О чём мечтают принцессы?

Глава 1

Пролог

Башня была уже почти готова, оставалась самая малость.

Серые камни стремились к ночному небу, и толстый налет зеленого мха обнимал мрачное кольцо тяжеловесных блоков у самой земли. Но выше даже вездесущий вьюнок не нарушал унылой серой монотонности, только черные вороны облетали недостроенную, точно срезанную верхушку с ленивым карканьем.

Когда из-за облаков выглянула круглобокая луна, уже почти вернувшая себе идеальную форму, все вокруг засветилось желтыми и зелеными огоньками. Подмигивали из густой травы мерцающие грибные шляпки, порхали светлячки, хищные ночные цветы раскрыли свои бутоны в ожидании зазевавшейся жертвы, и их лепестки источали обманчивое благоухание и холодный опасный свет.

Но ярче всего горел одинокий огонек на вершине башни.

– Она стала что-то подозревать, – монотонно произнес негромкий мужской голос. – Что прикажете делать?

– Убить.

– Но это уже седьмая служанка за месяц.

– Убить. Я же сказала. Кому интересны твои служанки?

Капризный голосок мог принадлежать юной девушке, но говорившая уже давно перестала считать прожитые года. Все, что ее волновало сейчас, это продолжение строительства, и слова собеседника мало трогали ее сердце, как и судьба несчастной, только что приговоренной к смерти.

– Вам нет нужды переживать, – сказал мужчина все тем же безэмоциональным голосом. – Все будет закончено в срок.

О, она не переживала! Она предвкушала, она мечтала, она жаждала. Все ее чувства были сосредоточены здесь, в кольце каменных глыб, рвущихся ввысь. Она слышала, как взывали голоса, множество голосов, заключенных в ней. А когда башня будет закончена…

– Сколько дней осталось?

– Ровно семнадцать дней.

Ответ ее удовлетворил, и в тишине прошуршал длинный шлейф ее платья, цепляющийся за неровности пола. За зубчатым краем башни раскинулось зеленое море неспящего леса. Оно волновалось, кричало и пело на все лады, а еще дальше вырисовывались на темном горизонте силуэты изящного, точно сотканного из пены, дворца с острыми шпилями и ажурными башенками. Она раскинула руки, впитывая в себя сложную мелодию своего мира, и запрокинула голову к звездам.

– Он будет лучшим! – воскликнула она и засмеялась. – Самым лучшим!

Ее переполнял восторг, и он требовал освобождения. Скинув газовую накидку, она рывком распустила волосы и сделала шаг, камнем сорвавшись в пропасть.

Через пару секунд к растущей луне рванулась одинокая тоненькая фигурка с раскинувшимися за спиной прозрачными крыльями...

Принцесса Флорентина

Меня тянуло к этой рубашке, как будто вместе с разноцветными нитками я по неосторожности вшила в нее кусочек своей души. Я уже полностью оделась и заплела волосы в косу, но не удержалась и, сев на еще не заправленную кровать, положила на колени сверток. Рукава и ворот белой рубашки пестрели завитками с мелкими цветочками и птичками. Погладив вышивку, я с грустью вздохнула.

Да, подарок скромный, но что такое замечательное я могу подарить наследному принцу, у которого есть всё? Впервые за столько лет я ощутила что-то вроде неловкости, хотя брат всегда радовался моему вниманию в свой день рождения. Раньше, с самого детства, я вставала при новорождённых лучах солнца и бежала в его покои, чтобы поздравить первой. На цыпочках пробиралась в его спальню и залезала на кровать. Иногда он замечал вторжение, но старательно изображал спящего, чтобы я могла потрясти его за плечо и нежно поцеловать в макушку или в щеку. После вручения подарка (обычно это были плоды моего рукоделия), мы долго обнимались и потом досыпали в одной постели. Старший брат никогда меня не прогонял. Однако в последние два года пришлось забыть о нашей милой традиции: Дарнелл женился, и надо быть последней мерзавкой, чтобы нарушить его с супругой уединение.

Вот так, мелочь за мелочью, и детство заканчивается.

Надеюсь, успею поздравить его перед завтраком. Непривычно от того, что наверняка на меня опять в этот сакральный момент будет смотреть кто-нибудь из членов семьи. Или ещё хуже – волшебный оруженосец моего брата, Ирвин. Он хороший человек, но его колкие фразочки часто звучат некстати.

Когда я вышла в гостиную, делавшие уборку горничные вздрогнули и поприветствовали меня по этикету.

– Доброе утро, – тихонько ответила я и уже хотела прошмыгнуть к двери, чтобы выскочить в коридор, как вдруг встретилась взглядом со старшей дворцовой горничной, Клодией.

– Стоит ли напоминать, что девушке не пристало носить штаны, будто она вообразила себя мужчиной? – мягко проговорила она, разглядывая мое одеяние. Клодия так давно служила во дворце, что мы с братом и сестрой относились к ней как к члену семьи, и ей позволено было делать нам замечания.

Но мне мой наряд очень нравился. Красная бархатная курточка, накинутая на бежевую блузку, темно-коричневые штаны и сапожки до середины икры. Идеально для утренней прогулки верхом. За последние годы многие модницы Ландории оценили удобство мужского предмета гардероба, но эта мода у нас распространялась медленней, чем, например, в Мальвии или Вермирии, потому что мама не жаловала подобное новшество. Но я в брюках чувствовала себя куда удобнее, чем в платье. Старшая горничная улыбнулась своим мыслям и обмахнула статуэтку пантеры с котятами метёлочкой для пыли.

– Могу ли я попросить этого сорванца покинуть покои принцессы, пока ее высочество не проснулась и не увидела его у себя в гостиной?

– Клодия, ты чудо! – поборов желание обнять женщину, я вырвалась на свободу.

Королевский парк встретил меня умиротворяющей тишиной и тонким ароматом влажной от росы травы. Не было слышно даже щебета птиц и жужжания насекомых – маленькие обитатели парка ещё спали. На пути к конюшне я встретила нашего лесничего, вечно молодого эльфа Сильвана. Он вёл под уздцы оседланного единорога и приветственно махал мне рукой. Невзирая на приличия, я со всех ног бросилась к нему. Сколько себя помню, всегда любила Сильвана и относилась к нему с уважением. Несмотря на внешность юноши, он производил впечатление уравновешенного, долго пожившего мудрого человека, если так можно сказать об эльфе.

– Мы с Дунстаном знали, что вы придете, ваше высочество, – сказал Сильван.

– Правда? И ты оседлал его для меня?

Единорог согласно фыркнул.

– Два года назад, в этот же день, я впервые увидел, как вы рано утром катались здесь на лошади, – пояснил эльф. – Вы были чем-то очень расстроены, и я предположил, что сегодня Дунстан поднимет вам настроение.

Понял ведь, что меня расстроила свадьба брата, но тактично умолчал. Для него я была несмышленой девчонкой, но всё же принцессой, и пусть он не отвешивал мне подобострастные поклоны, я всегда чувствовала, что он относится ко мне с почтением, хотя я пока этого ничем не заслужила.

Белоснежный единорог подставил голову, чтобы его погладили. Моя ладонь коснулась теплого лба.

– Дунстан, ты правда меня покатаешь? Спасибо тебе, мой красивый.

Интересно, долго ли Сильван уговаривал редкое и гордое животное? В любом случае я вся светилась от чувства благодарности. Когда я была маленькой, эльф не отказывал мне в прогулках по Королевскому лесу, показывал птичьи гнёзда, знакомил с дикими животными. И у него всегда было для меня доброе слово, толковый совет или просто горстка сладких орехов. Если подумать, то с ним и с Клодией я проводила гораздо больше времени, чем с мамой и папой.

– Сильван, как это у тебя получается? – восхитилась я. – Ты точно не пользуешься магией?

– Ни к чему пользоваться магией там, где можно довериться сердцу. Ваше высочество, постарайтесь вернуться с прогулки до того, как в парке начнутся приготовления к празднику. Дунстан не очень любит находиться среди людей.

Я легонько похлопала единорога по мощной шее.

– Да мы недолго, совсем немножко погуляем.

– Хорошо. Ни о чём не волнуйтесь, он умеет ходить под седлом, я его обучил. Он послушный ученик, – улыбнулся Сильван. – Я буду ждать у зверинца.

Конь игриво заржал и позволил мне взобраться на него. Поблагодарив эльфа, я пустила единорога рысью, и мое тело наполнилось счастьем. Разве не чудесно в такое прекрасное утро скакать верхом и слушать, как копыта мягко отбивают о землю ритм? А днем начнется большой праздник, который закончится только ночью! В гардеробе меня ожидают два восхитительных платья, во дворец приедут лучшие артисты королевства, и я буду танцевать и веселиться, пока совсем не устану. Как же хорошо!

К удовольствию от конной прогулки вплеталась радость от ощущения свободы. Не обязательно следить за каждым своим движением и словом и соответствовать своему положению. И, конечно же, мама не видит, что я в неподобающей одежде и еду без дамского седла.

В эйфории рассмеявшись, я немного наклонилась вперед.

– А можешь быстрее?

И Дунстан сорвался в галоп. Как же это здорово! Я очень ждала этого дня не только для того, чтобы подарить брату подарок, но и потому, что на праздник пригласили гостей из Земли Алого Пламени. Дракониды восхищали меня с детства, такие гордые, сильные, наделенные необыкновенными способностями к обращению. Я перечитала кучу книг про них и всякий раз представляла себя на месте главной героини. Но читать это одно, видеть издалека – другое. Но сегодня я хотела большего.

Однако я помнила об обещании эльфу, поэтому мы вскоре направились в сторону королевского зверинца. Добравшись до песчаной тропинки, я спешилась. Единорог осторожно ткнулся мордой мне в плечо, и я просто не могла не обнять его.

– И не думала тебя бросать здесь. Я тебя провожу.

Дунстан кратко заржал.

– Ну что ты?

Он немного отошел от меня и недовольно встряхнул головой. Однажды моя кобылка Ириска вела себя похожим образом, когда впервые увидела у кустов карликового грифона, прилетевшего в парк из леса. Помня об этом, я проследила за взглядом единорога и заметила человека, уверенным шагом идущего по направлению к зверинцу, окруженному ажурной оградой. Незнакомец был высок и строен. На его спине плащом лежали льняные волосы, светлее, чем у меня, а покрой костюма говорил о принадлежности к аристократии. Наверное, кто-то из гостей. В любом случае, кто бы он ни был, на территорию дворца невозможно проникнуть без ведома охраны. К тому же люди с дурными намерениями для приличия должны хорошо скрываться, я так считаю.

– Он нас не обидит, – шепнула я, взяв коня под уздцы.

Единорог заржал громче, давая чужаку понять, что обнаружил его и не намерен пускать дальше. Парень остановился, но вовсе не от испуга, а, скорее, из любопытства, и повернулся к нам.

– Извините, – мой голос в утренней тиши прозвенел достаточно громко, – я могу вам чем-то помочь?

И мы пошли навстречу друг другу. Мой скакун ворчливо фыркнул, но не стал упираться.

– Принцесса Флорентина? – незнакомец узнал меня и слегка поклонился. – Вот уж не ожидал встретить вас здесь. И тем более не ожидал, что вы будете так любезны, что предложите мне свою помощь.

Вблизи я поняла, что ошиблась. Передо мной стоял не обычный человек – таких сапфировых глаз не бывает даже у сильных магов. Неужели это…

– Моё имя Адальбер Ринор э'Джезим, – он обворожительно улыбнулся. – Мы с моими спутниками приехали ночью на празднование дня рождения наследного принца.

Точно – гость. И точно не человек. Такое фамильное имя может носить только чистокровный драконид. У меня дыхание перехватило, и со стороны я, наверняка, смотрелась в крайней степени глупо. Но он был таким восхитительно красивым, как я себе и представить не могла.

Я вдруг сообразила, что слишком долго молчу и дольше положенного смотрю ему в глаза.

– Добро пожаловать. Мой брат будет рад вас видеть.

– Благодарю за ваше радушие, – меня одарили еще одной улыбкой. – Надеюсь, не будет с моей стороны дерзостью, если я попрошу вас об одолжении? Я слышал, что в вашем зверинце содержатся виверны, а они – редкость даже у нас на родине. Большие драконы не дают спокойно жить маленьким. Могу ли я взглянуть на них?

Вопрос заставил меня немного опомниться, ведь в недавнем прошлом некоторые личности уже покушались на обитателей нашего зверинца. Но я должна быть гостеприимной, и… у него такой добрый взгляд. И по виду Адальбер ненамного старше меня – разве может мальчишка вынашивать коварные планы? Хотя чуть-чуть осторожности не помешает.

– Почему бы нет? Вместе навестим малюток. Но почему вы решили полюбоваться на них с утра пораньше?

Я позволила себе лукавую ухмылку, как будто догадалась о его намерениях – просто маленькая безобидная хитрость.

Он не смутился.

– Не спится на новом месте, извините за прямоту, ваше высочество. Вот и подумал, что можно чем-нибудь заняться.

