Новая душа для дочери дознавателя

Глава 1

Бывает у вас такое, когда все с самого утра идет наперекосяк? У меня сегодня выдался именно такой день. С утра проспала, потом сломался чайник, ресницы на одном глазу накрасила быстро, на втором же они постоянно слипались. Пришлось дважды умываться и краситься заново.

Сегодня важный день. Мое первое собеседование. Я хотела выглядеть идеально.

Когда надевала блузку, оторвалась пуговица, пришлось искать иголку с ниткой и пришивать. Вот что за закон подлости такой, а? Я же вчера ее гладила, все пуговицы вроде крепко держались. Так какого черта она решила отвалиться именно сейчас?! В довершение, пришивая пуговицу, уколола палец до крови. Костеря всех и вся, я впопыхах скидывала все нужное барахло в сумочку и одновременно надевала туфли. Закрыв дверь, выскочила из дома и поспешила на остановку. Времени до собеседования оставалось в обрез. Я спешила как могла. На десятисантиметровых каблуках не так-то просто по российским дорогам бежать. Поэтому со стороны мой бег был больше похож на быструю ходьбу с преодолением препятствий в виде ям и камней, усеявших дорогу. С трудом, но я все же добралась до остановки и стала ждать нужную маршрутку. Простояв десять минут и не дождавшись, начала нервничать. Время поджимало. Если в ближайшее время газель не приедет, придется разоряться на такси. Такое вакантное место я просто не могла упустить. Как только нужная маршрутка подъехала, я пролезла вперед сбитого мужичка и заняла место. Передав за проезд, снова посмотрела на часы. Вроде успеваю. Включив музыку и всунув в уши наушники, уставилась в окно, любуясь красотами родного города.

Выйдя на нужной остановке и подойдя к пешеходному переходу, стала ждать, когда загорится зеленый. Как только светофор дал добро для перехода, ступила на дорогу. Я уже прошла половину, впереди виднелась элитная высотка, где и предстояло мне работать, если пройду собеседование, как, откуда не возьмись, из-за поворота на скорости выехал мерседес представительского класса и на полном ходу понесся на меня.

Я всегда думала, что в такой момент быстро отскочу в сторону или брошусь бежать. Но все оказалось куда печальнее. Меня словно парализовало. Я так и застыла посереди пешеходного перехода, не отрываясь, смотря на несущуюся на меня машину. В последний момент у водителя, видимо, включились мозги или рефлекс, и он попытался затормозить. Раздался оглушающий визг тормозов, но было поздно. Я почувствовала сильный удар примерно в область таза. Секундный полет, удар затылком и темнота.

Какое-то время я находилась в невесомости. У меня не было тела, я, словно сгусток белой энергии, парила среди густого тумана. Мне было спокойно. Меня не мучили мысли о родителях, которым предстоит узнать о смерти любимой дочери, и не законченном втором высшем. Единственное, что меня немного волновало, так это несостоявшееся собеседование. Столько усилий и стараний было приложено, чтобы дойти до финала. Вакансия была на конкурсной основе. Нам давали кейсы с заданиями, и мы должны были дома их выполнять. Я успешно прошла все этапы, осталось только пройти собеседование с главным директором, и на тебе… Какой-то гонщик недоделанный сбил меня на зеленый свет на переходе! Вот что значит, не везет. Чтоб ему, гаду, всю жизнь икалось теперь! Так, флегматично размышляя, я продолжила парить в тумане.

— Делайте все что нужно, но верните мою дочь! — грозный окрик мужчины сотрясал стены девичьей комнаты. — Лес Дознаватель, я и так делаю что могу, но душа вашей дочери слишком далеко ушла за грань, — чуть дрожащим голосом ответил мужчина в летах. — Верни мне мою дочь!!! — вне себя от горя и злости прокричал лес Дознаватель. — Хорошо, я попробую еще раз, — обливаясь потом, заверил его некромант. Мужчина положил руки на голову неподвижно лежащей молодой девушке и начал читать заклинание призыва души.

Руки некроманта дрожали от напряжения, слишком далеко была душа дочери дознавателя, уже ушла за грань. Силы его таяли, еще чуть-чуть, и он уже не сможет никого призвать. Решив испытать судьбу, все равно терять нечего — если не вернет к жизни дочь главного дознавателя королевства, ему долго не прожить — некромант скорректировал заклинание и призвал первую подходящую душу. Пару секунд отклика не было, но когда некромант почти потерял надежду и смерился со скорой кончиной, получил отклик. Подходящая душа нашлась.

Душа искрилась и была под завязку напитана энергией. Никогда прежде некроманту не приходилось видеть столь сильной души, а видел он их за свою жизнь предостаточно. Из последних сил он зацепил душу и толкнул ее в тело мертвой дочери дознавателя.

Душа, как ему показалось, радостно приняла новую жизнь.

Убрав руки от девушки и утерев рукавом пот, стекающий по лицу, некромант принялся ждать пробуждения спасенной и молиться, чтобы она не закатила истерику.

Глава 2

Не знаю, сколько я пробыла в этом тумане, но неожиданно меня куда-то потянуло. Я не стала сопротивляться, напротив, мне было любопытно посмотреть, что же там будет. Куда меня так тянет. На краткий миг я зависла над бледной, но очень красивой девушкой, которая лежала с закрытыми глазами на огромной кровати с кучей подушек. Приглядевшись к ней повнимательнее, заметила, что ее грудь неподвижна, девушка не дышала. Хотя дышать с дырой в сердце проблематично. А рану видно из разошедшихся краев платья, что было надето на нее в момент смерти, видимо. Мда... жаль девчонку. Молодая еще совсем, лет семнадцать на вид. Красивая, очень, наверное, отбоя от парней не было. Волосы, словно живое золото, крупными кольцами окутывали ее тело до самой талии. Представляю, сколько с ними мороки было. Мои волосы еле до лопаток доставали и были красивого темно-коричневого цвета. Я, если честно, блондинок не очень жалую, но оценить красоту шевелюры мертвой девчонки все же смогла. Вдруг меня словно кто-то сильно толкнул. Не в силах удержаться, я полетела прямиком на неподвижно лежащее тело девушки. Как только я с ним соприкоснулась, сознание снова померкло. Приходила я в себя с трудом. В голове шумело, в горле пересохло, по всему телу чувствовалась просто дикая усталость. С трудом разлепив глаза и проморгавшись, чтобы вернуть себе зрение, я наконец сфокусировалась.

Надо мной нависал мужчина в годах. Седые волосы, заметно проступающие морщины на лице — все свидетельствовало о том, что он не молод. На краткий миг я решила, что нахожусь в больнице, а это доктор, проверяет реакцию моих зрачков после комы. Потому что после того, как меня сбила машина, я точно впала в кому, так как прекрасно помню, насколько сильным был удар. Но в голове тут же всплыли воспоминания о тумане и золотоволосой девушке, тем самым заставляя меня сомневаться в собственной памяти.

Получше рассмотрев хмуро вглядывавшегося в меня мужчину, понимаю, что никакой он не доктор. Одежда на нем была странной, словно из древности. Узкие штаны темного цвета, рубашка на завязках и поверх — жилетка зеленого цвета. Решив не гадать, я напрямую спросила: — А вы кто?

