Новая глава в истории всей Галактики: Первые строки

Пролог

Новая глава, по мнению Создателей, должна была стать довольно длинной.

Вероятно, именно по этой причине предисловие к ней несколько затянулось…

…Исследовательские зонды Человечества, запущенные ещё лет сто назад, наконец-то напали на след принципиально новой цивилизации. Планета земного типа, содержание кислорода — в пределах нормы, период обращения вокруг себя и вокруг звезды — 24 часа и 365 дней. Окружена пятью лунами, лишёнными атмосферы. Имеются примитивные искусственные спутники. Имеется население… Уже изрядно расстроенные безуспешными попытками найти новых братьев по разуму люди на радостях назвали планету Викторией и начали неторопливо собирать исследовательскую экспедицию, с помпой подписав контракт на постройку сверхкорабля. Именно на нём лучшие из лучших спустя несколько лет отправятся в увлекательное путешествие.

На бедной и отсталой планете ВТЛ, о которой люди впоследствии узнают совершенно случайно, одна из наиболее развитых стран — ТМЛ — запустила новую обсерваторию и обнаружила сразу десять планет, потенциально пригодных для заселения. Построила за короткий срок десять небольших кораблей и разослала их бороздить просторы космоса.

На не имеющей названия планете ящеров, застрявших на уровне позднего Средневековья, которую через несколько лет не лишённые чувства юмора люди внесут в свои каталоги под названием Нибиру, было относительно спокойно. Ведь в отсутствие высоких технологий новость об обнаружении странного пророчества об Огненной Птице и Двух Волках при всём своём желании не сможет разлететься по всей планете даже за год.

На планете Кчр-Цкр Тараканы уже третий оборот планеты вокруг Трёх Прекрасных Звёзд праздновали окончательное уничтожение цивилизации Крыс, когда пришло печальное известие об обнаружении артефактов принципиально новой цивилизации. Это заставило Тараканов прекратить веселье и начать строительство боевых кораблей, так опрометчиво переплавленных после, казалось бы, оглушительной победы…

На планете Виктория, с которой и вернулись зонды людей, царил хаос. Белые и Голубоглазые, ранее компактно проживавшие на Северном материке, без каких-либо предпосылок к этому напали на другие страны, расположенные южнее. Движимые безумными амбициями богатейших Родов, они мощно продвигались вперёд, оставляя за собой разрушения и миллионы сломанных судеб Цветных и Полуцветных…

А где-то вне мироздания, в сотом измерении, за этим всем безмолвно наблюдали Создатели…

Справочник

Справочник.

Известные цивилизации.

Информация дана на 5 декабря 2501 года и может быть неактуальной! Не забывайте, что связь в гиперпространстве и варпе на кораблях, не оборудованных коммуникатором Самсонова, отсутствует!

ВНИМАНИЕ!!! В этой архивной версии имеются несанкционированные правки! Рекомендуется при появлении связи как можно скорее обновить страницу для получения исправной версии!

1) Люди. Люди есть люди.

Планеты: Земля, Терра. С последней связан так называемый «террианский парадокс» (см. парадокс параллельных миров — формирование практически идентичных планет с абсолютно идентичными обитателями, языками, культурными особенностями).

Языки: самый распространённый — новое эсперанто, сгенерированное искусственным интеллектом. На Земле в ходу остались английский, китайский, французский и русский языки.

Уровень развития: сравнивать не с чем. Из всех известных цивилизаций — самый высокий.

Внешний вид: для получения более полной информации рекомендуется выйти на улицу подышать свежим воздухом или, на худой конец, подойти к зеркальной поверхности.

Пищевые привычки: всеядны.

Конфликтность: ну…

2) Канисы. Антропоморфные существа из семейства псовых.

Планеты: Виктория, ВТЛ. С ними связан парадокс параллельных миров, названный парадоксом Виктории-ВТЛ.

Языки: «Общий язык» или «Основной» — самый распространённый и подозрительно схожий с латынью. На планете Виктория имеет немалое значение также Великий Северный язык.

Уровень развития: 21 век на Виктории, 23 на ВТЛ. На ВТЛ в повседневной жизни применяются лишь технологии 20 века из-за ограниченности ресурсов и знаний о производстве товаров широкого потребления.

Внешний вид: волосяной покров средней длины и разных окрасов, длинный хвост, вытянутая морда, стоячие уши, грива, выполняющая сугубо декоративную функцию. Обладают нехарактерными для земных и террианских неразумных сородичей втягивающимися когтями. Средний рост взрослых особей — 1,6 метра. Примечание: часть Человечества считает канисов милыми, часть — страшными и мерзкими. Те отвечают взаимностью и придерживаются такого же мнения.

Пищевые привычки: всеядны.

Конфликтность: неконфликтны.

3) Ящеры. Антропоморфные рептилии. Кошмар конспирологов (рушат все теории о превосходстве рептилоидов над людьми).

Планеты: Нибиру.

Языки: Равнинный, Горный.

Уровень развития: 15-18 земные века, более точно определить невозможно.

Внешний вид: твёрдая чешуя с зеленоватым или золотистым отливом, длинный хвост с шипами. Средний рост взрослых особей — 1,7 метра. Примечание: большая часть Человечества считает ящеров странными. Остальные — страшными и мерзкими. Сами ящеры о существовании Человечества даже и не догадываются. Ну, кроме некоторых особей.

Пищевые привычки: всеядны.

Конфликтность: неконфликтны.

4) Тараканы. Тараканы есть тараканы.

Планеты: очень много. Известно лишь об одной: Щ-к-рщ.

Языки: неизвестны.

Уровень развития: достаточно высокий. Где-то 24-25 век.

Внешний вид: тараканы как тараканы, только большие. И рыжие. Отношение Человечества к её особям пока неизвестно. Данные требуют обновления.

Пищевые привычки: не определены

Конфликтность: особо воинственны

Глава 1

Почему огромный параллелепипед из чёрного металла и стекла назвали «Лебедью», руководитель экспедиции Эдуард Германович Берг искренне не понимал. Он смотрел, задрав голову, на парящий высоко-высоко над поверхностью Терры корабль и никак не мог подобрать слов для того, чтобы описать его. Лайнер и притягивал, и отталкивал одновременно. Словно представители той цивилизации, к которой он и отправится… Понаблюдают учёные пару месяцев за их жизнью из космоса, возьмут тысячу-другую представителей этих… как их там?.. Привезут на Землю, а потом посмотрят, стоит ли дальше пытаться вести с этими братьями нашими средними дела…

Вот только зачем посылать в эту экспедицию именно его, Берга? Чтобы увековечить как руководителя первого полёта к другому виду? Но это же скучно! Да и вообще не его профиль. Вот высадиться на Марс-2, непригодный для жизни, обнаружить там инопланетную базу с интересными артефактами — это пожалуйста. Исследовать что-нибудь необитаемое, по типу теоретически пригодной для жизни, но полностью пустой Венеры-3, — запросто. Но управлять двадцатитысячным летающим городом? Скука смертная, тоска зелёная, какой-нибудь ИИ лучше справится. Впрочем, с начальством, обещающим выплатить баснословную сумму и наконец-то отправить на пенсию, не спорят…

★ ★ ★ ★

ЭМ, канис из Чёрных и Красноглазых, командир седьмого корабля, отправленного в зону 8-34, страдал от бессонницы и, признаться, несколько завидовал остальным членам команды, уже четвёртый год лежащим неподвижно в холодных объятиях криокапсул. Он сожрал все доступные запасы слабого снотворного из своей немаленькой аптечки и всё чаще подумывал над тем, чтобы либо увеличить дозы ежесуточно потребляемого алкоголя, либо реквизировать запасы своего старшего помощника — АЦ, второй живой души на этом корабле. Тому, казалось, было плевать на все неудобства звёздного полёта — и спал-то канис крепко, и чувствовал себя прекрасно в любое время корабельных суток… Наверное, оттого, что был молод. Даже слишком молод…

…Или оттого, что был биороботом. Ну, не «официально», конечно. И не в прямом смысле этого слова. Но… ДНК собрана по кусочкам, рождён в лаборатории. Воспитывался (и «программировался», получается) в элитном училище. Чем не биоробот?

Самый молодой на этом корабле… а уже на такой должности… Великий Светлый его дери! Да ЭМ в его возрасте и мечтать-то о таком не мечтал!.. Впрочем, командир своему старпому не завидовал — вряд ли тот вообще знал, что такое «мечтать»…

★ ★ ★ ★

Ярмарочная площадь столицы Равнинной страны была забита до отказа — яблоку негде упасть! Ящеры собрались для того, чтобы понять, что означают странные строки, появившиеся неделю назад, утром во всех Священных Книгах.

(Тут следует сделать важное отступление — планета Ящеров, несмотря на всю свою отсталость, была населена довольно грамотными существами, чему способствовало невероятно раннее открытие технологий производства бумаги и удешевление производства книг).

В центре площади на скорую лапу был сооружён деревянный помост, на который то и дело норовили вскочить совсем юные ящеры и ящерки, скорчить рожу и, пока ленивая стража не успела среагировать и прогнать их пинком или ударом хвоста, скрыться в толпе, заставляя одну половину её ликовать, а другую — грязно браниться.

На этом самом помосте появился разодетый в пух и прах франт, заставив своим появлением ликующих — перестать ликовать, а бранящихся — перестать браниться.

— Именем Короля!.. — начал ящер. Несмотря на свой грозный вид, похвастаться таким же грозным голосом он не мог — тот был несколько пискляв и, казалось, совершенно не подходил этому здоровяку. Толпа загоготала. — Что такого смешного я сейчас сказал? Тишины! Тишины!!!

Но ящеры и не думали его слушаться. Они смеялись, кидались гнилыми фруктами и овощами в сторону помоста. Надо было видеть перекошенную от злости морду франта!

Веселье прекратил взошедший на помост старец в бархатной красной мантии. Ящер тихо занял место глашатая, недовольно покачал головой и поднял правую лапу вверх. Толпа узнала в нём мудреца Цена. Толпа резко умолкла.

— Вот так-то лучше… — спокойно произнёс Цен.

И, закрыв глаза, стал слушать абсолютную тишину.

Ящеры ждали, боясь даже пошевелиться.

Мудрец опустил лапу и открыл глаза.

— Помните, всегда будьте вежливы. Всегда. — Он подошёл к краю сцены. Откашлялся. — Итак, что же значат те строки, что появились этим утром и в ваших Священных Книгах? Спустя пять лет и пять зим прилетит Огненная Птица, желая сжечь нашу бедную планету. Принесёт немало бедствий и разрушений. Но, попытавшись погрузить нас в пучину пламени, погибнет сама. Однако за ней следом отправятся другие Птицы… От гибели нас спасут гости с других планет. Но они ничего не смогут сделать без двух волков… Синего и Белого…

— Но мудрец Цен! — послышался голос из толпы. — Таких же не бывает!

— А то я сам не знаю… — грустно выдохнул старый ящер. — Вот только я могу вам сказать только одно: пророчество свершится не через пять лет… Оно появилось уже давно. На Священном Камне… далеко-далеко отсюда… Совет Мудрецов не знает, с какого времени начинать вести отсчёт…

— Что же это значит, мудрец Цен? — беспокойно спросил другой голос.

