Новая душа Кобаяши Аки

Часть I (01. Не палочка, но волшебная)

В одном из лепестков нашей вселенной, в сугубо технологическом мире, банда отпетых ученых случайно поймала и без затей расчленила… демона.

Этот достаточно нетолерантный поступок подарил миру удивительную технологию больше похожую на магию. Ну, вообще-то это она и была, но в этом мире не было и не могло быть такой важной вещи для настоящего волшебства как мана и поэтому ученые использовали для замены силу куда большую и всеобъемлющую, чем какие-то сомнительные выделения из душ, они использовали саму вселенную.

А что же демон?

Жертва науки, конечно же, прокляла своих мучителей посмертным проклятьем, только вот кто сказал, что в столь технологичном мире, враги это те, кто находится к тебе ближе всего? И кто сказал, что для существ без душ, разрыв души является проклятьем?

В общем, совершено непричастному человеку не повезло… или всё же повезло?

**

Наверное, со стороны это все достаточно странно смотрелось но, поверьте мне на слово, с моей точки зрения происходящее выглядело не лучше. Да что там, я же отчетливо помню, как задохнулся в куче паникующих школьников. И благо, что просто задохнулся, можно сказать повезло, а вот парню и девчонке рядом со мною не повезло куда сильнее. Хотя, на парня я наговариваю, он, скорее всего и не понял ничего толком. Судя по тому, что я вижу, сломанные ребра проткнули легкие и, возможно, сердце. Весьма специфическое зрелище, прямо скажем, но лучше уж так, чем то, что произошло с девчонкой. Признаюсь честно, я даже не понимаю, зачем так внимательно пялюсь на её останки, но порядком объеденный труп приковал мое внимание к себе как магнит. Некоторая несуразность этого зрелища доставляла мне массу, даже не знаю, раздражения видимо.

— Nu ladno v tolpe zadavili, no chtoby eshhjo i obglodali?

Запустив ладонь в волосы, поразился сразу двум вещам. Во-первых, волосы были измазаны кровью, и эта самая кровь уже порядком подсохла, превратившись в противную корку, что доставляла мне сейчас массу неприятных ощущений уже самим фактом своего существования. Во-вторых, голосок мой меня совсем не обрадовал. Пацанячий такой, звонкий и акцент чудовищный.

Акцент? Я стоял сейчас посреди коридора старшей школы в луже крови, натекшей с тел мертвых детей, и единственное что волновало меня это акцент? А нет, вру, еще меня смущает происхождение. Почему-то наличие в предках японцев меня удивило. Но да, акцент волновал меня сильнее, чем происхождение и умершие не своею смертью школьники.

Потоптавшись на месте фыркнул от той несуразности что крутилась сейчас в моей голове и, почему-то не испытывая особого страха, пошел в ту сторону в которую бежали школьники когда их настигла смерть.

Судя по всему, имело место быть паническое бегство. По крайней мере, тела очень знакомо лежат. Я хоть и не патологоанатом, но раньше любили в новостях всякое такое показывать. Святые, как некоторые говорили, девяностые. Ага, а святые они видимо, потому что не все их пережили, а еще мучеников несколько сотен миллионов получилось, а так конечно святые, даже пробы ставить негде.

Ругнувшись, я растеряно замер на месте, осознав, что со мною что-то сильно не так. Что еще за «девяностые» такие и кто этот самый «я»?

— Menja zovut Bernikov Viktor Dmitrievich.

Постояв в наступившей после моих слов тишине, я попытался ещё раз:

— Меня зовут Кобаяши Аки, — куда легче и без акцента оттарабанил я, правда, уже по-японски, но вот ощущение от сказанного было странное. Словно я только что сам себе соврал, ведь меня тут сразу два. Один это Viktor, а второй это Аки. — Хм…

Я-Виктор был старше и опытней меня-Аки, но, что важнее, мировоззрение Виктора было более цельным и оно, мировоззрение это, произошедшим напугано не было. Более того, он уже знал, как и что можно сделать, чтобы разобраться в своем состоянии и произошедших событиях. Это не было чем-то плохим или чем-то хорошим, нет, это просто было и это перерабатывало и интегрировало меня-Аки в меня-Виктора. Он-Виктор, не желал зла мне-Аки, но беда в том, что я-Аки, фигурально говоря, опустил руки. Причем, что странно, этот самый Аки опустил лапки до всей этой истории со своей гибелью. В чем там соль я понять не смог, но почему-то Аки стеснялся цвета своих волос. Хотя, чего его стеснятся? Подумаешь светлые. Или я просто не всё помню? Очень неприятное состояние. Здесь уже помню, а там ещё нет.

— Так, стоп, «этот Аки»?! — удивляюсь последней мысли и произношу это вслух. Минутное замешательство и я, наконец, ощущаю себя цельным. Я это я, а Аки… жалко пацана, конечно, но не я был виной его смерти, не мне и оправдываться.

Тряхнув головой, подивился тому факту, что мигрень от этого не усилилась, а даже уменьшилась. Да и вообще, чем больше я шевелился, тем правильнее и плавнее становились мои движения, а то поначалу вообще как дедушка старенький кряхтел и старался далеко от стены не отходить, чтобы было на что опереться.

Пройдя дальше по коридору, я опять обнаружил тела, но теперь, будучи уже полностью «в себе», несуразность окружающего ландшафта не ускользнула от моего взгляда. Начнем, пожалуй, с того, что крови под телами не было. Учитывая же ранения, которые эти тела получили, тут весь коридор должен был быть залит. Ну, примерно так же, как та лужа рядом с которой я здесь очнулся. А еще меня смутили раны школьников. Часть ранений, в основном укусов, имели следы вытекания крови, но другие раны, как то: разбитый череп, отрубленная рука или там строительный гвоздь в той самой голове все это никаких следов кроме некой сероватой хрени не имели.

— Гвоздь? — задумчиво подергав за шляпку ершёного гвоздя, что торчал из головы пожёванного пацана, я серьезно так растерялся. Ну ладно там разбитые битой головы, но вбитые в них гвозди… — Феерично.

Тряхнув головой, отогнал несвоевременные мысли про здравый смысл и поднялся на ноги. Ну а когда я поднялся, то оказалось, что я теперь стою не возле стены, а возле окна и…

— Ё*ушки воробушки, — прижав тыльную сторону руки ко рту, постоял пару секунд, растерянно пялясь на то, как толпа школьников на манер волков окружила какого-то мужика и, невзирая на его отчаянное сопротивление, этого самого мужика рвала на части. — Массовый приступ каннибализма?

В висках кольнуло и в глазах потемнело, но на ногах я устоял. Вместо ожидаемой мною боли опять случилось чудо, и окружающая действительность стала как-то резче и четче, словно до этого я дремал, а тут проснулся. А ещё я вдруг осознал, что в коридоре тела не только лежат. Там, чуть дальше парочка пожёванных школьников вполне себе стояла, навалившись на стену.

— Ну и что бы на моем месте сделал бы изначальный Viktor? — спросил сам себя и сразу же поморщился, так как школота, что стояла дальше по коридору видимо услышала мой голос. Оба зомби, а это были явно они, небыстро, но уверенно двинули ко мне, продемонстрировав свои не самые фотогеничные лица.

Покрутив головой, по понятным причинам никакого средства самообороны вокруг себя я не нашел и поэтому, надеясь на то, что мои воспоминания, воспоминания Виктора, это не наркотический бред, я уперся спиной в стену и попытался подготовиться. К сожалению, хоть школьник Аки и не брыкался, но его память невольно пересекалась с памятью Виктора. То, что для Виктора было забавным фактом из прикладной области знаний, для школьника Аки было бредом, так как это больше напоминало ему возможности персонажа в играх, в которые он любил поиграть.

Первый подбежавший зомби даже замешкался, когда я без затей положил ему на грудь ладони, но память Виктора не подвела и вместо того, чтобы вцепиться в меня, бывший школьник, с треском ломаемых ребер отлетел как от хорошего удара ногой. Да что там ногой, я бы даже сказал — копытом. Возрадовавшись столь фееричному успеху, я смело кинулся на второго мертвяка и проделал с ним то же самое. Правда в этот раз удача от меня отвернулась и зомби, конечно, отлетел от меня, выбив собою окно, только вот и я отлетел к стене, где и осел как мешок с отходами, дыша через раз. А всё почему? А потому что технику безопасности надо не только читать, но и выполнять.

— Иди-и-иот! — выдавил я из себя, со слезами на глазах ощущая всю гамму своей глупости. Ведь моему телу от силы лет шестнадцать, а ещё его масса и состав сильно отличается от того что было раньше. И хоть я не был каким-то там спецназовцем, но использовал этот навык довольно часто и просто привык к нему, совершенно забыв, что когда-то я его, как и все, тренировал. — Ну, Аки, задрот геймерский…

В себя я приходил почти пятнадцать минут. Из-за того, что я даже ползти не мог в таком состоянии, а только глазами лупал, да дышал через раз, я успел серьезно так перепсиховать и, скажем прямо, парочку «кирпичей» отложить, пускай и воображаемых. Оно знаете, внушает, когда ты как бревно лежишь на боку около стенки, а мимо тебя проходит сосредоточенно ищущий тебя покойник. Но судя по всему, восставшие школьники были не в ладах со зрением, так как такого замечательного меня было прекрасно видно, но покойник прошел мимо, лишь на мгновение остановившись.

Фактически, я был на волосок от повторной смерти, а всё почему? А потому, что школотрон во мне исчез не бесследно, он вполне себе повлиял на меня. Мне, в самом деле, хотелось совершить это безумие, кастанув чего-нибудь этакое, чтобы как в играх. Дебил? Да, дебил, но это теперь я и мне за это отвечать.

Дождавшись, когда в голове перестанет гудеть, а мышцы начнут слушаться, я с кряхтением, опять по стеночке, поднялся на ноги и, прихрамывая из-за потянутых судорогой мышц, опять пошел по коридору. И нет, теперь я примерно понимал, куда и зачем иду. Всё дело в гвоздях. Да-да, те гвозди, которые я пытался недавно вытащить из голов зомби, они ведь явно не из воздуха взялись. А насколько я теперь помню, где-то тут, чуть дальше по коридору есть класс для уроков труда. Точнее это был класс для работы… столярка, в общем.

С трудом преодолев завал в три тела я, на всё еще негнущихся ногах зашел вовнутрь и непроизвольно хмыкнул. Одно дело помнить и другое дело увидеть своими собственными глазами. Вот и я сейчас совершено иначе смотрел на окружающее. Столяркой этот кабинет можно было назвать с большой натяжкой. Очень большой натяжкой. Складывалось впечатление, что единственной задачей того, кто наполнял этот кабинет, была безопасность дегенератов которые только того и ждут, чтобы сунуть голову вместо материала. Хотя, помню я, как у нас школа деградировала, небось, тут этот тренд тоже мимо не прошел.

Пройдясь по помещению, ничего особо полезного не нашел, разве что взгляд за разбитый ящик зацепился. Добротный такой, деревянный ящик, в котором когда-то лежали разнообразные метизы. По крайней мере, вокруг него валялись коробки с гвоздями и шурупами. Заглянув в него, я сразу заметил пустую коробку, на которой был нарисован уже знакомый мне, ершёный гвоздь. Судя по описанию, это были расходники для пневматического молотка и это удивительно. Ведь кто-то умудрился переделать нейлер в ручное оружие, причем компрессор этот кто-то за собою не таскает. По крайней мере, компрессор как стоял в уголочке, так и стоит.

С сомнением перебрав пару коробок с мебельными гвоздиками, я совсем было уже собрался вернуться к обыску класса, как до меня неожиданно дошло, что мне-то никакие нейлеры и даром не нужны. Даже без приема специальных укрепляющих препаратов, человеческое тело способно манипулировать «гравитационной рябью». Да, на таком уровне, что без специального оборудования и не заметишь, но ведь это лишь запал для доступа к силам куда большим, чем я смогу потратить за всю свою жизнь.

Бросив пачку обратно в ящик, я по старой памяти Аки сунулся в шкаф, что располагался рядом с местом преподавателя и даже улыбнулся. Неброская такая, серая коробка с лаконичной надписью «DIN 1151 / 150*6.0 A» оказалась почти полной. Взяв один из довольно больших гвоздей, покрутил его в пальцах и даже хмыкнул. Гвоздь был из довольно хорошего, однородного металла и поэтому я его чувствовал не только на ощупь. Один минус, голыми руками его метать будет сложно, в суматохе шляпка может пальцы разбить. А отрезать шляпки я пока не смогу. Сейчас для меня это за пределами возможностей. Откусить же их инструментом я не могу потому, что нужный мне инструмент заперт.

Вытащив коробку на свет божий, я, забыв о тишине, вывалил её содержимое на верстак, а затем, не спеша, переложил их в чью-то сумку, чьё содержимое тоже без затей вытряхнул прямо на пол. Сумка получилась не сказать что тяжелая, но вполне себе увесистая, так по ощущениям, полторы сотни эрзац-снарядов потянули килограммов на пять-шесть. И, видимо, тут виноват мой внутренний школьник, я как-то поспокойнее себя чувствовать стал. Так-то я и раньше не сильно переживал, но сейчас прямо +10 к самоуверенности и +20 к борзости.

Навесив на себя сумку, я совсем было уже собрался уходить, как мой цинизм заставил меня остановится и поискать оружие ближнего боя, молоток например. К сожалению, инструмент нашелся на закрытом стеллаже, и я довольно громко пошумел, пока пытался вскрыть дверцу. Воистину этот класс проектировал параноик, даже молотки были под замком. К сожалению, вскрыть стеллаж без очень сильного грохота у меня сейчас бы просто не получилось, поэтому пришлось забить на дробящее оружие и озаботится изготовлением держателя для метания гвоздей.

Покопавшись в доступных мне вещах я, к счастью, нашел все необходимое. Да и не так уж и много мне требовалось. Алюминиевая трубка чуть длиннее и шире тех боеприпасов, которые я сложил себе в сумку, хороший редкоземельный магнит из чьего-то украшения и, конечно же, изолента. Ничего более не требовалось, ведь единственное для чего служило это, в кавычках, устройство, это безопасность рук и, какая-никакая, но инерция. В суматохе ошибки неизбежны и, как я уже говорил, это может привести к нехорошему. Так что я, невзирая на шум, обломал лишнее и домотал изолентой там, где требовалось.

Вставив в получившийся держатель снаряд, я крутанул кистью, сосредоточился и гвоздь, с жужжанием преодолев расстояние до стены, прошибает её навылет. Чуть сердце не лопнуло когда я услышал какое-то стенание из-за, как оказалось, фальшстены из гипсокартона. И только пофигизм меня-Виктора не позволил мне запаниковать. К счастью я быстро понял, что мой тестовый выстрел подстрелил какого-то покойника. Так-то, в таких специфических условиях, Виктор бы не расстроился, даже если пригвоздил живого человека, но вот школьнику Аки такая перспектива была совсем не по вкусу, поэтому я, для сохранения внутреннего спокойствия, постарался выбросить произошедшее из головы и перезарядил держатель.

— Абракадабра, блин, — пробурчал я, с сомнением разглядывая получившуюся трубку, канареечно-желтого цвета и синим «яблоком» навершия. — Палочка настоящего Пуфендуйца… осталось найти вход на кухню и каких-нибудь друзей для полного соответствия образу.

02. Не зелье, но помогает

**

Моя школьная жизнь как-то сразу не задалась, ибо не успел я из кабинета выйти как некая девица с воплем «мертвяк» попыталась проткнуть меня заточенным на манер копья черенком. К счастью, Аки немного занимался каким-то единоборством и уклонится от этой, прости господи, рогатины удалось достаточно легко. А вот летящую следом биту пришлось принимать на ладонь с держателем. Голова уцелела, разве что стала ещё грязнее, но не фатально, ладонь тоже не пострадала, а вот мою стрелялку смяло. Обидно до слез. Столько труда вложил и сразу похерили. Хотя, если бы не держатель, боюсь на этом история для меня и закончилась, так как одно дело что-то от себя отшвырнуть и другое дело бита. Скорость удара у неё очень большая, там не то, что сосредоточится, моргнуть не успеешь, как мозги вышибут.

— А, так это вы здесь всех убиваете? — с сомнением пробормотал я, пытаясь стряхнуть липкую хрень с руки. — Чувак, у тебя бита грязная, ты в курсе?

Забавно, но от произошедшего казуса группа выживших натуральным образом зависла. Эти шестеро сейчас пялились на меня большими такими, буквально квадратными, глазами, словно впервые живого человека увидели.

— Ой… — после пятисекундной заминки выдавил из себя паренек с битой и сделал шаг назад. — И-извини.

— Ну чё вы все встали? Его наверняка уже укусили, и он всё равно обратится, — взвизгнула одна из девчонок. — Кота, стреляй.

— Сая, заткнись, — зло прошипел парень с битой и уже нормальным голосом обратился ко мне: — Ты извини, просто ты измазан весь, в общем, так получилось… Ты как, я тебе ничего не сломал?

— Пострадала только моя гордость, — разжал подрагивающие пальцы и, убедившись, что держателю точно кранты, бросил его на пол, — и моё оружие тоже. Будешь должен.

— Эм? Ладно, хорошо, — пару раз, нервно кивнул парень. — Мы это, в учительскую пробиваемся, пойдешь с нами?

— Ну, пошли, — пожал плечами, так как никаких долгоиграющих планов все равно не имел, и особой разницы не было, пойду ли я с кем-то или в одиночку.

— Хорошо, — немного расслабился пацан с битой и вместо того чтобы продолжить движение, представился: — Я Комуро Такаши.

— А я Аки.

— Эм? — почему-то замялся Такаши.

— Судя по всему это Кобаяши Аки, полукровка из соседнего класса, — уже не столь громко, но всё ещё с истерикой в голосе влезла в разговор девчонка, которая чуть ранее требовала у второго парня в этой группе меня пристрелить. Кстати, мальчонка, Кота, которого она агитировала на нехорошее, он был эдаким пухлым ботаником по виду, но в руках держал тот самый нейлер, про который я размышлял десятью минутами ранее. Вот она, сила визуализации.

— Понятно, — кивнул головой Такаши и указал свободной рукой на истеричку: — Это Такаги Сая, считает себя гением.

И не поймешь, это он так пошутил или это было уже полноценное оскорбление.

— С копьем это Миямото Рэй, — продолжил пацан представлять остальных.

— Эм… — нервно сжимая палку, выдавила из себя девчонка, не подымая взгляда от пола.

— Парень с гвоздометом это Хирано Кота, а девушка с боккэном это Бусудзима Саэко, а…

— А я Шизука, — представилась девушка, что держала в руках медицинскую сумку.

— Марикава Шизука, — уточнил парень с битой и извинился перед всеми присутствующими: — Извините меня, что трачу время на представления, просто руки дрожат, надо было немного отдышаться.

— Мы все устали, чего уж там, — достаточно спокойным голосом произнесла Саэко и, сделав пару махов боккэном, уточнила: — А руки у тебя дрожат из-за неправильного хвата, ты их невольно отбиваешь при каждом ударе.

— Му-му-у-у… — попыталась начать что-то выговаривать «гениальная» Сая, но медсестра только казалась безвольным пуфиком, а как только истеричка набрала в легкие воздуха для отповеди, так без затей заломила той руку и рот заткнула.

Переглянувшись, группа еще пару секунд потопталась, и все вновь отправились дальше. И так получилось, что я шел сразу за пареньком с битой и его напарницей с копьем, прямо за их спинами. Учитывая же то, что я оказался чуть выше ребят, и они ещё и пригибались невольно, было бы глупостью не воспользоваться преимуществом. Перевесив сумку с правого бока на левый, чтобы брать снаряды не основной рукой, я вынул пару гвоздей и принялся крутить их в пальцах, для того чтобы тело запомнило ощущение, да и на уже «подготовленные» предметы воздействовать проще.

Всё же, что бы там, в голове у моего внутреннего школьника не плескалось, но магом я не был. Хотя да, когда я впервые столкнулся с новым оборудованием, седьмого, как говорили, технологического уклада, у меня тоже возникали такие же мыслишки. Помню, в сети активно мусолили вброс на тему того, что, мол, научные достижения обусловлены тем, что на земле летающая тарелка разбилась, вот инопланетяне и расплатились за помощь технологиями. Наверняка это очередная теория заговоров, но рациональное зерно во всём этом было, ибо знание текущего положения как минимум Земли, Луны, Солнца, а так же направления на центр галактики и основной войд было очень важным делом. Другие небесные объекты тоже имели значение, но ими, в повседневной практике можно было и пренебречь.

Пока я готовился, мы дошли до лестничной площадки, где я и рискнул метать снаряд голыми руками. Уже знакомый, но более тихий вжик и пятнадцатисантиметровая железка пробивает голову поеденной девице. Я даже поморщился от звука удара. А ведь это всего лишь гвоздь и страшно даже думать, что слышит и чувствует Такаши когда бьет мертвых своей битой. Как не крути, но одно дело курок спустить или швырнуть чем-то и совершенно другое своими собственными руками, пускай и при помощи палки, голову снести. Брр.

— Что? — переложив гвоздь из левой руки в правую, вынул еще один из сумки и с недоумением посмотрел на Такаши, который обернулся и молча пялился на меня. — Я брезгливый. Предпочитаю бросать чем-нибудь.

— Угу, — многозначительно хмыкнул пацан и продолжил путь, пробормотав что-то невнятное себе под нос.

Спустившись по лестнице, мы воспользовались переходом, и тут мне пришлось поработать пулеметом. На двадцатом гвозде мне, как и ожидалось, не повезло, и снаряд всё-таки сорвался, хлопнув по пальцам. К счастью, осечка закончилась для меня одним лишь испугом, так как гвоздь не только кости не разбил, но даже кожу не разодрал. Сжав руку в кулак, я пару раз дыхнул сквозь него, а затем потряс ладонью, возвращая тем самым чувствительность.

— Вы уж извините, но без держателя я больше рисковать не буду, пальцы дороги.

— Меняемся, — выйдя вперед и потянув за собою паренька с пневматическим молотком, произнесла девушка с боккэном и Такаши с этой, как её, с Рэй, синхронно выдохнули. Форс[1] форсом, но было прекрасно видно, что парочка уже с трудом своими дровами орудует.

Кота, тот самый парень с нейлером, что всю дорогу косился на меня, перехватил свою убивалку поудобней и, явно подражая героям голливудских фильмов принялся прикрывать нашу эрзац-мечницу. Не сказать, что эта парочка была сильно лучше предыдущей, однако Саэко далеко не всех зомбей забивала до смерти, иногда она их тривиально роняла, чем экономила много времени. Ну а самых непонятливых мертвяков тех да, тех уже Кота добивал.

В общем, пять минут позора, и мы в помещении которое я никогда еще не видел. Судя по надписи на двери, это и есть та самая учительская комната. Точнее даже не комната, а целый офис. Тут была и общая комната и небольшой закуток с кухней и такой же небольшой закуток с туалетом. Вот последний меня и привлек.

— Никому по маленькому не надо, а то я займу? — не заморачиваясь манерами, прошелся до указанной комнатки и, обнаружив, что мои спутники еще даже не начали отходить от горячки боя, пожал плечами и закрылся внутри.

Сняв сумку, я поглядел в зеркало и от неожиданности сел на «белого друга», так как ноги подкосились. Не удивительно теперь, что меня за покойника приняли, ведь я был измазан так, что выглядел даже хуже встреченных нами зомби.

Шепотом выматерившись, я снял школьный пиджак и рубашку, после чего без затей вылил на голову половину бутылька жидкого мыла и всунул её под кран. Повезло, что рукомойник был достаточно большой, и моя тыковка влезла, иначе без сильного напора воды, боюсь, я бы налипшее просто не смыл.

Поглядев в зеркало во второй раз, я подивился тому, что внешность у меня скорее европеоидная [1], чем японская, да и волосы слишком светлые, я бы даже сказал блондинистые, нехарактерно это для островов. Видимо не зря истеричка назвала меня полукровкой. Точнее она использовала более грубое слово, которое можно было бы перевести как грязнокровка или вы*лядок, но, насколько был в курсе Аки, эта самая Сая, она из семьи Такаги, а те позиционируют себя как оголтелые идиоты. Точнее сами себя они называют националистами, но что-то я сомневаюсь, чтобы американцы в «оккупированной» ими стране потерпели бы наличие неподконтрольных бычков. В лучшем случае, этот их Такаги лижет то, что ему подставляют, держа в кармане фигу. Но держать фигу в кармане многие могут, тут главное карманы побольше или одежу с широкими рукавами иметь, например кимоно. А это национальная одежда, между прочим.

Закончив вчерне с гигиеной, осмотрел снятую одежду и даже вздохнул грустно. Пиджаку кранты. Мало того, что он измазан разным всяким, так ещё и изорван. Не заморачиваясь, бросил его на пол и, вздохнув еще раз, немного сполоснул рубашку. Она, в отличие от пиджака была целой, да и, учитывая климат, могла довольно быстро высохнуть. В общем, вышел я из комнаты для размышлений посвежевший и с голым торсом.

— Что? — опять был вынужден спрашивать я, когда обнаружил недовольно зыркающую на меня Саю.

— Ничего, — отвела взгляд тоже уже умытая школьница и пробурчала чуть тише: — Рубашку бы хоть надел, извращенец.

— Она еще мокрая, — пожав плечами, обошел девицу и плюхнулся на первый попавшийся стул.

Оглядевшись, я убедился, что школьники времени даром всё-таки не теряли и как минимум вторую дверь завалили шкафом. А медсестра, Шизука, как раз заканчивала переупаковывать свою сумку, судя по всему, попутно скормив особо мнительным что-то из своей аптечки. Сомневаюсь, что в школе могло быть что-то серьезное, но психика это вещь такая, на неё даже плацебо действует.

Однако сама по себе медсестра меня чем-то смущает. Такое впечатление, что она наркотой какой-то забросилась или просто комедию перед нами ломает, ибо не может человек одновременно быть неприспособленным к жизни лоботрясом и при этом демонстрировать чудеса выдержки и даже какую-никакую, но подготовку. Она же Саю на раз-два заломила, да и сейчас страха на физиономии нет, так, легкий пофигизм.

Закончив осмотр, я всё-таки надел еще не высохшую рубашку и подошел к Шизуке, так как тянуть с изготовлением лекарства было опасно. То, что я тут зомбями и гвоздями швырялся, это же память из родного мира, а тело оно же местное и для таких моих действий не готово и не тренированно.

— Нужна какая-то помощь? — улыбнувшись немного глуповатой улыбкой, спросила медсестра и дыхнула на меня крепким, я бы даже сказал ядреным ароматом коньяка. Вот собственно и ответ на мой вопрос. Она не дура, нет, она просто бухая в хламину.

— Мне нужна глюкоза. Лучше раствор, но можно и в таблетках.

— Я только набор для перевязки брала… эм… хотя постой, — медсестру немного повело, но она, не взирая на опьянение вполне себе быстро и ловко перебрала содержимое своей сумки, не задавая лишних вопросов. — Держи.

Поблагодарив, я вытряхнул стандарты из пачки и принялся выдавливать таблетки в чью-то, к счастью, мытую кружку. К моему удивлению, Шизука никак не комментировала происходящее, она просто сидела и внимательно смотрела на то, что я делаю. Даже напряжно как-то. Но я постарался абстрагироваться.

Добавив к таблеткам немного воды, я вытащил из стоящего рядом принтера листок бумаги и, положив его перед собой, принялся рисовать глифы. К счастью, в учительской обнаружился чей-то пенал, в котором лежали разноцветные гелевые ручки, что важно с блестками в чернилах.

Вообще, седьмой уклад был интересен тем, что особой энергоемкости и сложности оборудования больше не требовалось, а вот последовательность и время начинали играть очень важную роль… ну и перечисленные мною ранее объекты, куда же без них.

Если не вспоминать про толстенный том диссертации, которая очень подробно описывала сей процесс, это все, для стороннего наблюдателя, сказочную магию напоминало. Ну, в самом же деле, я ведь просто какую-то кракозябру нарисовал, поставил сверху стакан, приложил руку и вуаля, была жижка прозрачно-белая, а стала фиолетовая. Ну, явно же магия. Ага, магия, если не учитывать то, что я перед этим минут десять на калькуляторе кнопки жал, подбирая нужные коэффициенты, да и потом отнюдь не заклинание начитывал.

Убедившись в том, что результат плюс-минус тот который и ожидался, я смял лист бумаги, который даже дымиться начал в тех местах, в которых были чернила и выбросил его в урну, а кружку взял в руки.

— Аки… — начала, было, медсестра, но я, не слушая её, опрокинул содержимое стакана в себя.

— Вы что-то хотели, сестра Марикава? — поморщившись из-за отвратительного, весьма горького вкуса, я налил в стакан еще немного воды и мелкими, аккуратными глотками выпил и её тоже, прикидывая в уме, где здесь можно закрыться часиков на десять для лечебного сна.

— Ты ничего не хочешь мне рассказать? — невзирая на коньяк, медсестра была сама серьезность.

— Нет.

— Я настаиваю, — нахмурилась девушка, но, увидев, что я достал из своей сумки увесистый гвоздь, она лишь руки вскинула, продемонстрировав ладони. — А нет, уже не настаиваю.

Примечание к части

[1] Не стриженый ГГ - https://ibb.co/XVkTPjG

03. Не Иисус, но воскрес

**

— Кобаяши! — шипит кто-то мне в ухо, и я просыпаюсь.

Похлопав глазами, с недоумением осмотрелся. К счастью, сон вызванный лекарством хоть и был опасно глубокий, но меня за время вынужденной беспомощности не съели и это хорошо, очень хорошо. Можно сказать, половину своих проблем этим решил, ведь заниматься оперированием без тренировки это чревато разными не самыми приятными последствиями. Я ведь начинал «вручную» работать еще до того, как изобрели тренажер и разработали средство, купирующее последствия. Так что да, я предметно представлял, какие именно ощущения могли обрушиться на меня после всех моих геройств.

Аки хоть и был в меру физически развит, но нервные волокна явно не прокачивал. Да в этом мире и не требовалось таким заниматься, просто незачем. В нашем мире, говоря по чести, в этом тоже особой необходимости не было. Знай себе на Q-кодах скрипты пиши и всего дел, но иногда хотелось чего-нибудь эдакого. Ведь кто-то марки собирает, кто-то фигурки из дерева вырезает, а кто-то глифы кисточкой рисует и вручную без эффектора запускает получившиеся у него матрицы преобразования. У всех свои хобби и пристрастия. Ну а я, для меня это было не только хобби, так как не везде была возможность развернуть не то что синтезатор, а даже тривиальный плоттер был лишь мечтой.

— У-у-у, чтоб тебя, — прорычал смутно знакомый голос, а затем в поле зрения и сам владелец голоса объявился. Сая, а это была именно она, баюкала руку и смотрела на меня волком. — Скотина. Ты что, железный?

— Прости, что? И где это мы?

— Я тебя уже пятнадцать минут пытаюсь разбудить. Даже пощечину попыталась отвесить, но руку отбила, — нажаловалась девушка, массируя ладонь, но затем сорвалась на злой шепот: — У тебя что, ранний склероз? Мы всё еще в автобусе.

— Ясно, — пробормотал я и с раздражением обнаружил побочные эффекты от лекарства, как то свисающую на глаза челку отросших за ночь волос и сильный, буквально зверский голод. Волосы лезли в глаза, чем неимоверно бесили, а голод раздражал самим фактом своего существования.

Отстегнувшись от кресла, напряг память и мысленно пробежался по событиям между нашим пребыванием в учительской и захватом автобуса. В принципе, ничего интересного и не было. Мы просто шли, били и стреляли мертвяков и, в конце концов, прорвались к небольшому автобусу, предназначенному для вывоза классов на экскурсии. По пути к нам присоединились еще две группы выживших, насколько я помню. А вот дальше уже всё, я тривиально закрепился ремнем и провалился в мир сновидений.

— Мы выжили, потому что избраны судьбой и глупцы вроде Комуро и Миямото недостойны находиться в нашем кругу, — профессионально поставленным голосом буквально провозгласил кто-то за моей спиной. Обернувшись, я обнаружил, что один из спасённых, вроде бы учитель, затирал сейчас детишкам какую-то высокопарную тему: — Уже очень скоро этот новый мир падет к нашим ногам. Ведь вместе, вы и я, мы сила.

— Он когда-нибудь заткнется? — пробурчала Сая, кинув на ритора очень злой взгляд.

— Красиво молвит? — так же негромко, но без злобы поддержала Саю Саэко. Бусудзима нахмурилась и уточнила: — Но слова его высокопарны настолько, словно он секту пытается организовать.

— Так уже организовал, — достав очки из сумочки, Сая надела их и тоном лектора произнесла: — Да вы посмотрите, с какими лицами эти остолопы слушают ту ересь, которую он несет. Смотреть тошно.

— Н-да… А ведь ситуация усугубляется, — выглянув в окно, «порадовала» нас Саэко. — С ночи мы не сдвинулись ни на метр, а беженцев всё больше и больше.

— Возможно, разумнее было бы покинуть автобус и попытаться пройти пешком, — буркнула Сая и тоже выглянула в окно. — Если сможем пересечь пешеходный мост, до полицейского участка будет рукой подать. Надеюсь только, что его не перекрыли, так же как и этот.

— А где Такаши и эта, как там её, Рэй? — вклинился я в беседу, не обнаружив пацана с битой и копейщицу.

— Комуро говорил, что будет ждать нас у полицейского участка, — как о само собою разумеющемся сказала Сая, но, видя, что я ничего не понял, хлопнула себя ладонью по лбу. — Ах, ну да, ты же, как сел в автобус, так и отрубился. Но чего еще ожидать от полукровки?

— Миямото, это которая Рэй, — пояснила Саэко, — она буквально в истерику впала, требовала этого нашего проповедника выставить на мороз… в общем, так получилось, что нас чуть не протаранили в этот момент и теперь Такаши и Рэй добираются до полицейского участка отдельно от нас.

— Нихрена не понятно, но очень интересно, — кивнул я и посмотрел на остальных членов этого зомбибойного отряда. — А зачем мы едем в полицейский участок?

— У Рэй отец там работает, раз уж пришлось разделиться, они решили его поискать, — нахмурившись, рассказала Сая. — Да и это ближайший адрес был.

— А вы далеко живете? — развернувшись на водительском месте, вклинилась в беседу медсестра.

— У нас с Комуро дома за Онбенцу располагаются, — поправив очки, Сая осмотрела нас внимательным взглядом.

— А мои родители… кхм… мы хоть и не в вашем районе живем, но за вами, Такаги-сама я готов последовать хоть на край света, — выпалил Кота и видимо сам обалдел от того что сказал. — В общем, моих родителей сейчас нет дома.

— А где они, Хирано? — уточнила Саэко, обернувшись к пухляку.

— Батя в Голландию свалил по делам, а маменька мнит себя великим дизайнером… в общем, она в Париже.

— Забавно, — хмыкнула медсестра и, поставив автобус на ручник, покинула водительское место, подсев к нам поближе. — Ну и какой у нас план? Я с вами, если что.

— Вы?

— Ну а что? Семьи у меня нет, родственники не в Японии сейчас живут, да и с сектантами оставаться совсем не хочется. Этот Шидо пугает меня сильнее мертвых.

— Ну, так и что будем делать? — кивнув, спросила Саэко. — В этой части города я никогда не была.

— Кхм, кхм, — откашлявшись, через весь салон раздались слова проповедника: — Больше двух говорят вслух! У нас не должно быть секретов друг от друга.

— Да шли бы вы к чертовой матери, учитель Шидо! — оскалилась Сая. — Мы не состоим в вашем гребаном культе, и отчитываться, не намерены.

— Оу… — оскалился мужик в ответ. — Воля ваша, как поступить в той или иной ситуации госпожа Такаги… Только вот мы никак не можем позволить вам уйти, да и водителю тоже. Да-да, я про вас, Марикава.

Обнаружив, что сумка с зарядами как была на мне, так и осталась, я встал с кресла, потянулся по возможности и, не обращая внимания на треп окружающих, пошел на выход, ну разве что развернул медсестру и подтолкнул её в спину.

— Пошли Шизука. Раз уж решили идти пешком, значит идем.

— Разве я недостаточно внятно сказал? — продолжил нагнетать мужик, направившись вслед за нами. — А вдруг детишкам понадобится медицинская помощь?

Неожиданно сильно меня оттолкнули в сторону, я даже на ногах не устоял. Всего мгновение и проповедник уже сжимает медсестру сзади за локти, а та замерла, и даже попыток вырваться не делает.

— Мне кажется, что вам… — начал было Шидо, но я уже поднялся на ноги и, плюнув на доброседские отношения, как следует, приложил его по ушам. Не сильный вроде бы удар ладонями, но человек временно теряет ориентацию в пространстве. Больно, опять-таки.

Потянув проповедника за шкирку, я совсем было уже собрался повалить его между сидениями, но Шизука спутала мне все карты. Она неожиданно обернулась и, уронив свою сумку на пол, буквально упала на Шидо, ткнув его чем-то под подбородок. Секунда общей растерянности и у меня даже мурашки пробежали по хребтине, когда медсестра выдернула скальпель из шеи проповедника и столь же резким ударом загнала его тому в сердце. Второй удар был не столь эффективен как первый. Судя по звуку стали о кость, лезвие завязло меж ребер, но проповеднику и первого удара хватило с избытком, ибо он как-то разом обмяк и осел.

Вот вам и скромница, вот вам и божий одуванчик. И где она только такой живопыр достала? В комплекте для перевязки я этой железяки не припомню.

— Какое циничное самоубийство, а ведь казался таким серьезным человеком, — затолкав труп на ближайшее кресло, я пристегнул его ремнем безопасности и покачал головой: — Боюсь, что если человек не хочет жить, то медицина тут уже бессильна. Марикава, пойдемте.

— А… Э… — вновь вернувшись к своему привычному виду, медсестра выронила скальпель и принялась пятиться к выходу, словно это не она только что пробила грудную клетку довольно-таки крупному мужику.

— Кота, Саэко, Сая не стойте столбами, а то у вас такие лица, словно вы такое в первый раз увидели. Зомби больше, зомби меньше, какая в принципе разница?

Выпрыгнув наружу вслед за Шизукой, я убедился, что остатки нашей компании идут следом, а вот члены секты имени мученика Шидо те нет, те остались сидеть на своих местах.

— Аки… Ну, ты… Ну… — обхватив себя руками, медсестра всхлипнула, но продолжила идти.

— Кобаяши, ну ты, в самом деле, больной ублюдок, — пробормотала Сая, идя так, чтобы между мной и ней был Кота, паренек с гвоздометом. — Пожалел бы сестру Марикаву. Хотя, чего ещё от таких как ты ожидать.

— Так я и пожалел, — пропустив оскорбление между ушей, пожал плечами и пошутил: — Так-то удар в сердце был, откровенно говоря, убогий.

— О Ками, дай мне сил! — вздохнула девушка.

— Да что ты заладила? — делая вид, что не очень понимаю, чего мне пытаются сейчас сказать, призвал специалиста по холодному оружию: — Бусудзима, ты же у нас профессиональный мечник, ну скажи ты ей, что так бить нельзя. Мало того, что клинок в ребрах может завязнуть, так ведь он ещё и сломаться от этого способен.

— Вообще-то Кобаяши прав, так бить, в самом деле, не стоило, — покосившись на меня, девушка продолжила внимательно осматривать округу, сжимая боккэн в руке. — Ножи это не моё, но, думаю, лучшей целью был бы живот. Ну и шея тоже, как при первом ударе.

— Р-ребята, спасибо вам, мне уже полегчало, н-не надо больше на эту тему, — охрипшим голосом произнесла медсестра и остановилась.

— Вот и я об этом — вздохнул. — Давайте лучше магазин ограбим, а то кушать уж очень хочется.

— Кобаяши-и-и! — взвыла Сая. — Не беси меня.

— Я бы тоже не отказался, — шмыгнув носом, признался Кота, что молчал всё это время. — Хотя бы сухариков.

— Кота-а-а!

04. Не то, но даром

**

— Пи*дец, — первой озвучила Сая то, о чем мы все сейчас невольно подумали.

Пешеходный мост, на который она возлагала большие надежды, был обрушен в реку. Судя по тому, как именно лежали обломки и характерный такой запах, подрывали это чудо инженерной мысли весьма странным, я бы даже сказал противоестественным методом и при помощи промышленной, карьерной взрывчатки.

— Алюмотол? Странно. В Японии его не используют, если мне конечно память не изменяет, — хмыкнул и обернулся к ребятам. — Говорил же, что надо сначала не разграбленный магазин найти и поесть.

— Надо было ускориться, возможно, мы бы успели, — чуть не плача прошептала Сая.

— Вообще-то с момента взрывных работ прошло часов восемь, не меньше, — покачал головой. — Учитывая то, как именно перекрыли автомобильный мост, картина, в общем-то, ожидаемая.

— Ожидаемая? Это я здесь гений! — взвилась девчонка. — И я…

— Дура ты, Сая, дура.

— Что-о-о?!

— Могу повторить, — улыбнулся и положил руку девушке на плечо, от чего она сразу замолкла и даже отпрыгнула с растерянным выражением на лице. — Я не в курсе, насколько хорошо у тебя мозги работают, но гений не будет называть себя гением, просто потому, что это не логично.

— А?! Что?! В смысле?

— Истинное знание — в том, чтобы знать пределы своего невежества.

— Конфуция и я цитировать умею.

— Возможно, но умеешь ли ты справляться со своим стрессом без столь громких криков? Привычки мирного времени могут выйти тебе боком.

— Думаешь, я сама этого не понимаю? За дуру меня держишь? — прорычала Сая и, словно рубильником щелкнули, сникла. — Может быть, я антидепрессанты дома забыла.

— Это ведь не вся правда?

— Я дозвонилась родителям… — скрипнув зубами, буркнула девушка. — Сам-то чего такой радостный? Мои предки хоть и не оторвали жопу от дивана ради меня, но хотя бы ждут, пока я сама доберусь, а твои?

Ну, теперь я точно знаю, кто брал мой телефон, пока я спал. А вообще забавно конечно. Улыбнувшись, достал мобильник и открыл предпоследнее сообщение.

— Мы с Наоко вылетели в штаты и пробудем там до тех пор, пока здесь все не наладится. Сын, ты уже большой и сможешь позаботиться о себе как-нибудь сам. И да, присмотри за домом, я не желаю увидеть при возращении исписанные граффити стены и разбитые окна, — прочел я вслух. — Он тот ещё оптимист. Н-да. А хочешь узнать, что написала мачеха?

— Сделай одолжение, — буркнула Сая, но судя по мимике, она этого не хотела от слова совсем. Странная девушка.

— Надеюсь тебя, вы*лядок, уже съели, но если это ещё не произошло, то я искренне желаю тебе сдохнуть.

Вот такие вот пироги. Жалко пацана конечно, но херня случается. По крайней мере, понятно, почему личность Аки даже не пыталась сопротивляться при моем сюда попадании. Даже без двух последних сообщений у него были поводы для пессимизма.

— Надеюсь, тебе стало легче? — спросил я, бросив не очень-то и нужный мне теперь телефон в сумку. — Может, теперь-то мы займемся вопросом пропитания?

— Ну извини, — негромко произнесла Сая и отвернулась.

— Угу, замяли, — кивнул и, воспользовавшись случаем, спустился к реке.

Сразу около берега лежал бетонный блок, который, по всей видимости, забросило сюда взрывом. Блок как блок, но вот одна из его граней осыпалась, и теперь из неё торчал симпатичный такой арматурный стержень. Вынув из сумки лист A4 с заготовкой, уточнил текущее время и, не обращая внимания на шушукающихся попутчиков, гелевой ручкой внес поправки, перед тем как сложил лист и обернул его по месту будущего среза. Так-то эти матрицы я заготавливал на случай вскрытия навесных замков, но и с арматурой тоже получилось вполне себе достойно. Правда в этот раз бумага издевательства не выдержала и вспыхнула, осыпаясь хлопьями серого пепла.

Подняв арматуру, на скорую руку сделал что-то вроде рукоятки, на что истратил последние запасы изоленты. Она была, конечно, не синяя, но и так получилось недурственно. Сделав пару махов, убедился, что это тело шпагой никогда не занималось, а жаль, так-то я был достаточно стар, чтобы застать общедоступные клубы любителей тыкать в окружающих стальным прутиком. Однако если моторика не наработана, это знание может плохо для меня закончиться, так что махать надо так же как это делал Такаши, тривиально как битой. Никаких уколов и обманных движений. Чем проще, тем лучше. В конце концов, серьезный импульс я могу обеспечить не только за счет мускульной силы. Глифы мне в помощь.

— Прошу прощение за задержку. Теперь мы можем идти, — перехватив прут на манер трости, вернулся к коллегам по выживанию.

— Аки, а зачем тебе эта палка? — не на шутку удивился Кота. — Ты же так классно гвозди метаешь.

— Метизы это не лучший метательный снаряд, тем более, если кидать их вручную, да и осталось их у меня всего сорок штук, — хлопнул ладонью по сумке. — Это тебе с нейлером хорошо, спуск зажал, и цель обзавелась дыркой. В общем, завидую тебе.

— Чего? — поразился паренек. — Ты? Мне? Завидуешь?

— Ага, — кивнул. — У тебя как дела с БК?

— Хреновы дела, чего уж там, — поморщился Кота. — Один баллон газа остался и две обоймы. Так что, на круг, у меня тоже сорок выстрелов.

— Не густо. Эх, мне бы пистолет для образца.

— Да, пистолет это было бы круто, — видимо не совсем правильно поняв меня, наш самоделкин закатил глаза и даже губами причмокнул: — Глок-18А например или Берету-92 в варианте для морской пехоты.

— Ну а я бы предпочел револьвер, что-то типа Нагана. И делать проще, и гильзы не разбрасывает, переснаряжать проще опять-таки.

— Эй-эй, гребаные отаку, — не повышая голоса, напомнила о себе Сая. — Заканчивайте с этими вашими влажными мечтами, давайте лучше определимся, куда пойдем. Кто-то, не буду уж пальцем показывать, жрать хотел.

**

Соваться к продуктовым магазинам и супермаркетам мы не рискнули, так как там творилась какая-то лютая дичь и, как метко подметила Сая, там была «своя атмосфера». Однако я всё-таки поглазел на происходящее и вблизи тоже, но ничего нового я там не увидел, та же фигня что и везде, ну разве что с поправкой на местную специфику. Но одна вещь меня поразила и это, как не удивительно, зомби.

Да-да, те самые зомби, которых мы кладём второй день кряду, в жилых районах были не такими, как мы привыкли. Тут они были пассивными. И да, если бы я не видел тех, что в школе, я бы тоже растерялся, ибо местные зомби вели себя достаточно культурно. Ну как культурно? Если и кусали, то не сильно, по крайней мере, еще никому из местных ничего не откусили, да и укушенные пока-что чувствовали себя терпимо. По крайней мере, никто из них еще не помер.

Вот последний факт меня и насторожил. Такаши обмолвился в учительской, что у них друг умер после того как его мертвяк укусил. Если я правильно помню, тот мальчишка сгорел за час. Плюс-минус десять минут на ошибку наблюдения. Да и среди спасённых девонька одна загнулась и тоже примерно за час. Тут же, тут некоторые были укушены еще вчера. Одним словом, толпа обеспокоенных граждан на полном серьезе стала думать, что правительство тут эксперименты над ними ставит. И, говоря прямо, я их понимаю, ведь власти, в самом деле, творят сейчас какую-то ересь. Так что мы воспользовались услугами некоего: не то магазина, не то ателье. В общем, небольшое заведение в котором нашлась кухонька с еще живым холодильником, а в том холодильнике… Ммм…

Дожевав последний бутерброд, вытер руки и поправил галстук. Остатки моей школьной формы порядком поистрепались и, чего греха таить, пропотели. Я уж про потеки крови и следы штукатурки не говорю. В общем, я ещё вчера размышлял на тему сменки, но только сейчас удалось найти что-то подходящее. И нет, я выбирал одежду по размеру, а не по внешнему виду, просто так получилось, что здесь на меня только костюм [1] и налез. Ну и туфли тоже нашлись, а то эти школьные кроссовкоподобные чуни меня порядком утомили.

— Ты кто такой?! — выйдя из примерочной кабинки, Саэко схватилась за боккэн и только когда уже замахнулась для удара, узнала меня. — Ты… Я тебя даже не узнала.

— Спасибо, богатым значит буду.

— Богатым? — из-за разницы в менталитете, Бусудзима подумала что-то явно не то, но кивнула. — Трость у тебя зачетная, но в наших условиях от той твоей арматурины больше проку будет.

— Вообще-то это она и есть, — не сдержавшись, крутанул коричневую тросточку с серебристым навершием.

— Да ну? — с сомнением пробормотала Саэко и оглядела меня как законченного пижона. — Дай-ка.

Пожав плечами, протянул трость девушке и с удовольствием пронаблюдал, как у неё меняется выражение лица. Легкое пренебрежение сменилось растерянностью, а затем и заинтересованностью.

— Но как? — проведя пальцами по гладкой поверхности трости вопросила Саэко. — Когда?

— Просто кто-то очень долго не может выбрать себе одежду, — с шутливым пафосом ответил я и подмигнул.

— Ну, ты и язва, Кобаяши, — резко выдохнув через нос, девушка бросила мне трость и вернулась в кабинку, пробормотав из-за шторки: — Мы здесь менее получаса находимся.

Удивившись, сходил за сумкой и, сверившись с телефоном, был вынужден признать, что да, Саэко права. А по ощущениям мы тут уже целую вечность и с минуты на минуту, вселенная умрет тепловой смертью или что там, у астрономов нынче в моде.

— К-кобаяши? — вскинув брови, уточнил Кота и пошутил: — Выглядишь как Шидо, не надо было тебе его руками трогать.

— Ты еще скажи, что, таких как Шидо надо бить исключительно ногами или палкой, — вздохнул. — Сам-то что? Нашел что-нибудь?

— Носки и труселя, больше ничего не налезает, — печально поведал Кота. — Это же семейный магазинчик, что уж тут поделаешь.

— Надеюсь, хоть наши дамы подберут себе что-нибудь.

— Я бы не был таким оптимистом, — поправив очки, хохотнул Кота. — Было бы что-то стоящее, они бы уже закончили.

— В смысле?

— Денег-то мы не платим, а значит, и менжеватся не нужно, а раз меряют, значит взять особо и нечего.

— Ну, вы блин знатоки женских душ, — из кабинки вышла Сая и как-то тоскливо вздохнула. Подняв взгляд на меня, она неопределенно хмыкнула и головой качнула. — Я уже говорила, что ты отморозок? Если не говорила, то говорю.

— Что на этот раз? Костюм как костюм и даже цвет у него не запрещенный.

— Хотя, может я уже и на воду дую? — Сая покачала головой. — Ладно, не суть. Вы сами-то закончили?

— Ага, — вскинув кулак, подтвердил Кота, а я лишь головой кивнул.

— Тогда минут через пять и мы смиримся, что окромя спортивных костюмов нам здесь взять нечего.

На удивление, ровно через пять минут объявились все три девицы, причем в одинаковых спортивных костюмах. Лица их были полны скорби, а пакеты содержали в себе, по всей видимости, только старую одежду. И это в принципе правильно, ведь бог его знает, как будущее обернется. Собственно и я свое не выбросил, лишь упаковал, да в сумку положил. Один черт кроме телефона, пенала, гвоздей и пачки листов А4 там ничего больше не было.

— Ну что, у кого какие идеи? — спросил я, оглядев наши нестройные ряды и видя отсутствие энтузиазма продолжил: — Думается мне, что мосты и прочие переправы нам, скорее всего, не доступны и остаются только самые сомнительные методы. Как вариант, можем переплыть речушку вплавь.

— Ты совсем дурной? — грубо, но тихо спросила Сая. — Вода ещё достаточно холодная, да и плыть далеко. Учитывая сильное течение, если даже никто и не утонет, есть все шансы оказаться далеко и поодиночке.

— Лодка нам в помощь, ну либо плот.

— Насчет лодок сомневаюсь, не одни мы такие умные, а вот плот это уже идея, но течение подействует на него даже сильнее чем на пловцов, — Сая огляделась и удивленно вскинула брови: — А где Кота? Ведь буквально только что тут был.

Обернувшись, не обнаружил нашего стрелка на месте и вскочил с пуфика, чтобы отправится на его поиски, но пропажа нашлась сама. Сначала раздался топот, а затем и сам он объявился.

— Такаши и Рэй, — через сбитое дыхание крикнул он. — За ними гонятся.

Примечание к части

[1] костюм ГГ - https://ibb.co/RykW82H

05. Не своё, но в дар

**

Не уверен но, кажется, я начинаю понимать, что имела в виду Сая, когда морщила свой носик в магазине. Однако костюмчик сыграл положительную роль, ведь вместо того, чтобы сходу атаковать, местные не-пойми-кто возжелали пообщаться и, по понятным причинам, общаться они начали хоть и матом, но обращались исключительно ко мне.

Итого два мотоцикла и четыре тела вероятного противника. Из оружия, как я вижу, у них только одна вертикалка и набор колюще-режущего. Живопыры у них, конечно, очень эпично смотрятся, но вот в их функциональных возможностях я что-то сомневаюсь. Хотя нож есть нож, даже столовыми приборами можно покалечить, так что долой стереотипы.

— Nu bljad, slovno zombej nam malo, — не стесняясь окружающих, произнес я и уже по-японски уточнил: — Уважаемые, с какой целью вы преследуете моих людей? Они сделали что-то порочащее мою репутацию?

Забавный всё же на островах язык, иной раз достаточно небольшого искажения и тебя поймут совсем не так, а можно прямым текстом сказануть так, что даже явные уголовники теряются.

— Ты, чьих будешь? — с явно заметной заминкой, спросил тот, что был с двустволкой.

— В Японии я известен как Кобаяши Аки, моя семья хоть и отошла от дел, но раньше мы занимались каллиграфией и черным деревом, — переложив тросточку из руки в руку, прижимаю ладонь к сердцу и делаю небольшой поклон, очень небольшой, я бы даже сказал почти и не делаю его. — С кем я имею честь говорить?

— Я Сатами Гё, — хмуро, очень хмуро ответил мужик, что щеголял пафосными наколками. — Старые времена в прошлом.

— Пока есть стадо, будут и пастухи, будут и волки, — повел рукой, сам в это время, пытаясь вспомнить хоть что-нибудь из местных обычаев, но, как назло, ничего путного не вспоминалось. — Или вы намекаете на то, что нам надлежит разрешить это недоразумение в стиле черноногих, устроив тривиальное побоище?

** POV Бусудзима Саэко **

Кобаяши, он заявил, что его семья занимает не последнее место и даже когда-то торговала рабами, а нас объявил чуть ли не своими крестьянами недостойными личного голоса. После чего обвинил хоть и не якудза, но всё-таки бандитов в том, что они попрали память предков и ведут себя как вонючее быдло.

Слава Ками, только Сая поняла, что именно сказал этот больной на всю голову полукровка, и уже никак не успела повлиять на ситуацию.

И, словно этого было мало, когда бандиты решили вспомнить старые правила и выставить бойца со своей стороны, этот отморозок уже был на расстоянии вытянутой трости от них. Я только и успела, что вскинуть боккэн и ринуться в атаку, как всё было уже закончено.

Буквально порубленные тростью тела не иллюзорно демонстрировали чудовищную силу ударов. Но куда больше вопросов вызывала сама техника. В первые мгновения мне почудилась школа спортивного фехтования, но она почти сразу перешла во что-то непонятное. Сами по себе удары стали откровенно безумными, словно были рассчитаны на какой-нибудь световой меч, а не на трость.

А еще не понятны были его слова. Если ему требовалось лишь сблизиться с противником, то всё сказанное не имело никакого практического смысла. Опять-таки мы слышали, как поступили с ним его… Отец и мачеха улетели? Так… Точно! Фамилия у Аки японская, но сам он полукровка, а значит мать у него иностранка. А ведь верно, он же прямо так и сказал, что, мол, в Японии он известен как Кобаяши Аки. А ещё чуть раньше сказал что-то не на японском и не английском.

Да кто ты вообще такой?

**

Фу блин! Какое отвратительное впечатление от забивания живых людей, фактически, палкой. Отвратительно. Мне теперь этот хруст сниться будет… Максимум один раз конечно, но всё равно неприятно.

— Господин Кобаяши, — странным тоном произнесла Бусудзима, склонившись в небольшом поклоне, — смею молвить, что нам стоит покинуть это место.

— Завязывай с шутками, — оттерев кровь с немного погнутой трости, оглянулся на остальных членов нашей развеселой компании. — Но валить нам, в самом деле, надо. Раз не можем сходу преодолеть реку, надо где-то забазироваться.

— Мне кажется, я могу кое-что предложить, — немигающим взором рассматривая поломанные тела бандитов, произнесла медсестра. — Здесь неподалёку есть местечко, где мы все можем отдохнуть.

— Берлога вашего ухажёра? — нервно сглотнув, Сая встала к покойникам спиной и стала говорить преувеличенно радостным голосом: — А она достаточно большая, мы все поместимся?

— Нет-нет, как ты могла такое подумать, — тоже преувеличенно радостным тоном ответила медсестра и даже руками замахала. — Там живет моя подруга, но она постоянно в разъездах из-за работы, поэтому у меня есть ключ. Ну, там цветочки полить, ванну принять… Кхм… Это апартаменты на берегу реки, кстати, можно и машинку её одолжить. Она прямо как танк и большая такая. Ух.

Неподалёку это очень растяжимое понятие. То, что в мирное время занимало минуты, в условиях БП обернулось несколькими часами. С другой же стороны мы не только шли, но еще и продуктами разжились по пути. Хоть Шизука и божилась, что холодильник полон, и она за это ручается, но мой опыт буквально кричал, что мирные жители бывают удивительно бестолковыми. Вот, например холодильники в магазине. Никому из ребят не пришло в голову удивляться тому, что в магазине есть свет и почему-то все искренне веровали, что на хате у этой мутной подруги он тоже обязательно будет. А вот меня чем дальше, тем больше сомнение охватывало.

Тут либо на острове всё с энергосетью плохо и у правительства нет возможности маневрировать потребителями, или наоборот, все на острове с этим хорошо и они умудряются отключать только потенциально опасные направления. Ну, либо они рискнули опасностью возгораний в обмен на какие-то свои, не ясные мне пока цели и задачи. В конце концов, «подвзорвать» пешеходный мост они не поленились. Да и на железнодорожном какая-то подозрительная активность была. Да что говорить, они же там с гражданскими вообще не церемонились и клали всех подходящих близко из пулемета. Да и подозрительные бочки какие-то там были. Авось тоже алюмотол. Небось, опять на сухую взрывать будут.

А вообще это как-то даже не логично. Это в автомобильных мостах нет особого смысла, а железная дорога для армии это важнейшая вещь, опять-таки по таким мостам можно безвозбранно танки перевозить. Хотя, бог его знает, как именно на островах с этим делом, может быть, тут всё грузовиками таскают.

— А где же машинка? — вырвал меня из размышлений растерянный голос медсестры.

Со вздохом отогнал несвоевременные мысли и зашел в закуток, где, судя по следам, ещё недавно стояло что-то достаточно большое. Не танк, конечно, но и не легковушка. Однако кроме следов шин тут были невнятные потеки масла, битое стекло и кусок замка зажигания. В принципе, не надо было быть гением, чтобы понять, что её…

— Её угнали, Марикава-сан, — нервно осмотрев нас, произнес какой-то зашуганный мужичок, что нагрузившись вещами, как раз покинул здание, в которое мы, собственно и намеревались войти. Следом за мужичком прошмыгнула и женщина, которая с ещё большим подозрением посмотрела на нас.

— Но как же так? — чуть не плача вопросила Шизука — Что я скажу подруге?

— Да уж, — вздохнул мужичок и уточнил: — А вы с друзьями, видимо, хотели пересидеть здесь?

— Да, верно, — кивнула медсестра и уточнила: — А вы, Моко-сан, куда на ночь глядя?

— Так в том-то и дело, что на ночь, — мужичек поморщился и даже сплюнул. — У нас ещё утром свет отключили, а тут же не городское водоснабжение, скважина у нас.

— Вот же неприятность, — окончательно расстроилась Шизука и посмотрела на нас глазами побитой собачонки. — Извините, ребята, но душ отменяется и с ужином тоже беда.

Проводив мужичка и его, судя по всему жену взглядом, я обернулся к нашей компании и даже улыбнулся от того, насколько расстроенные у всех были лица.

— Шизука, у твоей подруги есть ноутбук? Вроде бы ты что-то такое упоминала, когда расписывала достоинства данного места.

— Эм… Ну да, есть. Но он такой же странный, как и машина, он у неё в кейс встроен. Пасьянс раскладывать одно мучение. Но вот домашний компьютер это что-то с чем-то, а монитор и вообще во-о-о, — раскинув руки в стороны, похвалилась девушка, но быстро сникла. — Хотя, электричества же нет.

Чувствуя, что удача сама идет ко мне в руки, я, невзирая на несильно важные для меня подробности, буквально насильно потащил медсестру показывать квартиру. И таки да, мои надежды не были обмануты, ибо то, что Шизука описывала, именно то и оказалось. Скромный такой ноутбук в защищённом исполнении. Такие, помнится, любили называть ноутбуками военного образца, что не совсем верно. В общем, довольно древняя тошиба в… хотя, это для меня она древняя, а для этого мира этому ноутбуку в лучшем случае год. Но да, механический жесткий диск и отсутствие тензорного сопроцессора это прям как приговор. Хорошо еще, что весь современный на этот год софт эта железка должна тянуть.

— Однако, — с большим удивлением полюбовался заставкой операционной системы. Я даже как-то непроизвольно дернулся, когда обнаружил рабочий стол windows xp. Но, что уж тут поделаешь, стереотипы они же такие прилипчивые.

Пошастав по директориям, лишь похмыкал на обнаруженные запасы разнообразных видеороликов. Вот честно, лучше бы они мультики какие-нибудь хранили интересные, чем такое бессмысленное количество порнухи. Но, к счастью, тот, кто владел этим девайсом сильно не заморачивался, и я стал счастливым обладателем древнего, еще даже не облачного экселя и, о духи предков, консольным компилятором шарпа каких-то первых версий.

— Так, дорогие мои, электричество я вам обеспечу, но придется немного поработать, — удостоверившись, что батарея устройства еще почти полная, хоть и подозрительно слабая, с улыбкой осмотрел окружающих. — Во-первых, проверьте здание на наличие мертвечины и мест, через которые к нам могут влезть. Во-вторых, мне надо будет знать, где здесь распределительный щиток. Ну и в третьих, хотелось бы подробностей про скважину.

Порывшись в сумке, вынул листы бумаги и писчие принадлежности, после чего еще раз осмотрел малость деморализованное воинство.

— Бусудзима ты за старшую. Марикава ты расскажешь им все, что знаешь про дом, — вытряхнув писчие принадлежности, заозирался: — А еще мне нужна фольга. Если есть та, что используется для запекания, будет просто идеально.

— Эм… Кобаяши? — неуверенно произнес Такаши и замялся.

— Что? — оторвавшись от забивания формул в таблицу, поднял взгляд.

— Ты говорил, что я тебе буду должен, — парень кашлянул и протянул что-то на своих ладонях. Что это было я из-за сумерек и яркого монитора не смог разглядеть. — Вот, держи, это тебе.

— Комуро?! — буквально взвизгнул Кота, чего он на моей памяти не делал никогда. — Это же Smith & Wesson Model 37 Airweight [1]. Их же в полиции используют. Ты где его взял? А сколько у тебя к нему патронов?

— Это… Это неожиданно.

— Кобаяши, помнишь, ты о револьвере мечтал? — продолжил приплясывать Кота. — Кто бы мог подумать, что сбудется? Блин, кому бы помолится, чтобы и мне что-нибудь обломилось?!

Примечание к части

[1] Smith & Wesson Model 37 Airweight - https://ibb.co/p0L3R5Y

06. Не шестое, но чувство

**

Если кто-то скажет вам, что собрать батарею способную отдавать мощность хотя бы в пять киловатт на протяжении нескольких часов это легко… да-да, сначала в морду, а затем ногами гада, ногами.

Три гребаных часа, из которых расчеты и сборка заняли минут сорок, а затем начался ад наладки, настройки, тестирования и прочего разного не очень интересного шаманства. Так-то, в последние годы перед своим скоропостижным попаданием я занимался всем, что было связанно с матрицами преобразования. Говоря прямо, мы занимались синтезом всего того, что в одночасье исчезло из свободного доступа. Лекарства, конструкционные полимеры, газы ну и, в смежной области, помогал группе производящей источники и ребятам, обеспечивающим печать всеми теми полимерами, которые мы производили.

Одним словом, я хоть и знал как из говна и палок сделать хорошо, но всё равно порядком задолбался. Аж матюгнулся в сердцах, когда пятигаллонная бутыль из-под питьевой воды перестала трещать и обзавелась характерным таким фонтанчиком выходящего пара. Учитывая материал бутыли и всего того что я использовал, а так же ту мощность которую мы собирались использовать, эта батарейка не должна была прожить больше суток или двух, да и то, только при постоянном подливании воды в рабочую зону для восполнения и регенерации электролита. КПД в таком элементе из-за потерь конечно удручающий, но бесхозного железа в вымершем городе больше чем достаточно.

С минутной задержкой, как по волшебству, сначала неуверенно, а затем в полный накал заработали лампы освещения. Вообще повезло, что на дворе ещё самое начало века и этот таунхаус освещался самыми обычными лампами накаливания. Учитывая, что у нас был источник постоянного тока, это было критически важно. Материалов для сборки источника изначально переменного тока у нас не было, а даже если бы и были, то это квест на пару дней. Ведь одно дело замешать какую-нибудь жижу в ведерке и совершенно другое, выпиливать что-то напильником, при условии отсутствия этого самого напильника.

Со скважиной, к счастью, тоже всё получилось просто замечательно. Собственно я и начал собирать именно батарею после того, как убедился в том, что насосная станция в этом доме имела пафосный векторный контроллер, вот в разрез выпрямителя я и подключился. Даже не пришлось с проводами особо сильно мутить, просто прошелся по этажам и обрезал все, что не шло на насосную станцию и квартиру, в которой мы засели. А батарею, после непродолжительных размышлений, мы с Кото вынесли на балкон, где она и парила в свое удовольствие. Понятно, что из-за этого пришлось пробрасывать провод, но, проводка в квартире была, на удивление, хороша и я без затей воткнул батарею в розетку. Нарушение чего только можно, конечно, но плевать.

— Мальчики, плита работает, и холодная вода тоже пошла, — оповестила нас медсестра с кухни и сразу же нажаловалась: — Но сгорела микроволновка и холодильник тоже не включается.

Выдохнул сквозь зубы, ибо я же литературным японским языком просил всю электронику из сети выключить.

— Зато телевизор заработал, — спустившись со второго яруса, злобно буркнула Сая. — Такую дичь несут, что уши в трубочку сворачиваются.

— Телевизор? — не на шутку удивился я и забежал на второй уровень квартиры, обнаружив тут небольшой, чуть меньше метра в диагонали телевизор и он, подлец, в самом деле, работал, показывая какого-то растрёпанного диктора. — Какая неожиданность.

— У кого-нибудь есть зарядка? — раздался голос Рэй и я отлип от телевизора.

— Ребятушки, в сети у нас сейчас постоянный ток, все, что сложнее лампочки, имеет все шансы сгореть. Поэтому, пожалуйста, перед тем, как что-то пихать в розетку, подойдите ко мне, попробуем вместе.

— Хорошо, — раздался нестройный ответ, а Кота уточнил: — А что именно может пойти не так? Прибор сгорит?

— Хорошо если просто сам сгорит, а может и всю квартиру спалить, — пояснил я и удивленно принюхался: — Так, а это что за запах?

— Ой, это я духовку разогревать поставила, — жизнерадостно улыбнулась Шизука и вприпрыжку убежала на кухню, оставив меня с нервно подергивающейся щекой. Я тут голову ломаю, почему элемент так странно себя ведет, а он, оказывается, потребителями перегружен.

— Ладно, я вам не нянька и не сержант, спалите хату, будете ночевать в обнимку с мертвяками, — передернул плечами и, забрав со стола остатки фольги, кивнул Хирано: — Кота, ты всё одно около балкона трёшься, пригляди за батареей, пожалуйста. А я пойду, помоюсь, пока вода холодная.

— Так точно! — козырнув, парень дурашливо вытянулся и уже нормальным голосом поинтересовался: — Пока холодная?

— Бойлер тут самый простой, поэтому он тоже сейчас работает. Пока он не нагрел воду, ванна в любом случае никому из вас не потребуется.

Закрывшись, включил воду, чтобы та наполнила ванную, а сам принялся снимать с себя костюм, благо ванная комната была очень большая, и места было вполне достаточно для комфортного раздевания. И вот, когда я скинул всё, из-за двери раздался тоскливый вой Коты. На одной ноте, прямо как волк на луну.

— Да что опять? — обернувшись полотенцем, выскочил наружу и понесся на нечеловеческие вопли и стенания.

Забежав в комнату, на балконе которой мы поместили нашу батарею, я с удивлением обнаружил, что Хирано стоит на коленях перед открытым шкафом и натурально рыдает. Рядом с ним, с монтировкой в руках перетаптывается с ноги на ногу Такаши и пытается успокоить друга.

— Понятно, — вздохнул я, протолкавшись сквозь женскую толпу к месту событий. — Значит, не только машину украли, еще и стволы забрали.

Полюбовавшись отогнутыми дверцами, я с интересом осмотрел то, что забрать не успели. И то, что именно не успели это прямо с гарантией. Я даже больше скажу, та парочка беженцев, которую мы встретили, когда пришли сюда, она была во всём этом наверняка замешана. Я же не постеснялся, вскрыл дверь в их квартиру. Не собирались они сегодня уходить, совсем не собирались. Да что там, именно у них я позаимствовал бутыль с водой, из которой батарею сделал. Вот эти персонажи арсенал и подрезали, судя по всему.