Спросила и сама же удивилась. Голос звучал незнакомо. И дело было вовсе не в хрипоте, так как пить мне пока никто не предложил, а в самом звучании. Это был не мой голос! — Меня зовут Агнус Форт, — представился мужчина, по-прежнему чутко следя за мной, словно ожидая какой-то реакции. — Я некромант. Некромант?! Ха... вот же шутник! Дедок-то с юмором попался. Хмыкнув, я ответила: — А я тогда принцесса Уэльская! Быстро замотав головой, дедок поспешно сказал: — Нет-нет. Вы не принцесса. Вы единственная дочь главного дознавателя королевства Орделии! После его слов я немного подвисла. Вот это фантазия у него. Мне с ним тягаться явно не по силам. — А если серьезно? Кто вы? И где я нахожусь? На палату это совсем не похоже, — осмотревшись и нахмурившись, сказала я. — Я же вам сказал. Меня зовут Агнус Форт, и я некромант. А находитесь вы дома, в усадьбе Огнизеских, — уверенно заявил дедок, заставив меня всерьез заволноваться. — Какая к черту усадьба Огнидезских?! И какой еще некромант?! — раздражаясь, воскликнула я. Что, блин, за шуточки! Нахожусь неизвестно где, еще и дедок всякую чушь несет. Кого из нас машина сбила-то?! Совсем, видно, крыша у него поехала на старости! — Усадьба Огнизеских, — поправил он меня, — и некромант я потомственный! — с гордостью отвечает на мой вопрос пожилой мужчина, считающий, что обладает сверхъестественными силами. — Издеваетесь? — уточнила на всякий случай. Может, у него чувство юмора специфическое, вот он и прикалывается? — Уверяю вас, я бы не посмел! Позвольте вам все объяснить до прихода вашего отца. Вот, возьмите, — он протянул мне стакан с водой, — выпейте, полегчает. Понюхав воду, сделала пару глотков. Обычная вода, но сейчас она казалась мне такой вкусной, что я незаметно выпила всё до дна. Отдав обратно стакан, я приготовилась слушать. Жажда больше не мучила, и мое настроение поднялось на одно деление. Присев на краешек кровати, дедок заговорил. — Все, что я вам сейчас скажу, правда. Принять вам ее, возможно, будет сложно, но от этого зависят моя и ваша жизни, — оптимистичное начало, ничего не скажешь. — Вы сейчас находитесь в теле дочери главного дознавателя, Элисии Огнизеских. На нее было совершено покушение, которое увенчалось успехом. Девушка умерла. Ее отец потребовал вернуть дочь к жизни, но душа Элисии ушла за грань, и я не смог ее вернуть. Поэтому я призвал подходящую душу и поместил в тело Элисии, — почти шепотом закончил говорить некромант. Пару секунд я смотрела на него, ища признаки смеха, вранья. Но нет, дедок искренне верил в то, что говорил. В голове снова всплыли воспоминания о тумане и девушке. Я тут же схватила себя за волосы и поднесла к лицу. В моих руках была длинная золотого цвета прядь. Не веря в то, что вижу, я дернула за эту самую прядь. Последовавшая боль подтвердила, что волосы настоящие. — Зеркало дайте, – находясь в предшоковом состоянии, потребовала я. Мужчина молча достал из кармана небольшое круглое чуть мутноватое зеркальце и протянул мне. Взяв дрожащими руками, я с опаской поднесла его к лицу. Что ж, дед не сумасшедший! Или мы оба сумасшедшие, потому что из зеркала на меня смотрела еще чуть бледноватая незнакомка. Аристократичные черты лица, высокие скулы, прямой аккуратный носик, четко очерченные брови на два тона темнее волос, чуть пухлые губы. Глаза незнакомки были цвета грозовых туч, насыщенно-серого, дымчатого цвета. В сочетании с длинными загнутыми ресницами смотрелось очень эффектно. Девушка была красива. У нее была идеально ровная кожа. Зубы и те были как у наших голливудских звезд. Осмотрев все остальное, я пришла к выводу, что тело мне досталось молодое и красивое. И все бы ничего, но это не мое тело! Не мои волосы! Не мои глаза! Все не мое!!! Швырнув зеркальце на кровать, я закрыла лицо руками, стараясь глубже дышать, чтобы не свалиться в истерику. Как такое возможно?! Я что, умерла в своем мире? А как же родители??! Боже... они же с ума сойдут! Ну почему я?! Я ведь только жить начинала, мне всего двадцать два исполнилось месяц назад. Убиваясь жалостью к себе, к родителям, жалея о непрожитой жизни, я на какое-то время выпала из реальности. Немного успокоившись, я решила прояснить у дедка пару деталей. — Почему вы выбрали именно мою душу? — задала я мучивший меня вопрос. — Я не выбирал именно вашу. Я призвал первую подходящую душу. — А как вы определили, что моя душа подходит? — задала я новый вопрос. — Когда формируешь призыв, то вкладываешь нужные параметры. В данном случае я вложил параметры, подходящие для этого тела. Нужна была душа молодой девушки с сильной магической энергетикой. — С магической энергетикой? — переспросила я — Тут вы явно ошиблись! Во мне нет никакой магии. В моем мире вообще нет магии как таковой, — уверенно сказала я. — Ошибиться я не мог, так как четко сформировал необходимые критерии, — так же уверенно ответил дедок. — К тому же я видел вашу душу, вы определенно обладаете магическим даром. Причем очень сильным. Ну какая, блин, магия?! Да я всю жизнь, во все эти магические штучки не верила. И книги, так популярные у девчонок моего возраста, про магию, эльфов и другую нечисть, не читала никогда. Ну неинтересно мне было. Мне нравилась моя жизнь. Реальная жизнь с реальными людьми. А сейчас я мало того что умерла и попала в тело другой девушки, так еще и магией обзавелась. Класс! Полный набор! Осталось еще мужем обзавестись, для полноты картины, так сказать.

Кстати, надо бы уточнить, а то мало ли. — У меня мужа нет? — Нет. Вам, то есть, Элисии, было всего семнадцать, — обескураженно ответил некромант. Вздохнув свободнее, я задала новый вопрос. — А совершеннолетие с какого возраста наступает? — В двадцать лет вы станете совершеннолетней. Но вашу судьбу будет по-прежнему решать отец. И замуж вас отдаст он не скоро. Лес Дознаватель души не чает в своей дочери, поэтому так скоро не решится с ней, вами, расстаться, — пытаясь меня успокоить, пояснил дедок. — А как зовут моего батюшку? — задала я важный вопрос. — Лес Рикард Огнизеских. Чаще к нему обращаются как «лес Дознаватель». Но вам следует называть его папенькой. Так его называла Элисия. Вот же... папенька! Все веселее и веселее. — Расскажите мне об Элисии. Вы ее хорошо знали? — Не так уж хорошо, но достаточно, чтобы на первое время обмануть окружающих. Слушайте внимательно. Элисия учится в королевской академии магии, на втором курсе. Сейчас там каникулы, и она приехала в отчий дом. Элисия, то есть, теперь вы, предпочитает зеленый чай, овощи и осмийскую кухню. Ненавидит шоколад. Сладости практически не ест, как и мясо, за исключением дикой курпатки. Мясо этой птицы считается диетическим. Элисия любимая дочь, богатая, привыкшая, что любой ее каприз исполняется мгновенно. Магически одаренная, хоть и не дотягивает до уровня отца, — подумав, некромант добавил: — Дружит Элисия лишь со знатными, на остальных внимания не обращает. Советую вам это учесть. Итак, что мы имеем? Элисия высокомерная избалованная богатая папина дочка, которая привыкла, что весь мир крутится вокруг нее. Особых трудностей с ее окружением, я думаю, быть не должно. Буду просто на всех высокомерно смотреть и молчать. А вот с папенькой может быть проблема. Так как кто знает, как она там себя ведет с отцом наедине. Послушная дочка или капризная малышка? Дилемма, однако. Этот Рикард как его там… Огнизский… Огнедский? Короче, папенька может на раз меня раскусить. Ну не может любящий отец не заметить изменений в поведении дочери. А то, что отличия будут, я уверена на все сто процентов. Я таких, как эта Элисия, богатеньких и высокомерных девиц, на дух не переносила. Так как в большинстве случаев сами они без денег родителей ничего собой не представляют. Для них брендовые шмотки и дизайнерские побрякушки важнее всего в жизни. Я таких всегда называла гламурными куклами.

