Новый виток жизни

Глава 1. Как гром среди ясного неба

Знаете, жизнь непредсказуема, и вроде ты только начал входить в новую пору, поменял что-то в себе или просто стал жить с чистого листа – не имеет значения, судьба может перевернуть всё с ног наголову и даже не заметить, как она прошлась по чьим-то мечтам и надеждам. Мне было непросто уехать из семейного гнёздышка, покинуть отчий дом и поехать в другую страну. В то место, где родилась и выросла моя мама. Это довольно маленькая страна, но невероятно прекрасная, наверное, как и любое неизведанное место, которое ты посетил впервые. Даже в с виду неприметном месте человеку, который там оказался впервые, может показаться, что он в раю. Культура, история и традиции, впрочем, как и у всех других государств, уникальны. Эта страна – Южная Корея.

Моя мама переехала в Россию, когда ей предложили работу в филиале компании, в которой она работала. Ей было сложно покидать родину и уехать в неизвестность, но всё обернулось в лучшую сторону – она встретила отца, они поженились и родилась я, а потом и мой брат, который на 5 лет меня младше.

И вот, спустя 18 лет после моего рождения, я захотела узнать, где мои корни. Решила я поехать в Сеул. Так сказать, начать с рыбки покрупнее. У мамы в городе осталась небольшая квартира, которую она сдаёт. Только недавно оттуда съехали прошлые жильцы и теперь она пустует. И пока никого нет, я решила пожить там. Вначале было не просто решиться поехать одной куда-то, ещё и родители не хотели меня отпускать, ведь я только закончила одиннадцатый класс. Но чем больше мне отказывали, тем сильнее я была уверена в своём решении. Я думала поступить в ближайшую от маминой квартиры школу в двенадцатый класс, ведь там столько учатся, и потом пойти в университет. Хотя и не знала корейский в совершенстве, из-за чего иногда ворчала мама, но с английским проблем у меня не было, как, понятное дело, и с русским, потому я и не сильно переживала о сложностях с пониманием в другой стране.

Всё-таки мне долго пришлось упрашивать родителей. Я была к этому готова заранее и начала в начале последнего учебного года. Аргументировала свой выбор и преимущества поступления в Корею. Маму отчасти задобрило то, что я могла наконец выучить корейский, а вот отца мы всей семьей пытались уговорить. Брат-то тоже был рад выселить меня подальше из его подростковой, вечно недовольной, жизни. В конце концов папе пришлось сдаться, но он всё равно был недоволен и постоянно пытался меня отговорить. Только я была непреклонна.

***

Мой первый год в Сеуле был тяжёлым. Очень тяжёлым. И сложнее всего было не из-за нового окружения и менталитета, а из-за жизни одной. Это и еду готовить, и убираться, и покупками заниматься, и правильно распределять бюджет, и ещё куча всего… Да, я, конечно, занималась дома некоторыми делами, но тогда мне помогали и мама с папой, и брат иногда. А сейчас всё на мне, из-за чего временами это было невыносимо. Одна одинёшенька в таком большом мире! Никто не поможет, не утешит… И да, я люблю поплакаться. А что ещё делать? Только похандрить день-другой и опять с новыми силами заниматься делами и учёбой. Зато, когда поступила в университет было легче.

Из-за того, что я была полиглотом, то выбрала профессию переводчика. Идеально, я считаю. Проходить то, что ты уже знаешь и быстро сдавать зачёты по предметам. Не со всем было так просто, конечно же, но в общем интересно. Параллельно я занималась репетиторством, чтобы подзаработать, ведь деньги лишними не бывают. И так стала преподавать не только английский, но и русский. Было здорово и увлекательно жить самой в другой стране. Такой одновременно родной и незнакомой.

***

Уже настал ноябрь моего первого года обучения в универе. Репетитором я стала довольно хорошим. И если вначале было нелегко начать преподавать, объяснять что-то, то со временем набила руку, так сказать. И вот, очередной кульбит сделала моя жизнь, когда мне позвонили и попросили помочь с английским. Ничего вроде необычного, я часто помогаю подтянуть школьную программу подросткам. Так я подумала и в оговоренное время через пару дней пришла по указанному адресу. Мне открыл дверь высокий молодой человек, примерно моего возраста, и он оказался не, как я предположила, братом ученика, а самим учеником. Он удивился моему возрасту так же, как и я его. Уточнив, являюсь ли репетитором, пропустил в небольшую квартирку. И вроде началось всё довольно хорошо: я провела пару тестов, узнав уровень обучения, и мы начали первое занятие.

***

По истечении двух недель (на каждой мы встречались 3 раза) его уровень немного возрос. Произношение, упор на которое мы делали, улучшилось, хоть и был сильный корейский акцент. В конце шестого занятия, когда я хотела уже уходить, внезапно пошёл дождь, да ещё и вместе с громом. Ну, как внезапно, ещё днем на небе висели серый тучи, но я и не думала, что что-то будет не так, и даже умудрилась не посмотреть на прогноз погоды. Осень в Сеуле, в отличие от лета, сухая, вот и понадеялась.

Так вот, зонтик я не взяла, а промокнуть не хотелось. Чхондун, именно так звали парня, предложил остаться на чай. Ну, делать нечего, лучше так, чем потом ненароком простыть. Был вечер, и солнце уже приближалось к горизонту. Вначале атмосфера была немного неловкой, и я решила прервать тишину.

– Почему ты решил нанять репетитора? – ненавязчиво спросила я.

– Да так, просто для трейни нужно, чтобы было хорошее произношение, да и знать лишним не будет. Вот и подтягиваю, чтобы не облажаться. – Поделился парень.

– Ого, удачи тебе тогда, – улыбнувшись, пожелала я. Теперь понятно откуда такое рвение у Чхондуна.

Живя в Корее, вольно-невольно узнаешь, кто такие трейни и айдолы, и всё из этого вытекающее. Если вкратце, то трейни – это начинающий артист, который впоследствии может стать айдолом, и очень даже популярным, если постарается. Ну а айдолы – это звёзды, если по-простому, просто на корейский лад, если можно так сказать.

Мы ещё немного пообщались, пока не прекратился дождь, и я, попрощавшись, ушла. После этого всё и закрутилось. Он стал иногда приглашать после репетиторства на чай, а я и не отказывалась. Мы мило общались и стали понемногу сближаться. А в тот момент, когда он радостный, из-за удачного прослушивания, обнял меня, пришедшую на очередное занятие, сначала опешила, однако потом поняла, что мне приятны эти прикосновения, и обняла в ответ. Потихоньку наши уроки стали сходить на нет. У него заметно улучшилось как знание английского, так и произношение. И наши встречи стали практически не нужны. От этого было немного грустно, но я была рада за Чхондуна, который делал успехи и в работе. Я уже думала, что мы больше не встретимся, когда он сказал, что у нас это последнее занятие. Только вот неожиданно парень пригласил меня на свидание, и я не стала отказываться. Даже можно сказать, что я была в восторге. Брюнет, с миндалевидными карими глазами и овальным лицом – привычная внешность для корейца. Но в нём была некая изюминка, может дело в его волнистых короткий волосах, которые он иногда перекрашивает в разные цвета, или в очаровательной улыбке, а может в красивом мелодичном голосе, как никак он певец. Он мне нравился.

У нас были и милые посиделки в кафе, и походы в кино, океанариум, парк развлечений, ночные романтические прогулки. Это было замечательное время. Хотя и не часто удавалось выбираться из-за моей учебы и его тренировок, но мы сблизились и стали по-настоящему встречаться. Так прошёл ещё один год моего пребывания в Корее, заканчивается весна, и я уже закончила второй семестр в университете. Всё шло замечательно. Чхондун стал набирать популярность среди трейни, возможно, скоро он сможет дебютировать.

А сегодня, после похода в кино, он пригласил к себе на ужин. Но оказалось, что парень забыл купить нам чего-нибудь на десерт и отлучился в магазин. Перед уходом он предупредил меня, что может прийти его продюсер и передать какие-то документы, и чтобы я его впустила и забрала бумажки. Так я осталась одна и решила пока посмотреть телевизор.

И вроде ничего не предвещало беды, как в дверь позвонили. Это было предвестником нового витка судьбы.

Глава 2. Любовь ранит сильнее всего

Трель звонка пропела на всю квартиру, и я решила, что это Даня, так я стала называть Чхондуна на русский лад. Хотя удивилась, почему он звонит в дверь, ведь это его квартира и он мог спокойно зайти. Посмотрела в глазок. На пороге стоял мужчина лет так сорока, одетый в костюм. «Наверное это продюсер, о котором предупреждал Дэн», – подумала я и решила открыть дверь.

– Здравствуйте, Чхондуна сейчас нет дома. – Предупредила я по-корейски мужчину. Ким Шихун, так вроде его звали, прошёл в квартиру и осмотрел меня с ног до головы. Его лицо не выражало никаких эмоций, и атмосфера в квартире почему-то резко похолодела. Я чувствовала себя неуютно под его пристальным взглядом и потому решила нарушить гнетущую меня тишину.

– Он предупредил, что Вы должны занести ему документы. Можете здесь оставить, а когда он придёт, я передам. – Встретившись с нечитаемым взглядом, решила добавить: – Или можете его подождать в гостиной, – и попыталась улыбнуться.

– Не нужно, – голосом мужчины можно было замораживать воду. – А Вы я так понимаю Зоя? – и получив мой кивок продолжил: – Вы должны расстаться. – Припечатал он и положил что-то на тумбу в коридоре, улыбка тут же сползла с моего лица.

– Ч-что? – проговорила я.

– Повторюсь, вы должны расстаться. Из-за тебя Чхондун не может подняться выше. Ты в курсе, что он отказался от очень прибыльного контракта по твоей вине? – спросил продюсер и выжидающе уставился на меня. Получив мой немой вопрос, он криво ухмыльнулся. – Понимаешь, Зоя, что держишь его в золотой клетке, не позволяя взлететь? Ты должна отпустить, чтобы он мог, наконец, расправить крылья и засиять. Это билеты на самолёт, – он подвинул ближе ко мне какие-то бумаги. Я даже не могла посмотреть на них – так гадко себя чувствовала сейчас. – Ты знаешь, что это для его же блага. И если по-настоящему его любишь, то отпустишь. – Ким Шихун ещё раз взглянул на меня и развернулся к выходу, но взявшись, за дверную ручку обернулся и добавил: – Документы я ему потом сам передам.

И мужчина ушёл даже не попрощавшись. А я так и осталась стоять в коридоре, пока не услышала, как дверь вновь открывается. И пока Даня не видел, я быстро схватила билеты и спрятала в кармане джинсов. Не знаю почему, но чувствую себя так, будто меня застали посреди преступления. От этого стало ещё противнее от самой себя, ведь я уже приняла решение. И Чхондуну лучше о нём не знать…

– О! Решила встретить меня? Это так мило с твоей стороны. Уже успела соскучиться? – улыбаясь поцеловал он меня в щеку и, разувшись, прошёл внутрь.

А я натянуто выдавила из себя подобие улыбки, стараясь казаться более естественной. И как я раньше это делала? Неприятное чувство разлилось по всему телу, сковывая сердце и не позволяя радоваться вместе с любимым. Он уже прочно засел в моей душе, и вот наша последняя встреча, хотя он об этом ещё не знает. Хочу сделать этот момент не таким грустным и отчётливо запомнить его яркое светящееся от радости лицо. Наверное, мой уход разобьёт ему сердце. Только я надеюсь, что он ко мне не настолько сильно привязался и сможет быстро встать на ноги и двигаться дальше. Я тоже попробую его забыть, хоть и не думаю, что это будет легко. Даня ничего не заметил или сделал вид, давая время, когда я всё сама расскажу. Так было раньше, но только не в этот раз.

Мы поужинали и говорили обо всём и ни о чём. Этот момент был наполнен такой теплотой, что в груди защемило от осознания, что это в последний раз. Было невероятно сложно отпустить его из объятий, когда мы прощались. Я покрепче сжала Дэна, а он поцеловал меня в лоб, говоря, что всё будет хорошо. Это немного помогло. Осознавая, что это ради его блага, мне стало чуточку легче. Только знала – я обманывала себя, чтобы не так больно было прощаться.

Придя в свою квартиру, я рухнула на диван и разрыдалась. Ощущение пустоты только росло, поэтому я попыталась переключиться на что-то другое. Посмотрела билеты, чтобы понять, когда будет вылет и куда. Позвонила родителям, сообщая о своём прилёте. Они, конечно, были обеспокоены, что же случилось, но я отговаривалась ничего не значащими фразами. Стало чуть теплее, слыша их взволнованные голоса, я понимала, что меня ждут дома. Сбор вещей занял почти весь следующий день. Билеты были заказаны через неделю, но я уже хотела как можно скорее уехать из города подальше от Чхондуна.

Мне, если можно так сказать, повезло, что он был занят эти дни. Может это продюсер его нагружал или так всё совпало, но мы не смогли увидеться, да и не созванивались почти. А перед самым вылетом я написала Дэну сообщение. Согласна, что бросать кого-то вот так – это мерзко, только я не видела другого выхода. Было слишком больно говорить с ним, смотреть в его полные ласки глаза и сообщать такие жестокие вещи. Поэтому решила просто написать о своём решении. Это всё ради его блага, ради его карьеры. Это всё ради его мечты стать айдолом…

Глава 3. «Неожиданный» сюжетный поворот

– Эй, Зоя! Ты чего там копаешься? Давай быстрее там уже все собрались!

– Да иду я, иду. Хватит кричать.

В кабинете для конференций собралось около десятка человек. Все они проходят практику в этой компании. И нас собрали ради какого-то объявления. Как я слышала, собираются проводить какой-то тендер и решили задействовать студентов. Повезло, что допустили не только четвёртый курс, но и третий. Когда все собрались и расселись за овальный стол, куратор по практике стал рассказывать в чём вся соль. Получается, что наш город заключил с Кореей договор о перевозках. И наше задание составить проект, который мы сможем презентовать заказчикам в конце трёх месяцев работы. Будут проводиться промежуточные туры с отсеиванием несостоявшихся команд. Причём в этом тендере будет участвовать не только наша компания, но и другие в городе. До завтрашнего дня нам нужно будет разделиться на команды от двух до пяти человек и начать составлять паспорт проекта. Также к каждой команде будет приставлен руководитель, который будет помогать и наставлять нас.

Это должен быть очень интересный опыт, поэтому мы с Максом, моим одногруппником и другом, решили уже сейчас объединиться и записаться на участие в тендере. Ух, это так волнующе! И думаю, что мои знания корейского могут нам пригодиться! Я прям полна сил, тем более что за это к практике будут начислять дополнительные баллы. Двух зайцев одним выстрелом получается.

За прошедшие три года многое изменилось, даже я сама. Никогда не думала, что поступлю на логиста и буду этому рада. Боль от разлуки практически прошла, хотя иногда и напоминала о себе.

***

Вернувшись домой, я бездельничала около месяца и даже больше. Можно сказать, что у меня была депрессия. Ничего не хотелось делать, я только лежала в кровати, сидела в интернете да ела – надо же как-то поддерживать себя. Старалась не вспоминать о Чхондуне, чтобы не сыпать соль на незатянувшиеся раны. Только иногда видела мельком разную информацию о группе, в которую он вступил. И я так бы и не выходила почти из комнаты, вот только мама выгоняла меня на улицу пробздеться… К-хм, то есть сходить в магазин или выкинуть мусор. Родители старались меня не трогать, видя моё состояние, периодически допытываясь, что же всё-таки случилось в Сеуле. А вот брат даже помог мне, неожиданно для меня. В один из таких вот ничегонеделаний он принес мне собаку. Просто кинул её на зависающую в телефоне меня – хорошо ещё, что это был щенок – и сказал, что теперь я должна о ней заботится. Вначале я пыталась его переубедить, но он отмахнулся от моих претензий, сказав: «Если она тебе не нужна, то можешь просто оставить на улице», и ушёл.

Я была так зла, так зла на него, а родители походу сговорились с этим оболтусом и игнорировали сей факт. Ну и делать-то в конечном итоге было нечего (и правда), пришлось ухаживать за собачкой. Не могла же я оставить её за дверью, и брат это прекрасно знал. Эта животинка меня, наверное, и вытащила на свет божий, растормошила, я к ней сильно привязалась. А потом и поняла, что нужно взять себя в руки. Поступила в местный университет на логиста, – как так получилось до сих пор не знаю, хорошо, что вообще не пропустила этот год, – завела друзей и стала наслаждаться жизнью.