— Пророчество сбудется в самый неподходящий момент. Живите как обычно, наслаждайтесь жизнью… помните, что она невероятно скоротечна… и может оборваться в любой момент… как в пучине пламени, изрыгаемого Огненной Птицей, так и прямо в этой толпе…

Все были настолько потрясены сказанным, что и не заметили, как мудрец исчез. Казалось бы, только что стоял на помосте — а вот его уже нет. Словно испарился…

— …Именем Короля!!! — вновь заверещал франт. — Каждому, кто найдёт любого из этих двух зверей и привезёт сей ценный груз живым… Именем Короля будет выдана награда в размере двухсот золотых монет!!!

И толпа погрузилась в ещё большее смятение. На двести золотых можно было скупить почти все земли в окрестностях столицы!

★ ★ ★ ★

Никита и Инесса стояли на ночной привокзальной площади и, задрав головы, смотрели на заслонявший одну из трёх лун искрящийся тысячами огней чёрный параллелепипед. Уже совсем скоро им как лучшим студентам Террианского Биологического Университета предстоит отправиться на нём в долгое и увлекательно путешествие — в гости (правда, незваные) к другой, чуть менее развитой цивилизации. Важности моменту добавлял тот факт, что именно они и будут исследовать её представителей — так молодым людям сказал Лик Кеплер, знаменитый профессор, признанный гений и преподаватель многих дисциплин в ТБУ.

А пока что парню и девушке было нужно доехать до ближайшего космического лифта, чтобы сесть на старенький лайнер, который спустя три дня высадит их на околоземной космической станции.

— Жаль, что сразу на «Лебедь» никого не пускают… — с заметной грустью в голосе сказал Никита. Ему не очень-то хотелось три дня трястись в тесном купе старого «Орла».

— Ага…

Чёрный параллелепипед вдруг заиграл ещё более яркими красками и принялся уменьшаться в размерах, оставляя после себя красный след на иссиня-чёрном покрывале ночи. Где-то вдалеке полыхнули салюты, зажглись и погасли огоньки на сложившихся в надпись «Удачного полёта!» дронах — планета провожала новёхонький лайнер, своё детище, в его первый дальний полёт.

В это же время Берг стоял на капитанском мостике «Лебеди» в компании капитана и сотрудников Космофлота и не без оптимизма смотрел на сменяющиеся за толстенным бронированным стеклом картинки.

Через день станет известно, что «Лебедь» поставила мировой рекорд и сделала то, что ранее считалось невозможным, — преодолела путь до Земли менее чем за сутки, что ещё больше расстроит бедных террианских студентов и не очень бедных террианских учёных, вынужденных лететь древним «Орлом»…

★ ★ ★ ★

— Скажите, как вы думаете, почему в эту экспедицию отправляют именно вас? — спросил у Лика Кеплера кто-то из репортёров «Известий Терры», также летящий до Земли «Орлом».

— Быть может, потому, что я сам об этом и попросил? — ответил учёный, опёршись о стенку своей каюты первого класса.

Несмотря на немалое количество прожитых лет — а ему было ни много ни мало, а семьдесят — он выглядел намного моложе. Нет, даже не «намного», а намного. Профессора даже подозревали в биохакерстве и проведении запрещённых экспериментов. Впрочем, надо сказать, небезосновательно. Однако расследования, понятное дело, ничего не дали. Да и на вопросы об этом Кеплер всегда отвечал размыто, по-философски.

— А почему вы сами об этом попросили?

— Не должен был?

Журналист стушевался.

— Я имел в виду…

— Интересно побывать на населённой другим разумным видом планете, изучить местную флору и фауну, — перебив, начал перечислять учёный. — Но в первую очередь, конечно же, разумный вид.

— А какие вы будете эксперименты проводить? Какие опыты поставите на представителях разумной жизни?

— Секрет… в смысле, сам не знаю пока. И да, может, хватит видеть во мне суперзлодея?

А ведь он мог быть суперзлодеем, если б захотел…

Мог бы подчинить себе всё живое.

Стать повелителем всего и вся…

Но старый гений по имени Лик этого не хотел.

Он вообще не хотел причинять никому вред.

И, конечно же, слухи о том, что он проводит жестокие опыты в подвалах института, своего особняка или глубоко-глубоко в чреве тайного бункера (нужное подчеркнуть), были лишь слухами…

Он мог бы быть супергероем — да суперзлодея не было.

Поэтому Лик Кеплер был самим собой.

Брюзжащим стариком-гением в молодом теле.

— Что ж, кажется, беседа не пошла, — грустно констатировал журналист. — Извините.

★ ★ ★ ★

— Блин! — воскликнул Никита, когда «Орла» затрясло в очередной раз. Парень собирался слезать с верхней полки двухместного купе, а из-за тряски спуск пришлось отложить. Впрочем, та на удивление быстро прекратилась, и Никита смог завершить начатое. — Пойду прогуляюсь. Ты со мной?

— Какие уж тут прогулки… — простонала Инесса. Она сидела на нижней полке, вцепившись обеими руками в поручень. Тот был стёрт до голого металла, что, впрочем, неудивительно — «Орел» был стар, да и летел не в гиперпространстве, а в варпе, обладая при этом устаревшими гравитационными компенсаторами. Организаторы, конечно, сильно просчитались, желая впечатлить террианских участников экспедиции более комфортными условиями (билеты стоили сильно дешевле) — тряска сводила весь комфорт на нет.

— Принести чего, может?

— Не-не. — Девушка замахала руками. — Кусок в горло не… — Корабль подпрыгнул. — …Не лезет. Спасибо.

— Как скажешь. — Парень пожал плечами и вышел в холодный коридор, освещённый тусклым светом ночного освещения. Дошёл до вендингового автомата, несколько подумав, взял себе колу.

— Не спится, студент? — раздался над ухом знакомый голос.

— Да, профессор.

— Посудина — дрянь.

— У вас наверху тоже трясёт?

— Трясёт. Везде трясёт.

— Гуляете?

— Верно подметили. Полезное это дело. Вот так, бывает, прогуляешься — и мысли свежие в голову приходят. Сразу хочется идти и искать секрет вечной молодости.

Оба рассмеялись. Никита — глупой шутке, Кеплер — полуправде.

— Впрочем, умные мысли, бывает, приходят и во сне… — зевая, сказал Кеплер и, молча пожав руку студенту, удалился. Никита ещё какое-то время постоял рядом с автоматом, допивая колу, а затем решил вернуться в купе.

Свет был выключен. Инесса наконец-то легла спать, даже не раздеваясь и не расправляя постель.

Никита застыл в дверях и неожиданно понял, что любуется ей.

★ ★ ★ ★

В теории расстояние от Земли до Терры (или от Терры до Земли, кому как удобнее) можно было пройти за четырнадцать часов. На практике прохождение самым обычным кораблём занимало больше двух суток, «Орёл» тащился долгие три с половиной, а быстрые частные джеты шли около полутора. Рекорд составлял ровно сутки — ни больше ни меньше.

— …и торжественно объявляю, — вещал окружённый сотней дронов с камерами Берг, стоя на горячих бетонных плитах земного полигона, — что «Лебедь» преодолела всем известный путь за шестнадцать часов тридцать минут сорок пять секунд! Мы безумно благодарны инженерам, которые сделали это возможным!

Дроны принялись облетать стоящий за спиной Эдуарда Германовича корабль.

«Уже через несколько дней очередная вершина творения человечества отправится нести свет далёкой цивилизации», — говорил механический голос нейросетевого комментатора. Медиа-компании уже давно не тратились на человеческую озвучку — потребителям коротких вертикальных видео яркость картинок была гораздо важнее тембров озвучивающих их голосов.

«Или тьму», — мрачно добавил про себя Берг. Если с Земли вдруг придёт приказ уничтожить всех зверушек или вбомбить их планету в каменный век, устроив небольшой апокалипсис, ему придётся сделать это. Хоть такое развитие событий и маловероятно…

★ ★ ★ ★

Крч-Цкр вновь озарил свет.

Подъём.

Нужно выйти из норы.

Нужно работать.

Фкш-Скр-Щ съело растущий прямо в норе гриб и отправилось наверх, на раскалённую поверхность планеты Щ-к-рщ.

Великий Предводитель уже скрежетало свою ободрительную речь, стоя на своём привычном месте — куске обшивки пытавшегося атаковать Щ-к-рщ пять долгих лет назад крейсера Муравьёв.

Толпа тараканов привычно, но не менее радостно застрекотала и принялась расходиться — за следующие три часа было необходимо завершить постройку двух последних военных кораблей и даже отложить немного личинок.

Быстрее.

Работать.

Плюс рейтинг ВСЕМ! ВСЕ хорошо потрудились!

Быстрее.

Откладывать.

Плюс рейтинг ВСЕМ! ВСЕ хорошо потрудились!

ТРЕВОГА!

ТРЕВОГА!

В УКРЫТИЯ!

Раскалённый воздух планеты всколыхнулся, а чистое голубое небо в один миг стало пыльным оранжевым. Из-под земли в воздух брызнули алые лазерные лучи. Вспышка — и небо вновь просветлело.

Последняя атака подлых Крыс была успешно отражена.

Старое Великий Предводитель погибло, но новое Великий Предводитель будет довольно!

★ ★ ★ ★

— Командир, вы превысили норму дневного отдыха на двадцать минут, — сухо объявил АЦ, когда ЭМ показался на мостике.

— Да, заспался сегодня… — буднично ответил он и почесал голову лапой.

— Возможно, вы больны и вам стоит посетить лазарет для проверки здоровья.

ЭМ рассмеялся, сел в командирское кресло. Повернулся к старпому.

— О, да, я болен. Разумеется. Это не лечится.

— Что за болезнь вас настигла?

— Старость.

— Старость не является болезнью.

Чёртов биоробот!

— Старпом АЦ, я разрешаю вам покинуть мостик и отбыть на отдых.

Тот промолчал. Сдвижные двери выпустили АЦ, беззвучно сомкнулись у него за спиной, и ЭМ остался в одиночестве. Канис сходил на кухню, достал из холодильника пакет с готовым рационом питания и стал готовить себе завтрак, который по времени корабля был поздним ужином — командир дежурил в ночную смену.

Первым делом на свет появился горячий энергетический напиток. Потом ЭМ готовить передумал и вновь сел в командирское кресло, любуясь бурей цветного безумия варпа на экранах и вливая в своё нутро маленькие порции (ибо горячо) кофеина.

Счётчик показывал, что сжимать пространство перед собой осталось уже меньше года. А дальше вся эта скучная рутина сменится пугающей неизвестностью.

Что же их ожидает? Непригодная для жизни планета? Планета, уже населённая какой-нибудь примитивной и первобытной цивилизацией? Пустота космоса, в которую они попадут из-за ошибки в расчётах?

Думать не хотелось, но приходилось. Причём всё чаще и чаще.

★ ★ ★ ★

Кеплер был до жути доволен каютой на «Лебеди».