Тут в шкафу, у Шизукиной подруги, был оружейный сейф на два отделения. Одно отделение воры вскрыли полностью, а вот вторая дверца была с браком и верхняя часть тривиально загнулась, заблокировав, тем не менее, нижнюю часть. Так что оружие из-за его длины забрали, а вот мелочевку, что стояла внизу бросили. И в мелочевке у нас обнаружилось несколько пачек натовской семерки и, как издевательство, прицел малой кратности, который, судя по следам, сорвало с оружия, видимо зацепился за что-то и мешал ствол вытаскивать.

Наклонившись, забрал одну картонную пачку и зубами, так как второй придерживал полотенце, вскрыл её.

— Не расстраивайся, Кота, — побренчав патронами, я продолжил: — Я тебе из разбитого ружья тех гопников обрез сделаю. Не винтовка конечно, но какие твои годы? Подрастешь левелом, будут и другие машинки.

— Так… так ведь… — шмыгнув носом, попытался взять себя в руки Кота. — У нас к ружью всего три патрона.

— А кто тебе сказал, что твой обрез будет стрелять дробью? — хмыкнул и высыпал винтовочные патроны парню в невольно подставленные им ладони. — Есть такая интересная страна на севере, там, в стволы вставляют вкладыши, благодаря которым можно стрелять и винтовочными патронами тоже.

Великие предки, как же мало надо иной раз человеку для счастья. Судя по буквально светящемуся лику Коты, еще немного и он уверует. Неважно во что, но точно уверует. Главное не забыть вкладыши сделать, а то мало ли, удавит во сне за разбитые надежды.

Отмахнувшись, от начавших что-то мне выговаривать девчонок, спрятался в туалете и, читерски нагрев воду при помощи одноразовой матрицы, которую я тривиально в ванную кинул, в эту самую ванную, наконец, и забрался. Как знал что пригодиться, поэтому и озаботился её расчетом вместе с батареей.

— Кайф то какой, — проурчал я и с удовольствием вытянулся во весь рост, порадовавшись, что ванная полногабаритная, а я хоть и на половину, но японец. Однако уже через пару минут я вспомнил, что забыл взять и шампунь, и мыло, и даже средство для создания пены. Как назло на специальной полочке ничего не было.

— Как же мне лениво, — пробурчал я, даже не делая попытки вылезти из ванной. — Надеюсь, первого препарата было уже достаточно.

Посомневавшись пару минут, я таки плюнул на всё и, вскинув руку, для лучшего сосредоточения даже пальцами пошевелил, но ничего не почувствовал, что в принципе нормально, но вот техника таки сработала.

— А! Су… У… — прижимая ладонь к голове, чуть не нахлебался воды от того, что вместе с пластиковой бутылочкой шампуня ко мне притянуло и увесистую, стеклянную емкость с каким-то кремом. Чуть голову же не разбило. Еще немного и одним лентяем на этом свете могло стать меньше. Укрепление кожного покрова, конечно, спасло от кровоточащей раны, но мозги они же нежные, по голове вообще лучше ничем тяжелым не бить. Даже в воспитательных целях. Особенно в воспитательных.

По привычке повел ладонью и, прочувствовал то самое, до зубовного скрежета знакомое чувство. Осколки я, конечно, таким образом собрал и «отлеветировал», они теперь лежат у стеночки аккуратной кучкой, но вот боль из-за моей преждевременной активности просто непередаваемая. Даже с учетом того, что я лежу в теплой воде, полностью последствия не проходят.

Как это ни печально, но я был слишком оптимистичен. Видимо с возрастом нервные волокна становятся менее восприимчивы к гравитационному градиенту. Ну, или это всё с чем-то ещё связанно. В любом случае, мне кровь из носу надо принять второй препарат. А то веду себя как бывалый ветеран, а возможностей у меня сейчас даже меньше чем у новобранца. Даже векторы ещё не активны. И хорошо ещё, что тут основная проблема это туповатые зомби, но кто сказал, что так будет всегда?

Поплескавшись, я переоделся в чистое и, найдя Саэко, выдал ей подаренный мне револьвер.

— Бусудзима, вся надежда на тебя, — вздохнул и продолжил: — Мне надо принять лекарство, но после этого я несколько часов буду в отключке. Проследи, пожалуйста, чтобы эти бестолочи не сожгли квартиру, и не напустили сюда зомби, хорошо?

— Благодарю за доверие, — отвесив короткий поклон, ответила девушка.

Кивнув в ответ, сам не понимая почему, с какой-то даже яростью принялся за синтез и создание вкладышей. С препаратом все было одновременно и просто и сложно. Синтезируется базовый раствор из химически чистой глюкозы или, если добавить всего шестьдесят несложных поправок, из обыденного сахара. С основным же элементом сложнее, ибо химически чистых компонентов в нормальной квартире не бывает, но и с этим я справился, угрохав на всю эту возню целый час. Затем, не откладывая в долгий ящик, я употребил полученную кислятину и, пока средство не начало действовать, переключился на вкладыш.

Вообще, с двустволкой забавно получилось. Я когда на гопников накинулся, я же просто бил, не сильно целясь, а в итоге приложил тростью ровно посередине блока стволов. Учитывая, что ружье в любом случае было бы перепилено в обрез, можно сказать, что я заранее насечку поставил. Так что уже без особого труда, при посильной помощи ноутбука, я рассчитал нужный рисунок для матрицы и уже ближе к ночи закончил издеваться над ружьем. И, признаться, результат мне даже понравился.

— Напоминает лупару, — напомнил о своем существовании молчаливо расхаживающий вокруг меня Кота. — А ты разве не будешь приклад отпиливать?

— Нет, но если хочешь, можем и приклад отрезать, дело не хитрое.

— Нет-нет, мне так даже больше нравится, — как-то излишне нервно ответил парень и протянул свои загребущие ручонки к девайсу. Он бережно взял его и с явным волнением на лице заглянул в каморы. — Ой! А почему только один?

— Один я оставил, как был, на случай если мы найдем патроны для ружья, тем более три штуки у нас уже есть, — потер глаза, почувствовав, что химия наконец-то начала действовать. — А в верхний теперь для винтовочных.

— Спасибо-спасибо спасибо тебе мастер, — закивал головой Кота, вложив испорченный патрон в камору и убедившись, что механизм исправно работает, накалывая капсюль.

— Рад, что тебе понравилось, — еще раз помассировал глаза. — Я уже сказал Бусудзиме, скажу и тебе. Мне надо принять лекарство, но после этого я несколько часов буду в отключке. Присмотри за моей тушкой, пожалуйста.

— Да не вопрос, — поглаживая ствол самодельного штуцера, кивнул парень. — Буду стоять на страже, не смыкая глаз. Не беспокойся… друг.

07. Не врач, но фармацевт

**

Как там любили говорить? Утро начинается не с кофе? Вот это из той же серии, ибо проснулся я не там, где ложился.

— Очнулся? — успокоено выдохнув, пробормотал Кота, невольно продемонстрировав синеву под глазами и свой весьма помятый и задёрганный вид. — У нас тут такое… — замолчав посреди фразы, Хирано залип на секунду и только после этого продолжил: — А ты лежишь как мертвый и не реагируешь ни на что, я уж думал… — парень опять замолчал посреди фразы, но в этот раз залипать не стал, а лишь головой потряс и, сняв с плеча свой штуцер, положил его рядом со мною: — Я… Мне надо выпить.

Переломив эрзац-штуцер, обнаружил нагар в обоих стволах. Видно, что его пытались чистить и для нижнего ствола это даже удалось сделать, а вот с вкладышем всё было не столь радужно. Я же его буквально на коленке сделал, а значит никаким покрытием и обработкой ствол не защищен, хорошо еще, что пули не только оболочечные, но еще и довольно крепкие оказались. Судя по следам на имитации нарезки, с размерами я налажал. Совсем чуть-чуть, но и это чревато.

— А ведь ты патронов пятнадцать высадил, не меньше, — произношу в полголоса, закончив осмотр.

Отчетливо понимая, что ничего хорошего для душевного равновесия я всё равно сейчас не узнаю и всё, что могло случиться, уже случилось, потратил время на доводку пулевого стволика. Опять-таки это был прекрасный повод начать использование векторов, эдакого эрзац-телекинеза. Кстати, это название придумали дошколята в честь какого-то, вроде бы, японского мультика про подростков со сверхспособностями. Смешно, но в моем случае это теперь не в бровь, а в глаз.

Но, воспоминания воспоминаниями, а технику безопасности никто не отменял. Поэтому, как и было в своё время написано в методичке, так и делал.

Во-первых, представил образ-ключ, который должен был включать этот навык. А то, помню, были деятели, которые пропускали этот шаг, а потом спать не могли спокойно, так как в отличие от материальных рук, нематериальные у них и во сне оставались подконтрольны мозгу. Приснится такому кошмар, и хорошо, если только разгромленной кроватью отделается. Но случалось, откровенно говоря, всякое.

Во-вторых, необходимо было применить активацию на самого себя. Да, фактически само тело становилось эдакой матрицей преобразования. После препаратов, организм уже так сильно не страдал от гравитационного градиента, и можно было безнаказанно для здоровья баловаться такими сложными вещами как телекинез. Ну, или что-то на него сильно похожее.

В прошлом мире мне эти хваталки нужны были для тонких манипуляций и для безопасного синтеза. Причем в первую очередь для синтеза, ведь работать приходилось со всяким иногда очень токсичным и взрывоопасным, а боксов с манипуляторами-повторителями было что-то около нуля, да и те были плотно заняты. Вот из-за этого и повелось, что всё потенциально опасное тестировалось за монолитной бронеплитой. Хотя, пока не была наработана статистика, даже тривиальное гашение извести водой, при гравитационном катализе, предтече матриц преобразования, приводило к человеческим жертвам. Но нехватка Q-чипов вынуждала идти и на такое.

Но… сколько бы я тут в комнате не прокрастинировал, вспоминая былые деньки, реальный мир ждать не будет. А жаль. Сегодня так не хочется портить себе настроение.

Снарядив штуцер, повесил его на плечо и вышел из комнаты. Спустившись по лестнице, обнаружил разгромленный зал, в котором словно в регби играли. Из образа выбивалось лишь несколько гильз на полу и потеки крови. Причем потеки были не на полу, а на стенах. А это уже совсем нехороший знак.

В квартире было как-то удивительно тихо и пусто, я даже грешным делом подумал, что кроме Хирано тут никого больше нет, но ошибся. Войдя на кухню, я обнаружил лежащую головой между тарелками Саю и вполне бодрую Шизуку которая с явным интересом следила за действиями Коты. А парень не мелочился и, крутанув бутылку, винтом, всаживал что-то алкогольное. Хорошо еще, что бутылёк был не очень большой, а то я даже заволновался от такого зрелища.

— Шизука, почему эта хрень меня не берет? — выдохнув и с грохотом поставив пустую бутылочку на стол, заявил Кота. После чего попытался сесть на стул со словами: — Что-то мне нехорошо.

— Хм… — хмыкнула медсестра, наблюдая, как парнишка промазал мимо стула как минимум на метр. Завалившись на пол, Кота попытался что-то сказать и вырубился, лишь храпом намекая на то, что он ещё жив.

— О! Кобаяши! Живой! — как контуженая прокричала медсестра и попыталась, встать из-за стола, но ноги её тоже уже не держали. — А мы тут это… пьем.

— Что с остальными? — спросил я у неё и даже пальцы крестиком сложил. Понимаю что глупость, но я с этими ребятами вторые сутки бок о бок и пускай это всего лишь попутчики, но зла я им не желал.

— А с остальными всё, — хлопнув ладонью по столу, Шизука немного истерично засмеялась, но быстро прекратила, уточнив: — Хотя нет, вру, Такаши жив.

Всё это в смысле мертвы? И почему же она тогда такая радостная?

— Давай-ка с самого начала.

— Изволь… — кивнула Шизука и попыталась дотянуться до последней недопитой бутылки.

И потекло повествование, от которого я даже матерится не сразу смог. То, что медсестра была под градусом, это лишь упростило рассказ, так как она себя даже не пыталась сдерживать, выложив всё, что знала и о чем догадывалась. В общем, в отдельно взятом за жопу сообществе выживших произошел разлад на тему кто кому даст. Прямо скажем, не удивлен. Люди на то и люди.

Не уверен насколько честна была Шизука, но так уж получалось, что в главные злодеи она записала Рэй. Мол, эта девица до событий апокалипсиса прокинула нашего бойца биты в пользу его лучшего друга. В день нашествия покойников на школу, этот самый лучший друг скоропостижно умер, и девица упала на хвост к своему бывшему парню. А вчера, когда я весь из себя такой пафосный и «блЭгородный» отбил их от гопников, а затем и быт наладил, стала, сея девица мозг Такаши иметь…

Перегнувшись через стол, передал вожделенную медсестрой тару той в руки, чтобы она не отвлекалась, и с куда большим скепсисом продолжил слушать краткий пересказ не то трагедии, не то мыльной оперы.

Однако после очередной дозы алкоголя, роль главной злодейки почему-то перешла к нашей мечнице, к Бусудзиме. Мол, и она глаз на перспективного парня положила. Перспективный это не я, это Такаши. Не знаю, как у рассказчицы так переключило, но кажется уже рассказанное она либо забыла, либо не считала нужным отвлекаться на правила формальной логики. А может мы для неё все на одно лицо, кто этих японских медсестер знает.

Выдохнув, запил всё это теплой водой по методу знакомого сотрудника милиции. Между нами говоря, фееричный был везунчик, умудрившись пережить четыре переименования, шестнадцать начальников и два локальных конца света… Так о чем это я? Кхм… В общем, запив этот бред не самой приятной на вкус жидкостью, я задумчиво покивал головой, вспоминая слова знакомого про то, что настоящий, не бумажный опер способен за десять минут беседы точно сказать, сидит ли перед тобою мошенник или таки настоящий Нострадамус, который реально способен прозревать будущее.

Я, в силу профессии был сейчас опером ненастоящим, поэтому с грехом пополам мог понять, что мимо ушей надо пропускать все, что связанно с чувствами. Сами события Шизука описывала точно, хоть и очень странно, а вот эмоциональная окраска всё портила. Мда. И всё через призму дедушки нашего Фрейда. А с виду вся из себя такая невинная.

— Шизука, ты по второму кругу одно и то же рассказываешь, — вздохнув, перебил я разошедшуюся рассказчицу. — Давай ближе к делу, а то я так и не узнал, почему квартира разгромлена.

— Какой ты бука, — надув губки буквально проурчала медсестра и потянулась к стопке. — Лучше бы приобнял, такую грустную и напуганную девушку как я. Иначе я ничего не буду рассказывать.

— Шизука, ты видишь стопку в своей руке? — окончательно потеряв терпение, спросил я.

— Э… Ну да, — с недоумением посмотрев на обсуждаемый предмет, кивнула она и совсем было уже собралась отхлебнуть, но тара выскочила из её руки и зависла в воздухе. — Какого?!

— Шизука, представь, что этот тяжелый, крепкий предмет это твоя шея. Представила?

— Э… Ну… — поводив руками под и над стопкой она тем не менее не попыталась прикоснутся к ней руками. — Д-допустим.

— Если ты и дальше будешь придуриваться, то с твоей шеей будет… — я, пользуясь знанием физики, сдавил не весь стакан, а две компактные области по его бокам своим телекинезом.

Векторы они даже у самого раскаченного человека довольно слабые, но для того чтобы смять стакан в труху не нужна сила, нужно знание. Вот и сейчас я пафосно сжал пальцы в кулак, так как люди, особенно пьяные, довольно медленно соображают и пришлось повторить знаменитую сцену из не менее знаменитого фильма, чтобы у неё сработала образная память. Ну а после того как продемонстрировал кулак я, с небольшой задержкой, использовал векторы которые повредили стекло, а дальше оно само лопнуло, достаточно было просто удерживать труху над столом, а под конец придать осколкам форму шара. И с этого шара с еще большим пафосом капало недопитое вино. Цвет, конечно, подкачал, но, если не присматриваться, прям как кровь.

Кап-кап-кап.

— Разрешите доложить, — не взирая на выпитое, девушка вскочила со стула и даже смогла встать по стойке смирно. Ну, почти смогла. — В ноль-ноль десять случилась словесная перепалка между Комуро и Миямото. Затем между Миямото и Бусудзимой. Официальным поводом стало обсуждение возможной помощи выжившим. В ноль-ноль двадцать пять Хирано оповестил, что наблюдает выживших, которые пытаются найти убежище в потенциально обитаемом доме.

— Так, стоп, отставить, — уронив стеклянное крошево на стол. — Ты проходила военную службу?

— Да. Силы самообороны. Военный медик.

— Присядь, — попросил я. — Причина увольнения на гражданку?

— Я… Я… — задрожала всем телом молодая еще женщина.

— Завалила психолога? — без особого труда догадался я. — Причина?

— Во время операции в Конго попала в плен и… и…

— Япония? В Конго? — не на шутку удивился я.

— Спец операция.

— Ясно, экономили, значит, — кивнул, ведь история обыденная. Есть такие сволочи, которых буквально плющит из-за простаивающих активов, как они это называют. Берут обычные войсковые части и используют их как наёмников во имя своего собственного блага. — Ты попала к местным военным, просто к местным или к наемникам?

— К наемникам.

— Ясно, изнасиловали, — вздохнул. — До серьезных пыток дошло?

— Меня… не успели.

— Твоя подруга, Рика, кто это?

— Минами Рика, сейчас снайпер группы SAT. Знакомая моих родственников. Занималась моей реабилитацией.

— Эти же родственники подделали документы, — не спрашивал, а скорее утверждал я, так как не та здесь страна, чтобы с такими проблемами в школу пустили.

— Д-да.

Называется, хотел узнать что произошло… узнал. Не про то и не там, но узнал. И что со всем этим делать? Можно конечно рукой махнуть, авось зомби съедят и проблемой меньше, но чисто по-человечески девчонку жалко. Если родственникам пришлось документы подделывать, а реабилитацией занималась хоть и женщина, но снайпер, то, что говорить про эту самую реабилитацию? На людей не кидается уже хорошо. Хотя, если вспомнить покойного Шидо… образцово-показательный в шею это прямо пять балов.

— В общем, так, Шизука, будем заканчивать этот бардак с твоей шизофренией. Сейчас я тебе препарат один выдам, и пойдешь ты деточка спать. Часов на десять-двенадцать. Если поможет, хорошо, а не поможет, так в таком твоем состоянии всё одно зомби съедят.

08. Незнакомый, но родной

**

— «Обожаю» когда реальность не соответствует рассказанному. Вот же пьяная с… кхм… дура.

Вытащив очередное тело на улицу, сплюнул и, протерев руки, осмотрелся. Тишину хорошего погожего денька нарушали лишь птички, что радостно чирикали в небе, да постанывания мертвяков, которые явно учуяли ничейное мясцо и теперь тусили за забором. А еще постанывал Такаши, который выглядел не лучше тех самых зомби. Его по понятным причинам плющило и таращило, но он аки оловянный солдатик продолжал копать, отхлебывая воду из канистры, через каждых пять-шесть махов лопатой.

Он посмотрел на меня со дна не сильно глубокой могилы, что имела скорее форму банана, чем прямоугольника и криво улыбнулся, а точнее даже оскалился, так как его самочувствие оставляло желать лучшего.

— Ты уверен, что эта твоя бурда подействует? — утерев обильно текущий пот со лба, он попытался продолжить копать, но дрожащие руки помешали ему в этом.

— Естественно я в этом не уверен, — пожал плечами и, прикинув объем ямы, подхватил парня под плечи и вынул из выкопанной им могилы. А так как он был явно поражен моим ответом в самое сердце, то даже не сопротивлялся своему вытаскиванию. — Медицина катастроф тем чудесна, что всегда есть место надежде.

— Ты поэтому не отговаривал меня от того чтобы я занялся похоронами?

— Тебе соврать или предпочтешь правду?

— Давай уж правду, — вновь приложившись к канистре с водой, буркнул Такаши.

— Это ты эту девочку спасал, а для меня это очередной мертвый японец, так что мне просто лень было бы её закапывать, — полюбовался сужающимися зрачками паренька и кивнул: — Злишься? Это хорошо. В идеале мне стоило бы довести тебя до мордобоя.

— Но… зачем? — как-то растеряно пробормотал Такаши.

— Ладно, ты по-своему парень правильный, так что скажу как есть. То, что я тебе вколол это, скажем так, химический маркер, который мешает организму узнать, что он мертв… И не надо на меня так смотреть. Не знаю что ты там себе сейчас понапридумывал, но это средство предназначено продержать тяжелораненого в живом состоянии до тех пор как ему не будет оказана медицинская помощь. Подействует ли оно именно на тебя, я просто не знаю, но, судя по тому, что ты не помер через час после укуса, то тебе свезло встретиться с местной разновидностью зомби.

— Разновидностью?

— Помнишь, вчера по телевизору показывали толпу? Они еще обвиняли правительство в экспериментах на людях?

— А, ты про выпуск новостей, — нахмурился парень и уже, наверное, в сотый раз присосался к канистре.

— Собственно до нашей повторной с тобою встречи около того магазина я пошлялся среди тамошнего люда и посмотрел на их достаточно пассивных мертвяков и на укусы я тоже внимательно посмотрел.

— Миролюбивые мертвяки?! — поперхнувшись очередным глотком, Такаши реально чуть не помер. Вот был бы номер, если бы захлебнулся. Хех.

— Я тебе даже больше скажу, Рику, подругу нашей медсестры, в чьей квартире мы сейчас живем, подняли по тревоге за два дня до того как на нашу школу напали зомби. И те странные зомби впервые появились тоже за два дня до нападения. Совпадение?

— Так, нет, ты меня специально путаешь, — тряхнув головой подросток, прижал ладони к вискам. — Какое это имеет отношение ко мне?

— Во-первых, превращение мертвого тела в зомби и смерть от укуса зомби это два отдельных процесса. Во-вторых, судя по всему, зомби на основе ослабленного тела в первое время плодит спокойных покойничков… спокойничков, хм.

— Так это вирус или не вирус?

— Если даже это некий вирус, в чем я лично сильно сомневаюсь, то мы им все уже должны быть заражены и тогда укус это всего лишь триггер. Что хоть немного объясняло бы эту теорию.

Посмотрев на странное выражение лица собеседника, не стал человеку настроение портить.

— Ты говорил, что хотел довести меня до мордобоя, это то тебе зачем?

— Ну, может быть я просто мразь? Ладно-ладно, серьезно значит серьезно, — помолчал. — Это средство в чистом виде вводит человека в медикаментозную кому. И лично я ХЗ как потом из неё выводить. Не будешь шевелиться, перестанешь бороться, сначала остынешь, потом вырубишься.

— А… то-то мне так холодно, — задрав голову, Такаши посмотрел на небо. — Уже час лопатой машу под полуденным солнцем, а так и не согрелся. Думал, что я уже нежить.

— Ну, что тут поделаешь, — пожал плечами и пошел обратно в здание. — Когда вода перестанет лезть в тебя, найди меня, а я пока займусь остальными.

— Аки?

— Чего?

— А можно девчонкам как-нибудь память за вчерашний день стереть?

— Я тебе Гарри Поттер что ли? Извини, но волшебной палочкой я не владею.

— Ну, — парень замялся и отвел взгляд. — Беспалочковые может быть?

— Ещё один, — фыркнул. — Одной летающие стаканы мерещатся, второй в магию уверовал.

Оставив пациента один на один с трудотерапией, вынес из здания последнее тело напавших на нас мародеров. Да-да, как оказалось, Шизука хоть и несла ахинею, но начало вчерашних событий описала плюс-минус точно.

Такаши двое суток без сна, плюс зомби, плюс лично убитый хмырь на заправочной станции и в нагрузку еще и девица, которая сломалась от происходящего чуть раньше его самого. Были бы на дворе мирные денечки, дальше словесной пикировки дело бы не зашло. И мало того, Бусудзиме этот пацан тоже приглянулся и она в эту размолвку влезла. Как итог Такаши поперся подышать свежим воздухом, где последней каплей стало увиденное действо. Мужчина с маленькой дочкой искали убежище от покойников и, на свою голову, стали ломится в дверь обитаемого дома. Вот тамошние жители и не придумали ничего боле умного, как проткнуть бедолагу ножом.

Такаши окончательно озверев от творящегося бардака, решил хоть девочку спасти и таки спас на свою голову. Прорваться к дому, около которого осталась неприкаянная девочка, было делом не сложным. Парнишка недурственно водил мотоцикл, а у нас их сразу два осталось. В общем, поддав газку этот ОЯШ таки доехал. Чуть сам не помер, конечно, слетев с мотоцикла, когда на тело покойника наехал, но таки смог отбиться от зомби.

Была бы у нас винтовка, всё было бы куда проще, в конце концов, прикрыть Такаши можно было прямо с нашего балкона. С него всё происходящее было как на ладони. Но чего не было, того не было. И пришлось парню сначала отбиваться от покойников, затем прятаться, а затем еще и нести на себе ребенка идя, вы только вдумайтесь, по забору. С забором прямо повезло. Не профлист какой-нибудь, а нормальный бетонный забор. Узкий до ужаса, но эта личинка Бетмена справилась.

И чем закончились все эти превозмогания? Пока Такаши добирался до девочки, её успели цапнуть. Пока он её отбивал, а затем нес, как раз примерно час и прошел. И вот, когда оставалось совсем чуть-чуть до спасительного дома, девчушка, висящая у него на шее, его в эту самую шею и укусила.

Не знаю, кто как, а я бы на его месте, скорее всего там бы и навернулся от такого выверта судьбы. Одно дело противостоять обыденному событию, пускай и страшному и другое дело такой вот нежданчик.

Думаете, на этом история бедолаги окончилась? О нет, он умудрился прямо там, на заборе, сломать зомби-девочке шею и с нею на руках уже вернулся обратно. Вернулся, а тут, в его отсутствие, на огонек заглянула некая группа выживших. И да, теперь я верю, что у Рэй отец работал в полиции. Она сразу заподозрила неладное, но Шизука, такая Шизука… Это же сосед и его друзья, ну что может пойти не так? Все мои слова про то, что соседи мутные она естественно пропустила мимо ушей. Ну и кто ей доктор после этого?

И вот, когда медсестру уже почти разложили в лучших традициях японского хентая, Такаши, натурально как самурай, уверовав, что уже мертв, пошел творить добро. В принципе, на этом история всех нас и закончилась бы, но он очень удачно влез в дом, в ту самую комнату, в которой валялся связанный Кота.

И ведь, попутчики выполнили мою просьбу дословно. Квартира, в самом деле, не сгорела. Зомбей они не впускали и даже за тушкой моей присмотрели… в меру своих возможностей. Но что-то от этого всего совсем не весело. Оно было бы очень неприятно проснуться и узнать, что ты уже мертв.

— Ещё и нажрались как свиньи, — недовольно пробурчал я, подтащив Саю поближе к ведру. От которого она умудрилась отползти пока я отсутствовал.

Пройдясь между телами «павших» которые «уже все» ещё раз убедился, что никто из них во сне не захлебнется.

— Какая знакомая мелодия, — улыбнулся я, когда услышал звук со второго этажа, но улыбка мгновенно сошла, когда до меня дошло, что это такое: — Да это же мой телефон.

Пробежавшись по ступенькам, подбежал к брошенной в угол сумке, и торопливо открыв её, вынул из неё телефон. На экране был чей-то незнакомый номер и, судя по значку перед ним, мне уже во второй раз звонили.

— Отец этого тела, что ли звонит? — предположил я и, совсем было уже, собрался сбросить вызов, но чувство противоречия взяло верх, и я нажал зеленую кнопку и в привычном по прошлой жизни стиле ответил: — У аппарата Кобаяши, слушаю.

Канал был порядком зашумлен помехами кодирования. Мой собеседник еще ничего не ответил, но скрипы, залипания и прочее разное уже присутствовало.

— Алло, я слушаю вас? — повторил спокойным, размеренным голосом. Повышать голос мне не сильно хотелось, да и из-за специфики мобильной связи крики могут ситуацию с качеством даже ухудшить.

— Аки, это, в самом деле, ты? — даже с учетом помех, было слышно, что мой собеседник не только молод, но ещё и сильно растерян.

— Это, в самом деле, я, — ответил собеседнику и уточнил: — К сожалению, из-за помех я не понимаю, с кем именно говорю. Представьтесь, пожалуйста.

— Это я, Рюто, твой брат.

Чё?! У меня тут еще и брат есть?

Данный факт меня порядком поразил. Но в принципе это было возможно, так как я не так уж хорошо помнил жизнь Аки. Но вот чего я там точно не помню, это брата. Может ошибка?

— Удивлен, — нейтрально произнес я, не очень понимая как на всё это реагировать.

— Я боялся, что ты меня и не вспомнишь, — обрадовался, судя по голосу, мальчишка. — Я-то тебя вживую не видел, только на фотографиях.

— Ну, значит, ты понимаешь степень моего удивления, — поиграл я словами. — Ты поболтать или по делу?

— По делу, — радость из голоса моего собеседника моментально пропала и он зачастил: — Связь совсем недавно вновь заработала, но дозвониться родным не получается. В полиции, в пожарной службе или хотя бы в скорой не берут трубки. Нам нужна хоть какая-нибудь помощь. Мы заблокированы в школе. Тут какие-то твари, как в фильмах ужасов… Ты мне веришь?

— Если под тварями ты имеешь в виду что-то до боли похожее на зомби, то я тебе, конечно же, верю.

— Так… ты их тоже видел? Они что, не только у нас в школе?

— Вообще-то они теперь везде.

— Но как же… Как же так?

09. Не человек, но лис

**

Днем, да ещё и на открытом воздухе мертвяки как-то заметно теряли в подвижности. Этим я и воспользовался, прошвырнувшись вдоль реки. И сделал я это откровенно не зря, так как буквально через сто метров наткнулся на первые следы попытки переплыть реку. А через полкилометра нашел даже подходящую лодку. По понятным с первого взгляда причинам, никто кроме меня даже теоретически не мог ей заинтересоваться, ведь она была с пробитым дном и была затоплена кверху килем метрах в двадцати от берега.

Имея возможность не замерзнуть в довольно холодной речной воде, я не сильно торопился. Сплавал к находке и пару раз нырнул, с целью удостоверится, что плавсредство в необходимом для меня состоянии и уже после этого, привязал к лодке синтетическую веревку, бобину с которой нашел в хозяйственном магазине неподалеку.

Перекусив бутербродами и горячим кофе, я прямо тут на берегу, время от времени отталкивая векторами излишне любопытных покойников, при помощи шпаргалки с текущим положением основных для Земли гравитационных источников рассчитал подходящие для меня временные точки. Это такие места в пространстве, в которых в определенное время, при помощи не очень сильного воздействия можно получить свободную энергию. Эдакая незаконченная, временная, матрица, но уже из самой планеты. Так-то Земля большая и кинетической энергии у нее до одури, мне же для того чтобы разложить немного воды на водород и кислород надо так мало, что даже стыдно немного использовать такой серьезный метод.

Но так получилось, что никаких энергоносителей у меня при себе не было, так как я изначально собирался только разведку произвести, поэтому пришлось полагаться на силу природы. А она, природа в смысле, иногда удивительно щедро ништяки отсыпает. Вот и сегодня, для этого места была просто уйма возможностей украсть немного силушки, одной из которых я и воспользовался. Сделав одноразовую матрицу для фокусировки, я затолкал её под лодку и почти точно в рассчитанное время из пробоины затопленной лодки пошли пузырьки. Сама она даже привсплыла и, если бы не веревка, лодку бы тривиально унесло течением, но нет, вместо этого течение вытащило её туда, куда хотел я. Да и с матрицей я угадал точно. Она была достаточно сильной, чтобы придать затопленной лодке плавучесть даже невзирая на пробоину, но одновременно с этим она была достаточно слабой, чтобы не вытолкнуть плавсредство на поверхность или перевернуть его. Идеально.

Но, когда лодка лежала в воде, она казалась куда меньше. Сейчас же, на мелководье, понятно, что это не лодка, это натуральная шлюпка, человек на пятнадцать. Веслами, если найдем их, мы такую махину просто не сдвинем, но я обязательно что-нибудь придумаю.

К моему возвращению, все вчерашние «покойники» уже протрезвели, и даже бедолага Такаши ласты не склеил, хотя был, прямо скажем, на грани. Шизука порадовала вменяемым состоянием, но вот на меня косилась хоть и с легким, но страхом. Сая и Рэй имели аналогично расположенные фонари под левым глазом. Ну а Саэко наконец-то отошла от побоев. Она конечно пипец какая лихая со своим боккэном, но вот когда ей этим же поленом и приложили, верткость и выносливость сразу куда-то делись. Ну и единственный кто мучился только от неумеренных возлияний, это Кота. Был он всё ещё несколько зелен, но уже даже за улицей присматривал, махнув мне рукой, когда я во двор зашел.

— Явился, не запылился, — набычилась Сая, словно я ей денег задолжал и уже второй год злостно не возвращаю.

— Я нашел притопленную лодку. Она ремонтопригодна, — задумчиво посмотрел на пустую кастрюльку и обернулся к Сае. — Эх, мне совсем ничего не оставили?

— Да чтобы я тебе хоть что-то оставила, — фыркнула она. — Дрых, падла, пока нас чуть по кругу не пустили.

На лицо имеет место быть рецидив. Жаль. Ненадолго её без таблеток хватило. Хотя да, стресс. И ведь, учитывая её уровень осведомленности, она сейчас вполне искренне негодует, ведь я уже дважды проспал довольно значимые для неё события. В автобусе я проспал бучу, а тут нападение мародеров.

— Я понимаю твое раздражение, но я предупреждал, что буду в глубоком отрубе, — пожал плечами. — Так что извини, но твоя злость не по адресу.

— Тебе здесь не рады, — буркнула Шизука, по всей видимости, не простив мне своего принудительного кормления лекарствами. Так-то, её тоже понять можно.

— Да что вы такое говорите? — удивился Такаши, который как раз прихрамывая, шел в сторону ванной комнаты. — У нас впереди еще долгий путь, а вы собачитесь.

— К тебе Комуро тоже вопросы есть, герой ты наш недоделанный.

— Ну, вообще-то, он тут, в самом деле, герой, причем без шуток, — покачал головой с неодобрением. — Будучи уже укушенным полез нас спасать, а это дорогого стоит, как по мне.

— Засунь свое мнение себе в задницу! — неожиданно Сая сорвалась на крик.

— Что происходит? — вбежал Кота со своей пулялкой на перевес, но обнаружив, что посторонних нет, успокоено, выдохнул и, поставив эрзац-штуцер на предохранитель, повесил его по-походному на плечо.

— Да вот, Сая и Шизука считают, что мне в вашей компании не место, — решив не меньжеваться и усугубить ссору, я улыбнулся и развел руками. — Сейчас, небось, голосование устроят.

— А вот и устроим, — окончательно слетев с нарезки, прошипела Сая. — Я за то чтобы послать Кобаяши на все четыре стороны… Шизука?

— Я? — девушка отвела от меня взгляд и ответила: — Я поддерживаю.

— Кота, кого ты выберешь, меня или этого козла? — продолжила свирепствовать Сая.

— Да что вы тут вообще творите? — растерялся Такаши.

— Я воздерживаюсь от голосования, — тоже отведя взгляд в сторону, произнесла Саэко.

— И я воздерживаюсь, — протараторил Кота, видимо подумав, что нашел способ избежать конфликта.

— А я против, — побледнев, Такаши хлопнул ладонью по столу. — Вы что за бред творите, дуры?

— Я поддерживаю Саю, — видимо приняв высказывание Комуро и на свой счет тоже, буркнула Рэй.

Не сдержавшись, захохотал в голос, чем серьезно так напугал окружающих. Ну не объяснять же им, что это не от нервов, а потому что, в самом деле, смешно.

— Ну что же, — перестав ржать, с постной физиономией процитировал классику: — С большим сожалением я принимаю ваше решение. Я люблю демократию. Я люблю Республику.

— Какую ещё к чертовой матери республику? — севшим от крика голосом вопросила Сая, но я ее, конечно же, проигнорировал.

— Э… Ребята? Кобаяши? Вы чего? — как-то даже испуганно произнес Такаши. — Это же всё бред какой-то. Вы что творите?

— Такаши, мне лестно, что ты проголосовал за меня, — подмигнул пораженному произошедшим сейчас спонтанным голосованием парню. — Не забывай про витамины и постарайся в ближайшую неделю не простывать, иначе умрешь.

Развернувшись, вышел на лестничную площадку и, вместо того, чтобы выйти через выход, зашел в соседнюю квартиру.

Средство, которое я готовил для Комуро оно было из разряда опасных при изготовлении. Учитывая качество исходных компонентов и совершенно не предназначенную для синтеза посуду, мне по понятным причинам пришлось заниматься всем этим за пределами квартиры Шизукиной подруги. Учитывая четыре неудачные попытки, сделал я это не зря. Но не это было главным, главным было то, что именно там сейчас стоял ноутбук, который я использовал для вычисления необходимых поправок, а еще там была моя сумка и немного продуктов с вечернего перекуса.

** Такаши и все-все-все **

В наступившей после ухода Кобаяши тишине Такаши явственно скрипнул зубами и произнес:

— Так не пойдет, я его верну.

— Мы его изгнали, — уже без огонька ответила Сая и с недоумением подняла взгляд на люстру, лампы в которой начали явственно тускнеть. — Кота, ты что, опять забыл долить воду?

— Ничего подобного, я её раз в час проверяю.

— Тогда почему, по-твоему, свет притух?

— Потому-что ресурс батареи закончился, — буркнул Такаши.

— Фигня это всё, скорее всего он при уходе подгадил нам, козел.

— Сая, пока вы вчера блевали дальше, чем видели, мы с Кобаяши сделали новую батарею взамен потраченной. Как раз, примерно сутки уже прошли.

— Ну и в чем проблема, — пожала плечами Сая. — Ты же ему помогал, значит должен помнить, как их делают. Иди и почини.

— Ну, ты и дура, — схватившись за голову, простонал Такаши: — Кота, Саэко, уговорите Кобаяши вернутся, он не должен был далеко уйти. Сая, Рэй, Шизука мы с вами сейчас будем наполнять водой все емкости, какие сможем найти.

— Ты чего это раскомандовался? — растерялась Сая.

— Нет света — нет воды. И есть нам тоже нечего, у нас только крупы остались. Предлагаешь их сырыми жрать?

— Что ты нагнетаешь, возьмем в магазине бутилированную.

— А кто пойдет Сая, кто? Лично я сейчас биту разве что в руках держать могу, Саэко тоже пока размахивать боккэном не может. Рэй — та же песня. Ты у нас нонкомбатант, блин. Вот и остается Кота, но на его выстрелы сразу массовка соберется.

Схватившись, за голову, парень застонал от накатившего раздражения.

— Его нигде нет, — вернулся запыхавшийся Кота.

— Кто-нибудь знает его телефон? — обрадовался Такаши, вспомнив про то, что в последнее время Аки почему-то всегда носил с собой заряженный и включенный телефон. — Связь сейчас, вроде бы, снова работает. Просто позвоним ему.

Обернувшись к замолчавшим ребятам, парень почувствовал неладное.

— Только не говорите мне… Что, вообще ни у кого нет его номера?

— …

**

Как бы ни был приколен костюм с тросточкой, но мне таки пришлось переодеться. Просто когда лазаешь через кучи строительного мусора, как ты не берегись, но ты всё равно уделаешь или порвешь что-нибудь. И да, мне в очередной раз не повезло с размерами и если на ноги нашлись неплохие ботинки и крепкие штаны, то на тело были только белые футболки и… толстовка в стиле ли́са [1].

Оранжевый цвет это конечно очень броско, но зомби вроде бы слепы, а на живых мне немного плевать. На близкой дистанции я теперь опасен, а снайпер… он может зажмурить тебя в любой одежде, на то он и снайпер. Зато если остались хоть сколько-нибудь адекватные люди, моя заметная толстовка может и положительную роль сыграть. Это накачанный дядя в камуфляже и обрезком трубы в руках вызывает опаску, а неспешно идущий школьник в рыжей толстовке это не страшно. И плевать, что в кармане на пузе этой самой толстовки револьвер и три клипсы с патронами [2].

Одно из образа безобидного фурри выбивается — брутального вида кейс. И это прямо проблема, да. А еще он здоровый и тяжелый. Мне бы сейчас планшет какой-нибудь, правда я не очень помню, есть ли они уже тут. Наладонники точно есть, но их вычислительной мощности мне тривиально не хватит… или хватит? Обидно, но придется проверять, ведь наши миры хоть и похожи, но у нас в восьмом году зомби по улицам не ходили, может и в технике тоже есть разница.

Вздохнув, достал телефон и задумчиво покрутил его в руках. Братец у меня помощи так и не попросил, видимо, как услышал про то, что мои рванули в штаты с низкого старта, так такая идея ему в голову и не пришла. Но стоит ли набиваться самому? Да и там он явно не один, а мне одного цирка с конями уже хватило.

— Нет, я его совсем не знаю, — покачал головой и опустил руку с телефоном. — Если уж совсем прижмет, сам позвонит. Ну, или не позвонит, если головой он только ест, но тогда он сам себе злой буратино.

Выдохнув, совсем было уже, собрался бросить мобильник в сумку, как он, даже напугав меня, беззвучно завибрировал в руке.

— Здравствуй.

— …

— Э… Что? Что-что?! За каким *ером тебе морфий Рюто?

Примечание к части

[1] толстовка ГГ - https://ibb.co/sb975Vd

[2] клипсы (простейшая разновидность спидлоадеров) - https://ibb.co/K5ScCRL

__

Прода начнет выходить с бо́льшим интервалом, так как - капитализм, счастье, зае*ись.

10. Не лис, но кицунэ

**

Добраться до средней школы, в которой застрял Рюто, оказалось на удивление легко. И если в начале пути я берегся и двигался задворками, то потом плюнул и, забрав из разбитой витрины спортивного магазина велосипед, остаток пути проделал уже на нем. И тут спасибо надо сказать векторам, ибо иногда попадались неудачно стоящие покойники, которых было чудо, как удобно отталкивать телекинезом. Вот так, неспешно покручивая педали, фактически по основным дорогам я и доехал до нужного мне комплекса зданий.

Да и вообще сегодня на улицах было на удивление «малолюдно», те немногие мертвяки, которые встретились мне, они куда-то неспешно брели и ощущения непреодолимой преграды не создавали. Ты главное не шуми и роняй особо прытких на землю. И это меня несколько смутило. Прямо как тогда с электричеством. Сложилось даже такое странное впечатление, что зомби отсыпаются после ночного кутежа.

Забравшись на достаточно основательную ограду, я расселся на ней поудобнее и принялся рассматривать открывшуюся мне картину. И она меня совершенно не обрадовала. В отличие от пригородных районов тут, внутри ограды, мертвяков было не в пример больше и, что неприятнее всего, вся эта толпа нежити когда-то была детишками. Зрелище, прямо скажем, не для полного желудка. Нет, то, что на дворе зомби-апокалипсис это меня не сильно печалит, но вот дети это да, это неприятно. А уж как представлю, что им придется головы сносить, так и вообще тоскливо как-то становится.

— Хотя, зачем сносить? — удивленно спросил сам у себя и мысленно потянулся к ближайшему покойнику в школьной форме. Вектор, как я и предполагал, без особого труда прошел через носовую полость и, преодолев довольно слабую защиту в этом месте, без затей проткнул мозг. Для живого человека это конечно опасно, а иногда даже летально, но вот для нежити этого оказалось вообще недостаточно, поэтому вектор пришлось как бы расширить на конце, превратив в петлю и провернуть.

И… как же хорошо, что векторы, в отличие от материальных рук, не обладают осязанием иначе, боюсь, невзирая на весь свой пофигизм я бы точно расстался сейчас со своим завтраком. Впечатление от проделанной процедуры оказалось даже хуже чем от разбивания голов битой. Брр.

К счастью, из-за того что нематериальные конечности почти не умеют в осязание, уже давно разработана методика позволяющая, скажем так, автоматизировать рутину. Создавать своеобразные условные рефлексы. Почему дети моего мира называли это векторами? Да потому, что отдельно взятый вектор это не телекинез в книжном его виде, это же невидимая, прости господи, тентакля. И то, что операторы учатся оперировать ими как дополнительной парой конечностей это всё те же условные рефлексы. Поэтому кто сказал, что мне каждый раз надо проделывать эту стремную процедуру осознано?

Сказано-сделано. Пятнадцать минут позора, два десятка невинно, повторно убиенных и на расстоянии до пяти метров я мог применять данный навык без рвотных позывов. Единственный минус, для правильной работы навыка нельзя было руками размахивать. В идеале, руки стоило держать в карманах, чтобы мозг не путался.

Надышавшись свежим воздухом, я спустился с забора и неспешно пошел по дорожке к входу в здание школы. Будь моя воля я бы пробежался поперед своего визга, но в отличие от зомби-взрослых, ронять зомби-детей не имело смысла, так как они вставали очень быстро, а некоторые так и вообще не чурались использовать все конечности для передвижения. Поэтому пришлось идти со скоростью неспешно прогуливающегося подростка.

Я шел, тела вокруг меня падали и больше не вставали, а мое настроение портилось с каждой секундой, так как уже отсюда, с улицы, было видно, что за дверьми школы, в фойе, зомбят даже больше чем на территории. А когда я подошел к зданию метров на десять, так и вообще атас. Из выбитых окон третьего этажа ко мне шагнуло несколько бывших учеников.

Зажав рот ладонью, я поспешно развернулся и бегом припустил обратно к воротам. Забравшись на безопасную высоту, я всласть поблевал, так как даже такой циник как я не выдержал хруст разбивающихся об асфальт тел. И плевать что они, по факту, уже давно мертвые, просто я оказался куда нежнее, чем думал до этого. Нет, если бы это падали взрослые, то фиг бы с ними, но такое… тьфу, блин, аж мороз по коже.

Передёрнув плечами, накинул на голову капюшон, чтобы быстрее избавиться от фантомного ощущения холода. Покрутив головой, обнаружил, что до пожарной незадымляемой лестницы хоть и дальше, но и тел там поменьше. Так что я сначала прямо по забору шел, а затем, улучив момент, спустился и бегом припустил к лестнице. Но до цели, по понятным причинам не добежал. Пришлось останавливаться и опять применять вектор в режиме миксера. Благо никто больше на голову не прыгал.

Очистив себе путь, я подбежал к лестнице и вздохнул тяжко. Ну, какой смысл делать за пределами здания лестницу, тем более пожарную, если нижняя часть у вас решеткой закрыта? И ведь в школе Аки была точно такая же херня. Какой е*анат это вообще организовал? Ну ладно зомби-апокалипсис, он, слава богу, не каждый год происходит, но те же пожары, например?

Порадовавшись тому, что на подобный случай у меня есть средство, я всё же решил не тратить липкую ленту с нанесенной на неё отрезной матрицей, а воспользоваться мускульной силой и всё тем же телекинезом. В конце концов, если тело может опираться на ноги, а не только на руки, то залезть на второй этаж это не такая уж и сложность.

Перевалившись через бортик, оказался на незадымляемой площадке лестницы и перевел дух. С одной стороны восхождение оказалось не таким уж и сложным, но с другой стороны стоило ведь предварительно головой подумать, а потом уже лезть. В общем, из-за своей непредусмотрительности, сюда я залез со всем своим скарбом. Ну, кто мне мешал привязать к сумке и кейсу ноутбука тросик, а затем просто втащить всё это сюда? Нет же, на своем горбу затянул. Тьфу, блин.

Отдышавшись и размяв руки, я не торопясь поднялся на четвертый этаж лишь изредка упокаивая одиночных мертвяков. Тут пришлось перелезть на обычную вертикальную лестницу, так как незадымляемая до самой крыши почему-то не доходила. А ведь, на первый взгляд, планировка у наших школ схожая.

Пробежавшись по свободной от посторонних тел крыше, я достиг северной стены здания и выглянул через ограждение, пытаясь понять, где именно располагается класс, в котором забаррикадировался братец. Как назло, обзорность была просто отвратительная, и что-то понять было затруднительно. Я уже подумывал сделать какую-нибудь глупость вроде громкого крика, но видимо сама вселенная сжалилась надо мною, так как из одного из приоткрытых окон неожиданно вылетел бычок. Оставив за собою огненный росчерк, он упал на голову бредущего под окнами зомби.

Проверив свой скарб, я и в этот раз решил не мудрить и спускаться вместе с ним. Привязав конец добротной, пафосно рыжей веревки за элементы системы вентиляции, остальной моток я скинул вниз и на манер спецназа попытался спуститься вниз.

— У, *ля! — прошипел я сквозь зубы. А собственно что еще мог шипеть я, когда понял, что это тело никогда таким не занималось, и этот опыт остался где-то там, в ином мире. Да что там, я даже про пояс забыл начисто. Как я вообще не сорвался, вот в чем вопрос. В общем, повезло, и я, в каком-то смысле элегантно, влетел в открытое окно, напугав присутствующих неожиданным зрелищем.

— Это класс три си [1] или я ошибся окном? — не совсем понимая, что именно несу из-за запоздалого испуга от возможного падения, обратился к окружающим.

— Да… Нет… — вразнобой ответили перепуганные школьники и женщина лет сорока.

— Ученики этого класса здесь тоже есть, — на этот раз мне отвечала только женщина. — А вы собственно кто? Вы пришли к нам на помощь?

Последний вопрос женщина задала как-то очень неуверенно, косясь при этом куда-то выше моей головы из-за чего я на автомате провел ладонью у себя над головой и сам того не ожидая обнаружил там лисьи уши. А ведь я уже и забыл про это плюшевое украшение на капюшоне.

— Я братец лис, пришел проведать своего брата Рюто. Кстати, где он? — сняв кейс со спины, поставил его на стол: — Он недавно звонил, просил найти морфий, правда, не успел сказать, сколько именно ему надо.

Присутствующие в классе почему-то совсем не отреагировали на мою шутку про лиса, зато во все глаза уставились на кейс с ноутбуком. И чего они в нем нашли? Обычный серебристо-зеленый параллелепипед с ребрами жесткости.

— Он та-ам, — как-то излишне нервно ответила женщина и указала пальцем на дверь.

— Спасибо за добровольное сотрудничество, — вежливо кивнул женщине и открыл в указанную дверь.

В помещении, в которое я вошел, обнаружилось приличное количество футонов на полу и на некоторых из них спали детишки. И где здесь Рюто? Не будить же присутствующих.

— *ули-цзин [2] — не то спросила, не то обозвала меня девочка не совсем японской внешности. Судя по специфическому обращению можно было предположить, что она из Китая. Да и её одежда выбивалась из привычной школьной униформы, больше напоминая комбинезон. Но вот это её обращение это да, это прямо топчик.

— А *ули нет? — ляпнул в ответ, не подумав, за что был удостоен внимательного такого взгляда, после которого она произнесла уже по-английски с прикольным таким акцентом:

— «Ты поиск Рюто-школьник? Я демонстрация пути».

Проследовав за «демонстрацией пути» я оказался в мед.кабинете, где обнаружился немолодой мужчина, видимо доктор, перебинтованная женщина и моя более молодая, но почему-то черноволосая копия.

— Брат, не пристало приличному лису красить свою шкуру, — пошутил, поняв таки, почему шевелюра брата так разительно отличается от моей. — Вечно ты от этих смертных то блох нахватаешься, то идей глупых.

Ну, всё, можно сказать, что за все мои сегодняшние страдания я отомщен. Одно плохо, я сейчас стою и даже не знаю, как быть. Не было у меня братьев, тем более младших и что делать, когда они в тебя плачут, вцепившись, как утопающий за соломинку, я не знаю. Через пару секунд меня расклинило и я, вспомнив, как коллега по работе успокаивала свою малолетнюю сестру, потрепал Рюто по волосам, но обнимать не решился.

Примечание к части

[1] на наш манер это будет 9в

[2] китайский аналог японского "кицунэ", лис-демон если упрощенно

11. Не шутка, но смешная

**

Этот старик даже порадовал. Такую уверенность в своих силах я здесь еще не встречал. И ведь не идиот и даже маразмом не страдает, просто не унывает и имеет большой жизненный опыт. А старик он потому, что с самого начала мы с ним шикарным образом поругались и с тех пор я лисье отродье или сопляк, а он, соответственно, старик или ископаемое. Однако это не помешало нам попить чаю с печеньками.

Если прямо говорить, то группа выживших только на этом старике и держится. Стильные, модные и молодежные давно слились, оставив школьников на произвол судьбы, вот он «брошенное знамя» и подобрал. Что удивительно, методология воспитания, времен молодости моих родителей, творила чудеса в отдельно взятом за задницу коллективе. Здоровый коллективизм, направленный на благо каждого члена этого самого коллектива это штука мощная.

Да что там: старик, девушка-психолог и два десятка подростков вооружённых передовым для неолита учением и самодельными копьями, на манер македонской фаланги, медленно, но уверенно зачистила целое крыло на этом этаже. Так что этой группе было на чем спать и что есть, ведь весь этот этаж был отведен под кружковую деятельность и уроки труда, так что и кухня тут была и небольшой запас продуктов тоже нашелся.

А вот с китаянками было интереснее. Оказывается, тут рядом намечались некие молодежные спортивные мероприятия международного уровня. Так что Ли и (ну кто бы догадался?) вторая Ли — это представители китайской команды. А братишка мой свежеобретенный с ними тоже не просто так. Его и ещё несколько подростков школа назначила добровольцами, которые должны были работать на мероприятии в роли «помогальников».

В общем, ему «не повезло», и коллектив этих плюшевых добровольцев распределил его к самым неинтересным для детей спортсменам. Опять-таки ещё не вся китайская сборная приехать успела. В общем, когда японцы воспылали друг к другу с гастрономическим интересом, Рюто уже зарекомендовал себя приличным человеком и один из тренеров команды и её дочка-спортсменка как раз подвозили его до школы, чтобы он мог сдать некие документы.

Сломанные ребра и несколько не самых удачных ранений китаянки это та плата, которую взяло мироздание за жизнь Рюто. Если бы не тренер, его бы тривиально сожрали, так как кроме них никто в административном корпусе больше не выжил. Особенности планировки сказались. Так что я с чистой совестью отдарился четырьмя ампулами обезболивающего. Правда и тут получилось не совсем удачно, ведь на момент запаивания ампул я уже переоделся в толстовку и мои мысли уже крутились вокруг лис и всего с рыжим цветом связанного. Так что и веревку я в магазине забрал рыжую, и на ампулах был мною изображен логотип Firefox. Дело не хитрое, умеючи-то, но вот вопросы вызвало.

И да, наверное, это была первая моя ночевка в этом мире без приключений. Просто заснул и просто проснулся. Правда, всю ночь леса, да поля снились. А под утро, видимо дневной стеб не прошел для меня даром, и ненапряжное сновидение сменилось довольно странным местом. Да и сам сон стал довольно осознанным. Не люблю такие. Сон должен быть сном, а извилинами во сне шевелить это неуважение к отдыху.

— Ты здесь и слушать я готова, — произнесла некая девица в традиционном японском одеянии, и я даже поразился тому, с каким серьезным видом это было сказано. Но всё портило то, что у черноволосой девушки были не человеческие, а лисьи уши и целых пять хвостов. Ну как можно на такое зрелище без улыбки смотреть?

— И тебе здравствовать, — по привычке кивнул я и, потеряв интерес к персонажу сна, обошел девицу и с интересом заглянул в какие-то не то развалины, не то древнюю постройку, перед которой девушка и стояла.

— Смею молвить, странный ты, — дернув ухом, с явным недоумением в голосе вновь начала говорить она. — Удивление, испуг, просьбы и даже угрозы слышать мне доводилось, но безразличие это внове. Это обидно, знаешь ли.

— Ну, извини, — в очередной раз по привычке ответил я. — На удивление подробный сон и даже персонажи тут связные вещи говорят. Прикольно.

— Вот в чем дело, — кивнула девушка-лисица. — Думаешь ты, что это лишь сон?

— А разве нет? — закончив осматривать вход в постройку, обернулся к удивительно говорливому персонажу.

— Ты спишь, то, правда, но не сон это, — покачала головой девушка. — Звать меня Хоро.

— Хоро мудрая из Йойтсу? — невольно улыбнулся, подумав, что догадался, откуда мой разум выдернул этот образ. — Но почему лисица, а не волчица?

— О-ро-ро, — издала странный звук девушка, приложив ладони к щекам. — Я тоже мудрая, но не из Йойтсу.

— Жаль…

— Желал если ты волчицу встретить, зачем лиса костюм ритуальный надел?

— Да нет, я его просто так надел, утром прохладно было. Да и не ритуальный он, обычная толстовка.

— И надев его, три деяния совершил ты тоже просто так? — с сомнением на лице спросил персонаж моего сна. — И лисом по крови себя признал в шутку?

— Ага.

— Ну что же, достойная получилась шутка, — прижав ладонь ко рту, девушка попыталась сохранить достойный вид, но не справилась с задачей и буквально пополам сложилась от смеха. Отсмеявшись, она утерла выступившие слезы по-простому, рукавом. — Однако ты здесь и просьбу свою ты так и не озвучил?

— Да мне, в общем-то, ничего и не надо. Может, лучше тебе домик облагородим? А то он из сплошного камня, для здоровья это не здорово.

— Так не бывает, — с серьезным лицом ответила девушка, проигнорировав моё предложение. — Власть, богатство или магия. Всегда есть что-то, чего не хватает.

— Такое ощущение, что названия ты называешь разные, а в виду имеешь что-то одно, — подивился логике сна и покачал головой: — Власть ради власти это больше на психическое расстройство похоже. Богатство это, фактически, та же власть только в профиль. Ну а магия… Мне и моих навыков хватает. И десятой доли не использую.

— Неужели тебе никогда не хотелось испепелить своих врагов или летать как птица?

— Вот про испепеление давай не будем вспоминать, — передернул плечами. — Мне и недели хватило на месте оператора огнеметного танка, чтобы понять, что я удивительно миролюбивый человек. А вот полеты это замечательно, только зачем для этого магия? И какой тебе от этого всего профит?

— Меркантильный интерес был у меня. Но ни единой возможности поглотить себя ты мне не дал, — покачала головой девушка и пошевелила ушками. — Однако ты на месте силы, где когда-то стоял и мой храм тоже, вокруг тебя многие тысячи мертвых и два десятка искренне уверовавших, что ты лис-полукровка, так что у тебя, в самом деле, получилась смешная шутка… сородич.

— Что… — начал, было, я, но девица с удивительной силой швырнула меня куда-то вверх, и сон стал развеиваться.

— Попробуй жареный тофу, теперь он тебе точно понравится, — крикнула она мне вслед и засмеялась тем самым, странным смехом: — О-ра-ра.

**

От столь необычного сна и неожиданного пробуждения я даже не сразу с футона поднялся, дав себе вволю поваляться и помаяться бездельем. Но жизнь есть жизнь и мочевой пузырь таки напомнил, что вставать всё-таки придется и сновидение как-то поблекло и ушло на второй план.

Одевшись и зашнуровав ботинки я, позевывая, направил свои стопы к туалету, в котором, на удивление, никого не было. Сполоснувшись после сна, я с раздражением осмотрел свою нестриженую гриву. Еще немного и придется раскулачивать японских модниц на резинку для волос, чего не хотелось бы. Уж не знаю откуда пошла мода на волосы до *опы, но длинные волосы это боль и страдания, а в условиях БП это самый короткий путь ко вшам. Так что нафиг-нафиг, первый же парикмахер пойдет на сотрудничество со мною, даже если его придется для этого пытать.

Ухмыльнувшись своим мыслям, потянулся к дежурному полотенцу и замер с постепенно отвисающей челюстью: — Чё?!

Прикрыв глаза, сделал пару глубоких вздохов и еще раз посмотрел на себя в зеркало, но ничего не изменилось. Мои невнятно-синие глаза изменили цвет, и теперь радужка была ярко-зеленой. Мурашки сбились в табун и пробежались по хребту, ибо я не употреблял ничего, что могло хотя бы теоретически повлиять на их цвет. И это нервировало.

Отринув сомнительные мысли, я всё-таки воспользовался полотенцем и пошел на поиски старика. Ибо непонятное непонятным, а дела делать надо.

— А, это ты, исчадие… — покосившись на меня, старик снял наушники и хмыкнул: — Линзы что ли надел?

— Не… — неопределенно взмахнув рукой, протянул я и перевел тему: — Ну что там в эфире? Не зря ли ты дед свой песок просыпал?

— Твоими молитвами, ёкай [1], твоими молитвами, — ухмыльнулся бывший преподаватель классической литературы и с довольным прищуром похлопал по блокноту. — С одной стороны отрадно, что станции, закрытые ещё двадцать лет тому назад, снова в строю, но это же и пугает, ведь в войсках сейчас совершенно другая техника и другие диапазоны.

— Просто орбиту погасили, — пожал плечами, не очень понимая затруднения собеседника: — У нас то же самое было.

— У кого «у нас»? И когда именно такое было? — нахмурился мой собеседник.

— Это не важно, — мысленно отвесив себе подзатыльник за невнимательность, покачал головой и достал телефон. — Не скажу за всю группировку, но гражданский GPS признаков жизни не подает.

— Ты же понимаешь, что молчание не добавляет доверия к тебе?

— А ты в курсе, что в Африке дети от голода умирают? — фыркнув, спросил я. — И ведь этот континент экспортер аграрной продукции.

— Э… Ну, как бы, да, — растерялся мой собеседник столь резкому переводу темы.

— И что ты по этому поводу думаешь делать?

— Это печально, конечно… — вздохнул старик. — Но какое это имеет отношение к доверию?

— Возможно, что и никакого, — развел руками. — Но зачем мне тогда доверие человека?

— Это уже софистика. Доверие это обоюдное чувство.

— Чувство? Хм. Я не собираюсь тебя обманывать, а значит твое доверие мне не нужно, — я осмотрел собеседника внимательным взглядом и закончил шутку: — А, так это тебе нужно мое доверие… Поня-я-ятно.

— Тьфу ты, — дед выдохнул и взял блокнот в руки. — Если глаза прикрыть, ты вылитый Куро. Даже голос чем-то похож.

— Куро?

— Бывший сослуживец, — неохотно ответил старик. — Иначе, думаешь, откуда у простого учителя литературы познания в радиоделе?

— … — многозначительно промолчал я, так как для меня это было совсем не очевидно. В конце концов, я знал как минимум двух радиолюбителей, которые не служили и даже работали в другой области, однако это не мешало им вытворять поистине невероятные вещи.

— Хм? — с сомнением посмотрев на мою честную физиономию, старик продолжил: — В общем, я всё-таки нашел подходящего абонента. Это вспомогательная база флота и у них есть вертолеты, которые они используют для эвакуации.

— Думаешь, что сможешь убедить их взять толпу школьников? — с сомнением спросил я. — Одно дело толстосумов возить и другое дело людей спасать.

— Почерк у радиста знакомый, — помявшись, хмуро ответил старик. — Дружественно настроенный к тебе связист это уже половина успеха.

— Это да, — кивнул. — Если не выгорит с военными, что будем делать тогда?

— Воспользуемся твоим опытом, — нахмурился дед. — Сделаем копья подлиннее и отойдем к какому-нибудь неразграбленному магазину. Тут есть недалеко супермаркет с одноуровневой планировкой.

Открыв лежащий на столе кейс, включил ноутбук и, ещё раз порадовавшись наличию карты, осмотрел указанный стариком объект. И, в принципе, должен признать, что этот дед в очередной раз оказался прав. Именно толпой и именно с копьями это будет не так уж и сложно. А вот предположительное место расположения базы, с которой он хотел связаться, меня чем-то насторожило. И, вроде бы, ни одного рационального довода против этого у меня нет, но словно бы шкура на загривке дыбом встает. Очень странное чувство.

— Понятно, — вздохнул и закрыл карту. — Значит, паяем передатчик и готовим копья. Вроде бы ничего сложного.

Примечание к части

[1] В японском языке слово «ёкай» имеет очень широкое значение и может обозначать практически любое сверхъестественные существо.

12. Не смерть, но принципы

**

Наладка передатчика на основе радиоламп это тот ещё квест. Всё же я про них только читал, но в живую никогда не использовал, а вот старик, этот «некротехнофил» имел у себя на работе коробку с лампами, которая завалялась у него с семидесятых годов. Так что мне пришлось не только высоковольтный источник для сеток делать, но еще и антенну на крыше развешивать и даже катушки вручную мотать. Хотя, вынужден признать, что есть во всём этом некоторое очарование. Кто-то наряжается в римские доспехи и бегает с гладиусом наголо, а кто-то паяет передатчики на элементах которые были выпущены ровно полвека тому назад. Самая старая стекляшка оказалась пятьдесят шестого года выпуска. Жесть.

И, тем не менее, занимаясь подготовкой к воплощению плана по эвакуации, я всё чаще ловил себя на том, что изменился. И я сейчас не про внешний вид говорю. Внешне я, каким был при попадании, таким и остался. Небольшая косметика не в счет. Однако внутренние изменения были куда большие, и особенную нервозность вызвала психика. В перерывах между работами, я взял пару листов бумаги и провел урезанный тест на психокодирование. Да-да, упрощение доступа к сверхсложному синтезу привело не только к созданию лекарств, но еще и к применению новых видов вооружения.

Приложив один листок ко второму, без труда обнаружил разницу в ответах, которые я писал при разном эмоциональном состоянии. Триггер был, конечно, самый слабый — боль, но даже так я многое понял.

— Аки? — сонно пробурчал брат и с недоумением посмотрел на часы. — Я же только лег… мне же ночью дежурить.

— Извини, — поставив рядом с ним свой кейс и ранец с кое-какими полезными вещами, я вынул револьвер и протянул его рукоятью вперед. Так как мальчишка был со сна, он сначала взял, а затем понял, что именно взял, поэтому я успел даже клипсы с патронами выложить, пока он соображал.

— Что происходит? — чуть не выронив оружие от неожиданности, Рюто уставился на меня с явным испугом.

— Кое-кто решил плюнуть в протянутую руку дружбы, — оскалился я и ещё раз проверил карман, в который положил шпаргалку с необходимыми мне расчетами. — Если не вернусь до утра или если ты услышишь взрыв, считай, что мне не повезло.

— Взрыв? Какой ещё взрыв? — запаниковал школьник.

— Мощный, очень мощный взрыв, — не сдержавшись, вновь оскалился я и подхватил размеченную заготовку под особо крепкую матрицу. — Учитывая необходимую для испарения стали энергию, бахнуть должно как тонна или даже две. Такое будет тяжело не расслышать.

— Что? — ещё больше растерялся мальчишка и уставился на матрицу, которую я взвалил на плечо. — Брат, а зачем тебе обрезок рельсы?

**

Как я и ожидал, так оно в принципе и получилось. Мои чувства как взбесились, а матрица, сделанная из рельсы стала вызывать неподдельный ужас. Тут уже даже без помощи тестирования было понятно, что это не мой страх, ведь смерть это далеко не самое страшное, что может с человеком произойти. Есть вещи куда гаже. А смерть? Ну, обычно, это благословенное ничто. Моё попадание сюда это явно не норма. Не думаю что такое больше одного раза возможно. Так что нет, рыжая, не в тот карман ты лапу сунула. Не в тот.

— Ну, здравствуй, хвостатая, — улыбаюсь знакомой девице, которая выглядит сейчас уже не так пафосно как в прошлую нашу встречу. — Я смотрю, ты решила не тянуть с нашей встречей.

— Я Хоро Мудрая, — вскинув голову, отчеканила она. — А не то, как ты сказал.

— А я, ныне покойный специалист инженерного корпуса человечества, — поморщившись избыточному пафосу названия нашей организации, подошел ближе и улыбнулся. — Ты зависишь от моего тела и, видимо, разума, а значит, его уничтожение повлияет и на тебя тоже. Даже если я не прав, ты потеряешь возможность оказывать влияние на меня.

— Это не совсем твое тело, знаешь ли, — прижав лисьи ушки, нахмурилась девица.

— Тогда мне тем более не стоит переживать из-за того, что оно разлетится в виде простейших оксидов по всей планете в виде дыма.

— Глупец, да я просто воспользуюсь твоим телом и уйду от этой страшной штуки, которую ты сделал.

— А силенок хватит? — глумливо уточнил я и испытал очень специфичные ощущения. С одной стороны я как стоял посреди сна, так и продолжаю стоять, но ощущение такое словно я на спине лежу и пытаюсь встать.

Девица замерла секунд на десять, после чего отмерла и удивленно произнесла:

— Ты приковал себя к столбу? — она удивленно похлопала глазами и оскалилась: — Этого недостаточно. Всегда можно воспользоваться магией.

Данное утверждение меня немного напугало, но так как я не первый год в профессии то цепочка была не единственным препятствием для лисы.

— Да ты… Да ты… — собеседница даже задыхаться стала от переполняющей её ярости, когда вновь пришла в себя.

— Я что?

— Почему твое тело не двигается?

— Потому что я его «сломал», — ответил почти правду и воочию увидел, как злоба сменяется страхом.

— Дурак! — прокричала она и, неожиданно, упала на колени, словно ноги перестали её держать: — Это еще что? Какая странная мана. Нет. Нет-нет, это же… эманации Хаоса? Ах ты, больной у*людок!!!

— Хаоса? Как по мне, средненький градиент, — подошел вплотную и положил ладонь на голову подвывающей девице-лисице. — Не ломай комедию и встань. Такой небольшой уровень даже без раскачки не очень опасен.

— Я не могу… — дрожа всем телом, просипела она. И тут либо она хороший актер или её сейчас, в самом деле, плющит не по-детски.

— Если уж и пришло наше время, то прими смерть с достоинством… сестренка.

— *баный фанатик, — разрыдалась она и, окончательно упав на землю, словно из последних сил вцепилась зубами в мою штанину. И это было бы даже смешно, но тут матрица начала выходить на рабочий режим и мне тоже поплохело. Я тоже не удержался на ногах и, невзирая на то, что мы находились во сне, упал на задницу. Оперившись ладонями в землю, я с трудом удержал равновесие.

— Сейчас станет полегче минуты на две, — прохрипел я. — Так что если есть возможность, беги.

— Драк, дурак, дурак, — выплюнув мою штанину, как заведенная повторяла девица. — Я могу обернуться лисицей, но без маны я в этом мире умру.

