилинь посмотрела на него, как на сумасшедшего.

-Зачем?

-Сделай, я же тогда сделал, как ты сказала, теперь и ты мне должок отдай.

-Ну…ладно.

Пустив по своим каналам демоническую энергию, Цилинь взлетела и хлопая крыльями, чтобы не упасть, скрестила ноги и стала передавать свою энергию по каналам на пещере смешивая с энергией Пена. Пен тоже начал хлопать крыльями и взлетел на несколько сантиметров от фрески, в которой уже начала собираться энергия Цилинь в сфере мужчины на полу. Когда энергия Цилинь начала смешиваться с энергией Пена, он снова услышал голос:

«Наша, наша, наша…»

«Да что же это такое!»

Но дальше подумать ему не дал такой ослепительный свет, что пришлось зажмурить глаза, что сделала и Цилинь. Когда свет поутих, то одна из стен пещеры, на которой были нарисованы мужчина и женщина со сферой отъехала в сторону и открылся проход. Перестав подавать энергию, Пен с Цилинь подлетели к нему. Увидев, что находится внутри, Цилинь не смогла сдержать ликования:

— Это же лунная сицилия!

Глава 14

БЕЗУМИЕ.

Пен удивленно посмотрел на Цилинь.

«Лунная сицилия? Где-то я это уже слышал. А, вспомнил, она это перед зарядкой Чука и Шена говорила. Это такое редкое растение?»

Лунная сицилия выглядела, как обычная сицилия, только лепестки цветков поблескивали серебром. Всего здесь было пять цветков. Они росли из земли, где не было камня пещеры, покрытые еле заметным куполом. Пен спросил Цилинь:

-Ты так рада, как будто в лотерее выиграла. Что это за цветок?

-Лунная сицилия поможет им прорваться.

-Кому им? Шену? Чуку? Гансу?

-Им всем! Я думала это сказки, но она существует. Каналы она не сможет полностью восстановить, но прорваться в ближайшее время – да. Еще немного и мы все сможем жить как демоны, хотя бы несколько веков! Это настоящее сокровище!

Цилинь с блеском в глазах, на радостях обняла Пена за торс, не смущаясь его наготы. Тот сначала опешил, но с румянцем на щеках, позволил ей эту выходку. Пусть порадуется, перед тяжелым разговором.

Отойдя от эйфории, Цилинь разомкнула объятья и еще дрожащим от волнения голосом спросила:

-Как ты узнал, что она здесь?

-Никак, я не знал. Когда я оказался в этой пещере, то увидел любопытные рисунки на стенах и решил исследовать ее. А дальше уже был банальный экспромт. Я не думал, что он сработает, но чеховское ружье выстрелило.

-Что? Я не поняла? Какое ружье?

-Забудь об этом. Забирай свою сицилию, разговор есть. Буду ждать тебя в первой пещере.

-Эй, подожди меня….

Пен уже не слушал, а спустился к проходу и убрал крылья, пролезая через туннель. Оказавшись в первой пещере, он сел и стал ждать. Цилинь явилась минут через двадцать вся красная, грязная и счастливая. Сицилии в ее руках не было.

-А где твои цветы?

-Не скажу, секрет, но они в надежном месте.

-Хорошо, садись, надо поговорить.

-Подожди, я хочу сходить за твоей рубашкой и еще извиниться. Я была не права и мне очень стыдно, правда. И спасибо, за сицилию. Если бы не ты, я бы никогда ее и не нашла. Спасибо.

Пен видел, что каждое слово дается ей с трудом. Слово за слово, Цилинь переступая свою гордость, искренне извинилась, как смогла. Пен вздохнул и махнул рукой:

-Ладно, извинения приняты. Но я пойду с тобой, вдруг еще сбежишь от разговора.

Цилинь ехидно поинтересовалась:

-А что ж я тогда не сбежала, а обратно вернулась?

Пен проигнорировал ее подколку, встал и вышел из пещеры. Цилинь пожав плечами, вышла следом и направилась за рубашкой. Пен проследовал за ней. Когда он уже облачился в свою верхнюю одежду, Цилинь попросилась к водоему, помыть руки и лицо. Пен только глаза закатил, но все же привел ее к берегу, где был поток в который они вчера свалились. Пока Цилинь отмывалась, Пен скрестив руки на груди спросил:

-Теперь отвечай, зачем нужен был весь этот фарс?

-Какой фарс?

-С собиранием трав вчера весь день.

-Мм, так ты понял. Он был нужен, чтобы ты пошел со мной и пообещал не летать. Все довольно просто.

-Нет не просто. А если бы не получилось, что тогда? Ты вообще в своем уме, так жизнью рисковать?

-А я и не рисковала. Тебе для прорыва нужен был эмоциональный и адреналиновый толчок. Если бы не сработало, я бы взлетела и все. Раз ты спрашиваешь, значит все получилось, нужно радоваться, а не претензии предъявлять.

-Да радоваться. Но чему? Тому, что ради цели, нужно всем пожертвовать!

Домыв руки, Цилинь повернулась к Пену:

-А что плохого в том, чтобы добиться цели? Цель оправдывает средства.

-Нет, не оправдывает.

-Тогда мы с тобой говорим о разных вещах, и не придем к согласию. Давай закроем эту тему, не хочу ее развивать. Что сделано, то сделано, и этого не изменить.

-Скажи, за что тебе выжгли каналы?

Цилинь хмыкнула:

— Это была забавная ситуация. Я узнала, что Владыка имеет любовницу, и шантажировала его тем, что расскажу Королеве. Мы с ней были достаточно близки, если это возможно при дворе. Но Владыка не повелся на шантаж и всем сказали, что я спуталась со слугой, и чтобы не омрачать мою репутацию советника, сказали, что я покончила с собой, но на самом деле мне выжгли каналы и выгнали из дворца. Вот так.

-Ясно. Сочувствую тебе, было очень сложно выжить, да?

-Я не хочу вспоминать, лучше оставлю в прошлом.

«Почему я не могу так оставить свое изнасилование, как пережиток прошлого? Опять выпить захотелось, ар».

Цилинь подошла к Пену и спросила:

-Можешь теперь менять облик?

-Не знаю, не пробовал.

-Попробуй, должно получиться.

-А Шена и Чука изгнали из-за той же причины, что и Ганса?

-Да, они тоже были стражниками и тоже влюбились в служанок.

-Понятно, как поменять облик?

***

Цилинь пыталась объяснить Пену на словах, как изменить внешность, но он все равно ничего не понял, а показать она не могла, т.к. из-за выжженых каналов поменять кардинально свой образ, она не могла. Более того очень много сил уходило на то, чтобы поддерживать скрытие ауры и сохранение молодого вида. Поэтому Пену пришлось разбираться самостоятельно почти целый день. Ближе к вечеру, у него все же получилось поменять строение тела, цвет кожи, волос, форму лица и глаз. Но поплатился он тем, что весь день выслушивал крики Цилинь о его тупизме, кретинизме и дибилизме, что порядком подзадолбало. Но он так и не смог принять истинное обличие демона, как бы ни старался, что злило его больше, чем причитания Цилинь. Когда солнце уже начало уходить за горизонт, Цилинь сказала Пену, который уже вернул свой привычный облик:

-Нам надо уходить отсюда, пока совсем не стемнело.

-И куда мы пойдем?

-В город, в близи от столицы.

-Ага, чтобы нас сразу поймали, отлично.

-Нас не поймают.

-С чего такая уверенность?

-Связи остались даже у павшего демона. Если бы там было небезопасно, я бы предлагала тебе пойти со мной?

-Звучит логично, но вопрос в том, что я не доверяю твоим амбициям лесть на рожон. Одного опыта мне вполне хватило, спасибо.

-Во-первых, это было необходимо, а во-вторых, не смей сомневаться в моем чувстве самосохранения и не попрекай меня этим падением всю оставшуюся жизнь! Если я сказала, что там, значит там безопасно!

Пен поднялся с земли и поднял руки в знак капитуляции:

-Ладно, ладно, не заводись, пошли, а то придется снова в пещере ночевать.

— Вот так бы сразу. – Пен лишь покачал головой.

Цилинь влила демоническую энергию в ноги и пошла, Пен сделав тоже самое последовал за ней. Через пятнадцать минут они уже стояли перед воротами в город. Как ни странно, они были открыты и стражников нигде не было. Цилинь лишь гордо вскинула головой и с победой посмотрела на Пена, мол ты не верил, что я говорю правду, теперь будешь должен извинения. Пен лишь холодно пожал плечами.

В городе они не использовали демоническую энергию, для большей скрытности, поэтому пошли намного медленнее. Сумерки уже давно накрыли небо, но улицы города были освещены фонарями, что не могло не радовать. Ото всюду доносились разговоры людей из домов, смех пьяных из кабаков, крики торговцев из лавок. Пройдясь по главной улице, Пен был заворожен красотой, которая украшала каждый дом, лавку, кабак, магазин и даже фонари. Все было украшено цветами, лентами, венками и даже мишурой, хотя Новый Год прошел уже давно. Цилинь заметила, что Пен разглядывает украшения с любопытством и какой-то детской радостью, поэтому с улыбкой сказала:

-Люди готовятся к параду, который будет проходить через неделю.

-Что за парад?

-В честь победы нашего королевства над другим.

— Это им так мозги запудрили?

-Да, чтобы вопросов лишних не возникало.

-Поэтому здесь безопасно?

-Не только. Я же говорила, что у меня есть связи. Мой друг работает во дворце информатором и отвечает за этот город на время подготовки и проведения парада.

-Информатором? Ему можно доверять?

-Да, мы с ним с самого начала дружим. Я ему полностью доверяю. Он помог мне устроиться, после моего «самоубийства». Поделился энергией, чтобы мой источник не атрофировался окончательно. Передал книги по алхимии, механике, навел меня на Ганса, правда понадобилось тогда много времени. После на Шена и Чука. Если бы не он, меня бы здесь не было.

-Ага.

«Информатор? Может ли он быть двойным агентом? Да, доверять ему нельзя».

Пока Пен думал, они вышли в темный переулок. Походив между домов, Пен увидел, что Цилинь замерла и нахмурилась. Поджав губу, она со всей прыти рванула в него.

«Да твою жиж мать!»

Пен погнался за ней, мысленно матерясь. Пропетляв несколько закоулков, Пен увидел Цилинь, которая с безумными глазами пыталась зажать руками рану на груди у девушки. Рядом с ними лежала толпа мужчин в мантиях и капюшонах. Подойдя к одному из мужчин, Пен пощупал пульс и посмотрел на его внутренние системы.

«Это человек, и он жив. Остальных после посмотрю. Это Цилинь их так быстро вырубила, молодец».

Пен подошел к девушкам и увидел, что рана на груди у жертвы была необычной. Из-за рук Цилинь было плохо видно, но очертания походили на цифру 10. Платье ее было разорвано в нижней части тела, хотя Цилинь и пыталась прикрыть, но Пен осознал, что девушку изнасиловали, а после убили.

«Групповое насилование? Убийство и цифра 10. Люди в мантиях. Это секта?»

Пен подошел к Цилинь, которая все еще закрывала рану бедняжки, сказал:

-Цилинь, ей уже не помочь, оставь ее.

Цилинь повернула к Пену голову с безумными красными глазами.

-Нет, она еще жива. Я спасу ее.

Пен решил не заморачиваться с разговором, а взял руки Цилинь своими под ее подмышки и попытался оттащить от девушки. Цилинь закричала и начала вырываться как пантера. Пену пришлось усилить хватку демонической энергией и поставить небольшой шумоизоляционный барьер:

-Цилинь, ты безумна, успокойся! Ей уже не помочь! Все, что мы можем для нее сделать, это похоронить с почестями!

Цилинь закричала еще сильнее:

-ТОГДА ДЛЯ ЧЕГО Я ЖИВУ, ЕСЛИ НЕ МОГУ НИКОМУ ПОМОЩЬ! Я ПОКЛЯЛАСЬ СЕБЕ, ЧТО ПОМОГУ ВСЕМ, КОГО ВСТРЕЧУ НА СВОЕМ ЖИЗНЕННОМ ПУТИ! ТАК ПОЧЕМУ Я ДО СИХ ПОР ЖИВА, ЕСЛИ НЕ МОГУ НИКОМУ ПОМОЩЬ! ОТПУСТИ МЕНЯ, Я СПАСУ ЕЕ.

-ДА УСПОКОЙСЯ! ТЫ ВООБЩЕ СЕБЯ СЛЫШИШЬ! ТЫ МАТЬ ТЕРЕЗА, ЧТОБЫ ВСЕМ ПОМОГАТЬ? НЕТ! МЫ НЕ МОЖЕМ ПОМОЧЬ ВСЕМ, ТАКОВА ЖИЗНЬ! Я ЗНАЮ ТЫ ПЕРЕЖИЛА ЧТО-ТО ОЧЕНЬ БОЛЬНОЕ, И ТЯЖЕЛОЕ ВОСПОМИНАНИЕ НЕ ДАЕТ ТЕБЕ МЫСЛИТЬ ЗДРАВО. -Решив, что слишком эмоционирует, Пен решил говорить более четко и хладнокровно.

-Поделись этим с кем-нибудь, тебе станет легче. Не нужно держать это в себе и давать фанатические обещания. Поэтому, пожалуйста, очнись и постарайся понять, что есть тот человек или демон, который тебя не осудит и выслушает. Научись заново доверять. Ты же уже доверяешь своему информатору, так попробуй поверить и другим. Это сложно и может показаться невозможным, но если сделать первый шаг, то это уже колоссальное усилие. Я знаю о чем говорю, сам через это прошел….

Пен хотел сказать что-то еще, но увидел, что Цилинь уже без безумного блеска в глазах смотрит на него повернув голову. Она больше не сопротивляется и ждет, что еще скажет Пен. Пока он подбирал слова, Цилинь сказала:

-Отпусти меня, уже все нормально. Я привыкла быть одна и никому не доверять, после прошлого, но я хочу хоть начать, нет, попытаться начать ТЕБЕ доверять. Я знаю, что моя психика нестабильна и я...

Пен покачал головой, отпустил Цилинь и обнял:

-Ничего не говори, я знаю, позволь хоть так утешить тебя.

Цилинь почувствовала тепло внутри и тоже обняла Пена. По ее изнеможденному лицу текла одинокая, но такая желанная и «освобожденная от оков», слеза.

Глава 15

ПЬЯНЫЕ ОТКРОВЕНИЯ. ЧАСТЬ 1.

Постояв некоторое время в обнимку, Пен с Цилинь решили осмотреть тело девушки и допросить мужчин в мантиях. Они разделились, Цилинь пошла опрашивать людей, а Пен - осматривать тело.

Сев рядом с бедняжкой, Пен начал осмотр. Она действительно была мертва. На лице застыл стеклянный взгляд серых глаз, рот приоткрыт. По всему телу были видны следы побоев и многочисленные гематомы. Одежда, по крайней мере, что от нее осталось, была грязной, в крови и недорогой. Руки девушки были такие же, но еще просвечивались натертости и мозоли. Рана на ее груди была не только в форме 10, но и были какие-то непонятные символы, разбросанные по всей грудной клетке убитой. Кровь затмевала кое-какие части узоров. Она же растеклась от тела и впиталась в землю. Умерла девушка, как думал Пен от потери крови, шока и нанесении по живому отметин лезвием режущего предмета. Бегло осмотря тело, Пен подтвердил свои догадки.

«Точно сектанты. Это девушка похоже стала 10 жертвой этих ублюдков. Но кому могут поклонятся люди? Неизвестному богу, дьяволу, Владыке? Или еще кому? Надеюсь, Цилинь расспросила их не убивши. Но если посмотреть с другой стороны, то это вообще не наше дело. Похороним девушку и на этом все».

Пен встал и обернулся, чтобы посмотреть, как обстоят дела у Цилинь. Она присела около одного из мужчин и положила руку ему на грудь и сосредоточилась. Когда она встала и подошла к Пену, то сказала, отряхивая руки от засохшей крови:

-Они все мертвы. Смерть от яда.

Пен удивился:

-От яда?

Цилинь кивнула:

-Да, от яда. Они использовали пилюли с ядом, которые держали под языком. Так делали лишь наемные убийцы, когда их ловили, чтобы не выдать заказчика.

-А эти отравились, чтобы не выдавать свою секту.

Пен не спрашивал, а утверждал. Цилинь лишь мрачно кивнула, руки ее сжались в кулаки. После она глубоко выдохнула и тихо спросила:

-Давай их всех похороним?

-Угу, давай, когда я буду нести тела, ты внушишь людям о нашей невидимости.

Цилинь осталось только согласиться.

***

Пен с Цилинь вышли из города и похоронили тела девушки и сектантов. На небе уже вышла яркая луна. Осмотрев свою одежду и одежду Цилинь, Пен спросил:

-Мы так и будем в крови ходить? Ладно еще по улице, сейчас уже ночь, но ночевать-то мы пойдем в гостиницу или отель.

Цилинь вздохнула:

-Ничего не поделаешь, придется всем мозги пудрить, что одежда чистая.

После вернулись в город и Цилинь привела Пена к отелю под названием «Райский уголок». Перед входом она спросила Пена:

-У тебя есть деньги?

Пен достал из потайного кармана мятые и «повидавшие виды» деньги, заработанные официантом у Рама. Цилинь не стала смотреть скептически или как-то едко комментировать, а просто выхватила бумажки из руки Пена и пошла к двери в отель. Пен за ней. Зайдя внутрь и дойдя до ресепшна, Цилинь взяла Пена, который разглядывал убранство холла, под руку и с улыбкой сказала администратору:

-Барышня, можно нам с мужем заказать две комнаты, баню и ужин.

Когда Цилинь говорила в ее красных радужках мелькали еле заметные черные всполохи. Администратор тоже улыбнулась и забрав деньги, выдала Цилинь и Пену два ключа от 305 и 306 номеров. Также рассказала, как пройти в бани и где находится ресторан. Поблагодарив ее, Цилинь плавно идя и таща за собой спотыкающегося Пена прошла к лифту. Когда они остановились у своих номеров, Цилинь отдала Пену ключ от 306 номера.

-Мы здесь пока до утра, но завтра я сниму нам комнаты на неделю.

Взяв ключ, Пен спросил:

-Зачем?

-Я хочу расслабиться и отдохнуть хотя бы неделю. Тем более мне нужно сделать очень много дел в этом городе.

Пен хотел спросить, и каких это дел, но воздержался, чтобы не выслушивать новые крики. Цилинь открыла дверь своего номера и сказала:

-До завтра. – и поспешно закрыла дверь.

Пен озадаченно нахмурился. А после открыл ключом свой номер, решившись переодеться хоть во что-то. Зайдя в ванну, он нашел банный халат и надев его, спрятал свои вещи в корзину для белья, отправился в ресторан, а после и в баню.

***

Закрыв дверь номера, Цилинь спустилась спиной по двери на пол. Прислонившись спиной к стене, она снова обхватила руками ноги выше колен и спрятала в них голову. Слезы не текли, ее переполняла злоба на несправедливость этого мира, и в какой-то мере она злилась на себя. Цилинь долго вынашивала в себе обещание о помощи нуждающимся в ней, что оно вошло в порядок ее вещей и она съедала себя изнутри за то, что не в состоянии его выполнить. Но появился Пен и все испортил. Своими словами он зародил в сердце Цилинь зерно сомнения о ее мировоззрении, в котором она до сих пор жила. Цилинь задумалась о том, что же теперь делать и как ей жить дальше. Нужно ли менять что-то или оставить все как есть? Если менять, то как и что нужно менять? Справится ли она сама? Она, которая бежит от прошлого, но которое все равно достигает ее чувства и разум, как от него не скрывайся. Верно, она не сможет измениться сама. Ей нужна помощь. Но как просить о помощи, когда ты никогда этого не делала? Ястреб помогал ей несмотря на то, просила она помощи или нет. Просто делал и все, не спрашивая ни о чем. Может видел, как Цилинь не может переступить эту черту или же преследовал иные цели? Кто знает? Никто не знает, и она не знает. Мучил ее вопрос и о доверии. Цилинь никогда толком не задумывалась об этом. Она считала это чем-то обычным и не требующим какого-то анализа, но теперь… теперь она поняла, как сильно ошибалась. Работая во дворце советником, она поняла одно, что доверие не поможет ей выжить и остаться на такой должности надолго. Нужно было действовать хитро и на опережение, не веря фальшивым улыбкам и льстивым речам. Но сейчас, спустя столько лет, она осознала, что так больше продолжаться не может. Своими постоянными «дворцовыми привычками» она не приближала никого к себе, кроме ястреба, но и того не видела уже довольно много времени, и скрашивала свое одиночество посиделками с Жасмин. И то, кошка появилась всего год назад, а до нее Цилинь никак с ним не справлялась, заставляя себя работать все больше и больше.

«Научись заново доверять. Ты же уже доверяешь своему информатору, так попробуй поверить и другим. Это сложно и может показаться невозможным, но если сделать первый шаг, то это уже колоссальное усилие».

Цилинь вспомнила слова Пена. С какой грустью он их говорил. Может тоже тогда вспомнил что-то плохое? Или раскаивался? Что ОН пережил? Какую боль ОН перенес? Она впервые задумалась не о себе, а о других. О Пене. О его жизни до знакомства с ней. Ганс рассказывал только то, как продвигается его открытие прорывов. Цилинь не знала его характер, его чувства, мысли, действия. Но сейчас все изменилось. Она хотела, нет, жаждала узнать все, до мелочей. Жаждала понять, как он живет, чем руководствуется. Жаждала научиться понимать свои и его мотивы к действиям, логику этих действий, поступков с разных сторон. Как она чувствует и как он. Понять, почему их мнения сходятся в одном, а расходятся в другом. Все это и многое другое Цилинь жаждала изучить и понять. Может так она и сделает свой первый шаг к доверию, как и говорил Пен.

Цилинь встряхнула головой, приподнимая ее с колен. Осмотрела себя и скривилась. От нее разило кровью и потом. Быстро встала и пошла в ванную. Застирала свою одежду, но не избавилась от крови окончательно. Решив замочить и оставить до утра, Цилинь наполнила ванну водой и начала смывать с себя грязь прошедших двух дней. Выйдя из ванной, первым делом одела халат и начала связываться с ястребом.

-Ястреб, это беркут.

-Ястреб на связи. Вы пришли в город?

-Да.

-Хорошо, завтра ближе к полудню прибуду.

-Ястреб у меня к тебе просьба.

-Я слушаю.

-Недавно мы наткнулись на убитую девушку…

-Можешь не продолжать, в каком месте нужно замести следы.

-Рядом с кварталом бездомных.

-Понял, все улажу.

-Спасибо, до завтра.

-Да, до завтра.

«Что ж, вопрос улажен, а теперь можно и помянуть бедняжку. Надеюсь, в ресторане мне подадут хорошее вино».

Глава 16

ПЬЯНЫЕ ОТКРОВЕНИЯ. ЧАСТЬ 2.

Пен нервно бродил по своему номеру взад и вперед после того, как сходил в ресторан и баню. Ему не давало покоя поведение Цилинь после того случая с мертвой девушкой и таким резким уходом в ее номер. Его сердце и душу терзали страшные догадки и накручивания.

«Мне страшно за нее? Да, определенно. Но почему? От ее безумных глаз и поведения? Отчасти. Но что еще? Этого недостаточно. Я как будто что-то потерял. Какой-то очень нужный фрагмент для четкой картины. И этот фрагмент – Цилинь, а точнее ее благополучие. Физическое и ментальное. Я хочу защитить ее от всего, лишь бы больше не видеть этого страха, боли, страдания в глазах и душе. Что со мной не так? Почему я не могу выкинуть ее безумный образ из головы? Почему мне хочется забрать себе все эти долговечные и многострадальные эмоции и стенания? Почему хочется укрыть ее одеялом с головой и утешать, постоянно находясь рядом. Пусть даже она кричит и выгоняет меня, все равно. Я не уйду и останусь рядом, пусть хотя бы периодами буду видеть ее. Хотя бы так. Что это за чувства невыносимости и безысходности? Что это за страх, который заставляет отключить логику и рисует в голове разные несчастные образы?»

Пен остановился посреди комнаты и закрыл лицо ладонями. Потер ими яростно щеки. После помассировал виски, избавляясь от начинавшей от таких мыслей мигрени. Затем глубоко подышал, восстанавливая спокойное дыхание и понемногу избавляя горло от сжимающих его от волнения тисков.

«Вдох выдох, вдох выдох, вот так, спокойно. Нужно сохранять хладнокровие и трезвость ума. Вдох выдох. Пойду и попрошу ее впустить меня. Вдох выдох. Если не откроет, постою и попрошу снова. Вдох выдох, вдох выдох…»

Окончательно успокоившись, Пен вышел из своего номера и подошел к двери номера 305. Постучав в дверь, Пен сказал:

-Цилинь, это Пен, открой, пожалуйста, хочу кое-что тебе сказать.

Но по ту сторону двери стояло безмолвие. Пена уже опять начала охватывать паника, но он сдержался и постучал снова:

-Цилинь, открой, это важно.

Снова затишье. Теперь панику сдержать было куда сложнее. Пен хотел уже потянутся к дверной ручке, как увидел, что из номера выходит уборщица. Это была девчушечка, на вид лет четырнадцати-пятнадцати. Закрыв дверь номера 305, девочка сказала:

-Господин, здравствуйте, ваша супруга отправилась в гостиную, но просила никого к ней не пускать.

У Пена от сердца отлегло, что Цилинь не делает какие-то страшные вещи с собой, а то его сознание уже рисовало поминальные проводы. Откинув свои волосы с лица назад, Пен самой соблазнительной (на какую был способен) улыбкой обратился к девочке:

-Душа моя, подскажи, где находится эта гостиная. Могу даже расплатиться за ответ…и двусмысленно подмигнул.

Девочка вся зарделась и начала заикаться:

-Я-я ва-ас про-провожу, ид-демте.

Сдерживая ликование, Пен пошел за девочкой. Пройдя несколько холлов, они остановились у красивых резных красных дверей. Девочка откланялась и побежала, звеня ведром и покачивая шваброй.

Постояв немного перед дверьми, Пен постучал. Снова тишина. Тогда он приоткрыл одну дверь, и посмотрел, что происходит внутри. Было темно, только свет луны из большого панорамного окна освещал «внутренности». Комната была обставлена разными сервантами, в которых находились самые разнообразные фужеры, бокалы, рюмки для алкоголя. Посередине стоял большой диван, на котором положа ногу на ногу, сидела Цилинь, держа в руках бутылку вина. Около дивана стоял маленький столик, на котором лежала пустая бутылка того же вина.

Скривившись, Пен закрыл дверь и подошел к дивану. Цилинь повернула к нему голову и золотистые волосы каскадом упали на ее плечи. Пен еще не видел Цилинь с распущенными волосами, она все время была с хвостом. Лицо ее было красным, а взгляд туманным. Маленький розовый халатик был надет на голое тело, еле прикрывая изгибы. Свободную руку Цилинь подложила под щеку и сказала:

-А, э-это ты. Ч-что надо?

Пен сел на диван и скрестил руки на груди:

-И какой повод?

Цилинь вытащила руку из-под щеки махнула ей и сделала глоток из бутылки:

-Отстань, я поминаю девушку. И-и вообще, я просила ни-никого не пускать!

Цилинь хотела встать, но покачнулась и чуть было не упала, но Пен подхватил ее за плечи и усадил обратно. Цилинь протянула ему бутылку. Поддерживая девушку одной рукой, Пен взял бутылку и понюхал. Нос скрутило от отвращения, и он поставил ее на столик, подальше от Цилинь. Она насупилась и попыталась дотянутся до бутылки, но Пен надавил ей на плечи, заставляя не дергаться:

-Мм, отдай, не мешай мне п-поминать.

-С тебя уже хватит. Пойдем я отведу тебя в номер.

-Н-нет, я не пойду, ты уйди.

-Хочешь, чтобы я ушел?

Цилинь положила голову ему на плечо:

-Да, хочу. Но больше я хочу говорить. Хочу, чтобы меня выслушали. – Она вздохнула и потерлась лбом о плечо Пена зарываясь в волосы. Не ожидавший такого от Цилинь, Пен растерялся. Но после с грустной улыбкой потянулся руками к спине Цилинь начиная невесомо гладить кончиками пальцев.

-Так говори, я выслушаю.

Посидев так некоторое время, Пен думал, что она уснула, но вскоре Цилинь прошептала:

-Меня изнасиловал Владыка.

Пен оцепенел. После мягко взял голову Цилинь руками и заставил ее посмотреть на него. Она не сопротивлялась, только слезы текли по ее щекам, как два алмазных потока в лунном свете. Взгляд был пустым и отрешенным.

-Пожалуйста, расскажи подробнее.

Цилинь посмотрела на спинку дивана, вздохнула и обняла Пен руками за шею уткнувшись лбом в грудь. Пен начал гладить спину Цилинь ладонями, пытаясь помощь ей расслабиться и начать говорить.

-Тогда прошла всего неделя с момента моего становления советницей. Я сидела в своем кабинете, разбирая бумаги и составляя план своей завтрашней работы. Только я хотела отнести их на проверку более опытному советнику, как дверь открылась, и зашел Владыка. Он спрашивал меня, как продвигается моя работа. Я отвечала. А когда я уже хотела выйти и дипломатично выпроводить Владыку, он…

Дальше Цилинь не могла продолжать, она расплакалась. Пен был вне себя от ярости.

«Тварь! Теперь я отомщу не только за мать, но и за Цилинь!»

Когда поток слез иссяк, Цилинь все же продолжила:

-После изнасилования я плакала так громко, что ко мне зашел ястреб. Тогда мы с ним ни разу ни виделись, но он меня утешил и пообещал помощь с местью. С того момента мы стали друзьями. Несколько лет мы с ним следили за Владыкой и однажды наткнулись на деревню, где он ходил в библиотеку к твоей матери. Тогда мы захотели его шантажировать. Мы придумали план, но он провалился. Мне выжгли каналы и выгнали из дворца. Тогда ястреб выкрал книгу с клятвой на крови и отдал мне. Я же нашла деревню, где жила твоя уже беременная мать и подложила книгу ей в библиотеку.

«Вот оно что, это Цилинь подложила книгу. Но с какой целью? Какой-то этот ястреб мутный тип. Не воспользовался ли он слабостью Цилинь для своих интриг? Но если ей об этом сказать, будет только хуже. Подожду немного, пусть ее психика немного устаканится».

Цилинь затихла, но после сказала:

-Спасибо, что выслушал, мне стало легче. Хочу тебя послушать. Расскажи, что в твоей жизни происходило?

Пен рассказал Цилинь о матери, как нашел книгу, как нашел Ганса, про Рама, работу уборщиком и официантом, своих испытаниях по открытиям каналов, про сны. Цилинь слушала не перебивая. Ей было интересно. Она представляла себя на его месте и переживала моменты его прошлого, как свои. Когда Пен закончил, Цилинь подняла голову и сказала:

-Доверие — это сложная штука, но, когда начинаешь открываться к нему, она такая легкая.

Пен не понял этот пьяный бред Цилинь, но после своих слов она поцеловала его в губы. По всему телу Пена пошла такая сильная волна желания и голос в голове забил набатом:

«Наша, наша, наша…»

Пен ответил на поцелуй, прижимая Цилинь ближе. Она простонала ему в губы и тут его как ушатом холодной воды окатило. Преодолевая желание и голос, он оттолкнул Цилинь и сказал:

-Прости, я не буду пользоваться твоим положением. Это все алкоголь, он заставляет тебя забыться, но я так не хочу. Когда протрезвеешь, возможно, все забудешь, но я нет. Не хочу жить с чувством вины за содеянное. Прости.

Цилинь улыбнулась, а после зевнула.

-Хорошо, тогда я спать. – и подложив руки под голову легла Пену на колени и уснула. Перебирая пальцами ее золотистые волосы, Пен посмотрел в окно. Луна продолжала светить своим призрачным серебристым цветом.

Глава 17

ЗНАКОМСТВО С ЯСТРЕБОМ.

Цилинь проснулась с жуткой головной болью. Кряхтя, подняла торс, руками держась за подлокотник дивана. В глазах расплывалась четкость предметов, поэтому потихоньку заставляя свое тело принять сидячее положение, она их закрыла. Открыв их снова, фокус зрения стал четче. Оглядев гостиную, в которой вчера напилась и уснула, Цилинь заметила на столе кружку с черной жидкостью и записку. Бутылок она нигде не нашла. Мозги соображали плохо, но горло отчаянно просило хоть какой-то жидкости, поэтому Цилинь взяла кружку в руки, и начала молниеносно опустошать емкость. Поставив уже пустую чашку на столик, она почувствовала легкость и ясность ума. Удивившись шикарному эффекту от черной жижи, Цилинь взяла записку. Сверху было написано «от Пена», раскрыла и принялась читать:

«С добрым утром уважаемая алхимик и механик. Если его, конечно, можно назвать добрым. Твоему поведению я вообще не удивлен, т.к. никогда не знаешь, чего ожидать. Ты не обижайся, если что, это сарказм. Захотелось немного черного юмора добавить в твое черное утро. Ладно, хватит подколов, перейду к сути.

В чашке находится отвар от похмелья, который сделали для тебя работники кухни. Прелестные девушки…»

Дочитав до этого момента, Цилинь сжала руки так, что бумага помялась словно ее уже несколько раз, сминали и разминали. Еле сдерживая злость, она подумала:

«Прелестные девушки! Сейчас я тебе покажу прелестных девушек!»

Когда у нее промелькнула эта мысль, Цилинь озадачилась:

«А почему меня должно это волновать? Он мне никто».

Но подумав об этом, почему-то стало грустно и заныло сердце. Положив одну руку на грудь, Цилинь устало вздохнула. Повернув голову к окну, через которое проникали майские солнечные лучи и касались незакрытой халатом кожи грея тело, Цилинь начала представлять вместо них руки Пена. Как они касаются ее ног, рук, ключиц, плеч, лица. Цилинь стало приятно и жарко. Она закусила губу и прикрыла глаза, утопая в блаженстве фантазий. Из источника начала вытекать энергия, растекаясь по каналам даря еще больше искушения и возбуждения.

Очнувшись наконец из иллюзий, Цилинь быстренько взяла под контроль энергию. После подумав обо всем, что сейчас происходило, она ужаснулась.

«Как? Что? Это из-за слияния энергий или это алкоголь не до конца выветрился? Не понимаю! Что со мной происходит?»

Цилинь хотелось крушить все на своем пути, но она преодолела свое желание зарывшись руками в волосы.

«Вообще, что вчера было? Нихринашеньки не помню, хоть убей! Помню, когда отправлялась за вином, наткнулась у двери на уборщицу. Внушив девочке убраться везде, кроме ванной, ускакала в ресторан. После подхватив бутылки направилась сюда. И все. Исходя из того, что я прочитала, этот полудемон видел меня пьяной. Но что было дальше? Не знаю. Надеюсь ничего. Надо будет узнать, а пока продолжу чтение».

Цилинь пригладила мятый лист и погрузилась в чтение.

«Пока готовился твой отвар, я сходил к администратору и продлил нам номера на неделю. Поинтересовался у нее, где можно взять одежду, и она проводила меня в маленький магазинчик, находящийся в пределах земли, которую купили под отель. Там продавалась форма для работников отеля, а также обычная одежа для клиентов. Потратив там последние деньги, я купил себе и тебе по два комплекта одежды и две пары обуви. Твои я оставил у ресепшна, подойдешь, скажешь «подарок от любимого супруга, который он приготовил мне на день рождения, оставил у вас», девушка выдаст их тебе. Когда будешь готова, приходи в кафе, которое находится через дорогу от отеля, пройди по нему на веранду, где находятся столики под открытым небом, если хочешь узнать, что нагородила по пьяни, если не хочешь, можешь не приходить.

Буду ждать. Пен.»

***

Пен сидел за столиком на веранде наслаждаясь солнышком и треплющем его длинные волосы ветром. Сдав на стирку свои прошлые рубашку и штаны (без внушения не обошлось, иначе было бы хреново), он, оставшись без денег, но имея излишнюю бумагу от записки, будет внушать людям, что это деньги. Надо хоть когда-то входить в образ главного злодея книги. Тем более, когда внешне ты выглядишь, как черное пятно на солнечном фоне. В черной одежде, обуви, глазами и волосами. Подошедший официант с улыбкой на лице, протянул ему меню. Ответив ему тем же, Пен взял меню и сказал, что подзовет его позже, когда выберет.

Полностью погрузившись в изучение меню, Пен не заметил, что к нему подсел какой-то парень. Увидев, что Пен его не замечает, сказал:

-Хорошая сегодня погодка, не так ли, хи-хи?

Говорил незнакомец очень счастливо, но в голосе прослеживалась некая ирония и сарказм.

Отвлекшись от меню, Пен нахмурился.

«Кто это? Почему я не заметил его присутствие?»

Незнакомец, увидев выражение лица Пена, озадачился:

-Ты чего так смотришь, будто я твой любимый бутерброд отобрал и ем. – незнакомец положил локти на стол, а кулаками прикрыл шею, наклоняясь к Пену лицом к лицу. Его волосы и глаза были коричневыми, овал лица напоминал картошку, нос острый, похожий на клюв птицы, губы тонкие, такие же ресницы и брови. Одет он был в майку и шорты, хотя было только начало мая, к тому же утро. Было в нем что-то несуразное, отталкивающие, но улыбался он как Рам – широко, но в отличие от Рама – в улыбке читалась какая-то угроза. – Говорю тебе погода сегодня хорошая, не так ли?

Пен не возмутился и ответил:

-Да, и правда хорошая.

Услышав ответ на свой вопрос, «картошка» отодвинулся и сидя на стуле положил ногу на ногу. Оставив один локоть руки покоиться на столе, ладонью той же руки он подпер щеку, немного наклоняя голову. Вторая рука лежала на столе в вытянутом положении. Пен положил закрытое меню на край стола и скрестил руки на груди:

-Вы кто будете, господин.

«Картошка» приподнял руку, лежащую на столе, и перевернул ее ладонью вверх.

-Я Демиан.

Пен глядя на протянутую руку, пожимать ее не стал:

-Пен. Рад знакомству.

Демиану холодный тон Пена пришелся не по вкусу, поэтому он надул щеки и отвернул голову. Руку при всем этом не убрал.

Пен был в замешательстве.

«Это что еще за ребячество? Выглядит лет на тридцать, а ведет себя на семь. Не отпускает меня мысль, что я его сразу не заметил. Зато можно проверить человек он или нет. Нужно быть начеку».

Пен несмело пожал руку Демиана. Тот повернулся и засиял.

-Все, мы теперь друзья. В знак дружбы хочу вручить тебе подарок.

Освободив свою руку из руки Демиана, Пен внутри забеспокоился.

«Не получается посмотреть его системы. Энергия не может пробиться, как это? Неужели, он поставил блок. Если да, то это мог сделать только один демон – информатор».

Демиан полез под стол, где у его ног лежала дорожная сумка, больше похожая на рваный мешок, и достал из нее повидавшую все тяготы жизни книгу. Твердый переплет еще хоть как-то держался, но страницы… если можно их таковыми назвать с каждым небольшим движением сыпались в труху. Пен мысленно скривился, но взял книгу, лишь бы после этого этот «картошка»-информатор свалил.

-Благодарю, Демиан, а мне тебе нечего предложить взамен.

Демиан не растерялся и сказал:

-Можешь. Я хочу десерт из меню, которое ты смотрел. Он там всего один, так что закажи мне его, и мы в расчете.

Пен мысленно послал его ко всем чертям. Он не хотел перед ним расплачиваться за десерт бумажкой, но признавать поражение, еще не начав игру с этим демоном, он не стал. Это было выше его достоинства и гордости. Поэтому Пен тоже озарил свое лицо фальшивой улыбкой и сказал:

-Конечно, друг, без проблем. – Пен поднял руку вверх и прокричал – Официант, подойдите пожалуйста, я готов сделать заказ.

Когда к столику Пена и Демиана прибежал тот самый официант - мальчик лет шестнадцати - посмотрев на Демиана, он затрясся и пригнулся в поклоне, чуть ли не к полу.

-З-з-здравствуйте, Градоначальник! Долгих лет жизни!

«Хорошо, что посетителей здесь пока больше нет, иначе сгорел бы со стыда, увидев картину «Схождение Иисуса с небес бренным грешникам», с одним хоть не так стремно».

Подумав об этом, Пен вспомнил о мертвой девушке и сектантах, но сразу же не стал заострять на них внимание, переключаясь на Демиана и официанта.

Демиан никак не прокомментировал и не отреагировал на поведение мальчика. Он смотрел на Пена и ждал слов от него. Когда зашуганный официант принял почти вертикальное положение, Пен открыл меню на странице десерта и сказал:

-Я заказываю этот десерт. Принесите, пожалуйста, побыстрее.

Услышав заказ, официантик стал собранным и серьезным. Быстренько все записав, он рванул в кафе. Не прошло и пяти минут, как мальчик принес два десерта. Сказав, что второй за счет заведения, он быстро убежал.

Пен хотел формально отказаться, но официанта уже не было. Он любил сладкое, поэтому был даже рад, что мальчик ретировался. Когда Пен хотел приступить к своему десерту, Демиан уже половину умял. Недоуменно пожав плечами, Пен уже поднес ложку с кремом ко рту, как на веранду вбежала взмыленная Цилинь и увидела Демиана и Пена сидящих за столом и уплетающих десерт. Быстро отойдя от первого шока, она засияла и накинулась на Демиана с криком:

-Ястреб!!!

Глава 18

ЗАЧЕМ НАМ ЭТИМ ЗАНИМАТЬСЯ?

Демиан, увидев, что Цилинь летит на него с разведенными в разные стороны руками и с открытым ртом, быстро среагировал - вытянул руку и положил в ее рот ложку с кремом и печеньем от середины своей порции лакомства. Цилинь застыла, так и не добравшись до Демиана и не добившись объятий от долгожданной встречи. Съев предложенное угощение, она снова хотела набросится, но опять наткнулась на ложку. Съев и эту вкусноту, все повторилось снова, и снова, и снова, пока Цилинь не доела оставшееся, оставив чашу пустой.

Пен смотрел на это с таким удивлением, что ложка не успев добраться до его рта упала в чашу с десертом. «Что за фигня происходит?»

Цилинь, которая уже порядком устала так стоять и есть, обрадовалась, что еда закончилась, но и запал на «обнимашки старых друзей» уже прошел. Поэтому она, смахнув пот со лба, села на свободный стул, между Пеном и Демианом. Цилинь снова завязала свои волосы в хвост. На ней была белая блузка свободного кроя и бриджи цвета лазурного неба. На ногах туфли лодочки. Она обратилась к Демиану, который крутил в воздухе ложечкой взад и вперед:

-Почему ты здесь? Я думала ты в гостиницу придешь?

Демиан положил ложку в чашу и сказал:

-Захотелось прогуляться после твоей просьбы.

Пен нахмурился и все же начал есть свой десерт, слушая их разговор. Потом он обо всем поговорит с Цилинь, но сейчас нужно помолчать. Цилинь продолжила расспрашивать:

-Как все прошло? Все улики уничтожены?

-Пришлось постараться, но сейчас все отлично. Кстати, я к тебе с сувенирами.

Демиан снова полез в свой мешок и достал пилотские очки. Цилинь вырвала их из рук Демиана и начала рассматривать со всех сторон, после примерила. Они оказались даже лучше по дизайну чем предыдущие, но самое главное, в них было комфортно глазам. Сняв их с глаз и нацепив на голову, Цилинь взяла Демиана за руку и начала благодарить за подарок. Тот засмущался и начал глупо улыбаться.

Пен был в ярости. Если бы он не был информатором и другом Цилинь, он бы метнул в него чашу с десертом. Но пришлось побороть это желание и заставить себя есть дальше.

Когда с благодарностями было покончено, Демиан достал из мешка какие-то бумаги и положил на стол перед Цилинь. Это были чертежи механизмов. Он спросил Цилинь:

-Беркут, сможешь это сделать?

«Ястреб, беркут – это их кодовые имена? Для конфиденциальности? Странные псевдонимы, но задумка хорошая».

Цилинь начала рассматривать чертежи. Минут через десять она сказала:

-Да, но понадобиться время и конкретные материалы. Но ястреб – что это будет? Я такого механизма никогда не видела? Для чего он?

— Это наушник, для связи с ним. – Демиан указал на Пена. Пен хотел что-то сказать, но не успел, т.к. Демиан продолжил:

-Наша рация не подойдет для битвы с Владыкой, поэтому я пятнадцать лет потратил на изучение книг по механике и разработку этого устройства. Сколько примерно времени понадобиться для изготовления?

Цилинь начала прикидывать в уме.

-Если искать самой материалы – лет 5-7, если кого-то отправить, то думаю года три.

— Это долго, быстрее не получится?

-Нет, я же буду одна.

-Я пришлю к тебе своего человека, он работает механиком, будете делать вместе, а материалы искать буду я.

Пен все-таки смог вклиниться в их диалог:

-Я тоже помогу с поисками.

Цилинь посмотрела на них с теплотой:

-Хорошо, тогда думаю за полтора года управимся.

Демиан кивнул и спросил:

-Как продвигается твой эксперимент? Его можно будет применить в работу?

-Пока не очень, сомневаюсь, что можно применить. Лучше не рисковать. Кстати ястреб, я хотела рассказать подробнее про девушку…

Пока Цилинь рассказывала про жертву сектантов Демиану, Пен доел свой десерт. Когда он положил ложку в чашу Цилинь дошла до того, что хотела сразу сказать:

-Я хочу найти эту секту.

Пен не выдержал и ударил кулаком по столу:

-Зачем Цилинь? Зачем нам этим заниматься? Это не наше дело.

Цилинь покачала головой:

-Нет наше. Это была уже десятая жертва. Десятая! Сколько еще людей они убьют и ради чего? Удовлетворения? Успокоения? Смирения? Подчинения? Забавы или прихоти? Я не могу это так оставить, если ты не хочешь, можешь не искать ее я…

Демиан ее перебил:

-Я помогу тебе найти ее. Эту неделю мне нельзя покидать город, но после попутешествую и порасспрашиваю людей.

«Будь оно все проклято!»

Пен вздохнул и сказал:

-Ладно, я тоже помогу и порасспрашиваю знакомых.

Цилинь засияла:

-Спасибо вам. Эту неделю отдыхаем, а на следующей займемся поисками секты и материалов.

Демиан и Пен кивнули. Демиан вытащил из шорт деньги и положил их рядом со своей чашей. После чего встал, подхватил мешок и сказал:

-Беркут, свое дело я сделал, теперь мне нужно заняться другими делами. Увидимся позже.

Цилинь кивнула:

-Да, до связи.

Демиан махнул ей на прощание и ушел. Цилинь повернулась к Пену:

-Ну рассказывай, слушаю, что наговорила пьяная я.

Глава 19

НОВАЯ ЖЕРТВА?

Пен рассказал Цилинь о ее «бурной ночи», умолчав только про поцелуй и висения на нем мешком. Цилинь нахмурилась и стала постукивать ногтями по столу:

— Значит, я рассказала про насилование и книгу. Да, удачно ты зашел на «тусовку».

-Скажи мне, зачем Демиан или ястреб отдал тебе книгу?

Цилинь округлила глаза:

-Демиан его настоящее имя. – Она с гордостью посмотрела на Пена – Ястреб назвал его тебе потому, что доверяет.

«Ага, конечно. Не тебе говорить о доверии».

Цилинь все же ответила на вопрос:

-Он сказал мне, что она поможет будущему ребенку Владыки и что, возможно, он тоже захочет его свергнуть.

«Все продумал, ястреб или Демиан. Но все равно что-то не сходится. Вроде все логично, но интуиция подсказывает, что он темнит».

-А если нет?

Цилинь пожала плечами:

-На нет и суда нет. Придумали бы что-то еще.

-Предположим, просто предположим – если бы я все же захотел отомстить, но не встречался с вами, а пошел сразу во дворец, работать, то что бы было?

Цилинь снова пожала плечами:

-Кто знает, может мы и не смогли бы отомстить сами, без тебя, и остались бы жить здесь дальше, либо бы нас убили.

-Ясно.

«В книге про них ничего не сказано, значит, доля истины есть в словах Цилинь».

Цилинь перестала стучать по столу и взяла ветхую книгу, которую Пен оставил на краю стола. Протянула ее ему и сказала:

-Положи руку на обложку и влей немного энергии.

Пен сделал, как она велела. Книга преобразилась в нормальное состояние и ее можно было открыть и прочитать без проблем. На обложке было написано «Пространство и время».

«Это та книга из тайной библиотеки, технику которой оригинальный Педро освоил в совершенстве. Вот оно что, это может пригодится».

Цилинь, когда Пен преобразовал книгу, сказала:

-Прочитай книгу и потихоньку тренируй технику.

-Хорошо, а теперь расскажи, про что ты спрашивала этого ястреба?

Цилинь поведала Пену о том, что он им так и эдак во всем помог и книгу достал, и следы замел и помогал по всем прихотям важным и неважным и вообще он весь такой раз такой. Пен слушал и недоумевал.

«Прям рыцарь. Чего он добивается? Какая ему от этого выгода? Что у него на уме?»

От мыслей его отвлекла Цилинь, вставшая со стула. Она потянулась и сказала:

-Ладно, я пойду. Надо будет разобрать эти чертежи, написать списки и сделать план по изготовлению зелья с лунной сицилией. Пока я буду неделю занята, меня не отвлекать, иначе можно поплатиться, предупреждаю сразу. А ты пока книгу поизучай, пока времени свободного много. Еще хотела спросить…

Цилинь замялась. Пен насторожился:

-Что спросить?

Цилинь покраснела и сказала:

-Когда у тебя день рождения?

-Д-день рождения?

«Я не знаю, когда он у оригинального Педро, но могу назвать свой день».

Цилинь не ждала ответа, но все же надеялась его услышать. Пен сказал:

-4 мая.

-Почти неделю назад?

-Да, а у тебя когда?

Цилинь еще больше покраснела, но сказала:

-Я не знаю.

Пен спросил:

-Какого числа ты появилась в этом мире?

-3 марта.

— Значит, твой день рождения 3 марта.

Глаза Цилинь загорелись от волнения:

-Да, хорошо, теперь у меня тоже есть день рождения. Ну что пока?

Пен кивнул:

-Пока.

Цилинь ушла и Пен тоже встал из-за стола.