Конечно, не двухуровневая, как у его старого знакомого, Берга, но тоже вполне себе ничего. Просторная, с настоящими иллюминаторами, а не их убогой имитацией. Есть даже возможность доставки готовой еды из ресторана, расположенного несколькими палубами ниже. Пригодится. Определённо пригодится, когда одним прекрасным вечером Лик засядет за обработку результатов какого-нибудь эксперимента и не найдёт сил и времени, чтобы спуститься на ужин…

А экспериментов учёный планировал провести немало…

Впрочем, пока ему было не до них. Кеплер сейчас хотел только одного — прогуляться по ещё полупустому лайнеру по пути в лабораторию.

Поворот налево, поворот направо, лифт, эскалатор… парк?

Серьёзно?

Они запихнули на корабль целый парк?

Зачем?

Деревья, кусты, цветы, трава…

Невероятно.

И бессмысленно…

Впрочем, наверное, за время путешествия можно здорово соскучиться по всему этому…

Учёный прошёлся по парку. Если не знать, что ты на космическом корабле, то и не поймёшь, что ты не на Земле. Или Терре. Кому как удобнее…

Скамейки, фонари, фонтаны, беседки, автоматы с напитками и мороженым… не работают, правда.

Кеплер вышел из парка и оказался в широком коридоре «Лебеди». Настолько широком, что в нём бы, наверное, смогли разъехаться две фуры. Прошёл мимо станции мини-метро — на корабле были две пронизывающие почти все палубы ветки, обслуживаемые маленькими беспилотными составами. Удобно, учитывая тот факт, что многие участники экспедиции уже в годах, а к технологиям полноценного омолаживания пока имеют доступ лишь два человека во всей изученной Вселенной.

И оба из них сейчас находились в нескольких метрах друг от друга.

Илья Евгеньевич Самсонов был злостным нарушителем законов. Законов физики. Официально работал в каком-то земном НИИ с технологиями телепортации в пространстве. Неофициально — ещё и во времени. Правда, с переменным успехом. Но до того, чтобы переместить своё тело на несколько десятилетий назад, додуматься таки смог.

Самсонов появился эффектно. Воздух позади Кеплера заискрился, и пространство принялось искривляться. Через пару секунд на месте былых искажений пространственно-временного континуума уже стоял человек.

— Ну здравствуй, друг мой омоложенный! — Илья Евгеньевич протянул руку. — В лабораторию?

Он был единственным, кто знал почти всю правду о Кеплере. И, разумеется, мог предугадывать действия своего знакомого.

— Верно, верно… Недурно, — заметил Лик и ответил на рукопожатие. — Всю энергию корабля высосал или ещё осталось?

— А ты всё шутишь. Как лет пятьдесят назад… — Самсонов улыбнулся. — Времена, когда телепортация чего-то размерами больше твоих лабораторных мышей забирала всю энергию из реакторов, остались далеко-далеко позади… Сейчас я сильно оптимизировал процесс перемещения.

— Говорят, ты таки доделал свою машину времени. Правда?

— Ну, теоретически… И эта штуковина бесполезна. Более того, даже опасна. Представим, что я отправил в прошлое лишнюю… гм, пылинку. И эта пылинка… ну не знаю, конечно, что может сделать маленькая пылинка… но, предположим, не дала твоим родителям познакомиться. И всё! Нету у нас Лика Кеплера. Никто не побеждает старение, никто не делает из мухи слона в прямом смысле этого слова…

— Печально… — согласился биолог. — Только вот слона из мухи я не делал. Ни разу.

— Ну, это я так сказанул, конечно. Шутка в своё время ходила, знаешь ли. Но мне что-то подумалось, что ты бы вполне мог провернуть что-то подобное…

— Мог и могу, — буркнул Кеплер. — Муху найти-то несложно. Только куда слона потом девать?

— Ты всё такой же, чёрт подери... — выдохнул Самсонов. — Кстати, смотри! Оп-па!

Всё вокруг закрутилось, завертелось в вихре миллиона цветных вспышек.

«Весело», — подумал Лик.

А затем понял, что сидит за своим рабочим столом.

«Если ты это читаешь, значит, попал туда, куда надо. Самсонов».

★ ★ ★ ★

— Профессор? А… как?

— Чёрная магия, Инесса. Вы что-то хотели?

— Да, я… хотела уточнить кое-что по обустройству лаборатории… Вы уверены, что мы с Никитой справимся? Может, это дело стоит поручить более… опытным вашим коллегам?

Кеплер подпёр рукой голову. Хмыкнул.

— Скажите, в том, чтобы распаковать и расставить прекрасно знакомое вам оборудование согласно плану при помощи роботов-грузчиков есть что-то сложное? Вы с вашим другом и коллегой прекрасно справитесь с этим за пару часов! Не переживайте, никакого секретного и особо хрупкого оборудования в эту… в эту лабораторию устанавливаться не будет. Кстати, я жду от вас как минимум три предположения о внутреннем строении организмов разумного вида. И не забывайте посещать онлайн-лекции в ТБУ. Вчера-то я вас на своей почему-то не обнаружил…

Инесса кивнула и скрылась за дверью. А Кеплер одной мыслью (удобная же штука — этот мозговой имплант!) запер дверь и открыл проход в длинный узкий коридор. Следовало проверить результат одного не завершённого на Терре эксперимента. И устроить маленькую безобидную шутку.

В маленькой комнатушке, оббитой металлом, прямо на полу сидела огромная крыса и, уставившись в потолок, тоненьким голоском распевала нецензурные частушки собственного сочинения. Появление учёного её ничуть не смутило.

Имплант с встроенной нейросетью нового поколения успешно прижился. Ну и модификации голосового аппарата дали результат…

— А ну прекратить! — рявкнул Кеплер.

Крыса замолчала.

— Ты принёс мне сыра? — спросила она. — Ты обещал.

— Задание выполнишь — получишь. Сразу весь кусок.

— Что за задание? — оживилось животное.

Хорошая эмуляция сознания. Очень хорошая… Жаль, что сложность и высокая смертность среди подопытных не дают поставить производство говорящих домашних животных на поток…

— Необходимо прислать одному очень хорошему человеку подарок. Во! — И учёный вытащил из кармана маленькую бутылочку дорогого террианского вина.

— Присылай координаты, начальник. Сделаем в лучшем виде. Ага. Ясненько. Ясненько…

— Только не пугай его сильно.

— Не обещаю.

★ ★ ★ ★

Самсонов, плотно поужинав в ресторане и вдоволь наболтавшись с вновь прибывшими знакомыми и незнакомыми учёными, отправился к себе домой. Само собой, хлопнув в ладоши после слов «Смотри, как могу! Оп-ля!» и методом дистанционного расщепления на атомы. Разлёгся на диване, заставил прозрачный экран материализоваться и парить после этого в воздухе и стал смотреть сериал. Старенький. Уж из актёров-то никого в живых не осталось, наверное.

К Земле летит космический корабль пришельцев. Страшных-престрашных. Можете представить себе шестилапых и шестиметровых кошек? Летит с вполне понятной целью: уничтожить. Но планы кошачьих портят маленькие крысы — те прекращают скрываться и летят на своей ракете на большую звёздную битву, отбивать свой общий с людьми дом.

— Тьфу, е-рун-да! — Илья Евгеньевич выключил кино.

— Выражаю своё несогласие, весьма интересный сюжет… — раздалось над ухом.

Физик повернул голову. И в долю секунды оказался в противоположном углу комнаты.

— Простите, я не хотела вас напугать, повелитель времени и пространства! — Крыса сняла маленький рюкзак со своей спины. — У меня для вас подарок от повелителя всего живого…

— П-поставь т-там, — попросил Самсонов. — И передай своему создателю: «Один-один. Больше сюрпризов не будет».

— Передам, — ответила крыса и скрылась в вентиляции.

Илья Евгеньевич взял со стола бутылочку, с пару секунд изучал её. Затем откупорил и сделал глоток жидкости, стоящей по три миллиона универсальных денежных единиц за литр. Дрянь. Надо ещё попросить. Только не у этой сволочи Кеплера, а у его дочери от третьего брака. Ей такие вагонами бесплатно присылают. За то, что вывела этот сорт винограда…

Глава 2

Отправление «Лебеди» опять перенесли на неопределённый срок.

То с Терры прибудет сотня-другая опоздавших учёных, то кто-то из них перепутает выходы на посадку и улетит с Внешней Станции Космопорта на Землю или на Луну, а не на «Лебедь», то на корабль вздумает загрузиться целая армия — с танками, боевыми роботами, космическими истребителями…

— Это моя личная инициатива. Я подал прошение Совету Двух Планет, его рассмотрели и утвердили, — говорил Бергу военный в отставке, глава одной из земных ЧВК, генерал Майкл Уотсон. — И правильно сделали. А вдруг на вас… то есть, теперь нас… нападут?

— Но у «Лебеди» есть своя служба безопасности… — вяло пытался спорить командир экспедиции. — Да и некому… нападать-то…

— Ошибаетесь. Враги не дремлют. Уж поверьте моему богатому и горькому опыту, молодой человек. — Уотсон покачал седой головой.

Эдуард Германович рассмеялся. «Молодым человеком» он перестал быть уже как пару десятков лет назад.

— Спасибо за комплимент.

— Всегда пожалуйста. Разрешите разместить личный состав в секторе «Лямбда»?

— Разрешаю, — выдохнул Берг. Пожал руку генералу. — Приходите вечером на совещание. Теперь вы входите в «Совет Лебеди».

— Где и во сколько?

— Восемь вечера, совещательный зал, сектор «Бета».

— Слушаюсь.

Весёлый дядька.

☆ ☆ ☆ ☆

Видимо, брать по паре-тройке лучших студентов с собой у крутых учёных считалось хорошим тоном. Иначе объяснить такое засилье молодых людей в жилом модуле сектора «Гамма» было трудно.

Особенно это было заметно в вечернее время. Группа студентов-физиков выпросила у Совета «Лебеди» пустое помещение с высокими потолками и переделала его в клуб, который мгновенно стал излюбленным местом отдыха почти всей молодёжи корабля. Днём клуб тоже не пустовал: на танцпол выносились парты, и пространство для безудержного веселья превращалось в пространство для учёбы и работы над бесконечным множеством проектов. Впрочем, тяжело в учении — легко в бою.

В выходные же дни клуб работал практически круглосуточно. В один день могли устроить дискотеку, просмотр фильма, рок-концерт, выставку картин и фестиваль вышивания крестиком с мастер-классами. Умельцев на борту хватало. Массовиков-затейников — тоже.

Впрочем, и других событий на корабле было предостаточно. Порой все транспортные системы «Лебеди» оказывались парализованными толпами возвращающихся с какого-нибудь чемпионата по игре в лазертаг — поезда мини-метро были забиты под завязку ещё на первых станциях маршрутов, а лифты приходилось ждать чуть ли не час. Проблемы были настолько серьёзными, что Совет «Лебеди» заставил инвесторов проекта раскошелиться на закупку новых составов, задержав старт на ещё одну неделю.

