Новое солнце

Глава 0. Пролог

— Меня зовут Радомир Вейланд.

И да — я в другом мире.

А чем я занят прямо сейчас?

Сижу на туше огромного шестилапого ящера, пью сладкий эль из металлического кубка и смеюсь вместе со своими друзьями.

Мёртвый монстр подо мной ещё не остыл, а на небе уже загораются две луны.

Но… давайте я расскажу вам всё с самого начала.

Том 1. Глава 1. Когда солнце светит ярче

Когда Радомиру было двенадцать, его жизнь была простой — и, по-своему, идеальной.

Он жил с отцом, Ильёй Вейландом, в небольшом городке на окраине Лондона. Дом был старый, но уютный: скрипучие половицы, запах кофе по утрам и старые книги на каждом подоконнике.

Отец всегда смеялся громко, от души, а его руки пахли машинным маслом и табаком. Он был инженером, но больше походил на волшебника мог починить всё, от часов до самолёта.

Иногда по вечерам они сидели на крыше дома и смотрели, как солнце уходит за горизонт.

— Запомни, Радик, — говорил отец, закуривая сигарету, если тебя ударили — ударь вдвое сильнее. Но не кулаком. Сердцем.

— Сердцем? — смеялся мальчишка.

— Да. Только сильный может оставаться добрым.

И это был его главный урок.

Но однажды солнце зашло и больше не вернулось. Рак мозга забрал отца быстро, словно вырвал кусок жизни.

После госпиталя Радомир ещё несколько дней оставался дома один. Соцслужба звонила и приходила, пытаясь убедить, что мальчик должен поехать в приют. Ему объясняли, что мать умерла при родах, а отец был один. Он слышал их слова, но не мог представить, что покинет дом, где жил с отцом. Внутри всё дрожало, сердце сжималось от пустоты.

На похоронах Радомир стоял один. Пальцы крепко сжимали серебряный кулон — внутри две фотографии: на одной мать Ариана, светловолосая женщина с мягкой улыбкой, на другой он и отец, смеющиеся на фоне старого дома.

Дождь шёл тихо, будто не хотел мешать его тишине. Грудь сжимала такая пустота, что хотелось кричать, но голос не поднимался.

Он вспомнил слова отца о том, что даже в самые тёмные дни солнце найдёт путь, и поднял глаза к небу, где на мгновение пробился солнечный луч.

Мир дрогнул. Земля под ногами исчезла. Радомир почувствовал, как тело словно растворяется в воздухе, а сердце ушло в пустоту.

В следующее мгновение он уже стоял посреди огромного зелёного поля. Воздух пах пшеницей и чем-то сладким, как мёд. Всё было окружено холмами, а вдалеке блистали высокие башни с золотыми крышами, словно подхваченные светом солнца. Лёгкий ветер играл травой, шурша как море листьев.

Перед ним отряд рыцарей в тёмно-серых доспехах. Металл их лат отражал холодное солнце, а над шлемами развевались знамена с изображением золотого колоса на белом фоне.

Один из мужчин широкоплечий, с проницательным взглядом и серебряными прядями в волосах подошёл ближе. Он что-то сказал, но Радомир не понял ни слова.

Тогда незнакомец поднял руку, и воздух вокруг задрожал звуки, буквы, смыслы начали складываться в единый поток. Теперь он понимал.

— Меня зовут Аринор Эстель, — произнёс мужчина, я Архимаг королевства Санвельд. Добро пожаловать, юный странник. Ты пересёк завесу миров.

Радомир ошарашенно молчал. Аринор объяснил ему, где он находится: в мире Эрна.

— Пройдём со мной, я отведу тебя к нашему королю, он объяснит всю ситуацию лучше меня, — сказал Архимаг.

И после недолгого пути, проходя через невероятно прекрасные зелёные поля, Радомир стоял в тронном зале, окружённый величественными колоннами и мягким светом свечей. Перед ним сидел король Энлион Львенос. Высокий, с бронзовой кожей и золотой гривой волос, он был величественен и одновременно человечен. Его глаза — глубокие янтарные — излучали тепло и силу. Радомир невольно сравнил его с львом: грациозный, гордый и могучий, но с мягкой заботой в взгляде.

Рядом с ним — женщина невероятной красоты, словно чистое небо над морем. Длинные волосы переливались серебристо-голубым сиянием, глаза были как прозрачные лагуны, а голос тихий, но отзывающийся эхом в сердце.

Энлион посмотрел на Радомира с теплотой и глубиной, в которых таилась и доброта, и тяжесть пережитого. Его низкий бархатный голос звучал уверенно и спокойно:

— Мы призвали тебя как героя, Радомир. Наш провидец предвидел будущее: скоро появится враг с силами, которых мы ещё никогда не встречали. Сил героя и всех королевств вместе будет недостаточно для победы. Один из королей предложил вызвать героя из другого мира. Я принял это решение.

Он сделал паузу, чтобы дать Радомиру время переварить слова.

— Если ты не будешь готов, мы сможем вернуть тебя домой.

Радомир слегка опустил глаза, чувствуя, как тяжело ему говорить.

— Я… я… я не знаю… — проговорил он тихо.

Энлион кивнул, понимая молчание мальчика:

— Возьми время, чтобы подумать.

Король внимательно посмотрел на него и поинтересовался:

— Почему вся твоя одежда чёрная?

С тяжестью в груди Радомир ответил:

— Я был на похоронах моего отца… А матери я своей не знал — она умерла при моём рождении.

В этот момент он отшатнулся назад, заметив нечто необычное. Слёзы стекали по лицу короля, и Радомир ощутил тепло и заботу в его взгляде.

— Прости, что призвал тебя в самый неподходящий момент, — тихо сказал Энлион, склонив голову.

Рядом с ним королева склонила голову, выражая сожаление. Её глаза были полны сочувствия, а голос тихо касался души:

— Мы глубоко сожалеем о твоей утрате.

Позже Радомир узнал, что королеву зовут Серелина Айрин.

Его провели в покои. Комната была просторная и уютная, но с изысканностью, которой Радомир раньше не видел. Высокие окна пропускали мягкий солнечный свет, который переливался на полах из тёмного дерева. В углу стояло большое кресло, рядом с ним — камин с едва тлеющими углями. На стенах висели полотна с пейзажами странного и прекрасного мира, а на полках — книги с толстыми переплётами и необычными символами. Тёплое постельное бельё и мягкие подушки обещали покой, и Радомир с трудом поверил, что он действительно оказался в другом мире.

Он лёг на кровать, закрыв глаза, и впервые за долгое время позволил себе почувствовать усталость и облегчение. Но мысль о том, что впереди неизвестность, не покидала его.

Он не знал, что этот мир изменит его навсегда.

Том 1. Глава 2. Гость под солнцем Санвельда

Радомир проснулся ранним утром. Лучи солнца просочились сквозь лёгкие занавеси и разрисовали пол полосами света. Он на долю секунды растерялся, а затем вспомнил: это не сон — он в другом мире.

Он потихоньку встал и нашёл умывальню. Холодная вода ударила по лицу, прояснила мысли. В зеркале смотрелся мальчишка двенадцати лет: чёрные, чуть волнистые волосы, которые взъерошились после сна; большие серо-голубые глаза, в которых ещё лежали следы недавней усталости; детское лицо без намёка на щетину; небольшая родинка у виска. На шее поблескивал серебряный кулон с двумя фотографиями — единственная часть прежней жизни, которая никогда не казалась Радомиру такой тяжёлой, пока он не держал её в руке на похоронах.

— Значит, это правда, — прошептал он, глядя в стекло.

Вдруг дверь приоткрылась, и в комнату вошла женщина с подносом. Радомир выходя из умывальни увидев её дернулся, испугался и убежал назад. От страха он побежал обратно в умывальню и захлопнул дверь.

Снаружи послышался звонкий голос:

— Эй, всё в порядке? Я не кусаюсь!

— Кто ты? — прохрипел он из-за двери, пытаясь звучать решительнее.

— Я — Лаура, — ответила девушка. — Король назначил меня в помощники. Можешь выйти? Я принесла завтрак.

Он на вдохе открыл дверь и застыл: перед ним стояла удивительная женщина — у неё было шесть рук, по три с каждой стороны, движения их были быстрыми и ловкими. Антенны на голове легко наклонились к свету. Кожа отливала перламутром, глаза — зелёного цвета, с вертикальными зрачками. Но в целом её черты были мягкими и игривыми, а рот имел форму постоянной улыбки.

От неожиданности Радомир снова почувствовал, как сердце колотится в груди. Она поставила поднос на стол и, заметив его смущение, весело произнесла:

— Я знаю, выглядит непривычно. Но я — получеловек. Мы полулюди имеем черты разных животных, я как ты видишь имею черты насекомых не самый приятный вид, зато могу делать несколько вещей сразу —слегка посмеялась Лаура. Можешь не бояться, мы не едим гостей.

— Лаура? — повторил он осторожно.

— Просто Лаура, — улыбнулась она. — У нас фамилий обычно нет.

Она разложила угощение: керамический стакан с напитком от которого шёл запах свежих фруктов, ломтики хлеба с яйцом и запечённые фрукты с корицей и мёдом. Всё пахло по-домашнему и одновременно — странно для его уличного носа: смесь трав, мёда и пряностей, которых он никогда не пробовал.

— Можно задать вопрос? — спросил Радомир, всё ещё отходя от первоначального испуга.

— Спрашивай, — ответила Лаура. — Я всё знаю… или почти всё.

Он сел и выпил глоток напитка. Ему стало немного легче.

— Что такое Эрна? — выдавил он наконец.

Лаура устроилась поудобнее и начала рассказывать тихим, вкрадчивым голосом, который казался уверенным:

— Эрна — так называется наш мир, в нём есть восемь королевств. Каждое королевство — это жизнь, ремесло и свой характер. Я расскажу тебе вкратце:

Санвельд — королевство людей. Королевство в котором мы с тобой находимся, у нас есть плодородные поля, множество рынков. Когда другим королевствам нужна провизия — они обращаются к нам и мы всегда готовы помочь, так же наше королевство всегда рада другим расам и народам.

Дургрим — королевство дворфов. Их королевство находится прямо в горах внутри они возводят свои крепости, кузницы и мастерские, где они могут создать почти всё что угодно если правильно их попросить, они мастера на все руки, скоро ты с ними познакомишься .

Элтория — дом эльфов. Их дом это лес, и множество троп проходят через их территорию. Эльфы известны своими навыками убийства в этом им почти нет равных, они мастерски владеет луком и стрелами, копьями и короткими клинками. Их лучше не делать своими врагами.

Гирнам — королевство гоблинов. Гоблины невероятные изобретали всё из королевство состоит из шестерёнок, а двигается всё на пару, они никогда не стоят на месте всегда пытаются найти новый путь в развитии.

Миррен — водный мир морских жителей. О них я знаю мало, они живут в глубинах океана и способны разговаривать с течениями давая им направления, они часто помогают судовым кораблям, и часто их топят.

Скайлендия — небесные люди, что соседствуют с ветрами и облаками. Живут на небесах, буквально их королевство парит в небе. Сильны в магии ветра и в пении, их голос может быть как прекрасным так и крайне опасным, наша королева из небесных людей.

Вальгард — земли гигантов, где мощь измеряется в шагах, а своды гор — их дома. Сильнейшее королевство в плане физической силы, говорят достаточно трёх гигантов чтобы одолеть дракона, но в живую гигантов я сама не видела.

Некрасия — тёмные земли демонов и разных тварей. Раньше враждебные, теперь искупившие свою вину и ищущие мир. Я родом от туда.

— Эх, дом милый дом

— Рас много? — спросил Радомир.

— Больше, чем можно пересчитать пальцев на твоих руках, — улыбнулась Лаура.

— Иногда появляются новые виды. Мир живёт и меняется.

Радомир осмотрел комнату и заметил знамя, аккуратно повешенное у изголовья кровати: золотой колос сиял на тёмно-зелёном полотнище. Он потянулся и провёл пальцем по вышитому орнаменту.

— Что это? — спросил он.

Лаура вздохнула, и её голос стал чуть тише — будто она рассказывала сказку:

— Это символ Титана жизни. Давным-давно, — она сделала драматическую паузу, по легенде на эту землю упал раненый Титан. Он не умер, а заснул. Его тело стало почвой — его дыхание стало ветром, а слёзы — дождём. Земли Санвельда питаются его энергией. На его теле было воздвигнуто королевство.

— То есть… мы живём на теле титана? — спросил Радомир.

— Да. — Лаура покивала головой. — И пока он спит, у нас не бывает больших проблем с урожаем.

Радомир ощутил странное волнение: мысль о гиганте под полями казалась одновременно пугающей и успокаивающей.

— А магия? — спросил он дальше. — У вас есть магия?

Лаура рассмеялась, слегка опешив родом его изъяснения:

— Конечно. А у вас нет?

— Нет, — ответил Радомир. — У нас — машины, электричество, телефоны… всё от логики и проводов.

Лаура на минуту задумалась, затем объяснила, что магия в Эрне — это не просто трюки, а дар, тесно связанный с душой:

— Магия идёт от внутренней искры, — начала она. — Чувства, воля и память питают её. У нас есть школы магии, и они развивались веками.

— Основные направления, которые знают все, — элементальные стихи: огонь, вода, земля, воздух и прочее. Источником нашей магии является душа — работа с эмоциями и памятью, чем лучше ты ими владеешь, тем легче тебе даётся магия. У разных рас — свои приёмы: дворфы хранят свои кузнечные секреты, небесные — через голос и ритм сердца, морские — через течения.

— А волшебные палочки есть? — спросил Радомир, вспоминая книжные образы.

Лаура хихикнула:

— Палочками не пользуются уже двести лет, — рассмеялась Лаура. — Сейчас маги используют кое что надёжнее палочек. Господин Аринор расскажет тебе о магии лучше меня.

— Магией владеют не все, — добавила она серьёзно. — Может, один из пяти. Но есть и те, у кого в крови искра титана — они и вовсе особенные.

— А король? Он маг? — не унимался мальчик.

— Нет, — ответила Лаура. — Его сила не в магии — сказала Лаура.

— Его сила — иного рода: сопереживание, долг и нечто, что от части связано с титановской кровью в его жилах. Он не произносит заклинаний, но его присутствие меняет всё окружение. Он правит уже пятьдесят шесть лет; когда он вернулся в королевство он сверг старого короля, Валдиса Завоевателя — жестокого и алчного короля. Энлион сделал это не ради власти, а чтобы остановить страдания. Он часто плачет, за что и получил своё прозвище Плачущий Лев— его слёзы считают не слабостью, а силой. Многие короли его уважают.

— Сколько ему лет? — спросил Радомир, ошарашенный сроком его правления.

— Сто шестьдесят три, — ответила Лаура спокойно. — В его крови — кровь титанов. Вот почему он живёт так долго и почему люди в нём видят не только короля, но и символ Санвельда.

— Кровь Титанов?.. — проговорил Радомир, едва слышно.

— Да. В мире есть потомки титанов и те, чья кровь носит в себе следы вечности… Но как это случилось — знают немногие.

— А королева? — спросил мальчик.

— Серелина Айрин, — Лаура склонила голову, голос стал мягче. — Она из Скайлендии, владеет магией ветра и музыки. Когда она поёт, небо будто слышит её и очищается. Она — равновесие Энлиона.

Разговор продолжался: Лаура рассказывала про праздники Санвельда, про то, как местные дети учатся чтить землю Титана, про обычаи на жатву и про гвардию, что носит львиную символику. Радомир слушал, задавал вопросы и иногда молчал, глядя в окно на плавные линии полей.

Когда завтрак кончился, Лаура заглянула на него, улыбнулась и спросила:

— В этой одежде пойдёшь? Или хочешь, чтобы я подобрала другой наряд?

Он посмотрел на чёрные похоронные одежды, которые до сих пор казались ему частью боли. Сердце защемило, и он ответил едва слышно:

— Я… хотел бы что-нибудь другое что-нибудь свободное и обычное.

— Подожди тут, — сказала Лаура, поднявшись. Через несколько минут она вернулась с простой, но удобной одеждой: тёмные штаны, свободная белая рубаха и жилет тёплого охристого цвета. Без дворянских украшений, но аккуратно и прочно — то, что подошло бы подростку, не желающему выделяться.

— Вот, — протянула она. — Надень.

Он надел одежду и почувствовал, что ей легче дышится. Это было не решением стать кем-то иным — просто маленький шаг к новому дню.

— Хочешь пройтись по замку? — спросила Лаура. — Я покажу библиотеку, зимний сад и место, где по утрам собираются стражи.

Он кивнул. В окно выглянуло утреннее солнце, поля блестели, и где-то вдали лениво пролетала птица необычной формы. Радомир почувствовал, как в груди что-то потеплело — не смех, и не боль, а тихая надежда.

— Пойдём, — сказал он, и впервые за долгое время внутренняя пустота стала чуть меньше.

После утреннего завтрака с Лаурой они решили пройтись по замку. Лаура шла уверенно, её шесть рук двигались плавно, как будто она всю жизнь танцевала под невидимую мелодию. Волосы собранные в пучок на затылке блестели, как хитиновая корона.

— Этот коридор ведёт к кухне, — произнесла она, указывая одной рукой, а другой поправляя поднос на спине. — Здесь готовят блюда для всех кто находится в замке. У нас лучише, повара — восьми королевствах. Ну я так думаю в других я ещё не была, а на своей родине я питалась только сырым мясом.

Из кухни доносились запахи свежего хлеба, пряностей и жареного мяса. Дальше была оружейная — холодная, как зимний ветер. Стены украшали щиты, копья и мечи с древними рунами. На одном из них было выгравирован золотой колос — символ королевства.

— А это столовая, — сказала Лаура, расправив плечи. — Здесь король иногда ест вместе со стражей. Говорит, что так лучше чувствует народ.

Радомир шёл рядом, не зная, куда смотреть: на высокие потолки которые переливаются красками, на окна с цветными стеклами или на зеркальные полы, где отражалось всё величие замка.

Они вышли в сад. Там всё цвело — огромные цветы с лепестками, переливающимися как перламутр, и кусты, пахнущие мёдом. Посреди сада играл мальчишка с тёмной кожей и светлыми глазами. Он заметил Радомира и подбежал.

— Ты тот призванный герой, что поможет нам? — спросил он с неподдельным интересом.

Радомир замялся, почесал затылок и ответил:

— Да... наверное. Я пока не знаю. Меня зовут Радомир Вейланд. А тебя?

— Аргор Львенос! — гордо произнёс мальчишка. — Я сын короля и будущий правитель Санвельда. Но пока мне всего восемь.

У Аргора были короткие вьющиеся волосы, бронзовая кожа и золотистые глаза, в которых сверкали задор и любопытство.

В этот момент из глубины сада раздался нежный, почти певучий голос:

— Арги, с кем ты разговариваешь?

Из-за кустов вышла женщина — высокая, с серебристо-голубыми волосами и глазами цвета прозрачной лагуны. От неё веяло теплом, и голос звучал так, словно сама природа внимала ей.

— О, это же наш юный гость, — сказала она, улыбаясь. — Добро пожаловать в Санвельд.

Лаура сразу же поклонилась, и Радомир поспешил повторить за ней.

— Не нужно, — мягко сказала женщина. — Ты наш гость, а не подданный.

Это была Королева Серелина Айрин, супруга плачущего льва. Она подошла ближе, и Радомир почувствовал, как внутри всё затихло. Её присутствие было похоже на теплый свет — спокойный и родной.

— Арги, ты не шалишь? — спросила она сына, глядя на него с лёгкой улыбкой.

— Я? Нет! Мы просто разговаривали! — оправдался он.

— А наш герой не испугался моего непоседы? — обратилась она к Радомиру.

— Нет, — смущённо ответил он. — Он... добрый.

Королева рассмеялась. Смех её звучал, как журчание ручья.

— Я рада. Видишь, Арги, даже гость тебя похвалил.

Пока Радомир разговаривал с ней он не мог понять что это за чувство внутри него.

После непродолжительного разговора Серелина посоветовала им пройтись по северной части замка.

Они поклонились и пошли дальше.

Северная часть замка отличалась — здесь было прохладнее, стены украшали гобелены с изображениями древних битв. Встречались дворецкие в строгих серых одеждах, рыцари с гербами колоса на груди. В воздухе витал запах чернил и металла.

— А что находится в северной части? Спросил Радомир.

— Здесь покои господина Аринора, — сказала Лаура, останавливаясь у массивных дверей, украшенных серебряными рунами.

По коридору пробежал мужчина в плотно сидящей на нём одежде. Это был Аринор, Архимаг королевства. Его седые волосы были собраны в узел, глаза — спокойные, глубокие, словно он видел всю жестокость мира.

— Я ждал твоего визита, — сказал он, взглянув на мальчика. — Лаура, оставь нас.

Они вошли в просторную комнату. Вдоль стен стояли стеллажи с книгами, сосуды с кристаллами и пыльные карты звёздного неба. На полу — круг из светящихся рун.

— Ну что, уже поговорил с Лаурой о магии? — спросил Аринор.

— Да. Она рассказала про элементы, душу и эмоции... И сказала, что вы объясните, почему вы не пользуетесь палочками.

Аринор тихо засмеялся:

— Палочки? Мы отказались от них двести лет назад. Они были ненадёжны. Их можно было сломать или отобрать. Теперь мы носим магию в себе.

Он снял перчатки — на его ладонях светились сложные узоры, словно живые линии.

— Это руны, — объяснил он. — Когда-то мы расплавили старые палочки и соединили их с кровью. Эльфы помогли сплести узоры, дворфы создали металл с помощью которого руны будут наносится на кожу. Так родилось Клеймо мага. Оно у каждого разное — клеймо отражает душу.

— А как вы его получаете? — спросил Радомир, не отводя взгляда.

— Каждый будущий маг создаёт свой узор. Он ломает выданную ему палочку до щепок, наполняет её энергией, и она принимает форму — символ его сущности. Потом этот знак навсегда прижигается к телу, это больно но терпимо.

Аринор подошёл к полке и взял цветок, сиявший синим светом.

— Если он загорится в твоих руках — значит, у тебя есть дар к магии.

Радомир осторожно взял цветок. Он ждал… но ничего не произошло.

Тишина.

— Увы, — мягко сказал Аринор. — Видимо, магия не услышала твоё сердце. Но не расстраивайся. Значит, тебя будет наставлять...

В этот момент где-то в коридоре раздался шум — грохот, шаги и резкий девичий голос:

— Где он?!

Аринор вздохнул:

— А вот и она...

— Кто? — Отшатнувшись назад спросил Радомир.

— Если ты внимательно слушал пророчество что тебе сказал король "сил героя недостаточно", это герой нашего мира.

Дверь распахнулась, и в комнату влетела рыжеволосая девочка, волосы — в беспорядке, глаза карие. На ней была короткая туника с ремнями и ожогами от тренировок. Девочка была на вид его ровесницей.

— Так вот ты какой, второй герой! — сказала она, уперев руки в бока.

— Радомир, — представился он растерянно.

—Рейса, — ответила она, слегка улыбнувшись. — Ну что ж... посмотрим, чего ты стоишь.

Аринор только покачал головой с лёгкой улыбкой.

Так началось их знакомство — двух героев, которых судьба связала в мире Эрны.

Том 1. Глава 3. Первые синяки и ссадины

Радомир очнулся в лазарете. В помещении царила полутьма, лишь слабое сияние лампы освещало небольшой участок комнаты. Воздух пах целебными травами и старым деревом. Тело ныло, особенно бока, и он никак не мог вспомнить, как оказался здесь.

— Эй… здесь кто-нибудь есть? Лаура? — хрипло позвал он.

Ответом стали тяжёлые шаги, приближавшиеся из тьмы. Сердце Радомира забилось чаще.

— Не бойся, — раздался грубоватый женский голос. — Я королевский лекарь. Тебе уже легче?

— Думаю, да… только тело всё болит. А как я сюда попал?

— Хе-хе, — хрипло усмехнулась женщина. — Видать, память тебе отшибло. Вчера в покоях Аринора ты познакомился с Рейсой, нашим героем. Ну и она, как видимо, решила проверить, на что ты способен. Вот и ввязалась с тобой в драку. Не часто дерёшься, а?

— Редко, — ответил Радомир, смутившись. — Я больше отцу помогал с работой, чем по улицам бегал.

— Ясно. Избила она тебя знатно, пару рёбер сломала. А потом ты, теряя сознание, ударился головой об стол — вот и провал в памяти. Аринор, конечно, наказал её за неподобающее поведение, — сказала она уже мягче.

— Понятно… А как вас зовут?

— Можешь звать меня просто Мартой.

— Спасибо, что вылечили меня, Марта.

— Ерунда. С моей магией исцеления это минутное дело. — Голос её звучал с гордостью, но в нём слышалась усталость.

Радомир задумался:

— Значит, бывает и такая магия? Лечащая?

— Конечно, мальчик. Магия — вещь многоликая. Есть поддерживающая — лечение, защита. Есть боевая — огонь, молнии, проклятия… — Марта немного помолчала, затем добавила: — А есть та, о которой лучше не говорить. Запретная. Она способна стереть целые города, изменить землю. Но стоит она слишком дорого — жизнью, здоровьем, иногда душой.

Силы магии делятся на уровни:

1. Базовые заклинания — ими владеют все маги.

2. Высшие заклинания — доступны архимагам, как Аринор. Их мощь так велика, что одолеть их можно только целой армией.

3. Мировые или же запретные заклинания — запрещены всеми восемью королевствами. Их сила настолько велика, что может стереть целое королевство, а после применения изменяется ландшафт.

Радомир некоторое время молчал, переваривая услышанное.

— А почему вы стоите в тени? — наконец спросил он.

— Боюсь, мой вид тебе не понравится, — усмехнулась она.

Радомир покачал головой.

Долгая пауза. Потом Марта тихо сказала:

— Ну что ж… — и шагнула в тусклый свет лампы.

Половины её лица словно не существовало — кожа обуглилась, глаз отсутствовал, вместо щеки тянулись шрамы. Но в одном уцелевшем глазе горело тепло, не свойственное тем, кто пережил такие раны.

Радомир не вздрогнул. Он просто смотрел, спокойно и даже с сочувствием.

— Ты не боишься? — удивилась она.

— Нет. Вы ведь помогли мне… Спасибо, Марта. — На этот раз смотря прямо ей глаз сказал Радомир.

Она тихо улыбнулась:

— Ложись спать. Утром всё заживёт.

Он послушно закрыл глаза, и сон быстро унёс его прочь.

Утро

Проснулся Радомир от солнечного света, пробившегося сквозь узкое окно. Рядом сидела Лаура — как всегда бодрая и собранная.

— Доброе утро, — сказала она с лёгкой улыбкой.

— Доброе, — пробормотал он, потягиваясь. Боль в теле исчезла.

— А где Марта? — спросил он, оглядываясь.

— Кто? — удивилась Лаура.

— Лекарь. Женщина что лечила меня…

— Описал он её внешний вид.

Лаура засмеялась:

— Ну и сны тебе снятся. В лазарете нет врачей, все раны здесь лечатся чарами, которые наложены на стены.

Радомир хотел возразить, но Лаура уже встала:

— Никаких “но”. Завтрак ждёт, а потом — тренировки.

Радомир одевшись отправился с Лаурой в зал трапезной, встретил их запах свежего хлеба и жареного мяса. За длинным столом сидели несколько воинов и учеников, оживлённо переговариваясь. Лаура усадила Радомира напротив себя.

— Ешь больше, тебе сегодня понадобится силы, — сказала она, подавая ему тарелку с жареной картошкой с мясом и горячий чай.

Радомир ел молча, ощущая, как в груди появляется лёгкое волнение — сегодня начнётся его первая тренировка.

После недолгого завтрака, они прошли по длинному коридору и вышли на просторное поле. Вдали слышались удары мечей, крики и стук щитов. Рыцари в доспехах отрабатывали связки ударов. Воздух пах металлом и потом.

— Не сюда, — сказала Лаура. — Для вас, героев, есть отдельная площадка.

Они прошли через массивную дверь с выгравированным символом солнца и вышли на специальное поле. В центре стояла Рейса, вокруг неё земля была обожжена, воздух дрожал от происходящего. Аринор тихо объяснял ей что-то, и Радомир почувствовал жар, исходящий от огня вокруг девочки.

— Привет, — сказал Радомир, робко подходя. — Что мне делать?

— Второй пришёл! — воскликнула Рейса. — Потягай камни, тебе нужно натренировать мышцы.

Аринор строго посмотрел на Рейсу.

— Рад видеть тебя целым и невредимым. Пока можешь начать с разминки

Радомир разминался, наблюдая, как Рейса контролирует огонь. Земля вокруг неё раскалялась, воздух стягивал лёгкие. Она с трудом держала концентрацию и, покачнувшись, едва не потеряла сознани

— Уфф… на этот раз было дольше… что теперь?

— Отдохни, — коротко сказал Аринор.

Подойдя к Радомиру, он спросил:

— И как тебе увиденное?

— Круто! — сказал Радомир с улыбкой. — У неё талант к магии?

— Нет, — ответил Аринор. — Это её дар героя: управлять огнём. Я лишь помогаю контролировать его.

— Значит, и у меня есть такой дар? — удивился Радомир.

— Когда-нибудь он проявится, — спокойно сказал Аринор.

— Твой наставник пока отсутствует в королевстве. Но я могу научить тебя основам фехтования, — сказал он спокойным голосом.

— Твой наставник — человек, который ближе всего к королю и из-за чего его часто не бывает, но всё, что я могу тебе показать, поможет подготовить тело и дух.

Когда мышцы разогрелись, Аринор велел подойти к стойке с мечами.

— Выбирай.

Радомир посмотрел — были деревянные и железные. Он потянулся к железному.

— Не тяжеловат? — спросил Аринор.

— Тяжело… но я хочу сразу настоящий, — ответил мальчик, едва удерживая меч.

Аринор сдержанно улыбнулся:

— Хорошо. Тогда смотри внимательно.

Он показал базовые движения фехтования на манекенах: атака, защита, постановка ног, шаги. Время тянулось медленно. Солнце поднялось высоко, потом стало клониться к горизонту. Пот стекал по лицу, руки дрожали. Лаура время от времени поправляла его стойку.

Тем временем Рейса вновь тренировала свой огонь под присмотром Аринора. Пламя вспыхивало вокруг неё, нагревая землю. Радомир с завистью и восхищением наблюдал за ней.

Когда тренировки подходили к концу, Аринор ушёл первым.

— Ну, — сказал Радомир, подходя к Рейсе. — Давай ещё раз попробуем.

— Ты второй — насмешливо сказала она, глядя на него сверху вниз. — Ты даже не похож на героя.

— Я пока сам не знаю герой ли я, — ответил он.

Она усмехнулась, толкнула его плечом и пошла прочь.

— Давай сразимся ещё раз! — крикнул Радомир.

Она повернулась и усмехнулась:

— Ладно, второй. Посмотрим.

Лаура стала секундантом.

— Побеждает тот, кто первый окажется на спине, — сказала она.

Мечи скрестились. Звук металла разрезал тишину.

Рейса двигалась быстро, уверенно. Радомир защищался как мог, но удары сыпались один за другим. Он спотыкался, но не сдавался, делая попытки контратаковать.

— Хорошо дерёшься для новичка, — усмехнулась она.

— Спасибо, — выдохнул он, едва удерживая меч.

Она резко изменила стойку, и Радомир понял — что-то сейчас произойдёт. Вокруг неё воздух начал дрожать, становясь горячим.

— А как тебе такое? — сказала Рейса.

Пламя вспыхнуло, земля под ногами зашипела. Воздух стал обжигать кожу. Радомир едва мог дышать.

— Не… могу… дышать — прохрипел он и внезапно Рейса рывком выбила меч из его рук и толкнула его, и он упал на землю. Она победила.

Лаура подняла руку:

— Победа за Рейсой!

Рейса, не глядя, отвернулась и пошла прочь.

Радомир остался лежать. В глазах стояли слёзы.

— Ты как? — подошла Лаура, присев рядом.

— Я… выиграю. Обязательно выиграю, — прошептал он. — Буду тренироваться. Каждый день.

Лаура улыбнулась:

— Тогда я тебе помогу.

Прошло несколько дней тренировок. Радомир уже ощущал боль от первых мозолей, ссадины и синяки на теле. Каждое утро начиналось с разминки, затем фехтование, потом медитация. А вечерами — ужин, разговоры с Лаурой, обсуждение ошибок и новых приёмов, крепкий сон.

Он видел, как Рейса всё лучше контролирует огонь, как Аринор терпеливо подсказывает ей, как Лаура поправляет его стойку и хват. С каждым днём он становился сильнее, терпеливее и увереннее.

Том 1. Глава 4. Тени пророчества

Прошло несколько дней с начала тренировок.

Радомир уже привык к боли в мышцах и постоянной усталости, но теперь его терзали не тело, а мысли

Каждую ночь он просыпался с одним вопросом — почему именно он оказался здесь

Иногда, в полусне, ему снились голоса — далекие, как будто зовущие из прошлого.

Он видел серое небо, гул шагов, и чьи-то руки, что пытались увести его за дверь.

Ещё тогда, когда пришли люди из опеки. Они говорили что-то про “новое место”, “новую жизнь”, но Радомир помнил только холод и пустоту.

С тех пор он боялся, что всё, что дорого, однажды исчезнет — просто потому, что кто-то решит так?

Эта мысль не давала покоя. И однажды утром он решил: пора поговорить с королём.

— Ты уверен? — спросила Лаура, когда он сказал ей о своём намерении.

— Да, — коротко ответил Радомир. — Я должен понять, зачем меня призвали.

Дворец в утреннем свете казался бесконечным. Каменные своды отражали их шаги, а на стенах висели гобелены — сцены из древних времён, где могучие великаны стояли среди зелёных долин и сияющих рек.

Король Энлион находился в Зале Совета — просторной комнате с высоким куполом.

Он стоял у длинного стола, заваленного картами и свитками, и, услышав шаги, обернулся.

Радомир всегда поражался его внешности. Янтарные глаза — глубокие, как закатное солнце, — казалось, видели дальше, чем дозволено человеку. В них жила усталость и что-то ещё… будто он несёт боль целого народа. Волосы — цвета потускневшего золота, лёгкие морщины у глаз, величие без тени гордыни.

— Радомир, рад тебя видеть, — сказал он с тёплой улыбкой. — Как проходят тренировки? Аринор доволен?

— Да, ваше величество, — ответил Радомир, чуть склонив голову. — Всё... непросто, но я стараюсь.

— Это верный путь, — кивнул Энлион. — Тот, кто идёт без трудностей, идёт не туда.

Они помолчали немного. Радомир рассматривал витражи, где были изображены странные фигуры — то ли люди, то ли нечто большее.

— Ваше величество… — он запнулся. — Простите, если вопрос глупый, но… у вас есть боги?

Король приподнял брови.

— Боги? Что это?

Радомир замялся, подбирая слова.

— Это… те, кто создал наш мир. Кто наблюдает за людьми, наказывает и защищает. Кто-то верит, что они живут на небе, кто-то — что внутри нас.

Король задумался.

— Хм. Похоже на наших Титанов. Но мы не молимся им. Они не ждут поклонения — только памяти.

Когда-то, по преданиям, Титаны спустились из-за граней мира и наполнили землю дыханием. Они дали росткам силу, научили человека говорить, а потом одни исчезли, одни пали в вечный сон как наш.

Говорят, что после их ухода мир стал тише… но и слабее.

— И вы не знаете, как это с ними произошло? — спросил Радомир.

— Нет. Одни говорят, что они дали нам начало и ушли чтобы мы довели всё до конца, другие — что они начали убивать друг друга. С тех пор всё, что у нас осталось, — лишь их следы и память.

Радомир молча кивнул.

Некоторое время они оба стояли в тишине, слушая, как сквозь купол проникает лёгкий гул ветра.

Потом Радомир набрался храбрости:

— Ваше величество… скажите, что вы знаете о пророчестве?

Король тяжело вздохнул.

— Не так много, как хотелось бы. Знаю то что в грядущей тьме, будет пролито много крови и наших сил будет недостаточно, поэтому мы и призвали тебя Радомир.

— Эта тьма, это какой нибудь враг?— спросил Радомир.

— Возможно. Но кто он — никто не знает. Даже провидец, что видел грядущее, говорит об этом туманно.

Мальчик посмотрел на свои ладони, на которых от тренировок появились мозоли.

— Может… если я встречусь с ним, он скажет больше? Может, из-за моего прихода пророчество станет понятней.

Король пристально посмотрел на него.

— Это опасно, Радомир. Провидец живёт далеко от нашего королевства. И те, кто хочет увидеть его, увидят лишь смерть.

— Я всё равно хочу, — тихо сказал Радомир. — Я должен знать, что меня ждёт.

Долгое молчание. Потом Энлион кивнул.

— Хорошо. Завтра утром ты отправишься к провидцу.

Но запомни — не каждый ответ приносит спокойствие. Иногда истина лишь делает тьму ближе.

Когда Радомир уходил, солнечный луч упал на мозаичный пол, и ему показалось, что тень короля начало меняться, будто ожило под его взглядом.

Или, может, это просто игра света.

На следующий день.

Утро было тихим. Лёгкий туман тянулся над садами дворца, и сквозь него едва пробивались лучи солнца.

Когда Радомир открыл глаза, он заметил у окна Лауру. Она аккуратно укладывала в кожаную сумку свёртки, флягу и несколько книг.

— Уже проснулся, — сказала она, не оборачиваясь. — Хорошо. Всё готово для дороги.

Она поставила сумку рядом с кроватью.

— Здесь еда на пару дней, перевязочные ткани и плащ. И вот... — она достала меч в простых ножнах, — не лучший в королевстве, но добрый клинок. Верно послужит.

— Спасибо, — ответил Радомир, вставая и натягивая куртку.

Он взял меч — рукоять была чуть велика для его ладони, но приятно тяжела.

— Перед тем как идти, — продолжила Лаура, — король хочет, чтобы ты кое с кем познакомился.

Они прошли по знакомым коридорам. Дворец, освещённый утренним светом, казался совсем другим — спокойным, почти домашним.

Когда двери тронного зала открылись, в зале стоял гул голосов. У массивных колонн дежурили стражники в серебристых доспехах, по бокам — советники и маги, шепчущиеся между собой.

Когда Радомир вошёл, разговоры стихли, и все обернулись.

Король Энлион стоял перед троном — без короны, но с властью, которую не нужно было доказывать. Взгляд его был добрым, но в нём сквозила лёгкая печаль.

— Радомир, — сказал он, — Аринор сообщил мне, что ты не одарён магией.

— Да, ваше величество, — тихо ответил мальчик.

— Не стоит унывать, — сказал король мягко. — Магия — не единственный путь к силе. Позволь представить тебе твоего наставника, который будет сопровождать тебя в путь.

Из тени за колонной вышел мужчина.

Он был высок, широк в плечах. Коротко остриженные седые волосы, спокойный взгляд зелёных глаз. На лбу — старый шрам, будто от клинка. В его движениях чувствовалась уверенность человека, который повидал и войну, и покой.

Когда он заговорил, голос прозвучал ровно, без лишних эмоций, как холодная сталь.

— Эйден Троум, — произнёс король. — Меч королевства Санвельд.

Лаура тихо шепнула Радомиру:

— Один из сильнейших мечников, что я знаю.

Эйден посмотрел на неё и хмыкнул.

— Один из? — усмехнулся он. — Я — сильнейший меч Санвельда.

Король едва заметно улыбнулся, а Радомир не знал, что ответить.

— Рад знакомству, господин Эйден.

— Просто Эйден, — ответил тот спокойно. — Господином меня зовут только подлизы, которые хотят от меня одолжения.

Он смерил мальчика взглядом, в котором не было ни насмешки, ни жалости — лишь оценка.

— Вижу, ты ещё не знаешь, как правильно держать меч. Но это можно исправить.

— Я готов учиться, — ответил Радомир серьёзно.

Эйден кивнул.

— Посмотрим, не убежишь ли через неделю.

— Я не убегу, — твёрдо сказал Радомир.

— Тогда начнём путь, — произнёс Эйден и повернулся к королю.

Энлион вздохнул.

— Аринор приготовил заклинание переноса. Оно доставит вас прямо к перевалу.

— Не нужно, — ответил Эйден.

— Не нужно? — удивился король. — До провидца две недели пути.

— Уверен, — спокойно ответил Эйден. — Мальчику нужно увидеть этот мир. Почувствовать его под ногами, а не пролететь над ним. Пусть узнает, что такое ветер, грязь, холод. Пусть поймёт, за какой мир он должен сражаться.

— Может, хоть лошадей возьмёшь? — спросил Энлион.

— Нет, — отрезал Эйден. — Хочу увидеть, насколько он вынослив.

Радомир почувствовал, как в груди смешались страх и решимость. Он не знал, готов ли к такому испытанию, но отступать было нельзя.

Король встал с трона и подошёл к ним.

— Тогда пусть будет так. Радомир, береги себя.

Он положил руку юноше на плечо. — Путь к пророку труден, и то, что ты там увидишь, может изменить тебя навсегда.

— Я готов, — тихо сказал Радомир.

И в этот момент тяжёлые двери распахнулись с грохотом.

В зал вбежала Рейса — пылающая взглядом, запыхавшаяся, с искорками огня и мечом в руках. Её рыжие волосы вспыхивали в солнечных лучах, пробивавшихся сквозь витражи.

— Ваше величество! — воскликнула она. — Я тоже пойду с ними!

По залу прокатился шёпот. Несколько магов переглянулись, один из рыцарей недовольно посмотрел на неё.

Эйден спокойно произнёс:

— Нет. Ты не готова. Ты остаёшься и дальше тренируешься контролировать свой огонь.

— Я готова! — вспыхнула она. — Просто никто не видел, на что я способна!

Она вскинула руку, и её рука вспыхнула ярким пламенем — мягкое, ровное. Люди в зале ахнули.

Увидев довольные взгляды Рейса решила показать больше. Но пламя вдруг пошло в рост, сорвалось, закружилось вихрем.

Воздух задрожал, факелы вдоль стен вспыхнули ярче, маги отступили.

— Рейса, остановись! — закричала Лаура.

— Я… я контролирую! — упрямо выдохнула Рейса, сжимая кулак.

Но огонь не слушался. Он рванул вверх, ослепительно озарив весь зал. Стражники заслонились щитами. Радомир, ошеломлённый, отступил и упал, закрыв лицо руками — жар был нестерпим. Эйден молча стоял и смотрел на бушующее пламя.

И тогда король сделал шаг в сторону Рейсы.

— Довольно, — сказал он спокойно.

И вдруг весь огонь погас. Как будто сам воздух подчинился его слову. На миг небо за окнами потемнело, тучи сомкнулись, а потом снова разошлись.

Тишина. Даже дыхание зала замирает.

Король посмотрел на Рейсу и с лёгкой улыбкой сказал:

— В тебе столько пламени, что кузнецы Дургрима могли бы греть им свои горны годами. Но, боюсь, пока что горит не магия, а твой характер.

Зал разразился сдержанным смехом. Напряжение спало, даже Эйден криво усмехнулся.

Рейса стояла, опустив голову. Щёки пылали, глаза блестели от слёз.

— Простите… — прошептала она.

— Всё в порядке, — мягко ответил король. — Но сейчас — тренируйся. Сначала пойми себя, потом свой дар.

Лаура подошла, тихо коснулась её плеча.

— Пойдём, — сказала она. — Всё ещё впереди.

Рейса кивнула и пошла прочь, под сдержанные взгляды придворных. Её силуэт медленно растворился в свете у выхода. Лаура последовала за ней.

Когда двери за ними закрылись, зал снова наполнился звуками — шаги, перешёптывания, тихие вздохи.

Король повернулся к Радомиру.

— Не бойся. Она не злая, просто пламя в ней слишком молодо.

— Я понял, — выдохнул он. — Просто… страшно было.

Эйден положил руку ему на голову.

— Запомни, — сказал он. — Дар без воли — это буря. Нам с тобой придётся заточить не силу, а выдержку.

Король кивнул

— Идите. Путь к провидцу — долгий. Но, быть может, он принесёт ответы, которых не нашёл никто из нас

Они поклонились и направились к выход

За окнами сияло солнце — чистое, но уже иное, будто настороженное после вспышки огня. Толпа придворных расступилась, провожая их взглядами. Король поднял руку в прощальном жесте.

Радомир обернулся на пороге.

На миг ему показалось, что тень короля у тронного кресла снова шевельнулась — будто имела собственную волю.

Так и началось первое приключение Радомира.

Том 1. Глава 5. Долгий путь

После того как Радомир и Эйден ушли, замок Санвельда постепенно скрывался за холмами, и чем дальше они уходили, тем громче вокруг звучал мир — шелест трав, свист ветра и стрекот невидимых насекомых.

Эйден шёл первым, не оглядываясь. Его шаг был ровным, тяжёлым, словно он всегда знал, куда идёт.

Когда башни замка окончательно исчезли из виду, он вдруг остановился и коротко бросил:

— Стоять.

Радомир послушно застыл на месте.

Эйден молча подошёл, снял с его плеч рюкзак и открыл его прямо на дороге. Несколько секунд внимательно изучал содержимое, потом шумно выдохнул и процедил:

— Дерьмо… сам собирал?

— Нет… — растерянно ответил Радомир. — Лаура помогла.

Эйден фыркнул.

— Жучиха. Хреново собрала сумку. Мы идём в опасную дорогу, а не на пикник!

Он с силой пнул рюкзак, и тот, описав дугу, рухнул и пропал из веду.

— Посмотри на себя. Плащ, который защитит максимум от дождя, ни одной защиты, ни одной запасной фляги. — Он смерил мальчика взглядом. — Ну хоть меч у тебя не совсем мусор, но и то… дерьмо.

Радомир стоял, не зная, что ответить.

— Ладно, — сказал Эйден, разворачиваясь. — Придётся всё покупать заново. Своими вещами я делиться не собираюсь.

Он кивнул на горизонт. — Всё равно через город пойдём. Санвельд недалеко.

Город Санвельд вырос прямо из долины, словно цветок из камня.

Сотни домов с высокими черепичными крышами, узкие улочки, запах хлеба и жареного мяса. На площади толпились торговцы: зверолюди спорили с людьми, у ворот смеялись русоволосые орки, а по крышам прыгали гибкие, серокожие дети — полуэльфы.

Музыкант играл на лютне, и вся улица будто жила в ритме его мелодии.

Радомир с восхищением оглядывался. Мир за стенами дворца оказался куда ярче, чем он представлял.

Эйден лишь буркнул:

— Рот закрой, мух нахватаешь.

Они направились к большой лавке с табличкой «Снаряжение и броня от мастера Хорда».

За прилавком стоял коренастый мужчина с седыми усами, лицо всё в морщинах, а на переднике — следы копоти и масла.