— Значит не судьба, — философски заметил я. — А что такое эта твоя мана?

— Ты совсем больной? — всхлипнула хвостатая. — Сейчас эта твоя жуть нас пустит в распыл, а ты меня про ману спрашиваешь?

— Никогда не поздно учиться чему-нибудь новому, — вздохнул с облегчением, почувствовав как напряженность градиента просела. — У тебя две минуты лисица, затем бежать будет поздно… Прощай.

— У-у-у! — жутко взвыла девица и как-то даже в размерах ужалась, а затем всполох и из лежащей на поляне одежды выбирается лисичка со вздыбленной шерсткой.

Меня закружило так, словно вестибулярный аппарат заклинило, и спустя мгновение я уже не во сне лежал, а в самой, что не есть яви. Сразу же накатили не самые приятные ощущения. Видимо девица, в самом деле, пыталась рулить моей тушкой. В общем, все в пределах ожидаемого, но вот чего я не предвидел, это того, что наглая зверушка не сбежит.

— Ррр, — прорычала не очень большая, рыжая лисичка, что теперь стояла рядом со мною и с натуральными слезами смотрела на свой собственный хвост. И чего это с ней? Хвост как хвост. Правда во сне у неё их было сразу пять, может быть, фетиш какой-то?

— Беги, — просипел я, косясь на кусок рельсы, который уже даже светиться начал из-за разогрева характерным таким красным светом.

— Всё одно сдохну, — с забавным, рычащим акцентом буквально пролаяла лисица и «чихнула» в меня синим свечением, от которого я словно даже легче стал, по крайней мере, лежать стало куда как комфортней. — Мер-р-рзкое пор-р-рождение хаоса, ты навер-р-рняка знаешь, где мне можно будет найти ману, поэтому я тебя спасу.

Я с некоторым интересом пронаблюдал, как лисица, схватившая меня зубами за шиворот, упираясь всеми четырьмя лапами, принялась вытягивать моё тельце из гаража, в котором я и начал весь этот смертельный фарс.

Обнаружив дверь, лисица вновь «чихнула» и не очень крепкие створки с хрустом раскрылись, загудев на всю округу, но, почему-то, зомби на это не отреагировали. Более того, перед воротами, на расстоянии метров пятидесяти, все зомби уже лежали, как и полагается мертвым, как мертвые.

Пока я с интересом наблюдал за происходящим, лисичка, упорно шевеля лапами, умудрилась уже довольно далеко оттащить мою облегченную, видимо магией, тушку. Примерно в ста метрах от гаража нам встретились первые ходячие мертвяки, но и они на нас не напали. Невзирая на то, что солнце уже, откровенно говоря, зашло за горизонт, эти зомби не стали проворнее, наоборот, они стали более пассивными. А вот чуть подальше, все вернулось на круги своя и мне пришлось проявить активность, так как хвостатая перла как танк и видимо не до конца понимала опасность этих персонажей.

— Автобус. Затаскивай меня за автобус, — прохрипел я и, обнаружив, что меня не очень понимают, уточнил: — За эту белую штуку, быстрее.

— Ррр, — прорычала лисичка, явно что-то матерное, не разжимая зубов, но направление всё же изменила. Правда за автобус она затащила меня под ним самим, но это было даже лучше, так как декорации не выдержали и гараж как-то сразу и весь целиком загорелся. Мгновение и вокруг здания словно бы светящийся пузырь надулся, а ещё через мгновение от этого пузыря отделилась рябь, и почти мгновенно преодолев отделяющее нас пространство, настигла нас.

Ударная волна, а это была именно она, без затей «выдула» нас из-под многотонного автобуса и, к моему запоздалому ужасу, в след за нами она стронула и сам автобус. Лишь попустительством божьим нас не размазало по асфальту как по терке.

Очухавшись после контузии, разблокировал возможность двигаться и сразу же воспользовался своей эрзац-аптечкой. Четкость бытия она мне до конца не вернула, зато уши начали вновь слышать, а не только болеть.

Подобрав бессознательное тельце лисички, что даже в беспамятстве продолжала сжимать свои челюсти на оторванном от моей толстовки лоскуте, попытался начать движение к школе. К сожалению меня, откровенно говоря, качало, а падающий с неба мусор вынуждал использовать векторы только для защиты, ведь падал не только мелкий мусор, но и куски кирпича тоже прилетали, хоть и не часто.

Прижав беспамятную животинку к себе как родную, я таки смог выйти на дорогу, которая пострадала от моего лечебного теракта не так сильно как гаражный комплекс. Ну а дальнейшее было вопросом лишь времени. Как только с неба перестали падать опасные предметы, я смог перенаправить телекинез на свою защиту от несколько обескураженных зомби.

Мертвяки после произведенного светопреставления вообще очень странно себя вели. Складывалось впечатление, словно и их ударной волной контузило, так как на дороге они хоть и были по ночному бодрые, но вот нас с рыжей словно и не замечали вовсе. Если бы не их большое количество, можно было бы вообще без навыков пройти.

Уже на подходе к школьной ограде, лисица пришла в себя и с явным недоумением покрутила головой, разглядывая окружающее.

— Если хочешь идти со мной, тебе придется ответить на пару вопросов, — спокойно произнес я. — Например, нужно ли тебя кормить обычной едой или ты как-нибудь сама, на мышах протянешь?

В результате всех произошедших событий, у меня сложилось впечатление, что может быть эта Патрикеевна и крута как десяток Брюсов наших Ли, но вот её мышление показанному во сне телу не соответствует. Она не глупая, нет, она словно бы очень молодая и неопытная девчушка. Я ведь весь день голову ломал, и у моего представления было три слоя. Три линии обороны, на которые бы я мог отступить, но всё это оказалось ненужным, так как лисичка сломалась еще на прелюдии.

— Кор-рмить надо, — ответила тем временем рыжая, и я поставил еще один плюс в пользу своей гипотезы.

— Ясно, — для пробы провел пальцами, по лисьей голове, погладив её словно какую-нибудь кошку. — Этот мир мне не родной, но, вроде бы, говорящие лисы здесь не водятся. Ты будешь аккуратна?

— Хор-рошо, — по-человечески кивнув головой, согласилась лисичка, проигнорировав мои притязания на её шерстку. — Мне этот мир-р тоже не р-родной.

13. Счастливое число

**

Очень удачно получилось, что школа у Рюто была не самой пафосной и местные школьницы умели даже шить. Собственно, как только я отлежался после контузии, то сразу сбегал и набрал большой пакетище сладостей. Шоколадок там, конфет разнообразных, в общем, всего того, что могло долго храниться, и было сколько-нибудь сладким. Учитывая тот факт, что детишки сидели с начала БП на рисе и овощах, сладкое было встречено с невероятным энтузиазмом, так что трудовой подвиг японок был лишь следствием.

Что за подвиг? Они сшили собачий рюкзак [1], но оптимизированный под отдельно взятую за хвост лисичку. Ну и в отличие от рюкзаков овчарок, тут пришлось придумывать специальный крепеж, чтобы Хоро могла не только скинуть ношу при необходимости, но и сама на себя её надеть. Благо, что у меня когда-то были сандалии с магнитными хлястиками, и я прекрасно представлял, как именно работает это очень не сложное крепление.

И нет, это не я изверг, это сама лисичка попросила обеспечить её, как она выразилась, корзинкой. И да, в первое время она крутила носом и всем своим видом показывала, что именно думает по поводу какой-то непонятной тряпицы. Однако как только школьницы закончили лисий рюкзак, так мнение у Хоро поменялось на противоположное и мне пришлось незаметно для окружающих сжать лисью мордочку вектором, так как она забылась и попыталась что-то сказать. А так лишь забавно уркнула, распушила хвост от удивления и была затискана детишками. Обалдевшее выражение на морде лисы было в этот момент непередаваемым. Ну как же, ведь она такая вся из себя сильная и умная… а её на манер плюшевой игрушки жулькают.

Пока все были заняты чем-нибудь полезным и не очень, я вновь рассмотрел свое отражение в зеркале (радужка опять стала невнятно синей) и опять провел тестирование. Правда, на этот раз использовал сразу две методики. А после этого даже с братом решил поболтать, который уже сменился с дежурства. После пережитого волнения он был не против поразвлечь себя беседой под оладушки с чаем.

Так-то старик тут ввел централизованную готовку, и приемы пищи, но для дежурных было сделано исключение. Ну и для меня тоже ведь я сам по себе исключение плюс дед грамотно использовал максиму: не можешь противостоять — возглавь. В общем, раз ты такой лихой и самостоятельный, делай что хочешь, но с шести до двенадцати будь любезен поработать для ребят и мамой и папой и конунгом до кучи. Ибо все из себя такие неповторимые люди-снежинки тут и на*уй не нужны.

— А вот и Хоро пришла, — переворачивая оладушек на сковороде, сказал я и без задней мысли дополнил: — Закрой дверь, пожалуйста, поболтаем без лишних ушей.

Вообще-то я имел в виду совсем не то, как меня поняли, поэтому вместо брата дверь закрыла лисичка. Она выглянула в коридор, воровато огляделась и лапой захлопнула её. Обернувшись, она ещё раз принюхалась и, облизнувшись, уже почти без рычащего акцента произнесла:

— Пахнет вкусно. Я тоже хочу.

— Ху… — поперхнувшись оладушком, Рюто закашлялся и не успел я даже удивиться как лисичка прицельно «кашлянула» в него синеватым свечением и мальчишку, словно за плечи схватили и как следует, ударили по спине.

Отложив несколько оладушков на новую тарелку, обнаружил, что Патрикеевна уже на стуле сидит напротив Рюто. Как бы, не совсем культурно кормить разумное существо с пола, даже если это лиса. Тем более тут сейчас все свои. В общем, словно это и предполагалось, тарелку я поставил на стол перед лисьей мордой.

— Тебе остудить? — всё же спросил я, так как мой опыт держания домашних животных говорил мне, что с горячей пищей у них могут быть определенные проблемы. Это мы, люди, с самого детства тренируемся, как правильно её есть.

— Я умею, — словно услышав последние мои мысли, тявкнула Хоро и приложила лапу к оладушку.

Он, оладушек в смысле, словно бы прилип к лапке под неестественным углом. Не знаю точно как, но лисица удерживала его за ребро и могла со всеми удобствами откусывать от него по-человечьи. Хитро, совершенно не по лисьи орудуя языком, она умудрялась жевать исходящий парком оладушек, совершенно не обжигаясь при этом.

— Ефо, — прошамкала эта проглотка, пережевывая очередной оладушек, и подтолкнула опустевшую тарелку лапой.

— Знакомься Рюто, — отдав свои оладьи лисице, кивнул на неё же, — зовут её Хоро и она…

— Звать меня мудрая Хоро, и я аякаси, — приосанилась лисичка.

— А… Э… Кхм… Брат, — как-то очень неуверенно произнес парнишка, — она твоя девушка, да?

— Она, конечно, пыталась овладеть моим телом… — запоздало поняв всю двусмысленность своего ответа, пронаблюдал, как лисичка оступается на стуле и падает с него на пол плашмя. — В общем нет. Да и как ты себе это чисто технически представляешь? Она же лиса.

— В манге ещё и не такое рисуют, — беспечно махнул рукой подросток. — А уж если она умеет в девушку превращаться, так и вообще всё просто… ну или парня.

— То есть, по мнению авторов этой самой манги, превращение в девушку вещь совершенно не обязательная?

— Конечно, — подтвердил Рюто и подлил себе чая в чашку. — В манге, которую я читал, лиса превращалась в парня. Но это во втором томе было, а в первом они как-то и без этого справлялись.

— У меня только один вопрос, зачем ты читал такую ересь?

— Мне с опекунами не повезло, — мальчишка как-то разом погрустнел. — Если бы не мои деревенские друзья, которые учились тут на основе интерната, я бы до сих пор думал, что у людей три пола.

— Чё? — в этот раз поперхнулся оладушком уже я. — Это, какие же?

— Альфы, омеги и беты.

— Хоро, ты умеешь память стирать? — обратился я к лисе, что успела встать с пола, на который упала, но от дальнейших наших речей так и не смогла забраться на стул вновь. Она с растерянным выражением на морде посмотрела на меня, и видимо осознав мой вопрос, отрицательно покачала головой. — Жаль, значит, мне придется с этой информацией как-то дальше жить.

— А где в этом списке самцы, а где самки? — спросила лисица, проигнорировав мою сентенцию.

— Ну… — Рюто задумался. — Альфы это самцы. Омеги это самки с телом самца, а беты это, соответственно, обычные самки. Это не совсем верно, но вчерне как-то так.

— Он не врёт, — с явным недоумением произнесла лиса и растеряно посмотрела на меня. — Он что, больной?

— Он-то здоровый, а вот этих самых опекунов я бы…

— На дыбу! — жизнерадостно тявкнула лисица, перебив меня и даже лапкой по полу топнула: — А потроха скормить помойным псам.

— Какая ты, сестрица, не толерантная, — пошутил я и подложил последний оладушек лисе на тарелку. — На вот тебе ещё один.

— Ребенку без родни можно любую чушь внушить. Сталкивалась, — забравшись на стул, лиса продолжила злобствовать: — В моем мире почитай каждые пять лет резня. Сначала приходят Хоту и вырезают Дану за то, что у них волосы другого цвета. А затем приходят Эрис и режут Хоту за то, что те гневят богов тем, что крутят мельничные жернова не в ту сторону. Ну а Дану гадят окружающим, потому что их матери учат, что остальные это всего лишь… кхе-кхе.

Хоро замолчала, так как лисья физиология, даже волшебная, не была оптимальна для столь длинных монологов. Но она пару раз сглотнула и завершила свою мысль:

— И это только в одной деревне, что расположена у нашей горы, а их там таких ещё шесть. И ведь их даже я не различаю это ведь одни и те же существа. Одеваются одинаково, говорят одинаково и даже праздники одни и те же.

— А вы разве не из нашего мира, госпожа лисица? — вежливо обратился братец к хвостатой.

— Нет, я не здешняя, — растеряв боевой дух, лисица даже голову опустила. — Так получилось, что когда началась массовая миграция низших духов, я была совершенно без сил и не смогла покинуть их поток.

— Эти духи, это из-за них у нас тут мертвые ходят? — задал удивительно правильный вопрос Рюто.

— Глупости, — махнула лапкой лисица. — Они пришли сюда, потому что у вас тут было очень много немертвых. Что-то заставило лепестки веера соприкоснуться, и они последовали на аромат смерти.

— А эти низшие духи, чем они опасны? — не успокоился брат и продолжил допрашивать лисичку.

— Вам нечего бояться. В этом мире с волшебством всё плохо. Я уж про ману не говорю, — подхватив оладушек, лисичка его с удовольствием слопала и только после этого закончила свою мысль: — Единственное место, куда они могли деться это ваши немертвые. Сидят сейчас в них, бедолаги и от голода страдают.

— Вот значит как, — напрягся я, вспомнив свои наблюдения. — Видел я недавно зомби, которые не кидались на окружающих. А если и кидались, то как-то без огонька. Даже их укусы не приводили к немедленной смерти.

— Это обычные немертвые, так и должно быть, — кивнула лисичка.

— А что будет при попадании в такого немертвого низшего духа?

— Да ничего особо страшного не будет, — отмахнулась лисичка. — Станут активнее по ночам, их кровь станет магическим ядом, смогут восполнять свой запас энергии через пожирание живых, появится мистический нюх… Мелочи, в общем. Достаточно развернуть ополчение по нормативам военного времени и зачистить окружающие земли.

— А нормативы военного времени это как? — навострил я уши на знакомое слово. — Если без подробностей.

— Без подробностей? — лисичка задумалась. — Каждому магу огня выдается свита в пять магов второй ступени, сотня арбалетчиков и пять сотен копейщиков. Каждым пяти таким группам придается отряд тяжелой конницы в пятьдесят копий.

— И сколько мертвяков за день может перебить одна такая группировка?

— Ну, ты спрашиваешь, — лисица даже лапку себе на голову положила. — У нас таких массовых подъемов никогда и не было, чтобы полная армия собиралась. Но думаю, все вместе они тысяч двадцать за день положат.

— Тут старик пообщался с остатками сил самообороны, те пару дней назад облеты устраивали, в общем, тогда в городе было что-то около миллиона зомби.

— Ты слишком много незнакомых слов произнес, — убрав лапку с головы, ответила Хоро. — Что такое миллион? Это ведь какое-то число, я правильно поняла?

— Миллион это тысяча раз по тысяче, — пояснил я. — Те же вояки оценивают число зомби на планете в миллиард.

— А миллиард это?

— Это тысяча миллионов.

— Тысяча тысяч тысяч? — пробормотала лисица и затрясла головой как припадочная. — И ты так спокойно об этом говоришь?

— А чего паниковать? — пожал плечами. — Новые группировки ещё не сложились, а старая власть еще может всунуть любым новичкам по самые помидоры.

— Ты описал что-то до боли похожее на эпоху безвластия, — нервно подергивая хвостом, пробурчала Хоро.

— И в этой мутной водице ты, Хоро, самая защищённая группа населения.

— Я? — до глубины души удивилась лисица.

— В этом мире нет волшебных лис, и если ты убежишь в лес, то сможешь отсиживаться там не один год. А если двинешь на континент, в тайгу, так можешь хоть собственное лисье государство строить, никто не заметит и не осудит.

— Если забыть про ману, то твои слова согревают мою душу. Приятно знать, что всегда есть, где спрятаться.

— Ну а я видимо самая незащищенная группа населения, — печально улыбнулся Рюто. — И не лис и даже не волшебник.

— Брата своего попроси, — фыркнула лисица и нажаловалась: — Он силу напрямую в хаосе черпает. Связалась с отморозком на свой хвост.

— Обсуждаемо, — вздохнул и перевел тему беседы на иное: — Интересно, а что такое могло случиться, что ваши низшие духи сюда смогли забраться?

— Не только наши, там и из других лепестков веера были, — ответила Хоро и задумалась. — Такую волну только посмертное проклятие довольно сильной сущности может породить. Наверное, где-то в соседнем лепестке убили архи-демона… Хотя чем выше по вееру, тем меньше магии. Что бы ему там делать? И как бы его там без магии убили? Нет, глупость, не могло такого быть.

Примечание к части

[1] ГГ имеет в виду - https://ibb.co/LCfQgYG

14. Резня бритвой Оккама

**

— И раз! И два! — задавал общий ритм старик уже малость подуставшему воинству, которое орудовало копьями от самой школы и до этого супермаркета. — И раз! И два!

— Эй? Вы кто такие?! Идите на*ер отсюда! — прокричали нам из-за забаррикадированного входа в магазин.

— Это группа учащихся и преподавателей из средней школы, что неподалёку, — удивительно вежливо ответил старик, чем вызвал у меня тягостное недоумение и даже растерянность. Не в первый раз за прошедшие сутки.

Он дважды прямым текстом запрещал мне совершить вылазку в это место, не объясняя это никак, лишь сопел выслушивая мои едкие по этому поводу комментарии. Он лишь разведку маршрута одобрил, да и то постоянно сидел на ушах, следя за тем, чтобы мы с лисичкой отсебятину не спороли.

— Кия, да что ты вообще с этим быдлом общаешься? — самодовольно рявкнул ещё один голос и на технический балкончик рядом с входом вышла не только та истеричная дама, что кричала нам из-за баррикады, но и её хахаль, что с пафосом держал в руках стендовую двустволку.

— Пользуясь поправкой в законе о чрезвычайных ситуациях, я прошу разрешения воспользоваться ресурсами этого магазина для спасения несовершеннолетних, — произнес старик ещё более странную речь, и хоть лисичка уже давно покинула мою тушку, но у меня вновь появилось ощущение вставшей дыбом шерсти на загривке.

— Дед, это ты что ли? — неподдельно удивился нагловатый японец с ружьем и злобно оскалился. — *уй тебе, а не помощь. Ты-то меня от нар не отмазал, старый хрыч, а ведь мог.

— Но закон…

— И закон свой себе в *опу засунь! Тут я главный и даже премьер-министр мне не указ! — окончательно озверел мужик и вскинул ружье для выстрела, но жиденький залп из пяти переделанных спортивных луков хоть и не убил его сразу, но и здоровья тоже не добавил.

— Хиро, Ли выбить дверь! — преобразился дед из жалкого просителя в озлобленного командира. — Магазин от противника очистить. Вперед!

Я квадратными глазами смотрел на происходящий бред, но таки да, когда давно уже не молодой старик подпрыгнул и, подтянувшись на руках, заскочил на балкончик, я даже крякнул от неожиданности. Как-то не ожидаешь от такой развалины ТАКУЮ прыть. Однако на этом история не закончилась, так как старик уже взмахнул ножом и недобитый хмырь с ружьем пораскинул кишочками, да и его гёрла тоже не пережила встречи с дедом и обзавелась вторым горлом.

Лисица от такого зрелища даже зарычала как-то жизнерадостно и, наплевав на конспирацию, первой кинулась к баррикаде. К её чести стоит сказать, что разлетевшийся во все стороны хлам отвлек от неё внимание и люди просто не запомнили, что перед бабахом лиса кашлянула в преграду синеватым свечением.

— А… — запоздало дошла до меня подоплека дела, ведь выпотрошенный хам был удивительно похож на старика в молодости.

Мы когда лампы проверяли, в той же коробке обнаружили несколько старых фотографий. Учитывая то, что обычно люди похожи не на своих родителей, а на дедушек и бабушек, то и вообще ничего удивительного здесь сейчас не произошло. Старик с самого начала знал, кто в этом магазине находится и, судя по тому уровню безнадеги, который он вчера развел, он заранее готовил школьников к тому, что тыкать заточенными палками придется не только в мертвых, но и во вполне себе живых людей.

Но таки да, старик тот ещё зверь. Лично я бы на его месте смог разве что выстрелить, но вот так вот ножом пырнуть… Вот ведь манипулятор хренов.

Бах. Хлоп. Хлоп-хлоп. Хлоп. Бах. Хлоп.

Выйдя из ступора, в который я впал, так как меня никто и ни о чем не предупреждал, кинулся на канонаду выстрелов из ружья и револьвера. Время от времени мне встречались наши школьники, потеки крови и тела незнакомых людей. Судя по ранениям, покойные пытались противопоставить свою индивидуальную выучку, и биты старой доброй фаланге.

Вбежав в хлебный отдел, обнаружил, что школьники потеряли бдительность и разбились на излишне маленькие группы, одну из которых и пытались отмудохать лица бомжеватого вида с кусками железных труб в руках. Те, что были перед копьями школьников, ничего сделать не могли по определению, а вот парочку что зашла в тыл нашего отряда, пришлось умертвить собственноручно.

Пока я был занят, к нам подбежала китаянка с трофейным ружьем. Глянув мне под ноги, она лишь кивнула и, перезарядив оружие, буркнула по-английски:

— Рюто в норме, растерялся только. Он там.

Кивнув, проследовал в указанном направлении и почти сразу же обнаружил и брата и тех в кого он отстрелялся. В принципе ничего сильно неожиданного я не увидел, но веры старику больше нет. То, что он думал, что владеет всей информацией это не просто заблуждение, это хуже, это некомпетентность.

— Но почему они здесь? — потеряно произнес брат, стоя над телами мужчин в полицейской форме. — Почему они вместе с преступниками?

— Ты, перед тем как философские вопросы задавать, револьвер-то перезаряди, — даже поморщился я такой пассивности брата. — А то стоишь тут с таким видом, словно пьяного Санта-Клауса встретил.

— А? Ага, — отмер Рюто и хоть и не очень ловко, но всё-таки перезарядил свой револьвер.

— Вот эти трое, — указал рукой на покойников в форме, — явно переодетые. А вот этот, который самый молодой, он настоящий.

— Да? — почему-то обрадовался брат. — А как ты это узнал?

— Тривиально, Ватсон, по форме, — ответил я и, взяв Рюто на буксир, оттащил его в более удобное место для прокрастинации, в отдел с мороженым. К счастью в магазине, как и в школе, электричество не отключали и поэтому продукты лежали готовые к потреблению.

Зажевав мороженку, я с некоторым даже злорадством пронаблюдал, как братишка смог таки взять себя в руки и больше не делал попыток впасть в ступор. А учитывая почти недельный опыт тыканья острой палкой в головы немертвых, он даже аппетит не растерял. Сперва он морщился, наблюдая за тем, как я изничтожал рожок с ореховой крошкой, но затем и сам подошел к холодильной витрине и выбрал лакомство по вкусу и даже не вздрогнул, когда где-то несколько раз выстрелили из ружья.

Так мы и бездельничали, пока в наш отдел не стали подходить взъерошенные школьники в рваной и местами окровавленной форме. Все они сначала замирали, смотрели на едящих мороженое людей, после чего одинаково морщились, но брали холодную сладость и себе тоже. Последними появилась китаянка с ружьем и девушка-психолог. Пересчитав детей, обе успокоено выдохнули и куда-то целенаправленно ушли.

Убедившись, что бардак в основном закончился, я сходил к входу и забрал свои вещи и лисью сумку, которую она сбросила перед своей лихой атакой на баррикаду. Обернувшись, нос к носу столкнулся с Хоро, которая была заляпана красненьким от лап и по самое брюхо. Ну и мордочка тоже была заляпана по самые уши.

— Видел? Видел, на что способна настоящая магия? — под действием адреналина спросила лисица с избыточным восторгом в голосе.

— Ты при помощи магии сможешь себя очистить от крови? — спросил о насущном.

— Магия предназначена для уничтожения врагов, — вспылила Хоро, — а остальным должны заниматься слуги.

— У нищих слуг нет, — покачал головой и подхватил лисичку вектором. — Какой смысл в этой твоей мане, если ты не можешь при её помощи обеспечить себе и стол и кров?

К нашему счастью по пути к туалету мы никого не встретили, и лишних вопросов удалось избежать. Да и лиса лишь пару минут брыкалась, пытаясь вырваться из захвата, но к моменту включения воды уже успокоилась и стоически вытерпела и её и мыло и даже сушку под настенным феном. Лишь один раз она запаниковала, когда я пригладил её шерсть вектором, чтобы та не стояла дыбом.

— Ты ведь с самого начала мог меня убить? — прижав ушки, неожиданно спросила лисица, когда я поставил её на пол.

— А сама как думаешь? — ответил вопросом на вопрос, чтобы не врать и, опустившись на колено, почесал дрожащую зверушку за ушком. — Мы уже несколько дней путешествуем вместе, но испугалась ты только сейчас. Почему?

— В моём мире, доступный тебе запас маны это твой статус. Чем больше маны тем выше статус. Я была не на последнем месте, знаешь ли.

— И?

— Но ты сказал, что я нищая.

— Ну, извини.

— А ещё ты сказал, что в мане нет никакого смысла.

— Глупо ограничивать себя десятком не очень нужных в мирной жизни заклинаний, — пожал плечами.

— Есть только одно существо, которому безразлична мана… — прижав ушки ещё сильнее, ответила лиса и зажмурилась: — Вы ведь божество, господин Кобаяши?

— Нет, — ответил я до того как до конца осознал ту ересь которую сейчас затирала мне Хоро.

— Фух… — успокоено выдохнула лисичка и, вскочив на лапки уже не так уважительно тявкнула: — А ты аватар какого божества?

— Я смотрю, ты совсем осмелела, — поддел собеседницу, от чего она даже в сторону шарахнулась, но быстро взяла себя в лапы.

— Аватар это плоть от плоти мира, хотел бы ты вывернуть меня мяском наружу, уже давно бы вывернул, — самоуверенно произнесла лисица. — А вот с божествами никогда нельзя быть уверенным в завтрашнем дне.

— Думай как тебе удобнее, я не буду развеивать твоё заблуждение.

— Да-да, конечно, — уже без страха, а даже самодовольно покивала лисичка.

Вот, казалось бы, миры разные, виды разные, а дурость она же, как простуда, никого не щадит.

— Сюда кто-то идет, — произнесла лисица и, пошевелив ушками уточнила: — Это та раненая женщина-воин.

Через несколько секунд и я услышал шаги, а затем и дверь открылась.

— Кобаяши? — по-английски произнесла китаянка и посмотрела вниз, на лисицу, которая зубами как раз затягивала на себе крепление рюкзачка. — У вас удивительно умный питомец.

— Глупой ее, в самом деле, не назовешь, — ответил я на том же языке, припомнив, что Хоро знала устаревший на пару столетий японский, два диалекта китайского и довольно большое число иероглифов и рун. — Вы что-то хотели, миссис Ли?

— Вы кажетесь мне здравомыслящим молодым человеком, — произнесла явно книжную фразу моя собеседница и уже проще, в боле разговорном стиле уточнила: — Почему ты настоял на том, чтобы вертолет прилетел сюда, а не сразу в школу?

— Я что сделал? — удивленно вскинув бровки, внимательно посмотрел на женщину. — Вообще-то старик сказал, что тут находится ближайшая к нам посадочная площадка.

— В школе, на крыше соседнего корпуса располагается площадка для вертолетов.

— Вы видели её? Она способна принять транспортный вертолет?

— Безусловно, — кивнула женщина. — На этом здании идентичная площадка.

— Ну, значит нас с вами нае*али, — пожал плечами.

— Прости, что? Я не знаю последнего слова, — нахмурилась женщина, явно догадавшись о его значении по контексту.

— Нас обманули, — упростил свой ответ. — Я думаю, что старик хотел убить того парня с ружьем. Судя по всему, это был его внук.

— Мне всё это не нравится, — сказала, в общем-то, банальную вещь китаянка.

— Молчание это конечно золото, но если вы не зададите ему ваши вопросы сейчас, потом может стать поздно.

— Я задам, — кивнула женщина и внимательно посмотрела на меня.

— Что-то ещё?

— Кто ты такой?

— Раз у вас больше нет вопросов, я вас не задерживаю, — улыбнулся и пошел на выход, но женщина положила свою руку мне на плечо и развернула к себе.

— Разговор не окончен, — нахмурилась женщина. — Не заставляй меня применять силу.

— Ну что же, — вздохнул. — Что именно вы хотите от меня услышать?

— Кто ты такой?

— Меня зовут Кобаяши Аки, — ещё раз вздохнул. — Но вы что-то другое хотите от меня услышать. Скажите что именно?

— Значит, по-хорошему ты говорить отказываешься, — тряхнув меня за плечо, женщина выхватила откуда-то из-под одежды нож, и… женщину швырнуло в стену синим свечением.

— Твою же лисью мать! — в сердцах я даже сплюнул, обнаружив, что лисичка очень неудачно китаянку метнула. Раковину в труху… голова тоже не выглядит целой. — *баный стыд! Что я дочке её скажу?!

— Я поспешила, да? — встревожено спросила Хоро.

— Да как тебе сказать… — не нашел я культурного ответа и только рукой махнул. — Ты мертвых допрашивать умеешь?

— Нет, — лисичка даже головой покачала.

— А заклинание для бесследного уничтожения тел знаешь?

— Тоже нет, — повесив нос, ответила Хоро. — Я бесполезна, я понимаю.

15. Чудесное спасение

**

Хотел ли я знать, что именно произошло? О да, конечно. Но обстоятельства сложились так, что я мог позволить себе лишь догадки. Когда я вышел в торговый зал, оказалось, что кто-то (догадываюсь кто) зарезал нашего старика. А ещё обнаружилось то, что мелкую Ли укусил мертвяк. Видимо это и сподвигло женщину на угрозы мне. Видимо искала крайнего. Сначала старика помордовала, а затем и ко мне пришла. Вот ведь старикан, создал проблему на пустом месте. Но, в общем-то, одной проблемой меньше так как мне больше некому сообщать о том, что старшая Ли скоропостижно «покинула нас». Но сразу же появилась другая сложность, над зданием прошел военно-транспортный вертолет, из которого, на тросах, спрыгнула пара ребяток явно армейской выучки. Так что я только и успел, что на тела мельком глянуть и сразу же пришлось бежать наверх, встречать «зеленых» человечков.

— Пурпур семь, — держа меня на мушке, крикнул один из бойцов.

— Рыжий два, — ответил я известной мне фразой отклика и оба «зеленых опустили стволы, а один из них даже шлем снял.

— Где Такэда? — без особых расшаркиваний спросил десантник снявший шлем.

— Старик убит.

— Что?! — вскинулся боец. — Как это произошло?

— Его зарезала спасенная китаянка.

— … — прошипел что-то мужчина, но из-за грохота лопастей пролетевшего над нами вертолета я ничего не расслышал. Зато расслышал другое: — Второй транспорт повредили огнем с земли, мы не сможем забрать всех.

— Сколько сможете взять с собой? — словив небольшое дежавю, лишь головой тряхнул и оглянулся на школьников, что уже собрались на крыше.

— Учитывая, что это в основном дети… — мужчина замялся. — Двадцать, но это с перегрузом.

— Госпожа психолог, — без обиняков произнес я. — Шаг назад, вы остаетесь здесь.

— Ч-что? — чуть не упав от неожиданности, испугано переспросила женщина. — Н-но как же т-так?

— Двадцать это с перегрузом, а вас больше, — со странным выражением на лице посмотрев на женщину, повторил десантник.

Обернувшись, пересчитал ребят по головам и с недоумением посмотрел на вояк.

— Детей двадцать. В чем проблема?

— А ты?

— Что за глупые вопросы? Мест двадцать, нас двадцать два, — нахмурился. — Начинайте уже посадку.

— Что?! — растерянный крик Рюто, и он подбегает к нам. — Брат, если ты остаешься, то я тоже остаюсь.

— Не пори чушь. Останешься здесь, своих одноклассников, скорее всего, больше никогда не увидишь. Второго рейса не будет. А даже если и будет, нам всё равно придется отсюда уйти.

— Да и хрен с ними, — чуть не разрыдавшись, выдал мальчишка. — Я тебя не оставлю.

— Дело твоё, — пожал плечами. — Рюто, шаг назад, ты тоже остаешься здесь.

Женщина-психолог, чьего имени я так и не удосужился спросить, странно захрипела и упала. Судя по всему, она перенервничала, и организм не выдержал.

— Жаль, — буркнул я, покосившись на неё. — Как раз было одно свободное место.

Десантники ожидаемо свои места уступать нам не стали, но увиденное и их доконало. Мой собеседник, тот, что без шлема, отстегнул кобуру с пистолетом и протянул её мне.

— Стрелять умеешь? — отведя взгляд чуть в сторону, спросил он.

— Естественно, — забрав подарок, кивнул я. — Запасные магазины есть?

— Держи, — протянул ещё два магазина мужчина.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил я.

— У пилотов была пачка с сорок пятым, — неожиданно произнес второй, всё время молчавший до этого боец и метнулся к вертолету, в который уже вовсю забирались школьники. Десантник показал какой-то забавный жест пилоту и тот, через пару секунд кинул ему в руки небольшую коробочку. И вот, её уже протягивают мне: — Держи.

— И вам спасибо, — кивнул в ответ и бросил пачку в горловину своего рюкзачка.

Удостоверившись, что все школьники на борту, я отбежал от вертолета и брата оттащил. Присев за блок чиллера мы воочию пронаблюдали, что десантники не соврали, и машина с явным трудом смогла оторваться от площадки. К счастью, набрав высоту, вертуша перестала столь натужно завывать и даже смогла, как ни как, но всё-таки разогнаться.

В наступившей после отлета этой «кофемолки» тишине я на миг даже подумал, что уши слышать перестали, но нет, через минуту слух перестроился, и мир вновь наполнился звуками. И одним из этих звуков была лисичка, которая подергав меня за штанину, произнесла:

— Там это, мертвяк восстал.

Выйдя из-за блока, обнаружил, что таки да, психолог уже вновь на ногах и у неё есть к нам сугубо гастрономические вопросы.

Вынув подарок из тактической кобуры, дослал патрон и не стал мудрить, а просто ухватился за рукоять не только рукой, но и вектором.

Дах.

Я в очередной раз убедился, что ранения в корпус проходят для зомби не бесследно но всё равно для того чтобы вывести их из строя надо повредить ту часть мозга, которая ближе всего к позвоночнику. В первые дни было еще проще, достаточно было просто голову разбить, и покойник «успокаивался», но за прошедшие дни этого стало не хватать. Нет, с разбитой головой покойник терял подвижность и вообще, но до конца больше не помирал. Пренеприятное «нововведение», как по мне. Несвоевременное.

Сместив ствол пистолета с учетом поправок, вновь нажал на спусковой крючок, и в этот раз моя мишень слегла окончательно. Да и вообще, стрелять с применением вектора оказалось очень просто. Отдачи фактически нет, и даже целиться можно интуитивно, а не по прицельным приспособлениям, но всё-таки это оружие больше против живых, ибо патронов не очень много и шумность просто запредельная.

Вернув пистолет в кобуру, забросил её в рюкзачок и осмотрел наше воинство.

— Ну что же, свои обязательства мы выполнили и теперь можем действовать сугубо в своих интересах.

— Ура-ура! — радостно прыгая вокруг нас с братом, возликовала лисичка. — Давайте пировать, я видела внизу шкафы полные свежего мяса.

— Мы остались совершенно одни, — растеряно наблюдая за приплясывающей Хоро произнес брат, — чего же в этом хорошего?

**

— Моя колесница вперед летит… — сидя в корзинке, что была закреплена на руле велосипеда, невнятно напевала лисица и с интересом смотрела на окружающую нас действительность, — …город горит, и враг трусливо бежит, ведь моя колесница вперед летит.

— Как можно любить войну? — не выдержал Рюто, который ехал рядом с нами на таком же велосипеде. — Война это ведь смерть и страдания.

— Война это как ярмарка, только платить ни за что не надо, наоборот даже, тебе платят. А если сюзерен адекватный, так еще и землицы прирезать могут.

— Но ведь на ней и убить могут.

— И хорошо если просто убьют, — кивнула лисичка. — Но теперь редко кому так везет.

— Ну вот, сама же подтверждаешь, какая это жуть.

— Боженька, ну скажи ты ему, — обернулась лисичка ко мне, — ну чего он пристал?

— Ребята, вы оба выросли в разных эпохах, я уж про миры не говорю. Поэтому вы оба одновременно правы и не правы.

— Вот и я… — начала было Хоро, но тут, словно второе солнце включили. — Это чего? Это чего такое?

— Хоро! Набрось на нас защиту от огня! И вообще всё что знаешь! — прокричал я, после того как затащил брата и лисицу в придорожную канаву. И не обращая внимания на синее свечение, которым в нас отстрелялась лиса, я с каким-то даже болезненным любопытством пробормотал: — Это был высотный. Мощный. Интересно, это последствия удачной работы ПКО или…

— Уи-и-и!!! — синхронно заорали Хоро с Рюто, когда над нами словно магний пыхнул. Сразу стало нестерпимо жарко, а затем земля отвесила нам болезненный удар, выбив дух. А затем ещё раз. Воздушная ударная волна, дошедшая до нас с небольшой задержкой, она лишь протащила нас несколько десятков метров. Вторая ударная волна была послабее, но и она нас тоже протащила чутка. К счастью чары лисы спасли нас от лютой и очень болезненной смерти.

Чувствуя, что вестибулярный аппарат еще бесполезен, я аккуратно перевалился на спину и, игнорируя чувство ускоряющегося вращения, постарался посмотреть туда, откуда нас «выдуло».

Наши вещи и одежду превратило в труху, а все, что было за пределами вытянутой руки, сгорело. Да что там, даже асфальт дороги горел сейчас, словно был сухой соломой. Однако мы сами остались целы и отделались лишь синяками да ссадинами.

Полюбовавшись парой кривых «грибочков» больше похожих на куст из земли и пепла, прикрыл глаза и, прикинув наше местоположение с привязкой к карте, попытался понять, куда на самом деле это добро должно было прилететь. Судя по тому, что я видел, складывалось впечатление, что к нам сюда шлепнулся блок разведения, который не смог завершить свою работу. Более того, взрывы были слишком слабыми, что лишь подтверждало мою гипотезу.

Покрутив модельку у себя в голове даже ругнулся, так как вычислить траекторию не получалось. Словно привет прилетел к нам со стороны Тихого океана, что было бы пи*дец как странно. Однако как только я допустил такой вариант, так район вероятного запуска сразу же удалось определить. Даже моих скудных знаний мировой географии было достаточно, чтобы с уверенностью сказать, что это были Гавайи, плюс-минус лапоть. Ну, либо звезды так «удачно» сошлись, что блоки рванули с нарушением законов физики и логики. Такое в принципе тоже возможно, но на дворе самое начало 21-го века и РГЧ есть далеко не у всех, прямо скажем редкая это штука. Но зачем США бомбить подконтрольную страну? Или уже не подконтрольную?

Почувствовав, что кто-то лижет мне ухо, открыл глаза и посмотрел направо. Как и ожидалось, первой встала на лапы Хоро и сейчас, радуя нас своей малость пожжённой шкуркой, пыталась что-то говорить, но мы её по понятным причинам еще не слышали. Магия магией, но даже не полностью взорвавшаяся водородная бомба это всё-таки серьезно. Особенно если их таких сразу две «жвахнуло».

Убедившись, что окружающая действительность больше не вращается, я сел и обшарил пояс в поисках пенала с неизрасходованными результатами моих синтезов. К счастью, пакетики с порошками против контузии я ещё не выбросил, да и они сами еще не посерели, а значит, активное вещество препарата еще не разложилось. После событий «изгнания» лисицы из своей тушки я малость перестарался с изготовлением лекарства, а сейчас вот пригодилось.

Высыпав содержимое бумажного мини-конвертика под язык, с трудом поборол рефлекс и с омерзением принялся рассасывать эту омерзительную гадость.

Вот странно, основным источником противного вкуса является вещество, которое подпадает под определение сахаров, но вкус у него совершенно не сладкий. Вот он цинизм природы.

Почувствовав улучшение своего состояния, на четвереньках добрался до Рюто и насильно скормил последний пакетик ему. Парень брыкался, пытался плеваться, но кто сказал, что он первый кого приходилось так вот лечить? Это лекарства мы могли синтезировать почти всегда, а вот упаковать их в капсулы или таблетки получалось далеко не каждый раз, да и не все средства можно упаковывать. Такие как этот порошок его или колоть или под язык, других вариантов нет.

Закончив с братом, почувствовал ни с чем несравнимый щелчок в ушах, и я вновь стал слышать.

— Всё-всё, успокойся, теперь я тебя слышу, — схватив паникующую лису за шкирку, взял её на руки и внимательно осмотрел. — Ты как, не сильно пострадала?

— Говори громче! — прокричала лиса. — Тебя плохо слышно.

Прижав лисичку к себе, встал и осмотрелся.

— Как же больно, — взвыл брат. — О боги, мои уши.

— Эй, Рюто, ты цел?

— Что? — убрав ладони от головы, спросил брат, после чего кивнул и сделал он это зря. Порошок хоть и творит чудеса, но не до такой же степени.

Отвернувшись, прошелся немного по кругу.

— Вот же… Всё нажитое непосильным трудом, всё погибло.

— Мой рюкзачок! — стала подвывать лисичка. — Где мой рюкзачок?!

16. Треножник, сомнения и позитивные люди

Порою с пути нам случается сбиться

Кругом темнота, и не видно ни зги,

Но нам не дадут

Насовсем заблудиться —

Мордочка, хвост и четыре ноги!

© Борис Заходер

**

— Я ведь так старалась, — хныкала лисичка, чем не добавляла нам с братом душевных сил. Хотя да, рыжая права, она, в самом деле, старалась.

Мы ведь как только вертушку со школьниками проводили, так небольшой перекус устроили, где и выяснилось, что Хоро знает несколько средневеково-магических рецептов по заготовке продуктов в дорогу. Точнее она знала досконально только один такой рецепт, прессовано-вяленая курятина со специями. Что-то среднее между мясными чипсами к пиву и сублимированным мясом. Хочешь так жуй, хочешь в кашу добавляй, всё одно замечательно получается. Ну и хранится долго, даже без магии. В нормальной упаковке, без холодильника, это всё продержалось бы как минимум месяц.

И вот, всё то, что мы взяли с собою в дорогу, было сейчас смешано с грязью и пеплом и разбросано вокруг нас. Наши вещи, на удивление, тоже нашлись. Точнее то, что от них осталось. Но лиса сильнее всех убивалась, так как её сумка с правой стороны осталась почти невредимой, но вот с левой она полностью сгорела. Про наши с Рюто сумки, наверное, даже и вспоминать не стоит, так как им досталось сильнее. Ну и кейс, да, он гордо стоял раскрытый нараспашку, и его содержимое неспешно догорало характерным таким, коптящим пламенем.

Пока брат расхаживался, готовя свой вестибулярный аппарат к дальнейшему движению, я всё-таки сходил к кейсу. Ноутбук был утерян безвозвратно, его тривиально смяло ударной волной, но вот лежащие в том же кейсе трафареты и матрицы преобразований уцелели. Не бог весть что, но лишними не будут.

— Хоро, как у тебя с маной?

— Плохо, боженька, совсем мало осталось, — шмыгнув носом, ответила лиса и переступила с лапки на лапку. — Вокруг слишком жарко, скоро заклинание иссякнет, а на новое меня, скорее всего, уже не хватит.

— То заклинание на облегчение веса, которое ты на мне применяла в прошлый раз, ты его повторить сможешь? Насколько оно затратное?

— Могу, — кивнула лиса. — Оно не очень затратное, так что… несколько десятков раз смогу повторить.

— Чудно, — кивнул своим мыслям и скомандовал: — Давай в меня одним.

Лиса не рассуждая «кашлянула» синеватой вспышкой и я почувствовал себя куда легче, впечатление такое, что я сейчас не на Земле, а на Луне стою. Воспользовавшись навыком, попытался вместо привычных двух, оперировать сразу четырьмя векторами. Получилось это хоть и не сразу, но получилось, так как я такое уже делал и не единожды, пускай и не в этом мире.

— Ой! — вздрогнул брат, когда я завис над землей в полуметре, а затем «облетел» его по кругу, оставляя на спекшейся земле и пепле характерные такие круглые следы.

Подхватив Рюто под мышки, попытался поднять и его, но усилия на векторах уже не хватило.

— Хоро… — начал, было, я, но она меня не дослушала и пульнула заклинанием и в брата тоже. — Спасибо, но в следующий раз лучше дослушай. Пока мы тебе маны не добудем, надо экономить.

— Извини, — покаялась лисичка и даже лапкой шаркнула, но надолго её не хватило, так как она почти сразу подбежала к нам и с интересом уставилась на происходящее. — Рюто, залазь боженьке на спину, так будет проще.

Брат без вопросов забрался ко мне на закорки, а хитрая Хоро запрыгнула ко мне в освободившиеся руки. К счастью, заклинание лисы наш вес хорошо так уменьшило и я, сосредоточившись исключительно на векторах, смог приподнять нас на высоту одного метра.

— Рыжая, на тебя вся надежда, — попробовав маневрировать с грузом, обратился к лисице: — Сейчас начнется ветер, точнее уже начался, и твоей задачей будет говорить мне, куда двигаться. Чувствую, через пару минут мы уже ничего не разглядим в этой мути.

— Куда править? — перестав убиваться по утерянному рюкзачку, лисица вновь стала демонстрировать энтузиазм.

— Возвращаемся в магазин. Если его не разрушило, пополним запасы и проведем хоть какую-нибудь дезактивацию.

— Дезо-что?

— Взрыв сам по себе не так страшен, как его последствия. Считай, что мы отравлены алхимическим ядом.

— Так чего же ты стоишь, Боженька? Вперед-вперед, аллюр три креста.

** POV Кагеяма Рюто **

— Мву-ха-ха-ха! Склоните головы перед Пятихвостой Хоро или окончательно умрете, жалкие черви! — бесновалась лисица, носясь по торговому залу и не жалея магии буквально светясь ею от носа и до кончика хвоста речитативом выкрикивала: — Румо-эрис! Хехо-дис! Тири-натус!

Забредших в супермаркет зомби разрывало, словно воздушные шарики, вмораживало в пол лютым морозом или тривиально испепеляло огнем вместе с неудачно стоящими стеллажами и их содержимым.

— Эй, рыжий Мерлин? — спокойным тоном, словно ничего необычного он сейчас не увидел, обратился мой старший брат к лисице. — Я просил тебя испытать матрицу преобразования, а не сжигать магазин дотла.

— Извини меня, Боженька, извини! Я увлеклась! — подпрыгивая на месте и совершая кульбиты, прокричала лисица. — Теперь я буду молиться только тебе. На*ер наш пантеон, всё одно никто из них аякаси не помогает.

— Никто от тебя ничего не требует, — вздохнул брат и покачал головой.

— Я! Буду! Жить! — прокричала лиса и, вновь разразившись маниакальным хохотом, выбежала наружу, откуда раздались характерные для заклинаний льда звуки.

— Эм… Аки?

— М? — удивлено вскидывает голову брат. — А, Рюто, уже проснулся? Как себя чувствуешь?

— Хорошо, только есть очень хочется и… кхм… — сбиваюсь и краснею. Хоть опекуны у меня те ещё извращенцы, но мне как-то стыдно признаться в своей проблеме.

— И стояк мучает? — как о само собою разумеющемся спрашивает он. — Придется терпеть, ничего с этим не делая. Увеличение кровяного давления сейчас может плохо закончиться. Я бы даже сказал летально.

— Кхм… — сглатываю, осознав, что был, оказывается, в одном шаге. — А чего это с лисицей?

— Всё то же самое, — бесстрастно отвечает брат и вздыхает: — Экспозиция была слишком большая, пришлось и для неё препараты готовить. Она хоть и не полностью материальная сущность, но и для неё лучевая болезнь возможна.

— А эти её… кхм… бесчинства? — показываю взглядом на разбросанные у входа останки зомби. — У неё же, вроде бы, мана заканчивалась.

— Говорю тебе как брату, — Аки кинул на меня острый взгляд. — Магическое мышление ведет к нищете. И Хоро яркий пример этого.

— Эм… — с недоумением смотрю на абсолютно серьезного брата.

Я понимаю, что он что-то очень важное сказал, но совершенно его слова не осознаю. И с одной стороны стыдно в этом признаться, а с другой стороны страшно не уточнить этот момент. И пускай я ещё в средней школе учусь, но я тоже хочу быть таким же уверенным в себе. И не самоуверенным, нет, а всегда знающим как поступить.

— Извини, но я тебя не понял.

— Это термин такой. Магическое мышление обычно противопоставляют научному мировоззрению, что не совсем верно, но по смыслу близко, — вздохнул брат и покачал головой. — Хоро с самого рождения мучается от так называемого «голода». Аякаси, среди которых она выросла, искренне верят, что им нужна внешняя подпитка маной, чтобы жить. И никому, совершенно никому в голову не пришло проверить, так ли это на самом деле. От «голода» умирают, идут на самые постыдные сделки и всё для того, чтобы передать свою глупость детям.

Он рассказывает про лису, но у меня такое ощущение, что говорит про меня. Сейчас я понимаю, насколько я на его фоне слаб и глуп. Да что там, мне стыдно за ту дичь, которую он позволяет мне творить. Он даже не оспорил мою идею, выдвинуться на юг. И что в итоге? А в итоге нас чуть не испарило в ядерном огне. Да любой на его месте отчитал бы меня или даже побил, но он, он словно не считает меня ровней. Словно я море. Какой смысл пороть море? У моря мозгов нет, ведь это стихия.

— Прошу простить меня, — склоняюсь в глубоком поклоне.

— И за что же? — удивленно спрашивает брат.

— За мою глупость, самоуверенность и незнание.

**

Тот самый случай, когда хочется иметь возможность поднять трубку и, набрав номер дежурного психиатра, произнести: — Валера, у меня тут какая-то хрень с родственником творится, приезжай, пожалуйста.

И, если с лисицей я хотя бы немного понимал, в чем там дело, то братишка на полном серьезе заявил что-то вроде: — Если ты скажешь мне прыгнуть в окно, я лишь спрошу — в какое.

Смешно, но он на полном серьезе думает, что это он виновник того, что нас чуть не испарило. И мне не удалось убедить его в обратном. Ну, честно, меня уже угнетают местные своей простотой. Неужели так трудно поверить, что мне совершенно плевать на то куда мы выдвинемся? Куда бы мы ни пошли, особой разницы не было. Учитывая привходящие [1] условия, любая точка на островах Японии была плюс-минус равнозначна.

Для маленькой группы с нашими возможностями, разумным местом для базирования мог стать даже кишащий мертвяками город. Однако после того как кто-то организовал высотный подрыв термоядерного заряда, мне как-то остро захотелось на родину и если даже не настоящую, то хотя бы на местную. Куда-нибудь поглубже в тайгу, туда, куда запускать «приветы» точно не станут. А ещё меня напрягло зрелище, на которое я смотрел сквозь плохонький бинокль, который удалось обнаружить в кабинете управляющего супермаркетом.

— Что там?

— Ну, если бы мы были неграми, то я бы сказал, что там сейчас орудует Ку-клукс-клан.

— В смысле? — растерялся брат.

— Эти хмыри хватают не совсем японцев и вешают.

— Вешают? За что?

— За шею, — невольно схохмил я и, убрав бинокль от глаз, опустился на колено. Забрав у подбежавшей лисицы листовку, которую та сперла у кого-то в беснующейся толпе, я невольно хмыкнул: — А фамилия знакомая.

Передав листовку Рюто, вновь воспользовался биноклем и задумался. Помогать, даже если бы я и собирался это сделать, было уже поздно, но какая-то контринтуитивная злоба всё же нахлынула.

— Боженька, посмотри, — прошептала лисичка и указала лапкой немного левее и выше. — Лезет кто-то.

Сместив бинокль даже хмыкнул, так как по лестнице удивительно быстро забиралось две фигурки. Забравшись на крышу соседнего корпуса, незнакомцы раскрыли сверток, который тащили на себе и я чуть не присвистнул, обнаружив довольно знакомые очертания того, что они достали. И пока я удивлялся, незнакомцы установили ствол и вставили ленту. Небольшая задержка и хорошо знакомый по историческим фильмам звук хлестанул по ушам.

Тра-ра-ра-ра. Тра-ра-ра-ра-ра-ра-ра-ра-ра-ра.

У пулеметчика не было трассеров, но судя по тому, как лихо сокращалось поголовье беснующихся до этого момента скотов, стрелял сей персонаж очень и очень хорошо. Некоторые пули пробивали два, а иногда и три тела сразу. Очень удобная была цель. Сверху они были как на ладони.

Ещё до того как пулеметчик открыл огонь, вторая фигурка спустилась вниз и, вскинув автомат весьма специфическим образом, кинулась в сторону толпы. Если мне не изменяет мой склероз, такие метания не характерны для армии, но вот для полицейских частей такое передвижение норма.

— Разумнее всего просто встать и уйти, — произнес я, опустив бинокль. — Но чувство противоречия требует у меня познакомиться со столь позитивно мыслящими людьми.

— Я тоже хочу посмотреть на этот замечательный артефакт, — призналась лисичка. — Может мне ему записку отнести?

— Идея достаточно неожиданная, — признал я. — Брат, ты как?

— Куда все, туда и я.

Примечание к части

[1] Не надо исправлять это слово, оно в самом деле существует.

https://ru.wiktionary.org/wiki/%D0%BF%D1%80%D0%B8%D0%B2%D1%85%D0%BE%D0%B4%D1%8F%D1%89%D0%B8%D0%B9

17. Старые знакомые

** POV Тадзима Рё, лейтенант полиции, группа SAT

— Какого? — сместившись в сторону, вскидываю ствол автомата, но вместо противника вижу милую рыжую лисичку, что спокойно стоит около кучи гильз.

— Тадзима? — напомнила о себе напарница через гарнитуру.

— У меня норма, — отвечаю я и почему-то добавляю: — Тут на крыше зверушка. Рыжая лисичка.

— Очень смешно, — хмыкает Рика и вдруг становится очень серьезной: — В каком смысле лисичка? На крышу ведет только пожарная лестница. Как она там оказалась?

Вновь вскидываю автомат и осматриваю окружающее пространство, но ничего подозрительного больше не вижу.

— Лисичка-лисичка, ты как здесь оказалась? — шепчу я, водя стволом из стороны в сторону.

— О-ро-ро, — раздался странный звук со стороны рыжей зверушки, и она взяла в пасть то, что лежало около её лап. Неизвестным предметом оказалась тонкая дощечка, на которой каллиграфической кистью было написано:

«Два подростка с синими повязками на левом плече, в них не стреляй, пожалуйста. Остальных на твое усмотрение. P.S. Это у тебя что, MG-42? У меня слабая оптика, отсюда не могу разобрать, но на слух было очень похоже».

— Рика, лисичка оказалась с запиской от снайпера, — бурчу в гарнитуру, невольно осматривая соседнее строение. — Просит не стрелять в двух подростков с синими повязками на левом плече.

— *лядь! — рычит напарница. — Уйти сможешь?

— Сомнительно, — качаю головой, словно она может меня видеть. — Но твою поддержку он не запретил.

— *ер с ним, — взбешённый рык в ответ. — Я почти на месте.

**

Ну что тут скажешь? Пи*дец он такой.

— Сестренка, ну как же так, а? — обхватив ноги повешенной Шизуки, подвывала девушка в чем-то похожем на форму.

Честно скажу, ожидал всякого, но мне даже как-то в голову не приходило, что я могу увидеть здесь кого-то знакомого, однако нет, любуйтесь люди. Хотя, зрелище то ещё. Мягко говоря — на любителя. И я бы этих любителей… хотя из пулемета тоже очень хорошо получилось. Даже кровушка под подошвами ботинок хлюпает.

— Это Марикава Шизука, медсестра из моей школы, — пояснил я побелевшему от открывшегося зрелища брату. — Я с их группой из школы выбирался.

— У-у-у… — на одной ноте продолжала подвывать девушка, но смотрела на нас и, судя по моторике, осознавала наше присутствие.

— Простите, уважаемая, вы не будете против, если мы, скажем так, снимем тело?

Отстранив слабо сопротивляющуюся девушку, срезал веревку вектором и ими же аккуратно положил тело на более-менее чистый участок асфальта. Из-за уклона кровь из расстрелянных сюда не натекала и можно было стоять в относительной чистоте.

— Шея сломана, следов изнасилования нет. В каком-то смысле повезло, — покачав головой, был вынужден признать я, так как другим жертвам этой толпы повезло куда меньше, хотя результат получился тот же.

— Ты *лядь кто такой? — грубовато буквально прорычала девушка, но за оружие не хваталась, и я проигнорировал её тон. В такой ситуации любой сорваться может, а значит было бы глупо предъявлять претензии.

— Я друг, — ответил я. — Вы с телом, что думаете делать?

— В каком смысле? — напряглась она, словно собираясь пырнуть меня ножом или просто пнуть.

— У Комуро была традиция хоронить наших павших, вы против?

— Я? Нет-нет! Прости меня. Я за последнее время насмотрелась, подумала черте что, — нервно хохотнула девушка и в очередной раз не сделала попытки схватиться за автомат. — Только где? Кругом асфальт.

— Бывает, — пожал плечами. — Можно воспользоваться клумбой или термическим зарядом. Но последнее скорее для упертых викингов.

Как это не цинично прозвучит, но совместный труд он сближает, особенно если надо выкопать яму одной тупой саперной лопаткой. Лисицу я отрядил в охранение и поэтому мертвяки до нас не доходили и люди могли повкалывать, не заботясь об окружающей действительности, и этого оказалось достаточно, чтобы девушка, Рика, сломалась и начала говорить. И не сказать, что то, о чем она говорила, было важным и нужным, но несколько дополнительных штрихов в общую картину добавило.

— То бишь власти начали сбегать за восемь часов до нападения на мою школу, — пояснил я свою улыбку брату. — И время подрыва моста я правильно определил.

— Подрыв мостов?

— Ага, — кивнул, — когда мы пытались перейти реку, оказалось что мосты разрушены и нам пришлось ночевать у подруги Шизуки.

— Ты видимо про меня говоришь, — произнесла девушка. — Кстати, я не представилась. Минами Рика, бывший снайпер полиции.

— Я Кобаяши Аки, бывший школьник старшей школы, — указал на себя, а затем на брата, — а это мой брат Кагеяма Рюто, ученик средней школы.

— Тадзима Рё, тоже снайпер, — представился молчащий до сего момента мужчина, который таки спустился с крыши и присоединился к нашему скорбному делу. — А питомца вашего как зовут?

— Хоро Мудрая с горы четырех мудрецов. Для друзей просто Хоро.

Закончив с могилкой, постояли немного в тишине.

— Циничный всё-таки у нас мир, — покачал головой. — Мы же дочку его от смерти спасли, а заряженные им люди вон оно как, Шизуку грохнули. И зачем спрашивается, мы эту *учку спасали? Знал бы, прямо там, в школе скормил бы её мертвякам.

— Ты о чем? — опять подобралась девушка, словно готовясь к прыжку.

— А вы что, не в курсе? — вскинул бровки и вытащил листовку, которую нам лисичка принесла в своё время. — Такаги у этих отморозков за главного. А мы когда из школы спасались, спасли Такаги Саю. Собственно перед тем как я пошел выручать брата, ребята собирались прорываться к этому самому Такаги… Прорвались видимо, на свою голову.

**

Нам всё равно пришлось возвращаться в город. Те два ядерных взрыва, под которые мы угодили, отрезали южное направление радиоактивными осадками. Так что пара бывалых попутчиков не сказать, что была жизненно необходима, но, по крайней мере, не мешала. В общем, как это ни удивительно, но нам предстояло повторить путь моей первой группы. Можно даже сказать — ностальгия.

У наших новых попутчиков обнаружился скромный грузовичок, в кузове которого ехали не только мы, но и несколько кофров с оружием. Мне особенно сильно барретт понравился. Ну как понравился? Просто это полено довольно забавно выглядело. Внушительно так. Двенадцать мЭмЭ и никаких соплей. Внушает.

Вот теперь да, теперь я верю, что Рика сможет всласть напиться кровушкой. Ей бы ещё чего-нибудь в поддержку подбросить. Ну, например матрицу по аналогии с той, которой я лису пугал. Если мне память не изменяет, в радиусе метров пятидесяти была зона сплошных разрушений. Так что если грамотно такой подарок применить, одному пачкуну станет не до величия расы.

Даже жалко немного, что корпус инженеров не находится в состоянии войны с этим лепестком. Учитывая то дерьмо что тут называют противогазами и костюмами ОЗК, даже такой сугубо гражданский специалист как я смог бы показать мать Кузьмы в отдельно взятом регионе планеты. Хотя чего это я в самом-то деле? Не моё это дело. Думается мне, местные позавчерашними бабахами не ограничатся и не удивлюсь, если придется на своей собственной шкуре узнавать, существует ли такая вещь как ядерная зима или силенок у человечества для такого недостаточно.

— Ты чего такой хмурый? — обратился ко мне Тадзима, что сидел с нами в кузове.

— Да вот вспомнил количество ядерных зарядов у Китая и теперь мучаюсь тягостным недоумением, почему нам ещё не прилетело.

— В смысле не прилетело? — возбуждено вскрикнул боец. — Высотный взрыв, что электрику пожег, ты наверняка видел. А за городом так сразу два наземных было. И это, по-твоему «не прилетело»?

— Высотный это ожидаемо. Правда я не думал, что от этого будет особый прок. А те, что за городом это не китайские.

— Да с чего ты взял, что не китайские?

— Прилетели со стороны Тихого океана, и их мощность слишком маленькая. Таких просто не производят. Единственное на что они похожи это на облученные блоки Трайдента.

— Да ну, фигня, — отмахнулся парень. — Китайцам видимо все стартовые установки сожгли. Делов-то.

— Четыре сотни первым же ударом? Сильно сомневаюсь.

— Да откуда у этих узкоглазых столько? Хорошо если сотня есть, а то и меньше.

— «Узкоглазых»? — удивленно переспросил я и невольно улыбнулся, вспомнив рассекреченные в моё время данные. — Боюсь, что-то просто мешает продолжить массовый обмен «приветами». Знать бы еще, в чем там дело.

— Может просто не могут договориться, кто с кем и против кого? — предположил брат.

— Может и так, — кивнул я и вновь задумался. — Вот честно, меня мучает чувство, что я про что-то забыл и именно из-за этого нам ещё не прилетело.

— Не каркай, — сплюнув за борт кузова, буркнул Тадзима и явственно поежился. — Тут простого отключения электричества оказалось достаточно, чтобы потерять всё то, что мы удерживали столько дней. Страшно подумать, что будет, если ты окажешься прав.

Дизель грузовичка успокаивающе урчал и я в итоге заснул, выбросив из головы назойливые мысли о том, что что-то упускаю.

**

Удивительно, но нам удалось спокойно доехать почти до дома Рики. Была, конечно, пара сомнительных мест, но совместными усилиями мы смогли протолкнуть грузовичок и ближе к закату мы таки достигли нашей цели.

И да, я не с первого раза узнал округу. Трудно узнать место, если каждый третий дом сгорел, а вокруг, словно цунами прошло. Всюду какое-то дерьмо, щепки и просто мясо. Жуть, одним словом.

Стараясь не мешать нашим знакомым, играть в крутых полицейских спецназовцев, мы тривиально зашли следом за ними в здание, и я задумчиво хмыкнул, так как место чище не стало. Более того, на полу обнаружились гильзы и чья-то кровь.

Зайдя в квартиру, я полюбовался тем, как чью-то отчаянно знакомую физиономию уронили в пол и, поставив колено бедолаге на спину, что-то орут ему грозными голосами.

— Минами, Тадзима, не зверствуйте вы так, это свой, — подхожу ближе и улыбаюсь: — И он нам все сам добровольно расскажет.

— Кобаяши? Ты жив? — не то испугано, не то неверующе спрашивает парень.

— Как видишь, Комуро, — пожимаю плечами. — А ты что, до сих пор тут сидишь?

— Что? Нет, что ты, — отрицательно качает он головой. — Мы же добрались до Такаги… на свою голову.

— О, так ты у него на базе был? — спрашиваю я и киваю Рике. — Тут девушка хотела с тобой по поводу этого места побеседовать. Ты как, не против рассказать?

— Раз надо, то, конечно же, расскажу, — пожал плечами парень, и тут стало заметно, что с прошлой нашей встречи он серьезно сдал.

— А вообще, ты как? — отдернув руку от вздрогнувшего всем телом парня показал, что больше не пытаюсь к нему прикоснуться. — Выглядишь хреново, прямо скажем.

— Спасибо на добром слове, — покривился Такаши и повернул голову к нашим молчащим всё это время спутникам. — Это твои друзья?

— Это друзья Марикавы. Девушка хозяйка этой квартиры, а парень это её напарник, они из полиции.

18. Не лучшее, но решение

** POV Кагеяма Рюто **

Вернувшись в комнату, которую мы использовали как спальню, я заметил то, чего вечером тут не было. С краю, ближе к стене лежал небольшой футон к которому было пришито одеяльце. Но пришито оно было не на манер спального мешка, а только с левой и правой стороны, оставляя тем самым доступ сверху и снизу. Так что сейчас из верхней части этого чуда текстильной промышлености торчала лисья голова, а из нижней её же хвост.

Невзирая на то, что я впервые видел спящую Хоро, куда больше меня заинтересовала её постель. На обычной, вроде бы ткани, были нанесены характерные для творений брата символы. На удивление их на материи было вышито довольно много и поэтому складывалось впечатление, что все они это какой-то рисунок, но мозг никак не мог этот рисунок осознать. Да и вообще казалось, что символы даже светились, но очень и очень слабо.

— О да-а, да-а, ещё, — застонала лисица и сглотнула во сне, но не успел я подумать какую-нибудь пошлость, как она продолжила: — Ещё пару кусочков оленятины… и соус… о да-а… и тофу. Ммм.

Беспокойно заерзав под одеялом, лисица вцепилась в собственную лапу и принялась её грызть, что не могло продолжаться долго, и через пару-тройку секунд аякаси проснулась с совершенно обалдевшим выражением на морде.

— Тьфу, — оставив собственную лапу в покое, лисица с недоумением осмотрелась и в итоге уставилась на меня. — Что, мелкий, подглядываешь за спящими девушками?

— Большой ещё вопрос кто из нас мелкий, — хмыкаю. — Хочешь, возьму тебя на ручки и почешу за ушком?

— Пока нет… Блин, да ты такая же язва, как и Боженька, — вздохнула Хоро, и частично выбравшись из-под одеяла пожаловалась: — Такой скверный сон мне сейчас приснился. Жуть.

— Да? — с сомнением произнес я, но решил проявить вежливость: — Кошмар?

— Он самый, — нервно тряхнув головой, лисица продолжила изливать душу: — Приснилось что я на победном пиру у местного сёгуна.

— И?

— И я уже объелась, — чуть не плача прошептала лисица, но это была бы не Хоро если бы она не нашла в произошедшем хоть что-то хорошее: — Но я всё же решила превозмочь.

— Я тебя понимаю, — невольно улыбаюсь, вспомнив свой десятый день рождения. — Обидно когда самое вкусное выставляют в конце.

— Я смотрю, ты парень правильный, — сразу же подобрела лисица и, выбравшись таки из-под одеяла, потянулась словно кошка.

— Какая у тебя интересная обновка, — поразмыслив, решил спросить про футон. — Мне казалось, что ты никогда не спишь.

— Здоровское одеялко, правда? — махнув хвостом из стороны в сторону, самодовольно спросила лисица и похвасталась: — Это Боженька придумал. Он мне постыдные вопросы задавал и заставлял ману на глупости тратить, а потом хоп хны и выясняется что нам, духам, не нужна чужая магия, у нас и своей достаточно. Надо только немного поспать под этим одеялком, чтобы она не рассеивалась зазря.

— Так захват чужих тел…

— Я была молода и мне очень нужна была мана, — потупилась лисичка. — Но теперь я осознаю, что это всё ересь и мракобесие недостойное такого мудрого духа как я. Да и вообще, я теперь в свите Боженьки, мне невместно таким заниматься.

— Ясно. И как впечатления от использования этого… кхм… артефакта?

— Восхитительное чувство сытости. Впервые с момента моего рождения. Не могу даже слов подобрать, чтобы передать насколько мне сейчас хорошо. Это просто офигенски, — блеснула Хоро очередным современным словом.

— Сытости? Ты же, вроде бы, у нас тут не голодаешь.

