... о этот безумный, безумный мир!

Глава 1

1. …В каком-то смысле моя история началась с собак. Вернее, с завода по их производству. Оу, простите, я же совсем забыл! Вы же еще “там” – в самом начале пути, а я уже “тут” – почти в его конце. Вы, должно быть, в некотором замешательстве и не понимаете меня. Моя ошибка – нельзя быть таким скорым и прямолинейным в своих словах. Что ж, тогда начнем обо всем и по порядку. Нет, вы не ослышались – всё началось именно с завода, не с фермы. Да, по производству собак – все правильно, вы не перепутали. “Почему”, “как”, “где” и “когда”? О, это долгая история, но я попытаюсь пересказать её как можно короче...

Итак, все началось еще задолго до моего рождения, одним очень холодным и дождливым летом. Оно не было “роковым” или “злосчастным” – не старайтесь, вы не найдете его в пророчествах Нострадамуса или Вольфа Мессинга. Просто, в какой-то момент накопление неудачных событий и обстоятельств достигло критической массы, и случился грандиозный коллапс. Были ли люди готовы к кризису? Да, конечно. К одному, к двум, трём. Но явно не к их жирной черной полосе. В начале - разрыв отношений с Родиной и транспортный кризис, затем - гражданская война, следом - экономический упадок, бурлящий “астрал”, дюжина землетрясений и цунами. Ну и на сладкое – зашедшаяся в ностальгии по ледниковому периоду, слегка очумевшая природа. Всё это означало долгие и очень суровые зимы, от которых люди успели отвыкнуть, неурожай, падеж скота и рост цен на импорт продуктов. Как следствие, люди, забыв обо всем, потянулись в лес. Зачем? Добывать еду, охотиться. Именно, охотиться. Ну, знаете, убивать зверушек ради мяса? “Пиф-паф” и все такое - впервые, за много-много лет. И вы уже догадываетесь, что это не могло привести ни к чему хорошему. История вообще учит нас тому, что убийство в принципе не приводит ни к чему хорошему. За считанные дни мы всколыхнули глубины того самого омута, что едва-едва успел “затянуться ряской” и новый виток, затихшего было конфликта, застал нас врасплох. Еще до этого мы стояли на самом краю, в шаге от хаоса и анархии, не переступив его только благодаря принципиально новому общественному институту - МпК. Эта чудовищная смесь науки, древних верований, полу-оккультных практик и современны традиций народов Юга, долго и по крупинкам зарабатывала себе кредит доверия, только чтобы вспыхнуть лучом единственной надежды в самый темный час. И я прошу сделать особый акцент именно на слове “самый”. Потому как потревоженные бесконтрольной охотой на свою свиту, на наши земли вернулись обновленные Хозяева. С ними пришли сухие метели и жгучие листопады, красные ливни и Снежинки. И вот уже считанные дни спустя наша доблестная армия терпела поражение за поражением, отступая и теряя обжитые территории. Кровавые побоища и смертоубийства, превентивное уничтожение свиты и напалмовые зачистки с воздуха, что в новостях скромно называли “локальными конфликтами” по факту несли лишь еще больше злости, разрушений и неминуемо приближали катастрофу. Современные технические средства были почти бессильны и не оправдывали вложений – насилие порождало еще большее насилие, агрессия – еще большую агрессию. Люди впадали в панику, народ бежал из страны. И остановить начинавшееся безумие смогли только *контактники* - ни танки и вертолеты, ни ружья и автоматы, ни отравляющие газы и огонь, ни генералы и солдаты - только *контактники*. На первый взгляд – они были просто группой чудаковатых людей с сумасшедшими идеями, объединёнными в одно громадное, безумное Министерство. Но по сути своей, для нас они стали вторыми Аджаями, как те стали спасителями для первых колонистов. Они видели и прогнозировали кризис заранее, зная, что избежать его не удастся и вторая война лишь вопрос времени. Но их понимание было куда глубже, чем может показаться – они знали, что вторую мы не выиграем с тем, что оставили нам цивилизация и общество сейчас. И в решении проблемы они вернулись к истокам, в самом прямом смысле слова, к самому простому и логичному решению, но взялись за него с куда более масштабным и современным подходом. Не зря их официальным названием еще очень долгое время было “Министерство по Безумию”.