И говорю я так не из зависти, так как мои родители хоть и не олигархи, но довольно обеспеченные люди. И мы с младшим братом ни в чем не нуждались. Но я никогда не хотела зависеть от денег родителей, поэтому сама поступила в универ, на бюджетное место. Училась очно, и каждая оценка в моем дипломе заслужена трудовым потом и постоянным недосыпом. Я ночами порой практически не спала, а учила, готовилась к парам, зачетам, экзаменам. После решила получить еще одно высшее, на этот раз заочное, так как нужно было устраиваться на работу. Родители первое время часто пытались совать мне денег, больше, чем необходимо для скромного существования, но потом смирились с моей самостоятельностью. Конечно, какие-то деньги я все же брала у них, пока не работала. Мне ведь надо было есть, платить за квартиру. Но больше необходимого не тратила. Не скупала вещи именитых дизайнеров, не ходила по ресторанам, а готовила дома, и в клубах не тусила. Дело было не в моих принципах или капризе богатенькой девицы. Просто я знала, каким трудом заработано наше состояние. В свое время родители столько сил и здоровья вложили в бизнес, чтобы дать все необходимое нам с Артемом. И мне было жаль тратить их деньги на всякую ерунду, на вещи, которые не стоят таких денег, которые за них просят в бутиках. Поэтому, как только съехала от родителей в двушку, подаренную мне на совершеннолетие, я стала стараться, привыкать к самостоятельности.

Первым делом начала искать работу, и мне почти это удалось. Эх… обидно до слез. Ладно, слезы делу не помогут, надо думать, что теперь делать. — А что будет, если папенька Элисии поймет, что я не его дочь? — спросила я некроманта. Дедок сбледнул. Потом, передернув плечами, ответил: — Смерть будет... Обоим, — решил уточнить он. Мда... такой расклад меня не устраивает. Снова умирать не хочется. Хотелось бы пожить, новый мир посмотреть, раз уж здесь оказалась. — И что нам делать? — смотря на некроманта, спросила я. — Тебе стать Элисией. А мне пора от дел отходить. Староват я стал для такого стресса. Здоровье уже не то, — стал жаловаться тот, кто и притянул меня в этот мир. Некромант, конечно, человек пожилой, но не настолько же, чтобы со дня на день душу богам отдать. Так что нечего прибедняться. Сам заварил эту кашу, пусть теперь помогает в ней не захлебнуться. — Как вы предлагаете мне обмануть главного дознавателя королевства? Он же сразу поймет, что я не его любимая дочь! — возмущенно произношу я. Некромант на время задумался, видимо, осознал, что если нас раскусят, то на пенсию он не уйдет. Пойдет на перерождение... или что там после смерти… Я только туман помню. — Надо сказать, что у тебя с памятью проблемы, — выдал дедок дельную мысль. — Потеря памяти, значит... а что, хорошая идея, — уже более благосклонно ответила я ему. Вот может же хорошие идеи выдавать. Главное — мотивация! А что лучше, чем угроза смерти, может смотивировать? Я только хотела задать пару уточняющих вопросов, как дверь резко распахнулась, и в комнату вошел высокий, мощного телосложения мужчина. На вид я бы ему дала не больше тридцати пяти. Суровое, но красивое лицо. Широкие дуги бровей сейчас были нахмурены, серые глаза, так похожие на глаза Элисии, просканировали комнату и остановились на мне. Как только он увидел меня, его черты разгладились, в глазах проявилось тепло и нежность. С плеч мужчины будто непосильный груз свалился. Преодолев разделяющее нас расстояние, он сгреб меня в медвежьи объятья. — Радость моя, Элисия! Жива! Слава богам! — немного грубым голосом произнес мужчина, не разжимая рук. По мне так слава не богам, а ушлому дедку, который еще не готов помирать. Но говорить об этом счастливому отцу я, разумеется, не стала. — Как ты себя чувствуешь, Эли? — заботливо спросил мужчина, наконец-то выпустив меня из крепких объятий. Я не знала, что ему сказать, поэтому скосила взгляд на некроманта, который в этот момент пытался слиться с мебелью. Ну уж нет, дедуля! Отдуваться вместе будем! Папенька, не получив от меня ответа, перевел потяжелевший взгляд на некроманта. — Почему она молчит? Что с ней? — грозно спросил он. Скажу честно, в этот момент я сама от его голоса струхнула, а про дедка и говорить нечего. Он, бедолага, уже дважды цвет лица сменил, с красного на белый. Подойдя ближе, дед ответил. — Ваша дочь потеряла память, — чуть подрагивающим голосом сказал он. — Ты что, покалечил мою дочь? — зло сузив глаза уточнил папенька. Я же искренне сочувствовала в этот момент некроманту, но не менее искренне радовалась, что гнев дознавателя направлен не на меня. — Лес Дознаватель, возращение души дело сложное и непредсказуемое.

Заранее невозможно знать, какими будут последствия. В случае вашей дочери потеря памяти — еще не самое ужасное. Ее душа была за гранью, и мне просто чудом удалось ее вернуть, — вдохновенно врал дедок. — Поэтому потеря памяти меньшее, что могло случиться. Главное ведь, что ваша дочь жива и здорова. А воспоминания у нее новые будут с вашей помощью, — полебезил некромант в конце. Вообще он молодец. Складно наврал, меня даже гордость за него взяла. Все же не чужой человек. Он в этом мире единственное знакомое мне существо. Поэтому я решила его поддержать. — Папенька, — слабым голосом обратилась я к мужчине, — что произошло? Перестав испепелять взглядом некроманта, мужчина вернул все внимание ко мне. — На тебя было совершено покушение, Эли, но уже все хорошо. Тебе не стоит об этом переживать, — ласково постарался ответить он. Все же голос его привык приказывать и отчитывать. И к нежности он был непривычен, но папенька старался. Я оценила. — Ты нашел их? — задала я важный для меня вопрос. А то вдруг снова кинжал в сердце вгонят. — Нет еще, — хмуро ответил папенька, — но найду, не сомневайся, — заверил меня лес Дознаватель. И я не сомневалась, что найдет. Найдет и накажет! И не завидую я им, потому что от этого мужчины исходят волны силы и мощи. С такими, как мой (а теперь он мой) папенька, шутки плохи. Поправив мне одеяло и поцеловав в лоб, папенька велел мне отдыхать и ни о чем не думать. Приказав некроманту следовать за ним, мужчина покинул мою спальню. Оставшись одна, я долгое время не могла уснуть. Перед глазами стояли родители, брат. Вся моя жизнь. Я ведь только начинала жить. Еще толком ни с кем не встречалась даже. Некогда мне было, учеба, потом поиски работы. Все откладывала, думала, что успеется. А вот как все вышло.

От жалости к себе, к своей судьбе, и от того, что больше никогда не увижу своих родных, не обниму, не скажу, как сильно их люблю и как благодарна им за все, я расплакалась. Уткнувшись в подушку, чтобы заглушить рыдания, я выплескивала всю боль, страх и разочарование, что сковали мое сердце. Не знаю, сколько я так проплакала, но, вконец обессилив, наконец уснула.

Глава 3

— Лесса Элиссия, вам необходимо это выпить, так сказал господин некромант, – настаивая на своем, упрямо пихала мне под нос пиалу с каким-то до жути вонючим зельем нянюшка Осинья.

Когда эта крепко сбитая женщина с добрым лицом пришла с утра меня будить, я не знала о доме и его обитателях, за исключением папеньки, ровным счетом ничего. Но словоохотливая нянюшка, которую любезно предупредили о потере памяти у подопечной, воодушевлённо мне рассказала обо всех.