– А почему вы не воспользовались порталом, если не привычны к путешествиям?

Вполне невинный вопрос словно выбил его из колеи. Адальбер бегло взглянул себе под ноги и пальцами убрал за ухо светлую прядь. Я невольно проследила за этим жестом, отмечая красоту изящных рук.

– Видите ли… Я же могу быть с вами откровенным? У меня недавно был первый оборот, и мне лучше держаться подальше от сильных магических источников, чтобы не дразнить кровь.

Дунстан зафырчал совсем уж сердито. По моему телу пробежала дрожь, и чтобы скрыть волнение, я переключилась на животное..

– Дунстан, где твои манеры? Ты же воспитанный единорог.

– Он тоже магический источник, – как мне показалось, с сожалением объяснил Адальбер. – Вы встревожены? Я не хотел вас напугать, простите.

Я покачала головой. Едва ли он представлял себе, что желание увидеть превращение в дракона своими глазами было моей мечтой, у меня аж всё затрепетало внутри от этой мысли. Но моя разумная сторона понимала, что незапланированный оборот может иметь печальные последствия. Я старалась помнить об этом и слишком себя не обнадеживать.

На некотором расстоянии друг от друга мы с Адальбером прошли к тайной калитке. На самом деле в ней не было ничего особо тайного – просто она находилась на менее приметной стороне, и ею могли пользоваться только члены королевской семьи. Со сдержанным подозрением взглянув на моего нового спутника, Сильван принял у меня единорога и разрешил зайти на территорию. Одного бы драконида он не пропустил, так что ответственность за чужака я ощутила на себе почти физически.

Вид катающихся по влажной траве виверн вернул мне душевное равновесие. Маленькие родственники драконов с возбужденным попискиванием подскочили на коротеньких лапках, даже мой любимец, флегматичный Миффи, заурчал, перевернувшись на спину. Он любит, когда чешут его жёлтое брюшко. В считанные секунды виверны окружили Адальбера, как котята миску со сметаной. Несмотря на то, что эти существа с осторожностью относятся к чужим, драконида они приняли как родного. Залезали на него, цепляясь когтями, тыкались вытянутыми мордочками в руки, а кокетка Ариэлла вообще подлетела к его лицу и лизнула длинным языком. Только бы Дарнелл не узнал, а то ведь с ума сойдет от ревности.

– Вы им нравитесь, – сказала я, почесывая жмурящегося от удовольствия Миффи. – Жаль, что Дунстан не захотел с вами подружиться.

– Единорог почувствовал во мне силу дракона. К счастью, он достаточно разумен, раз не попытался насадить меня на свой рог, что было бы естественной реакцией на опасность.

– Он у нас толерантный, – я легко произнесла вбитое на уроках слово и, не удержавшись, прыснула в кулак. – Вы сейчас выглядите как мама с детками.

Сидящий на корточках Адальбер без обиды рассмеялся и снял с головы зеленого Горошка. Тот всё равно вытягивал длинную шею и жевал льняные волосы нашего гостя.

– Боюсь, они действительно приняли меня за какого-то большого родственника.

Грех было не воспользоваться удобной ситуацией.

– Скажите, Адальбер, а вы очень большой? Ну… то есть, когда превращаетесь?

От пристального взгляда сапфировых глаз мне вдруг стало неуютно. Ещё одну глупость ляпнула…

– Могу унести и принцессу, и её единорога, – шутливо ответил он.

– А… ну… Простите, просто это так…

– Пробуждает фантазии у молоденьких девушек?

Я снова замерла. Словно по носу щелчок получила.

Поглаживая виверн, драконид внимательно разглядывал меня.

– Вы очаровательно смущаетесь, ваше высочество. Румянец вам идёт.

Бесшумно хмыкнув, я перекинула через плечо косу и её кончиком подразнила желтенького любимчика.

– Вы мне льстите. Все принцессы смущаются очаровательно, – заявила я.

На что Адальбер отрицательно покачал головой.

– Уж поверьте, некоторым принцессам вообще не свойственно вести себя скромно.

С этим я не могла не согласиться, но всё же не стала развивать тему, чтобы не показаться новому знакомому сплетницей и гордячкой.

– Признаться, даже узнав ваше лицо, я засомневался при виде вашего костюма, – сказал Адальбер. – Не знал, что эта мода добралась до ваших краев.

– Не добралась. Просто, – я вдруг смутилась своего вида, – Дунстан не любит дамское седло.

Адальбер улыбнулся и протянул мне разомлевшего от ласки Миффи.

– Я всего лишь хотел сказать, что вам этот наряд необыкновенно к лицу. Поверьте, мне нет нужды вам лгать.

Наши пальцы соприкоснулись под брюшком у маленькой виверны, и я ощутила сильный жар. Адальбер смотрел мне прямо в глаза, и в его ясных сапфировых глазах я видела свое отражение.

Мы ещё немного поболтали о пустяках и покинули зверинец. Желание познакомить Адальбера с другими животными или продолжить прогулку как-то иначе было огромным и прямо-таки жгучим, но мне ещё надо было провести себя в порядок к завтраку и провести остаток утра с семьей.

– Мы непременно еще увидимся сегодня, – пообещал Адальбер и, сжав мою ладонь, трепетно коснулся пальцев губами. – Если вы только пожелаете.

Обернувшись напоследок, я имела счастье видеть, с каким удовольствием он возился с животными. Они трепали его за волосы, кусали полы распахнутого камзола. Мне всегда казалось, что только брат мог быть таким чутким и внимательным с обитателями зверинца, ведь он сам привез и выходил большинство из них. Но выходит, я ошибалась.

Залюбовавшись милой картиной, я вдруг поймала себя на мысли, что хотела бы снова увидеть юного драконида. Поговорить с ним. Щеки обожгло смущенным румянцем, и я опрометью бросилась прочь, позабыв про всякие манеры.

Мне очень хотелось поделиться с кем-нибудь случившимся, поэтому, увидев в своей гостиной волшебного оруженосца, я обрадовалась ему как самому лучшему подарку.

– Ваше высочество, – Трэйси отложил книгу, но вставать с дивана не стал – я была против глупых формальностей, – я думал, вы ещё спите…

Я с загадочной улыбкой села рядом с ним на диван.

– Ты не представляешь, у меня было такое волшебное утро. Я каталась на единороге!

– Я рад за вас.

Его глаза не поменяли окраску, так и остались цвета лимонного леденца.

Пришлось пихнуть его в бок, чтобы хоть как-то расшевелить.

– Ты что, не слышишь? На единороге! Сильван мне разрешил, а я ведь даже и попросить о таком не смела!

– Ваша матушка знает, как вы сегодня оделись? Вас кто-нибудь видел?

– О, боги, – я закатила глаза. – Если ты будешь так занудствовать, я не расскажу, что со мной еще приключилось.

Трэйси насторожился.

– Только не говорите, что вам угрожала опасность.

– Нет, нет, нет, – хитренько пропела я и без стеснения положила на него ноги. – Всё было как в сказке! Я встретила прекрасного драконида, и мы играли с вивернами. И-и-и! – я в эйфории зажмурилась. – Он такой красивый! Такой загадочный! Кажется, я влюбилась!

– Вот придумали, – проворчал Трэйси, снимая с моей ноги сапог. – Нельзя влюбиться в кого-то за полчаса. И вы поступили крайне неразумно, оставшись наедине с незнакомым мужчиной. Благовоспитанные девицы не должны позволять себя компрометировать. О чём вы только думали!

Я удивленно захлопала глазами. Нет чтобы просто порадоваться за меня, обязательно нужно все испортить.

– Ты ничего не понимаешь. Это же дра-ко-нид.

Он скинул сапог на пол и принялся за второй.

– Тем более эта встреча могла быть не такой безобидной.

– Трэйси…

– Я отвечаю за вашу безопасность.

Не совсем так. Волшебный оруженосец – это, конечно, друг, защитник, соратник в бою и прочее и прочее, но в основном у мужчин-аристократов. Между будущим оруженосцем и его хозяином проводили ритуал слияния душ, и со временем они становились почти что одним целым, поэтому кандидатуры тщательно отбирались. В последние столетия женщины королевской семьи обзаводились оруженосцами только из-за традиции и обычно этой почётной должности удостаиваются фрейлины. Но у нас с Трэйси особый случай, о котором мне было неприятно вспоминать. Мы дружили с детства, еще с тех времен, когда он был дворцовым пажом, и у меня не было друга ближе него. Но проблема Трэйси в том, что он всё воспринимает слишком серьезно.

– Меня никто не обижал. И вообще Адальбер очень милый, ему бы в голову не пришло причинить мне вред.

– И что вы в нем нашли? Неужели вы перестали нормально соображать, стоило увидеть красавца, способного превращаться в огромную ящерицу?

– Ну не бурчи, – я вывернулась и, как нашкодивший ребенок, обняла друга. – Ты же знаешь, девушкам нравится, когда мужчина владеет зрелищной магией.

Он ничего не ответил, и я не представляла, о чем он думал.

С момента проведения ритуала слияния душ Трэйси немного изменился. Только недавно я привыкла к тому, что его каштановые волосы приобрели серебристый оттенок, а темно-карие глаза стали, как у всех оруженосцев, желтыми. Это в обычном состоянии, в моменты радости они зеленеют, а, если оруженосец не в духе, краснеют. Только у Трэйси радужка бледнее, чем у других. Придворные маги решили, что это из-за врождённого, но не развитого дара некромантии. Но кроме внешних изменений немного поменялся и его характер. Пропало вечно виноватое выражение лица, но занудность выросла в разы! Только и твердит, что должен меня защищать, как будто за завтраком любая горничная может накинуться на меня с десертной вилочкой.

Я слегка отстранилась и выжидательно посмотрела в его лицо. Ничего себе, никогда за ним такого не замечала! Пару раз видела, как глаза Трэйси становились цветом как мякоть зеленого винограда. А тут что-то новенькое.

– Ты… У тебя глаза сейчас розовые. Ты что, сердишься?

Оруженосец зажмурился, будто это могло убрать нежелательный цвет, и отвернулся. Я ласково потрепала его по волосам.

– Я не стала любить тебя больше после ритуала. Ты всегда был для меня особенным. Разве не помнишь, что я тебе сказала, когда мы стали друзьями? Что мы всегда будем помогать друг другу.

– Не в этом дело, – он убрал от лица мою руку. – Вы повели себя очень легкомысленно. Этот ваш дракон мог соблазнить вас или навести любовные чары, чтобы породниться с королевской семьей. Вы желанная партия для многих, особенно для тех, кто ниже по статусу и хочет за ваш счёт получить вес в правящей верхушке.

– Не все же корыстные!

– Не все. Но таких – великое множество. А вы, как маленькая девочка, растаяли перед драконидом, будто он по умолчанию лучше любого человека.

– Ах так!

Я вскочила с дивана и, взяв лежавшую на диванной подушке книжку, победоносно помахала ею.

– Поучаешь меня как старая нянюшка, а сам читаешь «Огненную любовь!».

– Потому что вы несколько дней ходили за мной по пятам, умоляя прочитать этот литературный шедевр.

Да, было такое… точнее, я ни за кем не ходила и не умоляла. Всего лишь намекнула пару раз. Хорошая же книга! Я любила читать про любовь, хотя учителя, если видели меня за чтением романов, этого не одобряли.

– Ты разве не ощущаешь эмоций, когда читаешь? Твою душу не будоражит история двух влюбленных? Не хочется встать на место кого-нибудь из героев? Может, неудержимого Ластора или юного романтичного Маннэла?

Трэйси осмелился на скептическую ухмылку.

– Я бы не хотел, чтобы за меня дрались две огнедышащие драконихи.

– О, ты уже добрался до главы, в которой злая сестра Орейлы решила забрать у неё Гордона, и они устроили битву? Признай, раз так много прочитал, значит, интересно.

– Я слежу не за этой сюжетной линией. Мне интересно, выиграет ли Гордон в ежегодном состязании по ловле карпов.

– Так я тебе и поверила.

Подняв с пола свою обувь, я пошла к спальне, чтобы оттуда выйти в гардеробную и переодеться, и вдруг остановилась перед одной из этажерок. На столешнице лежал кожаный футляр вытянутой формы.

– Ножны! – я отбросила сапоги и открыла футляр. – Уже готовы! Какие красивые! Что ж ты мне сразу не сказал?

Затаив дыхание, я вытащила на свет маленькие чернильно-фиолетовые, почти что черные, ножны и провела пальцем по тонкому узору.

– Примерим? – я с улыбкой повернулась к Трэйси.

– Вряд ли в этом есть необходимость, – сказал он без должного восторга. – В тот раз примерка прошла успешно, не думаю, что декоративная часть работы что-то испортила. И будь я на вашем месте, ваше высочество, то поспешил бы. Завтрак скоро начнётся, а вы все еще в неподобающем виде.

Точно, я и так времени кучу потеряла.

Мне еще нужно вручить брату подарок!