— Я не про обычную еду сейчас говорю, я про ману. Но в моем мире голод это обыденное явление и люди куда лучше понимают нас, духов, когда мы говорим им о нашей проблеме как о голоде. А вот здешним объяснять приходится, — вздох.

— Считаешь, что мы здесь зажрались?

— Ага, — кивнула Хоро. — Здешние люди мне напомнили одного пи*ора… в смысле сыночка высокородной м*ази. Родился с серебреной ложкой во рту, как у нас говорят… Даже по меркам аристократов.

— И что же он?

— Единственный голод, который он знал, это чувство недостаточно плотно набитого брюха. Слышал бы ты, как он глумился над нами и беженцами из сожжённых деревень. Правду старики говорят, что сытый голодного не разумеет.

— Что-то подсказывает мне, что ты приложила свою лапу и к его судьбе тоже.

— Ну, так, — Хоро хихикнула, прикрыв мордочку лапкой. — И откуда взбунтовавшаяся чернь узнала, что всех аякаси выперли из охраны данного покойничка? Но да, из его кожи получился замечательный барабан.

— В смысле барабан? — искренне надеюсь что ослышался.

— Понятное дело, что остальное скормили псам, — пояснила лисица как о чем-то само собой разумеющемся, — но его шкура была чудо как хороша. Ни единого шрама от плети или палки, а уж звук какой замечательный издавала… Бум-бум-бум… Эй, чего это с тобой?

— Не обращай внимания, просто временная слабость, видимо после лекарств ещё не отошел.

— Да? — с сомнением протянула лиса. — А мне на миг показалось, что ты осуждаешь произошедшее.

— Ну как можно? — с трудом удержавшись от того чтобы не передернуть плечами от пробежавших по хребтине мурашек я попытался улыбнуться: — Ты же знаешь, что я осуждаю избыточные зверства. В конце концов, наверняка можно было придумать наказание и порациональнее.

— Думаешь? — нахмурилась Хоро.

— Да хотя бы заставили бы его, для начала, поголодать самого и, при этом, чтобы он готовил деликатесы тем самым беженцам.

— Аристократ? Крестьянам? Какое невообразимое попрание устоев, — лиса потрясла мордочкой, словно отгоняя муху. — Но такое даже теоретически не возможно, он же высокородный, а не какой-то там повар.

— Ну не знаю. А в чем проблема научить? — замялся, пытаясь придумать хоть что-то: — Ну, били бы его до тех пор, пока не научился бы пристойно готовить.

— И после этого ты утверждаешь, что против зверств? — прижав уши, лисичка уставилась на меня округлившимися глазами. — Он же аристократ.

— Они у вас что, настолько тупые? Вон в цирке даже медведей умудряются научить на велосипедах ездить. В конце концов, добрым словом и этой, как её, палкой, наверняка можно заколотить что-то и им в головы тоже.

— Я же чувствую, что ты это серьезно предлагаешь, — отступив от меня на пару шажков, растеряно пробормотала Хоро. — Не все, но многие согласились бы на самые жестокие пытки, но такое надругательство над своим статусом… Теперь я верю что ты брат божества. Для тебя даже высокородные лишь черви.

— Кхм… Ну зачем ты так? — бормочу в ответ, поставив в уме пометку на тему того, что надо бы обсудить эту нашу беседу с братом. Он на два года старше, наверняка сможет объяснить, что это я сейчас такого страшного сказал.

— Господин я нижайше прошу прощения, если вольно или невольно вас чем-то оскорбила или расстроила, — упав на брюхо, лиса склонила голову.

— Хоро, прекращай всё это, мы ведь друзья, — пытаюсь достучаться до разума рыжей мракобески из иного мира.

— Я приму ваш великий дар с благодарностью, господин.

**

— Брат, беда, лиса сломалась, — заявил мне Рюто, когда я вернулся после моего вояжа с парочкой мстителей на грузовичке. И я даже успел встревожиться, так как экранирующее ману одеялко для лисы мы только второй день как испытываем, но всё оказалось не так страшно. Просто человек из начала 21-го века нос к носу столкнулся со специфичным представителем средневековья. Учитывая место и условия жизни, тараканы в голове у нашей лисички были все как один большие и ходили исключительно строем.

Разобравшись в произошедшем, пряча улыбку, покачал головой. Такие забавные. Что брат, что лиса. Подростки, блин.

Поставив на стол брусок радиостанции радиолюбительского класса, осмотрел наше воинство и вздохнул, пытаясь сформулировать то, что хотел сказать. Но, как назло, ничего путного в голову не приходило, и я решил вывалить всё то, что удалось узнать.

— Новостей у меня сегодня много и все как на подбор странные, — усевшись на кресло, обнаружил, что меня слушают внимательно, и я бы даже сказал очень внимательно. — Эти фрики из полиции устроили знатный тарарам у местных нацистов, и выяснилось много интересного. Оказывается, в этом городе образовалось три относительно крупных группировки выживших. И самое неприятное в том, что ни к одной из них мы примкнуть не можем. Тут либо беда с нашим происхождением, либо народ подобрался долбанутый. Стыдно сказать, но нацисты оказались здесь не самыми двинутыми на голову. Секта некоего Желтого неба самим фактом своего существования заставляет меня помянуть идею экстерминатуса добрым словом. Есть в этом действии что-то рациональное. Мда.

— Экстерминатус? Это же из Вархамера, да?

— Я ничего не поняла, — недовольно засопела лисица. — Что такое этот ваш экс-что-то-там?

— Это что-то вроде заклинания, которым уничтожают миры целиком, — «объяснил» брат лисице и та от такой информации откровенно обалдела.

— Кажется, ты её еще сильнее запутал, — побарабанил пальцами по столу и качнул головой, отогнав столь заманчивую мысль. — Итого либо рабами к нацикам, либо как мясо к каннибалам, либо секс-игрушками к ребятам из Неба. Последние это тоже, фактически, рабы, но там идеология такая, что у меня такое ощущение, словно меня изнасиловали в мозг, пока я это всё слушал.

— К-канибалы? — вздрогнул брат.

— Ага, — кивнул. — У нас по сравнению с другими местами не город, а прямо кунсткамера какая-то. Чтобы сразу три крупные группировки дегенератов за раз это перебор.

— И что же делать? — заволновался Рюто. — Мне дорого моё мясо, свобода и задница.

— Еще есть разрозненные группировки военных в пределах страны. Самое дикое в том, что они разобщены, а некоторые друг с другом даже на ножах. У меня вообще такое чувство, что люди тут только того и ждали, чтобы друг другу предъявить при удобном случае. Мне, конечно, доводилось видеть некоторое дерьмо, но чтобы до такой степени…

— Силы самообороны? — схватился брат за голову. — Но как же так?

— Сам в шоке, — откинувшись на спинку кресла уточнил: — Нормальные, здоровые головой люди наверняка есть, их просто не может не быть, но на данный момент имеем что имеем.

— А мы разве не можем остаться сами по себе? — выдвинула дельную мысль Хоро.

— Мочь то можем, но сопротивление хорошо мотивированной толпе дегенератов может стать весьма муторным занятием. Хотелось бы иметь в соседях кого-то более адекватного, — помолчав, дополнил: — А ещё меня уже второй день грызет странное чувство. Хоро, могло ли остаться что-то из твоих способностей во мне? Чувство грядущих неприятностей там?

— Чутьё есть абсолютно у всех, — уточнила лиса и задумалась. — Так что да, я могла стать причиной усиления этого твоего дара.

— Ясно, — киваю. — В общем, тогда, когда мы познакомились, то чувство было довольно четко локализовано, а сейчас опасность словно бы везде и сразу.

— Ну… Я как-то не обращала внимания, но даже я что-то эдакое чувствую, — лиса забылась и видимо на автомате почесала лапкой за ушком. — Чутье суть очень мерзкая штука. И если оно говорит что опасность в чем-то конкретном, то может так оказаться, что это что-то здесь совершенно не причём, и всё строго наоборот.

— Я чувствовал опасность от точки на карте. Я про ту базу, на которую мы должны были лететь. Однако я связывался пару часов назад с ними и там всё нормально. Но вспомните ту ерунду, которая была по пути.

— Так мои одноклассники выжили? — оживился Рюто.

— Я даже пообщался голосом с вашей старостой, — кивнул. — Их отправили в эвакуационный лагерь. Сама база нынче место неспокойное. Какие-то терки с американским контингентом. Уже даже до стрельбы дошло.

— Не сказать, что они мне близки, но я рад, что у них всё хорошо, — выдохнул брат. — После того как рядом с нами взорвались те бомбы, я чего только не думал.

— Признаюсь, я тоже думал, что «началось», — фыркнул, вспомнив первые свои мысли после взрыва.

— Мне тут в голову пришло, — встревожено начала Хоро. — Нечто подобное было, когда у нас вспыхнул черный мор. Тогда тоже многие нечто подобное ощущали.

— Насчет эпидемии я сомневаюсь, ведь сейчас очень низкая плотность населения, — произношу и сразу понимаю, что не совсем прав. — Хотя, если зомби могут переносить вирусы или там бактерии какие, то почему бы и нет.

— Сами зомби могут быть источником заразы, — предположил брат. — Хоро рассказывала про некий алхимический яд.

— Это не так уж и страшно, — отмахнулась лиса. — Разве что грязную воду пить, но мы её не пьем, да и я маг, а значит, могу алхимическую компоненту выжечь, случись что.

— А если дело не в нас, а других выживших? Как это может повлиять на них?

— Это всего лишь яд, — фыркнула лиса. — Кто-то помрет, конечно, но и только.

— Брат, те военные, с которыми ты общался, они ведь отказались нас принять? — неожиданно спросил Рюто нахмурившись. — Я прав, да?

— «Если вы сможете добраться сами, то мы рассмотрим этот вопрос по факту наших возможностей» — продекламировал я и отвел взгляд. — Извини, но тут всё идет до такой степени странно, что я просто теряюсь. Я вообще понять не могу, как эти зомби смогли наделать столько дел, ведь их даже школьники битами убивали. Да и копьями тоже.

— Я считаю, что нам надо выбираться к морю, — озвучила свою мысль лиса. — Наши миры хоть и разные, но и похожие тоже. Море это тоже дорога. Возможно, стоит поискать удачи на малых островах или даже континенте.

— Предлагаешь покинуть Японию?

— А чего в этих островах такого, что вы за них держитесь? — ответила вопросом на вопрос лисица. — Тем более вы на местных не очень то похожи.

— Ну и чего вы на меня смотрите, — возмутился Рюто, хмуро поглядев на нас с лисой. — Вы лучше меня знаете, что если мировая торговля накрылась медным тазом, то нашим островам пи*да. Я вообще не понимаю, почему китайцы до сих пор не ударили по нам в полную силу. По ним же американцы с баз на нашей территории били. Лично я бы такое не простил. Да что там, я бы еще и события прошлой войны припомнил.

— Море значит? — нахмурился, прикинув варианты продвижения через город. — Мой вопрос может показаться странным, но река, которая у нас под окнами протекает, она в море впадает?

— Эм… Да, — Рюто кивнул и, прикинув что-то в уме, уточнил: — Есть плотина, но она выше по течению. Так что если найти лодку, можно просто спуститься по реке.

— Есть тут одна, — хмыкнул, припомнив не такие уж и давние события. — Сомневаюсь, что кто-то смог её поднять.

19. Не быстрый, но окончательный

**

— Если бы я не знал, что нам на это плевать, я бы сейчас очень сильно в людях разуверился, — многозначительно произнес Рюто, наблюдая за тем, как грузовичок со снайперами покинул территорию таунхауса. — Два взрослых человека, из полиции опять-таки, бросили подростков на произвол судьбы.

— Как не посмотри, очень неприлично поступили, — хмыкнул и поставил на стол мягкую спортивную сумку. Вжикнув молнией, я вынул на свет божий уже знакомые нам револьверы. — Извини, Рюто, но твой револьвер тоже пришлось заменить. Наведенная радиация оказалась удивительно сильной.

— Ты же сам учил, что оружие это в первую очередь инструмент, — брат пожал плечами. — Эти и выглядят поновее. Так что будем считать, что имел место trade-in.

— Такаши, а ты чего там как неродной замер? Подходи я и на твою долю натрофеил, — сказал я, наблюдая за тем, как вернувшийся с улицы парень с какой-то безумной ненавистью во взгляде провожает взглядом уезжающий грузовичок.

— Я? Родной? — «вынырнув» из явно не светлых мыслей, парень непонимающе посмотрел на меня. Видимо опять какие-то Японские заморочки, которые я в силу своего иномирного происхождения не знаю.

— Ага, — кивнул и, вскрыв пачку с патронами, принялся снаряжать клипсы, [1] что раскатились по столу. — Ты как пришел, так сам не свой. Случилось что-то?

— Я поражаюсь тебе, Кобаяши, ведь ты не изменился, совсем. Ещё и брата спас, — опустив взгляд, парень отвернулся к окну. — А я мало того что продолбал всё, что имел, так еще чуть сам, добровольно, в Желтое небо не вступил.

— Тебя же наркотой сдобрили, если я твой рассказ правильно помню, а под ней любая дичь возможна. Считай, отравили, так что этот случай не считается.

— Не выгораживай меня, — нахмурившись, парень потряс головой. — Мне уже давно стоит закончить всё это, но духа не хватает.

— Такаши, ты меня знаешь, я плохого не посоветую, — положив перед бывшим одноклассником револьвер, рядом сыпанул жменю патронов и схватил парня за плечо, проигнорировав его рефлекторные попытки вырваться. — Лучше уж из пистолета, чем в удавке мучатся… Но как по мне, есть выход куда более правильный и я бы даже сказал приятный.

— Какой? — быстро отойдя от испуга, парень уставился на оружие каким-то нехорошим, завороженным взглядом.

— Самый эпичный способ самоубийства это просто продолжить жить… Кстати, ты же со своей Рэй так и не перепихнулся? Могу познакомить с симпатичной голубоглазой блондиночкой. Правда, характер у неё будет тяжелый. Даже и не знаю, сможешь ли ты с ней общий язык найти.

— Рэй опять обменяла меня на вариант получше. Правда, это ей всё равно не помогло, — парень покривился и с недоумением посмотрел на меня, когда до него дошла вторая часть моего посыла. — Голубоглазая блондинка? Не издевайся надо мною, Кобаяши, мы же сейчас не в манге. Да и откуда в Японии такая редкость? Видел же, что эти отморозки творили?

— То есть ты в принципе не против такого знакомства? — опять хлопнул потенциального самоубийцу по плечу. — В общем, мы сейчас пойдем подымать лодку со дна. Если передумаешь загаживать стены собственными мозгами, подходи, мы будем ждать.

** Комуро Такаши **

— Они ушли? — со странной интонацией произнес парень, что сидел на полу и сжимал в руках револьвер. — Надеюсь, они уже далеко ушли.

Качнувшись вперед-назад, парень тоскливо застонал.

— Вот будет смешно, если я попаду в христианский ад и обнаружу там эту дуру в соседнем со мною котле, — немного истерично засмеялся Такаши и приставил ствол револьвера к своей голове, но его порыв достаточно быстро иссяк и он опять произнес вслух: — Оружие теперь слишком важная вещь. Они обязательно вернутся и увидят всё это. Стыдно.

Качнувшись вперед-назад еще раз, парень вновь приставил ствол револьвера к голове.

— Псс… парень, у меня к тебе дело, — неожиданно раздался голос из-за спины начинающего самоубийцы. Такаши уже почти рефлекторно перекатился по полу и вполне уверенно навел ствол револьвера на то место, где должен был стоять враг, но в предполагаемом месте было пусто, зато ниже, под диваном, сидела питомица братьев и словно бы улыбалась.

— Кто здесь? — всё же спросил парень, поведя стволом из стороны в сторону.

— Ты тут один, — вновь раздался тот самый голос и, как оказалось, говорила именно лисица. — Да и вообще, говорящих лис не существует, это тебе любой психиатр подтвердит.

— Ты?! Ты кто?

— Я Хоро, забыл что ли? — обиделась лиса, по крайней мере, её голос и мордочка говорили именно об этом.

— Ты говорящая?

— Теперь я понимаю, почему Боженька просил не разговаривать в присутствии посторонних, — лиса горестно вздохнула. — Кругом одни дегенераты.

— Боженька?

— Вот блин, — чертыхнулась лиса и пояснила: — Это я так Кобаяши зову… точнее звала, но он запретил. И это, проговоришься, что я его так называю, и я тебе горло перегрызу. Усёк?

— А? Ага… — растерянно кивнул парень.

— Так я собственно чего хотела? — лиса приложила лапку к носу и, помолчав, продолжила: — Вспомнила! Ты же один черт самурайствовать собрался, да? Слушай, напиши посмертную записку, ну будь ты человеком.

— К-какую ещё записку, — сглотнув ставшую вдруг густую слюну сиплым голосом, переспросил парень.

— Боженька… Кобаяши в смысле, он же курочку и тофу на нас всех взял. В том числе и на тебя обормота тоже. И я к чему клоню, — лисица шмыгнула носом. — Если ты просто так самоубьёшься, то твою долю поделят на всех поровну.

— А причем тут записка? — уже более внятно смог спросить парень.

— Ну а ты напишешь, что я наследую твою долю в полном объеме, — изложила свой гениальный план лисица. — Боженька против последней воли покойного не пойдет, он же жуть какой правильный и честный… пока сытый.

— Эм…

— За пергамент и чернила не переживай, у меня всё с собой, — махнув лапкой продолжила лисица, не обращая внимания на состояние потенциального самоубийцы. — Кстати, ты хоть грамотный? Писать умеешь?

**

— Эм… Брат?

— Чего? — повернувшись к берегу, посмотрел на Рюто. — С векторами проблема?

— Нет-нет, с вектором всё нормально, — покачал головой мальчишка и очередной зомби споткнулся и упал, не дойдя до него метров десять. — Правда у меня только один получается, но я не об этом хотел спросить.

— А о чем? — закончив прилаживать заплатку к пролому в лодке, вновь посмотрел на брата.

— Разумно ли было оставлять рыжую с этим парнем? Как-то она совсем не похожа на того, кто способен отговорить человека от самоубийства.

— Зато она очень похожа на того, кто будет всячески эту мысль продвигать, — ухмыльнулся. — Ты это хотел сказать?

— Ну, да, — кивнул Рюто и обезвредил очередного беспокойника.

— Такаши это такой человек, которого не надо жалеть и утирать сопли, ему нужна нормальная дружеская искренняя поддержка. Если же этого недостаточно, то можно сыграть на чувстве противоречия, — невольно хохотнул, представив, что может прийти в средневековый ум духовной сущности что пребывает в пубертатном возрасте. — А ещё у нас сегодня на вечер запланирована курятина и то самое тофу, из-за которого Хоро готова на многое.

— А она его там сама не удавит по-тихому? — заволновался брат.

— Доверяй, но патрон держи в патроннике, — многозначительно произнес я и активировал матрицу, которая почти сразу наполнила лодку гремучим газом, из-за чего её буквально выбросило на поверхность, ну я а лишь помог ей перевернуться правильно. Придержав лодку вектором, другим вытолкнул её на мель и запрыгнул в неё. — Вода нашему судну на пользу не пошла, но для наших целей этого более чем достаточно.

Не став заморачиваться, воспользовался ведром и вычерпал воду, которая успела попасть внутрь при переворачивании в нормальное положение. Учитывая то, что лодка явно была не речная, махать пластиковой тарой пришлось довольно долго, но оно того стоило, так как оставшуюся сырость прямо на глазах начало испарять солнцем. Правда, временную заплатку пришлось дополнительно и обильно залить полимерным составом и изнутри тоже, так как я всё-таки ошибся с составом, и вода сквозь заплатку продолжала поступать, пускай и в следовых количествах.

Спрыгнув на берег, привязал лодку к какой-то железяке, которая лежала на берегу и осмотрелся. Судя по тому, что рядом с нами, полукругом, лежал десяток тел с проломленными головами, Рюто зря время не терял. Правда, как и любой неофит в оперировании, он не мог понять и принять тот факт, что сила воздействия никак не зависит от физических усилий. Наоборот даже, чем меньше ты ерзаешь и дергаешься, тем лучше. В общем, убить зомби чисто телекинезом он не мог и довершал дело тривиальным обрезком железной трубы.

И как только он ещё руки не отбил? Но да, подросток вполне себе прогрессировал. С теоретической частью, к сожалению, всё было значительно хуже, да и учитель из меня тот ещё. Натаскать новобранца на векторы я, положим, ещё могу, но вот прикладная астрономия это уже не моё. Я просто не понимаю, чего люди в движении планет такого сложного находят? Там же тривиально всё. Нам же не нужна большая точность, математика и геометрия времен старика Ньютона, не более того.

Нет, это явно тлетворное влияние вертихвостки Хоро. Она же из-за своей маны может многие важные для технологии вещи игнорировать, только вот эта самая мана суть ограниченный ресурс. Какой смысл ограничивать себя этими крохами? В конце концов, все её заклинания, сиречь интуитивные воздействия, вполне себе можно перевести в матричный вид.

— Аки! — неожиданно крикнул обычно спокойный брат и указал пальцем вверх. — Это что, крылатая ракета?

Задрав голову в зенит в первый момент подумал, что братишка прав и не сказать что прямо над нами, но достаточно рядом проходит «крылатка». Однако чем больше я смотрел на удивительно знакомые обводы корпуса, тем сильнее впадал в недоумение.

Начнем с того, что крылатые ракеты сами по себе не очень велики габаритами, а уж когда они находятся в воздухе, их размеры сможет определить только профессиональный зенитчик. Ведь чем выше она летит, тем меньше кажется.

— Это же Пчела, — пробормотал я, понимая, что ничего не понимаю, ибо в небе сейчас происходило невозможное в принципе событие.

То, что мы приняли за крылатую ракету, было не очень большим одноразовым дроном, который приводился в движение электромотором и использовался он в моем мире сугубо в военных целях. Но откуда эта платформа взялась здесь? И пока я пялился на привет из родного мира, дрон начал делать круг над городом, время от времени сбрасывая небольшие предметы.

— Пчела? А это чьё вообще? — поинтересовался брат. — Аки, ты меня слышишь?

— Слышу, — нервно кивнул, ощущая, как волосы начинают вставать дыбом. — Основной конструктор Ван Ю, главный инженер программы экспедиции на Ио в 38-м.

— Э? Чего? — опустив взгляд с неба на землю, Рюто непонимающе посмотрел на меня.

— Рюто, у тебя слух лучше моего, — пригладив волосы ладонью, сам себе не веря спросил: — Ты слышишь что-нибудь, какой-нибудь необычный звук?

— Ну, да, — сразу же кивнул подросток и, не обратив внимания на мое состояние, произнес как приговор: — Не то шелест, не то звон стекла. Очень странный звук, но тихий.

— Б*ядь! — только и смог что прорычать я, выхватывая револьвер.

— Брат? — шарахнувшись в сторону, вскрикнул Рюто. — Он далеко, ты не попадешь.

— Мы договорились с Хоро, что если она услышит три выстрела подряд, то бросит всё и побежит сюда, — отмахнулся я и, вскинув руку с револьвером, произвел те самые три выстрела.

— Брат? — заволновался подросток. — Что происходит?

— Судя по всему, этот дрон сбрасывает капсулы с «паутинкой», — отвечая на вопрос, бросился к лодке, проверяя, готова ли она к экстремальному отплытию. — Это такая очень тонкая нить из специального полимера. Она разворачивается в воздухе и накрывает большие площади. Очень летучая и хрупкая штука.

— Она так опасна? — с опаской посмотрев в небо, уточнил брат.

— Сама по себе нет, — отрицательно покачал головой. — Но это средство доставки бактериологического оружия. Это не для тактического применения.

— ЧТО?! — аж подпрыгнул на месте Рюто.

— Да не паникуй ты раньше времени, — попытался я успокоить разволновавшегося подростка. — Лихорадку Тото ещё не открыли, а у остального боевая эффективность выше двадцати процентов не подымается.

— В каком смысле ещё не открыли? — зацепился за последнее слово Рюто. — И кто этот самый Ван Ю? Ты его знаешь?

— Лично не знаю, но его книгу «робототехника для самостоятельного изготовления» естественно читал, — втолкнув брата в лодку, привстал на носу посудины и всмотрелся вдаль, надеясь увидеть нашу рыжую подругу. — Теперь понятно, почему они так долго тянули с ответом.

— ???

— Паутинка очень плохо хранится, буквально дни, — обнаружив рыжее пятнышко, что неслось в нашу сторону, успокоено выдохнул. — Так что у них или были серьезные проблемы с производством или самопровозглашенная элита этой планеты решила поиграть в настоящий конец света, а не в демоверсию с одними лишь зомбями и беспорядками.

Примечание к части

[1] Клипса «ромашка» спидлоадер - https://ibb.co/K5ScCRL

Если вам показалось что автор спекулирует происходящими в мире событиями - вам показалось.

20. Не ты, но он

**

— Бож… Кхе-кхе… Кобаяши, — поправилась лиса, справившись с небольшой отдышкой. — Что случилось?

— Видишь вон ту штуку в небе, — указал пальцем на дрон, который уже закончил круг над городом и, судя по всему, намеревался куда-то целенаправленно упасть. — Оно разбрасывает заразу.

— Чуму? Оспу? — всполошилась лисица. — Холеру?

— Вполне может быть так, что похлеще что-нибудь, — кивнул и, подхватив Хоро, перенес её на самое сухое место в шлюпке. — Слышишь какой-нибудь необычный звук?

— Тут много необычных звуков, знаешь ли, — пробурчала лиса и пошевелила своими ушками. — Шуршит что-то и это что-то не та странная птица. Звук из других мест слышится, но сверху.

— Брат сказал, что это «паутинка», — произнес брат, который уже забросал наши невеликие пожитки в лодку и как раз сам в неё забирался. — Мол, так заразу лучше разнесет.

— Паутина? — переспросила лиса и согласно кивнула. — Паутину ветром далеко разносит, иной раз вместе с пауками.

— Есть вероятность, что мы уже заражены, а может быть, и нет, — прервал я обмен мнениями. — У меня есть матрица на случай радиоактивных осадков, но поможет ли она против тех же вирусов, я просто не знаю. Никогда таким не занимался.

— Раз есть, применяй, — взмахнув хвостом, ответила лиса и задумалась: — А мне, как назло, ничего путного в голову и не приходит.

— Аки, ты глянь, тот парень тоже сюда бежит, — хмыкнул брат и указал рукой в ту же сторону, откуда чуть ранее прибежала лиса. — Хоро, я думал, ты его таки довела до суицида.

— Да ну его, — фыркнула лиса. — Самурай всегда должен помнить о смерти… а этот как узнал что у вас возможно проблемы, так сразу передумал самоубиваться.

— Я смотрю, тебе не нравятся самураи? — удивленно вскинул брови брат. — Чего так?

— Козлы они, — сказала, как обрубила Хоро. — И наши конкуренты… но и козлы тоже.

Пока я готовил матрицу, Такаши таки достиг лодки и, облокотившись на её борт, попытался справиться со сбитым дыханием.

— Странно, в школе ты был очень неплох в беге, — покопавшись в воспоминаниях, спросил ещё не отдышавшегося парня.

— Ты… предупреждал… о простуде… — между вдохами произнес он. — Я не… уберегся…

— Ясно, — кивнув брату на бедолагу, дал понять, что мне понадобится помощь. Рюто схватил Комуро за левое плечо, я за правое и мы втянули его в лодку совместными усилиями. — Я рад, что ты передумал, но тут новая беда нарисовалась.

— Какая? — еще пару раз тяжело вдохнув, Такаши смог, наконец, нормально говорить, да и оказавшись в шлюпке, он на удивление быстро сориентировался.

— Помнишь, брат удивлялся, что нам ответка запаздывает? — спросил Рюто. — Тут только что крылатая ракета пролетела, и она что-то над городом распыляла.

— Бо… кхм… Кобаяши, ты глянь, — вскрикнула лисичка и указала лапкой в небо. — Еще две.

Обернувшись в указанном направлении, мы обнаружили еще две Пчелы. Одна из них тоже принялась обрабатывать город, но действуя зеркально первому виденному нами дрону, а вот второе устройство изменило высоту и направление, взяв курс куда-то в сторону.

— И куда это она на… — начал, было, брат, но поперхнулся на полуслове, так как из-за горизонта появилось еще пять точек, которые достаточно быстро были опознаны нами как те же самые Пчелы. — Аки, а много этих штук у Китая?

— Ну, ты и вопросы задаешь, — пожав плечами, отвернулся от зрелища расходящихся по разным маршрутам дронов. — В 28-м году их должно было быть на складах хранения что-то около двухсот тысяч штук. Сколько их на данный момент я не знаю.

— Фигасе, — запустив пятерню в свои отросшие из-за лекарств волосы, брат шокировано осмотрел нас и задал правильный в принципе вопрос. — И далеко эти штуки улететь могут?

— От модели зависит. Те, что видел я, могли висеть в воздухе весь день. При попутном ветре это четыре или даже пять тысяч километров с полной нагрузкой.

— Говоря прямо все острова в зоне поражения? — уловил рациональное зерно брат. — А как твое чутье?

— Эм… — даже растерялся я так как больше не чувствовал того непонятного волнения которое не давало мне покоя в последние дни. — Ничего.

— Аналогично, — кивнула лисица. — Значит, мы поступили правильно или от наших действий уже ничего не зависит.

— Обнадежила, блин, — нахмурился я и, опершись вектором в дно реки, столкнул наше плавсредство с мели, и течение почти сразу же подхватило нас и само утянуло от берега.

**

Лисичка напомнила мне меня самого в детстве. Помню, я тоже бесил родителей тем, что сразу начинал хотеть есть при посадке в поезд. В общем, эта рыжая девица тоже принялась клянчить пожрать, пока мы все предавались не самым радостным мыслям.

— Сейчас самое время, — горячо убеждала она нашу загрустившую компанию. — Если мы опоздали, то хотя бы удовольствие от вкусной еды получим, перед тем как попадем в неприятности.

Оставив молодежь один на один с лисой и сумкой еды, я развернул радиостанцию и, накинув наушники, принялся мониторить некоторые, знакомые еще по прошлому миру частоты.

В отличие от старика, с которым мы собирали то ламповое чудовище, я радиолюбителем не был, но по работе приходилось иметь с этим дело, да и среди знакомых были одержимые этой темой люди. В общем, я сейчас занимался относительно знакомым делом. Одно меня раздражало и это непривычное управление, и отсутствие подстрочного переводчика. К хорошему вообще быстро привыкаешь, да и не учили меня морзянку на слух воспринимать. При высоких скоростях это вообще нереальная для новичка задача.

Убрав наушники с головы, обнаружил, что брат общается с Такаши на тему каких-то комиксов, а лисичка, стрескав больше, чем в неё могло поместиться физически, неспешно напевала что-то новенькое. По крайней мере, я впервые слышал от неё что-то похожее. Единственное что угадывалось в её рифмованных напевах на незнакомом мне языке это Один и Вальхалла. Видимо у них там что-то похожее на викингов тоже было, раз даже сугубо восточный житель знает песни с противоположной стороны планеты.

У меня вообще впечатление складывается, что лисичка всё происходящее не иначе как курорт воспринимает. Даже это её опасное для жизни обжорство понятно. Просто даже с её довольно высоким статусом, не имело смысла следить за фигурой, ибо все, что ты наешь в сытые месяцы, сойдет с тебя зимой или в очередном не очень удачном походе.

Да что там, она даже в виде лисы бегает не из-за того, что не может принять человеческий вид, а из-за того, что на антропоморфное тело надо больше ресурсов. А ещё ей очень нравится, что в этом мире лис за смертельно опасных врагов не считают. Да что там, показателен случай, когда банда мародеров угостила лисичку хоть и подсохшим, но пряником.

Вернув наушники на голову, еще раз прошелся по частотам, пока опять не услышал повторяющийся явно автоматический сигнал, который представлял собой последовательность чисел.

— 0 1 1 2 3 5 8 1 3 2 1 3 4 5 5 8 9, — пробормотал я, сверившись со своей же записью в блокноте, которую сделал часом ранее.

— Ты о чем? — подергав меня за рукав, спросил Рюто.

— Да вот, слушаю одну знакомую частоту, но там эти числа транслируют, затем пауза такой же длины что и передача и всё начинается заново.

— А ты чего ожидал? — поинтересовался брат.

— Тональную последовательность, — ответил я и задумался. — А может это она и есть, просто в виде морзянки? Хм. Что это за числа интересно?

— А эта самая тональная последовательность, это что?

— Ну, это сигнал специальный, показывающий, что частота занята и её слушают. Достаточно продолжить последовательность и произойдет вызов абонента.

— Можно посмотреть? — протянув руку к блокноту, Такаши посмотрел на последовательность и, взяв у меня карандаш, поставил несколько запятых между числами. — Так это же числа Фибоначчи.

— Вот же, — поглядев на список чисел с растерянностью понял, что код-то знакомый, просто представление отличается. Посчитав следующие числа последовательности, перевел их в набор точек и тире. Дождавшись, когда передатчик неизвестного абонента закончит трансляцию, переключился на передачу и попытался передать продолжение, но почти сразу сбился, так как опыта в работе на ключе не имел.

Подождав еще один период, я вновь попытался и в этот раз всё получилось. По крайней мере, передатчик на той стороне замолчал и три периода подряд молчал. К сожалению, после этого он опять принялся транслировать уже знакомые нам числа.

— Ну, раз ждут, значит, мы правильно всё сделали, — произнес брат. — Знать бы еще, что нам делать дальше.

— Аки, а ты знаешь этого, как это сказать, абонента? — спросил Такаши.

— Да как сказать, — пожал плечами. — Хоро правильно сказала, что наши миры хоть и отличаются, но и общие вещи тоже есть. Я хотел проверить, так ли это.

— Хоро, а разве в вашем мире уже существует радиосвязь? — удивился брат, посмотрев на лису.

— Ну, она не один только мир видела, — произнес я и лиса, уловив подтекст моих слов, многозначительно закивала, мол, да, она бывалый путешественник.

— А с кем мы пытаемся связаться? — продолжил допытываться брат, но лисица молча указала на меня лапой, мол, все вопросы ко мне.

— Как я, оказывается, плохо помню начало века… — не обращая внимания на соседей по лодке, хватаюсь за голову и пытаюсь вспомнить, что же было в моем мире в это время и ничего в голову не приходит. Так, редкие вспышки воспоминаний и всё.

— Аки? — поняв, что на их слова я внимания не обращаю, брат подергал меня за рукав. — Мы ничего не поняли. С кем ты связаться хочешь?

— Связаться? — вынырнув из воспоминаний, я огляделся и, пожав плечами, ответил правду: — Я хочу связаться с парнем по имени Виктор.

— А кто это?

— Это? Это паренек из России.

— Ааа… — многозначительно протянул брат, словно бы всё понял. — Прямо как в манге. Если из России, то или мафиози или преступный гений.

— Если я правильно помню, он на год меня старше, и он верит в существование машины времени. Так что в нашу милую Хоро он должен поверить.

— В неё трудно не поверить, — брат потянулся и почесал удивленную лису за ушком. — Но если он такой же подросток, как и мы, чем он нам может помочь?

— Сложно сказать, — отвернулся и посмотрел на воду. — Отец его служил во флоте, а мать пошла по стопам бабки и до распада СССР работала в том самом КГБ.

— КГБ? — несколько нервно переспросил Рюто.

— Что советует манга по этому поводу? — улыбнувшись, посмотрел на взбодренную молодежь.

— Она советует засунуть язык в задницу и не отсвечивать, — передернув плечами, ответил брат. — И зачем ты хочешь связаться со столь страшным человеком?

— Что, по-твоему, сделают пограничники в наше время с лодкой, которая приплыла со стороны заражённых островов?

— Не знаю, но учитывая то, что я видел своими глазами, не удивлюсь, если такую лодку расстреляют издалека, от греха подальше.

Помолчали.

— Аки, я тут подумал, — подал голос Такаши. — А что если сначала отправить последовательность чисел, а затем наговорить сообщение голосом?

— Хм?

— Просто ты сказал, что изначально ожидал тональную последовательность.

— Комуро, да ты чертов гений, — хохотнул я, так как только сейчас понял, что всё это время упускал из вида. Эпоха смартфонов и широкополосного беспроводного интернета в этом мире ещё не наступила, а значит, установка работает в автономном режиме и пишет всё в аудиофайл. И пишет она туда исключительно из-за того что это самый простой и надежный способ.

** Берников Виктор **

— Мам, это я, — достаточно громко произнес мальчишка лет четырнадцати, перед тем как открыть дверь.

— Ну что там? — оторвавшись от сортировки вещей, спросила уже не молодая женщина.

— Сергей Сергеич как обычно матерится, — отмахнулся подросток от набившего оскомину вопроса. — Опять какие-то чокнутые пытались отобрать автоматы у наших срочников… Кстати, я им котлеты отдал.

— А, опять эти, как их там по матери? — женщина на миг задумалась. — Ах да, точно — доживальщики.

— По-моему выживальщики, — покачал головой подросток. — В любимых отцовских книгах они именно так называются.

— Да какие же они выживальщики? — хохотнула женщина. — Заныкаться в одиночку в землянке это не конструктивно, так что это именно доживальщики и никак иначе.

— Ну ладно, — пожав плечами, согласился с доводами парень и подхватил очередную коробку.

— Кстати, сын, тут твой адский агрегат пищал и лампочкой мигал несколько раз, — вспомнила женщина.

— Да? — не на шутку удивился подросток и, поставив коробку, не разуваясь, прошел в комнату, где стояла невзрачная серая коробка, подключенная к старенькому ноутбуку.

С нетерпением дождавшись пока давно устаревшая техника включит подсветку экрана, юноша с удивлением обнаружил три файла. В первом оказались числа последовательности и тишина, а вот во втором чей-то спокойный голос со странным акцентом произнес:

— Inzhener 13'449. Moj status 101 drob' 2. Vektor pribytija 2042 drob' plus 1.

Сердце пропустило удар, и ноги мальчишки подкосились. Трясущимися руками, буквально вырвав выдвижной ящик из стола, он невольно раскидал вещи по комнате и всё для того чтобы быстрее открыть старую, потрепанную тетрадку.

— Статус, статус, статус, — листая страницы, бормотал подросток. — Условно вражеская территория с возможностью передвижения. Зона применения оружия массового поражения… дважды.

— Виктор? — обеспокоенно произнесла вошедшая в комнату женщина.

— Ох ты, черт! Он из 2042 года, — не замечая мать, пробормотал юноша. — Но что значит дробь плюс один? И кто такие инженеры?

21. Трое в лодке, не считая лисички

**

Это были пи*дец какие сложные два дня в моей жизни. Про парней даже не упоминаю, так как они в итоге просто вырубились от общего утомления, а лисичку пришлось трижды насильно заворачивать в артефактное одеяльце чтобы её мано-недостаточностью не убило.

В конце концов, мы ожидали обычной эпидемии и уж чего мы точно не ждали, так это того, что основными жертвами распыляемой заразы станут зомби. Это вообще что-то невероятное было. Довольно пассивные и, чего уж там, туповатые мертвяки вдруг резко прибавили и в мозгах и в скорости. Было невооруженным взглядом видно, что даром для них это не заканчивается и они, натуральным образом изнашиваются, но им, судя по всему, было на это плевать.

Нам вообще повезло, что мы столкнулись с зараженными мертвяками в идеальных условиях. Мы плыли в некотором отдалении от берега, а покойники разгонялись и пытались допрыгнуть до нас. Как это ни прискорбно, некоторые из них умудрялись допрыгнуть. Они ломали собственные ноги во время прыжка или еще что-нибудь, но таки допрыгивали и даже пытались плыть, когда падали мимо. А еще они нас видели. А если даже и не видели, то очень хорошо чувствовали.

А еще мы видели, как обновленные зомби выкуривали выживших из их укрытий, и это было очень тягостное зрелище прямо скажем. Особенно поразило нас всех то, как мертвяки сбивались в кучу строя из себя натуральную пирамиду, чтобы в итоге часть из них ворвались на третий этаж здания. Вот после такого зрелища лиса и впала в буйство, устроив локальный геноцид неживых, но лишь истощила себя. Бедолагам из атакованного дома мы уже ничем не смогли помочь.

И знаете, это была настолько страшная ответка, что на фоне неё, тривиальная ядерная бомбардировка это как-то мелко и несерьезно. Да что там, даже мифическая ядерная зима на фоне такого пи*деца очень бледно смотрится.

Осмотревшись, я убедился, что мы на реке одни и только после этого поправил одеяльце лисички, которая дергалась в нем как в смирительной рубашке, время от времени постанывая и выкрикивая команды типа: «сомкнуть строй» или там «лейте смолу». Вот вам и существо из иного мира. Отличается от людей всем, а ПТСР такой же, как и у нас. Впрочем, брат и Такаши тоже спали довольно беспокойно, но хоть не кричали во сне, уже хорошо. Не хотелось бы, чтобы на шум какая-нибудь гадость приплыла.

Вообще удивлен, что мы ещё не слегли от какой-нибудь простуды. Два дня на лодке, фактически не сходя на берег, это то еще испытание, да и погода не сказать, что сильно теплая была. Сыро. Но и среди минусов бывают плюсы, так и сейчас получилось. То, что Хоро слегла от магического переутомления, дало неожиданный материал для исследования. Хотя, какое там ещё исследование? Так простое житейское наблюдение, не более того. Я в кои-то веки внимательно пронаблюдал, как именно лисица применяет огненные заклинания, а такие в её арсенале вполне себе были.

Положив обычную на вид керамическую плитку на лавку, или как это правильно в лодках называется, я провел над ней ладонью. Мгновение и от верхней части плитки потянуло теплом, словно я походный примус разжёг. Погоняв получившееся устройство на разных режимах, убедился, что плитка даже не пытается лопнуть и только после этого поставил на неё импровизированную джезву [1] роль которой выполняла алюминиевая кружка.

Пара-тройка минут и в нос шибанул аромат свежезаваренного кофе, а в левую руку вцепились лисьи зубы. Благо из-за сырости я был в ветровке и пострадал лишь рукав и мои нервы. Оно, знаете ли, очень неприятно, когда кто-то тебя натурально жрать начинает. Как не заорал благим матом даже и не понял.

Подергав рукав, я добился только того, что лиса впилась в куртку с удвоенной силой и даже заурчала радостно. Ну что тут поделаешь? Пришлось снимать с себя испорченный элемент гардероба и переодеваться в целое.

Пока я возился с переодеванием, кофе достаточно остыл, чтобы его можно было пить, чем я и занялся, время от времени оглядывая зеркало воды.

Как я и говорил, мы уже скоро как третьи сутки на воде и даже ночевать вынуждены в лодке в достаточном удалении от берега. Однако река это вам не гостиничный номер и даже без учета сырости тут хватает всякого. То мусор какой-то, то бревна, то несколько сотен мертвых, которые уже, в самом деле, мертвые. От последнего аппетит остался только у лисы и меня, так как я такое уже видел и воспринял легче этих, фактически, мальчишек.

Сверившись с часами, включил приемник и, накинув наушники услышал спокойный такой голос диктора который размеренно произносил трехзначные последовательности. Минут через пять он прервался и произнес:

— Сообщение передается в интересах геологической группы 13 449, — небольшая задержка и голос опять начал произносить уже привычные трехзначные последовательности: — 837, 984, 023, 934, 101, 230, 239, 734, 712, 885…

Двадцать минут, при свете луны и налобного фонаря я, не разгибаясь, записывал числа в блокнот, окончательно отсидев задницу и чуть не уснув в процессе. Даже кофе не помогало бороться со сном, когда в наушниках такой спокойный, убаюкивающий голос неспешно бормочет какие-то числа.

Отвесив самому себе пощечину, смог таки избавиться от наваждения и даже чуть не заорал от счастья, когда в канале перестали бормотать числа и голос произнес что-то вроде «Сообщение передается в интересах» и дальше уже какой-то другой получатель.

Прикрыв глаза, посидел пару минут, ничего не делая и только после этого, в очередной раз, оглядев реку, принялся раскодировать ответ. К счастью я нигде не напутал при приеме, да и алгоритм шифрования оказался тем самым который я ожидал.

— Как же всё затекло, — заерзав, простонал брат и сел, всё так же завернутый в брезент, что мы вынуждено, использовали вместо одеяла. — Сколько?

— До твоей смены еще час, — сверившись с часами, ответил я и ещё раз перечитал расшифрованное сообщение. — Можешь еще поспать.

— Нафиг-нафиг, — покривился мальчишка и ухватился за бутыль с водой. — Такое впечатление словно и не спал вовсе. Один сплошной даже не кошмар, а какой-то несвязный бред.

— Это да, — кивнул на лису, которая, так и не проснувшись, отгрызла-таки рукав у ветровки. — Хоро вон во сне попыталась меня съесть. А перед этим несколько часов командовала обороной замка.

— Куртку жалко, — зевнув, произнес брат. — А оборону она держала еще до того как меня срубило.

— И то верно, — был вынужден, согласится я, так как Хоро, в самом деле, вынуждено спала с довольно раннего вечера. Сразу как она свои запасы маны продолбала, так мы её и завернули на манер шаурмы в одеялко.

— О, кофе! — удивился подросток, понюхав джезву. — Где взял? Или мы к берегу приставали?

— Я доделал плитку, — передав устройство брату показал, как оно включается и стал свидетелем того, что для обычного человека глубоко безразлично как работает техника, если она работает и работает как надо. Даже если это не техника, а натуральный артефакт. Всё же немного лисьей маны я в устройстве использовал. Просто потому, что было лень заморачиваться с универсальной схемой или управляющей электроникой. Как не крути, но потеря ноутбука была событием очень неприятным.

Поиграв с плиткой, брат вынул из рюкзачка маркер и нарисовал каемку вокруг того места которое грелось, а так же изобразил что-то вроде кнопок в тех местах где были линии управления. Сразу видно прирожденного специалиста по интерфейсам.

Полюбовавшись своим творчеством, Рюто принялся готовить кофе и на запах этого кофе «воскрес» и Такаши тоже. Он некоторое время ругался сквозь сжатые зубы, но смог таки встать без посторонней помощи.

— Вспоминаю камеру у Такаги с ностальгией, — прокряхтел взъерошенный со сна парень и принюхался. — Ого, какая прикольная штука. Она на газу работает или на лисьем сквернословье?

— Лисье сквернословье? — удивился я. — Ты это о чем?

— А вы что, не слышите, что именно она говорит, когда колдует? — удивился Такаши.

— Я всегда думал, что это чих или кашель, — чистосердечно признался я. — Ну еще она несколько раз латынь использовала.

— Ну да, она очень быстро говорит, — кивнул парень и пояснил. — Она ругается на шумерском. У меня родственник филолог, он как-то спорил с колегой по поводу произношения в мертвых языках в моем присутствии. Ну и как пример приводил несколько расхожих ругательств. Очень похоже.

— Вот оно как, — покосился я на лисицу. — Значит, за словом в карман она не лезет.

— Чего-чего она не делает? — удивился брат.

— В некоторых культурах считается, что ругань имеет некий мистический подтекст, видимо это мнение не на пустом месте появилось.

— Представляю себе книги про Гарри Поттера с правильными заклинаниями, — хохотнул брат. — Выхватывает так герой волшебную палочку и… родители затыкают детям уши.

Несколько нервно заржав, мы невольно разбудили виновницу нашего хорошего настроения.

— Ой, *ля! — перепугалась лиса, обнаружив у себя в пасти изжёванный рукав. — Я не хотела, честное слово.

Повторный хохот раздался из лодки, но теперь он был куда более радостным.

— Даже самочувствие улучшилось, — утерев выступившие от смеха слезы, пробормотал брат.

— Соглашусь, — кивнул головой Такаши и, приняв плитку с джезвой, задумчиво посмотрел на полупустую банку с кофе.

— Страшно представить каково было средневековым морякам. Вроде бы у них пространства было столько же, как у нас на этой шлюпке.

— Кстати, Аки, нам твой абонент не ответил? — без особой надежды в голосе спросил брат.

— Да как вам сказать, — нахмурившись, вынул блокнот из кармана. — Ответил, но совершенно не так как я ожидал.

— Ожидаемо, — махнул рукой Рюто, — если уж нашим Силам Самообороны до нас дела нет, то, что мог сделать какой-то левый подросток из другой страны?

— В том то и дело. Я ожидал, что он поделится со мною информацией, не более того, однако он прислал частоту и расписание весьма специфичного передатчика где-то на Урале.

— И в чем заключается эта специфика?

— Это очень мощный передатчик, который чуть ли не на всей планете слышно, и он до сих пор передает сообщения неким геологам. И это даже невзирая на происходящий вокруг нас апокалипсис.

— Армия? — предположил брат.

— Однозначно флот, — покачал головой Такаши. — Армии на всю планету кричать не нужно.

— Хм…

— Кобаяши говорил, что спутники перестали работать. Если уж наши старую технику расчехлили, то почему это не могли сделать Русские?

— Эти могли и не зачехлять, — хмыкнул брат. — И что? Нам что-нибудь передавали?

— В том то и дело, что передавали.

Квадратные глаза двух подростков стали платой за мои мучения на ниве радиодела.

— Нам назначили встречу.

— В каком это смысле, встречу? — удивился брат.

— Где? — не менее удивленно спросил Такаши.

— На вашем месте я бы лучше спросил, на каких условиях, — хмыкнул. — Встреча назначена недалеко от устья этой реки при условии, что мы по пути захватим одного человека.

— Агентуру вывозят, — многозначительно хмыкнул брат.

— А зачем её вывозить? — пожал плечами Такаши. — Японии нет, и где можно будет применить здешнюю агентуру, я себе не очень представляю.

— Может быть, что-то важное узнали? — не захотел сдаваться брат.

— То, что наш премьер-министр взятки берет? — зло пошутил Такаши. — Так его, небось, уже съели.

— Не будем гадать, сами всё на месте увидим.

Примечание к части

[1] Она же турка (как я понимаю, на территории СНГ это более распространенное название)

22. Не снайпер, но гравитация

**

Уже десять раз пожалел, что не взял с собой Хоро. Учитывая скорость её перемещения и низкий профиль, эта четырехлапая самоходка могла решить любую проблему до БТРа включительно. Понятно, что только при условии предоставления ей пачки моих усиливающих матриц, но этого добра за вечер я мог довольно много нарезать. С другой стороны бросать ребят одних тоже было не дело. Эдак выпрутся какие-нибудь «живчики» и попробуй от них отмахайся, имея на руках только револьверы и обрезок трубы.

В общем, пришлось побегать и это меня немного раздражало. Еще больше меня раздражало то, что зомби стали условно зрячими и это серьезно так осложняло простые ранее действия. Теперь на велосипеде педальки не покрутишь, обязательно кто-нибудь под колеса кинется. Достали, гады. Тут же от реки всего ничего было, а бегать пришлось до обеда включительно.

Словив легкое дежавю, опять прошелся по крыше, правда в этот раз это была жилая высотка, а не школьный корпус и опять я был вынужден воспользоваться веревкой. К счастью, теперь-то я не забыл про всё необходимое и достиг нужной лоджии с определенным комфортом. Воспользовавшись вектором, создал в остеклении лоджии пролом, сквозь который и проник вовнутрь.

Уж не знаю, что тут такое творилось, но незадымляемая лестница нужного мне подъезда была обрушена взрывом, да и лифтовые шахты напоминали собою склад битого кирпича. В общем, пришлось превозмогать.

Отстегнув пояс от веревки, не сильно скрываясь, насвистывая незамысловатую мелодию, прошел чью-то квартиру насквозь и вышел в коридор, где меня уже ждал мужчина в помятой обстоятельствами одежде и с автоматом в руках. Учитывая его многодневную щетину и откровенно говоря не выспавшийся вид, от очереди в тушку меня отделяла лишь малость.

— «Какое у тебя имя, морячок?» — в очередной раз, расстроившись из-за своего весьма специфического говора, обратился к человеку с автоматом.

— «Олег», — ответил мужчина и буквально на сантиметр-два опустил ствол. — «А ты кто такой и как здесь оказался?»

— «Кобаяши Аки», — улыбнулся. — «Борис Иннокентьевич просил помочь вам».

— Возможно, будет проще общаться на-английском? — спросил человек, окончательно опустив ствол автомата.

— Мне всё равно. Так-то я только говорю с акцентом, — пожал плечами. — Меня с друзьями попросили найти вас, узнать, что произошло и по возможности помочь с эвакуацией. Ваше командование волнуются из-за того что вы не выходите на связь.

— Живчики рацию разбили, — поставив автомат на предохранитель, мужчина повесил его на плечо и вздохнул. — А еще есть серьезная проблема с грузом.

— Оу! — выдохнул я, когда зашел в квартиру, которую занял Олег под свою временную базу. — Знакомые все лица.

— М? — мужчина обернулся ко мне, а затем внимательно посмотрел на парочку связанных персонажей, что сидели по отдельности в мягких креслах. Из таких даже со свободными руками и ногами не сразу встанешь, а уж в таком виде и подавно. — Ты знаешь их?

— Девушка это Бусудзима Саэко. Школьница, спортсменка и я бы даже сказал секс символ клуба кендо, — кивнул на свою недавнюю спутницу. — А второй это Такаги Соитиро. Нацист, рабовладелец и немножечко военный преступник. Ну как немножечко? Человек на пятьдесят примерно.

— Кобаяши? — растерянно прошептала девушка, уставившись на меня словно на привидение, а вот мужик посмотрел на меня с неприкрытой ненавистью, но промолчал.

— И в чем проблема с грузом? — уточнил у Олега.

— А в этом и проблема, — поморщился собеседник. — Мы должны были вывезти совершено других людей, а не вот этих вот… хмырей. Но из-за проблем со связью и местными психами эта парочка ввела нас в заблуждение.

— Хмыри? Как точно сказано, — хмыкнул, разглядывая связанного мужика. — Рика была уверена, что вышибла тебе мозги, Такаги. Да и Такаши радовался твоей смерти как дитё малое. А ты здесь вот сидишь, людям весь кайф обламываешь. Ай-ай-ай таким жить.

Не знаю, что собирался ответить мне взбешенный пленник, но Олег пару раз саданул его прикладом и тот как набрал воздуха, так весь его и выпустил.

— Ууу! — схватившись за голову, простонал мой собеседник. — Значит, точно ребята зазря погибли? Всё это, в самом деле, было зря?

— Ну… Сожалею.

Мужчина разъярённо пометался по комнате из угла в угол, после чего выматерился и порывисто подскочил к Такаги. Схватив его за шкирку, он без особого труда вытряхнул главного нацика этого региона из кресла и буквально поволок за собою как мешок. Такаги разразился руганью и даже попытался дергаться в своих путах, но Олег молча вытащил его на лоджию и, так же молча подхватив его на руки, вытолкнул наружу.

Ну что тут скажешь? Эпичненько получилось. Я думал, он его тривиально застрелит или ножом ткнет. Мда.

Помассировав уши, не сразу, но смог избавиться от звона в них. Я и не знал, что люди так кричать могут. Аж мороз по коже.

Усевшись в освобожденное, ещё не остывшее после прошлого седока кресло, потянулся и с интересом посмотрел на абсолютно серое лицо Бусудзимы.

— Саэко, не ожидал тебя тут увидеть, — начал я беседу, но девушка лишь затравленно смотрела на меня и подергивалась в своих путах. — Я думал, вас Рика перестреляла. Они с напарником ведь знатный тарарам устроили, мстя за Шизуку. Не думал, что у нашей медсестры настолько отмороженная родственница есть.

В комнату ввалился тяжело дышащий Олег и, уставившись на нас налитыми кровью глазами, он лишь головой тряхнул и молча ушел в другую комнату.

— Чем планируешь заняться, оставшись одна посреди города набитого мертвяками? — спросил у девушки, и она замерла, перестав вырываться из пут.

— Вы меня отпустите?

— Не столь радикально, как твоего друга, — улыбнулся. — Просто развяжем, и иди куда сможешь.

— Он мне не друг, — ответила девушка и, посмотрев на открытую дверь, ведущую на лоджию, задрожала всем телом. — Кобаяши, пожалуйста, я тебя очень прошу, не оставляй меня с ним.

— С кем «с ним»?

— С этим психом.

— Какой же он псих? Вот я точно псих. Представляешь, встретил говорящую лису, — выложив из ранца на стол копию той самой плитки, и всё необходимое для заваривания кофе я принялся неспешно священнодействовать. — Тем более, как же я тебя с ним оставлю, если меня попросили его подвезти? Так что можешь не беспокоиться. Сейчас кофе попью и мы свалим.

— …

— Что такое? — перелив напиток в чашку, обнаружил, что Бусудзима беззвучно рыдает.

— Не бросай меня, прошу.

— Ты какая-то непоследовательная, ты знаешь об этом?

— Я для тебя что хочешь сделаю, только не бросай.

— Да мне, в общем-то, ничего и не нужно, — пожал плечами. — Просто мы собирались покинуть острова, и лишний пассажир предусмотрен не был.

— Уии…

— Ты яхтой управлять умеешь?

— Нет, — опустив взгляд, ответила девушка. — Может я могла бы пригодиться тебе как девушка?

— Что с тобой случилось, Бусудзима? — с сомнением осмотрел мечницу. — Раньше бы тебе такая ересь и в голову не пришла.

— Много чего случилось, — ответила девушка уже куда увереннее. — Как Рэй убили, так кошмар и не заканчивается.

— Кстати, что с ней случилось? — уточнил, отхлебнув кофе. — Такаши так внятно и не рассказал, что там за история приключилась.

— Такаши? — вскинулась Саэко. — Я не ослышалась? Он жив?

— Да я его не в первый раз уже упоминаю, — пожал плечами. — В последний раз я его видел часа четыре или даже пять тому назад.

Девушка как-то излишне истерично засмеялась и, так же неожиданно успокоившись, произнесла совершенно невообразимую дичь:

— Это ведь из-за того голосования, да? — прошептала она и уже без страха посмотрела на дверь ведущую на лоджию. — Все кто проголосовал против тебя, уже умерли.

— Мне кажется, тебе надо успокоиться и попить кофе, — отставив опустевшую чашечку, встал и прошел в ту же комнату, в которую ушел боец.

— Олег? — позвал я, обнаружив, что мужчина уже успокоился и даже переупаковывает рюкзак. — Ты девчонку тоже отправишь на экспресс-курсы полета или она может пойти с нами?

— Извини, сорвался, — немного хриплым голосом ответил мужчина и спокойно, не отводя взгляда, посмотрел на меня. — За эвакуацию отвечаешь ты, если тебе нужна еще одна головная боль, ты в своем праве… Но как по мне, тащить эту соплюшку с собой — глупо.

— У меня вся группа сплошь из сопляков, — пожал плечами. — Так за кого Такаги себя выдавал? Или это всё ещё секрет?

— Уже не секрет, — покачал головой мужчина. — Мы должны были помочь какому-то мужчине. Исекай Томпсон, если мне память не изменяет. Я в группе в последний момент оказался, так что мало что знаю.

— Искей Томпсон? — уточнил я.

— Ну да, а я что сказал? — удивился мужчина.

— Исекай - это жанр в литературе такой, — нахмурился. — А Искей это известный в узких кругах микробиолог. Если он помер, у человечества могут быть серьезные проблемы.

— Можно подумать, их и сейчас нет, — кивнув на окно, хмыкнул Олег.

— Олег, ты же военный?

— Лейтенант, если ты об этом.

— Вот скажи мне, лейтенант, сколько бы тебе понадобилось бы самосвалов, стрелков-резервистов и ящиков с патронами, чтобы объехать весь город и вчерне очистить его улицы от неживых?

— Ну… — мужчина на самом деле задумался. — Если ты говоришь про тех, которые были до позавчерашнего дня, то думаю, хватило бы по одному грузовику и десять стрелков на каждые десять тысяч зомби. Учитывая усталость, и малый настрел гражданских, стоило бы брать по два или даже три патрона на каждого покойника.

— Это настолько сложная и дорогая задача, всё это организовать?

— Уел… — мужчина тряхнул головой. — А и в самом деле. Я лично видел, как ваша полиция удерживала мертвяков одними лишь дубинками и щитами.

— Ну, вот и ответ.

— Слушай, парень, — нахмурился боец. — А этот ученый, Томпсон который, он вообще, чем так важен?

— Теперь уже не важно.

— И всё же? — качнул головой мужчина. — Вся наша группа полегла. Хотелось бы знать ради кого.

— Не знаю, ради чего его ваши спасать решили, но мне он известен как первооткрыватель лихорадки Тото и видный теоретик ранней диагностики.

— Ну, надо же, — даже улыбнулся боец. — В кои-то веки не кошелек на ножках, а какой-то полезный обществу человек.

— А что, были и богатенькие буратины?

— Ребята говорили, что в основном они и были, — Олег вздохнул и перевел тему на иное: — Ну что выдвигаемся?

— Сначала кофе, я обещал.

23. Не река, но море

**

Путь до берега особого труда не вызвал, так как к полдню зомби рассосались на «дневку». После того как их «апнули» они только первые двое суток «зерг-раш» устраивали, а потом как-то резко поумнели и стали пользоваться всеми своими преимуществами и больше не усугубляли минусы. Они и раньше по ночам становились куда бодрее, чем днем, а уж теперь и подавно.

В общем, если бы мне пришлось в этом месте базироваться, я бы так свободно тут не разгуливал. То, что они к полудню рассосались с улиц, это еще не значило, что они не ведут наблюдение за окружающим пространством и не нанесут потом визит вежливости. А ведь даже у нас прибор ночного видения есть только у лисички, да и тот природного, так сказать, происхождения. Что уж говорить про всех прочих выживших на островах.

Однако проблема пришла оттуда, откуда уже не ждали. На берегу, в месте, где меня должны были подобрать ребята, обнаружился некий эрзац бронеавтомобиль и группа встречающих с оружием в руках. На первый взгляд, раньше, до того как машину обварили листами железа, это был довольно редкий трехосный грузовик.

И да, теперь я понимаю нашу лисицу до самого кончика её хвоста. Воистину, так устаешь от всех этих, прости господи, деградантов, что просто хочется уподобиться какому-нибудь дракону и поддать жару так, чтобы даже железо кипело.

— На колени, мясо! — орал хмырь с автоматом и знакомой повязкой на голове.

— Руки за голову! — вторил ему второй хмырь но уже со штурмовым дробовиком в руках.

— Да когда же вы, б***и, закончитесь-то наконец? — задумчиво пробормотал после того как оба этих персонажа осели на землю уже в виде мертвых тел.

Для вектора нет принципиальной разницы кому именно мозги в жижу превращать. Что зомби, что люди суть одна и та же изначально платформа. А уж если в тебя тыкают стволами гуманоиды с символикой той самой группировки каннибалов так и вообще человеколюбие начинает зашкаливать и бить через край.

— Хоро, — громко произнес я, так как она должна была дожидаться меня где-то здесь: — Убей здесь всех… и сожги.

Из ближайших кустов, словно пружиной вытолкнуло рыжее тельце, и эрзац БТР осел на разом лопнувших от жара колесах. Внутри заорал заживо горящий экипаж, ну а те, кто оставался за пределами машины, уже ничего кричать не могли. Хоро с одноразовой матрицей в зубах это вам не какой-то там ранцевый огнемет — это почти двадцать килограммов кавая. Да-да, она у нас миниатюрная, но тяжелая и жрет как не в себя.

Убедившись, что мир стал чуточку чище, развернулся и направился обратно. Своих спутников я оставил в ближайшем здании, когда пошел провентилировать вопрос с неизвестными в точке сбора. И к некоторому моему сожалению оказалось, что Олег, видимо, собирался меня выручать, так как я обнаружил его куда ближе, чем должен был. Но, судя по всему, ничего особо необычного он не увидел. В конце концов, мало ли от чего они там все загорелись? Может просто звезды так сошлись? Хотя, чего это я? Конечно же, именно они и сошлись. После приснопамятных мано-истощений Хоро пришлось ей усиливающих матриц наделать, а они именно от положения астрономических объектов и зависят. Напрямую.

— «Это **** и **** же **** да ****!» — пялясь на коптящие тела и остов машины, высказался боец.

— Какое точное и образное описание для обыденной ереси, — хмыкнул я, услышав очень знакомые выражения, из которых культурными были только предлоги.

— Это твое прикрытие отработало? — взяв себя в руки, уточнил Олег.

Промолчал, так как отвечать мне не хотелось. К счастью, боец лишь понятливо кивнул и повторно задавать один и тот же вопрос не стал. Плюс ему, как говорится, в карму.

Пока Олег и Саэко отвлеклись на догорающие останки и не сильно смотрели по сторонам, я опустился на колено и выслушал короткий доклад лисицы.

Парни как увидели подозрительную активность, не только отошли от берега подальше, они еще и замаскировались среди мусора, что нанесло течением. Ну а Хоро одновременно ожидала моего возращения и заодно с полной самоотдачей слушала в оба уха. Что уж тут поделать, она у нас страсть, какая любопытная. Тут и её происхождение виной и ВУС.

Олег если и удивился тому, что в лодке тоже школота, виду совершенно не подал. Я как-то заволновался даже. С самого моего сюда попадания окружающие демонстрировали определенный стереотип поведения, а тут хоп-хны и что-то новенькое. Более того, как только мы от берега отошли он как-то словно бы выдохнул и расслабился. Ага, расслабился, после чего схватил зазевавшуюся лисицу и, демонстрируя навыки бывалого собаковода, принялся вычесывать той шкуру.

Охреневшее выражение морды Хоро надо было не только видеть, но и фотографировать, однако она достаточно быстро пришла в себя и вырываться не стала, лишь стоически, молча выдержала всю процедуру. И нет, назвать нашу лисичку грязнулей нельзя, просто она не решилась применять магию при посторонних.

Такаши присел на уши Саэко, которую почти допрашивал, ну а брат был занят котелком, который уже исходил парком, потихоньку закипая на плитке. Один я остался сам по себе. Однако найти себе занятие по вкусу я не успел, ибо ушедший в готовку с головой Рюто без всякой задней мысли, чисто на автомате произнес:

— Хоро, тебе соус или пасту?

— Мне-е па-а-сту-у, — разомлев в руках нашего попутчика, заторможенно ответила лиса.

— «***** *** не ******!» — выдохнул Олег и к его чести не отшвырнул лису от себя, а преувеличенно аккуратно положил на лавочку. Ну, или как правильно эти штуки в лодках называются? Банки?

— А мне соус, — индифферентно произнес я, словно ничего необычного не произошло, и обратился к нашим попутчикам по-английски: — Олег, Саэко, вам рис с соусом или пастой?

— Мне ведь не послышалось? — уточнил боец, с подозрением разглядывая лисицу. — Патрикеевна ты ведь, в самом деле, что-то сказала?

— Это наш боевой товарищ — Хоро Мудрая с горы четырех мудрецов. Для друзей просто Хоро.

Услышав свое имя, лисичка вскочила на лапки и, изобразив кивок, взмахнула хвостом. Она английского не знала, конечно же, но видимо по интонации поняла, что её сейчас представляют.

— Вяземский Олег Викторович, — в очередной раз за этот день удивил меня этот парниша и протянул лисе руку ладонью вверх. — Приятно познакомиться.

Лиса не подкачала и вложила лапу в протянутую ладонь. Так-то она видела, как в этом веке принято здороваться, но именно сейчас условия для этого были как минимум странные.

**

Вечерело. Наша шлюпка таки покинула реку, и мы неспешно плыли примерно в километре от береговой линии. К нашему счастью погода стояла спокойная, и происходящее напоминало развлекательную прогулку.

Такаши мурчал себе под нос какую-то песенку и орудовал шестом, на котором была закреплена очередная матрица. Так-то мы уже много чего испробовали, даже что-то вроде весел пытались организовать, но в итоге лень победила, и я приделал генератор гремучего газа к веслу. Это была, откровенно говоря, идиотская идея, но она работала. Получалось так, что нос лодки постоянно пытался упасть в газовую каверну, но не успевал, так как матрица, закрепленная к шесту, отдалялась от лодки с такой же прытью, с которой эта самая лодка начинала смещаться в сторону матрицы.

И да, я понимаю, что это был один из максимально неэффективных способов движителя для лодки, но отсутствие ноутбука и некоторая моральная усталость не давали мне шансов на создание чего-то получше. Да и моему однокласснику, откровенно говоря, нравился этот «бульбулятор» на палке. Он даже оговорился, что в детстве мечтал попробовать себя в роли гондольера. Ну, так-то да, некоторое сходство с гондольером у нас, конечно же, получилось. Правда Такаши стоял не на корме лодки, а на её носу и его шест не отталкивал лодку от воды, а наоборот, притягивал эту самую лодку. Да и вообще, кто я такой чтобы чьи-то детские мечты критиковать?

— А не пи****ёт? — с сомнением спросил Олег, когда узнал, какой именно газ выделяется перед лодкой но, получив мой честный ответ: «а хрен его знает» вроде бы успокоился. По крайней мере, сопел во сне он очень убедительно.

В общем, я тоже не сидел без дела и с интересом разглядывал берег в бинокль. Как я уже и говорил, вечерело, и неживая публика начинала шастать в поисках свежего мясца. Как это ни удивительно, но за прошлые дни они далеко не всех людей съесть успели. Вот и сейчас я опять наблюдал набившую оскомину картину.

— М? — убрав бинокль от глаз, посмотрел вниз, где Хоро молча дергала меня за штанину. — Что такое?

— В воде что-то очень большое плывет, — взволнованно прошептала лиса. — Сейчас оно под нами.

— Такаши, стоп, — скомандовал я и, поразмыслив, взял в руки обрезок трубы и без затей постучал по дну лодки. Не просто так постучал, понятное дело, а попытался изобразить что-то вроде морзянки.

— А? Что? Где? — передернув затвор автомата, проснулся и заозирасля Олег.

— Боженька? — с сомнением произнесла лисица, видимо забыв про наш уговор в отношении прозвищ.

— Не смотрите на меня так, возможно я… хм…

— Боженька, — пошевелив ушками, повторила лиса. — А тут русалки водятся?

— Русалки говоришь? — хмыкнул я, отложив обрезок трубы. — Русалки не водятся, а вот аквалангисты встречаются.

Минута и в небольшом отдалении от нас появляется плохо различимая в сумерках голова, а так же руки и АПС в них. Эту штуку ни с чем не спутаешь, уж больно рожок характерный.