Начала она с себя. Оказалась, что женщина с самого рождения заботилась об Элиссии, так как ее матушка умерла родами. Женщина души не чаяла в своей подопечной, несмотря на не самый добродушный характер Элиссии. Все списывали это на отсутствие у бедняжки матери. И Элиссии прощалось практически все. Ее пренебрежительное отношение к слугам и нянюшке, капризы по любому поводу, причуды в еде, меняющиеся, к слову, по несколько раз в неделю. Опасалась Элиссия лишь папеньку, и то только когда переходила границы дозволенного и лес Дознаватель ловил ее на горячем. Тогда добрый папенька превращался в сурового отца, который мог лишить дочурку прогулок с друзьями, урезать бюджет на новые платья или, самое ужасное, запереть Элиссию дома и не взять с собой на очередной бал во дворце. Элиссия привыкла находиться в центре внимания, ей нравилось, что ее красотой восхищаются, что парни провожают ее взглядами и мечтают хоть раз станцевать с ней. Поэтому остаться без бала было самым суровым наказанием для юной лессы.

Со слов нянюшки Осиньи, в доме было две служанки, Илана и Сиена, девушки отвечали за уборку. На кухне царствовал повар по имени Жанир, именно ему постоянно приходилось терпеть претензии Элиссии, так как, на ее взгляд, он готовил слишком жирную и калорийную пищу, которая вредна для девичьей фигуры. Повар сохранил свое место лишь благодаря лессу Дознавателю, так как папенька Элиссии наотрез отказался его увольнять. Мужчину устраивало, как готовил Жанир, есть одни овощи лес Дознаватель не хотел.

На кухне Жаниру помогали две женщины, Мадлена и Лусия. Также в доме был дворецкий по имени Абрах, конюх по имени Винар и садовник Томас.

Осинья, после того как Элиссия выросла, стала выполнять обязанности экономки. Отвечала за подбор персонала, в особенности служанок, и за многое другое.

Сейчас же добрая нянюшка с упорством, которому бы бараны обзавидовались, пыталась заставить меня выпить сомнительную микстуру.

— Выпейте, – увещевала нянюшка меня, – перестаньте упрямиться, а то придется позвать вашего папеньку, – под конец перешла к угрозе женщина, видя, что я не собираюсь сдаваться и пить эту гадость.

Папеньку мне снова лицезреть не хотелось, но и пить непонятно что — тоже. Мало ли что туда дедок намешал.

— Нянюшка, я уже хорошо себя чувствую, правда. Не нужна мне эта гадость, – попыталась я убедить женщину, что в микстуре нет необходимости.

— Господин некромант сказал, что это обязательно нужно выпить, чтобы вы быстрее встали на ноги, – упрямо стояла на своем она.

Поняв, что мне не переубедить ее, тяжело вздохну, я взяла пиалу и поднесла к губам. Помянув недобрым словом вредного дедка, который до сих пор меня не навестил, залпом выпила содержимое. На вкус микстура оказалась не такой гадкой, как на вид. Она отдавала травами и немного горчила, но не более.

— Вот и хорошо, – довольно запричитала нянюшка, поправляя мне одеяло, – скоро вы совсем поправитесь и снова будете порхать по дому, радуя всех домочадцев.

На ее высказывание я лишь тихонько хмыкнула. Ага, как же, радовать! Не удивлюсь, если домочадцы молились, чтобы Элиссия как минимум месяц в кровати провалялась без чувств.

— Нянюшка, а ты не знаешь, когда господин некромант придет меня навестить? – задала я интересующий меня вопрос.

— Да кто ж его знает, может, и не придет вовсе. Ведь в его услугах больше нет необходимости. Вы, слава богине-матери, идете на поправку. Вам покой только рекомендовали, – продолжая наводить порядки в моей комнате, ответила Осинья.

Я от такой новости пришла в уныние. Без дедка мне туго придется. Он, в случае чего, подстраховать мог. А теперь придется все самой изучать методом проб и ошибок. Надеюсь, мое незнание мира спишут тоже на результат тяжелого возвращения из мертвых.

— Кстати, – заговорщически начала нянюшка, – вам там письма поприходили, от лесса Девьера и лесса Фирховского. Хотите, я вам их принесу? Почитаете, может, повеселеете. А то совсем что-то загрустили, – смотря на меня, сказала женщина.

— Нянюшка, я же совсем не помню их, – напомнила я ей про потерю памяти.

— Ох… что же это я… Совсем запамятовала. Ну ничего, почитаете, может, что и вспомните. Я сейчас принесу, обождите.

Со скоростью, которой я от ее комплекции не ожидала, нянюшка выскочила из спальни за письмами от неизвестных мне лессов.

Оставшись на какое-то время одна, я без посторонней помощи приняла полусидячее положение. Во всем теле еще присутствовала слабость, и от такого, казалось бы, простого действия у меня даже выступила испарина на лбу.

Приняв письма, что так заботливо принесла нянюшка, я с опасением вскрыла первое, что попалось в руки. Вдруг сейчас окажется, что я читать не умею? Язык-то я их понимаю и говорю на нем, но вдруг на этом все и заканчивается?

В общем, письмо от некого лесса Девьера я открывала с опаской.

Прочитав первые строки, свободно выдохнула. Текст был понятен, даже несмотря на корявый почерк.

«Дорогая лесса Элиссия, я пишу вам это письмо в надежде на вашу милость. Тот день, когда я вас увидел, стал днем, когда в моем сердце расцвела любовь. С тех пор все мои мысли посвящены вам. Я мечтаю вновь вас увидеть, прикоснуться губами к вашей изящной ручке, вдохнуть столь прекрасный запах, что присущ лишь вам.

Вы мое наваждение, вы та, к ногам которой я готов положить весь мир. Лишь от одной вашей улыбки мое сердце замирает от восторга.

Я молю вас о встрече! Позвольте вновь моему сердцу трепетать от счастья лицезреть вас.

Ваш преданный и надеющийся на встречу,

Эрик Девьер».

Дочитав письмо, я посмотрела на нянюшку, которая стояла возле прикроватной тумбы и делала вид, что наводит порядок. В том, что письмо она прочитала, я не сомневалась, поэтому и спросила ее совета.

— И что мне ему ответить? Я же его совсем не помню, – жалобно смотря на нянюшку, спросила я.

— Не расстраивайтесь, лесса. Напишите, что вы немного захворали и пока не можете с ним встретиться. Уверена, лес Девьер все поймет и не затаит на вас обиду за отказ, – посоветовала Осинья.

Взяв палочку, отдаленно похожую на нашу ручку, стала писать ответ влюбленному лессу.

Закончив, я отложила его в сторону и принялась читать второе письмо, от лесса Фирховского.

«Моя прекрасная лесса Элисия. Я пишу вам, так как разлука стала невыносима для меня. Прошла неделя с тех пор, как я имел возможность видеть вас. Я потерял покой. Я вижу ваш лик во снах и наяву, в каждой проходящей мимо лессе я ищу ваши черты, ваши прекрасные глаза, что поработили мою душу. Вы мой свет, моя отрада. Молю вас, позвольте вас увидеть! Я без вас погибаю в пучине тоски и отчаянья.

Надеюсь на ваш скорый ответ.

Навеки ваш,

Фредерик Фирховский».

Еще один влюбленный в Элиссию на мою голову. Пишут оба лесса, конечно, красиво. Прямо ни спать, ни дышать без ее прекрасного лика не могут. Честно? Аж тошно. Ну что это за оды восхваления ее неземной красоты?! Разве так мужчина должен себя вести? Унижаться и молить о встрече? Может, я, конечно, чего-то не понимаю, я в этом деле профан, но мне кажется, что писать девушке такие письма глупо. Это лишь потешет самолюбие такой, как Элиссия, но на ответные чувства оба кандидата могут не рассчитывать. Девушки любят смелых мужчин! Мужчин, которые не будут много болтать языком, а будут действовать. Нам хочется, чтобы пришел, увидел и забрал!