«Пойду прогуляюсь, а после возьмусь за книгу».

***

Спустя 3 дня.

Человек лет тридцати пяти бежал по коридору стараясь не опоздать и побыстрее все рассказать. Добежав до дубовой двери, он постучал и не дождавшись ответа прошел внутрь. Поклонившись сидящему перед ним человеку, он сказал:

-Градоначальник, у нас проблема.

Не отрывая глаз от отчета, который читал, Демиан спросил:

-Какая?

-Нашли убитого сына аристократа. Они это просто так не оставят, говорю вам.

Демиан оторвал глаза от отчета и положил, предварительно закрыв, в ящик стола и закрыл ящик на ключ. На нем была уже форма золотисто-черного цвета с плащом, на котором была нарисована роза с обвивающей ее гадюкой. После обратился к человеку:

-Бен, поясни все в подробностях.

-Да, господин. В одной из западных резиденций живет аристократская семья…

Демиан поднял правую руку в верх в знак того, чтобы мужчина замолчал:

-Не так подробно. Ближе к делу.

— Это был юноша лет девятнадцати и тело нашли в беседке, где он каждый вечер пьет чай и читает романы. Он был весь избит и в крови, на груди имеются характерные полосы лезвием, похожим на стилет или кинжал. Эти полосы отдаленно напоминают цифры 11, а также и 30. Еще какие-то непонятные зигзаги по всей грудной клетке, но это только пол беды.

Демиан приложил пальцы к вискам:

-Рассказывай до конца.

-Юноша был изнасилован, но не… мужчина замялся.

-Не томи, уже ну.

-Его изнасиловал мужчина.

Глаза Демиана округлились. Взяв себя в руки, он спросил:

-Как узнали?

-Он оставил записку.

-Понятно. Что сказала его семья?

-Что они так это не оставят и заставят вас расследовать это дело.

Глаза Демиана грозно заблестели.

-Ха, пусть попробуют. Но нам и правда нужно будет все выяснить. Пойдем, покажешь мне труп, место происшествия и записку.

***

Начался шестой день пребывания Пена в отеле «Райский уголок». Проснувшись, он отправился на прогулку по городу, а ближе к полудню вернулся в номер. Цилинь он эти дни не навещал, как она и просила, а углубился в изучение теории временной техники. Она оказалась довольно сложной и непонятной, но Пен все равно пытался вникнуть и пробывать на практике, но ничего не выходило.

Зайдя в номер, Пен увидел конверт, лежащий на кровати. Почуяв неладное, он раскрыл его и прочитал:

«Пен из кафе, есть для тебя важная информация. У входа в отель стоит мой человек, который держит в руке кисть для письма. Скажи ему «Ястреб» и следуй за ним. Он приведет тебя куда надо. Беркуту пока знать не нужно, но после я ей сообщу. Если не захочешь прийти — это твои проблемы, не мои».

Пен выругался и сжег письмо. Потом сел на кровать и покрыл Демиана всеми матными словами, но после подумал:

«Важная информация? Что это может быть? И зачем ему говорить мне ее лично? ААА ГОЛОВА РАЗРЫВАЕТСЯ! Ладно, схожу, что он мне сделает, я им нужен».

Выйдя из отеля, Пен, действительно увидел человека с кистью в руке. Сказав ему кодовое слово, он привел его к двери, на которой написано склад. После человек ушел, не сказав ни слова. Пен открыл дверь и увидел пустое помещение. В нем горели лампы освещая фигуру Демиана в простолюдинских рубашке и штанах. Он стоял, подбрасывая в верх, изогнутый примерно 50 сантиметровый клинок, похожий на саблю или ятаган.

Пен вошел и закрыл дверь. Поймав клинок правой рукой и проведя по нему пальцами левой, Демиан сказал:

-Поиски секты приобретают безумный азарт.

Глава 20

Я СМОГУ СТАТЬ УБИЙЦЕЙ?

Пен подошел ближе и спросил:

-О чем ты?

Демиан кинул клинок в стену, в которую он вошел по рукоять и ответил:

-Найдена еще одна жертва сектантов. Одиннадцатая.

Демиан сел на пол и скрестил ноги бабочкой. Похлопав с правой стороны рядом с собой он приглашал Пена сесть рядом. Пен со скепсисом посмотрел на него и вытащив саблю из стены, сел рядом положа ее на ноги и держа правой рукой. Демиан хищно улыбнулся и подложил локоть левой руки на ногу и подперев кулаком щеку, как бы любуясь картиной, которую лицезрел. Пен в свою очередь напрягся, но сохранял внешнюю невозмутимость. Посидев в тишине так пять минут, Демиан спросил:

-Как думаешь, зачем я позвал тебя сюда?

Пен провел пальцами по лезвию, как Демиан раньше, после повернул голову встречаясь с ним взглядом и произнес:

-Не знаю.

Демиан ожидал чего угодно, но не этого. Как бы ни пытался он сдержать смех, тот все равно обрушился на него, заставляя в голос хохотать. Он даже живот надорвал со смеху, утирая слезы с глаз. Пен смотрел на него с восковым выражением лица, ожидая, когда «припадочный смех» стихнет. Спустя десять минут, Демиан смог успокоиться, но на лице застыла искренняя улыбка, которую он не смог скрыть. Пен, увидев настоящую эмоцию, тоже невольно улыбнулся, но сразу же опустил уголки губ, раздосадовавшись на себя за такую вольность перед «этим ястребом». Ястреб с сарказмом спросил, тыкнув пальцем Пену в нос:

-Ты придурок или гений?

Пен, не разъярившись от вольности Демиана, тоже с юмором ответил:

-Я философ, который не понимает, как жить эту жизнь.

Демиан убрал палец с носа Пена и опустил взгляд на лезвие:

— Это был юноша лет девятнадцати из знатной семьи. Осмотрев тело, я увидел полосы похожие на 11 и 30. Видимо для ритуала потребуется три десятка человек.

Пен тоже опустил взгляд на лезвие и спросил:

-А символы? Ты знаешь о них что-нибудь?

Демиан покачал головой. Пен нахмурился:

-И что ты предлагаешь?

-Предлагаю выяснять про прошлых жертв. Где убиты, по каким критериям выбирают, как предотвратить следующие? У беркута и без этого дел будет выше крыши, поэтому я хочу работать с тобой.

Пен удивился:

-Со мной? Почему?

Демиан поднял взгляд на Пена, который продолжал смотреть на саблю и сказал:

-Хочу узнать тебя поближе. Что ты из себя представляешь. Пока мне сложно понять твои некоторые аспекты индивидуальности.

Демиан приблизился ближе к Пену и резко выхватил саблю за лезвие подкидывая вверх и ловя ее за рукоять правой рукой, направляя край лезвия на шею Пена.

-Ты же тоже хочешь узнать меня?

Пен повернул голову, смотря на острый край лезвия и мягко улыбнулся:

-Да, хочу, будем работать вместе.

Демиан убрал саблю от шеи Пена и снова швырнул ее в стену. После чего встал и прошелся по складу. Пен сидел на полу и не думая подниматься. Сделав шесть кругов вокруг склада, Демиан сказал:

-Завтра с утра вам нужно уходить. Ты поспрашиваешь своих, я своих. Не знаю когда получится встретиться, тем более связаться, но я попробую это устроить в ближайшее время.

-Хорошо, Цилинь знает о том, что завтра уходим?

-Да, я ей сказал – после потер уши – До сих пор уши болят!

«Не врала значит Цилинь, хорошо, что я не нарвался».

Пен решил спросить на чистоту:

-Демиан, как ты закрыл свои системы?

Вместо того, чтобы ответить, Демиан подошел к Пену и наклонив свое лицо к его, как бы рассматривая все детали, сказал:

-Давай сразимся.

Пен согласился. После чего поднялся и принял что-то наподобие боевой стойки, активируя демонические каналы. Демиан походил вокруг него и фыркнул:

-Демонической энергией и дурак сможет, я хотел обычный бой.

«Обычный? Хреново».

-Ладно, пусть будет обычный.

Пен убрал энергию и остался в той же стойке. Демиан отошел на несколько метров и принял настоящую стойку. Пен решил напасть первым и рванул на Демиана. Тот легко ушел от атаки, не принимая пока никаких ответных выпадов. Пен атаковал снова и снова, но все мимо. Тогда он решил попробовать таран, но Демиан опять предугадал его движения и отступив назад легонько ударил его кулаком в спину. Пен потерял равновесие и упал на пол склада. Потирая ушибленные места, он сказал:

-Я проиграл.

Демиан подал ему руку и спросил:

-Ты умеешь драться?

Пен не стал отпираться:

-Нет.

-А?

Пен решил, что увидеть искреннее удивление на лице Демиана стоило того, чтобы так опозориться. Он схватился за его протянутую руку и поднялся. Демиан все еще пребывая в шоке спросил:

-Как же ты дожил до сегодняшнего дня?

Пен пожал плечами.

-Мне помогли.

Глаза Демиана потухли, но сразу же снова заискрились:

-Давай я тебя натренирую?

«От этого взгляда становится страшно».

Пен замялся, но вздохнув, сдался:

-Хорошо, но ответь на вопрос – зачем ты использовал Цилинь?

Демиан закрыл лицо руками, а после положил их на лоб запрокидывая голову:

-Если бы ты видел, то, что видел я, ты бы поступил также. Она была так напугана, так хотела умереть, что смотреть больно.

Демиан схватил руки Пена своими и с отчаянием, которое безуспешно скрывал продолжил:

-Я хотел ей счастья, понимаешь? Во дворце она бы не выжила, но теперь, видя ее улыбку, я понял, что поступил правильно!

Пен же наоборот, так не считал:

-Счастья? Ей выжгли каналы, она могла в любой момент умереть, ты это понимаешь! Ты не имел права так поступать, у всех должен был быть выбор! И она в праве сама его совершить!

-Нет, ты не понимаешь, поэтому так говоришь. Она бы не умерла, я ей помог устроить счастливую жизнь! Она теперь счастлива вдали от дворца. Цель оправдывает средства, и всегда оправдывала! Ничего уже не изменить!

Пен вспомнил, что Цилинь сказала ему тоже самое, когда они были на берегу.

«Это он, он заставил ее поверить в это. Цилинь нуждалась в поддержке, как никто другой, поэтому и впитывала чужие мысли и слова, как губка и считала их своим кредо, но правильны ли такие суждения? Верно, теперь уже сложно что-то изменить, но шанс есть всегда, как и выбор».

Руки Демиана задрожали. Он пытался унять тремор, но не мог. Пен вытащил свои ладони из ладоней Демиана и накрыл своими его сверху:

-Ястреб, даже если это и было из лучших побуждений, не нужно лишать человека, в нашем случае демона, выбора. Это неправильно, но, если бы не ты, я бы здесь не стоял, поэтому, спасибо.

Демиан посмотрел на свои руки, которые больше не тряслись и улыбнулся. После спросил:

-Скажи, ты хочешь мести?

-Да.

Демиан всмотрелся в его лицо и сказал:

-Нет, не хочешь. Чтобы закрыть системы, нужно убивать. Хладнокровно и безжалостно. Сейчас тебе это не светит, так что мог бы и не спрашивать.

После этого Демиан отошел от Пена, который был в оцепенении и подошел к стене с саблей. Вытащив ее, он, не прощаясь, покинул склад.

Пен сел на пол и подумал:

«Он прав. Это все просто чернила. Нереальность. Я вообще не должен здесь быть, даже это тело не мое. Но, этот мир, мне понравился. Я не хочу возвращаться. Пусть здесь нет гаджетов, других технических удобств, но есть другое – общение. Повстречав маму Педро, я по-настоящему почувствовал тепло и заботу, которую не получил от своей матери. Познакомившись с Гансом, Рамом, даже Робом, понял, что есть дружба, настоящая дружба, а не только избивания меня врагами. Появилась Цилинь, которая заставляет сердце трепетать, бояться, переживать, надеяться, наслаждаться, сомневаться. Я никогда не испытывал этих чувств. Это ли люди называют любовью? Я не знаю, никогда не любил. Но теперь, без нее, я, как будто, во тьме, а с ней – у меня открывается второе дыхание. Демиан прав, я не хочу мести. Не хочу идти по стезе сюжета, которого даже не было прописано, там путь Педро был другим. Я хочу жить счастливо, с Цилинь. Проводить время с Гансом и Рамом, изучать что-то новое, а не проливать реки крови. Но, Цилинь… она не успокоиться, пока не отомстит. Ее счастье, полноценное счастье, без этого не настанет. Эгоистично ли это? Несомненно. Я даже не спросил ее, хочет ли она быть со мной? Не спросил Рама, Ганса, Роба – хотят ли они со мной ладить, дружить? Я эгоист до мозга костей. Поэтому мне нужно бороться ради нее, ради них, ради хоть какого-то будущего. Я говорил Демиану про выбор, что он есть всегда, даже когда его нет, это только видимость. Я выбрал свой путь, отступать некуда. Нужно возвращаться, и приниматься за чтение. Здесь мне делать больше нечего».

Пен поднялся и пошел к выходу из склада.

Глава 21

ПОДАРОК. ЧАСТЬ 1.

Вернувшись в номер, Пен до вечера просидел на кровати за изучением демонической временной техники, но ничего не понимал и на практике не было никаких продвижений. Закрыв книгу, он вздохнул и прижал ребро ладони ко лбу.

«Ничего не выходит. Твою мать. Почему? Что я делаю не так? Хотя… истинное обличие демона тоже не получается активировать. Просто менять обличие выходит, пусть и не с первого раза, но получается. А вот эта форма нет.

-Чтобы закрыть системы, нужно убивать. Хладнокровно и безжалостно. Сейчас тебе это не светит, так что мог бы и не спрашивать.

Убивать. Нужно стать убийцей. Убийцей. Убийцей! Убийцей!!!

Убивши один раз, убьешь и второй. Какие страшные слова, почему я раньше этого не замечал. Что тогда мною двигало? Боль? Отчаяние? Ненависть? Жалость? Несправедливость реальности? Или еще что-то? Но теперь…я не знаю, что и думать, тем более делать».

Пен убрал руку со лба и посмотрел в окно. Луна светила уже не так ярко, как в полнолуние.

«Полнолуние было два дня назад, тогда-то я и становлюсь обычным человеком. Вот бы остаться им навсегда, как раньше. Но я не могу, нужно идти до конца. Стать убийцей».

Пен отвернулся от окна и посмотрел на свои руки.

«Этими руками, этими руками нужно отнять чью-то жизнь. Как судья, как палач, как дьявол, как поветрие.

-Цель оправдывает средства, и этого не изменить».

Пен задрожал, слезы потекли из глаз так, как будто прорвало дамбу. Он прижал руки к лицу и лег на кровати на бок, свернулся в позу эмбриона и повторял:

-Нет, нет, я не хочу, не хочу быть монстром! Я человек, я человек! Не чудовище!

«Тогда как ты собрался сделать Цилинь счастливой? Ты же сам сегодня выбрал этот путь или скажешь, что нет? Отказываешься от своих слов? Признайся, ты слаб, ничего не можешь сделать, даже осчастливить любимого падшего демона, ты – ничтожество!»

Пен начал крутиться на кровати, закрывая уши руками, но как можно было заглушить собственные мысли?

-Нет, нет, заткнись, заткнись!

«Почему? Правда глаза колит? Конечно, легче верить в ложь, что ты чего-то стоишь, чем посмотреть правде в глаза. Ничтожество не достойно любить, не достойно уважения, не достойно жить!»

-Заткнись, заткнись, заткнись! Я найду другой способ и не пойду по кривой дорожке!

«Идиот, какой другой способ! Посмотри на себя – ты в теле высшего демона. Демона! Не человека. Осуждаешь Демиана, который признает, что он демон и не жалуется, т.к. знает, что другим он никогда не будет. Это его природа. Если вас сравнивать, то ты – слабак и ничтожество, который не может принять самого себя!»

-Но я не демон – я человек.

«Ой, да ладно, правда, что ли? Это с каких пор? Будучи человеком, ты хотел убивать, нет предвкушал убийство. Сейчас у тебя есть это тело, которое показывает твое нутро и естество, что изменилось? Правильно – ничего, только стало воочию видно кто ты на самом деле».

Пен перестал ворочаться, повернулся на спину и пустым взглядом посмотрел в потолок.

-Кто я такой?

«Ты демон, чудовище, так прими это и не трепи себе нервы».

Пен закрыл глаза и заснул, пытаясь осознать свою «настоящую» суть.

***

Цилинь вышла из своего номера держа в одной руке сверток, а в другой бутылку вина. Подойдя к двери номера 306 она остановилась и пыталась подавить внутреннее волнение. Еще бы знать откуда оно взялось?

Когда Цилинь попрощалась с Пеном в кафе весь оставшийся день провела за схемами и подготовкой к приготовлениям таблеток с лунной сицилией. Решив, что в качестве пилюль она усвоиться лучше, нежели в зелье, она написала список трав, которые понадобятся для приготовления таблеток и для Чука, который тоже захотел стать алхимиком. Вернувшись домой, она покажет ему, как готовятся таблетки, зелья, т.к. теории для него уже достаточно. Цилинь была строгим учителем, но в глубине души она была счастлива, что кому-то захочется перенять ее ремесло.

Оставшиеся дни Цилинь ломала голову над тем, что же подарить Пену на прошедшее день рождения. Толком ничего не придумав, она походила по отелю, пытаясь найти вдохновение. Спустившись на первый этаж, она увидела семью, которая шла на выход из отеля. Маленькая девочка, держась одной рукой за папу, другой сжимала мягкую игрушку. Тут Цилинь подумала: «а почему нет?», и унеслась «покупать» материалы.

Помявшись перед входом еще немного, все же решилась постучать в дверь. Положив сверток под подмышку, она потянулась рукой к двери, но скривилась от боли. Обе руки были изранены иглами. Цилинь являлась выдающимся алхимиком и начинающим механиком, но шить совершенно неумела. «Купив» руководство по шитью, она приступила к выполнению своего замысла. Ей стоило огромных трудов закончить подарок и не разорвать его от злости за каждый новый прокол иголкой палец. В один из таких моментов с Цилинь связался ястреб. Не удержав свою злобу, она высказала ему все, что думает. Конечно, не помешало бы извиниться, но об этом она подумает позже.

Вздохнув в последний раз и собравшись с силами, Цилинь постучала и приложа ухо к двери, стала прислушиваться к звукам с той стороны. Но их не последовало. Повторив процедуру еще два раза, ничего не произошло. Разозлившись и топнув ногой по полу, она хотела уходить к себе или ударить дверь с ноги, но потянулась к ручке, и она поддалась. Дверь оказалась открыта. Как крадущаяся кошка, Цилинь «вползла» в номер 306. Свет нигде не горел, обстановку можно было рассмотреть только с помощью лунного света. Она ничем не отличалась от номера 305. Увидев Пена, спящего на кровати, Цилинь хлопнула себя по лбу.

«Вот я дура! Сейчас же почти ночь, конечно он спит, о чем я думала!»

На цыпочках подойдя к кровати, Цилинь положила на прикроватную тумбочку сверток и поставила бутылку. Невольно повернула лицо и посмотрела на Пена. Его лицо было полуприкрыто волосами, но все равно было заметно, что ему сниться плохой сон. Поддавшись незнамо откуда взявшемуся порыву, Цилинь села на край кровати и откинула волосы в сторону. Проводя легонько пальцами и его лицу, она насуписалась, закралось ощущение, что такое уже было, но никак не могла вспомнить, где и когда. Кончики пальцев коснулись губ Пена и очертили их по контуру. Цилинь хотела поддаться им и прильнуть своими губами к его, но тут ее руку схватила рука Пена держа за запястье. Она испугалась, но не произнесла ни звука. Стараясь унять бешено колотящееся сердце и отдачу пульса в голову, она присмотрелась. Пен спал, но его лицо исказила гримаса ужаса.

«Ему сниться кошмар, наверное поэтому тело среагировало».

Цилинь пыталась вырвать руку, но не тут-то было. Хватка была мертвой. Пыталась другой рукой отцепить цепкие пальцы, но в этот момент Пен во сне повернулся на бок, выпустил из своей руки ее запястье и заключил всю руку Цилинь в свои объятия. Как маленький ребенок обнимает любимую игрушку. Или он пытается защититься?

Когда Пен обнял ее руку, лицо стало разглаживаться. Цилинь покраснела и задержала дыхание, боясь вздохнуть и как-то прервать идиллию или утопию. Она не знала, какую крайность хотела бы иметь сейчас, да это и неважно. По крайней мере для нее. Впервые в жизни Цилинь подумала, что неплохо бы остаться так подольше и забыть о мести и боли.

***

Открыв глаза, Пен увидел пространство с туманом и свой трон, около которого кружились шарики снов людей.

«Давненько я не смотрел чужие сны, может хоть в каком-то будет хотя бы подсказка для решения проблемы под названием «Убийство 30 человек для наивысшего разума»».

Сев на трон, Пен стал пролистывать сны, ища что-то интересное. Спустя час с отчаянным вздохом оперся спиной о спинку трона.

«Бесполезно, ничего не вышло, может я и правда ничтожество?»

Пен положил голову на скрещенные руки. Он подумал о Цилинь. Смирится ли она, что убийство выше его? Или нет? Захочет ли дальше поддерживать с ним хоть какое-то общение, не говоря уже о мимолетной близости тел? Что если это просто вежливость, и она терпит его потому, что он нужен ей лишь для мести? Или по просьбе или приказу Демиана? Что если это все его выдумки и иллюзии на ее счет? Пен замотал головой.

«Пусть и выдумки, это неважно. Мне главное просто быть рядом. Даже если она отвернется от меня, я не обижусь, не огорчусь, не буду ненавидеть. Если выберет не меня, пусть так, главное, чтобы она была счастлива».

-Быстро же ты опустил руки, Пен.

Пен вынырнут из омута мыслей и огляделся в поисках того, кто это говорит. С правой стороны шел человек. Из-за тумана был виден только его силуэт, но, когда он подошел ближе, Пен увидел свое отражение.

Глава 22

ПОДАРОК. ЧАСТЬ 2.

«Пен» подошел к трону и встал перед Пеном. Пен изо всех сил сохранял невозмутимость лица, но увиденное повергло его в шок. «Пен» щелкнул пальцами и за ним появился точно такой же трон, на котором сидел Пен. Когда «Пен» сел на трон, Пен спросил:

-Ты Педро?

«Пен» улыбнулся и сказал:

-Да, это я.

-Ты знаешь, почему я занял твое тело и попал в этот мир?

Педро снова щелкнул пальцами и материализовался бокал вина. Пригубив напиток, тот начал листать шары снов.

-Я не знаю, нашел, кого спросить.

-Ладно, допустим, эти мысли ты мне в голову вбивал?

Педро засмеялся:

-Ха, ха, ну и умора, нет, конечно. Делать мне больше нечего. Ты сам себя съедаешь, и не нужно перекладывать вину на других.

Пен потел лоб. Все происходящие раздражало и пугало одновременно. Но Педро, похоже, все вполне устраивало. Он пил вино и весело болтал ногой, которую положил поверх другой. Покручивал пальцами длинные черные волосы и тихо посмеивался над некоторыми шариками снов людей. Видя перед собой самого себя, но совершенно другого – человека? Демона? – Пену было неприятно, противно и… страшно? Его характер совершенно не такой. Если «его» тело займет оригинальный Педро, то, как на него будут смотреть окружающие? И сможет ли он им после что-то объяснить?

-Ты зря волнуешься, мне и здесь хорошо, я не собираюсь возвращаться в свое тело. – Педро говорил серьезно. Покручивая волосы и бокал, он посмотрел на Пена – Мне интересно за тобой наблюдать. Все эмоции, что ты испытываешь, все мысли, которые я невольно слушаю, все действия, которые ты совершаешь – это занимательно. Я бы так не поступил. Мне нравится быть «взглядом со стороны», как некий «читатель произведения».

Пен вздохнул. Он устал. Морально устал. Оригинальный Педро никогда перед ним не являлся, так почему появился сейчас? Может… Пен вконец отчаялся себя корить и захотел с кем-то поделиться? Даже с главным антагонистом и настоящем носителем этого тела? Потому что больше никому не сможет об этом рассказать?

-Скажи мне, что мне делать? Как бороться дальше?

Педро провел рукой по воздуху и пустой бокал исчез. После он взял один из шаров в руку и начал его вертеть и разглядывать. Затем стал перебрасывать из одной руки в другую, ответив:

-Без понятия. Я – не ты. Мои действия в корне разнятся с твоими. Но могу дать совет. Не думай о том кто ты слишком много. Это не имеет значения. Я не хочу постоянно выслушивать то, как ты занимаешься самобичеванием. Так и с ума сойти можно. Эксперимент подразумевает не только рефлексию, но и все остальное.

Пен мягко, но устало улыбнулся:

-Да, ты же у нас экспериментатор.

-Конечно, но с тобой эксперимент может свернуться, если ты раньше времени загнешься. Серьезно, хватит уже. Ты вообще-то не один здесь. А как тебе быть дальше, сам решишь.

-Ха, ха, ладно, ладно. Закрыли тему.

Педро перестал перебрасывать шар снов и вернул его ко всем остальным. После чего хитро улыбнулся и сказал:

-Давай просыпайся, приятно удивишься.

***

Цилинь старалась посидеть так с Пеном подольше, но у руки были другие планы. Она затекла, находясь в неподвижном положении. Мысленно обругав ее всеми известными ей ругательствами, она начала потихоньку высвобождать руку из «оков». Когда «спасение несчастной» прошло успешно, Цилинь печально тихо вздохнула и сунула вместо нее свой сверток. Пен не проснулся, что вроде бы и радовало, но внутри Цилинь сожалела об этом. Ей хотелось, чтобы он ее увидел, когда обнимал ее руку, но почему? Чтобы смутить? Чтобы удивить? Чтобы обрадовать? Чтобы испугать? Чтобы просто увидеть любую реакцию с его стороны? Последний вариант больше всего подходил. Она желала узнать, как он на нее отреагирует, как поступит, что скажет. Хотела понять, почему бы последовала именно такая эмоция? А как бы она отреагировала на его месте? Но, увы, этому не суждено случиться.

Посмотрев на уже умиротворенное лицо Пена в последний раз, она развернулась и не забирая бутылку пошла к выходу. Дойдя до двери и схватившись за ручку, она услышала голос, зовущий ее:

-Цилинь, подожди, не уходи, давай поговорим.

Цилинь замерла в ступоре. Сердце снова пустилось вскачь, а удивленный или взволнованный вздох, так и не вырвался изо рта. Боясь затрястись, Цилинь мысленно просила голос не дрожать. Тихо проглотив вставший в горле ком, она, не оборачиваясь спросила:

-О чем?

-Ни о чем. Просто поговорим.

Выходя из ступора с помощью сжатия и разжатия рук в кулаки, она согласилась.

***

Проснувшись, Пен почувствовал, что что-то сжимает в руках. Когда зрение спросонья полностью обрело четкость, он увидел какой-то сверток. Приподняв взгляд, Пен заметил Цилинь, которая собиралась уходить. Грудь заболела от тоски. Он так соскучился по ней за эти дни, что, пытаясь скрыть мольбу, сказал:

-Цилинь, подожди, не уходи, давай поговорим.

Когда Пен это произнес, она застыла, наверное, от испуга или неожиданности. Пытаясь унять тревогу, которая заставляет лезть на стену, он ждал ответа. Вроде бы прошла всего минута, но она казалась вечностью. Вот и все, сейчас она уйдет ни сказав ни слова, но Цилинь спросила:

-О чем?

Подавив ликование, Пен ответил:

-Ни о чем, просто поговорим.

-Ладно.

Больше ничего не видя перед собой, Пен сел на край кровати, держа сверток в руке. Ему было интересно что это, но больше всего радовал тот факт, что Цилинь согласилась на разговор, а не ушла. Это вселяло надежду.

«Надежда – наш самый главный дьявол».

Вспомнил Пен цитату из какого-то фильма. Смотря его, он был полностью согласен с персонажем, но сейчас разозлился на себя от такой мысли.

«Пусть так, но мне уже плевать. На все плевать».

Когда Цилинь устроилась на кровати рядом с ним, схватила со стола бутылку. Повернув голову к Пену с улыбкой на лице, потрясла бутылкой:

-Я пришла, чтобы отметить твой прошедший день рождения. С днем рождения! Пусть немного поздно, но мне захотелось подарить подарок и порадов…поздравить тебя.

Глаза Пена загорелись от предвкушения и рот расплылся в широченной улыбке.

-Ого, спасибо! Неожиданно и приятно!

Хорошо, что при свете луны, было не так светло, как при солнце и было плохо видно красную как рак Цилинь. Пен же уже давно разглядывал подарок, прикидывая, как аккуратно открыть. Он провозился пять минут, но Цилинь не выдержала и вырвала сверток и открыла сама, разрывая бумагу. Потом дала в руки обратно.

— Вот.

-Эх, хотелось сохранить упаковку.

-Зачем, это же просто бумага? – Цилинь пыталась сдерживать гнев, но выходило плохо. Пен заметил в ее голосе раздражение. Пытаясь сгладить острые углы, он пожал плечами:

-Может пригодилась бы. Ну ладно, выброшу.

Развернув бумагу до конца, Пен увидел перед собой мягкую игрушку в виде него. Видя, что Пен криво улыбается, Цилинь протараторила:

-Я знаю, что плохо вышло, но я старалась. Если не нравится, то можешь выбросить. – Хоть Цилинь и сказала это, но, если бы Пен выбросил ее подарок, она бы обиделась. Столько сил и нервов было вбухано в него.

Рассмотрев поближе «маленького Пена», Пен заметил под черной тканью волос, одежды небольшие пятнышки крови. Когда Цилинь вырвала и передала ему открытый сверток, ее руки были в царапинах. Он не слушал, что говорит Цилинь, всю его голову занимала одна мысль:

«Ради меня, ради меня, ради меня она пошла на такие жертвы».

Пен выбросил бумагу на пол и прижал мини версию себя к груди и закрыл глаза. Он в лепешку разобьется, но будет хранить его до конца жизни.

-Спасибо тебе, он очень красивый.

Сказать, что Цилинь была в шоке, ничего не сказать. Ее глаза стали размером с блюдца, и она хлопала ими пытаясь понять, что происходит. Но так и не могла понять. А когда на глазах Пена выступили «слезки», то вообще ужаснулась.

«Что происходит? Ему правда так понравилось? Или он плачет из-за того, что все так ужасно, а сказал так, чтобы не обидеть? О чем ты думаешь, хотела бы я знать».

Цилинь не знала, что ей делать. Она видела такое впервые. Перед ней никто так себя не вел. Даже ястреб. Он всегда оставался тем, на кого можно положиться и не давал повода за него беспокоиться. Но Пен был другим. Он не боялся показать ей свои слабости. Всегда говорил, что думал, не хитря и не уходя от ответа. Имел свои собственные принципы, разнящиеся с ее. Был…настоящим. Личностью, которая имеет множество разных граней. Хотелось их все посмотреть. Все до одной. Как ювелир, который рассматривает алмаз. Может это привлекает ее в Пене. Чувство азарта и вызова?

Поставив бутылку обратно на тумбочку, Цилинь забралась на кровать с ногами. Тут она приметила книгу, которую принес ястреб. Обрадовавшись найденной теме для разговора, она взяла ее в руки и спросила Пена:

-Пен, как продвигается изучение?

Пен, который все прижимал к себе игрушку, открыл глаза и увидел Цилинь с книгой.

«Да, совсем забыл, что Цилинь все еще здесь. Выглядел я сейчас очень жалко, стыдно, что она меня таким видела, впрочем плевать».

Нехотя оторвав свой «талисман» от груди, поставил его рядом с бутылкой. Затем тоже залез на кровать с ногами и сказал:

-Плохо, ничего не выходит. Может это зависит от того, что я не могу принять истинную форму?

-Наверное, да.

-Цилинь, ты смогла бы убить кого-то?

Глава 23

ДА ЗДРАВСТВУЕТ ГРАДОНАЧАЛЬНИК.

Пен не знал зачем спрашивал. Может просто хотел узнать ее мнение или дело в другом? Но одно знал точно – прав был Педро, не нужно себя изнутри убивать. Кому от этого лучше? Легче же станет, если с кем-то поделиться верно? Потихоньку надо начинать открывать душу.

Цилинь опешила от такого прямого вопроса. Она заерзала, обдумывая его. После встала с кровати и положила книгу рядом с бутылкой и игрушкой. Повернувшись к Пену, она сказала:

-Можешь сесть в середину спиной, а ногами к краю?

-Хорошо. – Пен решил, что Цилинь хочет ответить, не глядя в глаза. Наверное, эта тема тоже больная для нее или же она не готова это обсуждать, из-за своей душевной травмы. Лучше сделать, как она велит, чем мучится дальнейшими думами.

Сев, как велели, Пен почувствовал прикосновение спины Цилинь к своей.

-Что тебя гложет?

Пен решил признаться:

-Я не смогу убить человека или демона. Это выше меня. Извини, у меня не выйдет отомстить за тебя.

Цилинь тихо хмыкнула. После спросила:

-У тебя есть дорогой тебе человек?

-Есть – «И не только человек. Думал, что мой дорогой человек – это только мама, но теперь похоже, что не только».

-Тогда закрой глаза и представь то, что я тебе буду говорить.

Пен согласился и закрыл глаза.

«Вот и новый эксперимент для Педро подъехал».

-Представь, ты стоишь на коленях и твои руки сзади связаны. Ты избит и не можешь пользоваться демонической энергией. Тебя окружила толпа людей или демонов с протянутыми к твоей шее кончиками мечей, но обзор позволяет увидеть, что происходит впереди. А видишь ты вот что: представь дорогого человека…

«Двух дорогих».

-…его избивают до полусмерти прямо на твоих глазах. Но тебе не вырваться и остается только смотреть на это, твои действия?

Представив картину, что двух любимых женщин избивают, Пена захватила такая ярость, демоническая энергия вырвалась из-под контроля, что он весь затрясся и молниеносно схватил руку Цилинь и сжал со всей силы, убеждаясь, что она рядом, она здесь, а не там, не там.

Резко открыв глаза, Пен тяжело задышал от поглотившего его страха, ярости, и… жажды убийства, он потихоньку успокаивался, сохраняя крупицы хладнокровия для сдержания энергии. Быстро опустив взгляд и увидя руку Цилинь в своей, он выдохнул с таким облегчением, как будто закончил бежать марафон. Даже перестал чувствовать спину Цилинь на своей, какими явными были эмоции. Она не пыталась вырвать руку, но было видно, что ей больно. Пен быстро разжал руку и сказал:

-Прости, я не специально.

-Твой ответ остался тем же?

Пен не стал увиливать:

-Нет, он изменился.

-Ты жалеешь об этом?

-Не знаю. Но тогда мне было уже все равно. Главное спасти дорогих сердцу, остальное отошло на задний план.

-Понятно – «Дорогих? Их было несколько? Теперь мне даже интересно кто они».

Как бы Цилинь не хотела посидеть подольше, но усталость брала свое. Поэтому потянувшись, она слезла с кровати и сказала:

-Ладно, я пойду, завтра рано нужно уходить отсюда.

Пену было тоскливо прощаться вот так, но он понимал, что Цилинь и правда засиделась и небось еще даже не ложилась:

-Да, спокойной ночи.

-Спокойной ночи.

***

Вечер следующего дня.

Весь день Демиан только и делал, что проверял по десять раз, все ли готово к параду. Пен и Цилинь ушли утром, как он им и говорил. Также все перепроверил и в отеле, и во всем городе, чтобы даже не было ни малейшего намека на то, что они здесь были. Повезло только в одном – его город будет последним, где пройдет парад.

Наступил вечер и Демиан в форме градоначальника стоял на балконе одного из высотных зданий, смотря на главную улицу. Вроде все было безупречно, но Демиана не покидало плохое предчувствие. Вот из-за угла показалась карета, в сопровождении шеренг из синхронизированных шагов охранников дворца. Люди вышли из своих домов и бросали лепестки цветов под ноги демонам, а также колесам кареты, крича:

-Да здравствует, Король! Да здравствует, Королева! Да здравствуют принцы!

Демиан хотел скривиться, от такой «ванильности», но не мог даже позволить себе кривую усмешку. Работая информатором, научишь и не такому.

«Хоть бы все прошло гладко, нужно держать эмоции, мимику и жесты под полным контролем и не выдать лишнего. Быстрее бы они уехали обратно».

Когда «процессия» довольно близко подошла к высотному зданию, Демиан спрыгнул вниз, где стояли его люди из департамента и шеренга из гвардейцев, которые патрулировали улицы. Приложив кулак правой руки к левой груди, Демиан и стоящие за ним люди, прокричали:

-Да здравствует, Его Величество и его семья! – и поклонились в пояс.

Когда Владыка, Королева и Люцифер с Вельзевулом выбрались из кареты, то потихоньку направились к Демиану. Он тоже вышел им на встречу. Подойдя довольно близко к Демиану, Владыка Демонов остановил время для людей, а демоны могли друг с другом поговорить.

Демиан предвидел такой исход и заранее его возненавидел. Если Владыка захотел с ним поговорить, отвертеться не получится и нужно выложить все, причем так, чтобы не к чему было придраться. Такое случалось не впервые, но Демиан всегда чувствовал себя, как уж на сковородке, и это дико бесило.

Владыка подошел к Демиану, который стоял с кулаком у груди и похлопал того по правому плечу:

-Здравствуй, Демиан. Хорошо подготовился к нашему приезду, молодец.

Демиан расслабил плечи и опустил руку. На лице заиграла фальшиво-настоящая улыбка.

«Как же хочется ему врезать. Сидит в своем замке, ничего не делая, только вино попивая, да новых служанок себе в наложницы беря, а я должен выполнять всю его работу».

-Здравствуйте, Владыка. Рад стараться, все ради вас.

Королева с детьми тоже подошла к ним ближе. Владыка убрал руку с плеча Демиана и отошел немного в сторону. Королева Демонов протянула руку вперед и Демиан ее поцеловал:

-Моя Королева. Рад вас видеть.

«Вот же шлюха. Ко всем клинья подбивает, интересно, ее гарем пополнился с прошлого раза? Помниться в него входило пятьдесят демонов и тридцать людей».

Королева Демонов убрала руку и кивнув встала рядом с Владыкой. К Демиану подошли Люцифер и Вельзевул. Мальчики выпятили вперед руки и Демиан ударил по ним своими по три раза, как бы играя в ладушки. Ребята засмеялись, а Демиан мягко улыбнулся.

-Демиан, поиграй потом с нами – в унисон сказали мальчики.

-Конечно, как только вернусь во дворец, с вами сыграю.

«Маленькие засранцы. Никого не уважают, всеми помыкают, а их еще за это хвалят. Как я их всех ненавижу».

Дети подошли к матери, а Владыка сказал Демиану:

-Ну, рассказывай, что интересного произошло.

«Вот оно. Настал этот момент. Все или ничего».

-Да, Владыка, как прикажите. В этом городе было совершено два убийства и изнасилования. Предположительно, что сектантами. Вот, взгляните.

Демиан вытащил из-под формы сложенный лист бумаги. Развернув его, он протянул Владыке:

— Это зарисовал мой художник. Сын аристократа, умерший от потери крови и отметин лезвием по живому. Взгляните сюда.

Демиан показал пальцем на отметины на груди.

-Эти отметины похожи на цифры 11 и 30. Также имеются непонятные символы, Владыка, вы знаете, что они означают?

Владыка Демонов со скукой взглянул на символы.

-Нет, это пустышка, они ничего не значат. Тоже самое мне показали и другие трое информаторов. Еще что-то есть?

Демиан решил рискнуть:

-Но Владыка, а вдруг это какой-то ритуал? Не просто же так на людях высекают эти символы, а тем более насилуют? Что, если эти сектанты соберут всех жертв, то призовут небожителей или он как-то повлияет на нашу защиту и тогда они нас найдут?

Владыка Демонов разъярился:

-Ты, что, щенок, смеешь отвергать мои слова? Не забывай свое место!

-Что вы, Владыка, я просто хочу обезопасить нас, всеми возможными способами. Но если вы говорите, что это пустышка, то так оно и есть.

Владыка Демонов «поиграл глазами», обдумывая слова Демиана:

-Сын аристократа говоришь? А вторая жертва кто?

— Это девушка из бедного квартала. Она была 10.

Тут Владыка так сладко улыбнулся, что Демиан внутренне остолбенел:

-Что ж, хорошо, убедил. Ты же начал служить мне в июне верно?

-Да, 13 июня, как и появился здесь, с первого дня верен вам.

«Что задумал этот черт?»

-Считай это подарком за все годы верности мне. Ты – Демиан, становишься полноправным и официальным градоначальником этого города. Также ты будешь вести это дело с жертвами. И правда, лучше всего — это безопасность.

Если бы не «роль верного подчиненного», Демиан бы все здесь разнес.

«ЧТО!!! ДА КАКОГО ВЛАДЫКИ? ЭТОГО МНЕ ЕЩЕ ДЛЯ СЧАСТЬЯ НЕХВАТАЛО! КАКОЙ, БЛЯТЬ, ОФИЦИАЛЬНЫЙ ГРАДОНАЧАЛЬНИК? Я ЭТОТ ГОРОД УЖЕ ВИДЕТЬ НЕ МОГУ, НЕ ГОВОРЯ О ТОМ, ЧТО ЭТО РУШИТ ВСЕ МОИ ПЛАНЫ! КАК ЖЕ Я ЕГО НЕ-НА-ВИ-ЖУ!!! НЕ ПОДВЕЛО ПРЕДЧУВСТВИЕ!»

Демиан изобразил шоковое состояние и возбужденно произнес:

-О, Владыка, это такая честь! Я сделаю все, чтобы не подвести вас! - и поклонился до пояса. Выпрямившись, он все-таки спросил:

-Владыка, простите за грубость, но как я буду вести дело о сектантах, если я не смогу выйти из города?

-Тебе помогут другие информаторы. Они не получили повышение, поэтому будут делать за тебя всю работу.

«Потрясающе! На их месте должен был быть я!»

-Понятно, спасибо.

-Больше нет новостей?

-Нет, все остальное в отчетах, которые я вам присылал.

Владыка скривился.

«Только не говори, что ты их не читал! Воистину воплощение лени».

После кивнул:

-Хорошо, на этом все.

Подозвав свою семью, которая уже разбрелась от них подальше, все встали на свои места и Владыка снова запустил время.

Рассказав людям о том, что Демиан стал официальным градоначальником, люди зашумели и начали кричать:

-Да здравствует, градоначальник! Да здравствует, градоначальник!

Глава 24

Я ПОСТАРАЮСЬ ВЫКРУТИТЬСЯ.

Когда карета и шеренги демонов наконец-то удалились, Демиан чувствовал себя так, как будто прошел войну. Это была пустота. Пустота от неизбежности. Он думал, что никогда ее не почувствует, но похоже все бывает в первый раз, даже то, что полностью претит твоим амбициям.

Люди разошлись по своим домам, на город опустились сумерки, а Демиан стоял на том же самом балконе и смотрел на зажженные фонари и снующих по улицам гвардейцев, вышедших на ночную смену. Вечерняя красота города поражала, но не Демиана. Когда он смотрел на него, ему хотелось только одного – сжечь здесь все до тла. Сжечь не потому, что он хотел смерти всех его жителей, нет. Как ни странно, ему нравились люди. Обычные жители, которые спокойно живут своей жизнью. Ходят на работу, создают семьи, наслаждаются каждыми минутами своего времени. Сжечь потому, что этот город, стал его клеткой. Демиан терпеть не мог, когда ему ограничивают свободу. И тем более, когда рушат все его планы. Он чуть ли не список всех своих дальнейших ходов распланировал, но Владыка все перечеркнул. Поставил мат в его шахматной партии. Это навязывало на мысли о том, где же он просчитался? Что послужило катализатором подозрений Владыки на его счет? Если он ему доверял, как себе, не сделал бы градоначальником и не ограничил бы доступ ко всем местам королевства. От этих мыслей у Демиана заболела голова. Тело тоже требовало разрядки, иначе он точно сожжет этот несчастный город и после пожалеет об этом. Больше всего на свете Демиан ненавидел проигрывать и кому-то подчиняться. Это очень сильно ударяет по гордости и надменности, а эти качества он ценит, как никто другой. Может эту партию он и проиграл, но не сдался окончательно. Счет всегда можно сравнять, были бы желание и средства. Замечательно, что он владеет и тем и другим.

«Как говорили великие стратеги прошлого – терпение, вот ключ к победе. Я столько ждал, подожду еще, но непременно выиграю. Они еще поймут, с кем нужно считаться и кого слушаться».

Когда перевалило за три часа ночи, Демиан вернулся в свой кабинет, и огляделся по сторонам. Стол был завален бумагами на подпись и отчетами, которые нужно просмотреть и вынести вердикт. Сев за стол, он посмотрел на всю эту макулатуру и с такой силой ударил кулаком по столу, что все бумаги слетели на пол и перемешались друг с другом.

«Сука! Как же меня все это достало! Этот Владыка поплатиться! Если я буду все время здесь штаны просиживать, мой план рухнет еще в зародыше! Нужно что-то придумать. Самое интересное то, что пошлет ли Владыка шпионить за мной? Если да, то это будет еще труднее. Ладно, разберусь с этим позже. Сейчас нужно подумать о том, как держать мой план хотя бы на плаву. Можно сделать двойника, но такой вариант пойдет только на ограниченное время. Дальше, есть еще камни телепортации, но они тоже ограничены. Точно! Зелья Цилинь! Если выпить его оно повысит время для двойника, т.к. демоническую энергию он «жрет» довольно много. Вот оно! Решение! Я обещал ей своего механика, и он тоже поможет мне с зельями, и я смогу узнавать, что происходит у них и как продвигается дело с наушником! Также, используя двойника я смогу перевоплотиться в другого человека и проводить свой план в действие!»

Демиан хищно улыбнулся и потер руки.

«Я не сдамся без боя, посмотрим, что ты ответишь на этот шах, Владыка».

***

Утро предыдущего дня.

Чук проснулся и поднялся с кровати. Еще один день начинается без криков, что нужно вставать на зарядку от госпожи Цилинь. Это было так необычно, что удручало. С одной стороны, тишина успокаивала, но он уже привык к этим воплям, и не мог полностью взбодриться без них.

Одевшись, Чук пошел будить Шена. Пока госпожи не было рядом, он слишком расслабился и начинал забрасывать тренировки. Чук, как старший и отвечающий за него, этого допустить не мог.

Выйдя из своей комнаты, Чук увидел в окне Ганса, который медитировал. Он был мало с ним знаком, т.к. когда Цилинь нашла его, Ганс уже практически не появлялся в Лагере Душ. Он приходил только на несколько дней и почти все время пропадал в мастерской госпожи. Поэтому, когда они с Шеном вернулись с пробежки и узнали, что Цилинь отправилась вместе с гостем, которого привел Ганс, очень удивились. Еще больше повергло их в шок то, что их учить пока Цилинь не вернется, будет он.

Смотря на Ганса, Чук совершенно не видел в нем учителя. Он не поднимал их засветло, как госпожа, не проводил никаких зарядок, не посылал таскаться по всему лесу за Жасмин, но тренировки, естественно проводил и помогал с прорывами, но Чук чувствовал себя так, как будто бы Гансу на них все равно. Он учит их потому, что госпожа попросила. Она единственная кто заботится о них и только ее он видит своим учителем по прорывам энергии, и по алхимии.

Дойдя до комнаты Шена, Чук увидел неподалеку от выхода из пристройки корзину с травами. Эту корзину они нашли с ним, когда ходили за водой. Она валялась на тропинке, после любимой поляны госпожи. Половина трав высыпалась, но Чук их все собрал и посмотрев на их все вместе, понял, что они для зелья прорыва и для других лекарств. Сам он никогда зелья не варил, но все книги по теории алхимии и целительства травами, которые дала ему Цилинь, изучил вдоль и поперек. Ему так хотелось побыстрее научиться варке, т.к. теория уже была заезжена до дыр. Но его планам не суждено было случиться – Цилинь ушла и он не знал, когда она вернется. Поэтому, стиснув зубы, Чуку оставалось только заниматься тренировками и помогать не отвлекаться от них Шену.

Отвернувшись от корзины, Чук громко постучал в дверь и крикнул:

-Шен, вставай, пора на зарядку!

Специально сильно открыл дверь и ахнул. Шен сидел на кровати полностью одетый и читавший книгу по механике. Рядом с ним на кровати лежали еще три стопки книг по ней же. Жасмин спала в ногах у Шена. Чук не верил своим глазам. Чтобы Шен, которого нужно было за ноги вытаскивать из кровати, сам встал, наверное, еще раньше него и читал книгу. И причем не первую.

«Не может быть? Неужели Владыка и вся его семья умерли?»

Чук подошел к Шену и посмотрел, что он читает. Там было написано про какой-то механизм, но Чук ничего не понял, а Шен сидел с таким видом, будто обдумывал, как этот механизм можно применить. Чук помахал перед Шеном рукой, но тот не отреагировал. Тогда он вырвал у него из рук книгу и положил на одну из стопок. Шен посмотрел на него уничтожительным взглядом.

-Эй, ты совсем что ли? Не слышал, что такое личное пространство?

-Пора на зарядку и на тренировки. Потом дочитаешь. И вообще, откуда ты взял эти книги? Украл из мастерской госпожи?

Шен аж задохнулся от возмущения:

-Я? Украл? Ты совсем чокнулся? Мне их братец Ганс дал.

Чук удивился:

-Братец?

Шен пожал плечами:

-Ну да, а что? Он мне не отец, ни дедушка, ни сват, ни друг, а мистер, господин или просто Ганс, как-то не то. Поэтому и братец.

-Понятно. – Чук махнул рукой в сторону двери – Пошли уже. Пробежка сама себя не пробежит.

Шен выпятил нижнюю губу и сделал обидчивый вид:

-Ну блин, может ну ее а?

Чук пригрозил ему указательным пальцем:

-Я все госпоже расскажу. Посмотрим, как она тебя выпорет.

Шен встал с кровати, бурча себе под нос. Скрестив руки на груди, он прошел к выходу:

— Вот ты зануда. – и вышел за дверь.

Чук взял спящую Жасмин под лапы и тоже вышел из комнаты. Выйдя из восточной пристройки, он отпустил кошку. Жасмин не довольная тем, что ее потревожили засеменила к дереву, где стоял Шен. Тот опустился на корточки и принялся гладить ее черную шерсть. Подойдя к нему, Чук улыбнулся:

-Она так к тебе привязалась.