— Цирк какой-то, — ругался Самсонов, которого проблемы перемещения по огромному кораблю пока не касались — несмотря на сложность и ограниченность возможностей телепортации, он регулярно ей пользовался.

…Чтобы переместить кого-нибудь с одного места на другое, было необходимо знать точные координаты первого места, второго, учесть погрешности и возможность непреднамеренного смещения объекта перемещения. Это лишь для переноса в пределах километра. Для того чтобы телепортировать кого-нибудь с Земли, находясь при этом на её орбите, требовалась целая команда и целых пять процентов мощности реактора корабля. Чтобы попасть с Земли на Терру… нужно было как минимум десять таких команд — или пять Самсоновых — с каждой стороны и энергия взрыва миллиона термоядерных бомб. Кроме этого, «путешественник» прибыл бы в конечную точку уже изрядно мёртвым. Но Илья Евгеньевич не исключал, что спустя пару сотен лет и десять «омолаживаний» (может быть, даже методом Кеплера, свой-то в разы опаснее будет) ему, возможно, удастся решить и эту проблему.

Правда, вначале предстояло разобраться со сбоями в установке телепортации… А то опять не работает, и на совещание приходится на метро ездить… Впрочем, это уже не его проблема, а его сводного брата-компьютерщика. Сам сделал в своём департаменте косячную программу — пусть сам и расхлёбывает.

☆ ☆ ☆ ☆

— Итак, — начал Эдуард Германович, оглядывая собравшихся за столом, — предлагаю начинать.

Руководители различных служб и департаментов закивали в знак согласия.

— Начну с хорошей новости. Мне сообщили, что посадка людей в корабль окончена.

Комната наполнилась аплодисментами.

— Через несколько часов все склады будут доверху заполнены всеми необходимыми запасами. В случае острой необходимости мы сможем производить их прямо на борту. Специально по поручению руководителя аграрного департамента Дже Линней конструкторы внесли изменения в проект и подарили нам место под целую ферму. Кроме этого, её отец и мой давний друг, Лик Кеплер, не так давно подарил нашему миру новый синтезатор пищи. Еда, сделанная с его помощью, почти неотличима от настоящей. Так что голодными — не останемся!

Самсонов-физик принялся что-то записывать в бумажный блокнот.

— Мы готовы к старту.

В комнате вновь раздался звон аплодисментов. Только в этот раз звучал он гораздо громче.

— А теперь приступим к докладам…

Всё веселье как ветром сдуло.

☆ ☆ ☆ ☆

Новое Великий Предводитель было взволновано.

Толпа внимала его стрекотанию.

Толпа слушала.

Но уже тут и там раздавались недовольные скрипы, которые, впрочем, быстро заглушались соседями недовольных.

Половине населения Крч-Цкр предстояло оставить планету Щ-к-рщ и отправиться на только что построенных кораблях на войну с очередными живыми существами. Новое Великий Предводитель искало добровольцев. И очень извинялось за гибель старого Великого Предводителя вместе с тремя другими тараканами в результате падения неисправного спутника.

Фкш-Скр-Щ думало недолго. Его конечность вскоре возвышалась над толпой в знак согласия. Великий Предводитель, завидев его волеизъявление, радостно застрекотало. Вскоре к Фкш-Скр-Щ начали присоединяться другие.

Нужно уничтожить другую цивилизацию, пока она не уничтожила твою! И оно, Фкш-Скр-Щ, само сможет помочь пробить её хитиновый панцирь! А может, и само совершит какой-нибудь подвиг! Или героически погибнет за будущее всех Тараканов, что, вообще-то, очень почётно!

Великий Предводитель жестом попросило добровольцев остаться, а остальных разойтись. Вскоре на главной площади Крч-Цкр осталось с сотню существ. Великий Предводитель приветственно всем помахало и повело за собой, к стартовой площадке кораблей. Тараканы послушно двинулись за ним.

А в ночном небе то и дело вспыхивали новые звёзды — корабли, построенные другими тараканами в других поселениях планеты, взлетали и присоединялись к огромному флоту тараканьей цивилизации.

☆ ☆ ☆ ☆

Зиц был ящером-изобретателем, и потому верил лишь науке, а всякие разные пророчества из Священных Книг считал «выдумкой, ерундой и примитивными суевериями». Однако его друг Кан, ящер-фермер, был с ним кардинально не согласен.

— Я тебе серьёзно говорю! Даже мудрец Цен был!

Упоминание одного имени старого ящера ввело Зица в неподдельный экстаз. Мудрец Цен был автором многих трудов по механике. Очень уважаемым, между прочим!

— О-о!.. Ты видел мудреца Цена? Серьёзно? — с придыханием спросил изобретатель.

— Серьёзнее некуда. Я вот к тебе зачем пришёл… может, попробуем отыскать этих двух волков?

— Зелёного и розового?

— Синего и белого.

— Стоит ли игра свеч?

— Двести монет! Подумай, Зиц! — ужаснулся Кан.

— Ну… — Ящер почесал голову лапой. — Если серебряных, то попытаться можно. Серебряных ведь?

Кан помотал головой.

— Нет, Зиц.

— Ну, тогда…

— Золотых, Зиц. Зо-ло-тых!

— Ух ты ж…

Можно и попытаться… Почему нет? Да даже на полсотни золотых можно такую лабораторию отгрохать! А тут — сто, да ещё и каждому! А если получится отыскать сразу двух…

— Вот и я о том же.

— А где примерно эти звери должны появиться, мудрец Цен не говорил?

— Не-а, — грустно сказал Кан. — Иначе не было бы смысла давать столько денег… Но мы определённо должны поиметь с этого события максимум!

— Тогда… тогда… — Ящер задумался. — Нет, друг, эта задачка нам не по зубам… Появятся они в Горной стране — и что нам делать?

— Ты же изобретатель…

— И?

— Придумай что-нибудь. Двести золотых! ДВЕСТИ!

Зиц хлопнул по столу так, что кружки с медовухой подпрыгнули.

— НЕ КРИЧИ!!! И прекрати заниматься ерундой. Не надо на меня так смотреть, это самая настоящая е-рун-да! Лучше скажи, моя новая насадка на плуг хорошо себя показала?

Фермер обиженно засопел.

— Угу.

В это время в дверь изобретателя постучали. Он нехотя поднялся из-за стола. Вытер лапы. Потянулся, пошёл в прихожую.

— Открыто!.. Входите!..

Дверь со скрипом впустила гостя. Сапожник без сапог, подумалось Кану. Изобретает кучу всего — вон, планер недавно собрал, например, — а петли в своём доме смазать не может!

В дом вошёл богатый вельможа.

— Это ведь вы изобретатель Зиц?

— Я, — выдохнул ящер. — С чем пожаловали?

— Королю нужно сделать заказ.

Зиц прищурился.

— Королю или вам?

— Коро… мне. Мне-мне. Я заказывал у вас в прошлом году лампу, вы обещали сделать скидку при следующем заказе… нужно сотню ваших огненных трубок и одну большую клетку. Вот столько вот на столько. — Ящер лапами показал габариты.

— Со вторым к кузнецам, — отрезал Зиц.

— О нет, мне нужна особая конструкция. Ловушка. Её можете изготовить только вы.

— Я возьмусь за это дело… возьмусь. Но поймите меня правильно, у меня сейчас в приоритетах — разработка парового движителя… Месяц. И сто медных монет.

— Два серебряных. И неделя.

— Три.

— Вы меня без штанов оставить хотите? — заныл посетитель. — Два дня.

— Три.

— Ай, великий пожиратель душ с вами. Договорились. А теперь извините, мне надо спешить. — И ящер засеменил обратно к двери. Но на полпути остановился, вытащил из кармана кошель и достал из него две серебряные монеты. — Предоплата. Чтобы вы точно всё сделали.

После чего окончательно покинул обитель Зица.

Изобретатель посмотрел на Кана. Подкинул монеты в воздух, поймал и снова подкинул.

— Учись, как иметь «максимум с этого события»!

Фермер смотрел на него с раскрытым ртом. Три серебряных — это же его полугодовой заработок!

☆ ☆ ☆ ☆

Железная коробка, в которой разместилось Фкш-Скр-Щ, была теснее его норы раза в три. Они ещё не взлетели, но многие тараканы уже пожалели, что согласились на это путешествие. Однако Великий Предводитель успокоило, что теперь им ближайшие несколько оборотов Щ-к-рщ вокруг Трёх Прекрасных Звёзд не придётся ни работать, ни откладывать личинок, и это вызвало у отчаявшихся было тараканов осторожный оптимизм.

Из динамиков раздалась ободряющая речь Великого Предводителя. Оно летело отдельным, более комфортным кораблём, но мысленно было с ними, запертыми в тесных железных коробках, и это как никогда согревало.

Речь замолкла. В тот же миг всё затряслось, загромыхало; свет в коробке потух. Через некоторое время Фкш-Скр-Щ почувствовало невесомость, и, несмотря на то, что никогда не испытывало ничего подобного, поняло: родное поселение и родная планета остались позади.

Вновь включились динамики — вместе со светом. Великий Предводитель поздравило всех с успешным взлётом и заверило, что вечером всем будет выдан праздничный рацион питания, а пока что…

Плюс рейтинг ВСЕМ!

ВСЕМ разрешается выйти из боксов!

Щёлкнули замки, и двери полусотни железных коробок открылись, выпуская своих пассажиров наружу. Длинный коридор заполнился плавающими тараканами. Те, завидев своих сородичей, радостно затрещали, принялись активно поздравлять друг друга.

Фкш-Скр-Щ обменялось поздравлениями с Цпц-Фрк-Ф и Ррк-Чрф-Ш и, смешно даже для самого себя орудуя конечностями, подплыло к единственному иллюминатору, за которым, впрочем, ничего не увидело. Лишь серую пустоту. Слетало в кабину пилотов, Шкш-Фрв-Ц и Фвр-Щкт-Т. Те были необычайно добры и даже разрешили посидеть в одном из кресел и нажать на пару кнопок. Вернулось в свою коробку.

А жизнь-то и вправду становилась интереснее!

☆ ☆ ☆ ☆

— Ты серьёзно?

— Серьёзнее некуда.

— Но как ты до этого… додумался? — удивился Зиц, приехавший в гости к своему другу на новом самоходном экипаже. Паровой движитель был ещё не столь совершенен, чтобы активно использоваться в повседневной жизни, но на первом испытании показал себя весьма и весьма неплохо.

Ящеры сидели во дворе у Кана. Тот ждал визита с самого раннего утра и потому был готов: накрыл стол, достал из погреба ягодную настойку.

— Это не совсем моя заслуга, скорее, моей любимой, — ответил фермер. — Именно она придумала продавать готовую еду поисковым отрядам богатых вельмож вроде твоего заказчика. А я… а я придумал как это реализовать.

— И как?

— Ну, не два серебряных, конечно…

— Три. Вообще-то.

— Но сотню медяков в неделю имеем. Стабильно, — похвастался ящер, делая акцент именно на слове «стабильно».

Зиц молча пожал Кану лапу.