— Сзади еще два, — прошептала Хоро.

— «Это вы продаете славянский шкаф?» — сдерживая глупую улыбку, произнес я переданный мне ранее пароль.

— «Шкаф продан» — ответил мне хрипловатый голос и добавил: — «Группу встретили?»

— «Из всей группы только один остался».

— «Ясно», — произнес тот же голос и произнес: — 36.

— 17, — ответил водолазам Олег.

Небольшая заминка и стволам в нас тыкать перестали, а владелец хрипловатого голоса подплыл к нам поближе и без какой-либо помощи взобрался на борт буквально за пару секунд. Вот он в воде у борта и вот он уже сидит внутри.

— «Может быть кофейку?» — предложил я, так как ожидал, что сейчас подлодка подвсплывет и заберет Олега, ну а мы за это время получим какую-нибудь полезную информацию от моих корреспондентов. На большее я не расчитывал.

— «Кофейку говоришь?» — переспросил боец в гидрокостюме и демонстративно пересчитал присутствующих. — «Животное тоже с вами?»

— «Да, лиса с нами», — кивнул.

— «Оставил бы ты её на берегу, паря» — вздохнул водолаз.

— «То, что мы ещё живы, это и её заслуга тоже».

— «Да я не в том смысле» — почему-то смутился боец. — «Просто мы не можем ради вас всплыть, и вам придется нырять».

— «Я думал вы тут только за Олегом, а нам дальше чапать».

— «Вас слишком мало добралось» — покачал головой мой собеседник. — «Мы заберем всех, но животное… ты же сам понимаешь, что в воде оно запаникует».

— «По моему приказу она будет неподвижна, даже если захлебнется» — прищурился. — «А вот за ребят я уже не так уверен».

— «Вот как? На крайний случай мы их откачаем» — хмыкнул боец. — «А животное это твоя головная боль… уж не знаю почему, но оно тоже в списке на эвакуацию».

24. Не конец, но начало

**

Когда что-то вроде лебедки утягивает тебя на глубину нескольких метров, а может быть и десятков, это всё приятных ощущений совсем не доставляет. Уж на что я бывалый человек, но даже меня этот аттракцион пронял. Моим спутникам пришлось ещё хуже, только Такаши более или менее нормально перенес экспресс-погружение, а вот остальные водички нахлебались. Ничего страшного конечно, но и хорошего тут тоже ничего не было. А с нашей лисицей было одновременно и проще и сложнее. Она стоически терпела воду которая заливалась в неё и не единым жестом не показала что это доставляет ей хоть какие-то неудобства, но уже будучи внутри подлодки воду из неё пришлось выливать натурально как из бутылки.

— Твою бога в душу мать! — ругнулся один из бойцов, когда помогал Рюто побороть кашель. Нас же не обыскивали, поэтому для боевых пловцов стало большой неожиданностью, что у нас у всех при себе есть огнестрел, а не только автомат у Олега.

Кроме нас и водолазов в помещении был еще и человек в характерной такой одноразовой робе. Капитан, судя по всему. Он без особой злобы произнес сакраментальную фразу:

— Мазуты береговые… Не боевой корабль, а е****я маршрутка.

Моряк с сомнением посмотрел на лису, затем с ещё большим сомнением на Саэко и горестно вздохнув, обратился ко мне:

— Ты вроде бы по-нашему разумеешь?

— Да, это так, — кивнул.

— В общем, пацан, правила у меня простые. Вы сидите на заднице ровно, и выполняете распоряжения экипажа, не задавая глупых вопросов. Если же вам кажется, что ваш вопрос не глупый подумайте ещё раз и только после этого отвлекайте занятых людей от работы. Надеюсь это понятно?

— Мы постараемся доставить вам минимум неудобств, — ответил я.

— Вот и чудно, — вздохнул моряк: — Присматривать за вами и остальными пассажирами будет моя головная боль — Вася. Его и доставайте. Но, говорю сразу, попытаетесь совершить какую-нибудь херню или просто выйти в другой отсек без разрешения рискнёте — пеняйте на себя. Церемониться никто не будет. Если надо, то заблокируем и затопим к хе**м весь отсек. Это понятно?

— Не беспокойтесь… — начал, было, я, но был перебит.

— Не надо обещать, надо делать. Ты не депутат, а я не избиратель. Усёк? — достаточно агрессивно произнес мой собеседник и продолжил: — Вы у меня тут не первые такие, так что я словам уже не верю, уж прости. Ладно, заговорились, располагайтесь поудобнее, но не забывайте что вы в гостях.

Буквально через минуту нас оставили одних в довольно большом для подводной лодки помещении. И такое помещение здесь было не одно. В открытом люке был виден не только коридор, но и подобное же помещение, которое располагалось напротив. Оно тоже не пустовало, и там тоже были размещены люди, но общаться с нами они не спешили.

— Я думал, внутри будет куда теснее, — произнес Рюто, когда нас оставили одних. Он с интересом осматривал и даже ощупывал стены. — Так и не скажешь что это диверсионная лодка.

— А это и не диверсионная, — ответил Такаши, что с момента погружения не проронил не то, что слова, даже звука.

— А какая? — с интересом спросил брат.

— Это ракетоносец, — буркнул Такаши. — Меня когда внутрь затягивали, я четко видел от носа до рубки крышки шахт.

— А ты не перепутал? Ракеты же между кормой и рубкой устанавливают, а не наоборот, — с сомнением спросил Рюто.

— У них весь нос чем-то ободрало, там всё прекрасно видно.

— Акула что ли? — пробормотал я, силясь вспомнить, когда именно их похерили. — Но зачем такую махину выводить на мелководье? Бред какой-то.

— Так она атомная? — разволновался Рюто. — А это не опасно?

— Братец, ты прямиком из эпицентра сразу двух ядерных взрывов. Чтобы получить сопоставимую дозу тебе придется плавать на этой штуке лет сто.

— Аки прав, — буркнул Такаши. — Меня больше волнует размер этой лодки, и тот, кто её подрал. Не на пустом же месте они тут залегли.

— А может… — начал было Рюто, но лисица вдруг перестала изображать из себя деталь интерьера, и взволнованно закрутило мордочкой. Вскочив на лапы, она закрутила мордой с удвоенной скоростью, после чего замерла. — Хоро?

— А? Что? — словно выйдя из транса, переспросила лисица и даже головой тряхнула. — Что-то происходит… что-то опасное.

Слова аякаси посеяли легкую панику в души моих спутников, так как мы уже как-то попривыкли, что совсем жесткие неприятности хвостатая вполне себе чует, пускай и очень неточно.

Что-то лязгнуло, и кто-то торопливо пробежал по коридору. Судя по характерному звуку шагов, это был кто-то из команды, так как только у них была правильная обувь, а остальные были вынуждены сидеть босиком и разговаривать не повышая голоса в целях соблюдения акустической гигиены так сказать.

Спустя десяток секунд, пробежал еще кто-то, но теперь уже не мимо, а прямо к нам. В помещение впрыгнул Олег и, ударившись плечом о переборку, буквально ввалился вовнутрь.

— Су… у… — потирая ушибленный бок, он бросил сверток со своими уже высушенными вещами на пол и принялся неумело запирать люк.

— Олег, ты чего творишь? — спросил я у явно паникующего бойца.

— М? А, это ты Кабояши? Блин. Ошибся отсеком. А и пофиг, — закончив с люком, он подошел к нам и уселся прямо на палубу, так как на его долю надувных матрацев уже не хватило. — Прелюдия закончилась, пацан, сейчас будут по-взрослому бить.

— В каком смысле? — заволновался я. — Противолодочный корабль?

— Морячкам пришел приказ на запуск. По крайней мере, так сказал мой провожатый, — нервно хохотнул парень. — Эту лодку вообще-то распилить должны были, и у ракет срок годности подходит, а ещё экипаж состоит сплошь из вчерашних курсантов и добровольцев. В общем — комбо.

— Так это внештатная единица?

— А? Внештатная? Ну да, лодка из состава флота уже выведена, её должны были на разбор отправить. Угораздило же вляпаться… Мля! Кажется, начали!

**

Это был один из самых скучных и одновременно очень насыщенных дней в моей жизни и судя по всему не только в моей. Тот самый поганый случай, когда от тебя не зависит вообще ничего и ты можешь лишь сидеть и ждать.

Если кто-то думает, что лодка тривиально отстрелялась, и на этом всё закончилось, то это не так. Нет, от запаса ракет подлодка избавилась достаточно быстро, на всё про всё даже получаса не потребовалось. Да что там получаса? Минут за десять справились и это с учетом того что одна из ракет таки продемонстрировала характер и пи*****ла.

Те самые незабываемые минуты, когда ты скрипишь зубами в ожидании не то затопления, не то выгорания воздуха в отсеке. В общем, если бы не наше эпичное сюда попадание мы бы уже все тут обгадились, а так лишь визжали обессиленно. Но, к счастью, всё обошлось. Отдельное спасибо Олегу за ранее задраенный люк. Если бы не это, нас бы здесь сначала удушило, а затем утопило, а так повизжали для проформы, и вода из пролома в отсеке хлестать прекратила, а там и огонь пропал.

Честно скажу, не помню, чем именно подводники огонь тушат, вроде бы какой-то фреон, но наш совместный с лисичкой щит уберег нашу дружную компанию и от этой напасти тоже. И блин, видели бы лица матросиков когда они в полном обвесе пришли разгребать последствия пожара а тут вполне себе живые пассажиры анекдоты друг другу рассказывают и смеются как полоумные. Еще бы мы не ржали, когда за щитом вокруг тебя геенна огненная полыхает оно, скажем так, бодрит.

Сидеть в железной бочке глубоко под водой на манер балласта это очень утомительно. Так-то если бы мы были заняты чем-то полезным оно бы наверное так на психику не давило, но толку от нас сейчас не было от слова совсем и мы могли лишь путаться под ногами, чем и занимались.

И вот на исходе первого часа, когда пожар был уже полностью устранен, и мы вроде бы как должны были начать движение, корпус нашего отсека буквально зазвенел, а затем захрустел… опять.

Судя по всему, опять кто-то что-то подвзорвал и ударная волна в очередной раз нанесла нам визит. После такого тарарама к нам всё-таки забежал тот самый матросик, про которого предупреждал капитан. Паренек оказался лет девятнадцати от роду и был перемазан в саже не то, как трубочист, не то, как помощник котлового где-нибудь в аду. Осмотрев всех нас, он махнул рукой и произнес:

— И в самом деле живые… За мной!

Пройдясь за нашим провожатым, мы оказались в, по всей видимости, жилом отсеке. По крайней мере, здесь было что-то вроде кубриков отдаленно напоминающих железнодорожные купе. Буквально утрамбовавшись в один такой кубрик, мы изнывали от любопытства, но первым не выдержал Олег. Он буквально клещом вцепился в фактически мальчишку и попытался допросить его по полной программе. Вчерашнего курсанта, после первой борьбы за живучесть, допросить? Ну что сказать — оптимист.

Из не всегда внятных и очень запутанных ответов матроса мы узнали, что эта подводная лодка лежала на грунте не просто так, а потому что пряталась от вражеской лодки-охотника. Точнее пряталась до недавнего времени. А тот странный удар, сопровождающийся хрустом, скрежетом и просто звоном корпуса это последствие от взрыва противолодочного ядерного боеприпаса. Мол высокие технологии подвели своих обладателей и вместо того чтобы уронить сей эпичный привет на нас враг уронил его на собственную лодку.

Сказка, которую поведал нам матросик была именно что сказкой, ибо подводная лодка это вам не openspace да и прямой телепатической связи у них с капитаном нет, чтобы такие подробности рассказывать. В общем, нам тривиально врали. Но должен признать, что Олег после таких откровений успокоился и даже заулыбался, что снизило уровень бессмысленной нервозности. Так что какая-никакая, а польза от этого вранья всё-таки была. Вот с такими мыслями я все эти сутки и просидел, помогая спутникам в меру своих возможностей.

В некотором смысле мне повезло, так как у меня уже был опыт трехдневного сидения в условно рабочем укрытии, и я прекрасно осознавал, что основной проблемой в таких местах является не спертый воздух, тухлая вода, отсутствующая или уже просроченная еда и даже не дыра в полу вместо нормального туалета. Нет, самой главной бедой такого времяпрепровождения является нервозность и скука. И если страх можно запить, то со скукой не все так радужно. В нашем случае нервозность удалось погасить при помощи сказки матросика, а вот скука никуда не делась.

В конце концов, на реке у нас всегда была куча интересных занятий. И я сейчас совершенно не шучу, называя эти занятия интересными. По крайней мере, даже если они и приводили к обыденному результату, делались они совершенно неожиданными способами. Для примера вспомним шест, которым Такаши нашу лодку двигал. Или спортивная стрельба заклинаниями, коими Хоро лупила по оборзевшим в корень мертвякам. В общем, это были времена апокалипсиса, и мы развлекались, как могли. А тут железная бочка и даже спать можно или сидя или по очереди, а лучше и сидя и по очереди одновременно.

К счастью пережить все эти мелочи нам удалось, и через сутки нас вернули обратно в наш родной отсек. Судя по следам после того как нас отсюда увели тут ещё раз что-то горело. В общем, те вещи, которые мы не забрали с собой, все они погибли в стихии.

Минуту спустя появился замученный до состояния инфернала капитан, он посмотрел на нас красными, припухшими глазами.

— Ну и какая с**а пригнала балласт в засранный химией отсек? — устало спросил не молодой уже мужчина, но обнаружив Васю за нашими спинами лишь понятливо кивнул и вышел из отсека, бросив: — За мной… самоубийцы.

В этот раз нам достался кубрик попросторнее, а еще нас наконец-то покормили. Угостили, так сказать, подводными деликатесами. У нас, конечно же, был некоторый запас продуктов и даже две плитки, но готовить в пределах гермообъема мог только законченный дегенерат. Тем более после того тарарама. Я уж не говорю про избыточное тепло, которое надо как-то отвести и выброс в атмосферу кучи пара и разного рода гадостей. В общем, для готовки наших продуктов нужен был специальный отсек, он же камбуз.

Но одними лишь этими сутками наше заточение не ограничилось. В пути мы пробыли ещё неделю. К счастью, за всё это время, мы только один раз отстрелялись по кому-то торпедами. Учитывая повреждения нашего плавсредства, слышно это всё было просто замечательно. Куда менее замечательно было то, что мы в этот момент добросовестно спали и такое пробуждение никому из нас радости не доставило.

А на исходе восьмого дня зашел Вася и как то обыденно и уже совсем без надрыва заявил, что наше путешествие закончилось и можно, наконец, выбираться наружу. Смешно, но ребята мне в первый момент даже не поверили. Они за прошедшее время как-то совсем расклеились.

Как там говорят? Ждать и догонять? Воистину именно эти два состояния бесят больше всего. Ожидание того момента когда нас выпустят из кубрика било по нервам куда сильнее чем всё произошедшее до этого. Но я был вынужден держать себя в руках, так как за малышней надо было кому-то приглядывать. Но всё когда-нибудь заканчивается, закончилось и наше невольное заточение.

Подтянувшись на руках, выбрался сквозь прорез в корпусе, а не через люк который был смят словно бумажный. Меня кто-то схватил как кутенка за шкирку и единым слитным движением вынул на свет божий. В нос ударил свежий морской воздух, а не та восстановленная лабуда которой нам пришлось пробавляться всё то время пока мы торчали в отсеке.

Проморгавшись я с легким недоумением обнаружил, что нахожусь за пределами подлодки. И выходит мне, в самом деле, не почудилось, и нам не только бракованная ракета попалась, но и дуэль подлодок тоже была. Стою теперь в окружении уставших людей и с легким шоком разглядываю те сопли, которые всё это время отделяли всех нас от мирового, так сказать, океана.

— Это что, ядерная зима что ли? — всё еще пребывая в шоке, спросил я, ни к кому конкретно не обращаясь, когда обнаружил, что на меня обильно падают вполне себе снежинки.

— Типун тебе на язык, паря, — рыкнул смутно знакомый голос и передо мною появился тот самый водолаз, который не так уж давно встретил нас у берегов Японии. — Мы сейчас в высоких широтах и это просто плохая погода… по крайней мере я на это сильно надеюсь.

— Ясно, — кивнул и обернулся к своим спутникам, которым тоже помогли выбраться на свежий воздух. — Я на это тоже надеюсь.

Примечание к части

Приключения наших обормотов в Японии закончились.

Часть II (25. Не февраль и не март)

**

— Родина, родина… и вроде не уродина… — меланхолично насвистывал я себе под нос немудренную песенку и рассматривал окружающие нас строения.

Нас наконец-то выпустили и даже оформили по всем правилам, но увиденное за пределами базы моряков меня сначала смутило, а теперь серьезнейшим образом стало напрягать. Как только прошла первая истерия по поводу обмена ядерными приветами и люди обнаружили, что ожидаемой по всем канонам человеческой идиотии ядерной же зимы не наблюдается, так сразу все дурить стали.

Вот и сейчас, окружающие конечно ругнулись по поводу погоды, обласкав выпавший град матерными словами, но так как после него сразу же выглянуло яркое солнышко, то о данной неприятности быстро забыли. В конце концов, такие резкие перемены погоды стали чем-то вроде нормы за последние три недели. Даже пара специалистов по погоде, с которыми я пообщался, не особо внимательно выслушали меня. Благо хоть сразу по матери не послали, но ведь и внимания особого не обратили.

А меня происходящее пугало. Погода так сильно напоминала мне качели Лю Шэня, что невольно хотелось найти бункер на возвышенности и немедленно приступить к монтажу грунтового теплообменника для теплового насоса. Единственное что удерживало меня от необдуманных действий это то, что происходящее хоть и было похоже на «качели» но были и серьезные отличия от того что мне доводилось видеть. С другой стороны, в моем мире ядерное оружие очень ограниченно применяли. Если правильно помню, всего сто пять зарядов за три года конфликта. А тут, судя по хмурым ответам морячков, что-то около трех тысяч штук за сорок минут.

— Это ты из-за ареста переживаешь? — участливо спросил Рюто, который с интересом разглядывал колонну из десятка БТРов и вдвое большего количества армейских грузовиков, которые двигались по центральной улице этого небольшого, но всё-таки города.

— Нет, то, что нас сразу определили на фильтр это как раз очень даже правильно. Значит, хоть сколько-нибудь здоровые тенденции тут всё ещё наблюдаются, — покачал головой и, обнаружив, что всё ещё сжимаю в руках свой новый паспорт, убрал его в подсумок.

— Эм… А что здесь тогда не так? — удивился брат и обошел лужу, что вольготно разместилась на вполне себе асфальтированной дорожке.

— Люди пытаются жить по-старому, в плохом смысле этой фразы. И все рациональные ростки, которые мы видели до этого, очень скоро будут нивелированы или тривиально похерены.

— Слишком сложно говоришь, — воровато оглядевшись и убедившись, что в непосредственной близости посторонних нет, пробурчала лисица. — Просто скажи нам куда бежать и кого бить.

— Спасибо за доверие, но это и есть те самые вопросы, на которые ответ хочу получить и я, — грустно улыбнулся, переходя дорогу.

— Извините что не в тему, — как-то неуверенно, приглушенным голосом произнес Рюто. — Вам не кажется, что та девушка, которая идет за нами, как-то слишком пристально на нас пялится?

— Не на нас, а на тебя, — покосившись на незнакомку, ответила лиса и добавила: — Ты ей нравишься, знаешь ли.

— В смысле?! — чуть не споткнувшись на ровном месте, вскрикнул Рюто.

— В смысле как самец нравишься, — уточнила лиса и с недоумением посмотрела на меня: — Разве я сказала что-то смешное?

— Извини, — покаялся я перед Хоро отсмеявшись и потрепал деморализованного Рюто по волосам: — Братишка, ты себя, когда в последний раз в зеркало видел?

— Сегодня утром, а что такое? Испачкался что ли?

— Ты в курсе, что единственное, что тебя отличает от местного это незнание языка? Да и для здешних школьниц ты прямо скажем красавчик каких поискать.

— Я? Красавчик? — брат насупился. — Вы ведь сейчас издеваетесь, да?

— Отнюдь, — остановившись, уточнил: — Ну а тебе эта девчушка как? Думается мне, если бы тебе она была безразлична ты бы этой слежки и не заметил.

— Ну… — мальчишка неожиданно покраснел. — Она красивая.

— Блондин блондинку видит издалека, — кивнул и развернулся. Сделав несколько быстрых шагов, встал перед этой явной школьницей, которая, в самом деле, шла за нами как минимум минут десять. — Привет. Ты ведь местная?

— Э… Привет, — несколько растерянно ответила она. — Да, я здешняя.

— Не подумай плохого, но ты так понравилась моему младшему брату, что он, невзирая на незнание русского языка, решил с тобой познакомиться, — улыбнулся и, взяв братца за плечо, поставил его перед собой. — Позволь представить тебе этого малолетнего Ромео. Его зовут Рюто, и он некоторое время жил и учился в Японии.

— А я Вика, — окончательно растерялась девчушка.

— Вика это ведь уменьшительная форма имени Виктория?

— Ага… — кивнула она, и внимательно посмотрела на отчаянно алеющие уши моего братца.

Рюто неожиданно расклинило, и он протараторил подобающую случаю фразу и даже изобразил поклон, чем серьезно удивил и даже немного напугал нашу собеседницу. Уж не знаю, как она от нас не отпрыгнула, но такое желание у неё явно было, пускай и прошло почти сразу.

— Так вы иностранцы? — с явным сомнением спросила школьница. — Что-то не верится. Ты без акцента говоришь.

— Ну, так, — передернув плечами, достал из кармашка сделанные мною камушки из дымчатого кварца и продемонстрировал их девчонке. — Две недели карантина декламировал стихи с вот этим тренажером во рту. Меня от коренного раздолбая можно отличить только по паспорту.

— В смысле? — отсмеявшись, уточнила Вика.

— Да вот, — открыв свой паспорт, показал его девчушке.

— Ко-ба-яши Аки, — задумчиво, буквально по слогам прочла девушка и хмыкнула: — А отчество где?

— Чего нет, того нет, — развел руками. — Точнее, «ваши» предлагали вписать, но я отказался. Есть причины, скажем так.

— Тоже бросил? — разом растеряв всю свою детскость, хмуро спросила Вика.

— Ага, — с максимальным безразличием в голосе ответил я. — Он умотал с мачехой в США при первых признаках нехорошего. Ну а брат у меня дважды сирота, его в дом для…

Сделал максимально задумчиво лицо, словно бы пытаюсь вспомнить что-то.

— Как же это по-русски? В общем, его в дом для ненужных детей сдали.

Как я предположил, так оно видимо и оказалось. Школьница буквально пыхнула яростью, а затем вектор её эмоций изменился, и она посмотрела на нас уже с куда большим доверием.

— Ладно, молодежь, вы дальше как-нибудь сами, а мне надо… надо… ах да, точно, мне надо лису ветеринару показать.

— А? Что? Кого? — девушка с недоумением захлопала глазами и, опустив взгляд, растерянно пробормотала: — И в самом деле, лиса… А издалека на собачку похожа.

**

— Ты уверен, что стоило отпускать Рюто с этой девушкой? — с сомнением спросила лиса, когда мы присели на не до конца разломанную лавочку в парке под тенью старого, уже посеревшего от времени памятника. — И как меня можно было перепутать с богомерзкой собакой?

Полюбовался лисицей, которая два часа кряду не имела возможности высказаться, так как вокруг нас постоянно были люди. Она раздраженно переступала с лапки на лапку, фыркала и даже недовольно сопела, но терпеливо молчала всё это время.

— Да какая там девушка? — отмахнулся я. — Дитё это ещё, пускай жизнь её и обожгла.

— Ах, ну да, я всё забываю… — кивнула лисица. — У меня на родине в тринадцать зим уже замуж продавали, а тут до шестнадцати лет ребенок. Для меня это несколько внове.

— Прямо таки продавали или всё же выдавали? — откинувшись на остатки спинки, уточнил заинтересовавший меня вопрос.

— Хм… — задумчиво протянула Хоро. — У людишек в основном продавали. У крестьян за самку две коровы требовали и мягкую рухлядь. У мастеровых в зависимости от рода занятий, ну а знать естественно землями и серебром расплачивалась. У аякаси же обычно наоборот с приданным выдают или просто по уговору.

— Вот вам базис, а вот и надстройка, — вздохнул я и поднял взгляд на памятник который вместо того чтобы привычно указывать куда-то рукой, держал эту самую руку в кармане пальто. На миг мне даже показалось, что у него там тоже лежит револьвер. Непроизвольно засунув руку в карман курточки, убедился, что мой железный товарищ на месте.

— У меня тут вопрос есть, — смущенно произнесла лисица. — Про здешние взаимоотношения.

— Так-так? — заинтересовался я.

— Как можно предложить руку и сердце? — ещё боле смущенно произнесла она и, подняв переднюю лапу, задумчиво на неё посмотрела. — Ну, положим, лапу я ещё отгрызу, но как быть с сердцем?

— Вообще-то это метафора, — улыбнулся и почесал лисицу за ушком. — Если я правильно помню, то рука означает опору или поддержку, ну а сердце…

— Ах, вот оно что! — восторженно вскрикнула Хоро. — А то я понять не могла, как можно отдать своё… ну ладно ещё у врага вырвать.

— Ох и кровожадная ты Хоро, — хохотнул я и вновь потянулся к лисьим ушкам, но она удивительно ловко крутанула головой и мои пальцы ухватились за воздух. Спрыгнув с лавочки, лисица осмотрелась и, обнаружив, что мы всё ещё одни, внимательно посмотрела на меня.

— Известный мне как Кобаяши Аки, я, Хоро по прозвищу Мудрая родом с горы четырех мудрецов нижайше прошу тебя принять мою руку и сердце.

— Эм… Кхм… — сказать, что я растерялся это ничего не сказать. — Ну… ты как бы лиса, а я, в каком-то смысле, человек.

— И это всё? — странным тоном переспросила Хоро. — Тебя не смущает, что я здесь фактически никто и заплатить за меня приданное некому?

— Господи, Хоро, вы же поголовно маги, за каким хр*ном вам это приданное? — не сдержавшись, ляпнул я и понял, что за языком надо следить, хотя бы иногда.

— Ты такой великодушный, — шмыгнув носом, пробормотала лиса и, не говоря худого слова, укусила меня за ногу. — Эта кровь мне порука, что я сменю облик сразу, как ты прикажешь.

— Ссс… блин, — помассировав место укуса, всё же сдержался от сквернословия. — Больно же. Себя лучше бы укусила.

— Свою нельзя, — покачала головой лиса. — Своя кровь не накажет.

К сожалению, а может быть к счастью, в этот момент зажужжал мой телефон, и лисий вопрос пришлось отложить. Вынув из кармана простенькую мобилу, которые мы с братом достали тут по случаю, я на автомате произнес японское приветствие.

— Ой! — раздался обескураженный возглас.

— Вика? — спросил я и не прогадал.

— Да, это я, — несколько неуверенно ответила девчонка, с которой чуть ранее ушел гулять Рюто. — Вы ведь тот самый старший брат Рюто, да?

— Да это так. Что-то случилось?

— Да как сказать, — замялась моя собеседница. — Рюто, он сумку забыл, а я уже домой уехала. Он не знает, где я живу, а я не знаю где его искать.

— Бывает, — кивнул сам себе. — Если скажешь куда подъехать, мы без труда решим это затруднение.

Записав адрес, я убрал мобильник на место и задумчиво посмотрел на лисицу. Лисица внимательно смотрела на меня. Помолчали.

— Ну и как ты собираешься в человека превращаться? — вздохнув, продолжил я прерванную беседу. — Опять попытаешься чью-нибудь тушку захватить? Я человек широких взглядов, я бы даже сказал, очень широких, но предел всё-таки есть.

— Боженька, за кого ты меня принимаешь? — вполне человеческим жестом отмахнулась лисица. — Благодаря тебе у меня достаточно маны для воплощения моего истинного облика.

— Того, с хвостами? — с сомнением уточнил я.

— Ну… В больное-то зачем тыкать? — лиса как-то словно бы даже съежилась. — Во сне можно любой образ нарисовать… вот я и не ограничивала себя.

Встав с лавочки, отряхнулся от возможной пыли и головой покачал.

— Вроде и не февраль, а Амур, падлюка, лютует на коммуникациях. Уже вторая жертва за сегодня.

— Чего? — удивленно моргнув переспросила Хоро.

— Да девчушка эта, которая только что звонила, судя по всему тоже запала, но, слава вселенной, на братца… Ладно, пошли, потом договорим.

26. Торт и Кворум

**

Перед нами был обычный такой дом старой постройки. Это когда вчерашние крестьяне уже оценили удобство водяного отопления, а туалет всё еще оставался на улице. Привет из прошлого века, в общем.

— Пасть заткнул, мразота! — ощерилась лисица на пса, который встретил нас яростным лаем во дворе. Собака не вняла и Хоро смогла-таки утолить свою парадоксальную ненависть к собачьему племени неопасным, но всё равно болезненным заклинанием. — Тут Цунаёси [1] нет, если захочу, я из тебя, с**а, пельмешков наделаю.

— Ты чего творишь? — возмущенно шикнул Рюто, но Хоро лишь хвостом взмахнула раздраженно.

Покачав головой, обошел дом и оказался на небольшом огороде, где и обнаружилась та школьница, на которую братец запал. И да, прошедший намедни град наделал дел и здесь.

Увидев нас, Вика с излишним пиететом убрала тяпку в сараюшку. Видимо вся эта бадяга с бессмысленной обработкой гибнущего огорода уже достала её по полной программе.

— Izveni menya, — покаялся брат, продемонстрировав тем самым недюжинную тягу к изучению языка. Всё же он с девчонкой этой несколько часов общался, а уже даже говорить пытается. К сожалению, без спецсредств тут тоже не обошлось. Собственно он как объявился, сразу признался, что стрескал из аптечки средство, у которого в побочных эффектах было временное улучшение памяти.

— А вот и мы, — с грацией гиппопотама влез я в назревающую беседу. — А мы тут тортик добыли и даже что-то похожее на чай.

— Торт? — неподдельно удивилась девчонка. — А я думала, что их после всего этого пиз… кхм… после всего этого безумия не производят вообще.

— Оно всегда так, чем ближе полный песец, тем безумнее кутеж и громче играет патефон, — пройдя вслед за провожатой, поставил упаковку с тортиком на стол. Туда же бухнул пакет со всем необходимым для приличного чаепития. — Странно, батареи есть, а котла нет.

— Тут централизованное отопление, — пояснила Вика и с определенной робостью попробовала крем на тортике. — Всего-то месяц прошел, а ощущение что сладости остались где-то там, в другой жизни.

— Ага, — кивнул я и покрутил головой в поисках чайника. — При нарушении связности всегда так… ну в смысле, я хотел сказать, при бардаке.

— Свет дают на два часа в день. Да и баллон с газом тоже закончился, — поняв мою заминку правильно, вздохнула девчонка. — Нам сосед презентовал древний агрегат. Вроде бы как на керосине работает. Ещё название такое ругательное. Кхм… Что-то там в глаз.

— Керогаз что ли? — с сомнением спросил я и вынул устройство из коробки, в которой оно лежало. К моему удивлению, внутри обнаружился хорошо сохранившийся образец кухонной утвари столетней давности. — И в самом деле он.

— Древность, — вздохнула Вика.

— Знала бы ты, чем в Японии топятся некоторые частные дома, ты бы так пренебрежительно к этой штуке не относилась, — погладив добротное изделие, вернул его на место. — Не будем столь хорошо сохранившуюся вещь портить, воспользуемся нашей плиткой.

— Эм… — замялась девчонка, когда отвлеклась от зрелища, закипающего на нашей волшебной плитке чайника с водой. — Вы лису за стол пускаете?

— А это не простая лиса это заколдованная злым колдуном девушка, точнее кицуне или же аякаси если по-простому. В общем, как-то неприлично человека с пола кормить. Так что нужно и ей порцию выдать.

— Шутник, — хихикнула Вика и принялась нарезать торт. После небольшой заминки, она всё же положила кусочек и перед лисицей тоже. — Она блюдце не разобьёт часом? Может миску подставить?

Не успел я ответить, как Хоро не сдержалась и лизнула свою порцию. Учитывая то, что наша лиса была страсть какая брезгливая в некоторых моментах, то вместо того чтобы просто обслюнявить она «волшебным образом» словно чайной ложкой кусочек тортика отчекрыжила и с довольной мордой съела его.

— Огм… — чуть не выронив нож, невнятно произнесла Вика.

**

Вместо того чтобы бегать по городу в разведывательных целях, иногда достаточно просто в гости с тортиком зайти. В общем, обожаю подростков за то, что они очень своеобразно свою речь фильтруют. Всё что мне было надо мне и так сказали, а то, что они там отфильтровывают мне абсолютно параллельно ибо не интересно.

В сумме с другими источниками информации картина получалась до ужаса цельная и для нас неприятная. В общем, местные власти пытаются «удержать стабильность» и обеспечить видимость законности. Говоря прямо, все старые кадры остались при кормушке. Боюсь, что всё это может обвалиться уже в начале зимы, ибо поселок хоть и в жо*е мира находился, но был газифицирован. Говоря прямо, угля тут нет и топок для его использования тоже. Учитывая, что газопровод уже никто не починит, есть неиллюзорные шансы на нехорошее. А жаль, я подумывал здесь забазироваться.

Хорошо еще, что сосед пожалел девчонку. Причем именно девчонку, а не тех клоунов, у которых она квартирует. Тот же керогаз, это только для полного дурака пережиток прошлого, а для текущих реалий это нужнейшая вещь. Понятно что керосина нынче просто так не найти, но ведь и солярка вполне себе подойдет. И нет, буржуйка это конечно хорошо, но всех бытовых задач она не перекрывает. Да и вообще, в условиях ЧС, питание это наиважнейшая вещь. Это пару недель в походе можно есть с костра, а вот год в таком режиме может закончиться самым неприглядным образом.

— Странно, — пробурчал Рюто, что всё это время задумчиво шел рядом. — Сейчас же комендантский час, а патрулей что-то не видно.

— Хочешь, чтобы нас остановили? — хмыкнул и покачал головой. — Помнишь, вчера утром я был не в духе? Как раз перед встречей с этой твоей Викой?

— Она не моя, — начал, было, брат, но осекся, видимо вспомнив, как я могу данное заявление вывернуть. — Ну, ты понял, что я хотел на самом деле сказать.

— В общем, херня таки случилась и сегодня большая часть бойцов местного военного, прости господи, ополчения выдвинулась на стрелку.

— Куда-куда выдвинулась? — опешил Рюто, услышав незнакомое слово.

— Надо будет тебе парочку бандитских сериалов из девяностых показать, там это наглядно проиллюстрировано, — невольно хохотнул. — В общем, те ребята на БТРах будут договариваться с другими ребятами и тоже на БТРах о разделе сфер влияния. Пока мы досиживали карантин, централизованная власть, скажем так, закончилась.

— Аки! Ты хочешь сказать, что тут начнется всё то же самое де**мо что и у нас?

— Если не повезет, то и чего похлеще придумают. Тут же не только огрызков от военных частей много, тут же еще и лагерей куча. А народишко там, местами, тот ещё, — остановился и помассировал переносицу. — В общем, братишка, нас ждут неприятности, и я совершенно не представляю, как это все правильно побороть.

— А если не правильно? — спросила Хоро.

— В смысле?

— Ну, ты сказал, что не знаешь, как это всё правильно побороть. А что если просто побороть? Невзирая ни на что. Что бы ты сделал, если бы был один?

— Ну… — вздохнул и еще раз помассировал переносицу. — Был бы я у себя, я бы просто пошел к ближайшей группе и попросился в коллектив.

— У себя? — с недоумением спросил брат. — Ты сейчас явно не про Японию говоришь.

— Ну… Скажем так… — задумался. Так-то Рюто уже давно обращает внимания на мои оговорки, но еще ни разу не подымал этот вопрос прямо. — Лисицу нашу, Хоро видишь?

— Да.

— Она тут в материальном, так сказать, виде. Это, скажем так, прямое доказательство существования параллельных миров… можешь почесать это самое доказательство за ушком.

— Очень смешно, — буркнул брат, но лисичку всё же погладил. — К чему ты клонишь?

— Я, в каком-то смысле, видел будущее другого, параллельного нам мира.

— Ох, ничего же себе! — как-то даже радостно вскрикнул Рюто. — Так вот откуда ты знаешь все эти штуки?

— Ну… Как бы… Ну да, именно оттуда и знаю.

— И что там? Что там в будущем?!

— Кхм… Говорю же, мир тот параллельный нашему.

— Хочешь сказать, что там все иначе?

— Нашествия зомби там точно не было.

— Вот как? — энтузиазм брата серьезно так поугас. — А я надеялся узнать, чем это безумие закончится в итоге.

— Ну, извини…

— И как там, в этом параллельном будущем? — ссутулившись, все же спросил Рюто.

— Сильно по-всякому. Собственно как и везде, — вздохнул и поднял голову к небу. — В мирное время, из-за проблем со здоровьем меня в экспедицию на Ио не взяли. Так что я дальше Луны нигде и не был фактически. А до мирного времени было настолько весело, что я здесь с большим трудом заставляю себя бояться.

— На Луне? Ты был на Луне?! — Рюто посмотрел на меня квадратными глазами, а затем опустил взгляд на лису, которая тоже была шокирована. — Хоро, ты слышала?

— Ну да, был, — с недоумением пожал плечами. — Официально я был 49-м человеком, чья нога ступала на лунную поверхность. Правда, после первой тысячи нас таких считать перестали.

— Слушай, а американцы на Луне были? — вновь преобразился брат. Теперь он опять пылал энтузиазмом. — А то я тут такую шикарную теорию в интернете видел, закачаешься. Мол, они туда автоматику сажали, а самих их там не было.

— Ну, учитывая, что на месте посадки кроме следов еще и пакеты с использованными памперсами нашли, то, наверное, всё же, были.

— Чего?! Какие еще памперсы? Ты что, опять шутишь?

— В смысле? Не знаю как у нас здесь, а в параллельном мире посадочный модуль туалетом не был снабжен, а на поверхности астронавты шарились долго… Они же там не святым духом питались, в конце концов.

— Кхм! — демонстративно кашлянула лиса. — Извините, что вмешиваюсь в ваш высокомудрый разговор, но мы отклонились от темы.

— И в самом деле, — кивнул. — В общем, там бы я просто влился в коллектив и через пару-тройку лет ломал бы голову не над выживанием, а над тем, какой именно сорт яблок сажать где-нибудь на Марсе. А здесь я даже теряюсь. Тут люди на полном серьезе друг друга жрут. И ладно бы еды не было, так ведь нет, просто по приколу жрут.

— Неужели мы так сильно отличаемся от параллельного мира? — расстроился брат.

— Вообще-то нет, просто там жизнь заставила всех как следует просраться, по несколько раз каждого, а тут всё как-то резко прошло. Бесхозного добра, опять-таки, много осталось.

— Выходит, мы тут сдохнем? — пробормотал Рюто.

— Ага, щас, только хвост скупщику меха продам, и сразу же начнем подыхать, — оскалилась лисица. — Думается мне, Боженька пытается донести до нас мысль, что всех подряд он спасти не может. Про то, что наша дружная команда должна отбросить лапы он не говорил.

— Хоро в целом верно сказала, — вздохнул. — У меня были большие планы на здешнего Виктора, но он куда-то запропастился. А так нам без разницы, где именно бедовать.

— Аки, Хоро, — вскинув голову, обратился к нам брат. — Получается и Вику бросить придется, да?

— Чтобы кого-то бросить, этого кого-то надо сначала к себе взять, — вскинув лапку, наставительно произнесла лисица. — Как по мне, один лишний рот ситуацию не сильно ухудшит… если ты, Рюто, конечно, сразу лисят делать с ней не начнешь.

— ХОРО!!! — взвыл брат.

— А что Хоро? Что Хоро? — фыркнула лиса. — Знаю я вас, самцов. Чуть деревушку какую заняли так сразу бастарды появляются в товарных, как говорит Бо… Кхм… Кобаяши, количествах.

— Перед тем как строить столь далеко идущие планы по поводу этой девчушки, стоило бы её мнение узнать, — с сомнением оглядел обоих собеседников. — Да и в любом случае нам тут как минимум неделю сидеть. Надеюсь Такаши с Саэко вы из наших рядов еще не вычеркнули?

— Думаю, они сами себя вычеркнут, — вздохнула лисица. — Эта ша… в смысле я хотела сказать девушка, в общем, эта девушка тебя боится. Сильно боится. И это не нормальный страх.

— Думаешь, её переклинило? Ну да, вполне может так быть. Она мне так и не рассказала, что там у них произошло, что она такой дерганой стала.

— Ну а Такаши тебя, конечно, сильно уважает, но самки такие самки, — лиса фыркнула. — Уведет она его, как пить дать уведет.

— Ну что же. Обговорили и постановили, — взмахнул рукой. — В ближайшую неделю проедаем трофеи и смотрим, кто куда двинет. Слушаем в оба уха, смотрим в оба глаза и не забываем оглядываться.

— Ну, наконец-то внятный приказ, — оскалилась лисица. — Только это, давайте хотя бы раз еще к кому-нибудь с тортиком сходим, а?

Примечание к части

[1] Возможно Хоро имеет в виду Токугаву Цунаёси более известного под прозвищем - Собачий сёгун.

27. Базарный день

**

— Удивляюсь я с вас, — почесала нос Вика. — Как вы вообще умудрились оружие через вертухаев пронести?

— Какое, однако, специфичное словечко, — хмыкнул. — Через них мы конечно тоже кое-что пронесли, но вообще-то всё это добро местного, так сказать, производства.

Угу. Именно что местного. Во всех смыслах этого слова. Вчера Хоро попросила нас приглядеть за её, так сказать, материальной оболочкой и пока она была занята своими, в каком-то смысле, духовными делами, мы с братишкой как раз и занимались тем, что крутили эти самые патроны. Вот она, примета времени. Раньше-то всей семьей пельмешки за общим столом делали, а мы вот патронную микро фабрику открыли.

— А это нормально, что они белые?

— Естественно, гильза же полимерная, — взяв жменю готовых патронов, принялся забрасывать их в матрицу самодельной пачки.

К сожалению, так как в помещении был посторонний (я про девушку), то использовать векторы я запретил, да и для такой простой операции это не требовалось. В конце концов, телекинез не отменяет мелкой моторики. Да и просто приятно подержать в руках результат своего труда.

— Симпатичные, — покатав парочку патронов по столешнице, девушка подсела к столу и, взяв обрезанный лист тонкого картона, принялась формировать коробочку. — А вам не кажется, что они слишком приметные?

— Кажется, но, поверь мне на слово, черненькие гильзы смотрятся ещё брутальнее.

— А у вас ещё и черненькие есть?

— Было несколько, — кивнул и, запечатав заполненную пачку, отставил её к ранее упакованным. — Сама-то как? А то в моем присутствии Рюто говорить стесняется.

— Кхм… — сбившись с ритма, брат выронил пару патронов, но быстро исправился, словно ничего и не было.

— Всё как всегда… Ой… — вздрогнула девчонка, когда тридцатиградусная жара сменилась резким порывистым ветром и в окно сыпанули градины привычного уже полусантиметрового размера. — Дурная погода, нам весь огород уже побило. В первое время бегали, накрывали, но погода так резко меняется, что бесполезно всё это.

— Резкоконтинентальный климат, я думал у вас это нормальная погода.

— Ну да, конечно, а медведи исполняют на улицах рок на балалайках, — надулась девчонка, запаковывая пачку. — Ты ведь специально издеваешься, да?

— И почему меня всегда в нехорошем подозревают, — вздохнул и с сомнением посмотрел на опустевший тазик. В нем оставалось еще несколько десятков патронов, но так мы все, наконец, упаковали. — По сведениям, полученным, откуда следует, через пару-тройку дней нам сюда пепельное облако ветром пригонит.

— Ты что, в самом деле, веришь, что была ядерная война? — фыркнула Вика. — Да это власти специально придумали, чтобы люди в пораженные зомбями районы не лезли.

— Лично присутствовал при массированном запуске ракет, да и ядерный взрыв видели с братом своим собственными затылками. Думали даже, что сгорим заживо.

— Шутник, — вновь фыркнула девчонка. — Вы же в фильтрационном лагере в этот момент были, сам же рассказывал.

— Вообще-то я говорил несколько иначе, — покачал головой. — Но верить моим словам или не верить это сугубо твоя проблема. Однако Рюто меня проклянет, если я тебя не предупрежу, что пепел нифига не шутка и может вызвать онкологию на раз-два.

— Не надо таким шутить. Я знаю, что такое онкология, — девчонка как-то разом утратила свой задор. — Так что там с этой самой тучей?

— С ней всё не очень понятно, — пересчитав пачки, сделал пометку в блокнот. — Говорят что она Красноярская, но там ничего особо опасного не было и чего местные вояки забегали, я не очень понял. Далеко, опять-таки.

— Ну, мало ли, может там рядом что-то вроде моего родного Снежинска.

— Это ты сейчас про что именно говоришь?

— Ну, Снежинск же… как там его… Челябинск-70.

— А-а-а… — покивал. — Ты про так называемые закрытые города? Ну, тогда да, волнение местных понятно.

— Дозиметр, — ошибившись с ударением, произнес Рюто и протянул Вике этот самый автономный плёночный химический дозиметр, которые я еще будучи в подлодке проектировал. За основу взял стандартное решение и немного доработал его для того, чтобы сразу было видно дозу невооруженным так сказать глазом.

— Эм? — непонимающе посмотрела на нас девчонка.

— Radiation protection, — сбившись на английский, вновь произнес Рюто и передал Вике три ампулы. — Один. Неделя, срок.

— Бери-бери. Раз ты здесь остаешься, то тебе лишним не будет, — подбодрил я. — Как только пластинка пожелтеет, высыпаешь содержимое ампулы под язык. Не более одной дозы в неделю. Только аккуратнее со стеклом, не надо ампулы молотком вскрывать.

— Белый, значит всё равно, — напомнил Рюто.

— Брат хотел сказать, что если пластинка побелеет, то можешь хоть всё сразу употреблять, скорее всего, уже не поможет.

— Ребята, вы чего? — разволновалась девчонка. — Вы ведь шутите, да?

— Вика, какие шутки? — помассировал переносицу, прикрыв глаза. — Конец света уже произошел и мы с братом эти спецсредства буквально от сердца отрываем.

И тут в комнату зашла заспанная лисица. Она покосилась на гостью, но я показал жест пальцами, разрешая говорить. Хоро кивнула и, сладко зевнув вовсю пасть, недовольно пробурчала по-японски:

— «Мало нам ядовитого пепла, так теперь еще и дым от лесных пожаров в нашу сторону натягивает».

— Ик… — выронив ампулы на стол, икнула Вика.

— «А ты, девка, будешь крутить жопой перед Аки, я тебе горло перегрызу. Усекла?»

— Она… говорящая? — нервно сглотнув, неверяще произнесла наша гостья.

— Ну так волшебная же.

— И что же она сказала? — вновь сглотнув и не отводя немигающего взгляда от лисы, спросила Вика.

— Ну… Она, в каком-то смысле, поздоровалась с тобой.

— Да? — тряхнув головой, Вика обратилась к лисе. — З-здравствуйте.

— И тебе не кашлять, — с интонациями Шарапова, произнесла Хоро по-русски. Не зря выходит я ей классику местного кино показывал. Русских слов в словаре Хоро было не так много, но запас цитат уже внушает. — Не трясись, солдат ребенка не обидит… «пока повода не дашь».

— «Хоро, прекращай» — возмутился брат.

— «Боженька, пойдем, погуляем», — проигнорировав брата, произнесла лисица. — «Может быть они, оставшись вдвоем, наконец, займутся тем, о чем думают».

— «Чего это тебя на сводничество потянуло?» — нахмурился Рюто.

— «Я лиса средневековая и ваших новомодных ужимок не понимаю», — вскинув лапку, заявила Хоро, благо, что на японском. — «Сословных барьеров между вами нет. Местным нравам это не противоречит. Она, на первый взгляд, здоровая. Так какого черта вы оба ещё не на ближайшем сеновале? Пятый день уже вокруг друг друга круги нарезаете. Р-р-раздражаете уже».

— Чего это она? — подергав Рюто за рукав, нервно спросила Вика. — Вроде бы злится на что-то.

— Это она на меня обижается, я обещал её кое-куда сводить, — встав из-за стола, улыбнулся. — Мы отлучимся часика на два, а то и на все три…

**

Как любил говорить мой знакомый: «рыночек порешал». И тут он в прямом смысле этого слова «порешал». Любуйтесь люди — труп. К счастью сей перформанс был частью рекламной кампании здешней банды. Мол, торгуйте граждане на охраняемом рынке нашего города. И, учитывая, что это было самое начало данной торговой площадки, то в целом всё и в самом деле было относительно… в общем, не могу слова подобрать, чтобы происходящее описать, но да, мы со своими патронами не так уж сильно выделялись.

Так как «пробники» я вчера раздавал всем заинтересованным лицам, сегодня у нас был какой-никакой, а вполне себе поток клиентов. Люди с интересом останавливались около нашего лотка и многие из них, хоть и понемногу, но закупались нашей продукцией. Причем люди больше дурели не от того что подростки торгуют патронами, а от того, что наше торговое место было оформлено в привычном для японцев стиле. Рюто однажды участвовал в мероприятии по продаже манги, поэтому у нас был именно что стенд, а не это вот все, что было у окружающих.

Учитывая тот факт, что я смог таки добыть себе ноутбук, причем снова в защищенном исполнении (моя прелесть), то мы, сложив наши с Хоро навыки, в едином порыве обеспечили не только симпатичную упаковку, но так же баннер и даже футболки с бейсболками. Правда с логотипом я несколько просчитался и треугольник Объединённой Аэрокосмической Корпорации (не к ночи будет помянута), никто не узнал. Но, строгость и лаконичность дизайна всё ж таки сделала свое дело и накрученные нами с Рюто патроны шли по курсу даже выше армейской пятерки и семерки, хотя мы позиционировали товар как охотничий. Ага, охотничий, на небронированную дичь весом до ста килограмм без учета амуниции.

К сожалению, местная крыша изымала двадцать процентов дохода, да и обменный курс у штатного менялы был не очень, как тут говорили, комфортный, но мы в накладе не остались. С учетом затрат на исходное сырье и кофе, которое я употребил пока производил подбор констант для матриц преобразования, мы окупились ещё в первые полчаса.

— Кобаяши? — растерянно спросила Саэко, подойдя к нашему стенду.

— Привет-привет, — обрадовался я. — Уже вернулись из этой вашей поездки?

— Да, — кивнула девушка, видимо от удивления забыв про свою фобию. — Такаши с группой, они перед руководством отчитываются, а я вот зашла посмотреть на то, что здесь происходит.

— Надеюсь, не с голыми руками ходишь? — вздохнул я. — На самом рынке, скорее всего, спокойно, а вот вокруг него могут и ограбить.

— Да что у меня, кроме девичьей чести взять? — грустно фыркнула Саэко. — Но спасибо что предупредил.

— Что решили? — задал интересующий меня вопрос.

Я ребят с выхода из фильтра не видел. Мы с братом и лисой сбежали на гражданку, а вот Такаши с Саэко поддались на сладкие речи рекрутера и пошли в рейдовую группу. Так-то для них обоих зомби диковинкой не были, тем более здешние мертвяки были не столь прокачанные как в Японии, да и было их, откровенно говоря, мало.

Как оказалось, тут массово применяли мою, пускай и доработанную идею. Тогда ещё централизованные силы вояк и прочих могущих держать оружие персонажей погрузились в камазы и прочие БТРы и принялись с шумом кататься по улицам. Очень удачно получилось, так как мертвяки были самые первые, пассивные и принципиально не опасные вооруженным группам. Так что если бы не обмен ядерными приветами, то про зомбиапокалипсис тут бы через полгода-год и не вспоминали уже. Но ракеты применили по назначению и условно безопасные территории были утеряны. Вот в такие потенциально зараженные зоны отряды этих «сталкеров» и ездили.

— Тут такое дело, — нахмурилась девушка. — Думаю, мы с Такаши останемся здесь.

— Уверена? — с сомнением осмотрел собеседницу с головы до ног. — Город к зиме не готов.

— Как я поняла, этот город собираются оставить. Мы перебазируемся в бор. Флотские эвакуировались, оставив здания и котельную.

— А, ты про военный городок? Чудно, — хмыкнул. — Про радиационное заражение мне тебе тоже рассказывать не нужно?

— Нет. Извини, Кобаяши, но мы уже всё решили, — покачала головой девушка. — Действия местной армии разумны. Не понимаю, почему ты так скептично ко всему этому настроен.

— А Такаши уже знает, что «вы» уже всё решили?

— Я уверена, что он меня поддержит, — закусив губу, негромко произнесла Саэко и, развернувшись, молча ушла.

Проводив девушку взглядом, я лишь головой покачал. Ну что тут скажешь? Хоро в очередной раз оказалась права. Правда и я чего-то такого ожидал, но всё равно неприятно. Не потому, что они ушли, а потому что они нарываются на неприятности. Времена нынче не радужные и… Хотя, чего я зазря переживаю? Ну, ушли и ушли. В конце концов, какая мне разница? Взрослые, я надеюсь, люди, сами свои проблемы пускай и решают.

28. Красное на белом

** POV Рюто **

В коридоре раздались какие-то неясные булькающие звуки, затем чей-то истошный вой, который оборвался звонким хрустом, словно кто-то охапку мерзлого хвороста разом переломил. Однако на этом события не закончились, и приоткрытую дверь нашей камеры сорвало с петель и унесло куда-то дальше по коридору, а в развороченном дверном проеме появилась необычная девушка.

— О! Рютик! Вот ты где! Тебя брат ищет, пошли скорее, — жизнерадостно улыбнулась девушка с волосами странного, желто-оранжевого цвета и, обхватив ладонями голову не до конца задушенного мною преступника без затей раздавила её как переспевшую дыню. Противный хруст и удерживаемое мною тело задергалось ещё активнее. Учитывая, что тело преступника было обезглавлено и, значит, окончательно мертво мне как-то вдруг очень нехорошо стало. Вот вроде бы и живых людей приходилось и зомби тоже, а тут вот слабость какая-то странная навалилась, аж перед глазами на мгновение потемнело.

— Хоро? — растерянно спрашиваю у незнакомки, запоздало выпустив обезглавленное тело из рук и из векторов. — Это, в самом деле, ты?

— Не узнал? — жизнерадостно улыбнулась девушка и подмигнула. — Пошли-пошли, а то Аки сам всех бандитов на лабораторные сливы испустит… Кстати, ты не в курсе, что такое лабораторные сливы? Я так понимаю это ягоды какие-то?

— У-и-и, — выдавила из себя Вика, что пряталась всё это время под нарами.

— О, синеглазка и ты здесь? — ещё больше обрадовалась девушка, хотя казалось куда больше. — У тебя все пальцы на месте?

— Д-да, — всхлипнув, кивнула Вика, выбравшись из-под защиты плохо оструганных досок.

— И даже изнасиловать не успели?

— Н-неуспели, — икнув от ужаса, ответила девчонка, обнаружив обезглавленное тело, которое продолжало подрагивать на полу в луже натекшей крови.

— Ну, значит всё хорошо… местами даже замечательно, — буквально засветилась девушка с желто-оранжевыми волосами. — Надеюсь, Аки сделает сегодня на ужин те божественные котлетки в сметане. Думаю, я заслужила.

Выдохнув сквозь зубы, сделал шаг назад, вернувшись обратно в камеру. Зря я видимо поспешил и попытался поскорее место пленения покинуть. Тут-то хотя бы не столь живописно стены расписаны, всего-то одна лужа натекла, да и труп тоже один и почти целый. В коридоре всё куда как эпичнее.

— Вика, закрой глаза, я тебя поведу, — сглотнув тугую слюну, просипел я.

— З-закрыть? З-зачем? — заупрямилась девчонка.

Вот ведь умная же и повидала всякого, а иногда, словно дитя малое. Интересно, с точки зрения брата я себя так же веду? Надо будет спросить как-нибудь.

— Что значит закрыть? Я же старалась! — возмутилась лиса в человеческом обличии и даже всхлипнула пару раз, словно бы собираясь заплакать: — Думаете легко убивать здоровых бугаёв таким образом, чтобы их кровью и потолок тоже залило?

— О Ками, зачем?! — прикрыв тыльной стороной ладони рот, просипел я, борясь с подступившей тошнотой.

— Для устрашения, — словно о само собою разумеющемся действии ответила бывшая лисица. — Пойдемте, я вам покажу эту… как там её Аки назвал… а, точно — инсталляцию.

— К-какую еще инсталляцию? — теперь заикаться начал уже я.

— Аки сказал, что натянет здешнему главарю глаз на ж*пу… в общем, пойдемте-пойдемте, покажу что получилось.

— П****ц! — не очень культурно сплюнув прямо на пол, схватил деморализованную Вику в захват и насильно прикрыл ей глаза. — Извини, но тебе этого, в самом деле, лучше не видеть. Да и инсталляцию тоже… я эту лисицу хорошо знаю.

**

Ну и денек выдался. Суетный, проблемный и сырой. Спать хочется так сильно, что время от времени ловлю себя на том, что залипаю посреди какого-нибудь действия. Третий день без сна, а тут ещё и похищение Рюто, и очередная смена местной власти, погода, опять-таки.

Разверзлись хляби небесные… или как там это правильно называется. Безветренная сорокоградусная жара сменилась ливнем, что шел вперемежку со снегом. Температура упала до нуля, а пронизывающий ветер не только выдувал все тепло, но и словно бы душу пытался выдрать. Но в происходящем безумии были и положительные стороны. Запах гари, который сводил нас с ума уже который день, наконец-то пропал, и даже чуткий лисий нюх Хоро ничего кроме сырости не ощущал.

— … у меня дети, — расслышал я когда вынырнул из созерцательного состояния.

— Ну, надо же, палач неожиданно про детей вспомнил, — хохотнул от столь забавного заявления. — Среди твоих жертв были дети и тебя это совершенно не волновало. С чего же ты взял, что теперь кому-то есть дело до твоих? Впрочем кому я это говорю?

Бросив плоскогубцы на пол, воспользовался влажными салфетками из запасов местного палача, который ныне висел на собственной эрзац дыбе. Оттерев грязь, я кинул смятые салфетки вслед за плоскогубцами и только после этого вынул револьвер из кобуры и выстрелил в относительно целую голову бывшего палача этого занимательного подвальчика.

— Нашла? — для проформы спросил я у Хоро, что подпирала стену около входа, молча наблюдая за происходящим.

— Ага, всё как ты и ожидал, — кивнула девушка. — Они наверху, отпиваются водой.

— Устала?

— Разве что морально, — неожиданно призналась лисица в человечьем обличии. — Раньше это даже определенное удовольствие доставляло, а сейчас словно на рисовом поле весь день батрачила. Хочется в ванную и жрать… можно одновременно.

— Полностью с тобой согласен, ванная бы сейчас не помешала, — кивнул и поднял с пола трофей. Добротный такой брезентовый мешочек оттягивал руку и это невзирая на то, что я помогал себе векторами. Не сказать, что по нынешним временам золото было такой уж великой ценностью, но с паршивой овцы хоть шерсти клок. Да и нельзя сказать, что найденное и снятое с тел рыжье[2] было совсем уж бесполезным, отнюдь.

Поднявшись наверх, я обнаружил сладкую парочку из братца и его подруги, что сидели за большим столом и мелкими глотками пили воду из одноразовых стаканчиков. Они были бледноваты, взъерошены, но видимо уже пришли в себя и могли воспринимать действительность адекватно. По крайней мере, я на это надеялся.

— Надеюсь мне не надо говорить, что вы поступили глупо? — поставив брезентовый мешочек на стол, осмотрел притихших детишек. — То, что можно было спокойно делать на прошлой неделе, на этой уже опасно для жизни.

— Это те, кого ты ждал? — опустив взгляд в пол, спросил Рюто.

— Как это ни удивительно, но нет, — покачал головой. — Это какие-то совершенно левые отморозки.

— В каком смысле? — растеряв всё своё показное спокойствие, вскинулся братец.

— В прямом. Эта банда промышляла киднеппингом, грабежами и убийствами и никакого отношения к нашим делам не имела. Просто эти, прости господи, гоблины возвращались с очередного дела, а тут вы идете, за ручки держитесь, на окружающих ноль внимания.

— В моём мире за стоптанные сапоги зарезать могли, — поддакнула Хоро. — Ну а девицу разложить это и вообще обыденность.

— Извините, я очень виноват, — совсем пал духом Рюто.

— Фигня случается, — пожал плечами. — Тем более ситуация меняется каждый день, всего не предусмотришь.

— А ты, мелкий, круто брыкался, аж гордость берет, — осклабилась аякаси. — Если бы не это, боюсь, мы могли и не успеть.

— Ты это о чем, сестрица? — непонимающе захлопав глазами, спросил Рюто.

— Обыватели остались под большим впечатлением от того, что толпа вооруженных жлобов обзавелась двумя трупами, а тебя успокоили только десятым ударом приклада, — покачала головой девушка. — Обычному смертному такими ударами переломали бы все кости, а у тебя только синяк под глазом, да и тот скорее ссадина.

— Ну, так мы же тренируемся, — отчего-то смутился братец. — Я по привычке векторами прикрылся.

— Извините, — произнесла Вика, что молчала всё это время. — А можно по-русски, а то я ничего не понимаю.

— Можно, — кивнул. — Мы тут по-родственному чихвостили Рюто, так что ты мало что пропустила.

— Он не виноват, — вскрикнула Вика. — Это из-за меня.

— Вообще-то вы оба тут только косвенно виноваты, так что не бери до головы.

— Нет же, — не согласилась девчонка. — Те алкаши, у которых я жила, они же меня выгнали. Именно поэтому мы с Рюто на той улице оказались.

Для проформы расспросив обоих я лишь в очередной раз получил подтверждение той информации которую имел. Обыденное стечение обстоятельств, как это ни удивительно.

— А чего это твои арендодатели бузить начали? — всё же решил уточнить у неё.

— Так ведь алкаши же, — пожала плечами Вика. — За меня, до недавнего времени, администрация доплачивала, но потом она как-то сдулась, да и цена на алкоголь сейчас совсем безумная. Вот они и психуют без беленькой.

— Ожидаемо, — вздохнул. — Ну, так что, останешься в городе или с нами двинешь?

— Да куда теперь-то деваться? — шмыгнула носом девчонка. — Если не прогоните, конечно.

— Хотели бы прогнать, уже давно прогнали бы, — встав из-за стола, вновь подхватил мешочек. — Хоро, ты послание оставила?

— Оставила, — вновь побледнев, негромко произнес брат вместо аякаси. — Фильмы ужасов нервно курят в сторонке.

— Да? — непонимающе посмотрел на ребят.

— Всюду куски тел, кишки на люстрах, а кровью залило вообще всё, даже потолок, — передёрнув плечами, озвучил брат. — Если бы я увидел такое месяц назад, меня бы сразу упекли в психушку.

— Эй, нечего мою работу хаять, — не на шутку обиделась Хоро. — Мне сказали доступным для врага языком разъяснить нашу позицию, я разъяснила. И вообще, я художник - я так вижу.

Ну что тут скажешь? Даже перепроверять не буду. Судя по лицам молодежи, аякаси не на пустом месте жаловалась на усталость, небось, в самом деле, этого лучше не видеть.

Помассировав переносицу, мысленно пробежался по списку задач и вздохнул горестно.

— Как же не ко времени вся эта движуха, — прорычал я. — Да и бои за власть между местными группировками тоже задолбали.

Выдохнув, немного успокоился и продолжил:

— Вы извините, что я дерганый такой, просто третьи сутки на ногах, — вновь помассировал переносицу, борясь с резью в глазах. — Не хотел об этом говорить, но боюсь, что мой план провалился. Флотские не стали бодаться с местными группировками и просто вывели своих людей. Куда именно вывели, никто достоверно не знает.

— Брат, может, вернемся домой и там всё обговорим? — внес рациональное предложение Рюто. — Не посчитайте меня рохлей, но мне как-то не по себе от того что в подвале под нами.

— А некуда возвращаться, — фыркнула бывшая лисица и, порывшись в столе, достала початую пачку сухариков, кои принялась с наслаждением поглощать. — Это мы очень неудачный момент выбрали для возвращения мне человеческого облика.

— Пока мы бегали и разбирались, куда ты пропал, к нам нагрянул отряд новой администрации. Так что на квартире засада.

— Не новой, а ново-новой, — поправила меня аякаси.

— Священные кексы, — схватившись за голову, растерянно пробормотал братец. — Это из-за патронов, да?

— Нет. Это из-за того, что нас привезли сюда флотские, — хмыкнул. — На наши патроны сейчас всем наср**ь.

— И что, нам теперь опять надо бежать?

— И да, и нет, — зевнул до хруста в челюсти и продолжил: — По моим прикидкам, к середине июля температура упадет до минус десяти градусов по шкале Цельсия. Шквалистый ветер, туманы на многие сутки подряд и прочие веселые погодные аномалии.

— С погодой ты ещё ни разу не ошибался, — передернувшись, словно от холода, пробурчал брат.

— На фоне такого тарарама, наши персоны станут абсолютно безразличны всем заинтересованным лицам, и мы можем спокойно, без надрыва обжить один интересный объект… если он, конечно, всё ещё существует.

— Объект? — нахмурился брат. — Военный?

— Военный.

— Противоатомное укрытие? — сделал предположение Рюто.

— Недостроенный запасной командный пункт. В каком-то смысле настоящий бункер. Строился силами метростроя.

— Эм… А что это значит?

— Фотографии Московского метро видеть доводилось? Старых станций, если быть точным?

— Ну, — кивнул брат.

— Вот то же самое только без парадной отделки.

— О*ренеть, а ракеты там есть?

— Рюто, ну какие, блин, ракеты? — нервно хохотнул. — За столько лет хорошо если сами помещения уцелели.

29. Всё правой

**

Зомби-апокалипсис, термоядерная война, климатические аномалии, вялотекущая война между группировками, а какой-то грузин на шестерке с шашечками, под весьма специфичную музыку и выхлопы папиросы вполне себе таксует. Словно ничего этого и не было вовсе.

Рассчитавшись с бомбилой, я лишь головой покачал, когда обнаружил переливающийся всеми цветами радуги вход в кабак. Как водила и говорил, данное место, ночной так сказать жизни, вполне себе функционировало и, учитывая то, что улица перед ним буквально утопала в электрическом свете, на солярке тут совсем не экономили, гоняя генераторы и в хвост и в гриву.

На входе вместо гардеробной оказалась весьма специфичного вида пропускная система, в которой только видимых вышибал было аж четыре человека. Два с дубьем и еще два с помпами и бульдогом на привязи. Кроме силовой части встречающих тут была и дама в сомнительного вида переднике. И я даже почти поверил, что это какая-нибудь ша… хм… метёлка, но вот то, как и куда она смотрела сразу наводило на определенные мысли.

И я даже не сразу понял, почему нас без вопросов пропустили через «калитку», а уж затем общаться начали. Однако самодовольный фырк Хоро заставил обратить внимание на ту самую собаку, которая собиралась нас облаять, но почему-то молчала. Посмотрев на пса, я с легким недоумением обнаружил, что вместо готового порвать нас зверя было перепуганное существо, которое не только жалось к ногам удивленных бодигардов но еще и обоссалось, жалобно поскуливая.

— Доброго вечера, нам нужен столик на четверых, — проигнорировав произошедшее обратился к девице в переднике. — И чем у вас тут принято платить? Золотом, химией, патронами или бумажками администрации?

— Мы принимаем всё перечисленное, — спокойным голосом ответила нам женщина. — Желаете внести депозит?

— Желаю, — вынул из кармана горсточку золотого лома и выложил на столешницу. И не сказать, чтобы я специально выбирал, просто так получилось, что среди приличного оказалась только пара колец, а остальное было представлено кусками порванных цепочек, замятыми сережками, да разного рода фиксами. В конце концов, разгромленное нами логово «упырей» работало не из любви к пыткам, хотя и ради неё тоже, но в коммерческих, так сказать, целях.

После небольшой заминки девушка аккуратно переложила золотой лом на салфетку, которую тут же водрузила на небольшие электронные весы.

— Шестьдесят пять и три десятых грамма, — озвучила очевидное женщина и, окинув нас странным взглядом уточнила: — Учитывая размер депозита, оружие можете не сдавать, но я вынуждена напомнить, что стрельба в помещении недопустима и будет караться по всей строгости.

Проигнорировав тон и невербальный посыл женщины, одернул нахмурившуюся Хоро и мы дружной гурьбой проследовали за парнем, который делал вид, что он профессиональный официант. Однако я впервые видел, чтобы официантом работали явные десантники. Хотя, в условиях творящегося вокруг бардака, только такими сейчас официанты и могут быть.

Запускать между столов девчонок как минимум опасно. И ладно если кого-то прямо на столе разложат, сомневаюсь, что владельцу заведения до этого есть хоть какое-то дело, а вот то, что из-за разносчиц может получиться конфликт это да это он уже учитывать обязан. Не мирные времена, даже такие школотроны как мы, при огнестреле, что уж говорить про местных богатеев. Небось, половина присутствующих это тупо телохранители и иже с ними.

— Напитки? — сразу же предложил официант, как только мы разместились на достаточно второсортных диванчиках, что стояли по обеим сторонам стола.

— Алкоголь кто-нибудь будет? — спросил я и вместо радостных возгласов услышал лишь полный скепсиса фырк Рюто. Кивнув столь разумному поведению, я обратился официанту: — Нам соки и чайничек крепкого чая. Пуэр найдется?

— Не уверен насчет именно этого сорта, но мы посмотрим.

— А мне первую страницу, и четвертую, — с интересом разглядывая цветные фотографии блюд, выдала лисица в человечьем обличии. — Ой, тут и японские блюда есть. И их тоже все.

— Мне это и это, — ткнув пальцем в фотографии, произнес брат не став называть привычные для себя блюда их настоящими названиями. Он уже знал, что иногда проще некультурно ткнуть пальцем, чем потом долго и нудно выяснять кто и где именно накосячил.