Тот тоже улыбнулся, смотря на довольную мордашку Жасмин.

-Да, может чувствует, что хозяйки нет рядом и хочет общения с другими.

Чук усмехнулся:

-А может дело в том, что только ты ее кормишь все эти дни?

Шен засмеялся:

-Может и так.

Чук похлопал в ладоши и сказал:

-Ладно хватит прохлаждаться, побежали.

Шен поднялся с корточек и вздохнул:

-Ладно, побежали.

Чук обернулся назад и прокричал Гансу, который все сидел в медитации:

-Ганс, мы убежали на пробежку. Будем к полудню.

Пробежав несколько километров, они услышали какие-то голоса вдалеке. Переглянувшись между собой, они начали потихоньку подкрадываться к говорящим. Подойдя достаточно близко к ним, Чук узнал один из голосов. Выбравшись из засады и игнорируя шикающего на него Шена, Чук с радостью сказал:

-Госпожа, вы вернулись.

Глава 25

РАМ, ЭТО СНОВА Я.

-Цилинь, как ты смогла заметить тех сектантов и девушку в той подворотне? – спросил Пен, когда они с Цилинь вышли за пределы города. Его уже давно мучил этот вопрос, но не было подходящего времени его задать.

Цилинь была в хорошем расположении духа и шла, снова подпрыгивая с ноги на ногу. Услышав вопрос, она обернулась и не останавливаясь указала пальцем правой руки на глаза, уши и нос.

-Я вливаю демоническую энергию в эти места, практически постоянно, чтобы нюх, слух и зрение обострились. При работе с травами, камнями, огнем и другими побочными элементами в алхимии и механике, нужна стопроцентная концентрация.

-Понятно. – Пен решил тоже попробовать. Цилинь не разворачивалась и шла задом наперед без проблем. Наверное, так хотела показать, что сейчас ее чувства тоже обострены. Пен увидел вдалеке камень, на который должна была нечаянно упасть Цилинь, но она его обошла и с улыбкой до ушей продолжила подпрыгивать так и дальше.

Пен остановился и закрыл глаза. Влив в них энергию, он их открыл и остолбенел. Он видел только кости, а не землю. Подняв глаза вверх и оглянувшись, увидел скелет Цилинь и черное пространство. С криком ужаса, Пен перестал вливать энергию в глаза. Отдышавшись, он осмотрелся. Все было нормально. Он увидел взгляд Цилинь в перемешку с волнением, страхом, оценкой и подозрением. Когда она подошла к нему, то спросила:

-Ты, что, всю энергию в глаза влил?

Пен потел затылок правой рукой:

-Ну да.

Она щелкнула его по лбу и сказала:

-Ты дурак? Надо было чуть-чуть. Даже Шен и Чук об этом знают. Ганс тебе что, не говорил?

-Нет.

Цилинь сжала руку в кулак:

-Ну я ему устрою! Если еще раз захочешь попробовать, то вливай энергию сразу во все три части лица. Не знаю пригодиться ли это тебе, но практиковаться нужно каждый день по десять минут. В течении месяца организм привыкнет к новым ощущениям и не будет отторгать их. Все ясно?

-Да.

-Тогда пойдем. Ястреб будет недоволен, что мы задержимся. Пока идем расскажи мне о своем прошлом. Я же тебе о своем рассказала, пусть и не по собственной воле. – В ее глазах заплясали искорки – Теперь я жду инвестиций.

Смотря в эти искрящее-насмешливые глаза, Пен понял, что тонет в них. Красный цвет завораживал и опьянял. Глупая улыбка против воли исказила лицо, и он не заметил никакой странности в словах Цилинь.

Пен во второй раз принялся рассказывать про начало его пути в теле главного злодея и Цилинь слушая комментировала некоторые места. За разговором они не заметили, как вышли к лесу, в котором находится Лагерь Душ. Тут Цилинь остановилась и сказала:

-О, мои ребята бегут, молодцы, не бросают тренировки.

«Как же ты их запугала, если они даже без тебя расслабиться не могут? Бедные».

Цилинь вытянула руку вперед и сказала:

-Пойдем им на встречу, но виду подавать не будем, что знаем, что они там. Хочу посмотреть, что они будут делать. Рассказывай дальше.

Пену было странно и немного неприятно видеть, как Цилинь по щелчку пальцев входит в образ «строгого учителя» и начинает всеми командовать, но ему тоже стало интересно, как поступят ее ученики, и он решил подчиниться. Продолжив разговор, они дошли по половины леса и Пен тоже заметил Шена и Чука, которые крались и думали, что их никто не видит. Но тут один из ребят (вроде Чук, но Пен уже плохо помнил их на лицо), выбрался из засады сказал:

-Госпожа, вы вернулись.

Пен посмотрел на Цилинь. Ее глаза метали молнии, но лицо оставалось невозмутимым. Пен легонько скривился и покачал головой, а Цилинь, походкой от бедра подошла к Чуку и сладко пропела:

-Мо-ло-дец…. -Чук, подумал, что она про него, засиял, но Цилинь продолжила – Шен. Можешь возвращаться с нами домой.

Чук так и застыл, услышав слова Цилинь. Шен же вылез из засады и подошел к Цилинь. Она потрепала его по голове. После Шен спросил:

-Госпожа, вам помочь донести пакет?

Цилинь посмотрела на левую руку, в которой находился пакет с купленной для нее одеждой Пеном. Помотала головой и сказала:

-Нет, я сама донесу. – После обратилась к Чуку, который был на грани слез – Чук, ты меня разочаровал. Сегодня будешь весь день заниматься поиском трав, —она протянула ему список, который написала в отеле.

Пену стало жалкого бедного парня. Он пытался не дрожать и не заплакать, но выходило плохо. Когда он взял листок, то его колени чуть не подкосились. Цилинь же взяв под руку Шена пошла по тропинке дальше. Пройдя немного, она обернулась и вопросительно уставилась на Пена, но тот покачал головой и махнул рукой, указывая на Чука. Ноги того все же подвели, и он упал на колени держа листок дрожащими руками. Цилинь пожала плечами и отправилась с Шеном дальше.

Пен подошел к Чуку, поставил свой пакет с одеждой на траву, и присел рядом с ним на корточки, заглядывая в глаза. Тот плакал, но сам Чук похоже не чувствовал слез. Он оторвал взгляд от текста и посмотрел на Пена пустым взглядом. Пен положил руку ему на плечо и сказал:

-Чук, не принимай ее слова близко к сердцу. Цилинь по-другому не может. Ее жизнь была тяжела, и она хочет, чтобы вы с Шеном стали сильнее и не повторяли ее ошибок.

Чук опустил взгляд и посмотрел вбок. Так в тишине они просидели полчаса. Рука Пена, которая лежала на плече Чука уже «атрофировалась», но он не хотел нарушать это умиротворение. Чук снова поднял взгляд и посмотрел на Пена. Слезы уже высохли и лицо не выглядело, как восковая фигура. Щеки немного порозовели и губы приобрели нормальный цвет. Чук сказал:

-Господин, спасибо вам, но мне это не нужно. Я сам во всем виноват. Это я не смог защитить Саманту и должен был умереть, но госпожа…спасла меня. Ее уроки бесценны. Только благодаря ей я сейчас дышу и живу. У меня появилось любимое дело, место, куда я могу вернуться, Шен, с которым я могу дружить и радоваться нашим разговорам, Жасмин, которая разбавляет нашу жизнь, госпожа, которая заботится обо мне. Я счастлив.

Пен видел, что он говорит правду, но почему он плакал? Из-за чего?

Пен сжал руку на его плече и спросил:

-Хочешь пройтись?

Чук покачал головой. Пен разжал руку и поднялся. Подняв пакет, он сказал:

-Тогда иди собирай травы. Чем раньше это сделаешь, тем лучше. – и пошел по той же тропинке, что и Цилинь с Шеном. За спиной, он услышал тихий голос Чука:

-Саманта, моя слабость никуда не делась, и госпожа это видит. Я во что бы то ни стало должен побороть свои страхи, иначе так и буду вспоминать твою смерть. Я попрошу госпожу дать мне еще больше заданий, и чтобы она не жалела меня. Только так я смогу стать сильнее и полностью отпустить тебя. Саманта, вот увидишь, я стану самым лучшим алхимиком в королевстве.

Пен услышал, как Чук побежал по лесу и грустно улыбнулся.

«Саманта, наверное, та служанка, в которую был влюблен Чук. Может он плакал из-за нее? Возможно, но это не мое дело. Он сам разберется в себе и своих чувствах. Как говорил мне Педро – не думай об этом слишком много. Да, он прав. Так и с ума сойти можно. Нужно подумать о другом. А именно, об убийствах. Зайду-ка я к Раму, может он что знает».

Пен пришел в Лагерь Душ и никого не увидел. Тогда он пошел в восточную пристройку и оставил в комнате, которую ему выделили под сон, пакет. Выйдя, он увидел Шена, который играл с Жасмин веревочкой, привязанной к палке. Пен подошел к нему и спросил:

-Ты не знаешь, где Цилинь и Ганс?

Шен перестал играть и Жасмин вцепилась в веревку зубами:

-Они в мастерской госпожи, сейчас лучше туда не ходить.

-Хорошо, если спросят про меня, скажи, что я буду там, где раньше работал, они поймут.

Шен кивнул:

-Хорошо, господин. – И повернулся к Жасмин, пытаясь вырвать из ее пасти веревку.

Пен пошел к выходу и попробовал открыть дверь. Она поддалась, и он вышел туда, где они когда-то стояли с Гансом. Когда Пен пришел в отель Рама был уже полдень. Зайдя в фойе, он услышал сбоку знакомый голос:

-Принцесса, какими судьбами?

Пен повернулся на голос и увидел идущего к нему Рама. Тот, как всегда, улыбался и вальяжно шел, приковывая к себе взгляды клиентов. Пен тоже улыбнулся и сказал:

-Рам, это снова я. Мне понадобиться твоя помощь.

Глава 26

ВОРОН, ПАВЛИН, ФЕНИКС. ЧАСТЬ 1.

Хозяин отеля Рамзес был приятно удивлен появлением Педро и уже подумывал, какие деньги он сможет с помощью него заработать. Педро практически был его золотой жилой и когда тот ушел из официантов, клиентов убавилось в два раза. Рамзес не ожидал, что Педро понадобиться его помощь, но ему это было только на руку. Услуга за услугу, так сказать. После смерти жены у него не было того, ради чего бы он жил, пока не открыл таверну, а затем уже и отель. Его дело – это вся его жизнь и он сделает все, чтобы бизнес процветал и дальше.

Когда Рам подошел к Пену, то сказал:

-Пойдем в мой кабинет, Педро.

Пен кивнул и пошел за Рамом. Придя в кабинет хозяина отеля, Пен сел на диван, а Рам в свое кресло. Пен рассказал ему об убийствах и спросил, знает ли он что-то об этом. Рам налил себе виски и залпом осушил хайбол.(1)

(1) Хайбол – это бокал с толстым дном и прямыми стенками, используется для виски.

После постучал по столу пальцами и сказал:

-Нет, я ничего не знаю. Клиенты тоже ничего не говорили об этом. Походи по отелю, поспрашивай персонал, но аккуратно, иначе поползут слухи и будет меньше посетителей.

-Хорошо.

Рам налил еще виски в стакан и спросил:

-Педро, не хочешь поработать?

Пен улыбнулся:

-Конечно, но в другой раз, когда разберусь с этими убийствами.

-Работа заклинателя очень сложная да?

-Да, иногда трудно приходиться, но я справляюсь. – Пену было противно врать Раму, но по-другому все равно никак не получится. Он старался отгонять это неприятное чувство омерзения и спросил:

-Рам, ты знаешь, где продается сицилия?

***

Цилинь весь день маялась от того, что так низко поступила с Чуком. Конечно, он был рад ее видеть, что забыл, чему она его учила. Еще и Шен, когда они шли до Лагеря Душ постоянно спрашивал, почему она так себя с ним повела и это окончательно добило ее душевное спокойствие. Она почувствовала, что виновата перед ним и обязана извиниться. Цилинь уже задолжала извинения ястребу, но еще одну задолженность уже не вынесет. Поэтому она решила загрузить себя работой, чтобы не думать об извинениях до возвращения Чука, но мысли постоянно лезли в голову и сосредоточиться не получалось.

Ганс тоже мало что мог ей рассказать об этих днях, что она провела вдали от Лагеря Душ. Привычная рутина обычных будних дней, практически ничем не отличающаяся от других. Поэтому, когда она отпустила Ганса пошла проверить как продвигаются дела у Шена.

Нашла она Шена в его комнате в восточной пристройке. Тот читал книгу по механике. Вся его комната была завалена ее книгами. Ганс ей сказал, что дал почитать несколько штук Шену. Она не верила, что он что-то поймет и ни на что не надеялась. Цилинь сначала разозлилась, что он не занимается медитацией, но потом, увидев лицо Шена не стала кричать. Его взгляд был оценивающим и понимающим то, что он видит перед своими глазами. Точно такой же взгляд был и у нее, когда ястреб приносил ей эти книги. Цилинь охватила гордость. Уже второй ее ученик, если захочет, сможет перенять ее ремесло. Как же она была счастлива.

С Шеном она просидела до самой ночи. То они обсуждали разные механизмы, то тренировались в медитациях, то Цилинь показывала свою коллекцию сделанных собственноручно механизмов, то рассказывала про различные камни и материалы для них. Шена было не узнать. Цилинь никогда еще не видела того настолько увлеченным чем-то. Почти все дни, что делал Шен – это ныл о том, что у него ничего не получается и нафиг это надо, но сейчас, он был готов горы свернуть, только чтобы Цилинь научила его делать свои собственные механизмы.

Когда Цилинь покинула Шена, была уже полночь и Чук должен был уже вернуться в Лагерь. Зайдя в его комнату, она никого не обнаружила. Легкое волнение закралось в ее сердце, но она заглушала его тем, что Чук, пока не найдет все травы, не вернется. Такое уже было, но она все равно чувствовала тяжесть в груди из-за своих слов. Особенно сейчас. Хотелось уже быстрее снять с себя этот груз вины и отпустить ситуацию. С этими мыслями, Цилинь не заметила, как вернулась в свою мастерскую и увидела Чука, стоящего с пучками трав. Он был весь грязный, одежда местами порвана и лицо выражало раскаяние. От этого взгляда захотелось кричать от отчаянья, и упасть на колени прося прощения, но для Цилинь, это было равносильно апокалипсису. Поэтому она просто стояла и смотрела на него в упор, делая более дружелюбный вид. Чук, увидевший улыбку госпожи, похожую на оскал, побледнел, щеки покраснели, и начал потеть, как при лихорадке. Цилинь подумала, что он упадет в обморок, подошла и поддержала его за правый бок, перекидывая его правую руку себе на шею.

Чук был ошарашен. Он думал, что Цилинь снова накричит или высекет его, но она этого не сделала. Более того, помогла удержаться на ногах и потихоньку повела на выход из мастерской. Ноги Чука не хотели его слушаться и шли они очень медленно. Очнулся он только тогда, когда осознал, что сидит на диване в доме госпожи и не держит в руках пучки трав. Они лежали в корзине, которая стояла рядом с креслом. Цилинь же в это время рылась в шкафу, что-то ища. Чук решил хоть что-то сказать:

-Гос-госпожа, простите меня, я не собрал все травы. Завтра обязательно найду остальное, – пробормотал он себе под нос, надеясь, что Цилинь не услышит, но она услышала, и, держа два полотенца в руках, подошла к Чуку и села рядом с ним, кладя их ему в руки:

-Не за что тебе извиняться. Собирай их сколько угодно времени, они не к спеху. Завтра я хочу показать тебе, как готовятся зелья, но сам ты не сможешь их делать, пока не пройдешь все прорывы. Ты меня тоже прости, что так сильно на тебя надавила. – После этих слов, она похлопала по полотенцам, которые держал Чук – иди, помойся и уже поздно, можешь переночевать здесь. Я постелю тебе на диване, халат найдешь в ванной, она за дверью, пройдешь по коридору, там еще две двери, открывай левую от края.

Чук не знал, что сказать, это было так странно. Госпожа раньше никогда так не делала, что же изменилось. Сглотнув ком, вставший в горле, Чук спросил:

-Госпожа, почему? Вы никогда не были такой сентиментальной. Что изменилось?

Цилинь тоже уже думала об этом. Она никогда не чувствовала угрызений совести или чувства вины перед Чуком, Шеном, ястребом, Гансом. Ей было плевать, что они чувствуют, думают о ней. Она ставила себя на первое место и свою боль, которую никто не поймет. Но Пен изменил ее мировоззрение. Он своими действиями «заставил» ее пересмотреть свои приоритеты. Она начала потихоньку проявлять эмоции и эмпатию к своему окружению. Учиться ценить все то, что сейчас имеет. Понимать, что не только у нее есть шрамы на сердце, что не только ей страшно, больно, обидно, но и другим тоже. И то, что раньше, она клялась себе, что будет всем помогать, не вызывало ничего, кроме иллюзорного успокоения ее эгоизма. Сейчас все по-другому. Она сердцем чувствует, что помощь другим приносит ей радость и некое умиротворение, позволяющее проживать каждый день счастливо.

Цилинь тихонько усмехнулась и рукой потрепала его грязные волосы:

-Много чего изменилось. Скажем так, я буду чередовать кнут и пряник. Только кнут, тоже ничего хорошего не несет, как и только пряник. Зная баланс, знаешь и счастье.

Чук улыбнулся до ушей. Было приятно осознать, что госпожа не держит на него зла, так еще и после ухода из Лагеря Душ, так изменилась. Теперь ее забота о них с Шеном будет еще сильнее и Чук не посмеет подвести госпожу. С завтрашнего дня он станет еще усерднее тренироваться.

«Саманта, теперь я могу попытаться отпустить тебя. Жизнь не должна состоять только лишь из сожалений и боли. Теперь я хочу попытаться насладиться тем, что получил после изгнания».

Чук ушел в ванную, а Цилинь села смотреть в окно. Она думала о Пене. Думала о том, что тоскует. Теперь сказать себе, что он ей никто язык не поворачивается. Она прилегла на подоконник и задремала. Проснулась от того, что Чук, который лежал на диване храпел. Посмотрев в окно, она увидела вдалеке ястреба и Пена. Ей стало интересно, о чем они разговаривают, и тихонько проскользнула на улицу. Говорили они шепотом, но Цилинь разобрала, что ястреб говорил:

-Давай ворон. Тебе по внешности подходит.

А Пен ему отвечал:

-Нет, слишком банально. Нужно что-то неочевидное. Как на счет павлина?

Демиан засмеялся:

-ХА, ха, ага, конечно, у тебя с павлином вообще ничего общего нет.

«Что они обсуждают? Может кодовое имя Пена? Тогда больше подойдет».

-Феникс – сказала Цилинь и две головы, которые давно заметили, что она вышла из пристройки, удивленно повернулись к ней и в унисон замахали руками.

Глава 27

ВОРОН, ПАВЛИН, ФЕНИКС. ЧАСТЬ 2.

После пустого разговора с Рамом, Пен пошел на кухню. Встретили его там очень радушно, что было довольно странно. Теплых отношений с поварами, официантами у него не было, и такой прием настораживал.

Не успев толком понять, что произошло, Пен обнаружил, что сидит за столом и держит в руках вилку с нанизанными на нее овощами. Перед ним стояла тарелка с картошкой, курицей и тушеными овощами, а со всех сторон его обступили повара и официанты. Не подавая вида, что ему неловко или некомфортно, засунул вилку в рот. Полностью опустошив тарелку, Пен поблагодарил всех присутствующих за еду и такую теплую встречу. Решив не забивать себе голову вопросами и подозрениями о том, что случилось с этими людьми, он приступил сразу к делу. Аккуратно расспросил всех об убийствах, но и тут ждало разочарование. Никто ничего не знал. Внушив всем, что этого разговора не было, Пен встал из-за стола и тут один из поваров спросил:

-Педро, ты вернешься на работу?

«Ах, вот оно в чем дело. Неужели, это Рам им выговор сделал? Что, совсем плохи дела и зарплату не платят, что решили подлизаться и исправить свое положение? Жаль, не в этот раз».

-Нет, пока нет. Ну, всего хорошего.

Пен помахал им на прощание рукой и увидел, что лица поваров и официантов перекашиваются от злости. Он же улыбнулся им самой лучезарной улыбкой и вышел, пытаясь найти и порасспрашивать горничных и уборщиц. Но и здесь его ждало тоже самое. Никто ничего не знал. Пен вздохнул и сел на лавочку, рядом с отелем.

«Да, приплыли. Хороший из меня детектив получился. Для Демиана я как, собаке пятая нога. Интересно, он что-то узнал?»

Пен хотел уже пойти за сицилией, как увидел выходящего из отеля Ганса, держащего в руках корзинку, похожую на ту, что в его мире называлась сумка холодильник. Это было неожиданно.

«А какой сейчас год или век? Это же книга, какая мне разница? Сюжет от этой информации не изменится. А если спрошу, то все подумают, что я сумасшедший, а этого мне точно не нужно».

Пен встал и пошел на встречу Гансу, говоря:

-Привет, Ганс. Что ты здесь делаешь?

Ганс был зол и с раздражением ответил:

-Здравствуй. Педро. Ты почему один ушел?

Пен был озадачен:

-А что в этом такого? Я уже навестить Рама не могу? Прости, но ты мне никто, и тотальный контроль вести за мной не обязан.

Ганс ругнулся, а Пен нахмурился:

-Я не об этом говорил. – Ганс достал ключ из кармана своих одежд – Как бы ты вернулся обратно без этого? Дверь снаружи открывается только ключом.

Пен застыл, как истукан.

«А я об этом даже и не думал. Вот идиот».

Пен рассмеялся, а брови Ганса поплыли вверх. Отсмеявшись, он ответил:

-Ха, да, никак бы не вернулся. Сидел бы у стены и ждал. Я совсем забыл о ключе. Извини, был не прав. Ты по этому, за мной пошел. Без обид, хорошо? – и протянул руку к Гансу. Ганс пожал ее и сказал:

-Какие обиды, ты всегда такой. Столько лет пробыли вместе, что я уже смирился, что все прямо говоришь.

-Слушай, а откуда корзинка-то?

Ганс положил правую руку ему на правое плечо, обнимая сзади за шею, пошел вперед. Пену оставалось только идти за ним, а Ганс скривив лицо в страдальческой гримасе, проныл:

-Ты не представляешь, что мне пришлось пережить!!

Они вышли на одну из улиц городка и пошли по ней. Пен слушал рассказ Ганса. Оказывается, чтобы найти, Пена, тот и правда многое прошел. Уйдя от Цилинь, он был в подавленном состоянии. Она была сама не своя. Все время витала в облаках и огрызалась на каждое безобидное слово. Тогда он хотел поговорить с Пеном, но не нашел его и Шен сказал, что гость ушел туда, где раньше работал. Ганс сразу понял, что это отель Рама. До отеля было дойти легко, трудности начались внутри него. Ганс сразу же направился к хозяину отеля, но обнаружил того в стельку пьяным. Пен подумал, что это он виноват. Не нужно было напоминать Раму о его горе. Ганс не мог оставить давешнего друга лежать на столе, и перенес его на диван. Пытаясь привести Рама в чувство, и хоть что-то узнать о местонахождении Пена, Ганс принялся тормошить хозяина отеля. Добился того, что узнал, что Пен находится где-то внутри и расспрашивает персонал. Ганс пошел на кухню и увидел разъяренных сотрудников. Те, в свою очередь, узнали в нем того, кто отвечает за Пена, и принялись обхаживать и Ганса. От их галдежа у него разболелась голова, и он пообещал, что поговорит с Пеном о возвращении того на работу. Чтобы задобрить их обоих, дали эту корзинку с едой.

Пен рассмеялся, а Ганс возмущенно засопел:

-Смешно ему, да я еще бегал по всем этажам, ища тебя! Делать-то мне больше нечего!

Пен примирительно замахал руками:

-Ну ладно, не ворчи. Я же уже извинился.

-Больно нужны мне твои извинения – но голос смягчился, и лицо тоже озарила легкая улыбка.

Когда они дошли до поворота, то Пен, попросил завернуть в него. Ганс спросил зачем, на что Пен ответил – за сицилиями. Падший демон не стал что-то еще спрашивать, а просто махнул рукой и сказал, что подождет здесь. Пен похлопал по карманам, забыв, что денег нет, и бумажек тоже. Ганс с улыбкой достал из-за пазухи несколько купюр. Пен схватил их и сказал:

-Научи меня делать деньги.

Ганс прищурился:

-Зачем? Их же можно просто украсть.

-Все ясно, ты просто не знаешь как.

Ганс не отпирался:

-Да, не знаю, но и без этого знания можно прожить – Пен не стал его слушать и пошел за сицилией.

***

Когда Пен с Гансом вернулись в Лагерь Душ, солнце уже клонилось к закату. Оказалось, сицилию найти было непросто. В том ларьке, куда его отправил Рам, ее не было. Флоксы, как говорила флористка, могут заменить сицилию, но Цилинь бы такого не оценила. Тогда девушка посоветовала Пену сходить на черный рынок и в три дорого купить цветы, т.к. сицилия очень дефицитный товар, к тому же не особо легальный.

Для такого маленького городка иметь черный рынок было прибыльное дело. Власти хоть и начали потихоньку проверять его и пускать патрули, но черный рынок закрывать никто не собирался. Да и зачем? Все налоги платят, взятки дают, да и жители могут приобрести себе что угодно. Живи да радуйся.

Придя на черный рынок, Пен с Гансом были полностью измотаны. Во-первых, его найти было практически нереально. Девушка соблюдала конспирацию (без этого было бы намного проще, но, возможно, она действовала из принципов или еще из-за чего-то), и говорила загадками, что демоны всю голову себе сломали, чтобы разгадать их. Во-вторых, нужно было заплатить за вход, за выход, за молчание о том, что они ходят на черный рынок, и за все подряд. Отдав почти все деньги, Пен и Ганс проклинали и материли охранников всеми известными им словами.

Черный рынок представлял собой абсолютное царство порока. Публичные дома были на каждом шагу, казино, и другие игорные дома не отставали от борделей. Запах табака, алкоголя смешивался со сладкими запахами духов куртизанок. Пен вообще сомневался, что найдет здесь сицилию, но он ошибался. Пройдя все публичные дома и казино, Пен с Гансом увидели обычный рынок, но товары и, правда, были самые разнообразные. У них глаза разбегались от таких ассортиментов. Здесь можно было найти все – от обычных горшков, до лекарств и украшений. Пытаясь, сосредоточится на сицилии, демоны разделились. Нашли они ее практически одновременно, что заставило их возликовать от счастья. Цена и правда была безумной, но это уже отошло на второй план.

Пен без сил ввалился в свою комнату и сразу же уснул. Проснулся он тогда, когда была уже глубокая ночь. Он вышел на улицу, пытаясь найти воду, чтобы утолить жажду. Попив, Пен посмотрел на западные пристройки. Не дожидаясь утра, он хотел поставить корзинку с букетом из сицилий прямо под дверь дома Цилинь, чтобы она удивилась.

Поэтому он вернулся в комнату, схватил корзинку и потихоньку отправился к дому Цилинь. Проходя мимо дерева, Пена резко дернули в сторону и обняли сзади, закрывая рот рукой. Он пытался вырваться из захвата, но противник был сильным и ловким. Уронив корзинку на землю, Пен пытался увеличить свою силу демонической энергией, но не мог. Ничего не получалось. Тогда-то он все понял. Пен перестал брыкаться, и рука освободила его рот, ложась на плечо:

-Демиан, отпусти меня. Ты выиграл бой.

Демиан отошел от Пена и сказал:

-Два, ноль.

-Тебя-то я как раз и ждал, рассказывай, как все прошло.

Глава 28

ВОРОН, ПАВЛИН, ФЕНИКС. ЧАСТЬ 3.

Демиан был в замешательстве. Он-то думал, что Пен начнет на него накидываться с расспросами о том, как он провернул тот трюк с захватом и подавлением демонической энергии, но нет. Он спросил о визите высших демонов.

«Зачем тебе знать о том, что там происходило? Ты ведешь какую-то свою шахматную партию? Ну что ж, тем интереснее».

Демиан рассказал Пену о том, что его сделали официальным градоначальником города и что руки у него пока связаны, но в целом, могло быть и хуже.

-Позже я решу эту проблему, но пока лучше не светиться. – «Даже не думай, что я разложу перед тобой все свои тузы».

-И что же нам тогда делать с этой сектой? Я расспросил по своим каналам, но все глухо. – поинтересовался Пен.

-Завтра я созову совет всех четырех информаторов. Попробую выведать что-то у них. Владыка сказал, что они ему тоже докладывали об убийствах.

-А если они не захотят сотрудничать?

Демиан злобно хохотнул:

-Пусть попробуют. В их интересах быть со мной в хороших отношениях, а не в моих. Даже если все свернется, я что-нибудь придумаю.

-Демиан, а на черном рынке могут продавать информацию о сектантах?

Глаза Демиана загорелись от предвкушения:

-На черном рынке? А это мысль.

-Давай я схожу, завтра, и разведаю обстановку?

-Нет, здесь нужно действовать иначе. Ты уже ходил туда?

-Да.

-Тем более. Дай посмотрю, я знаю, где он находится или нет.

Пен даже удивиться не успел, а Демиан приложил два пальца ему на лоб и стал просматривать его воспоминания. Пен тоже как незримый зритель просматривал свое путешествие несколькими часами ранее.

«Ощущаю себя главной героиней. Спасибо, что хоть пальцы не поцеловал».

Закончив просмотр, Демиан отошел на два шага назад и задумался. Пока тот что-то там надумывал, Пен поднял корзинку с немного выпавшими из нее сицилиями. Когда он, сев на корточки, все собрал и убрал в корзинку, услышал голос Демиана:

-Спасибо, конечно, но мне не нравятся цветы. Лучше бы подарил мне саблю или на крайний случай нож.

Пен был ошарашен. Он поднялся с корточек и спросил:

-Чего?

Демиан обижено развел руками:

-Ну как же. Сам сказал, что ждал меня, значит и цветы мне. Вот я и говорю, что мне больше нравятся мечи, чем эти сицилии.

Лицо Пена так перекосило, что Демиан не выдержал и рассмеялся. Пен лишь глаза закатил.

«Да, с кем я связался? И этот демон будет меня еще чему-то учить».

Когда Демиан, наконец, успокоился, Пен сказал:

-Ты мне очень кое-кого напоминаешь.

-Кого?

-Рама. Человека, у которого я работал.

Демиан приложил указательный палец правой руки к подбородку:

-Рам, Рам, не Рамзес ли случайно?

Пен удивился:

-Да, ты его знаешь?

Демиан гордо выпятил грудь:

-Конечно, не забывай, с кем разговариваешь. И да, про рынок, я уже ходил туда, и там и, правда, могут продавать такую информацию. Я проверю, не переживай.

-А мне, что прикажешь делать? Я-то как помогу в расследовании?

-Сейчас от тебя толку будет мало, поэтому займешься поиском материалов для Цилинь.

Пен кивнул:

-Ладно. Демиан, ты знаешь, как умерла жена Рама?

-Да, конечно знаю.

-Расскажи, пожалуйста – в голосе Пена прозвучала мольба.

Демиан постучал пальцами по дереву:

-А тебе-то это зачем?

-Я знаю то, что его жену убили и расчленили, также то, что сняли кожу. Я хочу узнать, кто это сделал.

Демиан пристально на него посмотрел и спросил:

-Что вообще ты знаешь о демонах?

Пен задумался.

-Практически ничего. Ганс мне рассказывал, что демоны поделены по рангу и ранг присваивается за верность Владыки и запаса энергии. Также то, что им не нужно проходить по прорывам, их тело все покрыто энергией и чтобы ее контролировать, нужно пройти некий ритуал. Это все. Но, исходя из того, что я могу видеть системы всех в Лагере Душ, а твои нет, получается, убивал из них всех только ты, т.к. сам сказал мне об этом. Возникает вопрос, – какой ритуал проходят демоны?

Демиан кивнул:

-Ход твоих мыслей логичен. Да, так и есть. Обычным демонам необязательно убивать, чтобы контролировать свою энергию. Ритуал состоит в том, что после обучения, они демонстрируют свои умения контроля энергии всем демонам, и те запоминают ее. Это как собаки запоминают запах сородичей, чтобы их различать.

«Ага, что-то такое вроде было в книге, но они там были высшие демоны, или у высших также?»

Зачем надумывать, когда можно узнать.

-А высшие демоны? У них как?

Демиан пожал плечами:

-Честно – не знаю, но думаю, что также.

Пен нахмурился, а Демиан продолжил:

-А убивают – информаторы. Такие демоны, как я, когда только появляются, не могут подавить свою жажду крови без убийства. Она просто сводит с ума, и демон начинает кидаться на все подряд. Тогда Владыка находит подходящих жертв, и будущий информатор их убивает. Чем больше убьешь – тем лучше контроль. Кто из информаторов убил жену Рамзеса, я тебе не скажу, постарайся меня понять. Не в моих интересах подставлять самого себя.

-Понятно. Но, а как же скрытие ауры? А системы? С ними что?

-Здесь уже труднее. Низшие демоны очень плохо скрывают свою ауру, но если это у них получается, их «запах» все равно чувствуется, но не сильно. Если идти дальше по рангу, то скрытие будет лучше и многие не поймут, кто перед ними, но это не относится к Владыке и его семье.

-И зачем это нужно?

-Для иерархии. Но сейчас, скрытием практически мало, кто пользуется во дворце. Все демоны, которые находятся рангом выше других, так кичатся своим положением. Скрытием в основном пользуются только информаторы.

-Как же сложно и вообще, непонятно. Ну а что с системами?

-Ха, ты сейчас очень удивишься, но про них знают только Владыка, его семья и информаторы. Это я рассказал Цилинь, а она уже всем остальным поведала про системы. Владыка, выжигая каналы, хотел насладиться отчаянным положением провинившихся демонов и выгнал их восвояси, думая, что они умрут в мучениях, но не тут-то было….

Пен уже не слушал. У него разболелась голова от такого количества информации.

«Получается, Педро убивши в десять лет всю деревню, закрыл свои системы. Придя в замок на работу, его аура была скрыта, т.к. контроль его энергии был отличный, но он не знал об этом. После изучения про демоническую энергию, он стал еще искуснее скрывать ауру. Когда он был с Королевой Демонов, она не могла видеть его системы, а ауру видела человеческую. Наверное, так. Либо же он задурил ей голову настолько, что ей было просто пофиг».

Пен потер лицо, а после сказал:

-Демиан, у меня к тебе просьба.

Демиан насторожился:

-Какая?

-Как мне принять истинную форму демона? Помоги мне с этим. Без нее я бесполезен.

Демиан начал потихоньку ходить вокруг Пена и бормотать:

-Истинную форму говоришь? Это можно устроить. Есть у меня одна мысль – подошел к Пену – результат будет, но вот средства для его достижения тебе могут ой как не понравиться. Готов пресечь свои принципы ради этой цели?

Пен знал, что так будет. Лишь бы Демиан сказал, что придется пройти. Живя в этом мире книги, Пен начал понимать его. Его методы для него были чужды, но, отчасти, он и, правда, смог бы поступить также. Пен понял, что был, слеп, говоря о выборах. Теперь, оглядываясь назад, он не видел их. Он видел только то, что нужно идти вперед и достичь цели его пребывания здесь. Демиан, последний демон, к кому бы он хотел обратиться, но итог, говорит об обратном. Поэтому, Пен решил попытаться и попробовать пережить то, что ему приготовит этот информатор. Скрепя сердце, Пен кивнул.

-Скажи, что для этого потребуется? – дрожащим голосом спросил Пен.

Демиан покачал головой:

-Не могу, иначе не получится. Но, имей в виду, назад пути нет, твое согласие было добровольным и ответственность за то, чтобы ни случилось, лежит на тебе.

-Я понимаю.

Демиан решил сметить тему и разрядить гнетущую атмосферу:

-Я тебе буду сообщать, как продвигается расследование по чирации.

Пен выбрался из своих тяжелых мыслей, отвлекшись на голос Демиана.

-По чему?

-У беркута узнаешь. Сейчас покажу, какие материалы понадобятся и где их найти.

Демиан снова приложил пальцы ко лбу Пена, показывая ему то, что потребуется. Когда просмотр закончился, у Пена в голове остались все полученные сведения. После передачи данных, Демиан сказал:

-И вот еще что, постарайся прийти и попрактиковаться в физических и энергетических нагрузках в том месте, где прорывался. Тоже понадобится для получения истинной формы.

-Хорошо.

Демиан обернулся и посмотрел на дом Цилинь. Мягко улыбнулся и сказал:

-Беркут сейчас придет. Давай, пока подумаем, как мне тебя называть по чирации.

Давай ворон – тебе по внешности подходит.

Пен тоже начал замечать приближение Цилинь.

-Нет, слишком банально. Нужно что-то неочевидное. Как на счет павлина?

-Ха, ха, ага, конечно, у тебя с павлином вообще ничего общего нет.

-Феникс – сказала Цилинь, подойдя к ним почти вплотную.

Демиан с Пеном переглянулись и замахали руками в знак протеста. Цилинь такое не устроило. Она сложила руки на груди и надменно произнесла:

-Почему нет? Феникс – благородная птица и перерождается из пепла – посмотрела на Пена – к тому же, она олицетворяет твое имя. Так что отказы не принимаются.

Пен и Демиан скривились, признавая правоту Цилинь. Она же, приняла их молчание за знак согласия. После чего усмехнувшись, спросила:

-Вы что тут делаете вообще?

Демиан ей ответил:

-Беркут, мы выясняли тактику поиска секты.

-А почему мне ничего не сказали?

-У тебя итак дел выше крыши, оставь это на нас. Завтра придет мой механик, надеюсь, сработаетесь. И у меня к тебе просьба. Принеси мне несколько зелий прорыва, очень нужны.

Цилинь улыбнулась:

-Конечно, сейчас – и убежала к себе в мастерскую.

Демиан повернулся к Пену и спросил:

-Ты, правда, готов сражаться?

Демиан не сказал ему, что имеет в виду, но Пен все понял. Он говорил про борьбу с самим собой. Про сражение с совестью, идеалами, мыслями и чувствами. Пен покачал головой:

-Не думаю, но жизнь длинна и непредсказуема. Никто не знает, что нас ожидает завтра, и каким путем мы пойдем. Я не хочу пока об этом думать.

Демиан не ожидал услышать от Пена таких изречений.

«Возможно, в глубине души, мы похожи. Может, даже получится стать друзьями».

-Пен, не хочешь при следующей встрече сыграть со мной в шахматы?

Глава 29

МОЙ МИР – ЭТО ТЫ.

Пен повернул голову на бок, с интересом рассматривая Демиана. В форме градоначальника он выглядел величественно, но лицо ничего не выражало. Только в глазах, орехового цвета, как будто бы что-то таилось. Нечто запретное и сокровенное. Или же это просто банальная фантазия любопытного мозга.

«Снова маска? Или нет? Как же различать твои настоящие эмоции?»

Пен думал, что это риторические вопросы, но они его волновали. Он хотел найти на них ответы. В будущем, он обязательно что-нибудь придумает для того, чтобы их отыскать.

-Я не умею играть в шахматы. Как на счет шашек?

Демиан натянул улыбку. Только вот искреннюю ли?

-Хорошо. Договорились.

Пен кивнул. Тут подбежала Цилинь, держа в руках коробку с зельями. Их было, по меньшей мере, штук пятнадцать. Отдав коробку Демиану, она поднялась на носки, и что-то зашептала ему на ухо. Демиан кивал головой. Пен, смотря на это, ничего не испытывал. Та, прошлая вспышка гнева или ревности не появилась, и он не знал почему. Просто был рад, что Цилинь сейчас здесь и может так легко с кем-то разговаривать. Смотря на Демиана, он видел сильного демона, который, если что, сможет ее защитить и всегда приходит ей на помощь. Да и знакома она с ним намного дольше, нежели с Пеном. Он отошел немного назад и не стал им мешать. Если Цилинь захочет быть с Демианом, он не станет ее останавливать. Как и всех своих прошлых девушек. Отвернувшись, он посмотрел на корзинку в своих руках и увидел, что что-то упало на нее сверху. Потом еще и еще. Подняв голову к небу, Пен не увидел дождя. Тогда он провел рукой по лицу и почувствовал сырость. Слезы. Он, что плачет? Но почему? Из-за чего? Он же всегда отпускал всех своих пассий и никогда не плакал. Что же изменилось?

Пен вспомнил, что раньше он не мог как-то контактировать с девушками. Но с Цилинь все иначе. Он хочет ее касаться, обнимать, даже целовать. Эти соприкосновения не вызывают отторжения, наоборот возбуждают. Ему хочется еще и еще. Разлука тоже ощущается по-другому. Раньше, когда девушки ему ни писали, не звонили, было все равно. Даже при встречах практически никакие эмоции он не испытывал. Как робот, который выполняет свою программу обязанностей. Цилинь же заставляет его волноваться и постоянно думать о том, все ли с ней в порядке, не нужна ли помощь, где она и что делает.

Пен быстро вытер слезы рукой, надеясь, что ни Цилинь, ни Демиан на него не смотрят и не заметят это проявление слабости. Ему итак было стыдно, что Цилинь увидела его плачущим тогда в отеле, когда он держал ее подарок. Пен считал, что слезы – это проявление того, что никто не должен видеть. Он мог позволить себе поплакать, но только в одиночестве, т.к. не хотел никому показывать свою сломленную душу.

«Тогда в отеле, мне было плевать, но не сейчас. Если я хочу, чтобы Цилинь выбрала меня, нужно показывать только свои лучшие стороны».

Пен тихо выдохнул и повернулся к Цилинь и Демиану. Теперь уже она слушала, что он ей говорит на ухо. После того, как Демиан отстранился, Цилинь сказала:

-Хорошо. Я постараюсь сделать их в срок.

Пен подошел к ним и Демиан сказал:

-Мне пора. Ну, увидимся.

Цилинь обняла Демина, а Пен пожал его руку. Затем Демиан открыл портал и исчез. Цилинь повернулась к Пену и сказала:

-Что это у тебя в руке?

Он с улыбкой протянул ей корзинку.

-Это тебе. Благодарность за подарок.

Цилинь взяла корзинку и обрадовалась:

-Сицилии! Спасибо, но не стоило. То же был подарок на день рождения.

-А это мой тебе подарок и тоже на прошедший день рождения. Так что бери.

Цилинь засмеялась, а Пен почувствовал, как в груди разливается тепло.

-Хорошо, пойдем в мастерскую, дам тебе чирацию.

Когда Пен зашел за Цилинь в ее мастерскую, то увидел полный порядок. Стулья, на которых были навалены разные чертежи, стояли пустые. На столе ровным строем покоились, колбы, склянки и другие емкости. Черной субстанции обнаружено не было, но появились разные детали, шестеренки, разного вида камни и лежали ровной кипой те самые чертежи. Пучки трав тоже отсутствовали. На стенах появились полки, где стояли разнообразные лупы, смазки, и другие неизвестные Пену предметы для механики. Увидев удивленный взгляд полудемона, Цилинь пояснила:

-Здесь мы будем работать с тем механиком, которого пришлет ястреб. Все для алхимии я поместила в другое помещение. Оно находится - и показала пальцем на одну из стен - там. Это моя тайная комната.

-Ясно.

Цилинь приглашающе махнула рукой:

-Садись на любой стул.

Пен сел на крайний от входа, а Цилинь, поставив корзинку на пол, принялась разбирать то, что находилось на полках. Взяв то, что внешне походило на шкатулку, она нажала двумя пальцами на какие-то места и штучка щелкнула. Открыв крышку «шкатулки», Цилинь достала то, что лежало внутри. Это был чип размером три на три сантиметра. Пен во все глаза уставился на него.

«Чип? Откуда он здесь? Как здешние технологии позволяют сделать чип? Посмотрев по пространству, мы от силы в веке десятом-пятнадцатом. Может это артефакт, какой?»

Цилинь усмехнулась и поставила «коробку» на место. После чего подошла к Пену и села на соседний стул. Положа чип ему на руку, она сказала:

-Это чирация. Влей в эту пластину свою энергию и увидишь ее настоящую форму.

Пен так и сделал. Когда чирация стала похожа на рацию, понял, почему ей дали такое название. В «экране» было написано:

-Здравствуйте, Феникс.

«Офигеть! ДОИСТОРИЧЕСКИЙ ТЕЛЕФОН! Не думал я, что увижу что-то подобное здесь».

Пен покрутил в руках устройство и поднял голову, смотря в глаза Цилинь:

-Как ты ее сделала?

Цилинь достала из кипы чертеж и принялась объяснять, показывая на нем, для наглядности. Пен не понял ни единого слова, но кивал головой, показывая, что так и должно быть и все верно.

-После полной трансформации чирации, сразу можно говорить. Если ты сам захочешь связаться, то только со мной или с Демианом, нужно мысленно, пока формируется чирация, произнести кодовое имя. Чирация сразу направит тебя на связь именно с тем, кого назвал. Я забила сюда себя и ястреба.

-Но у вас как будет отображаться, что это я зво…. связываюсь?

-Сейчас я добавила в его чирацию твое имя, потом добавлю в свою.

«Интересно как, это она добавила? Как было написано в книге через оставшуюся на ней мою энергию или через непонятные механические действия? Ладно, неважно, главное, что есть связь».

-Как ее обратно убрать?

-Снова влей энергию, она станет пластиной.

И правда, рация снова стала чипом. Пен убрал ее в потайной карман и почувствовал, что Цилинь положила голову ему на плечо.

-Расскажи, как ты нашел сицилию? Она не растет здесь.

Пен мягко улыбнулся и тоже положил свою голову на нее.

-Ну, сначала все было иначе….

Он рассказал Цилинь о своих и Ганса приключениях за сицилией. К концу рассказа, Пен увидел, что Цилинь заснула на его плече. Он легонько погладил ее по голове и поцеловал в лоб.

«Спи Цилинь, сладких снов. Пусть тебе приснится весь мир. А мне, чтобы только ты. Потому что мой мир – это ты».

Пен опять положил голову на нее и тоже заснул.

***

На следующий день Шен снова проснулся рано. Не вставая с кровати, протянул левую руку вниз и взял с пола книгу по механике. Жасмин, свернувшись калачиком, спала у него под правой рукой. Сев, прислонившись к стене, он принялся изучать содержимое книги. Шен наконец-то обрел смысл своего дальнейшего существования после изгнания. Когда на его глазах убили Сандру, он понял, что умер. Свои собственные выжженные каналы, никаким образом не заботили. Его не волновало, что будет дальше, остались только жажда мести и отчаяние, которое заставляло понять, что ее не свершить.

Уйдя из столицы, Шен набрел на банду разбойников. Когда он побил их, (для контроля энергии нужно было научиться разным приемам. Затем, работая охранником, Шен не забрасывал каждодневные тренировки), те предложили вступить в их шайку. Ему все равно было некуда идти, да и неважно, чем заниматься, поэтому он согласился. После нескольких удачных «облав», он стал главным в банде. Однажды, когда он один пошел поохотиться, наткнулся на Цилинь. Она рассказала ему кем является, и что хочет помочь. Шену было плевать, что он через несколько лет умрет. Он был бы даже рад. Поэтому на предложение Цилинь он наотрез отказался. Тогда она предложила ему первичный план Демиана. Шен обдумывал его три дня и, взвесив все за и против, решил согласиться. Пусть это и был ничтожный шанс для мести, он решил им воспользоваться.

Приведя Шена в Лагерь Душ, Цилинь не уточняла, как долго нужно готовиться, и есть ли вообще в этом смысл. Тот его не видел. Эти постоянные тренировки, еще во дворце достали, но он подбадривал себя тем, что настанет тот день, когда он отомстит и через силу заставлял себя делать хоть что-то.

Сейчас, когда он начал изучать книги по механике, он захотел попробовать сделать оружие, которое навредит бессмертным. Обычным оружием, он со своими выжженными каналами, ничего не сделает, но вдруг механика хоть чем-то поможет? Если он сделает смертоносное оружие, то этот господин полудемон, которого привела Цилинь, сможет его использовать и убить Владыку, он будет счастлив.

«Попытка не пытка. Если у меня получится, я отомщу за тебя Сандра. Я не такой, как Чук. Не собираюсь опускать руки, принимать, как должное, такой исход и прощать Владыке твою смерть, тем более отпускать тебя. Мы еще посмотрим, на чьей стороне справедливость. Кстати о Чуке. Где он?»

В дни, когда Цилинь ушла, он всегда приходил в это время и будил его.

«Госпожи тоже нет. Куда они подевались?»

Шен закрыл книгу и положил ее на пол. Затем аккуратно поднялся с кровати, стараясь не разбудить Жасмин. Выйдя из своей комнаты, он направился к Чуку. Открыв дверь, он того не обнаружил.

«До сих пор не вернулся? Неужели эти травы так сложно найти? Ладно, пойду к Цилинь, проконсультируюсь».

Когда Шен прошел половину пути, заметил Чука, который стоит и смотрит в открытую дверь мастерской Цилинь. На нем был другой наряд.

«Переоделся, значит. Заходил-таки в пристройку, а ко мне зайти не надо. Зачем? Обиделся что ли? Ну, ты сам виноват. Нечего было паясничать».

Шен подошел к Чуку и встал рядом с ним плечом к плечу. Тот, то ли не заметил его, то ли специально игнорировал, и Шена это разозлило. Он тоже помахал перед его носом и глазами рукой и не увидел реакции.

«Ты мне мстишь что ли? За прошлый раз?»

Шен тоже посмотрел внутрь мастерской и увидел, что Цилинь спит в обнимку с тем господином полудемоном. Он усмехнулся.

«А она время-то зря не теряет. Глядишь, и правда сработает план».

Шен взял Чука за руку и со всей силы повел прочь от мастерской. Тот очнулся и Шен сказал:

-Это не наше дело. Побежали, пора на зарядку.

Глава 30

СОВЕТ ИНФОРМАТОРОВ. ЧАСТЬ 1.