— Снимаю шляпу, друг!

В калитку кто-то постучал.

— Заходите, — крикнул фермер.

— Крокодил ваш на цепи?

— Да.

— В таком случае здравствуйте… — Перед ящерами предстал уже знакомый вельможа. Увидев изобретателя, он заметно удивился.

— Чем обязан вашим личным визитом, уважаемый? — спросил Кан, привставая.

— Хотел бы заключить новый контракт с вами. Ещё полсотни ящеров сможете прокормить?

— В день?

— В день.

— Зависит от того, насколько они неприхотливы… и количества медяков, которые вы готовы отвалить за это.

— Неприхотливее вас. А деньгами вас мы не обделим. Вот! — И богач достал из кошеля серебряный.

Кан взял монету, попробовал на зуб, потёр о рубаху. Спрятал в свой кошель.

— Согласен.

— Я знал, что так и будет! — Вельможа протянул лапу, скрепляя договор рукопожатием. — А теперь у меня есть дело к вашему товарищу. Изобретатель Зиц! Вы где?

— А? — раздался голос из нужника.

— Я слышал, ваши опыты по созданию парового движителя потерпели сокрушительный успех.

— Я вас слушаю.

— Можете сделать мне десять самоходных повозок?

— А вы мне?

— Сто серебряных!

— Могу! Ещё как могу!

— А поставить на них ваши огненные трубки?

— В лучшем виде сделаю, господин! В лучшем виде!

☆ ☆ ☆ ☆

Эйфория у Фкш-Скр-Щ прошла быстро.

По ночам тараканов снова запирали в железных коробках, а тех, кто в первый раз отказался подчиняться властному стрекотанию Великого Предводителя, чуть не поджарило электрическим током и жёстко опустило в рейтинге. По утрам, вернее, в то время, когда свет в длинном сером коридоре зажигался вновь — ведь утра как такового не было, — всех ненадолго выпускали, чтобы раздать рационы питания, а после отправляли обратно, чтобы повторить это же самое действо через несколько часов, ближе к «вечеру».

Единственной радостью была ежедневная речь Великого Предводителя. Тараканы слушали и надолго погружались в мечты о полной и безоговорочной победе над всеми цивилизациями, уже вымершими, существующими и даже не зародившимися… ведь если не победишь ты, то победят тебя…

Флот Тараканов медленно, но неумолимо двигался к точке пространства, где их разведывательный зонд столкнулся с разведывательным зондом другой цивилизации. Ощетинившись миллионом смертоносных орудий, тараканы спешили на битву, воображая, как будут громить очередных Крыс, Арахнидов или Муравьёв.

История научила: если не ты, то тебя.

Уж слишком много горестей выпало на долю бедняг…

Но ничего, они всем ещё покажут. Покажут!

Как Крысам, как Муравьям, как Арахнидам…

Цивилизации будут молить о пощаде, но Тараканы безжалостно убьют всех! Всех! Всех!

Ведь если не ты, то — тебя…

Если не ты…

…то тебя.

☆ ☆ ☆ ☆

— К сожалению, мы вынуждены вновь задержать вашу отправку, — сообщил председатель Совета Двух Планет Бергу, изо всех сил изображая раскаяние. — Мы понимаем ваше разочарование, однако понимаем и всю важность этого момента для Человечества. Хочется устроить ваше отбытие самым что ни на есть наилучшим образом…

— Да, конечно, — обречённо ответил Эдуард Германович. Пока не отдан приказ, «Лебедь» и с места не тронется. — Как вам угодно.

— А вам мат, — тихо сказал генерал, переставляя своего шахматного коня. Председатель как всегда позвонил не вовремя, но ради его очередных извинений партию прерывать не стали — просто выставили шумоподавление на максимум.

Руководитель экспедиции жестом показал, что хочет отыграться, и Уотсон принялся расставлять фигурки на доске.

— Задержка составит не более трёх суток. Это окончательное решение.

— У меня нет оснований не доверять Совету… — сказал Берг в камеру дрона, крутившегося рядом.

Конец связи. Парящий в воздухе экран погас. Дрон приземлился на стол.

— А вы неплохой шахматист… — задумчиво произнёс генерал. Эдуард Германович в несколько ходов «съел» слона, на которого его генерал возлагал большие надежды.

— Вас я тоже считаю достойным противником.

Уотсон передвинул оставшегося в живых слона и сцапал ладью Берга. Задумчиво повертел фигурку в руках.

— Коллекционные?

— Коллекционные.

☆ ☆ ☆ ☆

Председатель Совета Двух Планет не обманул.

Уже через двое с половиной суток им в торжественной обстановке был дан сигнал к отлёту, и «Лебедь» покинула Солнечную Систему.

…В Зале Торжеств, напоминающем стадион, было не протолкнуться — добрая половина «населения» корабля решила посетить церемонию отлёта. На самих двух планетах на площадях крупных городов — тоже. Особенно в Дубае, где Совет Двух Планет в полном составе и собрался.

«Лебедь» запустила двигатели.

И сошла с орбиты, входя в атмосферу планеты, чтобы в последний раз покрасоваться перед землянами и, чего греха таить, террианцами, массово повалившими на Землю ради такого зрелища.

Корабль лениво проплывал над крупнейшими городами планеты, как всегда переливаясь разноцветными огнями. Где-то там, внизу, далеко-далеко, ему радовались, аплодировали, его секундное появление и ярко-красный след работающих маневровых двигателей старались запечатлеть в памяти мозговых имплантов. Где-то там, внизу, взрослые и дети завидовали участникам полёта, мечтали, что когда-нибудь тоже отправятся в долгое и опасное путешествие, или жалели об упущенных возможностях…

На сцене появилась голограмма председателя Совета Двух Планет. Тот долго рассыпался в благодарностях конструкторам, учёным, участникам экспедиции, потом пустился в размышления об истории покорения космоса, а затем, когда все уже устали его слушать, вдруг рассказал парочку анекдотов и наконец-то пропал.

На сцену забрался Самсонов. Прочитал мини-лекцию о способах перемещения быстрее скорости света. Исчез под аплодисменты.

Вышел главный конструктор, Вик Тесла. Он был террианцем, а среди местных учёных после воссоединения параллельных миров вошло в моду брать фамилию какого-нибудь знаменитого земного учёного. Рассказал общеизвестную информацию о технических характеристиках корабля. Ушёл.

И, наконец, показался Берг.

— Здравствуйте, дорогие участники полёта! Сегодня для нас всех знаменательный день. Нам предстоит вступить в контакт с другой цивилизацией. Несмотря на все предубеждения, касающиеся их внешнего вида.

Кто-то в зале захихикал. Послышались жиденькие аплодисменты. Но быстро смолкли.

— Что ждёт нас впереди? Неизвестность. Мы не можем предсказывать будущее. Мы можем лишь делать прогнозы, увы, весьма и весьма неточные. Но это — неотъемлемая часть всех исследовательских экспедиций. В этом всём и кроется какая-то… романтика. Без неё в нашем деле — никуда.

Зал молчал. Лишь жужжание моторчиков дронов с видеокамерами, транслирующими картинку на парящие в воздухе огромные экраны, нарушало всеобщую тишину.

— Сегодня мы делаем огромный шаг в будущее, создаём прочный его фундамент. Сегодня начинается новая глава в истории всей, не побоюсь этого слова, изученной Галактики, и мы сами переворачиваем страницу, начинаем с чистого листа! — Эдуард Германович выдержал небольшую паузу. — А теперь предлагаю не тянуть, и объявить нашу экспедицию — начавшейся!

Его последние слова потонули в рёве толпы. Толпа ликовала. Толпа долго этого ждала, долго болталась на орбите Земли, долго проклинала «тугодумов, задерживающих наступление важного исторического момента». Толпа дождалась.

Вспыхнули огненные фонтаны, с потолка полетели блёстки. На экранах появилось изображение капитанского мостика. Капитан — седовласый чёрнокожий землянин — нажал на символическую красную кнопку. И в тот же миг трансляция переключилась на наружные камеры.

«Лебедь» взмыла вертикально вверх, оставляя Землю далеко позади. И помчалась по Солнечной Системе — на экранах замелькали Меркурий, Венера, снова проскочила Земля, проплыл Марс, окружённый искусственными спутниками и станциями, пояс астероидов, Юпитер, Сатурн со своими кольцами, Уран, Нептун… карликовые планеты…

Корабль ощутимо замедлился, и на экранах появилась картинка с самой далёкой от Солнца обитаемой космической станции. Огромный светящийся параллелепипед шёл на малом ходу мимо планетоида, жители которого, смотря на звёздное небо, махали вслед уходящему в дальние дали научному лайнеру.

Показалась обитаемая обсерватория. Судя по картинке с неё, «Лебедь» создала перед собой огромный портал и сейчас медленно погружалась в него. Теперь счастливые обладатели иллюминаторов в своих каютах несколько разочаруются. Звёздное небо из гиперпространства не наблюдается… Видна лишь серая пустота, пронизываемая лучами мощных прожекторов.

Теперь пути назад не было. Как залезть в гиперпространство, Самсонов придумал, как вылезти — тоже, а вот до того, как безопасно выпрыгнуть на полном ходу, пока не додумался.

Вперёд — и только вперёд!

Глава 3

На ночном банкете, устроенном в честь начала очередной экспедиции, было совсем не весело.

— Это научная экспедиция! — жарко спорил Берг, участник всех четырёх окончившихся неудачей дальних полётов. Тогда ещё не было столь совершенных зондов, и потому каждый раз по прилёте в новую звёздную систему исследователи либо обнаруживали либо пустую планету, либо очередной газовый гигант, либо вообще ничего. — Здесь не место бесконечным гулянкам и разброду с шатаниями! Здесь место работе! Исследованиям! А не одному лишь веселью! Делу — время, потехе — час!

— Вы, безусловно, правы, — дискутировал с ним руководитель научного департамента, Ник Ньютон. — Но пока исследованиями занимается лишь мой коллега, Самсонов. А всем остальным исследовать пока нечего. Вот и развлекаются как могут…

— Нечего развлекаться! Пусть тренируют свои мозги и тела! — ругался Эдуард Германович. — Устройте им вместо очередной гулянки… ну, не знаю, какой-нибудь… чемпионат!

— По чему? — ужаснулся Ник.

— По шашкам и армрестлингу, — подал голос генерал. Он, в отсутствие полноценной работы для своих людей, смог занять их делом почти мгновенно — часть ввёл в подчинение руководителю внутренней службы безопасности, что позволило избежать больших разрушений после окончания всех праздничных мероприятий для «простых смертных», а часть заставил тренироваться, причём сам бегал со всеми наравне.

— Во! Точно! — поддержал Берг. — И пусть это всё будет первое время… скажем, добровольно-принудительным.

— Хорошо… сделаем… — пробормотал Ньютон. — А товарища Самсонова… тоже?

— Что «тоже»?

— Добровольно принуждать.

— А чем он занят?

— Опыты в гиперпространстве ставит. Вот! Смотрите!

В иллюминаторе каюты Берга показался Илья Евгеньевич с огромным чемоданом в руке. Он покинул корабль лишь в одном серебристом защитном костюме, даже без жёсткого скафандра.