— О, господин Эйден! — глаза продавца засверкали, улыбка стала почти до ушей. — Сколько лет, сколько зим! Чем могу служить?

— Подбери броню для этого засранца, — указал Эйден на Радомира.

— Он… ваш ученик? — удивлённо спросил Хорд.

— Пока что, — буркнул Эйден.

Хорд, не задавая лишних вопросов, снял с Радомира мерки, пробормотал что-то про «мальчишек без толку» и ушёл вглубь лавки. Через пару минут вернулся с набором лёгкой авантюристской брони: прочная кожаная основа с металлическими накладками на груди и плечах, лёгкие наручи и сапоги.

Она блестела, словно только что сошла с кузнечного стола.

— Отлично сидит, — заметил Хорд. — Удобно, не сковывает движения. Двадцать золотых.

Радомир напрягся, вспоминая объяснения Лауры:

Одна золотая — десять серебряных. Сто медных — одна серебряная. Единая валюта восьми королевств. Значит, двадцать золотых — целое состояние.

— Дорого, — сказал Эйден. — Давай кожаную.

Хорд нахмурился, но подчинился. Подобрал почти такую же, но из мягкой выделанной кожи — проще, без блеска, зато лёгкую.

Эйден бросил на прилавок мешочек. Монеты звякнули.

— Походный рюкзак, средняя категория. Уже собранный.

— Есть, господин. — Хорд достал прочный рюкзак с ремнями. — Всё необходимое внутри: плотное одеяло, нож, запас еды на пару дней, фляга и немного бинтов.

Эйден коротко кивнул.

— Идём.

Следующей остановкой была лавка зелий.

Изнутри тянуло травами, дымом и чем-то сладковатым.

За стойкой стояла женщина с повязанным на голове платком, волосы собраны в пучок, глаза полуприкрыты, словно она витала где-то между сном и явью.

— Ооо, Эйден… — протянула она, растягивая слова. — Сколько лет… сколько зим…

— Нускарин, — устало сказал он. — Мне нужны твои фирменные лечебные травы.

— Хмм… травы… да, есть. — Она лениво потянулась к полке, откуда посыпались маленькие мешочки и банки. Рядом на стойке лежал кот — чёрный, как уголь, один глаз зелёный, другой переливался синим, как перо павлина.

— Привет, Синька, — сказал Эйден без энтузиазма.

Нускарин хихикнула:

— Отдам травы бесплатно, если… ты погладишь его живот.

Эйден смерил её взглядом.

— Ты издеваешься?

— Абсолютно, — сказала она с широкой, беззаботной улыбкой.

Он шумно выдохнул и нехотя провёл ладонью по пушистому животу кота. Синька довольно заурчал.

Нускарин согнулась пополам от смеха:

— Ахаха! Видел бы ты себя со стороны!

— Закройся, — буркнул Эйден и резко развернулся к выходу.

— Возвращайся живым, герой, — лениво крикнула ему вслед Нускарин.

Они зашли ещё в пару лавок — купили немного провизии, пару свёртков бумаги и выпивки.

Когда они вышли из города, солнце уже было в зените.

Радомир шёл в новой экипировке, чувствуя себя немного неловко, но в то же время — по-настоящему готовым.

За спиной звенели ремни рюкзака, впереди тянулась дорога — широкая, уходящая за холмы.

Эйден сказал, не оборачиваясь:

— Вот теперь мы готовы.

Ветер с золотых полей ударил им в лицо, неся запах далёких рек, дыма и свежего урожая.

Радомир улыбнулся.

Город остался позади, а вместо каменных домов их окружили деревья с толстыми стволами, вросшими в землю, как кости мира. Сквозь кроны пробивался бледный свет — вечер стремительно превращался в ночь.

Дорога вилась меж стволов, где пахло мхом и прелой листвой.

Эйден шёл молча, лишь изредка бросая короткое:

— Не отставай.

К ночи они нашли поляну, где журчал маленький ручей. Эйден бросил свой плащ у костра, проверил окрестности и сказал:

— Ночевать здесь будем.

Пока Радомир разводил костёр, Эйден достал из рюкзака пару сухих кусков мяса и бросил один ему.

— Жуй. Продолжим путь ранним утром.

После короткого ужина Эйден встал, стряхнул пепел с рук и бросил:

— Ночное дежурство — на тебе. Чтобы нас не сожрали во сне.

— А если… кто-то нападёт? — неуверенно спросил Радомир.

— Тогда кричи, но постарайся не умереть раньше, чем я проснусь.

Он улёгся у костра, накинув плащ на глаза, и через минуту уже дышал ровно.

Радомир остался один.

Ночь в лесу оказалась совсем другой.

Шорохи, скрип ветвей, уханье сов — всё казалось живым. Каждый звук отзывался в голове гулом страха.

Костёр потрескивал, отбрасывая длинные тени.

Чтобы не уснуть, Радомир начал тихо махать мечом.

Сначала движения были неуверенные — он вспоминал, чему учила Лаура, но потом вошёл в ритм: шаг, взмах, разворот.

Меч звенел в ночи, рассекал воздух, отражая свет огня.

Сон всё равно подкрался незаметно.

— Вставай.

Голос Эйдена вырвал его из полусна. Солнце уже пробивалось сквозь листву. Радомир моргнул, увидев, что наставник стоит перед ним, скрестив руки.

— Ты заснул, мелкий засранец, — спокойно сказал Эйден. — А если бы ночью к нам пришёл кто-то голодный?

Радомир хотел оправдаться, но не успел. Эйден бросил у его ног пару камней.

— Раз не можешь не спать — будешь ходить с грузом. Пусть тело учится, раз мозги не справляются.

Он привязал к ногам Радомира по камню, затянул узлы.

— Идём.

Так начались его настоящие испытания.

Каждый день они шли всё глубже в лес. Ветки хлестали по лицу, дорога петляла, превращаясь то в тропу, то в болото.

Радомир тяжело переставлял ноги, чувствуя, как тянет вниз груз. Камни казались тяжелее с каждым часом.

Он пытался заговорить:

— Эйден, мы верно идём?

— Иди.

— Сколько ещё идти?

— Пока не сдохнешь.

Наставник не оборачивался. Его шаг был уверенный, бесшумный, будто лес сам расступался перед ним.

Каждую ночь — снова дежурство.

Каждый раз Радомир боролся со сном, щипал себя, обливал лицо холодной водой, но глаза сами закрывались.

И каждое утро — новые камни.

Через три дня он уже почти не чувствовал ног.

Казалось, что тело готово рухнуть, но он вспоминал слова Эйдена:

> «Посмотрим на его выносливость».

И шёл.

Шёл, даже когда спина ломилась от боли, а плечи горели под ремнями рюкзака.

К четвёртой ночи лес стал тише.

Костёр потрескивал, а Радомир впервые не задремал. Он сидел, глядя в огонь, и тихо прошептал:

— На этот раз… не усну.

Он держал меч на коленях, слушая, как ветер шепчет в ветвях.

Ночь прошла молча.

Когда рассвело, Эйден подошёл к нему и, не говоря ни слова, отвязал с ног камни.

— Ну… наконец-то, — сказал он с едва заметной ухмылкой.

Дорога всё не кончалась.

Дни тянулись один за другим — серые, пыльные, с одинаковым шумом ветра и скрипом кожаных ремней.

Камней на ногах уже не было: после той ночи Эйден разрешил их снять, бросив коротко:

— Заслужил.

Теперь шаги давались легче, но разговоров всё так же не было.

Радомир привык к тишине наставника, к размеренному стуку его сапог, к звону клинка на поясе.

Однажды, когда солнце клонилось к закату, Эйден сказал:

— Мы прошли полпути. Если не сдохнем от усталости — дойдём через пять дней.

Он не оборачивался, говорил ровно, будто констатировал погоду.

Вечером они разбили лагерь у реки. Луна отражалась в воде, воздух был прохладным и свежим.

Эйден сел у костра, проверяя свой меч — клинок алого цвета, будто сотканный из затвердевшей крови. На лезвии играли отблески огня, и казалось, что оно живое.

Радомир, уставший, но привычно собравшийся на дежурство, сел напротив.

— Может, сегодня вы подежурите? — не выдержал он. — С момента как мы вышли из Санвельда, я толком не спал.

Эйден поднял взгляд, в его зелёных глазах блеснуло что-то с насмешкой.

— Потому что ты учишься быть воином, а я уже им стал, — спокойно ответил он. — Спи спокойно, когда заслужишь отдых.

Он закрыл глаза и больше не сказал ни слова.

Радомир остался один у костра.

Пламя потрескивало, искры поднимались в небо, растворяясь между звёзд. Лес вокруг будто дышал — то стихал, то оживал шорохами.

Сон снова подступал. Веки наливались тяжестью.

Но вдруг — звук.

Мягкий, скользкий, как будто по земле проползла верёвка.

Он резко обернулся. Тьма будто сгустилась.

— Эйден? — позвал он шёпотом.

Ответа не было. Наставник лежал неподвижно, спал, как мёртвый.

Шорох стал ближе. Радомир медленно вытащил меч и поднял его.

В тот же миг из листвы выскользнуло нечто длинное и тонкое.

На миг он увидел — змея, но странная: чешуя едва переливалась цветами, как масляная плёнка на воде, и от неё исходило слабое, почти неуловимое свечение.

Он едва успел отступить, когда она бросилась на него. Клинок вспыхнул от удара, чешуя с шипением рассеклась.

Змея завизжала — странно, почти по-человечески, — и рухнула.

Но за ней ползли другие.

— На нас напали! — крикнул Радоми

И сразу перед глазами вспыхнул алый свет

Эйден стоял на ногах, словно и не спал вовсе. В его руках сиял клинок — не просто меч, а будто кусок застывшего заката

Он был длинный, с чёрной рукоятью, у основания которой были вырезаны непонятные руны.

Клинок дышал. Буквально.

В его глубине струились алые жилы света, будто там, внутри, билось сердце.

— Не опускай меч, — спокойно сказал Эйден. — Это глорисы. Они чувствуют страх.

Радомир едва понимал, что делает, — двигался на инстинктах.

С каждой секундой змей становилось всё больше. Они выскальзывали из кустов, скользили по корням, поднимались на стволы деревьев. Их переливчатые тела едва светились, и казалось, будто тьма сама шевелится.

Паника сменилась злостью. Каждый взмах становился точнее.

Эйден двигался совсем иначе — будто не бил, а просто указывал, где смерть должна настигнуть. Его клинок рассекал тварей десятками, без звука, без лишнего движения.

Когда последняя змея рухнула, воздух наполнился запахом гари и крови.

Радомир тяжело дышал, пот катился по вискам.

Он подумал, что всё кончено, но Эйден вдруг сказал тихо:

— Это были дети.

И из-за деревьев, ломая ветви, выползла она.

Она была чудовищна.

Толще любой колонны дворца, длиннее, чем змея могла быть в принципе. Её тело мерцало мягким, почти невидимым светом, словно переломленное пространство. Глаза — два холодных огня, отражающих луну.

Когда она подняла голову, воздух стал вязким, а земля осела под её тяжестью.

Радомир застыл.

Ноги не слушались. Он хотел бежать.

— Смотри внимательно, — сказал Эйден.

Он поднял меч.

Алый свет на клинке стал гуще, ярче, будто кто-то внутри меча проснулся. Воздух зазвенел от напряжения.

Один шаг, один взмах.

Мир будто замер.

И в следующее мгновение чудовище рухнуло, рассечённое от головы до хвоста.

От увиденного Радомир выронил меч.

Эйден вытер лезвие о траву и сказал:

— Это были глорисы. Обычные твари здешних лесов. Сильные, но тупые. Ты хорошо сражался Радомир, ложись спать. Этой ночью дежурю я.

Радомир долго лежал с открытыми глазами, глядя, как угли костра тлеют в ночи. Сон пришёл не скоро.

С тех пор дежурил только Эйден.

Он стал немного разговорчивей, хотя по-прежнему говорил редко и коротко.

— А твой меч… — как-то сказал Радомир, идя рядом. — Он живой?

Эйден усмехнулся.

— Да, его зовут "Олрик".

— Он... живёт своей жизнью. Когда-то в нём запечатали душу духа ветра. С тех пор он жаждет движения. Останови его — и он начнёт пить силу того, кто держит рукоять.

Радомир вздрогнул.

— И вы… можете им владеть.

— Да, мы с ним хорошие друзья,

— Спокойно ответил Эйден.

Радомир не знал, шутит ли наставник, и предпочёл не уточнять.

Через несколько дней лес расступился, и впереди показались холмы. На склонах стояли дозорные, а внизу — лагерь.

Над белыми шатрами развевались знамёна с золотым колосом — гербом Санвельда.

Когда они подошли ближе, навстречу вышли трое рыцарей в светлых доспехах.

Один снял шлем и почтительно склонил голову:

— Господин Эйден, добро пожаловать. Как прошел ваш путь?

— Отлично, но мы слегка задержались, — сказал Эйден. — Лес решил напомнить, что жив.

— Глорисы? — удивился рыцарь.

— Самые обычные, — коротко ответил Эйден.

Он бросил взгляд на Радомира:

— Отдохни. Завтра утром — к провидцу.

Радомир кивнул.

Он чувствовал усталость, но в груди жило другое чувство — странное, едва уловимое предчувствие.

Он ещё не знал, что впереди ждёт его не просто встреча с провидцем…

а первый шаг в самую глубокую тень пророчества.

Том 1. Глава 6. Провидец

Радомир проснулся раньше всех. Солнце ещё не показалось из-за горизонта, только слабый холодный свет рассвета пробивался сквозь облака. Не желая никого будить, он взял меч и вышел наружу. Воздух был свеж и пах утренней росой.

Он начал разминаться, делая неторопливые взмахи мечом. Сталь свистела в воздухе, но движения его были неровными. Спустя некоторое время из-за угла показались стражники, а вслед за ними — Эйден.

— Тренируешься, — сказал Эйден, скрестив руки на груди. — Одобряю. Но меч ты держишь всё так же... дерьмово.

— Так покажи, как надо, — с улыбкой ответил Радомир.

— Позже, — усмехнулся Эйден. — Сейчас идём к Провидцу.

— А завтрак? — спросил Радомир, потирая живот.

Эйден бросил на него косой взгляд.

— Поверь, тебе лучше пойти к нему на пустой желудок.

Солдаты провели их по тропе к подножию холма. Там зияла тёмная расщелина — вход в пещеру.

— Его зовут Дилрахт, — тихо сказал Эйден, остановившись у входа. — Он… необычный. И держи меч наготове.

Они вошли внутрь. Воздух сразу стал густым и тяжёлым, как будто пропитанным гнилью и сыростью. Стены сочились влагой, издалека доносилось тихое кап-кап, словно пещера дышала.

Чем дальше они шли, тем темнее становилось. Только редкие свечи давали слабое мерцание. И наконец, в самом конце пещеры, в полумраке, показалась фигура.

Это был Дилрахт.

Он стоял среди свечей, и в тусклом свете его лицо казалось почти нереальным — необычайно красивым, будто высеченным из лунного света. Высокие скулы, прозрачная кожа, серебристые глаза, в которых отражались языки пламени. Волосы — белые, как пепел. Но одежда на нём была старая, изодранная, пропитанная пылью.

Он поднял взгляд и, неловко улыбнувшись, сказал:

— П-привет, Эйден… Как поживаешь?

Эйден кивнул.

— Жив, как видишь. Позволь представить — Радомир, призванный герой. Он хотел услышать пророчество.

Радомир сделал шаг вперёд, слегка поклонился.

— Честь видеть тебя, Провидец.

Дилрахт ответил мягким, почти застенчивым голосом:

— Вижу, ты не похож на других. Ты не несёшь в себе страха… пока.

Радомир улыбнулся. Разговор быстро стал непринуждённым: они обменялись несколькими фразами о пути, о судьбе, о людях. Радомир почувствовал к нему странную симпатию — словно перед ним не древний Провидец, а старый друг, которого давно не видел.

Но когда речь зашла о пророчестве, воздух будто похолодел.

— Я хочу услышать пророчество, — сказал Радомир. — Может, со мной ты увидишь больше.

Дилрахт медленно кивнул.

— Хорошо… попробуем.

Пророчество

Они сели в центре пещеры. Эйден стоял позади, рука его лежала на рукояти меча. Дилрахт закрыл глаза. Свечи вспыхнули ярче, и он начал говорить:

" Когда всё стихнет, восстанет зло, что копилось сквозь века.

Сила его будет велика, и месть его падёт на все королевства.

Последняя слеза прольётся с небес — и тьма окутает мир.

Тогда восемь королевств объединятся под знаменем одного героя,

Но их силы окажутся недостаточны..."

Он замолк. На миг пещеру окутала полная тишина. Глаза его задрожали, и голос стал ниже, будто говорил уже кто-то другой:

"И явится Второй — тот, кого не ждали,

Чтобы свести всех в безжалостной битве.

Схлестнутся они втроём, и когда один падёт — придёт Надежда,

И, быть может, она спасёт всех..."

Свечи затрепетали. Одна упала, и Радомир машинально посмотрел вниз.

Рядом стояла банка.

Внутри — человеческий глаз, застывший в мутной жидкости.

Он огляделся.

Их было сотни. Банки стояли вдоль стен, в нишах, на камнях, в щелях. В каждой — глаза. Глаза, которые смотрели.

И тогда он увидел её — иссохшую женскую голову, без глаз, чёрные волосы спутаны, кожа серо-синяя.

— Что… это… всё?.. — выдохнул он, отшатнувшись.

Дилрахт стоял рядом, молчал. Все свечи внезапно погасли.

Из тьмы раздался хриплый, искажённый голос:

— Зачем ты смотрел на них?.. Зачем ты глядел на неё?..

Голос стал звериным.

— Хочешь отнять её у меня?.. Я… не… позволю!..

Из мрака вырвалось нечто.

Тело, худое, бледное, с длинными руками и ногтями, как ножи. Глаза огромные, зрачки расширены — сплошная чёрная бездна, словно совиные. Белые волосы свисали прядями, а рот растянулся в жуткой улыбке, обнажая острые, неровные зубы.

Это уже не был Дилрахт.

Он бросился вперёд. Лезвие ножа блеснуло и метнулось прямо в глаз Радомиру.

Что-то резко дёрнуло его назад — Эйден. Удар отразился, сталь звякнула.

— Радомир! БЕГИ! — крикнул Эйден.

Но ноги не слушались. Радомир только смотрел, как они сражаются.

Тень и свет, кровь и сталь.

Существо двигалось нереально быстро, будто исчезало и появлялось снова в другом месте. Эйден парировал удары, но каждый раз — еле успевал.

Иногда Радомиру чудилось, что рядом с Эйденом кто-то ещё сражается — неясный силуэт, тень, что двигалась в унисон с ним.

Бой длился долго. Металл визжал, камни крошились, воздух вибрировал от ярости. Эйден тяжело дышал — ему было тесно, а существо будто владело самой пещерой, скользя по стенам и потолку.

Радомир, преодолев страх, ударил себя по лицу.

— Хватит! — прошептал он. — Нападай! Я готов!

Он поднял меч. Существо бросилось на него. Первый удар он отбил, второй — задел руку. Кровь брызнула, но он не сдался.

Нечто оказалось позади, и в тот момент Эйден крикнул:

— Ложись!

Радомир рухнул на землю.

Меч Эйдена сверкнул — и рассёк грудь чудовища.

Чудовище упало.

Изуродованное лицо снова стало человеческим. Дилрахт с трудом приоткрыл глаза.

— В этот раз тебе повезло, Эйден... — прошептал он. — Но в следующий... вряд ли...

Его тело обмякло.

Пещеру вновь окутала тишина.

Эйден осторожно поднял Дилрахта и аккуратно положил его в угол пещеры. Он достал свёрток, который купил у Нускарин, и передал его Провидцу.

— Что… случилось? — тихо спросил Дилрахт, всё ещё бледный и ослабленный. — Почему я ранен?

— На нас напали, — ответил Эйден спокойно, но твёрдо. — Я со всеми разобрался.

Они говорили несколько минут, будто ничего страшного не происходило, обсуждая детали битвы, дыхание, простые вещи. Радомир наблюдал, пока пытался прийти в себя.

Вдруг он заметил:

— Эйден… изо рта его идёт кровь…

Эйден взглянул и замер: из спины Радомира торчал нож. Сердце стукнуло, дыхание замерло.

— Держись! Не закрывай глаза! — крикнул Эйден.

Он схватил Радомира на руки и, почти паря над землёй, вырвался из пещеры. Камни и мусор летели в стороны, когда он мчался по тропе, минуя стражников и крики солдат. Добравшись до лагеря, он кричал:

— Нужен Лекарь! Срочно!

— Его сейчас нет! — ответили солдаты. — Он отправился в город!

Эйден стиснул зубы, его глаза загорелись яростью.

— Подготовить заклинание переноса! — крикнул он магу.

Маг поспешно начал готовить сложный ритуал, из пальцев выходили искры, воздух вокруг дрожал. Но Эйден видел, как состояние Радомира ухудшается с каждой секундой: рана на руке стала зелёной, губы побледнели, дыхание учащалось и прерывисто.

— Ножи были отравлены! — пробормотал он сквозь зубы. — Быстро!

Волны магической энергии окутали их, яркий свет ослепил на мгновение. И они уже переместились в замок Санвельд, прямо в его стены, где был лазарет.

Эйден мчался по коридорам, сметая всё на своём пути, крича:

— Мне нужен лазарет! Быстро!

Радомир уже перестал дышать. Его тело было тяжёлым и холодным на руках Эйдена. Сердце Эйдена сжалось, злость и страх смешались в одну непрерывную бурю.

Когда впереди показалась дверь лазарета, он резко поднял меч и одним ударом пробил дверь, дерево и металл рассыпались в щепки.

Внутри помещение было пустым, Эйден осторожно положил Радомира на кровать, магия лазарета вокруг начала исцелять тело Радомира. Свет из невидимых рук окутывал рану, но сердце оставалось неподвижным. Эйден чувствовал, как поток энергии сопротивляется, как будто сама смерть цеплялась за ученика.

Время растянулось. Секунды тянулись бесконечно. Каждое дыхание Эйдена было как удар молота. Свет магии медленно проникал в тело Радомира, но его кожа оставалась холодной, почти прозрачной.

— Не… можешь… — шептал Эйден, его голос ломался от напряжения. — Не уходи…

И тут он увидел: глаза Радомира дернулись. Тонкий, слабый блеск, как искра в ночи. Сердце застучало сначала тихо, а затем ритмично, как барабан, пробивающий тьму.

Эйден выдохнул, но не опустил меч. Его тело было напряжено, готово к любой угрозе. Он понимал: что сама смерть — всё ещё рядом, как тень за спиной.

Немного постояв Эйден выдохнул и, не отпуская меч, опустился на колени рядом с Радомиром. Его руки больше не дрожали, дыхание постепенно стало ровным.

— Всё… теперь ты в безопасности, — сказал он тихо. — Отдохни, завтра будет новый день.

Радомир моргнул, ощущая тепло магии, окутывающее его тело.

Эйден ещё раз проверил, что все раны под контролем, затем отступил к двери лазарета. Он оглянулся на Радомира и кивнул:

— Спи спокойно. Я буду рядом.

Свет магии медленно угас, оставляя в комнате только мягкое сияние утреннего солнца.

Том 1. Глава 7. Клятва героя

Радомир снова проснулся в лазарете.

Сквозь узкие окна пробивался слабый лунный свет, комната была погружена в тишину. Лишь ровное дыхание и редкий треск магических ламп нарушали покой.

Он пошевелился — боль в теле понемногу утихала. Повернув голову, заметил фигуру у кровати. Это была Марта.

— Доброй ночи, — тихо произнёс он.

Женщина обернулась, её лицо озарилось мягким светом.

— Как ты себя чувствуешь, Радомир? — спросила она спокойно, но в её голосе слышалась усталость.

— Уже лучше. Спасибо, — ответил он, приподнимаясь на подушках.

Марта слабо улыбнулась.

— Ты заставил нас поволноваться, — сказала она, поправляя простыню. — Я едва вырвала тебя из рук смерти. Если бы не Эйден... — она замолчала, покачав головой.

— Я и не думал, что всё было так серьёзно, — тихо произнёс Радомир. — Простите, что доставил столько хлопот.

— Хлопоты — это ерунда, — сказала она. — А вот смотреть, как человек умирает у тебя на руках, — это боль.

Некоторое время они молчали. Потом Радомир спросил:

— Марта… можно спросить?

— Конечно.

— Что случилось с вашим лицом?

Она опустила взгляд.

— Меня предали, — произнесла тихо. — И бросили в одиночестве. Когда-то я была другой… но теперь лишь служу тем, кто ещё может быть спасён.

— Простите, я не хотел…

— Всё в порядке, — мягко прервала она. — Прошлое редко отпускает без шрамов. И твои — ещё впереди.

Он не сразу понял смысл её слов.

— Вы про пророчество?

— Про судьбу, — ответила она. — Все зовут тебя героем. Но ты сам веришь в это?

Радомир нахмурился.

— Я не знаю. Я… стараюсь быть тем, кем от меня ждут. Но иногда кажется, что я просто не подхожу для этой роли.

Марта тихо усмехнулась.

— Ни один настоящий герой не был готов к своей судьбе. Готовыми бывают только трусы — они всегда знают, кем хотят быть. А ты — живой. И пока у тебя есть сердце, у тебя есть выбор.

Он посмотрел на неё и впервые за долгое время почувствовал лёгкость.

— Спасибо, — сказал он. — Наверное, теперь я знаю, что должен делать.

Марта чуть склонила голову, словно прислушиваясь к чему-то.

— Тогда иди своим путём, Радомир. И помни — судьба не любит тех, кто боится её принять.

Послышались шаги.

Радомир обернулся к двери — и только сейчас заметил большую дыру в стене, откуда в ночной зал проникал холодный ветер.

Он хотел спросить Марту, что это, но, обернувшись, понял, что её уже нет.

Вошёл Эйден — без доспехов, но с мечом на поясе.

— О, ты уже очнулся! — воскликнул он. — Как ты?

— Хорошо, а вы? — улыбнулся Радомир.

— Мои раны — ерунда, — махнул рукой Эйден. — Напугал же ты нас, парень. Заставил старика побегать! Я ведь даже стену разрубил, чтобы добраться до лазарета! Король ревел, жучиху до слёз довёл, а вот Рейсе, как всегда, хоть бы что.

Радомир усмехнулся.

— Я перед всеми извинюсь.

Они все переживали за меня… — мелькнуло в мыслях.

Эйден вдруг нахмурился.

— Ты с кем-то разговаривал?

— С Мартой. Королевским лекарем, — спокойно ответил Радомир.

— Хм… — Эйден прищурился. — Наверное, тебе всё ещё мерещится. Отдыхай. Завтра Львенос сам заглянет — хочет убедиться, что ты в порядке.

Радомир хотел что-то сказать, но Эйден уже вышел.

Он позвал Марту — в ответ лишь тишина.

Он лёг обратно, глядя в потолок.

Мысли возвращались к разговору.

"Они все переживали за меня... Я им дорог?"

С этими словами он закрыл глаза.

Ночь тянулась долго. За окном гасли звёзды, где-то вдалеке куковала

одинокая птица. Радомир провалился в

беспокойный сон, в котором слышал

голос Марты: "Судьба не любит тех, кто

боится её принять..."

---

Утро.

Радомир проснулся от лучей солнца, пробивающихся сквозь занавески. Боль исчезла — осталась лишь лёгкая слабость, напоминание о пережитом.

Рядом сидел Львенос — без мантии, просто в светлой рубахе. Лицо усталое, но доброе.

— Доброе утро, Радомир, — тихо сказал он. — Рад видеть тебя живым и невредимым.

— И вам доброго утра, — ответил Радомир. — Давно вы здесь?

— Не очень, — произнёс Львенос, и в его глазах блеснули слёзы. — Прости меня, Радомир. Я не должен был отправлять тебя к Провидцу. Из-за моей ошибки ты чуть не погиб.

— Нет… вы не виноваты, — поспешно ответил Радомир. — Я сам хотел его увидеть.

Некоторое время они молчали. Затем Радомир спросил:

— Он… оборотень, этот Провидец?

Король тяжело вздохнул.

— Нет. Он — человек, но сломленный.

Ты видел Дилрахта — добрую сторону его души. Но в нём живёт другая личность — Пинроуз. Его истинное «я». Когда-то он был искусным убийцей, за которым охотились лучшие маги королевства. Но после смерти жены его разум раскололся. Её смерть уничтожила Пинроуза и породила Дилрахта — доброго, доверчивого и беззащитного человека.

Теперь они не знают друг о друге. И, возможно, это к лучшему.

— Даже Эйдену было непросто с ним справиться, — добавил Львенос. — Мы держим его в пещере, где стены покрыты сдерживающими заклинаниями. Если он вырвется... Пинроуз снова начнёт убивать всех на своём пути.

— Почему вы просто не убьёте его? — спросил Радомир.

— Из-за Дилрахта, — ответил Львенос. — Его дар видеть будущее слишком ценен. Но сила Пинроуза куда страшнее — он способен телепортироваться куда пожелает. Аринор потратил месяцы, чтобы создать чары, удерживающие его на месте.

Радомир кивнул.

— Ясно…

Некоторое время они молчали. Потом Львенос, глядя в окно, сказал:

— Я старею, Радомир. Иногда мне кажется, что всё, ради чего мы живём, уходит, а остаётся лишь страх. Но каждый раз, когда я вижу таких, как ты, — я понимаю: надежда ещё дышит.

— Надежда не умирает, если есть за кого бороться, — тихо ответил Радомир.

Король улыбнулся.

— Вот потому я и рад, что ты с нами.

В этот момент в лазарет вошли Королева Серелина, Аринор, Эйден и Лаура. Все выглядели по-разному — кто усталым, кто радостным, но в каждом чувствовалось одно — облегчение.

Радомир опустил взгляд.

— Простите, что заставил вас переживать.

Лаура подошла ближе.

— Главное, что ты жив. Всё остальное неважно.

Аринор поправил очки.

— Ошибки делают все. Но не все выживают после них. Ты доказал, что судьба тебя бережёт.

Эйден хлопнул его по плечу.

— Засранец! — с улыбкой сказал он.

Серелина подошла последней.

— Не ищи прощения за то, что выжил, — сказала она тихо. — Истинная сила не в том, чтобы не падать, а в том, чтобы подниматься после каждого падения.

Радомир посмотрел на всех и улыбнулся. Его взгляд упал в угол лазарета — туда, где обычно стояла Марта.

В памяти всплыли её слова.

Он глубоко вдохнул и произнёс:

— Я согласен.

Все обернулись.

Львенос удивлённо спросил:

— С чем?

Радомир встал с кровати и твёрдо сказал:

— Я, Радомир Вейланд, даю клятву: пока я дышу, не позволю тьме поглотить этот мир. Я стану щитом для тех, кто не может защитить себя. Я буду вашим героем.

В зале повисла тишина.

Затем Львенос, смеясь сквозь слёзы, подошёл и положил руку ему на плечо:

— Мы верим в тебя, наш герой Радомир.

Эйден хмыкнул:

— Сегодня же начну тренировать тебя до хруста костей. Сделаю из тебя такого воина, каким сам себе не снился!

Аринор строго сказал:

— А я научу тебя основам магии — её сути и опасностям. Чтобы ни одно заклинание не застало тебя врасплох.

Лаура улыбнулась:

— А я… я всегда буду рядом. Чтобы ничто не сбило тебя с пути.

Королева Серелина сделала шаг вперёд:

— Тогда пусть солнце нового дня станет свидетелем этой клятвы. Герой рождается не в бою, а в сердце, где есть место свету.

И когда первые лучи солнца озарили лазарет, все они стояли рядом.

В этот день появился второй герой.

Том 1. Глава 8. Дни огня и стали

Прошло несколько недель с тех пор, как Радомир произнёс свою клятву.

Жизнь снова обрела размеренность — настолько, насколько это возможно в замке Львеноса.

Каждое утро начиналось одинаково:

тренировки с Эйденом,

занятия по магии и заклинаниям у Аринора,

а иногда — чашка чая с Королём, который любил говорить:

«Герой должен учиться молчать так же, как и говорить».

Но была одна проблема — Рейса.

После очередного её колкого комментария Радомир сорвался:

— Я не могу тренироваться с ней… даже находиться рядом сложно!

И он решил тренироваться отдельно — на общем тренировочном дворе, среди рыцарей.

И там он познакомился с несколькими молодыми воинами.

Артур (воин)

Высокий, статный, с голубыми глазами и спокойным нравом.

Он всегда говорил мягко, но стоило ему взять меч — становился опасным и быстрым.

— У тебя хороший потенциал, Радомир, — часто говорил он. — Не сила главное, а ритм.

Сайра (воин)

Тёмноволосая девушка с высоким хвостом и идеально точными движениями.

Она говорила мало, но её глаза смотрели прямо в душу.

— Если хочешь выжить — держи локти ближе, — командовала она.

— И не думай слишком много. Меч любит честность.

Грегори (воин)

Здоровяк с широкими плечами и огромными кулаками.

Меч он держал, будто это деревянная палка, а в кулачном бою мог повалить быка.

— Главное — не бояться боли, — говорил он, похлопывая Радомира так, что тот едва не падал.

— Если боишься — используй страх! Он хороший напарник.

Мюриэль (лучник)

Худой, тихий, но невероятно меткий.

Говорил мало, часто стоял в тени, наблюдая за всем.

— Я могу научить тебя видеть цель, — сказал он однажды. — Меч и лук — они одинаковы. Они всегда выбирают сердце.

Они стали его первыми друзьями.

Помогали ему, подсказывали, подшучивали…

И часто подслушивали выкрики Эйдена с башни:

— РАДОМИР, ЕСЛИ ТЫ ЕЩЁ РАЗ ПОДНИМЕШЬ МЕЧ НА ТРИ ДОЛБАНЫХ САНТИМЕТРА МЕНЬШЕ — Я СОБСТВЕННОРУЧНО ТЕБЯ ВЗДЕРНУ!!

Это, конечно, никому удовольствия не приносило — даже Эйдену.

Лаура же всегда была где-то рядом, чтобы помочь, перевязать, подать воды или просто поддержать словом.

Не всем нравилось, что у Радомира всё получается, что он быстро развивается, что его тренируют лучшие мастера королевства.

Больше всего раздражало это одного рыцаря — Дэрона Клайва, широкоплечего, самоуверенного мечника, который уже трижды называл себя «лучшим среди молодёжи».

Как-то утром, когда все собрались на тренировку, Дэрон вышел вперёд.

— Ты слишком много о себе думаешь, герой, — сказал он громко, так чтобы слышали все. — Ходишь тут, будто уже спас мир. Ты не герой, ты мальчишка.

Радомир тяжело выдохнул: — Я ничего такого не говорил.

— Но ведёшь себя так.

Поэтому я бросаю тебе вызов.

Тишина упала мгновенно.

Все рыцари замерли.

Эйдена рядом не было — что только подогревало интерес.

Рыцари расступились, образовав огромный круг.

Дул ветер.

Сталь блестела под солнцем.

Дэрон атаковал первым — резко, мощно, с ревом.

Радомир блокировал удар, но сила врага была огромной — руки онемели.

Следующий удар — в плечо.

Ещё один — в бок.

И вскоре Радомир оказался на коленях, меч дрожал в руках.

Дэрон рассмеялся, отступил на шаг:

— И это наш герой? Герой, которого тренируют лучшие?

Да он едва держится на ногах!

Толпа молчала.

Радомир поднял голову.

В глазах — ярость и упрямство.

Он встал.

Взял меч обратно.

Грудь пылала от боли, но он сказал:

— Я ещё не сдался.

Толпа взорвалась шёпотом.

Второй раунд начался быстро.

Радомир использовал всё, чему учил Артур — шаги.

Всё, что говорила Сайра — точность.

Всё, что кричал Эйден — сила плеча.

Всё, что объяснял Грегори — стойкость.

И даже советы Мюриэля — видеть путь удара.

Дэрон ярился, бил бездумно, мощно, но беспорядочно.

Радомир же — дышал ровно, двигался чётко.

Один удар — блок.

Второй — отклонение.

Третий — контратака.

И наконец…

Меч Дэрона вылетел из его рук и вонзился в землю.

Толпа на секунду замолчала.

А затем все дружно закричали

— РАДОМИР!

— РАДОМИР!

— РАДОМИР!

Его подняли на руки — Артур, Грегори, даже суровая Сайра улыбнулась.

Его понесли в столовую, празднуя победу.

В столовой Грегори взял тарелку с пирогами, поднял её как трофей и сказал:

— Это — в честь героя!!

— Это — в честь его победы!!

— А это… — он посмотрел на последний пирог. — …в честь того, что я проголодался!

И проглотил пирог целиком.

Рыцари заржали. Радомир тоже.

Двери столовой распахнулись.

Эйден вошёл, на лице — смесь гордости и раздражения.

— Я наблюдал, — сказал он. — Молодец. Но ошибок — столько, что у меня глаза болят!

Рыцари прыснули.

— Теперь о другом, — продолжил он, указывая пальцем в грудь Радомиру. — Мне НАДОЕЛО ваше взаимное мучение с Рейсой! И надоело то что мне приходится тратить время на ваши тренировки отдельно когда я мог бы тренировать вас вместе. Либо ты с ней поладишь, либо я перестану вас тренировать! Ясно?!

Радомир поглотил пирог: — Но она даже слушать меня не хочет!

— Это твои проблемы!! — взорвался Эйден. — Разбирайся!

И ушёл.

Радомир сел за стол.

Артур первым подался вперёд:

— Цветы. Каждая девушка любит цветы.

Сайра фыркнула:

— Я — нет.

— Ну… большинство.

Грегори подумал:

— Сладкое! Пироги решают проблемы лучше, чем мечи.

Мюриэль сказал тихо:

— Скажи ей правду. Люди боятся честности больше, чем меча.

Радомир тяжело выдохнул.

— Ладно. Попробую всё…

Рыцари переглянулись с тревогой.

На следующий день Радомир направился на отдельную тренировочную площадку, где обычно занималась Рейса.

В руках — букет цветов и пирог, как посоветовали друзья.

Лаура помогла ему не уронить всё это по дороге — руки ужасно дрожали.

Рейса тренировалась одна.

Её меч пылал жаром, будто вот вот взорвётся.

Она двигалась стремительно и яростно — как пламя во время бури.

Радомир подошёл ближе, сглотнул и, стараясь говорить уверенно, протянул ей подарки:

— Это… э-э… для тебя. Ты сильная, смелая, и я правда хочу, чтобы мы были не врагами, а союзниками. Давай попробуем дружить и сражаться бок о бок… Как напарники.

Рейса взяла подарки.

И на секунду даже улыбнулась — нежно, мягко, будто другой человек.

Но затем её улыбка исчезла.

— Это… так мило, — протянула она медленно.

— И, конечно, это сработало бы… на какой-нибудь дуре!

Её ладони зажглись.

Букет и пирог вспыхнули, стеревшись в пепел за одно мгновение.

Пепел разлетелся по воздуху.

Рейса шагнула ближе, пламя вокруг неё усилилось.

— Думаешь, что слабостью можно купить уважение? Думаешь, я поверю в твои слова? Ты глуп, второй. И слаб. Если решил, что вот так легко расположишь меня к себе.

Огненная стена резко поднялась вокруг неё и разошлась кольцом, словно предупреждая: «Не подходи».

Радомир выдохнул — терпение лопнуло.

— Но мы должны поладить, — сказал он. — Иначе Эйден перестанет нас тренировать!

Рейса холодно усмехнулась:

— Значит, я буду тренироваться сама. Такой слабый союзник мне не нужен.

Радомир молча отвернулся и ушёл.

Вернувшись, он всё пересказал друзьям.

Они слушали молча, вдумчиво.

Первым заговорил Артур:

— Значит, цветы отпадают…

Сайра фыркнула.

Грегори почесал подбородок:

— И пирог… Тоже отпадает.

Тишину прервал неожиданно появившийся Дэрон Клайв.

Он встал перед Радомиром, скрестил руки.

— Сразись с ней и выиграй, — сказал он уверенно.

Радомир моргнул.

— Выиграть?

— Да, — кивнул Дэрон. — Именно так я когда-то смог поладить с ней.

Радомир покачал головой:

— Но как? Она… жарит всё огнём. Я даже подойти к ней не могу.

Дэрон хмыкнул.

— Я смог её победить, потому что она тогда была слабее и не могла полностью использовать свои силы. Но ты — другое. Ты не рыцарь. Ты не обязан драться честно.

Подойди к задаче с другой стороны.

Сайра удивлённо подняла бровь:

— Обалдеть… Сам Дэрон Клайв советует нашему герою драться грязно? Что это с тобой? Почему решил помочь?

Дэрон замялся, потом сказал хмуро:

— Я ошибался. Радомир… и вправду хороший малый. Можно и помочь.

Радомир улыбнулся и протянул ему руку:

— Тогда будем стараться вместе?

Дэрон пожал её крепко.

Артур спросил:

— Радомир, есть идеи?

Радомир нахмурился…

И вдруг хитро улыбнулся:

— Грегори… научишь меня махать кулаками?

Грегори улыбнулся широко:

— Положись на меня.

Так началась Адская школа Грегори.

Каждый вечер Радомир возвращался весь в синяках, с разбитыми костяшками, порванной одеждой, болью в каждом вдохе.

И всё равно продолжал.

Грегори гонял его беспощадно:

— Быстрее!

— Низкий удар!

— Подними руки!

— Дышать! Я сказал — дышать!!

Иногда Радомир ложился спать со слезами: боль была невыносимой.

Лаура каждое утро встречала его с мазями и травами, заклеймляла раны и подбадривала:

— Ты не один. Боль — признак, что ты идёшь дальше.

Прошло несколько недель. Эйден, как обещал, перестал тренировать их вместе с Рейсой. Но Радомир не сдавался — он тренировался с Грегори по вечерам, пока не стал бить сильнее и быстрее.

Однажды после изнурительной тренировки Грегори упал от удара Радомира и, раскинув руки, улыбнулся:

— Ты готов.

Радомир, усталый и счастливый, ответил:

— Тогда следующий этап.

Рано утром, пока замок спал, он вместе с Лаурой отправился в город.

Они вошли в лавку «Снаряжение и броня от мастера Хорда».

За стойкой их встретил мужчина с седыми усами:

— Ого! Кого я вижу — юный ученик господина Эйдена! Чем могу помочь?

Радомир спросил:

— У вас есть броня, способная выдерживать огонь?

Хорд приподнял бровь:

— А насколько сильный огонь?

Радомир задумался, а Лаура улыбнулась и сказала:

— Такой, который плавит мечи и камни.

Хорд присвистнул.

— Понятно. У меня есть одна. Лёгкая, немного стесняет движения, но держит температуру. Стоит восемь золотых… С учётом скидки для ученика Эйдена.

Радомир переглянулся с Лаурой.

— У меня только одна золотая… — прошептал он. — Артур дал.

— А у меня пять, — сказала Лаура.

Радомир подошёл к Хорду:

— Мы можем…

Но Хорд перебил:

— Не хватает. И уступать не собираюсь.

Радомир с Лаурой уже почти ушли, но Хорд вдруг усмехнулся:

— Стой. Забирай. Я запишу на счёт Эйдена.

Он подмигнул.

Радомир взял броню — лёгкую, тёмно-коричневую, почти незаметную под одеждой.

Дальше он зашёл в лавку зелий — Лауре велел ждать снаружи на случай, если снова предложат сделать какую-нибудь глупость с котом.

За стойкой сидела Нускарин, лениво покуривая сигарету, дым от которой был пурпурно-зелёным.

— Кого я вижу… это же… эээ… А кто ты? — спросила она, не открывая глаз.

— Радомир. Был с Эйденом в последний раз. Я… герой. Призван помочь миру.

Нускарин зевнула:

— А-а-а. Ясно. Чем могу помочь?

— Есть зелье которое притупляет боль?

— Конечно. Но поскольку ты Эйденом… лучше возьми мои фирменные травы.

Она протянула ему маленький свёрток.

— Закинь в рот и жуй. Пока трава во рту — боль уходит до того как её свойства иссякнут.

Радомир улыбнулся.

— И ещё кое-что…

Она протянула ему ещё флакон и свёрток, после спросила:

— А тебе это зачем? — затягивая сигарету с кайфом.

— Хочу надрать задницу вашему первому герою.

Нускарин закашлялась, затем расхохоталась:

— Звучит весело! Забирай. Но потом… пересказ вашей битвы!

— Договорились.

Он вышел к Лауре.

— Всё. Я готов.

Радомир пришёл к тренировочной площадке под самый конец тренировок. Пыль висела в воздухе, а на земле еще тлели угольки — Рейса заканчивала последний огненный удар.

Лаура уже успела позвать Эйдена, чтобы он наблюдал за боем.

Радомир вышел вперёд.

— Рейса. Давай сразимся.

Девочка даже не обернулась — смахнула пепел с руки и только потом бросила ему взгляд через плечо.

— Зачем мне снова драться со слабаком? Один раз я тебя уже одолела.

Радомир сделал шаг вперёд:

— На этот раз всё иначе. Будем драться, пока один из нас не сможет продолжать. Если выиграю я — мы ладим. Если выиграешь ты… то я обещаю покинуть этот мир.

— Радомир! — Эйден шагнул вперёд. — Ты же обещал спасти наш мир! И теперь так просто бросаешь слова на ветер?

— А вы думаете, что я проиграю? — спокойно сказал Радомир.

Эйден заглянул ему в глаза — там не было страха. Только холодная уверенность. И он… улыбнулся.

— Так тому и быть. Я — ваш секундант.

Рейса яростно оскалилась, пламя вокруг неё вспыхнуло:

— Наконец-то! Не терпится отправить тебя туда, откуда ты пришёл!

Эйден взмахнул рукой:

— Начали!

Мечи столкнулись так яростно, что воздух задрожал.

Рейса била быстро, грубо, почти бешено — её удары были как шквал пламени.

Но Радомир не шёл в лоб — он выжидал, слушал шаги, ловил ритм, и контратаковал так, как учили друзья.

Грегори — грубость и удары;

Дэрон — хитрость;

Сайра — скорость;

Артур — хладнокровие.

Каждый из них был в его движениях.

Радомир падал — и вставал.

Он получал удары — и снова шёл вперёд.

Он вытер кровь и усмехнулся:

— И это всё, чему ты научилась?

Эти слова вывели Рейсу из себя. Её меч вспыхнул добела, металл треснул, и разрубил меч Радомира, как бумагу. Вторым ударом, плоской стороной клинка, она ударила прямо в его живот.

Радомир рухнул на колени — его вырвало кровью.

— Теперь можешь прова… — начала Рейса.

Но договорить она не успела.

Радомир резко рванул вперёд и пробил ей нижний апперкот.

Рейса взвизгнула, отлетела, выронив меч.

Он бросился на неё с кулаками.

Радомир бил жёстко, быстро, беспощадно.