Вернувшись из Лагеря Душ, Демиан рассеял двойника и первым делом спрятал свои зелья в сейф, который для него сделала Цилинь. Закрыв его разнообразными печатями с помощью демонической энергии, поместил его в пространственное кольцо. Этот артефакт дал ему Владыка в награду за выполненное им давным-давно поручение. Там же лежали и камни телепортации, которые он выкрал из сокровищницы. Все демоны бояться Владыку, и даже мысли не допускают, чтобы проникнуть в его сокровищницу, хотя она почти никем не охраняется. Когда Демиан попал в сокровищницу, он изумился наличием золота и разнообразных артефактов, но не рискнул до них дотрагиваться, тем более брать. Камни телепортации выдавались каждому информатору, поэтому он, одев несколько перчаток, взял только их. Ничего не произошло, но он после этого все равно первое время был начеку.

Разобравшись с зельями, Демиан сел на стул и принялся писать письма для других информаторов, чтобы созвать их на совет. Затем, пришел в голубятню и повязал почтовым голубям свертки.

Вернувшись обратно в свой кабинет, принялся собирать упавшие документы. Времени для сна уже не было и ему пришлось выпить два зелья, чтобы не упасть без сил. Пополнив запасы энергии, Демиан стал работать с бумагами, и параллельно предполагать варианты переговоров. Когда он закончил с этой рутиной, уже начался новый рабочий день и все люди пришли в департамент на работу. Отложив в сторону подписанные документы и просмотренные отчеты, Демиан откинулся на спинку стула. Подняв голову к потолку, он тяжело вздохнул.

«Ох, Владыка, как же я устал. Хочется просто посидеть в тишине одному где-нибудь на берегу моря, выпить несколько коктейлей и расслабиться».

Демиан прикрыл глаза, не позволяя поддаться искушению, и полностью их закрыть. Иллюзия контроля над ситуацией, не должна наступить. Ни сейчас, ни в будущем, иначе какой вообще был смысл все это затевать?

Через открытое окно, Демиан услышал, как к нему летит почтовый голубь. Он встал и подошел к окну, протягивая вперед правую руку. Голубь сел к нему на руку и стукнул его клювом три раза. Демиан усмехнулся:

«Валенсия. Давно я тебя не видел. Ну, давай, посмотрим, что ты мне написала».

Демиан отвязал от голубя письмо и отпустил его. Затем сел на стул и только хотел его развернуть, как в дверь постучали.

-Войдите.

-Градоначальник, доброе утро, к вам пришли.

Демиан убрал письмо под форму и спросил:

-Кто, Бен?

-Те аристократы, которые похорони своего сына.

На лице Демиана проскользнула тень ярости:

-Чего они хотят? – не скрывая угрозу, спросил он.

-Они отказываются нам говорить. Просят аудиенции только с вами.

-Хорошо, пусть зайдут. Бен, забирай эти документы и пригласи ко мне Люка. Скажи, это срочно. После двух часов дня, если ко мне кто-то заявится, гони их в шею. У меня будут срочные дела, не требующие отлагательств до конца дня. Все ясно?

-Да, господин.

Демиан махнул рукой:

-Свободен.

Быстро схватив все документы, Бена как ветром сдуло. Демиан, когда зашла та аристократская семья, так их запугал, что на выходе они чуть не умерли от страха. Освободившись, наконец, от этих надоедливых букашек, он развернул письмо Валенсии.

Она была старшей советницей и приближенным к Владыке доверенным лицом. Она влюблена в Демиана и тот неоднократно этим пользовался. Валенсия была удобна во всех смыслах этого слова. Хитра, разумна, красива, амбициозна. Другого такого шпиона и разведчика в стане врага ему просто не найти. Да и в постели, она шикарна, этого не отнять. Но Демиан ее не любил. Как и Цилинь. Последняя ему очень нравится, но не более того. Она слишком ранима для такого, как он. Безжалостного и эгоистичного убийцы. Демиан это прекрасно понимает и не сожалеет. Его сердце закрыто для любви. Это даже хорошо. Чувства и холодный расчет несовместимы и его это устраивает.

Валенсия писала:

«Здравствуй, мой господин. Владыка сказал, что ты стал официальным градоначальником. Сожалею. Сожалею, что не рядом с тобой и не разделяю твою боль. Как бы мне хотелось прижать тебя к своей груди, промурлыкать слова поддержки и предложить новые идеи. Но я надеюсь, что ты выберешься из этого капкана. Верю в тебя. Всем сердцем верю.

Владыка послал следить за тобой пятерых демонов из придворных. Будь осторожен и заранее проверяй все свои пути и ходы. Он подозревает тебя, но веру не потерял. Докажи остальным информаторам, что не предатель и Владыка развеет все свои подозрения. Жду с нетерпением твоего возвращения.

Навеки, твоя госпожа, Валенсия».

Демиан нахмурился.

«Плохо. Придворные довольно сильные демоны. Даже если я всех переманю на свою сторону, то не факт, что они меня не предадут. Права, Валенсия – нужно убеждать информаторов. Они ключ к Владыке и всей его семье. Надеюсь, мой план прикинуться идиотом сработает».

Демиан щелкнул пальцами и зажег на них маленький огонек. Когда он сжег письмо, к нему пришел Бен с новыми кипами документов, а также зашел мужчина сорока лет, коренастый, высокий, с рюкзаком. Оставив бумаги на столе, Бен удалился, а Демиан посмотрел на вошедшего. Тот улыбнулся и сказал:

-Здорово, Дем. Какими судьбами вызывал?

Демиан тоже натянул улыбку:

-Привет, Лю. Да дело нужно одно решить. – Демиан достал из ящика карту и чертеж наушника. – Смотри, здесь живет моя сестра с братьями. Нам, чтобы связываться, друг с другом, нужно сделать это устройство, поможешь им? Мне, сам понимаешь, некогда. Для твоей семьи дам тебе денег, пока ты возишься с этой проблемой. Ну как? Согласен?

Демиан внушал тому непременно согласиться и Люк только рукой махнул:

-Не вопрос, Дем. Помогу, конечно. Денег только дай и все сделаем.

Демиан «достал» из ящика деньги и вручил Люку.

-Я пообещал сестре, что ты сегодня придешь. Попрощайся с семьей и отправляйся в дорогу. Я обещаю, что присмотрю за ними в твое отсутствие.

Люк засмеялся:

-Хорошо иметь в товарищах градоначальника. Ну, бывай, Дем. Скоро увидимся.

-Пока, Лю. Удачи, спокойно добраться.

«Так с этим разобрались, теперь нужно опять просматривать бумажки и ждать ответа от информаторов. О, Владыка, я точно скоро свихнусь с этим торчанием в четырех стенах и подписыванием этой макулатуры».

Ответы от информаторов поступили после полудня. Как Демиан и предполагал, они явятся на совет после двух, а точнее в три. У него будет еще час на подготовку к нему, но никогда не знаешь, что взбредет в голову демонам.

Поэтому, Демиан решил сходить в баню и хоть на полчаса расслабиться. Постоянное напряжение и поиск во всем подвоха, очень сильно изматывают. Помывшись и переодевшись, он пришел к дверям департамента и стал ждать своих «коллег». Люди, видя, что их градоначальник стоит перед дверями и кого-то ждет, были озадачены, но не могли никак удовлетворить свое любопытство. Просто поинтересоваться, было бы верхом неприличия и осуждения. Поэтому они направлялись по своим делам, сгорая от неудавшихся сплетен.

Демиану же было все равно. Он старался сохранять хладнокровие, но предательское волнение заставляло его руки подрагивать. Пытаясь успокоиться, он прокручивал в голове слова Валенсии. Ему было приятно читать то, что она писала, хотя его сердце и не отзывалось. Нужно будет написать ей ответ, а то неловко, как-то. Да и ее лишние переживания будут ему не на руку. Меньше эмоций – больше работы.

Вдалеке Демиан увидел три фигуры, идущие в плащах и масках чумных докторов. «Поразившись» их маскировке, он огляделся по сторонам. Люди, завидя фигуры вдалеке, с криками разбежались по домам и ближайшим к ним зданиям. Когда информаторы подошли к Демиану, он, с почтением их поприветствовал и пригласил внутрь департамента. Люди, глядя на эту картину из окон, все же нашли тему для сплетен.

Глава 31

СОВЕТ ИНФОРМАТОРОВ. ЧАСТЬ 2.

До ухода в баню, Демиан уведомил Бена о прибытии гостей. Тот, в свою очередь, подготовил зал для переговоров и отпустил половину работников департамента по домам, оставив только тех, кто выполнял срочную работу. Сам же принарядился к приходу важных персон. Демиан оставил его ждать в коридоре, чтобы он после проводил всех в зал переговоров.

Зайдя в зал, Демиан предложил информаторам располагаться и сказал Бену принести алкоголь и сигареты. Когда тот ушел выполнять поручение, Демиан подошел к столу. Информаторы уже сидели, сняв маски. На их лицах играли насмешливые выражения. Они никогда не воспринимали Демиана всерьез, потому что он был самым «молодым» из их четверки. Тот же специально делал все, чтобы они не ждали от него ножа в спину.

Сев за стол, Демиан сказал:

-Приветствую старших Зена, Балора и Кирона. Вы уже итак знаете, зачем я вас пригласил, поэтому перейду сразу к делу…

Информатор, который имел золотистые длинные волосы и нежные, женскоподобные черты лица звонко рассмеялся. Затем провел рукой по волосам и сказал:

-Деми, ты же знаешь, что это просто пустая трата времени. Владыка в тебе разочарован и оставил здесь. Так зачем сопротивляться, прими свою судьбу.

Демиан «наивно» похлопал глазами:

-Старший Кирон, я не понимаю. Владыка сделал меня официальным градоначальником этого города только потому, что считает, что в моей верности нет сомнений. И поэтому назначил меня главным в расследовании этой секты и этих ритуальных убийств. Прошу вас, помогите мне в нем.

Кирон снова рассмеялся наивности младшего «товарища», но ему грозно прорычал здоровенный амбал, больше походивший на головореза:

-Кирон, хватит. Не издевайся над младшим. Пусть делает свою работу.

Кирон лишь плечами пожал:

-Бали, ты прямо отец герой. Неужели намерился защищать его?

Балор поднялся со своего места и уже хотел подраться с Кироном, но их остановил спокойный и четкий голос:

-Кирон, твои действия и насмешки сейчас неуместны, Балор, успокойся и сядь. Демиан, можешь продолжать – сказал третий информатор, поправляя слетевшие с глаз очки. Балор фыркнул, но послушался Зена и сел. Кирон тоже перестал паясничать и замолчал.

Демиан, хотел начать, как в зал зашел Бен и поставил на стол бутылки с алкоголем и трубки с табаком. Когда он удалился, все трое набросились на «угощения». Подождав, пока они разберут себе свои «подарки», Демиан рассказал им тоже самое, что и Владыке. После остальные поведали почти идентичные сведения. Убийства и насилование мужчин и женщин, отметины чисел и символов. Все жертвы абсолютно разные и ничем между собой не связанные. Тогда Демиан достал из кольца карту королевства, и, произведя несколько пометок, на ней вырисовывался какой-то рисунок, а точнее закорючка с острыми краями, похожая на зазубрены. Кирон, наморщив носик, затянулся трубкой и спросил:

-И что это? На пентаграмму не похоже, ни на триграмм, ни на печать. Владыка же сказал, что это пустышка, так почему мы должны этим заниматься? Деми, я же прав? Или будешь доказывать как раньше, что Владыка тебе полностью доверяет?

Демиан едва сдерживал гнев и сохранял простоватость лица.

«Спокойно, успокойся. Это просто провокация, не поддавайся ей».

-Старший Кирон, хоть это и не символ призыва, это не значит, что он не несет другого значения, которого мы не знаем. Если вы отказываетесь помогать, я сам все расследую, и не буду говорить Владыке, что вы отказались сотрудничать, только выполните одну мою просьбу.

Зен и Балор придерживались мнения Кирона и решили, что это пустая трата времени. Подумаешь, секта и ритуальные убийства, сейчас такие сплошь и рядом, это же не значит, что они как-то повлияют на силу Владыки и его барьера. Если уж на то пошло, то с небожителями они как-нибудь справятся. Не впервой. Это Демиан появился только тогда, когда Владыка уже был королем и много не видел и не знал. Он наивен и прост, как чистый лист.

-Какую просьбу? – Спросил Зен. Он был самым старшим из информаторов и довольно подозрительным.

Демиан достал из кольца три деревянные шпажки.

-Наполните эти палочки своей энергией.

Все озадаченно друг с другом переглянулись. Зен глотнул из горла алкоголь и нахмурился:

-Зачем? Ты хочешь поставить формацию?(2)

(2) Формация – в этом контексте имеется в виду использование различных техник с демонической энергией с помощью каких-то предметов, в данном случае – деревянных шпажек.

-Нет – Демиан достал камни телепортации. – Я хочу послать двойника на расследование, а моих собственных сил не хватит надолго. Поэтому прошу вас помощь мне с этим. Владыка поручил мне это задание, и я его не подведу.

-Двойника значит… Кирон, Балор, что думаете?

Кирон, который не любил что-либо делать, сказал:

-Почему нет? Я согласен. Если Владыка не узнает, то нам от этого только польза. Деми, ты же поклянешься, что не сдашь нас.

Демиан кивнул:

-Конечно, старший Кирон. Могу сделать клятву на крови, вас это устроит?

Кирон снова затянулся:

-Меня вполне.

Демиан обратился к Зену и Балору:

-А вы, что скажите, старшие?

Балор почесал своей огромной рукой затылок:

-Ну, если на крови, то я тоже согласен.

Зен же не спешил отвечать. Он допил свою бутылку и еще долго сидел молча. Демиан же начинал немного нервничать.

«Давай, соглашайся уже. Это же такое заманчивое предложение, а ты любишь риск, я знаю. Давай».

Зен решил нарушить затянувшееся молчание:

-Что мне за это будет?

-А? – Демиан захлопал глазками. Сам не заметил, как играя в дурачка, вжился в роль. Зен повторил вопрос:

-Что мне за это будет? Моя энергия самая сильная из всех здесь собравшихся. Я хочу плату за нее.

Демиан глупо улыбнулся:

-Что ты хочешь, старший Зен?

-Хочу алкоголя. Много алкоголя. Устроишь?

-Конечно, мне для старшего ничего не жалко. «Жадность фраера сгубила. И Зена тоже».

Напитав все шпажки своими энергиями, информаторы передали их Демиану. Он, как и обещал, сделал клятву на крови, что не сдаст их и послал Бена распорядиться по поводу алкоголя. К вечеру собралось три тележки с бочками под завязку наполненных различными винами, коньяками, водками, и другими спиртными напитками. Зен был более чем доволен. Остальные, в принципе, тоже.

Когда они покинули город, Демиан покрутил в руках три шпажки и рассмеялся.

«Отлично, просто отлично. Двух зайцев одним ударом. Как же приятно иметь дело с жадными, алчными и ленивыми демонами. Что ж, пора за дело».

Глава 32

ВНЕДРЕНИЕ В СЕКТУ.

На следующий день, Демиан выпив зелье и сделав двойника, отправился в трущобы самой дальней и заброшенной деревни королевства. Перевоплотившись в совершенно другого по внешности «человека», он, держась за зонт, шел по грязи и вдыхал запах дождя и плесени, окутавший местность. Влажность и сырость непогоды доставляла Демиану ощущение свободы и умиротворенности, которых он лишился в том ненавистном городе.

Насладившись ароматами и прогулявшись под дождем, Демиан остановился у ветхого арочного входа в жилище с табличкой «Гостевой дом». Пройдя арку, Демиан остановился у расписных красных дверей. Оглянувшись назад, он усмехнулся:

«Да, первое впечатление бывает почти всегда обманчивое. Хорошо постарались».

Сложив зонт, Демиан распахнул резные двери и зашел внутрь. Помещение было полупустым и захламленным. Разного вида «барахло» находилось в хаотичных местах и выглядело старым и рваным. В воздухе витал спертый запах дешевых сигарет, выпивки и немытых тел. Вдалеке с левого края стоял одинокий стол, на котором лежала доска с недоигранными до конца шахматами, разбросанными игральными картами, грязными пивными кружками и крышками для сожженных сигарет.

Повесив зонт на гвоздь, выпирающий из стены, находящейся на высоте полутора метров, Демиан прошел вперед, крутя головой в разные стороны кого-то выискивая. Обойдя помещение со всех сторон, он крикнул:

-Вест, черти тебя драли, где ты! Выходи!

Ответа не последовало и Демиан уже хотевший выйти из этого сарая, увидел, как двери открываются, и заходит низенький старичок, держась одной рукой за тросточку, а другой за дверь. Демиан, скрестив руки на груди, сказал:

-Вот ты где. А я тебя везде ищу.

Старик проигнорировал слова Демиана и, закрыв двери, шаркающей походкой, подошел к нему и пробубнил:

-Деймос (3), век бы тебя не видеть.

(3) Деймос – здесь Вест сравнивает Демиана с Деймосом из греческой мифологии, который являлся сыном Ареса и Афродиты. Деймос был богом хаоса и ужаса. Вест видит в Демиане те же качества.

Демиан лишь улыбнулся:

-И я рад тебя видеть. Поди, уже знаешь, зачем я пришел?

Вест доковылял до стола и попросил Демиана достать из самой большой кучи хлама два стула. Тот, исполнив просьбу, помог Весту сесть на стул, сам же сел на второй. Вест, когда Демиан сел на стул сказал:

-Знаю. Из-за убийств. Ох, пятнадцать человек угробили, что за дьяволы.

Демиан удивился:

-Уже пятнадцать! Половина. Когда только успели. Вест, тогда мне срочно нужна помощь.

Старик хрипло и тихо засмеялся:

-Подожди, давай сначала в шахматы сыграем.

Демиан скривился:

-Мне не до этого сейчас. Поможешь или нет?

-А какую помощь ты просишь, Деймос?

-Пусть твои бездомные отбросы проникнут в эту секту. Изучат все изнутри и наведут на них наводку. Там-то мы их и схватим.

Вест задумался и закрыл глаза. Демиан стал ждать. Когда прошел час, он решил, что тот заснул, но Вест произнес:

-Хорошо. Но спасти сможем только одного, последнюю жертву.

Демиан не стал уточнять, почему только последнюю и молча, кивнул:

-Что ты хочешь за сотрудничество?

-Организуй моим ребятам веселую ночь в борделях. А мне нужно только одно – сыграй со мной в шахматы.

Демиан протянул руку Весту:

-По рукам.

Вест тоже протянул свою сухонькую ладошку:

-По рукам. И давай начнем нашу партию.

***

Проснувшись утром, Валенсия отправилась в голубятню. Она не рассчитывала, что Демиан напишет ей ответ. Просто очень любила птиц и всегда находила время, чтобы прийти и покормить их. Вот и сейчас, держа в руках мешочек с зерном, шла туда.

Зайдя в голубятню, она улыбнулась. Ее голубка, с которой Валенсия отправляла письмо, вернулась, а, значит, Демиан его получил. Когда она подошла к ней, то заметила небольшой сверточек. Ее сердце забилось быстрее.

«Письмо!»

Быстро покормив голубей и отвязав письмо, спрятала его под бюстгальтер. Возвращаясь обратно, Валенсия пыталась скрывать свою счастливую улыбку от посторонних глаз. Зайдя в свой кабинет, она взяла стопку бумаг и понесла ее в библиотеку. Встретив по дороге других советниц и советников, раздала им указания и листы из стопки. То, что осталось, понесла в библиотеку. Пусть занимаются делом, а не дурака валяют.

Эти сегодняшние дела, доставленные в библиотеку, были для придворных. В основном они ничем не занимались, поэтому Валенсии, как правой руке Владыки, он поручил нагрузить их хоть какой-то работой. Она придумала для них занятие – выслушивать жалобы, просьбы, требования людей столицы. Брать их на работу, следить за порядком, писать отчеты и рекомендательные письма советникам на усмотрение. Владыку такой расклад вполне устроил.

Выйдя из библиотеки, Валенсия наткнулась на служанку, которая сказала ей:

-Здравствуйте, госпожа. Вас ожидает видеть Король.

-Хорошо, скажи, скоро приду.

-Есть – и убежала.

Зайдя в свою комнату, Валенсия подошла к зеркалу и развернула его в сторону. За ним открылся тайный проход к тронному залу Владыки. Она сделала двойника, а сама зашла в тоннель. Закрыв вход в проход, Валенсия направилась плутать по лабиринту тайных ходов. Остановилась она там, где был зал с советниками, а с противоположной стороны находился тронный зал. Встав спиной к стене, рядом с залом советников, Валенсия влила энергию в уши и принялась слушать, что происходит в тронном зале.

В это время зашла ее копия. Она поприветствовала Владыку и информаторов, которые находились там. Владыка дал ей новые указания и отправил назад. Копия Валенсии отправилась к остальным советникам и села за свой стол так, чтобы перекрывать настоящую Валенсию, находящуюся за стеной. Таким образом, она оставалась вполне незамеченной.

Когда копия Валенсии ушла из тронного зала, Владыка сказал присутствующим:

-Ну, рассказывайте, что думаете на счет Демиана?

Первым ответ на вопрос произнес Кирон:

-Владыка, я считаю, что Деми слишком туп, чтобы быть предателем. Он так рвется выполнить ваш приказ, что все уши нам прожужжал. Даже клятву на крови принес, только чтобы мы ему помогли.

Балор, подтвердил слова Кирона. Зен же пока не торопился что-то говорить. Но когда Владыка начал выходить из себя, сказал:

-Я тоже не считаю Демиана предателем. Но шпионов лучше оставить, пусть приглядывают за ним. Хуже не будет.

-Да, я тоже так думаю. Ну, раз вы все решили, что он не крыса, я снимаю с него все подозрения.

Валенсия направилась по тоннелю обратно, чтобы заменить свою копию. Она услышала достаточно, а теперь нужно приниматься за работу, и не позволять усомниться в себе. Именно она та крыса, которую все ищут, и эта крыса должна уметь быстро бегать и не попасться кошке в лапы. Все зависит от нее и Валенсии хватит мозгов и красноречия, чтобы запутать следы. Пусть кошка тоже побегает за ней.

Глава 33

СОКРУШИТЕЛЬНАЯ РАСПРАВА. Я, ПРАВДА, НЕ ХОТЕЛ СТАТЬ МОНСТРОМ. ЧАСТЬ 1.

Прошел практически месяц с того дня, как Пен спал рядом и в обнимку с Цилинь. Он сам не понял, как это произошло, но был абсолютно не против. Когда он проснулся, то увидел, как на них с Цилинь телах играют еле заметные искорки энергии, а в голове набатом звучит тот самый раздражающий голос:

«Наша, наша…»

«Да что это такое?»

Тут и Цилинь заворочалась. Пен же решил скорее встать и не смущать ее, памятуя о событии в пещере. Когда Цилинь окончательно проснулась, Пен, держа ее за руку и помогая встать со стула, решил узнать про всполохи:

-Цилинь, ты не знаешь, почему на наших телах пляшут искорки?

Цилинь как-то помрачнела и поджала губы. После убрала свою руку из руки Пена и искры потихоньку стали исчезать. Бывшая демоница, собрав всю свою волю в кулак, произнесла:

-Это слияние энергий. Наши энергии очень похожи и резонируют друг с другом.

Пен вспомнил фрески из пещеры и их с Цилинь нахождение лунной сицилии. Тогда он хотел поговорить с ней об этом, но у проблем и разных «побочных» приключений были свои планы. Но он думал, что этот голос в голове помог в прорыве, когда они падали с обрыва, а после объяснения Цилинь у берега, Пен вообще забил на него болт. Сейчас же полудемон все понял. Этот голос был проводником его резонанса с энергией Цилинь.

Разойдясь по своим делам, встретились только вечером. Цилинь принесла ему зелье прорыва с лунной сицилией, сказав, что сицилия поможет избежать превращения в человека в полнолуние. Решив, что это Демиан как-то пронюхал его слабость или Ганс сказал Цилинь об этом, Пен залпом выпил зелье. На вкус оно было лучше, чем на вид. Он подумал, что в книге оригинальный Педро тоже не превращался в человека в полнолуние. Там было написано, что с помощью неких экспериментов, он убрал в себе эту «неприятную особенность». Мог ли он хоть раз встретиться с Цилинь? Как экспериментировал? Стал ли сам алхимиком? Если бы нашел лунную сицилию, то как? Пен не мог найти ответы на эти вопросы и на миллион других, подобных этим.

После того вечера, он отправился искать материалы для изготовления наушника. Та карта, которую Демиан ему передал, была правдивой. За две недели он нашел практически все камни, которые были в данной местности. Отнеся их в Лагерь Душ, Пен застал всех его обитателей за работой. Зелье прорыва с лунной сицилией помогло Гансу, Шену и Чуку значительно сократить время для тренировок и медитаций. Ганс смог наконец-то прорваться на последнем этапе и значительно помолодел. Из старика он превратился в двадцатипятилетнего мужчину. Шен и Чук еще не до конца прорвались, но должны были вот-вот прорваться и тогда Чук смог бы самостоятельно делать зелья и другие алхимические и целительские атрибуты. Шен же, стал хвостом ходить за Люком и постоянно обучаться у него механике. Цилинь тоже узнавала у него много нового и интересного. Когда Шен прорвется, то обучившись механике, сможет создавать артефакты для демонов. Цилинь, видела в нем огромный потенциал, которым не обладала сама, уйдя в основном в алхимию. Хоть она и была механиком, но делать артефакты с демонической энергией у нее получалось, но очень медленно, и чирация – был ее предел на данный момент, но у Шена есть все шансы на их изготовление.

Отдохнув в Лагере Душ, Пен отправился к каньону. Демиан связывался с ним по чирации и рассказывал, как проходит расследование. В основном дело не сдвинулось с мертвой точки, а жертвы все пребывали. Их уже было двадцать четыре. Шесть оставшихся людей не смогли бы предупредить, т.к. выбор полностью непредсказуем и ничем не руководствуется. Пену было жаль этих ни в чем не повинных людей, но сделать он ничего не мог, и это раздражало.

В каньоне с водопадом, Пен чувствовал себя счастливым. Не хватало только Цилинь рядом, но у него был с собой маленький Пен, который постоянно о ней напоминал и дарил чувство окрыленности, а не одиночества. Оглядываясь назад, Пен видел, как кардинально изменился. Он стал больше открываться и доверять людям. Одиночество, которое было его верным другом и соратником в прошлой жизни, стало в тягость. Он больше не хотел быть один. Он хотел семью, друзей, общения и тактильных контактов. Если бы кто-то сказал ему об этом раньше, он бы покрутил пальцем у виска. Но сейчас, все иначе. Пен познал, какое счастье он не испытывал, но теперь наслаждается им, пока есть такая возможность. Кто знает, что будет завтра?

***

Демиан шел ночью по полю, держа в руках деревянные шпажки. Уже завтра настанет тот день, когда все закончится. Люди Веста, проникшие в секту, рассказали, где будет происходить финальное убийство и, даже, кого именно. Это будет девушка, дочь мельника. Почему именно она, никто не говорит, все твердят, только:

«Господь, указал на нее».

И этим все сказано. Демиану же было плевать, лишь бы сохранить ей жизнь.

Он расставил четыре шпажки на огромнейшем друг от друга расстоянии и воткнул их в землю до самого конца. Энергию информаторов он поглотил, чем не обманул их. Но Зен был очень близок к истине. Демиан правда ставил формацию, но активирует он ее тогда, когда начнет осуществляться его задумка по получении Пеном истинной формы демона. Все-таки он высший демон, хотя и на половину, но подготовка должна быть продумана до мелочей и Владыка ничего не должен почувствовать, а это уже лежит на плечах Демиана.

Закончив с расстановкой шпажек, Демиан принялся чертить печати для формации. Чертил энергией, затрагивая самые нижние пласты земли. Требовалась безумнейшая концентрация и Демиан был благодарен их «богу» за такое тихое и безлюдное место. Закончив с печатями, он направился в заброшенную мельницу, где и жила дочь того самого мельника. Подойдя к мельнице, он увидел на траве выжженный участок. Присев на корточки воле участка, он положил ладонь внутрь выжженного, но ничего не почувствовал, кроме неприятного касания пепелища к коже. Даже если там что-то и было, то уже давно развеялось. Демиан вспомнил о Пене. Мог ли он, выжжеть эту «проплешину»? Даже если и мог, то все в порядке. Она ничем не угрожает, а Демиану нужно заняться другими делами.

Раньше дочь мельника здесь не жила, но жизнь никого не щадит. После смерти отца, девушка перебралась в городок, ближайший от мельницы. Нашла работу, обзавелась семьей, но объявились опасные бандиты, у которых ее отец брал деньги в долг. Они не пощадили никого, кроме нее, отобрали жилье и убили ее мужа и сыновей, а после рассказали всем в городе, что убийца – она. Бедной девушке ничего не оставалось, кроме как перебраться на отцовскую мельницу, которую бандиты, почему-то не разворотили, и пытаться начать жить заново. Демиан решил помощь девушке, и устроить в своем городе. Аккуратно зайдя в ветхую и шатающуюся мельницу, Демиан увидел ее, лежащую на полу спиной вверх. Когда он немного потрогал ее и не увидел реакции, то перевернул на живот. Она была без сознания. Похоже, что голод сделал свое дело, но она была еще жива. Демиан взял ее на руки и, используя камень телепортации, исчез, вместе с девушкой. Отдав ее на попечение жене Люка, попросил пока вЫходить, и молчать о ее появлении здесь. Женщина лишь сухо и четко кивнула.

После этого Демиан связался с Цилинь и объяснил ей ситуацию. Она согласилась помочь, и сыграть роль той девушки. Связавшись с Пеном, он рассказал, где будет проходить последнее жертвоприношение, но ни слова не сказал про Цилинь. Для полной картины, пока нужно промолчать. Но он сам согласился с условиями Демиана, поэтому пусть винит себя.

Наутро, Демиан стоял у окна и ждал. Затем развернулся и пошел на склад, где они разговаривали с Пеном, оставив двойника в департаменте. Сев на складе в позу лотоса, он стал ждать сигнала от Цилинь. Когда чирация завибрировала, он активировал формацию.

«Пора начать шоу».

***

На следующий день, Пен пришел на то самое место, где впервые, после ухода из деревни, остановился на ночевку. Демиан сказал прийти рано утром, поэтому Пен отправился сразу же, как закончил говорить с информатором. Ему хотелось преподать урок этим сектантам и спасти невинную девушку.

После тренировок в каньоне, он чувствовал себя сильнее и выносливее. Сказывалась ли это сила всех прорывов, зелья с лунной сицилией, или же все прошедшие годы упорнейших физических нагрузок, но результат виден на лицо.

Спрятавшись вдалеке от мельницы, Пен влил в глаза и уши энергию и принялся наблюдать. Совет Цилинь, который она дала ему после ухода из города Демиана, он помнил и делал то, как она и говорила. Постепенно, изо дня в день, глаза и уши привыкали к новым ощущениям и не отторгали их.

Просидев так где-то полтора часа, Пен увидел вдалеке небольшую группу людей в черных мантиях и накинутых на голову капюшонах. Процессия прошла по полю и остановилась с двух разных сторон, пропуская вперед тех, что шли следом. Десять человек шли друг за другом и несли в руках разные вещи: ножи, емкости, свечи и черепа. Когда они проходили через людей, находящихся по сторонам, то те, что-то бормотали и кланялись им до земли. Десять сектантов, пройдя «арку», стали ставить свои атрибуты на землю и кинжалами резать себе ладони, окропляя кровью емкости и черепа. Закончив ритуал, они направились к мельнице. Двое сектантов вытащили связанную по рукам и ногам девушку, с надетым на голову мешком. Удивившись тому, сколько всего можно спрятать под такие мантии, Пен принялся готовиться к схватке. Хоть драться он и не умел, но с людьми-то как-нибудь справится.

Поместив связанную внутрь рядом с атрибутами, один из сектантов снял с нее капюшон. Сердце Пена пропустило удар. Это была Цилинь.

«Что она здесь делает?»

Но думать об этом было некогда. Когда над ее головой начал опускаться окровавленный клинок, он молнией вылетел из укрытия и ударил кулаком с энергией по тому ублюдку. Он отлетел на приличное расстояние, но тут оставшиеся девять сектантов достали из мантии какие-то мешочки и, открыв их, дунули, посылая в Пена, облако пыльцы. Он хотел задержать дыхание, но ее частички, все же успели проникнуть в тело. Оно налилось свинцом, в глазах поплыло, а в ушах зазвенело. Пен покачнулся и, не удержавшись на ногах, упал на колени, хватаясь руками за голову. Звон звучал, как реквием, в глазах потемнело, и наступила леденящую душу тишина и пустота.

Глава 34

СОКРУШИТЕЛЬНАЯ РАСПРАВА. Я, ПРАВДА, НЕ ХОТЕЛ СТАТЬ МОНСТРОМ. ЧАСТЬ 2.

После разговора с ястребом, Цилинь рассказала обитателям Лагеря Душ о том, что ненадолго покинет его из-за неотложных дел. Люк пожелал ей всего наилучшего и дал с собой в дорогу несколько малюсеньких складных ножичков, Ганс просто обнял ее и попросил передать привет Пену, Шен тоже заключил Цилинь в объятия и отошел к Люку, подгоняя того научить его еще каким-нибудь механизмам и показать, что он сделал сам из его наставлений. Люк потрепал его пол голове, но с места не сдвинулся, и Шену пришлось смириться и подождать. Чук смотрел в пол и не предпринимал никаких действий, чтобы проводить Цилинь. Она была озадачена таким поведением своего ученика и решила поговорить с ним наедине.

Отойдя в лес на приличное расстояние от Лагеря Душ, Цилинь вдохнула освежающий запах хвои и ощутила приятное ласкание ветра. Затем, сев на бревно, которое лежало на земле, пригласила Чука сесть рядом. Когда тот подчинился, она спросила:

-Чук в чем дело? Тебе нездоровится?

Чук склонил голову еще ниже:

-Нет, Госпожа. Все в порядке. – Цилинь уловила некие нотки отчаяния в спокойном голосе ученика и решила не давить:

-Хорошо, тогда почему ты такой грустный и тихий?

Чук поднял голову и посмотрел в небо:

-Это…из-за вашего ухода. Я боюсь, что не справлюсь с зельями. Хоть я и прорвался до конца, но боюсь сделать зелья плохими или ядовитыми из-за недостаточно хорошей концентрации. Ведь Люк скоро уйдет к ястребу с моими зельями и мне страшно опозориться.

Цилинь рассказала Гансу, Шену и Чуку про Демиана, когда в Лагерь Душ явился Люк. Они отреагировали на удивление спокойно. Но по-настоящему им было в принципе плевать. От этой информации их жизнь никак не изменилась. Позже Цилинь рассказала Чуку о том, что он тоже будет делать зелья для него, т.к. их понадобиться много и одна она не справится. Но она не думала, что своим предложением нагонит на него такой страх. Цилинь решила уточнить:

-Ты боишься ошибок? Или осуждения?

Чук не ответил. После того разговора в доме Цилинь, он почувствовал себя тем, у кого получится даже гору свернуть. Его мысли были направлены на собственный рост как моральный, так и профессиональный. Увидев госпожу, спящую в объятьях пришлого господина, он был рад за нее. Она столько всего прошла, разве не достойна счастья? Но сердце Чука уже тогда начал бередить страх. Страх одиночества. Он не чувствовал его уже давно.

Впервые он охватил его разум после ухода из дворца. Чук потерялся в нем начинал растворяться. За столько лет прожитых в королевстве он остался один и никому не нужен. Бродя без сил и идя, сам не зная куда, набрел на бедную деревню. Дома там были почти все заброшены, и он занял один из них. Не хотелось совершенно ничего, только одного – смерти. Чук день и ночь сидел в заброшенном доме и молил Саманту забрать его к себе. Он все молил и молил, а смерть не приходила и не приходила.

Когда в эту ветхую хижину зашла Цилинь, Чук был, похожим на скелет, «живым мертвецом». Она вЫходила его и предложила перебраться в Лагерь Душ. Тогда он вновь почувствовал себя нужным и не одиноким. Отправившись вместе с Цилинь в Лагерь Душ, Чук закрыл на замок в своем сердце страх одиночества. Прежде он не думал, что снова его почувствует, т.к. даже когда он уходил, в Лагере Душ всегда ждала его учитель, его госпожа, его Цилинь. Но сейчас, она заботится о другом, и страх выбрался на свободу.

Чук хотел соврать, лишь бы Цилинь осталась, наговорить всяких нелепиц, но язык был не согласен с мозгом и он высказался:

-Нет, не этого. Я боюсь одиночества. Боюсь, что навсегда исчезну из вашего мира, из вашей жизни, вашего разума и сердца. Не хочу повторения своего прошлого. Как представлю, сразу хочется в петлю лезть. Да и про зелья я сказал, лишь бы вы остались здесь. Со мной. С Шеном, Гансом, Жасмин и Люком.

На глаза Чука невольно навернулись слезы, но он смахнул их. Цилинь погладила его по голове и сказала:

-С чего ты взял, что исчезнешь из моей жизни. В моем сердце всегда будешь ты, Шен, Жасмин, Ганс. Если я нашла любимого, это не значит, что я должна забыть о вас. Вы - моя семья. Где бы я не находилась, всегда незримо рядом с каждым. Так что выкинь из головы эти ненужные мысли.

Чук, услышав монолог Цилинь, с удивлением уставился на нее. Она улыбалась. Ее слова были искренними, без мельчайшей лукавости. И Чук поверил им. Она развела руки для объятий, и он обнял ее. Она обняла в ответ и поцеловала его в макушку.

-Мне нужно идти.

Разомкнув объятия, Чук еще очень долго стоял и махал рукой ей на прощание. После отправился в Лагерь Душ. На душе снова стало спокойно.

***

Цилинь шла по лесу и думала о своих словах, сказанных Чуку. Сказав их, она лишь хотела его успокоить, но обдумав их, поняла, что это чистая правда. Жители Лагеря Душ по-настоящему стали ей родными и близкими. Стали для нее семьей, без которых она не представляет свою жизнь.

Назвать Пена своим любимым было так легко и непринужденно, что пугало. Она не думала что настолько привязалась к нему духовно. Физически ее тянуло к нему, но она подавляла это постыдное желание. Страх близости с кем-то не оставлял ее, и то изнасилование до сих пор стояло перед глазами. Когда же она уже сможет, наконец, от него избавиться? Цилинь не могла ответить на этот вопрос.

В начале отсутствия Пена в Лагере Душ ощущалось некритично. Ее дни, наполненные работой, не позволяли отвлекаться на Пена, и на мысли о нем. Но ночью, они лезли в ее голову, как назойливые мухи. Мысли были разного контингента и не давали спать. Тогда ей приходилось делать сонный отвар, чтобы хоть как-то заснуть.

Позже они стали появляться и днем. Такая привязка к кому-то была ей в новинку и начинала раздражать. Сосредотачиваться на работе становилось все сложнее и сложнее. Тогда она начала его визуализировать и разговаривать с ним в голове, пытаясь таким образом облегчить себе участь и не сойти с ума. Это помогало. Работать становилось легче. Цилинь не связывалась с Пеном по чирации, потому что думала, что навязывание с ее стороны, будет только ухудшать их хрупкие отношения. Да и темы нормальной для разговора она придумать не могла.

Дойдя до той самой мельницы, про которую говорил ястреб, Цилинь зашла внутрь и принялась ждать сектантов. Один из маленьких ножичков, которые дал ей Люк, она поместила под рукав и под тонюсенький, сливающийся с кожей браслетик. Именно в него она тогда в пещере положила сицилию. Этот данный Владыкой артефакт он не забрал, когда вышвыривал ее из дворца. Может он был компенсацией за изнасилование? Кто знает, но вещичка иногда выручает.

Как и говорил Демиан, она оделась просто и специально в некоторых местах порвала одежду. Пусть она и будет внушать сектантам, что приходится дочерью мельника, но все должно быть в лучшем виде.

Когда в мельницу зашли двое, Цилинь сидела на полу с горящими глазами, прожигая взглядом людей. Хоть на них и был капюшон, но внушение работает и через ткань, лишь бы объект внушения смотрел на внушающего.

Когда ее связывали по рукам и ногам, надевали на голову мешок, Цилинь слабо сопротивлялась, как у человека, который не ел несколько дней, могут быть силы? Пока ее тащили, падшая демоница начала незаметно проверять, как плотно ей связали руки и можно ли дотянуться до ножечка.

Связано было плохо и наспех, освободиться не составит огромного труда. Цилинь почувствовала, что ее опустили на землю, а после сняли с головы мешок. Она увидела сектанта, стоящего перед ней с занесенным над ее головой клинком. Он начал опускаться, но Цилинь была готова ко всему, соглашаясь на эту авантюру. Она хотела уйти в сторону, но тут как молния появился Пен и откинул того сектанта. Остальные девять стали доставать мешочки и Цилинь их узнала. Она сразу же задержала дыхание.

«Пыльца сна и галлюцинаций. Вдохнув хоть несколько песчинок, тебя сморит сон либо галлюцинация. Откуда она у них?»

Пока сектанты были заняты Пеном, она освободила руки, а ноги пришлось освобождать энергией, времени с ними капаться ножиком, не было.

Встав на ноги, Цилинь увидела, что Пен упал на землю.

«Вдохнул пыльцу, плохо. Нужно сообщить ястребу. Пусть активирует формацию».

Цилинь быстро нажала на чип, отправляя послание Демиану. Вытащив его, кинула подальше, пока будет формироваться чирация, она упустит время, но «звонок» все равно дойдет. Сектанты пошли на Цилинь всей толпой. Она, используя данные в дорогу ножики, уклонялась, отбивалась, но была в меньшинстве. Демоническая энергия хоть и давала преимущество, но имела свойство лимита. Выжженные каналы тоже давали о себе знать, да и поддержание формы было энергозатратно. Поэтому энергией она пользовалась в крайних случаях. Цилинь чувствовала, что Демиан активировал формацию, и ей стало немного легче справляться с врагами, поглощая его энергию.

Во время боя Цилинь пыталась посмотреть, что происходит с Пеном, но ее обзор постоянно застилали сектанты. Казалось, им нет конца. Цилинь начала уставать, а они все прибывали и прибывали. Реакция тоже притупилась, и ее ранили несколько раз.

С каждым отбытым клинком, ударом, на ее теле появлялись новые ранения. Сектанты, поняв, что жертва выбилась из сил, атаковали с двойным запалом, и Цилинь больше не могла сопротивляться. Она упала на колени, тяжело дыша, а сектанты стали рьяно ее бить и резать спину клинками. Из ран, ножевых порезов, разбитого лба, рта текла кровь и мешала конечностям двигаться. Тело становилось непослушным и тяжелым. Но тут воздух охватил сильный порыв ветра и энергии. Цилинь с трудом подняла голову и увидела Пена в истинном обличии демона. Удары и битье прекратились, и она медленно, терпя боль, повернула голову назад. Сектанты были подвешены вверх энергией Пена, и она услышала хруст костей и их душераздирающие крики. Энергия стала сжиматься и люди, вернее то, что от них осталось, стали падать на землю дождем крови и мелкими кусками плоти. Кровь заполнила поляну, окропляя ту «долиной смерти». Цилинь стало дурно, и она повернулась к Пену. Он стоял, держа руку в кулаке перед собой, и смотрел вперед. Его взгляд ничего не выражал. Яд капал с крыльев, рогов, хвоста, выжигая землю до метра в глубину.

Цилинь с кряхтением поднялась, и, ковыляя, держась за кровоточащий бок, подошла к Пену. Она плача обняла его и прошептала:

-Хватит, очнись, со мной все хорошо.

И поцеловала в губы. Привкус крови, вместе с солью от слез чувствовался, как глоток свежего воздуха. Она была жива, а это самое главное.

Глава 35

СОКРУШИТЕЛЬНАЯ РАСПРАВА. Я, ПРАВДА, НЕ ХОТЕЛ СТАТЬ МОНСТРОМ. ЧАСТЬ 3.

Пен открыл глаза и увидел перед собой Цилинь и своего отца. Она пятилась назад, пытаясь отгородиться бумагами, которые держала в руках. В рубиновых глазах застыл дикий ужас. Владыка Демонов с похотливой улыбкой навис над миниатюрной Цилинь как скала.

«Неужели это изнасилование, которое произошло с Цилинь? Это ее прошлое? Почему я здесь оказался?»

Пен хотел спасти Цилинь, но не мог пошевелиться. Посмотрев вниз, увидел, что его тело обвито цепями, а концы цепей привязаны к двум центнеровым гирям.

«Что за…»

-ААА – Цилинь закричала, и Пен поднял голову. Изо всех сил пытаясь выбраться из пут, он смотрел на ужасную и непристойную картину. Гнев затуманил разум, ярость не находила выхода наружу, поэтому Пен пускал ее на словесные руганья и крики. Демоническая энергия не подчинялась, ее вообще как будто не было. Металл цепей впивался в кожу, принося жгучую боль. Плач и мольба Цилинь смешивались с неустанными и непрекращающимися матерными словами. Собрав все свои последние силы, Пен рванул вперед, но бесполезно. Гири так и не сдвинулись с места, а цепи впились так, что стало невозможно дышать. Пен от боли прикрыл глаза и закричал:

«Я не умру здесь, я спасу ее!» - жаль, что этот возглас так и остался неуслышанным.

Когда он снова их открыл, картинка изменилась. Перед собой он видел только камень пола. Поднять голову было очень сложно, ее вес, оказался неподъемным. Тогда он смог немного повернуть ее. В глазах все расплывалось, но Пен смог различить вдалеке силуэт Цилинь. Она лежала на этом самом полу без сознания. От ее тела разливалось пятно крови. Рядом с ней стоял образ человека. Пен не мог различить, кто это был. Этот образ что-то поднял над своей головой, и воздух рассек луч света. Поднялся порыв ветра, и Пену пришлось закрыть глаза.

Открыть их было тяжело. Словно само тело отказывалось показывать, что происходит снаружи. Но он их открыл. Обзор снова был размытым и непонятным, но теперь рядом с Цилинь не было человека. Пытаясь всеми фибрами души сфокусировать взгляд, Пен забыл, как дышать. Голова Цилинь была отрезана от тела. Кровь хлестала из шей фонтаном. Крик отчаяния и безысходности застыл в горле комом. Тело опять не двигалось. Из глаз брызнули слезы, причиняя адскую резь и боль. Они смешивались с привкусом металла на губах. Губы онемели, тело не чувствовалось. Пен как в прострации или вакууме услышал звуки шагов.

«Нет. Почему? За что? Где я нахожусь? Что со мной? Я умираю?»

Последнее что он услышал это звук рассекающий воздух.

Пен, снова открыл глаза, тяжело дыша. Со лба стекал пот, но кома, душащего его естество, в горле не оказалось, тело тоже прекрасно слушалось. Ощупав себя, он выдохнул с облегчением. Осмотревшись, увидел как Цилинь, одетая в длинное платье, вместе с его матерью, держась за руки, бегут от толпы с ножами, топорами, мечами.

Пространство охватило пламя пожара, дома полыхали один за другим. Толпа с криком:

-Смерть ведьмам! – догоняла женщин. Тут Цилинь зацепилась за подол своего платья, упала, и потащила за собой мать Педро. Толпа оживилась и заорала:

-Ведьмы, сдохните, умрите!!!

Цилинь, прижалась к матери Педро и заплакала. Женщина обняла ее и закрыла собой, подставляясь под удар. В ее сторону направились люди, держа перед собой оружие, и атаковали. Но сейчас в Пене что-то сломалось. Ярость, вместе с жаждой крови вырвались наружу. Он, как гепард преодолел пространство, отделяющее его от самых дорогих сердцу женщин. Голыми руками, он отбил топор у одного из зевак толпы и принялся, как мясник разделывать туши. Люди падали замертво, после каждого удара. Поднялся вой, но Пен его не слышал. В ушах стучал молоток адреналина и сумасшествия. Запах крови, гари, пота, лишь усиливал безумие, накатившее на Пена. Его движения были хладнокровными и точными. Не было ни одной осечки. С каждым взмахом топора, с каждым криком, с каждым воем, в висках стучало:

«Убить. Убить. Убить».

Когда последний крик убитых людей стих, он смог выдохнуть. Казалось, прошла вечность, но на самом деле не прошло и десяти минут. Опустив топор, Пен находился под влиянием адреналина и туго соображал.

Цилинь и мать Педро были в шоке. Страх, который читался в их глазах, был даже «визуально» ощутим. Но они заставили себя подняться и подойти к спасителю.

Пен был весь в крови, и безумный взгляд делал его похожим на потрошителя. Но ни Цилинь, ни мать Педро это не остановило. Они обняли его с двух сторон, и Пен услышал голос:

-Хватит, очнись, со мной все хорошо. – это говорила Цилинь.

«Очнуться? Но я же итак в сознании? Или нет?»

Тут его как холодной водой окатили:

«Точно. Это неправда. Я должен был спасти девушку от сектантов! Но это оказалась Цилинь. Затем я ударил одного и… А что дальше? Не помню. Ладно, нужно вернуться. Очнись! Очнись! ОЧНИСЬ!»

***

Пен открыл глаза. Слепящее солнце июня загораживало собой обзор. Прикрыв глаза от яркого света, Пен проморгался. Держа ребро ладони на лбу, он осмотрелся. Цилинь лежала подле него без сознания. Ее тело было в ранах и ссадинах. Подняв ее на руки, Пен убедился, что она жива.

«Слава богу. Живая. Нужно отнести ее к лекарю».

Пен поднял взгляд от Цилинь и посмотрел вперед. Море крови разлилось по некогда красивому и плодоносному полю. На негнущихся ногах, Пен с Цилинь на руках подошел к красному мареву. Невыносимый запах ударил в нос и ноги его подкосились. Пен не заметил, как упал на колени, и рука потянулась к куску плоти. Сжав ее, тоненькой струйкой потекла кровь. Капли стали капать на землю отскакивая от уже засохшей крови и окрашивая небольшой участок новым алым цветом.

Когда кровь из плоти перестала сочиться, Пен разжал руку. Кусок упал с чавкающим звуком и он поднес свою руку к глазам. Ладонь была вся в крови. Он задрожал, силы, казалось, полностью покинули его. Слезы хлынули потоком.

«ЧТО Я СДЕЛАЛ! ЧТО Я СДЕЛАЛ! ЧТО Я СДЕЛАЛ!!!»