Глава 2

Трэйси, оруженосец ее высочества

Трэйси поднял с дивана злополучный романчик и печально вздохнул. С обложки на него голодными глазами смотрела рыжеволосая красавица в чрезмерно откровенном платье, надеть которое не рискнула бы ни одна уважающая себя девушка в Ландории. Но в последнее время мода на драконидов, их культуру и, что больше всего заботило Трэйси, их мужчин, стремительно захватывала умы жителей королевства.

Он нашел страницу, на которой остановился, и вполголоса прочитал:

– “Ах, Орейла! Наша любовь сильна, но мы никогда не сможем быть вместе, но огонь твоего сердца навсегда останется со мной! Мы слишком разные, и твоя семья никогда не примет человека, вроде меня, и алые ленты брачных узоров окрасят твои руки не для меня…”

Вот дурная книжонка. Трэйси захлопнул ее и отбросил подальше. Потом подошел, поднял и поставил на полку в то место, с которого и взял. В покоях принцессы должен быть идеальный порядок и гармония, чтобы то же самое было и в ее душе. А ее душа – частично и его тоже, ведь после ритуала слияния душ Флорентина стала ему даже ближе, чем обожаемые мама с папой. Он ее волшебный оруженосец, а она его госпожа. По ее приказу он превратится в оружие и сможет защитить ее от любой угрозы.

Но даже если и так, почему нельзя быть более покладистой?

Стать сначала придворным пажом, а потом постоянным спутником одного из членов королевского рода было для мальчика из неблагородной семьи настоящей удачей. Мама сделала все, чтобы он комфортно чувствовал себя, даже находясь вдали от родных, отец воспользовался своими связями, а Трэйси просто постарался быть хорошим мальчиком. У него это всегда отлично получалось. А потом он увидел Флорентину и понял, что должен защищать ее, чего бы ему это ни стоило. Даже если она всячески этому сопротивлялась. У младшей принцессы в голове гуляло слишком много вольных мыслей, она всегда смотрела только вперед и видела только хорошее. Но за те четыре года, как он всюду сопровождал ее, Трэйси запомнил – милое личико и невинный взгляд васильковых глаз легко могут обмануть. Уж он-то знал, какая она непоседливая, упрямая, дерзкая и…

– Трэйси!!! Где мои голубые туфли с бантиками на пятках?

Да уж, быть оруженосцем юной принцессы очень непросто.

Сегодня у наследного принца Ландории, его величества Дарнелла, день рождения. Весь дворец с ночи стоит на ушах – горничные до блеска начищали лестницы и зеркала, чтобы сияли как бриллианты, пажи сновали туда-сюда, выполняя поручения господ, на кухне вообще творился форменный хаос с запахом жареного мяса и поднимающегося теста. Трэйси до сих пор было нелегко вписаться в этот многоголосый гомон, и он был рад, что недавно приобретенные полномочия освобождали его от безумной беготни по скользким от полировки ступеням. До вечера он был предоставлен самому себе, пока не пришел час сопровождать хозяйку на официальную часть торжества.

– Ну как? Тебе нравится? – спросила она и покружилась, расправляя пальчиками многослойные шелестящие юбки бального платья. – Мама говорила, что мне идет золотой, но я думаю, что это слишком вызывающе. Что скажешь?

Трэйси поджал губы и вежливо сказал:

– Соответствует вашему положению, ваше высочество. Очень достойно.

Девушка сердито сдвинула тонкие светлые брови.

– И это все? Ты специально портишь мне настроение? Это из-за Адальбера?

Трэйси предпочел сделать вид, что имя этого драконида ему совершенно ни о чем не говорит.

– Не понимаю, о чем вы. Я лишь сделал вам комплимент.

– Ты ничего не понимаешь в изысканных комплиментах, – потеплела Флорентина. – Давай, я дам тебе почитать “Огонь твоего сердца”? Там такой главный герой…

Трэйси поспешно вскинул руки.

– Нет! То есть, нет, спасибо. Я еще эту не дочитал.

Флорентина улыбнулась и взяла его за руки, заглядывая в глаза.

– Это так мило с твоей стороны! Никто еще не разделял со мной мои читательские вкусы.

Трэйси назвал бы этот тип литературы читательским безвкусием, но не мог обидеть принцессу, особенно в такой важный для нее день. Всем было хорошо известно, как сильно она любит старшего брата.

– Вы вручили подарок? – спросил Трэйси.

– Да, за обедом. Кажется, ему понравилось. Он обещал надеть эту рубашку вечером, и я немного волнуюсь.

– Не волнуйтесь, принц обязательно наденет эту рубашку. Давайте спускаться к гостям, – предложил Трэйси и подал ей руку. – Ваше высочество.

Смена темы прошла успешно, и Флорентина трогательно закусила нижнюю губу, тем самым выражая смятение. Трэйси, как ни странно, при всем своем волнении сразу же почувствовал себя увереннее. Рядом с хрупкой златокудрой девушкой он мог ощущать себя сильнее и храбрее, чем был на самом деле.

Их перемирие прервал стук, и в покои заглянула горничная Флорентина с тряпичным свертком в руках.

– Госпожа, это просили передать вам. Лично в руки.

Она с поклоном передала сверток и укрылась с глаз. Трэйси едва успел перехватить подарок, прежде чем принцесса начала разворачивать слои темно-синего шелка.

– Это для меня! – возмутилась она, но Трэйси не мог позволить ей рисковать и сам распечатал сверток. Под слоями дорогой ткани скрывалась продолговатая шкатулка из лакированного темного дерева. Трэйси открыл ее и увидел пару золотых сережек с голубыми сапфирами. И записку.

– Не читай! – воскликнула Флорентина и выхватила из его рук картонку с единственной надписью, но он все равно увидел крупные витиеватые буквы.

“Но ваши глаза еще прекраснее”.

Щеки девушки заалели, и у Трэйси даже вопроса не возникло, кто отправитель, как и у нее. На внутренней стороне крышки шкатулки был выгравирован раскрывший крылья дракон.

– Вы не должны их принимать, – сказал Трэйси.

– Но почему? Мне дарят подарки даже люди, которых я никогда не видела, просто потому, что я младшая принцесса. А эти серьги от Адальбера, с которым я уже знакома. Ничего страшного не случится, если я их приму.

Она была права, но видя, как она раскраснелась и разволновалась, не мог унять злость. В итоге пришлось уступить, но с условием, что она наденет подарок к синему платью, а после бала вернет дарителю.

А праздник меж тем уже начался. Торжество по традиции открыл здравствующий король Ландории – Бастиан Корнелиус Третий с супругой, королевой Джорджианой. И только после этого по широкой парадной лестнице спустились их дочери в сопровождении своих оруженосцев. Старшая принцесса Сюзанна недавно была помолвлена, и ее обычно не слишком привлекательное из-за вечно кислой мины лицо стало будто бы милее. А вот Флорентина и без всяких женихов сияла точно звезда. Трэйси гордился тем, что вел ее под руку под взглядами доброй сотни гостей.

– Выпрямься, – шепотом велела она, не поворачивая головы и не переставая улыбаться.

Трэйси поспешно расправил плечи, и Флорентина довольно кивнула. А может, просто поприветствовала кого-то из знакомых. Они уже спустились в холл, и придворные выстроились в два ряда, чтобы пропустить королевскую семью к дверям. Осталось только дождаться виновника торжества.

– Его высочество наследный принц Дарнелл с супругой Полиной! – объявил королевский церемониймейстер, и дворец сотрясся от аплодисментов и одобрительного гула. Принц Дарнелл остановился на верху лестницы и помахал собравшимся, как старым друзьям. Его молодая супруга, даже за два года еще не до конца привыкшая к дворцовой жизни, смущенно улыбалась.

– Они такие красивые, – сказала Флорентина, и только Трэйси услышал ее слова. – Такие счастливые.

В тихом голосе слышалась светлая грусть от того, что у брата теперь есть своя семья. Трэйси видел, что принцесса росла практически сиротой при живых родителях, и в который раз пообещал себе никогда ее не оставлять.

Праздник переместился в обширный королевский парк, на этот день превратившийся одновременно и в трапезную, и в бальный зал. Множество огней, магических и вполне реальных, освещали зеленые аллеи и площадки с банкетными столами. Никто не садился за них, а подходил и пробовал те угощения, которые ему приглянулись. Идею подала принцесса Полина, назвав ее “шведским столом”. Она рассказывала, что Швеция – это страна в том мире, откуда Полина прибыла в Ландорию, но в последнее время принцесса все меньше предавалась воспоминаниям и все больше времени тратила на мужа и их крохотного сыночка.

– Ну что ты встал? – спросила Флорентина у зазевавшегося Трэйси. – Давай погуляем.

Она ничем этого не показывала, но ее что-то расстраивало, Трэйси точно знал. Точнее, чувствовал.

– Что случилось? Вас что-то расстроило?

Но Флорентина только отвела взгляд. Трэйси уже всерьез забеспокоился, как увидел, что она и правда смотрела на принца.

– Хотите поговорить с братом? – угадал он. – Давайте, я провожу вас.

От облегчения он даже не сразу заметил, как потускнели глаза принцессы после его слов.

– Нет, не надо.

Приглядевшись к Дарнеллу, Трэйси, наконец, понял причину. Принц не выполнил своего обещания и не надел вышитую сестрой рубашку.

Трэйси хотел придумать что-нибудь остроумное и веселое, чтобы поднять ей настроение, но в этот момент к ним подошел молодой драконид.

– Ваше высочество, вы очаровательны, – сказал он и, склонившись, запечатлел невесомый поцелуй на кончиках ее пальцев. – Если утром вы были похожи на весеннюю розу, то сейчас я вижу, что даже самый дивный сад завянет, не сумев конкурировать с вашей красотой.

Замысловатый комплимент был по-книжному приторный, но глаза Флорентины засияли, выдав ее восторг.

– Вы мне льстите, – кокетливо опустила она ресницы, и Трэйси неосознанно придвинулся ближе к ней.

– Напротив. Я жалею, что не могу подобрать подходящих слов для вас. Не в обиду принцу Дарнеллу, но вы – настоящее украшение вечера.

Флорентина бросила на Трэйси растерянный взгляд, но не нашла поддержки и снова повернулась к дракониду.

– Адальбер… Я же могу вас так называть?

– Мне будет только приятно, – заверил он.

– Вам нравится праздник? Брат переживал, что нам нечем будет удивить иноземных гостей.

– Вы забыли про фейерверк, – напомнил Трэйси, намеренно встревая с беседу.

Только тогда взгляд драконида обратился к нему.

– Очень интересно. Был бы рад посмотреть на него вместе с ее высочеством.

– Разве что вы не против и моей компании, – колко ответил Трэйси, чувствуя, как быстро раздражается. – В мою задачу входит обеспечение полной безопасности принцессы.

Тина коснулась его локтя и умоляюще заглянула в лицо.

– Пожалуйста, давайте не будем портить себе вечер? Мы вполне можем полюбоваться огнями втроем. Так ведь?

Трэйси был рад, что она не забыла про него, но и от общества Адальбера не собиралась отказываться. Взгляды, которыми он ее одаривал, нельзя было трактовать иначе, как интерес, и Трэйси это не нравилось.

К счастью, драконида позвали, и он долго раскланивался, прежде чем уйти.

– Вы хотите знать, что я думаю по этому поводу, или мне лучше промолчать? – спросил Трэйси, и принцесса улыбнулась в ответ.

– Лучше просто потанцуй со мной, – она протянула к нему руки, продолжая лучезарно улыбаться. Флорентина была радостна и довольна, жаль только, что радость эта была вызвана этим картинно прекрасным драконидом.

Трэйси немного неуверенно сжал ее ладони. Танцевать учили всех пажей, но не у всех получалось одинаково хорошо. Трэйси, например, изящное искусство танца не давалось, но Флорентине, казалось, было абсолютно все равно. Она его и вовсе будто бы не замечала, думая о чем-то своем. Пары кружились в медленном плавном ритме, выписывая роскошными нарядами рисунок танца в окружении сочной листвы. Трэйси мучительно вспоминал вбитые в него палками движения, но все равно рядом с принцессой чувствовал себя неуклюжим и глупым.

– Не расстраивайтесь из-за брата, – сказал он, чтобы избавиться от неловкости от своего одеревеневшего тела. Вышитую рубашку он видел в разных частях покоев младшей принцессы последние два месяца. Флорентина никому не позволяла себе помочь и исколола все пальцы иголкой. – Возможно, ваша рубашка просто не подошла к его костюму, и он наденет ее завтра.

Девушка внезапно сбилась с ритма, и Трэйси пришлось срочно подстроиться под нее, чтобы на их пару не начали смотреть.

– Тина?

Он позволил себе непростительную вольность при посторонних, но сейчас его могла слышать только она одна. И то, кажется, не услышала.

– Тина, посмотрите на меня!

Он сжал ее ладони сильнее, чем требовалось для танца, и она удивленно распахнула глаза.

– Трэйси…

И в этот момент раздался страшный рев. Спину обожгло потоком горячего воздуха, и в вечернее небо взмыл огромный крылатый дракон...