Каждый удар — как камень о камень.

Кровь летела брызгами, земля вокруг становилась красной.

Но Рейса тоже пришла в себя — и ответила.

Они бились как два зверя, забыв о боли, о воздухе, о времени.

Один удар — второй — третий — колено — локоть — бросок.

Радомир перехватил её руку и мощным рывком швырнул о землю.

Удар был таким сильным, что из Рейсы вышибло воздух.

Она лежала, тяжело дыша, уже не в силах подняться.

Радомир, весь в крови и пепле, хрипло прошептал:

— Я… я победил…

Но воздух вдруг стал раскалённым.

Дышать стало больно.

Рейса поднялась. Её тело зажглось.

Руки, ноги, глаза — всё полыхало огнём чистой ярости.

Эйден выкрикнул:

— Рейса, довольно! Ты проиграла!!

Но Радомир поднял руку, остановив его.

— Не надо, учитель Эйден… Я был готов к этому.

Он первым пошёл в атаку.

Рейса исчезла в дыму и появилась перед ним.

Её кулак, охваченный пламенем, ударил по его лицу.

Кожа Радомира покрылась волдырями, часть щёки обуглилась…

Но он даже не моргнул.

И тогда Рейса и Эйден увидели:

Под сгоревшей одеждой — тёмно-коричневая огнестойкая броня Хорда.

Радомир улыбнулся, обнажив окровавленные зубы:

— Я могу выдержать твоё пламя.

Во рту у него был свёрток Нускарин — трава притупляющая боль.

Они снова сошлись.

Рейса ударила его в грудь — и броня треснула.

Из разлома вырвался розовый пар, накрывший площадку.

Рейса вдохнула.

— Что… что это за… пар?.. — её качало, ноги подкашивались.

Радомир положил второй свёрток в рот:

— Наркотическое зелье. Нускарин дала. Сказала: “затормозит кого угодно”

— и противоядие — для меня.

Рейса почти не держалась на ногах.

Но Радомир…

Радомир был как хищник, почуявший кровь.

Он шагнул.

Удар по рёбрам.

По печени.

По челюсти.

Рейса пыталась закрыться — не успевала.

Последний удар — колено в живот и бросок через бедро.

Она упала, уже не шевелясь.

Пламя вокруг погасло.

И они оба рухнули на землю — рядом.

Эффект трав уходил.

Боль возвращалась, ломая кости изнутри.

Каждый вдох был пыткой.

Но Рейса, едва дыша, засмеялась:

— Чёрт… да ты нереально крутой… Как же больно… — и с этими словами отключилась.

Радомир улыбнулся ей в ответ — и тоже закрыл глаза.

Эйден подошёл, глядя на них:

— Чекнутые дети…

На площадку пришёл Аринор.

Увидев побоище, он потрясённо спросил:

— Что здесь произошло?!

Эйден развёл руками:

— Дружеский бой.

Том 1. Глава 9 — Начало тренировок

Радомир снова проснулся в лазарете — но в этот раз его разбудил не крик боли и не шепот страха, а спокойный голос.

— Доброй ночи тебе, Радомир. — услышал он над собой.

— Смотрю, ты стал частым гостем у меня.

Над ним стояла Марта. Её вечный холодный взгляд был сегодня… мягче? Или ему просто хотелось так думать.

Радомир попробовал сесть и тут же понял, что тело не согласно. Боль разливалась от ребер до шеи.

— Что с Рейсой? — спросил он сквозь сжатые зубы.

Марта хмыкнула и кивнула в сторону соседней кровати.

— Вон она. Спит, как Аринор после восьмой бутылки, — тоже в хлам.

Сильно ей досталось: переломы, внутренние повреждения и отравление сильнодействующим наркотиком.

Она приложила палец к подбородку.

— Удивительный ты человек, Радомир.

Он усмехнулся.

— А вы сегодня разговорчивее, чем обычно.

— Это потому, что ты впервые прислушался ко мне — сказала она тихо.

— Давно меня никто не слушал.

— Тогда… — Радомир аккуратно повернул голову, — может расскажете ещё о себе?

Марта подняла бровь.

— Не в этот раз, Радомир. Уж точно не в этот раз.

Он хотел спросить ещё, но в этот момент с соседней койки раздался оглушительный храп, такой мощный, что у ламп над головой дрогнул свет.

Оба замолчали.

Потом медленно, очень медленно повернулись к источнику звука.

Рейса спала, раскинув руки, рот открыт, волосы торчат, и выглядела она далеко не грозным воином, а скорее испорченной кошкой.

Радомир тихо сказал:

— ...Это точно она?

— Угу. Герой огня. Страшное существо. — мрачно кивнула Марта.

Они тихо рассмеялись.

Марта снова положила ладони ему на грудь. Её единственный глаз засветился мягким зелёным светом. Боль ушла, будто её стерли из реальности.

— Спи. — прошептала она. — Я присмотрю за вами, глупые дети.

И он провалился в сон.

Утро

— Эй! Вставай, Радмий. Или как тебя там зовут?

Он открыл глаза — над ним стояла Рейса. Весьма бодрая. И наглая.

— Доброе утро. Как чувствуешь себя?

— Тело немного болит — но это нормально. — она хмыкнула. — Так как тебя правильно зовут?

— Радомир Вейланд.

Она откинула волосы, будто готовилась к церемонии.

— Рейса Троум.

Он моргнул.

— Троум? Как Эйден Троум? Он твой отец?

Она вспыхнула.

— Что?! НЕТ! То есть… не совсем. Он мой двоюродный дядя, идиот! Я просто… не хочу пользоваться его именем. Поэтому только Рейса.

Радомир улыбнулся.

— Ладно, просто Рейса.

Дверь лазарета распахнулась.

Аринор вошёл, как буря, лицо красное, брови сведены.

— Вы. Двое. Ко мне. Сейчас.

Они переглянулись.

Следующие десять минут были лекцией о дисциплине, безрассудстве, ответственности, уважении, и о том, что «герои тоже могут вести себя как идиоты, но лучше бы не стоило так себя вести».

В конце он ткнул в них перчаткой:

— Ваше наказание: сегодня вы моете стойла боевых грифонов.

А у них, между прочим, сезон линьки и пищевого раздражения.

Рейса помертвела.

— …Грифонов?

— Да. Особенно того большого, которого зовут Перхельм. Он кусается.

Аринор вздохнул с улыбкой. — Очень больно кусается.

Радомир вернулся в свою комнату и увидел Лауру, раскрасневшуюся и энергичную, как будто весь мир создан, чтобы её восхищать.

— О! Ты жив! Я рада что ты в порядке

— Спасибо... наверное. Сказал Радомир не понимая её слов.

Она помогала собрать вещи, болтала без остановки, и когда он рассказал, что Рейса родственница Эйдена, Лаура чуть не упала от удивления.

— Тааак… значит, она не просто огненная психопатка, а ещё и аристократка. Великолепно!

Радомир успел только шагнуть внутрь, как кто-то толкнул его в спину.

— Не зевай! Где садимся? — Это была Рейса.

Он указал на стол, где уже сидели его друзья. Когда он представил их Рейсе, она сначала посмотрела так, будто они были крошками на сапоге.

Но стоило Радомиру добавить:

— Это они помогали мне подготовиться к бою.

Как лицо Рейсы изменилось.

— Тогда вы молодцы. Почти.

Через минуту они уже смеялись, спорили и рассказывали про бой каждый перебивая другого.

Грифоны были хуже, чем рассказывали.

Они плевались, кусались, крыльями били как молотом, а их помёт… лучше не описывать.

В какой-то момент один грифон попытался украсть у Рейсы ведро она шипела, как кошка, а он шипел в ответ.

— Вот так выглядит дипломатия. — Сказал Радомир, выжимая рукавицы.

Они работали бок о бок, и впервые без злости.

Радомир рассказал о своём отце.

— Он говорил: "Если тебя ударили — ударь вдвое сильнее. Но не кулаком — сердцем."

Рейса фыркнула.

— Сердцем? А это как?

— Пока не знаю.

Она задумалась, потом собиралась рассказала о своей матери голос стал тише. Но её руки начали дрожать, Радомир положил ладонь поверх её.

— Можешь… рассказать позже когда будешь готова.

Она кивнула.

— Ага. Иначе расплачусь, а ты запомнишь и будешь мне это напоминать до конца жизни.

— О, обязательно.

Она пихнула его локтем.

Когда они пришли на площадку, Эйден уже ждал. В руках у него деревянный меч.

— Готовы страдать?

Рейса оскалилась. Радомир просто кивнул.

Эйден медленно прошёл вокруг них, оценивая.

— Наконец-то вы вместе. Это хорошо. Даже радует моё сердце.

Рейса и Радомир одновременно ответили:

— Не надейтесь.

— Мы всё ещё не друзья.

Эйден остановился. Улыбка исчезла.

— Знаете, какой лучший метод тренировок, чтобы стать сильным?

Они насторожились, Эйден поднял меч а глаза его стали хищными.

— Ответ простой.

И он напал.

— Это УГРОЗА ЖИЗНИ!

Воздух взорвался движением.

Рейса успела только вдохнуть и уже каталась по земле, сбитая ударом деревянного меча.

Радомир едва поднял блок но сила Эйдена была такой, что руки онемели.

— БЫСТРЕЕ. — рявкнул Эйден, и в его голосе не было ни капли шутки.

Это был не спарринг, это было избиение.

Рейса взревела и подняла руки вокруг неё вспыхнули искры пламени, но Эйден одним резким движением выбил воздух из её груди, лишив концентрации.

— Если ты полагаешься только на свой дар, ты умрёшь первой.

Она попыталась ударить ногой, но он схватил её и швырнул как куклу. Рейса прокатилась по земле, закашлялась, но встала.

Глаза — яркие, злые. Она была готова убивать.

Радомир бросился вперед, пытаясь перехватить удар.

Он вспомнил:

-стойку-ритм-дыхание-вес меча

И всё равно — Эйден двигался быстрее. Не как человек. Как зверь.

Деревянный клинок лишь чуть не задел шею Радомира если бы это было настоящее оружие… Он был бы мертв.

— Ты думаешь, противник даст тебе время подумать? — холодный голос Эйдена звучал так близко, будто он стоял внутри головы.

— Нет… — выдохнул Радомир.

— Тогда ДЕЙСТВУЙ!

Рейса снова присоединилась к бою теперь они атаковали вдвоём.

И впервые — слаженно.

Радомир наносил удары чётко, коротко, без замаха как его учили.

Рейса же работала хаотично, быстро, как огонь, который не думает, а уничтожает.

И наконец… Эйден отступил на полшага. Не много. Но достаточно, чтобы они поняли он не играет.

Эйден перестал атаковать и просто дал им попробовать.

Радомир бил в корпус — блок.

Рейса — быстрый удар в бок — уклон.

Радомир — в плечо — парирование.

Рейса — в шею — отбито.

Они были молниями — но он был бурей.

И потом это случилось... ошибка: Рейса ударила слишком широко. Радомир поспешил потому что хотел попасть.

Их движения пересеклись — они сбили друг друга.

И в ту же секунду меч Эйдена остановился у горла Радомира. У Рейсы — к сердцу. Дыхание обоих сорвалось. Никто не двигался.

Эйден стоял спокойно, без злости — только усталость и… лёгкая гордость.

— Вы наконец-то перестали сражаться друг против друга. — тихо сказал он.

Он отступил назад, убирая меч.

— Это было лучше. Значительно.

Рейса всё ещё тяжело дышала, пот струился по вискам.

— Ты… больной… — выдавила она.

Эйден ухмыльнулся.

— Я?

— Нет. Мир. Ответила вымотанная Рейса

Он посмотрел на них долгим, замершим взглядом.

— Вы думаете, то, что было на спарринге — это предел?

— Вы думаете, что всё ужасное уже прошло?

Он медленно покачал головой.

— Нет. Это было только вступление.

Радомир поднялся первым. Медленно. Упрямо.

— Значит… продолжим завтра? — спросил он, не сводя взгляда с Эйдена.

Эйден ответил не сразу.

А потом улыбнулся тем редким, настоящим выражением, которое видели лишь единицы.

— Нет. Продолжим... Сейчас!

Рейса простонала:

— Твою же— ЭЙДЕН, МЫ УМРЁМ!

Он развернул меч, стал в стойку.

— Тогда научитесь умирать правильно.

Эйден уже собирался снова атаковать — в его глазах мелькнула хищная решимость, как вдруг рядом раздался грубый хриплый звук трубы. Не праздничной, военной. Он замер. Рейса и Радомир тоже.

Через мгновение к тренировочной площадке подбежал гонец молодой рыцарь в пыльных сапогах и с побелевшим лицом, будто он всю дорогу бежал, не смея дышать.

— Господин Троум!.. — он согнулся, упираясь руками в колени, пытаясь восстановить дыхание.

— Королева… прислала срочное письмо.

Эйден протянул руку.

Письмо было запечатано королевской печатью: серебряное солнце, перечёркнутое мечом.

Девиз династии: «Свет — только для тех, кто его заслужил».

Он сломал печать. Развернул пергамент. Читал молча лицо не менялось, но мышцы на челюсти чуть дёрнулись.

— Что там? — первой спросила Рейса, всё ещё держась за ушибленное плечо.

Эйден не поднял взгляда.

— Разведка обнаружила следы неустановленного существа на северо-западной границе лесов Эбермайла.

Радомир нахмурился.

— Существа?.. Какая редкость, да?

Эйден проигнорировал сарказм.

— Дежурные патрули исчезли. Связь с ними пропала два дня назад.

Гонец добавил:

— Там нашли... только доспехи. И кровь. Много крови.

Тишина стала густой.

Эйден продолжил читать: «Установить природу угрозы. Уничтожить или привести для исследования, если возможно. Герои должны присутствовать как часть подготовки. Не позднее, чем после подтверждения разведданных.»

Эйден закрыл письмо и передал гонцу назад:

— Скажи королеве: приказ принят.

Гонец коротко поклонился и исчез так же быстро, как и появился.

Рейса медленно повернулась к Эйдену:

— Ты правда возьмёшь нас?

— Мы… ещё не готовы. Сказал Радомиру

Он наконец посмотрел на них.

— Готовность это роскошь. — Холодно сказал он. — А нам она не доступна.

Он повернул меч так, будто уже мысленно стоял перед врагом.

— Через два-три дня вторая разведка даст точное местоположение. С этого момента вы со мной. Отправляемся сразу после подтверждения.

Радомир сглотнул:

— И что нам делать до этого?

Эйден слабо усмехнулся в этой улыбке не было жестокости. Только решимость.

— Отдыхать, есть…и верить в чудо, если умеете.

Он сделал шаг назад, убирая меч за пояс.

— Потому что то, что мы найдём в тех лесах… не будет ждать, пока вы научитесь драться.

Том 1. Глава 10 Ложная добыча

Жизнь в замке вошла в привычный ритм — если слово «привычный» вообще подходило к постоянной боли в мышцах и синякам, которые не успевали сходить.

Рейса и Радомир тренировались почти каждый день. Утром — совместные занятия, днём — каждый шёл своим путём.

Радомир всё чаще уходил на общую тренировочную площадку, туда, где занимались рыцари. Его тянуло туда не из любопытства — он хотел продолжать обучение рукопашному бою у Грегори. Кулаки, захваты, удары локтями — всё это давалось ему тяжело, но именно там он чувствовал, что становится крепче не только телом, но и духом.

Грегори был немногословен. Он не хвалил. Если Радомир падал он ждал, пока тот поднимется. Если не поднимался поднимал сам, грубо, но без злобы.

Рейса в это время отрабатывала новые огненные техники. Иногда одна, иногда под присмотром Аринора. Огонь у неё был живой, резкий, упрямый — как и она сама. Порой пламя вырывалось сильнее, чем она рассчитывала, и тогда Аринор лишь молча поднимал бровь и просил повторить снова. И снова. И снова.

Под конец тренировок, как обычно, их ждал бой с Эйденом.

И как обычно — они проиграли. Жёстко, быстро и без шансов.

Радомир лежал на земле, глядя в небо, тяжело дыша. Рейса рядом тихо застонала, переворачиваясь на спину.

— Мы… — начала она, — вообще хоть раз его победим?

Эйден, вытирая клинок, усмехнулся: — Когда перестанете летать в облаках.

Они так и остались лежать — побитые, уставшие, но живые.

В тот же день вернулась разведка.

Точнее — разведчик.

Рыцарь вошёл во двор, пошатываясь. Его доспехи были в мятинах, плащ разорван, взгляд пустой. Он говорил обрывками, словно боялся, что если скажет слишком много, оно услышит.

— Ночью… — выдохнул он. — Оно ждало. Не рвалось сразу… обходило…

— Оно думало, — прошептал он. — Мы не добыча… мы были целью.

Он говорил, что существо было огромным. Что оно нападало не как зверь, а как охотник. Что от него воняло гнилью, сыростью и смертью.

После этого Эйден изменился.

Шуток стало меньше. Он начал чаще проверять оружие, перебирать ремни, точить клинок, даже когда тот был и так острым. Он говорил с Аринором наедине, а позже с Королевой. О чём Радомир не знал. И, судя по выражению лица Эйдена, знать не стоило.

Спустя два дня они выдвинулись в путь. Но сперва в город Санвельд.

На этот раз Радомир сам собрал походный рюкзак. Проверил ремни, уложил всё аккуратно, даже оставил место «на всякий случай».

Эйден осмотрел рюкзак, хмыкнул: — Молодец.

Пауза.

— Всё равно дерьмо.

Рейса же взяла с собой только меч. Эйден смерил её взглядом: — Ну хотя бы доспехи напялили — и то радость.

На Радомире были те самые доспехи, которые когда-то купил ему Эйден: простые, но добротные. Крепкий нагрудник с кожаными вставками, наплечники без лишнего веса, укреплённые наручи и поножи. Ничего вычурного — всё для выживания.

Доспехи Рейсы выглядели похоже, но металл был другим — специальный сплав, устойчивый к высоким температурам. На свету он отливал тёплым оттенком, словно уже знал, с каким огнём ему придётся иметь дело.

По дороге в город Рейса спросила:

— Так за какой тварью мы идём?

Эйден ответил без привычной усмешки:

— Разведка нашла выжившего. По его словам, это было что-то огромное. Напало ночью. От него воняло гнилью. Скорее всего тролль.

Он помолчал и добавил:

— Большие, сильные и быстро регенерируют. Режь восстановится, ломай зарастёт. Убить можно либо огнём, либо сокрушив голову так, чтобы уже не собралась обратно.

Рейса улыбнулась — Класс! Будет на ком проверить мою силу.

Она повернулась к Радомиру.

— А ты как? Чувствуешь что-нибудь?

— Тролли? — задумался Радомир. — Никогда их не видел. Волнуюсь слегка. А насколько он большой? Больше той змеи… Глорис?

— Нет, — ответил Эйден. — Та змея была больше. Но тролль опаснее.

В Санвельде первым делом они зашли к Нускарин.

Та была, как обычно, под кайфом и искренне рада их видеть. Радомир, как и обещал, пересказал бой с Рейсой, приукрашивая моменты, где его не так сильно били. Рейса тут же влезала с поправками:

— Он забыл сказать, как красиво я его с ноги отправила.

— Это было скольжение!

— Это было падение.

Нускарин смеялась так, что чуть не опрокинула стойку, и в итоге сделала им хорошие скидки на свои «особые травушки». Эйден был в восторге.

После этого они зашли в лавку «Снаряжение и броня от мастера Хорда».

Хорд обрадовался Эйдену, сразу предложил новый походный рюкзак среднего уровня. Когда они уже собирались уходить, кузнец как бы между прочим сказал: — Ах да… на тебе, Эйден, висит долг. Тридцать золотых. За броню мальчишки.

Ярость Эйдена была мгновенной.

Последнее, что увидел Радомир, кулак летящий ему в лицо.

Дальше путь лежал к лесу.

Радомир шёл последним, с фингалом под глазом. Эйден долг оплатил, но наказал его по-своему: теперь к нему был привязан не камень, а целый валун.

Тогда Радомир понял важный урок: никогда не вешай долг на скрягу.

Рейса подошла — Как дела?

— Тяжело, — выдохнул он.

— Потерпи немного, я разберусь.

Она подошла к Эйдену, что-то пробормотала, потом наорала. Итог был предсказуем.

Теперь оба шли с фингалами под глазами и тащили один большой валун.

Эйден ушёл вперёд и пропал из виду.

— Спасибо за помощь, — пробормотал Радомир. — Мне стало намного легче.

— Пошёл ты! — огрызнулась Рейса. — Сделала что смогла.

— Что ты ему вообще сказала?

— Что могу слегка уменьшить твой валун. Он сказал — «пусть будет уроком». Ну и я сказала, что он МУДИЛА! — крикнула она, надеясь, что Эйден услышит. — Где он вообще берёт эти гигантские камни!?

— Разрезает первый попавшийся, — пожал плечами Радомир.

И так они шли весь день. Солнце давно скрылось за горизонтом.

Радомир и Рейса волочили ноги, будто каждый шаг давался с большим трудом. Валун остался позади ещё засветло, но усталость въелась в кости. Когда впереди показалась фигура Эйдена, оба выдохнули почти одновременно.

Эйден обернулся, окинул их взглядом и кивнул: — Здесь отдохнём. В лес войдём, когда луна будет на пике. В это время тролль выходит бродить.

Он указал на край поляны.

Радомир и Рейса даже не спорили. Они просто рухнули на землю — и сон накрыл их мгновенно, тяжёлый, без сновидений. Измученные, побитые, но живые.

Эйден сел неподалёку, прислонившись к дереву. Он не спал лишь прикрыл глаза.

Спустя несколько часов он поднялся и коротко сказал: — Вставайте и готовьтесь. Мы входим в лес Эбермайл.

Лес встретил их тишиной. Лунный свет едва пробивался сквозь кроны, серебряными пятнами ложась на землю. Тени были слишком длинными, слишком живыми. Каждый шаг отдавался глухо, будто лес слушал.

Рейса подняла руку, и между пальцами уже начало тлеть пламя.

— Не стоит, — резко сказал Эйден. — Раньше времени привлекать внимание — плохая идея.

Она недовольно фыркнула, но огонь погас. Они дошли до места нападения. Тела разведчиков всё ещё лежали там. Разорванные, изломанные и гниющие.

Запах был такой, что Радомир отвернулся и с трудом сглотнул, сдерживая рвоту. Горло сжалось, глаза заслезились.

Рейса молча смотрела на мёртвых. Лицо её было каменным.

— Странно… — тихо сказал Эйден. — Почему тела не съедены?

— Он мог просто убить их, — ответила Рейса. — Забавы ради.

Эйден покачал головой: — Тролль не оставляет еду гнить.

Радомир нахмурился: — Значит, это не тролль?

— Возможно, — ответил Эйден. — Либо этот тролль очень туп.

Они обыскали место. Следы нашлись быстро — глубокие, тяжёлые, вдавленные в землю. Но через какое-то время… они просто оборвались.

Эйден выпрямился: — Разделимся. Я пойду один. Вы — вместе.

Радомир напрягся: — А если мы столкнемся с троллем?

— Убейте его, — спокойно сказал Эйден. — Если не сможете — Рейса подаст сигнал огнём, и я приду.

Рейса ухмыльнулась: — Уверена, твоя помощь нам не понадобится.

И они разошлись.

Радомир и Рейса двигались тихо, почти не дыша. Каждый звук, треск ветки, шорох листвы заставлял оглядываться.

Чтобы разрядить напряжение, Радомир шепнул: — Есть идеи, как победить Эйдена?

Рейса оживилась: — Конечно! Отнять у него меч! А дальше ты своими кулаками и ногами надерёшь ему задницу!

Она тихо засмеялась.

— Ха, — усмехнулся Радомир. — Или… заманить его в узкое место. Ты давишь огнём, я иду вблизи. Не победим — но хотя бы заставим попотеть.

— Уже лучше, — кивнула она.

И в этот момент Радомир почувствовал чей-то взгляд. Не просто ощущение — давление, будто что-то тяжёлое легло на затылок. Он слегка толкнул Рейсу локтем.

Она посмотрела на него и сразу всё поняла.

Молча, не сбавляя шага, оба положили руки на рукояти мечей. И тогда оно рвануло. Из теней, с глухим рыком, словно сама ночь сорвалась с места.

Они разошлись в стороны, уходя от удара, и лунный свет выхватил тварь целиком.

Тролль.

Огромный — около четырёх метров ростом. Мускулистое тело, живот чуть выпирает, кожа бледно-зелёная, словно давно не видела солнца. От него несло так, будто что-то сгнило заживо и решило встать. Запах ударил в нос сразу.

— А вот и тролль! — выкрикнула Рейса.

Она рванулась первой.

Её клинок вспыхнул в лунном свете, удар пришёлся в колено твари. Тролль пошатнулся, но тут же махнул рукой — тяжёлой, как бревно. Рейса ушла в перекат, земля взорвалась там, где она была секунду назад.

Радомир не спешил.

Он двигался по дуге, выжидая. Тролль был медлителен — каждое движение тяжёлое, размашистое. Он бил, не заботясь о защите.

Рейса наносила удар за ударом — резала, колола, отвлекала. Радомир заходил с фланга, бил по сухожилиям, по горлу, по бокам.

Они прикрывали друг друга. Работали как одно целое.

Тварь оступилась и тогда Радомир увидел шанс. Он рванулся вперёд и полоснул по горлу. Но что-то было не так, он замер на долю секунды.

Раны… не затягивались и… не кровоточили. Тролль не издал ни звука.

Радомир посмотрел на его лицо и похолодел. Глаз не было, лицо будто опустело, кожа свисала, как маска.

— Рейса… — выдохнул он.

Она всё поняла мгновенно и убрала меч в ножны. Её руки вспыхнули огнём ярким, яростным. Пламя вырвалось вперёд сплошной струёй, обрушившись на тварь.

Тролль исчез в огне.

— Вот так! — вскрикнула Рейса. — Ты видал, как я его сожгла?!

— Это было круто! — ответил Радомир.

Но тревога не отпускала. Он посмотрел на пламя, из него вышло нечто.

Кожа твари обугливалась, слезала, и под ней стояло другое существо крупное, синего цвета, гладкое, как камень. На лице лишь грубые вырезы для глаз.

— Что это?.. — прошептал Радомир.

Он обернулся к Рейсе и впервые увидел на её лице настоящий страх.

— Рейса… что это за тварь?!

— Это… — её голос дрогнул. — Дикий голем.

Она схватила его за руку: — Нам нужно бежать. Сейчас!

Том 1. Глава 11 — Камень, который не должен был двигаться

Бегство оказалось иллюзией. Голем рванул за ними слишком быстро для своего размера. Земля дрожала под каждым шагом, деревья тряслись, будто перед бурей. Всё его прежнее неуклюжее поведение оказалось ложью будто он притворялся.

— Быстрее! — крикнула Рейса.

Радомир обернулся на миг и увидел, как тень накрывает их с головой. Голем сделал рывок, Радомир чудом ушёл в сторону, перекатился, вскочил и, не думая, ударил. Меч врезался в бок существа.

ГЛУХО.

Не удар будто он со всей силы ударил палкой по металлу. В руки ударила вибрация. Пальцы онемели. Запястья задрожали так, что меч едва не вылетел.

— Чёрт… — выдохнул он.

И в тот же миг громадный кулак голема пошёл сверху вниз.

Рейса врезалась в него плечом, утаскивая в сторону.

— ПРИДУРОК! — заорала она. — Ты серьёзно думал, что сможешь его разрубить?!

Радомир, задыхаясь: — Я… хотя бы… попытался…

Они нырнули в кусты, ветки хлестали по лицу, колючки рвали кожу.

— Это дикий голем, — быстро, почти шёпотом сказала Рейса. — Их создавали только для одного истреблять всё живое. У них нет боли и нет страха.

Ветки разлетелись. Голем сразу нашёл их, будто чувствовал или видел не глазами.

Они остановились, оба поняли одно и то же. Им не убежать.

— Подавай сигнал! — крикнул Радомир. — Зови Эйдена!

Рейса вскинула руки и в небо рванул огненный шар, разорвав тьму алой вспышкой.

Голем замер, а потом… взбесился ,он понял. Детишки зовут подмогу.

Он пошёл вперёд, быстрее, яростнее. Каменные кулаки молотили всё вокруг. Рейса жгла, Радомир бил, но это было бесполезно.

Огонь стекал по синей коже, не оставляя следов.

Меч скользил, искрил и тупился. Радомир почувствовал, как клинок дрогнул. Ещё немного и он сломается.

— Ничего не работает! — выкрикнула Рейса.

Радомир, пятясь, вдруг заметил деревья. Огромные. Старые. Толстые.

Идея была отчаянной. Но другой не было.

— Рейса! — крикнул он. — Я отвлеку его! Ты — свали одно из деревьев!

— ЧТО?! — она посмотрела на него как на безумца. — Ты спятил?!

— У тебя есть идеи получше?!

Она посмотрела на голема. Потом на него.

— Хорошо… — выдохнула она. — Только не смей умирать.

Они разошлись.

Радомир вышел вперёд и заорал во всё горло:

— ЭЙ! ТЫ! КАМЕННЫЙ УРОД! ИДИ СЮДА! Я ИЗ ТЕБЯ ВСЕ КАМУШКИ ПО ВЫБИВАЮ!

Голем повернулся и ринулся.

Удар и уклон. Земля взрывается под ногами. Радомир бил в колено, в бедро, в корпус.

Треск. Меч не выдержал, клинок сломался у гарды.

Радомир замер на долю секунды, глядя на обломок в руках.

— Ну вот… — прошептал он.

Теперь он был безоружен.

Он крутился у ног голема, мансил, прыгал, катился, едва уходя от ударов.

В голове билось: «Ну давай же… геройская сила… хоть что-нибудь… лазеры из глаз?..»

Ничего.

Рейса вдали уже рубила дерево. Её меч пылал алым пламенем, она била снова и снова, углубляя зарубку.

И вот сигнал. Она взмахнула горящим клинком.

Радомир, задыхаясь, повёл голема ближе, шаг за шагом, метр за метром.

— ДАВАЙ! Крикнул он.

Рейса ударила в последний раз. Дерево затрещало. Гигантский ствол рухнул вниз, земля взревела, пыль поднялась стеной.

Тишина.

Они стояли, не веря.

— Мы… — Рейса засмеялась истерично. — Мы завалили дикого голема!

— Представляю лицо Эйдена… — хрипло рассмеялся Радомир. — Не тролль, а целый голем!

— И награду попросим у короля!

Они смеялись.

И тут… ТРЕСК.

Дрожь прошла по спинам. Улыбки медленно сползли с лиц. Из-под пыли поднялось движение.

Голем встал.

Он поднял дерево сломал его пополам, как ветку. Одну половину швырнул в сторону.

Второй замахнулся. Удар летел с чудовищной скоростью по Радомиру.

Но не он принял его первым.

Рейса шагнула вперёд резко, не думая. Подставилась целиком, выставив меч поперёк удара, как щит.

— НЕТ!

ХРУСТ.

Меч не выдержал. Лезвие лопнуло, приняв на себя часть силы, но этого было слишком мало.

Удар всё равно накрыл их обоих.

Их отбросило, как тряпичных кукол. Тела пролетели несколько метров и рухнули в грязь и корни.

Радомир ударился головой. Мир вспыхнул белым и поплыл.

— Рейса… — прохрипел он. — Рейса…

Он нашёл её взглядом. Она лежала неподвижно. Рука была вывернута неестественно, кость явно сломана.

Сердце Радомира ухнуло куда-то вниз. Он подполз к ней, попытался поднять, потащить прочь.

Ноги… не слушались, совсем, как тогда в тот проклятый раз с Провидцем.

— Давай же… — он бил себя по бёдрам. — ДВИГАЙСЯ!

— Чёртов трус… — прошипел он сам себе. — ВСТАВАЙ!

Голем приближался. Медленно и уверенно. Он уже поднимал кусок дерева сжатое в руке.

Радомир понял: бежать не получится.

Он оттащил Рейсу за спину и встал перед ней, шатаясь, пустые руки сжаты в кулаки.

— Ладно… — выдохнул он. — Давай, я готов.

Громадный кулак пошёл вниз.

И вдруг — РАЗРЕЗ.

Не удар и не треск. А чистый, хищный звук рассечения воздуха.

Дерево, поднятое големом, разлетелось в щепки, а вместе с ним — и рука существа. Камень, плоть, синяя масса всё было разрублено.

Радомир не сразу понял, что произошло. Зрение плыло. Мир был размытым пятном.

Он увидел лишь силуэт. Высокий, спокойный, стоящий между ними и чудовищем.

— …Эйден… — прошептал он.

И тьма накрыла его окончательно.

— Радомир! Очнись, мелкий засранец.

Он открыл глаза.

Перед ним стоял Эйден.

— Рейса! — Радомир резко дёрнулся. — Что с ней?!

— Вон она. — Эйден кивнул в сторону. — Жива. Я дал ей лекарство, переломы заживут.

А ты… — он сунул что-то ему в рот. — Жуй.

Радомир едва не выплюнул.

— Фу— что за мерзость?!

— Благодари Нускарин. — сухо сказал Эйден. — Зато раны заживут.

И правда боль начала отступать. Голова прояснилась. Силы медленно возвращались.

Он поднялся и увидел Рейсу. Она стояла рядом с телом голема.

Хотя «телом» это назвать было трудно.

Он был изрублен. Глубокие рассечения. Следы ударов, будто по нему прошёлся ураган из стали.

Радомир подошёл к ней.

— Спасибо… — тихо сказал он. — Что прикрыла.

Рейса не посмотрела на него сразу.

— И тебе спасибо. — ответила она. — За то, что выжил.

Они посмотрели на поле битвы.

— Нехилая у вас тут битва была. — Рейса покосилась на Эйдена.

— Это был не я. — спокойно ответил он. — Когда я пришёл, он уже лежал таким.

Они оба уставились на Радомира.

— Это не я. — честно сказал он. — Я потерял сознание. Но… перед этим кто-то пришёл. Я думал, это вы.

Эйден медленно покачал головой.

— Нет.

Он нахмурился.

— Кто бы это ни был — он вас спас.

А теперь расскажите мне… откуда здесь взялся дикий голем. Они рассказали всё про тролля, про кожу и про страх.

Эйден слушал молча.

— Голем… натянул на себя кожу тролля? — наконец сказал он.

— Да. — ответили они одновременно.

Эйден выдохнул.

— Значит, начали развиваться.

Нужно сообщить Львеносу.

Он взял голову голема — как доказательство.

— Пойдём, не спеша. Вы ещё не восстановились.

Они двинулись.

Радомир и Рейса взяли свои сломанные мечи.

Перед уходом Рейса замедлилась. Обернулась. Посмотрела на разрушенное поле боя.

— Спасибо. — тихо сказала она.

И пошла дальше, догоняя остальных.

Они шли к выходу из леса, когда первые лучи рассвета начали медленно пробиваться сквозь туманную крону деревьев. Солнце вставало нехотя, словно само не желало видеть то, что осталось после ночной бойни.

Рейса и Радомир едва волочили ноги. Их дыхание было тяжёлым и сбивчивым, а тела полностью истощёнными. Этот долгий бой, постоянное напряжение и раны высосали из них последние силы.

Эйден заметил это сразу.

Он тяжело вздохнул, огляделся и выбрал большое тенистое дерево, чьи ветви образовывали естественный навес. Медленно сняв с плеча массивную голову голема, он опустил её на землю и кивком указал на место отдыха.

— Садитесь. Пять минут сна сейчас, спасут вам жизнь позже.

Они не стали спорить.

Рассевшись у корней, Эйден достал из сумки Радомира вяленое мясо и протянул им. Рейса съела несколько кусочков и почти мгновенно уснула, уронив голову ему на плечо. Радомир ел медленно, не отрывая взгляда от мёртвой головы голема, лежащей неподалёку.

Он собирался задать вопрос, но Эйден понял его раньше, чем тот открыл рот.

— Этот монстр, — начал он спокойно, — голем. Оружие, созданное в эпоху Великой войны, что была около двухсот лет назад. Войну развязал прошлый король — Валдис Завоеватель. Жестокий, алчный и безумный.

Эйден ненадолго замолчал.

— Я читал об этом в старых хрониках, когда был ещё мальчишкой. Тогда мне казалось, что это просто страшные сказки. Но, как видишь, история умеет возвращаться.

Он посмотрел на голову чудовища.

— Одно из королевств тогда создало целую армию големов. Они были живыми машинами разрушения. Их было крайне трудно уничтожить. После окончания войны создатели смогли вернуть далеко не всех. Остальных, посчитав бесполезными и потерявшими цель, просто освободили.

Эйден сжал пальцы.

— Ошибка. Часть из них со временем обрела самосознание и нашла новые причины существовать. Другая же сохранила первоначальную программу — уничтожать, но уже ни тех кого они должны были уничтожить, а всех. И, похоже, спустя столько лет они начали развиваться. Это может быть опасно для всего мира.

Радомир молчал, переваривая услышанное.

— А… что это была за война?

Эйден хмыкнул.

— На этот вопрос тебе лучше ответит наш плакса. Или его жена. Они знают больше.

Радомир кивнул.

— Хорошо.

Он медленно прикрыл глаза, уже почти проваливаясь в сон. Вздрогнул лишь тогда, когда Рейса внезапно захрапела, но, улыбнувшись, всё же позволил усталости взять своё.

Наступила тишина.

(Неизвестный голос) — Что будешь делать, Эйден?

Голос раздался прямо у него в голове.

Эйден даже не пошевелился.

— Тоже подумываю вздремнуть. А что?

(Неизвестный голос) — Не хочешь узнать, кто сумел разобраться с големом? Не каждому это под силу.

Эйден чуть приоткрыл глаза, взглянул на Олрика, который был прислонён к стволу дерева.

— Нет. Главное что они живы. Ты побудешь на стороже. Как всегда.

— Как всегда… — тихо усмехнулся дух ветра.

Эйден поставил меч рядом, устроился поудобнее и закрыл глаза.

Том 1. Глава 12 Те, кто сильнее

Дорога до замка заняла больше одного дня, чем путь к лесу.

Лес постепенно редел — густые кроны сменялись холмами и открытыми равнинами. Ветер становился холоднее, неся с собой запах дождя и сырой земли. Облака медленно стягивались к горизонту, словно небо готовилось к долгому ливню.

Радомир и Рейса всё ещё ощущали слабость после битвы. Физическое истощение и отдача от битвы настигли их почти одновременно, высасывая последние силы, но с каждым шагом тело понемногу оживало, возвращая контроль над мышцами.

Голова голема, привязанная к Эйдену, глухо постукивала о его меч при каждом шаге. Даже мёртвая, она вызывала мерзкое чувство будто что-то внутри неё всё ещё следит за ними.

Тишина затягивалась.

Эйден, заметив это, лениво зевнул:

— Какие-то вы унылые. Может, вам что-нибудь рассказать?

Рейса задумчиво прикусила губу, но Радомир, не раздумывая, сразу выпалил:

— А в других королевствах есть такие же, как вы? Сильнейшие мечи?

Эйден прищурился, словно оценивая вопрос.

— Хороший вопрос. Нет, не везде. Нас всего шестеро. В Миррене, водном царстве, в Гирнаме королевстве гоблинов и в Дургриме, подгорном королевстве гномов, таких, как я, нет.

— Почему? — удивилась Рейса.

— Миррена чтит магию как основу жизни. Их король, Сион Тагалоа, один из сильнейших архимагов мира. Им мечи попросту не нужны.

В Гирнаме… — он хмыкнул. — Там три, а то и четыре архимага. А ещё горы золота. Гоблины могут позволить себе всё.

Ну а в Дургриме гномы полагаются на природную силу, выносливость и мастерство. Их воины очень сильны.

Он чуть замедлил шаг.

— Хотя… рано или поздно их гордыня сыграет с ними злую шутку.

Рейса хитро улыбнулась и, прищурившись, посмотрела на него:

— А кто из мечей самый сильный?

Эйден даже не сбился с шага.

— Думаешь, я скажу, что это я?

Рейса и Радомир синхронно кивнули.

Он фыркнул.

— По силе и опыту я занимаю лишь четвёртое место.

Оба резко повернулись к нему.

— Что?!

— Удивлены? — ухмыльнулся Эйден. — Тогда слушайте.

Он поднял палец.

— Первое место — Везза Ноктвейн. Служит Некрасии королевству демонов и всякой твари. В бою использует сразу десять мечей.

Радомир и Рейса одновременно спросили:

— Как?!

— Сами увидите и поймёте. — Эйден усмехнулся. — Но если когда-нибудь вам доведётся с ней сразиться смотрите во все стороны. Даже туда, где вы бы никогда не подумали.

Чёрная Королева — так мы её прозвали. И, как ни странно, в обычной жизни она довольно приятная. И… красивая.

Рейса фыркнула:

— Конечно.

— Второе место Хрогвар Железнокровный, он из гигантов. Одним взмахом клинка разрезает каменные хребты. Служит сами знаете кому. Тип мерзкий, и чертовски опасный.

Он поднял третий палец.

— Эйларин Сильвемир. Из старых эльфов. Использует два меча. Скорость запредельная. Специализируется на незаметных ударах. Моргнул и ты труп.

Радомир сглотнул.

— Её прозвали Тихая Смерть. — добавил Эйден. — Сама по себе нудная и вечно сдержанная. С ней особо не поболтаешь.

Он ткнул большим пальцем себе в грудь.

— Четвёртое — великий я. Лживый Ветер.

Рейса усмехнулась:

— Почему лживый?

— Потому что никогда не там, где вы думаете, что я есть.

Он продолжил:

— Пятое Такэру Кагэсава, он никому не служит. Его меч катана так он её назвал. Тонкий, изогнутый клинок, настолько острый, что разрезать сталь для него словно разрезать бумагу. Он постоянно щёлкает ножнами, вытаскивая лезвие всего на пару сантиметров, это сильно раздражает. Прозвище Блуждающая Луна.

— И последний? — спросил Радомир.

Эйден с серьезным лицом назвал последние имя.

— Гаррет.

Он слегка замедлил шаг.

— Болтун. — с сарказмом добавил он. — Единственный, кого я уважаю. Служит Скайлендии. Всегда в доспехах. Его техника идеальна, у него нет слабых мест. По крайней мере я их у него не нашёл.

Эйден остановился.

— Когда-то мы сражались бок о бок. Я понял тогда одно рядом с ним ты никогда не получишь удар в спину.

Взгляд Эйдена стал острым.

— И скажу вам честно… — его голос стал ниже. — Я считаю его великим рыцарем. Даже когда тьма окутает мир и солнце перестанет светить, он точно продержится дольше всех нас.

Радомир и Рейса молчали. Ветер пронёсся по равнине, шевеля траву.

— Вот такой у нас расклад сил, — спокойно закончил Эйден и снова пошёл вперёд.

Ветер усилился, и разговор о мечах ещё долго не отпускал их мысли.

Рейса вдруг оживилась:

— Я хочу увидеть Хрогвара. Насколько он вообще большой, если его прозвали Пожирателем гор?

Эйден усмехнулся.

— Пожиратель гор скорее не он, а его меч. Сам Хрогвар просто… огромный. Но его клинок вот настоящая беда.

Он слегка постучал пальцами по рукояти своего оружия.

— Видите ли, мы, сильнейшие мечники, обладаем необычным оружием. Например, мой меч Олрик. Клинок с собственным разумом. Большая редкость. Мне его преподнесли гномы из Дургрима за мои заслуги.

Он приподнял нос с явной гордостью.

— У остальных такого нет.

Небольшая пауза.

— Хотя… у Такэру Кагэсавы, возможно, тоже есть. Когда я пересекался с ним, Олрик насторожился. А он почти никогда не ошибается.

Рейса прищурилась.

— Поэтому ты спокойно спишь под открытым небом? Потому что он тебя защищает?

— Так и есть. — спокойно ответил Эйден. — Он не нуждается во сне.

Рейса остановилась.

— Тогда какого чёрта мы дежурим почти каждую ночь?!

— А вы отдыха не заслужили, — невозмутимо ответил он. — И в будущем это вам поможет.

— Ты просто издеваешься!

— Я вас закаляю.

Пока они спорили, Радомир шёл чуть позади, погружённый в мысли.

Эйларин Сильвемир, два меча. Он посмотрел на свой сломанный клинок, прикреплённый к поясу.

«Почему я должен использовать такой меч?..»

Мысль кольнула неприятно.

Но другая мысль вытеснила её.

— А маги? — спросил он вслух. — Что насчёт магов и архимагов? У них тоже есть своя иерархия?

Эйден тут же заткнул рот Рейсе ладонью, не дав ей вставить язвительный комментарий.

— Нет. Они не делят себя так открыто. Никто не скажет: “Я первый, ты второй”. Но поверь… гордецы они знатные.

Он убрал руку.

— Я знаю только троих архимагов. С другими не доводилось пересекаться.

Он поднял палец.

— Наш Аринор. Мы с ним часто ссоримся, как волк с медведем. При первой встрече вообще чуть друг друга не прикончили. Бой был… весёлый.

Эйден усмехнулся.

— Нас остановил Львенос. Иначе половины замка бы не стало. Столько слёз тогда пролилось…

Второй палец.

— Сион Тагалоа, король Миррены. Своенравный и спокойный, пока ты не переходишь черту. Но если его разозлить… весь океан станет твоей могилой.

Рейса тихо присвистнула.

Третий палец.

— И, конечно, верховный архимаг Иара.

— Сильнейшая из них. Говорят, она способна стереть целую армию лишь одним заклинанием. Вместо того чтобы стать правительницей или военной силой… она выбрала стать директором школы магов.

Радомир резко оживился:

— Школа магов? Здесь есть школа магов? Как Хогвартс?

Эйден замер.

— Хог… что?

Радомир мысленно проклял себя.

"Глупо было использовать ассоциацию с фильмом…"

— Не… не обращай внимания. Глупость ляпнул.

Эйден подозрительно посмотрел на него, но продолжил:

— Да. У нас есть школа магов. Академия “Астрэлион”.

Он указал вперёд, в сторону далёких холмов.

— Там обучают будущих магов. Контролю, дисциплине, боевым и защитным искусствам. После выпуска их распределяют по королевствам… или они сами выбирают путь.

Рейса скрестила руки.

— И туда может поступить любой?

— Любой, у кого есть дар к магии, — ответил Эйден. — Но дар это ещё не сила. Многие ломаются ещё на первом году обучения.

Радомир замолчал и мысленно задумался. Дар, его собственный… так и не проявился.

Ветер вновь усилился.

Эйден на мгновение замолчал, затем добавил уже более серьёзно:

— Иара… единственная, кому разрешено использовать запретную магию. Такую, что способна вызывать катастрофы.

— Но скажу честно я ей не доверяю. Точнее… — он слегка постучал по рукояти меча, — Олрик считает её подозрительной. А к его мнению я всегда прислушиваюсь.