«ЗАЧЕМ, ЗАЧЕМ, ЗАЧЕМ!!!»

«Я НЕ УБИЙЦА! Я НЕ МОНСТР! ПОЧЕМУ!»

Голова стала тяжелой, и он опустил ее, прижимая Цилинь к себе, пытаясь найти себе оправдание в ее лице. Слезы капали на ее одежду, но сразу высыхали. Солнце светило так ярко и беззаботно, будто издеваясь. Лучше бы пошел дождь, смывая своей влагой душевные раны и даря умиротворение. Слезы мало помогали, в сердце уже въелось высеченное лезвием слово – убийца - и ничто его уже оттуда не вытащит, только смерть.

Драгоценный груз, под названием Цилинь, хоть немного отрезвил его. Ведь она ранена и ей нужна медицинская помощь. С трудом поднявшись, Пен думал лишь о том, где найти лекаря. Единственным вариантом был город, в котором живет Рам. Только подумав о нем, Пен оказался перед воротами того самого города. Мозги отказывались работать, и только мысль о Цилинь, помогала оставаться в сознании.

Лечебницу найти было не сложно. Этот город Пен уже знал, как свои пять пальцев. Зайдя в здание, он наткнулся на ссорившихся. Это были пожилая пара и лекарь. Мужчина, на повышенных тонах прокричал:

-Да как так можно! Наши дети нуждаются в лечении, а вы их даже просто осмотреть не хотите! Если у нас нет денег, то и за людей считать нельзя? …

Лекарю было все равно, а женщина пыталась успокоить своего мужа. Глядя на эту картину, Пен ничего не чувствовал. Как будто сердца в нем уже не было.

Проигнорировав людей, он подошел к лекарю с Цилинь на руках. Лекарь нехотя бросил взгляд на раненую и цинично спросил:

-Что случилось?

-На нее напали разбойники.

Мужчина сочувственно посмотрел на Цилинь, а его жена заплакала. Казалось, они даже забыли, что только что был скандал. Лекарь продолжил:

-Деньги есть?

Пен, молча, полез под одежду, думая про деньги и они появились. Никаким образом, не меняя выражения своего лица, он достал купюры. Глаза лекаря жадно загорелись, но он процедил:

-Здесь намного больше положенного.

Пен посмотрел на пожилую пару:

-Это и за них тоже, – и всучил деньги лекарю. Тот сразу же убрал их под халат и любезно проводил Пена до кабинета. Пожилая пара всю дорогу сопровождала его, не переставая благодарить. Но тот их не слушал. Ему не было дела до них, да и до всего остального. Тело двигалось только из-за Цилинь. Только, чтобы она была в безопасности, вот его приоритет.

Осмотрев Цилинь, лекарь сказал, что ближайшие несколько дней, ей нужен будет покой и посещать ее не нужно, для ее же блага. Пен лишь молча кивнул и побрел на выход из лечебницы. Путь он держал до отеля Рама. Зайдя к нему в кабинет, без приветствия сказал:

-Рам, я выхожу на работу.

***

Демиан, увидев кровавое месиво на «поле битвы», искренне был шокирован. У него даже стал подергиваться глаз. Спрятав лицо в ладонях, он тяжело вздохнул:

«Да, не думал я, что все так обернется. Это же, сколько бумаги придется исписать! Владыка, за что мне это! Ненавижу выполнять за других всю грязную работу и подчищать за них следы!»

Тут Демиана окликнул голос:

-Господин Деймос, все готово. Приводить их?

«Вест, вот сволочь. Демиан я! Мог бы и не учить своих отбросов этому прозвищу!»

Демиан кивнул и провел двумя пальцами по лезвию сабли:

-Веди. Будем вершить правосудие.

Глава 36

ЧТО ТАКОЕ ХОРОШО, А ЧТО ПЛОХО?

Хозяин отеля Рамзес сначала обрадовался выходу Педро на работу, но спустя три дня, пожалел об этом. Нет, со стороны материальной сферы, все было наилучшим образом. Клиенты шли потоком, деньги лились рекой. И все бы замечательно, но Педро совсем не отдыхал. Он работал круглосуточно. Практически не ел и не спал. Брал на себя почти половину столов, позволяя другим официантам отлынивать от своих обязанностей, и это ненормально.

Когда Педро отработал свою ночную смену, Рамзес не выдержал и пригласил его к себе в кабинет на разговор. Сев в свое кресло, он спросил его:

-Педро, что происходит?

Педро, с улыбкой на лице, сказал:

-Ничего, все отлично.

-Нет, не отлично. Ты совсем не отдыхаешь. Работаешь на износ, будто пытаешься что-то доказать. Или неужели тебе так нужны деньги? Что происходит? Это как-то связано с твоими заклинательскими делами?

Педро ничуть не изменился в лице. Казалось, что вообще не слышал вопросов. Он, как робот, снова повторил:

-Нет, все хорошо. Да, нужны деньги. Я пойду работать?

-Нет, не пойдешь. Хватит. Это ненормально. Тебе нужно отдохнуть, сегодня и завтра у тебя выходной. Если не хочешь говорить настоящую причину, твое право, настаивать не буду. Свободен.

-Но… ладно. Рам, прости.

Педро вышел из кабинета, но на сердце Рамзеса тяжким грузом залегла тревога. Сложив руки в замок, он положил на них голову:

«Что же с тобой случилось, хотел бы я знать».

***

Выйдя из отеля, Пен отправился в лечебницу. Цилинь должна была уже прийти в себя. Но нет, лекарь сказал, что раны довольно серьезные и время для восстановления понадобиться больше. Зайти к ней было можно, но Пен не стал. Чувство омерзения к себе, накрыло его с головой, и он не хотел, чтобы Цилинь, когда очнется, видела его. Но и оставшись один на один с самим собой, он не знал, что делать. Перед глазами стояла кровавая картина, заставляя ненавидеть себя все больше и больше. Работа хоть как-то помогала избавиться от страданий, но и ее у него отняли. Ровно, как человечность, как и сердце, как и душу.

«Убийца! Вот ты кто!»

Пен засмеялся. Очень громко и заливисто, заставляя людей в лечебнице ужаснуться и подумать, что он сумасшедший. Может так оно и есть. Он уже сам не знал, что думать про себя. Да и кто он теперь такой?

«ХА, ХА, ХА, да, какая ирония. Главный злодей книги стал убийцей! Экая, невидаль!»

Пен не заметил, как вместе со смехом из глаз текут слезы. Он поднял голову к потолку:

«Ха, ха, эй, кто меня сюда отправил, вы были правы! Я злодей! Я убийца! Я антагонист! Я! И БОЛЬШЕ НИКТО! ТОЛЬКО Я!! НАДЕЮСЬ, ВЫ ТАМ ВЫПЬЕТЕ В МОЮ ЧЕСТЬ. В ЧЕСТЬ УБИЙЦЫ, ХА, ХА, ХА».

Люди, заслышав этот дикий смех, сторонились его, как от прокаженного. Шепотом переговаривались и крутили пальцем у виска. Ну и пусть. Пену было плевать. Если здесь есть психушка, он с удовольствием в нее ляжет. Лишь бы Цилинь была жива. Лишь бы она не страдала, и жила счастливо, остальное – все пустое.

Когда смех стих, Пен отключился, прямо на лавочке. В пространство с туманом он не попал, снов тоже не видел, может это и к лучшему.

***

Проснулся Пен от того, что за плечо его тряс лекарь. Увидев, что спящий человек просыпается, лекарь сказал:

-Время для посещения закончено, идите домой.

Губы Пена непроизвольно скривились:

«Домой? Где же теперь этот дом? На всем белом свете, мне места больше нет. Отшельничество – вот, каким, стал мой дом. Надо же, я хотел семьи, любви, счастья, рядом с Цилинь, но…нет. Уже не в этой жизни. Я ее не достоин. Может раньше и стоило бороться за нее, но не теперь. Да и тогда упустил я свой шанс. Верно – я ничтожество, а ничтожеству место только с самим собой».

Выйдя из лечебницы, Пен побрел по улицам города. Идти в отель желания не было совершенно. Люди, шедшие ему на встречу, были, как фантомы, которые преследуют его, он их не видно глазами. Сталкиваясь с кем-то случайно, они кричали ему в след, но это было, как крик, через толстенное стекло. Что-то доносится до ушей, но абсолютно не понятно сказанных слов.

Сам не заметив того, ноги Пена привели к лечебнице. Рядом с ней, находился паб. Пен подошел к нему и просто стоял где-то минут десять. Вдруг из паба вышли двое пьяных людей, держась друг за друга. Они о чем-то переговаривались и прошли мимо Пена. Тот обернулся и посмотрел на них. Мужчины шли, петляя из стороны в сторону, и засмеялись, хлопая друг друга по плечам.

Пен отвернулся от них и несмело сделал шаг ближе к пабу. Затем еще один, и еще, пока не оказался внутри заведения.

Изнутри паб был «свободный». Посетителей практически не было, дубовые столы, стулья и барная стойка выглядели - просто. Да и сам паб был довольно обычный. Пен подумал про лечебницу и понял, что она примерно такая же, как и этот паб, в отличие, от отеля Рама.

Он был похож на современный отель его времени, но Пен никогда не интересовался, почему он так выглядит. Если бы это был крупный город, как у Демиана, близ столицы, то вопросов было бы меньше, но этот город, был маленький и небогатый. Хотя…в нем находится черный рынок. Возможно, Рам ведет с ним сотрудничество. Пен покрутил головой. Какая вообще разница, откуда Рам берет деньги на свое детище? Его это не касается.

Пен прошелся по пабу и приблизился к барной стойке. Сев на стул, он вспомнил свою первую встречу с Рамом. Прошло уже тринадцать лет.

«Если бы я жил в своем мире, мне бы было тридцать три. Интересно, смог бы я чего-то достичь?»

На душе стало гадко. Омерзение к себе накатило с новой силой. Он не знал, как заглушить его. Возможно поэтому и пришел сюда. Пен пробовал алкоголь и он ему не понравился, но его отец, забывался с помощью него. Цилинь тоже напивалась, пытаясь заглушить свою боль, когда увидела изнасилованную и израненную девушку. Может и ему это поможет.

Из раздумий, его вытащил голос бармена:

-Молодой человек, будете что-то заказывать?

Пен тихо промямлил:

-Виски. Бутылку.

Бармен посмотрел на посетителя и, молча, отвернулся, доставая бутылку и стакан. Затем также молча поставил их перед ним. Пен, не поднимая взгляда на бармена, тоже, молча, взял предложенное, и положил на стол деньги.

Встав со стула, он пошел к одному из столов. Бармен кричал ему, что денег слишком много, но Пен лишь рукой махнул и сел за самый темный столик.

Поставив бутылку и стакан на стол, он долго на них смотрел, не притрагиваясь. Тело как будто отторгало тот факт, что нужно напиться. Тогда зачем он пришел сюда?

Наконец решившись, Пен выпил прямо из горла. Горло обожгло так, будто он съел огонь, неприятное тепло разлилось по телу, и он закашлялся.

-Боже, какая гадость! Как Рам вообще это может пить!

Но Пен все равно налил немного виски в стакан и начал крутить им перед глазами. Темная жидкость напоминала его нутро. Психика, как и виски, была нестабильна. Волны на поверхности жидкости, от движения стакана, полностью показывали его состояние. Хаос, который заставляет страдать.

«Ничтожество не достойно уважения, не достойно любить, не достойно жить».

Пен вздохнул. Он думал о смерти. Но…если умереть вот так, ничего не сделав, не будет ли он сожалеть о том, зачем вообще сюда попал? И что будет с его настоящим телом, если он умрет здесь? Что будет с Цилинь, если она узнает, что он умер? Будет ли оплакивать его?

«Нет, не хочу больше, чтобы она плакала. Ее жизнь итак полна боли, хватит заставлять Цилинь страдать!»

Перестав крутить стакан, Пен выпил его содержимое. Затем положил руки на стол, а на них – голову. Он закрыл глаза, пытаясь заснуть, но почувствовал, что его обнимают за спиной чьи-то руки. Они сомкнулись на животе и к спине прислонилось чужое тело. Пен сразу понял, кто это:

-Зачем ты встала? Тебе нужно отдыхать. Как ты меня нашла?

Цилинь тихо прошептала:

-Ты не виноват. Они это заслужили.

Пен никак не отреагировал на слова Цилинь, думая, что она не поймет, но все же спросил:

-Почему?

-Мир нельзя поделить на черное и белое. Он серый. Как и всех живых существ нельзя поделить на плохих и хороших. Все разные и абсолютно одинаковые. Такова жизнь. Поэтому, не убивайся, из-за одной жизненной трудности и ошибки, а прими ее, вынеси урок и живи дальше.

«Цилинь, может ты и права, но не во всем. Проблема лишь в том, что ошибки бывают неравноценны».

Глава 37

НАДЕЮСЬ, ТЫ ПОЙМЕШЬ МЕНЯ.

Цилинь больше ничего не сказала, а просто продолжила обнимать сзади, даря свою поддержку. Пен ей был за это благодарен. Побыв в тишине минут десять, он все же повторил вопрос:

-Как ты меня нашла?

Цилинь медлила с ответом, будто боялась его произнести:

-С помощью связи энергий.

Пен не удивился, но попробовал почувствовать Цилинь энергией. Безрезультатно.

-Но я ничего не чувствую.

-Я не знаю, почему не можешь. Но я чувствую, где ты находишься, меня ведет невидимая ниточка. Спасибо, что спас меня.

Пен со стоном вздохнул. Не было сил даже подняться и посмотреть на нее.

-Ты в порядке?

Услышав свой же вопрос, усмехнулся.

«Ага, да, в полном. Конечно, ничего ведь не случилось».

Цилинь, как ни странно, ответила без сарказма:

-Более- менее. Нужно только немного отдохнуть и все восстановиться.

Пен вздохнул, но уже с облегчением.

-Хорошо, это хорошо. Расскажи, что случилось на том поле. Как я их убил.

Под конец фразы его голос дрогнул, но Пен отчаянно пытался бороться перед Цилинь. Ему, правда, хотелось знать все, случившееся с сектантами по его вине.

Цилинь рассказала все, как есть. Пен слушал, проникаясь сначала к ним, а потом к себе лютой ненавистью. Да, он спас Цилинь, защитил от беспощадных убийц и насильников, но почему именно так, именно такой ценой. Став таким же беспощадным убийцей. Этот факт, Пен до сих пор не мог принять и смириться с ним.

«Галлюцинации, вот что это было. Это все чушь, вранье, но даже там – я стал монстром. Чудовищем, зверем, который безумно хочет мести. Но разве я такой? Выходит, что да. Но хочу ли я этого? Нет! Но теперь уже поздно. Кровь появилась на моих руках, и ее уже ничего не сможет отмыть».

Пен не заметил, как снова слезы потекли из глаз. Цилинь, будто почувствовав его боль и прочитав мысли, прошептала на ухо:

-Мне все равно.

Мозг Пена сразу протрезвел, когда он услышал слова Цилинь. Подняв голову с рук, он повернул ее и, как испуганный зверек, посмотрел на нее. Слезы продолжили течь, оставляя влажные дорожки на щеках.

-Что?

Цилинь мягко улыбнулась и спокойно повторила:

-Мне все равно. Можешь считать себя убийцей, чудовищем, да кем угодно, мне все равно. Только живи. Пожалуйста. Не сходи с ума из-за того, что сделано. Это уже в прошлом. Ошибки, всегда можно исправить, но не ставь крест на своей жизни. Ведь есть на свете те, кому ты нужен, не смотря на все изъяны. Я люблю тебя.

Пен не мог в это поверить. Его глаза становились все больше и больше после каждого ее слова.

«Любит. Она любит меня! Но за что! За что можно любить чудовище! Нет, я не могу это принять. Цилинь, прости, прости меня, но я не тот, с кем ты будешь счастлива».

Пен не мог сказать в глаза Цилинь, поэтому отвернулся и сухо, даже жестоко произнес:

-Спасибо, но я не нуждаюсь в твоей помощи, советах, а тем более в любви. Поэтому оставь меня, я хочу побыть один.

-Хорошо, но позволь хотя бы остаться и поддержать тебя.

Цилинь говорила спокойно, но Пен чувствовал в голосе проблеск боли от разбитого сердца. Поэтому ему пришлось закричать:

-ОСТАВЬ МЕНЯ В ПОКОЕ! УХОДИ!

-Ладно. Как скажешь. Я поняла, не буду настаивать. Отдыхай.

Когда Цилинь разомкнула объятия, Пен старался не показывать, как стало холодно. Только когда она ушла из паба, он задрожал.

«Так будет лучше, так надо».

Но с уходом Цилинь, внутри Пена как будто остановилось сердце. Он остался один, как и хотел. Впервые ему захотелось напиться или получить амнезию, но забыть все и начать жить заново. Вытерев лицо ладонями обеих рук, Пен потянулся к бутылке.

«Прости Цилинь. Надеюсь, ты поймешь меня».

***

Эти дни, пока Пен работал официантом, Демиан тоже не сидел без дела. Писав отчет Владыке, а также легенду трем информаторам, думал, как возвыситься в глазах главного демона и искоренить шпионов. Также неплохо было бы заручиться поддержкой, а может и сотрудничеством с «коллегами». И Демиан придумал совершенно нехитрый план – сказать полуправду, но умолчать о некоторых деталях, а кое-что и приукрасить.

Когда Демиан шел на поле битвы, то заметил слежку. Специально делал вид, что не замечает ее, позволил шпионам Владыки увидеть все своими глазами. Да, сначала он сам удивился морю крови на поле, но после подумал, что это только на руку.

Разделавшись с последними сектантами, которых привели отбросы Веста, стал подбирать все разбросанные предметы погибших убийц. Также, он тайком отозвал к себе шпажки, и, закрывая обзор шпионам, непринужденно поднял и их.

Поднимая очередную вещь, Демиан заметил в луже крови чирацию. Она была похожа на камень, и он не стал обращать на нее внимание, уповая на то, что шпионы следят за ним предельно внимательно.

«Потом подберу. Сейчас нужно заниматься совсем другими вещами».

Положив все поднятые вещи в пакет, Демиан заплатил людям за помощь и отправился в свой город.

***

Вечер. Королевский дворец.

Владыка Демонов стоял у окна и смотрел вдаль. Столица сияла разными цветами и напоминала прекрасный цветочный сад, в который любила ходить Королева Демонов. Почувствовав чужое присутствие, Владыка сказал, не отрываясь от окна:

-Рассказывай, как все прошло.

Один из шпионов, наблюдавший за Демианом рассказал все, что видел. С каждым новым словом желваки на лице Владыки заходили все интенсивнее. Когда придворный демон закончил отрапортовывать суть дела с сектантами, Владыка сжал руку в кулак:

-Обманули. Они обманули меня! Сукины сыны! Можете больше не следить за Демианом и отправляться обратно.

-Есть – и шпион удалился. Владыка крикнул:

-Валенсия!

Девушка прибыла так быстро, как смогла. Поклонившись, сказала:

-Да, Владыка?

-Отправь письма всем информаторам. Завтра я жду их на суд.

***

Проснувшись утром, Демиан получил ответ от информаторов. Они согласны поддержать его идею. Находясь в прекрасном расположении духа, Демиан вспомнил, как был вчера вечером в эйфорическом счастье. Шпионы больше не преследовали его. Свобода снова стала приоткрывать для него свою дверь.

Тогда он вернулся на поле и забрал чирацию Цилинь. Поместил ее и свои шпажки в сейф, оставив его в доме Люка. Жена Люка ничего не сказала, и Демиан спокойно спрятал его в один из горшков, стоящих на продажу. Если женщина продаст горшок, он все равно сможет найти свой сейф по энергии.

Когда Демиан сел за стол и начал свою работу градоначальника, увидел почтового голубя. Отвязав письмо и прочитав, улыбка озарила его лицо:

«Вызов на суд. Замечательно. Посмотрим, что из этого выйдет».

Глава 38

ВЫБОР ЗА ТОБОЙ. ЧАСТЬ 1.

Прибыть на суд к Владыке Демиану было велено к полудню. Поэтому закончив с бумагами, он все рассказал Бену, оставив того его заместителем на некоторое время. Бен не задавал никаких вопросов и Демиан был этому рад. Решив, что оставил свой город в надежных руках, Демиан отправился с помощью камня телепортации во дворец.

Прибыв на место назначения, Демиан был удивлен пунктуальностью других информаторов. Они уже сидели за столом в тронном зале. Владыки пока там не было. Поприветствовав своих «коллег», Демиан тоже сел за стол. Они его проигнорировали, чем немного позабавили прибывшего.

«Волнуетесь, поди. Это хорошо. Не думал я, что вы так легко согласитесь. Хотя…когда на кону твоя шкура, выбирать не приходиться».

Демиан хотел завести непринужденную беседу с информаторами, как двери открылись и в зал зашли четверо – Владыка, Королева, Валенсия и левая рука главного демона – Лифан. Еще один из советников Владыки и по совместительству главный любовник Королевы.

Информаторы поднялись со своих мест и поклонились демонам. Когда четверка заняла свои места – Владыка с Королевой сели на троны, а советники встали рядом с ними с двух сторон – в зал зашли пятеро шпионов. Они тоже поклонились и подошли к столу, встав рядом с информаторами. Владыка жестом приказал им садиться.

Краем глаза, Демиан увидел, что Валенсия бледнее, чем обычно. Взгляд был немного бегающий, пусть она и пыталась это скрыть. Пальцы рук подрагивали, и она потирала их другими, будто хотела снять с них нитку или резинку. Попытавшись хоть как-то уменьшить ее волнение, Демиан показал пальцами, что у него все под контролем. Увидев его знак, Валенсия перестала теребить пальцы и щеки окрасились небольшим румянцем.

Удовлетворившись произведенным эффектом, Демиан услышал голос Владыки:

-Демиан, я получил твой отчет о деле с той сектой. Ты сработал отлично.

Демиан встал и поклонился Владыке:

-Благодарю, Владыка. Для меня честь получить вашу похвалу.

Владыка Демонов выставил руку вперед:

-Но загвоздка все же есть. Для этого я и позвал вас всех сюда. Эти пять придворных демонов – Владыка указал на прибывших – рассказали мне совершенно другие развития событий. Будто ты, Демиан, делал всю работу один, без остальных информаторов, привлекая в дело обычных людей. Я не спорю, это твое дело и ты был за него ответственен, привлекая людей в расследование, но трое демонов, которым я ПРИКАЗАЛ помогать тебе, этого не делали.

Теперь Владыка обратил свое внимание на трех информаторов. Взглядом, которым он на них посмотрел, можно было разжечь костер:

-Зен, Балор, Кирон, я требую объяснений. Почему вы ослушались МОЕГО приказа?

Демиан, не дожидаясь ответов информаторов, сказал:

-Владыка, простите, что прерываю, но это не так. Старшие помогали мне во всем и то, что я писал вам в отчете – правда.

Владыка сощурился:

-Ты хочешь сказать, что остальные информаторы помогали тебе во внедрении в секту, поимке сектантов и их устранении?

Демиан кивнул:

-Да, все так.

Пятеро придворных демонов округлили глаза и раскрыли рты. Они были потрясены словами Демиана. Более того, они видели все своими глазами, но информатор нагло, глядя в глаза Владыке, заявлял обратное. Это немыслимо.

Владыка нахмурился и сказал:

-Значит, кто-то врет. За лжесвидетельство полагается смертная казнь. Все об этом знают?

Все присутствующие за столом перед Владыкой кивнули головами. Придворные демоны затряслись, но один, самый храбрый поднялся со своего места и сказал:

-В-Владыка! Я говорил вам правду. Мы все видели то, что я вам сказал – остальные интенсивно закивали головами.

Владыка уже начинал злиться, но Королева положила свою руку ему на колено.

-Успокойся. Это решаемый вопрос. Мы же на суде. Пусть все расскажут свои версии событий, а мы уже решим, кто врет, а кто честен. Это будет справедливо.

Валенсия и Лифан согласились с Королевой. Владыка тоже видел смысл в ее словах, поэтому дал добро.

Демиан, посмотрев на придворных, обратился к Владыке:

-Владыка, эти демоны были наблюдателями за моей работой?

Главный демон кивнул. Он думал, что Демиан, узнав про слежку, закатит скандал, как делали до этого остальные информаторы, но он лишь улыбнулся и сказал:

-Благодарю, Владыка. Надеюсь, я полностью оправдал ваше доверие.

Владыка удивился, но промолчал. Суд начался.

Первым с докладом выступил Демиан, как главный за дело о сектантах. Встав так, чтобы все его видели, начал свою речь:

-После вашего отъезда Владыка, Королева, я отправил старшим письма – приглашения на совет, чтобы разобраться в этом деле и послушать о других убийствах, касаемо него. Выслушав старших на совете, мы пришли к решению – что нужно искать во всем королевстве остальные жертвы и, возможно, если получится, секту.

Старшие отправились на поиски жертв, а я, сделав двойника, попросил помощи в этом своих знакомых из людей. Найти секту удалось и старший Зен попросился вместе с людьми, внедриться в нее и разведать все изнутри. Пока старший находился в секте, Балор и Кирон, следили за сектантами на расстоянии. Чтобы не выдавать себя пришлось пожертвовать двадцатью девятью людьми, но нам удалось спасти последнюю жертву.

Старший Зен узнал, кто будет последней и где она живет. Старшие Балор и Кирон оправились на место последнего ритуала и убили сектантов, пришедших по душу жертвы. Я был в курсе событий, т.к. старшие присылали мне письма. Приведя девушку - она и была последней жертвой секты - в мой город, они отчитались о проведенной работе, но я захотел убедиться самостоятельно. Также еще нужно было разобраться с остальными сектантами.

Поэтому, придя на поле вместе с Балором и Кироном, я увидел своеобразную кровавую картину. Конечно, я ни в чем не виню старших, но было довольно неприятно. Старший Зен к моему приходу, уже привел всех оставшихся сектантов. Люди, внедренные вместе с ним, находились здесь же. Позволив мне, как главному по этому заданию, разобраться с остальными, я непременно приступил к работе. После заплатив людям, я отправился писать отчет о выполнении задания. Старшие, вольны были делать, что хотят. На этом я заканчиваю.

Владыка кивнул и посмотрел на информаторов:

-Так ли все было?

Зен, Балор и Кирон подтвердили практически все слова Демиана. Удовлетворившись их ответами, он обратился к придворным демонам.

-Теперь ваша очередь. Расскажите, или расскажет кто-то один, вашу версию.

Придворные демоны выглядели так, будто проглотили ежа. После складного рассказа Демиана и полного его подтверждения другими информаторами, они уже сомневались в своей правоте, но отступать поздно. В отличие от них, информаторы выглядели уверенно и держались достойно, не благоговея и не теряя рассудка перед Владыкой.

Посмотрев друг на друга с кислыми минами на лицах, выступить, решил тот самый храбрый демон. Когда он шел на место Демиана, всем было видно, как трясутся его коленки. Хоть вердикт судей и не был еще оглашен, информаторы внутри себя ликовали и посмотрели на Демиана немного по-другому. Во взгляде их было больше…уважения? Принятие, как равного? Возможно. Но Демиан не стал терять бдительность и обольщаться на что-то. Еще ведь ничего не известно, верно?

Вышедший на «эшафот» придворный демон, пытался вымолвить какие-то слова, но сразу терялся или забывал, что хотел сказать. Видя, что Владыка снова заводится, он пролепетал:

-В-Владыка, посмотрите мои воспоминания!

Демиан ухмыльнулся:

«А вот и самое интересное».

Глава 39

ВЫБОР ЗА ТОБОЙ. ЧАСТЬ 2.

Хоть Демиан и не подавал виду, но находился в предвкушении перед предстоящими событиями. Ведь начинается то, что он писал в письмах информаторам.

«Если они сделали так, как я и просил, то выбор будет многообещающий. Помотаем Владыке нервы».

Придворный демон весь сжался под взглядом Владыки, но слова уже сорвались с его языка и все присутствующие их услышали. Владыка нагнул торс, положа левую руку на коленку, а на нее голову, и посмотрел на демона в упор, как бы изучая. На него Демиану было больно смотреть, но он сам виноват. Не на того работает.

«Просверлив» демона взглядом вдоль и поперек, Владыка сказал:

-Хорошо. Будь, по-твоему. Сначала я посмотрю твои воспоминания, затем всех остальных. Если будут нестыковки, значит, есть вруны. Остальные судьи тоже посмотрят воспоминания, и мы примем решение. Всех все устраивает?

После единогласных высказываний в поддержку решения Владыки, тот встал и начал просматривать воспоминания присутствующих.

Сначала он посмотрел воспоминания придворных демонов. Их версия, которая была озвучена лично Владыке, подтверждалась на 100%. Главный демон, уже довольный и принявший решение, не хотел смотреть воспоминания информаторов, но терять лицо и авторитет перед подчиненными не горел желанием. Поэтому ему пришлось посмотреть и их. Какого было его удивление, что воспоминания четырех информаторов сходились с версией, озвученной при всех Демианом на 100%. Как это вообще понимать?

Владыка с недоумением поднялся к трону и бросил:

-Мари, посмотри теперь ты. Я ничего не понимаю.

Королева Демонов вопросительно наклонила голову на бок.

-Лючио, что не так?

Владыка только головой покачал:

-Посмотри сама.

Нехотя кивнув, Королева встала и тоже просмотрела воспоминания. Затем с тем же недоуменным выражением лица подошла к Владыке.

-Что это?

-Я не знаю. Как такое возможно?

Валенсия и Лифан удрученно друг с другом переглядывались. Они не понимали этот странный диалог высших демонов. Тогда Валенсия спросила:

-Простите, что прерываю Владыка, Королева, но что происходит?

Королева подняла на нее глаза и сказала, им двоим:

-Теперь ваша очередь смотреть, тогда и поймете.

Валенсия знала, что Демиан что-то задумал, но чтобы так сильно выбить из колеи высших демонов и подумать не могла. Первым воспоминания отправился смотреть Лифан. Увидев тот же самый взгляд и у него, Валенсии стало не по себе.

Когда настал ее черед смотреть, то она начала с информаторов, а после перешла к придворным. Она увидела абсолютно две разные картины, но проблема в том, что и одна и вторая подтверждались раз за разом. Теперь Валенсия поняла, что так озадачило всех судей. Этот выбор будет самым сложным за все время, что советница пробыла здесь.

***

Демиану уже порядком надоело, когда к нему в голову лезут разные демоны, но растерянное выражение лиц судей того стоило. Все его постоянные заботы, бессонные ночи, продумки разных версий и планов дали свои плоды. Плоды жгучего и такого желанного удовольствия от увиденного. Даже мнимая свобода не дарила такого экстаза.

Демиан посмотрел на информаторов. Они прожигали взглядом судей, которые шепотом переговаривались друг с другом. Держались они спокойно, но в некоторых жестах едва заметно проскальзывала нервозность.

«Бояться или ждут вердикта? Впрочем, неважно. Бояться совершенно другие».

Демиан повернулся к придворным. Эти сидели за столом, опустив голову так низко, будто хотели просунуть ее между колен, как страусы – в песок.

«Сами себе вынесли приговор? Так боитесь смерти? Но еще ничего не решено. Да, никогда бы не подумал, что за правду можно казнить, а за ложь превозносить. Но мы демоны, а ложь у нас в крови. Главное – держать достоинство и не подавать на виду страх. Жаль, что они об этом не знают».

Оторвав взгляд от придворных, Демиан посмотрел на судей. Они уже не шептались, а встали рядом и смотрели на сидящих. Владыка сказал:

-Мы вас услышали, воспоминания просмотрели, а вердикт вынесем через час. Просим всех подождать в зале совета.

Вставшие из-за столов информаторы и придворные пошли к выходу. Демиан немного повернул голову и посмотрел на Валенсию. Она провожала их беспристрастным видом и Демиан усмехнулся.

«Я рассчитываю на тебя. Постарайся, ради меня».

***

Когда все вышли, Валенсия думала о том, как прикрыть Демиана. Что решит на этот счет Владыка? Ведь она обычная советница и мало что решает, если сравнивать ее с высшими демонами.

Владыка с Королевой пошли к столу, и Валенсии с Лифаном ничего не оставалось, как проследовать за ними. Когда все сели, Владыка спросил:

-Как такое может быть?

Валенсия предложила:

-Может они переделали воспоминания?

Владыка посмотрел на нее, как на сумасшедшую:

-Воспоминания невозможно переделать.

Теперь Валенсия все поняла.

«Он не знает! Вот в чем состоял план Демиана! Столько лет он практиковался в том, чтобы переписывать самому себе и другим воспоминания. Поделившись этим с информаторами, он как бы дал понять, что не оставит их на произвол судьбы и они теперь у него в должниках. Двух зайцев, одним ударом. К тому же еще и дилемма, которая мучает нас всех, проверяет на доверие. Ведь Владыка усомнился в преданности Демиана, и он решил сыграть в эту же игру. Те, к кому у Владыки больше веры – выиграют. Мой господин – я тебя обожаю».

Королева со скептизом отнеслась к высказыванию Владыки, но и она знала, что воспоминания нельзя переделать. Тогда что это может быть?

Лифан предложил:

-Может это иллюзия?

Владыка тоже отмел эту мысль. Высшие демоны сразу бы почувствовали иллюзию. Королева с ним согласилась. Она спросила:

-Тогда, что же нам делать?

Владыка посмотрел на всех троих и сказал:

-Голосовать.

Глава 40

ОТМЕТИМ НАШУ ПОБЕДУ.

Выходя из тронного зала, Демиан видел в глазах информаторов их полную победу, а в глазах придворных – погибель. Демиан был счастлив получить таких «коллег». Если бы у них была хоть капля морали, ничего бы не получилось. А с лентяями, самовлюбленными эгоистами, постоянно превозносящих себя и понижающих заслуги других, вполне. Да и сам Демиан сыграл свою роль за все те годы, что знал информаторов. Он специально изображал наивного простачка, который не видит дальше собственного носа, с которым можно расслабиться и не принимать всерьез. Никаких интриг, заговоров, сплетен, за ним и про него не шло. Все свои открытия и совершенствования в стезе демонической энергии, он рассказывал без задней мысли, что помогало, не ставить его личность ни во что и постоянно над ним измываться. Для Демиана это была самая лучшая тактика отведения от себя подозрений. Но, все же, где-то он прокололся, раз Владыка усомнился в нем.

«Может это была обычная подстава? Кому-то захотелось меня убрать и встать на мое место? Возможно. Видя во мне слабака, кто-то внушил себе, что лучше меня? Что ж, пусть так. Это даже лучше. Посмотрим, что из этого выйдет. Последним смеется, всегда тот, кто имеет пять тузов в рукаве».

***

Голосовать. В принципе, Валенсия так и думала. Это «выступление в театре или цирке», которое называлось судом, к тому не имело совершенно никакого отношения. Всем на всех было плевать. Никто ничего не будет выяснять, а расследовать тем более. Надо просто и банально что-то выбрать. В прочем, как и всегда.

Первой слово дала Королева:

-Я голосую за информаторов. Они выполняют разные поручения, которые мы даем. Они больше всех приближены к нам, высшим демонам, и могут нести ответственность от нашего лица.

Следующим стал Лифан. Он не согласился с Королевой.

-Я голосую за придворных. Они тоже качественно и беспрекословно выполняли свою работу шпионов. Также спокойно занимаются той работой, которую дала им Валенсия. Я за них.

Валенсия усмехнулась.

«Покрываешь тех, на кого сваливаешь всю свою работу, чтобы нежиться в постели с Королевой. Похвально. Поэтому они тоже держат языки за зубами, да?»

Владыка кивнул:

-Пока ничья. Валенсия, теперь ты.

-Я голосую за информаторов. За все годы, что они служат вам, Владыка, мы проверяли их подноготную вдоль и поперек. Сомнения, по поводу их верности, конечно же, возникали, но никогда не подтверждались. Как и в этом случае, но он кардинально отличается от предыдущих, и выбрать правых можете только вы. Здесь нет однозначного ответа. Я могу лишь посоветовать, что лучше оставить в живых информаторов. Они с вами уже долгое время взаимодействуют, и много в каких моментах, были надежной опорой. Мой голос за них.

Владыка задумался, но после кивнул Валенсии и сказал:

-Да, ты права. Демиан прошел проверку и вернул мое доверие. Информаторы выиграли.

***

Судьи, как и сказали, вынесли вердикт через час. Демиана одолевали некоторые сомнения, но он гнал их от себя, т.к. был полностью уверен в Валенсии. Она не подвела и в этот раз. Решение, которое озвучил Владыка, не повергло его в шок, но заставило обрадоваться.

Конечно, он хотел мести шпионам. Кто они вообще такие, чтобы следить за ним, но полностью понимал их намерения и безвыходную ситуацию, в которую они попали. Но так, как поступил с ними Владыка, было чудовищно. Он потихоньку высасывал из них демоническую энергию, полностью опустошая источник и каналы. Это не выжигание каналов. Там еще можно было прожить несколько лет. Здесь же, смерть моментальная. Мучились придворные от силы полчаса. Может для Владыки – это дань уважения к ним? Они его не предавали, как жители Лагеря Душ. Но для Демиана, это все равно, немного вызывало неприязнь.

Когда казнь была завершена, Владыка сказал Демиану, что тот может возвращаться во дворец, и снять с себя полномочия градоначальника, но он отказался. Этот город был хорошим прикрытием, для дальнейших его действий, но Владыке он сказал, что не смеет ослушаться того в том, что он назначил его начальником, отвечающим за город. Он хочет продолжить нести на себе такую честь, оказанную ему Владыкой. Главный демон спорить не стал. Если Демиан ему понадобиться, то он всегда может отправить ему письмо.

В приподнятом настроении, Демиан вернулся в город и направился за сейфом. Также проведал девушку, которую спас от сектантов. Ей уже стало лучше, и Демиан предложил ей работу и жилье. Девушка решила, что пока поможет женщине, которая ее выходила с работой по дому и с маленьким ребенком, а там уже посмотрит по обстоятельствам. Жена Люка, была ей благодарна за помощь, и Демиан не стал давить. Пусть делают, что хотят.

Ему хотелось после суда поговорить с Валенсией, узнать последние новости, но было много посторонних глаз и ушей. Он итак легко отделался, лучше пока не рисковать.

Просидев в городе весь день, на следующий, он решил разузнать, как прошло дело у Цилинь и Пена, оставив город на двойника. Найти их было проблематично. У Цилинь чирация осталась на поле, а если по энергии ее искать, то нужно очень долго концентрироваться. Пен на связь не выходил, что было странно. По энергии найти его было немного легче, чем Цилинь, но все равно пришлось попотеть. Только ближе к ночи, он остановился у двери паба.

«О, отмечает свою победу? Ну, не ты один сегодня победитель. Отметим вместе».

С этими мыслями, Демиан открыл дверь.

***

Когда Демиан покинул дворец, остальные информаторы закатили пир. Владыка с Королевой были не против лишний раз повеселиться, им только повод дай. Валенсия была вся, как на иголках. Лучшего шанса разузнать про долг информаторов перед Демианом, было не найти. Нужно было включить всю свою харизму, сексуальность и красноречие, чтобы потупить настороженность демонов. Бояться нельзя, любая ошибка, будет стоить ей жизни.

Надев самое откровенное платье, которое только можно, Валенсия вошла в зал, где проходило мероприятие. Разодетые демоны, игра на музыкальных инструментах, танцы и море алкоголя – вот лучшее описание этого борделя. Сравнение с публичным домом, которое пришло на ум Валенсии, было приличным. Пусть она и являлась демоницей, но такие черты и природа демонов ей были омерзительны. Невольно вздрогнув, она передернула плечами:

«Не бойся. Я справлюсь. Все хорошо».

Взяв со стола бутылку с алкоголем, она подошла к Балору. Пусть этот информатор и грозный, но интеллектом обладает незаурядным. В отличии от Кирона, который хитрит на каждом шагу, или Зена, который постоянно бдителен, Балор – самый адекватный вариант.

Походкой от бедра, Валенсия дошла до Балора, который сидел в гордом одиночестве и стакан за стаканом опрокидывал в себя рюмки. Она нагло села к нему на колени и налила в стакан алкоголь, который держала в руках. Балор никак не противился ей и ничего не предпринимал. Тогда она взяла в руки рюмку, поставив бутылку на стол.

-Поздравляю с выигрышем на суде.

Балор взял рюмку из ее рук и выпил, затем сказал:

-Что тебе надо?

Валенсия изобразила удивление:

-Ничего, просто поздравить. Нельзя? – и налила вторую рюмку. Балор выпил уже достаточно, чтобы его язык развязался.

-Можно. Ты же советница, зачем тебе это?

Валенсия «обижено» надула губы:

-Советникам что, даже расслабиться нельзя? Какие же вы жестокие!

Балор несмело приобнял ее за спину:

-Ладно, извини. Конечно можно. Если бы не младший, я бы сейчас не расслаблялся.

«Вот оно. Нужно ненавязчиво надавить».

Валенсия всплеснула руками:

-Как так! Ведь ты, вместе с остальными сделали даже больше чем Демиан. Этот пир – заслужено ваш!

Балор улыбнулся. Его рука скользнула ниже:

-Так-то да, но если младший попросит помощи, то я непременно помогу.

Валенсия налила еще одну рюмку:

-Почему? Он же идиот. Зачем ему помогать?

Балор выпил и сказал:

-Долг, должен быть выплачен. Я, как воин, долг ценю высоко. Пусть просит что угодно – все сделаю.

-Понятно.

«Отлично. Балор верен Демиану. Он нам еще пригодиться. Ладно, пора заканчивать. Мой господин, твой план начинает приходить в действие. Думаю, у нас получиться».

Глава 41

ПОЙМИ МЕНЯ.

Войдя в паб, Демиан сразу нашел Пена. Он спал, лежа на столе. Пустая бутылка из-под виски, стакан стояли на нем же. Демиан вздохнул и потер лоб.

«Да, весело. И что делать? Тащить в свой город? Не вариант. Здесь оставить? Тоже нет. Хм, Цилинь, вроде, упоминала, что он где-то тут работает. В постоялом дворе что ли? Да, точно. Но где именно? Не знаю. Ладно, нужно заставить его протрезветь, а там разберемся».

Демиан достал из пространственного кольца пилюлю, которую купил в аптеке в своем городе. Фармацевт была поражена, что градоначальник зашел именно в эту аптеку – маленькую, неказистую и со скудным ассортиментом. Демиан же не хотел светиться в более дорогих и презентабельных аптеках. Ему нужно было купить пилюли от похмелья и нейтрализации алкоголя, чтобы можно было спокойно расслабляться и вести светские беседы с ненавистными ему людьми и демонами.

Демиан затолкал в рот Пена пилюлю и повел его на выход из паба. Бармен и остальные люди, напивавшиеся в нем, не обращали на них никакого внимания, что несказанно помогало Демиану не выходить из себя.

На ночном и свежем воздухе, Пен более-менее связно мыслил, и даже показал дорогу до своей работы и своего номера в постоялом дворе. Но увидев здание, Демиан уже не мог назвать его постоялым двором. Это была гостиница, причем очень походившая на те, что были в его городе.

«Откуда у хозяина такие деньги? Связался с черным рынком? Или… раньше работал во дворце?

-Ты мне очень кое-кого напоминаешь.

-Кого?

-Рама. Человека, у которого я работал.

Рамзес. Так это его гостиница. Молодец, хорошо дела идут. А мне-то что? Сейчас нужно совсем другим заниматься».

Дотащив Пена до комнаты и усадив его на кровать, Демиан принялся бить того по щекам. Пен, уже до того, как Демиан дотащил его, почти полностью протрезвел. Когда информатор начал бить Пена по щекам, тот схватил его руки и сказал:

-Хватит. Со мной все хорошо.

Демиан сложил руки на груди и спросил:

-И что это было? Почему не отвечал на вызовы? И где беркут? Что вообще там, на поле, произошло? Ты принял истинную форму? ...

Пен схватился за голову и приказал Демиану замолчать. От выпитого алкоголя она разрывалась, так еще и Демиан налетел, как ястреб, со своими расспросами.

-Я сейчас все расскажу.

Пен рассказал Демиану о том, что произошло на поле от себя, и то, что ему рассказала Цилинь. Под конец, его затрясло, и голос дрожал. Демиан же сухо и властно сказал:

-И что? Ну, убил и убил. Убиваться-то зачем?

Пен посмотрел на него, как на дьявола. Но, если так подумать, Демиан им и был. Он говорил про убийство так спокойно, словно о погоде или планах на выходных. Пен покачал головой:

-Ты меня не понимаешь. Конечно, ты же убийца. Много кого растоптал на своем пути, но ради чего? Собственного я? Я не такой. Я хочу вести добросовестную жизнь…

Демиан заходил по комнате, когда слушал Пена, но последний вопрос, сказанный им, пробил защитную стену, которую он выстраивал многие годы. Он подошел к нему, схватил за грудки и прокричал:

-Нет, это ТЫ меня не понимаешь! Думаешь, ты один такой – бедный, несчастный, пожалейте меня! Думаешь, что мир доложен вертеться вокруг тебя, главным героем себя возомнил! Остальные уже так, массовка! Откуда ты знаешь, что я ХОЧУ УБИВАТЬ! Есть такие понятия, как справедливость, долг и кодекс чести. Если это убийство во имя СВОЕЙ СПРАВЕДЛИВОСТИ, то я убью без малейших колебаний! Если после каждого убийства гнобить и корежить свою суть, то какой вообще смысл жить! Постоянно плакаться, рефлексировать и философствовать – такой ты представляешь свою жизнь? Или же хочешь нормального счастья, как у всех? Нормальной жизни, без сожалений? ХОЧЕШЬ?

Пен слушал Демиана в полном шоке. Такой закрытый, саркастичный и честолюбивый информатор, которым он показался ему на первый взгляд, было лишь маской. На самом же деле, именно сейчас, когда весь его гнев, раздражение, злость и боль, которые он копил все эти годы, вылились на него, как поток ледяной воды, выдавали его настоящее лицо. Лицо, такое же, как и у Цилинь, как и у него самого. Загнанного в угол беспомощного зверька, который натерпелся от жизни, от окружения, разной боли и страданий.

«Он прав. Я думал лишь о себе и зациклился на своих эмоциях и переживаниях, отталкивая самого дорогого мне падшего демона. Говорил, что защищу ее, укрою от опасностей, а в итоге что? Причинил только еще больше страданий из-за собственного эгоизма. Так нельзя. Надо жить дальше, ради нее и ради самого себя. Только здесь, в этом мире книги, у меня появился смысл жить, не просто жить, а жить счастливо. Цилинь говорила, что ошибки можно исправить. С завтрашнего дня, я начну новую жизнь, с чистого листа и исправлю свои ошибки».

Демиан, видя, что Пен не отвечает и смотрит на него огромными глазами, подавил свою вспышку нравоучений. Потихоньку отпустив его, он отошел на несколько шагов и сказал:

-Хм, извини, просто ты меня бесишь.

Пен мягко улыбнулся:

-Ничего. Ты прав. Я слишком на себе зациклился. Это ты меня прости.

-Без обид. Но где же все-таки беркут?

-Цилинь сейчас в лечебнице, восстанавливается. Когда она залечит раны, мы уйдем отсюда.

-Хорошо.

-Демиан, у меня к тебе просьба.

-Какая?

-Научи меня драться.

Демиан удивленно поднял бровь и скривил губы:

-Зачем?

Пен пожал плечами:

-Не знаю, может, чтобы драться?

-Ха, логично. Хорошо. Ну, а если, правда, зачем?

-Хочу исправить ошибки и помочь вам в мести. Пойдет такой ответ?

-Да, более чем.

-Демиан?

-Хм?

-Зачем я тебе нужен? Только если, правда?

Демиан сел рядом с ним на кровать и сказал, подняв глаза к потолку:

-Я хочу свободы. Зависимость от Владыки или еще кого-то угнетает меня. Если ты станешь узурпатором и сядешь на трон, то, исходя из наших хороших отношений, подаришь мне свободу, вот зачем ты мне нужен.

-Ты хочешь искоренить всех высших демонов?

-Да. После Владыки трон займут Люцифер или Вельзевул, то ничего не измениться, и зависимость продолжиться. Мне этого не надо.

-Понятно. Мне придется их убить?

-Верно. Мы давали клятву на крови, и не можем их убить.

«Мы? Он имеет в виду жителей Лагеря Душ? Или всех демонов, служащих во дворце?»

Демиан продолжил:

-Ты сделаешь это?

Пен кивнул:

-Да, я дарую тебе свободу и убью свою семью, сев на трон.

-Больше не боишься убивать?

-Я же сказал, что буду исправлять ошибки. Ты открыл мне глаза, теперь, все будет по-другому. Начиная с завтрашнего дня, я буду проживать эту жизнь без сожалений и угрызений совести. Цель, ведь оправдывает средства, верно?

-Ты отказался от своих принципов и согласился с моими. Больше не осуждаешь меня, за мои методы достижения цели, а благоволишь. Ты, правда, изменился.

-Теперь это уже неважно. Важно лишь одно – счастливая жизнь, и я сделаю все, чтобы ее достичь. Ведь, убивши один раз, убьешь и второй. Жизнь, слишком ценна, чтобы застрачивать ее на страдания, и я больше не буду страдать.

-Хорошо.

Демиан спросил Пена:

-Здесь где-то есть шашки?

-Нет, но можно будет утром их купить.

-Хорошо. Завтра я с тобой сыграю.

Пен улыбнулся:

-Конечно, тем более у меня завтра выходной.

-Договорились.

Глава 42

С ЧИСТОГО ЛИСТА.

На следующий день, Пен проснулся бодрым, свежим и с легким сердцем. Он отпустил тяжесть груза вины, который давил на него, приняв свою суть – убийцы и чудовища. Как Пен и говорил Демиану, жизнь началась с нуля.

Первым делом, Пен решил поговорить с Цилинь. После ее ухода из паба, он не сомневался, что она отправилась обратно в лечебницу. Пусть он и разбил ей сердце, но она разумная и тоже очень любит себя, как и он, (теперь уже точно), как и Демиан, поэтому направился туда.

Он по-прежнему не чувствовал ее энергией, что вызывало странные чувства. Разочарование в перемешку с надеждой и предвкушением. Связываться по чирации он не видел смысла, т.к. Демиан бы не спрашивал его, где Цилинь, а связался бы с ней сам, а значит, она ее потеряла или сломала, возможно, что на том злосчастном поле.