Принцесса Флорентина

Я не могла поверить своим глазам. Настоящий дракон! Рассекая воздух крыльями, огромный зверь в броне из медной чешуи стремительно поднимался вверх. Следом за ним юркнул второй – черный с серебристым брюхом. Он был меньше медного, зато быстро нагнал собрата и дерзко выпустил в него из пасти огненную струю. Тот с пронзительным ревом увернулся, и огонь попал на верхушки деревьев. Кроны вспыхнули как факелы. Истошно завопили гостьи, заметались люди.

Зрелище было одновременно пугающим и завораживающим. Оно словно выжгло из моей души огорчение от того, что брат не надел на праздник мою рубашку.

– О… – только и смогла произнести я.

– Уходим отсюда! – голос Трэйси вывел меня из оцепенения. – Я отведу вас в безопасное место.

Оруженосец так дёрнул меня за руку, что я чуть не упала. Хоть он был не намного выше меня и обладал телосложением, далеким от могучего, в нем чувствовалась сила. Я еле успела подхватить юбки, прежде чем мы понеслись в сторону дворца.

Один из драконов завыл как от боли. О нет! А вдруг это Адальбер?

– Не оглядывайтесь! – предупредил мой порыв Трэйси.

Я коротко взвизгнула – стоявший на нашем пути стол с десертами объяло пламенем. Видимо, ослепленный болью дракон промахнулся и не попал в противника. А ведь бы ещё чуть-чуть и…

У меня позорно дрогнули коленки. Трэйси обхватил меня за талию и отволок подальше от пожара.

– Нет, не надо обмороков.

И не собиралась!

Ирвин появился перед нами так же внезапно как предыдущий огненный залп.

– Где Дарнелл?

Я вдруг поняла, что не знаю ответа на вопрос оруженосца, и от этого мной овладела тревога за брата и остальных.

– Я не видела его…

– Демоны! – оскалившись, выругался Ирвин, и его глаза из бордовых сделались алыми, выдавая сильную злость. – А вы – брысь отсюда! Нечего вам тут делать!

И бросился на поиски Дарнелла. Лишь его красная коса взметнулась в воздухе.

К его злому языку я была привычной, но я не ребёнок, а Трэйси, так же как и он, волшебный оруженосец! Мы способны на нечто более героическое, чем отступление!

– Принцесса, они без нас справятся, – будто прочитав мои мысли, Трэйси снова куда-то потащил меня. – Не рискуйте собой, вы не воин.

Наши тренировки не были игрой, и я могла постоять за себя, но вдруг поняла, что он прав. Вокруг творился настоящий хаос, что-то горело. Я испугалась, что кто-нибудь пострадает, а ведь здесь были мои родители и брат с сестрой. Хоть бы с ними все было в порядке...

Какой-то дракон зарычал особенно грозно, и я обернулась через плечо. Черный, даром что меньше по размеру, вился вокруг медного и по-всякому изворачивался, чтобы укусить его. И в тот момент, когда узкая челюсть, наконец, сомкнулась на горле противника, я всё-таки споткнулась и, зацепившись за юбку, свалилась, увлекая за собой Трэйси.

Тем временем медный вырвался из хватки и ударил наглеца хвостом. Черный практически полетел вниз, но сильнее заработал крыльями и не столкнулся с землёй.

Длинноволосый юноша подбежал совсем близко к полю боя.

– Это Адальбер! – воскликнула я.

– Я вас туда не пущу, – заявил Трэйси, подхватывая меня под мышки.

– Смотри, он им машет! Он хочет их остановить!

– Так пусть останавливает!

В считанные секунды человеческая фигура засветилась, размылась и выросла в дракона. Появление третьего, покрытого желтой чешуей ящера, люди встретили воплями панического ужаса.

Всё будет хорошо. Адальбер уладит эту проблему, я в него верю. Все будет хорошо.

Как сглазила – чёрный дыхнул ему в морду огнём и, воспользовавшись его шоком и временно слепотой, боднул в грудь. Мы с медным, каждый в меру своих возможностей, заорали, когда Адальбер упал. Земля подо мной дрогнула.

У меня кружилась голова, я задыхалась. Не от густо пахнущего дымом воздуха, от волнения.

– Ваше высочество…

Я не дослушала Трэйси и воскликнула:

– Смотри, там Дар!

В сопровождении нескольких драконидов навстречу опасности спешил мой брат с мечом наперевес. Беспокойство за Адальбера смешалось с волнением за Дарнелла: ему с Ирвином придется залезть в самое пекло! Ну, ничего, мы с Трэйси будем тренироваться каждый день, выучим весь спектр заклинаний для оруженосцев и в следующий раз, если он вдруг случится, будем рядом с ними.

Мой оруженосец, кстати, больше не пытался увести меня во дворец. Видя, что ситуация под контролем, он позволил мне посмотреть, как дракониды насильно возвращают отличившимся собратьям человеческий облик. Чёрный после обратного оборота попробовал продолжить драку более банально, но старший драконид усмирил его искрящимся зарядом магии.

Дарнелл направил на провинившихся кончик волшебного меча, и всех троих обвили черные цепи. Не сразу, но до меня дошла вся несправедливость происходящего.

– Нет! – крикнула я. – Адальбер ни в чём не виноват!

Трэйси стиснул меня покрепче, отчего я не смогла сдвинуться с места.

– Они сами во всём разберутся, – чётко, чуть ли не по слогам произнес он.

– Но…

– Тина! – ко мне подбежала мама, настолько быстро, насколько позволяло платье. Я впервые видела ее такой возбужденной, да ещё и с мечом. Выглядела она, одним словом, великолепно, и в какой-нибудь другой момент, я бы залюбовалась своей матерью и королевой. – Тина, я молилась богине огня, чтобы ты была цела. Некоторым женщинам на платья и волосы попали горящие щепки, хорошо, что рядом оказалась пара магов… Да, Юнис, ты тоже постаралась.

Меч оранжевой молнией вылетел у неё из руки и превратился в главную фрейлину и мамину старую подругу.

– Было жарко, – Юнис кокетливо прикоснулась к своим рыжим волосам, как бы желая убедиться, что после всего прическа не пострадала.

Я было начала рассказывать маме про Адальбера, но она не вслушивалась в мои слова. Наскоро обняла, поцеловала в лоб и велела Трэйси увести меня в свои покои.

Праздник закончился. На память о нем остались только разоренный парк и разочарование.

Глава 3

Трэйси, оруженосец её высочества

Злорадство – чувство дурное и неблагородное, однако Трэйси быстро простил себя. Если раньше он судил о прибывших во дворец драконидах предвзято, то после погрома на дне рождения принца только укрепился во мнении, что этим рептилиям не стоит доверять.

Они получили то, что заслужили.

А вот принцесса Флорентина считала иначе. Происшествие впечатлило её не на шутку. Сначала она была напугана и растеряна, рвалась то к брату, то к троице плененных драконидов, но в итоге девушку удалось отвести в ее покои. После чего Флорентина пришла в крайнее возбуждение и с девичьей пылкостью тараторила без остановки. Какие драконы огромные! Как они дышат огнём! Какие у них зубы! Как сильно она испугалась за брата и остальных! Ей как будто не был нужен собеседник, она и без помощников прекрасно справлялась со словесным потоком.

Трэйси слушал вполуха и не сразу заметил, как она сменила тему.

– Ты видел, как поступил Дар? – стоило волнению улечься, как девушка впервые за последние несколько минут обратилась к Трэйси. – Это возмутительно! Бесчеловечно! Он сковал его как какое-то животное!

– Отчасти драконид и есть животное.

– Фу, Трэйси! – Флорентина всплеснула своими хорошенькими ручками и отошла от него подальше, как будто он ей только что показывал уродливую жабу. – Как ты можешь так говорить? Это же не толерантно! И вообще не надо мыслить стереотипами как безграмотный крестьянин.

– И тем не менее, ваш ненаглядный Адальбер превратился в дракона, чем подверг опасности людей в парке.

В отчаянии застонав, принцесса прошла через комнату и упала на диван.

– Я согласна с тобой, это было просто кошмарно. Но неужели только я одна видела, что Адальбер пытался всё это прекратить? – пожаловалась она прижатой к груди круглой диванной подушечке, как будто она могла понять ее лучше, чем Трэйси.

– Вы не можете знать наверняка, что он хотел сделать, – холодно сказал он. – Вполне вероятно, что он просто захотел присоединиться к драке.

– Адальбер не мог так поступить.

– Ваше высочество, поймите, вы его не знаете. А если он ещё успел выпить, то в его поведении нет ничего странного. Алкоголь в крови, кругом огонь, пахнет хорошей дракой, и зверь внутри него…

– Ах, замолчи, замолчи!

Он послушно закрыл рот, хотя в уме приготовил обличительно-поучительную тираду.

Флорентина отложила в сторону подушечку и стала нервно вертеть кольца на пальцах.

– Что тебе сделали дракониды? Почему ты так на них злишься?

– Они чуть не поджарили мою госпожу, разве этого не достаточно?

Госпожа строптиво вздернула носик.

– Ты с самого начала невзлюбил Адальбера. А он заинтересовался мной, прислал чудесные сережки и пытался спасти нас всех от своих собратьев. А ты на него наговариваешь!

Принцесса часто вела себя как непосредственный ребёнок, но в роли вредного чада она выступала редко, и с этой её стороной Трэйси пока не научился справляться. Оставалось надеяться на то, что эта вспышка эмоций стихнет, и девушка успокоится.

– Я находился рядом с ним от силы всего пару-тройку минут, и у меня не было причин его полюбить, – Трэйси сел рядом с Флорентиной, давая ей понять, что, несмотря на капризы, относится к ней по-прежнему. – И если вы жаждете услышать от меня историю о вражде моей семьи с кланом драконидов, то я вас разочарую. Ничего подобного не было.

Обиженная принцесса посопела, как ежик, но не заплакала. То ли держалась, как положено особе королевской крови, то ли берегла слезы на потом.

– Ваш брат поступил правильно, – продолжил Трэйси. – Он защищал своих подданных. И он ещё сдержанно повел себя, пустив ход «оковы», а не «удар справедливости», например. Другой бы на его месте разозлился за испорченный праздник. Представляете, что сейчас чувствует принц Дарнелл? Ему обидно, ему стыдно перед гостями, которые специально приехали издалека. А как он должен был перепугаться за всех нас! Вы должны сейчас думать о брате, не о каком-то… драконе.

– Я думаю о них обоих, – выпалила девушка неожиданно гневно.

Упрек её задел, и от этого парень испытал не только гордость, но и досаду.

– Ваше высочество, раз вечер безнадежно испорчен, я предлагаю вам поужинать, принять успокоительную микстуру и пораньше лечь спать.

– Не хочу, – ответила та, явно не вслушиваясь в его предложение. Как и ожидалось, после всплеска эмоций, вызванного стрессом, принцесса загрустила, утомленная и вымотанная происшествием. Но все равно безумно упрямая.

– Вы сами в этой ситуации ничего не сделаете, ваши родители и брат во всём разберутся, – Трэйси ласково погладил ее по плечу и потрепал по волосам, презрев условности. – Так что не терзайте себя зря. Хотите, я узнаю, отменили ночной фейерверк или нет?

Флорентина вздохнула.

А она так мечтала об этом фейерверке. О чуде, когда в небе разноцветные огни складываются в разные фигуры. Придворные маги в этот раз обещали что-то особенное… А еще принцесса должна была к этому времени сменить золотое платье на темно-синее из сверкающей ткани. Столько радости было в ее глазах, когда она впервые увидела на себе это великолепие! Как не избалованная девочка, она подпрыгивала, хлопала в ладоши и выпрашивала у наблюдавшего примерку оруженосца комплименты.

Теперь придётся ждать другого, достойного момента, когда можно будет полюбоваться принцессой в платье, от которого её улыбка была ослепительна как никогда.

– Я ничего не хочу, Трэйси, – выдавила она из себя.

Оруженосец встал с дивана и присел перед ней на корточки.

– А молоко с булочкой? – он заговорщически подмигнул. Флорентина перестала дуться и недоверчиво прищурилась.

– А ты будешь?

Трэйси всегда поражало, что при нём принцесса стеснялась есть вкусности одна, поэтому всегда делилась конфетами и печеньем или не начинала чаепитие, пока он не садился к ней за стол.

– Буду.

– Тогда неси.

Что это было? Удалось соблазнить её булочкой или же Флорентина пошла на уступки, чтобы усмирить гордость и не обидеть своего слугу?

Всё равно она сама ничего не скажет.

Принцесса Флорентина

Обманывать нехорошо, тем более лучшего друга, но мне не оставили выбора. Слова Трэйси звучали как всегда разумно, но он не понимал, что я чувствовала. Брат справедлив и добр ко всем, но на него будут давить, и прежде чем он примет решение, я должна увидеть Адальбера и успокоить его. Сердце так сильно колотилось, что я даже не могла разобрать – от страха, тревоги или странного горячего чувства, вспыхнувшего в груди. Наверное, это была именно она, моя первая любовь.

Ничего не сказав Трэйси, я отправилась к дракониду. Моя служанка заранее разузнала, в каком крыле и в какой комнате его разместили, так что проблем возникнуть не должно.