Он посмотрел на них внимательнее.

— Так что и вы ей особо не доверяйте. Хотя решать вам.

Разговор постепенно сошёл на более лёгкие темы. Они обсуждали странные традиции других королевств, спорили о том, кто из мечников выглядел бы смешнее без оружия, и даже на время забыли о тяжести головы голема, болтающийся за спиной Эйдена.

Когда солнце начало уходить за горизонт, небо окрасилось в багрово-золотые оттенки.

— Останавливаемся, — сказал Эйден.

Они сошли с дороги, нашли ровный участок земли среди невысокой травы и редких камней. Место было открытое с любой стороны можно было заметить приближение врага.

Разожгли костёр.

Эйден достал из сумки вяленое мясо. Они разогрели его над огнём и молча поели, уставшие, но уже не такие измотанные, как днём.

Наконец Эйден усмехнулся:

— Так тому и быть. Коль по многочисленным просьбам, — он посмотрел на Рейсу, — этой ночью можете поспать. Местность открытая, мне будет легко вас защитить.

— Вот видишь, когда хочешь можешь быть нормальным, пробормотала она.

Все улеглись, Эйден уснул первым, через пару минут послышался уверенный храп Рейсы, но Радомир лежал с открытыми глазами. Тени от костра плясали по земле. В какой-то момент он поймал на себе пустой, мёртвый взгляд головы голема.

Ему стало не по себе. Он тихо поднялся, отошёл подальше от костра и нашёл более-менее ровную палку.

Сжал её, сделал взмах и ещё один.

Он начал повторять движения, которые представлял мысленно.

"Я больше не должен показывать страха… Я должен стать сильнее."

Удар, шаг, поворот корпуса. И вдруг ещё один взмах. Радомир резко обернулся, Рейса стояла в нескольких шагах от него, с такой же палкой в руках.

— Мне тоже не спится, — тихо сказала она.

И они начали тренироваться вместе, сначала молча.

Потом Рейса усмехнулась:

— Слушай… а как мы в итоге одолеем Эйдена?

Радомир задумался, продолжая движения.

— Если не силой… тогда хитростью.

Рейса хмыкнула:

— В бою против сильного нет чести есть только победитель.

— Главное выжить, — добавил он.

Они начали придумывать план: отвлечь, ослепить, вывести из равновесия, атаковать с разных сторон. Смех вперемешку с серьёзностью.

И вдруг… ещё один взмах. Но этот был другим, он был чистым.

Они замерли, вернулись к костру.

Эйден стоял у огня, и в его руках меч двигался так быстро, что свет костра едва успевал отражаться на лезвии. Каждый шаг, каждый поворот был безупречен. Ни лишнего движения, ни малейшей ошибки.

Он завершил связку и спокойно посмотрел на них.

— Мне тоже не спится.

Ночь прошла быстро.

Под утро они решили продолжить путь всё равно сна почти не было. Когда солнце только начинало подниматься, на горизонте показались стены Санвельда.

Город встречал их привычным шумом, запахом свежего хлеба и звоном кузниц.

У ворот их уже ждала Лаура.

Она посмотрела на Радомира и с лёгкой улыбкой сказала:

— В этот раз ты не в лазарете.

— Пока что, — тихо ответил он.

Эйден сразу направился к королю Львеносу.

Радомир и Рейса разошлись по своим комнатам.

Горячая вода в ванной приятно расслабила мышцы. Всё тело ныло после ночной тренировки.

Радомир лёг на кровать и закрыл глаза. И перед тем как сон окончательно поглотил его, в голове крутилась лишь одна мысль:

«Где же мой дар?..»

Том 1. Глава 13. Первый успех

Радомир проснулся поздним утром. Несколько секунд он просто лежал, глядя в потолок, позволяя мыслям собраться воедино.

Комната была залита мягким светом. Лучи скользили по каменным стенам, по краю стола, по спинке стула. Всё казалось спокойным, почти обыденным будто не было ни тревожных разговоров, ни взгляда Эйдена, холодного как сталь.

Он привычным движением взял кулон, лежащий на тумбе, и сжал его в ладони. Холод металла быстро согрелся от его пальцев. Это действие всегда помогало ему собраться с мыслями. Напоминало, что он ещё держится.

Сегодня тренировка.

Он оделся и вышел из комнаты. В коридоре уже чувствовалась суета: слуги спешили, стража двигалась быстрее обычного. Кто-то шептался, кто-то спорил, и в воздухе витало напряжение не явное, но ощутимое, как тонкая трещина под слоем краски.

По пути к тренировочной площадке он столкнулся с Аринором.

Архимаг выглядел обычно строгая одежда, спокойный взгляд. На руках перчатки, скрывающие клеймо магов. И всё же сегодня в его осанке чувствовалась некоторая жёсткость, будто он уже предвидел грядущие трудности.

— Доброе утро, Аринор. Как твои дела? — осторожно спросил Радомир.

— Доброе, — коротко ответил тот. — Бывало и получше. Извини, но мне сейчас не до тебя.

Он уже прошёл мимо, но остановился на мгновение.

— Загляни к Его Величеству. Вам будет о чём поговорить.

— Хорошо… а где он?

— В саду. Пьёт чай и играет с юным принцем.

Аринор ушёл быстрым шагом.

Радомир сменил направление.

Сад замка всегда был тихим местом. Там пахло свежей травой, цветами и чем-то успокаивающим. Король Львенос сидел за небольшим столом, перед ним стояла фарфоровая чашка. Свет ложился на его лицо тёплым золотистым оттенком. Янтарные глаза глубокие, внимательные мягко следили за движениями сына.

Рядом бегал маленький мальчик принц Аргор.

— Если угадаешь, в какой руке камешек ты победил! — весело говорил король, пряча что-то за спиной.

Аргор заметил Радомира первым.

— Привет, Радомир! Давай поиграем!

Радомир улыбнулся.

— Обязательно. Но чуть позже, хорошо?

— Обещаешь?

— Обещаю.

Львенос поднял взгляд.

— Доброе утро, Радомир.

Радомир по привычке хотел склониться, но король мягко остановил его жестом.

— Тебе незачем передо мной кланяться.

Его голос был тёплым. От него всегда исходило странное чувство безопасности. Словно рядом с ним ничего плохого случиться не может.

— Я хотел поговорить с тобой о диком големе, — продолжил Львенос. — Расскажи в подробностях, что произошло.

Он посмотрел на Лауру, которая стояла неподалёку.

— Лаура, поиграй с Аргором чуть подальше.

— Конечно, Ваше Величество.

Аргор недовольно фыркнул, но Лаура быстро увлекла его новой игрой, и их голоса стали удаляться.

Сад снова стал тихим. Только лёгкий шелест листвы и далёкий смех ребёнка.

Радомир начал рассказ.

Он не стал приукрашивать. Не скрыл и того момента, когда на секунду замер от ужаса когда страх парализовал тело сильнее любой магии.

Львенос слушал внимательно. Ни разу не перебил. Лишь иногда его пальцы чуть сильнее сжимали край стола.

Когда Радомир закончил, в глазах короля стояли слёзы. Иногда это раздражало Радомира. Но со временем он понял слёзы Львеноса это боль за людей.

Не зря его называли Плачущим королём.

Львенос медленно выдохнул.

— Спасибо, что рассказал честно.

Он посмотрел в сторону горизонта.

— Скоро будет собрание королей. Они хотят увидеть тебя и Рейсу.

— Меня? — удивился Радомир. — А какие они… другие короли?

Львенос мягко улыбнулся.

— Одни злы. Другие жадны. Кто-то мудр, кто-то высокомерен. Каждый особенный. И каждый считает себя правым.

Он перевёл взгляд на Радомира.

— Главное не показывай страха.

Радомир кивнул.

Дальше разговор стал легче. Львенос спросил о тренировках, о Рейсе, даже о том, нравится ли Радомиру еда в замке. Потом Аргор снова подбежал и потребовал обещанной игры.

Радомир всё же немного поиграл с принцем. Смех ребёнка разносился по саду, и на мгновение мир снова стал простым и ясным.

Когда он уже собирался уходить, он мельком взглянул на землю.

Тень короля. Она двигалась… чуть иначе. Солнце светило ровно, но контур тени будто на секунду исказился. Словно за спиной Львеноса стояло что-то ещё. Радомир моргнул и тень снова стала обычной. Он ничего не сказал. Но чувство тепла, которое исходило от короля, почему-то стало ещё сильнее. Радомир вышел из сада с тяжёлым сердцем и странным предчувствием.

Тренировочная площадка дышала утренним холодом. Каменные плиты ещё хранили ночную сырость, а воздух был плотным и звенящим как перед грозой.

Радомир вошёл и сразу увидел Эйдена.

Наставник стоял в центре площадки, в чёрной тренировочной одежде. Лицо спокойное, но в этом спокойствии было больше угрозы, чем в крике. Рядом, опираясь на колено, тяжело дышала Рейса. Щёка разбита, волосы растрёпаны, в глазах злость.

— Ты опоздал, — холодно произнёс Эйден.

— Я был с королём, — ответил Радомир.

— Это не оправдание.

Лаура, как обычно, ушла в тень под навес и села на скамью, наблюдая. Её взгляд был внимательным, но без участия будто она смотрела спектакль.

Радомир подошёл к Рейсе и помог ей подняться.

— Давай по моему плану, — прошептал он. — Я загоню его в угол. Ты дашь жару.

Она усмехнулась, вытирая кровь с губы.

— Погнали.

Её руки вспыхнули пламенем. И Радомир не дал Эйдену и секунды.

Он рванул вперёд, низко, почти касаясь земли, уходя от первого взмаха деревянного меча. Удар плечом — толчок. Второй — по корпусу. Он двигался резко, агрессивно, не давая наставнику пространства.

Эйден отступал шаг за шагом, блокируя, парируя, проверяя.

Радомир не давал передышки. Удар по ногам, разворот и подсечка. Эйден оказался у стены.

— Сейчас! — крикнул Радомир и резко упал на камни.

Рейса взмахнула руками.

Пламя вырвалось стеной. Огненный поток накрыл наставника, воздух взревел, жар ударил по стенам, искры взлетели к небу.

Лаура даже привстала.

«Получилось?..»

Но сквозь огонь показалась тень.

Эйден шагнул вперёд. Одним взмахом деревянного меча он разрубил поток огня и тот, словно подчиняясь его воле, взмыл в небо.

В этот момент Радомир вскочил. Он сделал выпад, удар был точным и мощным. Деревянный меч Эйдена обуглился от жара и треснул от удара Радомира.

Сломался.

Они приступили к плану Рейсы. Радомир отбросил своё оружие и бросился в ближний бой.

Кулак — в корпус, колено — в живот, локоть — в шею.

Он бил яростно без остановки и без страха. Удары глухо отзывались по площадке. Рейса, хромая, ринулась следом, пытаясь обойти с фланга.

Радомир бил снова и снова, но вдруг его запястье остановилось. Эйден поймал его руку, взгляд наставника стал ледяным.

— Думаете… если обезоружить сильнейшего мечника… мы станем слабее?

Он сжал запястье Радомира с такой силой что послышался хруст. Радомир закричал и рухнул на колени.

— Вот вам ещё один урок. Даже без мечей… мы остаёмся сильнейшими.

Ладонь Эйдена взметнулась вверх. Рубящий удар по ключице.

Хруст.

Мир вспыхнул белым светом боли Радомир упал, а Эйден уже шёл к Рейсе. Она в панике выпустила пламя во все стороны. Огонь рвал воздух, камни трескались.

— Стой! — крикнула она.

Но Эйден исчез в дыму и оказался рядом.

— А ты, мелкая, слишком полагаешься на свой дар, — спокойно сказал он. — И это тебя погубит.

Удар ногой по бедру и раздался треск кости. Рейса упала, закричав. Слёзы и пламя смешались.

Эйден с силой взмахнул рукой.

Порыв ветра пронёсся по площадке и погасил всё до последней искры.

Наступила тишина, к ним подошла Лаура.

— А я уже подумала, что у вас что-то получится… — она усмехнулась. — Но, видать, не в этот раз.

Радомир лежал, едва дыша. Боль жгла плечо, рука не слушалась.

И внутри что-то сломалось сильнее, чем кость.

— Да заткнись ты! — сорвался он, хрипя. — Ты вообще молчи! Стоишь в стороне и умничаешь! Ты хоть раз в жизни сама сражалась?! Бесполезная ты дура! Только языком трепать умеешь!

Он срывался, почти не контролируя себя.

— Если такая умная выйди и попробуй! А то строишь из себя… советницу!

Слова были грубые, резкие и болезненные

Лаура побледнела, ни слова не ответила просто развернулась и ушла. Эйден посмотрел на Радомира, в его взгляде не было гнева. Только разочарование, он покачал головой и тоже ушёл.

Площадка опустела.

Через несколько минут вбежали Артур и Грегори, за ними Сайра и Мюриэль.

Они замерли.

Два избитых подростка лежали среди обугленных камней.

— Чёрт… — выдохнул Артур.

Грегори без слов поднял Радомира на руки. Сайра опустилась к Рейсе.

— Успокойся, просто дыши, мы с тобой.

Мюриэль уже бежала за носилками.

И вскоре их понесли в лазарет.

Свет от рун, вырезанных на стенах, мягко пульсировал золотистые линии переплетались, будто живые жилы замка. Воздух был тёплым, пах травами и чем-то сладковатым. Эти руны исцеления медленно вытягивали боль, стягивали трещины костей, снимали отёк и жар.

Радомир лежал, глядя в потолок. Ключица уже не жгла так, как раньше тупая тяжесть сменилась покалыванием. Рейса спала на соседней койке, её бедро было перевязано, а лицо ещё влажное от слёз.

Прошёл час, а так никто и не появился, даже Марта не пришла.

И Радомир вдруг понял он больше не ждёт её с тем детским трепетом, как раньше. В этот раз он просто смотрел на дверь… и она так и не открылась.

"Может, она действительно лишь сон. Может, лазарет сам лечит, а остальное его воображение." Задумался Радомир, он сжал кулон в ладони и закрыл глаза.

Когда боль почти ушла, они медленно поднялись. Рейса хромала, но упрямо отмахивалась от помощи.

— Не смотри на меня так, — буркнула она. — Я его однажды поджарю.

— Конечно, — тихо ответил Радомир. — Когда-нибудь.

После обеда их ждал урок у Аринора.

Тренировочный зал для занятий был не похож на площадку для боя. Здесь стояли высокие книжные шкафы, столы с картами, старые доспехи, щиты разных эпох. У окна глобус с выгравированными линиями древних границ.

Аринор окинул их взглядом.

— Живы, — сухо заметил он. — Уже прогресс.

Рейса фыркнула, но промолчала.

— Сегодня без магии, — продолжил он. — И без боя. Садитесь.

Он развернул карту.

— Вскоре состоится собрание королей. Вы должны понимать, кто есть кто. Мир держится не только на силе клинка… но и на силе слова.

Радомир слушал, опершись локтями о стол.

Аринор рассказывал о северных землях суровых, где ценят только стойкость. О восточных княжествах, где правят хитрость и торговля. О южных королях, любящих роскошь и золото.

Он не повышал голос, но каждое слово ложилось чётко.

— Запомните, — сказал он в конце. — На собрании вы не дети. Вы герои, вас будут изучать, оценивать и провоцировать. Не позволяйте втянуть себя в игру, правил которой вы не знаете.

Радомир кивнул.

Рейса тихо спросила:

— А если кто-то проявит неуважение?

Аринор посмотрел на неё долгим взглядом.

— Тогда вы проявите достоинство. Это страшнее любого огня.

Урок закончился неожиданно спокойно.

К вечеру замок постепенно затихал.

Факелы вдоль коридоров загорались один за другим, наполняя каменные стены мягким золотистым светом. Где-то вдалеке звучал смех стражников, сменявшихся с караула. Из кухни доносился запах свежеиспечённого хлеба.

Радомир вышел на галерею, опёрся о холодные перила и посмотрел на сад внизу. Там, среди ухоженных кустов, ещё бегал юный принц Аргор за ним следовала нянька, едва поспевая за его энергией. Вечернее солнце заливало всё мягким светом, и замок казался почти безмятежным.

Но Лауры нигде не было.

Он прошёлся по внутреннему двору. Заглянул в библиотеку. Даже на мгновение задержался у тренировочной площадки пустой и тихой. Доски пола ещё хранили следы дневного боя.

Её не было.

И чем больше он искал, тем отчётливее понимал: возможно, она намеренно избегает его.

Слова, сказанные днём, всё ещё звенели в памяти.

Он сжал кулон в ладони.

В груди было тяжело не от боли, не от переломов, а от чего-то другого. Чего-то, что не лечат руны.

Наконец Радомир остановился у окна в своей комнате. Небо темнело, первые звёзды проступали сквозь сумерки.

— Завтра, — тихо сказал он сам себе.

Не как обещание ей, а как обещание себе.

Внизу снова раздался детский смех Аргора. Где-то хлопнула дверь. Замок жил своей обычной жизнью.

Под утро Радомир проснулся раньше обычного.

Комната была тиха. Ни шагов в коридоре, ни стука в дверь. Он сел на кровати, провёл ладонью по лицу и тяжело выдохнул.

Вчера он перегнул.

Слова, брошенные Лауре, жгли сильнее переломов. И сегодня он твёрдо решил извинится. Он быстро оделся и вышел. Заглянул в галерею, в библиотеку и во внутренний двор её нигде не было.

Даже на завтрак он не пошёл аппетита не было.

Во дворе он встретил своих друзей Артура, Грегори, Мюриэль и Сайру. Они о чём-то спорили, но, увидев его лицо, тут же замолчали.

— Выгляжу ужасно? — спросил Радомир.

— Ты — да, — честно ответила Сайра.

Он коротко усмехнулся и без лишних вступлений спросил:

— Как одолеть Эйдена?

Они переглянулись.

— Никак, — хором ответили все четверо.

Радомир поморщился.

— А если серьёзно?

Грегори пожал плечами:

— Он быстрее, опытнее и жёстче.

Артур добавил:

— И думает на два шага вперёд.

Повисла пауза.

— Тогда… — Радомир вдохнул. — Не хотите ли вы потренироваться с нами?

На этот раз их ответ был таким же синхронным:

— Да.

В голосах звучал азарт.

— Я замолвлю за вас словечко, — кивнул Радомир.

И направился к площадке. Эйден сидел на скамье, спокойный, как всегда.

— Сегодня вашим противником буду не я.

Он указал на стену из тени шагнула Лаура.

Лёгкие доспехи облегали её тело. Перламутровая кожа слегка блеснула на солнце. Антенны едва дрогнули, улавливая движение воздуха. В каждой из шести рук по короткой дубинке, две основные держали их крепко, остальные расслабленно, будто продолжение тела.

Радомир замер.

— Лаура…

— Начали, — спокойно сказал Эйден.

И всё случилось мгновенно.

Первым двинулся Радомир по привычке прямолинейно, стараясь сократить дистанцию.

Ошибка.

Лаура не отступила. Она шагнула навстречу, и сразу три её руки отвели его клинок в сторону, ещё две ударили по запястью и плечу, а шестая толкнула в грудь. Он потерял равновесие.

Рейса выпустила вспышку огня.

Антенны Лауры резко наклонились она почувствовала движение раньше, чем увидела. Резкий боковой прыжок, перекат и она уже сбоку от Рейсы.

Две дубинки сбили её концентрацию, ударив по предплечью и по бедру.

— Думай головой — тихо произнесла Лаура.

Они снова пошли вдвоём. Теперь осторожнее.

Радомир пытался зажать её, Рейса перекрыть огнём пути отхода. Но Лаура не пыталась победить их силой. Она ломала ритм.

Когда Радомир ускорялся она замедлялась.

Когда Рейса готовила пламя она сближалась вплотную, лишая дистанции.

Её шесть рук работали как механизм: две блокируют, две бьют, две контролируют противника.

Она не наносила тяжёлых ударов.

Каждый раз, когда они начинали действовать слаженно она била по слабому звену. Иногда это был Радомир, иногда Рейса.

Через полчаса они начали уставать.

Лаура нет.

Не потому что сильнее, потому что экономнее.

Радомир снова пошёл в лобовую атаку она позволила ему приблизиться… и резко сменила угол. Три руки перехватили его за плечо и локоть, одна подсекла ногу.

Он рухнул.

Рейса попыталась прикрыть его огнём Лаура метнула дубинку одной рукой, сбивая траекторию пламени, и уже в следующий миг оказалась вплотную к ней.

— Ты снова полагаешся на свой дар, — спокойно сказала она.

Удар по диафрагме, воздух вышибло.

В какой-то момент они оба снова стояли, тяжело дыша, но Лаура уже контролировала центр площадки.

Эйден наблюдал молча.

Последняя попытка.

Радомир снова рванулся, пытаясь обхватить её корпус и прижать к земле если лишить её подвижности, преимущество рук исчезнет.

На секунду ему почти удалось. Но шесть рук это шесть точек опоры. Она изогнулась, упёрлась сразу тремя конечностями в его плечи и грудь, а остальные нанесли короткие, точные удары по рёбрам.

Рейса пошатнулась рядом. Через несколько минут они оба стояли на коленях.

Лаура опустила дубинки. Она даже не выглядела разъярённой, просто сосредоточенной.

— Вы дерётесь как два отдельных бойца, — сказала она. — Не как команда.

Она повернулась и пошла к выходу.

Эйден встал.

— Урок окончен.

Они ушли.

Площадка опустела, Рейса с трудом перевернулась на спину.

— Это всё твоя вина, — хрипло сказала она.

Радомир смотрел в небо.

— Я всё исправлю.

— Пойдём в лазарет, — смотрела она на него

— Нет. Я заслужил.

Рейса раздражённо фыркнула.

— Ладно. Тогда я сама.

Она поднялась и, прихрамывая, ушла.

Радомир остался лежать один. Он прокручивал бой в голове. Слишком прямолинейный, слишком эмоциональный и слишком сосредоточен на словах, а не на движениях.

Он позволил чувствам управлять им.

И проиграл.

Медленно поднявшись, он подошёл к стойке с оружием. Взял простой кинжал.

И пошёл искать Лауру.

Он нашёл её у северной стены замка, где редко кто бывал. Она сидела на каменном выступе и смотрела на горизонт.

Услышав шаги, она не обернулась.

— Если пришёл драться, то я устала, — спокойно сказала она.

Радомир остановился в нескольких шагах.

— Я пришёл извиниться.

Пауза.

— Я был… — он запнулся. — Я был неправ, ты не бесполезная. И никогда такой не была. Это я… вёл себя как идиот.

Она медленно повернулась.

В её взгляде не было злости, только усталость.

— Ты ранил сильнее словами, чем Эйден — ударами, — тихо сказала она.

Он опустил глаза.

— Знаю.

Молчание повисло между ними.

Потом Лаура вздохнула.

— Я не сержусь. Но если ещё раз сорвёшься, то я не буду бить вполсилы.

Он кивнул.

— Справедливо.

Радомир протянул ей кинжал.

— Тогда… в качестве извинения. Подстриги меня налысо.

Она удивлённо моргнула.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

Несколько секунд она изучала его лицо. Потом в её глазах мелькнула тень улыбки.

— В качестве извинения сойдёт.

Она встала, подошла ближе и аккуратно провела лезвием по его волосам. Пряди падали на камень одна за другой.

Когда всё было закончено, она отступила назад.

— Теперь ты выглядишь ещё более глупо, сказала она спокойно.

Радомир коснулся гладкой головы и впервые за два дня усмехнулся по-настоящему. Иногда, чтобы стать сильнее, нужно сначала признать свою слабость.

Прошло несколько дней.

Тренировочная площадка снова встретила их утренним холодом камня и запахом пыли. Но в этот раз всё ощущалось иначе.

Радомир стоял спокойно. Без спешки и без раздражения. Он не рвался вперёд он ждал. Рейса рядом разминала плечи. Ни искры пламени, ни показной ярости только сосредоточенность.

Перед ними Эйден. Как всегда невозмутимый. В руках деревянный меч.

— Готовы? — коротко спросил он.

Они кивнули.

Первым двинулся не Радомир. Он позволил Эйдену сделать шаг. Мечи столкнулись Радомир не давил он работал точно. Каждый удар был рассчитан. Никаких лишних движений. Рейса обходила сбоку. Без огня только шаги, только ритм.

Эйден с лёгкостью отбивал удары, но его взгляд стал внимательнее.

— Уже лучше, — пробормотал он.

Рейса пошла в серию быстрых атак. С хорошим темпом. Эйден перехватил её руку и попытался схватить за рыжие волосы.

И в этот момент она улыбнулась. Её волосы вспыхнули алым пламенем. Не яростным столбом, а короткой вспышкой. Эйден резко отдёрнул руку. Кожа на пальцах покраснела из-за этого он отвлекся на долю секунды.

Радомир увидел это.

—Пора!

Он сменил стойку, шагнул ближе и начал теснить наставника, заставляя его отходить. Рейса поддержала, атакуя снизу и сбоку, работая по ногам. Они двигались как единый механизм.

Эйден парировал, уходил, разворачивался но в этот раз они не ломали строй. Не мешали друг другу. Рейса резко ушла вниз и сделала подсечку, Эйден потерял равновесие. Он упал на спину.

В ту же секунду Радомир оказался сверху, клинок завис в воздухе в сантиметрах от его горла.

Тишина.

Тяжёлое дыхание.

— Мы победили, — спокойно сказал Радомир.

Несколько секунд Эйден смотрел на него. А потом рассмеялся.

— Молодцы.

Радомир опустил меч и помог ему подняться.

Эйден оглядел их обоих.

— Экономия сил. Контроль эмоций. Командная работа. Наконец-то вы начали думать.

Он стряхнул пыль с одежды.

— В следующий раз я буду использовать настоящий меч, а не деревянный. А пока… можете отдохнуть неделю.

Рейса моргнула.

— Неделю?

— Заслужили.

И ушёл.

Они переглянулись.

А потом оба рассмеялись громко, искренне.

— Сегодня празднуем, — заявила Рейса.

— Согласен.

Под вечер в их комнате собрались друзья: Артур, Грегори, Мюриэль и Сайра и все в синяках.

— Зря мы согласились тренироваться с Эйденом, — простонал Грегори, осторожно садясь.

— Я до сих пор не чувствую плечо, — добавил Артур.

Сайра усмехнулась:

— Зато теперь знаете, каково это.

На столе стоял пирог, украденный с кухни при помощи хитрости и отвлечения повара. Кто-то принёс кувшин с компотом.

Они сидели прямо на полу, смеялись, перебивали друг друга, спорили о том, чей удар был самым глупым.

Радомир смотрел на них и чувствовал тепло внутри. Впервые за долгое время победа не казалась случайностью. Она была заслуженной. И впереди их ждал следующий этап.

Том 1. Глава 14. Старая война

Прошёл месяц с той победы над Эйденом. Месяц новых тренировок и настоящих ударов. Месяц ошибок и исправлений.

Тело Радомира изменилось. Для двенадцати лет он выглядел слишком собранным: плечи стали шире, на руках проступил рельеф, спина покрылась тонкими шрамами от настоящих клинков.

Замок жил иначе.

В коридорах сновали слуги, по лестницам поднимали сундуки, ковры вытряхивали прямо во дворе. Кухня гудела без перерыва запахи мяса, хлеба и специй заполняли весь внутренний двор. В ворота въезжали кареты высших дворян. Залы наполнялись шёпотом, шелестом дорогих тканей и тихими переговорами.

Радомир стоял у перил галереи и смотрел вниз.

— Сегодня какой-то праздник? — спросил он у Лауры.

Лаура, как всегда, двигалась легко. Её шесть рук одновременно удерживали подносы, поправляли складки ткани на столе и расставляли кубки. Антенны слегка дрогнули.

— Нет, — спокойно ответила она. — совет королей прибудет через три дня. Нужно быть готовыми.

Сердце неприятно сжалось. Он кивнул и направился на тренировочную площадку. Там его уже ждали Эйден и Рейса.

Эйден стоял, сложив руки на груди.

— В ближайшие дни тренировки отменяются, — произнёс он.

Радомир моргнул.

— Что?

— Львенос попросил не уродовать вас перед советом, — сухо добавил Эйден. — Так что отдыхайте.

Рейса просияла.

— Ты серьёзно?!

— Наслаждайтесь, пока можете.

И они, не скрывая радости, буквально пританцовывая, ушли обратно в замок.

— Чем займёмся? — спросил Радомир.

Рейса пожала плечами.

— Давай прогуляемся по городу.

Он усмехнулся.

— Давай.

Город встретил их шумом и запахами. Узкие улочки были заполнены торговцами. Кто-то кричал о свежей рыбе, кто-то демонстрировал ткани, дети носились между лавками. Стража на углах лениво следила за порядком.

Они шли без сопровождения в простой одежде.

— Странно, — заметила Рейса. — Тут как будто другой мир.

— Потому что тут нет Эйдена, — ответил Радомир.

Они остановились у лавки кузнеца. Старик как раз пытался поднять тяжёлую связку подков, но она выскользнула из рук и рассыпалась по мостовой.

Радомир молча подошёл и помог собрать их.

— Спасибо, парень, а ты силён — сказал кузнец.

Рейса ухмыльнулась:

— Он ещё и упрямый.

Дальше их внимание привлекла толпа.

В центре площади двое подростков спорили о том, кто быстрее. Один сын мясника, другой ученик писаря. Спор перерос в вызов на бег вокруг фонтана.

Рейса тут же вмешалась:

— А можно мы тоже?

Через несколько минут Радомир уже стоял на линии старта вместе с ними.

— До лавки пекаря и обратно! — крикнул кто-то.

Старт!

Радомир бежал легко. Без тяжёлых доспехов, без веса тренировок. Просто бежал. Ветер бил в лицо. Он слышал смех Рейсы где-то сбоку.

Он мог выиграть. Но на повороте заметил, как сын мясника споткнулся. Радомир притормозил, подхватил его за плечо, не дав упасть, и подтолкнул вперёд. В итоге они пришли почти одновременно. Толпа смеялась, спорщики пожали друг другу руки. Позже они купили горячие лепёшки с сыром и ели их прямо на ступенях у фонтана.

Солнце клонилось к закату.

— Знаешь, — сказала Рейса, глядя на людей вокруг, — если короли всё испортят… я их поджарю.

Радомир усмехнулся.

— Не используй пламя. Ты же помнишь, нам нужно предстать перед королями в лучшем виде. — Сказал Радомир делая кавычки руками.

Рейса закатила глаза.

— Какой же ты нудный.

Они сидели ещё какое-то время, наблюдая за городом.

Ничего великого не произошло, никаких заговоров, никакой опасности, обычный день.

Иногда именно такие дни и нужны детям.

На следующий день замок продолжал жить в предвкушении совета.

Но утро началось… странно. Радомир проснулся от запаха гари. Не как при пожаре, а какой-то сладковатой.

Он выглянул в коридор там уже стояла Рейса.

— Ты тоже это чувствуешь? — спросила она.

Где-то в глубине замка что-то хлопнуло.

А потом раздался голос:

— Не заходить! Я всё контролирую!

Радомир и Рейса переглянулись.

— Это Аринор, — одновременно сказали они.

Они осторожно заглянули в один из внутренних дворов там Аринор стоял в центре импровизированного круга из камней.

Перед ним стол с какими-то металлическими пластинами и кристаллами.

— Что вы делаете? — осторожно спросил Радомир.

— Эксперимент, — сухо ответил Аринор. — Проверяю стабильность сигнальных кристаллов. Совет королей требует… предосторожностей.

В этот момент один из кристаллов ярко вспыхнул.

Аринор замер.

— Не… трогайте… его…

Кристалл взорвался ослепительной вспышкой но вместо разрушения по двору прокатился мощный порыв ветра.

Радомира отбросило на шаг, Рейсу на два. А у Аринора… волосы встали дыбом. Статическое поле вокруг него потрескивало, а волосы торчали во все стороны, как иглы ежа. Рейса и Радомир не выдержали и расхохотались.

Аринор медленно повернулся к ним.

— Это было запланировано.

Второй кристалл вдруг начал вибрировать.

— Это — тоже? — сквозь смех спросил Радомир.

— Нет.

В этот раз вместо ветра двор заполнили… мыльные пузыри. Сотни мыльных пузырей. Они поднимались в воздух, переливаясь всеми цветами. Один лопнул о нос Рейсы. Другой прилип к плечу Радомира.

Слуги, проходившие мимо, замерли. Пузырь лопнул прямо на лице Аринора. Он закрыл глаза и медленно вдохнул.

— Это… необычная реакция.

Рейса уже согнулась пополам от смеха. Радомир старался держаться, но тоже не выдержал. Аринор смотрел на них долгим взглядом.

Потом щёлкнул пальцами и пузыри разом исчезли.

— Смех — полезен для лёгких, — сухо заметил он. — Рад, что поспособствовал.

Он начал быстро собирать остатки кристаллов.

— Если кто-то из вас расскажет об этом на совете королей… или Эйдену — он поднял взгляд. — Я лично верну тренировки и потребую ужесточить их.

Смех резко стих.

— Мы ничего не видели, — серьёзно сказал Радомир.

Рейса кивнула, всё ещё подрагивая от смеха.

Когда Аринор ушёл, Радомир посмотрел на подругу.

— Знаешь, я впервые видел его… таким.

— С волосами-иглами? — уточнила Рейса.

— Нет, таким живым.

Они ещё долго вспоминали это утро, и как бы не заговорить о пузырях при Эйдене.

Утро с пузырями ещё долго вспоминалось особенно потому, что Аринор до обеда ходил по замку с идеально приглаженными волосами… слишком идеально. Будто каждая прядь стояла по линейке.

Рейса шепнула Радомиру:

— Он их заклинанием зафиксировал.

— Не смей проверять, — тихо ответил он.

После обеда Аринор неожиданно сам нашёл их во внутреннем дворе.

— Раз уж вы свободны от тренировок, — спокойно произнёс он, поправляя перчатки, будете полезны.

Рейса обречённо вздохнула.

— Это наказание за смех?

— Это воспитание.

Он протянул Радомиру список.

— Уже вот-вот придут короли. Они любят точность. Поможете мне проверить сигнальные узлы вдоль внешней стены.

— Без пузырей? — уточнил Радомир.

Аринор посмотрел на него.

— Без пузырей.

Они поднялись на крепостную стену.

Ветер здесь был сильнее, город казался меньше. На башнях уже висели новые флаги, слуги закрепляли украшения, стража проверяла арбалеты.

Аринор двигался быстро и уверенно. Он не читал заклинания вслух его движения были короткими, чёткими. Руки в перчатках касались камня, и по стене пробегали тонкие линии света проверка защитных рун.

— Магия — это не фейерверк, — произнёс он, не оборачиваясь. — Это система. Если один узел слаб — рушится вся сеть.

Радомир внимательно наблюдал. Рейса сначала скучала… а потом заметила, что один из кристаллов установлен криво.

— Этот шатается, — сказала она.

Аринор остановился проверил и кивнул.

— Хорошо.

Всего одно слово, но Рейса расправила плечи так, будто её посвятили в рыцари. Ближе к вечеру случилось то, чего никто не ожидал.

Когда они спускались по узкой лестнице башни, снизу раздался крик.

— Кот! Поймайте кота!

Из старого проёма вылетел пушистый рыжий комок, дворцовый кот повара, тот самый, который регулярно пробирался на кухню.

Кот пронёсся между ног Радомира, оттолкнулся от стены и начал карабкаться по лестнице вверх.

За ним бежал запыхавшийся слуга.

— Он украл рыбу для королевского стола.

Рейса расхохоталась.

— Это диверсия!

Кот уже был почти на вершине башни.

— Если он уронит её вниз, — спокойно сказал Аринор, — рыба разобьётся о камни то вонять будет до самого совета.

Радомир сорвался с места, побежав прямо за котом, он полагался только на ловкость. Перепрыгнул через ступеньку, схватился за выступ, сократил дистанцию. Кот обернулся, зашипел и прыгнул прямо на голову Аринору.

Мгновение и маг стоял с котом на лице, а из-под его перчаток на секунду вырвалась вспышка света. Кот завис в воздухе, медленно как будто время замедлилось.

Рейса замерла.

Радомир осторожно схватил кота и забрал рыбу.

Аринор поправил одежду.

— Я не люблю, когда мне прыгают на лицо.

— Это было запланировано? — невинно спросила Рейса.

Он посмотрел на неё долгим взглядом.

— Да.

Она снова начала смеяться.

Вечером они сидели на крыше одной из башен, куда редко кто поднимался.

Снизу замок сиял огнями. Вдалеке слышались голоса дворян, звон посуды, музыка.

— Завтра будет ещё шумнее, — тихо сказал Радомир.

— А через два дня прибудут короли, — добавила Рейса.

Аринор стоял чуть поодаль, глядя на горизонт.

— И вы должны помнить одно, — произнёс он. — Сегодня вы смеётесь. Послезавтра вас будут оценивать. Не теряйте себя в чужих взглядах.

Ветер трепал их волосы. Город мерцал огнями и несмотря на тревогу, день получился… лёгким.

Следующее утро было тихим.

Замок будто затаил дыхание перед приездом королей. В коридорах пахло воском и свежей тканью слуги меняли гобелены, стража начищала доспехи, магические узлы вдоль стен мерцали ровным светом.

Радомир почти не спал.

Он стоял у окна и смотрел на внутренний двор, где уже расставляли флаги. В груди было тяжело. Не от страх, а скорее от ошибки которую случайно совершит.

"А если я скажу не то? А если кто-то задаст вопрос, на который у меня нет ответа? Если я вспылю?"

К полудню его вызвали в малый зал совета.

За длинным столом уже сидели взрослые советники, рыцари, придворные. Среди них строгие лица, холодные взгляды, сдержанные жесты.

Король Львенос молчал, слушая доклад. Королева неподвижная, как статуя.

Радомир встал в отведённое ему место.

— Завтра прибудут Эльфы, — начал один из советников. — Среди них есть те, кто будет искать твои слабости.

Другой добавил:

— Ты не должен их показывать.

Третий, более жёсткий:

— Ты не должен спорить, не должен перебивать, не должен отвечать резко и не должен позволять эмоциям брать вверх.

Слова сыпались одно за другим.

Не должен. Не должен. Не должен.

— Ты будешь говорить только когда тебе разрешат, — произнёс старший советник. — И только то, что тебе скажут.

Радомир кивнул.

— Да.

— И никакой самодеятельности, — добавили.

Он снова кивнул.

— Да.

— Эльфы любят провоцировать. Если кто-то усомнится в твоих заслугах — ты промолчишь.

— Понял? — спросили его.

— Понял.

Голос был ровным.

Только ладони под столом сжались до боли. Совет длился долго. Каждое слово было дополнительным грузом на плечи.

Его разбирали, как фигуру на шахматной доске.

— Ты будешь стоять здесь.

— Ты поклонишься так.

— Смотри в глаза, но не вызывающе.

— Не хмурься.

— Не улыбайся слишком широко.

— Не показывай зубы.

— Не спорь.

Он начал чувствовать, как внутри всё выгорает. Будто его постепенно стирают. Убирают острые углы, сглаживают, делают удобным.

Когда совет закончился, он вышел в коридор и вдруг понял он ничего не чувствует. Ни злости, ни обиды и даже тревоги лишь пустота.

Рейса заметила это первой.

— Ты какой-то… тихий.

— Всё нормально.

— Точно?

— Да.

Лаура смотрела внимательнее, но ничего не сказала.

Артур хлопнул его по плечу:

— Завтра всех построят, не только тебя.

Радомир усмехнулся.

— Знаю.

Он говорил спокойно. Никто не знал, что ночью он снова не спал. Он сидел на краю кровати, уперевшись локтями в колени.

Если я ошибусь подведу всех.

Если вспылю подведу короля.

Если промолчу подведу себя.

Он закрыл лицо руками. Дышать стало трудно. Но он заставил себя выпрямиться.

"Я выдержу."

Поздним вечером его снова вызвали короткая репетиция приветствия.

Взрослые стояли полукругом.

— Поклон.

Он поклонился.

— Медленнее.

Повторил.

— Короче.

Ещё раз.

— Лицо спокойнее.

Он замер.

— Не сжимай челюсть.

Он расслабил её.

— Хорошо. Но помни! Ты лицо королевства.

Когда всё закончилось, он вышел во двор.

Небо было тёмным, холодным. Завтра сюда въедут короли.

Он стоял один. Снаружи идеально собранный, внутри выжженное поле. Он не пошёл в комнату. Ноги сами понесли его вверх по узкой винтовой лестнице, туда, редко заходили. Каменные ступени были холодными, стены сырыми, и с каждым шагом становилось тише.

Ветер встретил его сразу.

Радомир вышел на край стены, туда, где открывался вид на тёмные равнины. Замок остался позади вместе с шумом, людьми, ожиданиями. Здесь было только небо.

Он сделал шаг вперёд… и остановился. Руки сжались, а дыхание сбилось.

— Успокойся… — прошептал он себе.

Но внутри всё кричало.

Он сжал кулак… и ударил себя в грудь.

Раз.

— Соберись!

Ещё удар.

— Ты должен себя проявить!

Сильнее.

— Нельзя… нельзя всех подвести…

Удар.

Боль прошла по телу, но внутри не стало легче наоборот, что-то будто трескалось. Он снова замахнулся уже сильнее, почти со всей силы… но его руку перехватили. Твёрдо, но мягко, он вздрогнул и резко обернулся. Перед ним стояла она.

Королева Серелина Айрин.

Её длинные волосы переливались серебристо-голубым светом, будто в них застыл лунный свет. Глаза спокойные, прозрачные, как глубокие лагуны. Она смотрела на него так, будто видела всё.

Её голос был тихим.

— Радомир…

Он замер.

— Я вижу, как тебе тяжело.

Ни упрёка, ни строгости только понимание.

— Можешь… выплеснуть всё, мне — мягко сказала она.

И в этот момент слёзы пошли сами резко, неожиданно, будто их держали слишком долго.

Он сделал шаг к ней.

— Я… я не знаю, что делать… — голос дрожал. — Я боюсь… что облажаюсь… что скажу что-то не так… что подведу всех…

Слова рвались наружу.

— Я… в том лесу… я думал, что мы умрём… я ничего не мог сделать… вообще ничего… — он сжал зубы, но голос сорвался. — Я слабый…

Он сжал кулаки.

— Всё тело болит… после тренировок… каждый день… я уже не чувствую, где заканчивается боль…

Он опустил голову.

— И… я скучаю по отцу...

Королева сделала шаг вперёд… и обняла его. Радомир замер на секунду… а потом уткнулся в неё, как будто это было единственное безопасное место во всём мире.

Её рука легла ему на голову.

— Бедное дитя… — прошептала она.

Её голос был… другим. Не как у короля или наставника Он не давил и не требовал.

Он принимал.

Она говорила тихо, почти шёпотом:

— Ты не обязан быть идеальным…

— Ты не обязан быть сильным всегда…

— Ты уже сделал больше, чем от тебя ожидали…

Он слушал. Слёзы постепенно утихали, дыхание выровнялось.

Внутри… стало тише.

Он чуть отстранился… посмотрел на неё… и сам не понял, как это вырвалось:

— …Мама…

Тишина замерла на мгновение. Но она не отстранилась.

Наоборот обняла его крепче.

— Бедное дитя… — повторила она мягче.

И в этом не было ни капли неловкости, только тепло.

Через некоторое время они стояли у края стены. Смотрели на тёмный горизонт. Ветер больше не казался холодным. Он был… просто ветром.

Королева медленно заговорила:

— Хочешь знать, почему на тебя оказывается такое давление?

Радомир кивнул.

— Да…

Она чуть прищурилась, глядя вдаль.

— Всё из-за войны.

— Войны, которая произошла двести лет назад.

Королева долго молчала, прежде чем продолжить.

— Эта война… не была случайной, Радомир.

Она началась с одного человека.

— Прошлого короля Санвельда.

Энлион Валдис.

Её голос стал холоднее.

— Его прозвали Завоевателем. Он не просто не любил другие расы. Он их ненавидел, считал мерзостью, ошибкой. Существами, недостойными владеть тем, что осталось после титанов.

Она чуть сжала пальцы.

— А в нём самом текла кровь титанов. И это стало его оправданием.

— Однажды он выдвинул ультиматум. Все королевства должны передать ему остатки титанов.

Она посмотрела на Радомира.

— Но не у всех они были.

А те, у кого были… отказались.

— Тогда Валдис и начал войну, его первой целью стал Дургрим. Потому что он знал что там хранится тело Титана Земли.

Королева медленно провела рукой по камню стены.

— Но он недооценил дворфов, ведь они не живут в городах. Горы из дом.

— Их крепости неприступны, каждый проход это ловушка, а каждый тоннель линия обороны.

— Они держались долго. Но даже они начали сдавать, Валдис был… слишком силён его армия ломала вход за входом.

— И тогда вмешались Гирнам.

Она чуть наклонила голову.

— Не из благородства, а из расчёта. Дворфы ковали оружие. Гоблины знали цену этому. Иногда мир держится не на добре… а на выгоде.

— Они открыли скрытые тоннели. Передавали припасы и устраивали засады. Впервые две расы, которые презирали друг друга… начали сражаться вместе.

— В это же время Миррена сделало свой выбор. Они решили встать на сторону Валдиса.

— Думали, что он не тронет море, что война это дело суши.

— Пока Санвельд, Дургрим, Гирнам и Миррена сражались… началась другая война. Элтория и Скайлендия.

— Эльфы ненавидели небесных из-за вмешательство в природу.

За создание жизни которая не должна существовать, за нарушение законов мира.

— И они решили воспользоваться хаосом. Подставить Санвельд, сделать вид, будто именно Валдис напал на небесных.

Королева качнула головой.

— Но небесные не были дураками. Они поняли правду и ударили… по эльфам.

— Вот тогда эльфы показали, почему их боятся. Лучники, чьи стрелы находят цель за пределами зрения. Убийцы, исчезающие в тени и маги, чувствующие ткань природы.

Она добавила тише:

— И драконы. Эльфы почти единственные, кто мог ими управлять.

— Они начали уничтожать Скайлендию. Небесные города падали с высоты, облака горели. А затем эльфы решили убить Валдиса чтобы он не пришёл и к ним. У них почти получилось, но им помешала Миррена. Водное царство вступило в бой.

— Эльфы… не отступили. Они начали войну сразу против трёх королевств. И… побеждали.

Королева закрыла глаза.

— Тогда небесные сделали то, что изменило ход войны... они создали вирус. Он убивал только эльфов. Болезнь не трогала других, только Элторию.

— Леса начали пустеть, драконы теряли хозяев, воины умирали без ран. И впервые… эльфы начали проигрывать.

— Когда мир уже был на грани… пришла угроза куда хуже, Некрасия.

Голос стал жёстче.

— Им не нужна была причина, не нужна была политика. Они пришли… ради забавы, ради крови. Их твари разрывали города, пожирали раненых... уничтожали всё.