Хотя, может, в этом мире именно так, письмами и красивыми словами, положено добиваться благосклонности?

Если это действительно так, то я не скоро обзаведусь женихом. Не то чтобы я планировала начать поиски в ближайшее время, но когда-нибудь то я захочу семью. И желательно по любви, а не по тому, чье письмо окажется жалостливее и красивее в описании чувств.

Написав в ответ лессу Фирховскому то же, что и в предыдущем письме, мол, захворала, к встречам не готова, и все в том духе, отдала письма Осинье с просьбой отправить адресатам.

После вкусного и сытного обеда, что принесла мне нянюшка в комнату, меня навестил лес Дознаватель, он же папенька.

— Как твое самочувствие, милая? – с беспокойством в голосе спросил он.

— Мне уже лучше, – поспешила я заверить родителя, – небольшая слабость, но, думаю, она скоро пройдет.

— Конечно, пройдет. Лесса Элиссия хорошо поела, даже булочки все съела, так что скоро наберётся сил и снова будет нас радовать, – поддержала меня нянюшка, что даже с приходом папеньки не покинула меня.

— Я рад, что ты поправляешься. Мне тяжело видеть тебя такой грустной. Может, ты чего-то хочешь? – ласково проведя рукой по моей голове, спросил мужчина.

Я знала, чего хочу, поэтому тут же поспешила озвучить просьбу.

— Можешь дать мне книги про магию и историю?

— Зачем они тебе? – удивленно спросил папенька.

— Хочу почитать, – ответила я, не понимая, что в моей просьбе так удивило его.

— Почитать? – еще сильнее удивляется он.

— Ну… я же многого не помню… мне будет полезно обновить знания, чтобы, когда вернусь к учебе, не быть в отстающих, – неуверенно проговорила я.

Папенька переглянулся с Осиньей. К слову, нянюшка тоже была удивлена и с неверием взирала на меня.

Да чего они на меня так смотрят, будто никогда не видели?! Всего-то книги попросила. Раз Элиссия в академии учится, значит, книги в руках держала, так в чем проблема-то?

Проблема оказалась в том, что Элиссия книги по истории и магии только в руках и держала. Она отродясь не читала ничего, что не является популярным романом или письмом от нового воздыхателя. Поэтому-то папенька с нянюшкой и удивились моей просьбе.

Теперь у меня появился новый вопрос. Как учится Элиссия в академии, если у нее голова лишь любовными романами забита?

По ходу без крупных пожертвований на нужды академии от папеньки не обошлось. Иначе турнули бы ее оттуда как пить дать.

Переспросив еще раз, точно ли мне эти книги принести, и получив утвердительный ответ, папенька обязался передать их мне в ближайшее время.

Пообещав вечером меня еще раз проведать, лес Дознаватель отправился на работу.

Выпив снова микстуру от моего трусливо сбежавшего некроманта, я уснула.

Всю следующую неделю я провела за книгами. Старалась как можно больше узнать об этом мире, его обитателях, порядках, что здесь царят, и, конечно, о магии. Я поглощала информацию словно путник в пустыне — воду. Мне хотелось узнать как можно больше. Я относилась к людям, считающим, что информация — это сила! И она правит миром. В моем случае, помогает выживать в новом. Поэтому я не брезговала даже пару романчиков прочесть, что так полюбились Элисии. Мне не зашло. По сравнению с романами, которые пишут авторы в моем мире, это как детская сказка с ограничением десять плюс.

После того как мне наконец разрешили вставать и передвигаться по дому, я практически поселилась в библиотеке. Это стало моим самым любимым местом в доме. Нянюшка уже не раз ворчала на меня, так как за чтением я напрочь забывала о еде и сне. Пару раз я слышала, как она бормотала себе под нос, что уж лучше бы я, как раньше, изредка романы читала, чем, как сейчас, безвылазно в библиотеке торчала. В общем, первый шок у домочадцев от проснувшейся у Элиссии любви к книгам прошел. И они спокойнее воспринимали мое увлечение и ночные перекусы в библиотеке.

Папенька пару раз советовал не перенапрягаться, но в целом, мне показалось, он был доволен, что дочь стала читать что-то помимо примитивных романчиков.

Так что в конце недели я уже более-менее имела представление о мире и его обитателях. Мне до дрожи не терпелось увидеть эльфов и дроу. Правда они такие, как показывают в наших фильмах, или все же отличаются? Также я хотела посмотреть на оборотней. В книгах упоминалось, что оборотни делятся на два вида: кошачий и собачий, как я их охарактеризовала. Мне, как и любому представителю техногенного мира, в котором обитают лишь люди, было безумно любопытно посмотреть на тех, кого я считала выдумкой и не более.

Я изнывала от любопытства и желания выйти на улицу и прогуляться. И, когда за совместным ужином с папенькой я спросила дозволения и получила отказ, очень расстроилась. Аппетит пропал напрочь, поэтому остаток ужина я лишь создавала видимость, что ем. На деле же, просто вяло ковырялась вилкой в тарелке.

— Эли, сейчас правда небезопасно гулять по городу, – заметив мое состояние, начал разговор папенька, отложив столовые приборы. – Ты чудом выжила. Я не хочу рисковать. Пока не найду виновных, ты не будешь разгуливать по городу.

— Найми мне охрану, — попробовала я выпросить вольную в город.

— В прошлый раз она не уберегла тебя от покушения!— посуровев, сказал лес Дознаватель. – Скажи мне, что ты хочешь купить в городе, и тебе сегодня же все доставят, – решил подкупить меня мужчина.

— Я хотела просто прогуляться. Устала сидеть взаперти. Ты теперь меня и в академию не отпустишь? – попыталась донести я простую истину до папеньки.

— В академию пущу. Там хорошая охранная система, и ты будешь в безопасности.

И на том, как говорится, спасибо. А то вообще мог запереть меня в доме, под своим неусыпным контролем.

Я понимала, что пока не найдены те, кто хотел убить — вернее, убил Элиссию — моя жизнь под угрозой. И рисковать ею понапрасну я не хотела. Но как же обидно! Попасть в новый мир, где существуют другие расы, и не иметь возможности их увидеть, как и сам мир. Разве это справедливо? По мне, так нет! Вот поэтому я и решила попытать удачу и выпросить прогулку. Не вышло! Но хорошо, что хоть в академию пустит. Там-то наверняка все расы смогу увидеть. Осталось еще недельку потерпеть, и наступит учеба.

Ехать в академию было страшновато. Как я уже догадалась, училась Элиссия лишь номинально и умом не блистала. Но я решила не идти себе наперекор, уподобляясь прежней хозяйке тела, а стать прилежной ученицей, коей я была по жизни в своем мире. Учиться я всегда любила. И мне легко давались знания. Так что преподавателей ждет сюрприз!

С остальным уже было сложнее. Я не знала, с кем Элиссия общается. И что мне говорить ее друзьям, понятия не имела. Сказать то же, что и папеньке? Потеряла память? Скорее всего, так и придется поступить. Ничего другого в голову не приходит. А то, что поведение изменилось и тяга к знаниям проснулась, тоже можно списать на возвращение с того света. Скажу, что я, умерев, прозрела! Поняла, что моя жизнь была пуста и лишена смысла! Точно решат, что умом тронулась!

Закончив ужин и для вида попросив папеньку купить мне сумку для учебы и писчие принадлежности, удалилась в библиотеку.

На следующий день меня навестил некромант. Я уж и не чаяла его еще раз увидеть. Я как раз заканчивала читать главу про необходимость медитации, когда мне доложили о его приходе.

Как только дедок зашел в библиотеку и закрыл дверь, я тут же накинулась на него с претензиями.

— Явились наконец-то! Притащили меня в этот мир и бросили одну! – возмущенно наступая на трусливого некроманта, начала говорить я.