Я ещё не утомил вас своим затянутым вступлением? Ведь вы, верно, терзаетесь вопросом: – “А при чем же здесь, собственно, собаки, мужик???” Потерпите, вы уже скоро сами начнете всё понимать. Так на чем это я остановился? Ах, да, верно – речь шла о некоем нестандартном и комплексном “подходе”…

Понимаете, тогда, летом, когда всё только-только начиналось, *контактники* уже понимали, что для решения главного кризиса – надвигающейся войны, понадобится в первую очередь время. МНОГО времени и практически все ресурсы, какими мы располагаем. И потому, первым, подготовительным шагом, введенным ещё за десять лет до этого момента, был возврат “благо-дарения” - из чисто номинальной традиции 300-летней давности оно стало обязанностью каждого гражданина Объединенных Колоний. Мера "благо-дарения" взималась предметами быта, практической и художественной литературой, одеждой и строительными материалами и обработанным металлом, чаще всего – столовыми ножами. Мера собиралась раз в квартал и доставлялась в специально отведенные для того места с высоким уровнем осознанного Присутствия. Подано в общественность это было настолько гладко, мягко и вовремя, что в целом, общественность отнеслась к этому всего лишь как ещё одному способу утилизации бытовых отходов – прохладно, но, в целом, довольно позитивно. Их второй по важности шаг был уже куда тяжелее, однако выпал на довольно удачное, тихое и мирное время, хоть и породил такую бурю возмущений, что она не улеглась и по сей день. Еще бы, это же надо только подумать – изъять гладкоствольное и нарезное оружие у народа! Вообще, совсем и навсегда! Общественность, как вы понимаете, просто гудела от возмущения: “Зачем “изъять”? - А зачем оно вам нужно?” “Для самозащиты! - От кого?” “От внешних и внутренних врагов! - У нас сейчас самый низкий уровень преступности в стране за всю её неспокойную историю: грабителям, убийцам и ворам просто невыгодно жить в наших колониях, вы это прекрасно знаете. А что касается врагов внешних – просто подумайте, кто и зачем вообще полезет в эту дыру по своей воле?” “Хорошо, допустим. А как же то, что живёт с нами по соседству? Как же все те злобные и неуёмные сущности и существа, что пожирали наших предков сотни лет назад? – Верно, они всё ещё там. Но ни ружьё, ни автоматическая винтовка не смогут остановить даже самого молодого из Хозяев. За несколько сотен лет Они, да и любой из Их свиты, стали проявлять немотивированную агрессию от одного только запах пороховой гари, просто почуяв её за две сотни миль.” И так далее и тому подобное. Но не подумайте, Министерство не оставило колонистов безоружными – “стволы” активно меняли на высоковольтные разрядники и травматы, боевые арбалеты и пневматику с транквилизаторами, пено-пушки и сторожевых собако-медведей системы “Марк-2”. Со временем свободные стрельбища, активная реклама и, особенно, неплохая доплата сделали свое дело, хоть и не до конца. Что-то из бум-палок “потерялось”, что-то было признано семейными реликвиями “ну, конечно же, без патронов”, на что-то по дружбе “закрыли глаза”. Но, так или иначе, именно тогда огнестрел был запрещено как класс, а его содержание в неспециализированных местах приравняли к хранению взрывчатых и высоко токсичных веществ. “Эй, а что дальше? Просто прикажите лечь головой на рельсы и зажмурить глаза в ожидании поезда?” - скалили зубы представители радикальных партий. И верно, дальше было только круче. Причем в разы. Третий шаг для МпК был сродни опасной хирургической операции с возможностью летального исхода. Он безбожно запоздал – Министерство боялось этого момента как огня и всегда откладывало его на самый последний день, понимая, что чем дальше, тем оно будет больнее. Годы спустя в своих кулуарных разговорах “контактники” называли эту ситуацию просто и звучно – “Гангрена”. Попробуйте угадать почему?

Глава 2

2.

Эта война всегда была неправильной, "сломанной" по всем законам с самого своего начала - стандартные тактики и решения не работали и более не давали победы в битвах. Нужно было сломать себя, свой ход мысли и уклад общества. А это всегда было крайне болезненно.