Она посмотрела на Радомира.

— С ними ты обязательно столкнёшься.

— Но небесные давно готовились к их приходу. Они создали мутантов, людей, изменённых наукой и магией, с силой, которой раньше не существовало. Они стали оружием против демонов и всех тварей что пришли вместе с ними.

— Именно из-за этих мутантов эльфы ненавидели небесных.

— И только одно королевство не вступило в войну. Вальгард, гиганты смотрели на происходящее… с презрением.

Она тихо произнесла:

— «Нет чести в битве с мелочью». Но они не остались полностью в стороне, они создали големов и отправили их сражаться.

— А голем… почти так же силён, как его создатель.

Радомир замер.

— И тогда король гигантов сделал невозможное. Он разделил континент, сдвинул землю. Увёл своё королевство прочь, так Вальгард стал отдельным миром.

— Война длилась почти восемьдесят лет.

И теперь каждое слово звучало как приговор.

— Эльфы почти вымерли, потеряли свои леса и земли.

— Дворфы держались… но потеряли гору и ушли глубже.

— Гоблины ушли под землю, прорыли тоннели к дворфам и помогали им… и даже эльфам, но потерпели поражение там.

— Небесные пали под натиском демонов, половина воинов которых они создали решило уйти, другая же продолжала бой. Небо стало багровым от крови, а их король был убит эльфами.

— Миррена была предана Валдисом, море стало кровавым. Демоны начали пожирать их народ.

— Некрасия вырезала всех… но проигрывала големам и мутантам. В итоге их владыка был убит самим Валдисом.

— Санвельд… продолжал захватывать территории.

Тишина стала тяжёлой.

— Война закончилась… когда умер Валдис. Он был убит собственным сыном.

— Львенос не хотел этой войны. Он пытался остановить её в самом начале. Но Валдис… убил его.

Она тихо добавила

— Так он думал. Львенос выжил и вернулся из места откуда ещё никто не возвращался.

— Он собрал союз из дворфов, гоблинов и миррен

— Миррен он отправил помочь эльфам.

— А сам пошёл в бой. Битва прошла на земле, куда война ещё не добралась.

Она указала вдаль.

— Это место назвали "Равниной Сломанного Рассвета"

— Битва длилась пять дней, на третий день пришли эльфы вместе с водным народом.

— Использовались запретные заклинания, земля дрожала от битвы Львеноса и Валдиса. Небо горело, в крови было столько… что трава больше не росла там. И в конце… Львенос победил.

— Но победа не принесла радости, слишком много погибло, слишком много было потеряно.

— Львенос оплакивал всех... даже врагов.

Она тихо закончила:

— Так он стал Плачущим Львом.

Радомир долго молчал.

Слишком многое навалилось сразу. Война, короли, кровь, предательства… И среди всего этого один вопрос, который не давал покоя.

Он нахмурился.

— Но… — тихо начал он. — Королю Львеносу всего пятьдесят шесть…

Как он мог участвовать в той войне?

Королева Айрин улыбнулась.

— Всё просто.

Она чуть наклонила голову.

— В Львеносе тоже течёт кровь титанов.

Радомир кивнул.

— Да, я знаю… мне уже рассказывали, но...

Она мягко перебила его

— Дослушай до конца. Все, в ком течёт кровь титанов… живут не десятки лет, а веками иногда даже тысячелетия.

— И сила их… не человеческая.

Она посмотрела вдаль.

— Львенос один из них.

Голос королевы стал тише.

— До начала войны он попытался остановить своего отца, но потерпел поражение. Был тяжело ранен.

Радомир сжал пальцы.

— И тогда Валдис сделал то, что не смог бы сделать как отец… Он отправил его в Лабиринт отчаяния.

Ветер стих.

— Место… из которого не возвращаются, там не просто умирают, там умирает надежда, ломается воля, а разум… начинает предавать тебя.

Она посмотрела прямо на Радомира.

— Там обитают такие твари, при взгляде на которых… хочется умереть раньше, чем они приблизятся.

— Возможно, Валдис не хотел убивать его собственными руками. Поэтому он… выбрал это.

— Но он вернулся.

Радомир поднял взгляд.

— И был уже другим. Никто не знает, что он там пережил... даже я. Он никогда об этом не говорит.

Королева глубоко вдохнула.

— После войны мир уже не был прежним.

Дургрим

— Дворфы вернули свой дом и вновь разожгли кузни. Но теперь их пламя стало… тише.

Элтория

— Эльфы пострадали больше всех. Вместе с тёмными эльфами их осталось… едва тысяча.

Радомир замер.

— Только новое поколение смогло выработать хоть какой-то иммунитет к вирусу. Молодые не застали той войны. Только их новый король видел её конец.

Она закрыла глаза на секунду.

— Старых эльфов почти не осталось, а многие из молодых… не могут иметь потомство. Поэтому они ушли, в глубину леса туда, где их никто не найдёт.

Миррена

— Миррена… оплакивала свои потери, вместе с морем. С тех пор вода запомнила цвет крови.

Скайлендия

— После смерти короля небесный народ изменился. Новый правитель поклялся исправить ошибки прошлого. Но их создания… не вернулись.

Радомир нахмурился.

— Мутанты?

— Да. Они разошлись по миру их боятся поэтому они скитаются.

Она чуть наклонилась ближе

— Их легко узнать. У них только клыки вместо обычных зубов, а волосы начинают светиться при лунном свете. И есть те… кто не может пить их кровь.

Гирнам

— Гоблины наконец смогли построить своё королевство. В этом им помогли дворфы и эльфы. В благодарность за их поддержку в войне.

Некрасия

— В Некрасии началась война за трон демоны начали резать друг друга. И если бы кто-то захватил власть…

Она посмотрела на Радомира.

— Война началась бы снова, но тогда пришёл Львенос.

Радомир удивился.

— Он… пошёл к демонам?

— Один —Спокойно ответила она.

— И помог одному из них стать владыкой.

Она произнесла имя:

— Люцифер. Он пообещал держать свой народ в узде и сдержал своё слово.

— Но ненависть к демонам… осталась у всех. Навсегда.

Вальгард

— Гиганты так и не вернулись, да и големов своих особо и не старались вернуть.

Она чуть усмехнулась.

— Сказали, что это не их проблема, что «мелочь не справляется даже с камнями». А големы остались и со временем… одичали.

— Теперь они бродят по миру, ищут цель или ждут нового приказа.

— Санвельд остался без короля, надолго. Потому что Львенос… не сел на трон. Он ушёл.

Радомир удивлённо посмотрел на неё.

— Куда?

— К другим королям.

Она тихо ответила.

— Пешком, без стражи и без защиты.

— Он шёл от королевства к королевству. Просил прощения и помогал. Восстанавливал ошибки отца и объединял.

— Сто сорок четыре года.

Радомир не выдержал:

— Сколько?..

— Сто сорок четыре. И только потом он вернулся и сел на трон.

— И именно тогда… начался новый отсчёт его жизни.

Ветер коснулся её волос. Она на мгновение замолчала.

А потом… сказала почти тихо:

— Кстати… именно поэтому я с ним.

Радомир повернулся к ней.

— Когда он пришёл в Скайлендию… он помогал нам восстановиться.

— Но мой дед… прошлый король… и мой отец… не доверяли ему.

Она чуть усмехнулась.

— Но Львенос не отступал он добивался доверия.

— День за днём, год за годом.

Её голос стал мягче.

— И тогда… я увидела мужчину, который не сдаётся. И решила пойти с ним. Мои родители были против из-за чего я и попыталась сбежать. Но меня остановили.

Она медленно повернулась… и чуть приподняла ткань на спине.

Радомир замер.

Шрамы грубые, рваные и старые.

— Тогда я пошла на крайние меры. Я… вырвала себе крылья, и отказалась от престола. Только тогда меня отпустили.

Она опустила ткань.

— И я пришла к нему в его королевство. Где он… сделал меня своей королевой.

Стража появилась почти бесшумно. Тени скользнули по камню, и момент уединения растворился, будто его и не было.

Королева чуть отступила. Её взгляд снова стал тем самым спокойным, холодным, королевским.

Но перед тем как уйти, она наклонилась к Радомиру и тихо сказала

— Не слушай советников.

Он поднял на неё глаза.

— Будь собой, будь героем.

И она ушла. Стража последовала за ней, и на стене снова остался только ветер Радомир ещё немного стоял, глядя в темноту.

Но теперь внутри не было той пустоты. Не было страха, который сжимает грудь. Он медленно выдохнул. И впервые за долгое время почувствовал, что может дышать.

В эту ночь он спал по-настоящему.

Утро встретило замок иначе флаги развевались на ветру. Двор был вычищен до блеска, стража стояла ровными рядами, слуги двигались быстро и тихо.

Ворота медленно начали открываться.

Скрип разнёсся по двору, как начало чего-то неизбежного. И они пришли.

Том 1. Глава 15. Совет королей

Утро выдалось ясным и на удивление спокойным. Солнечный свет скользил по белым стенам Санвельда, золотил башни и отражался в окнах замка. Львенос неторопливо шёл по длинному коридору в сторону Зала Единства. Когда-то именно здесь был подписан мирный договор, завершивший Великую Войну, и с тех пор зал оставался местом, где собирались правители великих народов.

Рядом с ним шагала Серелина. Королева выглядела спокойной, как и всегда, хотя Львенос слишком хорошо её знал, чтобы не замечать лёгкого напряжения в глазах. Чуть впереди шёл их сын, которому происходящее казалось скорее любопытным событием, чем исторической встречей. Позади молча следовали Эйден и Аринор.

— Как ты себя чувствуешь, дорогой? —спросила Серелина.

Львенос усмехнулся.

— Немного волнуюсь.

Королева удивлённо посмотрела на него.

— Ты?

— Представь себе. Давно мы так не собирались.

Он посмотрел в сторону огромных окон. В последний раз большинство правителей мира сидели за одним столом много лет назад. Слишком много старых обид, слишком много воспоминаний о войне всё ещё жили между народами.

Они уже почти достигли главного двора, когда Львенос остановился и посмотрел вверх.

— А вот и они.

Над замком появились первые тени. Стражники подняли головы. Во дворе начали собираться слуги и придворные. Высоко в небе медленно снижались крылатые фигуры.

Скайлендия прибыла первой.

Несколько десятков небесных воинов плавно опустились на каменную площадь. Первым приземлился худощавый мужчина в серебристой форме и, выпрямившись, громко объявил:

— Король Скайлендии! Его Величество Астор Айрин прибыл!

Небесные расступились. Из их рядов вперёд вышел сам Астор. Король Скайлендии двигался так спокойно, будто в мире не существовало проблем которые могли бы его беспокоить. Его большие серые крылья были аккуратно сложены за спиной, светлые волосы колыхались от лёгкого ветра, а взгляд внимательно скользил по двору. Подойдя к Львеносу, он поднял ладонь вперёд, Львенос ответил тем же.

Ладони не соприкоснулись. Так небесный народ приветствовал тех, кого считал равными.

— Рад видеть тебя, Львенос.

— И я тебя, Астор.

— Надеюсь, сегодня всё пройдёт без происшествий.

— Ты только прибыл, а уже пугаешь меня.

На губах Астора появилась лёгкая улыбка. Однако продолжить разговор им не дали.

За спинами стражников раздался мощный всплеск. Открылся водный туннел. Из него хлынул поток воды, огромная арка из морской воды поднялась над площадью, заставив часть придворных отшатнуться. Из неё первым вышел воин Миррены в тяжёлой коралловой броне.

Ударив трезубцем о землю, он громко объявил:

— Повелитель всех морей! Король Миррены! Сион Тагалоа прибыл!

Из воды вышел сам король. Даже среди собравшихся воинов он выделялся размерами. Широкие плечи, мощные руки и уверенная походка делали его похожим скорее на героя древних легенд, чем на правителя. Синяя кожа блестела каплями воды, а ярко-жёлтые глаза быстро нашли Львеноса в толпе.

На суровом лице появилась улыбка.

— Львенос!

— Сион!

Король Миррены коснулся пальцами своего лба. Львенос повторил жест.

— Как поживает море?

— Всё ещё мокрое.

На этот раз рассмеялся даже Астор.

Следующим открылся портал дворфов.

Жар ударил по двору раньше, чем кто-либо успел увидеть прибывших. Запах угля и раскалённого металла распространился вокруг, напоминая о глубоких кузнях Дургрима.

— Сын Камня! Хранитель Печей! Король Подгорных Городов! Его Высочество Брогар Огнебород!

Когда Брогар появился из портала, несколько молодых стражников невольно выпрямились. Король дворфов был настоящим исполином даже по меркам своего народа. Его густая борода спадала почти до пояса, а широкие плечи могли поспорить размерами с крепостными воротами.

Увидев Львеноса, Брогар расплылся в улыбке.

— Плачущий Лев! Как поживаешь, старый друг?!

Он схватил предплечье Львеноса своей огромной рукой.

— Всё хорошо. А ты?

— Всё ещё учу молодых держать молот правильно.

— И как успехи?

— Безнадёжно.

Львенос засмеялся.

Именно в этот момент он перевёл взгляд на тень у одной из колонн.

— Может быть, ваше величество тоже почтит нас своим присутствием?

Во дворе стало тихо, через мгновение из тени вышел высокий сереброволосый эльф.

Каэль Рин, король Элтории прибыл раньше всех и, как обычно, решил наблюдать за происходящим со стороны.

Он подошёл к Львеносу и слегка приобнял его за плечо.

— От вашего взгляда невозможно скрыться.

Затем чуть тише добавил:

— И да... я немного выпил.

— Немного?

— Совсем немного.

— Каэль.

— Хорошо, достаточно много.

Брогар не смог сдержать смешка.

И именно в этот момент за стенами города грянула музыка Настолько громкая, что несколько голубей испуганно сорвались с башен.

Львенос тяжело вздохнул.

— Они в своём репертуаре.

Брогар уже начал смеяться.

— Это в их натуре! —со смехом говорил Брогар

Ворота замка распахнулись, и во двор въехала огромная железная карета. Её колёса были выше человека, трубы выпускали густой белый пар, а десятки вращающихся шестерёнок издавали непрерывное жужжание.

Вокруг кареты бежали гоблины.

Кто-то играл на механической шарманке. Кто-то жонглировал монетами. Кто-то разбрасывал подарки детям, столпившимся вдоль дороги.

По ощущениям это было больше похоже на праздник, чем на прибытие правителей государства.

Карета резко остановилась перед главными воротами. Дверь распахнулась, из неё выскочил невысокий гоблин в ярко-зелёном сюртуке.

— Их Высочества! Король Рикс и Король Ракс!

Сначала показалась одна нога, потом вторая. Затем из кареты одновременно вышли два совершенно одинаковых гоблина. Братья синхронно подбросили монеты.

Монеты описали красивые дуги в воздухе. Каждый поймал свою.

— Львенос!

— Мы привезли подарки!

— И контракты!

— И новые предложения!

— И ещё подарки!

— А ещё...

— Ракс, не всё сразу.

— Верно.

Львенос покачал головой.

— Рад видеть вас обоих.

— Взаимно.

— И выгодно.

Каэль тихо пробормотал:

— Иногда мне кажется, что они даже во сне обсуждают прибыль.

— Потому что обсуждаем, — тут же ответил один из братьев.

— Я даже не удивлён.

Гоблины дружно рассмеялись и направились знакомиться с остальными королями.

Вскоре весь двор наполнился разговорами.

Сион хлопал Брогара по плечу так сильно, что любой обычный человек уже лежал бы на земле. Астор о чём-то беседовал с Серелиной. Каэль успел где-то раздобыть бокал вина и теперь задумчиво смотрел на небо.

Львенос наблюдал за всем этим с лёгкой улыбкой.

На несколько мгновений всё выглядело почти мирно. Во дворе звучали разговоры. Брогар спорил с Сионом о прочности морского металла, Каэль лениво потягивал вино, а братья-гоблины уже успели предложить Астору не меньше трёх торговых соглашений.

А потом в воздухе появился запах серы. Разговоры оборвались, Львенос заметил, как напряглись плечи стражников.

Улыбка исчезла с лица Сиона, а Брогар нахмурился.

Запах становился сильнее, тяжёлый и удушающий. Словно где-то рядом открылась дверь в место, куда не должен заглядывать ни один смертный.

В центре двора задрожал воздух, появилась трещина. Она медленно расширялась, разрывая пространство. Из неё вышла первая фигура.

Несколько стражников невольно отступили. Существо было высоким и неестественно худым. Его руки свисали почти до колен, а пальцы заканчивались длинными кривыми когтями. Тёмно-серая кожа напоминала обгоревшее мясо. На голове не было волос, зато из черепа торчали два искривлённых рога. Лицо казалось человеческим лишь на первый взгляд.

Слишком широкий рот, слишком много зубов, слишком много глаз.

Четыре маленьких янтарных глаза располагались по обе стороны лица и постоянно двигались независимо друг от друга.

Когда существо улыбнулось, несколько молодых стражников побледнели. Демон оглядел двор и растянул губы ещё шире.

— Владыка демонов... — его голос напоминал скрежет металла по камню. — Люцифер соизволил присутствовать.

После этих слов он немедленно опустился на одно колено.

Из разлома появилась вторая фигуру и двор погрузился в тишину.

Люцифер шагнул вперёд он был высоким, пугающе красивый. Длинные алые волосы спадали до поясницы. Чёрная одежда сидела на нём безупречно, подчёркивая стройную фигуру. Его лицо казалось идеальным. Но стоило заглянуть в глаза... и становилось не по себе. Абсолютно чёрные, с белыми зрачками глаза настоящего хищника. Существа, которое стоит на вершине пищевой цепи и прекрасно это осознаёт.

Он сделал первый шаг, стражники схватились за оружие.

Второй шаг, несколько человек почувствовали, как начинают дрожать руки. Это был инстинкт древнего животного страха, который шептал, что перед ними находится не человек, и даже не демон, а нечто гораздо опаснее. Люцифер спокойно шёл вперёд, будто не замечая напряжения вокруг.

Короли смотрели на него по-разному.

Каэль даже не пытался скрывать презрение, Сион нахмурился, Брогар скрестил руки на груди, Астор наблюдал молча. Лишь Львенос сделал шаг навстречу, он протянул руку.

На лице Люцифера появилась тёплая улыбка лишённая насмешки или высокомерия.

Он крепко пожал руку короля Санвельда.

— Я пришёл последним, — весело произнёс владыка демонов.

— Как обычно, — ответил Львенос.

— Неправда, однажды я пришёл вовремя.

— Один раз за сотни лет не считается.

Люцифер рассмеялся, удивительно живым и искренним смехом. Несколько стражников растерянно переглянулись.

Они ожидали увидеть чудовище. Но владыка демонов выглядел так, словно приехал на встречу старых друзей.

Правда никто из присутствующих, кроме Львеноса, не спешил считать его другом.

Люцифер это прекрасно понимал. И всё же улыбка не исчезала с его лица.

— Ну что же, — сказал он, оглядывая собравшихся правителей. — Судя по лицам некоторых из вас, меня здесь всё ещё любят.

— Ошибаешься, — сухо произнёс Каэль, делая глоток вина. — Любви никогда и не было.

— Тогда это определённо прогресс. Раньше ты хотел меня убить.

— Я и сейчас хочу.

— Вот видишь! Старые традиции живы.

Брогар громко фыркнул, Сион закатил глаза.

А Львенос лишь покачал головой. Совет Королей ещё даже не начался. А он уже чувствовал, что этот день будет очень долгим.

Королева Серелина поднялась со своего места и мягко хлопнула в ладони, привлекая внимание собравшихся.

— Господа, предлагаю продолжить разговор в Зале Единства.

Никто не стал спорить.

По древним правилам совета каждому правителю дозволялось взять с собой лишь двух сопровождающих.

Львенос вошёл в зал вместе с Серелиной, Эйденом и Аринором.

Остальные короли поступили так же.

Зал Единства встретил их величественной тишиной. Огромный круглый стол занимал почти весь центр помещения. Его поверхность была вырезана из единого куска белого камня и покрыта символами всех народов мира.

Короли заняли свои места.

Напротив Львеноса расположился Люцифер, Брогар сел напротив братьев-гоблинов, Астор занял место напротив гигантской хрустальной сферы, Каэль расположился напротив Сиона.

Когда все расселись, Львенос медленно обвёл взглядом присутствующих.

— Тогда начнём.

В зале сразу воцарилась тишина.

— За последние месяцы нападения гоблинов на деревни Санвельда значительно участились.

Не успел он договорить, как Ракс устало закатил глаза.

— Сколько раз нам ещё повторять?

Рядом сидящий Рикс тяжело вздохнул.

— За наших диких сородичей мы ответственности не несём.

— Вообще никакой, — добавил Рикс.

— Хоть убивайте их пачками. Они полностью ваша проблема.

Львенос на мгновение прикрыл глаза. Иногда разговаривать с братьями было тяжелее, чем вести переговоры с демонами. Он даже почувствовал желание удариться головой о стол. Но сумел сохранить королевское достоинство.

Пока разговор не успел уйти в сторону, Люцифер спокойно поднял руку.

— Раз уж речь зашла о сотрудничестве между народами, я хотел бы обратиться к королю Брогару.

Дворф перевёл на него взгляд.

— Говори.

— Я хотел бы попросить нескольких ваших мастеров отправиться в Некрасию и обучить моих подданных ремеслу.

В зале стало тихо, Брогар прищурился.

— А губа у тебя не дура.

Люцифер лишь улыбнулся.

— Не обязательно кузнечному делу. Любому ремеслу.

— И зачем тебе это?

— Видите ли, — спокойно ответил владыка демонов, — большинство моих подданных умеют только воевать и убивать. Я хочу, чтобы они научились создавать что-то своими руками.

Он сцепил пальцы перед собой.

— Если демон способен построить дом, выковать инструмент или вырастить урожай, ему становится сложнее видеть смысл в бессмысленном насилии.

Некоторые присутствующие удивлённо посмотрели на него.

— Кроме того, это позволит нам наконец открыть полноценную торговлю с другими народами.

Брогар задумчиво погладил бороду.

— И что я получу взамен?

— Одну из гор Некрасии.

На этот раз удивились уже все.

— Всё, что найдут там ваши шахтёры, будет принадлежать вам.

Люцифер слегка развёл руками.

— Вы сами знаете, насколько богаты мои земли.

Дворф задумался ещё сильнее, предложение было крайне заманчивым. Но затем он нахмурился.

— А где гарантия, что мои люди останутся живы?

Люцифер уже открыл рот, собираясь ответить, но его перебил низкий и внушительный голос.

— Довольно!

Все повернулись к Сиону, король Миррены смотрел на демона холодно.

— Демонам не стоит доверять.

Люцифер лишь вздохнул. Кажется, он ожидал подобной реакции.

Сион продолжил:

— Если тебе нужны ресурсы и сотрудничество, Брогар, отправь своих мастеров ко мне.

Он скрестил руки на груди.

— Наши ресурсы ничем не хуже демонических.

— Кроме того факта, что мои подданные не умеют дышать под водой, и в твоей бездне нихрена не видно — проворчал Брогар.

Сион на мгновение задумался.

— Хорошее замечание.

— Вернёмся к этому позже, — подвёл итог дворф.

На этот раз никто спорить не стал. Тогда вперёд слегка подался Каэль.

— Вам удалось узнать что-нибудь о приближающейся угрозе?

Разговор мгновенно стал серьёзным.

Львенос кивнул.

— Благодаря прибывшему герою наш провидец смог увидеть будущее гораздо яснее.

Он перевёл взгляд на Эйдена.

— Расскажи им.

Эйден поднялся со своего места. Его голос звучал спокойно и ровно, слово в слово без единого изменения. Он повторил всё, что ранее сказал провидец. Когда мечник закончил, в зале повисла тишина. Несколько секунд никто не произносил ни слова.

А затем раздался глухой голос. Он исходил от огромной сферы, стоявшей возле стола.

— И это всё?

Это был правитель Вальгарда, король гигантов. Даже находясь за тысячи километров отсюда, он умудрялся говорить так, будто смотрел на всех сверху вниз.

— Конкретной угрозы нет, конкретного врага нет, конкретного места тоже нет.

В голосе гиганта звучало откровенное раздражение.

— Вы собрали Совет Королей ради этого?

Львенос нахмурился.

— Но теперь мы хотя бы знаем о надвигающейся угрозе.

— Проблемы малого народа меня мало волнуют.

В зале повисла неприятная тишина. Затем сфера погасла, связь оборвалась король гигантов просто ушёл.

Рикс несколько секунд смотрел на металлическую сферу. Потом писклявым голосом передразнил:

— «Проблемы малого народа меня мало волнуют».

Ракс кивнул.

— «Проблемы мелких это ваши проблемы».

Братья переглянулись.

— Гиганты как всегда.

— Ничего нового.

Даже Брогар не смог сдержать усмешку.

Львенос же устало потёр переносицу.

— Вернёмся к теме.

Он обвёл взглядом собравшихся.

— Итак, кто-нибудь готов высказать своё мнение о пророчестве?

Первым заговорил Астор.

— Не готов.

В зале стало тихо. Король Скайлендии спокойно сложил руки перед собой.

— Слишком мало информации, слишком много догадок. Я не могу принимать решения на основании туманных видений.

Сион согласно кивнул.

— Поддерживаю.

Его глубокий голос эхом разнёсся по залу.

— Миррена пережила слишком много предсказаний, которые не сбылись. Пока я не увижу угрозу собственными глазами, не собираюсь бросать свой народ в очередную войну.

— Как неожиданно, — пробормотал Каэль.

Сион бросил на него взгляд.

— Хочешь что-то сказать?

— Нет, просто удивительно слышать подобное от народа, который однажды доверился Валдису.

В зале повеяло холодом. Сион медленно повернул голову к эльфу.

— Осторожнее со словами, Каэль.

— Или что?

— Или я перестану быть вежливым.

Львенос быстро поднял руку.

— Не нужно ссориться друзья.

Каэль недовольно цокнул языком, но спорить не стал.

Тогда слово взял Брогар, дворф задумчиво поглаживал бороду.

— Я не скажу, что верю пророчеству.

Он посмотрел на Эйдена.

— Но и полностью отвергать его не стану.

— Аналогично, — произнёс Каэль.

Все повернулись к нему, эльф сделал глоток вина.

— За свою жизнь я видел вещи куда более безумные, чем это предсказание.

Он пожал плечами.

— Верю ли я ему? Нет. Игнорировать буду? Тоже нет.

Львенос медленно кивнул.

Это было уже что-то, затем заговорил Люцифер.

— А я нахожу всё это весьма любопытным.

Каэль закатил глаза.

— Конечно находишь.

— Разумеется.

Люцифер даже не попытался обидеться.

— Если миру действительно грозит нечто подобное, это затронет всех нас.

Он обвёл взглядом зал.

— Поэтому я предпочитаю быть готовым.

— Значит, ты веришь? — спросил Брогар.

— Нет.

— Тогда почему волнуешься?

— Потому что иногда самые абсурдные истории оказываются правдой.

Эти слова заставили Астора задуматься.

Львенос заметил, что братья-гоблины переглянулись.

— А вы что думаете?

Рикс пожал плечами.

— Верим?

— Не особо.

— Не верим?

— Тоже не особо.

— Нам просто нужны факты.

— Цифры.

— Отчёты.

— Документы.

— Желательно заверенные печатями.

Люцифер усмехнулся.

— Вы двое способны превратить конец света в бухгалтерский отчёт.

— Конечно.

— А как иначе?

Ракс достал блокнот.

— Если миру грозит уничтожение, мы должны понимать потенциальные убытки.

В этот раз смеялись уже почти все. Даже Аринор едва заметно дёрнул уголком губ. После этого разговор постепенно перешёл к политике.

Инициатором неожиданно снова оказался Люцифер.

— Кстати, Сион.

Король Миррены даже не повернулся в его сторону.

— Нет.

— Но я ещё ничего не сказал.

— Всё равно нет.

Люцифер тяжело вздохнул.

— Вы даже не представляете, как сложно с вами дружить.

— И не собираюсь представлять.

— Я всего лишь хотел предложить торговое соглашение.

— Нет.

— Культурный обмен.

— Нет.

— Совместную экспедицию.

— Нет.

— Может хотя бы...

— Нет.

Брогар расхохотался так громко, что задребезжали кубки.

— Сион, парень даже договорить не успевает!

— И правильно.

— Прошло почти двести лет.

— Этого недостаточносто.

Люцифер лишь развёл руками.

— Я стараюсь.

Он уже давно привык к подобной реакции.

Тем временем гоблины обсуждали совершенно другие вещи.

— Кстати о торговле.

— Вот это уже интересная тема.

Рикс раскрыл толстую папку.

— Санвельд повысил пошлины на поставки зерна.

— На четыре процента.

— Дургрим увеличил стоимость стали.

— На семь процентов.

— Миррена вообще продаёт жемчуг по безумным ценам.

Сион поднял бровь.

— Потому что это редкий жемчуг.

— Всё равно дорого.

— Очень дорого.

— Безобразно дорого.

— Мы бы купили больше.

— Если бы вы перестали нас грабить.

— Это называется рынок. — С улыбкой сказал Сион.

— Это называется разбой. — Ответил ему Ракс

Львенос слушал этот спор и постепенно понимал, что совет начинает идти по привычному сценарию.

Эльфы спорят с водными, демоны пытаются с кем-нибудь подружиться, гоблины считают прибыль, дворфы ищут выгоду. А он пытается удержать всё это вместе.

Аринор вдруг повернул голову к дверям зала. На мгновение его взгляд задержался где-то за ними, после чего маг поднялся со своего места.

— Великие правители, — спокойно произнёс он. — Герои прибыли.

Разговоры мгновенно стихли. Все взгляды устремились к огромным дверям Зала Единства.

Каэль поставил бокал на стол, Брогар заинтересованно приподнял бровь, Сион скрестил руки на груди, Астор внимательно наблюдал, даже Люцифер подался немного вперёд.

Они ожидали увидеть героев, воинов. Легендарных избранников, о которых столько говорили последние месяцы. Двери медленно распахнулись и наступила тишина. На пороге стояли два ребёнка грязных и избитых.

У Радомира половина одежды была обгоревшей. На рукавах виднелись подпалины, кулаки были сбиты в кровь, костяшки покрывали свежие ссадины. Нос покраснел, а из одной ноздри медленно стекала тонкая струйка крови.

Рядом стояла Рейса, её платье было разорвано в нескольких местах. Под глазом красовался настолько впечатляющий синяк, что его было видно даже с другого конца стола. Волосы растрепались, к на щеке виднелась царапина.

Оба выглядели так, словно только что пережили драку. Причём друг с другом.

Львенос медленно закрыл лицо рукой. По его щеке скатилась одинокая слеза. Серелина лишь прикрыла губы ладонью, пытаясь скрыть улыбку. Аринор мгновенно отвернулся к окну. С таким видом, будто внезапно обнаружил невероятно интересный пейзаж, очень важный пейзаж.

Эйден продержался ровно две секунды. После чего зал наполнился его смехом. Громким и совершенно бессовестным. Он смеялся так, что ему пришлось опереться рукой о стол.

— Эйден, — тихо произнесла Серелина.

Это не помогло, он засмеялся ещё сильнее.

Радомир почувствовал, как начинают гореть уши.

Рейса мрачно посмотрела на наставника.

— Хватит ржать!

Эйден посмотрел на её фингал и снова расхохотался.

Брогар несколько секунд переводил взгляд с одного ребёнка на другого.

— Это...

Дворф замолчал, потом снова посмотрел на них.

— Это герои?

— Да, — невозмутимо ответил Аринор, продолжая изучать вид за окном.

— Понятно. — На самом деле Брогару было совершенно ничего не понятно.

Сион выглядел не лучше. Он ожидал увидеть прославленных воинов, а увидел двух побитых подростков.

Каэль несколько секунд смотрел на Радомира потом на Рейсу, потом снова на Радомира.

— Они подрались?

— Не знаю — ответил Эйден сквозь смех.

В зале вновь воцарилась тишина, но Люцифер первым нарушил её.

— Мне нравится этот мальчик.

Он указал на Радомира.

— Почему? — спросил Астор.

— Потому что он выглядит совершенно по другому, я так понял это и есть призванный герой?

—Он самый. — Ответил Аринор продолжая любоваться пейзажем.

Радомир почувствовал, что ему становится ещё более неловко. Рейса же наоборот гордо выпрямилась, будто её синяк был боевой наградой.

Львенос тяжело вздохнул и наконец убрал руку от лица.

— Добро пожаловать, герои.

В его голосе слышалась обречённость человека, который только что окончательно смирился со своей судьбой. А остальные короли всё ещё пытались понять, каким образом эти двое детей связаны с пророчеством, способным изменить весь мир.

Том 1. Глава 16. Перед ликами королей

Утро для Радомира началось намного раньше обычного. Его разбудили ещё до рассвета. Сегодня он должен был предстать перед правителями всего мира. И от одной этой мысли становилось не по себе.

В комнате уже ждала Лаура. Она держала в руках аккуратно сложенный комплект новой одежды. Не тренировочную форму, не повседневную, а настоящий парадный наряд.

Тёмно-синий камзол с серебряной вышивкой, лёгкий плащ с гербом Санвельда и высокие сапоги.

Радомир посмотрел на всё это с подозрением.

— Это точно для меня?

— К сожалению, да, — ответила Лаура.

Её антенны слегка дрогнули.

— Сегодня тебе нельзя выглядеть так, словно ты только что подрался с медведем.

— Я никогда не дрался с медведем.

— Когда-нибудь подерёшься.

Радомир тяжело вздохнул.

Через некоторое время он уже стоял перед зеркалом. Наряд сидел неожиданно хорошо. Настолько хорошо, что он чувствовал себя чужим человеком.

— Непривычно.

— Ты выглядишь достойно, — мягко сказала Лаура.

— Именно это меня и беспокоит.

Она тихо рассмеялась, потом подошла ближе.

— Радомир.

— М?

— Не думай слишком много.

— Легко сказать.

— Тогда просто будь собой.

Он невольно вспомнил похожие слова Серелины "Будь собой". Почему все вокруг вдруг начали говорить одно и то же?

Лаура поправила воротник.

— Короли приехали не смотреть на одежду.

— Надеюсь.

— Они приехали посмотреть на тебя.

Это помогло ненадолго. По дороге к Залу Единства Радомир столкнулся с Рейсой и замер. Она была в платье, в настоящем платье. Тёмно-красном, с золотой вышивкой на рукавах. Волосы были аккуратно собраны, да и Рейса выглядела непривычно.

Она заметила его взгляд и прищурилась.

— Чего уставился?

— Просто...

— Просто что?

— Никогда не видел тебя такой.

Рейса хмыкнула.

— Привыкай.

— Не уверен, что смогу.

— Почему?

Радомир усмехнулся.

— Потому что ты выглядишь так, будто тебя силой заставили надеть это платье.

— Что?

— Ну...

— Что?!

— Ты похожа на очень злую принцессу.

Рейса смотрела на него несколько секунд. Потом ударила, прямо в нос.

— Ай!

— Повтори!

— Ты злая принцесса!

— РАДОМИР!

Он автоматически ударил в ответ. Через несколько секунд оба уже катались по земле. Слуги в панике разбегались в стороны. Стражники пытались вмешаться, но боялись попасться под огонь. Рейса попыталась поджечь ему волосы, но Радомир успел увернуться, он схватил её за руку.

Она ударила его коленом.

Он толкнул её.

Она сбила его с ног слабой волной огня.

Он снова поднялся.

— Сдавайся!

— Никогда!

— Тогда умри!

— Сама умри!

В этот момент между ними буквально влетел Дэрон Клайв. Одной рукой он схватил Радомира другой Рейсу. И поднял обоих над землёй.

— Вы закончили?

— Нет! — Крикнула Рейса.

— Да! — Выкрикнул Радомир.

— Отлично.

Дэрон встряхнул их обоих.

— Через несколько минут вы будете стоять перед королями всего мира.

— Он начал первым!

— Она ударила меня!

— Потому что ты идиот!

— Потому что ты психопатка!

— РЕЙСА! РАДОМИР! — Выкрикнул Дэрон и закрыл глаза. Глубоко вдохнул и очень медленно выдохнул.

— Иногда мне кажется, что Эйден специально оставляет вас без присмотра ради развлечения.

— Я пойду переоденусь, — проворчала Рейса.

Она уже собиралась развернуться, но Радомир вдруг вспомнил слова Серелины "будь самим собой." Он посмотрел на Рейсу, потом на разорванное платье, потом снова на неё и улыбнулся.

— Что? Струсила?

Рейса прищурилась.

— Что!?

— Испугалась показаться королям такой?

— Я ничего не боюсь.

— Тогда пошли так.

— Ты идиот!

— Значит боишься.

— Не боюсь!

— Тогда докажи.

Несколько секунд они смотрели друг на друга.

Потом Рейса фыркнула.

— Ладно.

— Ладно.

— Но если нас накажут, виноват ты.

— Справедливо.

Стражник возле двери посмотрел на них, потом на их внешний вид и снова на них.

— Вы...?

— Нет, — честно ответил Радомир.

— Нуууу лааадно.

Тяжёлые двери начали медленно распахиваться. И два грязных оборванца вошли в Зал Единства.

После шокированной реакции зрителей, тишину нарушил Астор.

— Дай угадаю, — спокойно произнёс Астор Айрин, рассматривая побитых детей. — Они дети потому, что ты решил подготовить их заранее?

Львенос несколько секунд смотрел на разбитый нос Радомира и на фингал Рейсы.

После чего устало вздохнул.

— Ты как всегда умён.

И где-то за его спиной Эйден снова начал смеяться.

Король Миррены внимательно посмотрел на этих детей и перевёл взгляд на Львеноса.

— Надеюсь... это шутка?

Львенос лишь слегка улыбнулся.

— Нет. Это и есть наши герои.

Он посмотрел на детей с той же теплотой, с какой смотрел отец.

— Да, они ещё дети. Но они уже доказали свою храбрость. И я искренне верю, что однажды они ещё не раз спасут этот мир.

Некоторые правители переглянулись, кто-то задумался, кто-то лишь сильнее усомнился. Именно в этот момент из-за спины Каэля раздался спокойный женский голос:

— И какой же силой они обладают?

Говорила тёмная эльфийка, сопровождавшая своего короля.

Высокая, с серо-фиолетовой кожей, длинными чёрными волосами и холодными алыми глазами. В отличие от слегка потрёпанного жизнью Каэля, она держалась безукоризненно прямо. На её лице читалось плохо скрываемое высокомерие.

Аринор уже собирался ответить.

— Их...

— Нет. — Эльфийка подняла руку, останавливая его.

— Пусть герой ответит сам.

Она указала пальцем прямо на Радомира.

Но мальчик даже не заметил этого. Он впервые в жизни видел столько разных народов сразу. Его взгляд медленно скользил по огромному залу.

Сначала остановился на Брогаре.

"Разве дворфы не должны быть низкими?.. Почему он больше всех здесь?"

Потом он с любопытством рассматривал братьев-гоблинов, которые, несмотря на серьёзность встречи, продолжали о чём-то оживлённо перешёптываться.

Затем его внимание привлёк Сион.

"Вот это... русал...?" Ещё недавно он думал, что подобные существа бывают только в сказках.

Потом взгляд поймал небесных. За спинами Астора были сложены огромные серые крылья.

"Настоящие ангелы..."

Пусть они называли себя небесным народом, для Радомира они выглядели точь-в-точь как ангелы из его мира.

Следом он посмотрел на эльфов. Они действительно казались невероятно красивыми, даже мужчины.

Но больше всего его взгляд притягивал демон, стоявший за спиной Люцифера.

Тот самый ужасный демон, который объявил прибытие своего владыки. Его многочисленные глаза медленно двигались независимо друг от друга. Один из них смотрел прямо на Радомира. По спине мальчика пробежал холод, в груди неприятно сжалось.

Страх вновь вернулся к Радомиру, Люцифер заметил это раньше всех. Он даже не повернул головы, лишь едва заметно взглянул на своего подданного. Этого оказалось достаточно. Демон недовольно оскалился, но молча сделал несколько шагов назад, растворившись в глубине зала.

Только после этого Люцифер посмотрел на Радомира. Улыбнулся и дружелюбно помахал ему рукой. Радомир уже хотел неуверенно ответить, но зал разрезал резкий голос.

— Паршивец!

Радомир вздрогнул. Он растерянно посмотрел на тёмную эльфийку.

— П-простите... Можете повторить вопрос?

Та раздражённо выдохнула.

— Ах, ты ещё и глухой?

Она сделала шаг вперёд.

— Я спрашиваю... какой твой дар?

Радомир почувствовал, как сердце забилось быстрее. Все смотрели только на него.

Он невольно опустил взгляд.

— У... у... у меня...

Он сглотнул.

— У меня нет дара...

В зале стало тихо. Лицо тёмной эльфийки исказилось.

— Герой...

Она усмехнулась.

— Без силы героя?

Она посмотрела на остальных правителей.

— Это какая-то нелепая шутка?

Каэль устало прикрыл глаза.

— Велария...

Но та даже не обратила внимания на своего короля.

— Он двух слов связать не может.

Она презрительно посмотрела на Радомира.

— Побледнел при одном только виде демона. Трус, да и только.

Рейса уже сделала шаг вперёд.

— Да ты...

Но договорить она не успела.

ГРОХОТ!

Эйден с такой силой ударил ладонью по столу, что тяжёлая столешница дрогнула, а несколько кубков подпрыгнули. Его лицо было совершенно спокойным. Он посмотрел прямо на Веларию.

— Слышь...

Его голос прозвучал холодно.

— Черноухая, я бы на твоём месте следил за языком.

Он сделал шаг вперёд.

— Или мне его тебе укоротить?

— Эйден, — спокойно произнёс Львенос. — Успокойся.

— Нет.

Даже не оборачиваясь, ответил мечник.

— Я не позволю никому оскорблять моего ученика.

Он снова посмотрел на Веларию.

— Да! У Радомира нет дара, это правда. Зато у него есть настоящий дух воина.

Эйден усмехнулся.

— Побледнел, говоришь?

Он пожал плечами.

— Да я сам в одном месте побледнел, когда увидел эту страхолюдину.

Он кивнул в сторону демона, стоявшего позади Люцифера. Люцифер тихо прыснул со смеху, даже Брогар едва заметно ухмыльнулся.

— Это абсолютно нормальная реакция, — продолжил Эйден. — Особенно для мальчишки, который раньше никогда не видел демонов.

Велария уже открыла рот, собираясь ответить. Но в этот момент её плеча коснулась тонкая но сильная рука. Из тени за спиной Каэля выступила вторая сопровождающая.

Тёмная эльфийка стиснула зубы... и молча отступила назад.

На широком лице Брогара появилась довольная улыбка.

— А ты, Эйден... всё такой же острый на язык.

Мечник лишь пожал плечами.

— Вы же меня знаете, король Брогар.

Он бросил короткий взгляд на Радомира.

— За своих я готов убить кого угодно.

Радомир невольно улыбнулся, Рейса же гордо шагнула вперёд.

— А у меня есть дар!

Её глаза вспыхнули азартом.

— Если хотите, я могу...

Она уже подняла руку, собираясь продемонстрировать своё пламя. Но договорить не успела. Двери Зала Единства с грохотом распахнулись. В помещение буквально влетел гоблин. И выглядел он так, будто природа когда-то решила поэкспериментировать... и пожалела об этом.

Один глаз был заметно больше другого и постоянно дёргался. Левое ухо оказалось надорвано почти до основания, а правое загибалось вперёд странным крючком. Нос был искривлён так сильно, словно его ломали десятки раз. Несколько кривых жёлтых зубов торчали наружу даже при закрытом рте. Всё лицо покрывали старые шрамы, бородавки и следы химических ожогов. На голове торчали редкие клочья бурых волос, а одежда была испачкана маслом, копотью и какой-то зелёной жидкостью.

За его спиной на полу неподвижно лежали несколько стражников.

Рикс тяжело вздохнул.

— Ох нет...

Ракс медленно закрыл лицо ладонью.

— Только не снова...

Гоблин широко ухмыльнулся.

— Дорогие правители! Не волнуйтесь те стражники живы, просто решили крепко вздремнуть— Его голос был грубым и хриплым.

— Я, Кударагг! Главный инженер Гирнама! Пришёл представить величайшее изобретение в истории!

Ракс тут же поднялся.

— Главный? — Он прищурился — Кударагг, я же...

Но инженер грубо махнул рукой, заставляя его замолчать.

— Потом!

Он вытащил огромный свёрток, развернул его прямо на столе. Перед правителями оказался подробный чертёж странной машины.

Она напоминала огромные человекоподобные доспехи почти трёхметрового роста. Толстые металлические пластины закрывали всё тело, а внутри корпуса располагалась кабина для пилота. На спине возвышался массивный паровой котёл, от которого по всей броне расходились десятки медных трубок и клапанов. На плечах были закреплены вращающиеся цилиндры с паровыми поршнями, усиливающими движения рук. Вместо обычных сапог конструкция имела тяжёлые механические опоры с зубчатыми шарнирами, позволяющими выдерживать колоссальный вес. В локтях и коленях вращались большие бронзовые шестерни, а на предплечьях были предусмотрены сменные крепления: гигантский молот, бур, арбалет огромного размера и тяжёлый щит. По всему корпусу виднелись руны, переплетённые с инженерными схемами. Короли внимательно рассматривали чертёж.

Первым заговорил Сион.

— Это... голем?

Брогар покачал головой.

— Нет — Он прищурился — Скорее огромные доспехи.

Кударагг радостно хлопнул в ладоши.

— Именно! Но не просто доспехи! Это усиливающая броня!

— Она позволит обычному воину сражаться на равных с различными тварями!

Он буквально светился от восторга.

— Представьте! Один солдат с силой целого отряда!

Львенос внимательно смотрел на чертежи.

— Это оружие?

Кударагг улыбнулся ещё шире.

— Конечно! Благодаря ему мы сможем победить любого противника!

Он выдержал паузу.

— Или...

Астор спокойно закончил за него:

— Завоевать целое королевство.

Инженер радостно закивал.

— Да! Именно! Вы мыслите в правильном направлении!

Рикс с силой ударил ладонью по столу.

— Сколько раз тебе говорить?! Твой проект никогда не будет одобрен!

Ракс тоже поднялся.

— Даже если забыть о его опасности...

Он ткнул пальцем в чертёж.

— Он чудовищно дорог. На один такой костюм уйдёт столько ресурсов, сколько хватит на строительство небольшой фабрики.

— А теперь прибавь стоимость топлива, обслуживания, запасных деталей и постоянного ремонта.

Рикс продолжил мысль брата.

— Мы разоримся ещё до создания первого рабочего образца.

Он посмотрел на сопровождающего.

— Уведите его!

Гоблин-стражник сделал шаг вперёд. Но Кударагг неожиданно вскочил прямо на стол.