— Не бросал я тебя! – не менее возмущенно ответил дедок на претензию, делая шаг назад. – Думаешь, мне дверь в дом леса Дознавателя по щелчку открывают, что ли?! Без дозволения или приглашения я не могу просто явиться и потребовать увидеть тебя!

— А сейчас как явились? – поубавив пыл, спросила я.

— Лес Дознаватель приказал проверить, как душа закрепилась в теле. И нет ли новых отклонений, – хмуро сказал некромант.

— Каких еще отклонений?

— А мне почем знать! – возмущенно начал ворчать дедок. — Это ты же подозрения начала вызывать, раз меня просят тебя на отклонения проверить! Чего ты учудила?

— Я учудила??

— Ну не я же!

— Да вы! Вы… Да вы совесть вообще имейте-то! Бросили меня тут одну, без информации, а теперь обвиняете! Ничего я не чудила! Книги только читаю и все! Я что, виновата, что прежняя хозяйка тела вообще их стороной обходила?! – моему возмущению не было предела. Это надо же! Явился и обвиняет меня!

— Не могла, что ли, дурочкой прикинуться? Покапризничать? Новых нарядов потребовать?

— Да вот еще! Не собираюсь я уподобляться этой недалекой!

Плохо, конечно, о погибшей так говорить, но дедок прямо вывел меня. Обнаглел вообще!

— Жить хочешь? – задал каверзный вопрос некромант.

— Хочу! Но дурой прикидываться не буду! – категорично заявила я.

— Да за что мне это все?! Почему именно твоя душа откликнулась?! – вопрошал у Вселенной дедок.

— Наверное, заслужили! – ответила я вместо Вселенной. Зло зыркнув на меня, дедок прошел к креслу и уселся.

Последовав его примеру, я тоже села. Пару минут мы играли в гляделки. Поняв, что меня просто так не возьмёшь, дедок снова заговорил.

— Спишем все на последствия возвращения души. Но впредь старайся сильно не выделяться. Хотя… кому я это говорю! Вы с Элиссией две противоположности. Разницы только полный дурак не заметит, — печально резюмировал некромант.

— Мне кажется, папенька рад тому, что дочь за ум взялась, – решила поделиться впечатлениями с унылым некромантом. А то совсем грустный сидит. Подумаешь, заметил любящий родитель, что дочь изменилась. Так немудрено. Умереть и воскреснуть. Это же серьезное дело. Правильно дедок сказал, и не такие последствия словить можно. Так и умом тронуться недолго было!

— Он, может, и рад. Но не заметить разницы между прежней Элиссией и тобой не мог. Поэтому и попросил меня проверить, все ли с тобой хорошо.

— Ну так и скажите, что все хорошо. А изменения в поведении из-за возвращения из мертвых. В чем проблема-то?

— И долго мы будем ваши различия списывать на последствия ритуала? Рано или поздно он начнет подозревать, что что-то не так!

— Я через неделю в академию отбуду, и видеться мы с лессом Дознавателем будем редко. Так что, может, и не заметит он больше ничего! – я была настроена более оптимистично, чем некромант.

— Будем надеяться, что так и получится! Выбора все равно нет, – не особо в это веря, отозвался он.

— Вам известно, какой магией обладала Элиссия? – задала я интересующий вопрос. — Мне скоро в академию ехать, нужно знать о своих способностях. А спросить об этом у папеньки я пока не решилась. Оставила это на крайний случай.

— Нет. Это мне неизвестно.

— Вы же раньше говорили, что Элиссия одаренная, хоть и не дотягивает до уровня отца! – обвинительно проговорила я. Ведь говорил, я помню.

— Так это всем известно, что одарённая. Только дар свой развивать надо. А Элиссия не очень-то прилагала к этому усилия. А к какой именно магии у нее способности, мне неведомо. Это личное дело, и об этом на каждом углу не кричат. Она могла унаследовать способности и от отца, и от матери. Матушка Элиссии, лесса Амина, была сильной воздушницей и имела небольшие способности к некромантии. Так что дочь могла унаследовать дар любого из родителей или взять от каждого.

Теперь мне взгрустнулось. Придется все-таки к папеньке топать и задавать вопросы. А так не хотелось.

— Но я знаю, какой магией обладает лес Дознаватель, – заинтриговал меня некромант.

— Какой?

— Лес Дознаватель имеет способности к огненной стихии и земной. Ну и, конечно, к ментальной магии. В свое время лес Рикард Огнизеских был лучшим студентом на боевом факультете. Он дважды побеждал в турнире между академиями. Неудивительно, что он стал главным дознавателем королевства.

Я уже давно заподозрила, что дедок фанат папеньки Элиссии. Он с такой гордостью рассказывал о достижениях лесса Дознавателя, будто это его папенька, а не Элиссии. Впрочем, заставило меня нервничать не то, что папенька в годы Элиссии был звездой академии, а кое-что другое.

— Вы сказали, что папенька ментальной магией обладает?

— Да, он очень сильный менталист! А как же иначе-то?! Ему по службе положено! – со знанием дела заявил этот… недалекий человек.

— То есть, он может прочесть мысли любого существа?

— Только разумного! Животных и нежити — не сможет.

Меня уже начало потряхивать от злости и страха. А дедок сидел себе спокойненько и расписывал, как в свое время лес Дознаватель смог вычесть шпиона из соседнего королевства и раскрыть вражеский замысел по свержению нашей королевской династии, что уже не одно десятилетие стоит у власти.

— И когда вы собирались сказать мне, что в мою голову в любой момент может влезть папенька и все узнать? – словно разгневанная змеюка прошипела я.

— Так поставь защиту от ментального воздействия. Если тебя попробуют считывать, сразу поймешь. Хотя и маловероятно, что лес Огнизеских полезет в голову к своей дочери. Любое ментальное воздействие несёт опасность. Он не станет вредить дочери без веской нужды, – уверенно и спокойно заявил некромант.

— Поставить защиту? – глядя на мужчину почти с ненавистью, спросила я. – А ничего, что я понятия не имею, как это сделать?! – срываясь, закричала я.

Когда до некроманта дошло, что мы были на волоске — правда о подмене могла всплыть в любой момент, и нам обоим жить оставалось бы не долго — он понял весь масштаб проблемы.

— Вот же демоны преисподней!! – мгновенно вспотев от страха, прохрипел он. – Да как же так?! Я ж забыл, что ты из отсталого мира.

— Сами вы из отсталого мира! – зло рыкнула я на наглого дедка. Опять накосячил и еще смеет мой мир оскорблять!

— Ладно, спокойно! Мы живы, значит, лес Дознаватель ничего не знает. Я сам поставлю тебе защиту от ментального воздействия, – успокаиваясь и игнорируя мою злость, проговорил некромант.

Встав с кресла, приблизился ко мне и потребовал закрыть глаза. Гнев на дедка все еще бурлил внутри, но получить защиту от менталиста было важнее. Закрыв глаза, попыталась почувствовать, что делает некромант.

— Все, готово! – довольно сказал дедок, через несколько секунд, усаживаясь обратно.

— Все? – недоверчиво спросила я. – Я ничего не почувствовала.

— И не должна была. Защита от ментального воздействия это азы магии. Ее детей с малых лет учат ставить.

— Это точно сработает? Лес Дознаватель не сможет ее взломать?

— Сможет, конечно, если захочет. Но, как я уже сказал, не станет этого делать. Если ты только не вызовешь у него подозрений. А от случайного считывания защита тебя спасет.

Не особо утешает, но хоть что-то. Вообще мысль о том, что кто-то может залезть в мою голову и узнать все мысли и тайны, меня очень испугала. Придется впредь быть осторожнее с папенькой и не давать лишних поводов для подозрений. Только вот сделать это будет нелегко, пока мы живем под одной крышей. Скорее бы учеба началась.