А через время ко мне пришло какое-то осознание, что может и не стоило тогда его бросать, и так хотелось иногда сорваться и улететь обратно в Корею, к нему. Только вот у самого парня карьера пошла в гору. Группа стала популярной, как я случайно заметила из какой-то новости в сети, и он стал настоящим айдолом – яркой звездой, которой хотел быть. Возможно, если бы не тот день, он бы не смог ступить на новую ступень, а может сейчас я была бы с ним, поддерживала его. Но прошлого уже не вернуть, так что нужно жить дальше. И на этот раз я тоже не упущу шанс и выполню проект, победив на тендере! Я смогу это сделать, нужно только приложить усилия и мне будет под силу даже свернуть горы.

С таким боевым настроем мы с напарником взялись за работу. Нам почти сразу определили куратора, и мы пошли в бой, а точнее стали разрабатывать проект.

Из того, что нам известно всего будет несколько точек маршрута, груз очень ценный, погрузка осуществится в нашем городе, а дальше остановки будут в некоторых городах России, Европы, Америки и потом в Корею. Перевозка будет осуществляться одной партией, также будут и сопровождающие, которых тоже нужно будет учитывать. Информацию о том, кто именно повезёт груз или, кто будет являться конкретным заказчиком, нам не представили, а также груз, который нужно будет доставить, не был оговорен. Как нам сообщили – все детали будут после первой встречи, а до этого придется работать почти вслепую. Ну, ничего, прорвёмся!

***

Прошло две недели. И они тянулись невероятно долго. За это время, которое казалось вечностью, можно было составить ещё два, а то и три, проекта; съездить в Сеул и обратно на поезде; посетить бабушку в деревни и помочь навести порядок в огороде; закончить универ и поступить на работу… Но за это время нам удалось составить неплохой такой план, наверное, я надеюсь… Мы же молодцы, да?

Позитив от меня так и прёт, я знаю. Но мы несколько бессонных ночей пытались довести проект до идеала. Не всё, конечно, продумали и остались дыры, но это ведь только начало. И завтра – о боже, уже завтра! – к нам в компанию приедут заказчики или их представители. Из-за всех этих событий, вереницы чисел и информации я уже стала путаться во всём. Главное выспаться и ещё раз повторить речь перед выступлением. Первый отборочный тур, который уже прошёл в нашей компании, отсеяли три из шести проектов – это же половина! Так что отбор будет жестким.

Вдох, выдох, глубокий вдох, и медленный выдох. Каждый раз, когда начинала волноваться, старалась делать дыхательные упражнения, и вроде помогало. Завтра. Всё решится завтра.

***

И вот оно уже настало. Слишком быстро… Но ничего не поделать, нужно выложиться по полной.

Встав с утра пораньше, я быстро привела себя в порядок, надела подготовленные с вечера вещи и поехала в нашу компанию, где и состоится встреча. Макс ещё несколько дней назад предупредил, что не сможет выступить со мной. За мои будущие мучения он помог доделать мою часть заданий. Это, конечно, облегчило мне жизнь, но всю работа в мире не сравнить с выступлением перед публикой – это же такой кошмар!

Сидя в такси (да, я решила раскошелиться, чтобы не опоздать), я повторяла проект и в очередной раз проверила всё ли взяла с собой. Не заметила, как мы уже подъехали к зданию, даже не успела всё дочитать… Глубоко вздохнув, постаралась унять нервную дрожь и вышла из машины, перед этим расплатившись с водителем. Я подняла взгляд на уже знакомое здание и ещё раз вдохнув побольше воздуха двинулась вперёд. Поднявшись на нужный этаж, я уже собрала всё своё мужество и с гордо поднятой головой пошла к нужному кабинету. Нас заранее предупредили, что представителей будет семеро, и я специально подготовила столько же папок. Открыв дверь в офис, увидела, что пока никого не было. Это было просторное помещение, напротив двери стоял длинный стол с семью стульями для заказчиков, слева от входа расположился экран для проектора, а последний был прикреплён на потолке, компьютер же стоял чуть поодаль от стены на офисном столе.

Мы с Максом должны были выступать первыми. И пока никого нет я решила заранее разложить на столе перед каждым стулом по чёрной папке с нашим проектом в кратком его изложении, чтобы было более понятно, что мы подготовили и подчеркнуть наши преимущества. Достав все необходимые материалы, я стала готовиться к встрече. И когда я почти всё сделала, в кабинет стали входить люди. Я стояла спиной к двери, поэтому мне пришлось обернуться, чтобы рассмотреть, кто же эти наши загадочные заказчики. Это были мужчины 20-25 лет, все красавцы. Сначала я даже удивилась, подумав, что такие могли выделяющиеся личности могли быть просто офисными работниками. Только с каждым новым вошедшим я понимала, что влипла, потеряв дар речи.

Вот это поворот… Ежа мне в рот…

4 глава. И в горе, и в радости…

Я обернулась посмотреть, кто же эти наши загадочные заказчики, и потеряла дар речи. В кабинет стали входить члены группы, в которой сейчас выступает Чхондун. Хоть я и не следила за парнем, но эти айдолы даже у нас были популярны и иногда я видела или слышала, как их обсуждают.

Вначале я не могла сдвинуться с места из-за страха, что мы сейчас встретимся, и в груди больно сжалось от ожидания. Вот в комнату заходит шестой участник и… Больше никого. Я облегчённо выдохнула. Не знаю уж, что у него там случилось, но я чуть расслабилась. Постаралась взять себя в руки и настроиться на выступление, немного напряженно подошла к компьютеру, чтобы включить презентацию. После того как айдолы подошли к своим местам, мы сделали небольшой поклон, приветствуя друг друга, и я начала доклад на английском.

***

– Спасибо за внимание. Можете задавать любые вопросы по проекту, и я постараюсь на них ответить. – С улыбкой, на которую только была способна, закончила я.

Мне задали пару уточняющих вопросов об их перевозке, которую мы, кстати, почти не учитывали из-за нехватки информации. Я быстро вспоминала все свои уроки и правила, которые мы проходили или я где-то слышала, в этом направлении и постаралась сгладить острые углы нашего проекта. У меня вроде получилось. Некоторые члены «жюри» улыбались или кивали после моих слов, и надеюсь это хороший знак.

После окончания моего выступления, я ещё раз поклонилась и уже собиралась уходить, как дверь в кабинет распахнулась и в неё вошёл он. Я застыла и не отводила взгляд от него. Он стал ещё красивее с нашей прошлой встречи, возмужал что ли. А может, я просто его давно не видела, вот и кажется всё это мне. Я залипла, провожая его взглядом к столу, просто не могла сдвинуться с места и поскорее покинуть комнату, хоть и нужно было. Не знаю, может я чего-то ждала. Чхондун же даже не взглянул на меня. Он поздоровался со всеми и сел на оставшееся место. Сосед передал ему чёрную папку.

– Презентация уже закончилась, ты опоздал. Вот, ознакомься, – по-корейски сказал МэнХо, вроде.

Чхондун взял её в руки, открыл первую страницу и тут же поднял свой взгляд. Одновременно с ним я постаралась наклонить голову, чтобы он не смог разглядеть моё лицо, надеюсь он не на меня смотрел. Я не видела его выражение лица, развернувшись, подошла к столу, чтобы взять вещи и вышла прочь из кабинета. Только на пороге услышала, как с приглушенным хлопком ударилась папка о стол из-за чего вздрогнула всем телом и зажмурилась.

Я не могла контролировать эмоции, слёзы стали стекать по лицу, и не выдержав этого, привалилась к стенке за углом. Стала медленно сползать по ней, прижимая колени к груди и утыкаясь в них лицом, пытаясь огородиться от всего мира, сотрясаясь в беззвучных слезах. Не знаю, сколько времени так прошло, но я пришла в себя только, когда меня окликнул знакомый голос. Это оказался Максим. Похоже он бежал сюда узнать, как все прошло, и, не найдя меня на рабочем месте, решил посмотреть на этом этаже – там, где проходила встреча.

– Ты чего ревёшь? Ты же не могла не справиться, да? Давай вставай, я вот, твой любимый кофе принёс, – сказал он, протягивая мне стаканчик. Я посмотрела сначала на кофе, потом на парня, который мне тут же подмигнул. И я улыбнулась в ответ. Вытерев слёзы, поднялась, опираясь на стенку. Взяла ещё тёплый напиток и сделала глоток. Тот спасительной жидкостью растёкся по всему телу, принося тепло и спокойствие.

– Спасибо, – проговорила я, отпивая ещё.

– Я, конечно, знал, что ты боишься выступать, но не ожидал, что настолько, – хохотнул тот. – Ну, ладно, плакса, пошли работать.

– Эй! Я не плакса, – возмущённо буркнула я.

Дальше мы шли, обмениваясь шутками и поддевая друг друга. Это помогло мне немного отвлечься. Я была благодарна Максиму за то, что он не стал выпрашивать, что же произошло и почему я сидела там и плакала. Он молча, или почти, поддерживал меня.

***

После обеда мы уже закончили свою часть работы в компании и пошли домой. Я решила поделиться, что на самом деле случилось сегодня утром, и поэтому предложила ему прогуляться. Макс не был против. Только перед тем, как начать разговор по душам мы решили зайти в ближайший магазин купить мороженого. На улице стояла жара, и хотелось чего-нибудь холодненького, тем более это помогало мне сохранять спокойствие. Выйдя из магазина, я рассказала всё произошедшее, не забыв упомянуть мой разрыв отношений трехлетней давности, который уже почти не вызывал эмоций, кроме щемящей тоски. Идя по улице, мы прошли мимо нашей компании, направляясь в сторону автобусной остановки. Я уже почти закончила рассказ, как заметила, что недалеко наши заказчики, то бишь айдолы, садятся в машину. Похоже, что они закончили слушать выступления остальных команд и собираются уезжать. Это был микроавтобус, не знаю какой модели, черного цвета с затонированными окнами, который весь блестел на солнце. Последним в машину садился Чхондун. Я остановилась, провожая парней взглядом. Максим же сначала непонимающе уставился на меня, а потом проследил за моим взглядом и нахмурился. Не успев сесть в машину, айдол перевёл взгляд на нас, наверное, чувствуя, что за ним наблюдают, и как-то странно посмотрел в нашу сторону. Мне показалось, что брюнет одарил этим взглядом меня и как-то так не по-доброму усмехнулся, что аж мурашки по коже пробежались.

– Зоя, всё хорошо? – положив руку мне на плечо, привёл меня в чувство Макс. – Пойдём отсюда. А то плавать я не умею, и утонуть мне не хочется.

– Утонуть? – не поняла я, переведя непонимающий взгляд на парня.

– Ну да, – как само собой разумеющееся подтвердил он, – в твоих слезах. – Как ни в чём не бывало, пожал плечами.

– Ах, ты! – замахнулась я, намереваясь ударить парня по руке, но он увернулся, и я, смеясь, погналась за ним до самой остановки.

5 глава. Это провал…?

Через пару дней нам объявили результаты второго тура. Наш проект прошёл дальше. Мы с Максимом были очень рады этому. И с новыми силами начали усовершенствовать, дорабатывать, добавлять новые детали в работу, усердно работая. В дальнейших этапах тендера судьями были другие представители заказчика, чему я была нескончаемо рада.

Я старалась не отвлекаться от поставленных задач в выполнении проекта, а, когда мысли возвращались к Чхондуну, пыталась их отогнать и сосредоточиться на работе или других домашних делах. Однако только во время прогулки с Ураганом, так я назвала собаку, голова отдыхала от любых переживаний и тревог. Мы вместе гуляли по парку возле нашего дома, бегали по тропинкам и играли в собачьи игрушки. Больше всего мой пёс любил гоняться за мячиком и гонять птиц. А после прогулки и душа, он ложился рядом со мной на кровать или диван прося почесать его. Это меня всегда умиляло.

В таких радостных мелочах и заботах незаметно подошли к концу почти три месяца усердной работы и настал день финальной защиты проекта, по итогам которого выберут нескольких лучших людей из всех команд, в зависимости от вклада в выполненную работу. Представление же итогового проекта будет проходить в большой аудитории какой-то известной компании, в подробности я не вдавалась, узнав только адрес.

***

Здание находилось в деловом районе города. Такая же, как и многие другие стеклянная многоэтажка с кучей офисов и залов. Мы встретились с Максимом в холе, чтобы если и потеряться, то вместе. Но вопреки всему аудиторию, в которой будут проходить выступления, нашла довольно-таки быстро. Зайдя внутрь, мы оказались напротив сцены, места для «зрителей» же были расположены с левой стороны и поднимались вверх. В зале было уже много народу, который постепенно только прибывал. В помещении перед сценой были расположены места для участников жюри. В этот раз айдолы, сидящие на своих местах, также будут принимать участие в конечном решении. На входе мы увидели мужчину в костюме, стоящем рядом со столом, где была большая табличка «участники» и много бейджиков, у которого так же была карточка с именем. Мы подошли к нему и, после пары вопросов, он выдал нам номер участия в представлении проекта и наши именные таблички. Мужчина указал нам на кулисы, сказав, что до начала мы можем пока погулять, а ближе к началу пройти за сцену. Поблагодарив его, мы удалились искать нашего куратора, который уже должен быть где-то здесь.

Время близилось к началу всего мероприятия. Все уже расселись по местам и ожидали, когда же выйдут ведущие. Я сильно нервничала из-за того, что придётся выступать перед Чхондуном, но Макс смог отвлечь меня от гнетущих мыслей, задавая вопросы по проекту, тем самым проверяя мои знания. Я не осталась в стороне и так же стала заваливать его, и так мы делали, пока не прошлись по всему тексту доклада несколько раз.

Все команды, которые должны будут выступать, находились за кулисами сцены и слушали выступления других участников. Наша команда выступала одной из последних, поэтому мне удалось послушать часть проектов, и скажу честно: мы, если не самые, то одни из лучших. Это прибавляло мне уверенности в том, что в конечном итоге смогу пройти финал.

Когда подошла наша очередь выступать, я сделала пару дыхательных упражнений. Меня немного подтолкнул вперёд Максим, чтобы подбодрить, из-за чего я сделала первый шаг. Посмотрев на его улыбающееся лицо, я выпрямила плечи и смело дошла до своего места на сцене и посмотрела в зал. Сам парень встал с другой стороны экрана, на котором была презентация. Свет софитов не давал разглядеть аудиторию, что помогло мне сосредоточиться на изложении нашей идеи. Без запинки поставленной речью я смогла рассказать проделанную мной часть проекта. Наш доклад мы разделили на несколько частей, которые по ходу выполнения задания хорошо изучили и сам проектировали. В конце выступления судьи стали задавать вопросы, на которые мы смогли ответить без заминки. Хотя нас и пытались пару раз подловить, мы смогли показать весь свой проект только с лучшей, на мой взгляд, стороны. Надеюсь, судьи тоже так подумали.

После нашей презентации мы ушли за другие кулисы, где ожидали выступившие участники тендера. Некоторые стояли в стороне и о чём-то переговаривались, бурно обсуждали или просто тихо перешептывались, другие же сидели в телефонах или наблюдали за остальными докладчиками. Мы с Максимом отошли подальше от сцены, чтобы перевести дыхание.

– Фу-ух, – вздохнул с облегчением напарник, стирая невидимый пот со лба. – Мы это сделали, поздравляю! Думаю, что точно пройдём, – громким шепотом сказал он мне, похлопав по плечу. Меня же пробило на нервный смешок.

– Ой, надеюсь, – выдохнула, протягивая гласные. – Я же вроде справилась, да? – чуть волнительно посмотрела на парня.

– Да ты что! Ты была на высоте! Ну, мы оба были, – немного самодовольно заявил он, вздернув нос. Я хихикнула на это действие.

– Ладно, давай пойдём посмотрим на остальных, – предложила я, и мы подошли к краю кулис, чтобы посмотреть на другие выступления.

Не все оставшиеся участники показали себя хорошо, и, хотя это было не красиво, в душе я радовала каждому промаху соперников. Это означало, что мы были на шаг ближе к победе. «Чем меньше конкурентов, тем лучше», – подбадривала я себя.

***

– Судьи посовещались и готовы назвать имена тех, кто в дальнейшем будет работать с нами, – проговорил представитель всех членов жюри. Участники уже стояли на сцене, испытывая различные эмоции, от страха до радости. Мужчина же начал называть фамилии и имена. Слушая его, отмечала в голове людей, которые были из тех команд, которые я причислила к списку лучших. – Овановский Максим, Аврентий Александр… – стал называть участников команд, которые шли перед и после нас. Я вслушивалась в каждую букву и пыталась услышать свою фамилию, но чем дальше шёл список, тем понятнее становилось, что её уже не назовут.

«Меня не взяли...» – как удар молнии прозвучала мысль в голове. В глубине души я ожидала такой исход, но на самом деле к этому нельзя было подготовиться. Видела, как Макс недоумевал вместе со мной, смотря то в мою сторону, то на судью.