— ЧТО?!

— Да не волнуйтесь вы так, Самсонов в порядке, — успокоил Ник Ньютон. Тот в подтверждение его слов помахал свободной рукой.

Берг шумно выдохнул.

— Если занят делом — то не привлекайте. Наоборот, хвалите, приводите в пример!

— Сделаем…

★ ★ ★ ★

На следующее утро Эдуарду Германовичу на мозговой имплант пришёл запрос голосовой связи, который, собственно, его и разбудил.

— Доброе утро, — пробормотал он.

— Не соглашусь, — ответил капитан корабля. — У нас обнаружились небольшие проблемы.

— Докладывайте.

— Вам лучше подняться на мостик. Проблемы небольшие, но серьёзные.

— Буду в течение получаса. Устраивает?

— Устраивает.

Вот тебе и доброе утро…

Берг быстро позавтракал остатками от вчерашнего банкета, умылся-побрился, надел парадную форму и направился в сторону мостика, по пути чуть не врезавшись в группу сотрудников Космофлота, что-то жарко обсуждающих между собой.

— …на этого поставлю, на Кеплера! Да он явно себе мышцы модифицировал, сто процентов победит! — донеслось до руководителя экспедиции.

Похоже, кое-кто уже организовал турнир по армрестлингу… Круто, чёрт возьми!

Жаль, что сейчас не до этого…

Массивные железные двери, преграждающие случайному путнику дорогу к пультам управления «Лебеди», любезно открылись. Эдуард Германович шагнул в дверной проём.

— Здравствуйте. — Капитан пожал Бергу руку.

— И вам не хворать. Что случилось?

Капитан подвёл руководителя экспедиции к одному из экранов.

— Мы выйдем из гиперпространства довольно далеко от конечной точки маршрута. Как оказалось, при прокладке курса в неисследованных секторах космоса могут вылезти непредвиденные погрешности.

— И что вы собираетесь делать?

— Вариант первый — следовать до искомой звёздной системы на маневровых двигателях. Уходить в гипер или в варп в области белых пятен на нашей космической карте — равносильно самоубийству. В первом случае можем застрять в безвременье на миллиарды лет, во втором — опять прилететь не туда и окончательно заблудиться.

— Я так понимаю, координаты места нашего выхода из гиперпространства уже известны?

— И да и нет. Компьютеры упорно уходят в ошибку. Известно лишь, что координаты точно не совпадут с теми, которые… гм, должны быть.

— А если мы окажемся в нескольких световых годах от нужной планеты? Маневровые двигатели на то и маневровые, что разгоняют нас лишь до досветовых скоростей…

— А теперь — про второй вариант. Можно прыгнуть обратно, ну, не до Земли, конечно. К ближайшему маяку. А затем — перестроить маршрут с учётом набитых шишек. Правда, это не гарантирует того, что мы возьмём верный курс.

Эдуард Германович задумался. Посмотрел на серую пустоту гиперпространственного туннеля, освещаемую прожекторами «Лебеди». Оба варианта казались ему сомнительными. Очень сомнительными… И так — лететь два года… и это только лишь до неправильной точки. Сколько же ещё придётся потратить, чтобы попасть туда куда надо? И будет ли оно стоить того?

— А третий вариант — возвращение назад?

— Если прикажете вернуться, то конечно.

Совсем как в третью экспедицию Берга… Тогда их маленький «Воробей» спустя полтора года вынырнул совсем не там, где ожидалось, и руководитель той экспедиции отдал приказ завершить её досрочно. В то время такие провалы, разумеется, были в порядке вещей. Не было подтверждённой информации о существовании чего-либо, приходилось слепо верить прогнозам людей и ИИ и «бить» наугад…

— А прервать полёт? И войти в гипер снова?

— Вы и сами знаете.

— А если…

— Ну…

И мужчины сели ждать Самсонова.

Тот явился через десять минут. Система телепортации во время нахождения «Лебеди» в гиперпространстве, к его огромному разочарованию, не работала.

— Я вас слушаю, товарищи!

Капитан кратко посвятил его в курс дела. Илья Евгеньевич задумался.

— Ну, чисто технически мы выйти-то из гиперпространства сможем. Только от нас и от корабля при этом ничего не останется. Впрочем, можно попробовать скорректировать курс…

★ ★ ★ ★

— Сегодня вы пришли раньше на пятнадцать минут сорок семь секунд, — констатировал АЦ, когда ЭМ явился на мостик.

— Да ты заколебал! — выругался командир.

Канис сделал вид, что ничего не услышал, и, отвернувшись, принялся в очередной раз проверять вечно стабильные показания приборов.

И зачем было нужно погружать всю команду в анабиоз, оставляя только этого… зануду?

В этот раз ЭМ приготовил себе полноценный завтрак. Но этого явно не хватало, и потому канис полез в свой карман, выудил оттуда ключ-карту и, открыв тайник, приложился к одной из бутылочек. За этим его и застал АЦ, зашедший на кухню, чтобы сообщить о том, что его смена подошла к концу, и приступить к ужину…

— Командир?! — ужаснулся старпом.

— Слушаю. — ЭМ невозмутимо вернул бутылочку на место.

— Не надо… так делать…

— Надо — или не надо, я сам разберусь, — ответил канис и, гордо вытянувшись, покинул кухню.

★ ★ ★ ★

— Первым делом оповестите всех о том, что может пропасть электричество, — бормотал Самсонов, подключая своё оборудование к пультам управления гиперпространственными генераторами. — А дальше я справлюсь сам…

— Сделаем. — Капитан кивнул и тут же, воспользовавшись подсказками встроенного в имплант ИИ, принялся раздавать приказы подбежавшему инжернеру-энергетику Космофлота: — Разошлите предупреждения по внутренней сети, начинайте останавливать метро и лифты. Снизьте яркость освещения во всех каютах. В коридорах выключите вообще, оставьте лишь аварийный свет. Оставьте полное снабжение всем лабораториям, медицинскому и аграрному сектору, пищевым производствам. Связь по возможности сохраните.

— Порядок пусть обеспечивает служба безопасности, — добавил Берг. — Выводит заблудившихся путников. И пресекает все попытки бунта.

— Я закончил, — прокряхтел Илья Евгеньевич, поднимаясь с пола. — В смысле, подключился.

— Теоретически, минут через тридцать можно будет начинать, — задумчиво произнёс капитан. — Введение временных ограничений на таком корабле — дело небыстрое и непростое.

— Полчаса можно и подождать… Кстати! Я тут прикинул… мы с вами вовремя спохватились. Ещё бы чуть-чуть — и пришлось бы тратить несколько лет вместо полугода.

— Полугода? — удивился Эдуард Германович. — Всего? Нам лететь полгода после правки курса?

— Ну… по беглым расчётам, да. Новые гипердвигатели, моя очередная разработка, — похвастался Илья Евгеньевич. — Вернее, моего конструкторского бюро…

— Да ладно! У вас уже и конструкторское бюро имеется?

— Ага. Недавно появилось. Движки проектируем… Вот, например, был недавно такой заказ…

— Можно начинать, — встрял в разговор капитан.

— Быстро… однако! — протянул Берг.

— Это всё ваш генерал — как узнал о проблеме, так сразу… ускорил процесс. Передайте ему благодарность.

— Он не мой, — рассмеялся Эдуард Германович. — Но передам, не переживайте.

— Начинаю корректировать курс, — бодро отрапортовал Самсонов.

На мостике сразу воцарилась тишина. Берг, капитан, все остальные сотрудники Космофлота замерли, упёршись взглядами в спину Ильи Евгеньевича.

Несколько минут ничего не происходило.

А затем всех оглушил звон сигнализации.

Термоядерный реактор «Лебеди» выдал ровно половину своей мощности. Шестьдесят процентов. Семьдесят. Семьдесят пять. Восемьдесят…

— Не опасно? — спросил руководитель экспедиции.

— Не волнуйтесь, этим дело ограничится, — успокоил Самсонов.

— Имейте в виду, — начал капитан, — если дело дойдёт до девяноста процентов, то я прерву ваш… эксперимент!

Но нагрузка на реактор и вправду перестала расти.

— Может начаться небольшая турбулентность, — предупредил экспериментатор.

— Гравитационные компенсаторы — включить! Максимальная степень погашения колебаний!

Пространство перед «Лебедью» начало искривляться. Серая пустота сменилась фиолетовыми вспышками. И корабль затрясло. Впрочем, скоро всё вернулось на круги своя.

— Проверяйте координаты, — небрежно бросил Самсонов, встал со своего рабочего места и начал не спеша отключать оборудование.

— В яблочко. Погрешности… в пределах допустимых норм, — отозвался капитан через некоторое время. Пожал Самсонову руку.

Берг тоже не остался в стороне:

— Объявляю вам огромную благодарность от лица председателя Совета «Лебеди» и готов выполнить любую вашу просьбу.

— Свет включите, — буркнул Илья Евгеньевич, взваливая ящики с аппаратурой на роботизированную платформу. Сотрудники Космофлота было пытались помочь, но он их отогнал.

— Да-да, конечно, конечно, — услужливо отозвался капитан. — Подождите немного. Впрочем… у меня есть одно предложение.

— Слушаю.

— Мы с моими помощниками посовещались, и решили, что подобное устройство пришлось бы весьма кстати на корабле, который часто бывает в малоисследованных областях космоса. Может, сможете сделать что-то подобное? Если не сложно, конечно.

— Да что тут сложного? Легче лёгкого, проще простого. Мысль… разумная! Сделаю. Если не забуду. А теперь извините, но я вынужден вас покинуть. — С этими словами Илья Евгеньевич запрыгнул на платформу и тронул с места.

— А свет?

— Да ладно…

Через несколько секунд из коридора с разницей в пару секунд донеслись грохот и ругань. Судя по тому, что бранились двое, платформа Самсонова умудрилась на кого-то наехать и уронить либо груз, либо своего пассажира, либо всё сразу.

— Кстати, — спросил капитан Эдуарда Германовича. — Вы слышали, что один из наших древних зондов столкнулся с НЛО?

— Каких зондов? — не понял руководитель экспедиции.

— Исследовательских. Первая партия, ещё времён открытия Терры. Двести лет назад их запустили… Говорят, влетел в инопланетный корабль…

— А… — Эдуард Германович махнул рукой. — Ерунда. Слышал, конечно. Хотели даже экспедицию очередную собирать. Якобы…

— А если и впрямь соберут, полетите?

— Нет.

— Почему?

— В отставку уйти хотел… Налетался, наисследовался, накомандовался.

— Отпускают?

— Пока — да. А эликсира вечной молодости пока что ещё не изобрели…

— А Кеплер этот? — рассмеялся капитан.

— Да кто ж его знает? Может, и открыл уже чего-нибудь там… да только вот спросишь прямо — начинает темнить. Видать, пока опасно кричать во всю ивановскую о своём открытии…

— Погодите. Вы серьёзно? Верите в эти шутки?

— А это не совсем шутки. Я лично знаком с Ликом уже какой десяток лет… Кстати, а свет-то когда дадут?