Чертежи разлетелись по всему залу.

— Нет! Вы не понимаете! Это изменит мир!

Он быстро переводил взгляд с одного короля на другого.

— Господин Брогар! Ваши кузнецы смогут делать непобедимых воинов!

— Господин Сион! Представьте такую машину на морском дне!

— Господин Астор! Она сможет летать! Ну... когда-нибудь...

Некоторые правители действительно заинтересовались. Брогар задумчиво рассматривал механизм, Астор внимательно изучал схему. Даже Люцифер с любопытством наблюдал за безумным инженером.

Только Радомир и Рейса молча стояли в стороне, совершенно не понимая, как обычное знакомство с королями превратилось в спор о гигантской паровой броне.

Наконец Серелина поднялась со своего места. Её спокойный голос мгновенно перекрыл весь шум.

— Довольно.

Одного слова оказалось достаточно. Кударагг застыл с поднятыми руками. В зале вновь воцарилась тишина.

— Мы находимся в Зале Единства. Здесь не обсуждают создание оружия.

Кударагг нервно усмехнулся.

— Но...

— Никаких "но", — оборвала его Серелина. — Ты предлагаешь машину, созданную для войны. Подумал ли ты, что произойдёт, если подобная технология окажется в руках врага? Или если её начнут использовать против мирных жителей?

Она на мгновение замолчала, пытаясь подобрать подходящее слово.

— Эти... эти...

Радомир помог ей.

— Экзодоспехи.

Все взгляды повернулись к нему. Серелина посмотрела на мальчика и тепло улыбнулась.

— Именно, эти экзодоспехи, способны превратить поле боя в бойню. Ни один народ не скажет нам спасибо, если однажды его дети будут погибать под их ногами.

Первым ответил Брогар, он тяжело опёрся обеими руками о стол.

— Я и не думал поддерживать этот проект, Серелина. Достаточно одного взгляда на чертежи, чтобы увидеть десятки ошибок. Конструкция нестабильна, уязвима, требует невероятного количества ресурсов... а самое главное, подобное оружие слишком опасно, чтобы существовать.

Сион медленно кивнул.

— Миррены разделяют это мнение.

Астор спокойно добавил:

— Скайлендия тоже. Мы уже однажды создали оружие, последствия которого преследуют нас до сих пор. Второй такой ошибки я не допущу.

Каэль лениво покрутил бокал в пальцах.

— Элтория против.

Рикс тяжело вздохнул.

— Поэтому мы и запрещаем Кудараггу продолжать исследования.

Ракс развёл руками.

— Видишь? Мы ведь говорили, что эта идея никому не понравится.

Лишь Люцифер поднял руку.

— А я просто сделал вид, что понимаю хоть половину этих рисунков.

На секунду в зале раздался негромкий смех Львеноса и Люцифера. Серелина снова перевела взгляд на Кударагга.

Улыбка исчезла с её лица.

— А теперь... немедленно покинь этот зал.

Несколько секунд инженер молча смотрел на неё. Его уродливая гримаса медленно исказилось от злобы.

Он плюнул прямо ей в лицо.

— Сука... не должна лезть в дела, в которых не разбирается.

Время будто остановилось. Эйден уже положил ладонь на рукоять «Олрика». Аринор покраснел от ярости так резко, что глаза его залились кровью. Но больше всех присутствующих испугала не их реакция, а Львенос. Он медленно поднялся, воздух вокруг него стал тяжёлым, словно на плечах каждого присутствующего опустилась целая гора.

Сопровождающие не могли даже пошевелиться, дыхание стало тяжёлым, некоторые стражники побледнели.

В глазах Львеноса была ярость.

— ДА КАК ТЫ ПОСМЕЛ!!!

Крик прогремел раньше, чем Львенос успел произнести хоть слово. Это был Радомир. Он сорвался с места так быстро, что никто не успел его остановить.

Одним прыжком мальчик вскочил на стол. В следующее мгновение всем своим весом врезался в Кударагга. Они вместе рухнули на пол, Радомир сразу оказался сверху.

Первый удар, второй, третий.

Кулаки обрушивались один за другим.

— Не смей... так её называть!

Удар.

— Не смей...

Удар.

— Плевать...

Удар.

— На неё!!

Кударагг попытался закрыться руками, но Радомир продолжал бить.

— Я убью тебя!!

Никто не вмешивался, короли молча наблюдали. Брогар широко улыбнулся, Люцифер тихо усмехнулся, Каэль с интересом отпил вина. Лишь Львенос, выйдя из оцепенения, наконец громко произнёс:

— Радомир!

Но мальчик будто ничего не слышал. Все слова исчезли. Перед глазами стояло только лицо Серелины, по которому стекала слюна этого гоблина. Он снова занёс кулак.

— Довольно!

Громовой голос Сиона прокатился по залу. Он повернулся к одному из своих воинов.

— Останови его.

Но стоило мирренцу сделать шаг...

Перед ним вспыхнул высокий столб огня. Пламя мгновенно окружило Радомира и Кударагга, не позволяя никому приблизиться.

— Никто его не тронет! — крикнула Рейса.

Она стояла перед огненной стеной. В её глазах полыхала такая же ярость.

— Он заслужил это!

Жар становился всё сильнее.

И вдруг... из тени за спиной Каэля что-то двинулось. В этот же миг огонь погас Рейса даже не успела понять, что произошло. Чья-то ладонь резко прижала её к каменному полу. В тот же миг такая же участь постигла и Радомира. Он почувствовал, как его руки оказались заведены за спину, а грудь прижали к полу с такой силой, что стало трудно дышать.

И всё это произошло быстрее, чем он успел моргнуть. Когда присутствующие подняли взгляды, загадочная сопровождающая уже снова стояла в тени Каэля. Она была полностью скрыта длинным тёмным плащом с глубоким капюшоном. Ткань скрывала её фигуру и лицо, оставляя видимой лишь полоску подбородка.

Большинство даже не поняли, что именно произошло. Лишь несколько человек успели увидеть её движение. И только Эйден, внимательно посмотрев на тень позади короля эльфов, довольно ухмыльнулся.

— Вот значит... кто скрывался всё это время...

Когда Радомир пришёл в себя, он медленно поднялся с пола. Всё тело ныло после резкого броска. Он первым делом протянул руку Рейсе и помог ей подняться.

В этот момент стражники уже уводили Кударагга. Тот ещё пытался что-то выкрикивать, но его быстро вывели за двери.

Только сейчас Радомир заметил, что все взгляды были прикованы к нему.

Он сразу опустил голову.

— Простите... — тихо произнёс он. — Я не должен был так поступать.

Рейса без лишних слов опустилась на одно колено.

— Я тоже прошу прощения.

Радомир посмотрел на неё, после чего повторил её жест. Сион уже собирался что-то сказать, но неожиданно ему помешал громкий раскатистый смех. Брогар хохотал так, что дрожали бокалы на столе.

— Ха-ха-ха-ха! А ты, мальчуган, с характером! Уважаю!

Он вытер выступившую слезу.

— За такое и выпить не жалко!

Следом раздались неспешные хлопки. Люцифер поднялся со своего места и с улыбкой начал аплодировать.

— Браво нашим юным героям. Не каждый взрослый рискнул бы так вступиться за честь королевы.

Он продолжал хлопать. Но никто его не поддержал, аплодисменты постепенно стихли сами собой.

Братья-гоблины переглянулись. Рикс первым подошёл к Серелине и низко поклонился.

— От лица Гирнама приносим глубочайшие извинения.

Ракс кивнул.

— Кударагг уже давно перестал нас слушать. Но это не оправдание.

После этого оба подошли к Радомиру и Рейсе. Каждый молча положил им в ладонь по золотой монете.

Рикс усмехнулся.

— Если честно...

Ракс закончил за брата:

— Давно надо было ему врезать.

На лице Серелины появилась едва заметная улыбка.

Аринор негромко кашлянул, Львенос сразу понял намёк и глубоко вдохнул, окончательно возвращая себе самообладание.

— Дорогие друзья, — спокойно произнёс он. — Думаю, на сегодня мы закончим Совет. Приношу свои извинения за случившееся.

Он посмотрел на каждого из правителей.

— Надеюсь, вечером вы все окажете мне честь и присоединитесь к праздничному ужину. Сегодня мы отпразднуем не только нашу долгожданную встречу, но и знакомство с новыми героями.

— С удовольствием, — первым ответил Каэль, заметно оживившись. Если будет хорошее вино.

— Будет, — усмехнулся Львенос.

Остальные правители также согласились, постепенно зал начал пустеть. Когда последние гости покинули помещение, Львенос негромко произнёс:

— Радомир... Рейса... задержитесь.

Оба подошли ближе.

Радомир чувствовал себя крайне неловко.

После произошедшего он даже не решался поднять глаза. А вот Рейса стояла совершенно спокойно, будто ничего необычного не случилось.

Неожиданно у Львеноса задрожали губы. В уголках его глаз появились слёзы.

— Спасибо вам...

Он вытер лицо ладонью.

— Вы... взяли всю ответственность на себя.

Он тяжело выдохнул.

— Если бы тогда сорвался я... боюсь, сегодняшний день закончился бы совсем иначе. И воспоминания у наших гостей остались бы весьма отрицательные.

Серелина подошла ближе. Она положила ладонь на плечо Радомира.

— Спасибо вам.

Её голос был мягким.

— Мне очень дорог ваш поступок.

Она улыбнулась.

— Но в следующий раз постарайтесь не заходить так далеко.

Радомир виновато кивнул.

— Простите...

После короткого разговора они уже собирались уходить, как двери снова открылись.

В зал вошёл Брогар.

— Львенос... уж прости, но мне пора возвращаться.

Львенос удивлённо посмотрел на него.

— Уже?

На глазах короля снова выступили слёзы.

— Почему?

Брогар громко хмыкнул.

— Конечно, посидеть вечером с друзьями за кружкой хорошего алкоголя было бы славно.

Он почесал бороду.

— Но дома меня ждут дела. Кузницы сами себя не растопят, знаешь ли.

Он бросил короткий взгляд на место где сидел Люцифер.

— Да и чувствую я... этот красноголовый от меня так просто не отстанет.

Львенос понимающе улыбнулся.

— Не хочешь принять его предложение?

Брогар тяжело вздохнул.

— Он демон.

Повисла короткая пауза.

— А я отвечаю за свой народ.

Он сложил руки на груди.

— Слишком дорого может обойтись такая ошибка.

После нескольких секунд молчания он спросил:

— Как думаешь... стоит хотя бы попробовать?

Львенос ответил не сразу.

— Иногда... нужно сделать шаг навстречу первым.

Брогар задумчиво погладил бороду. Тем временем Серелина уже покинула зал. Радомир с Рейсой тоже направились к выходу.

— Эй!

Грубый голос Брогара заставил их остановиться.

— Почему вы оба всё время на меня глазеете?

Радомир смутился, но всё же честно ответил:

— Просто... я думал, что дворфы невысокого роста.

Он посмотрел на огромного короля.

— А вы... настоящий великан.

Брогар несколько секунд молча смотрел на него.

Потом вдруг расхохотался.

— Ха-ха-ха! Потому что я король!

Он ударил себя кулаком в грудь.

— Каждый наследник трона проходит Ритуал Великой Кузни.

Рейса сразу оживилась.

— А что это за ритуал?

Брогар довольно ухмыльнулся.

— Секрет Дургрима.

Он развернулся.

— Ладно...

Но Львенос остановил его.

— Есть ещё одна просьба.

Брогар тяжело вздохнул.

— Сегодня все решили испытать моё терпение?

— Выкуй им оружие.

Радомир и Рейса одновременно удивлённо посмотрели на короля.

Брогар громко фыркнул.

— Да что ж вы все такие наглые?!

Он ткнул пальцем в Львеноса.

— Моё оружие ещё заслужить надо!

— Разве сегодняшнего поступка недостаточно?

Дворф задумался.

— Развеселили вы меня знатно, уже немало.

Львенос спокойно продолжил:

— И конечно же, не бесплатно.

— Шесть бочонков нашего столетнего вина.

У Брогара даже глаза заблестели, он облизнулся.

— Добавь сверху один из запасов твоего папаши!

Он громко рассмеялся.

— Каэль от зависти лопнет!

— Хорошо, один старый бочонок получишь.

— Договорились, через год оружие будет готово.

— Слишком долго, что будет если я добавлю ещё два бочонка?

— Пять месяцев.

— А если охлаждённые? И...

Львенос хитро улыбнулся.

— Эйден выполнит одно твоё поручение.

Брогар сразу протянул руку.

— Месяц.

Они крепко пожали друг другу руки.

— По рукам.

— Значит...

Брогар посмотрел на подростков.

— Два меча для двух героев.

Рейса восторженно подпрыгнула.

— Не могу поверить! Сам король Брогар выкует нам оружие!

Радомир же неожиданно покачал головой.

— Простите...

Брогар вопросительно поднял густые брови.

— Но я не хочу обычный меч.

— Чего же тогда?

Он усмехнулся.

— Лук? Копьё?

— Нет.

Радомир глубоко вдохнул.

— Я хочу хопеш.

Брогар нахмурился.

— Это ещё что за оружие такое?

Радомир подробно описал форму оружия.

Дворф молча достал из кармана небольшой свёрток бумаги и кусок угля.

— Нарисуй.

Через несколько минут эскиз лежал перед ним. Брогар долго рассматривал рисунок. Поглаживая бороду, он задумчиво пробормотал:

— Любопытно...

Он провёл пальцем по изогнутому лезвию.

— Такой клинок позволяет не только рубить... но и цеплять оружие противника, стаскивать щиты, менять направление удара...

Он поднял взгляд.

— Никогда и ничего подобного не видел.

Даже Львенос с интересом изучал рисунок.

— В твоём мире такое оружие распространено?

Радомир кивнул.

— Когда-то его использовали в очень древнем государстве. Такие мечи появились тысячи лет назад. Их носили воины, потому что ими было удобно и рубить, и цеплять врага. Со временем оружие исчезло, уступив место более привычным мечам, но в музеях его ещё можно увидеть.

Он немного помолчал.

— Можно... два таких?

Брогар удивлённо посмотрел на мальчика.

— Сразу два?

Он прищурился.

— Понимаешь, насколько сложно будет ими владеть?

— Именно поэтому я так усердно тренируюсь.

Ответ прозвучал без капли сомнений.

Брогар довольно кивнул.

— Хорошо.

— Какой металл предпочитаешь?

— На ваше усмотрение.

Дворф удивлённо посмотрел на него.

— Обычно люди начинают требовать самый редкий сплав... или самый дорогой.

— Почему ты доверяешь выбор мне?

Радомир улыбнулся.

— Потому что видел ваши руки.

Он посмотрел на широкие ладони Брогара.

Все они были покрыты старыми шрамами, мозолями и следами ожогов.

— Мой отец всегда говорил: "Не смотри на лицо мастера. Смотри на его руки."

— Я уверен, что вы знаете своё дело лучше меня.

Несколько секунд Брогар молчал, потом улыбнулся..

— У тебя был мудрый отец. Он тоже был мастером?

Радомир опустил взгляд.

— Был...

Негромко ответил он.

— Пока не умер.

Брогар медленно кивнул.

— Значит... однажды я встречусь с ним. И мы обязательно вместе выпьем.

Радомир удивлённо моргнул.

Рейса тем временем подняла руку.

— А мне топор!

Брогар устало закатил глаза.

— Да что ж сегодня за день такой...

Он посмотрел на неё.

— Твой дар... огонь?

Вместо ответа плечи Рейсы вспыхнули ярким пламенем.

Дворф довольно хмыкнул.

— Хорошо.

Он снова посмотрел на эскиз хопешей, затем на Рейсу.

— Работа предстоит интересная...

В его глазах загорелся настоящий азарт кузнеца.

— Кажется... даже получится воплотить одну старую задумку.

Он широко улыбнулся.

— Пожалуй... закончу раньше месяца.

С этими словами Брогар развернулся и, громко насвистывая себе под нос старую дворфийскую мелодию, покинул Зал Единства.

Львенос ещё некоторое время смотрел ему вслед, после чего тяжело выдохнул.

— Сегодняшний совет оказался куда тяжелее, чем я ожидал. Но всё закончилось лучше, чем могло.

Львенос посмотрел на Радомира и Рейсу.

— И во многом благодаря вам.

Радомир смущённо опустил голову, а Рейса лишь гордо улыбнулась.

— Ладно, ступайте. До вечернего пира осталось не так много времени. Приведите себя в порядок, а то в таком виде вас снова примут за уличных забияк.

Рейса тихо рассмеялась.

— Есть, Ваше Величество!

Герои поклонились и покинули Зал Единства.

Тем временем глубоко под замком Санвельда... в сырой каменной темнице царила тишина.

Стражник лениво прошёл вдоль камер, бросил взгляд на дверь, за которой сидел Кударагг, и уже собирался идти дальше.

Но вдруг остановился, дверь камеры была распахнута внутри никого не было. На полу лежали лишь разобранные кандалы и несколько маленьких инструментов.

Стражник побледнел.

— Тревога... Тревога!!

Его крик эхом разнёсся по подземелью.

А далеко впереди, в тёмном служебном тоннеле, послышался хриплый смешок.

— Хе-хе-хе... Глупцы...

Тень маленького уродливого гоблина скрылась во мраке.

Том 1. Глава 17. Под масками

Вечерний пир превзошёл все ожидания. Огромный банкетный зал сиял тысячами свечей. Под высокими сводами звучала музыка, а длинные столы ломились от всевозможных блюд. Здесь собрались не только правители семи королевств, но и десятки высших чинов и лордов со всех уголков Эрны. Кто-то обсуждал торговлю, кто-то заключал союзы, кто-то пытался добиться аудиенции у одного из королей, предлагая свои услуги или поддержку.

Радомир и Рейса тоже присутствовали на празднике. Им подготовили новую одежду, и теперь оба выглядели гораздо приличнее, чем утром. Вот только ни один из них не понимал, зачем они вообще здесь.

Рейса долго думать не стала, она сразу же заняла место возле длинного стола и с невероятной скоростью принялась уничтожать всё съедобное.

Радомир лишь покачал головой.

— Ты хоть жуй...

— Я жую!

— Ты просто глотаешь.

— Не занудствуй.

Не найдя себе занятия, Радомир подошёл к Аринору.

Архимаг встретил его лёгкой улыбкой.

— Рад видеть тебя, Радомир.

Он внимательно осмотрел мальчика.

— Нужно будет серьёзно поработать над твоим этикетом.

Радомир неловко почесал затылок.

— Настолько всё плохо?

— Намного хуже.

— ...

— Но не переживай, всё поправимо.

Радомир облегчённо вздохнул.

— А где Эйден?

Аринор устало поправил перчатку.

— Кударагг сбежал из темницы.

Радомир удивлённо поднял брови.

— Что?!

— Именно, Эйден заявил, что отправляется искать его.

Аринор на секунду задумался.

— Хотя... если честно, я процентов на девяносто уверен, что это просто очень убедительная причина не приходить на этот вечер.

Радомир невольно усмехнулся.

«Я бы тоже с удовольствием сейчас искал Кударагга...»

Но уйти с праздника означало бы проявить неуважение ко всем присутствующим правителям. Поэтому он остался.

Рейса тем временем уже успела куда-то исчезнуть. Через несколько секунд Радомир заметил её возле Веларии. Девочка что-то оживлённо рассказывала тёмной эльфийке, размахивая руками, а затем на её ладони вспыхнуло небольшое пламя, Велария лишь спокойно наблюдала.

Радомир сел за один из свободных столиков и стал разглядывать гостей. Вокруг Астора уже собралась небольшая толпа дворян, каждый надеялся хотя бы на несколько минут привлечь внимание небесного короля.

Каэль, как и ожидалось, стоял с бокалом вина. Вокруг него кружили молодые дворянки, одна за другой пытаясь завести разговор, но эльф отвечал так лениво и безразлично, что спустя минуту девушки сами уходили искать более благодарного собеседника.

Сион беседовал с Львеносом и Серелиной.

Братья Рикс и Ракс устроили настоящее представление. Они демонстрировали небольшие механические игрушки, заводных птиц и миниатюрные паровые машины. Лорды восторженно рассматривали их изобретения, а братья тем временем уже заключали очередные сделки.

И только один король сидел совершенно один. Вокруг Люцифера, оставалось несколько свободных метров. Никто не решался подойти. Некоторые даже старались не смотреть в его сторону. Но самого владыку демонов это, казалось, совершенно не беспокоило.

Он спокойно улыбался... и смотрел прямо на Радомира. Эти чёрные глаза с белыми зрачками не отрывались от мальчика ни на мгновение.

Наконец Люцифер поднялся со своего места, направился прямо к нему, Радомир невольно напрягся.

Но в этот момент Аринор громко объявил:

— Да начнётся бал!

Музыка резко сменилась, гости начали выходить в центр зала. Пары одна за другой закружились в танце, Радомир замер.

«Это же... вальс?»

Он уже собирался тихонько улизнуть к ближайшей колонне. Но чья-то рука неожиданно схватила его за запястье.

— И куда это ты собрался?

Перед ним стояла девушка с кожей цвета глубокой бирюзы. Под светом люстр она переливалась мягким морским блеском. Длинные зеленоватые волосы с жёлтыми прядями были собраны в высокую причёску, а по бокам выглядывали необычные плавниковые уши с розовыми прожилками. Изумрудные глаза спокойно изучали мальчика. Изящный веер медленно покачивался в её перепончатых пальцах.

— Привет, меня зовут Мира.

Радомир сразу вспомнил её.

— Вы сопровождающая короля Сиона.

Она улыбнулась.

— Значит, запомнил.

— Меня Радомир.

— Знаю.

И прежде чем он успел что-либо сказать, девушка уже потащила его в центр зала. Через минуту стало понятно одно.

Танцевал Радомир ужасно.

— Ай!

— Прости!

— Теперь другую ногу!

— Ещё раз прости!

Мира тихо смеялась.

— Ты всегда такой неуклюжий?

— Только когда пытаюсь не опозориться.

— Получается наоборот.

— Уже понял...

Она улыбнулась.

— Сколько тебе лет?

— Скоро тринадцать.

— Правда? Мне тоже тринадцать.

— А ты действительно сопровождаешь короля Сиона?

— Ага, можно сказать, я его информатор. Если он чего-то не знает, обычно спрашивает меня.

Она хитро посмотрела на него.

— Кстати... тогда ты выглядел очень круто.

— Правда?

— Когда избивал Кударагга.

Радомир смущённо опустил голову.

— Зато до этого...

Она едва сдерживала смех.

— В таком виде перед всеми королями... Это было настолько нелепо, что я чуть не рассмеялась как Эйден.

— Спасибо...

— Не за что.

Когда музыка изменилась, Мира легко отпустила его руку.

— До встречи, герой.

Она растворилась среди танцующих. Новым партнёром Радомира оказалась Рейса. От неё отчётливо пахло жареным мясом.

— Ты весь стол съела?

— Нет.

— Половину?

— Остальное ещё ждёт меня.

Радомир вздохнул.

— Ай!

— Прости!

— Да можешь ты смотреть под ноги?!

— Я стараюсь!

— Такое чувство, что ты практикуешь новый стиль боя, а не танец!

— Да иди ты, я никогда раньше не танцевал.

Рейса прыснула.

— Может, мне тебя научить?

— Если честно... было бы здорово.

— Размечтался!

Она ехидно улыбнулась.

— Зато знаешь...

— Что?

— Когда ты краснеешь, становишься похож на варёного краба.

— А ты, когда злишься, похожа на кипящий чайник.

— Это комплимент?

— Пока сам не понял.

— Тогда держи ответный.

Она слегка наклонилась ближе.

— Когда вырастешь... может быть, станешь даже симпатичным.

Радомир смущённо отвёл взгляд.

— Только "может быть"?

— Не зазнавайся.

Оба невольно рассмеялись. Музыка снова изменилась. Теперь перед ним оказалась Серелина, у Радомира моментально покраснели уши.

— Ваше Величество... я плохо танцую...

Серелина тепло улыбнулась.

— Уже заметила.

Она осторожно положила ладонь на его плечо.

— Не думай обо всех вокруг, просто слушай музыку.

— Боюсь что наступлю вам на ногу.

— Тогда смотри на мои шаги.

Она тихо произнесла:

— Раз... два... три...

— Раз... два... три...

Несколько кругов спустя Радомир неожиданно понял, что у него получается.

— Вот видишь.

— Правда...

— Конечно. Просто тебе нужен человек, который не будет смеяться над ошибками.

Она посмотрела на него с материнской улыбкой.

— Ты очень добрый мальчик, Радомир.

— Иногда мне кажется, что наоборот...

— Нет.

Она слегка поправила воротник его камзола.

— Никогда не позволяй миру изменить это в тебе.

Музыка вновь изменилась и пары начали расходиться. Радомир почувствовал, как кто-то уверенно взял его за руку.

— Потанцуем?

Перед ним стоял Люцифер, и в тот же миг весь зал исчез. Под ногами оказался холодный камень, вместо музыки слышался лишь ветер. Они стояли на тренировочной площадке, где Радомир ежедневно тренировался.

Радомир резко оттолкнул Люцифера и, не раздумывая, бросился к оружейной стойке. Первым под руку попался тренировочный меч. Он выхватил его и, выставив перед собой обеими руками, направил клинок прямо в грудь владыке демонов.

Люцифер даже не шелохнулся, на его лице всё так же оставалась спокойная улыбка.

— Тише... тише, Радомир. Я не желаю тебе зла. Я лишь хотел поговорить.

Мальчик не сводил с него настороженного взгляда.

— Тогда зачем вы перенесли нас сюда?

— Чтобы не портить тебе репутацию. Ты же видел, как остальные относятся ко мне. Если бы мы заговорили посреди бала, тебе потом пришлось бы долго объясняться.

Радомир немного опустил меч, но продолжал держать его наготове.

— И о чём вы хотели поговорить?.

Впервые за всё время его весёлое выражение лица стало серьёзным.

— Я хочу попросить тебя об одной услуге. Когда-нибудь ты отправишься путешествовать по миру. Я в этом не сомневаюсь. И когда это произойдёт... обязательно посети Некрасию.

— Зачем?

— Потому что ты герой.

Люцифер спокойно посмотрел ему прямо в глаза.

— Твоё имя будет иметь вес. Люди, эльфы, дворфы, небесные... они будут прислушиваться к тебе. Если ты увидишь мой народ собственными глазами, то сможешь рассказать остальным, что демоны больше не хотят войны.

Радомир нахмурился.

— Почему именно я? Почему не Рейса?

Люцифер тихо усмехнулся.

— Потому что она родилась в этом мире. Она выросла на историях о Великой Войне. С самого детства ей рассказывали, что демоны чудовища.

Он сделал небольшую паузу.

— А ты пришёл из другого мира. В тебе нет этой ненависти. Ты способен смотреть на нас без предубеждений.

Радомир долго молчал.

Потом окончательно опустил меч.

— Хорошо... но где гарантия, что это не ловушка? В моём мире демоны тоже считаются плохими созданиями.

Люцифер протянул руку.

— Тогда ты должен знать, что мы можем заключить договор. Ты обещаешь однажды посетить Некрасию. Я же обещаю, что пока ты находишься на моей земле, никто из моих подданных не причинит тебе вреда.

Он улыбнулся.

— Договорились?

Радомир задумчиво посмотрел на протянутую ладонь.

— А если я всё-таки не приду?

Люцифер пожал плечами.

— Значит, мне придётся искать другой способ заслужить доверие мира. Насильно друзей не приобретают.

Эти слова удивили мальчика. После недолгих раздумий он медленно протянул руку.

Но прежде чем их ладони встретились...

— Не советую.

Раздался спокойный, но холодный голос. Радомир вздрогнул, ведь позади уже стоял Эйден. Он схватил ученика за плечо и одним движением оттянул назад.

Люцифер лишь устало вздохнул.

— Не нужно так сердиться, Эйден. Мы просто разговаривали.

— Знаю.

Эйден не сводил с него глаз.

— Но небольшая предосторожность ещё никому не вредила.

Между двумя мужчинами повисло тяжёлое молчание. Радомир попытался всё уладить.

— Эйден... правда ничего не произошло.

Но тот вопросительно посмотрел на него.

— Это я попросил его перенести меня сюда. В зале было слишком душно... Наверное, я просто переел.

Эйден ещё несколько секунд молча изучал лицо ученика, потом тяжело выдохнул.

— Ладно.

Он перевёл взгляд на Люцифера.

— Но лучше вам обоим вернуться.

Владыка демонов лишь щёлкнул пальцами и мир вокруг словно растворился. Через мгновение они снова оказались в бальном зале. Музыка продолжала играть так, будто ничего не произошло.

Люцифер сказал Радомиру.

— Спасибо тебе.

Он улыбнулся своей привычной тёплой улыбкой.

— Надеюсь, однажды мы ещё увидимся.

С этими словами он растворился среди гостей, а спустя несколько минут и вовсе незаметно покинул дворец.

Радомир только собирался перевести дух, как вдруг услышал громкий смех.

Он обернулся...и застыл от увиденной картины.

Посреди зала Рейса и Каэль уже были настолько пьяны, что превратили торжественный бал в настоящее представление.

— Ещё раз! Ещё раз!..

Каэль, пошатываясь, стоял на столе с кубком вина в руке и во всё горло распевал старую эльфийскую песню. При этом он так широко размахивал руками, что половина вина регулярно оказывалась на дорогих одеждах окружающих лордов.

Рейса ничуть ему не уступала. Девочка громко смеялась и выпускала в потолок идеально ровные огненные кольца. Те поднимались всё выше и выше, вспыхивая золотистыми искрами под сводами дворца.

— Смотри! Я ещё могу!

— Конечно можешь! Ты гений! Ик...

— А ты хорошо поёшь!

— Я знаю!

Братья Рикс и Ракс уже буквально катались по полу от смеха.

— Это лучшая дипломатическая встреча за последние сто лет!

Лишь Серелина устало прикрыла глаза ладонью. Львенос, вытирая выступившие от смеха слёзы, заметил Радомира.

— Радомир...

— Да, Ваше Величество?

— Забери, пожалуйста, Рейсу.

Король тяжело вздохнул.

— С неё уже достаточно. Не хватало ещё, чтобы она случайно сожгла половину дворца.

— Понял.

Радомир подошёл к девочке.

— Рейса, пошли с тебя уже хватит.

— Я... совершенно... трезвая!

Она попыталась сделать уверенный шаг и тут же едва не упала, но Радомир успел её поймать.

— Пошли.

— Не хочу...

— А вот и захочешь.

— Не хочу!

— Тогда будет по плохому.

Она что-то невнятно пробормотала, но Радомир неожиданно поднял её на плечо.

— Ты тяжёлая.

— Это... мышцы...

— Конечно.

Он медленно вышел из шумного зала. За его спиной всё ещё звучали музыка, смех и песни Каэля. Зато впереди дворец вновь встречал ночной тишиной.

Радомир вдруг понял одну неприятную вещь. Он совершенно не знал, где находится комната Рейсы. Постояв несколько секунд посреди пустого коридора, мальчик обречённо вздохнул.

— Значит... в лазарет.

И, поправив сползающую с плеча сонную Рейсу, направился по освещённому факелами коридору.

Лазарет был привычно тихим. В длинном помещении горели лишь несколько ламп, наполняя комнату тёплым золотистым светом. Из открытых окон тянуло прохладным ночным воздухом. Он дошёл до ближайшей свободной койки и осторожно... почти осторожно... скинул Рейсу со своего плеча.

Та с глухим «уф» приземлилась на матрас и даже не проснулась. Радомир расправил плечи и с громким хрустом потянулся.

— Ух... мышцы, конечно же... — устало пробормотал он, растирая плечо. Затем покосился на спящую девочку. — Просто кое-кто себе задницу отъел.

— М-м-м... — недовольно пробурчала Рейса сквозь сон, переворачиваясь на другой бок. — Сам... отъел...

Радомир лишь тихо фыркнул. Несколько минут он простоял посреди лазарета, надеясь увидеть знакомое лицо.

— Марта? — негромко позвал он.

Ответа не последовало. Он выглянул в соседнее помещение, но там тоже никого не было.

— Наверное... тоже на празднике.

Радомир понимающе кивнул сам себе. В конце концов, сегодня праздник был не только для королей, но и для всего замка.

Он уже развернулся к выходу.

— Радомир...

Тихий, немного заплетающийся голос заставил его остановиться.

Он тяжело вздохнул.

— Ну чего тебе?

Рейса приоткрыла один глаз.

— Ты... ик... секреты хранить умеешь?

— Допустим...

Она сразу нахмурилась.

— Не... допустим... да... или... нет?

Радомир устало закатил глаза.

— Да.

Рейса несколько секунд внимательно смотрела на него, словно пыталась понять, не врёт ли он. Потом медленно кивнула.

— Тогда... слушай...

Она поманила его пальцем Радомир наклонился. Рейса что-то долго шептала ему на ухо. С каждым её словом лицо мальчика менялось. Сначала он удивился, потом нахмурился, а затем широко раскрыл глаза.

— Подожди... — почти шёпотом произнёс он. — Так значит... тот человек...

Рейса быстро приложила палец к губам.

— Тс-с-с...

Она огляделась по сторонам, словно боялась, что их могут услышать.

— Никому.

Радомир ещё несколько секунд молча смотрел на неё. Перед глазами вновь всплыло воспоминание. Огромный дикий голем и один-единственный человек, который тогда спас их.

Он медленно перевёл взгляд обратно на Рейсу.

— Не может быть...

Она только слабо улыбнулась.

— Только... никому.

Через мгновение Рейса уже тихо сопела, будто не произнесла ничего важного. А Радомир ещё долго стоял возле её кровати. Теперь вопросов стало ещё больше, чем было раньше. Этой ночью уснуть ему удалось далеко не сразу.

Следующее утро выдалось для каждого по разному, у Рейсы болела голова видимо Лазарет не посчитал это важным чтобы вылечить, а Радомир всё ещё задумывался над тем что сказала Рейса

За окнами замок постепенно просыпался после шумного праздника. Слуги убирали банкетный зал, стражники сменяли караул, а где-то во внутреннем дворе уже раздавался звон тренировочных мечей. Для большинства этот день начинался как самый обычный

Том 1. Глава 18. Тяжесть победы

С момента Совета Королей прошло уже несколько недель. Жизнь в замке постепенно вернулась в привычное русло. Для Радомира и Рейсы это означало лишь одно: ежедневные тренировки с Эйденом продолжались без всякой жалости.

Мечник не делал поблажек никому. Каждое утро начиналось с изнурительных пробежек, затем следовали часы удержание тяжестей, после которых Эйден брался за меч. Руки Радомира давно покрылись мозолями, тело почти перестало болеть после ударов, а движения стали намного увереннее.

За эти недели Радомир успел обучится всему у Грегори в рукопашном бою. Теперь их поединки уже не заканчивались частыми поражениями Радомира. Иногда ему удавалось загнать Грегори в угол, а несколько раз он даже сумел победить его.

В один из дней по дворцу разнеслась долгожданная новость. Король дворфов Брогар Огнебород вновь прибыл в Санвельд. Как и обещал, он закончил работу даже раньше назначенного срока. Услышав это, Радомир и Рейса сорвались с места почти одновременно.

— Быстрее!

— Да не толкайся ты!

Они едва не сбили нескольких слуг, пока бежали к Залу Единства, где их уже ожидал дворф. Туда же неспешно подошёл и Львенос, ему тоже хотелось увидеть работу своего старого друга.

Брогар встретил его широкой улыбкой.

— Плачущий Лев!

— Старый упрямец.

Они крепко пожали друг другу руки, и именно тогда Радомир заметил странность. На правой руке Брогара не хватало двух пальцев: мизинца и безымянного.

— Ваше Величество... что случилось с вашей рукой?

Брогар громко расхохотался.

— Ваше оружие обошлось мне малой кровью!

Он поднял искалеченную ладонь.

— Давненько мои творения не заставляли меня платить такую цену. Значит, работа удалась.

Львенос посмотрел на руку друга, и в его глазах заблестели слёзы.

— Пойдём со мной, в лазарете твои раны восстановятся.

Брогар отрицательно покачал головой.

— Нет.

Он внимательно посмотрел на свою ладонь.

— Каждый шрам кузнеца напоминает ему о совершённых ошибках. Благодаря этим двум пальцам я научился ковать ещё лучше.

После этих слов дворф развернулся к героям. Его лицо сразу стало серьёзным.

— На одно колено.

Радомир и Рейса без слов выполнили приказ. Позади Брогара стоял длинный свёрток, укрытый плотной тканью. Даже Львенос невольно задержал дыхание. Сперва Брогар подошёл к Рейсе. В его огромных руках лежал великолепный двуручный топор.

Его широкое лезвие было насыщенно-красного цвета, словно выковано из застывшей лавы. По всей поверхности проходили тёмные узоры, напоминавшие растрескавшуюся вулканическую породу. Рукоять была длинной, обтянутой чёрной кожей, а навершие украшал массивный стальной кристалл.

Топор выглядел одновременно красивым и пугающим. Брогар осторожно положил оружие ей на ладони. Рейса заметно качнулась, но смогла удержаться.

Дворф довольно хмыкнул.

— Хорошо.

Он положил ладонь ей на плечо.

— Пусть этот топор станет продолжением твоей руки. Пусть каждый его удар будет тяжёлым, как гнев гор. Пусть он защищает тех, кто стоит за твоей спиной, и никогда не предаст своего владельца.

Он усмехнулся.

— Не забудь дать ему имя, да и все его секреты ты раскроешь сама.

Рейса крепко прижала топор к себе.

— Спасибо!

И, не дожидаясь продолжения, сорвалась с места.

— Хочу попробовать!

Она уже мчалась к тренировочному двору.

Брогар проводил её взглядом.

— Вот же мелкая бестия...

Львенос тихо улыбнулся.

— Зато счастливая.

Теперь настало очередь Радомира, Брогар вынес второй свёрток. Когда ткань упала на пол, перед мальчиком появились два необычных хопеша.

Первый сиял глубоким алым цветом, таким же цветом что и меч Эйдена. Второй был абсолютно чёрным, даже свет словно неохотно ложился на его клинок.

Дворф взял оба меча.

— Никогда прежде я не ковал подобного оружия.

Он протянул их Радомиру.

— Эти клинки рождены не для украшения пояса. Пусть один напоминает тебе о мужестве. Другой о цене каждого удара. Не позволяй им служить гневу. Пусть они склоняются лишь перед твоей волей.

Радомир принял оружие и сразу опустил руки.

— Тяжёлые... но я смогу их удержать.

Львенос с интересом подошёл ближе.

— Можно?

Львенос осторожно взял алый клинок и долго всматривался в его поверхность. Металл переливался глубоким багровым оттенком. Король удивлённо поднял взгляд.

— Неужели... ты использовал мифрил?

Брогар довольно хмыкнул.

— Верно подметил.

Он провёл большим пальцем по лезвию.

— Но цвет ему дала не руда.

Львенос вопросительно посмотрел на друга.

— Во время последней закалки я добавил в металл свою кровь. Так клинок стал крепче... и обрёл этот цвет.

— Ты... действительно сделал это?

— А как иначе? Если кузнец не готов пролить кровь ради своего лучшего творения, значит, оно ещё не закончено.

Львенос восхищённо провёл рукой по лезвию, потом взял второй меч. Едва пальцы сомкнулись на рукояти...

— Кх!

Король резко отпустил оружие. Ладонь словно полоснули ножом. На коже выступила тонкая кровавая линия. Львенос поражённо посмотрел на друга.

— Из чего...

— Из чего сделан этот меч?

Брогар лишь загадочно погладил бороду.

— Мой старый эксперимент наконец-то удался.

Он довольно посмотрел на Радомира.

— Вот на этом мальце и проверим, стоила ли игра свеч.

— Так из чего он?

— Неважно, из чего сделан меч.

Он перевёл взгляд на Радомира.

— Важно лишь то, какую кровь он однажды прольёт.

После небольшой паузы добавил:

— И ещё... раз уж ты не обладаешь даром...

Он указал на его мечи.

— Будь с ними особенно осторожен.

Радомир вопросительно посмотрел на мечи, но дворф больше ничего не объяснил. Он лишь развернулся к выходу.

— Всё остальное поймёшь сам.

Радомир крепко крепко сжал оба хопеша в руках.

— Спасибо вам... огромное спасибо.

Брогар махнул рукой, словно подобные слова были для него лишними.

— Иди уже и не смей позорить мои творения.

Радомир широко улыбнулся и побежал вслед за Рейсой на тренировочное поле.

Брогар долго смотрел ему вслед. А затем тихо пробормотал себе под нос:

— Надеюсь... я не ошибся в выборе владельца.

Радомир почти бегом пересёк двор замка и выскочил на тренировочную площадку. Солнце уже стояло над стенами замка, освещая деревянные манекены, стойки с оружием и утоптанную землю полигона.

Рейса уже практиковалась с топор, когда она увидела Радомира, начала с любопытством рассматривать два необычных меча.

— А тебе идёт.

Радомир невольно улыбнулся.

— Спасибо. Твой топор тоже выглядит здорово.

Он посмотрел на огромное красное лезвие.

— Уже дала ему имя?

Рейса гладко провела ладонью по рукояти.

— Магнус.

— Почему именно Магнус?

— В честь одного великого воина... которого я когда-то знала.

Радомир не стал расспрашивать дальше.

— Красивое имя.

Он посмотрел на свои мечи.

— А я своим ещё не придумал.

Рейса хитро улыбнулась.

— Тогда давай сначала узнаем, достойны ли они вообще имён.

Она подняла топор на плечо.

— Может, проверим их в деле?

Радомир усмехнулся.

— Я только за.

Он уже потянулся к рукоятям хопешей, как за их спинами раздался знакомый голос.

— Посмотрите-ка... а кто это уже обзавёлся новым оружием?

Эйден неспешно вышел на площадку, лениво потягиваясь.

— Неужели вам всё-таки выковали оружие?

Рейса гордо выпятила грудь.

— Конечно! И не абы кто, а сам король Брогар!

Эйден остановился как вкопанный.

— Не смешите меня.

Он скрестил руки.

— Чтобы Брогар Огнебород лично ковал оружие детям? Не поверю.

Радомир спокойно ответил

— Это правда. Король Львенос попросил его... и хорошо заплатил.

Эйден несколько секунд молча смотрел на них.

— Вот это да...

Он почесал затылок.

— А мне, между прочим, пришлось едва не пожертвовать собственной жизнью, чтобы заслужить свой меч.

Он тяжело вздохнул.

— Ладно... забудем.

Воин подошёл ближе.

— Так... Радомир решил стать фехтовальщиком с двумя клинками... и довольно необычной формы.

Он перевёл взгляд на Рейсу.

— А ты выбрала топор.

Эйден усмехнулся.

— Любопытно.

Он протянул руку.

— Дайте посмотреть.

Рейса без колебаний вручила ему Магнус.

Эйден несколько раз крутанул топор в руках. Несмотря на огромный вес, оружие двигалось в его руках так легко, будто было сделано из дерева.

— Хм...

Он уважительно кивнул.

— Работа Брогара, безупречный баланс. Но для тебя он будет тяжеловат.

Вернув топор, он взял один из хопешей Радомира. Алый клинок сразу привлёк его внимание.

— Даже кровь добавил...

Потом Эйден взял второй. Едва его пальцы сомкнулись на рукояти, улыбка исчезла. Металл был странным, он не отражал солнечный свет, даже на ощупь клинок ощущался не как сталь, а как нечто совершенно иное. Эйден медленно провёл большим пальцем по лезвию.

— Что же это за металл...

Тихо пробормотал он.

— Никогда такого не видел.

Он ещё несколько секунд изучал меч, после чего молча вернул его Радомиру.

— Твои мечи интересной формы, может покажешь что нибудь новое.

Он хлопнул в ладони.

— Приступим к тренировке.

Эйден подошёл к стойке с оружием и, к удивлению ребят, взял самый обычный деревянный меч.

Рейса недовольно нахмурилась.

— Почему деревянный?

Она подняла Магнус.

— Бери Олрика. Теперь-то мы стали сильнее!

Эйден рассмеялся.

— Вот именно из-за таких мыслей вас легко убьют.

Он указал на их новое оружие.

— Если у вас появились настоящие мечи и топор, это ещё не значит, что вы стали сильнее.

Он сделал шаг вперёд.

— Наоборот, теперь вы слабее.

Радомир удивлённо поднял брови.

— Почему?

— Потому что вы ещё не привыкли к ним.

Эйден указал деревянным мечом на хопеши.

— Пока оружие не станет продолжением ваших рук, оно будет лишь мешать.

Он перевёл взгляд на Рейсу.

— А ты ещё и впервые держишь настолько тяжёлый топор.

Воин широко улыбнулся.

— Так что...

Он слегка присел.

— Я нападаю!

В следующую секунду Эйден исчез.

Деревянный меч мелькнул перед глазами так быстро, что Радомир даже не успел поднять клинки. Удар, мальчик покатился по земле.

Рейса бросилась вперёд, размахнувшись Магнусом, но Эйден легко шагнул в сторону. Огромный топор с грохотом врезался в землю.

— Слишком тяжёлый! Не борись с ним! Управляй им!

Не успела Рейса выдернуть оружие, как деревянный меч уже ткнул её в лоб.

— Мертва.

Так продолжалось до самого вечера.

Рейса снова и снова пыталась привыкнуть к весу Магнуса. Иногда топор уводило в сторону, иногда он застревал в земле после слишком сильного удара, а порой инерция едва не сбивала саму девочку с ног.

Радомиру приходилось ещё тяжелее. Два хопеша постоянно цеплялись друг за друга. Запястья быстро уставали, а непривычная форма клинков ломала все движения, которым его учил Эйден. Несколько раз мечи и вовсе выскальзывали из рук и улетали в разные стороны.

Эйден не жалел их ни на секунду. Каждая ошибка тут же наказывалась ударом деревянного меча. К закату оба героя едва стояли на ногах. Эйден воткнул деревянный меч в землю и довольно улыбнулся.

— На сегодня хватит.

Он посмотрел сначала на Радомира, потом на Рейсу.

— Домашнее задание.

— Какое?

— Подумайте.

Он кивнул на оружие.

— Что именно не так с вашими новыми игрушками.

Воин развернулся и направился к выходу. Уже уходя, он бросил через плечо:

— И да...

Он хитро улыбнулся.

— Сегодня ночуете здесь.

Радомир и Рейса одновременно переглянулись.

— Здесь?..

Но ответа они не получили.

Рейса недовольно болтала ногами, сидя прямо на земле.

— Ну и что теперь?

Эйден уже давно ушёл, оставив их на тренировочной площадке вместе с новым оружием.

Радомир задумчиво смотрел на свои хопеши.

— Он сказал подумать... но о чём именно?

Они молча сидели раздумывали. Вдруг Радомир поднял голову.

— Подожди...