Стражу было видно издалека – они стояли в коридоре и совсем не выглядели случайными прохожими. Да и какие могут быть случайные прохожие в крыле для почетных гостей? Я вскинула голову, тряхнула кистями, сбрасывая неуместное волнение, и подошла к ним.

– Добрый вечер, – первой поприветствовала их и присела в реверансе. Но вместо того, чтобы склониться в ответном поклоне и расступиться, стражники только плотнее встали на моем пути. – В чем дело?

– Приказ его высочества. Никого не впускать, никого не выпускать.

– Его высочества? – переспросила я. – Принц отдал такой приказ?

– Простите, ваше высочество, но посещение гостевого крыла временно невозможно.

Они отказали мне, принцессе! Я так привыкла, что мои слова воспринимаются как закон в пределах этого дворца, что совсем растерялась, когда этого не произошло.

– Вы меня не узнаете? Я младшая принцесса Флорентина и мне нужно пройти. Немедленно пропустите меня.

Лицо высокого седовласого стражника побледнело, но он лишь крепче стиснул древко алебарды.

– Боюсь, это невозможно. Еще раз простите нас, ваше высочество.

Я бросила тоскливый взгляд туда, где виднелась дверь в покои Адальбера. Мне нужно было лишь пять минут наедине с ним, чтобы успокоить, пообещать, что папа и брат во всем разберутся, но не силой же мне пробиваться сквозь кордон? Трэйси мог бы мне помочь, но хороша была бы младшая принцесса, нападающая на своих подданных с волшебным клинком.

Я вернулась к себе раньше, чем Трэйси добрался из кухни обратно, так что мой короткий побег остался незамеченным. Неудача расстроила меня, но не убавила решимости. После еды я под предлогом принятия ванны дождалась, пока станет тихо. Разумеется, я не собиралась сейчас купаться, не до того мне было. Трэйси жил в соседней комнате, чтобы быть всегда поблизости от хозяйки, между нами не было двери, так что приличия были соблюдены. А вот моя личная служанка Эмис имела доступ к моим покоям, поэтому я сразу же позвонила в колокольчик, вызывая ее.

– Чего изволите, госпожа? – спросила она, неслышно появляясь из-за тяжелой бархатной портьеры, и ее платье, как и у всех дворцовых горничных, мгновенно приняло доминирующий в помещении цвет, став густо-бордовым. Я посмотрела на склонившую голову девушку, и план в моей голове из совершенно абсурдного становился все более реальным.

Мы с Эмис были в чем-то похожи: те же светлые волосы и глаза, примерно одинаковый рост, разве что Эмис обладала более женственной фигурой, несмотря на то, что была старше меня всего на пару лет.

– Мне нужна твоя помощь, – сказала я, взглядом примеряясь к ее одежде. Может, плащ накинуть? – Только это секрет, обещай, что никому не скажешь, даже если тебя будет спрашивать мой брат.

Большие влажные глаза Эмис еще сильнее расширились, но она покорно кивнула.

– Как скажете, госпожа. Что мне нужно сделать?

Я велела ей переодеться в другую одежду, а зачарованную форму горничной отдать мне. Вместе мы подогнали ее булавками по фигуре, а мои волосы спрятали под чепец, который Эмис надевала, когда помогала мне принимать ванну. Я умылась, смыв теплой водой румяна и помаду.

– Что скажешь? – спросила я, взглянув на себя в зеркало.

– Вам стоит ниже опускать голову и во время разговора не смотреть в глаза, – посоветовала Эмис.

– Так? – я опустила плечи, чуть поддавшись вперед и склонив голову, чтобы тень от чепца падала на глаза. – Теперь похожа я на служанку?

– У вас очень красивые руки для служанки. Давайте… О! Придумала!

Эмис так воодушевилась, что и мне стало веселее. Я подождала, пока горничная куда-то сходит и вернется, и приняла из ее рук тяжелый поднос с заварочным чайничком, фарфоровой чашечкой и блюдом с пирожными, оставшимися после неудачного банкета.

– Это будет отвлекающим маневром, – азартно сообщила мне девушка. – Я покажу, как правильно держать.

Это было так необычно и увлекательно! Старшая горничная в шутку называла меня сорванцом, когда видела в мужском костюме, но всерьез прикидывалась другим человеком я впервые в жизни. У меня должно получиться, иначе я не смогу увидеться с Адальбером, и это будет просто ужасно.

Я стиснула пальцами края подноса и повторила про себя – я смогу.

– Пожелай мне удачи, Эмис.

– Удачи, госпожа!

Она не спросила, зачем мне это надо, не стала отговаривать и спорить, как Трэйси, и я, оглянувшись напоследок, выскользнула за дверь. Было уже довольно поздно, обитатели дворца разошлись по своим покоям, и в коридорах мне могли повстречаться только пажи и слуги. Я шла быстрым шагом, держа перед собой поднос, как будто он мог защитить меня от всего на свете. Сервиз мелко трясся, дно чашечки нервно билось о блюдце, сопровождая мое движение равномерной дробью. Когда я добралась до стражников, охраняющих гостевое крыло, я уже не могла ни о чем думать, кроме того, как бы не выпустить тяжелый поднос из рук.

– Приказано никого не впускать, – остановил меня молодой стражник. Я ниже опустила голову и, приподняв поднос из последних сил, продемонстрировала скромный ужин.

– Это еда для господина Ринора э'Джезима, – почти прошептала я, отчасти, чтобы скрыть свой голос, отчасти же попросту испугавшись.

– Какого именно?

Я растерялась.

– А...

– Еда? – усомнился второй стражник. – Нас не предупреждали.

Я рискнула солгать по-крупному, надеясь, что брат, если узнает, поймет, что я не со зла.

– Так велел принц Дарнелл.

Только бы не расколоть сервиз. Я так дрожала от страха и волнения, что могла уронить его в любую секунду.

– Ему еще и еду носят, – неодобрительно хмыкнул он. – Девочка, а ты не боишься? Ты разве не видела, что эти дракониды устроили на празднике?

Я захлопала глазами и, опомнившись, склонила голову и пробормотала что-то невнятное. Вот, сейчас меня и отправят восвояси или вообще раскроют. Я ждала, но, к счастью, моя нехитрая маскировка все-таки удалась.

– Ладно, проходи. Только быстро, нечего тут вынюхивать, – велел мужчина и, уже тише, сказал своему товарищу: – Наверное, госпожа послала разузнать новости.

Я прошмыгнула мимо них и внезапно споткнулась. От ужаса перед глазами все потемнело. Я чудом не выпустила злосчастный поднос, и тут молодой стражник подхватил меня под руку.

– Эй, осторожнее, – сказал он и с улыбкой подмигнул мне. – Расшибешься, если будешь так бежать.

Он выпустил мою руку и фривольно похлопал по плечу. Я быстро кивнула и поспешила дальше под негромкий беззлобный смех за спиной.

Самый сложный этап был пройден, и я онемевшей рукой постучала в дверь. Оглянулась на стражу, но они, кажется, потеряли ко мне интерес. Мое платье слилось с темным деревом дверного полотна, и мне подумалось, будто и я сама вдруг исчезла, остался только поднос с ужином. Странное чувство. И пугающее.

– Войдите.

Услышав этот волшебный голос, я забыла, зачем пришла. Все мысли смешались, а потом резко встали на свои места. Я несмело толкнула дверь и заглянула в комнату.

– Я не голоден, – бросил Адальбер, особо не вглядываясь в мое лицо. – Можешь оставить это и уйти.

Он отвернулся, ослепив меня блеснувшей в свете волшебных свечей платиной волос. От восторга перехватило дыхание.

– Но…

– Иди же!

Прозвучало как самый настоящий приказ, и я на секунду опешила. Адальбер удалялся, и тогда я резко сдернула с головы глупый чепец, позволив завитым локонам рассыпаться по плечам.

– Это я! – почти крикнула. – Флорентина!

Адальбер замер, потом медленно развернулся, и я увидела его растерянное лицо, ставшее от этого еще более красивым.

– Принцесса? Что вы тут делаете? Да еще и в таком виде…

Его голос изменился, потеплел и заиграл теми журчащими нотками, что так заворожили меня в нашу первую встречу. Я не знала, как мне быть дальше, и просто смотрела на него.

– Я… я хотела тебя увидеть.

Адальбер подбежал ко мне и выхватил из моих рук поднос. Меня обдало сладковатым ароматом, исходящим от его волос, и я почувствовала, как становится тесно в груди, там, где было сердце.

– Это опасно и безрассудно, – сказал он, глядя на меня сверху вниз сияющими, как сапфиры, глазами. Глубокими, как море у южных границ. – Если кто-то узнает о вашем маскараде, вас накажут.

– И пусть, – ко мне вернулась потерянная уверенность. – Я должна была сказать, что все это какое-то недоразумение. Брат обязательно во всем разберется, и тебе принесут извинения. Ведь ты же не виноват, я сама видела. Не понимаю, почему тебя держат в комнате, как преступника.

– Ваше высочество… Флорентина, – перебил Адальбер мягко, – вы невероятная девушка. Поверить не могу, что ради меня вы готовы были подставить свою репутацию под удар. Это больше, чем я того достоин.

– Это меньшее, что я пока могу сделать, – призналась я скромно, хотя в душе вся лучилась счастьем. – Но я обязательно поговорю с братом. Он меня выслушает.

– Ваш брат поступил разумно, не стоит его в этом винить. Мои друзья повели себя отвратительно, продемонстрировав полное неуважение к хозяевам.

– Но это они! Они, а не ты.

– Тот медный дракон, – с улыбкой сказал Адальбер, – это мой брат, Фильбер, так что я не могу оставаться в стороне, даже если виновен он, а не я.

Меня переполнило восхищение его благородством и добротой. Он не заботился о себе, когда дело касалось его брата, и это так же прекрасно, как пишут в книгах. Я все больше убеждалась, что передо мной тот самый. Тот, кто предназначен мне судьбой.

– И все же дай мне шанс помочь, – попросила я и от переизбытка эмоций не заметила, как коснулась его горячей ладони. Меня пронзила искра, пробежавшая между нами. К щекам прилила кровь, и я забыла, что еще собиралась сказать. Адальбер, не сводя с меня взгляда, медленно взял мою руку и сжал в ладонях.

– Я никогда не забуду вашей доброты, Флорентина.

“А я никогда не забуду тебя”, – подумала я, но не смогла произнести этого вслух, потому что его горячие губы вдруг оказались на моих. Что за дерзость! Я же благородная девушка, а не героиня романа! Так и не почувствовав вкус поцелуя, я отпрянула и замахнулась для пощечины, но Адальбер мягко перехватил мое запястье.

– И никогда не забуду вашей храбрости, – проникновенно продолжил он уже шепотом.

Мир вокруг меня пропал. Остались только тень поцелуя на моих пересохших от волнения губах и чарующий взгляд сапфировых глаз.

Пытаясь избавиться от наваждения, я качнула головой. Получилось плохо, я как будто увязла в сладком меду.

– Мне нужно идти, – прошептала сбивчиво.

Я свернула волосы в узел и убрала под чепец.

– Спасибо, что навестили бедного узника, – на прощание сказал Адальбер. – Оставьте мне на память вашу улыбку, и я сохраню ее в сердце.

Я смущенно улыбнулась, отводя взгляд, и покинула комнату. В коридоре на пару секунд прижалась спиной к двери, выдохнула и нетвердой походкой двинулась в обратный путь. Стражникам хватило одного взгляда, чтобы не приставать с разговорами. Я смотрела себе под ноги и не сразу заметила, что кто-то встал у меня на пути.

– Кто это у нас тут такой поздний?

Я затормозила, едва не врезавшись лбом в оруженосца Дарнелла. Ирвин был последним человеком, которого я рассчитывала повстречать, и быстро поняла, что неузнанной мне уже не остаться.

– Простите, – пробормотала я, попытавшись обойти его, но была нагло поймана за рукав.

– Как вы думаете, ваше высочество, все вокруг такие идиоты, как эти дармоеды с алебардами? – шепнул он, наклонившись к моему уху. Я затрепетала. Огненноволосый Ирвин внушал уважение, а иногда мог напугать одним только словом, за которым он в карман не лез. И дерзость всегда сходила ему с рук, особенно после того, как он женился на герцогине Гвендолин, воспитаннице моего отца.

– Нет. Не думаю.

– А мне кажется, что думаете.

Он отстранился и кивнул куда-то вниз. Я опустила взгляд и увидела, что из-под длинного подола чужого платья выглядывают мои бальные туфельки, которые я не удосужилась сменить на что-то попроще.

– Ирвин, не говори брату! – взмолилась я, поняв, что рассекречена окончательно и бесповоротно. – Прошу тебя!

– А я бы хотел посмотреть на его лицо, когда он услышит, что его возлюбленная сестренка на ночь глядя выбегает из комнаты постороннего мужчины. Особенно если учесть, что он под домашним арестом, – хмыкнул Ирвин и едко добавил: – Про наряд так вообще невозможно промолчать.