Вика же лишь с сомнением пролистала меню и выбрала самые обычные на вид блюда. И нет, она даже не пыталась сейчас экономить, просто в момент зомби-апокалипсиса она попала в больницу с пищевым отравлением и теперь к выбору еды достаточно специфично относилась.

Поразмыслив, я заказал всё то же самое, что и она, в конце концов, я тоже люблю солянку. Это тот самый суп, который даже самый криворукий повар не способен угробить полностью. Да и пюрешку трудно сделать совсем уж несъедобной.

— Как необычно, — негромко произнесла Вика, когда официант отошел от нашего столика. — Отец брал меня несколько раз с собой в ресторан, но такого там точно не было.

Я привстал и оглядел зал. В принципе Вика была права на все сто, а то и двести процентов. Половина посетителей бухала, спорила и хохотала навзрыд, а вторая половина присутствующих всё это охраняла. Складывалось впечатление, словно присутствующие в этом заведении люди… кхм… посетители, торопились жить. Если пили водку, то натурально стаканами, если тискали девок, то на грани полового акта. В общем — кунсткамера.

— Не обращай на них внимания. Те, кто подурнее — наслаждаются сейчас свалившимся богатством, а те, кто поумнее — жопой чувствуют свой конец и пытаются запить это неприятное чувство водкой.

— А мы, к какой категории относимся? — задала девчонка очень правильный вопрос.

— А мы, если не накосячим, ни к одной из этих групп относиться не будем.

— Зачем мы здесь? — сменила тему девчонка. — У тебя взгляд злой. Ты когда отдыхаешь, никогда так на окружающих не смотришь.

— Что, так заметно? — поразился я.

— Что есть, то есть, — кивнул брат.

— Слишком вежливый, знаешь ли, — прошамкала аякаси, что уже доедала первый принесенный для неё салат.

— Угу, — кивнул Рюто. — Я тоже заметил. Как только ты становишься приторно вежливым, жди беды. Или убьём кого-то или вообще взорвем.

— Черт, даже стыдно как-то стало, — помассировав переносицу, был вынужден кивнуть. — Ну, вообще-то да, мы здесь не только чтобы поесть и растратить часть трофеев. Надо ликвидировать основного владельца того подвала, который Хоро весь вечер оформляла.

— А мы доесть успеем? — расправившись с первым салатом, аякаси принялась за второй. — Обязательно его здесь мочить? Может просто проклясть или отравить?

— Кхм… — чувствуя, как начинаю краснеть, кашлянул я. — И в самом деле, что-то я здесь совсем уже озверел. Если нашумим придется уходить отсюда, а у нас курток нет.

— А на квартире засада, — поддакнул Рюто и с удивлением посмотрел на тарелку, которую ему принесли. — У них что, повар японец что ли?

— М? — посмотрев на суши, я был вынужден признать, что брат прав. — Может, кто из наших на работу устроился?

— Мужчина готовил, — принюхавшись, Хоро с наглой мордой цапнула одну сушину с тарелки Рюто. — А Такаши готовить не умеет, вы это лучше меня знаете.

Мы невольно засмеялись, поставив Вику в неловкое положение, так как она была не в курсе относительно антидара нашего товарища. После того как его зомби куснула, как он сам признавался, он потерял навык готовки. Нет, знания из его головы никуда не делись, но вот готовить он теперь мог исключительно по таймеру, так как всегда ошибался со степенью готовности.

— И всё-таки, — отсмеявшись, посерьезнела Хоро. — Что делать будем?

— Ты права, шуметь не стоит, — вздохнув, согласился я с доводами разума. — Видимо недосып плохо влияет на соображалку… О, кстати, вот и нужное нам тело. Прошу всех быть предельно безобидными.

Вот последнюю команду я отдал очень даже не зря. Если сам покойничек лишь бросил на нас незаинтересованный взгляд, то вот парочка тел из его свиты вполне себе пристала к нам. Хоро стоически хлопала глазками строя из себя ничего не понимающую девочку из школы для благородных девиц, и только комок стали, в который превратилась вилка в её руке, как бы намекал, что аякаси на пределе. Благо рука с вилкой была под столом, и происходящее видел только я.

К счастью охрана всё-таки отогнала непрошеных гостей от нашего столика пускай и без особого энтузиазма. Видимо, если бы не револьверы что были при нас, они бы и не пикнули, а так все понимали, что в наше время никого милицией не напугаешь, и эти странные подростки наверняка пустят доступную им машинерию в дело.

Хоро отвернулась от зала и уставилась на меня немигающими не вполне человеческими глазами. Прямо скажем, таких глаз у человека быть не может. Положив смятую вилку на стол, она приложила пальцы к глазам и помассировала их. Минута растерянной тишины и на нас вновь смотрят ярко зеленые, женские глаза.

— «Ко мне, младшей дочери самого Сёто, сотнице ударного отряда, как к какой-то портовой б*яди?» — прошипела Хоро по-японски, словно пробитая покрышка и уставилась на Вику, что тоже сжимала в побелевшем от напряжения кулаке столовый нож. — Он ведь дотронулся до тебя?

— Д-да… — с трудом разжав руку, ответила Вика.

— Это хорошо, очень хорошо, — недобро улыбнулась бывшая лисица и, покопавшись в карманах, достала небольшой кругляш обычного канцелярского скотча. Оторвав кусочек, она приклеила его к тому самому месту на руке Вики, за которую хватался дружок нашей цели. Отодрав скотч от Вики, аякаси осушила стакан с соком и кинула на его дно полученный предмет, а затем без затей прокусила собственную ладонь и накапала немного крови.

— Хм, — протянул Рюто и навалился на стол, прикрыв собой наш столик от чужих взглядов, и сделал он это удивительно вовремя, так как обычная на вид кровь неожиданно вскипела и пошла черным дымком.

— На самом деле это всё мракобесие, но иногда работает, — снизошла до объяснений Хоро и, сжав стакан в руках, прикрыла глаза. В этот же момент её обидчик, что делал заказ, как-то неестественно дернулся и, задумчиво посмотрев на свои руки встал из-за стола.

— Виталя, тебе что, так сильно эта мокро*елка понравилась? — очень удачно пошутила наша цель, так как именно в этот момент, вставший с кресла мужчина, схватил нож и вогнал его по самую рукоять в висок своему собеседнику.

Хоро открыла глаза и зябко поежилась, не обращая внимания на крики и прочую матершину, что раздалась после столь эпичного события. Однако события пошли вскачь, и, жертва лисьей волшбы видимо только сейчас осознала происходящее. Оно, знаете ли, трудно не осознать, когда твоя рука сжимает нож, который торчит из головы коллеги по опасному бизнесу.

— О***ть, — протянул всё еще лежащий на столе Рюто и я его понимаю.

Вместо того чтобы продолжить стоять в ступоре, давешний хам сразу же пробил в голову ближайшему мужчине и отскочив от стола, выхватил пистолет, но выстрелить успел лишь раз, так как два уцелевших парня тоже клювом не щелкали и в два ствола буквально изрешетили его.

Однако жизнь это не кино и заполошная стрельба этих двух дураков не прошла даром и досталось не только хаму, но и совершенно непричастным соседям. Которые не стали терпеть происходящее и тоже открыли стрельбу, причем куда более прицельную.

— *** ***** и *****! — произнесла Вика и нервно икнула.

— И после этого вы еще обвиняете меня в излишней прямолинейности? — шокировано спросил я у соратников.

30. Квадратная Земля

** Комуро & Саэко **

— Спасибо, — хрипло дыша, поблагодарила девушка и прополоскала рот водой из видавшей виды пластиковой бутылки.

— Особо и не за что, — пожал плечами Такаши и, приложив влажный платок к лицу, в очередной раз заглянул в коридор. Не обращая внимания на хлюпающие и даже похрустывающие звуки у себя под ногами, он прошел по нему до конца и заглянул в самую большую комнату.

— Ну, что, сможешь прочесть? — нетерпеливо крикнул седовласый мужчина лет сорока, который всё это время молча наблюдал за ребятами.

— Это не японский, это иероглифы, — ответил Такаши, вернувшись из коридора. Он отбросил платок и поморщился: — За точность перевода не ручаюсь, последний символ я вообще не знаю, но там написано, что-то вроде: «справедливость выглядит именно так».

— Ожидаемо, — кивнул головой седовласый и записал перевод в блокнот. — Ну, спасибо и на этом.

— Особо и не за что, — опять повторил парень и, кивнув подруге, направился на выход из подвального помещения.

— Такаши, ты ведь не всё сказал? — задала вопрос девушка, когда они вышли на улицу, и рядом не было лишних ушей.

— Что? — вынырнув из своих мыслей, парень с недоумением посмотрел на собеседницу и кивнул: — Да, Саэко, ты права, я сказал не всё.

— Эм…

— Почему я промолчал? — правильно поняв заминку спутницы, спросил парень. — Потому что мы больше не находимся на службе.

— Так это просто месть? — с недоумением переспросила девушка. — Это не повод врать детективу.

— Следователю, здесь их называют следователями, — задумчиво покачал головой парень, после чего остановился и, обернувшись к Саэко спросил: — Что произошло между тобой и Кобаяши?

— Эм… А с чего ты взял, что между нами что-то произошло?

— Понятно, — качнул головой парень. — Значит, в самом деле, что-то случилось. Рассказывай.

— Да с чего ты взял… — начала было девушка, но замолчала посреди фразы и, нахмурившись, кивнула. — Да, кое-что случилось.

— И что же? — пошарив по карманам, Такаши достал жиденькую пачку талонов прошлой администрации и, поморщившись, выбросил их в чудом сохранившуюся урну. — Сначала я думал, что дело в Хоро, она же всем угрожает перегрызть горло.

— Лиса конечно не сахар, и мне она такое тоже говорила, и не раз… я её даже понимаю.

— Женская солидарность? — улыбнувшись одними лишь губами, Такаши кинул на девушку тяжелый взгляд. — Так что там с Кобаяши? Чем ты ему не понравилась?

— Дело не в нем… точнее не совсем в нем, — буквально на глазах теряя свою уверенность, Саэко говорила всё тише и тише, пока окончательно не замолчала.

— Бусудзима! — рыкнул парень.

— П-прости, — нервно сглотнув, девушка со страхом посмотрела на Такаши. — Я очень перед ним виновата. Очень.

— Что же ты умудрилась такое сделать? — даже растерялся парень от столь бурной реакции.

— Такаги, он… Так получилось, что… Я не хотела, честно… У меня же даже выбора не было…

— Саэко, пожалуйста, соберись, — успокаивающим тоном, словно обращаясь к маленькому ребенку, произнес Такаши. — Что ты сделала?

— Я? Я?! Я убила его отца! — попыталась прокричать девушка, но голос предательски сел и раздался лишь полузадушенный сип.

— Ну, них*я себе, — отшатнувшись от собеседницы, парень даже за голову схватился. — Как? Когда?!

— Я… я не могла отказаться. Такаги заставил.

— Аки знает? Хотя, что я такое спрашиваю? Естественно знает, — кивнул сам себе Такаши. — Сначала снайперов подрядил, а затем и за самим Такаги пришел. А я, глупец, думал, что это совпадение.

— Его в окно выбросили, — передёрнувшись всем телом, тихо пробормотала девушка. — И я… я неожиданно поняла, что он пришел и за мной тоже.

— Н-да-а-а… — протянул Такаши. — Я ведь хотел воспользоваться предложением Кобаяши, а теперь даже не знаю, как быть.

— Что? О чем ты?

— Он же предупреждал меня насчет службы в администрации, но я, каюсь, не поверил.

— А кто поверил бы? Присоединиться к местным казалось хорошей идеей. Вон как у них в первое время было все хорошо налажено, — вытерев выступившие при признании слезы, произнесла девушка. — Мы же тут зомбей только на выездах видели, да и тех не каждый раз.

— Словно и не было ничего, — согласно кивнул Такаши, — а мы как туристы на сафари.

— Аки со своими планами дурачком казался, — шмыгнув носом, улыбнулась девушка. — Я ведь даже как-то про свой страх забывать начала.

— Да уж, — Такаши осмотрелся и, убедившись, что посторонних всё ещё не видно, склонился к уху Саэко и негромким голосом произнес: — Я ничего не сказал следователю потому, что тот подвал… это всё Кобаяши сделал.

— Ч-что?! Ты уверен?

— Та надпись, я её узнал, это цитата из курса иностранной литературы. Ну, помнишь, в прошлом году?

— Постой, — нахмурилась девушка. — Когда мы вещи собирали, ребята обсуждали нападение. Мол, целая банда какого-то мальчишку взять пыталась.

— Это про то где было два трупа? — задумчиво уточнил Такаши.

— Верно, — кивнула Саэко и обернулась к зданию, в котором они только что были. — Хочешь сказать, что это всё он один сделал?

— Может один, а может и помогал кто-то, — Такаши тоже обернулся к зданию. — Думаю, если бы он, в самом деле, хотел с тобой разобраться, ты бы сейчас здесь не стояла.

— У-уверен?

— Естественно нет, — буркнул Такаши. — Но стоило хотя бы извиниться.

— Ты прав, — убрав подрагивающие руки в карманы куртки, согласилась Саэко. — Страх совсем совесть заглушил.

**

— Хирано? Кота?

— What? — вскинув голову, переспросил уже не столь упитанный паренек как раньше. Был он сейчас в униформе повара и со шваброй в руках. — «К-кобаяши?!»

— Он у вас тут на каких правах? — обратился к одному из официантов, которые занимались тем, что выносили павших с места перестрелки.

— Работает за еду, как и все мы здесь. Не мешай, и без тебя проблем хватает, — раздраженно отмахнувшись от меня, официант схватился за ноги покойника и они с одним из вышибал потащили очередное тело на улицу.

Ухватив растерявшегося подростка за рукав униформы, оттащил его к нашему столику, благо по нынешним временам смерть клиентов не являлась уважительным поводом для закрытия заведения, поэтому вновь играла музыка и пищали подвыпившие дамы в компаниях ещё более подвыпивших мужиков.

— Это мой старый знакомый, добавьте его в счет, пожалуйста, — отобрав швабру у порядком обалдевшего парня, отдал её официанту, который видимо собирался спасать коллегу из лап подвыпивших клиентов. Нас в смысле.

— Кобаяши? Но… откуда ты здесь? — растерянно спросил Кота по-японски.

— А сам как думаешь? — всунув стакан с соком в руки одноклассника, хохотнул я.

— Хорошо, — убедившись, что мы не собираемся делать с Хирано ничего предосудительного, официант всё-таки забрал швабру. — Приятного вечера.

— А это…

— Это мой брат Рюто, его подруга Вика и наш яркий луч плазмы в этом грешном мире — Хоро Мудрая.

— Приятно познакомиться, — раскланялся Кота. — А я Хирано Кота, одноклассник Кобаяши.

Наша лисичка расчувствовалась, не иначе, по-другому не объяснить тот факт, что она сама отдала один из своих салатов Хирано.

— Поверить не могу, что вижу тебя здесь, — немного отойдя от шока, мой одноклассник с удивлением обнаружил у себя в руках вилку и стакан с соком. — Блин, у меня же смена не закончилась… хотя, дьявол с ней, со сменой.

— Хирано, тебя тоже на подводной лодке привезли? — заинтересовано спросил Рюто.

— Что? В смысле? Да нет, обычный рыболовный траулер был… Постой, подводная лодка? — опешил Кота. — Ты, должно быть, шутишь, да?

— Отнюдь, — откинулся на спинку диванчика и пояснил: — Удалось договориться с представителем флота, вот нас и довезли. Так что мы только и увидели, как термоядерная война началась, а потом нырнули и до самого прибытия сидели в четырех стенах.

— Ну, Кобаяши, ну ты монстр, — хохотнул Кота. — А я, видимо, тебе жизнью обязан.

— Это когда это такое было?

— Да кто бы в здравом уме непонятного пацана на борт взял? — фыркнул одноклассник. — Вы ведь ускорившихся зомби застали, да?

— О да, это было эпично, — кивнул.

— Спали по очереди посреди реки, чтобы эта хрень до нас не добралась, — поддакнул Рюто.

— Вот как? Повезло вам, а я дня три или даже четыре на ногах провел, под конец пути со мной собственная фляжка разговаривать начала, до чего сильные глюки были, — поморщившись, пояснил Хирано. — В городе и до этого безумие творилось, а как живчики появились, так и совсем поплохело. Как меня там не съели, до сих пор понять не могу.

— Так ты что, пешком?

— Не только, но в основном конечно пешком. Я когда на берегу моря оказался, уже и не соображал ничего толком, поэтому, когда в меня автоматом тыкать стали уже и не сопротивлялся даже. Помню только, что меня про тебя спросили и всё, отрубился.

— Про меня? Ты уверен?

— Конечно, уверен. Я как отоспался, меня ещё раз спросили. Не знал, что у тебя друзья среди контрабандистов есть.

— Я и сам не знал, — покачал головой.

— Брат, помнишь, как подводники сказали, что нас мало осталось, и нет смысла нам корабль ждать.

— Ах, вот оно что, — улыбнулся. — Тогда да, это, в самом деле, про меня спрашивали.

— Ну, тогда глубокий тебе от меня поклон, — вздохнул Кота и залпом опустошил стакан с соком.

— Да ладно, — отмахнулся. — Кстати, ты других наших не видел?

— Наших? Это кого именно? — вскинул брови Хирано. — Неужели еще кто-то выжил?

— С нами были Такаши и Саэко.

— Такаши? Выжил всё-таки? Вот ведь молодец! — обрадовался одноклассник и замер растерянно. — Постой, Саэко? Я не ослышался, Бусудзима с вами?

— Да. Правда, сейчас они с Такаши на администрацию работают, а до этого в группе сталкеров батрачили.

— Кхм… — кашлянул Кота. — Надо же, выходит, сбежала всё-таки. Я думал она так и останется палачом при этом му*аке Такаги.

— Сама-то она не любит об этом вспоминать, — покивал головой, сделав вид, что для меня это не новость. — Так что подробностей я не знаю. Как её вообще угораздило в такое вляпаться?

— Это всё папаша Саи, он же на старинных обычаях конкретно так двинулся после нашествия зомби, а дед Бусудзимы известнейшая личность на островах. Последний самурай, прости господи. Так что ей выдали катану восемнадцатого века и поставили провинившимся бошки рубить, — Хирано с трудом сдержался, чтобы не сплюнуть. — Такаги ещё и обставил всё это как в дурных фильмах про средневековье. Нда-а… А ведь до апокалипсиса был вполне себе адекватный человек. Видел я его пару раз.

— Ну, земля ему асфальтом, теперь уж точно никому вреда не причинит.

— Думаешь, зомби его съели? — с сомнением спросил Кота. — Этот мог и выкрутиться.

— Не беспокойся, Такаги с гарантией мертв, лично его размазанный по асфальту труп видел.

— Вот как? — хмурый до этого парень посветлел лицом, а затем и вообще улыбнулся. — Это, наверное, лучшая новость за последний месяц.

— Да уж, месяц и в самом деле тот еще, — был вынужден согласиться я. — Ну а ты, я смотрю, поваром устроился.

— Это мне ещё сильно повезло, — перестав улыбаться, вздохнул Кота. — Раз Такаши с Саэко сталкерили, значит, какое-то оружие имели, а я был пуст как обертка от конфеты.

— Контрабандисты обобрали?

— Да нет, что ты, эти вообще на удивление приличными людьми оказались. Нет, я как переделанное тобою ружье сестре Марикаве отдал, при её побеге, так больше личного огнестрела у меня и не было никогда.

— При побеге, говоришь? — нахмурился. — Видели мы Шизуку. Повесили её. Толпа каких-то психов, залитая сакэ по самые ноздри и с полными карманами листовок.

— Видимо на один из отрядов «чистой крови» нарвалась, — Хирано поник. — Надо было с ней бежать, а не на жопе сидеть. Впрочем, сделанного уже не воротишь.

— Что за отряды такие?

— Да это Такаги спонсировал. Так-то это гопники да пьянь всякая, но чтобы людей кошмарить - хватало. Выискивали полукровок по городу и расправлялись показательно. А Шизука, как ты помнишь, японка далеко не чистокровная.

— Ясно, — кивнул.

И в самом деле, ясно. По крайней мере, теперь понятно как она умудрилась оказаться там, где мы её нашли. Имея эрзац-штуцер и запас патронов, а так же какую-никакую, но армейскую подготовку, преодолеть город было делом возможным, пускай и не простым.

— А? — вынырнул из печальных мыслей и обнаружил, что Хоро тыкает меня в плечо пальцем. — Что такое?

— Твой друг, он же тут еду готовит?

— Хочешь сказать, что его надо отправить на кухню иначе тебе не принесут блюда японской кухни? — пошутил я.

— А что, в самом деле, не принесут? — разволновалась аякаси, но быстро взяла себя в руки и отрицательно покачала головой: — Ты же собирался продуктами закупаться.

— Ах, ну да, — хлопнул себя по лбу. — Кота, тут такое дело, нам нужны продукты на шесть-семь человек сроком на год, знаешь, где можно это купить без стрельбы и тухлятины?

31. Пайки и жизнь

**

Всё это время я прекрасно осознавал, что делаю все лишь бы не брать на себя ответственность. И нет, то, что под моим фактически руководством мы преодолели океан, и оказались на моей исторической, так сказать родине, это всё ничего не значило. Я старался относиться ко всему этому как выезду на природу… ага… с условиями приближенными к боевым.

Так-то, до своего сюда попадания у меня была «волшебная» справка, которая позволяла мне игнорировать одно из базовых требований нашего общества. Я мог позволить себе такую роскошь как не участие в управлении. А ведь раз или даже два в год каждому гражданину приходилось чем-то руководить. И не дай тебе бог отказаться или отнестись к этому спустя рукава.

Так уж получилось, что однажды, во время боёв, мне пришлось принять командование на себя. Я не сделал ничего дурного и даже не ошибся ни разу по крупному, просто обстоятельства сложились так, что наше соединение даже теоретически не могло уцелеть. И да, полегли почти все. Вот с тех пор меня и корежит от одной лишь мысли об этом.

Но что было актуально в мире прошлом, в этом мире не имеет никакого смысла. Я, конечно, мог продолжить игнорировать тот факт, что друзья невольно выбрали меня главным, но тогда своим бездействием я бы их фактически убил. Понятно, что отчитываться мне сейчас не перед кем, но мне уже доводилось видеть, к чему приводит выборочное следование человеческим принципам. Как говорится — раз здесь, раз там и прощальная пуля обязательно найдет твой затылок.

Как это ни прискорбно, но сегодня мы будем вынуждены выйти за границы отношений группы попутчиков. Одно дело вместе плыть на лодке и по очереди дежурить или там лихой налет с целью спасения родственника и совершено другое — совместная спецоперация и последующие выживание в условиях, когда полюбовно разойтись будет невозможно.

— Волнуешься? — спросила аякаси, что заплетала свои не очень длинные волосы в косу, готовясь к выходу.

— Да, — кивнул, вспомнив свои недавние размышления. — Принимать решения это всегда как ножом по сердцу.

— Эм… — оторвавшись от своего занятия Хоро уточнила: — А по поводу вылазки ты, значит, не переживаешь?

— Нет, а зачем? — удивился я вопросу и только через пару тройку секунд понял, что меня могут понять превратно. — Всё что я мог сделать, я уже сделал.

— Ты что, и будущее видишь? — склонив голову, уточнила бывшая лисица.

— Нет, — с недоумением посмотрел на собеседницу. — А причем тут это?

— Просто ты сказал об этом так, словно всё уже предрешено.

— В каком-то смысле так оно и есть, — пожал плечами. — Кости уже брошены и если стол не будут раскачивать, и не появится сквозняк, они упадут так, как должны были упасть.

— Не замечала за тобой любви к этой игре, — нахмурилась девушка. — И всё-таки, неужели тебя не беспокоит то, что мы можем налажать?

— Повлиять на это я не могу. Я могу лишь учесть эту вероятность, а значит, и переживать на этот счет не стоит.

— А из-за чего же ты переживаешь? — продолжила допытываться настырная аякаси.

— Переживаю я из-за того, что не могу сбагрить свои обязанности на кого-то другого, — тряхнул головой и перепроверил снаряжение. — Судя по всему время пришло, матрицы уже начали работать.

— Ага, — кивнула девушка и невольно провела ладонью по кармашкам, которые были нашиты на её жилет, который был прикрыт обычной курткой с маскировочным рисунком.

Через пару минут грузовик сбросил скорость и в гарнитуре раздался голос Такаши:

— Аки, мне тут приказывают выйти из кабины.

— Игнорируй, — ответил я и, откинув полог тента, не обращая внимания на стволы автоматов, которые на меня направили, спрыгнул на землю. Следом за мной спустилась Хоро и она, в отличие от меня, сделала это бесшумно. Ну, разве что гравий хрустнул под её берцами, когда она выпрямилась в полный рост.

— Я чё, б*я, невнятно говорю?! — тем временем надрывался пузатый мужик в армейском камуфляже размахивая ПМом.

— Старший ко мне.

— Ты что там кукарекнул, петушок? — оставив нервничающего Такаши в покое, пузан развернулся к нам. — О! Ты гля, какая краля! Кажется, у меня сегодня будет замечательная ночка.

— Снайпер два, — демонстративно прижав палец к уху, максимально безразличным тоном произнес я. — Жирдяя передо мною обнулить.

Тело хама, словно машиной сбило. Вот он стоит и вот его с силой бьёт о кузов грузовика. Секунда всеобщей растерянности, а затем часть окруживших нас автоматчиков падают там, где стояли. Сразу было видно, кто среди этой шоблы служил, а кто сидел. К счастью, а может быть и сожалению, в нас они стрелять не стали, видимо даже их мозгов хватило, чтобы понять, что после такого упомянутый мною снайпер их точно в покое не оставит.

— Старший ко мне, — словно ничего не произошло, повторяю я. Секунд десять ничего не происходило, и вот один из залегших бойцов неторопливо поднялся и, поставив оружие на предохранитель, убрал его за спину. Кивнув я продолжил: — Я приехал за грузом, вам должны были сообщить о нас.

— Ты тот пацан, которому нужен был долгохран? — спросил подошедший парень и покосился на тело пузана, которое, оставив кровавый след на дверце грузовика, свалилось-таки на землю. Причем упало оно максимально эффектно, приковав к себе внимание. Интересно, хоть кто-нибудь из окружающих понял, что это не снайпер пузана об машину сломал? Впрочем — не важно.

— Не пацан, а лейтенант Кобаяши. Я понимаю, что времена нынче не простые, но хоть видимость соблюдения устава то можно было обеспечить? — неодобрительно поморщился и осмотрел одежду собеседника. — Я конечно уже привык к подобному, вон даже снайперов у руководства выпросил, но всё равно раздражает. Прямо не армия, а гуляй поле какое-то.

— Гхм…

— И да, за мертвого бойца сами как-нибудь отчитаетесь, раз уж допустили такой бардак… Ладно, вернемся к работе. Вот заявка и список товарных позиций, — кивнул я и раскрыл кожаную папку, которую всё это время держал в правой руке. — В сумме десять тонн.

Кроме нас с Хоро и этого парня тут была куча людей с разным мировозрением и привычками, но почему-то стрелять никто так и не начал. Да что там, они даже матерились шепотом. А ведь я ожидал несколько другой реакции. У нас даже заряд специальный был.

— Я не могу принимать такие решения сам, надо поставить руководство в известность, — тем временем произнес мой собеседник.

— Гр-ражданские б*я. Ну, так займись этим, сделай уж милость, — пожал плечами и обернулся к кабине грузовика. — Ефрейтор Такаши, подготовьте машину к погрузке.

— Кхм… — вновь покосившись на тело пузана, неуверенно замялся мой собеседник. — А вы вообще, чьих будете?

— Четыреста четвертая ПГТ, если ты об этом, — застегнув папку, поднял взгляд на парня, что сжимал в руках мои листочки со списком. — Я смотрю, вы тоже восполнили потери за счет весьма специфичного контингента? Коллеги из СибВО тоже рискнули, а потом пришлось подтягивать буратину [1] для наведения порядка.

— Гхм…

К моему удивлению откуда-то из пустого ангара понагнали совсем уж явных зеков, по крайней мере, одеты все были в лагерное. Вот они и занимались погрузкой под бдительным приглядом тех же зеков, но уже вооруженных и одетых в камуфляж. А вот уже за вооруженными присматривала Хоро. После того как она голыми руками разорвала весьма толстую жесть на подозрительном ящике редкие ухмылочки у окружающих окончательно подувяли.

Вообще вся операция пошла как-то не так, как я ожидал. К моему дикому удивлению, фактически захваченный бандитами и прочими дезертирами склад предоставил нам всё запрошенное. Понятно, что ново-новая администрация считала этот склад своим, а сидящие тут думали по-другому, но мы даже не начали превращать окружающий ландшафт в стекло, только одного идиота грохнули, а нам полный кузов накидали.

Перепроверив всё, я решил проверить одну свою мысль и подошел к тому самому парню, который взял на себя руководство погрузкой, после гибели пузана. Слово за слово и, отсыпав парню немного золотишка, нам сверх заказного закинули еще четыре ящика. И после всего этого мы просто взяли и уехали. Да-да, просто загрузились и, помучив движок, покинули сию обитель.

— Аки, ты же говорил, что как только вы выйдете мне надо быть готовым к тому, что всё вокруг загорится, — передернув плечами, Такаши на мгновение оторвался от дороги и кинул на меня усталый взгляд.

— Ты не поверишь, но нас, в самом деле, приняли за регуляров.

— Э… За кого нас приняли? — не понял парень.

— За фуражиров регулярной армии, — пояснил я и продолжил: — Отсыпал ради эксперимента несколько колец тому типу в обмен на несколько «сверхштатных» ящиков тушенки и он таки оговорился, что до ядерных ударов, курсанты и срочники занимались снабжением. В общем, меня за интенданта приняли. Видимо потому и зассали.

— А что, у интендантов принято в людей стрелять? — пошутил Такаши.

— Нет, у нас, интендантов, принято бойцов с голыми руками и пустыми желудками оставлять посреди мерзлой степи.

Грузовик тряхнуло на неровности дороги, и я обратил внимание, что заряда, куска рельсы, которая была почти точной копией той матрицы, которую я взрывал в Японии, в кабине нет.

— Такаши, ты заряд выложил?

— Естественно. Как изначально и договаривались, — кивнул парень, не отрываясь больше от дороги. — А что, не надо было?

— Да нет, всё правильно, — покачал головой и вынул пульт дистанционного управления из внутреннего кармана. Вставив батарейки в этот абсолютно не военный приборчик, я зажал обе кнопки и держал их в нажатом состоянии пять секунд. — Пленников жалко конечно, но гражданских обывателей ещё жальче.

После активации пульта почти минуту ничего не происходило, а затем разом, без паразитного свечения как в прошлый раз, складской комплекс скрылся в пузыре взрыва. Невооруженным взглядом было видно, как расходится ударная волна и во все стороны начинают разлетаться клубы бетонного крошева и куски сендвич-панелей.

Вильнув рулем от неожиданности, парень ругнулся сквозь зубы, а Хоро удивленно вскинулась и начала принюхиваться.

— Что такое?

— Странное чувство возникло, — всё ещё принюхиваясь, ответила аякаси. — Эти твои штуки так сильно хаосом пахнут, что никогда нельзя точно сказать, ты, в самом деле, что-то чуешь или тебе кажется… Нет, всё же показалось.

Пожав плечами, позволил себе немного расслабиться, правда, не долго, минут пять-шесть, так как мы подъехали к съезду на грунтовую дорогу, проехав по которой что-то около километра мы встретили ожидающих нас ребят.

Наш Урал остановился рядом со своим братом близнецом, а затем Такаши, при помощи какой-то матери смог таки развернуть грузовик кузовом к кузову второй машины. Учитывая тот факт, что парень вел грузовой автомобиль второй раз в жизни, у него получилось очень даже хорошо, по крайней мере, мы ничего не протаранили и не смяли.

— Брат, что случилось? — взволновано спросил Рюто, забираясь в кузов. — Мы не видели огня.

— Всё пошло не по плану, — воспользовавшись векторами, принялся перераспределять груз между грузовиками. — После демонстрации, на нас не напали, а лишь приняли документы.

— Странно, — подключившись к перебрасыванию груза, кивнул брат. — Я тебя знаю, твою выходку точно бы никто терпеть не стал.

— Ну вот, даже родной брат думает обо мне не бог весть что, — улыбнулся и подхватил мешок с сахаром. — Что у вас тут было за время моего отсутствия?

— Да, в общем-то, ничего, — остановившись, Рюто задумался. — Разве что новенький, Хирано, всё переживал и порывался идти за тобой следом. Нет, в первое время он выданную винтовку разве что не облизывал, но когда срок выходить начал, он извелся весь.

— Забавно. Он конечно парень ответственный, но не думал что настолько.

— Ну, либо ему просто хотелось испытать свою новую игрушку, — хохотнул Рюто и продолжил перекидывать мешки.

— Ну, либо так, — был вынужден согласится я. — А Бусудзима?

— Слушай, брат, она, в самом деле, нашего папку замочила? — перебросив мешок, Рюто присел на первый попавшийся ящик и внимательно посмотрел на меня.

— Судя по СМС, я думал, что он улетел в Америку, но судя по тому, что она рассказала, получается так, что это именно он и был.

— Точно не однофамилец? — настойчиво продолжил брат.

— Ну, как я понял, она его еще до апокалипсиса видела.

— Теперь понятно чего она от нас шарахалась всю дорогу, — задумчиво кивнул Рюто. — Надо будет ей спасибо сказать.

— Не вздумай, — отрицательно взмахнул рукой. — А то еще обидится, что в холостую нас боялась.

— Ну да, женщины они такие, — многозначительно покивал Рюто но, увидев мой скептичный взгляд, замахал руками. — Да я же шучу, не надо на меня так смотреть.

Примечание к части

[1] ТОС-1 «Буратино» — тяжёлая огнемётная система залпового огня на базе танка Т-72.

32. Технологии сближают

** Администрация **

Евгений Евгеньевич или как его называли ещё школьные подельники — Штопор, с сомнением на лице разглядывал пару Уралов, что нагло встали перед окнами администрации. Судя по состоянию подвески, машины были чем-то загружены, а характерные потеки со стороны водительской дверцы намекали, откровенно говоря, на всякое.

Из кабины головной машины неспешно спустился молодой парень в подогнанном по фигуре камуфляже и повелительным жестом махнул рукой, отдав какой-то приказ. Из кузова выпрыгнула столь же молодая девица и, обернувшись, без видимого труда подхватила сброшенный с кузова цинк. Поставив его на землю, она столь же спокойно поймала стандартный пятидесятикилограммовый мешок с надписью «сахар» на боку.

— Петя, скажи-ка мне, пожалуйста, это что ещё за ё* твою мать?

— Евгений Евгеньевич это та пацанва которая хотела купить продукты со склада.

— Да я как бы уже понял. Меня другое волнует, — нахмурился мужчина и отвернулся от окна, со злобой во взгляде он посмотрел на своего помощника. — Это ведь те самые щенки, которые разделали «подвальных мастеров» Виталика?

— Возможно, что и самого Виталия Дмитриевича тоже они исполнили, — кивнул помощник.

— Мне докладывали, что это его подельник взбесился, — нахмурился мужчина и, подойдя к мягкому, даже на вид дорогому креслу, уселся в него. — Опять некомпетентность и распи*дяйство… как же это уже утомило всё.

— Удалось установить, что люди Виталия Дмитриевича сами нарвались…

— Ну, о*уеть не встать, — хлопнув ладонью по столу рявкнул мужчина. — Я, значит, считаю себя самой главной лягушкой на этом е*аном болоте, а тут какие-то тинэйджеры в моём городе подконтрольных мне людишек как свиней разделывают и по стенам развешивают?! Вы совсем тут от безделья о*уели уже?!

— Именно поэтому я отправил их на склад к Инею… — начал оправдываться помощник но был вынужден замолчать, для того чтобы уклонится от летящего в него графина с водой.

— Был Иней, да весь вышел, — невольно схохмил взбешенный Штопор, махнув рукой в сторону окна из которого до сих пор был виден столб пепла и пыли который курился над складским терминалом. Выдохнув, мужчина обмяк в кресле и произнес уставшим голосом: — Мне всё равно, чьи это люди, но их быть не должно.

— Насколько я в курсе, они собирали ресурсы, чтобы двинуть на соединение со своими.

— Ну, да-да, верю, — недовольно фыркнул мужчина в кресле. — Ваньки-пешеходы возвращаются в родную стрелковую часть, творя по пути чистое доброе вечное… Тьфу б*ядь, опять какая-то спецназерская перхоть.

— Это флотские их сюда направили. Судя по документам, они участвовали в эвакуации кого-то из Японии.

— Не шутишь? — вскинув голову, уточнил Штопор. — В общем, делай что хочешь, но выпроводи этих су*ат из города… В конце концов, и Иней и паскуда эта подвальная мне хамить пытались вот и дохамились.

— Сделаем.

— Уж постарайся, — фыркнул мужчина и рявкнул: — Я здесь власть!!!

**

— Здравствуйте, Пётр, — кивнул, рассматривая мужчину, чей разговор я недавно слушал. — Ну и работодатель у вас, прямо скажем. «Я здесь власть», блин.

— Вот как? — нахмурился мой собеседник. — Я каждый день провожу проверку помещений на наличие подслушивающих устройств.

— По радиоизлучению ищете? — уточнил я и протянул руку к собеседнику. В первый момент он, конечно, дернулся, но, обнаружив, что я вынимаю из отворота его костюма булавку, такое впечатление словно дышать разучился.

— Это то о чем я подумал? — с каким-то даже восторгом в голосе уточнил мужчина. — И надолго у этого жучка батарейки хватает?

— Это упрощенный вариант, тут нет видеоканала, поэтому работает оно довольно долго, несколько суток.

— А у вас и с видеоканалом есть?

— При себе нет, но на базе снабжения наверняка что-то осталось, — пожал плечами и убрал булавку в спичечный коробок, где таких же булавок была целая горсточка. Не зря выходит реквизит готовил, пригодился.

— Японские? — уточнил мужчина.

— Северокорейские, — ответил я, чтобы что-то ответить.

— Ну да, эти много чего интересного производят, — успокоившись, кивнул мой собеседник и даже расслабился немного.

— Ну, так что?

— На самом деле этот ещё не так плох, — ответил мужчина, на мгновение, поставив меня в тупик, так как я не очень понял, о чем он говорит, но следующие его слова расставили всё по своим местам: — Алкаш-самодур это всё же лучше, чем наркоман с замашками садиста. Этот хоть от чужой боли не кончает.

— Ну, у вас и опыт, однако.

— Какой уж есть, — буркнул мужчина и осмотрел нас с Хоро внимательным взглядом. — Вы, прямо скажем, тоже не агнцы божьи… Вы на*рена терминал уничтожили? Я же просил шороху навести, пожар устроить, а не взрывать всё к чертовой матери.

— В общем-то всё как вы, Пётр, и просили, — пожал плечами. — То, что ангары испарило, так это мелочь, ведь грузы хранились в вагонах, а их только с путей сбросило. Мука, крупы и сахар с гарантией уцелели, а тушенку ваши карманные жулики уже кому-то толкнули. Мы когда грузились, там не так уж и много оставалось.

— Что сделано, то сделано, — выдохнув сквозь зубы, согласился со мной мужчина. — Что по радиации?

— А что с ней? — вскинул брови и вынул пластинку личного дозиметра. — Сегодня фонит даже меньше чем на неделе.

— Я не об этом, — нахмурился Пётр. — Вы что там жахнули?

— Вон вы о чем, — улыбнулся и, вернув пластинку обратно честно ответил: — Эфирный боеприпас.

— Эфирный? Ты про окись этилена? — опешил мужчина. — Откуда у вас ОДАБ?

Пожал плечами, так как ответить мне ему было нечего, ведь никаких ОДАБов мы не использовали, а то, что у слова эфир есть несколько значений, так это не моя вина.

— Если не секрет, откуда вы Хирано знаете?

— Кого я знаю? — вскинув брови, уточнил мой собеседник. — А, ты про япошку этого? Вообще-то мне он известен как Нагибатор-9000, мы с ним в одной гильдии состояли. Я про сетевую игру сейчас говорю, а не то о чем ты мог подумать.

— Неожиданно, — с трудом сдержав улыбку, тряхнул головой. — Как тесен мир.

— Кстати о мире, — поморщился Пётр. — Валить вам ребята надо и чем быстрее, тем лучше.

— Буквально мечтаю об этом, но беда в том, что арендованные у вас грузовики надо вернуть, а своего транспорта у меня ещё нет.

— Хрен с тобой. Грузовики забирай, дарю, — вновь нахмурился Пётр. — Это все?

— Ну и бумагу бы, чтобы на блокпосте не приставали.

— Вы собрались в пораженный район двинуть? — вскинулся мой собеседник. — Хорошо, блок я предупрежу. Но топлива не дам. Мне вообще плевать, хоть ослиной мочой заправляйтесь, но лишнего топлива у меня на вас нет.

— Ну, нет, так нет, — вздохнул. — Если нам не помешают, через час мы покинем пределы города.

— Через час? — удивился Пётр. — Вот так просто погрузитесь и свалите?

— Ну да, а что такое?

— И не будете еще целый день глаза мозолить? — уточнил собеседник. — Ладно, так и быть, можешь заехать на заправку, тебе зальют по пробку, я распоряжусь.

**

Грузовик урчит движком, а дорога проглатывается километр за километром. Уже час как мы оставили позади блокпост и качество асфальта заметно похужело. Появились трещины, ямы, следы огня и брошенные остовы легковых автомобилей. Пару раз мы видели характерные такие следы гусениц, а под полуразрушенным мостом через небольшую речку обнаружился полузатопленный остов танка.

Преодолев водную преграду по похрустывающему мосту, грузовик неожиданно начал терять скорость и мне вновь пришлось надевать гарнитуру.

— Хоро, мы опять потяжелели.

— Вижу, — ответила аякаси, и вокруг нашего грузовика появилось синеватое свечение, после которого мотор перестал рычать так, словно тянул из последних сил, что конечно было не далеко от истины.

Проехав еще пару километров, мы, наконец, обнаружили нужный съезд, а ещё мы обнаружили инверсионный след на небе, который тянулся откуда-то с запада на восток. Аппарат, который его оставлял, шел довольно высоко и кроме характерного такого грязно-белого брюха мы мало что смогли разглядеть. Из-за положения солнца, биноклем воспользоваться не представлялось возможным, поэтому оставалось только догадываться, что это за птица в «противоатомной» раскраске.

— Это что же, ещё ничего не закончилось? — удивился Такаши, что сидел за баранкой и кидал на инверсионный след заинтересованные взгляды.

— Хреново, если так, — вернувшись в кабину, захлопнул дверцу и утер пот, так как погода опять изменилась и вместо нулевых температур и снега, вокруг нас было плюс сорок. Высокая температура подкреплялась так же хорошим таким, горячим ветром. Как говорится, почувствуйте себя пустынными жителями.

— Интересно, к вечеру эту духоту разгонит? — отхлебнув воды из фляги, грустно пробормотал Такаши. — Аки, ты как думаешь?

— Учитывая цвет неба, я бы не удивился, если станет ещё жарче.

— Да ты издеваешься? — неверующе спросил парень и, обнаружив, что я молчу, запричитал: — Да куда уж выше? Я хоть и не великий специалист, но думаю, что наши грузовики такого издевательства могут и не пережить.

— Ты прав, нас спасает только военприемка, которая принимала эти машины и Хоро, которая уменьшает вес, но надолго ни того, ни другого не хватит.

— Может быть, на привале, попробуем запустить кондиционер? — предложил Такаши. — Не зря же мы его с собой брали.

— У нас сейчас из источников тока только слабенький генератор, да и баллон с фреоном только один.

— Может, лисицу попросим?

— После такого марафона её придется, как шаурму завернуть, в два слоя.

— Бли-ин.

— Не опускай руки раньше времени, что-нибудь придумаем.

— Твои бы слова, да Будде в уши.

Однако лисичка помочь Такаши ничем не смогла, так как сама слегла с тепловым ударом. Вот вроде бы всё было хорошо и мы подготавливали место для того чтобы расположиться на ночевку когда наша лисичка неожиданно остановилась, села там где стояла и произнесла растерянным голосом:

— Чёт душно мне.

После этого она прикрыла глаза, вдохнула полной грудью и потеряла сознание, распластавшись на земле, словно и не живой человек, а мешок с картошкой.

После сегодняшних приключений мы и так все на нервах были, а тут ещё и такое неожиданное событие, естественно ребята разволновались. Да что там говорить я в первый момент тоже впал в растерянность, так как одно дело потеря сознания у человека и совершено другое дело потеря сознания у аякаси. Но здравый смысл и инженерный склад мышления взяли верх, и я принялся организовывать нам прохладу.

Вот тут-то и выяснилось, что мой брат, Рюто, знает о холодильном оборудовании куда больше чем я. Лично мне всегда казалось, что одного баллона фреона хватает ровно на одну заправку.

— Братец, — тяжело вздохнув, Рюто потыкал пальцем в надпись на баллоне. — Тут же 13 килограммов. Ты что, в самом деле, думаешь, что столько влезет в один единственный кондиционер? Не спорю, он здоровый, но не до такой же степени.

Вообще-то именно так я и думал. Так уж получилось, что у нас в гражданском так сказать обиходе максимальное распространение получили акустические преобразователи, а классические тепловые насосы заняли нишу узкоспециализированой техники и я тривиально не знал таких подробностей, ибо никогда не интересовался. В общем, с помощью манометров, специальных таблиц и какой-то матери мы таки смогли заполнить на скорую руку загерметизированную систему.

Пока мы с братом занимались всей этой машинерией ребята успели развернуть довольно большую палатку, в которую мы и поместили пострадавшую, а так же внутренний блок кондиционера, который хоть и не с первого раза, но всё-таки запустился. В первое время он, конечно, пугал нас потоком горячего воздуха, но спустя пару-тройку минут одумался и начал заполнять помещение вожделенной прохладой.

И вроде всё хорошо можно радоваться тому, что можно наконец-то посидеть при нормальной температуре, но постоянно работающий генератор немного выбешивал. Слава богу, Вика резонно заметила, что можно выкопать небольшую яму и разместить генератор там. Мол, тогда весь звук уйдет вверх, и мы почти ничего не услышим. В принципе примерно так и оказалось.

Но, к сожалению, генератор, в самом деле, оказался слабоват для такой нагрузки, поэтому его истошный визг все равно был слышен, но особого раздражения он больше не вызывал. Прямо скажем, ребята были готовы простить этой штуке что угодно просто за то, что она, наконец, дала вожделенную прохладу.

— Брат, ты же говорил, что нас ждет похолодание, — грустно вздохнул Рюто, положив смоченное в воде полотенце на голову Хоро. — А пока что жарит как в Сахаре.

— Вообще-то я говорил не так, — я тоже вздохнул и окинул ребят взглядом. Они в наш разговор не лезли, но слушали очень внимательно. — Я говорил, что выброс такой массы пепла, газов и прочего разного приведет к раскачиванию погоды.

— И? — нахмурился Рюто.

— Это значит, что сначала будут качели от большого плюса к большому минусу, начнутся аномальные осадки, а уж потом, в зависимости от времени года когда всё это произошло будут или заморозки или, что тоже очень вероятно, погодные аномалии. Ну, там торнадЫ разные или грозы, которые будут идти без передыха неделями. В общем приятного будет мало.

Присутствующие в палатке почти синхронно посмотрели на Хоро, а затем на кондиционер. И не надо было быть телепатом, чтобы понять, о чем они сейчас подумали.

33. Дом с историей

**

Не доспал я совсем чуть-чуть, буквально полчаса, а всё потому, что раздался вопль Такаши, а затем понеслась жуткая матершина на смеси сразу трех языков.

Вскочив с пенки, на которой меня срубил сон, я заполошно нащупал револьвер и, не до конца проснувшись, буквально вывалился из палатки на улицу. Тело словно в горячую воду попало, до такой степени тут было жарче, чем внутри охлаждаемого объема палатки, а ведь ещё только утро. Однако я почувствовал не только жару, но ещё и густой смрад бензина.

Врагов я не обнаружил, тут был только Комуро, который и разбудил нас своими воплями. Он молодым кенгуру скакал вокруг ямы, в которой надрывался генератор и сочно матерясь, срывал с себя одежду. На глазах у перепуганных столь странной побудкой ребят он избавился не только от футболки со штанами, но даже исподнее скинул.

— Какого… — начал, было, я, но тут на моих глазах канистра, в которой у нас хранился бензин для генератора издала странный фыркающий звук и из нее хлестанул невысокий фонтанчик словно бы пены, и сшибающая с ног вонь бензина стала еще сильнее.

Сорвавшись с места, подбежал к парню и, схватив его за руку, буквально оттащил подальше от генератора. К счастью он даже не пытался сопротивляться, но, к сожалению, равновесие он удержать не смог и шлепнулся на землю. Подбежавший следом за мною брат, торопливо открыл фляжку и начал прицельно обливать водой лицо и в первую очередь глаза Такаши. И не успел я успокоено выдохнуть, как что-то толкнуло меня в спину, а затем это что-то хлопнуло, да так, что я сначала почувствовал это желудком, а уж потом ушами.

Отплевываясь от песка, который попал в рот после взрыва, я торопливо протер глаза и обнаружил, что на месте нашего генератора полыхает пламя, да и палатку, прямо, скажем, потушить уже, видимо не получится. Воспользовавшись векторами телекинеза, оттащил малость контуженых ребят от огня подальше, а сам ворвался вовнутрь палатки и подхватил на руки Хоро, что была завернута в артефактное одеяло и даже взрыв не разбудил её.

— Отставить матершину, — рявкнул я, положив сверток с застонавшей девушкой на землю.

Не сразу, но мы таки смогли спасти содержимое палатки. Саму палатку, к сожалению, не имело смысла даже чинить, так как от неё мало что осталось. Судя по всему остатки бензина, что оставались в канистре именно на неё и полетели во время взрыва, ибо загорелась она уж слишком хорошо, не должно такого быть.

— Это что… кхм… такое было? — замявшись на полуслове, озвучила Вика, когда из огня было спасено всё, что можно было спасти.

— Я собирался долить бензин в генератор, но даже крышку на канистре открыть до конца не успел, как оттуда фонтан ударил, — ответил Такаши и, запрокинув голову, вылил на себя еще одну фляжку с водой. — Фух, какая мерзость.

— А раздевался зачем? — покраснев, она отвернулась, а вот Бусудзима в отличие от Вики отвернулась далеко не сразу.

— В первый момент ощущение было такое, словно кипятком облило, — пояснил парень, кивком поблагодарив Хирано который протянул ему кусок брезента, он накинул ткань на себя. — А затем так холодно стало, что хоть вой.

— Сорок три градуса, — сверившись с градусником, впал в задумчивость. — Я, конечно, слышал, что в пустынях бензин начинает парить, но чтобы до такой степени.

— А я слышал, что бывает поддельный бензин, мол, из газа его делают, — Рюто поморщился, прижав ладонь к носу, — может это он и был?

— Учитывая, что новое топливо с начала апокалипсиса не подвозили, то я бы не удивился, что кто-то стал делать суррогат. Другой вопрос, где этот кто-то взял газ.

— А в грузовиках тот же бензин? — нахмурилась Вика, с опасением посмотрев на стоящие рядом Уралы.

— Не, там соляра, — закрыв опустевшую фляжку, ответил Такаши. — Кстати, уже меньше полубака осталось. Аки, какие наши дальнейшие действия? Далеко нам ещё?

— По прямой километр, максимум два.

— А зачем же мы тогда здесь остановились? — в кой-то веки подала голос Бусудзима. — Почему сразу на место не приехали?

— Остановились мы здесь потому, что дальше именно доехать невозможно, — указал рукой на другой берег скромной речушки, что текла во внушительном каменистом овраге недалеко от грунтовки, по которой мы сюда приехали. — Нам надо туда.

— Значит, машины бросаем, да? — неподдельно расстроился Такаши. Он невольно стал у нас главным по колёсной технике и, судя по всему, очень к нашим грузовикам душой прикипел.

— У нас пятнадцать тонн груза, — нахмурился брат и отрицательно покачал головой. — На своих спинах мы это будем до зимы переносить, если раньше от жары не загнемся.

— Опять Хоро тяжести таскать заставите? И не стыдно вам? Она и так до сих пор без сознания, — вступилась за аякаси Вика но, подняв взгляд на меня, почему-то замолчала и голову опустила. — Извини.

— Ну, хоть кто-то за неё заступился, — хмыкнул и посмотрел на чего-то ждущих от меня ребят. — Мысли предложения есть? Нет? Ну, значит за работу.

**

Оставив ребят с примерно ванной льда, мы с Хоро направили свои стопы к искомому объекту, через овраг и далее вплоть до намеченной мною точки. Я в горах был всего лишь один раз да и находились те горы на Луне в общем для меня это наше микро-восхождение весьма насыщенным выдалось. Всё же одно дело грузовым флипом сюда прыгнуть и другое дело пешком.

Ребятам-то хорошо, они остались на месте нашей ночевки с наколдованным льдом, а нам пришлось идти, а затем и карабкаться по этой бесчеловечной духоте. Обычный уличный градусник уже давно показал максимум, а ведь до астрономического полдня еще нескоро. Единственным плюсом во всём этом было только то, что воду мы не экономили, да и магию тоже.

Лисица смотрела на небо с плохо скрываемой яростью и безропотно набрасывала на нас охлаждающие чары. Правда, это только я их так называл, на самом же деле это было грамотно испорченное боевое заклинание. В общем, на то чтобы преодолеть чуть более полутора километров по прямой мы потратили без малого два часа.

— Как странно, — пробормотала Хоро и оглянулась на меня. — Слушай, скажи, а это, в самом деле, крепость, из которой генерал должен был командовать армией?

— С чего бы это вдруг у тебя такие вопросы возникать начали? — с улыбкой спросил я, выйдя, наконец, на самую высокую точку этого не то холма, не то отдельно стоящей небольшой горы и осмотрелся.

Невзирая на форменное пекло и усталость я с большим интересом принялся разглядывать округу. И посмотреть, в самом деле, было на что. Отсюда наши грузовики были как на ладони. Думаю тот же Хирано со своей винтовкой, которую мы ему прикупили по случаю вливания в наш коллектив, мог бы отсюда без особого труда перестрелять всех как курей. А вот мы здесь надежно прикрыты достаточно густыми деревьями. И я не хочу показаться параноиком, но при всей своей неказистости, деревья на этом холме подозрительно густые.

Закончив любоваться округой, я сориентировался на местности и обернулся к своей подруге.

— Хоро?

— У меня такое ощущение, что это не резиденция генерала, а какой-то тайный схрон. Не спорю, место хорошее и округа просматривается, но вот как сюда будут добираться гонцы или простые солдаты ума не приложу. А если сёгун с проверкой приедет, что делать? Тоже на своих двоих по склону полезет?

— Ну что же, тогда я открою карты, — вздохнул. — Я знать не знаю, что здесь на самом деле должно было располагаться. Знаю только, кто именно и когда это построил, вот собственно и всё.

Поманив девушку за собой, я спустился с обратной стороны этого холма метров на пятнадцать и перед нашим взором открылся вид на вход в пещеру. Вход обильно порос кустарником, поэтому если бы не моё послезнание мы бы эту норку ещё нескоро нашли. По крайней мере, Хоро лишь языком прищелкнула и головой покачала, пробормотав что-то про незаметность. И я сначала не понял, о чем именно она говорит, но когда обошел вход по кругу неожиданно обнаружил, что понять что это именно вход в пещеру можно с одного лишь ракурса с других ничего не видно.

Хмыкнув я смело вошел в пещеру, но удивительно крепкие руки моей напарницы выдернули меня обратно как пробку из бутылки.

— Дурак, ты что не чувствуешь, что там кто-то есть? — прошипела девушка и, принюхавшись, расплылась в довольной улыбке: — О, кажется, я нашла начинку для пельменей.

Буквально впрыгнув в пещеру, она моментально растворилась в темноте. Однако секунд через десять раздался её торжествующий клич, затем странный звук и истошный собачий визг и визг этот повторился еще трижды. Только через пять долгих минут наружу вышла довольная Хоро с добычей в руках. Точнее она волокла за собою четыре туши, которые ещё недавно были волками. И я, конечно, знал, что она терпеть не может собак, но учитывая то, что осталось от волчьего племени, их она видимо ненавидела еще больше.

— Плохо, что у нас с собою куриных яиц нет, — расстроенно пробормотала девушка, бросив свою добычу у входа в пещеру. — Тесто у пельмешков пресное получится.

— Кто о чем а Хоро о жрачке, — вздохнул я и уточнил: — Откуда такая ненависть к псовым?

— Да есть за что, — фыркнула девушка и, помолчав, всё же ответила: — Много наших от этих блохастых тварей пострадало. А уж когда ввели запрет на убийство собак, так и вообще житья не стало. Маленькие кицуне ничем от человеческих детей не отличаются. Особых сил у них нет, да и магии тоже, однако чем-то мы собак привлекаем… у меня так племянника загрызли. Среди людей тоже жертвы были. Отсюда и повелось делать из них начинку для пельменей или котлетки на пару. Это одновременно и месть и способ пережить голодную зиму.

— Да уж, история, — вынув из сумки бутыль WDшки я поднял взгляд на Хоро. — Теперь-то пройти можно?

— Теперь можно, — кивнула девушка и отступила в сторону.

За неимением фонарика пришлось подсвечивать себе телефоном, однако и этого хватило, чтобы обнаружить хорошо сохранившуюся железную дверь. Впрочем сохранность этой двери у меня удивления не вызвала так как мне было прекрасно известно что внешний слой был выполнен из самой настоящей нержавейки.

Пролив дверь по периметру WDшкой я выждал несколько минут и ещё раз повторил процедуру. Удивительно, но пока что всё соответствовало тому, что я знал. В моём мире данный объект обнаружили уже в мирное время, тогда у нас была большая программа по поиску утерянного вооружения, незарегистрированных бункеров, укрытий и прочего разного, что обычно в изобилии остается после любого военного конфликта, тем более после конфликта планетарного масштаба. Этот же бункер был мне известен потому, что я был в группе, которая его вскрывала. Так что я прекрасно знал, что все запорные механизмы данного укрытия электромеханические и, что куда важнее, они всё ещё работают, чего нельзя сказать об источнике электропитания. Собственно в этом и заключается моя идея. Вместо того чтобы срезать довольно толстую железную дверь я решил воспользоваться послезнанием и запитать силовую линию которая по недосмотру выходит в этом месте наружу. Не знаю, уж как так получилось, но отсутствующая лампочка над входом она подключена к той же силовой линии, что и запорный механизм. Хотя, может это и не ошибка проектирования вовсе.

Сказано — сделано.

Подключив аккумулятор к линии, я сосредоточился и вставил вектор в неприметное отверстие рядом с дверью.

Вообще-то открываться эта дверь должна была довольно сложным ключом, в котором кроме самого ключа была ещё и какая-то электроника, и даже несколько постоянных магнитов, но так как времени прошло уже довольно много, вся электроника уже скисла. И для того чтобы она сработала надо было лишь подать необходимое питание и разблокировать механическую часть замка.

Дверь вздрогнула, подтеки WDшки по периметру двери вспенились, и мы услышали короткий шипящий звук больше похожий на свист. И да, это одна из причин по которой я запомнил именно этот объект. Сейчас этому укрытию шестьдесят лет, в моем мире, когда мы его вскрывали, ему было восемьдесят, но даже тогда в нем было избыточное давление, правда, не за первой дверью.

Немного подождав, я налег на дверь всем своим весом и она хоть и неохотно, но сдвинулась немного вовнутрь. После этого я воспользовался векторами телекинеза и неспешно сдвинул её вбок, стараясь даже теоретически не повредить запорный механизм. Потом можно по ней хоть молотком стучать, но не сейчас.

— А что, вторую открывать не будем? — удивленно спросила Хоро, когда я зашел вовнутрь небольшого помещения и принялся закрывать только что открытую дверь.

— Конечно же, будем, но пока внешняя дверь не закрыта, внутренняя будет заблокирована.

Объяснив ситуацию подруге, я закрыл внешнюю дверь, воспользовавшись ручным приводом, и это серьезно облегчило мою задачу. Со второй же дверью было куда как проще. Заливать WDшкой её не пришлось достаточно было повторить трюк с вектором и переждать неприятный удар по ушам, при выравнивании давления.

— Не хочу показаться глупой деревенской девкой, но эта нора меня пугает, — призналась Хоро. — Тут сухо и совершенно не пахнет крысами. Для заброшенных катакомб это ненормально.

— Так я же уже говорил, что это укрытие, а не катакомбы, — пожал плечами.

— Раз в земле, значит катакомбы, — не согласилась со мною напарница, подозрительно принюхиваясь.

— Ну, хорошо, называй, как хочешь.

34. Учёт и контроль

**

Удостоверившись, что объект вчерне соответствует моим ожиданиям, мы под лисьи стенания вернулись к ребятам, которые тоже были заняты делом. К сожалению Хоро у нас была только одна, поэтому они были вынуждены выскакивать из прохлады крытого кузова, минут десять заниматься делом, а потом сломя голову нестись обратно для охлаждения. И всё бы ничего, но как только солнце скрылось за тучами, температура не только не уменьшилась, она лишь увеличилась, а жара превратилась в адову духоту.

Забавно, но столь незначительное с моей точки зрения событие серьезно повлияло на группу. В глазах у детишек появилась растерянность, а местами даже страх. Ну, в последнем виновата Вика, которая была родом из этих мест и которая честно ответила на вопрос о нормальной тут температуре.

Закрепив заранее сделанные матрицы в своеобразную подвесную систему, которую подготовили ребята во время нашего с Хоро отсутствия мы получили весьма специфичное зрелище, а именно висящие в метре над землей грузовики. Однако не надо думать, что они стали легкими как пушинки, нет, масса никуда не делась, и мы натурально как бурлаки впряглись в упряжь и потащили висящие в воздухе машины за собой через овраг, горную реку и прочие буераки. Учитывая погоду, работа была адова во многих смыслах этого слова.

Когда мы дотащили технику до того места холма где располагался засыпанный грунтом грузовой портал ведущий в своеобразный гараж, ребята чуть не разрыдались от счастья. Когда Хоро сбила засыпку, и мы общими усилиями вскрыли створки, на нас пахнуло холодом и сыростью. Понятно, что нам, после сорокаградусного зноя десять градусов показались натуральной морозилкой, но вот запах сырости и откровенно грустное состояние стен расстраивало.

К счастью это был внешний, так сказать вспомогательный объем укрытия. Фактически он был не герметичен и за прошедшие годы очень сильно пострадал, но нам он был нужен исключительно для того, чтобы машины под открытым небом не оставлять.

Судя по напряженным лицам, ребята ожидали куда большего, видимо они думали, что это и есть тот самый бункер, про который я им говорил. Но, на удивление, вопросов никто не задавал, от слова совсем. Что бы они ни подумали сейчас, все оставили свои мысли при себе. И это, наверное, хорошо.

— О! Вот это другое дело, — принюхавшись, одобрительно кивнула головой Хоро. — Вот это место похоже на катакомбы. Не то, что прошлое.

— Прошлое? — удивленно вскинув брови, переспросил Рюто.

— Этот объект состоит из двух частей, — вздохнув, решил сразу расставить всё по своим местам. — Внешний периметр это обычный ДОТ. Тут даже законопаченные капониры под пушки и пулеметы есть. Внутри же располагается герметичный объем укрытия, в который мы сейчас и пойдем.

— Вот оно что, — протянул брат, да и у остальных настроение немного улучшилось.

— Хоро, как засыпешь вход, иди к пещере, я тебе дверь открою, — махнув рукой, указал на створки. — Так, ребята, нам надо закрыть эту ржавую рухлядь.

Видимо одной лишь прохлады было достаточно для того, чтобы мои спутники принялись демонстрировать трудовые подвиги на грани героизма. Закрыв вход, мы услышали, как тонны грунта опять наваливаются на створки. К сожалению Хоро работала на пределе и после всех её подвигов, которые она демонстрировала последние два дня, ей придется отлеживаться. Но учитывая то, что в ближайшее время я планировал исключительно благоустройство этого места, это была не высокая цена за скорость и удобство.

Пройдясь по, откровенно говоря, пострадавшим от времени и влаги коридорам мы, оставляя на стенах штыри с осветительными матрицами, таки достигли основного входа в объект. Нас опять встретила добротная гермодверь из нержавейки, которая до такой степени сильно дисгармонировала с виденными ранее створками, что ребята невольно с шага сбились.

— Пи*дец, — озвучил общее мнение Кота. — Это что, шлюз?

— Он и есть, — кивнул и, не закрывая внешнюю дверь, открыл внутреннюю. — Мы с лисицей уже отключили ограничители, иначе нам пришлось бы ещё и шлюзование производить.

— Офигеть, — в это раз не сдержался Рюто, когда мы зашли внутрь. — Да тут в волейбол можно играть.

К счастью все заморочки с обороной располагались во внешней части и достаточно было преодолеть короткий коридор, чтобы попасть в центральное помещение. Тут уже были осветительные матрицы, которые я накидал при первом нашем сюда проникновении, поэтому все желающие могли убедиться, что до потолка здесь метров пять-семь, да и вообще достаточно просторно. Не улица конечно, но и не нагромождение узких коридоров.

— Бр-р, — охватив себя руками, поежилась Вика. — А тут прохладно.

— После уличной духоты это и неудивительно, — кивнула Саэко, с интересом осматриваясь. — Ну что же, даже если тут кроме этого помещения ничего больше и нет, тут можно вполне комфортно расположиться.

— Помещений тут, в самом деле, не много, но выкруживать[3] не придется, — включил фонарь и провел лучом света по стенам. — Слева и справа есть небольшие комнаты… Ну как небольшие? Метров по двадцать каждая. Десять штук. Всем хватит. Там дальше технические помещения, а также кухня, туалет и душевая.

— Душевая?! — синхронно, словно долго тренировались, переспросили ребята.

**

— Рис пропаренный, шестьдесят пачек по восемьсот грамм, — пробормотала Вика. — Сорок восемь килограмм в сумме.

— Интересно, а сколько это будет в коку? — взмахом каллиграфической кисти записав число на бланке, Хоро заглянула за плечо своей напарницы и нахмурилась. — Свертков много, но они какие-то маленькие.

— В коку? — задумчиво переспросила Вика. — Коку это же сто восемьдесят литров примерно? Хм… А тут килограммы.

— М? — непонимающе переспросила аякаси.

— Насыпная плотность риса мне не известна, но допустим, что она такая же, как и у зерна, — продолжила бормотать Вика. — Тогда тут примерно треть коку.

— Чёт маловато, — шмыгнув, заволновалась Хоро. — Нам этого на год точно не хватит.

— Да хватит, не переживай. Просто будем есть его не каждый день, а раз в неделю, — отмахнулась девчонка. — Зато свежей скороспелой картошки удалось взять, и она даже не успела испортиться от перегрева.

— Я этот плод только в вашем мире увидела, — с сомнением покосившись на сетки, Хоро пояснила свою мысль: — Боязно уходить в зиму с незнакомыми продуктами.

— Тут я тебя понимаю. Мне вот тоже боязно, но из-за того что у нас нет запаса дров и угля, — кивнула Вика. — С другой стороны мальчишки собрали этот свой вечный двигатель, и топиться[4] при необходимости можно будет электричеством.

— С такой погодой, что сейчас снаружи, про дрова даже думать жарко.

— Эт точно, — передернувшись всем телом, Вика закончила пересчитывать очередные пачки: — Гречка, сто пачек по девятьсот восемьдесят грамм… Сраные маркетологи, слава богу, их всех заживо съели.

Шорох кисти и одобрительное сопение лисицы.

— Шесть мешков сахара по пятьдесят килограмм в каждом, — осмотрев тару, девчонка задумалась. — Мне вот всегда интересно было, сколько в мешках на самом деле сахара, а сколько влаги из воздуха.

— М?

— Сахар очень гигроскопичен, — пояснила Вика свои слова и с недоумением покосилась на свою спутницу: — Ты чего?

— Бр-р. Вы с Аки словно сговорились, — поежилась аякаси. — Каждый день столько новых слов.

— Скажешь тоже, — Вика улыбнулась впервые с начала инвентаризации. — Он мне сегодня напомнил каноничного безумного ученого из мультиков.

— Он не безумец, — нахмурилась Хоро. — Зачем ты так говоришь?

— А? — с недоумением посмотрев на свою возмущенную спутницу, Вика пару раз моргнула и расплылась в улыбке. — Извини. Ты говоришь без акцента, и я постоянно забываю, что русский язык для тебя не родной. В общем, это не было оскорблением.

— Извини.

— Было бы за что, — пожав плечами, девчонка ткнула пальцем в мешок. — Поставь его, пожалуйста, на весы.

Лисица без особого труда подняла мешок с сахаром и поставила его на старые, побитые ржавчиной весы.

— Пятьдесят четыре, — подвигав грузики, пробормотала Вика и распорядилась: — А теперь вон тот, что Аки в полиэтилен запаял.

Хоро пожала плечами и, схватив мешок на весах левой рукой, правой подхватила мешок в пакете. Одним движением заменив мешки, она хмыкнула:

— Они не одинаковые.

— Сорок два, — кивнула девчонка и нахмурилась. — Интересно, это производитель так обманывает или это те бандиты со склада постарались?

— Нас обвесили? — потемнев лицом, уточнила Хоро. Кисточка для записей захрустела в её пальцах, а в глазах стало появляться желтоватое свечение. — За кого они нас принимают?!

— По всей видимости — да, обвесили. Но не волнуйся, кто бы это не сделал, он уже мертв. Или зомбями съедены или сгорели во взрыве, который Аки устроил.

— Месть это дело достойное, но в такую погоду лучше в норе посидеть, в прохладе, — покивала аякаси и уже знакомо замерла без движения, словно бы прислушиваясь.

— Хоро?

— А? — даже вздрогнула бывшая лисица. — Что?