– Поздравляю, Максим. Ты молодец, – проговорила шепотом, не смотря на самого парня. Тот хотел что-то сказать, но я его перебила: – Я лучше пойду, вещи собрать нужно, а ты останься на поздравления, – быстро сказав, незаметно ушла со сцены к комнате, которую выделили командам нашей компании для вещей и подготовке к выступлениям.

Быстрым шагом пересекала помещение, стараясь сдерживать рвущиеся слёзы. Но первые предательские капли скатились по щекам, и я уже не смогла их остановить. Я вытирала лицо ладонями и рукавами, кое-где размазывая сопли о кофту. Было неприятно осознавать, что весь проделанный мною труд пошёл почём зря. Зайдя в комнату, я первым делом подошла к сумке, лежащей на стульчике возле стола. Я пыталась собрать вещи, которые вытащила перед выступлением, но это плохо получалось. То что-то выпадало из рук, то слёзы застилали обзор, и я ничего не видела. Перекладывала вещи из одного места в другое и обратно, не находя мыслям порядок. Мне нужно было что-то делать, чтобы успокоиться, только вот выходило плохо. «Вечно всё у меня выходит плохо. Чёрт!» – со злости и обиды подумалось мне. Я так провозилась, наверное, минут десять-пятнадцать, за это время слёзы уже перестали течь из глаз, оставляя на лице стягивающую плёнку, которую я не замечала.

Неожиданно в комнату кто-то постучал. Не знаю, кому это пришло в голову, да и зачем так делать, если это общий кабинет, но я решила на всякий случай ответить.

– Входите, не занято, – у меня всё же получилось сказать недрогнувшим голосом.

Дверь открылась. Я решила обернуться, чтобы посмотреть, кто этот странный человек. Поправила волосы и выпрямилась, повернув голову. Вошедший был неожиданным посетителем. Я даже от удивления забыла на минуту о своём провале.

И что здесь делает Хан ДжинХо, глава группы айдолов?

6 глава. Новый виток

В комнату вошёл Хан ДжинХо, лидер команды, и остановился возле двери, не став проходить вглубь. Он дождался, пока я посмотрю на него, и негромко произнёс:

– Я хочу извиниться за произошедшее ранее, – за что он может просить у меня прощения, я не понимала. Эта ситуация была немного странной. Хотя нет, не немного, она была очень странной. Айдол же после небольшой паузы продолжил: – И за то, что может произойти.

Я непонимающе посмотрела на него, приподняв одну бровь, всем своим видом показывая недоумение, охватившее меня. Тем временем ДжинХо, больше не обращая на меня внимание, вышел из комнаты, пропуская другого человека. Лидер похлопал по плечу заходящего парня и закрыл за ним дверь. А я почувствовала себя не в своей тарелке. Мы так давно не оставались наедине, столько времени прошло с последнего раза. И вот непривычные ощущения нахлынули на меня вновь. Я отвела взгляд и так и осталась стоять, задавая себе вопрос зачем он пришел.

Атмосфера, царившая в комнате, начала давить на меня, и я было хотела отвернуться и заняться сбором вещей, как Чхондун холодно произнёс:

– Ну и что ты делаешь?

– Собираю вещи, – удивительно спокойно ответила я, хотя на душе кошки скребут.

– Значит ты опять собираешься сбежать, ничего мне не сказав? – прищуривая глаза, осуждающе сказал он. Желваки напряжены, руки собраны в кулак. Ему, похоже, тоже не нравилось здесь находиться, но всё же он пришёл. Только вот не понятно, зачем и почему.

Конечно, прощание по СМС не самая моя лучшая идея, но что сделано, то сделано, и прошлое уже не исправить. Но только эта причина приходит в голову, из-за которой он мог прийти лично поговорить со мной при этом выглядя таким недовольным. Я же, ничего не добавляя, просто ответила на его вопрос:

– Мне здесь больше нечего делать, ведь я не прошла отбор. Рада была узнать, что у тебя всё хорошо. До свидания. – Я отвернулась и стала дальше перекладывать вещи. Но Чхондун не ушёл, он продолжил стоять и следить за мной, заставляя чувствовать себя некомфортно. А после небольшой паузы, наверное, он что-то обдумывая, произнёс:

– Произошла ошибка. Была ещё одна участница с такой же фамилией и инициалом, из-за чего не всех объявили. Так что ты прошла. Поздравляю, – сказал это ровным не выражающим ничего голосом. Я было обернулась, чтобы переспросить, не послышалось ли мне, но он ушёл, оставив меня в растерянных чувствах. Даже осела на стул рядом с сумкой.

– Я… Прошла? – тихо спросила у самой себя. – Я прошла, – уже более уверено проговорила, кивнув для убедительности. Мои глаза расширились от осознания сказанных слов. – Я прошла! – на эмоциях выкрикнула я, ликуя в душе и вскочив со стула. Победила, смогла!

Чувствуя себя окрылённой, я расхохоталась и пошла искать Максима. Надо же и ему рассказать об этом, он видимо тоже расстроился за меня из-за результатов. Быстро дошла до аудитории и стала искать парня глазами, проходясь взглядом по народу, всё ещё находившемуся в помещении. Нашла я его на удивление быстро, он стоял и разговаривал с нашим куратором и кем-то из компании. Парень посмотрел в сторону и заметил меня. Я ему помахала, говоря тем самым, что нужно поговорить и похоже, что парня слегка удивило моё поднятое настроение. Макс что-то ответил собеседникам и через пару минут направился ко мне. Став двигаться к нему навстречу, пробираясь сквозь толпу, я старалась не упустить его из виду, чтобы снова не потерять. Все обсуждали финальный этап, кто-то радовался, а кто-то был расстроен. Разговоры обрывками фраз доносились до меня, не оставаясь на долго в памяти. Мне так не терпелось поделиться радостью с другом.

– Случилось что-то хорошее? – Максим был обескуражен.

– Да! – закивала я, улыбаясь. И наклонилась ближе к нему, чтобы он услышал меня сквозь гул, царивший вокруг. – Представляешь, они что-то напутали! – немного возмущаясь, но не скрывая радости проговорила я, и дальше объясняя, что произошло. Похоже он и вправду волновался за меня.

– Серьёзно? Как они могли перепутать? – негодовал друг. – Но хорошо, что всё разрешилось, – он обнял и стал поздравлять. – Бывшие связи пригодились, да? – подмигнув мне, Максим уже готовился удирать от моего возмездия. Но я только буркнула:

– Да ну тебя.

После этого мы ещё немного поговорили в аудитории и пошли забирать вещи из выделенной комнаты. Забрав всё необходимое, направились на улицу. Встретив по пути несколько человек из нашей компании, и принимая поздравления, вышли из здания, отправляясь отпраздновать нашу победу в кафе.

***

Дальше дни пошли более размеренно. Группа айдолов репетировала в студии, снятой специально для них. Как я поняла, после того как сами отобрали проекты в начале, они уехали в Корею и уже позже приехали к финальному этапу, оставаясь здесь до начала самого тура. Команда же, сформированная из прошедших тендер, стала работать над организацией перевозок этого «ценного груза». У нас был глава, который распределял работу, контролировал ход её выполнения и сроки. Я в основном занималась организацией пассажирских перевозок, иначе говоря делами, связанными с группой и сопровождающей их командой. На общем собрании, которое пришлось провести аж три раза перед началом действий, мы оговорили ключевые моменты, влияющие на всё дело. Понятно, что собрали людей, занимавшихся разными начальными проектами, однако замысел был один. И всем были уже известны и параметры, и условия, и сроки перевозок, поэтому времени, чтобы сформировать план дальнейших действий, заняло, относительно, не много.

На этот раз наши с Максимом задачи были разными, он занимался другими аспектами проекта – переговорами с поставщиками, бронированием отелей, билетов и т.п. Короче тем, что связано с общением с другими людьми и организациями. Мы иногда пересекались, но, в основном, на обеде, когда уже не было сил работать и нужно было съесть чего-нибудь вкусного, чтобы пополнить запас энергии. С айдолами же пересекалась чаще, чем хотелось бы. Я была хороша в составлении и оформлении именно пассажироперевозок, и, хотя пыталась пару раз переметнуться в другую область проекта, мне не позволили этого сделать. Со своей работой я справлялась отлично, и у главы не было причин переводить меня в другие подгруппы, которым, пока, не нужна была помощь. И мне пришлось смириться с этим, что ж поделать.

Некоторое время я погрязала в заполнении форм, заявок, оформлении необходимых документов и в другой бумажно-электронной волоките. Так бы и оставалась там, только вот работала я не одна и мне иногда нужно было ехать с другими членами моей подгруппы к айдолам или их продюсеру, с которым, если честно, ещё бы вечность не виделась.

По иронии судьбы в моей команде были одни девушки, и по той же причине они были фанатками группы. Не все, конечно, но разговор со знаменитостями они не всегда могли спокойно пережить. А я как та, кто встречалась хоть и с будущим, но айдолом, и жила в Корее (хотя остальные и не в курсе этого), почти не реагировала на их ослепляющую ауру. Иногда только хотелось одеть солнцезащитные очки, чтобы ненароком не ослепнуть. Девочки всю ситуацию быстро пронюхали при первом разговоре лично с командой и их представителями (Ким Шихуном – продюсером, менеджером и кем-то ещё) и стали подсылать на передовую, тихо любуясь на красавчиков в сторонке, изредка задавая или отвечая на вопросы. Эти хитрые задницы подговаривали меня чем-то вкусненьким, чтобы я не так сильно ворчала и помогала им, поэтому сопротивляться было невозможно.

– Зоя, – растягивая гласные, звали меня искусительницы, когда в очередной раз нужно было съездить на студию. Я развернулась на офисном стуле и посмотрела на брюнетку, которая протягивала мне пакетик, остальные же стояли рядом и улыбались. – Вот, это тебе, наша благодарность за то, что постоянно выручаешь. – Я, конечно же, забрала из её рук пакет и поставила на стол, поднимаясь.

– Ох, что же вы со мной делаете? – задала я риторический вопрос и направилась к выходу из кабинета, в котором мы сидели. Девчонки стали попеременно благодарить меня и двинулись вслед за мной.

Приехав вместе в очередной раз на студию, мы направились к кабинету продюсера, с которым была назначена встреча. Подойдя к месту обитания этого невыносимого человека я постучалась, а получив разрешение войти, открыла дверь и вошла вместе с другими девушками, поехавшими со мной. Обменявшись с Ким Шихуном приветствиями, мы перешли к делу. Единственное, что меня напрягало во всей этой ситуации, так это пронизывающий взгляд мужчины, который неохотно, но шёл со мной на контакт. Его можно понять: избавился от балласта, расслабился, и вот он опять появился. Хотя… Может я просто высокого о себе мнения и всё это мне кажется. Но отбросив всё это, вести дела со знающим своё дела человеком было легко, поэтому наша компашка быстро покинула его кабинет.

Идя обратно на выход, я почувствовала, как мурашки прошлись по телу. Это было не впервые. Иногда странное ощущение, что за мной наблюдают, когда я в студии группы, не отпускает меня. Бывало, слышала перешептывания корейцев, которых я понимала, хотя этого те и не знали. И меня обсуждали. Не всегда, и то хорошо. Этой ерундой занимался не только персонал, который приехал вместе с группой (стафф, как я их называла про себя), но и сами айдолы, что немного нервировало. Возможно, члены команды были в курсе того, что я когда-то встречалась с Чхондуном, возможно, это было связано с поведением самого певца и продюсера, которые неоднозначно вели себя со мной. Но только обрывочные фразы иногда долетали до меня. Чаще всего это было имя, которое в контексте со спецификой моей работы и взглядами искоса на мою персону, не оставляли шанса сомневаться, кто фигура перешептываний. Я старалась не вслушиваться в них и не обращать внимание.

– А, вон она идёт, – в очередной раз слышу корейскую речь, проходя мимо парочки помощников, которые несли какие-то вещи, – как думаешь…

Дальше я уже не слышала, пройдя мимо них. «Поговорят и перестанут», – подумала я.

В остальном, работа протекала привычно. Все в команде готовились и подгоняли работу к срокам. Вот уже скоро и должен быть первый концерт, который пройдёт в нашем городе. Всё шло хорошо, и только одно событие пошатнула планы. Произошел форс-мажор. И то, что случилось никто не смог предугадать…

7 глава. «Р» значит ревность

Никто не ожидал и даже не планировал, что информация о местоположении айдолов станет кому-либо известной. Проводилась реклама и всё такое (в подробности не вдавалась) о концерте и туре, но фанатки пронюхали и о месте их репетиций, став наведываться на студию. Служба безопасности уже выявляет, как лучше с этим справиться и как вообще до такого дошло, однако менеджер решил воспользоваться ситуацией и каждый раз, когда парни выходили из здания, они старались или улыбнуться кому-то, или разрешали сфоткаться, или давали автографы. Короче, поднимали популярность как могли. Конечно, девушек попросили никому ничего не говорить и не выкладывать фото. Причём это сделал лидер группы, который, когда случился первый такой налёт, подошёл к кучке девушек и что-то им сказал, а переводчик, сопровождавший айдолов в туре и знавший несколько языков, перевёл для них его слова. Девушки вроде согласились, и сильного ажиотажа не намечалось, но толпа с каждым днём росла, как на дрожжах. Я об этом узнала случайно, когда в очередной раз пришлось заехать на студию и потом выспросила подробности у менеджера, с которым по мере работы «сдружилась», если можно так сказать.

***

Подходя ко входу в здание немного раньше времени от назначенной встречи, я удивилась, почему возле входа столпотворение и почему это в основном девушки. Да ещё, когда я зашла без препятствий в здание, показав бейдж сотрудника проекта, меня провожали испепеляющими взглядами. «И чего это они? – подумала я, – фанатки что ли?» – закралась мысль в голову, но я её тут же отбросила, настраиваясь деловой лад.

Обсудив с менеджером и группой возникшие за время работы вопросы, я собрала вещи и вместе с остальными членами моей подгруппы удалилась. Девушки шли впереди и что-то бурно обсуждали, не замечая ничего вокруг и только айдолы, прошедшие вперёд нас заставили прервать их чириканье. выходя вслед за группой, я заметила, как парни машут девушкам, которых я видела до этого, и мило улыбаются, строят моськи для фотокамер. Мои девчонки, завидев это, только немного снисходительно улыбнулись, ведь давно уже получили свои фотографии. Мне было видно, как парни устали и были вымотаны (год встречаясь с трейни ненароком да учишься подмечать некоторые нюансы), но они являлись профессионалами и не показывали этого.

Мне было всё равно на развернувшееся зрелище, и я, не обращая на толпу внимания, двинулась мимо толпы к остановке, пока один момент не привлёк мой взгляд. Какая-то девица полезла обниматься с Чхондуном для фото и так вульгарно обхватила его за пояс, что я даже открыла рот от возмущения. Корейцы уважают личное пространство и не очень жалуют такой близкий контакт с незнакомцами, а эта малолетка похоже не имеет ни стыда, ни совести, раз забыла о чувстве такта. «Какого ху…», – сузив глаза, подумала, но не решила произнести вслух, хотя очень хотелось. Неприятное чувство кольнуло внутри и я, хмурясь, решила побыстрее покинуть место столпотворения. Однако взгляд так и норовил вернуться к парню и проследить до того, как он сядет в машину. Этот гад ещё и сладко улыбался всем без разбору и даже пару раз подмигнул. «Это просто работа айдолов», – твердила себе, пытаясь успокоиться. Я старалась выкинуть непрошенные чувства к бывшему парню, которого сама же бросила, и забыть о случившемся. «Мало ли сколько девушек его обнимало. Он звезда, и у него, и у группы, полно фанатов», – уверяла себя. Только проклятый мозг снова и снова посылал картинки его обжиманий с девушкой, добавляя новые краски. Я думала, что мои чувств к нему уже нет, но, видимо, я немного ошиблась.

Добравшись до дома, я открыла входную дверь ключом. Ураган уже ждал меня на пороге, почувствовав моё приближение ещё из далека. Бросив сумку в коридоре, взяла с крючка поводок и нацепила на пса. Только прогулка с любимой собакой помогла немного отвлечься от странных мыслей, которых не должно быть в моей голове.

***

Чувства порой непредсказуемы. То, что было три года назад, наверное, останется в моей памяти навсегда. Это были дни, наполненные счастьем. Только вот, в один день всё рухнуло, хотя может это началось задолго до этого, поэтому я постарался оставить воспоминания о ней в прошлом. Она ушла из моей жизни, а сам решил двигаться дальше. Так я думал, пока снова не увидел её.