Я пристыженно молчала. Почему-то вместо страха разочаровать брата я почувствовала досаду от того, что Трэйси обязательно напомнит мне, что я веду себя не по статусу. Как будто он знает, каково это, быть принцессой.

– Сторожите лучше, бестолочи, – рыкнул Ирвин на стражников, следящих за нами издалека. – А вы немедленно возвращайтесь к себе и, может быть, я не стану ничего говорить Дарнеллу. По настроению.

Я очень надеялась, что у строптивого оруженосца в ближайшие дни будет только хорошее настроение. Он посторонился, и я опрометью бросилась прочь.

Мне повезло, и Трэйси не застал мое не слишком триумфальное возвращение. Из его комнаты не доносилось ни звука, а верная Эмис доложила, что меня никто не хотел видеть. Я приказала наполнить себе ванну, на этот раз по-настоящему. Для посещения дворцовой купальни не было настроения, да и поздно слишком, так что я предпочла устроить водные процедуры в своей собственной купальной комнате.

Эмис справилась быстро, и я погрузилась в исходящую теплым парком воду. Служанка ловко взбила пену и помогла намылить волосы.

– Я знаю, что ты не спросишь, поэтому скажу сама. Мне удалось встретиться с Адальбером, но теперь я волнуюсь еще больше. Представляешь, он убеждал меня, что примет любое наказание. Наказание! Но ведь в случившемся нет ни капли его вины.

– Господин дракон очень благороден, – деликатно заметила Эмис и подлила горячей воды в ванну.

– Это ты верно подметила, – согласилась я, подставляя ладони под струю. – Он просто невероятный…

– Вы покраснели, – рискнула сказать Эмис. – Извините за дерзость.

– Ну что ты, Эмис, мы знакомы уже не один год. Ты можешь говорить то, что думаешь.

Девушка улыбнулась, но больше ничего не сказала. Мне стало чуточку грустно. Иногда очень сложно, когда ты принцесса, а твои друзья – нет.

После купания я тут же легла в постель, но вот уснуть не получилось – ни сразу, ни через час. Несмотря на мягкую пуховую перину, заболели бока, а подушка с каждой минутой казалась все жестче и жестче.

Наконец я не выдержала и вылезла из-под одеяла.

– Ничего не поделаешь, надо что-то делать самой, – решила и накинула на ночную сорочку темный плащ с капюшоном. У каждой уважающей себя юной леди должен быть такой плащ на случай тайного побега.

Было уже далеко за полночь, и весь дворец спал, за исключением стражи и еще одного человека, о существовании которого постоянно забывали. Оглядываясь по сторонам, короткими перебежками, я выбралась из крыла, где жили дети королевской семьи и их личная свита, и подошла к тяжелой двери в самую дальнюю дворцовую башню. В северной была библиотека, а в южной жил придворный астролог господин Сигвин. Мама прежде очень к нему прислушивалась, именно он подсказал по звездам, как им с отцом зачать наследника. Мне не положено пока знать о подобных вещах, но фрейлины бывают очень болтливыми. Брат уважал господина Сигвина, но в последнее время не относится к его словам достаточно серьезно, а Ирвин вообще не скрывает пренебрежения, ведь астролог – это не волшебник. Но я точно знала, что по звездам он может узнать почти все на свете!

Мне нужен был его совет прямо сейчас, иначе не видать мне покоя.

Я скользнула за дверь и, подобрав подол, быстро взбежала по крутой винтовой лестнице. Кабинет астролога прятался под самой крышей. Большую часть стены занимало огромное окно с распахнутыми створками. Сквозь него было видно половину неба, и это не преувеличение. Меня всегда захватывало наблюдение за звездами. Они такие красивые и недоступные, мне так хотелось посмотреть на них поближе, как они на самом деле выглядят и правда ли, что они способны исполнять желания.

Но сегодня меня привело в башню вполне конкретное желание.

– Предсказание? – удивился астролог и почесал короткую клинообразную бородку. – Видно, все очень серьезно, если ваше высочество не испугалось гулять в одиночестве по ночному дворцу. Так уж и быть, посмотрим, что сулят вам звезды в будущем.

Он подошел к окну и, покряхтев для важности, припал глазом к подзорной трубе. Долго смотрел на небо, потом отошел к заваленному бумагами столу и принялся размашисто чертить на чистом листе странную, только ему понятную схему из точек и линий. Я завороженно следила за его загадочными действиями. Вот господин Сигвин закончил и, оценив свое творения, принялся соединять точки между собой, пока чертеж не превратился в совершенно запутанный клубок жирных чернильных линий.

– Что ж, что ж, что ж, – пробормотал он, снова почесывая свою смешную бородку. – Созвездия этой ночью не очень разговорчивы, ваше высочество, и мне нужно еще кое-что уточнить.

Он подошел к трубе и еще раз взглянул на небо. Я начала нервничать. К тому же с улицы в комнату проникал холодный ночной воздух, и я тонкой сорочке успела изрядно продрогнуть. Не удивлюсь, если утром заложит нос, буду совсем не по-королевски гундосить и прикрываться кружевным платочком.

Больная, я ничем не смогу помочь Адальберу.

– Ну что? – поторопила я астролога. – Что говорят обо мне звезды?

Лицо астролога мне совсем не понравилось. Скорбно сжав тонкие губы, он с сожалением покачал головой:

– В вашей жизни случатся большие перемены, ваше высочество. Вот, смотрите. Эта звезда называется Глазом Дракона, когда на одной линии с ней становится Серебряный Пес, это всегда предвещает непростые испытания. А если созвездие Королевский венец находится в южном секторе во второй месяц лета, то, боюсь, эти испытания ждут не только вас, но и человека, который вами любим.

– Любим? – мой голос дрогнул.

– А если проследить линию между Большой и Малой Феями, то выходит, что этот человек отправится в путь, который может плохо для него закончиться.

У меня сдавило горло. Попыталась сказать хоть слово, и слезы едва не обожгли глаза.

– Но это лишь голос звезд, а даже они могут ошибаться, – поспешил успокоить меня астролог, но я уже все-все поняла. Разве это не сходится? Адальбер любим мною, и ему грозит опасность. Может, ему нельзя возвращаться на родину? Какой еще путь может его ждать?

Я прижала ладонь ко рту и усилием воли подавила рыдания.

– Ваше высочество? Ваше высочество, вы в порядке? – не на шутку испугался господин Сигвин. – Может, дать вам воды? Вода, вода…

Он забегал по комнате, высоко поднимая длинные тонкие ноги. Схватил графин и подбежал ко мне.

– Это не вода, а настойка корня сельдерея, от… от… в общем, очень полезный напиток. Выпейте!

Запах “полезного напитка” мгновенно привел меня в чувство.

– Мне нужно идти! – я вскочила на ноги, испугав бедного астролога. – Спасибо!

Непременно поговорю с братом утром, пока еще можно хоть что-то изменить.

Глава 4

Принц Дарнелл

– Как это – уехал?

Тина стояла перед Дарнеллом, а у него даже не было свободной секундочки, чтобы посмотреть на сестру, так сильно был занят бумагами, требующими его подписи. Столько дел навалилось сразу, а ведь он даже еще не король.

– В карете, – едко ответил его верный оруженосец. – А в карету были впряжены лошади. Другого транспорта у нас еще не придумали.

Девушка беспомощно перевела взгляд на брата, и он с неохотой отложил перо.

– Милая, ты слишком много думаешь о совершенно ненужных тебе вещах, – как можно убедительнее сказал он. – Пойми, то, что устроили приглашенные дракониды, может, и было нелепой случайностью, но она поставила под угрозу десятки жизней. Могли серьезно пострадать слуги, гости, придворные. Так что с сегодняшнего дня с провинившимися будут разбираться те, у кого на это больше прав.

Глаза у Тины мгновенно наполнились слезами, и братское сердце Дарнелла болезненно сжалось.

– Но Адальбер не мог уехать… так быстро.

Возможно, в её паузе было что-то большее, чем простое замешательство, однако Дарнелл торопился приступить к делам и не стал заострять на этом внимание.

– Тина, – он положил руки на стол и сцепил пальцы в замок, неосознанно копируя привычку отца, – я лично велел ему и остальным участникам драки покинуть Ландорию как можно скорее, чтобы успокоить людей. Дракониды и так известны своим буйным нравом, а эти уже проявили себя не с лучшей стороны, поэтому наши поданные вздохнут свободно, когда узнают, что им больше не угрожает опасность.

Флорентина схватилась за виски в непритворном негодовании.

– Поверить не могу, ты их выгнал! Это же недипломатично.

– Лучше бы их вообще не приглашали, – вклинился Ирвин и, как подросток, сел на подоконник. – От драконидов всегда одни проблемы. Забыли, как их самовлюблённая принцесска чуть наших невестушек не сожрала?!

Тина захлопала глазами, но возразить не смогла. Отбор невест для принца Дарнелла был нашумевшим событием два года назад, и без эксцессов тогда не обошлось. К счастью, в итоге он заполучил в жены самую прекрасную девушку, какую только можно вообразить.

– Я ничего не забыл, – усилием воли вернулся он к теме разговора. – Но нельзя судить о всей расе по одному ее представителю, тем более наши отношения с Землей Алого Пламени на данный момент самые благоприятные за всю историю. Впрочем, высылка конкретно этой троицы показалась мне единственно верным решением.

– Просто выслушайте меня, – попросила Тина. – Я видела, как все было. Адальбер ни с кем не дрался, он всего лишь хотел разнять их.

В словах сестрёнки звенела громкая и беспощадная справедливость, но ей давно уже стоило понять, что эмоции не всегда бывают верными союзниками.

– По их традициям, драконидам запрещено оборачиваться в гостях без согласия хозяев. Особенно строго они к этому относятся на территории людей. Адальберу было достаточно дождаться, когда его старшие и более опытные сородичи выкинут дебоширов из образов драконов. Он сам виноват, что полез туда, куда не следовало.

Щеки принцессы покрылись гневным румянцем.

– Я… Я, кажется, поняла, что случилось. Адальбер очень молод и пока не особо умеет контролировать свои новые способности. Наверное, оборот произошёл внезапно. Из-за того, что рядом были источники магии, то есть, обращенные дракониды…

Она осеклась, потому что Ирвин пошло присвистнул.

– Ваше высочество, вы так хорошо осведомлены о подробностях физиологии драконидов. В книжке вычитали или рассказал кто?

– Всё это не важно, – сказал Дарнелл, припечатав взглядом едва открывшую рот сестру. – Мы не обязаны разбираться в причинах их конфликта. Мы – пострадавшая сторона…

– Насколько мне известно, никто не пострадал, – возразила Тина.

Принц вздохнул, встал из-за стола и, подойдя к сестре, коснулся её плеча.

– Тина, присядь. Ты сама на себя не похожа. Что на тебя нашло?

– Может, у неё какой-то личный интерес к этому Адальберу? – предположил Ирвин.

Тину позволила усадить себя в кресло для гостей и настороженно посмотрела на Ирвина. Дарнелл махнул ему рукой.

– Ирвин прекрати, не смущай ее. Твои шуточки неуместны.

– Никто не пострадал, – повторила слегка успокоившаяся принцесса. – Никто не погиб, дворец не разрушен. Почему их надо было наказывать?

Какой же она ребёнок. Живёт в красивом и дружелюбном мире. В таком прекрасном, но выдуманном. Дарнелл раньше тоже знал только его.

– Послушай, милая. К счастью, всё обошлось без жертв, но всё же не бесследно. Люди сильно испугались, а среди них были и дети. Многим понадобилась помощь лекарей, чтобы успокоить нервы. Маркизе Ивонне стало плохо с сердцем – в юности она видела, как дракон из ущелья на границе с Вермирией растерзал её отца вместе с конём. Были и те, у кого обгорели волосы и одежда. Представляешь, какой шок они пережили, думая, что сейчас сгорят заживо? Так же в разной степени урона обгорело несколько столов с угощениями и одна фигура из цветов. А ещё я сам видел, как в панике толкнули музыканта из оркестра маэстро Стефана, и выпавшая из его рук старинная мандолина разбилась в щепки.

Он намеренно был суров, и юная принцесса скорбно опустила глаза.

Должно быть, что-то для себя осознала.

– А парк? – Дарнеллу было нелегко продолжать, но он решил, что иногда бывает полезно сталкивать младших сестёр с реальностью. – Ты видела, в каком он сейчас состоянии? Три дерева безвозвратно потеряны, сгорели до углей, и сегодня садовники должны их выкорчевать. Ещё четыре ясеня обгорели, им понадобится много времени, чтобы восстановиться. Ох, Тина, видела бы ты глаза Сильвана. Он смотрел на это безобразие, как воин, потерявший товарищей на поле брани. Он же их из семян вырастил, из тех, которые хранил, покинув родину.

Губы Тины задрожали.

– Бедный Сильван, – горестно прошелестела она.

Дарнелл наклонился к ней сзади и поцеловал в макушку. Его оруженосец беззвучно изобразил рвотный позыв.