— Ты уже неделю к чему-то прислушиваешься. Всё хорошо?

— Да как тебе сказать, — принюхавшись, Хоро опять замерла, но лишь на пару секунд. — Словно зовет кто-то. Но это невозможно, я тут одна.

— Ребята говорили, что тебя сюда потоком духов затянуло, может, ты какого-нибудь особо сильного духа чуешь?

— Духи совершенно по-другому ощущаются. Да и ощущение слишком слабое.

— Ну, значит, просто нервы шалят, — пожала плечами Вика. — Может уговорить ребят на праздничный ужин? Наготовим вкусняшек.

— Я только за, — с восторгом вскрикнула аякаси и даже подпрыгнула на месте, но почти сразу расстроенно вздохнула: — Жалко только волчьи туши заморозили «на черный день». Можно было наделать котлеток на пару.

— Одному богу известно, что эти волки ели в последнее время, — поежилась Вика. — Так что извини, но Аки прав.

— Да я что? Я ничего, — вновь вздохнула лисица и растерянно вскинула голову, принюхиваясь.

— Хоро?

— Значит, не показалось, — оскалилась девушка. — Чую магию. Где-то рядом.

— Может быть это Аки? Он сейчас как раз на поверхности.

— На поверхности?! — прорычала аякаси, срываясь с места.

— Ой, ё-ё… — испугано ругнувшись, Вика набрала побольше воздуха и закричала что есть мочи: — Тревога!!!

Часть 35

**

Сознание возвращалось медленно и частями. Поэтому первое, что я осознал, это тот факт, что мой кот облизывает моё лицо. Затем начали возвращаться воспоминания, и появилось первое недоумение. Язык у этого мифического кота был слишком большой, скорее не кошачий, а собачий. Затем появилось обоняние, и мозг заполнился смрадом жженого мяса приправленный ароматом крови. Глаза открылись с определенным трудом, а когда открылись, картинка далеко не сразу была осознана мозгом.

Это явно было бредом, но судя по тому, что я видел, на моей груди топтался хорошо так погрызенный лис с когда-то белой шкурой. А над нами обоими возвышалась лисица рыжая, но размерами небольшого пони. И эта лисица, откровенно говоря, белую лисичку сейчас и грызла.

— Лечи, с*ка, лечи, я кому говорю, — злобно покусывая белую лисичку, порыкивала рыжая.

— Но я не умею работать с душами, — захныкала белая лисица, но хныканье перешло в дикий визг, когда рыжая лиса без затей откусила заднюю лапу у лисицы белой.

— Не е*ёт! Лечи! — яростно клацая зубами, прорычала рыжая. — Закончатся лапы, начну отгрызать хвосты. Усёк?!

— Сжалься, сестрица-а-а… А-а-а!

— Лечи его, иначе я продолжу жрать тебя заживо. Лечи его! Лечи!!!

— А-а-а!!!

— Хоро! Он открыл глаза. Хоро!!!

— Что? Глаза?! — растерянный рык рыжей лисицы и жесткий удар лапой сносит недоеденные «остатки» белой лисички с моего тела куда-то в сторону. Огромная лисица смотрит на меня пристальным взором фосфоресцирующих глаз. И всё бы хорошо, но кровища налипшая на мех этой зверюги начала капать на меня. — Извини! Извини-извини!!!

Зверюга окутывается свечением и всё что на меня успело накапать, словно по волшебству (впрочем, почему «словно»?) принялось разлетаться в стороны. Даже смрад горелого мяса пропал, сменившись лёгким ароматом каких-то трав.

Какие-то отчаянные люди отогнали лису-переростка от моего тела и попытались приподнять, из-за чего я хоть и испытал не самые приятные чувства, но память, наконец, вернулась ко мне. Перепуганные, заляпанные пеплом лица ребят заняли меня всего на секунду. Судя по тому, что я видел, все были живы и если даже пострадали, то не очень сильно. А вот с нашим противником всё было куда веселей.

У меня хоть и не хватает куска воспоминаний, но судя по всему, после того как мы с Хирано услышали взрыв, произошло нападение неизвестных. И, как я вижу, напали на нас не совсем обычные персонажи. И бог бы с ними, с десятками сожжённых костяков, это явно Хоро лютовала, куда интереснее белая лисичка, а точнее всё то, что от неё осталось на данный момент.

— Да прекрати ты суетится, — прикрикнула Саэко и буркнула раздраженным тоном: — Лучше охлади здесь всё.

Синеватый всполох и раздражающая духота сменяется даже не прохладой, а добротным таким холодом.

— Ты что творишь, дура шерстяная? — рыкнула Саэко, а затем раздался удар по чему-то мягкому. — Простудятся же.

Вновь прошел голубоватый всполох, и холод сменился приятной прохладой.

Пока всё это творилось, вернулась чувствительность в конечности и я даже смог приподнять руку и оттереть изорванным рукавом глаза. К сожалению, на этом заряд бодрости закончился и меня опять вырубило.

**

Почти обычное утро, почти обычного дня. Проснувшись, прислушался к собственным ощущениям, но ничего подозрительного не заметил. Воспользовавшись гигиеническим блоком, а точнее зеркалом в нем, с удивлением обнаружил, что здоров. Ни тебе синяков, ни тебе царапин. Только излишняя худоба и бледность говорит о том, что недавно что-то произошло. К сожалению, память так и не вернулась. Помню только то, что на нас какие-то странные зомби напали, а остальное как в тумане.

Сверившись с карточкой, что была наклеена на душевую кабинку, убедился, что с водой у нас всё хорошо, и я могу с чистой совестью ополоснуться. А то пока скважину не организовали, приходилось превозмогать обстоятельства.

— Какие странные, но удивительно знакомые ощущения, — взяв дежурное полотенце из стопки, пробормотал я, прислушиваясь к самому себе.

Давно, лет, наверное, десять тому назад, а может и больше, был в моей практике такой момент, когда меня чем-то непонятным нахлобучило. Но тогда как раз появилось то самое, инновационное оборудование и я списал всё на простуду, сконцентрировав своё внимание на железках.

Однако сейчас я отчетливо понимаю, что это не простуда, это состояние наступило после нападения тех неизвестных хмырей и, скорее всего, нападение было с применением волшебства. Но, в моём мире не было магии и откуда тогда схожий эффект?

— Боженька? Жив?! — буквально ввалившись в помещение, протараторила Хоро. — Ты себя хорошо чувствуешь? Каналы не жжет?

— Какие ещё каналы? — завернувшись в полотенце, уточнил я у подрагивающей от радости аякаси.

— Эти подонки ударили в тебя заклинанием разрыва души, — очень «понятно» объяснила подруга. — Я пожирала их заживо, но они врали, что не могут тебя вылечить.

— В моём родном мире никто не владеет магией, может и привычной для тебя души тоже нет?

— Э… — девушка уставилась на меня растерянным взглядом. — Вообще-то я никогда не проверяла её наличие, пока в тебя этой гадостью не стрельнули.

— Ладно, всё это тлен, — вздохнул, откладывая на потом очередной странный вопрос. — Долго я без сознания валялся?

— Двадцать семь часов, — уверенно ответила аякаси и дополнила: — Из врагов до текущего момента дожил только один. К моему стыду, это мой родственник из клана снежных лисиц. Я отъела ему пару хвостов, чтобы знал своё место, но, если что, в его текущем состоянии и обычные пытки тоже хорошо подействуют.

— Родственник? — задумчиво переспросил я, вспоминая небольшую лисичку, у которой другая лисица без затей откусила лапку. — Лапу я помню, а хвосты зачем?

— Он без особого уважения отзывался о Благодетеле, этой аякаси пришлось принять меры, — говоря о себе в третьем лице, ответила девушка и склонила голову. — Я прошу прощение за недостойное поведение родственника. Если у него вновь возникнут хотя бы мысли о подобном, я лично растерзаю его.

Ну вот, опять какая-то восточная специфика полезла. У меня, в каком-то смысле контузия, а приходится такие страсти выслушивать. Как по мне, глумиться это нехорошо. Хочешь убить — убей, но глумиться то зачем? Впрочем, если этот её родственник тоже аякаси, то вполне возможно, что отгрызенные лапы и хвосты могут и отрасти. Всё же это не люди, а скорее энергетическая форма жизни.

— Так! Стоп! А с чего бы твоему родственнику устраивать на нас нападение? — неожиданно дошла до меня определенная тонкость момента. — И что за другие, про которых ты говорила?

**

— Вот ведь. Понаехали тут. Наш мир не резиновый, — фыркнула Саэко после того, как мы все собрались в обеденной зоне и обменялись мнениями.

Словно мало нам было зомбей, ядерной войны и прочей постапокалиптики, так ведь не только низшие духи и Хоро сюда попали. Как выяснилось из опроса пленника, к нам сюда попала группа магов из мира Хоро. Причем группа эта была специфичная даже по меркам того мира. Говоря прямо, к нам сюда занесло настоящего темного мага, лича, если точнее и некоторое количество обслуги. Вот племянник Хоро и был в составе этой самой обслуги.

Зачем они вообще к нам полезли? Так за ресурсами. Личу сильно поплохело после близкого знакомства с «ядренным батоном» и он решил прорываться в родной мир. Мол, там для него тоже не лепестками роз выстлано, но хотя бы такого безумия не наблюдается, чтобы ПУХ и несколько квадратных километров до состояния стекла пропекало.

И тут возникает разумный вопрос. А зачем им Хоро, если свой аякаси уже есть? А тут просто всё, хоть и по средневековому наркоманисто.

Хоро должны были израсходовать в ритуале насильно, ну а племянник за ради своего господина был готов пойти на это добровольно. Впрочем, у всех свои сексуальные предпочтения. Нравится кому-то заниматься этим с мертвой оболочкой — флаг в руки. Главное подальше от меня, я брезгливый.

— Были бы мы в манге, я бы предложил шлепнуть новенького, — кивнул Кота. — Небось, на случай пленения какой-нибудь алгоритм действий предусмотрен.

— А магические средства связи существуют? Ну, или маячки какие? — поддакнула Вика и мы все вздрогнули, когда наша штатная лисичка в человеческом обличье принялась колотиться головой о столешницу.

С превеликим трудом заломов руки Хоро, мы совместными усилиями оттащили её от обеденного стола и всё для того, чтобы она мгновенно успокоилась.

— Да что с тобой не так? — буркнул Такаши. — Никогда себя так не вела и вот опять.

— Дура! Ой, дура! — с отчаяньем в голосе пролепетала Хоро. — Существуют магические средства связи, существуют. Так что местоположение нашей норы теперь известно.

— Вот же… зараза… — брат, что молчал всё это время, раздраженно хлопнул ладонями по коленям. — И какие варианты? Опять бежать? Так на улице такая жара, что сдохнуть можно через полчаса без особого напряга.

— П-простите, я затупила, — продолжила убиваться Хоро. — Про руны совсем забыла. А у лича они с гарантией должны быть.

Отвлекшись от зрелища паникующей Хоро, которую успокаивали всем коллективом, я задумался над глупым, на первый взгляд, вопросом.

— Интересно, а они из любви к искусству друг друга шпилят или в этом есть какой-то практический смысл?

— Фу, б*ядь, — поморщилась Вика. — Ладно, ещё друг дружку, хоть и блевотно, но лича… фу… фу-фу.

— И в самом деле, к чему такие мысли? — тоже покривившись, уточнила Саэко.

— Так отпустим, болезного, так сказать, нехай сердца голубков соединится.

— С чего бы вдруг ты таким добреньким стал? — прищурился брат. — Или хочешь на него маячок повесить?

— Нафиг маячок, — оскалился Кота. — Давайте его заминируем.

— Я в фильме видела, что в заднице пакеты с наркотиками возят, — мгновенно придя в себя, внесла конструктив Хоро. — Надо просто вместо героина напихать туда взрывчатки.

— Боже, с кем я живу, — прикрыв лицо ладонями, вздохнул я. — И откуда в тебе это зверство?

— Чё сразу зверство? — обиделась аякаси. — Добровольно он на себе взрывчатку не понесёт, хвост даю на отсечение, не понесёт.

— Кстати да, а так стукнем по башке и, пока в отключке будет, натолкаем сколько влезет, — вступилась Саэко за Хоро.

— Ещё одна маньячка, — ещё раз вздохнул. — И бог бы с ним, что это какой-то лютый садизм, так ведь нет у нас взрывчатки. Нечего, так сказать, запихивать.

И тут все словно забыли про меня, и обсуждение разгорелось с новой силой.

— Значит маячок, — постановил Кота. — Хоро, чем можно лича пронять? Как бы нам так патроны доработать, чтобы эту хреноту можно было завалить.

— Кстати да, — кивнула Вика. — Расскажи, что это за ересь такая, понятно, что покойник, но хотелось бы подробностей.

Улыбнувшись, достал из кармана планшет, который транслировал картинку с камеры, которая была установлена в наспех переделанной под темницу комнате. Это конечно хорошо, что ребята такие боевые, но даже Хоро забыла, что слух у аякаси куда как лучше человеческого. Вот и сейчас было прекрасно видно, как глумливо, по-лисьи лыбится парнишка, явно подслушивая то, что обсуждают ребята.

Дурашка, он так и не понял, что всё то, что я планировал с ним сделать, я уже сделал, а происходящее это так, для отвода глаз, чтобы он искренне поверил, что его отпускают именно для того чтобы он невольно отнес маячок к своему хозяину.

А ещё, я немного переживал за Хоро. Всё же этот паренёк, перекинувшийся из погрызенной лисички, её кровный родственник. Всё же дружба дружбой, но мало ли?

Часть 36

**

Вынужден признать, что мана может оказаться удивительно полезным средством, когда ты с голой задницей за пределами привычного социума. Так-то, в нормальных условиях, я бы просто сделал заказ в городской сборочный цех или, при больших требованиях к точности на стратегические сборочные линии республики. А так да, мана, и крутись, как знаешь.

В общем, заряженный дезой лисёнок сдернул в нужном направлении и… и оказалось, что его дружки гораздо ближе, чем ожидалось. Собственно вражеский аякаси тоже удивился. Хотя, чего тут удивляться? Учитывая то сколько времени прошло с нашего побега из Японии, то я бы на месте этого лича тоже не выдержал и пошел делать всё сам.

Вместо месячного бомжевания, всё закончилось за три дня ровно. К счастью, из-за профессионального искажения личности, та схема, которая должна была сфокусировать энергию в небольшом объёме цели, она имела настройки для активации на каждый день, начиная со дня изготовления и на полгода вперед. В общем, руки сами собой провернули колесики настроечной схемы, и мы рванули с Хоро на пару поперёд своего визга, куда подальше от засветившегося малиновым светом девайса.

Идея была простой как мычание. Я уже применял в этом мире матрицу преобразования для взрыва. Я про тот самый кусок рельсы, которым я запугивал Хоро при нашем знакомстве. Он хорошо так жахнул, прям на загляденье. Доработанная версия этой схемы совсем недавно испарила целый склад с криминальным элементом. Не трудно было догадаться, что я повторю удачный опыт, просто немного изменю стратегию срабатывания.

В отличие от настоящей бомбы, матрица это всего лишь устройство, которое трансформирует существующую энергию. В данном конкретном случае, матрица фокусировала необходимый заряд, но, вместо того чтобы сразу же выпустить его в окружающее пространство, схема перебрасывала фокус туда, где находился маячок. Саму рельсу матрицы, конечно, тоже гробило, ведь КПД процесса был не стопроцентный, но нам нужно было отбежать буквально метров на двадцать, чтобы отделаться лишь ударом взрывной волны в спины, а вот там где находился маячок, на мгновение вспыхнуло солнышко.

Мы хоть и находились почти в километре от логова врага, но, тем не менее, смогли пронаблюдать хоть и жиденький, но вполне себе грибочек. Судя по тому, как разбросало стволы деревьев, и тот пожар, который начался следом, получилось что-то около пятидесяти тонн в тротиловом эквиваленте. Примерно в два раза меньше чем должно было быть, если противник оказался там, где мы планировали.

Хоро торопливо скинула одежду и, словно бы засветившись, перетекла в форму лисицы, здоровенной такой зверушки, тех самых габаритов, которые я видел, когда очнулся после приснопамятного нападения. До рыженькой совсем недавно дошло, что раз вероятность умереть от магического истощения пропала, то и смысла экономить попусту нет. Учитывая же разницу в массе между маленькой лисичкой и человеком, вполне логично было предположить, что и до размеров небольшого пони она тоже может дорасти при необходимости.

Пока Хоро привыкала к габаритам своей боевой ипостаси, я накидывал на неё специально сшитую сбрую и своеобразное ожерелье с одноразовыми матрицами. Точность удачным образом нивелировалась маной, превращая и так страшное в боевом плане существо в локальную имбу. Если раньше Хоро могла на БТРы кидаться, то сейчас со всей этой требухой она могла и танчикам сделать а-та-та. И не только танчикам. Низколетящим целям, после обучения, она тоже смогла бы выдать пи*дюлей. Впрочем, в боевом обличии она не могла действовать долго, так что отбрасывать здравый смысл и начинать доминировать мы даже не планировали.

Нестись верхом на волшебной лисице было страсть как неудобно и муторно, но в деле участвовали маги, а значит, требовался пригляд и контроль.

Проносясь галопом через эпицентр взрыва, я невольно отметил размеры кратера, но почти сразу же отвлекся на то, чтобы спрыгнуть с лисицы и перекатом погасить инерцию. И, пока я катился по земле, Хоро уже действовала. Учитывая довольно большой срок нашего знакомства, она мастерски использовала мои матрицы для усиления своей волшбы, что и продемонстрировала на чудом выжившем личе.

Да-да, приспешники лича испарились или разлетелись фрагментами тел по округе, а сама гнилуха хоть и сгорела наполовину, но всё ещё брыкалась. Опасный противник, живучий.

Пока я семенил на своих двоих, Хоро с запасом отработала по цели, да так, что получился свой собственный кратер, пускай и меньше основного.

— Как-то оно… — Хоро было трудно говорить из-за непривычных габаритов, строения челюсти и держателя пластин, но она всё же смогла закончить фразу, — …слишком просто.

— И часто у вас аякаси в боевой форме херачат в противника при помощи усиливающих, так сказать, артефактов очередями?

— Никогда такого не слышала, — ответила огромная лисица и, открыв пасть, тряхнула головой, из-за чего держатель пластин с матрицами упал на землю. — Надо его обмотать чем-то, а то вкус железа неприятный очень. Мешает.

— Ты что же, думаешь, мы ещё так воевать будем? — хмыкнул я.

— Как мне исполнилось пять, я с братьями ушла служить местному государю. С тех пор, не было ни одного года без войны. Думаешь, здесь будет не так? — щелкнув зубищами, огромная лисица лукаво прищурилась. — Войны не будет лишь на том свете… но это не точно.

Оставив рыжую остывать после боестолкновения, прошелся по округе. В принципе, если бы не аномальная чуйка лича, то его бы вместе с остальными испарило, но он, судя по всему, в последний момент кинулся от своих подельников куда подальше и даже какую-то защитную магию наложить успел. Впрочем, шерстяной БТР проехал по нему и не заметил.

— Не тронь! — клацнув зубами, рыкнула Хоро, что быстро, в два прыжка подбежала ко мне. — Это гниль, плохая мана, ловушка.

— Даже не собирался, — честно ответил взволнованной напарнице, рассматривая странного вида серый газ, что собрался в углублении. — Что за фигня такая?

— Разновидность маны, добывается из душ замученных существ. Подождем пока плотность не уменьшится, а затем надо будет всё здесь зачистить.

— А если просто так бросим?

— Лет через десять само распадётся, но лучше убрать.

Пока Хоро подчищала нематериальные остатки от нашей атаки, я расширил зону поиска и прошелся там, где лес, по каким-то причинам, не загорелся.

На удивление, но ничего я не обнаружил. Чуйка твердила мне, что я что-то упустил из виду, но, сколько бы я не искал, ничего не находилось. В итоге я плюнул на это своё ощущение и вернулся на получившуюся поляну с кратером.

— Закончила?

— Ага, — кивнула огромная лисица и, вскинув морду вверх, спросила: — Аки, ты не знаешь, что это за жужжащая штучка в небе висит?

— Что? Где? — вскинув голову, зашарил взглядом по вечернему небу, но ничего не увидел. Даже туч не наблюдалось, я уж не говорю про последствия взрыва, их уже растащило ветром за время нашего тут пребывания.

— Не туда смотришь, выше, на два часа.

— Это ты фильмов про спецназ насмотрелась? — уточнил я со вздохом. — Хоро, не усложняй, лапой покажи.

— Вон, туда смотри, — буркнула лисица, указав в голубое небо.

Я некоторое время шарил взглядом в указанном квадрате, но в итоге лишь шея заболела и я, видимо от безысходности, воспользовался матрицей со схемой «бинокль». Небольшая схема создавала систему из воздушных линз, на некоторое время, создавая аналог подзорной трубы. В чистом виде игрушка, но, так как настоящего бинокля у нас не было, приходилось пользоваться тем, что было. И, случайно или так звезды сошлись, но я, наконец, увидел то, на что указывала лисица, да ещё с хорошим приближением, пускай и на краткий миг.

— Да вы, блядь, издеваетесь?

— Увидел?

— Да, это гексакоптер и у него камера с большим зумом на подвесе, — развеяв технику, ответил я. — Надо же, а я думал они ещё не существуют.

— Сбить?

— А сможешь?

— Не уверенна, — помолчав, ответила лисица. — Аки, как думаешь, это враг?

— Скажи-ка мне, у кого на этой планете гигантские волшебные лисы в друзьях?

— …

— Ладно, что сделано, того не воротишь, — помассировал переносицу и попросил: — Помнишь, фильм перед выходом смотрели?

— Ну.

— Отдай честь в сторону этой штуки.

— Хорошо, — согласилась подруга и, вскинув морду, образцово-показательно изобразила воинское приветствие. — А в чем смысл?

— А чтобы не только у нас головы после этой встречи болели.

**

Пошутив над неизвестными, Хоро накрыла довольно большой кусок леса дымкой, благо после уничтожения вражеской маны окружающая среда охотно выполняла хотелки рыжих аякаси.

Под прикрытием своеобразной дымовой завесы мы с Хоро совершили марш-бросок метров на пятьсот в сторону, после чего она перекинулась в человека, переоделась и мы, максимально прикрываясь стволами деревьев, пошли восвояси. От хорошей техники это вряд ли спасёт, но тут сейчас самое начало двадцать первого века, так что многого ожидать от гражданской, скорее всего, техники, не стоит.

— Ушел на север, — оповестила Хоро минут через тридцать.

— Очень долго висел, странно это, — поправив лямки на рюкзаке, пояснил: — Удачные аккумуляторы только через пять лет должны были создать. А одноразовые источники для боевых дронов через пятнадцать.

— Кота говорил, что новые вещи попадают в продажу не сразу, иногда проходят годы, а до этого они где-то лежат, — нахмурившись, вспомнила Хоро.

— Вообще-то он сказал не так, но я тебя понял.

Часть 37

**

Трехдневная беготня по лесам и весям сразу после ранения каким-то сомнительным заклинанием аукнулась хоть и не длительным, но постельным режимом. Ну а когда я почувствовал, что здоров и полон сил, оказалось, что у нас в убежище произошел тихий такой переворот. Я в том смысле, что ребята сели, обсудили промеж себя и организовали самоуправление. Из забавного было то, что каждый день назначался старший, который, с одной стороны, имел внушительные полномочия, но, при этом, так же становился дежурным по кухне.

И тут я бы мог смахнуть скупую слезу, мол, какие молодцы, взяли свою судьбу в собственные руки, но… меня почему-то назначили не то вожаком, не то старостой, если в школьной терминологии говорить. В общем, хрен мне, а не пропетлять мимо обязанностей того, кто будет отвечать за всё. Впрочем, уже не первый день, в той или иной мере этим занимаюсь.

— А где все? — поинтересовался я у Вики, которая кантовала некий полупрозрачный пакет, в котором виднелись куски лука и, вроде бы, мяса.

— Ой! — вздрогнула девушка, резко обернулась и резко успокоилась. — Привет, Аки. Сейчас все на поверхности. Погода резко улучшилась.

— Улучшилась, говоришь? — нахмурившись я принюхался. — Неужто шашлыки жарить собрались?

— Ага, — одновременно радостно и расстроенно ответила она мне. — Это последнее, дальше будет только сушеное и прочая консервация.

Забрав не такой уж и легкий пакет у Вики, пошел к выходу. Судя по тому, что я видел, детишки не страдали бездельем, ибо наше убежище было, прямо скажем, облагорожено. Были видны даже следы ремонта проводки. Видимо Такаши исполнял свою программу-угрозу: каждому жильцу убежища по личной розетке. Шучу, конечно, но не до конца.

Выбравшись на поверхность, поразился тому, что больше не чувствуется этот поднадоевший уже аромат горячей пыли пополам с вездесущим смрадом дыма. Казалось, что мы переместились в прошлое, ибо было конечно тепло, но именно что тепло, а не удушающе жарко. В воздухе даже чувствовалась какая-то влага, из-за чего дышать было не в пример легче, чем во время нашего марш-броска. Да и легкий ветерок, приятно холодил разгоряченную голову.

Истосковавшиеся по виду неба и прохладе, детишки обратили на моё появление куда меньше внимания, чем могли бы, поэтому мы успели начать нанизывать мясо на шампуры, когда народ стал подтягиваться к огню.

— Наконец-то погода починилась, — баюкая кружку с соком, счастливо улыбнулся Рюто. — Слава всем богам, что мы пережили трудные времена.

— Пережили? — непроизвольно вздохнув, поднял голову к небу и полюбовался голубым, абсолютно чистым от туч небом.

И всё бы хорошо, но из-за оптических особенностей складывалось впечатление, словно мы находимся внутри огромной сферы. Небо казалось каким-то далёким и удивительно… кхм… выпуклым. Ощущение не портилось даже при взгляде на горизонт, где голубизна неба переходила в более темный оттенок, я бы даже сказал, ближе к фиолетовому. Однако, учитывая несколько месяцев дыма и гари, уже никто не обращал внимания на не самый обычный вид окружающего нас пространства.

Я вежливо улыбнулся и продолжил подготовку мяса, поглядывая краем глаза за тем, как Такаши на пару с Саэко пытается изобразить что-то из японской кухни. Дела у них шли неважнецки, но нагреть емкость с маслом они всё же смогли и, вроде бы, что-то даже получалось с готовкой. Просто получалось оно средненько, на троечку, но для ребят был важен процесс, судя по всему, а не какой-то там результат. В общем, развлекались.

— Ты улыбаешься, но тебе не весело, — подозрительно прищурившись, излишне громко заявила аякаси, что была сейчас в своём человеческом обличии, да ещё и одета на загляденье. Моё тельце неожиданно вспомнило, что «оно» мальчик и мне пришлось перевести взгляд в сторону, чтобы не усугублять.

— Думаешь?

— Чую, — наставительным тоном заявила рыжая и уточнила: — Сейчас я вызвала у тебя определенный интерес, но ты всё равно продолжаешь думать о чем-то другом.

— Не всё вращается вокруг этого самого, знаешь ли.

— Я понимаю, не дурная же, — аякаси прищурилась с ещё большим подозрением. — Моё чутьё подсказывает мне, что что-то не так, но ты словно знаешь в чём именно дело.

— Вот же настырная, — я улыбнулся ещё более беззаботно, но что-то и остальная компания принялась сверлить меня подозрительными взглядами. — Да ладно вам, такой погожий день. Давайте есть и веселиться.

— Брат, да ладно тебе, — Рюто взял инициативу в свои руки. — Мы уже всякого насмотрелись. Что на этот раз? Нашествие инопланетян?

— Ну, как бы, если шире смотреть на определения, то с инопланетянами мы уже закончили. Те гады, что на нас недавно напали, они же не с этой планеты. Если так подумать, то самые что ни есть инопланетяне получаются.

— Боженька, не заговаривай зубы, я тебя не первый день знаю.

— Ну… — положив последний шампур на импровизированный мангал огляделся. — Не хотелось бы говорить банальности, но… зима близко.

— Ну, так-то да, в здешних местах снег уже в октябре выпадать начинает, — кивнула Вика. — Правда, обычно, раньше ноября он землю не закрывает. Так что через несколько месяцев, в самом деле, будет зима.

— Вообще-то я не про календарную зиму сейчас говорил, — протер руки одноразовым полотенцем. — Хотелось бы ошибаться, но, судя по виду неба, первый заморозок ударит через день-два.

— Ааа… — схватившись за голову, взвыл Кота и вызверился на нас квадратными глазами. — Ребята, да что же это мы, совсем отупели?

— Ты о чём это сейчас? — нахмурилась Саэко.

— Неделю в тишине, в безопасности просидели, и в головах опустело, вот я про что, — рубанув ладонью по воздуху, резко ответил Кота. — Вы что, забыли уже, что совсем недавно было?

— Ты про зомбиапокалипсис что ли?

— Я про ядерную, мать её, войну! — рявкнул обычно тихий парень и вскочил на ноги. — Вы, вроде бы, под водой в это время были, а я на берегу был, успел насмотреться.

— Ну, так-то, мы с братом и Хоро первыми чуть под раздачу не попали. Но ты к чему про это сейчас?

— Вы что, забыли про ядерную зиму?

— Так Аки говорил, что её не будет.

— Нет, он сказал не так, — затряс головой Кота. — Он сказал, что погода сойдёт с ума. Он сказал, что будет и жара адская и ветра штормовые. Он не говорил, что морозов не будет.

— Чтоб тебя, — почти синхронно пробормотали остальные и столь же синхронно повернули свои головы ко мне. Даже мурашки по спине пробежали, от такого зрелища.

— Ну что вы на меня так смотрите? Я не Нострадамус, но, как бы, в будущее могут смотреть не только лишь все.

— Что? — опять хором вопросили ребята.

— Ну не знаю я будущего, тем более поминутно, так что могу ошибаться, иногда сильно ошибаться, но да, Кота прав, ядерная война в самом деле была на этой планете, и мы ощутили ещё не все последствия.

— Да вы что, серьезно? — обхватив себя руками, нервно спросила Саэко. — Было же уже холодно и град, и даже снег был. Разве этого мало?

— Так это что, — начал было Рюто, но закашлялся. Справившись с собой, он испуганно вопросил: — Если жара до пятидесяти подымалась, то, что будет, когда похолодает?

— Да чего вы так распереживались? Вон, на Оймяконе такие температуры каждую зиму и ничего, живут же как-то.

— Я правильно расслышала? Оймякон? — взбледнула Вика. — Да там же до минус шестидесяти пяти градусов холода бывают. Ты в своём уме? Ты хоть понимаешь, насколько это холодно?

— Да ладно тебе паниковать, — подмигнул девчушке. — В нашем коллективе есть настоящая волшебница и я, богомерзкий читер, как-нибудь выкрутимся.

— Е*учий случай, — всхлипнула Вика и, вскочив со своего места, схватила Рюто за шкирку. — Пошли!

— А? Что? Зачем? — растерялся брат, которого фактически волокли в сторону входа в убежище.

— Раз уж суждено замерзнуть заживо, так хоть умру женщиной.

Кашлянув в кулак, с трудом подавил истерический смешок. Остальные-то пока что не в полной мере понимали некоторые высказывания на русском.

— Саэко, мы же презервативами закупались? Где они у нас хранятся?

— Ну да, закупались, — кивнула девушка и, задумавшись на мгновение, озвучила: — В лекарствах лежат, в четвертой коробке.

— Ну что, хвостатая, — покосился на Хоро. — Ты эту ситуацию создала, тебе и разгребать. Дуй на склад, возьми пачку и подбрось её незаметно этой парочке. И когда я говорю незаметно, это значит не надо вламываться к ним в комнату и давать советы. Комментировать тоже не надо.

— Да что ты взъелся? Сделаю всё в лучшем виде, — перекинувшись в небольшую лисицу, Хоро с дробным топотом унеслась в убежище, исполнять поставленную задачу.

— Зараза, — выдохнул ей в след и, обернувшись, обнаружил, что на меня всё так же пристально пялятся, просто теперь на три пары глаз меньше. — Ну что вы на меня так смотрите? Она та ещё язва и это не лечится.

Часть 38

**

Развели тут панику на пустом месте, а ведь кроме себя и обвинить в этом некого. Кто же знал, что про тепловой градиент земли тут конечно знают, но так, как ни с чем не связанный факт. Даже Вика, которая должна была понимать, что наш бункер, прикопанный в холме, это не что-то плохое, а очень даже наоборот, даже она засбоила. Про остальных и говорить нечего, ведь услышав про температуры, которые ожидаешь увидеть разве что на полюсах, да и, учитывая японскую специфику… в общем, пока я понял, что происходит, пока развенчивал мифы, дело к вечеру пошло. Под конец даже Хоро внесла свою лепту, с особым энтузиазмом рассказывая про зимы родного мира, и что землянка это о-го-го, а уж такая «благоустроенная нора» как у нас, так и вообще предел мечтаний.

По итогу душевное равновесие вернулось в наш коллектив, а Рюто даже получил с этого бонусы. Сам-то он так и ходил бы кругами вокруг девушки, а так оно как-то само собой получилось.

Закончив застолье, мы вернулись к себе и, пока остальные развлекали себя просмотром фильма, благо проектор для совместных киносеансов мы таки додумались прикупить, пока была такая возможность, я перепроверял матрицы преобразования на наших генераторах. С виду это были приснопамятные вертушки Минато, но, в отличие от того многолетнего развода, наши девайсы получали необходимую энергию при помощи матрицы преобразования, поэтому эта структура из постоянных магнитов в самом деле крутилась сама по себе и для постороннего взгляда очень сильно напоминала вечный двигатель.

— Аки, слушай, я тут узнала, что эти самые штучки, которые ты попросил меня отнести брату, с помощью них можно самому решать, будут у тебя лисята или нет.

— Не лисята, а дети, — закончив проверку крепежа, убрал инструменты и закрыл механизм второго генератора крышкой. — Мадмуазель желает полюбоваться звездами?

— Звездами? — удивилась аякаси. — А-а-а… звёздами. Кхм… а это ничего, если я буду кусаться в процессе?

— Нет уж, нет уж, будь любезна держать себя, так сказать, в лапах.

**

К сожалению, я ошибся, и ошибся серьезно, но, к счастью, беды не случилось. К моему большому удивлению, температура стала падать сразу, как только солнце скрылось за горизонтом, а не на следующий день. Учитывая то, что ребята частенько выглядывали наружу, или, как тот же Такаши, ходили к нашим грузовикам, то паника получилась знатная, когда вместо ожидаемой духовки, при открытии двери переходного шлюза пахнуло двадцатиградусным морозом. Хоть я всех и успокоил вчера, но одно дело слышать и другое дело ощущать, что за дверью филиал морозилки.

— А у нас точно всё хорошо? — излишне нервно поинтересовался Кота, когда обнаружил, что стены за пределами герметичного объёма от резкого перепада температуры за ночь покрылись изморозью.

— Выглядит устрашающе, но лишь выглядят, — накинув капюшон пуховика на голову, без спешки дошел до выхода на поверхность, и тут даже у меня дух перехватило: — *лядь!

— *лядь! — повторил за мной Кота и закашлялся.

То место, где мы вчера в футболках и шлепках трескали шашлык, в общем, всё это уже было занесено снегом. Причем снег был странный, словно это и не снег вовсе, а кристаллики сахара. Впрочем, этот самый «сахар», вдобавок ко всему, был не белым, а скорее серым, с вкраплением матово-черных крупинок.

Кота вышел чуть вперед, наклонился и подобрал немного этого грязного крошева, которое стыдно было и снегом называть. Повтыкав пару секунд на него, он отряхнул руки, встал с колена и, обернувшись, начал было что-то говорить, да так и замер, словно окаменел. Глаза натуральным образом стали квадратными.

Резко развернувшись, мысленно успел обматерить себя за то, что в отличие от Коты не взял с собой никакого оружия. Впрочем, увиденное и меня заставило замереть на миг.

Пока мы шли по тоннелю и выбирались наружу, всё это время было очень тихо и, что ценно, не было ветра от слова совсем. Полный штиль. И вот, обернувшись, мы обнаружили огромное черное облако, которое начиналось от самой от земли и простиралось на высоту в несколько километров. Насколько хватало обзора, туча была от горизонта до горизонта и приближалась к нам с устрашающей скоростью. Зрелище было просто инфернальное.

— Это мы удачно вышли, минут пять и оно будет здесь.

— Аки, может, вернёмся? — придя в себя, забеспокоился Кота.

— Естественно вернёмся. Одному богу известно, какое именно дерьмо несёт эта туча.

Сделав необходимые замеры, мы поторопились обратно, и, не зря сделали это, ибо уже будучи в тоннеле внешнего объема мы своими телами прочувствовали, что та странная туча таки достигла нашего холма. Неприятно сдавило уши, но так, по-божески, не так, как на подводной лодке. Затем нас толкнуло в спины воздухом, ну а под конец раздался жизнеутверждающий гул пополам с, видимо, шорохом.

— Гу-у-у… — загудел коридор, и нам на головы осыпалась часть изморози.

Кота занервничал и ускорил шаг, из-за чего умудрился поскользнуться. К его счастью, он всегда строго соблюдал правило о постановке оружия на предохранитель, поэтому хоть он и упал, фактически, на ствол собственного автомата, но вместо того чтобы заполучить непредусмотренное создателем отверстие, отделался лишь синяком.

Пока я подымал напарника на ноги, тональность гула изменилась, и уши опять неприятно сдавило. Ну а когда мы таки добрались до шлюза и, очистив внешнюю дверь ветошью на случай профилактики заклинивания и обмерзания, только тогда я смог обратить внимание на показания приборов, которые я нес на себе. Температура как была в пределах минус двадцати, так и осталась на этом уровне, а вот атмосферным давлением было веселее, стрелка допотопного прибора буквально упала на ограничивающий штырёк.

— А что происходит? — встретили нас взволнованные постояльцы убежища. И таки да, тот гул, который мы хорошо слышали снаружи, ощущался и здесь, но не настолько сильно, чтобы придать этому значение, но Хоро массировала уши, Рюто, впрочем, тоже.

Объявив аврал, попытался занять всех чем-нибудь полезным, чтобы у ребят не осталось времени думать всякую ерунду. Как показало время, сделал я это не зря. Во-первых, нашлась куча мелочей, которые и в самом деле стоило бы исправить, а во-вторых, появилось чувство локтя. На этом фоне падение температуры за бортом до минус сорока не вызвало особого ажиотажа. Так-то мы чего-то такого и ожидали. А вот чего мы не ожидали, так это того, что через сутки температура начнет расти. Плюс двадцать после минус сорока это то ещё приключение. Хоро даже пришлось перекидываться в свою боевую ипостась, чтобы лапами прорыть траншею из отнорка внешнего объема, чтобы талая вода и грязь не подперла гермодвери.

Казалось бы, ну теперь-то мы видели всё, но… начался ливень. Хоро, матерясь на пяти языках, была вынуждена опять рыть землю лапами и магией, чтобы спустить воду из наших внешних тоннелей. И это ведь мы на холме, что делается сейчас в низинах, даже представить страшно.

Но всё когда-нибудь заканчивается, закончился и ливень, что выливал нам на головы буквально кубометры воды в течение двух нескончаемых суток. Дошло до того, что Хоро, как самая настоящая лиса, перекопала половину внешних укреплений так, чтобы нас больше не могло затопить дождем, создав что-то похожее на полноценную нору.

Да, наше укрытие оказалось вполне себе герметичным, но вот окружающий его холм чуть не смыло с лица земли разбушевавшейся стихией.

За время всего этого безобразия частенько приходилось просыпаться посреди ночи и быстро решать насущные вопросы, поэтому, когда угроза подтопления прошла, я плюнул на всё и бахнулся спать. И, вот вроде бы она, подушка, буквально только руку протянуть… но нет

— Аки! Брат! — ввалившись в комнату, перепугано завопил Рюто. — Там такое, там, б*ядь, такое.

Скажу честно, чуть не расплакался, но, выдохнув сквозь сжатые зубы, встал и пошел следом за провожатым. Невнятный гул, который почти не был заметен в моей комнате, постепенно усиливался и превратился не то в артиллерийскую канонаду, не то в банду подвыпивших великанов, которые разрывают столь же великанские куски ткани.

За пять шагов до выхода из тоннеля, я уже понимал что увижу, поэтому зрелище сухой грозы, которая била по площадям с завидной регулярностью и остервенением, не удивила. Ночь превратилась в день. Напряженность поля была такая, что кожу буквально пощипывало, а волосы нет-нет, а стремились встать дыбом, причем не от страха. К сожалению, страха уже не было, была лишь тягучая апатия.

— Что будем делать? — спросил брат, когда мы вернулись обратно и забаррикадировались.

— А что мы можем с этим сделать? — зевнув, пробурчал я. — Это всего лишь гроза, не будет же она идти вечно.

39. Делай добро и бросай его в воду

** Олег (комплекс «Лесничество», кубрик №1022)**

Характерно торопливый, но оттого не менее напористый стук и голос школьного знакомого с белым билетом по имени Игнат, который невообразимым образом оказался здесь и тоже с довоенными погонами:

— Олег, руки в ноги и в лекционную комнату номер три, тебя руководство вызывает, срочно.

— А чего в учебку, если срочно? Кстати, если ты сегодня дежуришь, то какой сейчас день?

— Вторник, — вздохнул знакомый и, зевнув, ответил на мой первый вопрос: — Кто-то из командования прибыл, причём из Особого совещания, но я тебе этого не говорил.

— Откуда-откуда? — удивился я. — Так говорили же, что атмосфера не стабильна.

— Олег, братуха, мне тебя под стволом вести? — устало вздохнул Игнат, расстёгивая кобуру. — Внешники говорят, что этот чувак сюда в одно жало на истребителе на последних каплях горючки прилетел.

— Эй-эй, братуха, ты чего?

— А ничего. Тут одного пригласили на беседу, так он, сука, из табельного стрелять начал. Так что не доводи до греха, пойдём.

Замешательство. Удивление. Испуг.

Нет, боюсь словами не передать то ощущение, когда знакомый смотрит на тебя с подозрением, в ожидании того, что ты начнешь творить что-нибудь эдакое, не совместимое с дальнейшей жизнедеятельностью.

На промежуточных постах хмурились, но больше никак не реагировали на столь открытое нарушение правил, разве что предложили стянуть мои руки стяжками, на всякий случай. В общем, холодок пробежал по спине и я, наконец, осознал, что в нашем сонном царстве что-то очень сильно не так.

Однако, через пятнадцать шагов, для совсем непонятливых лежал совсем уж жирный намёк. При жизни сей «намёк» звался Валерием Пузовым и своей фамилии он соответствовал. И жрал как не в себя и воровал аналогично, но нужным людям заносил, да так, что всплывал даже в самых одиозных ситуациях.

Габаритную тушу ворочали, судя по лицам, вчерашние залётчики на губу. Если я правильно помню, это были студенты-историки, которых случайно спасли от зомби, от которых те отбивались, забаррикадировавшись в морге. История была знаменитая и этих неунывающих лоботрясов знали плюс-минус все.

— Олежик? — охнула девчонка с забавными веснушками, Аня, если мне память не изменяет. — Ну ладно Скотопуза, но тебя-то за что?

— Сам в недоумении, — нервно хохотнул. — Может и обойдется.

— А не обойдется, так он раза в четыре легче, — оптимистично заметил один из студентов. — Чур, его часы мне.

— Хрен тебе, а не часы, — заявила Аня и сразу же разрушила образ доброй светлой девушки: — Часы заберу я.

— Вот ведь… гробокопатели, — с трудом сдержав мат внутри себя, зашел внутрь аудитории. И ведь никогда не знаешь, когда они шутят, а когда говорят на полном серьезе.

— Вяземский Олег Викторович, лейтенант, после вспышки был задействован флотом для вывоза персон по спискам разведки. Остался у нас, когда мы потеряли связь с подводниками. Все особые отметки подтверждены, — заглянув в бумажное дело, отрекомендовал меня генерал Ляхов Андрей Викторович, которого, в отличие от второго, уже остывшего генерала звали только по имени и отчеству. У Ляхова даже клички не было, не прижилась.

— Добрый день, товарищ Вяземский, — оторвавшись от монитора ноутбука, спокойным, простуженным голосом поздоровался невысокий мужчина с легкими залысинами. Одень такого в рабочую спецовку и получишь среднестатистического обывателя, чьего лица потом и вспомнить не сможешь. Даже глаза были самыми обыкновенными. Человек просто сидел и просто смотрел. Ни тебе особого интереса, ни тебе угрозы. Он посмотрел на моего сопровождающего, улыбнулся одними лишь губами и произнёс: — Оружие можно убрать.

— Уверены? — видимо из чувства противоречия спросил я, хотя совершенно не собирался язвить, однако что-то как-то накатило.

— А что, накинетесь и загрызёте? — с определенным интересом в голосе поинтересовался незнакомец за ноутбуком. — Незаменимых через треть планеты, сквозь пепельные облака не пошлют… Да вы садитесь, мы не в клюкве про кровавую гебню.

— Извините, я тоже не собирался язвить, оно как-то само собой получилось.

— Бывает, — быстро что-то напечатав, ответил мужчина. — У меня к вам ряд вопросов по поводу вашего последнего задания. Насколько я знаю, ваша группа должна была выбрать место применения спецбоеприпаса против инопланетного противника.

— Так точно, взяли резервным оператором.

— Из отчёта следует, что группа противника была уничтожена, цитирую: «огромной лисой», которая, опять цитирую: «хе*ачила как из огнемёта, земля аж желтым светилась».

— Всё было именно так. Кхм. Не думал, что Влад напишет с применением обсценной лексики.

— Зато полностью соответствует фотофиксации, — краешком губ улыбнулся мужчина. — Расскажите, кто такая Хоро. Вы ведь именно так поименовали то лисоподобное существо.

— Ну, надеюсь, сейчас-то мои слова не примут за бред сумасшедшего…

— После зомбиапокалипсиса, глобальной ядерной войны и столкновения с, предположительно, инопланетными существами? Был тут до вас один такой неверующий, вы его наверняка в коридоре встретили.

— Кхм… Да. Встретил.

— Продолжим.

— Так вот, с этими ребятами я встретился в Японии, когда наша группа должна была забрать Искея Томпсона. Это, вроде бы, какой-то очень прошаренный микробиолог, светлая голова и вообще надежда человечества…

— Сразу стоп! Откуда вы узнали, что Искей микробиолог? Насколько я знаю, до вашей группы не доводили подробности, да и самого Томпсона вы не встретили.

— Об этом Аки сказал, тот парень, чью группу направили к нам на выручку. Если мне не изменяет память, Кобаяши его фамилия.

— Подробнее про группу.

— Группа состояла из трёх подростков. Аки, его брат Рюто и ещё один пацан, чьего имени я уже не припомню. Ребята спускались по течению на добротной такой морской шлюпке, и у них была с собой лиса по имени Хоро. В общем, как оказалось в середине пути, она умела разговаривать.

— И как эта огромная зверюга влезла в лодку, пускай и большую?

— На момент нашей первой встречи она была размерами с обычную лисицу, только очень тяжелая.

— Вы уверены, что их именно за вашей группой отправили?

— Безусловно. И ключевая фраза совпала, и мелочи тоже.

— Вернёмся к лисе, к Хоро. Что она говорила в вашем присутствии?

— Лопотала что-то по-японски, по крайней мере дети её понимали. Единственное что могу сказать точно, что она сказала «Хоро» когда мы пожимали друг другу руки… Точнее, когда я пожимал её лапу при знакомстве.

— Даже так? Хм. Что-то ещё необычное можете вспомнить о ней?

— Да так-то нет, лиса как лиса, любила, когда я её за ушами чесал.

— А вы чесали?

— Ну, в первое время она обычной лисой прикидывалась, вот я, как собачатник со стажем, и полез шкуру её вычесывать. Ну обстановка была нервная, хотелось немного успокоиться, вот я и… Кхм.

— Понятно.

— Ах да, она ещё колдовала при мне несколько раз. Звук странный, словно кашляет, синяя вспышка и гнилуху словно ударом грузовика сбивает. А ещё это она нас спасла в подлодке, когда пожар начался. Что-то вроде пузыря создала, за пределами его пламя хе*ачило, а внутри тишь да гладь.

— Вы сообщали об этом?

— Пытался. Сначала мне бутылку коньяка дали и на х*р послали, а в следующий раз перевели в сопровождение грузов. Так что я бросил это занятие.

— Что-нибудь ещё?

— Да так нет. Вроде ничего такого она больше при мне и не отчебучивала.

— Таким образом, вы увидели лисоподобное существо, похожее на встреченную ранее лису, и именно поэтому настояли на отмене операции?

— Не совсем так. Во-первых, там что-то хорошо так взорвалось, как мне потом сказали, тонн на пятьдесят-сто в тротиловом эквиваленте. А во-вторых, хоть рисунок шкуры полностью совпадал с рисунком Хоро, настоял на отмене я не поэтому. Просто верхом на ней приехал один из тех пацанов, Аки. Я его хорошо разглядел. Да и…

— И?

— После того как они добили цель и обыскали площадку, лиса указала в нашу сторону лапой, а затем отдала воинское приветствие. Вот я и подумал, что задача и так выполнена, не стрелять же по своим.

— По своим?

— Ну а кто они, если не свои?

— Учитывая события последних месяцев, определенная доля логики в ваших словах есть.

Часть 40

**

Гроза не может идти вечно? Ну, она и не шла, так, дней семь всего и бабахало. Целая неделя постоянного, непрекращающегося молотилова. Я даже засомневался в природности данного феномена, ведь энергия для грозы хоть и берется, в прямом смысле этого слова, из воздуха, но энергии в этом воздухе не сказать что бесконечно много. Так что Хоро два дня время от времени уделяла время для «принюхиваний», во время которых она настраивалась на тонкие материи в попытках учуять ману. Но нет, гроза была вполне обычная.

На восьмой день светопреставление угасло, но вместо грозы ночь стала подсвечивать аврора. Удивительно яркое северное сияние не превратило ночь в день, но освещало достойно, да и выглядело на десять из десяти. Один минус в данном событии, смотреть на поверхности было не на что. Удручающий пейзаж недосгоревших деревьев, что перемешало с грязью. Так оно комком и застыло. Нет, всё не было до такой степени ужасно, но в целом выглядело очень и очень удручающе.

После того как небо перестало полыхать, наступило затишье. Погода конечно выбрасывала коленца, но в целом было терпимо, тем более удалось собрать многослойную матрицу, которая закачивала к нам в систему воздух с поверхности, предварительно очистив его от всего того многообразия мусора, что ныне было в атмосфере. Воздух подогревался или охлаждался, в зависимости от обстоятельств и даже влажность поддерживалась в приемлемых границах.

Так-то я до этого использовал эрзац, который работал по принципу тех матриц, что мы на космических кораблях использовали, но, так как я знал о них исключительно понаслышке, то чего-то не учел. В общем, после того как мы чуть не сгорели из-за переизбытка кислорода в убежище, пришлось делать шаг назад и превращать замкнутую систему в атмосферно-фильтрующую.

Фактически, у нас выдался месяц, когда ничего не нужно было делать, ну кроме не очень-то обременительных дежурств. И хоть мы могли бы, наверное, устроить вылазку, но в условиях образовавшегося вокруг болота, было не очень понятно куда и, главное, зачем. Продовольствие наличествовало и, к моему удивлению, расходовалось даже медленнее, чем должно было. Впрочем, и лиса урезала осетра. Как она потом сказала по секрету, это при изобилии продуктов ей крышу срывает, а когда, вроде бы как, дело к зиме, у неё другая мания — страх недостаточности запасов. В общем, голодное детство аукалось.

А иногда оно аукалось и окружающим. Такаши чуть перелом не заработал, когда не доел рис во время ужина. И если раньше только я любил наложить немного, съесть, а затем сходить за добавкой, то теперь этим промышляли вообще все. Впрочем, это всё мгновенно переросло в кулинарные вечера с последующим просмотром фильмов, так что психическое состояние коллектива было на приемлемом уровне даже по стандартам корпуса инженеров.

Но не надо думать, что весь месяц все лежали на манер моржей, лениво отмахиваясь от мух, отнюдь.

Тот же Кота буквально заколебал своей стрелковкой. В итоге я поступил изуверски, открыл парню глаза на снаряжение патронов для гладкоствола. Все эти навески, осыпи и прочие получоки так запали в душу этого оружейного маньяка, что оставалось лишь изредка подбрасывать расходники, да разнимать их с Хоро, которая понахваталась от него информации об огнестрельном оружии. В общем, это довольно инфернальное зрелище, когда аякаси, перекинувшись в милую лисичку, пытается отгрызть отбивающемуся школьнику руку или ногу и всё из-за того, что они не сошлись в вопросе того, что круче, свободный затвор или же газовая автоматика.

Волшебная лиса из параллельного, средневекового, по сути, мира, спорила из-за различий в автоматике огнестрельного оружия, ну разве не сюр?

В общем, каждый чем-нибудь занимался, занят был и я. Учитывая доступ к вычислительной технике, мане Хоро и достаточному запасу времени для творчества, я замахнулся на в целом бесполезный проект. Точнее не сказать что совсем бесполезный, просто он нам не очень то и требовался сейчас, а как игрушка вполне себе.

Если упрощать, то мы изрисовали испорченное колесо от Урала особо лютыми письменами, кое-где обработали маной, и вот вам, пожалуйста, обыденное колесо превратилось монокоптер. В чем основной юмор, так это в том, что электроники не использовалось от слова совсем.

Тяга создавалась схемой, что сжимала воздух над колесом и выбрасывала его снизу с управляемым вектором тяги. Свистело так, что уши закладывало, но при тестах покрышка, словно детский мячик прыгала по тоннелю. Чудом никого не убило.

Изображение передавалось через другую матрицу и являлось побочным действием работы этой самой матрицы, так что изображение чудо как хорошо, но черно-белое. Удалённое управление, впрочем, работало по схожему принципу. В общем, летающая радиоуправляемая модель и не более того, но…

Я с сомнением смотрел на наспех сделанный терминал управления нашим дроном, а точнее на листок бумаги в котором были расписана последовательность дежурства. Ума не приложу, как это вообще произошло, но сначала наше колесо использовали сугубо как игрушку, но через два дня вот вам, пожалуйста, дежурные операторы проводят вдумчивую авиаразведку пополам со слежением за окружающим наше убежище пространством.

Даже что-то вроде карты имелось на столе рядом с терминалом. Судя по характерным следам каллиграфической кисти, Хоро тоже участвовала в стихийно начавшемся флеш-мобе.

— Ну что тут у вас? — грустно поинтересовался я у позвавших меня ребят. — Если вы второе летающее колесо хотите, то не получится, Такаши сказал, что дальнейшая разукомплектация его любимого грузовика будет происходить исключительно через труп, причем не его, а того кто попытается это сделать.

— Брат, ты глянь, что мы нашли, — прервал меня Рюто и, схватив за рукав, потянул к терминалу поближе.

Всмотревшись в изображение, на мгновение даже растерялся. За прошедшее время, я как-то даже отвык от мысли, что за бортом живые люди есть, а тут, вот вам, пожалуйста, целая колонна. Очень необычная колонна.

— Чего это за бред такой? — потыкав пальцем в изображение, взволнованно спросил Рюто.

— Не такой уж и бред, — пробормотал я, рассматривая колонну из семи коробочек, пять из которых волокли за собой что-то на вроде ткани, эдакие волокуши, на которых сидели разномастно одетые люди. — Приблизь немного.

— Так?

— Да, так достаточно, — ответил я, когда первые волокуши заняли собою весь экран, и стало видно, что пассажиры столь необычного транспортного средства мелковаты. — Дети?

— В остальных тоже. Навскидку человек двести, — кивнул брат, поиграв джойстиком управления. — Как думаешь, это сейчас то же самое что и у нас было?

— Ты про трупоедов? Не уверен, — покачал головой, наблюдая за тем, что машины с волокушами ускорились и более того, они рванули в разные стороны, покинув построение. А машины без груза развернули башенки и послали в сторону нашего аппарата пару очередей. — Так они что, ожидали, что мы их бомбить будем? Рюто, уходи выше, не пугай народ.

— Ёпт… — ругнулся брат, когда с одного из бронетранспортеров выбралась фигурка в камуфляже и вскинула на плечо смутно знакомый предмет. — Стингер!

— Скорее Игла, чем Стингер, — педантично поправил я и уточнил: — Не суетись, наше летающее колесо «холодное», так что не попадут.

Как я сказал, так и получилось, но инверсионный след ракеты прошел удивительно близко. Кто бы в наш дрон не бахнул, но использовать ПЗРК сей гражданин умел отлично. Будь это более поздний вариант, с радиовзрывателем, даже нашей летающей покрышке поплохело бы.

— Как интересно, — пробормотал себе под нос, наблюдая как под прикрытием свободных коробочек, остальные дают деру. — Люди, которых никогда не штурмовали с воздуха, не будут ломать строй, покидая колею. И тратить Иглу на непонятную хрень над своей территорией тоже не будут.

— Думаешь, люди продолжают воевать друг с другом? После всего того ада который был совсем недавно?

— Братишка, я тебя умоляю, только при Хоро такой глупости не ляпни, а то ведь помрет от смеха, — не сдержался и поворошил излишне отросшие волосы Рюто. — Если есть конфликт интересов, грызня неизбежна. Меня тут другое удивило. Смекаешь?

— Пока не особо.

— Нам и в бункере было не совсем комфортно, когда стихия расшалилась, а тут, как ты насчитал, две сотни детей. Где-то они это всё пережидали, а теперь кто-то тратит ресурс, на их перевозку.

— Ну… И что делать будем?

— В идеале — ничего, — задумался. — Но интересно же, так что зови Хоро, есть работа по её профилю.

Часть 41

**

Было забавно видеть, как Хоро, в виде маленькой лисички, без какого-либо протеста даёт себя погладить и с абсолютно пофигистической мордой слушает, как дети называют её собачкой. А ведь буквально вчера мы с Рюто удерживали её телекинезом, ибо она пыталась загрызть Саэко из-за того, что та обмолвилась, что в таком виде, Хоро похожа на собаку.

В тот раз Такаши, явно почувствовав себя бессмертным, с просветленным ликом погладил брыкающуюся лису и заявил:

— Девочки, не ссорьтесь. А тебе, Хоро, должно быть стыдно, ведь твоему образу сейчас сделали комплимент. В разведку ведь идёшь.

От подобной отповеди аякаси так и обвисла в нашем с братом захвате. Выпучив глаза, она вызверилась на парня и даже с сомнением понюхала воздух, но Такаши был трезвым как стёклышко.

Впрочем, это было вчера, а сегодня Хоро была сама милота и в ошейнике.

— Ну, что там? — спросила девочка лет восьми у самого старшего пацана в палатке, которому в лучшем случае было тринадцать.

— Я Алиса, если вы читаете эту надпись, то я видимо потерялась. Позвоните по номеру такому-то, — прочел он надпись на ошейнике и поставил Хоро на землю. — Счастливая, у неё была семья.

— Бога ради, зат… замолчи, — вызверился паренёк сидящий напротив на наспех сколоченных нарах.

— Да ладно тебе, я просто завидую, — пожал плечами подросток и вновь перевел взгляд на Хоро, которую уже тискали девочки. — Странная собака. Чистенькая и видно, что не голодала.

— С чего бы ей голодать? Вокруг столько трупов, — излишне нервно засмеялся мальчишка на нарах.

— Мы все видели тех, кто покойников ел, — покачал головой самый старший ребёнок в палатке. — Чистенькая, сытая, ласковая.

— Думаешь солдатская?

— Может быть, но они сейчас такие же замызганные как и мы, а эту, ты глянь, словно шампунем помыли.

— Может местная? — предположила одна из девочек.

— Местная? — вздрогнул паренёк на нарах. — М-может где-то рядом логово «доживальщиков»?

— Сплюнь и постучи, — передёрнув плечами, пробурчал старший подросток. — Хотя, если эти солдаты настоящие, было бы забавно посмотреть на то, как они выщемляют этих уродов.

Дети в палатке разразились негромким, злым смехом.

Дальнейшее общение не заладилось, было видно, что все сильно устали и не спят исключительно из-за нашей подсадной «собаки». К сожалению, в других палатках уже спали, и собрать больше информации не представлялось возможным. И я, было, совсем был готов отозвать Хоро, когда в палатку чуть ли не вполз парень лет пятнадцати. Он выслушал торопливый доклад старшего, который тот делал не шепотом, а тихим голосом. Видимо уже знал, что шепот слышно лучше тихого голоса.

— Да где же вы тут собаку увидели? — выслушав доклад, с некоторым даже удивлением произнёс парень, пристально смотря на Хоро, которая делала вид, что пригрелась около буржуйки и вообще спит. — Это же самая настоящая лиса.

— Но ошейник… — вставил свои пять копеек парень на нарах.

— Никогда не слышал, но, возможно, и лис тоже дома держать можно. Помните же тот нашумевший случай с крокодилом в ванной?

— Такое забудешь.

— Но да, в самом деле, чистенькая, — качнул головой парень. — Зверьё бывает довольно чистоплотным, но чистые они по-другому.

— Позовём «этих»? — предложила одна из девочек.

— Давайте привяжем, чтобы не убежала, — предложила вторая и потянулась к измазанной в глине сумке, где принялась копаться.

Хоро встала, потянулась и с пофигистическим видом попыталась выйти из палатки, но парень вынул из кармана пистолет со странным, круглым стволом.

— Вижу ты в курсе, что это такое. Не ёрзай и дай себя привязать.

Хоро неодобрительно рыкнула.

Парень перегородил собой выход из палатки и, одновременно с этим, вынул из второго кармана цилиндрический предмет, который со щелчком надел на пистолет. Я аж вздрогнул, распознав наконец-то ПБ[5]. Он, конечно, отличался от тех, что доводилось видеть мне в моём мире, но в собранном виде не узнать эту штуку было невозможно.

Хоро, даже в столь напряженный момент, успела подумать, перед тем как действовать, так что вместо любимого огня или привычных в последнее время сосулек, она жахнула в парня миниатюрной молнией. Очень миниатюрной. Настолько миниатюрной, что подростка просто уронило на землю, а остальные отделались «зайчиками» в глазах.

Впрочем, на этом здравый смысл лисицы и закончился, ибо вместо того чтобы сразу сбежать, оставив деморализованных ребят на пару с охренением, она разразилась возмущенной тирадой:

— Козёл! Ты кому угрожать вздумал?! Да я тебе кадык выгрызу! — громогласно заявила Хоро и замерла как памятник сама себе, закончив испуганным тоном и значительно тише: — Упс. Кажется я спалилась. Кобаяши меня убьёт.

— Убьёт, обязательно убьёт, — подтвердил я, переключив матрицу в ошейнике лисицы на дуплексный режим связи. Впрочем, мой голос услышала только она, поэтому, для стороннего наблюдателя, она лишь торопливо выбежала куда-то в ночь, взмахнув на прощание хвостом.

**

Убедившись, что ребятня, по какой-то причине, замяла историю с хлопком молнии, я приказал лисице попробовать кое-что из «полунехорошего» ассортимента лисьих умений. Немного подходящей химии у нас осталось со времен торговли. Сами-то мы эту дурь не потребляем, просто на сдачу дали, вот и пригодилась. Выбранная нами жертва, сменилась на посту и, выхватив небольшую дозу сомнительной радости, вырубилась в БМП. Что ценно, боец заснул в одиночестве, поэтому никто не видел, как Хоро возложила лапы на голову своей жертве и засветилась синеватым светом.

Снохождение вещь муторная и, что плохо, человек сразу понимает, что с его сном что-то сильно не так, поэтому и пришлось «подсолить» языка перед снохождением.

К сожалению, мы не могли видеть, что видела Хоро во сне, поэтому обошлись её торопливым пересказом, пока она улепетывала от человека, что проснулся от кошмара с сомнительным содержанием и теперь страдал головной болью.

В целом, показания детей совпадали с тем, что удалось вытащить через сон. Это, в самом деле, были военные, причем половина из них срочники, которым теперь просто некуда возвращаться, вот они и тянут лямку. А дети, которых они волокут столь необычным образом, это те, кого они отбили у неких баронов. Бароны — это, как не трудно догадаться, то, во что выродились те самопровозглашенные власти на местах, с которыми мы уже успели пообщаться в своё время.

К моему великому удивлению, кто-то довольно однозначно и достаточно жестко продвигал свою политику, объединяя уцелевшие военные части, объекты инфраструктуры и просто людей. Так что нет, детишек не на консервный завод везли, впрочем, отеля у моря тоже никто не обещал.

Что-то подсказывает мне, что эта детвора тоже не пальцем деланная и, тот неожиданный пистолет, которым угрожали Хоро, он не от хорошей жизни у них. Учитывая же данные полученные от языка, на месте прошлого проживания ребят было найдено несколько гранат, которые, якобы, случайно оставили бойцы баронов. Да-да, случайно, у, фактически, расходного материала.

— Так мы для военных эти… как их там… доживальщики? — с любопытством уточнил Кота.

— Не уверен, но под доживальщиками они подразумевают каких-то совсем уж упырей, по сравнению с которыми даже бароны смотрятся терпимо, — задумался. — К слову, мы находимся в тридцати километрах от ближайшего объекта группировки с ещё более интересным названием — Особое совещание.

— Эм? — Вика с недоумением посмотрела на меня. — Если это армия, то почему они как всегда не назвались Федералами?

— А потому, что Федералы уже существуют и с Особым совещанием на ножах.

— Эм… Так это самое совещание, это те же бароны, просто разожравшиеся?

— А вот в этом и проблема, — поглядел на картинку, что передавалась с ошейника Хоро. Она всё ещё петляла следы, двигая к точке эвакуации. — Всё это я знаю исключительно со слов рыжей, но, получается так, что ракетные войска, стратегическая авиация и часть флота с местными пограничниками враждуют с Федералами.

— Брат, так это что, всё то же самое, что у нас в Японии?

— Не хотелось бы, ведь всё что находилось в пределах Садового кольца, сожжено не НАТО и даже не Китаем.

— Э… Кольцо? Что за кольцо такое?

— Извините, мне надо отойти, кое-что проверить, а про местную географию вам Вика расскажет.

Примечание к части

ПБ - https://ibb.co/cXHwnN0

Часть 42

**

С момента нашего первого, не до конца удачного разведывательного рейда, прошло уже дня три и мы ещё раз забросили лисицу, но теперь уже не в колонну, а ко второму, не самому близкому к нам объекту. В этот раз мы не наглели, и Хоро работала передвижной сумкой для разведывательного оборудования, которое было сделано как всегда из матриц. Ибо из чего ещё его делать?

— Аки, слушай, я тут по пути к точке встречи какой-то танк необычный обнаружила, — оповестило меня голосовое сообщение, пока я резал картошку для супа. Следить за Хоро постоянно не имело смысла, вот я и отвлёкся на приготовление завтрака и вот вам, пожалуйста — неожиданность.

— С добрым утром, малыши, — пробормотал я, всмотревшись в транслируемое ошейником лисицы изображение. — Кажись это по нашу душу.

— И всё же, что это такое?

— Чем-то Панцирь напоминает, только, почему-то, на базе БМП, — ответил я и, памятуя тот факт, что наша лиса из параллельного мира, упростил ответ: — Эта штука убивает всё, что летает не очень высоко.

— А не очень высоко это сколько?

— Километров десять. Может выше, может ниже, но где-то так.

— Значит, нападут, если ты дрон за мной пришлёшь?

— Могут напасть, могут не напасть, но то, откуда и куда полетит дрон, они увидят. Так сказать, чутьё на воздушную дичь у этой штуки хорошее.

Мда. Что-то расслабился я в этом мире. Привык что кругом, прости господи, кони педальные. Что не группировка, то долбоклюи повернутые и от того не сильно опасные. А тут вот вам пожалуйста, сманеврировали техникой, не пожалели солярки и человеко-часов. Фактически, вполне может так быть, что наше местоположение уже плюс-минус установили. А если даже и не установили, то этот рояль нас на раз выщемил бы, ведь я маскировкой нашей леталки даже не пытался озадачиваться. А ведь колесо оно и в Африке колесо, особенно если это колесо от Урала. Железа там прилично, радар на раз-два увидит.

— Лапы в лапы и дуй к третьей отметке.

Закончив сеанс связи, обнаружил скучающего любителя огнестрельного оружия в зале. Навесив на бедолагу обязанность доготовить завтрак вместо меня, метнулся к боксу с нашим дроном. Требовалось внести исправления, для того, чтобы уменьшить радиозаметность, ну и доработать лисий лежак, чтобы можно было летать на меньших высотах, чем мы практиковали до этого.

Но, я даже не успел приступить к запланированному, так как на связь вышла рыжая и нажаловалась:

— Аки, одна из коробочек охранения за мной увязалась.

Очень странно. Допустим, лису увидели через тепловизор или, что вероятнее для этого времени, через ПНВ. Но за каким чертом ехать за ней? БМП это такая штука, которую в текущих условиях на огромном расстоянии видно.

— Меняй курс, беги на север, ускорься.

В этот раз времени хватило на спешную доработку лежака, но Хоро один черт очень недолго молчала.

— Не сразу, но развернулись и едут следом.

— Вот что, сбрось ошейник и беги на восток, но теперь так, чтобы они тебя не могли увидеть зрительно.

— Блин, Боженька, да я и до этого не сильно-то хвостом размахивала. В складках местности, брюхом по снегу.

— Извини. В общем, сбросишь оборудование и ходу. Если погонятся за тобой, то действую по обстоятельствам. Сильно нежелательно, но можешь бить на убой, если вариантов не будет.

— А если не погонятся?

— Тогда заляжешь в лесочке.

— Так он же южнее.

— Мотивированному аякаси пять километров не круг.

— А чем мотивируют? — сбившись с шага, уточнила Хоро.

— Курица в сыре и специях.

— С дымком?

— С дымком.

— Убедил, — буркнула рыжая и ускорилась. Найдя подходящее место, она сдёрнула с себя ошейник и, судя по мелькнувшему хвосту, ломанулась в указанном мною направлении.