Я даже и не мог представить, что она выберет такую профессию, помня о её склонности к языкам. При первой встрече эта девушка постаралась спрятать своё лицо, но я бы узнал его даже из тысячи похожих. Светло-русые густые волосы с сияющими изумрудными глазами делали её невероятно красивой. Неприятные воспоминания волной накатили на меня, и я отвернулся, стараясь не разглядывать так пристально и отбросить ненужные сейчас мысли. А она испуганно вылетела из кабинета. Неприятная встреча, хах? Ну, что ж, взаимно. Похоже всё это время она прекрасно поживала, но мне нет до этого дела.

Днём время пролетело быстро. Когда мы уже прослушали все проекты и выходили из здания, я опять наткнулся на неё взглядом. просто почувствовал, что на меня смотрят, садясь в машину, и не ошибся. Она стояла рядом с каким-то парнем. А когда он обнял её за плечи, то волна неприязни накатила на меня. Ясно, вот на кого она меня променяла, да? И ладно, это её жизнь, в которой меня уже нет. Я сел в машину и захлопнул дверь, хотя в этом и не было необходимости, ведь она могла закрыться автоматически. Парни из группы, видя моё плохое настроение, попытались как-то расшевелись меня, но у них ничего не получилось. До конца дня настроение не изменилось, и только после репетиции, когда удалось влиться в общий темп и настроиться, я перестал о ней думать.

***

За те дни до финального этапа я не вспоминал Зою. По крайней мере, так мне казалось. Но когда она вышла на сцену, то не смог оторвать от неё взгляд. Уверенная красивая девушка, которая знала о чём говорит, внушала доверие. Как и все выступавшие до этого, она представляла свой проект на английском, и её произношение было такое же идеальное, как я запомнил, по сравнению с некоторыми другими участниками. Её с напарником проект был довольно неплох и выходил победителем. Это было не только моё мнение, поэтому, обговаривая состав прошедших участников, я был уверен, что она есть в списке. А когда стали оговаривать окончательный список, её имя не было произнесено. Мой взгляд полный недоумения сначала метнулся к главе жюри, потом на сцену, но на ней уже не было девушки. Непонимание ситуации вызвало волну возмущения, и я обратился к ДжинХо, чтобы прояснить момент. Парень не сразу понял о чём я, но после объявления, когда официальная часть закончилась, проверив бумаги, заметил противоречия. Похоже вышла какая-то ошибка. Быстро оговорив всё с лидером, мы подошли к главе нашего жюри и уточнили этот вопрос. Видимо, что произошла путаница в фамилиях – была другая участница с такой же, только имя было другое, однако так же начинавшееся на «з».

ДжинХо, как лидер, решил лично принести извинения перед девушкой, а я не смог остаться в стороне. Хотя и хотел в какой-то момент оставить это, – пусть сами разбираются, - но что-то не дало этой мыли укрепиться, и я пошел за приятелем.

Зайдя после друга, который что-то сказал девушке, я увидел её. Покрасневшие и опухшие от слез глаза, смотрели на меня с недоумением и некой отрешенностью. От представшей мне картины, в груди шевельнулся неприятный червячок, вызывая желание обнять девушку. Но я сдержался, держа дистанцию, пытаясь совладать с собой. Её холодные ответы вызывали горечь, хотя с чего бы, если чувства к ней уже прошли, я понять не мог. Возможно, это просто обычное человеческое желание поддержать плачущую девушку.

Я постарался отбросить не нужные сейчас мысли и произнёс:

– Произошла путаница. Была ещё одна участница с такой же фамилией, и поэтому неправильно записали победивших. Так что ты прошла. Поздравляю, – пока я это говорил глаза у Зои стали как два блюдца. Она похоже не ожидала этого, и вроде была счастлива (?). Я не хотел ещё больше портить настроение девушки, поэтому, быстро покинув комнату, направился обратно. Нужно было вернуться в аудиторию.

В помещении было практически не протолкнуться, остальные парни стояли на сцене, и я подошёл к ним. Мы ждали менеджера и продюсера, которые разговаривали с кем-то из представителей компаний. Они обсуждали финальный этап и какие-то ещё деловые вопросы. В разговор я не вслушивался, мне хотелось побыстрее покинуть это место, вернувшись в отель. Мой скучающий взгляд прошёлся по толпе, и я снова увидел её. Она радостно кому-то махала, и я невольно улыбнулся, глядя на счастливое лицо девушки. От этого нахлынули приятные воспоминания проведенных вместе дней. Она же пошла кому-то навстречу и обняла этого человека. От такого зрелища я непроизвольно нахмурился. Опять она с этим своим, обжимаются тут перед всеми. Я цокнул и отвернулся от парочки. Нужно поскорее вернуться к репетициям…

8 глава. Много работы мало не бывает

Спустя пару недель все аспекты тура были оговорены, участники и работники проинформированы, но работа команды ещё не завершена окончательно. Участникам проекта предложили роль сопровождающих для контроля перевозок и организационных моментов. Не все смогли или захотели поехать, у каждого были свои причины отказаться или принять предложение. Я решила воспользоваться возможностью повидать разные города и при этом ещё и поработать. При чём все расходы за билеты и проживание оплачивали заказчики, ещё и какую-никакую зарплату будет платить. Ну, не красота ли?

Мы с Максимом вначале обсуждали все за и против такой возможности и оба пришли к одному решению – принять предложение. Дополнительный опыт и открывающиеся перспективы помогут нам в будущем. Может сможем и местечко себе «зарезервировать». И, конечно же, мой выбор никак не связан с тем, что мне хочется остаться рядом с Чхондуном подольше. Вообще никак.

Нам пришлось проделать кое-какую бумажную волокиту с документами, собирать вещи в поездку, одним словом, готовиться к отъезду. Первое выступление тура прошло в нашем городе. И оно возымело полный фурор. В социальных сетях было море фотографий и постов о концерте, билеты продавались, как горячие пирожки, а само мероприятие длилось несколько дней после чего команда оперативно собрала свои вещи, и мы направились в следующую точку турне. Группе дали только один день для отдыха перед поездкой. Я заранее сообщила о своём решении родителей, и они меня даже не отговаривали, только следующие несколько дней мы сидели вечерами в гостиной все вместе и разговаривали, тем самым прощаясь. В день отлёта мы собрались в коридоре и обнимались. Мне так не хотелось снова покидать родной дом, что наши посиделки на дорожку затянулись.

– Так, не забудьте выгуливать Урагана, с ним надо играть и он любит, когда ему чешут за ухом, – наказала я семье, шмыгая носом и разрывая объятия с собакой. Мой пёсик всё понимал. В последние дни перед отъездом старался всё время быть рядом. Он спал со мной, постоянно лип ко мне и требовал ласки. Его поведение умиляло настолько, что мне иногда так не хотелось никуда уезжать, просто остаться дома. Но я понимала, что это просто минутный порыв.

– Иди уже, позаботимся мы о твоём псе, не волнуйся, – открывая мне дверь и помогая вытащить чемодан, сказал папа. – Ты лучше о себе не забудь. Работа, работой, но не нужно перетруждаться. А то со всем этим забываешь, что нужно поспать, – напутствовал он, ворча.

– Хорошо, – посмеиваясь, проговорила я и обняла родителя напоследок. «Они никогда не перестанут обо мне заботиться», – с улыбкой подумала я.

***

Мои новые задачи в турне были не столько трудны, сколько выматывали физически. Нужно было бегать из одного места в другое, быть постоянно на связи, проверять расписание и следить за тем, чтобы все шло согласно плану. Мне приходилось этим заниматься не одной и не только это входило в весь список дел, который должна была выполнять наша команда. Макс был ответственен примерно за то же. Мы часто помогали друг другу и обменивались шутками. Я была рада, что он захотел поехать в это «путешествие». Среди кучи новых незнакомых людей видеть знакомое лицо всегда приятно.

Его девушка, Лена, а она у него есть и причём очень миленькая, была не рада такому его долгому отсутствию.

– Зоя! – позвонил мне Максим за несколько до нашего отлёта. – Поговори с этой ненормальной, а то у меня уже голова болит! – возмущенно попросил друг.

– Ах, это я ненормальная, да?! – послышался знакомый голос, а в след за ним какой-то грохот. «Ой, дура-а-ак», – хлопнула себя по лбу, осознав весь вес его преступления.

– Зойка! – похоже Лена отобрала чей-то телефон.

– Он там хоть жив? – поинтересовалась я состоянием бедолаги.

– Да что с ним будет? – быстро проговорила она и послышался ещё один грохот. – Ты вот что лучше скажи: ты же поедешь с ним? Я только на тебя его и могу оставить, пообещай, что присмотришь за ним и будешь отгонять всех назойливых мух!

– Да ладно тебе, я дитё малое или что? – послышался возмущенный голос из трубки.

– Не с тобой разговариваю. Иди вещи свои собирай, а то мешаешь двум взрослым людям общаться! – послала Ленка своего парня куда подальше. «Как же я люблю их отношения – никогда скучно не бывает, мне так уж точно», – посмеиваясь, подумала я. После небольшой паузы девушка обратилась ко мне: – Ну. Обещаешь? – требовательно спросила она.

– Обещаю-обещаю, – примирительно ответила я, – ничего с твоим Максом не будет.

– Теперь я спокойна, – облегчённо выдохнула она. – Ну ладно, рассказывай: сама как? – быстро переключилась за новую тему подруга. И дальше мы ещё долго общались, парень даже не пытался отнять свой телефон, видимо ему сильно досталось.

Меня Лена не видела своей соперницей, чему я была безусловно рада. И мы с ней хорошо сдружились, иногда обсуждая Макса за его спиной. Я всегда злорадно посмеивалась, узнавая некоторые пикантные подробности их отношений, но старалась не выдавать Лену и вообще не показывать своими действиями свою осведомлённость. Пару раз Макс возмущался: «Почему у тебя вечно всё не как у людей? Это Лена должна меня к тебе ревновать, а не я её!». Вот так вот, в нашем «треугольнике» получилось.

Из приятных воспоминаний меня вытащил звонок будильника. Причём вытащил ещё и из постели, на которой я проснулась и нежилась, дожидаясь только последнего. Схватив с прикроватной тумбочки телефон, я посмотрела на дисплей. «6:50» – говорила надпись. Ну что ж, работа не ждёт.

9 глава. Три ключа

Вертяк начался уже с первых минут моего пребывания в театре – там, где будет проходить наше следующее выступление. Вчера вечером вся наша команда приехала в одну из стран Европы – следующий пункт турне после России. Перестраивать свой мозг на англоязычную речь вперемешку с другим языком, который я не знала, было не легко. Мои коллеги путали слова то переходя на русский, то снова на иностранный из-за чего персонал театра иногда выпадал в осадок от каши, что была в наших головах. И сами они делали ситуацию ещё хуже, когда случайно что-то спрашивали на своём. Круговертица лиц, слов, эмоций проносится перед глазами, не давая сообразить и прийти в себя. Подготовка к выступлению, которое будет через день шла в ударном темпе. Стрессовая ситуация на лицо и надо как-то справляться, и поэтому захожу в туалет, чтобы умыться холодной водой – единственный выход, который я сейчас нашла. Приятная влага освежает и даёт остыть закипающему мозгу. Посмотрела на часы в телефоне, чтобы понять сколько же времени прошло с начала этого ада и чуть не роняю его. Пол дня прошло! На дисплее 15:45, а значит обед уже пропущен. Откладываю смартфон и делаю дыхательные упражнения, чтобы хоть немного привести мысли в порядок. «Нужно настроиться и взять себя в руки! Это только первый день, дальше обязательно будет легче. Вдох… Выдох…», – смотря в своё отражение, стараюсь прийти в себя. Я расслабленно выдохнула окончательно успокаиваясь.

Выходя из туалета, почувствовала себя немного лучше. Я готова приступить к работе с новыми силами!.. Только нужно сперва перекусить, а то вой китов из моего живота уже на всё здание слышно. Приняв дальнейшую цель, я направилась к автомату с едой и кофемашиной, чтобы взять себе что-нибудь.

***

Прошло пару дней, концерт отгремел на славу. Ажиотаж был бешенный и такое ощущение, что толпу было слышно и за стенами театра, так громка они кричали. От восторга, наверное. После пары дней нахождения в этом городе, мы стали обратно собирать вещи и переезжать в соседнюю страну. Сборы в этот раз заняли меньше времени, чем распаковка в начале. За несколько часов десятки работников оперативно сложили все наши вещи и загрузили в машины, которые были заказаны для транспортировки всех принадлежностей, костюмов и аппаратуры. Одной из моих задач как раз было проконтролировать погрузку и отдать некоторые транспортные документы водителю, который отвечал за весь маршрут до нового пункта остановки.

Со мной ответственными за эту работу были ещё пару людей из команды айдолов, даже менеджера видела. Он, как всегда, ругал каких-то ребят, которые, по его мнению, не аккуратно перетаскивали дорогую технику. Было смешно видеть, как взрослые мужики, которые по габаритам раза в полтора больше его самого, как провинившиеся дети стоят и молча слушают, вникают и возможно понимают в чём ошиблись. Это в характере менеджера было иногда повышать голос на подчиняющийся ему персонал. «В целях профилактики, чтобы не расслаблялись», – однажды поделился он со мной своими методами руководителя. Мужчина так же поднапряг и своих людей таскать в машины аппаратуру, которую не доверял профессиональным грузчикам. Этот человек хоть и казался мягким поначалу из-за приятной внешности, на деле же был опытным, строгим и иногда деспотичным, не дающим спуску как работникам, так и айдолам. Однако благодаря ему всё идёт гладко и очень редко сбивается с графика, проверено на собственном небольшом опыте. Поэтому, видя это, я решила не вмешиваться в его воспитательную работу.

Закончив дела быстрее, чем планировали, я хотела поехать в отель, взяв такси. Обычно нас развозят, но в последний день многие освободились пораньше, а оставшийся персонал добирался сам. Я вышла из здания с прохода для персонала, который вёл на парковку и собиралась пойти к дороге, как услышала голос менеджера:

– Зоя-ян! – окликнул меня мужчина. Он в последнее время постоянно стал обращаться ко мне в такой форме.

– О, менеджер Ли, это Вы?

– Да, – мужчина сидел на водительском месте, – Давай подвезу, запрыгивай, – сказав это, он открыл переднюю пассажирскую дверь, перевалившись через сиденье. Я решила не упускать такую возможность не тратить зря деньги и села в чёрный арендованный минивен.

– Спасибо, – поблагодарила я его, захлопывая дверь. Тот с ответной улыбкой тронулся с места. Устроившись поудобнее, пристегнула ремень безопасности. Пока располагалась на кресле, сзади послышалось копошение, и я повернула голову назад, чтобы узнать кто бы это мог быть. Наверное, ещё кого-то решил подвезти. Оглядев салон, заметила, что сидели только айдолы. Кто-то дремал, разложив своё сидение, кто-то зависал в телефоне, а некоторые с любопытством поглядывали на меня.

– Здрасте, – неловко улыбнувшись тихо проговорила я, даже пригнувшись, когда встретилась с знакомым взглядом. Чтобы ещё больше не привлекать внимание быстро отвернулась к окну. «Ой, а что это там?», – подумала, начав рассматривать ночной город. Я думала, что группа уже давно уехала в отель и парни отдыхали, готовясь к завтрашней поездке, но похоже у них самих были какие-то дела, раз они задержались.

Ехать молча было немного неловко, а радио не включали из-за того, что некоторые участники группы спали.Несколько минут в машине стояла тишина, которую немного развевал фоновый шум: машины на дороге, клацанье телефона, свист ветра, сигналы светофора и ещё куча других звуков живого города. Я, не отрываясь, смотрела в окно, стараясь лишний раз не шевелиться. Было неуютно, поэтому постаралась сосредоточиться на том, что происходило за окном, разглядывая мелькающих редких прохожих, которые решили выйти прогуляться свежим летним вечерком; частые деревья, обрамляющие дорогу; светящиеся неоновые вывески, которые привлекали внимание, а я не успевала толком ничего прочитать.

Моё мучение продлилось не долго. Наверное, видя моё напряжение, менеджер пришёл мне на помощь, тихо спросив у меня:

– И как тебе работать с нами? Уже привыкла к режиму? Новеньким обычно трудно успевать за нашим темпом.

– О, всё нормально. Я почти привыкла, – так же тихо ответила я, радуясь, что могу отвлечься, – М-м-м… Я сегодня видела, как Вы отчитывали грузчиков, – решила хоть как-то поддержать разговор, чтобы снова не слушать эту неловкую для меня тишину.

– Да.