– И, пожалуйста, не сердись на меня, сестрёнка. Папа хотел, чтобы всех троих немедленно отправили в тюрьму, и он, как король, имел право так поступить. Я сделал для них все, что мог. И, естественно, семьям провинившихся придётся выплатить компенсации.

– Наш принц сказочно великодушен, – отметил Ирвин.

С потерянным видом Тина встала и сделала несколько неуверенных шагов к двери.

– А если его там казнят? – она вдруг обернулась. – Я слышала, у драконидов жестокие законы.

– Вряд ли. За пьяные драки аристократов у них не умерщвляют, – обнадежил брат.

Ирвин щелчком смахнул с подоконника мелкого жучка и с беспечным видом сказал:.

– Казнь – не единственное жестокое наказание.

– Ирвин, – одернул его Дарнелл и вновь обратился к побледневшей Тине. – Лучше забудь об этом Адальбере. Тебе ни к чему лишние переживания, через год ты официально выйдешь в свет, так что береги нервы.

Не дослушав его, Тина выбежала из кабинета. Топот её туфелек стремительно отдалялся.

– Что у неё в голове? – не удержался от риторического вопроса Дарнелл, закрывая за ней дверь.

– Ясное дело – что, – откликнулся Ирвин. – Или ты правда не понимаешь?

Принц вернулся за рабочий стол и уставился невидящим взглядом в заброшенные бумаги.

– Она явно что-то себе придумала и встала на защиту драконидов.

– На защиту одного конкретного драконида.

– Но ты же не думаешь, что она в него влюбилась? Это глупо. У них даже не было времени, чтобы пообщаться и узнать друг друга.

– Она маленькая, но всё-таки женщина, – хмыкнул Ирвин, покачивая в воздухе ногой, – а женщины не всегда логичны и последовательны.

– Ты меня пугаешь. Если бы речь шла о Сюзанне, я бы не так волновался, а Тина слишком юная и впечатлительная.

Красноволосый оруженосец довольно ухмыльнулся.

– Принцессе надо поменьше думать о всяких глупостях. Вся эта чепуха о любви и драконах появляется от безделья. Займитесь уже её воспитанием как следует, пускай уже научится думать мозгом, а не бабочками или что там у неё. Дар, вот ты сейчас начнёшь отнекиваться, глаза закатывать, защищать её. Не надо. Пора спасать девчонку, пока не поздно. Знаешь, что она вчера учудила?

В дверь постучали. Не дождавшись приглашения, в кабинет вошел бородатый мужчина в темном плаще.

– Ваше высочество, вы велели докладывать без промедления.

От волнения Дарнелл не заметил, что смял в руке неподписанный документ.

Появления королевского шпиона он ждал уже давно.

Принцесса Флорентина

Следующие несколько дней я как будто лично отбывала наказание за испорченный праздник брата. Мои учителя часами занимались со мной, заставляя решать задачи по арифметике, перерисовывать карты, заучивать стихи и чертить таблицы. Стоило встать из-за стола и только-только размять спину, и меня, как коршуны, утаскивали преподаватели этикета, танцев и живописи. Вычисление прибыли вымышленных торговцев, многочисленные названия озер северных княжеств и сложные па вытесняли у меня из головы мысли об Адальбере, и я не могла противостоять этому натиску. Меня тянуло в водовороте повседневных дел, которых навалилось чересчур много. Почти всё свободное время, если его можно так назвать, я либо лежала на диване, положив гудящие от бальных танцев ноги на подушечку, и читала учебники, либо сидела в библиотеке, в муках работая над докладами и сочинениями. Мои руки так сильно пачкались в грифеле и чернилах, что мне приходилось часто менять платки, а бедной Эмис, соответственно, их стирать.

Поначалу я пыталась отнестись к своему обучению философски, но с каждым заданным уроком в мою душу закрадывались сомнения… Это Дарнелл их всех подговорил! Зачем? Да чтобы выбить из меня все грёзы о любви! Я написала Адальберу письмо, но с каждым днем во мне усиливалось подозрение, что до адресата оно не дойдёт.

На бумагу упали первые слезинки. Чернила размылись, превратив аккуратные буквы в кляксы.

– Что с вами, принцесса? – обеспокоился Трэйси и спрыгнул с передвижной лестницы. Вытащенная наполовину книга и так и осталась на полке.

Я потерла глаза тыльной стороной ладони. Совсем не так, как меня учили на занятиях по этикету.

– Ничего.

Оруженосец потянулся ко мне через стол.

– Вы плачете. Почему? Вас так расстраивает доклад о Декаде голода в Мальвии? Не печальтесь, это было больше ста лет назад.

Прикусив губу, я помотала головой. Дышать было тяжело, грудь словно стянули цепями.

– Нет? – Трэйси обошёл стол и встал рядом. – Может, вы…

– Я просто устала!

Я упала прямо на недописанный доклад. Как надоело! Почему я здесь, чахну над книгами, как последняя зубрилка? Пусть все думают, будто я глупая и ничего не понимаю в жизни, но я сердцем чувствую, что Адальберу грозит беда. Он был так добр и мил со мной, я, наверное, тоже стала ему дорога...

– Тише, тише, – Трэйси заговорил шёпотом, хотя придворный библиотекарь давно уже видел седьмой сон. – Я понимаю, от вас многого ждут, потому что вы дочь короля…

– Утром уроки, днём уроки, вечером – я не могу больше!

– Не мучайте себя больше, ваше высочество. Ложитесь спать. Я закончу делать черновик, а вы утром перепишете начисто.

Невидимая цепь ослабла. Я совершенно не по-королевски шмыгнула носом.

– Спасибо тебе. Ты такой хороший.

– Не благодарите. Мне самому уже невмоготу смотреть на то, как вы страдаете. Хотите, я завтра намекну вашей матушке, что вам не идет на пользу такая нагрузка?

В любой другой момент дерзость друга развеселила бы меня, но стойкое ощущение несправедливости застилало глаза.

– Да это же заговор! – я ударила кулаком по столу и ойкнула из-за звякнувшей чернильницы. – Они все специально так надо мной издеваются. Это нечестно! У меня теперь даже времени на отдых нет. И у нас с тобой давно не было тренировок и вообще… и вообще я хочу читать нормальные книжки!

Трэйси ловко достал из кармана белоснежный платок.

– Ваше высочество…

– Тоже хочешь сказать, что я похожа на дурочку? – вспылила я.

Он усмехнулся, что позволял себе крайне редко.

– Немножко похожи. У вас всё лицо в чернилах. Позвольте.

Я безропотно замерла и закрыла глаза. Трэйси бережно обтер мой лоб и щёки и убрал за ухо выбившуюся прядку.

– Вам надо отдохнуть, моя госпожа. Вам просто надо отдохнуть.

О, я никогда не была с ним так согласна, как сейчас! Но было одно “но”.

– Если я прогуляю хотя бы один урок, брат запрет меня в комнате, как до этого запер Адальбера! Ах, Трэйси! Что мне делать?

Я рухнула на сложенные на столе руки и тяжко вздохнула. Это точно было наказание для меня за слишком длинный язык. Брат больше не любит меня так, как в детстве, и моя компания была ему неприятна, вот он и загрузил меня, чтобы больше не видеть. Это единственный вариант, который пришел мне в голову, и от этого становилось еще тяжелее. Я привыкла, что мама и папа всегда были слишком заняты, чтобы много времени проводить со мной и Сюзанной, ведь кроме королевских обязанностей у них был сын, наследник, который должен вырасти достойным своего положения. Компании служанок, фрейлин, учителей и книг мне всегда хватало, а с появлением рядом Трэйси стало совершенно чудесно. Но иногда казалось, что на меня махнули рукой.

– Я, кажется, знаю, что может вам помочь, – внезапно сказал Трэйси. Я мгновенно вскочила и уставилась на него во все глаза.

– Что? Что? Не томи.

– Вам поможет приятная компания. Мы позовем ваших подруг.

В последнее время я мало виделась со своими сверстницами. Мне уже семнадцать, через год я стану желанной невестой для всех мужчин королевства без исключения. Станет совсем не до моих любимых “детских” развлечений: утренних прогулок на лошади, фехтования и изучение старых частей дворца. Вчерашние наперсницы уже принимали многочисленные предложения руки и сердца, выбирали между кандидатами и гуляли с одного светского приема на другой в поисках женихов посолиднее. А я все еще чувствовала себя слишком юной для всей этой суеты.

В общем, я согласилась с планом, тем более что посиделки мы решили замаскировать под урок рукоделия.

Перед сном я потратила час, чтобы лично написать приглашения подружкам – их скопилась целая стопка плотных блестящих карточек – и отдала пажу приказ утром найти мне гонца, чтобы развести их по окрестностям. Трэйси был доволен, что я отвлеклась от печали, и это действительно было так. Помнится, когда мне было четырнадцать, я с нетерпением ждала таких вот встреч, когда мы с другими девочками могли сидеть вместе до глубокой ночи, пока нас силой не разводили по комнатам.

Одним словом, я была полна ожиданий.

Глава 5

Действительность же оказалась куда более прозаичной и унылой. Изабелла, Кларисса и Мелинда ответили вежливым отказом, Лаура вовсе не удостоила ответом, а Аланна, Кристал и Эрлина, приехавшие со своими личными служанками на следующий день, давно перестали быть для меня по-настоящему близкими людьми, настолько у нас стали разниться интересы. А ведь когда-то мы были подружками не разлей вода! Таким образом вечер превратился в непрекращающуюся пытку.

– К тебе сватался сын барона Октавиана? – удивилась Эрлина, и в ее голосе чувствовалось больше зависти, чем просто удивления. – Быть того не может! Йонси же обещал маменьке, что в этом году посватается ко мне.

Аланна продолжила вышивать гладью огромную розу, но весь ее гордый вид будто кричал: “Ну конечно, это правда! Разве можно сомневаться в моих словах!”.

Ее вечная соперница по детским играм, Кристал, фыркнула себе под нос и быстро-быстро заводила иголкой вверх-вниз, будто вымещала на несчастном платке с недовышитыми инициалами свою ревность. Даже мне было известно, что вышеупомянутый сын барона был весьма хорош собой. Хотя, на мой вкус, до Адальбера ему было далековато. Я посмотрела на большие напольные часы, но стрелки будто совсем не двигались, хотя после ужина прошло уже много времени.

– Ну а ты? – спросила вдруг Аланна. – Присмотрела кого-нибудь?

От неожиданности я выронила иглу, и она беспомощно повисла на длинной серебристой нитке. Мне достался снисходительный взгляд с трех сторон и один сочувствующий – от прислуживавшей мне во время занятия Эмис.

Эрлина хихикнула в кулачок:

– Ну скажешь тоже! Нашей Флорентине еще год ждать, пока можно будет смотреть на мужчин. Да и зачем младшей принцессе какой-то сын барона?

Все три девушки дружно засмеялись, и я вымученно улыбнулась плоской несмешной шутке. Они же лучше многих знали, что все почести и привилегии по праву рождения достались старшей сестре, и едва ли заморские принцы станут свататься ко мне.

Сюда бы Трэйси, с ним хотя бы есть о чем поговорить.

Я поймала убежавшую иголку и с удвоенными усилиями продолжила вышивать, считая минуты до конца этой нелепой встречи. И тут двери отворились, и на пороге возникла складная высокая фигура Клодии. Она сложила руки перед собой и церемонно объявила:

– Ее высочество принцесса Полина с принцем Айроном и ее светлость, герцогиня Гвендолин!

Я снова выронила иголку. Супруга Дарнелла пришла к нам вместе с их сыном, а еще и взяла с собой подругу. Обе каштановолосые, стройные, их можно было принять за сестер. Гвендолин была воспитанницей моего отца, и мы хорошо ладили, она всегда была милой и доброй, даже если я капризничала или плакала. Теперь она замужем за оруженосцем брата, хотя в любом другом случае это было бы расценено как редкостный мезальянс. Но я считала, что это невероятно романтично! Почти как пишут в книгах – прекрасная одинокая дева влюбилась в простого оруженосца, и после многих преград на пути к счастью, они смогли пожениться.

– Здравствуйте, девочки, – поприветствовала Полина. – Времени у нас полно, так что решили зайти к вам перед отъездом. Чем занимаетесь?

Она ничуть не была испорчена своим высочайшим положением, зато мои “подружки” мгновенно растеряли всю спесь. Её характер позволял ей легко заводить друзей, и она, как сегодня, периодически ездила в гости.

– Ах, какой милый малыш! – сладким голоском пропела Аланна. – Надеюсь, у нас с Йонси когда-нибудь будет такой же!

Маленький Айрон смешно дернул пухлыми ручками и сморщил мордашку. Полина прижала сына к себе и что-то весело ему сказала на ушко.

– А хочешь к тете на коленки? Тина, ты не против развлечь племянника, а то у меня уже руки отваливаются.

– Разве у вас нет нянь? – удивилась Эрлина.

– Никакая няня не заменит маму, папу и тетушек, – с достоинством ответила Полина. – Тина, держи-ка.