МпК было гражданской структурой и, не смотря на прямое сотрудничество с оборонно-промышленным комплексом, не имело прямой поддержки военного руководства. А в связи с прогнозированием и ожиданием второй войны, оно было им нужно как воздух утопающему. Мозгам были нужны лояльные мускулы, и они не теряли времени зря, пытаясь отсечь все лишнее.

Их оппонентами были собственники более 90% тогдашнего рынка военной техники, владельцы частных военных компаний и просто консерваторы в десятом поколении. Их власть и влияние росли прямиком из тех, недалеких в общем-то, времен, когда истинные Хозяева ушли в тень, заведомо выставив наружу старые обличья и формы, несколько из которых были вполне успешно и демонстративно уничтожены новейшими образцами оборонительной техники. Крылатые ракеты, танки, бронекостюмы, магнитно-рельсовые винтовки – для них это была лучшая в мире реклама. Товар пошел на рынок и служил отличным источником доходов.

Он НЕ МОГ оказаться не эффективным, понимаете, о чем я?

Министерство годами просачивалось в армию, как вода точит себе дорогу в камне – беседы, балы и рауты, сводные браки, занятие лояльными людьми высокостоящих постов, “удобные” законы и вынужденная работа над биологическим оружием. Милые светские интриги, улыбки и маска придурковатых, но гениальных ученых. Они просто ждали.

И в нужный момент шанс им представился – это был самый разгар осени, когда ураганы Марго и Катрина рвали страну на части, а моральный дух рядовых граждан был уже опасно низок. Людям была нужна маленькая победоносная война - то, что придаст им веры в себя и выбранный курс на долгое время и выиграет время для переброски новых сил.

Сейчас с высоты прошедших лет их, “контактников”, можно обвинить в страшных преступлениях: умышленной даче ложных показаний разведке, саботаже, измене человечеству и пособничеству в убийстве сотен тысяч простых солдат. Но вы просто задумывались над тем, что было бы, не случись легендарной “Джерсийской бойни”? Как пошла бы история? Я искренне надеюсь, что все содеянное в итоге пошло человечеству только во благо.

“Бойня” должна была стать флагманом, переломным моментом, но по факту – срежессированной и отрепетированной операцией по типу “шок и трепет”. У них имелось некоторое количество пленных существ, имелась собранная тут и там свита, имелось выбранное и заранее подготовленное место. Имелись последние разработки в области оружия, около пяти сотен тысяч солдат живой силы, журналисты, камеры и операторы.

Всё должно было быть очень красиво и драматично, прямо как в кино – оборонительный рубеж Новой Джерсийской Колонии, ночь, дождь, блиндажи, артиллерия, прожектора, флаги и вкопанные танки. Громадные деньги, космическое баблище, фантастический бюджет на рекламу миллионы зрителей. Абсолютная, святая уверенность в результате.

И полное фиаско.

Финал этого “боевика” был крайне зрелищен, печален и, увы, крайне непредсказуем. Всю эту кровавую баню показали без утайки по центральным каналам с пометкой *НИКОГДА БОЛЬШЕ*.

Министерство не упустило своей возможности и воткнуло в повернутые к ним спины с десяток ножей. Ну, вернее как, ножи втыкали не они – ножи втыкала подогретая до максимума общественность, закупщики вооружения, политологи, социологи, индустриальные деятели и политики.

Матери, отцы, любимые и близкие солдат, что сгинули в той показательной мясорубке, сами вытаскивали за руки и ноги генералов, пославших из кабинетов и штабов людей на убой, ради доказательства своей правоты и отстаивания эффективности старой военной системы.

Что, простите? Органы правопорядка? Да, они там были. С посыла самого Министерства. Говорят, что полицейские стояли прямо у входа и следили за тем самым “правом и порядком”, но куда-то в другую сторону. Если вы конечно понимаете о чем я.

Но это было уже следствие – некое почти незаметное для общественности действие произошло ровно сразу же после третьего часа “Бойни”, когда исход событий уже нависал над штабом как дамоклов меч. Лояльная Министерству часть офицеров и преданные им люди в одну ночь совершили государственный переворот, рассеяв силы оппозиции и парализовав военные и производственные объекты.