– И в чём же они провинились? – было интересно узнать подробности. Возможно, в будущем мне ещё не раз придётся работать лицом к лицу с работниками в разным сферах, связанных с моей профессией, и нужно разбираться во многих вопросах. Может смогу подчерпнуть что-то новенькое и полезное для себя. После же моих слов менеджер мельком взглянул на меня, однако быстро вернул внимание на дорогу, при этом как-то странно улыбаясь.

– Я увидел, как они таскали нашу технику и заметил, что… – дальше мужчина рассказывал в чём были виноваты и где ошиблись грузчики. Были моменты, которые поразили меня. Менеджер Ли оказался эрудированным во многих областях. Он так внимательно за всем наблюдал и отмечал такие детали, о которых даже в голову мне не приходила мысль, что нужно обращать на них внимание.

Наш разговор медленно перетёк на другие темы, связанные с нашей работой и конкретно этим турне. Мы обсуждали, как будем завтра передвигать и куда дальше поедем, ещё раз оговаривая расписание. Мой собеседник задавал мне вопросы, относящиеся к моей профессии и интересующие его, как менеджера группы. Потом стали рассказывать курьёзные ситуации из его и моей работы, учёбы, над которыми мы вместе смеялись. По мере нашего диалога мы стали постепенно переходить на корейскую речь. Сначала было так, что он не знал, как описать или что-то назвать на английском, потом какие-то истории были такие эмоциональные, что он неосознанно выражался на родном языке. Я не хотела напрягать человека, который в основном знал разговорный иностранный для общения в основном с персоналом, поэтому стала сама говорить по-корейски. Мы были так увлечены, что менеджер даже не заметил моего знания этого языка. Атмосфера была такой уютной и было даже жалко, что мы так скоро подъехали к отелю.

Остановив машину на парковке, менеджер заглушил двигатель и обернулся к айдолам.

– Ну всё, приехали, – на своём сообщил он мне и обернулся назад. – Будите остальных и вылазьте, – дал команду и, что-то вспомнив, посмотрел на меня. – Ой, прости. Ты, наверное, меня сейчас не поняла, – извиняющимся тоном обратился ко мне уже по-английски. Я даже сначала не поняла о чём он.

– Менеджер Ли, вы всю дорогу на корейском трещали. Не заметили, что ли? – недовольно сказал Чхондун, выходя из машины последним. Первый же немного ошеломлённо посмотрел на меня и спросил:

– Ты, что, ещё и корейский знаешь?

– А, ну, да. – Неловко пожимая плечами проговорила я и вылезла из минивена.

*«Знать много языков — значит иметь много ключей к одному замку.» – (Вольтер)

10 глава. Just do it

После того, с одной стороны, не запоминающегося случая кое-что переменилось. Я это поняла на следующий день, который мы потратили на переезд в новую страну. Всё шло согласно графику и не выбивалось из плана. Пару часов проведя в дороге, команда прибыла в место назначения и стала заниматься организационными вопросами, в то время как непричастные к этому люди решили не терять времени и поехать по своим делам: в отель, на новую площадку или куда-то ещё.

Во время загрузки и выгрузки багажа люди то и дело сновали туда-сюда, что-то перетаскивая, с кем-то разговаривая, или просто ничего не делали, зависая в телефоне. Из-за такой суматохи я даже не сразу обратила внимание на то, что ко мне пару раз обращались на корейском, – всё время была погружена в свою работу, автоматически отвечая. Причём это были почти ничего не значащие вопросы типа, где тут автомат с едой или когда закончится работа. После пятого такого не относящегося к моим задачам вопроса, я решила наконец обратить внимания на того, кому нечего делать, ведь всё время это был один и тот же человек.

Подняв голову, чтобы высказать приготовленную тираду о том, что не нужно отвлекать занятого человека по пустякам, и вообще посмотреть, кто это такой, я перевела взгляд на впереди стоящего парня и поняла, что ко мне обращается лидер айдолов, который вопросительно взглянул на меня, дожидаясь ответа. Я удивленно подняла бровь, и видимо он решил повторить сказанное подумав, что его не услышали.

– Зоя-ши, скажи пожалуйста, куда нам сейчас идти? – в вежливой форме речи обратился он ко мне. – Менеджера Ли нигде не видно, и он не берёт трубку, – парень посмотрел в сторону, и я проследила за его взглядом, наткнувшись на остальных членов группы, которые стояли в стороне от всей толпы с небольшими сумками. Многие уткнулись в телефоны, коротая время, а некоторые любопытно оглядывались, рассматривая помещение. Они выглядели слегка уставшими, скорее всего, ожидая скорейшего приезда в отель.

Я обратно посмотрела на Хан ДжинХо, который выжидающе уставился в ответ. Я не знала, что делать, но быстро очнувшись от оцепенения и удивления, оглянулась. Менеджера и правда нигде не было, как и продюсера или другого стаффа. Попробовав позвонить на мобильный, не получила никакого результата, поэтому стала думать, как можно решить сложившуюся ситуацию. Открыв планшет с листами, я стала их перебирать, дабы найти расписание айдолов, которое я могла на всякий случай распечатать. Порыскав несколько секунд, нашла в середине нужное и быстро проинформировала ДжинХо. Также позвонила Максиму, который более тесно работал с этим. В это время стоявший рядом парень внимательно смотрел за моими действиями, похоже, не совсем понимая о чём я говорю, ведь по телефону я общалась по-русски, но ожидая развязки. Собеседник на том конце, в свою очередь, проинструктировал меня в дальнейших действиях.

– Сейчас всё будет, – коротко сообщила айдолу на корейском и набрала следующий номер. Хотя я и не смотрела на парня, только чувствовала, как он радостно улыбнулся и дал знак остальным.

Одним глазом следя за другими работниками, я сделала ещё пару звонков, чтобы парней проводили и дождалась пока их не заберут. Перед уходом лидер поблагодарил меня, поклонившись, и ушел вслед за остальными. Пожав плечами, я вернулась к своим баранам, перед этим отписавшись менеджеру, дабы он их не потерял.

***

Я не понимала, в чём дело. Уже не первый раз ко мне стали обращаться айдолы и даже не второй. Пробыв в Корее несколько лет, я немного поняла их менталитет и могу сказать, что, возможно, раз я знаю их язык и довольно неплохо на нём говорю, то они мне чуть больше «доверяют» и им легче подойти и спросить что-то у меня на своём, чем обращаться к другому персоналу на английском, если стаффа нет поблизости. Возможно, такому «сближению» ещё послужило и то, что сдружилась с менеджером. Я была не против и это меня не сильно напрягало, но иногда я ловила на себе косые взгляды остальных наших работников. Такое уже происходило во время моей работы в России, но я надеялась, что со временем пересуды поутихнут, ведь работы много и кроме как чесать языком есть ещё много дел, только видимо я ошибалась – похоже, что одно другому не мешает, как показывает практика. Как бабки на базаре, ей богу. Ещё и масла в огонь россказней обо мне подливают эти айдолы со своими просьбами. Может стафф и не слышит, о чём мы говорим и на каком языке, потому они не понимают, что я-то их прекрасно слышу и всё, о чем они там говорят разбираю, и разговоры не утихают даже, когда я прохожу мимо них. Это, конечно, ни в какие ворота. Однако я пыталась не обращать на это внимание, как и на студии, занимаясь своими делами. Но и моему терпению пришел конец, когда те вышли за рамки позволенного.

Когда я выходила из кабинета директора и шла по узкому коридору, мимо меня прошли две девушки, которые переносили сценические костюмы группы. Я же находилась чуть в отдалении, позади. Пройдя с ними несколько метров вперёд, я увидела менеджера Ли, который помахал, заметив меня. Девушки сначала подумали, что это он им, но поняв, что сзади идёт ещё кто-то, они обернулись и, разглядев меня, недовольно посмотрели, как будто произошло что-то из ряда вон выходящее и неприятное. Я же приветливо улыбнулась, чуть склонив голову в знак приветствия мужчине, по привычке. И вроде ничего не значащее действие, которому даже не придала значения, вот только похоже только я. Пройдя мимо менеджера, впереди идущие девушки стали перешептываться. Хотя это сложно назвать шепотом – они не говорили тихо ведь считали, что я их не понимаю.

– Тц. Вот наглая. И с директором, и с менеджером, и с нашими айдолами, хвостом перед ними машет все время. Вот лиса! Ещё и понтуется, типа посмотрите на меня, я тоже разбираюсь в вашей культуре, – возмутилась одна из брюнеток.

– Ну. И это же не только сейчас! Ещё в самом начале возле них вертелась, – поддержала вторая.

– Наверное, она так и попала сюда. Только этим местом и может работать, – девушки захихикали так мерзко, что аж противно стало. Я непроизвольно передёрнула плечом, но постаралась не подавать виду, сохраняя обычное выражение лица. Те ещё и поглядывают на меня словно ничего такого не было, это не они только что обсуждали меня.

Я продолжала молча идти, стараясь не вслушиваться в надоедливое жужжание. Мы почти дошли до нужного мне места, как из двери впереди, не доходя до очередного поворота, вышли некоторые парни из группы. Они были одеты в спортивную форму и скорее всего направляли к сцене для репетиции перед концертом. Они улыбались, что-то обсуждая, и только заметив меня, вежливо поздоровались и пошли в своём направлении, в противоположную сторону от моего места назначения. Проявив ответное дружелюбие и пройдя мимо них, я достала из кармана джинсов завибрировавший телефон, чтобы проверить его. И не сделав даже пары шагов вновь услышала едкое:

– Как можно раздвигать перед всеми ноги?

– Не знаю, никогда не была на Вашем месте, – выпалила я на корейском, оторвав взгляд от экрана. Девушки резко обернулись ко мне и застыли столбом посреди коридора, поэтому я решила добавить: – Я не зеркало, чтобы Вы меня так боялись. – И не став останавливаться, я прошла между девушек дальше.

Завернув за угол, я столкнулась с Чхондуном, который тоже был в спортивке. Он просто стоял, ничего не предпринимая, и даже не поздоровался, поэтому я, не став обращать на него внимание, двинулась дальше, вновь уткнувшись в мобильник.

Парень всё также не двигался и лишь провожал меня долгим взглядом, который я не могла заметить.

11 глава. Поезд

Я старался не обращать на Зою внимания, занимаясь своими делами и задачами: репетиции, концерты, встречи с фанатами выматывали как физически, так и морально, ещё и постоянные смены городов, поэтому времени отвлекаться у меня не было. Первые дни тура прошли в некой суматохе. Все ещё пытались подстроиться под график и носились как сумасшедшие, вечно сверяясь с планом. Мы с парнями уже привыкли быстро перестраиваться с одного графика на другой, потому у нас не вызвал сильный диссонанс в работе такой темп.

Однако несколько раз за кулисами я мельком замечал знакомую макушку, снующую тут и там, хотя в основном она находилась в технических помещениях, которые я редко посещал. Вначале я старался не смотреть в её сторону, но Зоя отличалась светлыми локонами и невольно притягивала мой взгляд, контрастируя с другим персоналом. Изредка наблюдая за ней издалека, я заметил, что она изменилась за последние несколько лет, которые мы не виделись. Её странные шуточки и манера речи осталась прежней, но то, как она себя подает окружающим и как порой жестко командует остальными заставляют задуматься, а тот же это человек, которого я знал. Однако такие перемены не вызывали в душе никакого отторжения, даже наоборот (?).

Только один факт меня раздражал всё время – этот Максим, который вечно крутился рядом. То он обнимет её за плечо, то облокотится, то начинает подшучивать над ней – эти вечные заигрывания на публике начинают надоедать и почему-то постоянно портят мне настроение, когда замечаю их вместе. Я замечаю это не так уж и часто, чтобы заострять внимание, но только мысль о том, что пока я не вижу, они вытворяют и не такое, вызывает во всем моем нутре волну отторжения и раздражения (п.а. а ты бы хотел посмотреть?). Иногда мне в голову закрадывается мысль, что эти чувства похожи на ревность, но я отбрасываю её подальше, ведь Зоя не должна мне нравиться, я не могу простить то, что она сделала.

Пару дней ничего не выбивало из колеи, выступления шли гладко, и я не замечал эту девушку. На следующий день мы должны были переезжать и, закончив последний концерт, мы всей группой собрались в машине на парковке, ожидая менеджера Ли, который должен был нас отвезти обратно в отель. Спустя, примерно, час он подошёл к автомобилю, видимо, закончив свою работу, и залез внутрь, собираясь тронуться с места, как вдруг кого-то увидел в окне и приоткрыл его, позвав человека. Как только я услышал знакомое имя, то еле сдержал стон от досады – мне не очень хотелось ехать вместе с этой девушкой. Только если я выскажусь против, то парни начнут задавать ненужные вопросы ответы, на которые я не хотел давать, поэтому сидел в тряпочку, уткнувшись в телефон. Только МэнХо я рассказал однажды эту историю, и больше поднимать данную тему желания не было.

Когда Зоя залезла в салон и пристегнулась, она обернулась и поздоровалась с нами. Только некоторые приветливо улыбнулись - из-за усталости остальные не могли или не хотели ничего делать. Я только раз взглянул в её сторону и вернулся к экрану. Я думал, что поездка пройдет в тишине, но видимо не судьба, ведь менеджер стал разговаривать с девушкой на разные темы. Сначала они как обычно вели диалог на английском, и можно было легко отвлечься от этого, только они потихоньку начали переходить на корейский и их бубнеж стал действовать уже на нервы. И с чего вдруг они так мило беседуют аж не оторваться?

И похоже, что не одного меня отвлек этот разговор. Некоторые парни оторвались от своих занятий и с удивлением уставились на Зою. Никто походу даже не догадывался о её познаниях, этот факт ничего грубо говоря не меняет, но, наверное, немного больше внушает доверия к девушке. Меня никак не проняло её знание ведь уже знал о них. А вспоминая первую нашу встречу, то да, я тоже был под впечатлением. «Это уже в прошлом», – грустно усмехнувшись, подумал я и, достав наушники из кармана, включил музыку.

***

– О-ох, я так хочу е-есть, – хватаясь за живот, ныл МэнХо. Мы только вышли на станции и нас через какое-то время должны были отвезти в отель. Чтобы никому не мешать наша толпа устроилась на креслах чуть в стороне от всех в ожидании.

– Мы недавно пообедали, – отстраненно проговорил Сунан. Не отрываясь от телефона, что-то печатая в нём.

– Ну и что-о? Я растущий организм, всё время в движении, мне можно, – и немного задумавшись, улыбаясь добавил: – И даже нужно. Ой, – и опять схватился за живот, всхлипнув.

– Королева драмы, – закатив глаза произнес ДжинХо и стал кого-то искать глазами в толпе. – Я не вижу менеджера Ли или кого-то из нашего персонала. Автоматов с едой тоже нет, н-да, – достав телефон, брюнет сделал пару звонков, но никто так и не ответил, судя по его выражению лица. Он убрал мобильник обратно в карман и снова пробежался взглядом по народу. В этот раз его поиски быстро подошли к концу. – Ладно, сейчас разберёмся, – проговорив этот, он пошел к кому-то.

– ДжинХо, ты настоящий лидер! – радостно прокричал удаляющемуся парню МэнХо. Всё время стараясь иногда поддерживать свою историю ахая и охая, но уже не так активно.

Я же проследил за лидером взглядом и на удивление обнаружил его рядом с Зоей. Она, даже не отрываясь от своих дел и не взглянув на парня, что-то ему ответила и указала назад, опустила голову над планшетом и через пару секунд, резко развернувшись, подошла к каким-то рабочим. ДжинХо же быстро зашагал к нам, выражение его лица ничуть не изменилось, оттого было не понятно, получил ли он ответ. Остальные из группы, тоже видя эти манипуляции, навострили уши. По сути, не все люди из корейского стаффа знали касающееся нашего турне аспекты, и поэтому ждать ответа, если мы обращались к ним, порой было долго, а с менеджером не всегда можно было связаться хотя это и было не часто, или он заранее нас предупреждал о дальнейших планах. А от этого разговора грубо говоря мог прибавиться ещё один человек такой же вездесущий, как и менеджер, к которому можно было обратиться и практически сразу получить необходимую информацию.

Вернувшись к нам, парень направил МэнХо в нужное тому направление. Тот же на всех порах отправился туда, куда послали, как будто не он минуту назад притворялся изможденным голодом.

Мы посидели ещё какое-то время. Друг уже вернулся и съел то, что принёс. К нам так никто из персонала не подошел, чтобы отвезти в отель, менеджера также не было видно, а телефон не отвечал. Некоторые из группы пару раз отправляли ДжинХо к Зое, чтобы тот что-то узнал. Я же спокойно сидел на кресле и изредка поглядывал на них. Только в последний раз, когда всем надоело сидеть на одном месте, брюнет пошёл к девушке с намерением узнать, когда смогут нас забрать. Она, похоже, не сразу сообразила, что от нее хотят, но быстро сориентировалась и уже через пару минут лидер вернулся к нам сообщить, что скоро мы уедем отсюда.