Пока я предавалась унынию, некромант достал из нагрудного кармана блокнот и уже знакомую мне палочку для письма. Написав что-то, он вырвал листок и протянул его мне.

— Здесь названия книг, которые тебе следует изучить до отъезда в академию. И чтобы узнать твои способности, я порекомендую лессу Дознавателю отвести тебя вновь к кристаллу стихий, он покажет, к каким направлениям у тебя предрасположенность, и уровень силы.

— А как вы ему это объясните? Элиссия ведь, скорее всего, ходила к кристаллу раньше.

— Ходила. Но бывали случаи, когда после возвращения души силы у кого-то уменьшались, а у кого-то увеличивались. И менялось главенство стихий у мага. Так что рекомендация будет обоснованной, – направляясь к выходу, ответил некромант.

— Когда вы еще придете? – пока он не ушел, спросила я. Ни за что не признаюсь этому вредному дедку, но я переживала, что больше он меня не навестит. Дело было не только в том, что он единственный знал, что моя душа этому миру не принадлежит, и мог поделиться нужной информацией.

Лишь с некромантом я могла быть собой и не играть роль дочери лесса Дознавателя. И мне было страшно, что он исчезнет из моей жизни, как со временем исчезну и я. Останется только лесса Элиссия. С новой душой.

И хоть теперь я не являлась в полном смысле собой и не могла полностью ассоциировать себя с этим телом, я пока еще сохраняла свои повадки, свое мнение и свое мышление. И хотела, чтобы так было и дальше.

— Не могу сказать точно. Если что-то срочно понадобится, попроси свою нянюшку. Она устроит нам встречу. Она всегда исполняет просьбы своей подопечной, – посоветовал некромант и покинул дом Огнизеских.

Глава 4

Время до моего отбытия в академию пролетело быстро. Я успела прочесть рекомендованные некромантом книги и кучу других, в том числе и те, что я просила у папеньки. Информации в голове было много. Но, несмотря на информационное обилие, я была в восторге от прочитанного. Книги про магию и магических существ я воспринимала скорее как мифы, чем реальность. Сложно было перестроиться и поверить в то, что всегда считала сказкой и выдумкой.

С папенькой мы виделись редко. Он упорно искал тех, кто посмел навредить его дочери, не забывая и о своих прямых обязанностях перед королевством. Приходил домой лес Дознаватель поздно, а уходил рано утром. Видя, как много он работает, я начала понимать Элиссию лучше. Она росла без матери и практически без отца. Ему некогда было уделять ей время. Он живет работой. Поэтому Элиссия и выросла такой избалованной и капризной. Чувствуя вину перед дочерью за свое постоянное отсутствие, лес Дознаватель ни в чем не ограничивал свою малышку, потакая ей практически во всем. Вот и выросла она такой эгоистичной.

Большую часть времени я проводила с нянюшкой. Она неустанно пыталась во всем мне угодить и предусмотреть любое мое пожелание. Такая забота утомляла и тяготила меня. Я не привыкла, чтобы со мной так нянчились. Я считала себя уже достаточно взрослой и самостоятельной, для того чтобы заправить кровать или сложить свое белье. Как и самостоятельно принимать ванну, без посторонней помощи. Нянюшки было слишком много.

Лишь в библиотеке я могла побыть наедине с собой. В это время нянюшка отправлялась инспектировать работу служанок и решать бытовые вопросы. Я же отдыхала от ее присутствия и наслаждалась новой книгой.

В последний день перед моим отбытием у нас с папенькой состоялся непривычный для него разговор.

Он заглянул ко мне, когда все вещи были упакованы и готовы отправляться со мной в путь. Каких нервов и выдержки стоили мне эти сборы, только богу известно. Нянюшка Осинья так и норовила доложить очередной шедевр портного искусства в чемодан, заявляя, что мне это может пригодиться в академии. Да такие платья, сплошь усыпанные драгоценностями, только на балы и носить, а не в академии в них шастать. Как она вообще себе это представляла?! Битву по поводу нарядов я выиграла, но все же пришлось уступить нянюшке и взять пару платьев, на всякий случай. Очень уж печальный взгляд у нее был. Я была вынуждена идти на компромисс.

И вот, только я выдохнула свободно, как пожаловал папенька. В этот раз нянюшка поспешила покинуть нас, оставив одних.

— Добрый вечер, Эли. Вижу, ты готова к отъезду, – начал он разговор.

— Добрый вечер. Да, вещи собраны, – аккуратно подбирая слова, ответила я, рассматривая папеньку и отмечая его уставший вид.

Мужчина бегло осмотрел мою комнату, ни на чем не задерживая взгляда. Ему было неловко, и он не знал, с чего начать разговор. Решив его подтолкнуть, спросила:

— Что-то случилось? На работе проблемы?

— Нет, все хорошо, – удивленно посмотрев на меня, сказал папенька.

Видимо, опять я что-то не то спросила. Да я как на минном поле живу. Шаг в сторону, и взрыв! Как понять, что можно говорить, а что нельзя?!

— Я знаю, ты многое пережила, и тебе сейчас нелегко. Но я хочу, чтобы ты знала, что я всегда рядом. Ни моя работа, ни мои обязанности не будут препятствием, если я буду тебе нужен. Понимаешь? — собравшись, проговорил лес Дознаватель, тем самым заставив меня почувствовать себя неуютно. Он искренне переживал за дочь и за то, через что ей приходится, по его мнению, проходить. Но я не была ею. И эти слова предназначались не для меня. Поэтому я чувствовала себя воровкой. Словно украла что-то личное и сокровенное. Принадлежащее только Элиссии и ее отцу.

— Даже если память не вернется к тебе, все будет хорошо. Будут новые воспоминания, возможно, лучше прежних, – не подозревая о моих мыслях, продолжал говорить он.

— Со мной все хорошо. Правда. И хоть я ничего не помню, возможно, так действительно лучше. Я смогу строить по новому свою жизнь, не опираясь на предыдущий опыт. Мне многое не понятно, многое ново для меня, но я справлюсь. У меня есть ты и нянюшка. И я знаю, что вы всегда мне поможете, если будет необходимо. И, наверное, я кажусь вам другой, но я не помню себя прежней и не знаю, что мне стоит говорить или делать, а чего нет. Поэтому я надеюсь на ваше понимание и снисхождение, – попыталась я объяснить очевидное расхождение в поведении с Элиссией. Лучше сразу дать логичное оправдание моим дальнейшим оплошностям. Подстраховаться на всякий случай.

— Знаешь, как бы это жестоко ни звучало, но я рад этим изменениям. Ты стала более взрослой и ответственной. Я люблю тебя, Эли, но раньше тебя кроме модных журналов, балов и посиделок с подружками мало что интересовало. Сейчас тебя из библиотеки не вытащить. Поначалу меня это удивляло и пугало. Я боялся, что ты не в себе. Но после беседы с Агнусом понял, что ты как новый человек, заново познаешь мир. Поэтому, если тебе что-то будет нужно, интересно, ты всегда можешь обратиться ко мне.

— Спасибо, – ответила я. Мне было очень неудобно перед чужим, по сути, отцом. Было приятно, что изменения, которые произошли из-за моей души, ему нравились, ведь и мне нравилась его забота. Но чувство неловкости и доля вины из-за обмана угнетали. Я всегда была близка со своими родителями. Но как вести себя с чужим родителем, дочерью которого я теперь стала, я не имела понятия. Поэтому каждый раз, встречаясь с лессом Дознавателем, я не знала, что мне делать и что говорить. Усугублялось все еще тем, что я боялась быть разоблаченной. Было страшно, что он поймет, что от его дочери осталась лишь внешность и не более.

Вытащив из кармана золотую цепочку из тонкого, кажущегося воздушным плетения, на которой висел шарообразный кулон с зеленым камнем по центру, он обратился ко мне:

— Я прошу тебя никогда не снимать эту цепочку, Элли, – подойдя, он застегнул ее на мне. – Пообещай, что не снимешь ее, даже если она не будет сочетаться с твоим нарядом.