На утро, после митинга, актов протеста и линчевания практически дееспособных представителей старой власти в стране было объявлено военное положение, а власть по факту перешла к “контактникам”. Основанием было не что иное, как потеря критически важного жилого пространства, смещения линии фронта и неспособность защитить гражданское население выделенными силами.

И Министерство раскололо армию напополам - с грохотом и треском рвущегося общественного шаблона, с холодной циничностью полевых хирургов отделяя жизнеспособное от пораженного миазмами.

Те из немногих выживших офицеров, преданных старому строю, кто были на передовой и вживую видели, что все то новое, что перло на них из глубины старых городов не хотело воевать по старым порядкам - они уже были готовы отказаться от старых привычек. Эти люди легли в основу *Министерства по Надзору* - так сказать, силового крыла МпК, в составе боевых егерей.

“Колониям сейчас куда больше нужны фермеры и строители, агрономы и генетики, водители лесоходов и опытные пастухи оленьих и лошадиных табунов, чем операторы боевых танков и пехотинцы с винтовками.” - кричало радио, и нахмуренные лбы потихоньку разглаживались – есть и вправду хотели все, причем много, вкусно и постоянно. А еще лучше было это делать в своих теплых, уютных, крепких и безопасных домах.

После этого, реквизировав тысячи освободившихся военных кадров, Министерство принялось строить. О да, им было что предложить этому миру!

Ультразвуковые ограды, бетонные двадцати метровые валы с колючей проволокой, ямы с мазутом и бакелитом, титановые клетки, не летальные мины с высокой травматичностью. Фальшивые здания-ловушки и ловчие дороги, подземные фермы и бронированные школы, полностью автономные, хоть на луну посылай, медицинские комплексы и принципиально новые модели городов-колоний.

Но самое интересное было в другом.

Самое удивительное то, что делали они это всё не из стали и бетона, как это было принято раньше. Итоговым продуктом их последних научных изысканий и великим прорывом в градостроении было черное, пенистое вещество, похожее на дым от сожженных автомобильных покрышек. Вязкое, тягучее, мобильное и очень быстро застывающее при термальной обработке. Твердое как бетон в сухом состоянии, гибкое и эластичное при необходимости, способное намертво склеивать шерсть и конечности воедино. Это был прорыв в оборонных и градостроительных технологиях. “Дом в баллоне”, как позже назовут его в народе.

Они делали его, как делают из нефти пластмассу, из той белесой, полупрозрачной дряни, что падает с листьев по осени и вызывает “призрачную метель”. Благо, добра этого в любое время было как говна. Ну, то есть с избытком.

И вот, после всей той невероятной дичи, что эти ребята наворотили, после всех тех устоев и законов, что они порушили, они водрузили финальную вишенку на этот торт из чистого безумия.

Они создали таймер с обратным отсчетом длинной в двенадцать месяцев на центральных каналах, начавший свой обратный бег практически сразу после переворота.

Именно таким образом они начали свой финальный аккорд в гениально-двинутом плане - мобилизацию к самой странной в мире войне. После приказа о роспуске большей части войск, ага.

У всех натурально глаза округлились, когда они поняли, что в армию призывают не людей.

Кого? О, к этому-то все постепенно и подходит!

Гражданам Колоний напомнили об их далеком прошлом, вновь напомнили о Присутствии, старых договорах и прежних союзах. С экранов полились исторические фильмы и передачи об Аджаях, первой Зоологической Войне, не-людской культуре и извечном противостоянии добра и зла.

По мне, так это все было весьма посредственным “бла-бла-бла”, призванным запудрить мозги и плавно подводящим черту под очень странным, но, абсолютно удобоваримым для народа решением: “Нет, сынок, на фронт мы тебя не заберем! Пусть лучше это будут странные и далекие от нас чужаки, чем ты и твои близкие”.

Каналы сутками напролет говорили о “не-противодействии мобилизации”, о том, какой это “вклад в общее дело дружбы народов”, а так же о классификации тех, кто ей подлежит, всех - от мала до велика, и насколько все будет плохо, если подлежащих мобилизации скрывать.