– Ну, наконец-то! – облегченно выдохнул МэнХо, подскочив с места и начав собирать свои вещи. Остальные же не так бурно отреагировали, но также оживились. И через минут пять к нам подошёл один из стаффа и повёл к машине, после чего отвез в гостиницу, где мы и расположились.

***

Жизнь в новом месте потекла своим быстрым потоком. Менялись только даты и люди, приходившие на наше выступление, а остальное шло, как и планировалось, по крайней мере менеджер Ли нам ничего такого не сообщал. И так, отработав несколько дней, нам снова нужно было переезжать. Весь персонал трудился как пчёлки, и я после того случая со стаффом и Зоей не видел последнюю.

В тот день, когда я шёл на тренировку, то стал случайным свидетелем разговора, точнее обычных сплетен, поэтому не стал заострять внимание на деталях и хотел было уже пройти мимо, как внезапно услышал голос Зои. Девушка поставила на место кореянок, которые, по всей видимости, шептались о той. Я не ожидал того, что она может так завуалировано послать кого-то, застыл столбом, не решаясь выйти из тени. Однако Зоя быстро закончила с ними, и мы чуть не столкнулись, когда девушка повернула за угол и мы оказались нос к носу. Она разок глянула на меня и, ничего не говоря, удалилась.

Быстро сбросив оцепенение, я вышел из своего случайного укрытия и увидел тех, кто пускал такие слухи. Две девушки как кролики уставились на меня, наверное, опасаясь, что я мог услышать их недавний разговор. Не смотря в их сторону, я прошел мимо, на секунду остановившись возле них.

– Прежде чем обсуждать кого-то, подумайте: может в вашем контракте прописано, что за длинный язык вас могут уволить.

***

Концерты всегда утомляют, сколько бы мы не тренировались, но после них команда выглядит так, будто из нас лимонад только что готовили. Наверное, это из-за того, что мы каждый раз отдаём всех себя на выступлении, выплёскивая кучу эмоций и энергии ради зрителей, наших фанатов, и возможно даже нас самих. Однако после того, как я выступил первый раз с группой на публике перед толпой незнакомого народу я не могу теперь жить без этого, слушатели также отдают нам себя, когда поддерживают, и так не только на концертах. Ничего не происходит в одну сторону.

И вот так после ещё одного города мы меняем места и на скоростном поезде отправляемся в новую точку турне. Около часа я просидел на своем месте, копаясь в телефоне, но быстро устав от этого занятия, решил прогуляться по вагону. Встав со своего места, пошел по проходу к менеджеру предупредить о том, что отлучусь ненадолго. Сделав несколько шагов в ту сторону, слышу голос Зои, которая что-то бурно обсуждала. Через пару секунд она оказывается в поле зрения – девушка сидела напротив менеджера Ли, а по соседству с ней разместился этот прилипала. Они о чём-то говорили и по ходу, видимо, спора блондинка всё сильнее хмурилась, поэтому для меня стало неожиданностью, что парень вдруг навалился на неё и стал щекотать – понял я по смеху последней. Эта картина вызвала волну раздражения во мне. «Ну, сколько можно так себя вести! Надо поговорить с ней.» – твёрдо решил я и направился в сторону девушки, забыв, зачем вообще направлялся в ту сторону.

Подойдя к их местам, я остановился напротив кресла Зои и подождал, пока она не обратит на меня внимание. Блондинка сидела у прохода, поэтому почти сразу заметила и посмотрела на меня, вопросительно подняв бровь. Их обжимания не прекратились, хотя парень и перестал её лапать.

– Зоя-ши, могу я Вас ненадолго отвлечь? Нужна Ваша помощь, – первым начал я, говоря по-корейски и намекая, что хочу поговорить наедине. Она несколько секунд смотрела на меня и, кивнув головой, что-то сообщила своему «другу». Я же, заметив, что она встала с места и пошла за мной, направился в сторону перехода между вагонами, чтобы нам никто не мешал и не слышал то, о чём будет разговор.

Зайдя в «укрытие», я без предисловий выпалил то, что уже давно не давало мне покоя:

– Может ты прекратишь обжиматься со своим парнем где попало?

– Ч-что…? – как-то растерянно переспросила она. Её брови взметнулись вверх, будто она не понимает, о чём я говорю.

– Не делай вид, что не понимаешь, – скрестив руки на груди, я продолжил: – Вы постоянно липнете к друг другу, чуть ли не целуетесь! Я пони…

– Стоп! – перебила она меня. – С чего ты вообще решил, что мы вместе? И тебе-то какая разница, мы давно расстались, – Зоя не использовала в общении со мной уважительную речь, как с остальными, и этот факт почему-то порадовал. – И вообще! С кем хочу к тому и липну. – Стала напирать на меня. – Ты вообще меня всё это время игнорировал: ни привет, ни как дела, а сейчас такое заявляешь ещё и с претензией, – тыча в меня пальцем, продолжала она. – Я знаю, что некрасиво поступила с тобой и…

– Значит вы не встречаетесь? – с опозданием дошло до меня, потому не став слушать её дальше, перебил.

– Я же сказала, что нет. У него вообще-то девушка есть.

– И ты вообще ни с кем не встречаешься? – это было сейчас важнее остального, какое-то теплое чувство облегчения (?) возникало от осознания данного факта. Зоя же как-то странно на меня уставилась и через секунду сказала:

– Ну-у, нет. А почему…

После первого предложения улыбка сама поползла по лицу и, поддавшись непонятному порыву, я потянул Зою за руку, прижимая к себе и вовлекая в поцелуй, который оказался невероятно сладким.

12 глава. Занавес!

Мне показалось странным то, что первый раз, когда он со мной заговорил было в поезде. Что он от меня хотел, я не знаю, но видимо поговорить наедине было важно для него, поэтому я пошла за ним и практически первыми словами после нашей встречи спустя почти 4 года был наезд. И из-за чего? Он думал, что Максим мой парень! «Услышь это Лена сейчас, то рассмеялась бы ему в лицо, а потом вмазала по самое небалуй», – подумала я, как неожиданно он задал следующий вопрос:

– И ты вообще ни с кем не встречаешься? – я посмотрела на парня, как на идиота. «И чего это он лыбится? Злорадствует, что после него я так никого и не нашла?»

– Ну-у, нет. А почему…

Я не успела сформулировать претензию, как Чхондун неожиданно взял меня за руку и потянул на себя. Я потеряла равновесие и думала, что налечу на парня, но тут он вдруг приник к моим губам. Ошарашенная таким его поведением я застыла столбом, и этот чертов брюнет не стал останавливаться на простом поцелуе, посасывая то верхнюю, то нижнюю губу, иногда облизывая их. Через несколько секунду я почувствовала, как начала отвечать на эти ласки, прикрыв глаза. Мигом нахлынули все воспоминания из прошлого, и, на удивление, этот поцелуй оказался ещё слаще, как будто после невероятно долгого блуждания по жаркой пустыне я в измождении, наконец, нашла рудник с чистейшей водой и приникла к нему губами, пытаясь напиться вдоволь и утолить жажду, что мучила меня уже годы.

Наше дыхание сбилось, пульс участился и не хотелось останавливаться. Неосознанно я зарылась правой рукой в его густые гладкие волосы, а другой обхватила за шею, прижимаясь ближе. Даня (боже, как давно я его так не называла) стал легкими движениями массировать мою голову, доставляя ещё большее наслаждение, при этом придерживая левой рукой за талию. Этот поцелуй был не столь нежным, сколько похож на наше незримое противостояние – никто не хотел отдавать лидерство и подчиняться другому. Только я невольно издала стон удовольствия, и парень принял это как приглашение и хотел было углубить поцелуй. Голову заполнил густой туман, не позволяющий хоть единой мысли пробиться через него, такое удовольствие я давно не испытывала, и поэтому плохо соображала, что к чему. Однако, почувствовав чужой горячий язык во рту, меня как током прошибло. «Что я творю?!» – в панике мелькнула мысль и практически исчезла, еле успев отрезвить мой мозг. И ни секунды, не думая, я потянула Чхондуна от себя за волосы, не осознавая.

Парень издал недовольный стон и посмотрел на меня своими расширенными зрачками, которые практически заполнили всю карию радужку, делая его взгляд невероятно тёмным и от этого немного пугающим. Он глубоко дышал, всё так же продолжая держать в своих объятиях. Несколько секунд до меня доходило произошедшее и, похоже, с каждым мгновением лицо становилось более красным. В панике оттолкнув брюнета, я забежала в туалетную кабинку, благо в ней никого не было, чтобы отдышаться и проветрить голову.

– Что только что произошло? – шёпотом спросила я у самой себя, закрывая ладонями лицо.

Постояв так пару минут, я решила умыться, чтобы окончательно взбодриться. Ледяная вода охладила кожу и помогла немного остыть. Взглянув на себя в зеркало, я удивилась: а та ли это девушка. Розоватое лицо с немного опухшими губами, растрёпанным покосившимся хвостиком и блеском в зеленых глазах, это сильно отличалось от моего обычного вида.

– Какой ужас… – простонала я и стала поправлять прическу, на ходу заметив, что блузка выбилась из моих штанов, и пришлось осмотреть себя с ног до головы, чтобы убедиться в том, что я выгляжу нормально. Глубоко вдохнув и шумно выдохнув, я ещё раз взглянула в зеркало и, посмотрев себе в глаза, не смогла сдержать смех. – Я похожа на школьницу из сериала про подростков, – хихикнула я про себя и вышла из кабинки.

В проходе уже никого не было, потому я аккуратно, стараясь держать лицо, прошла на своё место. Из сидящих рядом со мной людей только Максим бодрствовал, остальные же задремали или просто отдыхали полулежа с закрытыми глазами. Парень копался в каких-то бумагах и, когда я устроилась в кресле, перевёл на меня взгляд, шёпотом поинтересовался, всё ли у меня хорошо и что хотел от меня Чхондун. Стараясь не показывать лишние эмоции, я ответила, мол я в порядке и отмахнулась ничего не значащими словами. Приняв это на веру, он продолжил заниматься своими делами. Я же, в свою очередь, стала обдумывать случившее – ну, не могла я просто так оставить такой инцидент без внимания и просто забыть, хотя и очень хотелось, ведь не знала, как мне после такого смотреть в глаза корейцу.

Я не могла понять мотивов самого брюнета и пока не стала зацикливаться на этом, но то, что меня действительно волновало, так это то, как я сама отреагировала на его прикосновения. Мне были так приятны эти ощущения, а воспоминания, которые я затолкнула подальше и не могла стереть из памяти, тут же повылазили. Хотя они стали более блеклыми и не такими манящими. В противовес этого проклюнулось что-то новое, очень похожее на забытое старое и всё же отличающееся.

До этого момента я старалась игнорировать Чхондуна, только вот не могла вообще не смотреть и не замечать его, иногда, пока он не замечает, поглядывала на него, во время его выступлений, тренировок или наших переездов. Внешне он изменился, но не на столько, чтобы воспринимать его как другого человека, а вот внутренне, хоть я и не знала, насколько сильно поменялся он, однако замечала, что парень стал менее скованным и более открытым, для фанатов в первую очередь. В душе я радовалась за парня, ведь это то, чего он так хотел. А вот что я чувствую сейчас? «Просто каша в голове», – была моя последняя мысль перед тем, как я задремала, укачанная поездом.

Разбудили меня, когда мы уже приехали и пора было разгружаться. Спросонья я не понимала, что произошло и еле передвигала конечности, пытаясь понять, зачем вообще разбудили. И я немного проснулась только после того, как чуть не споткнулась и не поцеловалась с полом. Благо меня поймал Максим, который шёл позади, а то такие ласки были бы уж точно не такими приятными как прошлые. Вспомнив недавнее, я мигом вспыхнула и, наконец-то, пришла в себя, осознавая, что и где я, принимаясь за свою работу.

***

Мотаясь по комнате в отеле, я не могла найти себе места.

– Что делать, что делать…? – бормотала себе под нос, то хватая телефон, то вновь садясь за ноутбук, то снова вскакивая. Мысли не могли улечься и крутились в голове, надолго не задерживаясь, сменяя одну за другой. – Так, без паники. Нужно успокоиться. Вдо-о-ох и вы-ы-ы-ыдох, – делая дыхательные упражнения, я пыталась прийти в себя. Чуть постояв и немного успокоившись, постаралась уложить всё по полочкам, чтобы постараться быстро найти решение навалившейся проблемы.

Размышляя над ситуацией, я прокручивала в голове идеи того, как можно безболезненно всё решить. Порыскав в интернете, созвонившись и обсудив с коллегами, которые также работали со мной над тем, как найти выход, я более-менее, стала представлять план дальнейших действий.

А вся проблема состояла в том, что около часа назад позвонили из аэропорта и сообщили, что из-за непредвиденной ситуации будет отменён послезавтрашний рейс и, конечно же, нам вернут все деньги. И это обстоятельство могло попортить все планы и график, скорее всего, сдвинется в плюс, который обойдётся ой как дорого для компании, а этого нельзя допустить. Нужно было срочно найти другой транспорт или компанию, занимающуюся грузопассажирскими перевозками, забронировать и выкупить билеты, арендовать или перенести время заказа транспорта как для персонала, так и для всех вещей и оборудования, составить новый график и проинформировать всех участников.

– Всё пошло через жопу! Как всегда! – прокричала я, выплёскивая нервозность.

Просидев весь вечер и половину ночи за компьютером и на телефоне, я, – аллилуйя! – нашла оптимальный вариант: рейс был через несколько часов после последнего концерта завтра (или уже сегодня) и нужно было организовать всё в кротчайшие сроки. Написав остальным членам моей группы эти новости и скинув всю информацию по делу, мы начали составлять план и уже на следующее утро обзванивали тех, кого не успели. Переслав документы менеджеру Ли по почте, я ему сразу же позвонила, чтобы лично сообщить об этом для быстрого согласования плана. Он, как всегда, сразу вник во все дела и принял к сведению свою часть работы. Недолго проговорив с ним по телефону, я стала набирать другой номер.

«Этот день будет просто сумасшедшим…» – мысленно застонала я.

***

– Все готовы? – проговорила я в рацию для быстрой связи с персоналом из моей группы, и через секунду получила дружное «да». – Тогда начинаем. (п.а. мы что меняем жанр? :D)

Концерт близился к своему завершению, айдолы уже допевали последнюю песню и должны были быстро уйти со сцены. Потом их подхватит менеджер Ли, вместе с охраной и ещё кое-каким стаффом они дружно направятся к черному выходу, рядом с которым буду ждать их я, чтобы проводить к машине, которая отвезёт со всем срочным багажом на вокзал. Остальные же сотрудники будут доделывать свои дела и через день с оставшимся оборудованием на самолете нас догонят. Так мы успеем и к мероприятию, которое должно будет пройти до концерта, на котором обязаны присутствовать айдолы, и остальное пройдёт по изначальному графику с некатастрофичным опозданием.

Я дошла до своего места и прождала примерно минут десять, прежде чем из-за угла вышел менеджер с остальными, он поравнялся со мной. Охранники вышли первыми, проверяя улицу на предмет опасности или сумасшедших фанаток и, не заметив никого, уже пропустили нас.

– Машины недалеко, на парковке, – идя рядом с мужчиной, кратко сообщила я, тот в ответ лишь кивнул.

Мы пошли по улочкам, чтобы не привлекать внимание, и в кратчайшие сроки добраться до автомобиля. Лучше уж приехать пораньше, чем опоздать. Было уже темно, и фонари слабо освещали наш путь. Всюду слышались приглушенные звуки ночного города, и атмосфера напряжения немного давила на меня. Темп мы держали быстрый, и хоть ростом я была среднего, но угнать за более высокими мужчинами, чей шаг в полтора раза больше моего, было нелегко, потому я немного отстала и шла уже не впереди, а в середине шеренги рядом с айдолами. Охранники же находились впереди и в конце нашего строя, прикрывая. Все продвигались по дороге между домами и почти дошли до нужного поворота, как я услышала, как кого-то окрикнули:

– Эй, вы! – мы не обращали внимание, но через секунду донеслось: – Не делайте вид, что не слышите. Я вам говорю чертовы корейцы! – пьяный мужской голос по-английски доносился из ближайшего закоулка. Все насторожились и замерли, хотя, казалось бы, лучше уносить ноги подальше от неприятностей, которыми провоняло вокруг. Тем временем из темного закоулка вышел какой-то неадекват. Он, пошатываясь, приближался в нашу сторону, продолжая говорить: – Вы разрушили мою жизнь…! Из-за вас… – мужчина всхлипнул, – из-за вас она ушла от меня! – вот это претензия мирового уровня, конечно. По состоянию пьяницы было видно, что он явно перебрал – не мог стоять на ровном месте, вечно заваливался то в одну сторону, то в другую, еле перебирал языком из-за чего можно было еле разобрать его речь. Мужчина вдруг остановился и убрал руки в карманы, и этот жест явно не внушал доверия. – Я… я вам отомщу… – заикаясь повторял он, – я вам за это отомщу! – вдруг вскинулся он и, проорав эти слова, двинулся на нас.