Он посмотрел на топор Рейсы.

— Брогар ведь спрашивал тебя про твой дар.

Рейса тоже вспомнила тот разговор.

— Точно...

Она медленно поднялась.

— Сейчас попробую.

Девочка крепче сжала рукоять Магнуса и закрыла глаза. В следующее мгновение её плечи вспыхнули знакомым алым пламенем. Огонь быстро перетёк по рукам прямо в топор. Чёрные узоры на лезвии вспыхнули багровым светом.

Тяжёлое оружие тихо загудело.

— Ого...

Рейса удивлённо моргнула. Она легко подняла топор одной рукой, ещё секунду назад он казался неподъёмным. Теперь же словно ничего не весил. Рейса несколько раз провернула его вокруг кисти, потом резко крутанула над головой, воздух жалобно засвистел.

— Ха-ха! — Она широко улыбнулась.

— Получилось!

Девочка подпрыгнула от радости.

— Он стал легче!

Она сделала несколько размашистых ударов. Теперь огромный топор двигался так быстро, будто был продолжением её руки.

— Здорово!

Она счастливо рассмеялась.

— Нужно будет ещё попрактиковаться!

Радомир тоже улыбнулся.

— Поздравляю.

Потом снова посмотрел на свои мечи.

— А я...

Он тяжело вздохнул.

— Вообще ничего не понимаю.

Рейса задумалась.

— Аринор всегда говорил, что иногда ответ приходит только тогда, когда перестаёшь его искать.

Она пожала плечами.

— Попробуй помедитировать.

Радомир кивнул, он сел в самый дальний угол площадки, положил рядом оба хопеша и закрыл глаза.

Шло время, солнце медленно скрывалось за горизонтом. Рейса сначала тренировалась, потом устала, растянулась прямо на деревянном настиле...

И вскоре начала громко храпеть.

— Хр-р-р...

Радомир поморщился.

— Можно потише?..

Ответом стал ещё более громкий храп. Он открыл глаза, небо уже полностью потемнело. Именно тогда он замер, над Эрной висели две луны. Одна привычная, вторая значительно меньше и бледнее.

— Что?..

Он поднялся.

— Их две...

Мальчик не мог вспомнить, видел ли раньше вторую. Казалось, всё это время над миром светила только одна. Эта мысль не давала ему покоя почти до самого рассвета.

Утром первой проснулась Рейса, она сладко потянулась.

— Ну что?

Она посмотрела на Радомира.

— Получилось?

Он отрицательно покачал головой.

— Нет...

Потом снова посмотрел на небо.

— Слушай... ты видела две луны?

Рейса зевнула.

— Конечно. Вторая иногда появляется, потом снова исчезает.

— И никого это не удивляет?

— Нет.

— Почему?

— Потому что так происходит уже очень давно.

Она лениво махнула рукой.

— Не забивай голову.

Но Радомир всё равно продолжал смотреть в небо.

С появлением Эйдена отдых закончился.

— Подъём!

Их снова начали безжалостно гонять по площадке. Но сегодня всё изменилось, Рейса впервые смогла использовать Магнус правильно. Каждый её удар становился быстрее предыдущего. Во время одной из атак Эйден привычно выставил деревянный меч...

Треск!

Меч раскололся пополам, воцарилась тишина.

Эйден посмотрел сначала на обломок, потом на Рейсу. Широкая улыбка появилась сама собой.

— Вот теперь...

Он довольно кивнул.

— Это уже похоже на оружие.

Рейса победно подняла топор.

— Я же говорила!

А вот у Радомира всё было наоборот. Хопеши по-прежнему не слушались, мечи сталкивались друг с другом, выворачивали кисти и иногда вообще вылетали из рук.

После окончания тренировки Радомир решил поговорить с Львеносом.

Лаура встретила его в коридоре.

— Его Величество сейчас в зимнем саду.

— Спасибо.

Когда Радомир вошёл внутрь...

Он остановился. За дверями царила настоящая зима, белый снег покрывал дорожки, на ветвях деревьев блестел иней, холодный воздух приятно щекотал лицо. Радомир с удивлением смотрел на это место и поражался этому миру всё больше.

Посреди сада сидел Львенос, и... лепил снеговика.

Увидев мальчика, он улыбнулся.

— Ооо! Радомир!

Он помахал рукой.

— Не хочешь помочь?

Радомир радостно кивнул. Через несколько минут рядом уже стоял высокий снеговик не хватало только морковного носа.

Оба уселись прямо в снег.

— Какой красивый у вас сад.

— Спасибо, я попросил Аринора создать здесь вечную зиму, в Санвельде не бывает зимы, а её очень люблю. Так что как король могу себя побаловать.

С лёгким смехом, сказал Львенос

— Ну вы можете себе позволить.

— Кстати, как проходят тренировки? — спросил Львенос.

— Тяжело, Рейса уже поняла секрет своего оружия. Даже имя дала, Магнус.

Он тяжело выдохнул.

— А мои мечи... будто не хотят меня принимать.

Львенос тепло улыбнулся.

— Не унывай.

Он похлопал мальчика по плечу.

— Если не сегодня, то завтра. Уверен скоро у тебя всё получится.

Некоторое время они молчали. Потом Радомир решил спросить:

— Откуда взялась вторая луна?

Львенос посмотрел на вверх.

— Раньше была одна. Вторая появилась примерно тысячу лет назад, может больше.

— Откуда?

— Никто не знает.

Он усмехнулся.

— Одни считают её древней тюрьмой.

— Другие говорят, что это шутка какого-то Титана.

— Есть легенда, будто гиганты создали её в честь рождения одного из своих великих королей.

— Но правда давно потеряна.

Радомир внимательно слушал.

И вдруг...

БА-АМ!!

Зимний сад содрогнулся. С потолка осыпалась снежная пыль.

Львенос мгновенно вскочил.

— В замке!

Они одновременно бросились к источнику взрыва. Из разрушенной стены валил дым.тПосреди главного холла возвышался огромный экзодоспех.

Из его труб вырывался пар, шестерни бешено вращались. Внутри кабины раздавался знакомый голос.

— Ха-ха-ха! Хорошо, что я заранее подготовил прототип!

Кударагг ударил металлическим кулаком по колонне, камень разлетелся на куски.

— Теперь вы узрите настоящее величие инженерии!

Позже выяснится, что ещё до Совета Королей он тайно разобрал прототип на десятки деталей, спрятал их внутри паровых карет Гирнама под видом обычных механизмов, а после побега сумел собрать машину в одном из складов замка.

В этот момент вперёд уже выбежала Рейса, Магнус вспыхнул алым пламенем.

— Сейчас проверим!

Радомир хотел броситься следом.

— Пацан!

Он обернулся, Эйден стоял на балконе.

— Голыми руками собрался?!

Два хопеша полетели вниз, Радомир подобрал их, и помчался в бой.

Львенос поднял руку.

— Никому не вмешиваться.

Все удивлённо посмотрели на него.

Король спокойно произнёс:

— Кударагг, вижу ты никак не успокоишься. Тогда сделаем так, если победишь героев...

— Я лично одобрю производство экзодоспехов.

Гоблин восторженно рассмеялся.

— По рукам!

Бой начался.

— Во двор! , крикнул Радомир.

— Поняла!

Рейса скорчила рожу перед Кудараггом — Эй, жестянка!

Гоблин взревел и ринулся за ней. Экзодоспех снёс несколько внутренних стен и буквально вылетел во двор.

Там ему уже ничего не мешало. Первый удар металлического кулака расколол каменную мостовую. Рейса встретила его Магнусом, грохот разнёсся по всему двору. Девочку отбросило на несколько метров, но она удержалась на ногах.

Она улыбнулась.

— Вот это уже интересно!

Топор вспыхнул ещё сильнее. Теперь каждый удар оставлял в воздухе огненный след. Кударагг обрушивал град сокрушительных атак. Рейса отвечала всё быстрее. Искры, огонь и раскалённый металл разлетались во все стороны.

Тем временем Радомир метался вокруг гигантских ног машины, пытаясь найти слабое место. Он рубил сочленения, пытался повредить механизмы... Но мечи постоянно соскальзывали, он чувствовал себя бесполезным.

И всё же кое-что заметил. Из паровых труб выходило всё меньше дыма, движения доспехов становились медленнее.

— Рейса!

— Что?!

— У него заканчивается топливо!

Она широко улыбнулась.

— А что так быстро?! Я ведь только вошла во вкус!

Рейса вдохнула полной грудью, пламя вокруг неё стало ярче прежнего. Весь огонь устремился в Магнус. Топор начал дрожать, Рейса удивлённо посмотрела на него.

— Значит... вот как...

Она подняла оружие над головой.

— Спасибо, Брогар...

И нанесла один-единственный удар. Но лезвие даже не коснулось врага, из топора вырвался гигантский огненный разрез.

Пылающий серп пронёсся через весь двор. За мгновение экзодоспех замер. Потом... медленно раскололся надвое. Вместе с ним был рассечён и Кударагг.

Во дворе повисла тишина.

Через секунду раздались громовые аплодисменты.

— Герои!

— Великолепно!

— Браво!

Все окружили Рейсу, хвалили её. Восхищались топором. А Радомир молча стоял в стороне, он смотрел на свои мечи. За весь бой они почти ничем не помогли.

Даже когда рыцари начали поздравлять победителей, к нему подошли лишь его друзья. Остальные окружили Рейсу. Радомир тихо развернулся и ушёл.

Аринор наблюдал за всем боем, он проводил мальчика долгим взглядом. И едва слышно недовольно цокнул языком.

— Всё идёт именно так, как я и боялся...

Позже тело Кударагг и его броня были отправлены в Гирнам, с письмом о возмещении ущерба.

А во дворе замка не стихали радостные крики, и рыцари наперебой поздравляли Рейсу с победой, Радомир незаметно ушёл обратно на тренировочную площадку.

Он снова поднял свои хопеши.

— Ещё раз...

Он принял стойку и сделал несколько взмахов. Первый клинок едва не вылетел из ладони. Второй оказался ещё хуже. Рукоять словно жила собственной жизнью, постоянно выворачиваясь из руки.

Радомир сменил хват, попробовал быстрее, потом медленнее. Ничего, он вновь атаковал воображаемого противника.

Лязг!

Чёрный хопеш выскользнул из руки и с грохотом ударился о каменную плиту.

Радомир молча поднял его. Снова и снова и снова... После очередной неудачи мальчик уже тяжело дышал.

— Почему...

Ещё одна попытка. Алый клинок едва не полоснул его по ноге.

Терпение закончилось, со всей силы он швырнул оба хопеша в стену.

— Чёртовы хопеши!

Его голос эхом разнёсся по площадке.

— Лучше бы я тогда держал язык за зубами... и получил обычный меч!

Он тяжело сел прямо на землю, закрыв лицо руками. Через несколько секунд рядом послышались тихие шаги. Лаура как всегда наблюдала за ним, она подняла оба меча и аккуратно положила их возле мальчика.

Спокойно села рядом.

— Знаешь... когда я только появилась во дворце, я постоянно роняла подносы.

Радомир не ответил.

— Каждый день.

Она тихонько улыбнулась.

— Разбила столько тарелок, что кухарки начали прятать от меня посуду.

Мальчик всё так же молчал.

— Тогда мне казалось, что я совершенно ни на что не способна.

Она перевела взгляд на него.

— Но однажды мне сказали очень простую вещь.

— Какую?..

— Если инструмент тебе не подчиняется, это ещё не значит, что он плохой. Иногда он просто ждёт, когда ты до него дорастёшь.

Радомир тяжело вздохнул.

— А если не дорасту?

Лаура улыбнулась ещё теплее.

— Тогда дорастут твои упрямство и характер. Я пока не видела, чтобы они тебя подводили.

Она поднялась на ноги и легонько похлопала его по плечу.

— Отдохни немного, а завтра попробуешь снова.

Она ушла, оставив мальчика наедине со своими мыслями. Радомир молча посмотрел на лежащие рядом хопеши. Ему хотелось снова взять их в руки... но сил уже не осталось.

В это же время, в комнате Аринора царила тишина. У окна стояли только двое. Аринор медленно смотрел во двор, где Рейса всё ещё принимала поздравления.

— Мальчик не сможет продвинуться дальше... пока его как следует не подтолкнуть.

Львенос тихо вытер выступившую слезу.

— Я понимаю твоё беспокойство, Аринор. Но я уверен... скоро он проявит себя.

Архимаг медленно покачал головой.

— Для него это "скоро" может так никогда и не наступить.

Он повернулся к Львеносу.

— Мой король... позвольте мне самому дать ему необходимый толчок.

— Ты же понимаешь, что Эйдену это не понравится?

На лице Аринора появилась заметная улыбка.

— Он поворчит, а потом смирится.

Львенос долго молчал, глядя в окно. Наконец он тяжело вздохнул.

— Только не перестарайся...

Аринор слегка поклонился.

— Постараюсь.

За окном продолжался праздник.

Но никто из присутствующих ещё не знал, что очень скоро для Радомира начнётся самое тяжёлое испытание за всё время его обучения.

Том 1. Глава 19. Первая кровь

Радомир и Рейса стояли перед тронами Львеноса и Серелины. Рядом, стоял Аринор.

Львенос поднялся со своего трона.

— У меня есть для вас задание.

Радомир и Рейса навострили свои уши.

— В последнее время на небольшие деревни всё чаще нападают разбойники. Наши информаторы выяснили, какая деревня станет следующей.

Король посмотрел на обоих героев.

— Вы отправитесь туда и защитите жителей.

Рейса широко улыбнулась.

— Наконец-то настоящее задание!

Радомир же сразу задал другой вопрос.

— А кто отправится с нами? Эйден ведь ушёл помогать королю Брогару.

— Об этом можете не беспокоиться.

Аринор сделал шаг вперёд.

— Вашим сопровождающим буду я.

Рейса облегчённо выдохнула.

— Значит, всё будет просто.

Аринор тихо усмехнулся.

— Не спеши делать такие выводы.

Он поправил перчатку.

— Выдвигаемся через два часа. Подготовьте всё необходимое.

— Так точно!..

Радомир уже хорошо понимал, что брать с собой в дорогу. Он аккуратно сложил в походную сумку флягу с водой, сухой паёк, запасную одежду, и другие необходимые вещи. Закончив, он задумчиво посмотрел на хопеши, а рядом лежал обычный меч. Несколько секунд он колебался.

— Если я снова возьму обычный меч... то никогда не привыкну к этим.

Он глубоко вдохнул.

— Ладно...

И прикрепил к поясу оба хопеша, во дворе его уже ждала Рейса, кроме Магнуса у неё не было абсолютно ничего.

Радомир удивился.

— А где твоя походная сумка?

Она не понимающе посмотрела на него.

— Зачем?

— Ну... еда, вода, вещи...

Рейса пожала плечами.

— Аринор терпеть не может долго ходить пешком.

Она уверенно заявила:

— Он наверняка просто откроет телепорт.

Радомир посмотрел на свою тяжёлую сумку.

— А я уже всё приготовил...

Через несколько минут появился Аринор.

— Все готовы?

— Да!

— Тогда идём.

Они прошли несколько коридоров, неожиданно Рейса остановилась.

— Подождите...

Она удивлённо посмотрела вокруг.

— Но зал телепортации находится совсем в другой стороне.

Аринор даже не обернулся.

— Потому что мы не будем использовать телепорт.

— Почему?

Архимаг наконец остановился.

— Большинство людей ошибочно думают, что телепортация похожа на дверь.

Он покачал головой.

— На самом деле это тоннель, проложенный сквозь пространство.

Он поднял палец.

— Один маг открывает вход.

Поднял второй.

— Второй маг должен открыть выход и удерживать его.

Между пальцами появилась тонкая светящаяся нить.

— Представьте реку.

Нить вытянулась.

— Один строит мост с этого берега.

Появилась вторая нить.

— Другой удерживает мост на противоположном берегу.

Он развёл руки.

— Если второго мага нет...

Нить мгновенно исчезла.

— Мост обрывается.

Радомир внимательно слушал.

— И что тогда происходит?

— Всё зависит от удачи.

Аринор спокойно пожал плечами.

— Вас может выбросить за тысячи километров от цели.

Он сделал небольшую паузу.

— Или пространство просто разорвёт ваше тело на части. Именно поэтому телепортацией пользуются аккуратно.

Радомир задумался.

— Значит... если деревня далеко... Помощь быстро не придёт.

Аринор кивнул.

— Именно поэтому разбойники выбирают маленькие поселения.

Рейса вздохнула.

— Значит... пойдём пешком?

Аринор устало закатил глаза.

— М-да... Эйден действительно любит путешествовать на своих двоих.

Потом посмотрел вдаль.

— Но пока мы дойдём до нужной деревни, разбойники успеют ограбить ещё шесть таких же деревень.

Радомир нахмурился.

— Тогда как мы туда доберёмся?

На лице Аринора появилась довольная улыбка.

— Мы полетим.

Через несколько минут они уже стояли возле стойл боевых грифонов. Стоило Аринору свистнуть, как один из грифонов сразу поднял голову, самый крупный. Тот самый, за которым Радомир и Рейса когда-то убирали стойло в наказание.

— Перхельм!

Аринор широко улыбнулся.

— Иди сюда, красавец мой.

Грифон радостно рыкнул и подошёл к хозяину. Аринор ласково погладил его по шее.

— Вот на нём мы и полетим.

Рейса с лёгким недовольством посмотрела на грифона.

— Эта зверюга меня недолюбливает.

Она подошла почти вплотную.

— Но лучше не стоит меня злить.

Радомир посмотрел сначала на огромные когти...потом на крылья... потом вниз со скалы, где находились стойла и нервно сглотнул.

— А... он точно нас не уронит?

Аринор усмехнулся.

— Перхельм летает лучше, чем некоторые люди ходят.

Через несколько минут все трое уже сидели у него на спине. Перхельм сделал несколько тяжёлых шагов, расправил огромные крылья и одним мощным взмахом сорвался в небо. Земля моментально начала удаляться, замок Санвельда быстро уменьшался.

Рейса восторженно закричала:

— Ха-ха! Это невероятно!!

Радомир же мгновенно вцепился обеими руками в её плечи.

— Только не наклоняйся!

— Да расслабься!

— Если ты упадёшь...

— Не упаду!

— А если я упаду?!

Аринор тихо рассмеялся, он едва заметно шевельнул пальцами. Ветер вокруг них словно исчез, свист сменился приятной тишиной.

— Так гораздо удобнее разговаривать.

Рейса сияла от счастья.

— Это лучше любых карет! Я тоже хочу собственного грифона!

Радомир уже понемногу привыкал.

— Страшновато...

Он осторожно посмотрел вниз.

— Но... очень красиво.

Через секунду он заметил, что у Аринора нет никакой сумки.

— А вы разве ничего с собой не взяли?

Аринор снял левую перчатку. На указательном пальце блестело серебристое кольцо.

— Это Кольцо Хранилище.

Он слегка повернул его в воздухе появилась небольшая пространственная трещина, из которой он достал книгу, а затем сразу убрал обратно.

— Очень редкий артефакт.

— Внутри находится небольшой карман пространства.

Радомир удивился.

— Его можно сделать?

— Пока нет.

Аринор покачал головой.

— Мы знаем, как оно работает... но до сих пор не понимаем, как его создать.

— А человека туда можно поместить?

— Нет.

Аринор сразу ответил:

— Только неодушевлённые предметы.

Рейса наконец вспомнила главное.

— А сколько разбойников?

— Двадцать три.

Ответил Аринор.

— Среди них два мага.

— И что вы будете с ними делать?

Аринор даже не задумался.

— Убью.

Он произнёс это настолько спокойно, что Радомир невольно напрягся.

— После чего их тела будут сожжены.

Радомир удивлённо посмотрел на него.

— Почему?

Аринор стал серьёзным.

— Запомните это навсегда, тело мага нельзя оставлять нетронутым.

— Магия не исчезает сразу после смерти. Она ещё некоторое время остаётся в теле.

— Иногда... она находит способ оживить его. Но возвращается уже не человек.

Его голос стал холоднее.

— Возвращается некромант. Существо, лишённое чувств и сострадания.

— Оно убивает всё живое, и возражает как своих воинов.

Повисла тишина.

— Поэтому тела магов всегда сжигают. Это один из первых законов любого мага. Запомните его.

Рейса и Радомир молча кивнули. Аринор заметил, что вопросы у них ещё не закончились, тяжело вздохнул и поднял обе руки. Перед Перхельмом закружились мощные потоки воздуха.

— Хватит разговоров.

Вихрь подхватил огромного грифона, скорость резко возросла. Облака начали проноситься мимо с такой быстротой, что Радомир невольно снова вцепился в Рейсу.

— Всё-таки... летать страшно...

Когда Перхельм мягко опустился на землю, перед ними раскинулась небольшая деревня Хольмир. Несколько десятков деревянных домов теснились вокруг колодца. Чуть поодаль виднелись кузница, амбар и старая мельница. На первый взгляд здесь царили мир и спокойствие.

Навстречу гостям поспешил пожилой мужчина с длинной седой бородой.

— Добро пожаловать... Я Бейнор, староста Хольмира.

Аринор коротко кивнул.

— Архимаг Санвельда Аринор Эстель. Мы прибыли по приказу короля.

Улыбка мгновенно исчезла с лица старосты.

— Что-то случилось?

— Да, этой ночью на вашу деревню нападут разбойники.

По улице сразу пробежал тревожный шёпот.

— Неужели опять?..

— Мы пропали...

— Они всех перебьют...

Аринор поднял руку.

— Тишина.

Негромкое слово прозвучало настолько властно, что люди сразу замолчали.

— Никто сегодня не умрёт.

Он обвёл жителей взглядом.

— До наступления ночи живите так, словно ничего не произошло. Работайте, разговаривайте, занимайтесь обычными делами. Если разбойники поймут, что их ждут, они просто изменят цель.

Староста тяжело сглотнул.

— Что делать, когда стемнеет?

— Все жители должны укрыться в подвалах.

— А если подвала нет?

— Тогда пусть идут к соседям. Главное, чтобы на улицах никого не осталось.

— Всё будет сделано.

Аринор кивнул.

— И ещё.

Он посмотрел на Бейнора.

— Есть ли среди жителей те, кто способен держать оружие?

Староста задумался.

— Есть четверо: Торвик, кузнец, Харден, наш лучший охотник, и братья Оррик с Валденом.

— Позови их.

Через несколько минут перед Архимагом стояли четверо крепких мужчин. Аринор присел и начертил пальцем схему деревни прямо на земле.

— Ваша задача не побеждать.

Он отметил узкий переулок.

— Если кто-то прорвётся сюда, задержите его любой ценой. Нам нужно выиграть время.

Все четверо молча кивнули.

— Сделаем.

Аринор посмотрел на Радомира и Рейсу.

— До наступления темноты отдыхайте. Скоро начнётся работа.

Солнце медленно скрылось за лесом, Хольмир погрузился в полную темноту. Не горело ни одного окна, не слышалось ни единого голоса. Лишь ветер лениво гулял между домами. Из леса начали появляться силуэты.

Разбойники.

Впереди шагал огромный мужчина с тяжёлой булавой на плече. Лицо пересекали старые шрамы.

— Странно...

Пробормотал один из бандитов.

— Почему так тихо?

Главарь усмехнулся.

— Наверняка все спят.

Он махнул рукой.

— Поджигайте.

Факел влетел в крышу ближайшего дома. Через несколько мгновений пламя охватило всё строение.

Главарь довольно ухмыльнулся.

— Сейчас сами выбегут...

Прошла минута, никто не появился. Разбойники начали переглядываться.

— Что-то здесь...

Договорить он не успел. Дверь горящего дома разлетелась в щепки.

Из огня словно вылетела Рейса.

— Магнус!!

Пылающий топор описал широкую дугу. Голова ближайшего разбойника взлетела в воздух. Тело ещё несколько секунд стояло на месте, прежде чем рухнуть.

— Засада!!

Со всех сторон одновременно появились Радомир, четверо деревенских защитников и Аринор.

Бой начался.

Два мага сразу заметили Аринора.

— Здесь маг!

— Ну так убейте его!

Руны Клейма на шее первого мага вспыхнули желтоватым светом.

— Ignis Spicula!

В воздухе возникли пять огненных копий.

Клеймо второго загорелось оранжевыми линиями.

— Flamma Orbis!

Над Аринором сформировалось огромное огненное кольцо и с рёвом рухнуло вниз.

Аринор лишь устало вздохнул. Лазурный свет Клейма под его перчатками едва заметно просочился сквозь ткань. Перед ним появилась прозрачная голубая преграда. Огненные копья рассыпались искрами, огненное кольцо исчезло, словно столкнулось с невидимой стеной.

Аринор даже не сдвинулся с места.

— Это всё?

Оба мага переглянулись.

— Вместе!

Руны на их телах вспыхнули одновременно. Два потока маны переплелись. Между ними родилась ослепительно-золотая стрела из молнии.

— Fulgur Rex!

С громовым раскатом она понеслась к Архимагу.

Аринор слегка напрягся, он вытянул руку. Молния ударила ему прямо в ладонь. Но... не взорвалась, замерла. Аринор медленно сжал пальцы, золотой свет начал меняться став ослепительно-синим.

Аринор холодно посмотрел на магов.

— Запомните одну истину.

Он слегка повернул кисть.

— Заклинание принадлежит не тому, кто его создал.

Лазурная стрела дрогнула.

— А тому, кто способен его удержать.

— Fulgur Caelestis.

Стрела исчезла.

В следующую секунду она уже пронзила обоих магов. Вспышка осветила всю деревню, когда свет исчез, от них остались лишь почерневшие тела.

Аринор щёлкнул пальцами, голубое пламя мгновенно охватило останки. Через несколько секунд на земле лежал только пепел.

— Так заканчивает каждый маг, вставший на путь убийцы.

Тем временем Радомир сражался сразу с тремя противниками.

Чёрный хопеш снова выскользнул из руки.

— Да чтоб...

В этот момент мощный удар ноги впечатался ему в грудь. Мальчик отлетел на несколько метров.

Перед ним остановился главарь.

— Так долго возиться с мальчишкой.

Он усмехнулся.

— Покажи, чего стоишь.

Радомир поднялся. Чёрный клинок остался лежать в стороне, в руке остался только алый хопеш.

— Если я тебя одолею.

Он выставил меч.

— Вы уйдёте.

Главарь громко расхохотался.

— Попробуй.

Булава с оглушительным свистом обрушилась вниз. Радомир едва успел уклониться. Каменная земля треснула.

Ещё удар, ещё.

Булаву было почти невозможно остановить. Но постепенно Радомир заметил одну особенность. После каждого тяжёлого замаха главарь на мгновение открывался.

«Он слишком медленный...»

Теперь Радомир перестал отбивать удары. Он только уклонялся.

Шаг, поворот, контрудар.

Главарь всё сильнее уставал. Наконец он тяжело выдохнул, именно этого Радомир и ждал. Он рванул вперёд, подпрыгнул. Колено с хрустом врезалось разбойнику в челюсть, это вывело его из равновесия и он рухнул на землю.

Алый хопеш замер у его горла.

— Ты проиграл.

Тяжело дыша произнёс Радомир.

— Уходи... и больше никогда сюда не возвращайся.

Разбойник дрожащим голосом ответил:

— Хорошо... только не убивай...

Радомир медленно отвёл клинок.

Главарь хищно ухмыльнулся.

— Наивный мальчишка!

Он резко пнул Радомира по ноге, мальчик упал. В следующую секунду разбойник всей массой навалился сверху. Его огромные руки сдавили шею.

— Думаешь...

Он оскалился.

— Всё закончится так просто?

Хватка становилась всё сильнее. Перед глазами Радомира начало темнеть, воздуха не хватало.

«Нет...»

Он вспомнил Эйдена, вспомнил Львеноса и Серелину. Рейсу, которая продолжала сражаться совсем рядом и наконец вспомнил отца.

«Я обещал стать сильнее...»

Главарь наклонился ближе.

— Ну что? Уже прощаешься с жизнью?

Последним усилием Радомир вытянул руку. И со всей силы воткнул большой палец ему прямо в глаз.

— ААААА!!!

Разбойник отшатнулся, Радомир жадно вдохнул воздух. Затем резко ударил противника ногой между ног. Главарь согнулся пополам.

Радомир вскочил, подхватил алый хопеш. Закрыл глаза и нанёс один-единственный удар.

Хруст.

Разбойник безжизненно стоял на коленях опустив руки. По клинку медленно стекала кровь.

Радомир застыл, он смотрел на свои дрожащие руки. Он впервые лишил кого-то жизни.

Издалека раздался испуганный крик:

— Багз мёртв!

— Отступаем!!

Оставшиеся разбойники бросились бежать.

Рейса ещё несколько раз метнула им вслед огненные шары.

— И не вздумайте возвращаться!

Аринор молча наблюдал за Радомиром. На его лице появилась едва заметная улыбка.

— Первый шаг сделан...

Убедившись, что деревня спасена, Архимаг бесшумно развернулся и ушёл.

Некоторые испытания человек должен пройти без чужой помощи. Именно такой урок этой ночью получил Радомир.

БЛИЖЕ К РАССВЕТУ (замок Санвельда)

Первые лучи солнца только начинали окрашивать башни замка, когда тяжёлые двери распахнулись.

Внутрь вошёл Эйден.

Его плащ был покрыт пылью, а на лице читалась усталость после тяжёлого задания. Он сразу направился в тронный зал.

Львенос уже сидел на троне, рядом находилась Серелина.

Эйден коротко поклонился.

— Мой король... позвольте спросить.

Он поднял голову.

— Где мои ученики?

Львенос ненадолго замолчал.

— Я отправил их на первое настоящее задание.

Эйден огляделся и нахмурился.

— Ты отправил... или это была идея Аринора?

В зале повисла тишина.

— Это было наше общее решение.

— Нет.

Эйден покачал головой.

— Я слишком давно знаю вас обоих.

Он посмотрел прямо в глаза королю.

— Это идея Аринора.

Львенос опустил взгляд. По его щеке медленно скатилась слеза.

— Радомир должен был сделать этот шаг.

— Он должен понять, что значит отнять чужую жизнь.

Эйден резко сжал кулаки.

— Он ещё ребёнок!

Его голос эхом разнёсся по залу.

— Я сам подготовил бы его к этому!

— Нет...

Тихо ответил Львенос.

— Не подготовил бы.

— Потому что ты слишком добр.

Эйден молчал.

— Ты всегда старался защитить его от самого страшного.

— А это невозможно.

— Рано или поздно ему пришлось бы испачкать руки кровью.

Эйден тяжело выдохнул.

— Но я хотя бы был бы рядом...

Он опустил голову.

— Ему сейчас нужна поддержка.

— Если оставить его одного... он может потерять самого себя.

Львенос закрыл лицо рукой.

— Я знаю...

Именно в этот момент двери снова открылись. В зал неторопливо вошёл Аринор.

— О...

Он спокойно улыбнулся.

— Эйден, ты уже вернулся. Как прошло задание?

Эйден даже не посмотрел на него.

— Где Радомир?

Аринор подошёл к трону, словно вопрос был адресован вовсе не ему.

— Ваше Величество.

Он слегка поклонился Львеносу потом Серелине

— Задание выполнено успешно. Деревня спасена, два мага уничтожены. Остатки разбойников разбежались.

Эйден сделал шаг вперёд.

— Я спросил...

Его голос стал значительно громче.

— Где Радомир?!

Аринор наконец повернул голову.

— Он победил главаря.

Спокойно произнёс Архимаг.

— Расколол ему череп. После этого...

Он ненадолго задумался.

— Впал в оцепенение. Видимо, пытается осознать, что впервые лишил человека жизни.

В следующее мгновение...

БАХ!

Кулак Эйдена врезался в каменную стену.

По ней мгновенно побежали глубокие трещины. Львенос снова не смог сдержать слёз.

Эйден молча развернулся.

— Куда ты?

Спокойно спросил Аринор.

— К Радомирому.

Ответил Эйден.

— Я должен увидеть его.

Он крепче сжал кулак.

— Должен посмотреть ему в глаза

Аринор спокойно поправил перчатку.

— Боюсь... сейчас у тебя это не получится.

Эйден остановился.

— Что ты имеешь в виду?

— Я оставил их в деревне.

Эйден медленно повернулся.

— Что?..

— Они должны самостоятельно вернуться в замок.

Несколько секунд стояла полная тишина, потом лицо Эйдена исказила ярость.

— Ты...

Он сделал шаг вперёд.

— Оставил двоих детей одних?! А если по дороге на них нападут?!

Аринор даже не изменился в лице.

— Сомневаюсь.

— Рейса обладает очень сильным Даром.

После короткой паузы добавил:

— А если с ними всё-таки что-нибудь случится...

Он посмотрел Эйдену прямо в глаза.

— Значит, их наставник плохо выполнил свою работу.

Это стало последней каплей.

Со звоном из ножен вырвался Олрик. Лезвие остановилось всего в нескольких сантиметрах от лица Аринора.

Архимаг даже не моргнул.

— Вот теперь...

Спокойно произнёс он.

— Поговорим как мужчины.

ТЕМ ВРЕМЕНЕМ

Утреннее солнце уже освещало деревню Хольмир. Жители молча складывали тела погибших разбойников в одну большую кучу.

Рейса подошла ближе, пламя вспыхнуло вокруг её ладони. Через несколько секунд тела превратились в погребальный костёр. Она молча наблюдала, пока огонь не поглотил всё без остатка.

Немного в стороне, за деревней, на старом пне сидел Радомир. Возле ног стояли ведро с водой и чистая тряпка. Он долго смотрел на свои руки, они были покрыты засохшей кровью. Мальчик медленно опустил ладони в воду, начал тщательно смывать кровь.

Затем взял чёрный хопеш, с него быстро исчезли грязь и пыль. Настала очередь алого клинка, Радомир уже поднёс к нему тряпку...

— Стой.

Мальчик замер, он быстро оглянулся. Никого.

— Показалось...

Он снова потянулся к клинку.

— Я сказал... стой.

Теперь голос прозвучал гораздо отчётливее.

Радомир резко вскочил.

— Кто здесь?!

Несколько секунд было тихо, потом последовал спокойный ответ.

— Я здесь.

— Где?

— Посмотри вниз.

Мальчик медленно опустил взгляд, на алый хопеш.

Он застыл.

— Это... ты?

— Наконец-то догадался.

Радомир осторожно поднял меч.

— Ты... живой?

Клинок негромко усмехнулся.

— Сложный вопрос.

— Скорее... не совсем.

Радомир всё ещё не мог поверить.

— Я хотел тебя почистить...

— Не надо.

— Почему?

— Мне нравится кровь.

Радомир вздрогнул.

— Но...

— Кровь же испортит клинок...

Меч тихо рассмеялся.

— Меня не нужно точить, меня не нужно чистить и не стоит бояться, что я за туплюсь.

Он словно говорил с удовольствием.

— Чем больше крови я испью... тем острее стану.

Радомир невольно улыбнулся. Все переживания последних часов будто отступили, в этот момент к нему подошла Рейса.

— Радомир?

Он быстро посмотрел на неё.

— Как ты?

Он улыбнулся.

— Уже лучше.

Рейса облегчённо выдохнула.

— Отлично.

— Кстати... Аринор нас бросил. Видимо, домой придётся идти самим.

Радомир спокойно поднялся.

— Ничего.

Он посмотрел на алый хопеш.

— Думаю... дорога будет интересной.

Рейса странно посмотрела на него.

— Как скажешь...

Они подошли к старосте, Бейнор подробно объяснил дорогу до столицы. Потом предложил двух лошадей.

Радомир и Рейса одновременно покачали головами.

— Мы не умеем ездить верхом.

Староста только вздохнул.

— Подождите немного.

Через полчаса он вернулся с небольшим кожаным мешочком наполненный монетами.

— Это благодарность от всей деревни. Денег немного, но в дороге каждая монета пригодится.

Радомир смущённо посмотрел на мешочек.

— Не стоило...

— Стоило, сынок. Вы спасли наши жизни.

Он немного помолчал, а затем спросил:

— Простите... а как вас зовут?

Радомир уже хотел ответить, но его перебила Рейса. Она гордо улыбнулась и расправила плечи.

— Запоминайте хорошенько! Перед вами герои Санвельда!

Она ткнула большим пальцем себе в грудь.

— Я Рейса Троум!

Потом указала на Радомира.

— А это Радомир Вейланд!

Староста на мгновение замер с приоткрытым ртом.

— Герои?..

Он поспешно поклонился.

— Простите... я и представить не мог...

Он быстро выпрямился и решительно сказал:

— Тогда тем более! Вы обязаны взять лошадей! До столицы путь неблизкий, пешком вы будете идти очень долго.

Радомир виновато улыбнулся.

— Спасибо за предложение... но мы оба не умеем ездить верхом.

Рейса смущённо почесала затылок.

— Я один раз попробовала... и лошадь скинула меня в реку.

Староста невольно рассмеялся.

— Что ж... тогда хотя бы возьмите эти деньги.

Он крепко пожал им руки.

— Обещаю, о вашем подвиге узнают все окрестные деревни. Люди должны знать, кто их защищает.

— Спасибо, — одновременно ответили Радомир и Рейса.

Они попрощались и отправились в путь.

Рейса что-то весело напевала себе под нос, шагая впереди, а Радомир время от времени поглядывал на алый хопеш, будто ждал, что тот снова заговорит. Пока меч молчал, но мальчик уже чувствовал, что это молчание не продлится долго.

НЕКОТОРОЕ ВРЕМЯ НАЗАД

Ночь окончательно поглотила лес. Одиннадцать уцелевших разбойников молча пробирались между деревьями. На лицах читались усталость, злость и страх. Никто не хотел первым нарушать тишину.

Наконец один из них сплюнул на землю.

— Что... что это вообще была за девчонка?

Другой нервно сглотнул.

— Она была как дракон... всё вокруг горело. Она разрубала людей этим топором, будто они были соломенными чучелами.

— А Багза... Багза прикончил какой-то мальчишка.

При упоминании бывшего главаря все снова замолчали. Через несколько шагов вперёд вышел широкоплечий разбойник.

— Значит так.

Он обвёл остальных взглядом.

— С этого дня я занимаю место Багза.

Несколько человек недовольно переглянулись.

— Это ещё почему?

— Да. С чего вдруг ты?

Разбойник усмехнулся.

— Потому что я умнее каждого из вас.

Он медленно вытащил меч.

— И сильнее.

Лезвие тускло блеснуло в лунном свете.

— Есть желающие поспорить?

Никто не ответил, и он довольно кивнул.

— Вот и славно.

Убрав меч в ножны, он продолжил:

— Мы снова соберём людей. Найдём новых головорезов. В следующий раз будем действовать осторожнее и сначала узнаем, кто охраняет деревню.

Он махнул рукой.

— А теперь пошли.

Разбойники двинулись дальше. Лес становился всё темнее, ветер неожиданно стих. Стало подозрительно тихо.

Тупой удар, будто на землю бросили тяжёлый мешок. Все одновременно обернулись.

Последний разбойник ещё стоял на ногах... но головы у него уже не было. Она медленно покатилась по сырой земле.

— Что...

— Что это было?..

Все в панике выхватили оружие.

— Кто здесь?!

Ответа не последовало.

Свист.

Ещё один разбойник замер, из его шеи фонтаном брызнула кровь. Голова медленно соскользнула с плеч.

— БЕЖИМ!!

Но было уже поздно. Во тьме мелькала какая-то высокая фигура, её невозможно было рассмотреть. Лишь на мгновение показывался длинный меч... и снова исчезал.

Один за другим разбойники падали на землю. Некоторых словно кто-то утаскивал прямо в темноту. Раздавался короткий вскрик... и всё снова затихало.

Лес превратился в бойню.

Через несколько мгновений в живых остался только новый главарь. Он дрожал всем телом, меч едва держался в его руках.

— К-кто здесь?..

Никто не ответил, он сделал шаг назад потом ещё один. Поняв, что убежать уже не сможет, разбойник рухнул на колени.

— П-прошу...

Он бросил меч.

— Пощадите!

— Я изменюсь!

— Клянусь, больше никогда...

За его спиной раздался спокойный голос.

— Вы всегда так говорите.

Холодная сталь коснулась его шеи, это был огромный меч.

— А потом снова берётесь за старое.

Разбойник боялся даже обернуться.

— В-вы...

Голос дрожал.

— Вы... не настоящие...

Он нервно рассмеялся.

— Вы всего лишь сказка... которой пугают детей...

Затем неизвестный тихо произнёс:

— Видимо... ты плохо слушал эти сказки.

Меч взметнулся вверх.

— Я приговариваю тебя к смерти.

Одним точным ударом голова разбойника слетела с плеч. Фигура ещё несколько секунд молча стояла среди тел. Потом растворилась во тьме леса, словно её здесь никогда и не было.

Том 1. Глава 20. Логово гоблинов и новый союзник

Дорога оказалась совсем не такой, какой представляла её Рейса. Никаких засад, чудовищ или древних руин. Лишь бесконечная пыльная тропа, уходящая за горизонт. Тучи медленно закрывали солнце, видимо приближался дождь.

Рейса тяжело вздохнула.

— Я официально ненавижу ходить пешком.

Радомир усмехнулся.

— Прошёл всего один день.

— Именно.

Она недовольно посмотрела вперёд.

— А кажется, будто неделя.

Вокруг тянулись поля высокой травы. Иногда попадались одинокие деревья, под которыми можно было ненадолго передохнуть.

Радомир поправил ремень походной сумки.

— Надо было всё же тогда лошадей. — Недовольно буркнула Рейса

— Да? Представь, если бы мы свалились с них через пять минут после выезда. — Радомир невольно усмехнулся.

— Наверное, было бы стыдно, особенно если бы кто-нибудь увидел.

Они снова замолчали. Прошёл ещё час, отом второй, потом третий.

Чем дальше они уходили от Хольмира, тем меньше становилось разговоров. Ноги постепенно наливались тяжестью. Даже Рейса перестала жаловаться.

К вечеру поднялся холодный ветер и тучи стали сильнее сгущаться.

Радомир поднял голову.

— Кажется... — Первая капля ударилась ему в нос.

Рейса обречённо простонала.

— Только не сейчас...

Через несколько секунд дождь превратился в настоящий ливень. Ветер бросал воду прямо в лицо, одежда промокла мгновенно. Радомир быстро снял с плеч сумку.

— Надо поставить палатку.

Рейса виновато отвела взгляд.

— Есть одна проблема...

— Какая?

Она неловко улыбнулась.

— Палатки больше нет.

Радомир медленно посмотрел на неё.

— В каком смысле... нет?

— Ну...

Она почесала затылок.

— Помнишь вчера ты попросил её собрать?

— Дааа.

— И у меня не получалось её собрать, в результате чего я сожгла её.

Повисла тишина, Радомир медленно закрыл глаза.

Рейса подняла палец.

— Но есть и хорошая новость!

— Какая?

— в следующий раз, я её точно не сожгу.

— Потому что в следующий раз её собирать буду я.

— Именно!

Несколько секунд Радомир просто смотрел на неё, потом тяжело вздохнул.

— Даже сказать нечего.

Ливень усилился, капли барабанили по земле так громко, что заглушали почти все остальные звуки. Именно тогда Рейса первой заметила слабый огонёк.

— Смотри.

Она указала вперёд, среди деревьев едва виднелся тёплый жёлтый свет. Радомир прищурился, небольшой дом.иСовсем один, без деревни, без сараев и без забора. Будто его просто забыли посреди леса.

— Странное место...

Тихо произнёс он.

— Лучше странный дом, чем ночёвка под дождём. — Ответила Рейса.

Они ускорили шаг, Дом оказался больше, чем выглядел издалека. Двухэтажный, сделанный тёмного дерева. По крыше барабанил дождь, а из трубы поднимался дым.

Радомир постучал, ответа не последовало. Он уже собирался постучать ещё раз... как дверь сама медленно открылась. На пороге стоял полноватый мужчина лет сорока, на голове была лысина, карие глаза спокойно рассматривали незваных гостей. На нём была простая льняная рубашка и тёмный жилет.

На первый взгляд самый обычный человек.

— Чем могу помочь?

Спокойным голосом спросил мужчина.

Радомир слегка поклонился.

— Простите за беспокойство.

Он кивнул в сторону дождя.

— Мы возвращаемся в столицу и попали под ливень.

— Не могли бы мы переночевать у вас?

Незнакомец несколько секунд молчал, затем спокойно ответил:

— Если сможете заплатить.

Рейса оживилась.

— Значит, это постоялый двор?

— Совершенно верно, меня зовут Байди.

Радомир представился первым.

— Радомир.

— Рейса.

— Приятно познакомиться, можете заходить.

Внутри было тепло, горел камин. Пахло свежим хлебом, сушёными травами и древесиной. Снаружи продолжал бушевать дождь.

Рейса облегчённо выдохнула.

— Нас накормят?

Байди поставил на стол две кружки с горячим травяным настоем и похлёбуюку.

— Две комнаты стоят десять серебряных.

Рейса едва не поперхнулась.

— Десять?! Это дорого!

Байди спокойно пожал плечами.

— Либо продолжайте идти под дождём.

Несколько секунд длилось молчание, потом Радомир молча достал мешок и десять серебряных легли на стол.

Байди пересчитал монеты.

— Всё верно.

Он уже собирался проводить их наверх... но неожиданно замер. Только сейчас дети заметили то, чего раньше не могли увидеть. За высоким деревянным порогом человеческое тело заканчивалось. Ниже пояса начиналось огромное паучье брюшко, покрытое чёрным хитином. Восемь длинных суставчатых лап бесшумно переступали по деревянному полу.

Рейса непроизвольно схватилась за Магнус, Радомир тоже напрягся.

Байди заметил их взгляды, он устало улыбнулся.

— Только сейчас заметили? Я арахнид, не стоит меня бояться.

Ни страха, ни злости в его голосе не было. Только привычная усталость человека... которого слишком часто судили по тому, кем он родился. Байди поправил воротник рубахи и спокойно произнёс:

— Комнаты уже оплачены, теперь вам ничего не грозит. Поднимайтесь наверх, если что-нибудь понадобится, позовите.

Радомир и Рейса молча кивнули. Оружие они не убирали ещё какое-то время, затем всё же опустили оружия и разошлись по разным комнатам. Поднимаясь по лестнице, оба всё равно время от времени оглядывались на арахнида. Слишком уж необычным он казался.

Комната Радомира оказалась совсем небольшой. Деревянная кровать, старый стол, один стул и маленькое окно, по которому бесконечно барабанил дождь. На столе стояла незажжённая свеча, но сейчас это волновало его меньше всего.

Он сел на кровать, снял с пояса хопеши и положил его перед собой.

— Ну...

Тишина.

— Эй.

Никакого ответа, Радомир нахмурился.

— Ты же разговаривал...

Он даже легонько постучал костяшкой пальца по клинку.

Тишина.

Через несколько секунд раздался раздражённый голос.