Много и со вкусом рассказывали о “Центрах поощрения” - специальных заведениях, где “делали замены и компенсации, почти не отличимые от оригинала”, о социальных и финансовых льготах тем, кто взял на себя обязанность профессионально готовить призывников на постоянной основе, о просьбах просто “взять призывника на воспитание и сделать, всё, чтобы он вырос достойным этой высокой чести”.

А на каждом углу висели телефоны центров психологической помощи и поддержки семьям мобилизованных.

Глава 3

3. “Эй, друг, так как же все-таки на счет собак? – напомните вы. С них вроде бы вся история и начиналась! Ты про них не забыл еще?” Нет, конечно нет. Просто ответ на этот вопрос лежит в финале отсчета с центрального телевидения. Так что же все-таки было в самом его конце? – спросите вы.

Боль, слезы, прощания и принятие. Чувство пустоты и утраты. У кого-то гордость, но все чаще – растерянность. Дело в том, что в тот самый час “ноль” Присутствие призвало к мобилизации практически всех: лысо-рысей, собак, кошек, древо-лисов, лошадей, выдроидов и многих из тех, кого мы привыкли называть "друзьями человека" или просто питомцами. Всех, кто был крупнее болонки или домашнего кота. Всех кто был одомашнен и не годился в пищу. Почти всех, кто жил в наших домах. Присутствие расширилось скачком, получило облики и тела, получило оружие и средства, и вышло, наконец, за пределы среды своего исконного обитания. А после этого, обогащенные нашими “благо-дарениями”, они от нашего имени развязали самую чудовищную и кровавую войну из всех известных человечеству. Два месяца человек практически не покидал своих городов-крепостей. Два месяца земля и вода пропитывались кровью и потом, удобрялись костями и плотью. А потом Хозяева ушли. Не проиграли, нет – ушли, как схлынул бы морской прилив. Ушли далеко-далеко на север и глубоко на запад, за горы. Растаяло, растворилось и затаилось в лесах и Присутствие. Два чудовища уползли зализывать раны на очень, очень долгое время.

Но что же человек? Он вышел из зоны комфорта и почувствовал пустоту внутри. Понял, что мир снова, на некоторое время, принадлежит ему и решил переделать его под себя, насколько хватало глаз, сил и воображения. Человек начал строить "Свободные Экологические Зоны" где обыкновенные животные выращивались в настоящих, диких природных условиях без контроля и опеки Хозяев. Человек начал возводить резервации и периметры невероятных масштабов, вплетая в них горные массивы и грандиозные каньоны. Появились города нового типа, форпосты и опорные пункты, возделывались пашни, строились фермы и плантации. Но при всем при этом человек был оглушительно одинок – он чувствовал вину за случившееся, и в его душе росла сосущая пустота. Это отдаленно напоминало Пьера Буля с его “Планетой Обезьян”, ведь в итоге мы потеряли от 85 до 90% домашних питомцев. Тем не менее, это открывало массу перспектив для предприимчивых людей и вот уже в сентябре следующего года Министерство инициировало программу по серийному выпуску многоцелевых собак серии *Марк*, предназначенных для домашнего и загородного содержания, охраны и семьи. Ну а фирма взявшая заказ в работу нашла неплохой участок для строительства и получив поддержку от строительных войск, взялась за выполнение заказа.

“Так какое же ко всему этому отношение имеешь лично ты?” - спросите вы. А все очень просто – именно там, при стечении всех этих и многих других обстоятельств шестьдесят шесть лет назад встретились два замечательных человека: двадцати-летняя хирург-стажер Маргарет Свифт, приписанная к бригаде инженерных войск и двадцати пяти-летний безродный трудяга “без гроша за душой” Айзек Стэтт – простой оператор строительного танка. Да, это прозвучит банально, но в каком-то смысле моя история действительно начинается с собак. Вернее, с завода по их производству. А еще вернее – с необычайного открытия, что произошло при строительстве и последовавших за ним крайне необычайных обстоятельств. Каких? О, вам, правда, интересно? Ну что ж, садитесь поближе – я подброшу хвороста в костер и налью вам свежего чая. Скоро полночь, а история эта отнюдь не из коротких. Итак, мое имя Гаррет Уолтер Стэтт и это самое начало истории о том, как расцветали Розы…