Несмотря на его состояние, он довольно быстро и ровно бежал в нашу сторону. Неожиданно в свете уличного фонаря блеснуло лезвие, которое он направил на айдолов. Не разбирая пути, мужчина несся к нам, не выбирая никакой цели. Всё происходящее выглядело как в замедленной съёмке: понимание того, что я стою на его пути, нож, которым замахнулись, чувство страха и ужаса, что постепенно окутывало меня. Не сумев сдвинуться с места, я вскрикнула и выставила руки вперёд в защитном жесте. Пришло всего лишь мгновение, как я ощутила знакомые крепкие объятия, в которые заключили меня и звук удара.

13 глава. Спасённая жизнь

Наступила оглушающая тишина. Я распахнула глаза и уставилась на того, кто загородил от опасности своим телом. Подняв голову, наткнулась на обеспокоенный взгляд, устремлённый на меня.

– Сэнваль… Ты в порядке? – взволнованным голосом спросил он.

Пару секунд до меня доходило, что произошло. Я тупо пялилась на парня, пока в моей голове не произошёл щелчок: «Чхондун же мог пораниться!». Осознание того, что брюнет защищал меня и подставил, возможно, свою жизнь, и что прозвище, которое он мне дал во время наших отношений, ещё помнит, вызывало внутри странную смесь эмоций. Однако всё это быстро вытеснило беспокойство.

В висках зашумело, и я стала обсматривать его на наличие повреждений. Взглянула внимательно на лицо парня, пытаясь по выражению понять, как тот себя чувствует, потом заглянула за спину, ощупывая её, и только когда не нашла нож, который пьяница наставил на меня, обратила внимание на охранника, сделавшего свою работу и обезвредившего мужчину до того, как могло произойти страшное. Мне и оставалось что облегчённо выдохнуть, осознавая, что всё позади. Только удостоверившись в том, что Чхондуна никак не задело, я обратила на него внимание.

– Д-да… Да. Я в порядке, – минутой позже ответила на вопрос. К нам приблизился менеджер Ли и в успокаивающем жесте положил руку на плечо. Я ему благодарно улыбнулась. – Всё нормально, – взглянув на часы я сказала: – Что сейчас более важно, так это дойти до машины. Мы ещё успеваем на рейс.

– Если так, то хорошо, – ободряюще улыбнулся мне подошедший мужчина и повернулся к остальным, стараясь сбросить всеобщее оцепенение и продолжить двигаться. – Ты тогда пока отведи всех к машине, а остальным займусь я. Не переживай, догоню, – сказал мне мужчина, кивнув на охранника и пьяницу, которого держал тот в захвате, заведя неадеквату руку за спину и удерживая за шкирку. Последний же не сопротивлялся, либо отключившись, либо поняв, что только что случилось, хотя я больше склоняюсь к первому варианту – слишком уж он был в состоянии не стояния.

Обойдя эту парочку по дуге, я повела всех остальных за собой в сторону парковки, и через пару шагов мы завернули за угол. На месте среди большого количества машин одна выделялась своими габаритами – это был микроавтобус, который нас и отвезёт. Поздоровалась с водителем и попросила доставить нас на место в кратчайшие сроки и, проверив все ли сидят на местах, я взглянула на телефон, чтобы посмотреть на время и убедиться, что мы успеваем вовремя. Немного нервничая, стоя возле автомобиля и ожидая менеджера Ли, я не находила себе места, постоянно вглядываясь в проход между машин и прислушиваясь к звукам. Время поджимало, и нужно было выезжать либо сейчас, либо уже никогда, и только я взялась на смартфон, чтобы попытаться дозвониться, как мельком заметила брюнета, появившегося в свете фонаря и выходившего из тени автомобилей, которые стояли напротив дороги, по которой мы шли до этого. Он помахал мне и направился в нашу сторону. Завидев мистера Ли, я облегченно выдохнула и, сев в машину, пристегнулась. Тот в свою очередь, добравшись до микроавтобуса, залез на соседнее кресло, давая команду водителю ехать.

Только очутившись в относительной безопасности, я начала осознавать, что только что произошло. Воспоминания волнами эмоций накатывали на меня, не давая трезво думать. Страх и паника заполонили всю меня, препятствуя нормальному дыханию, и, не осознавая, что делаю, я вцепилась в сидение, стараясь успокоиться и выкинуть из головы удручающие мысли «что было бы», и только фантомное ощущение приятной теплоты рук, которые тогда пытались защитить меня, не дали совсем уж расклеятся. Закрыв глаза и выполняя дыхательные упражнения, понемногу стала приходить в себя. Сидевший рядом брюнет поддерживающе положил на мою кисть, вцепившуюся в обшивку. Приоткрыв глаза, я увидела, как он обеспокоенно рассматривает моё лицо, словно спрашивая, как я. От него я чувствовала поддержку, как от старшего брата, и только сейчас я почувствовала, что мелко дрожала.

Оглянув салон, заметила, что айдолы, которые сидела напротив нас, так же взволновано наблюдали за мной. Мне немного была приятна такая забота обо мне, однако лишнее беспокойство обо мне может не позволить им расслабиться и побыстрее забыть инцидент, потому как можно более расслабленно я заверила всех, что со мной всё нормально и уже пришла в себя. Я посмотрела на то место, где сидел Чхондун, стараясь поймать его взгляд, и когда мы встретились глазами, благодарственно ему улыбнулась, прошептав одними губами «спасибо». Не знаю, заметил ли это кто-то ещё, но парень быстро отвернулся. Это даёт мне понять, что скорее всего он понял меня. В это время менеджер Ли стал отвлекать меня от переживаний ничего не значащим разговором. Тихо переговариваясь, я не заметила, как пролетело время, и нас уже довезли до места нашего отправления. В быстром темпе забирая вещи из машины, мы всей компанией двинулись на посадку.

***

После того ужасного случая, благо, никто не пострадал, кроме моего психического состояния, конечно, ничего из ряда вон выходящего не случилось. Мероприятие прошло успешно, оставшийся персонал прилетел вовремя, первый в этом городе концерт отыграли хорошо, хоть и подготовка шла в сжатые сроки. И только после того, как всё пришло в более-менее привычный темп, я смогла поговорить с Максимом. Утаивать от него то, что произошло было странно, ведь мы многим делились. А ещё мне нужно было разобраться в собственных чувствах, которые я, надеюсь, проясняться после того, как я расскажу, что приключилось.

После очередного трудового дня я пригласила парня выпить по бутылочке холодненького и расслабиться. А из-за того, что друг уже до этого договорился со своей девушкой, Леной, созвониться, я предложила объединить эти два дела. Вот так мы и собрались «втроём» в моём номере и разложились возле столика на мягком ковре. Каждый взял по баночке из холодильника отеля, куда мы положили до этого всё купленное, и наслаждаясь закусками, которые до этого ещё не пробовали, я начала описывать все последние события.

И вот так после моего рассказа, по мере которого слышались и ахи, и вздохи со всех сторон (в особенности от мобильника), наступила небольшая пауза. Все переваривали услышанное, пока Лена не спросила, нарушив тишину:

– И, что теперь? – немного взволновано поинтересовалась она.

– Ты о чём? – хором с Максом ответили вопросом на вопрос.

– Ну, вы же теперь встречаетесь?

– А-а-а, кто с кем? – недоумевала я. После моих слов послышался звонкий хлопок, как будто ладонью обо что-то ударили.

– Да Зоя, не тупи! Мне одного такого тупика хватает, - пробурчала девушка. От парня же послышалось недовольное сопение. – Вы же с Чхондуном теперь вместе?

– Э-э-э… - немного подзависла я. Как-то неловко было это с ними обсуждать, хотя мы уже давно не пара, – Ну-у, нет. – Из трубки доносилась тишина, которая мне показалась немного зловещей. После тяжелого вздоха девушка сказала:

– Ладно, попробую разжевать. Значит, он тебя защитил, практически рисковал собой. И что это может значить? – как у маленькой спрашивала она меня.

– То, что он… Хороший человек?.. – пожимая плечами решила попробовать угадать я.

– Нет! – прокричал телефон. – То, что ты ему нравишься! – после небольшой паузы, видно Лена переводила дыхание, она продолжила: – И в этот момент ты что-то к нему почувствовала, правильно? Что-то большее, чем просто благодарность. Ты даже говоришь, что тебе понравилось, когда он тебя…

– Поцеловал…? – немного смущаясь, переспросила я.

– Что?! – от этого звука чуть не лопнули барабанные перепонки, такой громкий он был. – Я хотела сказать «назвал Сэнваль», но он сделал что?! – возмущение с той стороны так и веяло от мобильника. Всё это время парень просто сидел, попивая своё и не решался вмешаться в разговор. – Максим! Забери меня отсюда, хватит с меня на сегодня, пусть сами разбираются, не маленькие уже. – В приказном тоне сказала она. На это тот только вздохнул и, прошептав мне «удачи», ушёл в свой номер. Я же сидела и обдумывала все слова подруги.

***

Сидя в кожаном чёрном кресле в своём номере отеля, мужчина внимательно перебирал документы. Время близилось к ночи, и только огни ночного города были видны из окон. На столике недалеко расположился пузатый стакан с янтарным напитком, поблёскивающим в свете бра. Хоть комната и находилась в небольшом полумраке, однако мужчине было достаточно и этого освещения. Взяв бокал в правую руку, полностью размещая чашу в ладони и пропуская между пальцев короткую ножку, мужчина немного согревал напиток теплотой рук, оживляя невероятно привлекательный древесный аромат с нотками фруктов и цветов. Поднеся к губам прохладное стекло и пригубив немного, он поставил снифтер обратно на стеклянный столик, продолжая листать документы.

Неожиданно для него зазвенел телефон, расположенный на подлокотнике, высвечивая на дисплее имя. Взглянув мельком на часы, чтобы узнать время, он удивился позднему времени, ведь, обычно, этот человек не тревожил в такой час. Ответив на входящий вызов, мужчина стал слушать новости, которые преподносил ему собеседник, и с каждым словом лицо его становилось всё мрачнее – он нахмурил брови, и даже всё его лицо неприятно скривилось. Злость начала бурлить по венам, ища выход, от чего сжались руки до побелевших костяшек и венка на лбу начала пульсировать. Получив отчёт об инциденте и удостоверившись, что с его деньгами всё в порядке, они целы и невредимы, он бросил трубку, даже не выслушав до конца человека на том конце. Резким движением мужчина взял бокал, и осушив его до дна одним глотком, он поднялся с кресла дабы вновь наполнить снифтер, тем самым успокаивая себя, вливая всё больше. Однако каждый раз возвращаясь к своим мыслям, он приходил в бешенство. И через несколько минут в глазах проблеснула чёткая уверенность в дальнейших своих действиях.

14 глава. И пусть весь мир подождет! Финал

Мотаясь то туда, то сюда по коридорам между комнатами в здании театра, где на этот раз будет проходить концерт, я не могла унять свои мысли и привести их в порядок. Копошась где-то на подкорке сознания, миллионы маленьких «как» и «почему», и «зачем», не давали сосредоточиться на моей работе. Только выполняя всё на автомате, я смогла бродить по зданию с затуманенной головой и хоть что-то выполнять. Спасло ситуацию также тот факт, что турне подходит к концу, и через пару дней мы возвращаемся в Корею, где пройдёт финальное выступление айдолов, и потому практически не осталось настолько важных дел, которые могли перебить всех мушек в моём мозгу.

После слов Лены я задумалась, а правда, что же я чувствую? Мне не были неприятны волнения и поцелуи Чхондуна, взгляды, которые он изредка на меня бросал, но обжигающие сильнее огня. И до этого момента мне казалось, что он меня просто ненавидит или, на крайний случай, недолюбливает и ему противит сама мысль о том, что ему приходиться работать вместе со мной, даже не беря в расчёт наше довольно редкое общение. По этой причине в отличное от рабочих дел время я старалась не обращать на него внимания. Теперь, думая об этом, может всё это время я неправильно трактовала все его знаки? Может и мои чувства не совсем к нему прошли и остались прежними?

Нет. Наверное, нет. Всё поменялось. То, что я чувствую, эти эмоции стали не такими, какими были раньше, возможно, ушел тот юношеский максимализм, и возникло понимание того, что в наших и, скорее всего, любых других отношениях не только есть розовые цветочки, делающие весь мир вокруг лучше и затмевающие взгляд, но и шипы на стеблях, на которых эти бутоны растут. А тот факт, что я обращала внимание на парня, и то, что я была где-то в глубине души рада тому, что он всё же со мной разговаривает, а не полностью игнорирует, а также то, что между нами произошло за это время, оставляет только хороший осадок во мне. Его поступки всё же говорят громче его слов: он помог мне на конкурсе, хотя мог бы не обратить внимание, его замечание тем девушкам в коридоре, которое я ненароком услышала краем уха, его поцелуй и попытки спасти меня – это показывает неравнодушие брюнета ко мне, в хорошем смысле, конечно.

«Может… может у нас ещё есть шанс…?» – подумала я, улыбаясь сама себе.

Занятая такими мыслями голова, даже не сообразила, что на периферии сознания происходит разговор не совсем понятный и приятный мне. Корейская речь явно выделялась из всех окружающих звуков, обращая моё внимание на людей, стоявших в каком-то пустом помещении, только в тот момент, когда я оказалась напротив проёма, в которой даже не было двери.

***

Мужчина уверенными размашистыми шагами направлялся прямо к своей цели. Он уже всё для себя решил и не мог сидеть на месте сложа руки, и дожидаясь момента, когда всё пойдет прахом. Бездействовать было не в его стиле, и поэтому он обязан поговорить с ним, пока не стало слишком поздно. Мужчина знал куда идёт и уже обдумывал, как так сказать, чтобы всё прошло гладко и его лишняя головная боль, наконец, исчезла из поля зрения. Нужно было лишь надавить в правильных местах и подобрать нужные слова для того, чтобы кукла двигалась по его воле и выполняла всё правильно, не выходя из-под контроля. Завернув за угол, он заметил свою цель, которая была вместе с группой таких же, по его мнению, полезных инструментов.

Приблизившись к ним, мужчина обращает внимание Чхондуна на себя и просит отойти на пару слов. И отойдя от остальных подальше, они зашли в безлюдное место, куда обычно не заходит персонал, особенно сейчас под конец дня.

– Ким Шихун сонбэ-ним, Вы что-то хотели? – первым подал голос айдол. Мужчина напротив смерил парня пристальным взглядом, засунув руки в карман.

– Да, мальчик мой, – хмыкнул он. – Мы, вроде, до этого обо всём говорили. Разве я не предупреждал тебя? – чуть скалясь, спросил он, а нахмуренные брови говорили о его плохом настроении.

– Простите сонбэ-ним, я не очень понимаю о чём… – не успел брюнет договорить, как продюсер его перебил:

– Разве мы уже с тобой не разговаривали по поводу этой девки? – айдол вмиг напрягся. – Она же разбила тебе сердце, так унизила – сбежала с другим парнем ничего тебе не говоря! Она же тебя предала! – мужчина немного повысил голос, чтобы чуть сбавить темп и не настроить собеседника против себя, он откашлялся, продолжая более спокойно, стараясь донести до ума подчиненного правильную, нужную ему мысль: – Я тебя понимаю, встретить свою бывшую любовь спустя время, ещё и так тесно общаться – это, наверное, не легко. И, конечно, я понимаю, что чувства могут снова вспыхнуть, ты молод, горячая кровь. Но послушай более опытного старшего: эта девк… – увидев, как нахмурился Чхондун, мужчина постарался чуть исправить свою речь, чтобы не отталкивать парня, – кхм, эта девушка снова тебя предаст. – Снисходительным тоном обращался к Чхондуну, как к нерадивому дитя, отбившемуся от рук. – Поверь мне, такие не меняются, она снова покрутить перед тобой своим хвостом и через недельку другую бросит ради очередного, - помахал неопределённо в воздухе рукой мужчина, намекая.