Я приняла из ее рук малыша и усадила к себе на колени. Кажется, я ему нравилась, потому что он передумал плакать и стал дергать меня за кружевные манжеты платья.

– Ну, какие новости? – с азартом спросила молодая, заскучавшая мать. – Мне страсть как все интересно!

Герцогиня покачала головой и достала из корзиночки свою вышивку.

– Поговаривают, что у Даники и Дориты, сестер из замка Тигель, свадьба будет в один день, – поделилась Эрлина. – А еще говорят, что в соседнем лесу пропало несколько человек. Там завелось какое-то чудовище, и на него хотят устроить охоту.

Я об этом не слышала, да и звучало неправдоподобно. Сильван бы мне сказал, будь это так.

– Это все ерунда, – перебила Кристал. – Сейчас самая популярная тема это дракониды. Ах, как хорошо, что маменька приболела и мы не смогли приехать на день рождения его высочества! То есть, это ужасно, что мы не присутствовали на празднике, но его завершение… Наверное, это было просто кошмарно!

– Да-да, – поддакнула Эрлина. – Мы были, и у меня едва сердце не выскочило. Как вы пережили этот ужас, ваше высочество?

Мне захотелось стукнуть пустоголовых дурочек корзинкой, но у меня руки были заняты племянником.

– Ой, ну у меня с драконами разговор короткий, – пошутила Полина, намекая на свое участие в последнем отборе невест. – Ну, и что там еще в народе говорят?

Аланна сделала загадочное лицо, чтобы все прочувствовали важность того, что она собиралась сказать.

– Я слышала, когда была на днях на обеде у барона Октавина и его семьи, что для всех троих драконидов, нарушителей спокойствия, уже придумали суровое наказание.

Если бы я продолжала вышивать, непременно бы проткнула себе палец насквозь.

– Наказание? – пробормотала я. – Суровое?

Гвендолин отвлеклась от работы и нахмурилась.

– Аланна, ты уверена, что это правда?

– Совершеннейшая правда, ваша светлость.

– Что же за наказание их ждет?

Я была благодарна герцогине, что не мне пришлось задать этот вопрос. Аланна снова сделала трагическую паузу.

– Ну… Я слышала, что их отправили в отбор женихов для нынешней королевы фей.

У меня перехватило дыхание. Моего Адальбера отправили участвовать в отборе женихов! Да еще и для кого! Для феи!

– Тина? – позвала меня Полина. – Ты в порядке?

– Да… Все хорошо, просто немного душно.

Эмис мгновенно вскочила и приоткрыла окно, хотя мне ни чуточки не было душно. Я солгала, чтобы скрыть ужас и крайнее волнение, что охватили меня в тот миг.

– Мы так мало знаем о традициях фей, – тихо проронила Гвендолин. – Но можно ли считать это суровым наказанием?

Они продолжили разговаривать, а у меня в голове как набат звучала одна и та же фраза:

Отбор женихов.

– Клодия, тебе что-нибудь известно про это мероприятие? – спросила Полина у главной горничной. Та поджала тонкие губы.

– Раз уж вы спросили, то, пожалуй, я не могу припомнить, чтобы королева фей хоть раз появлялась где-то с мужем. Нет, я не припоминаю такого. Все видели королеву, но ни разу – ее короля.

Меня точно сковало холодом. Что это значит? Куда она девает мужей?

– Может, после первой брачной ночи она душит мужа подушкой? – хихикнула Эрлина, точно услышав мои панические мысли. – Или приносит в жертву! О, это так захватывающе!

– Дура! – не сдержалась я. – Нельзя так говорить!

Все пораженно повернулись в мою сторону, а маленький Айрон пока еще тихонько захныкал, не понимая, что происходит, но чувствуя сгустившуюся атмосферу.

– Тина права, – вступилась за меня Полина. – Нехорошо выдвигать такие пессимистичные предположения. Может, у них там так хорошо живется, что король целыми днями прохлаждается где-нибудь под деревом, и королеве приходится искать нового?

Конечно, ее попытка разрядить обстановку была милой, но помогла не сильно. Однако и идти против жены наследного принца тоже никто не решился. Так что еще часик просидели, обмениваясь ничего не значащими фразами, послушали про планы Полины отправиться в гости к соседям, пока не прозвучал сигнал к ужину.

Я сразу же бросилась на поиски брата, но в его покоях его не оказалось, как и в кабинете, и даже мама с папой его не видели сегодня. Ирвин тоже куда-то запропастился, и я только через час бесплодных метаний сообразила, что просто могла задержаться и спросить про Дарнелла у его жены. Какая же я глупая!

Я разыскала Полину, но она знала лишь то, что брат получил какие-то срочные новости и отбыл из дворца еще вчера. В душе у меня был настоящий сумбур. Я не знала, что мне делать, куда бежать и кого просить о помощи. Чувствовала, что каждая секунда промедления приближает Адальбера к неминуемой кончине в хищных объятиях какой-нибудь феи. Нет, не какой-нибудь – а королевы фей. Их королевство было закрыто от остального мира первородной магией, никто толком не знал, что там творится. В книгах написано, что их королева обладает единоличной властью, сама принимает и отменяет законы, и нет никого, кто точно мог о них рассказать. Феи со всеми соседями поддерживали дипломатические отношения, но не позволяли вмешиваться в свои внутренние дела. Я даже не знала, что у них тоже практикуют отборы, да еще и кого – женихов! Нет никаких сомнений, что Адальбер с его красотой, обаянием, воспитанием и природной добротой легко обойдет всех конкурентов и выиграет в отборе. Если я не придумаю, как его защитить, прямо сейчас, все будет кончено.

– Трэйси! – воскликнула я, напугав стайку пажей. – Точно!

Я побежала к нему, чтобы попросить о помощи. Друг мне не откажет, он сделает для меня все, что угодно, тем более после того, как я распишу ему ситуацию. Он непременно проникнется моей благородной целью.

– Нет!

Я даже договорить не успела, как мой оруженосец резко перебил меня, чего никогда себе не позволял.

– Нет, нет и еще раз нет! Вы никуда не поедете.

От его проницательности я опешила.

– Ты уже знаешь?

– Многие знают. Придворным интересно, какая судьба ожидает тех, кто испортил день рождения принца. Ваше высочество, история с драконидами для вас закончена, и вам придется с этим смириться.

Я была в отчаянии.

– Ты тоже считаешь, что Адальбер может выиграть отбор и жениться на королеве фей?

– Нет, – ответил он бесстрастно. – В отборе могут участвовать и более достойные претенденты. Только, на вашем месте, я бы не обольщался. Слышал, что остальных участников у фей разбирают незамужние аристократки.

Новый удар почти сразил меня, я еле стояла на ногах.

Угадав мое состояние, Трэйси вмиг переменился в лице:

– Простите, я не хотел вас огорчать. Просто вы должны знать правду и не переоценивать свои возможности. Адальбер в любом случае будет принадлежать какой-нибудь фее, и вам его никто не отдаст. Хватит вам уже терзать себя понапрасну.

Ком в горле не желал проглатываться.

– Трэйси…

– Да, ваше высочество?

– Принеси… принеси, пожалуйста, в мои покои чай. И булочек.

– Хорошо.

– Подожди, – я с трудом удержалась, чтобы не облизнуть пересохшие губы. – Хочу с творогом… Нет! Горячие, с маслом и сахаром. Чтобы это всё таяло на верхушке.

Бледно-жёлтые глаза оруженосца потемнели, переходя в зеленый.

Как же стыдно его обманывать!

Но я должна была действовать.

И я метнулась к себе.

Достав из гардеробной коричневую сумку, которую мы с Трэйси брали, когда ходили гулять в королевский лес, я открыла её и заметалась по спальне. Что с собой берут в путешествия? Обычно служанки собирают мне сундуки с нарядами, туфлями, украшениями, принадлежностями для ухода за собой и прочими мелочами, а лакеи грузят всё это добро в кареты. Но тут совсем другое дело – я отправляюсь не в гости, не на бал. Надо взять только самое-самое необходимое, что-нибудь такое, что можно легко унести. И деньги. Возьму всё, что у меня есть. Мне иногда родители дают мешочки монет на личные расходы перед поездками в столицу, но я почти ничего не трачу, так что скопилось у меня порядочно.

А как покинуть дворец? Ещё в коридоре у меня появилась идея вновь вырядиться горничной, однако пришлось сразу отмести её. Не хочу снова подставлять Эмис, да и после той встречи с Ирвином такая маскировка перестала казаться надёжной. И, если подумать, то вряд ли стража не заинтересуется подозрительной горничной, выносящей из дворца сумку. А если притвориться, будто я отправляюсь погулять в лес…

– Ваше высочество, вы здесь?

Я так вздрогнула от голоса Трэйси за дверью, что чуть не порвала наполовину надетую через голову рубашку.

– Я переодеваюсь, – это не было ложью, и всё равно во рту стало отчего-то горько.

Завершив облачение в костюм, который был на мне во время знакомства с Адальбером, я заколола волосы в небрежный пучок и вышла в гостиную. Ни о чём не подозревая, Трэйси выкладывал с подноса чашки и тарелку с булочками. Заварочный чайник и сахарницу со сливочником он, как всегда, не принёс. Знает, что больше одной чашки за раз я не пью, и заранее кладёт в чай мои любимые добавки. От этой заботы у меня защемило сердце. Не до чаепитий сейчас.

Трэйси насторожился.

– Вы собираетесь покататься?

Ох, о лошади я и подумать не успела.

– Я должна его спасти.

Я вглядывалась в его глаза – они порозовели, как тогда. Злость друга резала меня как ножом, но я бы ни за что не простила себе, если бы оставила Адальбера в беде.

– Я вас никуда не отпущу.

Меня словно обдало холодом, пятки закололо невидимыми иголочками.

– А если бы тебя заставили участвовать в отборе женихов против воли? Ты бы молился, чтобы тебя спасли! Разве не так?

– Прекратите это. Я надеялся, у вашей одержимости будут границы, но нет. Вы вынуждаете меня пойти к вашей матери и всё ей рассказать.

О, нет! Только не мама! Я решила бежать за Адальбером, повинуясь порыву, но сейчас твердо убедилась, что иного варианта нет. Если повезет, я успею нагнать его до того, как начнется отбор, а там уже что-нибудь придумаю. Если Адальбер испытывает ко мне те же чувства, что и я к нему, то самое лучшее, что он может сделать – это предложение руки и сердца. И вот тогда никакая фея не сможет на него претендовать. А если он не решится на такой шаг сразу, мы хотя бы потянем время, и я надеюсь, Дарнелл сможет уладить этот вопрос ради меня.

А тут Трэйси...

– Не делай этого, меня же запрут и охрану приставят!

Он оставался по-прежнему хладнокровен, и его состояние пугало меня до паники.

– Если это убережет вас от глупостей, то пусть так и будет.

От его предательства у меня помутился рассудок. Я выставила перед собой руку и позвала:

– Трэйси!

Оруженосец в испуге отпрянул, но чары всё равно его настигли: серебряной молнией он перелетел в мою ладонь и материализовался в маленький ритуальный кинжал – атам.

«Что вы делаете?!»

Раньше я никогда не превращала Трэйси в оружие без его согласия, и стыд пронзил моё сердце. Но так было надо.

– Тише, – зашептала я. – Всё будет хорошо.

«Принцесса, одумайтесь! У вас ничего не получится, вам не дадут выйти из дворца!»

Дадут, ещё как дадут.

Внутренне я словно разделилась на двух человек, на беспомощную девочку и решительную девушку. Постепенно у меня появлялся план действий. Опустив Трэйси в новенькие ножны, я прицепила их к поясу. Он тут же заголосил, что ничего не видит, и стал требовать, чтобы я его расколдовала и бросила свою затею.

Нет, я зашла слишком далеко.

Я встала напротив зеркала и, неблагодарно проклиная своих учителей за редкие занятия магией, после четвертой попытки смогла навести на себя иллюзию. В зеркальной поверхности отражался мой оруженосец. Вид у него, точнее у меня, был слегка одурелый, и всё же я быстро взяла себя в руки. Всё в порядке. Без зеркала я себя видела в своём обычном облике, другие же будут видеть во мне паренька с серебряными волосами. Без понятия, как долго продержится иллюзия, поэтому надо бежать как можно быстрее.

Записку для Дарнелла я спрятала под подушку, подхватила сумку и вышла в коридор. Стены эхом отражали мои торопливые шаги.

«Куда вы?! Остановитесь!»

Ну уж нет.

«Ирвин! Марко!»

Я чуть не споткнулась и припустила еще быстрее. Оруженосцы способны слышать друг друга, и, если рядом окажется кто-нибудь из них, меня поймают.

Как же всё-таки хорошо в штанах! Я пронеслась со скоростью ветра.

– Опять в город? – по-простому осведомился стражник у выхода. – Твоя маленькая госпожа опять что-то попросила ей принести?

Я кивнула. Звуковые иллюзии меня делать не научили, поэтому пришлось молчать. Чтобы не показаться грубой и подозрительной, я помахала страже на прощание и направилась к конюшне.