Зайдя в лечебницу, лекарь сказал ему, что пациентка в сознании, и можно ее проведать. За время пути сюда, Пен думал, как ему извиниться и оправдаться перед Цилинь, но увидев ее отрешенный взгляд, уставленный в окно, полностью стер из памяти все придуманные реплики.

***

Цилинь, после того, как Пен выставил ее вон, была раздавлена. Конечно, она понимала, что он ей ничего не должен, что ее навязывание, после такого его поступка в истинном обличии демона, было не нужно, что он переживает свой сложный период, но она помнила, что он ей показал. Что был рядом, когда она в этом нуждалась, что, когда она отталкивала его, не уходил, как она сейчас сделала, а был здесь, с ней. Что, говорил, когда она была не в себе:

-Поделись этим с кем-нибудь, тебе станет легче. Не нужно держать это в себе и давать фанатические обещания. Поэтому, пожалуйста, очнись и постарайся понять, что есть тот человек или демон, который тебя не осудит и выслушает. Научись заново доверять. Ты же уже доверяешь своему информатору, так попробуй поверить и другим. Это сложно и может показаться невозможным, но если сделать первый шаг, то это уже колоссальное усилие. Я знаю, о чем говорю, сам через это прошел….

И она поверила. Поверила ему. Этому открытому и честному демону. Как поверила и Демиану. И не просто поверила, а полюбила. Но за что? Она не знала ответ. Ведь до этого Демиан тоже ей помогал, поддерживал, направлял, но – она не видела в нем партнера.

Цилинь была так сосредоточена на том, чтобы помочь Пену преодолеть трудности, что не заметила, как эгоистично поступала. Она не подумала о его чувствах, эмоциях в тот момент, когда призналась в любви. Потому что она с раной на сердце не умеет и не знает, как правильно выстраивать отношения. Да и какие теперь уже отношения…

***

У Пена заныло сердце, когда он увидел Цилинь. Она сидела на больничной кровати, под одеялом и смотрела в окно. На ватных ногах, Пен подошел к ней и сел рядом. Она повернула к нему голову и улыбнулась. Пену захотелось снова разрыдаться, но вместо этого он тихо вымолвил:

-Привет. Как дела?

Цилинь снова повернулась к окну:

-Я в порядке. Нужно только несколько дней отдохнуть, а потом вернусь в Лагерь Душ. Нужно будет помочь Шену и Чуку, также продолжать делать наушники для тебя и Демиана.

-Понятно. Где твоя чирация?

-Я ее выбросила на поле. Демиан, наверное, уже нашел ее.

Так странно было слышать от Цилинь имя Демиана, обычно она называла его ястреб. Что же натворил, когда отказал ей.

-Цилинь…

Она повернула голову.

-…я, прости меня, ты призналась мне в любви, а я так жестко тебе отказал. Прости.

Она покачала головой:

-Нет, это я виновата. Полезла к тебе, со своей ненужной любовью. Да и нет у тебя ко мне чувств небось. Извини.

Пен взял ее за руку и поцеловал ее в ладонь, затем кисть и приложил к своей щеке.

-Нет. Это не правда. Я тоже тебя люблю. Просто не хотел, чтобы ты любила чудовище. Я знаю, что не должен был заставлять себя отрекаться от тебя и заставлять тебя страдать из-за этого. Я такой идиот. Прости меня. Может ли у нас что-то получиться?

Цилинь не убирала руку, которую целовал и прижимал Пен, но и принять его откровения пока была не готова. Ей бы в себе сначала разобраться, а топом уже и решим, да и дел полно, а любовь – она подождет.

-Я хочу подумать. О себе, тебе, о нас. Пока, я не готова к ним. К отношениям.

Пен закивал головой:

-Хорошо. Как скажешь. У меня сейчас тоже много дел скопилось, но я же могу с тобой разговаривать? И лично и по чирации? У нас мир?

-Конечно. Да, мир. А сейчас, я хотела бы отдохнуть.

Пен отпустил ее руку и встал:

-Отдыхай. До встречи?

-До встречи.

***

Выйдя из лечебницы, Пен увидел Демиана с шашками под подмышкой.

-Привет. Ты к Цилинь?

Демиан кивнул и протянул Пену шашки.

-Держи. Подожди меня немного, сейчас вернусь.

Пен взял шашки:

-Хорошо.

Демиан проведав Цилинь, отдал ей чирацию и рассказал, что произошло с ним после их с Пеном спасения девушки от сектантов. Цилинь была рада, что у Демиана появилось больше времени для продумывания плана мести и, что он вернул доверие Владыки.

-Цилинь, у меня просьба. Сделай порошок забвения.

-Порошок забвения? Для его изготовления понадобятся два талантливых алхимика. Когда он тебе нужен?

-Не к спеху. Как будет готов, свяжись со мной.

-Если Чук будет усердно практиковаться, то через полгода сделаем.

-Отлично. Мне еще нужно от него противоядие.

-Сколько?

-Две пилюли.

-Хорошо, но нужны будут эти редкие травы. Подойди сюда.

Цилинь показала Демиану те травы, которые он должен был ей найти и принести.

-Отлично. Сделаем. Благодаря тебе, беркут, у нас все шансы на удачное стечение обстоятельств.

Цилинь улыбнулась:

-Конечно, я здесь самая главная. Ну, ястреб, удачи тебе.

-Она мне ой как пригодиться.

Выйдя из лечебницы, Демиан вместе с Пеном пошли по улице, ища место, где бы сыграть.

Глава 43

ДЕЛА, ДЕЛА, И ЕЩЕ РАЗ ДЕЛА.

Все следующие дни, были полны забот. Пен никогда бы не подумал, что присутствие Демиана, ему будет так необходимо. В свой выходной он в буквальном смысле отдохнул – и морально, и физически. Демиан очень хорошо играл в шашки и даже начал учить Пена игре в шахматы. Конечно, у него плохо получалось, но информатор объяснял все простым языком и в саркастичной форме, что помогало понимать легче. Можно сказать, что начало дружбы положено.

На следующий день, Пен вышел на работу и составил с Рамом график своих дней. Увидев отдохнувшего и раскрепощенного Педро, хозяин отеля ни разу не пожалел о своем решении дать тому выходные, не спросив мнение работника.

Отработав свои смены, Пен решил поэкспериментировать со снами, после получения истинной формы демона, а именно – подчинение разума. В книге оригинальный Педро подчинил и демонов и небожителей в своих целях, почему бы и ему не попробовать?

Выбрав рандомный сон постояльца, Пен внушил ему, что нужно после пробуждения кукарекать полчаса. И это сработало. Человек подчинился.

«Как удобно. Этот навык поможет мне в мести».

Во время выходных дней, Пен отправился в Лагерь Душ за книгой с пространственно-временной техникой. Ганс, Шен и Чук набросились на него с расспросами про Цилинь и их миссию, но он отмахнулся и сказал, что она сама им все расскажет, когда придет. Падшие демоны с большой неохотой отступили по своим делам. Спрятав книгу под одеждой, Пен связался с Демианом, чтобы начать тренировки. Цилинь, после их последнего разговора беспокоить пока не хотел.

Демиан прибыл довольно быстро и, используя камень телепортации, отправил их в какую-то пещеру. Осмотревшись, Пен увидел на руке Демиана огонек и удивился:

-Демоническая энергия же не может сделать огонь? Как?

Демиан рассмеялся:

-Конечно, может. Просто ты об этом не знал.

-Но у меня ничего не получалось…или это возможно только в полном открытии потенциала демона?

-Ну, можно и так сказать. Ты же полудемон, и раньше многие привычные для демона вещи, такие как – огонь на ладони, не мог делать. Попробуй сейчас.

Пен щелкнул пальцами и появился маленький свет. Влив больше энергии, он увеличился, и, поводив рукой в разные стороны, Пен осмотрел пещеру.

-Что это за место?

Демиан ехидно сказал:

-Пещера.

Пен вздохнул. Эти подколки немного раздражали, но с ними было…как-то легко. Он не обижался, как раньше, а просто наслаждался временем с информатором. Может, это и есть самая настоящая дружба?

-Я не об этом. Где мы находимся? В королевстве?

Демиан покачал головой:

-Нет. Мы ЗА его пределами. Причем очень далеко ЗА. Думаю, Владыка нас не почувствует.

«Ага, а небожители очень даже. Но знает ли об этом Демиан?»

-Демиан, мне нужно тебе кое-что рассказать.

Демиан наклонил голову, как будто весь во внимании:

-Что?

-У меня было видение…

Пен не знал, как выкрутиться из этой ситуации, но решил попробовать наплести чушь.

Демиан переспросил:

-Видение? Как у твоей матери?

Глаза Пена округлились:

-О чем это ты?

-Твоя мать, когда спала, видела вещие сны.

-А ты об этом, откуда знаешь?

-Когда мы с Цилинь следили за Владыкой, она ведь тебе рассказывала?

Пен кивнул, и навострил уши, слушая дальше:

-Так вот, мы немного пообщались с твоей матерью и внушили ей рассказать абсолютно все про себя. Вот так и узнали.

-Офигеть, моя мать экстрасенс!

Демиан взаправду удивился и прищурил глаза:

-Кто?

Пен понял, что на эмоциях, не сдержался.

-Ам…неважно. Давай, лучше про видение.

Демиан выставил руку вперед:

-Подожди. Ты можешь проникать в сны людей?

-Да, могу. И не только. Могу просматривать их сны, влиять на них, посылать свои, и, самое главное, управлять их разумом.

-Только людей?

-Пока только людей. Да и как мы проверим на демонах?

Демиан показал на себя:

-Проверяй на мне.

-На тебе?

Демиан пожал плечами:

-Ну да, а что такого? Боишься?

-Нет, просто…это странно.

-Что странно?

-Ты готов быть подопытной крысой?

-Если я не проверю на себе, то не смогу спать спокойно.

-Понятно. Хорошо. Но вернемся к видению. Я видел пожар, много демонов и…ангелов?

-Это небожители, они с нами, не в ладах, но продолжай.

-Была бойня и эти небожители преследовали демонов. Также я видел, как они ищут демонов. Вот поэтому я и волнуюсь, не найдут ли они нас здесь?

Демиан отмахнулся:

-О, не переживай. Не найдут. Эта пещера находится под одним из замков. Тем более, здесь стоит формация.

-Каких это замков? Что такое формация?

-Про замки долго рассказывать, да тебе это и не нужно, а про формацию расскажу. Когда ты достигал свой истинной формы, чтобы Владыка тебя не почувствовал, я ставил формацию, перекрывая твою энергию своей и остальных информаторов…

Демиан рассказал Пену, про совет информаторов, про их энергию в шпажках, для формации, про переплетение энергий, про суд и про победу. Пен слушал с раскрытым ртом:

-Вот это да! Мне бы такой мозг! А Валенсия – это твоя возлюбленная?

-Нет. Она наш союзник. Шпион в стане врага.

-Понятно.

-Давай уже приступим к тренировкам.

Пен озадаченно спросил:

-А кто ставил формацию здесь?

Демиан пожал плечами:

-Мне-то откуда знать. Знаю только то, что это никто из демонов, которые служат Владыке.

(Интересно, нужно подумать об этом позже).

***

После тренировки, которую Пен провел с Демианом, а именно - обучение сражаться на мечах. Демиан сказал, что оружие может облегчить и помочь в битве, и Пен с ним был полностью согласен. Также нужно было освоить порталы. На все остальное времени было предостаточно, поэтому оставим их на потом.

Камни телепортации, конечно, отличная штука, но они имеют свойство кончаться. Поэтому порталы - единственный выход. «Поскакав» несколько раз туда-сюда - от пещеры до комнаты в отеле, от комнаты в отеле до пещеры, Пен так устал, что уже не мог стоять.

Демиан лишь головой качал:

-Да, тяжело мне придется.

Пен огрызнулся:

-Будто мне легко. А вас, учитель, еще и терпеть надо.

-Ах, вот оно что? Нужно еще больше тебя гонять, чтобы выказывал должное уважение, ко мне, ученик.

Демиан, как всегда перевел все в шутку и плохое настроение Пена улетучилось.

-Демиан, давно хотел спросить. Книги, они подделка?

-Ну, конечно. Я что, по-твоему, совсем дурак? Владыка может заметить пропажу. Валенсия мне их переписала, а я уже отдал одну тебе, одну Цилинь.

-Понятно. Кстати, энергия, по которой тебя могут найти…

Демиан перебил Пена:

-Ты имеешь в виду примесь энергии других демонов со своей?

-Да. Они же могут тебя найти.

-Не найдут. Я перекинул ее на двойника. Все думают, что я в городе, а высшие демоны всегда чистятся от низших.

-Двойника?

-Конечно. Он – лучшая защита. После я научу тебя этой технике.

-А другие демоны, могут создавать двойников? Кроме высших и информаторов?

-Да, но проблема в том, что они довольно энергозатратные и долго его не продержишь. А мой – на постоянной основе. Поэтому никто не догадается, что это мой двойник.

-А почему тренироваться мне нужно было именно там, где каньон с водопадом? Там тоже какая-то формация?

-Нет. Просто он находится далеко от королевства. Да и заниматься там одно удовольствие, скажи а?

Пен кивнул:

-Угу. Это точно.

Закончив с тренировками, Пен сел на кровать, взяв в кабинете Рама, который ему разрешил, листы и перьевую ручку. Он нарисовал три замка, которые описывались в книге, и провел от них стрелочки, подписав:

Зал Суда, Королевство Демонов, Королевство Небес.

Замок с Королевством Небес он сразу вычеркнул и остановился на двух оставшихся.

(Насколько я помню, главная героиня была в плену у Демона Снов в замке Зала Суда, а демоны - в котором было Королевство Демонов. И Льен была праправнучкой судей. Если пещера находится под замком Королевства Демонов, то, вероятнее всего, формацию поставил или судья демон, или его сын, или уже его ребенок. Но почему и зачем? Владыка приходиться правнуком судьи, и он должен был знать про предыдущее Королевство Демонов? Или нет? И где его отец? Мать? А их родители? Их тоже убили небожители? Ничего неизвестно. Вот черт. Ладно, рассмотрим другой вариант - Зал Суда. Вот это уже более правдоподобно. Родители теперешнего Владыки могли ему ничего не рассказывать про прошлый Зал Суда или же сами судьи его не упоминали. Почему? Ну, возможно, что им стыдно, что они не смогли предотвратить катастрофу двух миров. Тогда, получается, что и про Королевство Демонов ничего не говорили по той же причине? Не знаю. Ничегошеньки. Но если это Зал Суда, то кто, же там поставил формацию? Да кто угодно! Хотя, нет - это либо демон, либо небожительница, либо их сын. Больше никто не выжил и не знал про него. Если так подумать, то мой отец знал энергию и своего отца, и деда и прадеда, но знал ли он энергию прабабушки, преображенную Сердцем Духа? Сомневаюсь. Да и небожители ее не знают. Поэтому, Демиан сказал, что они нас не найдут. Ну конечно! Это точно она. Но может ли это быть Зал Суда? Нужно попросить Демиана провести меня в замок, там и разберемся).

Глава 44

СЕРДЦЕ ДУХА. МОЖЕТ ЛИ ОН СТАТЬ КЛЮЧОМ К УСПЕХУ?

Только Пен хотел ложиться спать, как появился Демиан и сказал:

-Давай практиковаться по подчинению разума.

Пен, уже немного попривыкший к таким развитиям событий, не удивился и только кивнул. Проникнув в сон Демиана, он приказал ему при пробуждении принести завтрак. Он это сделал. Поев, демоны отправились обратно в пещеру. Пен решил, что пора начинать:

-Демиан, ты знаешь, где находиться замок, под этой пещерой?

-Да, а тебе зачем.

-Не могу сказать, но очень надо.

-Снова ведение?

-Ну, да. Нужно кое-что проверить.

-Ладно.

Демиан оправил их к фасаду замка. Пен включил всю свою память, но так и не смог вспомнить, к какому замку относится вид.

«Либо же это было не прописано».

Демиан с Пеном подошли ближе, но тут информатор ударился обо что-то. После его удара появились надписи на непонятном языке. Демиан нахмурился:

-Формация активировалась.

Пен с раздражением спросил:

-Еще одна? Да сколько можно!

Демиан сказал:

-Нет. Это все та же. Только вторая ее фаза.

Пен потер виски и вздохнул:

-Чего? Какая, к дьяволу, вторая фаза?

Демиан спокойно начал объяснять:

-Формации бывают разных уровней. Легкие и сложные. Легкие формации, могут ставить демоны от ранга придворные и выше. Про нее я тебе рассказывал. Это та формация, которую ставил я, что скрывала твою энергию при прорыве. Сложные формации могут ставить только высшие демоны и делятся они на несколько фаз. Обычно сложные формации состоят из двух или трех фаз, смотря, на что ее ставят. Первая фаза – то же самое, что и легкая формация. В нее пускаются все, от придворных и дальше. Вторая – только для высших демонов. Ее могут пройти только высшие демоны. Третья – почти та же, что и вторая, только более надежная и скрытная.

Пен закрыл лицо руками:

-Получается, я могу пройти, а ты нет. Этого вполне достаточно. Тогда жди здесь.

Демиан начал что-то возмущенно говорить, но Пен уже прошел «барьер» и не слышал его. Вообще. Доходя до двери, он думал:

«Формация не пускает низших демонов, но Дина была здесь, значит, Демон Снов, рассеял ее? А с чего я решил, что это замок судей? Он мог рассеять формации и других замков? А как же небожители? Эту формацию он не мог рассеять. Сердцем Духа пользоваться тоже. Получается, что нет. Да и для чего было ставить формации на замки почивших королевств? Это тут заветный камень. Значит, однозначно, это Зал Суда».

Пройдя внутрь, Пен удивился чистоте и красоте замка. Ничего не выглядело заброшенным.

«Демон Снов заставлял Льен постоянно драить его. Это из-за формации он так сохранился?»

Обойдя замок вдоль и поперек, Пен нашел камень и письмо. Открыв его, он прочитал:

-В память о нашей ошибке.

Больше ничего не было. Выйдя из замка к Демиану, Пен протянул ему камень. Тот покрутил его взад и вперед, но ничего не почувствовал.

-Что это?

-Это Сердце Духа.

Демиан не стал уточнять и вываливать на Пена град вопросов, а просто спросил:

-Как он нам пригодиться?

-Потом покажу, сначала нужно отнести его Цилинь, я кое-что придумал.

Демиан настоял на том, чтобы продолжить тренировки, а после отправиться к Цилинь, и Пен подумал, что это разумно. Ближе к ночи обитатели Лагеря Душ будут спать, и им троим, никто не помешает.

Сегодня Демиан решил обучить Пена, атаковать молнией. Вообще Пен уже и забыл, что у него в арсенале имеются молнии. Да и что уж тут говорить, техники он практически не использовал. Все его время, что он провел в теле Педро, посвящал контролю демонической энергии. Остальное ему было неважно. Да и Ганс, особо ничего не умел. Он же самый низший демон, – какие там техники, тем более с выжженными каналами. А Демиан – это уже совсем другое. Его опыт и знания, были разносторонними. Обучаться у него Пену было приятно и интересно, а постоянные шуточки и подколы, разбавляли атмосферу, делая более уютной и гармоничной. Демиан даже принес шахматы. Во время отдыха и восстановления сил, они разбавляли скуку игрой и сарказмом.

***

Закончив тренировки, Пен с Демианом отправились в Лагерь Душ. На небе сияла луна, и светили звезды. Пен подумал, что неплохо бы посидеть с Цилинь на траве, попить чаю и рассмотреть каждую звездочку. Но это пока всего лишь мечты. Сейчас их отношения слишком хрупки и одно неверное действие, может их разрушить. Пен покачал головой, выкидывая эти навязчивые мысли. Он пришел сюда не за тем, чтобы мечтать и фантазировать. Это нужно воплощать в реальность, но позже. Сейчас нужно настроиться на рабочий лад.

Когда демоны подошли к мастерской, их встретила Цилинь. Она выглядела уставшей и вымазанной в масле, но глаза ее горели решимостью и счастьем. Она радостно поприветствовала их:

-Ястреб, феникс, давно не виделись. Зачем пожаловали?

Хоть Пен и сохранял на лице приветливую улыбку, внутри у него все застыло.

«Цилинь, сможешь ли ты меня простить?»

Демиан достал Сердце Духа и сказал:

-Вот, беркут. Пен говорит, что это нам поможет – и передал камень Цилинь.

Она тоже покрутила его в руках, проверила на глаз, но тут Пен очнулся:

-Это связующий камень. Его можно добавить в наушник. Влив в него энергию и представив апонента, можно связаться напрямую, чтобы не тратить время, как на чирацию.

Выслушав Пена, Цилинь сказала, что свяжется с Демианом, но ничего не произошло. Тогда она попробовала с Пеном – аналогично.

-Эта штука не работает. Пен, ты уверен, что этот камень – для связи?

Недоумение, которое высказала Цилинь, повисло в воздухе. Демиан смотрел на полудемона озадаченно, а Пен не знал, что и делать:

«Разве это не Сердце Духа? Я ошибся?»

Демиан стукнул себя по лбу и выхватил камень из рук Цилинь. Затем влил в него энергию и связался с Пеном. Получилось. Тут и до полудемона дошло:

-Значит, он работает только с истинными демонами. Ни с падшими, ни с полудемонами – нет. Вот оно что.

Цилинь, глядя на их «гляделки» и высказывания, сложив руки на груди, отчеканила:

-Исходя из твоего ответа, получается, только ястреб может им пользоваться. И чем он нам поможет, этот камень?

Демиан спросил Пена:

-Что он еще может?

Пен ответил сначала Цилинь, затем уже Демиану:

-Его можно встроить в наушник и Демиан сможет, оповещать меня о том, как, куда, где находиться тот или иной демон, поможет в битве. Это будет, просто, как дополнение. Если я захочу связаться с ним, то сделай, пожалуйста, ту же схему, что и в чирации.

Цилинь начала возмущенно причитать:

-Меня уже даже не берете в расчет…

Но Пен уже отвечал Демиану:

-Этот камень можно расколоть и сделать несколько наушников. Также он может преобразовать…

Пен хотел сказать, что с его помощью можно превратиться в небожителя и обратно, но остановился, вспомнив события прошлого.

«Не хочу разрушать своими руками эти королевства».

Демиан переспросил:

-Что преобразовать?

Глаза Пена забегали по мастерской, но ничего подходящего он не нашел, поэтому ляпнул первое попавшееся:

-Преобразовать лунную сицилию.

Вот здесь уже и Цилинь замолчала. На Пена уставились две пары глаз, ждущих пояснений. Полудемон сохранял внешнее спокойствие, но внутри твердил себе о том, что полный идиот.

-Цилинь, у тебя осталась лунная сицилия?

-Да. Я ее выращиваю.

-Принеси, пожалуйста.

Цилинь ушла за сицилией, а Пен думал, что труп, но отступать и вертеться как уж на сковороде, пока не хотел. Демиан потирал руки в предвкушении зрелища. Пен сказал ему:

-Расколи камень. Мы не будем его весь использовать.

-Как?

-Просто попроси расколоться, пока на три части.

Демиан смотрел сначала на Пена, потом на камень, и обратно, затем спросил:

-А? я плохо слышу? ПОПРОСИТЬ! ТЫ СЕРЬЕЗНО!

«Как же я тебя понимаю. Сам был таким. Но, увы, все верно».

-Да, серьезно и не смотри на меня так.

Демиан вздохнул, но подчинился. С его шока, который отразился на лице, можно было картины писать, но тут Цилинь принесла сицилию и положила на стол. Демиан поставил на нее сверху один из осколков камня. Тут они засияли и Пен изумился:

«Да ладно».

Глава 45

ПОДГОТОВКА К РЕШАЮЩЕМУ БОЮ. ЧАСТЬ 1.

Сияние было сильное, и Пену пришлось закрыть глаза. Когда свет прошел, он, открыв их, уставился на стол. Вместо лунной сицилии и Сердца Духа, на столе лежали наручники. Выглядели они, как те, которые носили полицейские из прошлого Пена, но выполнены из другого материала.

Цилинь с Демианом не решались подойти и потрогать «новый предмет», поэтому Пен решил взять инициативу на себя. Остальные смотрели с нетерпением.

Взяв в руки наручники, Пен ничего не почувствовал, и тогда решил их надеть. Застегнув их на своих руках, он почувствовал слабость и его ноги подкосились. Упав на колени, Пен больше не смог двигаться. Цилинь подбежала к нему и сняла наручники. Обеспокоенным голосом сказала:

-Пен, когда ты надел эту штуку, твоя демоническая энергия полностью исчезла, да и аура стала истончаться.

Демиан согласно кивнул и поднял глаза к потолку, о чем-то думая. Когда Цилинь сняла наручники, Пену стало лучше, он уже мог двигаться. Встав с колен, он оперся на Цилинь. Демиан предложил:

-Беркут, это могут быть оковы бессмертных?

Пен удивился, а Цилинь нахмурилась. После сказала:

-Все может быть. Я считала, что лунная сицилия – это легенда, теперь я уже ничего не могу утверждать.

Пен спросил:

-Что такое оковы бессмертных?

Цилинь посадила Пена на стул, а Демиан принялся объяснять:

-Оковы бессмертных – это редчайший артефакт, который может запечатывать энергию и демонов, и небожителей, неважно, какого ранга. Я только читал об этом, но и то, в той книге было написано, только это. Больше я ничего не знаю.

Вспомнив свои ощущения, Пен кивнул:

-Да, то, что я почувствовал похоже на запечатывание энергии, но и физическая, словно тоже была недоступна. Побочный эффект? Или же дело в том, что я полудемон?

-Возможно. Надо самому проверить.

Не успели Пен и Цилинь опомниться, как Демиан выхватил из рук беркута наручники и надел на свои руки. Как ни странно стоял он ровно, не падал, но энергия и аура и, правда, стали неощутимы. Цилинь сняла с Демиана наручники, и аура снова начала проявляться. Он, как ни в чем не бывало, заходил по мастерской и постукивал пальцами по щеке. Затем сел рядом с Пеном и сказал:

-Это точно оковы бессмертных. Вот и решение нашей проблемы. Заставим Владыку надеть их и все. Победа у нас в кармане.

Пен с Цилинь не разделяли радость информатора. Цилинь сказала:

-Ага, только КАК мы его заставим? Попросим?

Демиан надул губы:

-Попросим. Но не его. А небожителей.

Пен с Цилинь рот открыли, а Демиан продолжил:

-Владыка с Королевой планируют завести еще одного ребенка, но это не точно. Дворец полон слухов. Тем более беременность всегда спонтанна. Если у них получится, то небожители точно нас обнаружат.

Цилинь сложила руки на груди и спросила:

-А с чего ты решил, что они нас обнаружат? Владыка будет сдерживать энергию и может поставить формацию.

Демиан кивнул:

-Это да, но если энергии не хватит? Или формация будет слишком слабой?

Цилинь хлопнула в ладоши:

-Порошок забвения. Так ты, поэтому его просил?

-Да.

-Тогда и, правда, может получиться.

Пен слушал диалог Демиана и Цилинь, но совершенно не мог вникнуть. Все эти термины, какие-то порошки, формации, были сложными для его нервных клеток. Главное сесть на трон и зажить с Цилинь счастливо, остальное пусть решают сами, а Пен будет просто выполнять их указания.

После Демиан ушел, оставив наручники и Сердце Духа на хранение Цилинь. Ведь пока еще никто не ждал нового высшего демона, поэтому и делать ему пока здесь было нечего. Она отдала информатору ящичек с зельями прорыва. Обняв Цилинь на прощание, Демиан исчез. Она села рядом с Пеном и сказала:

-А ты почему не уходишь?

-Да здесь переночую. Моя комната ведь все еще моя?

Цилинь кивнула. Пен положил руку ей на плечо и развернул к себе:

-Что ты решила? Хочешь быть со мной?

Она посмотрела в его обсидиановые глаза и сказала:

-Я не знаю. Для меня это новое, «необжитое» и сложное. Понимаешь, я никогда не была с кем-то и как выстраивать отношения, не знаю. Не умею. Поэтому, давай не будем торопиться. Узнаем друг друга получше.

Пен кивнул, хотя и испытывал разочарование. Он понимал, что для Цилинь это первый опыт и ей морально сложно, но ничего не мог с собой поделать.

-Хорошо. Давай. Хочешь посмотреть на звезды?

-Почему нет. Я приготовила расслабляющий отвар, будешь?

«Лучше чай, но что есть».

-С удовольствием.

***

Прошел год. Жизнь Пена текла размеренно, как вода в ручье. Он работал, тренировался, учился новым приемам и знаниям. Общение, а точнее уже довольно крепкая дружба, как он считал, с Демианом, приносила ему удовольствие. Во время работы Пена, информатор занимался поисками трав, камней и других составляющих компонентов для наушников, зелий, таблеток и пилюль. Пен хотел уйти с работы и помогать Демиану, но демон сказал, чтобы Пен практиковался на подчинении разума не только в ближайшем пространстве, но и расширял диапазон своих сил. Пену оставалось только согласиться. По незнанию, как расширить область контроля разума, Пен обратился к Педро. Ведь настоящий владелец этого тела, должен знать, как это сделать? И он знал. Теперь, после работы, Пен всегда практиковался на расширении своей территории контроля разума. Во время тренировок с Демианом он также пытался научиться и в идеале, довести до совершенства 2 техники - пространственно-временную и двойников. С последним проблем практически не возникало, что не скажешь о первой. Да, после получения истинной формы демона дела обстояли лучше, но как в книге ею овладел Демон Снов у него не выходило. Демиан видел разочарование Пена, но не понимал ее причину. Ведь время он останавливал. Пена печалило то, что пространство никак не меняется. Абсолютно. На что Демиан отмахнулся и сказал, что этого и не нужно. Ведь если все пойдет по плану, можно обойтись только этим. Пен согласился с информатором, но в душе у него поселились сомнения о том, что они проиграют.

С Цилинь они общались по чирации и с каждым новым разговором, их хрупкие отношения, становились все теплее и теплее. Возможно при встрече, она захочет стать его девушкой. Также она делилась успехами своих учеников. Чук стал довольно талантливым алхимиком и зелья прорыва, которые он делал сам, были на высоком уровне и Демиан заказал у него еще. С каждым днем Цилинь не могла не нарадоваться на ученика. Новые практические знания, он схватывал на лету и совершенствовал формулы пилюль и таблеток. Ганс не найдя себе занятий, занимался обычной рутиной – приносил воду, готовил еду, убирался в пристройках, играл, кормил, поил Жасмин, да и просто помогал обитателям Лагеря Душ с самыми разными просьбами. Шен, под руководством Люка и Цилинь достиг неплохих успехов в механике. Он даже помогал делать наушники, поэтому они были уже готовы. В ближайшее время, Пен с Демианом смогут опробовать их. Люк наконец-то сможет вернуться к своей семье и Демиан обещал устроить его на самую оплачиваемую работу в городе. Также спасенная девушка тоже решила начать жить с нуля, и информатор нашел ей работу рядом с семьей Люка. Она, решив отблагодарить градоначальника, пришла в департамент и принесла собственноручно приготовленные пирожки. Бен был ошарашен такой наглостью, но пирожки съел вместе с двойником Демиана. После он сам решил отблагодарить девушку и отправился к ней на работу. Вернулся в отличном настроении и двойник решил дать ему один лишний выходной, зная, что девушка тоже в этот день отдыхает. Как он и думал, Бен пригласил ее на прогулку. Она согласилась. Увидев из окна департамента, как они идут по главной улице и беззаботно разговаривают, подумал, что возможно, в будущем, будет еще одна счастливая семья, семья – которой девушка так несправедливо лишилась.

Валенсия прислала двойнику Демиана письмо о том, что Королева все же забеременела. Это не было шоком, скорее удачным стечением обстоятельств. Валенсия не могла понять только одного – зачем он им сдался? Демиан, если честно, тоже об этом задумывался и пришел к выводу, что это провокация. Или же снова какая-то проверка. Причем всех демонов поголовно. И это настораживало. За эти месяцы придется быть начеку.

***

Валенсия стояла рядом с Владыкой в тронном зале, а Лифан – рядом с Королевой. Зал был полностью забит как людьми, так и демонами. Не было только информаторов. Владыка приказал остальным трем информаторам прочесать окрестности и убедиться в том, что барьер, скрывающий их от небожителей, не ослабел и не дал трещину. Демиану он поручил просмотреть барьер в его городе. Двойник решил помочь коллегам и осмотреть ближайшие окрестности, которые включали и Лагерь Душ. Пен с Демианом в это время тренировались.

Перед собранием, Владыка попросил Валенсию сообщить всем информаторам о такой грандиозной новости. Что, она и сделала. Сейчас же высшие демоны делились этой новостью с остальными демонами и людьми. Услышав, эту радостную весть, в тронном зале поднялся такой гул, что Валенсии пришлось закрыть уши. Рассматривая толпу, она увидела одного юношу. Он тоже хлопал и поздравлял высших демонов, но аура его была очень чистой и сверкающей, больше похожей на небожителя, чем на человека. Валенсия посмотрела на Владыку. Его взгляд был прикован к тому юноше.

«Интересно. Надо будет понаблюдать за ним. Может получиться привлечь его на нашу сторону? Владыка, что же ты задумал на самом деле?»

Глава 46

ПОДГОТОВКА К РЕШАЮЩЕМУ БОЮ. ЧАСТЬ 2.

Еще через месяц, Демиан с Пеном отправились в Лагерь Душ для опробования наушника. В мастерской находились Цилинь и Шен. Цилинь протянула демонам по наушнику. Выглядел он как современный, на что Пен подумал, будто механики видели наушники раньше. Но этого же не может быть, верно? В нем была выпуклость, для Сердца Духа. Демиан расколол камень для нужного размера, и они вставили в свои наушники по камушку. Свой наушник Цилинь пока не стала использовать. Она его уже опробовала, им покажет уже после. Когда Демиан связался с Пеном по Сердцу Духа, то не потратил почти никаких сил. Также Шен с Цилинь усовершенствовали связь через демоническую энергию. Наушник не будет раскладываться, как чирация, а просто выдвинется прозрачная изогнутая трубочка. Вот тут Пен уже точно выпал из реальности. Это была, что ни на есть современная технология! Как они смогли так быстро добиться такого результата? Такого же не может быть! Еще Пена мучили сомнения по поводу некоторых элементов современности - рюкзаки, палатки, сумки-холодильники - но он списывал все на черный рынок, который, похоже очень охотно, сотрудничает с Рамом.

Озвучив свои вопросы, Демиан, Цилинь и Шен начали возбужденно и наперебой объяснять полудемону порядок выполнения наушника, из-за чего Пен не выдержал и закричал на них. Шен пристыжено опустил голову, Цилинь сложив руки на груди, отвернулась, видимо обиделась, а Демиан начал объяснять на пальцах и своему чертежу, что, где и как прикручивается, куется, плавиться и смазывается. Пен понял практически все, что рассказал ему Демиан, поэтому не удержался от вопроса:

-Демиан, почему ты не механик? Ты же все знаешь?

Демиан пожал плечами:

-Ответ до жути банален – не хочу. Возиться с шестеренками, смазками, и остальными атрибутами, мне лень, а вот составлять чертежи – это можно. Было бы у меня свободное время, открыл бы школу механики. Учитель, я очень даже прекрасный.

Пен хлопнул его по плечу:

-С этим не поспоришь. Когда я подарю тебе свободу, обещай, что позовешь на обед в свою школу. Мы с Цилинь обязательно зайдем, вместе с ребенком.

-Эй, каким еще ребенком! Даже не мечтай! – Цилинь залилась краской, а Шен улыбнулся. Пен с Демианом рассмеялись. Демиан тоже хлопнул Пена по плечу:

-Обещаю. Первыми мои труды увидите вы.

Пен во время тренировок рассказал Демиану о том, что хочет быть с Цилинь. Демиан не видел в этом ничего плохого, если она тоже согласна. Пусть решают сами.

Шен, увидев, что атмосфера разрядилась, спросил:

-Господа, не хотите посмотреть на мой механизм?

Демиан с Пеном кивнули. Шен сбегал в пристройку и принес оружие. У Пена отвисла челюсть.

-Это пушка смерти, - так Шен назвал самый настоящий револьвер. Полностью современный револьвер.

«Пистолет! Да как он его сделал!»

А Шен тем временем продолжил:

-Через это отверстие – он указал на дуло – можно стрелять демонической энергией или какой-то техникой. Пусть она и не убьет бессмертных, но может пробить барьер и нанесет урон.

Как бы Шен не хотел сделать оружие, убивающее бессмертных, у него не получалось. Тогда он решил ограничиться этим. Но если бы он знал про свойства Сердце Духа, то точно бы сделал такое оружие.

Демиан выхватил из рук Шена револьвер и потрепал падшего демона по голове. Цилинь рассказала жителям Лагеря Душ про Демиана и его планах по революции. Ганс, Шен и Чук видели Демиана во дворце и даже поддерживали теплые отношения, но им и в голову не могло прийти, что он информатор. Они решили помогать тем, чем могут. Чук – зельями, Шен – оружием и наушником, Ганс – поддержкой.

Пен, смотря на Демина с револьвером и с улыбкой до ушей, понял, что правильно сделал, не рассказав тому все про Сердце Духа. Хоть он и доверял Демиану, по-настоящему, как и Цилинь, но он был очень умен и стратегически настроен. Также его амбиции не знали границ. Ведь даже самый светлый гений, может стать кровавым безумцем, дай ему в руки абсолютно всю власть. А Демиан был явно не светлым гением.

Когда Пен вышел из своих мыслей, увидел, что Демиан протягивает ему револьвер.

-Держи. Он твой. Пусть он и не убьет бессмертного, но в битве с Королевой и ее детьми поможет.

Пен слегка скривился, но взял револьвер. Демиан рассказал ему, что Королева все же забеременела и их план с внедрением небожителей стопроцентно сработает. С того момента, Пен считал каждые дни до бойни. Ведь тогда, он снова станет убийцей, чудовищем. Каким бы жестоким и кровавым не было убийство Владыки, его не волновало. Лишь бы сдох поскорей. Но другие высшие демоны ему ничего плохого не делали. Королева, Люцифер и Вельзевул были всего лишь несчастными жертвами в их планах. Конечно, Пен понимал, что эти жертвы необходимы, но осадок, как бы он, ни храбрился и, ни говорил о том, что не будет больше, ни о чем сожалеть, никуда не девается.

Попросив Шена понаправлять его, в стрельбе из револьвера, Пен вышел в лес. Шен рассказал, что надо сделать и поставил на себе барьер. Пен прицелился и стрельнул в Шена. Резкий и мощный поток демонической энергии пробил насквозь барьер Шена и угодил в деревья, повалив целый ряд на 10 метрах точно. Пен был удивлен такой сильной атаке, а Шен, подбежал к нему и повис на руке с горящим взглядом и счастливой улыбкой, прося повторить снова. Пену пришлось согласиться, ведь эта «липучка» не отстала бы ни за что.

***

В это время Демиан попросил Цилинь принести ему еще зелья прорыва. Когда она ушла к Чуку за зельями, Демиан взял лунную сицилию, которую сорвал с лечебного огорода Цилинь и сделал наручники. Спрятав их в свое пространственное кольцо он, взяв зелья, отправился в город к двойнику. Рассеяв его и заняв свое место в департаменте, принялся ждать ночи. Ночью он пробрался во дворец в спальню Валенсии. Советница была на седьмом небе от счастья, увидев Демиана. Он быстро передал ей наручники, сказав спрятать в надежном месте. Она взяла их и спросила:

-Мой господин, что это?

Демиан дотронулся до ее лица и провел большим пальцем по щеке:

-Это, моя госпожа, наше совместное будущее. Скоро мы станем свободны.

Валенсия прижалась щекой к руке Демиана и обхватила его запястье своими руками.

-Да. Наконец-то. Как же долго я этого ждала.

Демиан привлек Валенсию к себе и поцеловал. Ее губы приоткрылись ему навстречу. Вдыхая аромат тела Валенсии, держа ее в руках и чувствуя вкус губ на своих, Демиан понял, что уже давно соскучился по этим ощущениям. Хотелось большего, да и его тело этого там отчаянно требовало. Но рисковать было нельзя. Порыв возбужденности пройдет, нужно лишь немного подождать. Но если сейчас поддаться ему, проблемы будут грандиозные. Демиан итак уже ждал, казалось, что вечность, теперь его терпению подошел конец.

Отпустив Валенсию, он обнял ее на прощание и ушел. Советница смотрела ему в след и сжимала наручники.

«Скоро все закончиться и я буду счастлива».

Глава 47

ПОДГОТОВКА К РЕШАЮЩЕМУ БОЮ. ЧАСТЬ 3.

Месяцы бежали один за другим, и вот настал тот период, когда Демиану нужно было накормить информаторов и высших демонов порошком забвения. Чук с Цилинь поработали на славу, и порошок получился отменный. Забрав его и две пилюли с противоядием, Цилинь с Чуком поинтересовались, для кого нужна вторая пилюля. Демиан рассказал про Валенсию и ее роль в их деле. Цилинь была знакома с ней, но тесно они не общались, соблюдая только формальности. Чук ее никогда в глаза не видел, но узнав, что она как крыска, им помогает, зауважал ее. Ведь не каждый может быть мятежником и за спиной предавать главного демона, от которого у всех низших демонов мороз бежит по коже, от одного только его упоминания.

Попрощавшись с падшими демонами, Демиан взял у Ганса пироженные, которые просил его приготовить, для своей задумки. Посыпал их порошком забвения и отправился во дворец. К тому времени Валенсия должна была уже сообщить Зену, Балору и Кирону о том, что нужно кое-что обсудить вдали от посторонних глаз и ушей.

Когда Демиан зашел в один из залов придатка дворца, все четверо уже сидели на полу и ждали его. Рядом с ними стоял маленький столик. Демиан знал, что жители придатка дворца живут в суровых условиях, но не думал, что настолько. Здесь было холодно, грязно, пусто, кроме стола не было ничего. В душе удивляясь, как люди работают и не заболевают, Демиан поставил поднос с пироженными на стол и поприветствовал информаторов. Они, как ни странно, тепло его поприветствовали в ответ. Демиан усмехнулся, в душе ликуя над этой маленькой победой. Сев рядом с Валенсией и Балором, он сказал:

-Я позвал вас сюда для того, чтобы от всей души поздравить Владыку, Королеву и принцев со скорым появлением на свет еще одного высшего демона. Поэтому, я попросил своего повара приготовить любимые пироженные наших правителей. Давайте же вместе поздравим их с таким великим событием.

Зен, подперев подбородок указательным пальцем левой руки, поинтересовался:

-Демиан, почему же сам не хочешь поздравить их? Ведь это ты придумал?

-Старший, я хочу, чтобы Владыка увидел, что мы все очень рады появлению нового демона. Если я пойду один, не вызовет ли это ненужные вопросы у Владыки? Если вы думаете, что они отравлены, я с Валенсией, сейчас их попробуем при вас, и вы сами убедитесь, что я действую только их добрых побуждений.

Демиан с Валенсией съели по одному пироженному, приготовленных Гансом. В течение часа с ними было все в порядке, поэтому информаторы расслабились и тоже решили попробовать их. Убедившись, что все отлично, они согласились с Демианом и оправились поздравлять высших демонов. Королева и принцы были в восторге, а Владыка даже выразил благодарность всем информаторам и Валенсии, за такой прием. Когда обмен любезностями был окончен, Демиан передал Валенсии противоядие.

Порошок забвения является своего рода ядом для демонов. Действует он медленно и скрытно, но поражает абсолютно все каналы. С каждым днем, он будет высасывать демоническую энергию по крупицам, но эти крупицы никаким образом не восстанавливаются. На самочувствие он никак не влияет. Поражение идет так скрытно, что заметить его можно только через две недели, после принятия. А это уже довольно длительный срок и противоядие не сработает. Ничего уже не поможет. Да и к тому времени, когда они заметят, Королева уже родит, и будет совсем не до этого.

***

В мастерской находились Пен, Цилинь, Шен, Чук и Демиан рассказывал им о том, что порошок забвения начинает действовать – на барьере поставленным Владыкой, появляются микротрещенки. Невооруженным глазом их не увидеть, но приспособлением сделанным Цилинь и Шеном, очень даже. Чук с Шеном были так увлечены рассказом, что после увели Демиана в помещение с зельями и начали закидывать его всевозможными вопросами и показывать свои творения в сферах механики и алхимии. Цилинь с Пеном вышли на улицу. Потянувшись, она размяла рукой шею и сказала Пену:

-Уже со дня на день начнется наша месть. Готов?

-Куда я денусь. Конечно.

-Я тоже отправлюсь с вами. Буду сраж…

-Ты останешься здесь.

Цилинь посмотрела на него так, что у него по спине побежал холодный пот.

-Почему? – от резкости и холода ее тона, Пен опешил. Шен и Чук рассказывали, что Цилинь бывает довольно строгой и даже жестокой, но Пен не верил в это. С ним она всегда была более чем мягкой.

-Ты падший демон. Энергии в тебе мало, и ты можешь ненароком погибнуть.

Цилинь аж все затряслась от злости:

-ХОЧЕШЬ СКАЗАТЬ, ЧТО Я ОБУЗА?

Цилинь пошла на него с кулаками и Пен пятился, назад подходя к дереву:

-Нет, просто я волнуюсь за тебя. Если ты случайно погибнешь, кому от этого польза?

Но Цилинь не убедили его слова:

-Я БОЛЕЕ ЧЕМ ПОНИМАЮ СВОЕ ПОЛОЖЕНИЕ И ВСЕ РИСКИ! ДУМАЕШЬ, Я БЫ ВЫПЕНДРИВАЛАСЬ, ЕСЛИ БЫ БЫЛА НЕ ПОДГОТОВЛЕНА?

Пен тоже не сдержался:

-ДА ПОЙМИ ТЫ, Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ И НЕ СОБИРАЮСЬ ПУСКАТЬ В ЭТУ ЗАВАРУШКУ! ЕСЛИ ТЫ ОСТАНЕШЬСЯ ЗДЕСЬ, МНЕ БУДЕТ СПОКОЙНЕЕ, ДА, ЕСЛИ ЧЕСТНО, БУДЕШЬ ТОЛЬКО ПОД НОГАМИ МЕШАТЬСЯ!

Цилинь с неистовыми криками, начала наступать на Пена, уже образуя в ладонях шар из энергии. Он спрятался за деревом.

«Да, уж, приплыли. Остановить ее может только это».

Пен со скоростью молнии придавил Цилинь к дереву и впился в ее губы своими, придерживая ее одной рукой за талию, другой за голову. Она невольно ойкнула, но ответила на поцелуй со всей нежностью, рассеяв энергию, и тоже обхватила его руками за голову. Желание, охватившее их двоих в этот момент начало переливаться искрящейся на телах энергией.

-Что у вас там происх…о – Демиан, вместе с Чуком и Шеном услышали крики, и вышли посмотреть. Демиан покачал головой и с тихим смехом приложил ребро ладони ко лбу. Чук так удивился, что закрыл рот рукой, а Шен со сложенными перед собой руками, наслаждался зрелищем. В это же время пришел Ганс с ведрами с водой. Увидев картину, пожал плечами и пошел к пристройке поставить ведра.

Когда Пен с Цилинь наконец-то оторвались друг от друга, все уже разошлись по своим делам. Они подозревали, что между Пеном и Цилинь что-то есть, но не думали, что они начнут целоваться при всех. Спасибо, что только этим ограничились. Но они их не винили – ведь на кону решающий бой, всякое может случиться. Пусть насладятся друг другом хотя бы сейчас.

Когда Пен поцеловал Цилинь, тоже начал ощущать ее энергией. Цилинь говорила про некую ниточку и не врала. Он видел эту нить. Она была полупрозрачная и серебристая.

Отойдя от нее, Пен сказал:

-Прости, не знал, как по-другому тебя успокоить. Пойми мои слова, пожалуйста, я не хочу тобой рисковать и боюсь потерять. Ведь Ганс, Шен и Чук тоже не идут, побудь с ними, прошу. Ради меня.

Цилинь пристыжено опустила голову. Она снова думала только о себе и гнула свою линию. Ведь если рационально подумать, то Пен был прав. Она всегда была одна и, поддерживал ее только Демиан, да и то она не воспринимала его как партнера, только как друга или соратника. Цилинь уже и не знала, кто он был для нее. Но Пена она видит своим любимым. У нее появилась поддержка и опора. Она всегда была сильной, но может, наконец, появилась возможность немного расслабиться?

Она кивнула:

-Ладно. Будь, по-твоему. Сейчас нужно подготовить все необходимое. Позже увидимся.

-Хорошо.

***

Вечером сидя на кровати в восточной пристройке в своей комнате, Пен решил вспомнить, чему его научил Демиан. Конечно, времени было немного, поэтому и техник мало, но Демиана устраивал и такой расклад. Самое главное удержать Владыку, остальное сделают небожители. С Королевой и принцами поможет порошок забвения и револьвер Шена. Также самая нужная техника – высасывание энергии. Демиан ей не владеет, но Валенсия переписала и ее тоже, для Пена. Сначала она была скрыта, но после, когда Пен овладел пространственно-временной техникой, Демиан открыл ее в книге. Она была очень легкой, в сравнении с пространственно-временной, или же с двойниками. Пен не стал спрашивать, почему информатор ей не владеет (думая о том, что она под силу только высшим демонам), а молча, изучил и овладел.

Пространственно-временная техника была на базовом уровне, написанная в книге, а оригинальный Демон Снов довел ее до совершенства. Пен же совершенно не знал, как ее доработать, поэтому пришлось ограничиться этим. Педро тоже не смог ему помочь. Также он научился обращаться с оружием – это сабля и револьвер. Демиан придумал наделить саблю молниями Пена. Получилось неплохое оружие. Еще он овладел техникой двойников и его контроль разума достиг охвата десяти километров, что, довольно, неплохо. Барьер была самой первой техникой, какой он научился, еще тогда, когда тренировался с Гансом. Затрачивает она мало сил, и овладеть ей можно после прорыва обеих рук. Формациями он даже учиться не стал. Они слишком сложные и за около двух лет им не обучишься. Если они выиграют бой, то после, может быть, и до них дело дойдет.