— В течение полутора часов. Энергетики решили попутно провести внеочередную проверку систем безопасности…

— Вы уж простите, — сказал главный инженер-энергетик, как раз примчавшийся из машинного помещения. — Но после таких нагрузок…

— Ох… — выдохнул Берг. — Ну, что ж. Делайте что должны. А я пройдусь, посмотрю, как там наш генерал справляется…

★ ★ ★ ★

Погружённые в полумрак коридоры «Лебеди» смотрелись весьма органично.

Первые десять минут.

Без работающего метро или хотя бы лифтов с эскалаторами и траволаторами прогулка по «Лебеди» обещала выдаться долгой. На роботизированных платформах двигаться также было невозможно — их примитивные сенсоры совершенно не ориентировались в полутьме. По пути к парку, где генерал организовал командный пункт, Берг неоднократно натыкался на аварии, устроенными этими глупыми самоходными телегами. По слухам, было даже несколько пострадавших в результате наездов тех на людей.

В парке, на удивление, было светло. И многолюдно. Эдуарда Германовича обступили со всех сторон недовольные пассажиры лайнера.

— Когда уже дадут электричество?

— Сколько можно?

— Говорят, это из-за неисправности реактора! Почему вы допустили это при приёмке?

— Мы хотим назад! Вер-ни-те нас на-зад!

— Почему вы бездействуете?

— Стоп! Подождите, подождите! — Берг поднял руки. — Давайте…

— Давайте без «давайте»!

— Когда вернёте свет?

— Как вы вообще на эту должность попали?!

Руководитель экспедиции выдохнул.

— Да послушайте же вы! Отключение электричества было вызва…

— Врёт он всё! — Какой-то щупленький старичок замахнулся на него палкой.

В ту же секунду толпу оттеснила группа военных с парализаторами наперевес.

— Пройдёмте, — обратился один из солдат. — Генерал Уотсон ждёт.

Генерал действительно ждал в одной из беседок недалеко от парковой сцены. Рядом с ним висел, громко жужжа, рой дронов-операторов.

— Эдуард Германович, — обратился Уотсон, пожимая руку. — Народ волнуется. Ещё чуть-чуть — и придётся применять вооружение.

— Хотите сказать, ещё ни разу не стреляли?

— Мои ребята… — Генерал окинул взглядом солдат. — …Необычайно терпеливы. И миролюбивы. Но поверьте, если что — церемониться не будут!

— Вот до этого доводить бы не хотелось, конечно.

— Есть предложение.

— Слушаю.

— Знаете… решать, конечно, не мне, но… Я предлагаю вам обратиться к народу. Всё же вы теперь — как мэр небольшого города, и ваше слово что-то да значит.

— Так дроны — это для меня, что ли?

— Так вы согласны?

— Куда уж теперь деваться?

★ ★ ★ ★

Эдуард Германович прокашлялся. Окинул взглядом собравшихся. Народ несколько присмирел. Вероятно, боялся хмурого генерала, стоящего рядом с Бергом с внушительного вида парализатором наперевес, — Майкл Уотсон выглядел так, словно был готов лично уложить всю толпу.

— Дорогие пассажиры «Лебеди»… от лица всего руководства корабля хочется принести вам самые искренние извинения за предоставленные неудобства. Сегодняшнее отключение электричества было вызвано жизненной необходимостью. Дело в том, что произошёл сбой, мы ушли с маршрута. Требовалась безотлагательная корректировка курса, что блестяще выполнил наш инженер, физик, глава технического департамента и почётный сотрудник научного — Илья Евгеньевич Самсонов. Теперь наш путь вместо двух лет займёт всего полгода. Но корректировка повлекла за собой повышение нагрузки на реактор. Сейчас его обследуют специалисты технического департамента и сотрудники Космофлота. Системы корабля обещают постепенно запускать. Вернуть свет обещают в течение… пары часов. Спасибо за внимание…

Люди для вежливости похлопали, пошептались между собой, а потом вдруг резко ломанулись к выходу из парка, толкаясь и ругаясь.

— Чего это они? — удивлённо спросил руководитель экспедиции у генерала.

— Так слух прошёл, что метро запустили, — ответил тот. — На станциях давка. Составы только через пятнадцать минут пойдут, а народ уже боится не успеть.

— А лифты ещё пока не все работают… — пробормотал Эдуард Германович, бегло просматривая информационный поток с помощью импланта. — Но уже хорошо…

— Вы спешите?

— Нет… Пока никуда, ибо некуда.

— К счастью.

— К счастью…

— Может, партию в шахматы? — предложил Уотсон.

— А, давайте, — согласился Берг и бодро спрыгнул со сцены. Площадь перед ней уже опустела. — Кстати, а кто победил в чемпионате по армрестлингу?

— Да этот ваш…

— Кеплер?

— Не, он в первой же игре… гм… продул, чему, впрочем, ничуть не расстроился. Я говорю про того, кто курс «Лебеди» корректировал.

— Самсонов?

— Точно! — Генерал принялся расставлять фигурки на доске. — И как он всё успевает?

Эдуард Германович пожал плечами.

— Да кто ж его знает?

★ ★ ★ ★

От предложенной бутылки элитного террианского вина Уотсон отказался. Будучи прожженным зожником, он попросту не знал, что ему предлагают три миллиона уде в жидком виде. Впрочем, даже если б и знал, то всё равно бы не взял: на счетах отставного вояки скопились сотни миллиардов, а крохобором он никогда себя не считал.

Кеплер пожал плечами, но удивляться и обижаться не стал, а молча принёс своему гостю террианский чай, который, впрочем, тоже стоил немалых денег.

— Вот это — по-нашему, — одобрительно отозвался генерал, пододвигая чашку к себе.

— Сахар? — предложил учёный.

Уотсон посмотрел на него таким взглядом, что тот сразу всё понял.

— Я к вам, собственно, вот с каким делом… — начал рассказывать генерал, не забывая прихлёбывать чай. — Несмотря на то, что ваша личность окутана загадками, словно табачным дымом моего покойного дядьки… я всё равно вам доверяю. Слышал я, что вы добились значительных успехов в регенерации повреждённых тканей…

— Да, и довольно давно. Признаться, тот самый «эликсир молодости» основан на одном из принципов этой технологии. Просто восстанавливаются клетки, повреждённые… гм, нашим возрастом.

— Значит, это не шутки? — встрепенулся Уотсон.

— Не шутки, — ответил Кеплер. — Но эта технология пока слишком… опасна. Для всеобщего применения. Начатые эксперименты на лабораторных мышах показывают, что я — весьма везучий человек. Такая смертность… от «эликсира вечной жизни»…

— Сколько?

— Скажем, процентов девяносто.

— А причём здесь ваша везучесть-то? Это ж… наоборот… неудача…

— Вы совсем не слышали шуток про меня?

— Почему же? Слышал. Только не понимаю, причём здесь…

— Я на год моложе вас.

— Серьёзно? Вы выглядите так, как будто… вы чуть старше своей дочери!

— Серьёзнее некуда.

Генерал, не желая верить в услышанное, внимательно оглядел учёного, пытаясь понять, врёт ли тот. Не врал.

— Так вы ввели эту дрянь себе?

— Верно. И… никаких побочек. Повезло.

— Значит, и жестокие эксперименты на людях — тоже правда… — задумчиво произнёс Уотсон. — С маленькой оговоркой.

— С маленькой оговоркой, — рассмеялся Кеплер. — Кстати, а что вас интересовало в моих исследованиях регенерации?

— Насколько ваши способы хороши?

— Весьма! — многозначительно ответил Кеплер и поднял указательный палец вверх.

— «Весьма» — понятие растяжимое!

— Ну… предположим, вы потеряли ногу…

— Предположим, бывало и такое. Давным-давно… когда секта Регрессоров захватила половину Южной Америки… Изучали в курсе истории?

— Изучал. Ненавижу Регрессоров… могу другой пример привести… — замялся учёный. Ему было неудобно перед гостем и потенциальным заказчиком.

— Не надо, не надо, — остановил его генерал. — Так даже нагляднее.

— Хорошо. Потеряли вы ногу, а инвалидом оставаться надолго не собираетесь. Что вы сделаете и что сделали тогда?

— Сейчас — обращусь к вам, а тогда… Трансплантацию. За свой счёт… разумеется. И прижилось всё только со второй попытки. Увы, технологиям пересадки так и не удалось шагнуть далеко вперёд. Впрочем, это вам известно и так.

— А мои технологии помогли бы вам отрастить утраченную конечность. С первого раза.

— Проверяли?

— Проверял… нечаянно отрубил себе палец лет тридцать назад. Потом, лет пять назад отрастил, как ни в чём не бывало. — Кеплер продемонстрировал ладонь. — За несколько часов!

— Хорошая технология! Когда планируете запустить её… в массы?

— Всему своё время… увы, она ещё недостаточно проверена на людях… Не дают. Даже за деньги. Не воспринимают серьёзно. А я — не медик… чтобы проводить всё самостоятельно.

— А ведь у вас есть такая специальность. Я слышал… по крайней мере.

— Да, а ещё я химик, ветеринар, агроном и школьный учитель биологии. Кем мне только в жизни не пришлось поработать… ради науки! Чего только не пришлось освоить! Но всё же… лучше всего я разбираюсь в зоологии. Вот лет десять назад, помню, произвёл фурор своей научной статьёй с предположениями о необходимых условиях для формирования разумной жизни на условной планете! Одним из условий я называл прямохождение и антропоморфизм. Вы не поверите, как я был рад, когда нашли жизнь на этой Виктории! А уж когда увидел подтверждение своим словам! Вот это, вот это — моё! А всё остальное — так…

— Я договорюсь с главврачом нашего госпиталя. Вы не представляете, насколько нужны моим людям! Многие были списаны из правоохранительных органов да армии из-за ранений. А с бионическими протезами, даже самыми-самыми совершенными… всё равно особо никуда не берут. Кроме моей ЧВК…

— То есть, — просиял Кеплер, — вы найдёте мне добровольцев и наикрутейшую площадку для проведения опытов с квалифицированным персоналом? — Генерал кивнул. — А… а я… вам… что? Миллиарда уде… будет достаточно?

— Мне не нужны деньги. Мне нужны здоровые люди!

— В таком случае, к моменту выхода из гиперпространства в вашей ЧВК… э-э…

— «Берлиоз», — подсказал генерал.

— …калек не останется.

— Не могу поверить своему счастью!

— Я тоже.

В воздухе повисла тишина. Уотсон, пользуясь моментом, допил остывший чай.

— А более банальные способы регенерации…

— Тоже имеются, — выдохнул Кеплер. — Биогель, например. Хорошая штука… Палец вам не вырастит, конечно, но серьёзную рану затянет быстро.

— Так он же ещё лет пятьдесят назад активно использовался, — вспомнил генерал.