— Идиот...

Радомир подпрыгнул.

— Для начала зажги свечу, у тебя в руках не тот меч.

Он быстро зажёг свечу, комнату озарил мягкий свет. Мальчик посмотрел вниз, в руках действительно был чёрный хопеш.

— А...

Он неловко почесал затылок.

— Есть разница?

Алый меч презрительно фыркнул.

— Огромная.

— В черном мече заключена своя душа.

— Тот, которого ты сейчас держишь, пока не желает с тобой разговаривать.

Радомир удивлённо уставился на чёрный клинок.

— То есть... он тоже живой?!

— Да и нет, просто считает, что твоё время ещё не пришло.

Радомир осторожно положил чёрный меч рядом и взял алый.

— Ладно, дождусь этого времени.

Он улыбнулся.

— А теперь расскажи, что ты умеешь?

Алый меч лениво ответил:

— И это ты решил спросить у меня? Иди к жопу.

Радомир моргнул.

— Ты вообще-то мой меч и должен меня слушаться.

Алый тихо рассмеялся.

— Ошибаешься, я не считаю тебя достойным владельцем.

— Пока ты не откроешься мне, я не буду твоим мечом.

— А как это сделать?

— Понятия не имею, пока не доводилось пробовать.

— ...

Радомир глубоко вздохнул, потом начал рассказывать про своё детство, про отца, тренировки, Эйдена, Рейсу и про свои страхи. Когда он закончил... меч молчал.

— Ну?

— Что ну? Молодец что рассказал свою историю, но я тебя не просил.

Радомир устало выдохнул.

— Тогда...

Он немного подумал.

— Может, хотя бы имя тебе дать?

— Постой...

Он задумчиво посмотрел в потолок.

— Шарик?

— Бобик?

Меч спокойно сказал:

— Ты сейчас серьёзно? По-твоему, я похож на собаку?

— Не знаю... Барсик?

— Иди ты задницу.

Радомир засмеялся.

— Ну а как тебя тогда называть?

— Никак.

— Когда откроешь мне свою душу, тогда и сможешь дать имя.

После небольшой паузы меч добавил:

— Если, конечно...

— К тому времени у меня не появится другой хозяин.

Улыбка Радомира сразу исчезла.

— Это ещё почему?

— Потому что достойных людей много.

— А ты пока под вопросом.

Радомир раздражённо цокнул языком.

— Вот же...

Он поднялся.

— Ладно, спрошу у Рейсы.

Он оставил хопеши в комнате, и подошёл к соседней двери.

Постучал.

— Рейса? —Тишина.

Он постучал громче.

— Рейса! — Никакого ответа.

Радомир осторожно прислонился ухом к двери. Из комнаты доносился богатырский храп.

— Спящий огр...

Он невольно улыбнулся.

— Быстро же уснула.

Радомир спустился вниз, в трактире было пусто.

— Байди?

— Я здесь.

Голос донёсся сверху, Радомир поднял голову. Байди спокойно ходил по потолку, словно это был обычный пол, и длинной метлой сметал паутинку. Заметив взгляд мальчика, он усмехнулся.

— Потолок тоже нужно убирать, а то будет несправедливо с полом.

Радомир ещё несколько секунд молча смотрел вверх.

— Наверное...

Он всё ещё не привыкал к подобным вещам.

— Можно вопрос?

— Конечно.

— Вы случайно...

— Не знаете, как открыться... человеку?

Байди довольно улыбнулся.

— Парнишка всё проще чем кажется.

Он понимающе кивнул.

— Для начала купи ей подарок, лучше сладости. Девушки такое любят.

Радомир мгновенно покраснел.

— Фу! Я не про Рейсу!

Байди удивлённо моргнул.

— Нет?

— Нет!

— Она мой друг!

— Тогда... о ком ты говорил?

Радомир попытался объяснить про говорящий меч, но Байди развёл руками.

— Прости, тут я бессилен.

— Ладно, всё равно спасибо.

Радомир направился к двери.

— Пойду хоть воздухом подышу.

Байди вдруг окликнул его:

— Только, сильно не испугаться.

— В каком смысле?.

Радомир открыл дверь, сделал шаг и застыл. Дом... двигался. За окном медленно проплывали деревья, под ногами ощущалась лёгкая качка. Он осторожно перегнулся через перила и увидел восемь гигантских паучьих лап. Дом стоял прямо на спине исполинского паука.

— ЧТО ЭТО ЗА ЧЕРТОВЩИНА?!

Радомир пулей влетел обратно, Байди возмущённо нахмурился.

— Не оскорбляй мою жену.

— ...

— Что?..

— Это моя жена, а то что ты сейчас увидел наш семейный бизнес.

Он гордо развёл руками.

— Передвижной гостевой дом.

— Вы оплачиваете не только комнату, но ещё и дорогу.

Радомир удивлённо открыл рот.

— То есть...

— Вы довезёте нас до столицы?

— Нет.

Байди покачал головой.

— До столицы не поедем, но значительно сократим вам путь.

— Это...

— Просто замечательно!

В этот момент Байди вдруг смертельно побледнел. Он молниеносно запрыгнул на потолок.

— Не двигайся...

Радомир замер.

— Что случилось?

Байди дрожащим пальцем указал вниз.

— У тебя... на плече... паук...

Радомир спокойно снял маленького лесного паучка.

— Этот?

— УБЕРИ ЕГО!! УБЕЙ!! Нет, не убивай лучше выкинь его на улицу.

Радомир открыл окно, аккуратно подбросил паучка на мокрую ветку.

Байди облегчённо выдохнул.

— Фух...

Радомир с недоумением посмотрел на него.

— Вы боитесь пауков?

Байди смущённо кашлянул.

— Да...

— Понимаю звучит глупо, сам арахнид.

— Жена вообще гигантский паук.

Он передёрнул плечами.

— Но эти маленькие... у них такие мерзкие морды...

— Бр-р-р...

— Ужас просто.

Радомир несколько секунд смотрел на него. Потом не выдержал и рассмеялся. После разговора с Байди глаза Радомира начали слипаться. Усталость наконец взяла своё.

Он широко зевнул.

— Ладно... спокойной ночи.

Байди улыбнулся.

— И тебе, постарайся не свалиться с кровати.

— Постараюсь.

Радомир поднялся по лестнице, вошёл в комнату и закрыл дверь. Он убрал с кровати оба хопеша и аккуратно положил их возле стены, обувь полетела в угол. Через несколько секунд он уже лежал под тёплым одеялом. Шум дождя быстро убаюкал его.

Ему снился прежний мир.

Тёплый летний день, во дворе их старого дома отец закручивал гайку на велосипеде.

— Готово.

Он довольно улыбнулся.

— Теперь попробуй.

Радомир сел на велосипед, отец придержал его за сиденье.

— Помни только одно...

Он слегка подтолкнул велосипед.

— Всегда смотри на дорогу.

Ветер ударил в лицо, Радомир засмеялся. Он ехал всё быстрее, любопытство взяло верх, он решил обернуться.

Отец уже стоял далеко позади и махал ему рукой. Радомир помахал в ответ, и именно в этот момент перед самым колесом появилась глубокая яма.

— Осторожно!

Поздно, колесо влетело прямо в неё и мир перевернулся.

Бах!

Радомир с грохотом свалился с кровати, он резко открыл глаза. Несколько секунд тяжело дышал, пытаясь понять, где находится. За окном всё ещё шумел дождь, а в комнате было темно.

И вдруг... скрип...

Кто-то медленно поднимался по лестнице. Радомир насторожился «Байди?» Нет.

Шаги были тяжёлыми и неровными, их было несколько. Он осторожно потянулся к мечам.

В этот момент заговорил алый хопеш.

— Не двигайся.

— Лучше спрячься.

Радомир нахмурился.

— Почему?

— Я чувствую жажду крови.

Не раздумывая больше ни секунды, Радомир схватил оба хопеша и быстро юркнул под кровать. Дверь комнаты распахнулась, внутрь вошло низкое существо. Оно принюхалось, большие уши нервно дёргались. Жёлтые глаза медленно осматривали комнату.

«Гоблины...»

Радомир сразу вспомнил рассказы Рикса и Ракса.

«Дикие...»

Гоблин недовольно зашипел, никого не найдя, он вышел обратно. Радомир осторожно выполз настолько, чтобы видеть коридор. Гоблин остановился возле комнаты Рейсы, попробовал открыть дверь, заперто. Он что-то сердито прорычал на своём языке. Через несколько секунд подошли ещё двое.

Бах! Дверь сорвалась с петель.

Третий гоблин мгновенно вытащил короткую духовую трубку.

Тихий свист.

Маленький дротик вонзился в шею Рейсы. Она даже не успела встать, лишь тихо выдохнула...

— Быстро сработали. — Сказал алый меч.

Гоблины подхватили её, один попытался взять Магнус, но он даже не мог его поднять.

— Гра-а?!

Он удивлённо дёрнул топор ещё несколько раз, ничего. Разозлившись, гоблин плюнул на него. Они поспешно потащили Рейсу вниз.

Когда шаги стихли, Радомир осторожно выбрался из укрытия.

— Что им нужно?

Алый хопеш ответил сразу:

— Твоя подруга. Видимо, показалась им красивой.

Голос меча стал холоднее.

— Обычно таких они уводят в логово.

— А хозяина дома...

Короткая пауза.

— Скорее всего, съедят.

Радомир крепче сжал рукоять.

— Тогда нужно спасти их.

Он осторожно вышел в коридор.

Тишина.

Спустившись по лестнице, он увидел нескольких гоблинов. Они рылись в вещах Байди, переворачивали столы, разбивали бутылки. Радомир пригнулся и бесшумно проскользнул между столами, никто его не заметил.

Добравшись до окна, он выглянул наружу. Несколько десятков гоблинов окружили огромную паучиху. Они тыкали в неё копьями, заставляя идти вперёд. Рядом, со связанными руками, шёл Байди, его постоянно толкали в спину. Он дождался, пока гоблины не дойдут до логова.

Минут через двадцать показалась огромная пещера.

Гоблины остановились.

Несколько охотников одновременно выстрелили из духовых трубок. Десятки дротиков впились в тело гигантской паучихи. Она сделала ещё несколько шагов, потом ноги подкосились.

Земля дрогнула.

Байди вскрикнул:

— Нет!

Ему сразу заткнули рот грязной тряпкой. Рейсу и Байди потащили внутрь пещеры. Часть гоблинов вернулась в дом на спине паучихи.

Началось мародёрство, они вытаскивали мебель, сундуки.

Смеялись.

Именно этого Радомир и ждал. Он бесшумно подошёл сзади, алый хопеш без сопротивления вошёл гоблину между лопаток. Острие вышло из груди, гоблин даже не успел вскрикнуть. Радомир резко выдернул клинок, второй только начал оборачиваться. Красная дуга вспыхнула в темноте и голова покатилась по земле.

Алый меч довольно усмехнулся.

— Удар в спину? Подло.

Короткая пауза.

— Но мне нравится.

Радомир, понимал что сейчас нет времени на проявление слабости, уже собирался идти дальше. Но вдруг остановился, он посмотрел на труп гоблина.

Несколько минут спустя его одежда была перепачкана кровью и внутренностями.

Алый недоумённо спросил:

— Это ещё зачем?

Радомир спокойно вытер руки.

— В моём мире была одна история.

— Там охотник на гоблинов обмазывался их кровью.

— Тогда остальные переставали чувствовать запах человека в своём логове.

Меч хмыкнул.

— История?

— Скорее... аниме.

— Аниме?

Радомир махнул рукой.

— Неважно.

Он направился ко входу в пещеру, но алый неожиданно остановил его.

— Постой.

— Оставь второй меч здесь.

— Почему?

— Ты ещё плохо владеешь двумя клинками, в узких проходах он будет только мешать.

Радомир удивлённо посмотрел на меч.

— Ты...

— Заботишься обо мне?

Алый фыркнул.

— Не льсти себе.

— Просто я предпочитаю неумелого мальчика, чем глупого гоблина.

Уголок губ Радомира дрогнул. Он воткнул чёрный хопеш прямо у входа в пещеру, крепче сжал алый клинок и молча шагнул в темноту.

Пещера уходила глубоко под землю. Воздух был тяжёлым, влажным и пропитан запахом сырости, крови и дыма. Между грубо вытесанными каменными колоннами горели десятки чадящих факелов. Их неровный свет выхватывал из темноты целый лабиринт ходов.

Повсюду сновали гоблины.

Одни тащили награбленные мешки, другие жарили мясо на огромном костре, третьи спорили между собой на резком, лающем языке. Из одного тоннеля доносились женские крики. Радомир невольно сжал рукоять хопеша.

«Они похищают людей...»

Он медленно двинулся дальше. Благодаря своему небольшому росту ему удавалось скрываться за валунами и сталагмитами. Каждый шаг приходилось рассчитывать. Стоило кому-нибудь повернуться чуть раньше и всё было бы кончено.

Наконец он увидел клетку, Рейса и Байди сидели внутри, связанные спина к спине толстыми верёвками. Рейса медленно открыла глаза, несколько секунд она непонимающе смотрела перед собой, затем всё поняла. Её плечи начали покрываться языками пламени.

Байди болезненно застонал, она тут же погасила огонь.

— Прости...

Тихо сказала она.

— Я тебя не заметила.

Она быстро осмотрелась.

— А где Радомир?

Байди наконец выплюнул трямку.

— Похоже...

Он тяжело выдохнул.

— Он успел спрятаться.

На лице Рейсы появилась уверенная улыбка.

— Отлично.

Она даже не сомневалась.

— Значит, он нас вытащит.

Тем временем Радомир продолжал двигаться между камнями. Одинокий гоблин прошёл совсем рядом.

Взмах.

Алый беззвучно вошёл ему в грудь,гоблин даже вскрикнуть не успел. Через несколько минут погиб ещё один, потом ещё один.

Алый хопеш довольно засмеялся.

— Мне начинает нравиться эта прогулка...

Радомир ничего не ответил. Он уже собирался перебежать к следующему укрытию... и вдруг носок сапога зацепился за торчащий камень. Он потерял равновесие, грохот эхом разнёсся по всей пещере.

Наступила тишина.

Десятки жёлтых глаз одновременно повернулись в его сторону.

— ...

— ...

— ГРААА!!

Гоблины дружно завизжали и бросились вперёд.

— Чёрт!

Радомир выскочил из-за валуна, алый описал широкую дугу.

Первый гоблин лишился головы, второй рухнул с рассечённой грудью, третий получил удар ногой прямо в лицо. Но их было слишком много, они лезли со всех сторон. Радомир рубил без остановки, в какой-то момент алый клинок со звоном ударился о каменную стену.

Всего одно мгновение, этого оказалось достаточно. Тяжёлая дубинка впечаталась ему в затылок. Перед глазами вспыхнули искры, потом всё стало чёрным.

Сознание возвращалось медленно. Он почувствовал, что его куда-то волокут. Кто-то грубо держал его за руки, кто-то тащил за ноги. Радомир приоткрыл глаза, перед ним мелькали потолок пещеры...

Факелы... Гоблины...

Он увидел клетку Рейса, Байди. И услышал знакомый голос.

— Проснулся наконец?

Алый хопеш.

— Я слева от тебя.

— Второй гоблин держит меня.

— Выхвати меня и начни резню.

Радомир едва заметно кивнул. Его бросили прямо в центр пещеры, к нему медленно подошёл старый гоблин. Весь сморщенный, с длинными ушами, увешанный костями и амулетами. Он схватил Радомира за подбородок, долго разглядывал лицо. После чего начал что-то говорить на своём языке.

Никто из пленных не понимал, что он говорит. И когда старик отвернулся. Именно этого мгновения Радомир ждал. Он резко вскочил, оттолкнул державших его гоблинов. Выхватил меч, и одним ударом рассёк старого гоблина почти пополам.

Пещера взорвалась криками, гоблины завизжали. Несколько сразу подняли духовые трубки.

Но...

— ГРААААА!!!

Оглушительный рёв заставил всех замереть. Гоблины мгновенно попадали на колени, некоторые вообще спрятали головы. Из тоннеля, откуда доносились женские крики, медленно вышел он. Почти двух с половиной метров ростом, широкие плечи закрывали грубые железные доспехи. На спине висел огромный меч, правый глаз пересекал длинный шрам.

Байди побледнел.

— Хобгоблин...

Прошептал он.

— Их вожак...

Хобгоблин остановился напротив Радомира, долго смотрел ему прямо в глаза.

Потом медленно произнёс:

— ... Сразись.

Меч хобгоблина был огромным, обычный человек едва смог бы его поднять, но он легко взял его одной рукой.

Радомир крепче сжал алый хопеш.

— Погнали.

Радомир уже привык к большим противникам, и знал как их бить, но хобгоблин исчез.

— Что?!

Огромная фигура оказалась перед ним быстрее, чем он успел моргнуть.

Удар.

Радомир едва успел выставить меч, даже так его отбросило назад.

— Он быстрый...

Алый тихо рассмеялся.

— Славный противник.

Бой продолжился, Радомир несколько раз достал противника. Но клинок лишь оставлял царапины на броне. Тем временем обычные гоблины тоже вмешивались. Кто-то бил со спины, кто-то пытался схватить за ноги, кто-то стрелял дротиками.

Алый раздражённо проворчал:

— Они нам мешают.

Очередной удар.

На этот раз меч хобгоблина попал точно, Радомир успел закрыться. Но сила удара была такой, словно в него врезался разъярённый бык.

Мальчик пролетел несколько метров, с грохотом ударился о каменную стену, из груди выбило весь воздух, боль пронзила всё тело. На глаза навернулись слёзы.

Алый тихо сказал.

— Не вставай... позволь ему закончить.

— Тогда боль исчезнет.

Радомир тяжело дышал, он был готов согласиться. Но перед глазами всплыло лицо отца.

"Если тебя ударили... ударь вдвое сильнее. Только не кулаком... Сердцем."

Радомир медленно поднял голову.

— Нет...

Он всё-таки поднялся на ноги, хобгоблин довольно оскалился.

Алый снова заговорил:

— Упрямый парнишка.

Радомир крепче сжал рукоять и тихо сказал:

— Ты говорил...

Он перевёл взгляд на алый клинок.

— Что сам не знаешь, как мне открыть тебе открыться.

Алый замолчал а Радомир улыбнулся сквозь боль.

— Я кое-что заметил.

Он тяжело дышал.

— Ты постоянно пытаешься меня задеть.

Ещё вдох.

— Постоянно выводишь из себя и постоянно жаждешь крови.

Внутри клинка будто что-то дрогнуло.

— Кажется...

Радомир крепче сжал рукоять.

— Я понял, как тебе открыться.

Из меча раздался тихий, довольный смех.

— Ну... приступай.

Радомир без колебаний перевернул клинок и со всей силы провёл ладонью по лезвию. Кровь мгновенно заструилась по алой стали, она не капала на землю. Меч словно жадно впитывал каждую каплю. Красное свечение медленно расползалось по всему клинку, пещеру озарил мягкий багровый свет. Меч громко рассмеялся.

— Вот теперь...

Свечение стало ярче.

— Теперь я признаю тебя, Радомир Вейланд.

Мальчик улыбнулся.

— Тогда...

Он поднял меч перед собой.

— Монту, это твоё имя.

Потом меч довольно ответил:

— Монту... меня устраивает!

В этот момент Радомир почувствовал странное ощущение. Будто меч стал продолжением его собственной руки, вес исчез, каждое движение ощущалось естественным. Словно они были единым целым.

Главный хобгоблин раздражённо зарычал. Он не понимал, почему мальчик вдруг начал улыбаться. По его приказу несколько гоблинов бросились вперёд.

— Монту...

Тихо сказал Радомир.

— Покажем им?

Меч довольно закричал:

— Да! Да! Да! Устроим же бойню!

Радомир шагнул навстречу.

Взмах.

Радомир с лёгкостью разрезал троих, словно их тела были сделаны из бумаги.

Монту захохотал.

— Да! Больше крови! Ещё!

Хобгоблин рванулся вперёд.

Монту мгновенно прошептал:

— Шаг влево.

— Теперь два шага назад и атакуй.

Радомир доверился ему.

Один точный удар, раздался звон металла. Меч хобгоблина сломался надвое, следом треснула броня. А затем и сам хобгоблин медленно распался на две части. Воцарилась мёртвая тишина.

Монту довольно произнёс:

— Чем больше крови я испью, тем острее становлюсь.

— В этом моя особенность.

Гоблины обезумели, вожака больше нет. Они с визгом бросились на Радомира один за другим. Кто-то лез спереди, кто-то пытался вцепиться в ноги, а стрелки беспорядочно выпускали дротики. Несколько попали в своих же.

Радомир, не останавливаясь, прорубался вперёд.

— С дороги!!

Монту со свистом рассекал воздух.

— Да! Ещё! Ещё крови!

Наконец он добрался до клетки, одним ударом разрубил замок дверца распахнулась. Рейса первой выскочила наружу.

— Где мой топор?!

— Остался в доме!

— Не мог захватить?!

— Нет! Он капец какой тяжёлый! И только бы мешаллся!

Рейса закатила глаза.

— Вот же слабак...

Но спорить времени не было.

Она ударила ближайшего гоблина кулаком в лицо. От прикосновения её ладони тот мгновенно вспыхнул и с воплем покатился по земле. Тем временем Байди уже бросился в глубину пещеры.

Гоблины окружали их всё плотнее, Радомир уже тяжело дышал. Каждое движение отзывалось болью, он посмотрел на Рейсу.

— Сможешь... сжечь всю пещеру?

Она ошарашенно уставилась на него.

— Вместе с вами?!

Радомир поморщился.

— Вот ты дура...

Он криво усмехнулся.

— Конечно нет, когда мы убежим.

Рейса облегчённо выдохнула.

— Смогу...

Она сжала кулаки.

— Но мне нужно немного времени.

Радомир кивнул.

— Тогда положись на меня.

Он снова бросился вперёд. Монту смеялся почти без остановки.

— Руби! Не останавливайся!

Один, второй, третий.

Гоблины падали один за другим.

В этот момент раздался крик Байди.

— Я нашёл женщин!

Арахнид уже нёс всех троих на своей широкой спине. Радомир одним прыжком вскочил следом.

— Беги! Со всех ног!

Байди не стал спорить.

Все восемь лап с бешеной скоростью застучали по камню. Он словно летел по тоннелю. Позади слышался визг десятков гоблинов. Выход был уже совсем близко, Радомир обернулся.

— РЕЙСА!! ЖГИ!!

Девочка широко улыбнулась. Всё её обвилась пламенем. Она словно сама превратилась в живое пламя.

— "Погребальный Костёр"

В следующую секунду из неё во все стороны вырвался огонь. Настоящий огненный шторм, он ворвался в каждую трещину, заполнил каждый тоннель, добрался до самых дальних уголков пещеры. Гоблины закричали, но пламя никого не щадило оно пожирало всё. Камни раскаялись докрасна. Даже Байди чувствовал, как жар догоняет их, он из последних сил рванул к выходу.

Яркий свет показался впереди. Ещё один рывок...

И все вылетели наружу. В тот же миг из пещеры с рёвом вырвался столб огня, земля дрогнула. Несколько секунд никто не мог произнести ни слова.

Радомир резко вскочил.

— Рейса!!

Он уже собирался броситься обратно, но что-то ударило его в лоб. Из-за клубов дыма послышался знакомый голос.

— Я жива!

Небольшая пауза.

— Только... не подходи! У меня вся одежда сгорела!

Радомир мгновенно покраснел.

— П-подожди!

— У меня в сумке есть запасная!

Он бегом ворвался в дом, взлетел по лестнице и схватил сумку. Так же быстро выбежал обратно. Не оборачиваясь, бросил одежду в сторону Рейсы.

— Лови!

Потом подошёл к Байди.

Арахнид, весь в слезах, обнимал огромную паучиху.

— Моя бедная... Арина...

Её лапы дрожали, по телу торчали дротики. Радомир достал небольшой свёрток.

— Это противоядие.

— Быстрее.

Байди осторожно раскрыл его и дал лекарство жене, затем снова крепко обнял её.

— Спасибо...

— Спасибо вам...

Радомир молча кивнул, после этого подошёл к спасённым женщинам. Они сидели, прижавшись друг к другу. Изорванная одежда едва прикрывала многочисленные синяки, порезы и ожоги. На лицах застыл страх, а в глазах не осталось почти никаких эмоций. Было видно, что гоблины долго держали их в плену и жестоко издевались над ними. Радомир молча достал последние три свёртка лечебных трав.

— Хорошо, что Лаура прикупила мне несколько штук.

Он вложил каждой женщине в руки по свёртку.

— Пожуйте, вам обязательно станет легче.

В этот момент подошла Рейса, на ней уже была запасная одежда, в руке она держала чёрный хопеш.

— Держи.

Она протянула его Радомиру.

— Представляешь...

Она удивлённо посмотрела на клинок.

— Он вообще не нагрелся.

Радомир взял меч.

— С каждым разом удивляют меня всё сильнее...

Большая паучиха тихо защёлкала жвалами, Байди счастливо улыбнулся.

— Она говорит...

— Что ей уже лучше...

Он снова обнял жену.

— Спасибо...

— Огромное вам спасибо...

Радомир уже хотел ответить, но вдруг услышал голос Монту.

— Радомир... ты лучше присядь.

Радомир не стал спорить, медленно сел на землю. В ту же секунду мир качнулся, из носа потекла кровь, перед глазами всё потемнело.

Он рухнул без сознания.

— РАДОМИР!!

Рейса мгновенно оказалась рядом, она пыталась привести его в чувство. Потом вспомнила о лечебных травах, схватила его сумку. Лихорадочно начала искать, перевернула всё содержимое.

Пусто.

Радомир уже отдал последние свёртки спасённым женщинам. Рейса крепко сжала его холодную ладонь.

— Что же мне делать?

Том 1. Глава 21. Танец дурака

Радомир медленно открыл глаза и глядел на деревянный потолок. Какое-то время он просто лежал, пытаясь понять, где находится. Всё тело ломило так, будто его несколько раз переехала телега. Стоило пошевелить рукой, как мышцы тут же отозвались тупой болью.

— Живой?

Раздался знакомый голос, это был Монту.

— Да, но лучше бы умер, ужасно больно.

Радомир тихо выдохнул.

— Где мы?

— В трактире Байди, ну или на его жене если конкретнее выражаться.

— А... точно...

Память постепенно возвращалась, Радомир попытался сесть и тихо застонал.

— Не советую резко двигаться.

Спокойно произнёс Монту.

— Если бы не одна из спасённых девушек, ты бы сейчас вообще не проснулся.

Радомир посмотрел на перебинтованные руки.

— Она лекарь?

— Ученица лекаря, но своё дело знает.

Радомир невольно усмехнулся.

— Звучит обнадёживающе...

Он осторожно спустил ноги с кровати, в этот момент дверь тихо открылась. На пороге появилась молодая девушка лет девятнадцати. Светлые волосы были собраны в простую косу, а на лице ещё оставались следы усталости. Увидев Радомира на ногах, она облегчённо улыбнулась.

— Вы наконец проснулись.

Монту тихо сказал:

— Это она.

Радомир неловко почесал затылок.

— Спасибо... что вылечили меня.

Девушка покачала головой.

— Нет.

Она улыбнулась гораздо теплее.

— Это вам спасибо. Если бы не вы... — Её голос дрогнул. — Мы бы уже не были живы.

Она быстро взяла себя в руки.

— Меня зовут Анна, а вас ведь Радомир?

Он кивнул.

— Да...

Потом слегка смутился.

— Только не надо обращаться ко мне на "вы".

— Я ведь младше.

Анна тихо рассмеялась.

— Хорошо... Радомир.

Вместе они вышли из комнаты. На первом этаже уже пахло свежим хлебом, жареным мясом и травяным чаем. За большим столом сидели Байди, Рейса и остальные спасённые девушки. Когда Радомир появился на лестнице, разговоры мгновенно стихли. Потом все почти одновременно поднялись, каждая из девушек поблагодарила его. Кто-то молча поклонился, кто-то едва сдерживал слёзы.

Байди крепко пожал ему руку.

— Ещё раз спасибо.

— Сначала за мою жену, потом за меня, теперь ещё и за постояльцев.

Радомир смущённо отвёл взгляд.

— Да ладно...

Последней подошла Рейса, она молча смотрела ему в глаза. Потом неожиданно ударила его кулаком в плечо.

— Ай! Больно же!

— Если собрался помирать...

Она сердито нахмурилась.

— Делай это не у меня на глазах.

— Идиот.

Радомир виновато улыбнулся.

— Договорились.

Рейса фыркнула.

— Вот и хорошо.

Будто ничего не произошло, она сразу вернулась к столу.

Байди прокашлялся.

— Кстати, я тут подумал.

Он сложил руки на груди.

— До столицы я вас всё-таки довезу.

Радомир удивлённо поднял голову.

— Правда?

— Конечно! Как никак вы спасли меня и мою жену.

Он улыбнулся.

— Деньги за дорогу брать не стану.

Потом Байди вдруг задумчиво посмотрел на детей.

— Честно говоря... до сих пор не могу поверить.

— Вы ведь настоящие Герои?

Рейса гордо кивнула.

— Самые настоящие.

Байди присвистнул.

— Тогда, можно попросить об одном одолжении?

— Каком?

— Если мои будущие постояльцы будут спрашивать, могу ли я сказать, что у меня ночевали Герои?

Рейса засмеялась.

— Конечно можно.

Радомир тоже улыбнулся.

— Мы не против.

Байди довольно хлопнул в ладони.

— Вот теперь отбоя от клиентов точно не будет.

Через несколько секунд Радомир вспомнил о спасённых девушках.

— Байди, а что теперь будет с ними?

Арахнид спокойно ответил:

— Постараюсь отвезти каждую домой.

Он посмотрел на девушек.

— А если кому-то некуда возвращаться...

Он улыбнулся.

— Работы у меня всегда хватает.

Несколько девушек заметно успокоились, да и Радомир облегчённо выдохнул.

— Это хорошо...

В этот момент его живот громко заурчал.

Он виновато посмотрел на остальных.

— Может... поедим?

Рейса мгновенно подняла руку.

— Полностью поддерживаю.

Байди громко рассмеялся.

Прошло пару дней и Байди довёз их почти до столицы, дальше он ехать не стал. Высокие стены уже виднелись впереди, а на башнях развевались знамёна Санвельда. Байди остановил свою огромную паучиху у опушки леса.

— Дальше мы не поедем, иначе половина столицы разбежится раньше, чем успеет рассмотреть, кто приехал.

Радомир понимающе кивнул.

— Да... наверное, это плохая идея.

Все спустились на землю, три спасённые девушки ещё раз поблагодарили детей. Анна улыбнулась Радомиру.

— Береги себя.

Байди тоже подошёл.

— Если когда-нибудь снова окажетесь на этой дороге...

Он гордо похлопал ладонью по деревянной стене своего дома.

— Буду рад видеть вас.

Рейса рассмеялась.

— Замётано!

Неожиданно огромная паучиха медленно наклонилась к Радомиру и осторожно коснулась его плеча жвалами. Он сначала вздрогнул, потом осторожно погладил её по хитиновой голове.

— Спасибо...

Она тихо защёлкала жвалами, Байди улыбнулся.

— Арина говорит, что ты всегда будешь желанным гостем.

Радомир смущённо улыбнулся.

— Взаимно.

Они попрощались, когда дом уже медленно исчезал между деревьями, Рейса замахала рукой.

— Мы ещё обязательно встретимся!

Байди помахал в ответ сразу двумя руками.

— Буду ждать!

Дальше они отправились к столице пешком, людей становилось всё больше; телеги, торговцы, солдаты. Во время дороги взгляд Радомира то и дело падал на топор Рейсы.

Он наклонился к своему мечу и тихо прошептал:

— Монту, а топор Рейсы тоже живой?

Ответ последовал мгновенно.

— Нет.

Радомир едва заметно улыбнулся, наконец у него есть то чего нет у Рейсы. Монту насмешливо фыркнул.

— Не слишком-то зазнавайся.

В тронном зале их уже ждали.

Король Львенос поднялся со своего трона сразу, как только увидел детей, Королева Серелина облегчённо улыбнулась.

— Вы вернулись...

Радомир и Рейса одновременно поклонились, и почти сразу же начали рассказывать обо всём. О деревне, дороге, Байди, гоблинах и о спасённых девушках. Только об одном Радомир промолчал, о Монту. Когда рассказ закончился, в зале повисла тишина.

Львенос медленно вытер глаза.

— Вы...

Он шумно вдохнул.

— Вы спасли столько людей...

Из глаз снова покатились слёзы.

Рейса тихо прошептала Радомиру:

— Опять...

Радомир лишь понимающе кивнул.

Серелина с улыбкой посмотрела на мужа, затем перевела взгляд на детей.

— За успешно выполненное задание вам полагается награда.

Слуги сразу вынесли два мешочка золота. Дети удивлённо переглянулись.

— Нам?

— Конечно.

Ответила королева.

— Вы выполнили своё первое задание, за это полагается награда.

Рейса тут же схватила мешочек.

— Вот это уже мне нравится!

Радомир тоже благодарно поклонился.

— Спасибо.

Когда разговор уже подходил к концу, Рейса вдруг нахмурилась.

— Кстати, а где Аринор?

— Обычно он рядом с вами, я бы хотела сказать ему пару ласковых слов.

Радомир тоже вспомнил.

— И Эйден...

— Он уже вернулся?

Улыбка исчезла с лица Львеноса.

Он тяжело вздохнул.

— Вернулся, но лучше вам самим это увидеть.

Их отвели в подземелья замка. По дороге капитан стражи объяснил:

— Несколько дней назад Эйден и Аринор что-то не поделили или их мнения разошлись.

— Они устроили бой прямо во дворце.

Рейса удивлённо округлила глаза.

— Что?!

— Насколько всё было плохо?

Стражник усмехнулся.

— Пара башен, часть крыши и тронный зал.

— Хорошо, что придворные маги быстро всё восстановили.

Радомир сглотнул.

— Если они в темнице, значит их кто-то остановил?

— Король.

Коротко ответил стражник.

— После этого обоих посадили под арест.

Внизу пахло сыростью, за толстыми решётками виднелись камеры. Радомир сразу заметил знакомую фигуру. Эйден сидел, прикованный тяжёлыми цепями к стене. Его лицо украшали десятки синяков, да и одежда вся была в крови.

— Эйден!

Тот поднял голову, лицо сразу оживилось.

— Радомир?

Он широко улыбнулся.

— Привет, пацан.

Радомир уже хотел что-то сказать, но Рейса оказалась быстрее.

— Кто был ближе к победе?

Эйден хитро улыбнулся.

— Дай немного света.

Рейса подняла ладонь, она вспыхнула ярким пламенем. Теперь дети смогли разглядеть его полностью. Рейса тихо присвистнула.

— Неплохо тебя отделали...

Эйден довольно ухмыльнулся.

— А теперь, посмотрите туда.

Он кивнул в сторону соседней камеры.

Там сидел Аринор, выглядел он значительно хуже. Лицо почти полностью было покрыто синяками, одна рука была перебинтованной.

Эйден победно ухмыльнулся.

— Теперь поняли...

Аринор устало открыл один глаз.

— Идиот, не вешай детям лапшу на уши.

— Никто не победил.

Он тяжело вздохнул.

— Нас обоих отлупил король.

Эйден громко рассмеялся.

— Мог бы и подыграть.

Аринор фыркнул.

— Подыграл бы...

— Если бы победителем назвал меня.

— Размечтался.

— Это ты размечтался.

— Старый мечник.

— Старый?!

Эйден возмущённо поднял голову.

— Да я не настолько старый!

— У тебя седина на волосах.

Эйден вопросительно посмотрел в сторону соседней камеры.

— Быть того не может

Цепи громко звякнули.

— Рейса, у меня серьезно седина на волосах?

Рейса посмеиваясь ответила

— Уже давно, странно что ты раньше не заметил.

Эйден посмотрел на них.

— Мне то всего лишь 36.

Рейса прыснула со смеху, Радомир тоже не смог сдержать улыбку. Казалось, будто никакой драки между Эйден и Аринором и не было. Старые друзья снова спорили из-за какой-то ерунды.

Поговорив ещё немного, Эйден спокойно сказал:

— Завтра нас уже выпустят, так что не переживайте.

Дети кивнули.

Когда они уже собирались уходить, Эйден окликнул:

— Радомир, задержись.

Рейса вопросительно посмотрела на него.

— Я подожду снаружи.

Она вместе со стражником ушла дальше по коридору. Радомир подошёл ближе к решётке, Эйден внимательно посмотрел ему прямо в глаза.

— Как ты себя чувствуешь...

— После того, что сделал?

Радомир опустил взгляд. Перед глазами снова вспыхнула лицо убитого разбойника.

Он тихо ответил:

— Было тяжело.

Небольшая пауза.

— Очень тяжело.

— Но...

Он глубоко вдохнул.

— Я справился.

На самом деле ему хотелось прижаться к решётке, как когда-то к Серелине, и просто разрыдаться. Но он сдержался, перед наставником он не хотел показывать слабость.

Эйден всё понял без слов.

Он кивнул.

— Вижу, ты лучше отдохни.

На лице мечника появилась привычная улыбка.

— На тренировках жалеть вас я не собираюсь.

Радомир невольно улыбнулся.

— Я так и понял.

Он попрощался и медленно направился к своей комнате.

Эйден убедившись что все ушли, задал вопрос Аринору.

— Аринор, ты сможешь убрать седину?

Архимаг по смеиваясь ответил.

— Конечно смогу, даже прекрашу.

— Не, только седину убери.

Радомир уже почти дошёл до своей комнаты, он посмотрел в окно.

Монту тихо усмехнулся.

— Неужели ты устал?

Радомир вздохнул.

— Всё тело болит...

— Но если лечь сейчас, завтра будет ещё хуже.

Он развернулся и вместо спальни направился вниз, и пошёл примиком в тренировочную площадку. Радомир установил деревянного манекена, снял с пояса оба хопеша и медленно выдохнул.

Чёрный клинок лёг в левую руку, Монту в правую. Он принял привычную стойку.

Взмах, потом ещё один.

Два меча постоянно сталкивались друг с другом. Иногда он сам цеплялся за собственное оружие. Через несколько минут Радомир раздражённо опустил руки.

— Да почему?!

Монту рассмеялся.

— Потому что ты идиот.

— Спасибо...

— Нет, правда.

Меч продолжил.

— Ты всё ещё думаешь, будто держишь два отдельных оружия.

— А разве не так?

— Нет.

Монту тихо загудел.

— Представь, что мы два разных оружия.

Радомир нахмурился.

— Что?

— Не заставляй оба меча повторять одно и то же движение.

— Пусть каждый делает своё.

Радомир снова поднял клинки.

Удар, левый меч пошёл сверху, правый почти одновременно снизу. Он снова запутался.

Монту тяжело вздохнул.

— Ты снова нами управляешь.

— А кто должен?

— Никто.

— Объясни простыми словами.

— Эхх, представь что ты танцуешь с двумя партнёрами.

Меч слегка завибрировал.

— Просто перестань думать о каждом ударе.

— Позволь мне вести твою правую руку, а левую доверь второму мечу.

Радомир закрыл глаза.

— Просто... довериться друг другу? — Глубокий вдох.

Первый шаг...

Правая рука двинулась почти сама, монту мягко изменил направление удара. Левая рука инстинктивно продолжила движение.

Раз, два, три. Раз, два, три.

Клинки больше не сталкивались. Они словно разговаривали друг с другом. Радомир неожиданно ускорился. Его ноги сами начали менять направление, он резко уходил в сторону, вращался и атаковал сразу с двух разных углов.

Монту засмеялся.

— Вот! Уже лучше! Не думай! Чувствуй ритм!

Радомир всё ускорялся. Манекен перед ним получил десятки ударов за считанные секунды. Щепки разлетались во все стороны, но со стороны всё выглядело странно. Не было ни красивых стоек, ни правильных выпадов и никакой дисциплины. Каждое движение нарушало все существующие техники. Радомир внезапно менял хват, разворачивался спиной к противнику, бил из совершенно невозможных положений, падал почти до самой земли.

Монту довольно захохотал.

— Никто не сможет привыкнуть к такому стилю!

Радомир остановился, тяжело дыша.

— Наверное, со стороны выглядит ужасно.

— Да плевать как оно выглядит со стороны, главное что эффективно. — Ответил Монту.

— Все будут искать: ритм, повторения, любимую стойку.

— А у нас настоящий хаос. — Меч довольно загудел.

Радомир улыбнулся.

— То есть, наш стиль это полный хаос?

— Да. — Ответил Монту.

Радомир снова поднял оба меча, теперь движения стали ещё свободнее. Он больше не пытался заставить клинки подчиняться, он сражался вместе с ними.

Монту довольно произнёс:

— Осталось только дать ему имя.

Следующее утро встретило замок ярким солнцем. Радомир заснул на тренировочной площадке, вместо кровати он выбрал утоптанную землю.

— Радомир...

Тихий голос.

— Радомир.

Кто-то осторожно потряс его за плечо, мальчик недовольно приоткрыл один глаз. Перед ним стояла Лаура с небольшим подносом.

— Доброе утро.

Радомир сонно сел, потирая глаза.

— Уже утро?..

— Уже почти полдень.

Она посмотрела на разбросанное вокруг оружие.

— Ты что... действительно здесь спал?

— Ага, мне не впервой.

Он сладко потянулся.

— Не хотелось терять время.

Лаура только тяжело вздохнула.

— Пойдём хотя бы умойся, переоденься и позавтракай.

— Потом.

— Радомир...

— Я хочу дождаться Эйдена.

Она поняла, что спорить бесполезно.

— Тогда хотя бы поешь потом.

— Хорошо, Лаура.

Лаура ушла, а Радомир сел в тени, Монту и чёрный хопеш лежали рядом. Ожидание оказалось недолгим, когда солнце поднялось почти в самый зенит, на площадку вошёл Эйден. Следом шагала Рейса, привычно неся за спиной Магнуса.

Эйден усмехнулся.

— Ого...

Он посмотрел на пыльную одежду мальчика.

— Ты уже здесь?

— Я решил переночевать прямо на площадке.

Эйден тихо рассмеялся.

— Похоже, начинаешь понимать, что такое настоящее обучение.

Он обнажил тренировочный меч.

— Тогда меньше слов и больше дела.

Рейса первой сорвала с плеча Магнуса.

— В этот раз всё будет иначе!

Она рванула вперёд. Тяжёлый топор с оглушительным свистом рассёк воздух, но Эйден спокойно сделал шаг в сторону. Лезвие ударило в землю, Рейса мгновенно выдернула оружие и нанесла второй удар снизу. Эйден отбил его одной рукой. Рейса не давала ему ни секунды передышки, но очередной удар Магнуса оказался слишком сильным. Эйден с лёгкостью перенаправил её в другую сторону, топор по инерции ушёл дальше, чем нужно. Рейса потеряла равновесие, Эйден оказался за её спиной быстрее, чем она успела обернуться. Лёгкий удар рукоятью меча между лопаток и Рейса рухнула лицом в землю.

— Ай!

Эйден спокойно убрал меч.

— Ярость конечно полезна в бою, но ты становишься предсказуемой.

Он протянул ей руку.

— И пока противник выдерживает первый натиск, ты начинаешь раскрывать защиту.

Рейса недовольно поднялась.

— В следующий раз получится.

Эйден повернулся к Радомиру.

— А ты долго собираешься сидеть?

Радомир поднялся.

Монту тихо прошептал:

— Начинается...

Мальчик медленно обнажил оба хопеша, Эйден сразу прищурился.

— Теперь иначе...

Радомир не бросился вперёд, первый удар пришёл сверху, второй уже снизу. Казалось, мальчик сам не знает, куда ударит в следующую секунду. Но именно поэтому его движения невозможно было предугадать.

Монту смеялся.

— Не думай, дай рукам двигаться самим!

Радомир доверился мечам левый клинок отбивал удар, правый уже наносил следующий. Лезвие описывали вокруг него алые дуги. Будто он не сражался, а танцевал. Эйден впервые за долгое время начал двигаться серьёзнее.

— Любопытно...

Он отбивал удары один за другим. Но каждый следующий приходил под совершенно новым углом.

Монту продолжал командовать:

— Ниже!

Два клинка переплетались между собой так, словно были продолжением друг друга. Эйден уже собирался нанести ответный удар.

Монту резко крикнул:

— Сейчас!

Радомир мгновенно перекрестил оба хопеша. Первый отвёл клинок Эйдена, второй резко провернулся под рукоятью.

Раздался звон.

Тренировочный меч вылетел из рук Эйдена и, вращаясь, воткнулся в землю.

Наступила тишина, даже Рейса открыла рот. Эйден несколько секунд смотрел на пустую ладонь, потом медленно улыбнулся.

— Всё-таки...

Он посмотрел на Радомира.

— Ты смог овладеть двумя мечами.

Радомир почесал затылок.

— Ещё есть чему учиться.

Он неловко улыбнулся.

— Но теперь хотя бы не роняю их каждые пять секунд.

Эйден громко рассмеялся.

— Уже огромный прогресс.

Он подошёл к стойке с оружием.

— Правда...

Он посмотрел на затупившийся тренировочный меч.

— Этот уже никуда не годится, нужно взять другой.

Он уже протянул руку и неожиданно стоявший рядом меч Олрик едва заметно завибрировал.ьЭйден остановился, медленно взял его. Эйден внимательно посмотрел на Радомира.

— Твой алый меч...

— В нём тоже живёт душа?

Рейса резко повернулась.

— Чего?!

Радомир виновато улыбнулся.

— Его зовут Монту.

— После задания он заговорил со мной.

Рейса возмущённо всплеснула руками.

— И ты молчал?!

— Не хотел хвастаться.

— Ага, конечно.

Эйден кивнул.

— Значит, духовное оружие.

Он стал серьёзнее.

— Запомни одну вещь.

Он посмотрел прямо в глаза Радомиру.

— Не все духи оружия добрые.

— Некоторые способны сломать своего владельца раньше, чем враг.

— Поэтому научись понимать Монту.

— Но никогда не позволяй ему полностью управлять тобой.

Радомир уверенно кивнул.

— Понял.

Эйден медленно вынул Олрика, клинок ярко блеснул на солнце.

— А теперь можно и Олрика подключить к нашим тренировкам.

На лице наставника появилась знакомая улыбка. Радомир встал рядом с Рейсой, они переглянулись.

Монту тихо засмеялся.

— Ну что...

— Покажем старику наш новый приём?

Радомир улыбнулся.

— Погнали.

Эйден исчез первым, Радомир сорвался ему навстречу. Два полумесяца вспыхнули в воздухе.

— Танец Дурака!!

...

Прошло пять лет.

Король расправил плечи.

— Пора вам выйти из этих стен и встретиться со своей судьбой.

— Или...

На лице Львеноса появилась улыбка.

— Создать её собственными руками.