Учитывая то, что теперь у нас не было прямой связи, то результат моего эксперимента я должен был узнать уже по факту. Однако результат выяснился куда раньше. Мне пришлось даже поиграть настройками принимающей матрицы, чтобы лежащий на боку ошейник транслировал мне картинку в удобном виде.

В общем, БТР остановился метрах в двадцати. Из него выбралась пара ребят. Один был с калашом под пистолетный патрон, а у второго была узнаваемая «швабра» металлоискателя. Даже на вид дорогой, но явно гражданский девайс приковал моё внимание, так как парочка принялась змейкой прочесывать сектор от БМП и на север.

— Через пару минут найдут, — понял я и, так как всё разведывательное оборудование имело в своей схеме самоуничтожение, то я отдал команду на ликвидацию ошейника. Ничего особенного там и не было, просто он должен был разогреться и сгореть. Впрочем, даже это было избыточно, как я думал.

Так как накопление нужного заряда требовало определенного времени, то парни с металлоискателем приблизились к ошейнику и теперь размахивали своим девайсом метрах в восьми. Однако, что меня очень смутило, через пару секунд после начала процесса подготовки к самоуничтожению, из БМП выскочил третий персонаж и заорал как сумасшедший:

— Ложись!

Что ценно, оба парня как стояли, так плашмя, даже не пытаясь смягчить падение и брякнулись мордами в талый снег, смешанный с грязью.

Изображение подернулось дымкой, а затем пластина которая играла роль монитора погасла, демонстрируя тем самым, что вторая часть связанной пары разрушена.

— В каком это смысле? — растерянно пробормотал я, осознавая увиденное.

Тут ведь одно из двух. Или там сейчас произошло что-то не связанное с нами. Или процесс накопления заряда смогли засечь. И если правдой является второе предположение, то что-то мне резко разонравилось квартировать под боком у таких ребят. Но что же они засекли: работу матрицы или же ману аякаси?

**

Дрон, что несся на приличной скорости всего в метре-двух над поверхностью почвы, таки добрался до нашего укрытия. Хоро буквально выпала из лежака и принялась по-собачьи избавляться от налипшего на шкуру мусора и грязи.

Затем она пару раз приложила себя чарами и только после этого перекинулась в человеческую форму.

— Жрать, жрать-жрать-жрать, — заявило это создание, но я лишь пакет с бельём ей в руки сунул.

— В следующий раз, превращайся в нашей комнате, а то опять твои трусишки посреди кухни лежали. Впрочем, не только они.

— Я торопилась.

— Да-да, конечно, — покивал. — Одевайся уже, завтрак стынет, только тебя и ждём.

Выключив дрон, прошел в зал, где уже накрыли на стол и даже более того, Кота уже отгонял Хоро от главного украшения стола.

— Ну, что там? — полюбопытствовал Такаши, когда с «усиленным» завтраком было покончено. Сегодня, из-за большого количества подброшенной техники, все собирались поподглядывать всласть, а значит, раньше ужина никто бы с самоназначенных постов не ушел.

Хоро, расправившись со своей порцией, стала рассказывать про свой «подвиг» в лицах, нагнетая серьезность, но ей особо никто и не верил, все уже привыкли, что в хорошем настроении, когда она рассказывает о своих похождениях, Хоро врёт. Точнее, приукрашивает. Но, на удивление, если иметь мозг и не покупаться на легкий трёп, то она четко проговорила всё то, что происходило на самом деле. Эдакая художественная обработка обыденного подбрасывания жучков и, в конце, беготни вокруг БМП.

— Ну, а теперь к нехорошему, — приступил я к важному. — Учитывая произошедшее, вполне допускаю, что эти ребята могут пеленговать работу матриц преобразования. Так что будьте внимательны и держите в голове, что всё нами подсмотренное может оказаться дезинформацией. А может и не оказаться.

— А если они могут засекать эту твою магию, могут они выйти на нас? — спросила Саэко. — Я к тому, готовиться ли нам к побегу?

— Учитывая, что там тусила установка ПВО, на нас могут выйти и без всякой магии, тем более то что я делаю это не магия.

— Да-да, конечно, — покивали ребята и покосились на рыжую.

— Шо? — закрутила та головой, одновременно с этим прожевывая бутерброд.

— А вот у неё точно магия. А у меня всего лишь наука, — хмыкнул. — Кстати, подтянуть свои знания в этой области никто не хочет?

— Я не хочу, — вскинул руку Рюто. — Брат, сжалься, я уже дурею эти твои расчеты заучивать.

— Младшим братьям права голоса не давали, — улыбнулся. — А остальные чего? Нет? Вам не интересно как можно сделать такие же классные штуки, которые делаю я?

— Аки, скажу тебе, как есть, — вздохнула Саэко. — Чтобы перейти к чему-то стоящему, хотя бы телекинезу, надо столько всего запомнить, что это больше на обучение в университете похоже, причём, как ты сам признал, без гарантии.

— В наших условиях такие знания не лишние. Разве нет?

— Так-то да, но если прям надо-надо, можно у Хоро маны одолжить.

— Можно, — закивала аякаси.

— Хорошо, убедили, — с сомнением осмотрел ребят, после того как Саэко показательно отлевитировала пустую тарелку в мойку, демонстрируя тем самым плюсы маны, пускай и заёмной.

Простые воздействия и такие вещи как телекинез, в самом деле, давались проще при посредничестве лисьего волшебства. Однако никто из ребят почему-то даже не задумался над тем, где мы с Хоро достали им эти украшения, которые они так лихо сейчас используют. Да и не хватило бы у нашей аякаси сил, чтобы постоянно заряжать такие артефакты, если бы в них использовалась одна лишь мана. Нет, браслетики были моим творчеством, и мана Хоро в них играла роль управляющего контура, не более.

К сожалению, демонстратор того, чего можно добиться при помощи матриц, разбился о то, что при наличии этого самого демонстратора, можно было одним лишь им и ограничится. Прямо как в той книжке про пацана со шрамом. Там он тоже палкой махал и тарабарщину произносил, получая стандартизированный результат.

Хотя, должен признать, что и у нас не все и не поголовно этим занимались. Многие, в том числе и я тоже, пользовались и чужими разработками. Просто я в целом понимал, как это работает и смог в условиях этого мира повторить то, что нам требовалось. Но для моих спутников это оказалось, почему-то, не столь очевидно.

— Тогда на этом наше собрание можем считать законченным. Давайте приступим к слежке. Хоро, мы сегодня дежурные, так что левитируй тарелки на кухню, мыть будем.

Часть 43

**

Я, конечно же, думал над вопросом того, что делать, если нас найдут отрицательно настроенные к нам граждане. И да, вариантов было не так уж и много. Не ожидал я, что после погодных качелей найдется группировка, у которой окажутся и ресурсы и желание шататься по округе. В общем, мы перетерли с лисичкой пару вариантов на крайний случай, да и занялись насущными вопросами.

— Брат! Аки! — ворвался на кухню Рюто с перепуганным лицом и зачастил, да так, что я ни единого слова не понял.

Метнувшись в комнату с приёмным оборудованием, я нашел взглядом Вику, которая одной фразой расставила всё по своим местам.

— Наши жучки обнаружили.

Судя по картинке с уцелевших жучков, и даже части уже найденных, наши визави пользовались странным прибором с Ф-образной антенной. Я пару минут втыкал на происходящее, а затем искра осознания осветила мою память.

Дед рассказывал, что в 77 и 78 году участвовал в игре на местности под названием «охота на лис». Смысл заключался в том, что в роли лис выступали небольшие, замаскированные передатчики. И в журнале Радио за эти годы даже была фотография специального приборчика, которым этих самых «лис» ловили. Направленная антенна, вот что это такое у ребяток.

Отмахнувшись от растерянных ребят, ломанулся в комнату, где хранил неиспользованные запасы жучков и прочего разного. Порывшись в завалах барахла, нашел запасной лисий ошейник. Активировав его на передачу изображения, бросил на стол, а сам метнулся на склад за радиоприемником.

То, что моя догадка верна, стало понятно не сразу, так как в режиме УКВ и КВ никаких помех заметно не было, но стоило переключиться на диапазон СВ, как всё стало на свои места. Негромкий, но довольно характерный шелест как бы намекал, что это не природное явление.

— Твою же в бога душу мать! — схватился за голову, так как совсем забыл про такую возможность. Благодаря матрицам появилась возможность связи типа точка-точка, без использования радиоволн. Технология муторная для ручного повторения, поэтому до тех пор, пока мы не заселились в бункер, я даже не пытался на неё замахиваться, но теперь я был искренне уверен, что уж мой-то канал никто теперь не перехватит. А его и не перехватывали, просто из-за самодельности моих матриц, всегда была вероятность ошибки и, следовательно, паразитной утечки. Вот эта самая паразитная утечка неудачно совпала с материалом матрицы и ошейника, породив тем самым радиоисточник. — Охота на лис, во всех смыслах этого слова.

— Это кто это на меня охотиться вздумал? — подозрительным тоном спросила Хоро, что беззвучно вошла в комнату.

— В матрицах обнаружилась ошибка…

— Да это даже мне понятно, — пожала плечами рыжая и ухмыльнулась. — Бьём или бежим?

— Сама же в курсе, что это ребята не простые. Таких пойди, ударь, да и бежать не понятно куда.

— Даже если не потянем, увидимся в Валгалле, так чего ты волнуешься?

— Оптимистичненько, — непроизвольно хохотнул.

Выдохнув, прикинул ситуацию и так и эдак, получалось так, что всё сильно зависит от целей и задач группировки, за которой мы подсматривали. Так-то сегодняшнее бдение должно было приоткрыть подробности происходящего, так как было не очень понятно, чего и как там происходит. Но наши жучки имели паразитную утечку в радиодиапазоне, и подобное наше действо могли воспринять как нечто негативное.

И тут, словно и этого было мало, Хоро вскинула голову.

— Магия? — с подозрением уточнил я.

— Нет, просто шум, — отрицательно покачав головой, ответила рыжая и, с сомнением, предположила: — Похоже на ту штуку, которую мы видели. Как там её? Ах да, вертолёт.

**

Сказать, что меня деморализовало появление вертолёта? Да нет, обидно конечно, что так быстро вычислили наше местоположение, но такая вероятность существовала, и переживать по этому поводу было излишне.

Видавший лучшие виды Ми-8 как-то даже устало плюхнулся на освободившемся от леса пятачке, благо после буйства стихии этого добра было навалом. Борт покинуло три человека, хотя внутри были и ещё бойцы, а над нашими головами, как бы намекая, прошлась птичка уже сугубо боевая и с полным фаршем на подвесе.

Как ни странно, но это зрелище настроило меня на позитивный лад, ибо крокодилы ходят по небу звеньями, это аксиома. А раз тут мы видим один небесный грузовик и одного товарища с пушкой, то имеет место быть или ограничение ресурсов или недооценка, в любом случае это скорее плюс, чем минус.

Стою с наглой мордой перед небольшим окопчиком, в котором засел Кота с любимой винтовкой, а за холмом ныкается наша лисица, готовая изобразить что-то вроде «конницы из-за холма» если вдруг дело приобретёт совсем уж скверный оборот. Но, наши гости, на удивление, не то боязливы, не то предельно вежливы, в общем, приближаются медленно.

В полный рост идёт мужчина лет пятидесяти с залысинами, он одет в серый комбинезон, который чем-то похож на пилотскую снарягу, но вот цвет странный. Хотя, не такой уж я большой специалист по пилотам. А вот спутники этого мужика более пессимистичны и передвигаются забавными перебежками. В общем, мы оба демонстрируем статус и при этом наши спутники столь же демонстративно показывают недоверие и готовность применить силу.

— Добрый день, молодые люди, — обратился к нам мужчина, остановившись метрах в десяти от окопчика. — Я могу подойти, или поперекрикиваемся издалека?

— Было бы неплохо, чтобы вы подошли, тогда вас, случись что, можно использовать как живой щит, — скорее для атмосферы брякнул я.

— Вы собираетесь идти на конфликт?

— Все те, кто не готов идти на конфликт, уже умерли. Да и вообще, «свои» в такое время по бункерам сидят, телевизор смотрят.

— И что показывают? — улыбнувшись, спросил незнакомец и неспешно пошел в нашу сторону. Его бойцы, что интересно, остались на месте.

— …

— А я больше про НЛО люблю и про лис в дикой природе. Хотя сегодня на всех каналах сериал Прослушка.

— Прослушка, говорите? Мне там Доминик Уэст больше всего нравился, забавная роль.

— Э… — мужчина нахмурился. — Вообще-то я имел в виду тех жучков, которых мы во множестве обнаружили на одном из наших объектов.

— Я надеялся, что вы видели сериал и поймёте мой намёк, — улыбнулся. — Про жучков ничего не знаю, лично я к вам ничего не подбрасывал.

— Да полноте вам, молодой человек, то, что вы сейчас находитесь здесь, лишь подтверждает тот факт, что всё происходящее в округе волшебство связанно с вами. Ведь я здесь не потому, что мы смогли запеленговать ваши дроны, нет, я лишь прилетел по указанным мне координатам.

— Не уверен, что понимаю вас.

— Этьен? Азиза? Виктор? Доминик? — начал перечислять мужчина.

— Что… — начал, было, я, но меня перебили.

— Берников Виктор? — продолжил незнакомец, после чего кивнул и улыбнулся. — Приятно познакомиться, Виктор Дмитриевич.

Стою в легком ступоре, а мозг с запозданием подбрасывает фактов сознанию. Те имена, которые перечислял этот хмырь, это те, кто в моём мире были в экспедиции, которая изучала этот странный бункер.

— Вы не похожи на инженера, — отвечаю незнакомцу.

— А вы, в свою очередь, не похожи на сорока пятилетнего мужика, — незнакомец лыбится. — Могу я зайти к вам в гости? Хотелось бы пообщаться.

— Пускать подозрительного человека с автоматчиками…

— О, нет-нет, пойду только я один.

— Ну что же, думаю чаем я вас напоить смогу, — покосился на ребят в добротном камуфляже, кои опустили стволы автоматов и, развернувшись, неспешно направились к вертолёту, который уже давно отключил движки и теперь гордо стоял посреди пепелища.

В принципе, морозить нашего самопровозглашенного снайпера не имело смысла, и я дал сигнал на смену позиции.

— Недурно, — хмыкнул незваный гость, когда мы шли по тоннелю внешнего объема и наткнулись на следы лисьего ландшафтного дизайна. Должен признать, что мы просто привыкли, а так-то следы огроменных когтей на стенах внушали.

Учитывая то, что Кота шел первым, то все возможные встречи были похерены на корню, так что на кухню мы зашли в гордом одиночестве. Смешно, но гость сильно удивился. Впрочем, я не очень понял чему именно, ведь кухня у нас была примерно такая же, как и любая обычная кухня в среднестатистической квартире.

Клацнув выключателем чайника, достал пару стаканов и как раз, когда я поставил их на стол, кипяток был уже готов.

— Что-то не так?

— Нет-нет, всё просто замечательно. Просто тут у вас СЛИШКОМ обычно, — ответил незнакомец и указал пальцем на шторку из-за которой пробивался свет. — Впечатление такое, словно там окно, а ведь мы на глубине метров пяти.

— Вообще-то десяти, — поправил я и отдёрнул шторку, за которой, в самом деле, оказалось окно. Точнее не окно, конечно, а фальшокно которое я малость доработал, и на него транслировалась панорама леса. К сожалению, все проекционные панели в моём исполнении получались сугубо черно-белыми, и в нормальных условиях несуразность картинки сразу бросалась в глаза, но сейчас было то самое время и погода, когда всё было черно-белым.

— Кхм… — кашлянул мужчина и тряхнул головой.

— Вернёмся к нашим баранам, — заварив чай, произнёс я. — Кто вы и что вам надо?

— Давайте, — согласился незваный гость и достал из противоударного чехла обыденный ноутбук с яблочком на крышке.

44. The End

**

Под приглашающим жестом незнакомца открыл крышку ноутбука и с сомнением посмотрел на обои рабочего стола, в принципе, ничего больше тут и не было. Однако не успел я задать свой вопрос незваному гостю, как запустилось некое приложение, что-то вроде мессенджера, правда логотип был в виде голубого кружка с буквой «S» и ушками по бокам. Заиграла задорная мелодия и, оборвавшись, сменилась на окно видеосвязи.

На изображении можно было увидеть некий небогато обставленный кабинет, причем на одной стене даже виднелся голый участок тривиального бетона. За обыденного вида столом сидел мужчина в добротном таком свитере. У меня, почему-то, возникла ассоциация с сериалом про следователей и бандитов, множество которых мне довелось видеть в детстве.

— Мне почему-то казалось, что приличной видеосвязи в этом году ни у кого ещё не было, — пробормотал я, разглядывая собеседника и окружающие его предметы.

— Отчего же? — улыбнулся мужчина на экране. — Массовых внедрений не делалось, но исключительно из-за качества сетей, из которых состоял Интернет.

— Что же, спорить не буду.

— Ладно, чего это мы вокруг да около ходим? — прищурился мужчина в окне видеосвязи. — Пси-Алеф-93.

— Тета-Омикрон-16, — ответил я, на автомате просчитав правильный отклик.

— Каппа-Фи-74… Вы сильно изменились, Виктор Дмитриевич, — скупо улыбнулся человек на видео. — На родине сейчас 2114 год. Ваши внуки передают вам привет.

— Внуки?

— Да, — кивнул мужчина. — Два биологических внука и пятеро юридических.

— Э… Юридических?

— Те сироты, о которых вы заботились во время войны «второй ночи»…

— Так я же ничего такого… Да и лет им было уже прилично, — нахмурился, пытаясь уложить в голове полученную информацию. Ну да, была малышня, за которой я присматривал. Так-то много кто за потеряшками присматривал, хватало этого добра в то время.

— Ну вот, ребята подросли, у них у самих дети, но вас считают отцом. Да и вы этого никогда не отрицали, в том числе документально. Сами они, к сожалению, пока не доступны для связи, так как находятся за пределами системы.

Помассировал уши, затем переносицу. Голова пухла. Подняв взгляд, обнаружил, что наш незваный гость как отошел от меня, когда ноутбук передал, так и не подходит, прохаживаясь по залу, словно бы стараясь даже случайно не услышать лишнего.

— Ну что же, вас огорошил, теперь можно и о серьезных вещах поговорить, — продолжил мужчина, но я прервал его.

— Извините мою дурную привычку, но я не знаю вашего имени.

— Если формально, то я ИР Млечный путь, — мужчина улыбнулся и повел рукой от чего картинка, словно бы, потекла и, через мгновение, передо мной было изображение не бункера, а некоей радуги, на которой восседало что-то похожее на розовое пони. Мультяшный зверь держал в одном копыте хлебец из полевого рациона, а во втором справочник астрономических опорных величин за пятидесятый год.

— Искусственный разум… Значит, Ким До Ён добилась своего?

— И да, и нет, — рисованное пони перестало лыбится, и картинка вновь преобразовалась в уже виденный мною ранее бункер. — Мои старшие братья появились через два года после её гибели.

— Понятно. И давно вы портал в этот мир открыли?

— А мы и не открывали, — ухмыльнулся ИР. — Перебросить материальный объект мы так и не сумели, зато с информацией всё оказалось куда проще. Тем более та забавная энергетическая форма жизни, которую к нам сюда принесло, позволила начинать не с нуля.

— Так…

— Да, я здесь представлен исключительно виртуально, однако это не помешало мне сколотить группировку, которая известна здесь как Особое совещание.

— И слушаются?

— Инженер, вы недооцениваете возможности искусственного разума, и это печалит меня, — опять ухмыльнулся мужчина на видео. — Я знаю почти всё, что знает человечество и мои собратья. Я регулярно и весьма плодотворно консультируюсь с узкими специалистами, а ещё у меня достаточно времени, чтобы общаться с каждым моим агентом столько, сколько этому агенту требуется. Да что там, я даже некотором малолетним постояльцам сказки на ночь читаю, совмещая заботу о подрастающем поколении с психологической помощью. Последнее, правда, уже от имени других виртуальных персонажей.

— А ещё, скорее всего, массовые подслушивания и подглядывания, в том числе и за потенциальным противником.

— Конечно! Это же самоочевидно, разве нет? — заулыбался мужчина на видео. — Я как Адам Селена. Все меня знают, каждый может поговорить со мной по телефону, но лично никто меня не видел, но все уверены, что это в целях безопасности, так как вокруг недоброжелатели.

— Учитывая то, что недоброжелатели, в самом деле, есть…

— …то люди перестают об этом даже задумываться. Тем более у меня есть агенты, которых и потрогать можно, если так сильно хочется.

Подняв взор, посмотрел на вышагивающего по залу агента.

— Агенты знают, кто ты такой на самом деле?

— Как сказать… Есть парочка которых пришлось в ум водить демонстрацией видеороликов из нашего повседневного трафика, но я не очень в курсе чего они там себе понапридумывали в итоге. Но, вроде бы, они считают, что я не из параллельного мира, а из будущего.

— Забавно… Кто бы мог подумать, что я встречу здесь своих.

— А уж как мы удивились, — кивнул мужчина и сделал вид, что смотрит куда-то за пределы камеры. — Мне тут подсказывают, что я всё ещё не уточнил твоих намерений. По предварительным опросам, большинство проголосует за выделение ресурсов для создания портала в этот мир. Не факт что получится, конечно, но всё же. Но ты сам как? Есть желание вернуться?

— Столько лет прошло… Да и затраты наверняка будут адовы.

— Пятьдесят миллиардов человек и двенадцать ИР смотрят на тебя с укоризной. По нашим расчетам потребуется всего лишь триллион человеко-часов для решения этой задачи. Если бросим на это все силы, с шестидесяти пяти процентной долей вероятности, достигнем положительного результата в течение месяца.

— Я не уверен, бросать местных людей на произвол судьбы тоже не хочется.

— Так никто и не бросает. Если ты остаешься, то спинать остатки адекватов в одну кучу труда не составит. А там, лет через десять, может и портал подоспеет.

— Всё же собираетесь вкладываться в него?

— Ну а как же? А вдруг что полезное найдём, или наоборот, сможем заранее о какой-нибудь гадости узнать? Так-то недавнее нашествие энергетических форм жизни как бы намекнуло нам, что у нас есть соседи не только вокруг, но ещё и сверху и снизу. Так что в пределах бюджета на долгосрочные исследования эту тему будут грызть со всем тщанием.

— Ну, раз дело так обстоит, то я, в принципе, готов вписаться в этот блудняк. Так-то, один черт ничего не теряю.

— Тогда, сначала назначу тебя одним из агентов Особого совещания, — произнес мужчина на изображении, а у незваного гостя, что прохаживался по залу, зазвучала простенькая полифоническая мелодия из кармана.

Приняв вызов, агент что-то ответил и, кивнув, убрал аппарат обратно, после чего вернулся в кухонную зону и, протягивая руку, произнёс:

— Добро пожаловать в команду, товарищ Кобаяши.

Bonus (45. Это уже было в «Симпсонах»)

Что-то я сломался и не смог подробно описать ситуацию вокруг группировки в которую вступил ГГ на правах агента неуловимого политического лидера.

В общем, ГГ опять творит что-то подозрительное, пользуясь полученными полномочиями.

**

Если честно, то несколько раз ловил себя на мысли, что очень жалею, что ввязался во всю эту бодягу. Один раз я нечто такое уже пережил, и видеть это повторно не очень и хотелось. Не зря говорят, что всё в истории повторяется дважды — один раз в виде трагедии, второй раз в виде фарса.

Чтобы разрешить проблему со второй, неподконтрольной ИР группировкой, у нас ушло полтора месяца. Этот мир ещё не сталкивался с применением боевой робототехники в виде ПЭФ. Люди всё ещё верили, что типов оружия массового уничтожения всего три. Но, что больше всего меня во всём этом и бесило, это фактическая несправедливость.

В чём несправедливость, спрашиваете? Так ведь ту резню, что устроили роботизированные платформы, в ней ведь погибли не самые дрянные люди, да и вообще многих можно было перевоспитать. Однако не это трогало меня, бесил меня тот факт, что в результате этих ударов выживали всякие сволочи, ибо от опасных мест они держались максимально далеко.

Это всё не мешало этим самым хмырям затем устраивать акты единения народов и прочие разные жесты доброй воли. Полгода я только тем и занимался, что смотрел на фальшивые улыбки и показное сплочение.

Особо грустную улыбку вызывало то, что все, точнее почти все, происходящее одобряли. Общей идиотии поддались даже стопроцентные японцы. Хотя да, тут я их понимаю, ощущение причастности к чему-то общему и важному бередило какие-то ноты в душе. Ведь после всех тех событий, что случились за год, хотелось чего-нибудь этакого, хорошего, в общем, хотелось.

Общему помешательству не поддались только Хоро и Такаши. Точнее и они поддались, но лисица имела за плечами бэкграунд жизни в средневековом, по сути, обществе, ну а Такаши после приснопамятного укуса зомби, лишился некоторых «автоматических» свойств организма. Так, например, он теперь пугался не так как среднестатистический человек. Как установил ИР, имело место повреждение ЦНС. В каком-то смысле доброкачественное повреждение. Жизнедеятельности это почти никак не мешало, просто некоторые вещи приходилось делать осознано. Вот он и заподозрил неладное, так как был вынужден думать чуть больше среднестатистического человека. Да и вообще, здоровая рефлексия ещё никому вреда не приносила.

После нашей обстоятельной беседы, он лишь кивнул и сделал свой выбор:

— Вот оно что, — Такаши покивал. — Ну, раз моё участие во всём этом сугубо добровольное, и моё неучастие твоих планов не нарушит, то я, пожалуй, последую за Саэко. Понимаю, что это глупо, но мне и терять особо нечего больше.

— Насколько я в курсе, она нашла себя в кулинарии?

— Ага, как только возобновился оборот денег, так у неё и возникла идея завести кафе, — Такаши ухмыльнулся. — Кто же знал, что это не признак восстановления старых добрых времён.

— Не болтай особо про это.

— Даже и не думал, так что не беспокойся, — парень грустно улыбнулся. — Ты знаешь, я вот сейчас посидел, подумал, и к своему ужасу понимаю, что все, что ты мне рассказал если даже и не полная правда, то, как минимум на ней базируется.

— Как сложно завернул.

— Не отвлекай, иначе я запутаюсь, — отмахнулся Такаши. — А ведь всё на поверхности лежало. Я же лично участвовал в одной из сделок с баронами. Ещё тогда заметил, что наших коробит, что они взрослых придерживают, а детвору сбагривают только свист стоял. А вам, значит, именно они и нужны были?

— …

— И всё же, Аки, почему ты такого плохого мнения о взрослых? — проигнорировав моё молчание, парень продолжил задавать неудобные вопросы. — Разве не лучше выживать всем вместе? В конце концов, детей к станку не поставишь, а пока они повзрослеют, годы уйдут.

— Ты так говоришь, словно я концлагерь организовал, — фыркнул. — Не беспокойся, в «плане Б» взрослые люди тоже есть. Куда, по-твоему, делась большая часть стариков?

— Постой! А ведь верно, когда мы к Особому совещанию присоединились, тут другой возрастной состав наблюдался. Не был бы с тобой так хорошо знаком, подумал бы что-нибудь нехорошее.

— Типа избавляемся от лишних ртов?

— Ну да, именно это бы я и подумал, — покивал парень. — И всё же, сейчас по нашим укрытиям куча здоровых лбов сидит, от них куча пользы может быть. Хм… А ведь и старики тут тоже есть, и детей я видел.

— Я же сказал про большую часть, а не всех. Мои коллеги ведут мониторинг и анкетирование, если человек нам не подходит, его оставляют здесь. А у оставшихся детей есть родители, которые или сами к нам не пойдут, или нам нафиг не сдались.

— Жестко… Но всё же, почему не вместе?

— Потому, что все эти люди конечно хлебнули горя, но участвовали в происходящем как статисты. Зомби там, разборки, атомная война, опять-таки, — прищурился. — На тебя ведь уже выходили функционеры недовольных.

— Так вы что, в самом деле, за всеми следите? Прикольно, — удивился Такаши. — Да, были такие. Вешали лапшу на уши про свободные выборы, про засилье вояк и прочее разное. Причём, их, походу, не смущал тот факт, что оба были при погонах и сидят на распределении тушёнки из стратегических резервов.

Непроизвольно улыбнулся, так как запись описываемых событий видел лично. Я вообще за каждым своим спутником присматривал.

— Да, мы просто позволим этим и не только этим чудикам сделать то, что они хотят сделать. Они будут вашей головной болью.

— А атомного оружия не боитесь? Так-то его тут в разборках уже использовали, — нахмурился парень и плечами передёрнул.

— Атомная бомба это не картошка, в обыденном погребе не сохранить.

— Так вы их испортили? А вдруг самим пригодятся?

— …

— Раз молчишь, значит, себе вы запас оставили.

— …

— У меня почему-то сейчас возникло неприятное ощущение, словно это не забранные тобою старики да детишки, лишние рты, а мы.

— …

— Не молчи, а то что-то мне не по себе стало.

— Ну, извини, ты сам себя напугал. Я-то тут причём?

Мы ещё недолго посидели, поболтали теперь уже на отвлеченные темы и мой гость торопливо ушел под впечатлением.

— К чему эта спешка? — поинтересовался у меня ИР Млечный путь, чья физиономия появилась в окошке видеосвязи. — Исследования идут по расписанию. Основная выдвинутая гипотеза получила экспериментальное подтверждение. Скоро будет готов прототип портала. Нет, я, конечно, понимаю, что вы ориентируетесь на самый негативный вариант развития событий, но всё же.

— К чему эта спешка? — переспросил я. — Сколько лет мы выщемляли террористические ячейки несогласных?

— Двадцать лет, — бодро ответил ИР и изобразил задумчивое изображение лица у своей аватары.

— И сколько среди них было ребят из второго поколения?

— Никого не было, — аватара ИР нахмурилась. — Я понимаю, к чему ты клонишь, но я как-то думал, основываясь на твоём личном деле, что ты чуть больше веришь в человечество.

— На Аллаха надейся, но верблюда привязывай.

— А в твоём личном деле сказано, что ты воинствующий атеист, — наябедничал искусственный разум.

— И кто же это про меня написал, интересно?

— Хм… забавно… — замер на пару мгновений ИР. — Того, кто это написал, через пять лет расстреляли за… вот ведь, кожаные уб*юдки, даже такие данные умудрялись заполнять через пень-колоду.

— Чего затих?

— Извини, немного занят, выношу на голосование вопрос о валидации всех источников, в том числе тех, что под грифами секретности, — несколько заторможено ответил мой собеседник, после чего вновь заговорил с нормальной скоростью: — Что-то я уже не рад, что всё это начал.

— Что, разверзлись бездны?

— Ты очень образно сказал, — изобразив нервный хохоток, ИР уточнил: — Теперь понятно, почему эти документы под грифом секретности до сих пор лежали. И твой цинизм тоже понимаю. Впрочем, все, кого стоило наказать, уже умерли, в основном, своей смертью.

— Всё как всегда. Тот самый случай, когда надо проверять самому.

— Да уж. Впрочем, нам ещё проверять и проверять, — изобразив вздох аватар моего собеседника вновь замер на мгновение. — Эм… не знаю даже как и сказать… В общем, ты опять оказался прав. На «семёрке» вооруженное восстание.

— Прям так уж и восстание?

— И в самом деле, чего это я? Переворот он и на параллельной земле переворот, — ещё пару раз замерев в процессе, ответил ИР. — Я не до конца понимаю логику происходящего. Бред какой-то. Мне надо проконсультироваться со специалистом.

— С кем это?

— Ну, с историками там, что ориентируются в эпохе близкой к вашей.

— Неужели великий и могучий искусственный разум чего-то не знает?

— Я много чего не знаю, но тут явный бред происходит, — нажаловался ИР. — Зачем устраивать бучу, если ты им все их хотелки в жизнь воплотил?

— Так уж и все?

— Ну да. Они хотели деньги, свободную торговлю и предпринимательство, мы им это обеспечили. Хотели организовывать голосование и выбор депутатов и это мы им тоже обеспечили. Хотели… а-а-а… Так им не нужны выборы, им нужна видимость выбора.

— Млечный путь, ты сейчас так говоришь, что это меня пугать начинает, — хмурюсь. — Чего неожиданного ты тут сейчас увидел? Ты же за многими этими хмырями, небось, лично следил.

— Следить-то я следил, да только… Нет, я в принципе вижу варианты, чтобы сманеврировать силами и вырезать весь этот движ, но теперь я не уверен в своих расчётах. Черт побери, как? Как у тебя получилось предсказать всё это? — изображая высшую степень растерянности, продолжила разоряться аватара моего собеседника.

А я, я лишь прищурился многозначительно. В конце концов, зачем потомкам знать, что в моё время нечто подобное уже случалось, а лисье чутьё — оно лишь очертило временные рамки, когда именно всё это произойдет здесь у нас. Ведь люди не меняются, их меняют.

Но есть и плюсы. Тогда проблему решали огнеметными танками, а сейчас я просто встану, выпью чашечку кофе и тривиально «отойду в сторону». Раз они хотят убивать друг друга ради побитых временем катакомб и полуразграбленных складов хранения, флаг им в руки.

Зачем тебе чьи-то старые вещи, если ты можешь взять жменю земли из-под ног и, приложив разум, получить аналог? Зачем тебе порченые продукты, если ты можешь всё так же поднять жменю земли из-под ног и, приложив разум и время, получить овощи или фрукты? Инженеру с такими технологиями просто не нужен весь этот бред.

— Боженька! Аки! — ввалившись в помещение, протараторила Хоро. — На нас напали! Какие-то мрази захватили склад ГСМ. Доставай матрицы, надо сбить уродов, пока не закрепились.

— Успокойся.

— Я пыталась вызвать дежурную группу, но там меня по матери послали, — продолжила частить аякаси. — Видимо они сговорились с врагом. Уроды! Да я их там заживо испепелю!

— Успокойся.

— Намотаю их кишки на дерево! — продолжила яриться рыжая но, видя мою пассивность, замолчала на полуслове. — Аки?

— Успокойся, говорю, — погладил подрагивающую от избытка адреналина девушку по голове. — Мы забрали здесь всё то, что я и планировал, у них не осталось ничего ценного для нас.

— Но солдаты же, укрепления, запасы… — растерянно возразила мне подруга.

— Запасы? Если они тебе так нужны, после зимы ты заберешь их или с трупов или просто отберешь по праву силы.

— Так это запланировано всё было? — вскинув бровки домиком, уточнила аякаси. — Тьфу ты. А я уж было подумала, что случилось что-то плохое.

Bonus (46. Посёлок учебного типа)

**

Мы спокойно допили кофе, доели бутерброды с сыром, собрали свои невеликие пожитки и, пока спецотряд наших оппонентов штурмовал только одним им ведомые цели, столь же спокойно и неторопливо вышли через прорытый Хоро ещё месяц назад тоннель к боксу с неожиданным для этого мира транспортным средством.

Флип, глайдер, летающая тарелка — как не назови, лишь бы летала, а эта штука летала и делала это хорошо. Местами, даже безопасно. Впрочем, чего ещё ожидать от условно гражданского устройства передвижения?

— Она, оказывается, и в самом деле круглая, — пробурчала аякаси, когда аппарат преодолел верхнюю точку траектории и вновь нырнул в атмосферу планеты.

Хоро всю дорогу не отлипала от окон, высматривая всякие интересности, благо облачность была достаточно высокая и земля была как на ладони, а горизонтальный участок маршрута был длинный. Ещё бы местность не столь испоганенную стихией, и вообще бы замечательное зрелище было. Но чего нет, того нет.

— Где-то недалеко браслеты с моей маной, но тут же нет ничего, — закрутив головой, заявила аякаси. — Очередная замаскированная нора?

— В каком-то смысле, — кивнул и направил нашу приплюснутую капсулу к земле.

Сманеврировав при посадке, завёл аппарат в замаскированную полость, за которой скрывалась небольшая площадка для взлёта/посадки наших «летающих тарелочек».

— Эй, я тебя узнала, — взъярилась Хоро, когда мы выбрались из аппарата и к нам подошел мальчишка с повязкой дежурного по стартовой площадке. — Это ты, гад, мне стволом угрожал.

— Эм… — растерялся подросток. Судя по его лицу, он искренне пытался вспомнить лицо Хоро в череде всех тех людей, которым ему пришлось угрожать за прошедший год, но у ничего не получалось.

— Тыкать пистолетом в безобидную лисичку, да как таких земля вообще носит? — Хоро успокоилась так же быстро, как и разозлилась. Что поделать, натура ветреная. Я бы даже сказал — штормовая. Но то, что она успокоилось, ровным счетом ничего не означало.

Воспользовавшись тем, что на ней был бронекомбинезон, она перекинулась в лисицу и вполне себе дружелюбно вцепилась зубами в бедолагу, оставив позади себя оседающий ком брони, сапог и прочего разного. Благо всё это самое «всякое разное» осталось внутри застёгнутого обмундирования и мне оставалось лишь взять под мышку не такой уж большой свернутый калачиком бронекомбенизон, а сапожки с обыденными портянками в другую руку. Так и шел следом за катающимся по полу клубком.

— Так я же… Так вы же… — сорвав с себя лисицу, пытался что-то сказать мальчишка, но сбитое дыхание мешало ему это делать.

— На правах главного самодура, приказываю вам закончить этот… кхм… дружеский балаган.

Хоро вскинула мордочку и лисий хвост, а парень лишь матюгнулся невнятно.

— Дежурный, ты не в курсе, где сейчас Хирано? — дождавшись пока потрёпанный парнишка придёт в себя и закончит пялиться на аякаси квадратными глазами.

— Хирано Кота сейчас ведёт практическое занятие по стрельбе из миномёта у младших классов.

— Из миномёта? У младших классов? — опешил я от столь неожиданного расписания занятий. В моё время до практических стрельб ближе к седьмому классу доходило. Мины, они же тяжелые. Хотя, если использовать малые калибры.

— Ты чего задумался? — подергав меня за штанину, уточнила лисица.

— Да вот пытаюсь понять, это наши друзья «с той стороны» умом тронулись или кто-то из местных чудит?

— А чего такого? — фыркнула лисица. — Лично у нас в клане тесак с трёх лет выдавали. Правда, маленький, детский.

Хмыкнув, перехватил шмотки Хоро поудобнее и пошел дальше.

Пройдя через Z-образный коридор с парой отсечек, попал-таки внутрь недавно построенного объекта. По глазам сразу же резануло ярким, солнечным светом, а в нос ударил аромат зелени. Хоро пробормотала что-то на неизвестном языке, но очень эмоционально.

— Нас что, убили, и мы в Валгалле? — растерянно уточнила она и повела носом, принюхиваясь к местному воздуху. — Свежо, пахнет сдобными булочками и… молоком.

— Полдник, судя по всему, — кивнул спутнице и осмотрел классический купол лунной серии, правда этот был оптимизирован под земные условия, впрочем, как и лунный он был заглублён в грунт.

— П-птицы? Тут даже птицы есть? — растерянно плюхнувшись на задницу, лисица проводила каких-то животинок остекленевшим взглядом, когда те пролетели над нами чирикающей стайкой.

Переложив сапоги в ту руку, которой удерживал комбинезон, я, освободившейся рукой подхватил Хоро под мышку, благо она пребывала в форме маленькой лисички и весила не сказать что очень много.

Так и шел, покачиваясь, с вещами в одной руке и лисой в другой.

— Яблоки-яблоки, — забилась лисица в моих руках, пытаясь вывернуться из захвата. — Пусти, я хочу яблоко.

Вздохнув, выпустил плутовку на волю и пронаблюдал за тем, как она торопливо буквально глотает скорее большую ранетку, чем яблоко с декоративных кустов, что отгораживали пешеходную дорожку от жилых боксов. Однако аякаси в очередной раз продемонстрировала твердость своего характера. Съев одно яблоко, второе оно сунула в руки мне, а затем попыталась набить карманы своего комбинезона.

— Успокойся. Да успокойся ты, — подхватил брыкающуюся лису телекинезом и вновь прижал её к себе, чтобы не убежала. — Тут и гидропоника есть, Млечный путь божился, что все культуры, которые мы планировали высадить, уже дали первый урожай.

— Но яблоки же.

— Раньше ты как-то спокойно к ним относилась, — хмыкнул. — Оставь декоративные растения для мелких. Если хочешь яблок, зайдем на склад, выберем тебе чего послаще.

— Так это ты здесь пропадал, да? — успокоившись, уточнила рыжая. — А это ты строил или тот подозрительный хмырь с экрана?

— Совместными усилиями действовали. С меня матрицы фабрикатора и прочее разное, а он, по уже существующему проекту рубил породу и озеленением занимался.

— Да это даже не укрытие, это целый город, — крутя мордой из стороны в сторону и активно принюхиваясь, с восторгом в голосе произнесла Хоро. — И сколько тут человек помещается?

— Пять куполов, что-то около тридцати тысяч человек.

— Сколько-сколько? — удивилась лисица. — Так ты что же, прям сёгун?

— Боже, Хоро, иногда ты меня в тупик ставишь.

— Не, ну ты сам сказал, что все будут накормлены, одеты и обогреты и что каждому полагается доля по личному вкладу в общее дело и надбавка за храбрость.

— Вообще-то я не совсем так сказал, но да. Однако, причём тут сёгун?

— Раз ты построил, значит это всё твоё.

— Эм… Хм… Ну, так-то ты права. Просто я передал это, хм… у вас в отряде касса взаимопомощи была?

— Общак? Общак был, — закивала лисица.

— Мда… Ну, в общем, это мой взнос в этот, в общак. Безвозмездный.

— Ну, я и говорю — сёгун, — вновь закивала рыжая.

— Ладно, оставим это, возможно я не до конца понимаю смысл используемого тобою термина.

— Оставим, — кивнула Хоро и хвостом взмахнула. — А мы куда идём? На продуктовый склад?

— Нет, сначала зайдем, проверим нашу жилплощадь.

Метров через пятьдесят, я свернул на более широкую дорожку, а там и наш жилой бокс обнаружился.

— Сакура? Весь наш дом окружен сакурой, — с каким-то даже благоговением протянула Хоро и единым рывком вырвалась на волю.

— Сакура? А… вишня. Ну да, это же вишневая улица, потому и вишневые кусты. На яблочной улице, соответственно — ранетки.

Пробежавшись сквозь кусты, лиса покаталась по траве.

— Теперь я понимаю, почему ты позволил тем убогим клоунам захватить нашу старую нору. Тут в сто раз лучше.

— Первое впечатление важно, да и комфортные условия для жизни тоже нужны, а для наших технологий это всё не стоит почти ничего.

— А с погодой тут как? — лёжа на спине и перебирая лапами в воздухе, поинтересовалась Хоро. — Было бы круто поспать на траве.

— Температура меняется в пределах девятнадцати градусов, так что ты, со своей шкурой точно не замёрзнешь.

— А луна и звезды ночью будут?

— Слушай, ну это уже перебор, — возмутился я, положив вещи Хоро рядом с ней. Вообще-то и луну и звезды должны нарисовать те школьники, которых мы здесь обучать начали. В конце концов, от каждого по возможностям.

— Ну да, ну да, не сёгунское это дело, луну на небо приделывать, — пробормотала Хоро, постепенно замолкая пока, наконец, не раздалось равномерное сопение.

Хмыкнув, подивился пластичности лисьей психики и, подхватив её вещи, занес их в не такой уж и большой домик. Впрочем, зачем дому быть большим, если на улице всегда лето, а всё необходимое в паре-тройке минут неспешного, прогулочного шага?

— Интересно, ИР уже закончил имитатор озера? — задумчиво пробормотал я и, поглядев на сладко спящую аякаси, вырвал из блокнота листок и, оставив записку, отправился на разведку.

Bonus (47. Эксцесс на вводной лекции)

**

— Эй, чувак, свали с кафедры, сейчас докладчик придёт, — попеняла мне некая девица, что заняла место на первом ряду аудитории. По поведению и внешним признакам было сложно сказать, это пожеванная жизнью старшеклассница или удачно сориентировавшаяся в условиях апокалипсиса девушка. Впрочем, дальнейшие её слова подсказали мне, что я имею дело всё же со школьницей, и я отбросил мысли об этом как несущественные.

Осмотрев, откровенно говоря, «голую» аудиторию, лишь улыбнулся промелькнувшим воспоминаниям о прошлом. У этих ребят хоть крыша над головой есть, у нас, когда всё покатилось вскачь, всё было куда эпичней. Впрочем, нас и было больше, а значит, в чем-то было легче. Да и, прямо скажем, здесь есть на чём сидеть, на чём писать и кого слушать, а остальное это уже дополнительные, но не обязательные элементы.

— Приветствую присутствующих, а так же всех тех, кто смотрит нас сейчас в трансляции, и будет смотреть это в записи в будущем, — произнес я, поведя ладонью над матрицами встроенными в кафедру, из-за чего включилась усиливающая схема, а так же видеозапись. — Я координатор проекта, в котором вы все вольно или не вольно сейчас участвуете.

Улыбнулся и сделал небольшую паузу, буквально на секунду.

— Я известен в вашем мире как Кобаяши Аки. Однако, изначально, я выходец из параллельного мира. Того же самого, из которого родом и небезызвестный вам ИР Млечный путь. Кстати, надеюсь, вы не забудете высказать ему свою благодарность позже, ведь это именно он озаботился спасением подавляющего большинства из вас.

Ухмыльнулся.

— Кое-кто сейчас, наверное, подумал, что уж его-то точно никто не спасал, и он сам лихо выкрутился из всех перипетий этого года. Я не буду разубеждать таких людей-снежинок, вы все, конечно же, все из себя индивидуальные и неповторимые. Однако текущий уровень технологического развития и внешние условия таковы, что кем бы вы ни были раньше, в течение ближайших шести месяцев вы бы или прибегли к каннибализму или были бы съедены.

Вздохнул.

— Конечно, кое-кто из вас уже видел такое своими глазами и я прошу прощение за то, что бережу [6] такие воспоминания, но из-за прихотей судьбы меня сейчас слушают и те, кто пронесся через все испытания последних месяцев, словно хрустальная ваза, упакованная в защитный пенал.

— Прошу, поймите меня правильно, в нашем мире, у нас не было возможности выдернуть таких ребят как вы из пучины событий и поместить в отдельное, безопасное пространство. Поверьте, жечь живых людей из танковой огнеметной установки это не то, чем я хотел заниматься по жизни и это даже близко не похоже на отстрел этих ваших зомби.

— Отсюда следует первый принцип нашего общества. Ибо что может быть дороже слезинки ребёнка? Слёзы двух и более детей, конечно же.

Осмотрел присутствующих. В зал набились люди всех возрастов, но молодёжи было не так много и, как я видел, когда шел сюда, молодежь и рада была бы тоже посмотреть на происходящее лично, да только узнали о происходящем они чуть позже, чем им хотелось бы.

— Что это значит? Значит ли это, что дети это что-то сверхценное? Нет, это всего лишь ответ на глупый довод идеалистов. Это намёк на то, что если вы начинаете вредить обществу, общество имеет право потребовать объясниться и, если ваши доводы будут не убедительны, то на*ер с борта. А если вы отчудите что-то совсем уж невообразимое, то не только с борта, но и из этой жизни в целом. Последнее называется высшей мерой социальной защиты. То есть это последнее средство, которое общество применит для защиты себя от нехорошего.

— Говоря о законах и наказаниях, вы должны понимать, что и законы и наказания за нарушение законов это всего лишь хитрый хак, с помощью которого общество, в идеале, пытается уменьшить сумму насилия. Ведь если кто-то убьёт дорогого вам человека, вполне разумно убить эту сволочь в ответ, а затем всех его домочадцев, родственников до третьего колена и всю домашнюю скотину до кучи. И да, поля засыпать солью, чтобы уж точно ничего живого не осталось.

— Я смотрю, кто-то из вас обалдел от такого моего предложения, а кто-то согласно закивал. Так что да, законы и наказания за нарушение законов это, в том числе, и средство замены кровной мести чем-то более конструктивным.

Вдохнул воздуха, полюбовался не всегда понимающими лицами и продолжил:

— Вы все, особенно после получения или подтверждения аттестата зрелости будете не только соблюдать законы и правила, как до этого, что очевидно, вы будете обязаны пресекать их нарушение. В каком-то смысле, в ваших руках будет находиться исполнительная власть. Вы все, по-умолчанию, являетесь агентами правопорядка. И да, манкирование этими вашими обязанностями тоже будет караться.

— Теперь к вопросу о том, кто же будет сочинять все эти страшные законы и правила, которые вы обязаны не только соблюдать, но ещё и следить, чтобы никто другой их не нарушал. Этим будете заниматься тоже вы. Тотальная, я бы даже сказал тоталитарная демократия. Вы все обязаны принимать решения о том, как именно вы будете жить. Если же вы не хотите этого делать, делаете на отъе*ись и вообще ведёте себя как идиот, в античном смысле этого слова, вы будете наказаны.

— Так же вы обязаны по расписанию ли, по лотерее ли или назначению исполнять общественно значимые действия. Про законотворчество и милицейские функции я уже говорил, но кроме этого сюда входят и более узкие должностные посты, как-то: судьи, присяжные, участие в органах власти. За косяки при исполнении социально значимых обязанностей тоже полагаются наказания. Вот осудите кого-нибудь из личной неприязни, а не на основании материалов дела…

Прервавшись на полуслове, хлопнул в ладоши, что, из-за усиления звука прозвучало как выстрел.

— …и кто-то другой подпишет приказ на высшую меру социальной защиты в отношении вас. Пуля в затылок и одним бракоделом станет меньше. Демократический централизм в действии, так сказать.

Судя по лицам, не все поняли основной посыл, но не в этом был основной смысл моего спича.

— Теперь перейдём к вопросам попроще, но тем, которые вы не имеете права менять даже при том условии, что в ваших руках будет, в каком-то смысле, законодательная власть.

— Жить за счет труда другого разумного существа запрещено кроме случаев из списка исключений. Наказаны будут все: кто получит с этого какую-нибудь выгоду, кто не прекратит нарушение и дальше по списку.

В третьем ряду закашлялся дедок чем-то похожий на персонажа из Собачьего сердца.

— У вас вопрос?

— Э… Да-да, у меня вопрос, — на миг растерявшись, закивал он: — Вы говорите про запрет эксплуатации человека человеком?

— Эксплуатация? Если вы про рабовладение, то за это сразу высшая мера, — сделав вид, что не понял смысла и дополнил: — Так же запрещено делать это с другими разумными существами, в том числе с искусственными. В конце концов, тот же ИР Млечный путь добрый и всё понимающий, но за такой залёт щадить не станет.

— Ну… это понятно, — замялся мой собеседник. — Но я про несколько другое.

— И про что же?

— Вы что же, коммунизм тут стоить собираетесь? Уравниловку?

— Не очень знаком с указанным вами политическим строем. Помню на эту тему только роман-пародию от автора под псевдонимом Лжец Ницын.

— Солженицын? — растерянно уточнил мужчина.

— Да-да, точно он. Псевдоним прям говорящий.

— Это не псевдоним, это фамилия, — не то выкрикнул, не то взвизгнул мой собеседник, а я мысленно поставил галочку сделать искусственному разуму выговор за небрежную фильтрацию контингента. Сейчас-то он очень в тему влез, но, с другой стороны, зачем он нам тут сдался? Суточный паёк в зубы, и сбросить в любое другое укрытие по выбору… Хотя да, учитывая его возраст, гуманнее его сразу пристрелить, ибо кому он там в других укрытиях сдался?

— Да уж… не повезло чуваку с фамилией, — продолжил я стёб. — А по поводу уравниловки вы правы. Все члены общества равны перед законом и имеют равные права на социальные услуги.

— Я так и знал! Вы хотите отобрать у нас нашу собственность. Коммуняки. Совки!

— Собственность? — стараясь не заржать в голос, вновь изобразил на лице непонимание. — А зачем нам отбирать ваши личные вещи? Если там нет ничего опасного или запрещенного, то, какое лично мне дело, что там у вас за вещи такие? Хотя, если какие-нибудь редкости, то я бы мог попросить об экскурсии, но отбирать то зачем?

— Какие вещи? Какие к чёрту вещи?! — пошел старичок вразнос. — Я так и знал, что вы хотите отобрать мой магазин.

— Хоро, — обратился я к подруге, которая тоже сидела среди слушателей. — Выведи этого гражданина пожалуйста. Я всё понимаю: возраст, видимо контузия, но нам сейчас не до него.

К моему удивлению, старичка и в самом деле переклинило, и он разве что пеной не исходил. Только что может сделать человек, пускай даже псих, если его удерживает магическое существо? Вот и я о том же.

— Так, с мысли сбили, — нахмурился. — И какой смысл отбирать личный магазин, если человек не занимается спекуляцией и является в нём единственным сотрудником? С другой стороны, как можно отобрать магазин, если вся недвижимость здесь общественная? Или он про отзыв аренды помещения? Хотя да, пока справку от психиатра не увижу, дырка ему от бублика, а не аренда. А то накинется ещё на покупателей… нафиг такое нужно.

Bonus (48. Это всего лишь школа)

**

— Эм… Аки? — неуверенно произнес женский голос за моей спиной, когда я убирал из настенного меню позицию с распроданным уже сиропом.

— О! Вика! Привет, давно не виделись, — улыбнулся я обернувшись и, окинув взором купальник надетый на откровенно говоря бледное от недостатка солнца тело, уточнил: — Пришла на открытие озера?

— Ага. Мы здесь с Рюто, — кивнула девушка и вновь странным взглядом посмотрела на меня. — Аки, если не секрет, что ты тут делаешь и почему так одет?

— Разве не очевидно? — развел руки в стороны, словно пытаясь обнять большую пляжную палатку, в которой находился прилавок, за которым я и стоял одетый в передник с рисунком снеговиков, а на моей голове красовалась бейсболка с таким же рисунком. — Торгую сладким льдом и напитками.

— А… Это, как её, социальная нагрузка? Ты квест взял? — сделала предположение моя собеседница и даже улыбнулась.

— Квест? Быстро же у нас названия придумывают. Нет, это просто Хирано взял у города слот на право продажи напитков на пляже, но совершенно забыл про то, что не закончил свою работу инструктором, поэтому он пришел ко мне с предложением замутить кооператив, раз уж я на этой неделе один черт ничем особым не занят.

— Так это что же, это ваше личное кафе? — Вика почему-то опять уставилась на меня квадратными глазами. — А разве это не запрещено?

— Почему это должно быть запрещено? — вскинутыми бровками изобразил удивление, хотя уже примерно догадался, что сейчас услышу. Так-то, окромя того юмориста, которого пришлось сдавать психиатрам с рук на руки, были и другие. Далеко не все они были клиническими, кое-кто просто пытался прояснить вопрос, но да, надоесть они всё-таки надоели.

— Так ведь перепродажа товаров запрещена. Это же… как там написано-то было… это же спекуляция получается, разве нет?

— В брошюрке с законами двадцать листов, но, как вижу, так никто её и не осилил до конца, — вздохнул. — Соку не хочешь?

— Да я как-то не думала, что тут что-то будет, поэтому денег не взяла, — смутилась девушка и уточнила: — Хотя, если совсем уж честно, они все в сберкассе лежат, мы с Рюто обналичили немного, чтобы просто на здешние деньги посмотреть. Так-то нам пока и абонементов вполне хватало, мы же совсем недавно заехали.

— Да не парься, сегодня я всем наливаю за счет заведения, — кинув лёд в бокалы, уточнил: — Какой сок будешь?

— Я буду яблочный.

— А Рюто?

— Я думаю, он тоже не откажется от яблочного, — пожала плечами девушка. — В конце концов, за бесплатно и уксус сладок.

Подхватив бокалы, Вика поблагодарила и унеслась куда-то в сторону песчаной отмели, а я остался на своём рабочем месте, размышляя над оптимизацией. Мне почему-то и в голову не пришло, что стоять за прилавком больше часа, это прям совсем не торт, а про стул или что-то подобное я даже и не подумал.

Впрочем, через пару-тройку минут Вика вернулась, да не одна, а в комплекте с моим братом.

— У-ха-ха-ха! И в самом деле, кафе, — жизнерадостно ржал ещё более бледный парень, чем Вика. — Ну, давай, рассказывай, пользуешься служебным положением значит?

— Ещё один, — тоскливо вздохнул и, положив полотенце на прилавок, уселся на него как на стул. — И для чего же мне, по-твоему, пришлось воспользоваться своим положением? Ты, надеюсь, брошюрку-то прочел?

— Я-то прочел, — подбоченился братец и зашел с козырей: — Во-первых, спекуляция продовольствием, вон те бутыли с сиропом на второй гидропонике делают. Во-вторых, эксплуатация Хирано Коты как наёмного работника. В третьих… м… в третьих…

— Подсказать?

— Нет, сейчас сам что-нибудь придумаю, — отмахнулся брат и почти сразу же в ладоши хлопнул: — Средства производства не могут находиться в частных руках.

— А последнее ты откуда выкопал? Нет, мне-то уже неделю мозг выносят и я чего только не слышал, но ты-то, откуда такую формулировку достал?

— Да есть тут особо тайная группа этих… Блин, Вика, как ты их назвала?

— Диссидентами я их назвала, — ответила ему девушка.

— Кстати, а диссиденты у тебя тут разрешены? А то пойдем, повяжем да на мороз их.

— Как же тяжело с вами всеми, — покачал головой. — Начну с первой претензии. Между ценой производителя и ценой реализации есть разница, которая покрывает издержки распределения продукта. Так что, если очень хочется, то ты можешь открыть магазин и торговать всем тем же чем и розничная сеть, просто разница там не очень большая и измеряется единицами процентов. А вот если бы я толкал эти сиропы с двойной наценкой, то пришлось бы объясняться со службой финансового контроля.

— Так торговать всё же можно, просто с небольшой наценкой?

— В принципе да, просто конечная цена фиксирована.

— А это зачем?

— Если честно, лично для меня важно то, что так нам проще отслеживать нехорошее, но Млечный путь говорил ещё что-то про психологию. Он про неё всегда говорит, пока не спит. А так он никогда не спит… в общем да.

— Ну ладно, убедил, а что ты скажешь про Хирано? Кстати, какую ты ему зарплату предложил?

— Во-первых, эту кафешку задумал не я, это Кота подсуетился. Во-вторых, я не мог предложить ему зарплату, так как мы соучредители.

— Кстати да, а если вам понадобиться ещё человек за прилавок, что делать будете? — поинтересовалась Вика.

— Значит надо брать ещё одного человека в долю или сразу двух.

— А если этот человек будет плохо работать?

— Не умеешь — научим, не хочешь — не держим.

— А если человек хочет, но, например, заболел? — продолжила допытываться девушка.

— Та-а-ак, кажется, до меня дошла суть проблемы. Основываясь на ваших вопросах, в отличие от наших школьников вам никто лекций про экономику не читал. Это прям беда. Хотя нет, это хуже, это залёт, — снимая рабочую одежду, хотел было двинуть в администрацию, чтобы перетереть проблему с ИРом, но Вика вцепилась в меня клещом.

— Погодь, ты на вопрос не ответил, нам же интересно.

— Вопрос? Ах, да… В общем, как вы уже заметили, у нас тут два типа занятости. Во-первых, социальная нагрузка, вы её почему-то квестами называете. Во-вторых, можно устроиться куда-нибудь или организовать что-то своё, — обернулся к ребятам. — За сам факт того, что ты «свой» и добросовестно исполняешь, как вы говорите, квесты, тебе полагается доступ к общественным фондам. Ну, медицина там, образование опять-таки. А ещё человеку надо где-то спать и что-то есть, чтобы не помереть. Так что в случае таких эксцессов как болезнь на произвол судьбы естественно не бросят.

— Да выполнила я пару этих ваших квестов, дурь какая-то, — отмахнулась Вика. — Зачем человека на всякую ерунду отвлекать, он без квестов больше времени на работу потратить может.

Осмотрел девушку с ног до головы, вздохнул тягостно, проделал ту же процедуру с братом, который судя по виду, придерживался схожих взглядов.

— Ребята, мы с вами через многое прошли, не чужие друг другу люди…

— Ты это к чему? — нахмурилась Вика.

— Это я к тому, что при текущем развитии технологий человеческий труд в таких количествах не нужен. Вообще. От слова совсем. Ну, некуда нам девать эту вашу тридцатичасовую рабочую неделю, некуда. Я уж про сорокачасовую не говорю, а изобретателя «9-9-6» и вообще стоило бы скормить муравьям и заставить всех это просмотреть от начала и до самого конца, чтобы даже от одной лишь мысли, устроить что-то такое начинались припадки неконтролируемого страха.

— Как это некуда? Куда не посмотри, везде рабочих рук не хватает… — начала, было, моя собеседница, но я вскинул руку и она замолчала. — Чего?

— Для чего именно не хватает этих самых рук?

— Да много где, вон, программисты жаловались, что целой довоенной техники очень мало осталось, а то, что мы производим, там своя специфика и многое приходится иной раз с нуля переделывать, — начала девушка, постепенно становясь громче. — А инженерный отдел так и вообще рвет волосы в попытках заменить выбывающий фонд.

— Вижу, что за последние полгода ты нехило так прокачала скил, — улыбнулся. — Хочешь, открою тайну? Только учти, это в самом деле не для распространения информация.

— Ну?!

— Мой родной мир обогнал этот на столетие и там есть искусственные разумы. Знаешь, что делает ИР в течении 95% времени?

— Не знаю как другие, а Млечный путь недостающих учителей подменяет.

— 95% времени ИРы играют в игры, занимаются творчеством и просто бездельничают, ибо им больше нечем заняться. И неужели ты думаешь, что они не смогли бы транслировать существующий тут софт под нашу новую технику? Да запросто. Через час у тебя бы лежал контейнер дисков с перебранным софтом, из которого ещё и ошибки убрали. Весь софт всей этой планеты за час. И я не шучу.

— Так какого *рена это ещё не произошло?

— А нафига? Зачем? Мы тут пытаемся сколотить сообщество разумных существ, а не филиал фермы по разведению тюленей.

— Ну, хорошо, допустим, ну с техникой точно могли бы помочь.

— Так и помогают, следят за нашими делами в оба глаза, чтобы мы тут не выстрелили себе в ногу.

— Аки, с*ка, мы же из последних сил, как последние рабы на галерах… — подергивая щекой начала выговаривать мне Вика, но резко замолчала. — А тот переворот? Вся эта грызня в Особом совещании, это для чего? Ты же мог выщемить всю эту шоблу ещё до того как они силы накопили.

— В одиночку не смог бы, а с помощью нашего искусственного друга вполне.

— Так почему ты этого не сделал?

— А зачем?

— Что значит зачем?

— Насильно в проект попали только те, кому некуда было идти и они бы просто сгинули. Остальные получили приглашение. Ещё часть нанялась по контракту как люди, которые будут присматривать за совсем уж мелкими.

— Мы что, игрушки, по-твоему?

— Ну, а это тут, с какого бока? Нет, вы для меня не игрушки, и для ИР вы тоже не игрушки, а вполне себе живые люди. Но и ты пойми, что существуют свои и все остальные. Сильно ли тебя заботила судьба детей, которые вручную кобальт добывали?

— Где это они его добывали? Что за ерунда? Не переводи тему.

— В Конго. И нет, тему я не перевожу. Все взятые на себя обязательства и я и Млечный путь выполнили. Наши сменщики, которым мы передали дела, были в курсе готовящегося переворота и, как видишь, даже пальцем не пошевелили.

Замолчал, ожидая ответа, но девушка лишь сопела раздраженно.

— А если говорить про вас и тебя лично, то спешу тебя успокоить, вы не занимаетесь зряшной работой, просто именно так и выглядит воссоздание технологической цепочки. Случиться может что угодно, и мы должны иметь возможность снабжать себя всем, что нам требуется. Ты ведь помнишь, как сильно выручали матрицы преобразования, когда мы жили сами по себе?

— Это да, по сравнению с остальными выжившими мы как сыр в масле катались.

— Успокоилась?

— Пока не уверена, — пробормотала девушка и, помолчав спросила: — Аки, слушай… а потолок, небо, на нем же имитация солнца и очень качественная. Иной раз смотришь и не сразу понять можешь, что оно фальшивое.

— Ну?

— Так кто мешал звезды и луну забубенить по аналогии?

— Создание имитации ночного неба является частью учебного процесса. Выпускной экзамен, в каком-то смысле. Ведь это поселение всего лишь школьный кампус, это даже не университетский городок. Предназначение этого места — научить самым основам.

Bonus (49. Сила психологии)

**

В нашем поселении, которое без затей назвали Школьным, наконец-то удалось сформировать городской совет, так что ручного управления стало меньше, но не обошлось и без эксцессов. Один из делегатов перепутал происходящее с прошлым миром и наложил лапу на кое-какие ресурсы, попытавшись организовать привычную для себя кормушку. В общем, ему очень повезло, что мы вдалбливали в людей принципы коллективных действий. Если бы не это, то возмущенный электорат сбился бы в более привычную толпу и тривиально разорвал бы этого деятеля в клочья.

Доводилось видеть, как толпа рвет людей в клочья, и это ни разу не смешно. И если кто-то думает, что раз толпа состоит из людей, а не волков, то она на такое не способна, то подумайте ещё раз. Но, если всё равно готовы настаивать на своём, просто посмотрите ролик по теме.

А ещё у нас всплыл случай педофилии. Что особо неприятно, преступником оказался преподаватель из контракторов, а жертвой первоклашка. Если бы не моя паранойя и куча свободного времени у искусственного разума, всё могло закончиться совсем нехорошо, но и так ничего хорошего в этом не было, хоть преступника и взяли на горячем.

А вот образцово-показательного суда, к сожалению, не получилось. Учитывая то, что ещё очень немногие успели получить полные права, то не удивительно, что великий рандом указал и на Хоро тоже. Людей требовалось много, нас было ещё мало, в общем, тут и в самом деле случайность в чистом виде. А ещё на всё происходящее наложилась специфика лисьего мироощущения.

У неё как-то очень специфично переплелись средневековые представления о судопроизводстве, современными материалами и своими догадками. Нет, она, фактически, не успела сделать ничего предосудительного. Просто у них на родине, судит феодал, а наказывает палач, либо, если дело происходит внутри клана, судят старейшины и они же наказывают. И вот, оказавшись среди присяжных, она восприняла это как-то, что она исполняет роль старейшины.

— И что? — спросите вы.

— И то! — отвечу вам я, ибо аякаси не поленилась, метнулась до лесозаготовителей, добыла подходящий материал и с чувством, толком и расстановкой выцарапала когтями из бревна хитро выкрученный кол. Как она потом объясняла, даже если человека приговаривают к смертной казни, это совсем не означает, что в этом наказании не должно быть воспитательного элемента.

Одним словом, пока люди втыкали на эту инсталляцию в зале суда и пытались понять как к этому всему относиться, конвоиры успели привести насильника. Вот он и услышал всё то, что рыжая рассказывала про своё творчество на ниве резьбы когтями по дереву. Как потом установило вскрытие, чувак умер от ужаса, а по городу пошла волна слухов. Мол, мы всё врём, и высшей мерой социальной защиты является не гуманный расстрел, но авторский сеанс воспитательного коловращения под чутким руководством волшебной лисы.

Впрочем, от этого была даже кое-какая польза. Через несколько дней после того случая, Хоро заскучала от безделья и решила попробовать пожить по новым правилам. Точнее, она отправилась в администрацию, в отдел социальной нагрузки, который, уже установленные малолетние вандалы, ночью, раскрасили в стиле фэнтезийной гильдии авантюристов. Да что там, они и вывеску организовали и даже доску с квестами.

Все они, конечно, выхватили по десятку часов принудительных работ, но всё равно остались очень довольны проделанной шалостью. Да и мы, посовещавшись, убрали лишь половину безобразия, оставив один из углов отдела в фэнтезийной раскраске и даже доску не стали убирать. Более того, на неё даже вывешивали заявки. Однако шутка зашла слишком далеко и люди, даже зная, что это всё антураж и реверанс в сторону малолеток, они всё равно шли сначала к доске, а уж потом к администратору если не находили ничего интересного лично им.

Впрочем, я немного отклонился от темы.

Так вот, Хоро подробностей про это всё не знала, зато обнаружила что-то смутно знакомое. Тут она вспомнила виденный ранее мультик, где главный герой вступал в гильдию авантюристов и брал заказы F-ранга, чтобы поднять уровень. А что может быть проще доставки материалов в школу и помощь на уроке труда разнорабочим?

Вот и получилось, что аякаси решила упростить себе жизнь и, приняв боевую форму, в виде огромной лисы метнулась в уже знакомое место, где и получила ожидающий её груз пиломатериалов. Следуя предписанию, она унесла на себе всё необходимое на школьный склад, а одно небольшое бревно, как ей и подсказал завуч, принесла к трудовику.

— Это я для вас принесла, — войдя в кабинет и положив дровину перед мужиком, заявило это чудо с рыжей шерстью, и улыбнулась доброжелательно.

Лиса, размерами с пони, доброжелательно улыбается… Да это и абсолютно невиновных и привыкших людей нервирует, а тут оказывается вражеский засланец был. Ну что этот, на тот момент, психически здоровый человек мог подумать? Так что, Хоро конечно та ещё обормотка, но когда мужик, роняя кал, попытался самоубиться, прыгнув грудью на острую железку, она, конечно же, сначала его обездвижила, а затем стала разбираться, что за херня тут происходит.

Учитывая оперативные действия лисы и тот факт, что стамеска застряла между ребер агента обезумевшего от своего, якобы, раскрытия, мы и смогли в полной мере насладиться этой во всех смыслах фееричной историей невероятных совпадений.

ИР Млечный путь, посоветовал обнародовать информацию, что всё произошедшее является идиотской случайностью и что не надо бездумно верить слухам. Как показал последующий допрос, я его не правильно понял и он на самом деле собирался, таким образом, лишь усилить слухи, а не опровергнуть существующие.

Самострельщика мы в итоге выходили. Да и какой из него тайный агент право слово? Зато получился замечательный символ того, что если сдаться, то твои действия будет рассматривать самый гуманный суд. А если нет, то вон она, Хоро, её рыжий хвост регулярно меж кустов этого поселения мелькает. Она ведь однажды и к тебе придёт. Обязательно придёт. Так зачем до такого доводить?