«Подготовился я. Но хорошо ли? Демиан мне не поможет, а будет только направлять. Исход боя будет зависеть от меня. Придется постараться. Ради Цилинь и нашего будущего. Хоть мы и любим, друг друга, она так ничего и не ответила. Может оно и к лучшему. Я же не из этого мира. А если я проснусь в своей квартире в Москве, буду ли скучать по ней? А она по мне? Не хочу об этом думать! Сейчас я здесь, а не там. Нужно наслаждаться каждой минутой с ней!»

Поток мыслей Пена прервал скрип открывающейся двери. Пен даже не удивился, когда увидел Цилинь. С самого первого дня, она позволяла себе что заблагорассудиться. Да и энергией он теперь ее чувствовал. Но за маской сильной, независимой и несносной женщины, скрывалась потерянная, испуганная и обиженная на жизнь маленькая девочка, которая хотела любви и понимания. Она, молча подошла к кровати Пена и села на край, держа в руках какую-то книжку. Пен сидел на другом краю и тоже молчал, боялся спугнуть. Цилинь опустила голову на книжку и сказала:

-Можешь, почитать мне?

Пен медленно приподнялся и посмотрел через ее левое плечо на книжку. На обложке было написано – «СКАЗКИ». Это было неожиданно:

-Сказки? Почему именно их?

-Днем я ходила гулять и увидела человека, который торговал книгами. Мне стало интересно, и я купила одну. Тем более название мне понравилось. Сказки. Наверное, это что-то магическое.

Пен помрачнел. Ведь у Цилинь не было детства. Она пришла в мир демонов и сразу стала советницей. Так откуда ей знать, что такое сказки? Да и Пену в детстве их читала только бабушка, которая умерла, когда ему было семь. Потеряв человека, который его по-настоящему любил, Пен закрылся в себе и был пай мальчиком, лишь бы в других людях найти еще одного такого человека. Который бы его любил. И нашел, но не в своем мире, а в чужом. Обычные персонажи, по сути своей чернила, стали для него теми, кто его любит, и кого любит он. Мать Педро, Рам, Ганс, Цилинь и Демиан. А также Шен, Чук и Жасмин. Все они стали для него дорогими и нужными – родными, – которых он лишился, и обрел снова.

Чувствуя, как к глазам приливает влага, Пен начал быстро моргать.

-Я почитаю. Давай книгу.

Но Цилинь никак не отреагировала и продолжила сидеть, опустив голову. Затем, тихо сказала:

-Обними меня. Пожалуйста.

Пен аккуратно обнял ее со спины, как она, когда он напивался в баре. В этих, казалось бы, обычных объятия не было ничего такого, но для двух демонов, они были спасением их заблудших и израненных душ, которые находились в их телах. Цилинь положила свои руки на руки Пена и начала говорить, закрыв глаза:

-Я готова. Давай будем парой. Хочу прожить с тобой столько, сколько мне еще отведено из-за выжженных каналов. Не хочу больше быть одна.

Она немного повернула торс и, открыв глаза, посмотрела на Пена:

-Я люблю тебя.

Пен коснулся лбом ее лба:

-Я тебя тоже, очень сильно люблю. Почитать тебе сказки?

Цилинь улыбнулась:

-Угу. Хочу послушать.

Оторвавшись друг от друга, Пен с Цилинь сели на кровати, прислонившись спиной к стене. Цилинь, положив голову на плечо Пена, слушала сказки. Когда он уже начал зевать, то взяла книгу в свои руки и сама начала читать, а Пен положил голову ей на колени, смотрел в потолок и слушал мелодичный голос Цилинь, который убаюкивал. Она нежно гладила его волосы одной рукой, держа в другой книжку. Когда Пен заснул, Цилинь, положила его голову на подушку и легла рядом. Подложив под щеку руки, она слушала размеренное дыхание Пена и тоже заснула. Впервые, за все эти годы, после встречи с Пеном, без отвара. Было так спокойно и уютно, что она даже не просыпалась до утра.

Глава 48

НАКОНЕЦ-ТО ЭТОТ ДЕНЬ НАСТАЛ.

Через два дня, Демиан с Пеном отправились в столицу. Цилинь отдала каждому по несколько таблеток зелья прорыва, на всякий случай. Чук придумал, как сделать такие таблетки. У него ушел не один месяц на эксперименты, но результат того стоил. Они были маленькими и легкими, в отличие от прошлых зелий. Демиан спрятал таблетки в свое кольцо, а Пену Цилинь отдала свой браслет. Он положил туда таблетки, револьвер, саблю и наручники. Попрощавшись со всеми жителями Лагеря Душ, демоны отбыли. Шен и Чук, увидев, как с уходом этих двоих Цилинь погрустнела, принялись ее утешать. Бывшая советница обняла их и подумала, как же ей повезло их встретить. И все благодаря ястребу. Она решила побыть с Шеном, Чуком и Гансом, поэтому, вместе с последним, хотела приготовить пирожки и бутерброды. Но Ганс, мягко проводил ее прочь, после целой партии полностью обугленных пирожков. Не зная чем себя занять, Цилинь решила прогуляться с учениками. Когда они вернулись из леса, с полной корзинкой трав и цветов, Ганс уже все приготовил. Он расстелил старое покрывало на траве, рядом с деревом, поставив на него еду и кружки с водой. Жасмин, тоже уже облюбовала край покрывала, свернулась на нем клубком, рядом с сидящим Гансом. Шен погладил Жасмин и сел рядом. Она перебралась к нему на колени. Чук и Цилинь тоже сели, оставив корзинку за пределами покрывала. Уплетая пирожки и болтая обо всем на свете, Цилинь была счастлива, вот так посидеть в такой компании. Своей семье. Теперь она уже была полностью в этом уверена. Не хватало только Демиана и Пена. Вспомнив о них, она помрачнела и повернула голову к стволу. Нехорошее предчувствие не отпускало ее. Может, дело было в ее мании все контролировать или дело в другом? От гнетущих мыслей ее освободил радостный смех, который разнесся по Лагерю. Цилинь тоже улыбнулась и потянулась за новым пирожком, отбросив свои сомнения и тревоги.

***

Пен, изменив внешность, пока находился на самом отдаленном краешке столицы. Демиан поселил его в гостиницу, и полудемон сидел там тише воды, ниже травы. Демиан отправился во дворец. Ведь со дня на день Королева родит и нужно готовиться к вторжению небожителей. Когда все начнется, он за ним придет. Наушник Пен не вытаскивал из уха, боялся забыть про него. Демиан свой хранил уже давным-давно в кольце.

Эти дни Пен был, как на иголках, переживая о том, что его обнаружат. Ходил взад вперед по комнате, пока другие постояльцы не пожаловались на постоянные раздражающие их шаги, которые было слышно и на нижних этажах, и на верхних. Из чего была сделана эта гостиница, а точнее сарай на несколько этажей, Пен не знал и злился. Сев, от негодования на пол, он принялся считать в уме. Успокоившись, решил заняться делом, а именно, заснуть и начать влиять на разум демонов. Пусть пока еще не ночь, нужно подготовиться. Чем больше демонов он «заставит» работать на них, тем больше шансов на победу.

***

Демиан, вернувшись во дворец, был все время с высшими демонами, информаторами и двумя советниками. Это томительное ожидание и нахождение в логове змей, угнетало и перекрывало воздух. Хотелось или сбежать, или всех перебить. Радовало только то, что никто не подозревал Демиана в порошке забвения. Либо же они полные идиоты, верящие ему безоговорочно, либо же, как серые кардиналы, которые вынашивают свой план, молча. От последнего Демиан был начеку и подбирал каждые слова, чтобы прощупать почву. В чем была проверка с беременностью Королевы он так и не понял. Вроде ничего не менялось, прибавлялся только живот, и приближалось время для родов.

«Может, я много ненужного надумываю? Просто из-за постоянных измен с двух сторон, они решили заново скрепить свой союз? Да какая разница? Мне все происходящие для исполнения плана замечательно подходит. Потерпи, осталось недолго и я им за все отплачу».

***

Прошло еще полтора дня. Пен затуманил разум где-то половине демонов, но этого было мало. Нужно еще. Только он хотел этим заняться, как появился двойник Демиана и сказал:

-Пора. Небожители уже прибывают.

Пен вздохнул.

«Вот и все. Настал этот день. Победа или проигрыш. Начнем игру».

-Но еще мало демонов под моим контролем.

Двойник Демиана сказал:

-Ничего. Справимся и так.

-Хорошо – Пен с двойником Демиана оправился через камень телепортации во дворец.

***

Когда у Королевы начались роды, Владыка приказал всем поддерживать барьер вместе с ним. Но сил всех информаторов, советников и Владыки немного не хватило, и энергия прорвалась через барьер. Демиан был счастлив увидеть шокированное лицо Владыки, который не смог удержать барьер без трещин. Это стоило того, чтобы так заморочиться, и все эти годы готовиться. Наконец-то он будет пожинать плоды. После родов, Владыка сразу позвал какого-то Сема. Валенсия, отойдя с Демианом немного назад, пояснила, что это человек, который имеет ауру небожителя. Она хотела перетянуть его на их сторону, но он был непоколебим и безоговорочно верен Владыке. И внушение на него не работало, с таким она столкнулась впервые. Теперь Демиан начал что-то понимать. Этот Сем, был страховкой. Отвлекающим маневром. Может ли быть такое, что только из-за него и было все это и спланировано?

«Владыка рассказывал, что задолжал Владыке Неба кое-что, поэтому они нас и преследуют. Он хочет откупиться этим мальчиком?»

Это было интересно. Когда в комнату вошел взмыленный Сем, Демиан воочию увидел его ауру, искрящуюся белым ореолом.

«Никогда не видел таких людей. Надо будет по возможности, приглядеть за ним».

Когда новорожденную отдали Сему, Владыка приказал всем готовиться к войне. Первым делом нужно было приставить демонов, чтобы обезопасить, Сема, потом заточить всех людей, чтобы не мешались под ногами. Валенсия с Лифаном отправились к комнате Сема, попутно собирая других советников. Информаторы - искать придворных демонов, чтобы они собрали людей. Пока был такой хаос, Демиан создал двух двойников и заглотил все таблетки разом. После будет некогда. Отправив их пока подальше отсюда, вернулся к высшим демонам. Остальные информаторы тоже потихоньку собирались. Когда все восемь демонов собрались вместе, Владыка сказал:

-Я пойду сражаться с небожителями, а вы – обращаясь к информаторам – останетесь защищать мою семью.

Демиан спросил:

-Владыка, нужно чтобы Королева и принцы были в безопасности. Зачем им оставаться здесь?

Остальные информаторы закивали:

-Затем, чтобы вы все спрашивали. Здесь стоит формация и небожители ее не пройдут. Она только для демонов. Так что им здесь безопаснее всего.

-А как же Семуэль? Он вместе с вашей дочерью. Почему вы отослали их туда?

Владыка уже начинал злиться:

-Демиан заткнись и делай, что я говорю!

-Слушаюсь, Владыка. – Но и Балор, и Кирон, и Зен были озадачены таким поведением Владыки. Ведь Демиан верно говорит, почему Владыка так реагирует? Что вообще происходит?

После Владыка ушел, оставив всех в недоумении.

***

Пен с двойником Демиана прибыли рядом с придатком дворца и увидели летящую «стаю» воинов с белыми крыльями. Влив энергию в глаза, Пен ближе разглядел своих потенциальных сотрудников. Сначала летел самый статный небожитель (Пен подумал, что это и есть Владыка Неба), за ним шестеро других (Похоже, Военные Стражи), а уже за ними остальные. Пен перевел взгляд на дворец. Владыка уже ждал их, вместе с внушительной толпой демонов.

Пен быстро глотнул несколько таблеток, достал саблю и принял форму демона. Двойник Демиана ушел, чтобы позже помочь ему продвигаться. Создав на руке небольшой призрачный шар и влив в саблю молнии, что она заискрила, отправился к Владыке.

Глава 49

КТО ЖЕ ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ. ЧАСТЬ 1.

Первым делом, Пен решил сделать двойника сразу, чтобы потом не замарачиваться. Отправив его подальше от столицы, он принялся выжидать своего часа, наблюдая со стороны, подавив свою ауру и используя скрытность, которой научился у Демиана. Информатор во время обучения показал несколько уловок по скрытности. Было довольно занимательно.

Вместе с Владыкой Деминов было большинство придворных и охранники, также несколько советников, но нигде Пен не нашел информаторов и остальных высших демонов. Влив энергию в уши, он решил послушать, что происходит, и связаться с двойником Демиана. Информатор сказал, что наушник будет у него, для надежности.

«Демиан, где все остальные высшие демоны?»

«Они в замке. Настоящее тело тоже там, вместе с остальными информаторами».

«Когда нужно будет послать моего двойника?»

«Пока рано. Я тебе сообщу. Придерживаемся плана дальше».

«Понял».

Пока Пен разговаривал с двойником Демиана, небожители уже прилетели и опустились рядом с демонами. Атаковать пока никто не собирался. Повисла напряженная тишина. Нарушить ее решил Владыка Демонов:

-Змееносец, давно не виделись. Все-таки нашел меня и разрушил барьер. Какая жалость.

Владыка Неба проигнорировал ребячество демона и сказал:

-Лючио, пришло время ответь за свои грехи.

Владыка Демонов хохотнул:

-Грехи. Как высокопарно. Будто у тебя, святоша, их нет. То, что ты – Владыка Неба, еще ни о чем не говорит. Ну да это все прелюдия. Как ты и сказал, я готов искупить свои грехи. Давай разойдемся мирно. Эта война никому не нужна. Я отдам тебе то, что отобрал.

Владыка Неба был удивлен. Как в прочем и Пен.

«Что? Войны не будет? Тогда зачем мы столько лет готовились?»

Владыка Неба снова принял безэмоциональное лицо и спросил:

-Лючио, что ты предлагаешь?

Владыка Демонов указал своим пальцем на ту часть дворца, где находились Сем и Льен.

-Там находится человек с аурой небожителя. Он может стать твоим новым ребенком. Также можешь забрать и мою дочь, и делать с ней что захочется. Вот моя плата.

Владыка Неба лишился дара речи. Стражи молчали и косо смотрели на демонов. Младшие небожители возмущенно стали перешептываться, но некоторые искоса поглядывали туда, куда указал Владыка.

-Ты…Лючио, ты предлагаешь их вместо себя? Это низко даже для тебя. – Владыка Неба был в ярости.

Владыка Демонов махнул рукой:

-Да брось. Соглашайся. Это же такой выгодный вариант! Или хочешь бойни?

Пен не знал, что и думать.

«Если Владыка Неба согласиться с моим отцом, то потеряет лицо перед своими подчиненными, если откажется – то может лишиться их. Что он выберет? Свою гордость или жизни небожителей?»

Владыка Неба, даже не сомневаясь ни секунды, ответил:

-Я отказываюсь от предложения – и первым налетел на Владыку Демонов. Тот поставил щит-барьер, пытаясь отгородиться. Полетели такие искры, что занялся пожар. Остальные тоже начали схватку. Когда Владыка Демонов хотел остановить время, Пен появился, словно из неоткуда, и техника Владыки развеялась. Оба Владык уставились на него, а Пен сказал:

-Ну, здравствуй, отец.

***

Валенсия с Лифаном находились у двери в комнату, в которой были Сем и Льен. Также с ними было еще трое советников. Остальные распределились по периметру замка, с отрядами придворных. Вдруг что-то громыхнуло и из угла послышались крики и взрывы. Пятеро обернулись, и Валенсия сказала:

-Я пойду, проверю, что там.

Лифан кивнул:

-Будь осторожна. Если что, сразу зови.

-Да.

Валенсия скрылась за углом и поспешила на звуки. Пожар уже занялся и начал поглощать замок. Крики доносились, словно, отовсюду, но советнице было на них плевать. Она увидела Демиана, который сказал ей:

-Валенсия, пора действовать. Ты знаешь, что надо делать – и исчез.

Валенсия сделала двойника и отправила ее за наручником, который был надежно спрятан. Сама же отправилась к советникам.

-Нужно готовиться к сражению. Пока мы выдерживаем осаду, но, возможно, скоро враги прорвутся. Начинается пожар. Давайте выведем людей.

Лифан отрицательно покачал головой:

-Некогда о них думать. Надо выполнить задание.

Остальные согласились с Лифаном. Валенсии оставалось только принять их позицию и надеяться на Демиана. Но на душе у нее появилась горечь.

***

Владыка Демонов не мог поверить своим глазам:

-Я видел, как ты умер! Почему ты здесь!

Пен был обескуражен.

«Владыка наблюдал за Педро? Видел, как умер? После того, как я ушел из деревни… Демиан постарался? Вот почему меня никто не искал и не знал обо мне. Все были уверены, что я мертв. Как совсем разберусь, уточню у него детали».

-Это неважно.

Владыка Неба с интересом разглядывал Пена и спросил:

-Если ты ребенок Лючио, то почему помогаешь мне?

-Я полудемон, а такие отбросы, как я ему не нужны – Пен указал на Владыку Демонов. Стражи, советники и остальные демоны, и небожители, сражаясь, начали посматривать, что происходит со «знатью». Владыка Демонов усмехнулся:

-И что же ты хочешь, сын?

Пен скривился в дьявольском оскале:

-А сам, как думаешь?

Владыка с рыком набросился на Пена, но Владыка Неба поставил барьер на них двоих, а Пен выставил саблю с молниями перед собой и отразил атаку. Раздался взрыв и Пен крикнул Владыке Неба:

-ГОСПОДИН, ПРИКРОЙТЕ МЕНЯ, Я ЗНАЮ, КАК ЕГО ОДОЛЕТЬ! ВОТ, ДЕРЖИТЕ И СПРЯЧЬТЕ ПОКА! – Пен передал Владыке Неба наручники. При их виде он изумился:

-ОТКУДА У ТЕБЯ ОКОВЫ БЕССМЕРТНЫХ? – Владыка Неба не спешил доверять незнакомцу, но он защитил его от пространственно-временной техники Владыки Демонов. Также, исходя из того, что он - принц демонов – рушить будущее мирное сосуществование не хотелось.

-ДОЛГО ОБЪЯСНЯТЬ! ПОЙМИТЕ ОДНО, Я ВАМ НЕ ВРАГ! ДАВАЙТЕ ПОКА ДОВЕРИМСЯ ДРУГ ДРУГУ.

Дым и молнии начали рассеиваться, и нужно было быстрее принимать решение.

-ХОРОШО.

-ИЗМОТАЙТЕ ЕГО, А ЗАТЕМ, ОДЕНЬТЕ ОКОВЫ.

Владыка Демонов снова начал атаку и Владыка Неба, быстро кивнув, атаковал в ответ. Пен присоединился. Атаки градом посыпались на Владыку Демонов, но он не отставал и отражал их с молниеносной скоростью, совершенно не уставая. Когда Пен хотел нанести удар, услышал голос Демиана:

«Пора начать охоту».

Глава 50

КТО ЖЕ ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ. ЧАСТЬ 2.

Пен «отправил сигнал» двойнику, и сосредоточился на битве, задаваясь вопросом, почему его отец не отступает от противников и не спасает свою шкуру? Что он пытается доказать? Владыка Неба, увидев задумчивый взгляд своего «соратника», сказал:

-НЕ ОТВЛЕКАЙСЯ.

Владыка Демонов расхохотался:

-ДА, НЕ ОТВЛЕКАЙСЯ, С-Ы-Н-О-К. ПАПОЧКА ЕЩЕ МНОГОМУ ТЕБЯ НЕ НАУЧИЛ.

«Почему он не слабеет? Я уже начинаю уставать».

Оставив на несколько секунд Владыку Неба с отцом наедине, Пен принял оставшиеся таблетки. В голове раздался голос Демиана:

«Активируй подчинение сознания».

Пен сделал, как велели. Раздались крики и подчинившиеся ему демоны стали атаковать своих собратьев. Небожители воспаряли духом и начали наседать с удвоенной силой. Двум Стражам удалось победить советников и прийти на выручку своему господину. Владыка Неба кинул одному Стражу оковы бессмертных, и сказал:

-СТРЕЛЕЦ, ДАВАЙ!

Страж, вместе с Владыкой Неба начали атаковать Владыку Демонов, а другой поймал оковы. Пен присоединился к их атаке с другой стороны, подавляя пространственно-временную технику и атакуя саблей с молниями. Каждый новый барьер Владыки Демонов пробивался снова и снова, снова и снова, пока пространство не охватило ослепительная вспышка. В это время со скоростью света, второй Страж, держащий оковы, надел наручники на Владыку Демонов. Он пошатнулся и начал потихоньку падать на колени, смотря на свои руки. Страж подлетел к Владыке Неба и с интересом смотрел на зрелище. Пен не подлетал к небожителям, а остался смотреть, там, где и находился. Эта битва вымотала его, что истинный облик исчез, явив обычное «человеческое» тело четырем присутствующим. Владыка Демонов сидя на коленях, поднял голову со своих рук и посмотрел на Пена, сказав очень странную фразу:

-Ты так похож на него, никогда бы не видеть это лицо. – Затем повернулся к небожителям:

-Змееносец, поздравляю, ты отомстил, можешь убить меня.

Владыка Неба сказал:

-Да, отомстил, но твою судьбу будут решать судьи, я не в праве тебя казнить.

Владыка Демонов хмыкнул:

-Все притворяешься святошей. Сказал бы прямо, что руки марать не хочешь. Ну и черт с тобой.

Пен, во время разговора Владык думал над словами отца:

«Похож на него. На кого? На отца, деда, прадеда? Что же случилось с твоей родословной, отец?»

Услышав, что Владыка Неба собирается отправить судьям главного демона, решил закончить начатое. И снова убить. На этот раз уже осознанно. И ради любви, ради любимой падшей демоницы. Перед глазами снова встал этот душераздирающий образ, который он увидел во время галлюцинаций. Тело затрясло, из горла вырвался нечеловеческий рык, и Пен выставил свою руку вперед, проревев, что есть мочи:

-ЗАТО Я ТЕБЯ УБЬЮ!!!

Небожители даже не успели моргнуть, как из руки Пена хлынул поток молний и двинулся в сторону Владыки Демонов. Владыка Неба в последний момент успел поставить барьер, защищая Владыку Демонов, но он разрушился так легко и быстро, словно ножницы разрезали тончайшую бумагу. Молнии захватили тело Владыки Демонов, и он закричал. Пытаясь перекричать его, крикнул Владыка Неба:

-ПРИНЦ, ОСТАНОВИСЬ! НЕ ДЕЛАЙ ГЛУПОСТЕЙ! ЕГО ПРОСТУПКИ ЗАСЛУЖИВАЮТ КАЗНИ, НО СНАЧАЛА НУЖНО ЕГО ОСУДИТЬ. ОСТАНОВИСЬ!

Конечно, Пен знал и о презумпции невиновности, и о суде, адвокате, прокуроре, но это была его прошлая жизнь – современная. Здесь же, в мире книги, он мог делать, что душе угодно. Выживает сильнейший, и сильные – поедают слабых. Таков закон жизни. И Пен не собирался его менять. Отомстив за Цилинь, он сможет сделать ее счастливой, ведь сначала, нужно сжечь что-то, чтобы начать заново. Даже на пепелище, рождается новая жизнь.

Крик Владыки Демонов становился все сильнее, а Владыка Неба не переставал вразумлять Пена, пытаясь помочь главному демону своей силой. Стражи не помогали ему, они были за Пена. Они хотели мести, так же, как и он. Еще неизвестно, что решил бы суд, а так, всем будет лучше.

Ярость, затмившая разум Пена, только прибавлялась с каждым новым криком. Неважно кого. Он хотел растянуть этот момент и заставить отца почувствовать все те страдания, которые он причинил Цилинь. Как она кричала, моля о пощаде, как плакала, как пыталась сопротивляться. Он должен был заплатить за все, но у сил были свои планы. Бой с Владыкой, двойник, техники – давали о себе знать, и демоническая энергия имела свойство истончения, поэтому Пену пришлось заканчивать. Ослабив отца своими молниями, он начал поглощать его энергию. Владыка Демонов завыл и застонал, как тяжелораненый зверь. Владыка Неба тоже уставал, и его барьеры были очень слабыми. У Пена почти не было преград по поглощению сил отца. Решив, что все бесполезно, Владыка Неба перестал ему мешать, да и уже поздно. Владыка Демонов был мертв.

Пен с тяжелым вздохом упал на землю и застонал.

«Что происходит? Я перестарался?»

Небожители подлетели к нему, с тревогой посматривая на него, и Пен пролепетал:

-По-мо-гите с-своему сы-ну. Он в оп-пасн-ности – и отключился.

***

Двойник Демиана незаметно петлял по коридорам дворца, выискивая безопасный путь, но практически все они были хорошо охраняемы. Тогда он попросил Пена применить технику разума. Его двойник уже прибыл и ждал указаний. Когда техника была активирована, в коридорах начались бои. Посидев и выждав минут пятнадцать, он сказал двойнику Пена забрать нескольких подчиненных демонов, которые сражались вместе с небожителями, с собой во дворец. Другой двойник Демиана в это время делился с «нашими демонами» энергией, делая их сильнее и выносливее. Теперь почти на всех этажах и коридорах было более-менее свободно. Советники, конечно, не умерли, но сил лишились достаточно, чтобы просто лежать не двигаясь. Придворные решили сдаться, спасая хоть как-то свою шкуру, а охранники – сбежали, но от двойника Демиана не скроешься. Он отправил уставших советников, сбежавших и сдавшихся демонов в туннели под замком. Оттуда они точно никуда не денутся, а даже если и денутся – сюда не вернуться. Демоны не настолько глупы, чтобы ради кого-то умирать. Каждый заботиться только о себе, если что, всегда можно отмазаться, придумав слезливую историю.

Двойник Демиана «вел» двойника Пена по самым пустым коридорам, уповая на то, что так легче добраться до высших демонов. Тех демонов, которые уже «победили своих врагов», отправили на бой с советниками, которые охраняли Сема и Льен. Во время той битвы, Валенсия должна была хоть как-то «сопротивляться» и доказать, что она не предательница, но их собралось довольно много, и двойник Пена взял их с собой к высшим демонам.

***

Демиан был напряжен. Сохранять спокойствие становилось все сложнее и сложнее. Если формация рухнет, или двойник Пена замешкается, все будет кончено, а, значит, нужно ему помочь, да так, чтобы никто не понял и не видел.

«Иллюзией не получиться, заметят, нужно другое. Точно, пусть двойник передаст то, что надо напасть внезапно и всей толпой. Пока мы будем сражаться с низшими демонами, Пен, используя эффект неожиданности, нападет на Королеву, а принцы сами пока не могут использовать порталы. О, Владыка пусть это сработает».

Демиан чувствовал хаос, который происходил во дворце. Сотни, несколько сотен энергий переплелись вместе, душа изнутри и заставляя содрогнуться. Плохо только то, что энергия небожителей чувствовалась лишь за пределами дворца. С одной стороны, это хорошо – можно проникнуть сюда незамеченными, но с другой – все настороже и поняли, что кто-то идет против них, и будут защищать высших демонов любой ценой.

«Пока Владыка жив, они никуда не денутся, но почему, если знают, что есть предатели? Все довольно просто – предателем может быть любой. Даже информаторы. Доверять нельзя никому. Если они исчезнут сейчас, их в два счета найдут и прикончат, а так хотя бы есть иллюзия защиты и безопасности. Но кто знает, когда она рассеется».

***

Двойник Пена получил указания от двойника Демиана, и с толпой демонов, он ворвался в зал, как летящая на всей своей скорости стрела. Первый фланг демонов, начали отражать информаторы, делясь на десятки двойников. Двойник Пена оставил их сражаться, а сам выстрелил из револьвера, целясь в грудь Королеве Демонов. «Пуля» пробила формацию и пять барьеров, которые поставила Королева, летя в ее грудь. Пен стал стрелять, как пулеметчик, а Королева, закрыв принцев собой, принимала удары на себя. Пен не давал ей даже вздохнуть. Стреляя одной рукой, другой – поглощал энергию. Информаторы были слишком заняты тьмой демонов, что не могли даже отвлечься, да и двойники сильно «износили» энергию.

Люцифер и Вельзевул, как могли, передавали свои силы матери, но это мало чем помогало. Пен сразу же их забирал, избавляя от нее и принцев и Королеву. Она пыталась создать портал, но Пен сразу пресекал все ее попытки. Исход боя был очевиден.

***

Демиан тоже разделил свое тело на двойников, но сражался только для вида, выискивая взглядом еще одного своего двойника. Он должен был уже прибыть с оковами. Пока все заняты, Демиан начал потихоньку подходить к выходу, и заметил его. Тот быстро передав наручники, скрылся, идя на помощь Валенсии. Нужно было «добить» остальных советников и передать силы советнице. Демиан спрятал оковы в кольцо, и, сражаясь дальше, стал наблюдать за происходящим. Зен, Балор, Кирон уже выглядели потрепанными и уставшими. Они сражались с двойником Пена. Сократилось вдвое число их двойников, но и противников, низших демонов, практически не осталось. Двойник Пена уже расправился с Королевой и принцами, стал теснить информаторов, захватывая и двойников Демиана. Сам Демиан не стал ему мешать, отвлекаясь на обычных низших демонов. Он тоже уже был на грани.

Двойник Пена довольно быстро расправился с информаторами, Демиан подумал, что энергии высших демонов придали ему много сил. Демиан убрал своих двойников, и они с двойником Пена одни стояли рядом с горами трупов. Кровь окропила и их одежду, и тела. Демиан, не разрывая зрительно контакта, искренне улыбнулся, но получилось довольно жутко, начал неспешно подходить к нему, раскрывая руки, как крылья, для объятий. Двойник Пена был в замешательстве, ведь Демиан никогда не проявлял к нему такую близость, но, решив, что от победы ему вскружило голову, робко подчинился. Едва дотрагиваясь до спины Демиана, двойник Пена почувствовал сильные руки на своей спине. Он еще никогда в своей жизни не обнимал мужчин так. Ведь так обняться могут только друзья. И это была их клятва. Клятва дружбы и полнейшего доверия.

Демиан разомкнул объятия и, смотря двойнику Пена в глаза, взял его за руки. Через несколько секунд, послышался щелчок, и двойника Пена настигла темнота.

Глава 51

КТО ЖЕ ТЫ НА САМОМ ДЕЛЕ. ЧАСТЬ 3.

Пен еле еле открыл глаза. Силы, казалось, полностью покинули его. Перед глазами все плыло, голова раскалывалась и качалась, не находя опоры. Пена затошнило, но он пытался подавить рвоту. Взгляд фокусировался долго, но вскоре «туман» рассеялся и глаза привыкли к полумраку. Полудемон находился в какой-то сырой, холодной и вонючей комнате, похожей на тюремную камеру. Света было мало, и разглядеть в ней что-то было трудно. Кое-как повернув голову на бок, Пен увидел знакомый силуэт, который находился за железными прутьями. Силуэт склонился, и, казалось, что-то читал. Оттуда горел небольшой огонек. Голова не работала совсем, но Пен пытался заставить ее думать.

«Где я? Что произошло? Почему так сложно двигаться? Мы победили?»

Пен хотел что-то сказать силуэту, но получилось только:

-М-м, Дем… где я?

Демиан оторвал голову от книги и сказал:

-Очнулся? Отлично. Где ты? В тюрьме. Завтра тебя казнят. – Демиан сказал это так спокойно, но Пен ужаснулся. Шок отрезвил его, и шестеренки в голове стали крутиться, как заведенные.

«Я убил всю семью высших демонов, но что было после? Демиан так спокойно говорит о моей смерти. Он предал меня?»

Пен отказывался в это верить, но понимал, что так оно и есть. Впервые в жизни, он открылся кому-то, настолько сильно подпустил к себе в душу, считая его своим другом, и снова получил нож в спину. В прошлой жизни у него не было друзей, выходит, что и в этой тоже. Рама и Ганса он не подпускал к себе так сильно, как Демиана, да и время с ними он проводил меньше в последние годы. Демиан был другим. Очень похожим на него. Словно родственной душой. Пен хотел узнать его боль, но боялся напоминать о плохом. Ему было хорошо с ним, но может только ему? Ведь он никогда не думал о чувствах информатора, полагая, что они идентичны. Может поэтому, он не видел очевидного? Тело и душа слишком расслабились и поверили тому, кому не следовало. Пен же знал, что Демиан не прост, и носит много масок. Так почему же поверил ему? Увидел искренние эмоции на его лице? Увидел поддержку? Увидел связь? Нет. Демиан был его соломинкой, за которую он схватился, когда уже почти утонул в болоте. Именно тогда, тогда он поверил ему. Тогда понял, что ДОЛЖЕН поверить. Что по-другому и быть не может. Но, похоже, был слеп, глуп и наивен. Вот и настал час расплаты за эту ошибку.

«Ошибки, всегда можно исправить, но не ставь крест на своей жизни. Ведь есть на свете те, кому ты нужен, не смотря на все изъяны. Я люблю тебя».

Пен вспомнил слова Цилинь. Может ли она тоже его предать? Нет. Она сказала такие слова, они не могут лгать.

«Цилинь. Как она? Все ли с ней в порядке?»

Пока Пен находился в своих мыслях, Демиан сказал:

-Давай я все объясню…

Пен перебил его и сказал:

-Дем… ты пре…ель?

Демиан усмехнулся:

-Предатель? Верно. Похвально, что ты догадался.

-А как же сво…да? Это твоя ме…та. Зачем? Или это все вранье? Наша др…ба, тоже ложь?

-Нет, это была чистейшая правда. И наша дружба, и моя мечта. Зачем? Чтобы стать свободным. Освобождение от зависимости – это ли не свобода? И все благодаря тебе. Спасибо. Иногда ради цели, можно и другом пожертвовать. Но мне жаль. Правда. Уж не обижайся.

-А шк..ла меха…ки? Как же она?

-Ну, это была ложь. Я и не собирался становиться учителем.

-А как…ты «убил»…меня?

-Имеешь в виду то время, когда ушел из деревни?

-Мм – подтвердил Пен.

-Я знал, что Владыка иногда интересуется жизнью своей любовницы человека и несколько раз видел с ней ребенка. Когда ты ушел, я нашел мальчика похожего на тебя, убил, а беркут сделала зелье, чтобы обмануть Владыку. Иллюзию демонических каналов. Если бы иллюзия была из энергии, ее сразу распознал бы Владыка, а так…все получилось. Проснувшись, твоя мать начала тебя искать и нашла всего в крови, лежащего в подворотне, около библиотеки. Решив, что тебя убили те, кто собирал налоги, они уже давно угрожали ей твоей расправой, если она не будет платить, залилась слезами. Местные всполошились и, посочувствовав бедной женщине, помогли с похоронами. Владыка тоже явился и собственными глазами убедился в «твоей» смерти. После этого ни у кого уже не было сомнений, что ты жив. Но давай по порядку. Тебе сначала нужно узнать, что было после твоего триумфа над Владыкой.

Кстати, обстоятельства сложились очень даже удачно. Когда я надел на твоего двойника оковы бессмертных, ты уже победил своего отца и, после надевания оков, твой двойник растворился, а ты потерял сознание. Подняв оковы, я услышал грохот и голос, похожий на раскат грома:

-ЧТО ЗДЕСЬ ТВОРИТЬСЯ?

Подняв голову, я посмотрел в окно и увидел гигантского демона, с такой же гигантской небожительницей. Спрятав оковы в кольцо, направился им на встречу, хотелось узнать кто они.

Демиан замолчал, пытаясь понять, слушает его Пен или нет. Он слушал внимательно, но когда информатор прекратил поток слов спросил:

-Уда…сь спасти сес…тру?

Демиан удивился:

-Сестру? Какие слова-то мы знаем, после стольких убийств? Нет, ее убил небожитель, а тот мальчик, что был вместе с ней, сгорел заживо. Не повезло, увы. Слышал ли бы ты, как рыдал Владыка Неба! Вот это было воистину шикарное зрелище! Собственный подчиненный убил не в чем не повинную малышку! Во, смеху-то было! Хотя, она тоже хороша. Смогла лишить жизни одного небожителя. Его товарищ так разозлился, что спалил в правдном огне и ее и дружка, взявшего над ней опеку.

"Не успел. Владыка Неба не успел помочь Сему и Льен. И все из-за прибытия судей. Из-за смерти большинства высших демонов!"

Пен задрожал, а Демиан хлопнул в ладоши:

-На чем я остановился? Ах, да. Встреча с гигантами. Я телепортировался, и увидел, что с тобой находятся два небожителя, а остальные демоны и небожители, прекратили сражаться и смотрели на прибывших во все глаза. Я подлетел к ним и спросил:

-Господин, госпожа, кто вы?

Демон ответил мне:

-МЫ СУДЬИ. ЯВЛЯЕМСЯ ВАШИМИ ПРЕДКАМИ И СУДИМ ДУШИ ВСЕХ ЖИВЫХ СУЩЕСТВ, РАСПРЕДЕЛЯЯ ИХ ПО КАТЕГОРИЯМ. И Я ЕЩЕ РАЗ СПРАШИВАЮ – ЧТО ЗДЕСЬ ТВОРИТЬСЯ?

Тогда я начал все объяснять. Также подключились и небожители. После моего рассказа, который я «разукрасил», судьи решили осмотреть тебя. Я показал им вторые оковы, и сказал, что с помощью них ты убил сначала Королеву, затем и принцев. Но нам с информаторами удалось победить твоего двойника, но выжить смог только я. Они нашли наушник, пушку и связались с другими наушниками. Так они вышли на Лагерь Душ. Свой мой двойник отправил в лагерь, уже задолго до этого. Увидев падших демонов, судья демон пришел в такую ярость, что посадил их в камеры и завтра их тоже казнят. Что они говорили про меня, никто даже слушать не стал. Тебя заковали в твои же оковы и отправили сюда.

-Н-Но ведь я…

-Да-да, ты тоже высший демон, но судьи решили избавиться от тебя и Владыкой стану я. Так-то. Таким образом, они «ВЕРШАТ СПРАВЕДЛИВОСТЬ». Но на самом деле они не хотят видеть на троне полудемона. Это слишком низко для них. Сказать по правде, я не разделяю их выбор.

Демиан убрал книгу в кольцо и сел на колени, рядом с прутьями, чтобы они с Пеном были на одном уровне. Он посмотрел ему в глаза:

-Ты мне понравился. Лучшей пешки и не найти. Жаль, что не я здесь главный. Если бы хоть что-то решал, отпустил бы на все четыре стороны, вместе с Цилинь. Может, все сложилось бы совсем по-другому?

Демиан встал и кинул ему чип, который начал раскрываться.

-Пообщайтесь в последний раз. Больше такой возможности не будет.

Демиан ушел, а Пен услышал тихий голос Цилинь:

-Любимый. Завтра уже не настанет.

Глава 52

В ПОИСКАХ ОТВЕТОВ И РЕШЕНИЙ.

В ее голосе, Пен услышал неприкрытое отчаяние. Воля Цилинь сломалась. Нужно было ее успокоить. Пен пытался сладить с языком и говорил внятно, но медленно:

-Цилинь…успокойся,…все будет хорошо,…я что-нибудь придумаю,…я люблю тебя.

Цилинь заплакала. Через чирацию были слышны ее всхлипы. Сердце Пена разрывалось на части. Хотелось прижать к себе и никогда не отпускать. Она знала, что его слова ложь, что их история закончилась, так и не успев начаться. Что смерть уже пришла за ней, за ним, за ее учениками. Ничего уже не изменить, как не пытайся. Когда всхлипы прекратились, Пен спросил:

-Цилинь…Демиан,…какова его боль?

Цилинь вздохнула и спросила более-менее спокойно:

-Хочешь узнать его мотивы?

-Да.

-Все завидовали ему. Талант ястреба был огромен. Обучался быстро, никому не вредил, пытался всем понравиться, даже собственные техники создавал. Идеальный информатор. Всем он был, как кость в горле. Все его подставляли, пытались сломать, но ничего не получалось.

-Можешь…не продолжать…Все…уже ясно.

«Вот оно что. Теперь понятно, почему он был моей родственной душой. Может снаружи он и не сломался, но внутри, да. У нас, практически, одинаковые судьбы. Сожалею ли я ему? Да. Изменит ли это теперешние наши отношения? Нет. Теперь мы враги».

Цилинь спросила:

-Как ты?

-Все…хорошо. Ты как?

-Смирилась с ситуацией. Просидев в этой камере одна, я много о чем подумала. Думаю, что прожила счастливую жизнь, познакомилась с тобой, с учениками, с ястребом, с Жасмин, многому научилась. Я должна была уже давно умереть, но до сих пор жива. Не злись на ястреба. Наверное, такова наша судьба.

Цилинь и, правда, говорила спокойно и отрешенно. Будто, действительно, смиряясь, но Пен не поверил. Иначе она бы не плакала. Она не смирилась. ЗАСТАВИЛА себя смириться, но душа противиться. Точно также, как и его. Он не сдастся. Он придумает, как им выбраться.

-Хочешь… послушать сказку?

-Хочу – Цилинь сказала так тихо, словно вот вот снова расплачется. Им осталось недолго, она хотела послушать голос Пена подольше и насладиться им в последний раз. Он решил рассказать о себе. О своей прошлой жизни. А что ему терять? Теперь уже нечего. Хотелось рассказать любимой правду, пусть и в виде сказки. По-другому она бы не поверила.

Когда Пен закончил, Цилинь все же заплакала. Затем сказала:

-Спасибо. Удивительная сказка. Ко мне идут охранники, нужно прощаться. Я люблю тебя. Прощай.

Пен тоже почувствовал жжение в глазах:

-Нет. До встречи. Я люблю тебя – но Цилинь уже отключилась. Одинокая слезинка покатилась по щеке и упала на оковы. Чирация превратилась в чип и затерялась в одеждах Пена.

***

После разговора с Цилинь, Пен думал, как им сбежать, или хотя бы просто выбраться отсюда, но ничего не мог придумать. Замутило от собственной беспомощности. Злясь на себя, он услышал голоса:

-Госпожа судья, зачем вы здесь?

-Да-да, вам здесь нечего делать. Это самый злосчастный убийца.

-Прошу уходите. Демон судья приказал нам охранять его.

«Наверное, это мои охранники. Тогда почему они пропустили Демиана?»

Пен услышал женский голос:

-Пропустите, это важно. Мне нужно с ним поговорить.

-Но…

-Демон дал добро, что еще вы от меня хотите? - грозный и властный голос судьи заставил охранников пропустить ее. Пен услышал, как она шла к нему и остановилась у железных прутьев. Судья небожительница. Его прапрабабушка. Может она расскажет ему историю рода высших демонов?

Пен усмехнулся.

«Ага, размечтался. С какой это стати? Тогда для чего ее сюда черт привел?»

Небожительница смотрела на Пена сверху вниз и спросила:

-Зачем ты это сделал? Зачем убил всю свою семью? Неужели они все тебе что-то плохое сделали?

Пен тихонько засмеялся. Небожительница ждала ответа.

«Не буду оправдываться. Не поверят. Мне уже абсолютно все равно, что подумают. Завтра меня уже здесь не будет».

-Так получилось.

Он больше ничего не сказал. Судья снова спросила:

-Было ли тебе приятно их всех убивать?

Пена удивил этот вопрос, но он его проигнорировал:

-Какая разница.

Повернул голову и посмотрел в глаза судье. В них стояли слезы, Пен натянул мягкую улыбку:

-Лучше скажи, прапрабабушка, где прошлые высшие демоны? И кого я напомнил своему отцу?

Небожительница застыла. Глаза забегали, дыхание участилось, она схватилась за прут:

-О-откуда ты знаешь?

-Неважно. Отвечай.

-Как много ты знаешь?

-Мало. Только про крах бывших королевств из-за Сердца Духа. Что вы разделили кристалл на две части. Что оставили одну у себя, другую – в Зале Суда. Вы же нашли его верно? Второй осколок? Точнее – много маленьких вторых осколков. Как и оковы? Как и лунную сицилию? Знаю, что у вас с судьей был ребенок. Остальное мне неизвестно. Я остался последний, из вашей родословной, надеюсь, имею право знать? Иначе, зачем вы сюда пришли? В глаза мне посмотреть? Правду выведать? Или пожалеть? Конечно, вам же не нужен на троне полудемон.

Небожительница взяла себя в руки и сказала:

-Я расскажу. Ты прав. Судья не хочет видеть Владыкой полудемона, как и не переносит падших демонов. Их нужно устранять, но если бы ты был истинным демоном – то многое бы изменилось.

-А вы? Согласились бы принять такого? Полукровку?

-Я отвечаю за небожителей и не смею перечить судье. Но да, я бы приняла тебя. Хорошо, что ты знаешь начало, не придется вспоминать. Наш с судьей сын стал новым Владыкой, появилась его жена, их энергии резонировали друг с другом, и чтобы напоминать себе и своим детям об этом, создали лунную сицилию, но спрятали ее в мире людей. Не думала, что хоть когда-то снова ее увижу. Она явила себя только тем, у кого тоже была полная совместимость энергий. Поздравляю. Ты нашел свою судьбу.

Пен скривился так, что небожительница отвернулась. Она продолжила:

-Также они написали книги, чтобы учить детей техникам и контролю энергии. Написали и про лунную сицилию, и про оковы бессмертных. Они принесли нам лунную сицилию, и, случайно, на нее попал Сердце Духа. Так получились оковы. Но они были хорошей парой и не стали никому о них рассказывать, упомянув только вскользь в книгах, пометив древними легендами. Но счастье не длиться вечно. Один из сыновей Владыки и Королевы….убил всех. Всю семью и стал новым Владыкой. Затем трагедия повторилась снова. Затем снова. А теперь уже и с тобой она опять произошла…

Небожительница боролась, как могла, но под конец не удержалась, и слезы покатились по щекам.

Пен был в прострации. Оказывается, он не первый всех убил. Дьявол блять, свою родню! Не абы кого – а родителей, братьев, сестер! И это передавалось дальше. Может и, правда, лучше вырвать с корнем это проклятое древо?

Небожительница успокаивалась, глубоко дыша, и сказала:

-Лючио ты напомнил его брата, с которым он был неразлучен все детство. Он любил его даже больше, чем родителей, но он пошел против них, убивая семью. Лючио видел смерть родителей, сестер и возненавидел его. Он убил его и стал новым Владыкой, но тогда сошел с ума. Ему хотелось крови, и он пошел убивать небожителей. Убивши их бессчетное количество, Лючио пришлось укрыться в мире людей, потому что Змееносец захотел справедливости.

Судья, увидев, что Пен переваривает полученную информацию – ушла. Неизвестно сколько времени прошло, но Пен услышал шаги, и к решетке подошло пятеро демонов:

-Вставай. Время казни настало.

Глава 53

МЫ ВСТРЕТИМСЯ СНОВА.

Один из стражников открыл клетку, и все зашли внутрь. Вчетвером они подняли Пена на ноги, и из его одежды на пол упал чип и мягкая игрушка. Пятый демон, держащий в руках ключ, наклонился, чтобы поднять упавшее. Покрутив в руках чип, он сломал его и выбросил. Маленького Пена он тщательно и долго рассматривал, сверяя с оригиналом. Затем залился смехом. Пен был в ярости. Пытаясь пошевелить телом, чтобы вырваться, он закричал:

-ОТДАЙ…НЕМЕДЛЕННО!

Стражник засмеялся еще сильнее, а остальные даже не почувствовали попыток сопротивления. Да их и не было. Тело совсем не слушалось, это раздражало еще сильнее.

«Проклятые оковы! Проклятое тело! Двигайся! Ну же! Сука! Я не знаю, откуда здесь мой подарок, но никто не смеет его трогать!»

Когда смех прекратился, демон все же смилостивился и сунул игрушку Пену в руку:

-Будем считать, я выполнил твою последнюю волю перед смертью. Ребята, двигаем, судьи, и палач уже заждались.

Демон вышел из камеры, а четверо других, подхватив Пена за ноги и за руки, вынеся его, пошли за «лидером». Пока его несли, Пен пытался анализировать ситуацию.

«Мне уже вряд ли удастся спастись. Тело не двигается, язык еле слушается, энергии нет. А что с остальными? Как выбраться Цилинь, Гансу, Шену и Чуку? Цилинь смогла связаться со мной. Получается, она может использовать энергию. Интересно, закована ли во что-то она? А другие? Или же это Демиан помог нам поговорить? Но зачем ему это? И откуда у меня игрушка? Я отчетливо помню, что оставлял ее в Лагере Душ. Может ли Демиан специально все так подстроить, чтобы я считал его врагом и предателем? Теперь я уже не знаю, что твориться в его голове, и какие козни он строит».

Пена вынесли на свет из «катакомб» и глаза сразу зарезало. Пришлось закрыть. Когда он их открыл, увидел арену, похожую на Колизей, но в два раза меньше. С правой стороны, на «трибунах» сидели пять Стражей и Владыка Неба. После них – небожители. С левой – Демиан и какая-то демоница. Пен подумал, что это может быть Валенсия. После них – демоны. Пен встретился взглядом с Демианом, но информатор смотрел на него пустым взором, прожигая дыру, поэтому полудемон отвернулся. В середине арены стояли столы с различными яствами. Цилинь, Ганс, Шен и Чук уже сидели за столами, обвязанные веревкой, которая сверкала на солнце различными огоньками. За их спинами стояло пятеро демонов. Цилинь подняла голову и встретилась глазами с Пеном. Еле заметно улыбнулась. Он ответил ей тем же. Мимолетное мгновение, но для них оно было самым запоминающимся. Они снова встретились и это главное.

Пена посадили за стол рядом с Цилинь. То ли специально, то ли забавы ради. Его сопровождающие встали за ним, как и все остальные. Ни судей, ни палача Пен не увидел, что вызывало одновременно и тревогу, и подозрение, и облегчение.

***

Владыка Неба с жалостью смотрел на демонов, сидящих за столом. Он знал про то, что династия высших демонов была постоянно в крови, но не думал, что судья только из-за примеси «человеческой крови» казнит праправнука. Да и падшие демоны, что они ему сделали? Лючио выжег их каналы – значит, провинились, но он не убил их. А судья имеет полное право на убийство, так еще и с помощью его Стража. Конечно, Скорпион не подарок небес, но и не настолько жесток, но мог ли Владыка перечить судье? Не скажется ли неповиновение на его подчиненных? Он пытался поговорить с обоими судьями и дать шанс Пену и падшим демонам, но его и слушать не стали. Они даже не попытались выяснить, почему он вырезал весь оставшийся род. Приговор был вынесен, просто, из прихоти, без расследования. Это ли считается настоящим судом? Да и есть ли он вообще? Владыка Неба уже не был уверен, захочет ли он подчиняться таким правилам будет ли дальше верен судьям.