— У меня состав другой. Могу передать вашему госпиталю литров пять. Пусть попробуют. Но я проверял сам… вот, помню, был случай — распорол себе ногу веткой в африканских джунглях. Выслеживали мы тогда одну редкую зверушку… И зажило всё! За пару часов, но я вколол себе ускоритель регенерации…

— Миллиард уде. Нет, даже полтора! Два! Два миллиарда уде — и вы со своей командой испытываете эти технологии в нашем госпитале. Согласны?

— Дороговато… — поморщился учёный.

— Мне не жалко.

— А!.. — понял Кеплер. — Согласен!

Уотсон начал доставать из сумки розовые бумажки.

— Наличными примете?

— Э-э… ну, да…

★ ★ ★ ★

— Ну ты даешь, — восхитился Берг, когда Кеплер закончил свой рассказ, опустив некоторые ненужные подробности. Они сидели в хорошем ресторане земной кухни и активно пропивали аванс биолога. — Это ведь самая настоящая сенсация! Ты ведь это понимаешь?

— А… га… — икнул Кеплер. Его уже изрядно развезло, и руководитель экспедиции даже подумывал прекратить трапезу и вызвать своему товарищу пассажирскую роботизированную платформу, но тот упорно отказывался.

— А правда, что твой «эликсир бессмертия» очень опасен?

— Да. — Увы, это было правдой, иначе учёный бы обязательно дал какой-нибудь уклончивый ответ. — Эксперименты идут с переменным успехом. Честно, мы с моей командой… продумываем аналоги. Например, выращивание клонов и пересадка сознания… с помощью микрочипа. Сканирование… ик… можно сделать автоматически…

— Но ведь получится совершенно другой человек?

— Ошибаешься. У меня… немало козырей… в рукавах.

— Нет, этот ты ошибаешься. Моё сознание умрёт, а продолжать жить будет его копия. Она будет верить, что я — это я, действовать как я, но всё равно будет не мной. Я — умру.

— Нет. У меня много секретов. Не… всё… сразу. Всему своё время. Если я раскрою их все разом, то наша цивилизация… может и вымереть.

— А ты не боишься, — зашептал Эдуард Германович, — что тебя как-нибудь похитят и все твои секреты выведают? Скажем, под пытками…

— Отключение т-тела, перенос сознания на резервный чип! Да пусть только попробуют. Перехватить сигналы с моего чипа — невозможно. Но это — тоже… секрет. Пусть и Полишинеля.

— А если под «сывороткой правды»?

— У меня к ней это… и-иммунитет.

— Погоди… но это же запрещено! Уголовный кодекс Двух Планет, статья сто пятьдесят седьмая, пункт три: «Противодействие правоохранительным органам»…

— А он у меня возник в результате… э-э… неудачного эксперимента. Случайно. Но окончательно и бесповоротно. Всё давным-давно зафиксировано в моей медицинской карте, — ответил Кеплер и подмигнул Бергу. После чего, со второй попытки встал из-за стола. — П-пойду я…

— В таком состоянии? Сиди! — ужаснулся Эдуард Германович.

Учёный покорился. Его развозило всё сильнее.

— Д-да, в таком состоянии… не лучший в-вариант… шастать… ты… прав… — Он достал какую-то фляжку, хлебнул из неё. Шумно выдохнул. — Вот так-то лучше.

После чего спокойно встал. Подошёл к Бергу. Протянул руку.

— До завтра.

— «Завтра» уже наступило, — заметил тот.

— Ерунда.

— Что ты такое выпил, позволь спросить?

— Да протрезвин… друг подогнал. Новая разработка. Так что я теперь стёкл как трезвышко, — пошутил Кеплер и, рассчитавшись с роботом-официантом, уже не шатаясь, вышел из ресторана, оставив своего друга наедине с тайнами и загадками.

★ ★ ★ ★

— Блин, я их уже скоро возненавижу! — в сердцах воскликнул Никита, стирая очередной не получившийся рисунок Canis Sapiens — именно так учёные окрестили найденный на планете под номером 455 разумный вид. — Даже с подсказками встроенной нейросети не могу… тьфу!

— Что случилось? — обеспокоенно спросила Инесса. Они сидели в студенческой зоне рекреации и выполняли очередное задание профессора, пока остальные их сверстники рубились в допотопного вида игровую приставку — даже без нейроинтерфейсов.

— Да эти… твари… не получаются…

— Ну почему сразу твари-то? — обиделась девушка. — Как по мне — так вполне себе даже милые!

— Ты рисовать умеешь, поэтому и милые! А у меня — чудовища! Во! — И парень пододвинул к ней исчирканную карандашом бумагу.

— Ну…

— И это лишь схематичный рисунок! — не унимался Никита.

— Ну… попробуй ещё раз… что ещё сказать…

Студент вздохнул, достал из рюкзака чистый лист бумаги и принялся рисовать очередное «чудовище».

— Ну как? — спросил он спустя пять минут, протягивая рисунок девушке.

— До художественной галереи — как от Терры до Земли. Пешком. Но Кеплеру — пойдёт.

— Ну и слава Богу… — И Никита принялся делать на листе необходимые пометки, только уже цветными карандашами, не забывая при этом косить глаза в сторону Инессы.

— Эй! — возмутилась та, заметив это. — Не списывай!

— Да я… это, сверяюсь… И не точь-в-точь же!

★ ★ ★ ★

Кан всё чаще стал уходить в лес.

Зачем?

Сам того не зная, но прекрасно догадываясь.

Ведь надежда умирает последней…

С чего он вообще взял, что эти Синий и Белый волки появятся именно на этой полянке?

С чего вдруг взял, что сможет их поймать, один против двух страшных зверей?

Да даже если они разумные… и миролюбивые… как ящер сможет донести им о необходимости спасти его планету от Огненной Птицы? Вряд ли эти звери, даже обладая определёнными знаниями о противодействии страшной Птице, сумеют понять его рокочущий и булькающий язык…

Однако надежда, как говорится, последней оказывается на смертном одре. Кан уже который день, ведомый своей странной интуицией, уходил в лес, растущий неподалёку от его деревни, и, оказавшись на этой полянке, долго сидел на холодном камне в тени большого дерева, слушая журчание родника и ожидая свершения какого-то — он и сам не знал, какого именно — чуда.

Ничего так и не дождавшись, ящер разочарованно уходил, по пути собирая большую корзину ягод или грибов, чтобы Иря, его жена, не заругала за бесцельные шатания.

— …Милый, а ты слышал,— обратилась она как-то к Кану, когда тот собирался очередной раз идти «за грибами, что-то их прямо ну очень много нынче уродилось», — что твоих зверей уже нашли?

— Как… нашли?.. — опешил ящер. Это что же, получается… прогулкам по лесу пришёл конец? И поисковые отряды больше не будут закупаться у их семьи?

— Соседка наша, Ану, приходила, рассказала. Говорила, что привезли прямо на площадь, да ещё и в сопровождении аж десяти самоходных повозок, вооружённых огненными трубками! Так там и стоят клетки до сих пор. Короля ждут, тот с охоты скоро вернуться должен…

— Ясно… — Кан бросил корзину на место. — Пойду… что ли… посевы проверю…

— А грибы? — удивилась ящерка. — Детям очень нравятся! Вап и Фиц их прямо обожают!

Но ящер её уже не слушал. Кан вышел в сад, прошёл мимо «парников», устроенных Зицем (изобретатель проводил какой-то очередной эксперимент, повышающий урожай аж втрое). В одном копошились его дети, в другом — наёмные работники, деревенские бедняки с доходом менее одного серебряного в год. Контракт с ними был заключён аж до конца сезона… Впрочем, пусть работают. Можно сделать запасы, придержать их до холодов, а там продать втридорога и наконец-то собрать младшего сына в школу.

Вроде всё и в порядке…

Вроде всё и как всегда…

Но что-то не так.

Словно пустота в душе образовалась…

От такой ерунды! От такой-то ерунды! Да ему никогда в жизни не доведётся подержать в своих лапах хотя бы десять золотых одновременно. Что уж говорить про двести? А уж про четыреста… Такие крупные суммы — это удел богатых вельмож, что способны купить десять самоходных паровых повозок и снабдить их огненными трубками… А он…, а что он? Он — простой фермер. Не бедняк, и на том спасибо…

Ящер присел на большое бревно за овином. Откуда оно взялось, не знал даже его прадед, слывший местным мудрецом и, к сожалению, давно почивший. Кан задумался, не готовый отпускать маленькую надежду. Вроде и пора мечтать уже давным-давно его миновала, но…

Но…

— Вот ты где! — Над Каном нависла фигура Ири. — Надо за грибами сходить! Дети просят!

— Не пойду я… никуда…

— Что?! — Тут ящер чуть было не отказался от своих слов, но потом твёрдо решил стоять до конца. — Ещё чего? А ну-ка взял корзину и пошёл на свою грибную поляну! Бездельник! Дети хотят грибов, а он даже не шелохнулся!

— Э-э… Видишь, туча ползёт?

В подтверждение слов Кана до ушей ящеров донёсся первый раскат грома. Со стороны полей и впрямь зловеще надвигался грозовой фронт.

— Ой! Что же будет, что же будет?.. — запричитала и засуетилась ящерка. — Дети, помогайте! Фиц, загоняй куриц, Вап! Беги до Дена, он на пастбище сегодня! Большая гроза надвигается! Надо спрятаться!

— Матушка, он уже сам ведёт коров сюда!

— А из леса идёт хренова туча тунеядцев! Ай! — Малой схлопотал от отца затрещину. — За что?

— Они тебя кормят, дурачок!

— А по-моему, наоборот! Только мы им похлёбку и даём!

— Вот считать наконец-то научишься, тогда и поймёшь, что мы неплохо зарабатываем на их похлёбке!

«Точнее, зарабатывали», — добавил про себя ящер.

— А ты чего стоишь?! Бегом раздавать еду «тунеядцам»! Медяки сами себя не заработают! — И затрещина досталась уже Кану. — Похлёбка остынет!

Ящер покорно побрёл вслед за женой, делая вид, что не замечает ехидный смех малого.

★ ★ ★ ★

Фкш-Скр-Щ с радостью внимало одиозной речи Величайшего Предводителя Великих Предводителей. Её с неимоверным трудом удалось услышать сквозь помехи серой пелены за иллюминаторами.

На грандиозную битву с крупной и, вероятно, очень развитой цивилизацией отправлялся почти весь флот Тараканов.

Величайшее событие в истории!

Фкш-Скр-Щ было невероятно довольно и не могло справиться с самим собой от восхищения и возбуждения, тихонько потрескивая после каждого предложения.

Так как их планета находилась ближе всего к месту столкновения тараканьего зонда с инопланетным, то именно её Уничтожительные Силы и должны были прибыть на место первыми, и первыми вступить в бой.

А самым-самым первым шёл именно их корабль…

Под гордым названием Ш-ш-ц П-ф-ш.

Спустя несколько лет, когда человечество вступит в первый контакт с их цивилизацией и расшифрует сложный язык, станет понятно, что первое слово в зависимости от контекста означает «огонь, пламя, пожар, огненный, жечь, жаркий», а второе — «лётчик, пилот птица, корабль» и так далее.

Но в историю «первый корабль прорыва» войдёт именно как Огненная Птица.