– Я знаю, что Вы волнуетесь обо мне, но послушайте…

– Нет, это ты послушай меня! – перешёл на повышенный тон Шихун, раздражаясь несговорчивостью парня. – Я видел, как вы целовались, и хочу тебе сказать, что это не приемлемо…

– Что…? – случайно перебил мужчину брюнет, возмущаясь. – Это мое дело, что приемлемо, а что нет. Как Вы… – Чхондуну не понравилось, как собеседник указывает ему, что делать, хоть это и продюсер, но все же посторонний человек. Брюнет иногда полагался на него, как, впрочем, и некоторые другие подчинённые, однако разрешать настолько вмешиваться в свою жизнь он не намерен. (п.а.: ох, как бы это сказать… ну, уже поздно) Этот разговор и дальше мог бы так долго развиваться, если бы не одно «но».

– Что значит бросила ради другого? – а вот оно.

***

Я в недоумении перевела взгляд из пустоты коридора на дверной проём, в котором виднелись двое мужчин, о чём-то разговаривавших. Только спустя минуту я начала понимать, о чём они говорят и застыла в оцепенении, не в силах произнести ни слова. Дар речи пропал от той околесицы, которую нёс продюсер Ким. «Значит… Это вот значит, как все обернулось, да? Ну и дурой же я была!» – гневно подумала я, решив дать о себе знать, вмешиваясь в начинающуюся ссору.

– Что значит бросила ради другого? – постаралась спокойно произнести эти слова, всё ещё находясь в недоумении от услышанного. – Какого хуя, Вы здесь несёте? – зло прищурившись, спросила у Ким Шихуна. – Я и представить не могла, что Вы такой человек, – осуждающе посмотрела на мужчину, который был явно не рад моего приходу, хах, ещё бы. Он хотел что-то сказать, гневно смотря на меня, однако я не дала ему и слова произнести. – Я знала, что не нравлюсь Вам, но дойти до того, чтобы так наврать ещё надо уметь, и зачем интересно мне. А?! Чтобы что? Подмазываетесь к Чхондуну, прикидываясь заботливым продюсером, а на самом деле даже не во что его не ставите, обманывая! Чего Вам так неймётся? Зачем нужно было устраивать этот цирк? – вопрошала я у этого гада, уперев руки в бока и наседая на мужчину, уж больно мне любопытно, чем я ему так не угодила. Похоже я ещё больше разозлила мужчину, потому что он уже, не обращая внимание даже на айдолы практически закричал:

– Зачем?! Ещё не догадалась что ли? Моя курица, которая могла нести золотые яйца из-за тебя приносила обычные! Мои деньги могли уйти в молоко просто потому, что он, видите ли, с кем-то встречается. Да мне плевать! Я просто убрал тебя с дороги, и ты только посмотри! Он таки несёт мне золото! И тут опять ты! – похоже этого интересовали только деньги, которые мог ему приносить Чхондун и, скорее всего, ко всем остальным своим подопечным он относился так же. Мы сверлили друг друга испепеляющими взглядами несколько мгновений до тех пор, пока парень, находившийся рядом всё это время, не встал между мной и продюсером, повернувшись ко мне лицом, и положил руки на мои плечи, чуть сжимая их. Я, продолжая хмуриться, взглянула на парня, который был таким же мрачным, как и атмосфера вокруг. Встретившись со мной глазами, он более спокойно, чем до этого мы с корейцем «общались», спросил:

– Что это значит? Ты, – брюнет внимательно следил он за моими эмоциями, – ты тогда не ушла к другому? – я помотала головой, отрицая это, а он ещё больше нахмурился. – Тогда почему ты сбежала?

– Ты ещё что-то… – попытался вставить свои пять копеек продюсер Ким, но Чхондун его резко оборвал:

– Хватит. Вы и так достаточно наговорили. – Мельком взглянув на мужчину через плечо, сказал айдол. Такого командного тона я никогда не слышала прежде от парня. Последний же внимательно смотрел на меня, дожидаясь моего ответа. Я вздохнула и рассказала, как было на самом деле:

– Этот говнюк пришел и сказал, что я мешаю тебе стать айдолом и мне нужно уехать, и отдал билеты на самолёт. А я… – немного помолчала, собираясь с мыслями, и зажмурилась, выпаливая: – Я не знала, что делать и решила, что так и правда будет лучше, вот и уехала! Собрала вещи и перед вылетом написала тебе СМС, – приоткрыла один глаз, чтобы взглянуть на Чхондуна. Брови на лице парня взметнулись вверх, выражая крайнюю степень удивления. Он пытался что-то вспомнить, но только сказал:

– Я не получал никаких сообщений. Ты просто в один день пропала, и через время продюсер сказал, что ты бросила меня, улетев с каким-то парнем.

– Ч-что? И ты в это поверил?

– А что мне ещё оставалось? Ты не отвечала на звонки, съехала с квартиры и заблокировала везде. Что я ещё мог подумать? – правда больно отозвалась внутри. Чхондун ещё пару секунд смотрел на меня, а потом перевёл взгляд на Шихуна, который даже не сдвинулся с места, гневно смотря в мою сторону. Было видно, что он закипал всё больше из-за того, что всё пошло не по его плану. – Хоть Вы и наш продюсер, но я сделаю так, чтобы это изменилось.

– Ах, ты мальчишка, ты не сможешь…! – не успел мужчина договорить, как его перебили.

– Даже если не сможет он – смогу я. – Повернув голову на звук, я увидела менеджера Ли и нескольких айдолов. Все они выглядели крайне неприветливо. Удивительно, хоть Ким Шихун и был начальником менеджера Ли, но это заявления первый воспринял в серьёз и весь сжался от злости, что аж был слышен скрип зубов.

Чхондун же отступил от меня, убрав руки с плеч, и пошел на встречу к группе, что-то им говоря. Продюсер, не обращая внимания ни на кого, вышел из комнаты с поднятой головой, порожаюсь его высокомерию. А я морально устала из-за этого разговора и, пока айдол переговаривался с другими, ушла от этой толпы и позвонила Максу. Тот сообщил, что скоро выедет машина, которая развозит персонал, поэтому я поспешила на парковку с бешеным желанием поскорее оказаться в номере и отдохнуть от того сумасшествия, которое только что произошло.

***

Думая о прошлом и о настоящем, пришла к выводу что, наверное, я не настолько сильно любила Чхондуна, как мне казалось. Может, это связанно с тем, что мы встречались относительно недолго, а, может, с тем, что мы оба были недостаточно зрелыми для чего-то более серьёзного. Тогда моя влюбленность казалась чем-то невероятно большим и сильным, а на деле оказался просто пшик, ведь, когда я столкнулась с настоящей трудностью и стеной, которая возникла между нами, я выбрала просто сбежать, а не стоять на своём, защищая наши чувства. Просто сбежала, потому что так было легче поступить. Даже сейчас легче обвинять продюсера за то, что он так поступил, чем сказать себе, что я слабачка и трусиха, которая ничего не сделала, хотя и могла. Однако уже прошло достаточно времени для осознания и принятия своей слабости. На этот раз я смогу нормально поговорить с Чхондуном, рассказать ему о своих чувствах, и мы обсудим то, что случилось, чтобы впредь никакие недомолвки не пустили корни недопонимания.

На то, чтобы осознать и поставить точку в своих размышлениях, мне понадобилось время. Прошло всего пару дней и через несколько часов мы уже возвращаемся в Корею для последнего этапа турне. За время моих раздумий Чхондун ни разу не пытался со мной поговорить, хотя я его и не избегала. Бывало, что замечала, как все в группе напряжены, но это не волнение перед выступлениями. Возможно, всё дело было в Ким Шихуне – его заявление слышали остальные, и мне не думается, что айдолы рады и уж тем более потерпят такое к себе обращение. Не знаю, как в итоге разрешиться эта ситуация, но я надеюсь, что к лучшему для парней.

Уже в Сеуле, когда все готовились к предстоящему концерту, Чхондун, увлёк меня в сторону. Он взял меня за руку и жестом попросил быть потише, видимо, дабы не привлечь к себе лишнее внимание. Мы зашли в небольшое помещение, в котором было включена освещение и на этот раз была дверь, которую мы закрыли. Я понимала, о чём должен быть разговор и, как и брюнет, не могла начать первой. Парень облокотился о ближайшую стену и засунул руки в карманы, пристально посмотрел мне в глаза и только после пары секунд прервал тишину:

– Я хочу ещё раз в более спокойной обстановке услышать почему тогда ты уехала, – серьезным тоном начал он.

Это было ожидаемо. Те ужасные чувства и эмоции теперь не давили на меня, поэтому я смогла спокойно и по порядку всё объяснить. Чхондун несколько мгновений молчал и после, резко выдохнул, опустив взгляд, и сказал:

– Понятно. До того, как ты сбежала, ничего не сообщив, мне поступило предложение от продюсера сняться в рекламе. Там нужно было не только как-то отыграть роль, но и спеть, поэтому это был хороший шанс для меня. Однако я отказался, - он снова посмотрел мне в глаза. – Из-за того, что нужно было целовать другую девушку. Я не хотел, чтобы моя первая работа была такая, ведь мы встречались. А первое публичное выступление, как никак, задаёт направление, – я нервно сглотнула образовавшийся комок. – Ким Шихун сильно разозлился из-за моего отказа. Скорее всего, поэтому он и пришел к тебе. А после того, как ты не отвечала на звонки, и я не смог с тобой связаться, у меня всё вываливалось из рук и не получалось нормально заниматься. Я постоянно беспокоился о тебе. – на мгновение брюнет остановился и, собравшись с мыслями, продолжил: – Уже не помню, как мы с продюсером разговорились и о чём, но тогда он мне заявил, что знает, где ты. Сказал: «Она бросила тебя ради другого,» – хоть я это уже и знала об этом, однако слышать о себе такое было странно и вызывало неприятные чувства. – Я тогда не поверил в ему, конечно же, и обратился в полицию, заявив о пропаже. И там же я узнал, что ты действительно покинула страну. – В его голосе были слышны отпечатки той боли, что он испытывал, когда впервые услышал это. Пауза затягивалась, я не находила рукам места, всё время теребя планшет, который был у меня в руках. Парень же смотрел в пол, его голова была опущена, а поза казалась расслабленной, может, он уже отпустил ту ситуацию. – В итоге, я снялся в рекламе, – неожиданно продолжил он. – Я так хотел отомстить тебе, – он грустно усмехнулся. – Хотя легче после этого не стало. – Возникло неловкое молчания. Я обдумывала его слова и понимала его поступки.

Уставившись на свои руки, которые держали документы, я не заметила, как ко мне подошел Чхондун. Он положил свои руки мне на плечи, привлекая к себе внимание. Вздрогнув от неожиданного прикосновения, я вскинула голову, и наши взгляды встретились. На меня что-то нахлынуло то ли прилив той нежности, с которой Даня смотрел на меня, то ли из-за собственных чувств, и я вдруг выпалила:

– Ты мне нравишься, – произнеся эти слова, я тут же покрылась румянцем, что аж кончики ушей начали гореть. Парень вскинул брови, удивившись моему внезапному признанию, но его выражение лица быстро изменилось – губы растянулись в радостной улыбке. Он быстро сократил расстояние между нами. Мои глаза расширились, от мысли, что он хочет меня поцеловать, я тут же зажмурилась, ожидая действий со стороны парня. Но через несколько секунд томительного ожидания только почувствовала, как теплый воздух слегка коснулся кожи на своей щеке. Я было хотела уже сама потянуться к нему навстречу, как брюнет прошептал:

– Я тоже тебя люблю, Сэнваль, – с придыханием проговорил он, горячим дыханием опаляя моё ухо. Мурашки прошлись по позвоночнику вдоль всего тела, и я резко отпрянула в сторону, закрывая ладонью чувствительную часть тела, ещё больше краснея.

Не знаю, как выглядело моё лицо, вот только Даня, посмотрев на меня, прыснул от смеха и сам отошел чуть назад. Он прямо светился от счастья аж глаза поблёскивали. «Этот гад ещё и веселится,» – подумалось мне, хотя я не могла по-настоящему разозлиться, радуясь, что наши чувства взаимны. Мы стояли в уютной тишине, не отходя друг от друга далеко, пока Чхондун первый не начал:

– Наш разговор ещё не окончен. Но меня, наверное, уже ищут. – Он нежно взял мою ладонь в свою и тихо добавил: – Когда это всё закончится, я приду к тебе, только подожди немного, хорошо? – я только и смогла, что кивнуть. И после моего «ответа», поцеловав меня в лоб на прощанье, он ушёл.

Дотронувшись кончиками пальцев до места, которое всё продолжало гореть от его прикосновения, я прикрыла планшетом лицо от смущения и радости, застыла не в силах сдвинуться с места ещё на какое-то время. Только через пару минут придя в себя и окончательно успокоившись, вернулась к своей работе.

***

Я держала в руках билеты на самолёт, стоя в аэропорту Сеула вместе с остальными, и не понимала почему всё так обернулось. После нашей последней встречи, мы так и не увиделись с Чхондуном. А по окончании последнего концерта всем не местным заранее выдали билеты и вознаграждение за проделанную работу. Всё это время до отлёта я ждала, пока брюнет мне напишет или позвонит. На крайняк постучится в номер отеля, ведь он мог легко его узнать. Однако этого не произошло. Я даже пару раз писала менеджеру Ли, но он не читал мои сообщения, как и не отвечал на звонки, как, впрочем, и сам айдол. Находясь в недоумении от ситуации, я решила её отпустить. (п.а.: по-другому она никак не могла знать, где находиться айдол и лично встретиться с ним, ведь агентство не разглашает информацию) «Чхондун сказал мне подождать его. Похоже мне не остаётся ничего другого,» – я успокаивала себя этими мыслями. И только после моего приезда в родной город, я узнала по новостям, что продюсера Ким Шихуна сместили с его должности и группе назначили нового. Я ожидала такое развитие этой неприятной истории и была рада, что так оно и получилось.

***

Трель мобильника раздалась на всю аудиторию. Скинув неизвестный номер, я извинилась перед преподавателем, однако телефон не умолкал, раздражая меня всё больше. «Блин, а вдруг что-то срочное?» – эта мысль не могла меня успокоить, а только больше выводила из себя, поэтому отпросившись с пары, я вышла из кабинета и отошла в сторону поближе к окну, приняла вызов.

– Да? – нетерпеливо начала я.

– А, алло? Ой, это же Зоя-ян, да? – послышался знакомый корейский голос из трубки.

– Менеджер Ли? – удивлению моему не было предела. – Что-то случилось?

– Зоя-ян! – радостно послышалось с той стороны, а вздох облегчения как-то наводил подозрения. Мужчина затараторил: – Я так рад, что смог дозвониться. Извини, что отвлекаю, но это немного срочно. Я только сейчас нашел это, поэтому не смог предупредить заранее и поэтому же ещё раз прости.

– Что? О чём Вы? За что извиняетесь? – продолжала недоумевать я. Ситуация была вне моего понимания.

– Я надеюсь, что ты присмотришь за ним. Пока расписание свободное, но всё равно позвони мне потом, ладно?

– Чего? Я Вас не совсем по… – всё это время я смотрела в окно, и мой взгляд наткнулся на парня, который отдаленно напомнил мне одного айдола. Тот был в маске, потому с третьего этажа и под таким углом не было возможности хорошо разглядеть его лицо. Но брюнет вдруг задрал голову, видимо, что-то ища, и когда он повернулся в мою сторону, я поняла, что мне всё же не показалось. – Я вам перезвоню! – выкрикнула в трубку и сбросила вызов, сообразив, что нужно побыстрее встретиться с парнем внизу иначе могло случиться что-то опасное. Побежала к лестнице и от неё на улицу, позабыв, что сейчас идёт пара. Уже за приделами университета я отыскала корейца глазами и двинулась к нему навстречу, маша рукой, чтобы тот меня заметил. Парень обратил на меня внимание и хотел было стянуть маску, как я резко сократила расстояние и остановила его, пока ничего непоправимого не произошло. – Ты в своем уме?! – шёпотом начала я на него кричать. – Что ты вообще здесь делаешь? Ты должен быть в Корее!

На это заявление Чхондун лишь тепло улыбнулся и, не обращая внимание на мое возмущение, сказал:

– Всё, наконец, закончилось и, вот, я пришёл к тебе, – после небольшой паузы он сжал мои ладони, добавив: – Ты будешь моей девушкой? – я потеряла дар речи, застыв, чем и воспользовался этот хитрожопый, поцеловав меня. – Я буду воспринимать твоё молчание, как знак согласия. – Он сжал меня в своих крепких объятиях, прошептав: – Я люблю тебя.

От этих слов я растаяла и, обняв любимого в ответ, сказала:

– Я тоже.

Этот момент запомниться мне надолго. Я прогуляла все пары, только забрав рюкзак на перемене, и провела весь день с Даней. Наконец-то наступил этот долгожданный момент. И пусть весь мир подождет!