***

Посидев немного за столом, Пен увидел судей, которые выходили из арки, вместе с Зодиакальным Стражем. Он даже не удивился, что их палачом станет небожитель, ведь духовная энергия сразу же убьет демона. Судьи сели на стулья, похожие на троны, ровно так, чтобы видеть «отступников» со всех ракурсов, а Страж подошел к своему Владыке. Демон судья выставил руки вперед и сказал:

-Насладитесь же последней в вашей жизни едой! Ешьте все, что захотите!

Пен скривился, а присутствующие на трибунах «зрители» возбужденно зашумели.

«Собрались смотреть наши унижения, себе на потеху. Последняя трапеза. Как же. Чувствую себя свиньей, которую после еды зарежут».

Остальные приговоренные полностью разделяли мнение Пена. Демоны, которые стояли позади сидевших за столом, подошли к столам и брали первое попавшееся блюдо. Из каждой группы вышли по одному, а другие держали будущих смертников, чтобы они смогли поесть. Двое открыли Пену рот, в то время, как еще двое, держали его за талию. Маленький Пен выпал из его руки и упал на землю. С Цилинь, Гансом, Шеном и Чуком происходило все-то же самое.

Когда Пену засунули в рот ложку с пельменями, он пытался их хоть как-то изжевать, но не получалось, и все вывалилось на одежду. Он закашлялся, параллельно услышав и кашель остальных. Демоны и не думали отступать, следом пошла следующая ложка, затем еще и еще, пока тарелка не была пуста, а одежда Пена насквозь не промокла и не измазалась в еде. Зрелище было настолько отвратительное, что небожители отвернулись, а демоны наоборот, были полностью удовлетворены таким раскладом.

Когда пельмени закончились, демон стражник взял другую тарелку с едой со стола и экзекуция продолжилась. Небожители молили судей прекратить эту пытку и закончить уже то, зачем все сюда явились, но демоны неодобрительно зароптали. Судьи, игнорировали обе стороны, никак впрочем, не влезая в конфликт. Демиан и Владыка Неба тоже ничего не предпринимали.

Пен уже не мог выносить то, что с ним происходит. Запах стоял настолько невозможным, что полудемона бесконечно рвало, делая его еще зловоннее. Одежда просто превратилась в такую поломойную тряпку, что без противогаза и нескольких слоев перчаток к ней даже прикоснуться было не то, что противно - невозможно, но его «карателей» это не беспокоило.

«Когда же это уже закончиться. Не думал, что буду думать об этом, но - быстрее бы я уже умер. Я все равно не жилец - зачем все эти пытки? Они бессмысленны».

Наконец-то демоны отошли от Пена. Он находился уже почти в обморочном состоянии, не понимая, где реальность, а где сон. Гансу, Шену, Чуку и Цилинь, было еще хуже. Они лежали на земле, словно уже мертвы. Пен туманным взглядом увидел лежащую Цилинь и вытянутую в его сторону ее руку. Приложив всю свою волю и силы, пытался заставить тело сделать хоть мизерное движение рукой, чтобы сжать ее руку в ответ.

В это время, судьи встали со своих мест и начали подходить к Гансу, т.к. он сидел с краю, а Пен замыкал второй край. Все замолчали, во все глаза смотрели на события, которые будут развиваться дальше. Пока они шли, Страж Скорпиона кивнув своему правителю, тоже начал движение в сторону Ганса. Когда судьи поравнялись со Стражем, судья небожительница «механически» достала из рукава маленький топорик. Страж Скорпиона взял этот топор и, влив духовную энергию, топор увеличился и превратился в алебарду. Скорпион подошел вплотную к Гансу, замахнулся, а Пен в это время смог пошевелить всеми пальцами левой руки. Он не видел, не слышал, что происходит на арене. Все его естество думало лишь о том, чтобы его рука взяла Цилинь за руку.

Скорпион одним махом и точным ударом снес голову Гансу. Духовная энергия прошла через его тело, и оно обратилось в пепел. Все ахнули, но никто не перестал смотреть на арену. Страж стряхнул с алебарды кровь и отправился дальше.

На душе у него было сожаление. Он уже много раз убивал правых и неправых демонов, но эти не были теми, кто покушался на Королевство Небес. Да и демонами они уже не были. Просто кучка непонятно кого. Зачем нужно было делать публичную казнь? Для принца – это понятно, но для них…странно. Страж Скорпиона ставил долг превыше всего, поэтому согласился на нее. Отбросив все мысли, он подошел к Шену. Снова замахнулся и одним ударом снес голову и ему. Пепел полетел в его лицо. Скорпион провел рукой с энергией, убирая его. Выражение лица оставалось невозмутимым, но сердце сжалось от боли.

Пен смог подвигать рукой и стал приближать свою к руке Цилинь.

«Еще немного. Еще чуть-чуть».

Страж уже расправился и с Чуком, и стал двигаться к Цилинь. Пен смог дотронуться до ее среднего и указательного пальцев. Страж Скорпиона видел, как Пен пытается взять ее полностью за руку, и ему захотелось немного отсрочить казнь Цилинь. Когда он стряхнул кровь с алебарды, дотронулся до лезвия и сказал судьям:

-Лезвие затупилось, нужно заточить.

Демон судья уже хотел высказать Стражу все, что о нем думает, но небожительница нарушила тишину первой:

-Дитя подойди, я заточу.

Пока Страж подошел к судье, пока она заострила своей духовной энергией лезвие, пока он возвращался назад, Пен уже смог положить свою руку на руку Цилинь. Не было ни сил, ни времени ее сжимать, поэтому он просто насладился легким теплом от ее еще живого тела. Скорпион замахнулся и еле слышно прошептал:

-Прости… - Пен услышал его шепот, но лезвие со свистом отсекло голову его падшей демонице. Он подавляя рыдания и картинки от галлюцинаций еле еле сжал пальцы, пытаясь ухватить воздух, но в них осталось несколько песчинок пепла. Полудемон закрыл глаза и сосредоточился на ощущении этих песчинок. Это то, что осталось от Цилинь, это то, что он должен запомнить навсегда.

Пен услышал голос демона судьи:

-Твои последние слова, сученыш?

Пен, не открывая глаз, сказал:

-Мы…еще…встретимся. Я…обещаю…вам.

Пен услышал завывание ветра – Страж Скорпиона поднял алебарду – затем снова свист и треск – Страж отрубил ему голову.

Глава 54

ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ ДОМОЙ.

Три дня спустя.

Демиан шел по тропинке через лес, держа в руках бутылку водки и три стакана. После смерти Пена и Цилинь прошло уже три дня. Во все предыдущие, и эти дни Демиан объяснялся с демонами и заставлял их принять то, что теперь он будет являться Владыкой. Сегодня назначена дата его коронации. Тем демонам, которых он отправил в пещеры, Демиан подкорректировал воспоминания, сделав Пена тем, кто является виновником всех бед.

Сначала выжившие охранники, придворные и советники недоумевали, затем впали в отчаяние, т.к. прошлая династия высших демонов завершилась, после наступила стадия принятия. Они не хотели видеть Демиана главой, но понимали, что он единственный информатор, который выжил. Их энергия была слабее его – поэтому пришлось подчиниться, да и демон судья использовал давление, высказываясь в защиту Демиана. Да и выбора, собственно, у них не было.

Пройдя тропинку, Демиан остановился у дерева, которое находилось в Лагере Душ. От него уже почти ничего не осталось. Все пристройки разрушили, травы, зелья, таблетки, атрибуты механики – конфисковали и сожгли. Жасмин убежала в лес, после того, как всех жителей отправили в тюрьму. Что с ней будет – никто не знает. Пройдя немного по местности, Демиан остановился в середине площадки, где тренировались Шен, Чук, Ганс. Там уже находилось два холмика и из веток, перемотанных веревкой, на них стояли кресты. Демиан встал на колени, открыл бутылку, налил водку в три стакана и два поставил на эти холмики. Подняв третий, он поднес его к небу и выпил, затем сказал:

-Прощайте, беркут и феникс. Ястреб своим клювом вас исклевал. Но у него были причины, поэтому покойтесь с миром.

Демиан снова налил водки в свой стакан и посмотрел на один из холмиков, взял в руки свой и «чокнулся» им с тем стаканом, что стоял на холме:

-Беркут. Ты оправдала все мои ожидания, и даже больше. Жаль, что тебя не помиловали. Ты была хорошим соратником, верной и трудолюбивой демоницей. Мне лишь удалось помочь тебе связаться с твоей любовью в последний раз.

Демиан сделал двух двойников, чтобы проникнуть в тюрьму к Цилинь и Пену. Его посадили отдельно от падших демонов, что довольно логично. Они пробрались к ним и обо всем рассказали, затем двойник, который был отправлен к Цилинь, предложил ей поговорить с Пеном. Тогда Цилинь была в ярости и на гране слез. Она не понимала, почему их предал именно Демиан. В тот момент, она поняла, что нужна только Пену и только он у нее остался. Она согласилась, хотя до конца и не знала, почему Демиан помог ей.

Демиан выпил водку и снова ее налил, «чокнулся», обращаясь теперь уже к Пену:

-Феникс, ты стал мне другом. Это правда. Изначально я хотел только использовать тебя, но ты показал мне, что такое дружба и привязанность. Наверное, только поэтому, я и помог вам в последний раз поговорить. – Демиан усмехнулся и покачал головой, алкоголь уже начал действовать – Не думал, что мое сердце может болеть и сожалеть. Никогда я ни о чем не сожалел. Ни о каких своих действия и мыслях, но когда я надел оковы на твоего двойника, мое сердце впервые екнуло. Твое дурное влияние сказалось и на мне. Но, о наших совместных диалогах, тренировках, подтруниваний и откровений, я не отрекаюсь и не отказываюсь. Мне было весело. Где-то даже боязно и грустно, напряжение тоже присутствовало. Но в этом-то вся прелесть дружбы, верно?

Демиан выпил и поставил стакан на землю. Тут его плечей коснулись женские руки. Они не стали его обнимать, а просто остались лежать на плечах, он положил одну свою руку на руку Валенсии. Она молчала и смотрела на импровизированные могилы, в которых нет их обладателей. На душе было пусто.

Демиан не думал, что что-то испытывает к Валенсии. Она тоже воспринималась, как инструмент в его игре. Но когда она сделала двойника, отправила его за оковами, на советников напали небожители, которые пришли за Семом и Льен. Их было больше, чем демонов, поэтому в живых остались только Лифан и Валенсия. Она потратила почти всю свою энергию и была уже одной ногой в могиле, если бы двойник Демиана не пришел на помощь. Он, глядя на советницу, лежащую в своей и чужой крови, впервые почувствовал страх. Не за себя. За кого-то другого. Подбежал к ней и стал передавать свою энергию. Через некоторое время она очнулась и мягко сказала:

-Мой господин. Это вы. Я так счастлива – и снова отключилась. После этих слов из глаз двойника Демиана потекли слезы, а рот издал вздох облегчения, как будто с души упал камень тяжестью в две тонны. Он перенес ее в безопасное место и почти весь день, она лежала без сознания. Когда Демиан разобрался с судьями, он направился к ней и просидел с ней все время, держа за руку, боясь отпустить, думая о том, что потеряет еще и ее. Но все обошлось. Валенсия станет новой Королевой Демонов. Судьи были только за.

Умиротворяющую тишину нарушил тихий и ласковый голос:

-Мой господин. Нам уже пора.

Демиан кивнул и встал. Валенсия была уже в праздничном наряде и выглядела волшебно. Демиан улыбнулся ей и поцеловал в губы. Затем отстранился и подал руку. Валенсия взяла его за руку, и они вместе пошли обратно. Только три стакана и бутылка напоминали местности о том, что здесь кто-то был. Что здесь кто-то кого-то поминал.

***

Открыв глаза, Пен увидел синее пространство, в котором мелькали цифры. Поддавшись соблазну, он коснулся пальцем циферки и от касания пошла рябь. Палец завибрировал.

«Я жив. Я не умер! Но, где я?»

Тут он услышал голос:

-ВЫ ПРОИГРАЛИ. ОТКРЫТА КОНЦОВКА – СМЕРТЬ ПОД СОЛНЦЕМ. НЕДОСТИГНУТЫЕ КОНЦОВКИ – ЕДИНСТВЕННЫЙ ВЛАДЫКА, ЛЮБОВЬ ПРАВИТ МИРОМ, МЕСТЬ ЗА ЛЮБОВЬ…

Пен слушал уже в пол уха, пока голос перечислял дальше.

«Я проиграл? Концовки? Я что, в игре? Но как? Я же попал в книгу, почему игра? Или же это окончания книги с реальным человеком? Со мной?»

Голос закончил перечислять концовки и сказал:

-ВЫ НЕ СМОГЛИ ВЫЖИТЬ, ПОЭТОМУ ВОЗВРАЩАЕТЕСЬ ОБРАТНО. ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ – 3, 2, 1.

«Что?»

Пен не успел ничего толком понять, что произошло, но открыв глаза, он поднял свой торс и огляделся. Он находился в своей квартире, сидя на кровати. Рядом с ней стоял низенький комод, на котором была настольная лампа. Около нее лежал закрытый ноутбук, телефон с вставленными в него наушниками. После комода на полу валялась разорванная книга. Далее шел шкаф, подоконник, на котором стояли горшки с цветами, над ним открытое пластиковое окно с полупрозрачным тюлем. Под ним - батарея для отопления. Затем стена с нарисованными Пеном картинами и закрытая дверь, ведущая в коридор.

Пен опустил ноги на пол, на котором лежал ковер, покрывавший весь пол. Он почувствовал тепло от ковра, все еще до конца не веря в то, что вернулся в современность. В свой мир. Он ущипнул себя.

-Ай! Больно. Я, правда жив. Я дома – Пен встал и подошел к комоду. Взглянув на телефон с наушниками, он со всей силы выдернул их из него и отбросил на пол, в самый дальний угол.

«Демиан будь ты проклят! Ненавижу тебя! Что же мне теперь делать? Как я буду жить без Цилинь?»

Пен сел на пол, облокотившись на кровать, и спрятал голову в коленях. Слезы катились по щекам. Зная, что ты жив, а твоя любимая мертва – хотелось завопить. Из окна потянуло сигаретным дымом, и Пен закашлялся. Он никогда не курил, но сейчас ему очень не хватало длительной затяжки. Он стукнул кулаком по ковру.

«Я вернусь. Я должен вернуться! ОБЯЗАН! Если я зашел в книгу единожды, то зайду и снова. Нужно только вспомнить, что я тогда делал. Цилинь, подожди меня. Я обязательно вернусь».

Глава 55

ЧТО ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ? ЧАСТЬ 1.

Пен ходил по комнате кругами, массируя виски, и вспоминал, как же он смог попасть в книгу. Прошло пятнадцать лет, довольно большой срок, а память у Пена была не очень хорошей. Да, он многое помнил, но только то, что его внутренне зацепляло и заставляло испытывать эмоции. Неважно какие. Будь то счастье, ненависть, грусть, апатия, симпатия, радость. Но он вспомнил только то, что был в тот день в ярости, и все. Этого мало. Вспомнил, что разорвал книгу, а что же было дальше?

Пен со стоном сел на кровать и потер лицо.

«Может, если я перечитаю последние главы, то вспомню, что было дальше?»

Он встал и поднял книгу. Она была в ужасном состоянии. Листы, оторвавшиеся от переплета, валялись в хаотичном порядке. Сама книга была помята, обложка подрана во многих местах. Страницы, которые остались в ней, тоже подрались и жутко смялись. Даже если ее и восстановить, понадобиться много времени, но Пен не видел в этом смысла. Ведь, чтобы попасть в книгу, нужно было ее разорвать, а не чинить. Он посмотрел на кровать и вспомнил. После того, как разорвал книгу, он сразу лег спать, больше ничего не делая.

Тут Пен услышал звук. Это звонил его дверной звонок. Снова бросив книгу на пол, он вышел из комнаты в коридор. Справа по коридору находились санузел и небольшая кухонька. Слева – входная дверь. Около нее - трельяж с зеркалом. Пен хотел открыть дверь, но, увидев зеркало, невольно направился к нему. Встав около него, он увидел свое двадцатилетнее отражение. Положив руку на зеркало, он ощутил его прохладу. Отражение сделало тоже движение. Он не видел свое лицо уже пятнадцать лет. Те же глаза, серые, с голубым отливом, те же ресницы, веки, щеки, губы. Волосы, короткие, цвета молочного шоколада.

«Прошло пятнадцать лет, а я совсем не изменился. То был всего лишь сон? Но там прошло пятнадцать лет, а здесь только миг? Ни за что не поверю!»

Пен вновь услышал звонок, и очнулся. Он убрал руку с зеркала и подошел к двери. Пен посмотрел в глазок и увидел низенькую старушку лет шестидесяти. Сразу узнав в ней хозяйку квартиры, которую он снимал, открыл дверь. Старушка, увидев бледное и осунувшееся лицо Пена, всплеснула руками и сказала:

-Милый мой, ты заболел?

Пен решил поддержать легенду. Он с гримасой улыбнулся, кашлянул и сказал:

-Да, Галина Ивановна, немного простудился. Отлежусь несколько дней и снова буду, как огурчик. Вы за деньгами?

Галина Ивановна кивнула.

-В этом месяце сорок пять тысяч рублей.

Пен истерично усмехнулся.

-Сейчас принесу.

Он отправился на кухню за своими закромами.

«Сорок пять тысяч. Офигеть. И это я живу на окраине. Да и Галина Ивановна, мне скидывает тысяч пять, потому что я ей по дому помогаю. Интересно, сколько стоит снимать квартиру около Красной площади? Тысяч сто? Двести? Да и цены с каждым месяцем все растут, если за однушку такие деньги».

Отсчитав сорок пять тысяч, он отдал их старушке. Она ушла, а Пен закрыл дверь. Он, правда, чувствовал себя неважно, но не от болезни, а от отчаяния. Зайдя в комнату, решил посмотреть, какой сегодня день. Включив телефон, увидел.

03.06.2035. Время: 07:30.

«И, правда, прошел один день. Когда я читал книгу, было второе июня. Странно, что я это помню».

Он посмотрел в сторону книги и решил попробовать. Со всей силы он отшвырнул ее в стенку, прокричал что-то и разорвал несколько страниц. Затем лег на кровать, и попытался заснуть.

Через некоторое время он смог задремать, но услышал звонок телефона.

«Кто там еще. Не день, а проходной двор!»

Он нажал «приять вызов», и услышал гневный голос своего начальника.

-Пен Ежов, где ты? Почему не на рабочем месте?

Пен покашлял в трубку и изобразил хриплый голос:

-Павел, кхе, кхе, Юрьевич, кхе, я заболел. Не смог выйти сегодня. Извините.

Голос начальника смягчился:

-Слышу Ежов, слышу. Ты ответственный молодой человек, не стал бы мне врать. Но почему раньше сам не позвонил?

-Кхе, простите, сил нет, из головы вылетело.

-Ладно, отдыхай. Когда выйдешь?

-Думаю, два денька отлежусь, и выйду.

-Хорошо, Выздоравливай.

-Спасибо.

Павел Юрьевич отключился, а Пен решил заново заснуть.

***

Прошло 2 дня.

За эти дни Пен не раз пытался попасть в книгу, но попытки не увенчивались успехом. Он был полностью подавлен. Также Пен уже и позабыл все "неудобства" человеческого тела. Постоянный голод, отход в уборную, усталость, реакция тела на разнообразную температуру. С энергией было проще, да и о еде и деньгах не приходилось думать. В эти дни ходил он только в магазин, да в туалет.

Подумав о кончающихся деньгах, решил выйти на работу. Рабочий день курьера начинался в девять утра, поэтому Пен вышел из дома в восемь десять. Ехать на метро или автобусе было деньгозатратно, он ходил пешком. Да и для здоровья полезно. Надев футболку, накинув на нее кофту, на ноги джинсы и кроссовки, Пен взял телефон, зонтик и вышел из квартиры.

Пиццерия находилась в сорока минутах ходьбы. Начало лета не радовало теплом, а жарой тем более. На небе висели густые кучевые облака, и периодами шел дождь, словно оплакивая что-то. Или кого-то. Пен ненавидел такую погоду. Она навевала тоску, и выглядело все так, как затишье перед бурей.

Дождя пока не было, и Пен шел медленно, осматривая Москву. Голый асфальт, постоянные потоки машин, дома, налепленные чуть ли не на друг друге, запах сырости, смешанный с бензином и сигаретами. Он скривился. Констатировал.

"Современность. Так пахнет только современность. Побывав в книге, где много зелени, природа и чистый воздух, пахнущий цветами и травой, должен ли я был вообще возвращаться? Не лучше ли было по-настоящему умереть?"

Идя по тротуару, Пен увидел вдалеке, у дома, машину - будку и двух грузчиков, которые тащили диван, держа его с двух сторон. Он услышал их голоса:

-Коль, да не тули ты так, на меня падает!

-Да не тулю я! Держи крепче! Тяжеленный зараза!

Пен остановился, как вкопанный. Сердце заколотилось в груди. Он знал эти голоса, и точно бы не спутал ни с какими другими. Он побежал, нужно было посмотреть на их внешность.

"Как они здесь оказались? Это не может быть правдой! Не может!"

Когда Пен до них добежал, грузчики уже положили диван в машину, и, увидев запыхавшегося человека, повернулись к нему. Один спросил:

-Пацан, чего тебе? Что с тобой?

Пен смотрел на них во все глаза и боялся моргнуть. Ошибки быть не может. Это Шен и Чук, только одетые в форму грузчиков. Пен сказал:

-Шен, Чук, откуда вы здесь? Как тут оказались? Еще и грузчиками работаете?

Грузчики посмотрели друг на друга озадаченно. Один покрутил пальцем у виска, а другой коротко кивнул, затем спокойно и с расстановкой обратился к Пену:

-Парень, ты обознался. Я Коля, а это Толя. Мы грузчики, помогаем жильцам переехать на новое место жительства. А тебя как зовут? Помощь не нужна?

Пен сразу понял, что они предлагали за помощь, поэтому ответил:

-Меня зовут Пен. Извините, пожалуйста, я, правда, обознался. Простите еще раз. Я пойду - и быстрым шагом удалился от работников.

Они, пожав плечами, пошли за новой мебелью, которую нужно было загрузить.

Глава 56

ЧТО ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ? ЧАСТЬ 2.

Пен уходил от грузчиков таким быстрым шагом, словно полубежал. Начался мелкий дождь, добавляя в серые и сырые будни, еще больше мерзости. Пен остановился и открыл зонт. Люди, спешащие на работу, либо не видели "утренней пробежки" Пена от грузчиков, либо не обращали внимания, думая о своих проблемах. Он стоял на тротуаре, мешая потоку людей идти, поэтому подошел к дому, и, слушая, как капли дождя ударяются о поверхность зонта, пытался успокоиться и дышать ровно.

«Вдох, выдох, вот так. Еще раз. Мне показалось, мне, просто, показалось. Шен и Чук не могут быть живыми людьми, они - персонажи.

Но их не было в оригинале. Может, они тоже живые люди?».

Пен услышал чей-то голос и быстро огляделся по сторонам. Но рядом с ним никого не было.

«Откуда? Что это за голос?».

Но никто больше ничего не говорил. Пен ударил себя по щеке рукой, оставляя на ней след от пощечины.

«Соберись! Расклеился уже! Оставшись один, начинаешь сходить с ума! Это были Коля и Толя, а не Шен и Чук! И вообще, я на работу опаздываю!»

Пен достал телефон и посмотрел время. Действительно, он уже опаздывал. Пен схватил зонтик покрепче, убрал телефон и побежал. Дождь из маленького уже превратился в ливень.

***

Начало рабочего дня курьера из доставки еды всегда одинаковое - пришел на работу, переоделся в форму, забрал уже готовые и упакованные заказы, лежащие в сумке-холодильнике, получил от упаковщика накладные, от бухгалтера - немного наличных, POS-терминал (4), вышел, сел на велосипед и поехал по адресам.

(4) POS-терминал - это специальный терминал, для прикладывания банковских карт. Чаще всего используется курьерами и магазинами.

Этот день тоже ничем не отличался от предыдущих. Только дождь лил, загораживая обзор. Ему выдали дождевик, но и он не так хорошо спасал от холодных и подобных ледяным стрелам капель. Каждый раз, когда капля попадала ему за шиворот, он вздрагивал и отряхивался, как собака. В мозгу проносилась только одна мысль.

«Лишь бы не заболеть. Лишь бы не заболеть».

Организм Пена был слаб и очень часто в сырую или холодную погоду, он простужался. Лежа весь день на кровати, с температурой, больным горлом и насморком, он смотрел телевизор, а мать приносила ему лекарства. Тогда он был рад, что она о нем заботиться. Они были очень горькими и дорогими, за что отец постоянно кричал на мать, что их сын - полное ничтожество и размазня, цепляющая всякую заразу, как губка. А Пен, слыша его крики, закутывался одеялом с головой и пытался заснуть, твердя себе, что выздоровеет, и больше не будет болеть, пытаясь не злить отца.

Во время болезни к нему приходила бабушка и читала сказки. Ее голос был тихий и спокойный, помогающий расслабиться и заснуть. Вот тогда, Пен был по-настоящему счастлив.

Когда он попал в тело Педро, то почти не болел. Даже зимой, хотя еще тогда, занимаясь с Гансом открытием каналов на правой руке, ему было пять лет. Пен в то время не предавал этому большого значения, все его внимание было сосредоточено на обучении. Но когда они с Цилинь пошли за травами и упали со скалы, в пещере ее знобило, и был жар, Пен испугался. В голове замелькали картинки из прошлого с его болезнями. Поэтому он лег рядом с ней, согревая и моля о том, чтобы она боролась с лихорадкой.

Вспомнив о Цилинь, у Пена заболело сердце. Вместо того чтобы вернуться к ней, он занимается непонятно чем. От безысходности хотелось раствориться в этом ливне или биться головой об асфальт, но он продолжал крутить педали и доехал до клиента.

Он жил в девяти этажном доме на четвертом этаже. Поднявшись на него, позвонив в звонок, дверь ему открыл…Рам. Рамзес был одет в дорогой костюм и протягивал руки, чтобы взять свой заказ, говоря:

-Здравствуйте, оплата картой. Отдайте мой заказ, почему вы так в него вцепились?

Пен и правда держал коробку руками так сильно, что она немного помялась. Взгляд, которым он рассматривал Рама больше походил на безумный. От него, у заказчика побежали по спине мурашки, и бросило в жар. Тут из квартиры донесся женский голос:

-Папа, ты забрал мою пиццу?

В коридор вышла девушка, держа своими руками волосы, а изо рта торчала резинка для волос. Пен открыл рот и опустил руки. Безумие глаз переместилось на девушку. Рам взял коробку, а Пен крикнул:

-Цилинь!

Пен во все глаза смотрел на нее. Это и впрямь Цилинь. Она жива! Из его глаз потекли слезы и он сказал:

-Ты жива. Я так рад. Любимая.

Девушка была в шоке. Она открыла рот, резинка упала на пол. Отец смотрел на нее гневным взором. Она замахала руками у своего лица, волосы, не нашедшие опоры, заструились по плечам, и залепетала:

-А, н-нет, я не Цилинь. Я Настя. Вы обознались. А Цилинь - это ваша девушка? Она азиатка? (5) Сочувствую вашей потери.

(5) Цилинь - это китайское имя. Неудивительно, что Настя назвала ее азиаткой.

Затем быстро подняла резинку и скрылась в комнате. Пен провожал ее пустым взглядом сумасшедшего. Это не Цилинь. Не Цилинь. Она мертва. Но…они одинаковые. Да какого дьявола здесь твориться?

Клиент, видя прострацию курьера, захотел побыстрее вытворить его даже без оплаты, но посмотрев на него снова, передернул плечами. Это лицо, с выкатанными глазами, болезненным румянцем и прилизанными волосами будет преследовать его в кошмарах. Но в некоторой степени ему стало даже жаль его. Потерять девушку или, возможно жену, в таком юном возрасте и теперь видеть ее силуэт в других - было неимоверно больно. Хоть Пен и вызывал у него толику сочувствия, но он его не понимал, ведь никогда в своей жизни никого не терял. Ни родителей, ни жену, ни дочь, ни друзей. Ни бабушек, ни дедушек он не помнил, они умерли, когда он был ребенком, поэтому никаких чувств их потеря не вызывала.

-Боря! Почему Настюша такая потерянная? – из комнаты вышла женщина. Пен посмотрел на нее.

«Валенсия».

Хоть он и видел ее всего раз, но внешность запомнил. Валенсия посмотрела на Пена, который был как чудовище, сошедшее с фильмов ужасов. Она закрыла рот рукой и закричала. Борис ей крикнул:

-Юля, иди к Насте, я сейчас приду!

Женщина ретировалась, а мужчина спокойно достал карточку:

-Давайте, я заплачу.

Пен на автомате достал терминал. Борис расплатился и выпроводил курьера вон. Закрыв за ним дверь, он облегченно выдохнул и на ватных ногах пошел успокаивать жену. Да и себе не помешало бы налить грамм сто.

***

Пен бежал по лестнице, прогоняя образы Рама, Цилинь и Валенсии. Выбежав на улицу, он почувствовал запах дождя. Он закончился, но запах остался. Облокотившись о входную дверь подъезда, Пен закрыл глаза и пытался мыслить здраво.

«В современности не существует Шена, Чука, Цилинь, Рама, Валенсии. Это просто персонажи. Но откуда они здесь появились пусть и под другими именами? Такого же просто не может быть!

Почему ты так в этом уверен?»

Пен снова услышал голос и подпрыгнул от неожиданности.

«Кто это?»

-Эй, есть тут кто? Покажись?

Но никого не было.

«Я снова схожу с ума. Нужно рассуждать логически. Может я видел уже этих людей в настоящем, а когда поселился в книге, то мозг идентифицировал их? Или дело в перерождениях душ? Альтернативных реальностях? Это все полный бред. Но…я никогда не задавался вопросом о том, как оказался в книге? Принимал это за вторую жизнь как должное. Но ведь такого не бывает. Для того, чтобы переродиться нужно умереть, но я жив сейчас. Умер же только в книге. Значит, тело было живо здесь, а душа пребывала там? Тоже полный абсурд».

Пен застонал и схватился за голову.

«Что же мне теперь делать? Как жить дальше? И есть ли смысл вообще жить?»

Тут у него завибрировал телефон. Пен достал его и посмотрел на экран. Пришла эсэмеска о том, что он опаздывает к следующему клиенту. Нехотя кивнув сам себе, Пен заставил тело двигаться и продолжить работу. Предаваться самобичеванию он всегда успеет, а работы лишиться ему не хотелось. Сев на велосипед, Пен подавил желание обернуться и посмотреть на дом, где жила Цилинь (Настя). Закрутив педали, Пен направился дальше.

Глава 57

САМОУНИЧТОЖЕНИЕ ИЛИ СПАСЕНИЕ? ЧАСТЬ 1.

Работал Пен в графике 3/3 и по 12 часов в день. Отработав смену, шел к начальнику за деньгами. Платили каждый день. Выручку давали наличкой, это Пен просил именно так, ведь за квартиру Галине Ивановне нужна только она, карты у нее нет. Попрощавшись с коллегами, отправлялся домой.

Дождя не было, и небо усыпано редкими звездами. Подходя к своему району, Пен услышал протяжное и жалобное мяуканье. Кошка словно просила помощи. Найдя ее глазами в полумраке, Пен снова покрылся холодным потом. Кошка, увидев человека, мяукая еще громче, подбежала к нему и начала тереться об ноги. Это была Жасмин. Исхудавшая, грязная, молящая о еде и крове. Пен уже не знал, что думать, если даже и Жасмин здесь. Наверное, просто смирился. Он вздохнул и пошел к ближайшему продуктовому магазину. Кошка поплелась за ним, надеясь на лучшее.

Купив Жасмин корма, Пен смотрел, как она жадно его уплетает и душу снова накрыла тоска. Он вспомнил, что когда был в Лагере Душ, Шен тоже кормил Жасмин, а они вместе с Цилинь, Чуком, Гансом, Демианом сидели под деревом и продумывали план по искоренению высших демонов. Жизнь в тот момент казалась легкой и непринужденной. Пока Демиан не предал их. Их всех.

Вспомнив о нем, Пен скривился. Ему больше не хотелось иметь с ним ничего общего. Даже воспоминаний. Он сжал кулаки.

«Если я его здесь увижу – убью. Без колебаний. Без сожалений.

Похвально».

Пен так погрузился в свои мысли, что не услышал голоса. Когда Жасмин все доела, она снова начала ласкаться об ноги и урчать. Пен тепло улыбнулся и взял ее на руки. Смотря в ее глаза, сказал:

-Жасмин, прости, я не могу тебя забрать. Галина Ивановна не терпит животных в своей квартире. Но я буду кормить тебя. Каждый день. Не обижайся, ладно?

Кошка не поняла его и продолжила урчать. Пен поставил ее на асфальт и пошел домой. Она, увидев, что человек уходит озадаченно мяукнула и побежала следом. Когда Пен хотел открыть дверь подъезда, кошка громко замяукала. Пен старался не обращать на него внимания и зашел в подъезд. Он тоже был голоден. Те перекусы, которые он делал, были маленькими и не сытными. Снова посетовав на слабости своего бренного тела, Пен зашел в квартиру и, не раздеваясь, направился в ванную, а затем и на кухню. Окно было открыто, и Пен услышал жалобное мяуканье. Сердце стало обливаться кровью, но он упрямо закрыл окно и открыл холодильник. Мяуканье поутихло, но не до конца. Быстро поев, Пен поставил телефон на зарядку и пошел спать. Накрывшись одеялом с головой, он смог заснуть.

***

Следующий день погожей погодой тоже не радовал. Дождь лил уже с самого раннего утра. Пен встал в шесть, чтобы принять душ, позавтракать и покормить Жасмин. Кошка не ушла от подъезда, а спала прямо под входной дверью. Когда Пен открыл дверь, она проснулась и отошла от нее. Покормив Жасмин, Пен пошел на работу. Кошка провожала его взглядом, не отходя от крыши над головой.

Сегодня Пен пришел на работу на полчаса раньше и встретился с начальником, который играл в шахматы с еще одним курьером, которому похоже, тоже не спиться. Пен решил понаблюдать за игрой, отгоняя воспоминания своей игры с Демианом. Информатор научил его игре довольно-таки хорошо.

Пен, видя долгий и задумчивый взгляд начальника на свои фигуры, решил ему подсказать глазами. Он кашлянул, привлекая к себе внимание и глазами с наклоном головы, указал на решающий ход. Павел Юрьевич, пошел так, как указал Пен и выиграл партию. Дав проигравшему щелбан, Павел Юрьевич сказал Пену, когда другой курьер ушел переодеваться:

-Ты же мне говорил, что не умеешь играть. Что, боялся обыграть своего босса?

-Да, боялся. – Пен решил соврать, чтобы не думать лишний раз о Демиане.

Начальник похлопал его по плечу:

-Да ладно тебе, не бойся. Давай сыграем партейку, пока время еще есть. Кстати, сегодня придет новичок, покажешь ему, как мы работаем.

-Хорошо.

«Новичок. Этого мне еще не хватало».

После пятой выигранной у начальника партии, тот, наконец, сдался и уже пожалел, что пригласил Пена с ним сыграть. Он ушел встречать новичка, а Пен остался собирать шахматы. Укладывая их в кейс, обнаружил в нем потайное отделение. Полюбопытствовав, что там лежит, он открыл его. Из отсека выпал перочинный ножик с серебряной гравировкой. Пен поднял его с пола и открыл, чтобы посмотреть на лезвие. Оно было длинное и очень острое, покрытое позолотой.

Услышав шаги, которые уже были к нему близко, он не успел спрятать нож в отсек, а положил на туалетный столик, прикрыв его скатертью. Обернувшись и посмотрев на пришедших Пен старался не закричать. Рядом с Павлом Юрьевичем стоял Демиан. Он смотрел на Пена наивными глазами и тепло улыбался. Начальник сказал Пену:

-Знакомься Пен Ежов, это Денис Коробов – Затем сказал уже Демиану - Пен покажет тебе все, став твоим куратором на два дня. Освоишься, потом будешь работать уже сам…

Пен смотрел на Демиана и не мог поверить в то, что будет с ним работать два дня. Ярость, закипала в нем все сильнее и сильнее, когда он видел этот потерянный взгляд. В мозгу начали появляться картинки из прошлого. Первая встреча, заказ десерта, разговор на складе, в Лагере Душ, по чирации, игры в шахматы, тренировки, последние бои и разговор в тюрьме, открывший ему на все глаза.

Пен тяжело задышал. Глаза налились кровью, в мозгу снова застучало.

«Убить. Убить. УБЕЙ ЕГО. УБЕЙ».

«ДАВАЙ УБЕЙ. ИСПОЛНИ СВОЕ ЖЕЛАНИЕ!»

Павел Юрьевич уже давно ушел, оставляя новичка с куратором. Денис робко спросил:

-Пен, привет, когда начнем работать?

Пен словно не своим голосом сказал:

-Сейчас и начнем. Павел Юрьевич принес тебе форму, переодевайся.

Денис стал переодеваться, повернувшись к Пену спиной, а тот, слушая голос, достал ножик и всадил его в спину Дениса, пронзая сердце. Он захрипел и повалился на пол. Пен вытащил нож и всадил заново. Кровь начала растекаться по полу, капала с ножа, но Пен и не думал останавливаться. Он раз за разом колол ножом уже мертвое тело Дениса, наслаждаясь вытекавшей из его тела красной жидкостью. Тело действовало на автомате, запах крови затуманил разум полностью. Пен снова превратился в того мясника, который топором разрубал людей, спасая при этом Цилинь и мать Педро. С каждым вздохом, он вдыхал кровавый запах и улыбался. На душе было легко.

***

Другие, пришедшие на работу курьеры, переодевались, и обсуждали между собой разные новости. Через приоткрытую дверь, они услышали, как кто-то бежит. Дверь распахнулась, и в помещение вбежал начальник с округленными от ужаса глазами. Мужчины стали взволнованно друг с другом переглядываться, а Павел Юрьевич прокричал:

-Парни бегом за мной! Ежов убил новенького! Я уже вызвал полицию, нужно его удержать до их приезда! Витя, возьми шокер, остальные – за мной.

Все происходило как в тумане. Отряд курьеров во главе с начальником направились в подсобку. Увидев, что их коллега собственными руками убил человека, все испугались, но Виктор, держащий в руках электрошокер, очень медленно и тихо подошел к Пену, который все втыкал и втыкал нож по рукоятку в мясо изрубленное тело. Казалось, что он вообще ничего кроме него не видит и от этого становилось легче. «Обдав» Пена электрическими импульсами, его тело обмякло, он выронил нож, и потерял сознание. Павел Юрьевич сказал:

-Теперь надо его связать.

Курьеры, нашедшие в подсобке веревку со скотчем, принялись за дело. Когда убийца был надежно связан, начальник поторопил курьеров на развозку заказов. Ведь работа превыше всего - даже если рядом убийца, а сам остался с Пеном и мертвым Денисом ждать полицию.

Полицейские, прибывшие на место преступления, забрали Пена в следственный изолятор и разобрались с телом и уликами.

Двое мужчин вышли на свежий воздух. Криминалист, обратился к следователю:

-Как ты думаешь, он вменяемый человек? Опросили свидетелей?

Следователь, с внешностью Ганса выпустил изо рта облако сигаретного дыма:

-Опросил только его начальника и остальных работников пиццерии. Все утверждают, что это помутнение рассудка. Или безграничная необоснованная ненависть. Все, как один твердят одно и тоже. Вменяем ли он, скажут психологи, когда опросят, так уже видно будет. А наше теперь дело разобраться в мотиве и оповестить родных этого мертвого юноши. Далее уже пойдет нескончаемый поток макулатуры, который в следствии отправим в прокуратуру.

Криминалист кивнул и вздохнул. Уже давно он не видел такого убийства, звериного убийства. Вопрос еще долго будет стоять для него открытым – посадят ли этого человека вообще?

Глава 58

САМОУНИЧТОЖЕНИЕ ИЛИ СПАСЕНИЕ? ЧАСТЬ 2.

Очнувшись, Пен не сразу сообразил, где он. Осмотрев вокруг себя помещение, все равно не понял, где находится. Тело было ватным и неповоротливым. В голове снова всплыли воспоминания о том, что он сидел за решеткой, а Демиан рассказывал ему, что происходит. Демиан… За решеткой… Пен вспомнил, как увидел Дениса, как схватился за нож, как вонзил его в него, как…получал удовольствие от его смерти.

Он запаниковал, рвано задышал, пот стал стекать по его телу градом, его затрясло и мысль, стучала набатом в голове.

«Убийца! Я убил его! Убил Дениса! А теперь, я в тюрьме! Не хочу в тюрьму!»

«Да успокойся, не в тюрьме ты, а в следственном изоляторе. Скоро тебя поведут на допрос».

Пен снова услышал этот голос и запаниковал еще больше. Ведь это он, именно он заставил его убить Дениса. Теперь-то Пен наконец-то понял, что это голос в его голове, а это значит, - это он сошел с ума.

«Если ты сошел с ума – то почему бы это не использовать?»

Пен задумался. Когда-то давным давно он разговаривал об этом голосе с оригинальным Педро. Что он тогда ему сказал? Что он сам себя съедает изнутри? Если это так – то он не совсем свихнулся? Выходит, совесть у него еще осталась? А что будет, если попробовать договориться с голосом? С чем черт не шутит, верно? Тем более положение у него сейчас совсем шаткое.

«Что ты имеешь в виду?»

«Как ты думаешь, кого сажают в тюрьму?»

«Убийц, преступников, воров, да и просто людей, которые под руку попались, козлов отпущения».

«Верно, а еще кого?»

«Еще? Я не знаю».

«Вменяемых. Если тебя признают психологически больным, то в тюрьму не посадят, а отправят на лечение в психологическую клинику. А там, поверь, очень даже неплохо. Если будешь меня слушать, то я помогу тебе снова попасть в книгу и спасти твою Цилинь».

«Как поможешь? И кто ты вообще такой?»

«Всему свое время. Зови меня просто помощником. Сначала тебе нужно не попасть в тюрьму».

Пен не хотел идти на поводу у непонятно кого, но соблазн снова увидеть Цилинь и тем более спасти ее, был очень велик. И Пен рискнул.

«Я согласен, что надо делать?»

***

Следователь сидел в своем кабине и писал рапорты. В голове у него было пусто. Суд над тем человеком – Пеном Сергеевичем Ежовым - прошел уже месяц назад и его оправили в клинику. Прокурор никак не смог доказать суду, чтобы его посадили, а адвокат даже почти ничего и не делал. Скольких бы психологов, психотерапевтов следователь не просил, все одно – он болен. Да что греха таить – он и сам проводил незнамо, сколько допросов, но этот человек….правда, сумасшедший. Он, не имея психологического образования, мог сразу согласиться с теми людьми, кто его получал, а статью 21 (6) никто не отменял.

(6) статья 21 УК РФ – ВМЕНЯЕМОСТЬ. Согласно статье, невменяемое лицо не подлежит уголовной ответственности.

Следователь нервно хмыкнул. Захотелось курить. Вытащив и закурив сигарету, он посмотрел в окно.

«Надо отменять эту статью, иначе все убийцы никогда не окажутся за решеткой, хотя… не все люди знают и соблюдают законы страны. Некоторым на них просто плевать, и с одной стороны, это хорошо. Хоть не все избегут ответственности за свои содеянные действия. Ладно, пора возвращаться к работе».

Докурив сигарету, следователь снова принялся писать отчеты.

***

Прошло уже больше полугода с того момента, как Пен убил Дениса. За эти месяцы многое изменилось. Делая все, как и говорил «помощник» он смог избежать тюрьмы, но убедился в том, что на самом деле стал сумасшедшим. Сидя в палате, в смирительной рубашке нервно, чтобы никто не услышал, захихикал в рукав.

Пройдя все допросы, постоянные беседы с разными людьми, при этом четко сохраняя образ безумца, дорогого стоит. Невольно примешь это за правду, но и в этом есть своя выгода.

В психологической клинике было, как и говорил голос - неплохо. Пен даже не принимал желаемое за действительное. Вел себя спокойно, поэтому ему не вкалывали препараты. Кормили хорошо, даже принесли принадлежности для рисования. Месяц прошел отлично.

Месяц спустя, когда Пен рисовал очередную картину, помощник сказал:

«Все. Пришло время для отправки в книгу. Ты готов?»

«Да, что для этого нужно?»

«Чтобы попасть в книгу повторно, нужно уничтожить здешнее тело и отправить душу в произведение. Сможешь ли ты убить СЕБЯ?»

Пен отложил кисть. Убить себя. Он уже умирал в книге, но…самоубийство, это совсем другое. Он боялся, да и сейчас боится смерти. Убив себя в реальности, у него будет только одна попытка выжить в книге. Но…что его здесь держит? Семья? Деньги? Работа? Друзья? Любовь? Счастье? Страх? Боль? Ненависть? Гордыня? Или слабость? Собственная ничтожность? Может ли хоть что-то из этого списка его здесь держать? Вряд ли. Тогда с чем же связан этот неописуемый ужас, охвативший его сознание.

«Помощник, я, правда, увижу Цилинь?»

«Правда. Но если ты захочешь остаться в психушке до конца своих дней, то я не буду тебя винить. Это твоя жизнь и твой выбор. Решайся».

Пен вспомнил, что доказывал Демиану, что выбор есть всегда. Нет, есть только иллюзия этого выбора. И он уже давно это понял. Нужно идти до конца.

«Я готов…убить себя».

«Смело. Хорошо, тогда слушай, вот что тебе надо сделать. Попроси своего доктора о том, что очень хочешь почитать. Всего одну книгу. Когда ее тебе принесут, увидишь, что внутри, но это после. Выполни сначала это».

«Понял».

Попросить книгу было сложновато. Получилось не с первого раза, но и пришлось поунижаться. Но когда Пен получил заветный трофей в свои руки, он открыл книгу и из нее выпали записка и кинжал. Пен поднял предметы. Спрятав нож под подушку своей кушетки, открыл записку.

«Господин Пен. Поздравляем вас с вашим решением. Чтобы изменить историю, вам надо пронзая свое сердце этим кинжалом всеми фибрами души подумать о самом близком вам «существе».

Еще раз спасибо за выбор».

Разорвав послание, Пен вздохнул:

«Это все так странно. Хожу, как в темноте, на ощупь, а вокруг одни загадки. Кто это написал, чей это голос? Я не знаю, но если я смогу снова увидеть Цилинь – без разницы».

Пен взял кинжал и воткнул в свою левую часть груди, пронзая сердце. Его тело упало на пол, и кровь окропила несколько лоскутков записки. На них появились новые слова: Эксперимент удался.

***

Пен открыл глаза и увидел слепящее солнце. Зажмурился. Услышал голос:

-Эй, Педро, ты не сильно ушибся?

Пен почувствовал боль в ягодицах. Он кое-как сел и увидел трех ребят, склонившихся над ним.

«Я вернулся. Но мне что, снова пять лет?»

-Ребят, все нормально.

- Тогда давай продолжим играть.

-А во что мы играли?

-Ты же вроде попой ударился, а не головой – в догонялки.

-А, точно. Тогда я догоняю.

Пен встал на ноги и побежал догонять детей.

«Я вернулся и теперь не повторю своих ошибок. Цилинь, жди меня, я сделаю нас счастливыми, даже если мы будем пировать на костях».

Глава 59

РЕАЛЬНАЯ РЕАЛЬНОСТЬ.

2050 Год. Китай. Юго-восточная часть. Провинция Фуцзянь. Город Фучжоу.

Подпольный исследовательский центр.

Чжоу Линь сидел рядом с Чень Ханем за одним столом и наблюдал за «экспериментами», по мониторам компьютеров. Живых людей, которые были мало с кем знакомы, имели дефицит родственников, и другие компоненты нелюдимости, начальница привозила со всех уголков земного шара. Они шли на эксперименты. Также привозила людей, которые работали в лабораториях, разных наций, народов и языков. Они работали с теми подопытными, которые знали их язык, но культуры для экспериментов брали из разных стран. Неважно, будь то лор, имена, события.

Языковые барьеры были проблемой, но не глобальной. Некоторые знали по несколько языков, но присутствовали и переводчики. Работа шла продуктивно.

Смотря на мониторы, Чжоу Линь думал о подопытном с номером 205 – Ежове Пене Сергеевиче. Этот молодой человек переполошил всю базу. О взаправду смог убить себя. Пришлось быстро реагировать, чтобы спасти его. Сейчас лежит в реанимации в коме. Сознание русские работники смогли перенести в альтернативную реальность. Чжоу Линь знал русский и расспросил работников об этом инциденте.

Чень Хань, видя, что коллега в своих мыслях спросил на китайском:

-О чем думаешь?

Тот тоже ответил на китайском:

-Да о Пене Ежове. Впервые вижу такого человека, за столько лет, пока здесь работал. Все эксперименты до него не решались на самоуничтожение, а он смог.

-Да не парься, просто он псих.

-Может ты и прав. Родители вон назвали его нашим именем (7), а жил в России.

(7) Пен – это китайское имя, обозначающее огромную птицу. Чаще всего ассоциируется с фениксом.

-Ага, дорам, наверное, пересмотрели.

Тут в дверь их лаборатории постучали и вошел русский человек. Чжоу Линь и Чень Хань встали из-за стола и поприветствовали пришедшего по-русски:

-Здравствуйте, господин Шишков – и поклонились.

-Господин Чжоу, господин Чень, приветствую – Константин Шишков легонько им кивнул. Он был на высокой должности, почти приближенной к хозяйке исследовательского центра – Госпожа собирает всех работников на собрание. Прошу за мной.

Китайцы направились за русским мужчиной на выход. По пути Константин собрал еще многих работников. В зале собраний было очень просторно, что все работники спокойно в нем помещались. На возвышении находился огромный офисный стул, на котором сидела владелица исследовательского центра, а также автор книги «Линель- принцесса демонов».

Госпожа Нами.

За ней был большой экран и на нем был изображен андроид.

Она хлопнула в ладоши и сказала:

-Господа, расскажите мне, как проходят наши эксперименты.

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…