Лес Дознаватель был серьезен и требовательно смотрел в мои глаза.

— Обещаю, – сказала я и тут же полюбопытствовала: – А что в ней такого? Почему нельзя снимать?

— В случае опасности она защитит тебя до моего прибытия, – ответив, мужчина прижал меня к груди и поцеловал в макушку. – Веди себя хорошо в академии. И перестань третировать магистров. Хотя это уже неважно, – хмыкнув в макушку, он еще раз сжал меня в объятьях и отпустил.

— Я пополнил твой счет на расходы. Не забудь свой браслет.

Задрав рукав, я показала, что браслет, с помощью которого в этом мире расплачиваются, на месте.

Браслет был выполнен из неизвестного мне металла, внешне похожего на красное золото. Когда я спросила у Осиньи, из чего он сделан, она сказала, что из редкого металла, работать с которым могут только гномы. И выдаются такие браслеты только в банках, которые принадлежат гномам, и лишь вип-клиентам. Такой браслет невозможно украсть, вернее, украсть можно, но воспользоваться нет. Работает он, лишь находясь на руке владельца.

Удобная вещица. Вроде наших пластиковых карт, только совершеннее.

— Спасибо еще раз. И обещаю, что буду паинькой, – заверила я волнующегося родителя.

— Похоже, академию ждет сюрприз, – весело хмыкнул мужчина. – Я предупредил ректора о произошедшем с тобой. Он в курсе, что ты ничего не помнишь, и обещал попросить магистров о снисхождении во время учебы. До тех пор, пока ты не освоишься.

— Хорошо, – я не была уверена, что это хорошо, но спорить не стала. Что сделано, то сделано. Может, так даже лучше, меньше подозрений будет вызывать мое отличающееся от Элиссии поведение.

Я много думала о том, как себя вести в академии. С друзьями Элиссии, преподавателями, поклонниками. В итоге решила, что немного высокомерия, чуточка презрения и превосходства помогут мне гармонично влиться в образ прежней Элиссии. Из того, что я знаю о ней, такое поведение будет наиболее подходящим для непровозглашенной королевы академии.

— Не буду тебя утомлять, отдыхай. Завтра не смогу тебя проводить, рано уеду на работу, но если что-то понадобится, ты всегда сможешь со мной связаться, – чуть виновато проговорил папенька.

— Я все понимаю. У тебя важная работа, – сказала я то, что он подсознательно хотел услышать.

Мне, если честно, было немного обидно за Элиссию. Мог бы задержаться и проводить дочь как следует, но нет же, работа оказалась в приоритете. И то, что он занимает важную должность, не оправдание. Мой отец тоже занятой человек, но он всегда старался уделять нам с Артемом как можно больше времени. А лес Дознаватель жил на работе и работой.

Элиссия была несомненно важна для него. Он ее любил. Но ему было легче работать, чем воспитывать дочь. Проводить с ней время, обучать, интересоваться ее увлечениями. Проще было откупиться. Элиссия не знала в чем-то нужды, все ее пожелания и потребности исполняли. Но единственно важного, на мой взгляд, ей так и не дали. Внимания любящего отца.

Поэтому сейчас мне было обидно, что лес Дознаватель снова предпочел работу дочери.

— Эли, прошу, не злись. Если бы я мог, то обязательно проводил бы тебя в академию. Ты ведь знаешь, как важна моя работа на благо королевства, – заметив, что меня расстроило то, что он уедет раньше моего отъезда, папенька постарался объясниться.

— А я важна? – спросила я.

Знаю, наверное, глупо требовать чего-то от него, особенно в свете того, что я не совсем его дочь, но смолчать не смогла.

— Конечно, ты важна для меня. Важнее всего, Эли.

— Тогда почему ты не можешь задержаться и проводить меня?

— У меня на завтра назначена важная встреча, и мне необходимо там быть.

Что ж, стандартная отговорка любого занятого человека.

Я всегда придерживалась мнения, что важнее семьи нет ничего. Работа несомненно важна, но семья всегда должна быть в приоритете.

Что там за встреча такая, что нельзя ее немного сдвинуть по времени?!

Решив дальше не настаивать на его присутствии, ответила:

— Хорошо. Я поняла.

— Эли… – начал говорить папенька, но я его перебила:

— Я правда все понимаю и не злюсь, – выдавив из себя улыбку, заверила его.

— Обещаю, как только появится возможность, мы съездим с тобой в Зеленую долину, – пообещал папенька.

— Зеленую долину? – заинтересованно спросила я.

— Это в эльфийских землях. Популярное место отдыха. Там красивейшая природа и лечебные источники. Ты давно хотела там побывать.

Звучало заманчиво. Посмотреть на эльфов, побывать на их землях.

В общем, предложение, а вернее, обещание мне пришлось по душе. Я уже искренне улыбнулась папеньке.

— Договорились! – с улыбкой ответила ему.

— Счастливого пути, Эли. Я буду скучать, – улыбаясь в ответ, сказал лес Дознаватель.

Еще раз обняв меня на прощание, он широким шагом покинул комнату.

Долго в одиночестве я не пробыла. Вернувшаяся нянюшка протянула небольшую запечатанную коробочку.

— Это вам, только что пришло.

— От кого? – недоуменно спросила я, беря в руки посылку.

— Не знаю. Мне было велено передавать вам лично в руки. Посылку доставила имперская служба доставки, а у них лучшая проверка безопасности посылок, поэтому я сразу принесла ее вам, а не лессу Дознавателю.

Выслушав Осинью, я вскрыла коробочку. Там лежали письмо и небольшая фигурка животного, похожего на ласку из моего прежнего мира. Фигурка была выполнена столь искусно, что на некоторое время я зависла, рассматривая ее со всех сторон. Зверюшка была белого окраса, с рыжим треугольником на голове. Кончик хвоста, который словно обнимал фигурку, тоже был рыжего цвета.

Налюбовавшись на фигурку, отложила ее в сторону и взяла в руки письмо.

«Лесса Элиссия, я чувствую ответственность за ваше состояние, поэтому, прислал вам помощника.

Хасьен, так зовут вашего нового питомца, станет для вас прекрасным другом и помощником. Через него вы сможете со мной связываться в случае необходимости.

Прошу вас быть предельно осторожной и не делать глупостей!

От ваших действий зависит не только ваша жизнь, поэтому прошу вас не привлекать к себе ненужного внимания.

Оживить Хасьена вы можете, произнеся это заклинание: «Vivifica Chasene nures».

Ваш спаситель, Агнус Форт».

Письмо от некроманта я перечитала несколько раз. Было приятно, что он обо мне не забыл, но вот насчет спасителя я бы поспорила. Если он кого и спасал, то точно не меня, а себя!

Но как вывернул-то все! Спаситель, блин!

Посмотрев на сгорающую от любопытства нянюшку, пояснила ей, кто прислал посылку.

— Это от Агнуса Форта. Он переживает за меня и мое состояние. Прислал вот такую фигурку, – взяв в руки зверушку, показала ее Осинье.

— Господин некромант такой учтивый и заботливый. Он очень сильно переживал за ваше состояние, – смущенно поведала нянюшка.

А я же поняла, что женщина, кажется, неравнодушна к престарелому некроманту.

Надо бы обдумать эту мысль!

— Нянюшка, а ты не знаешь, господин некромант женат?

— Знаю, конечно. Господин Форт вдовец. Его жена умерла еще по молодости, с тех пор он больше не женился, – поделилась сведениями словоохотливая женщина.

Возможно, он сильно любил свою жену, раз так и не женился больше, но все же столько лет прошло. Пора бы ему на старости обрести новую спутницу жизни.

Решено! Спасу своего престарелого некроманта от одиночества! А нянюшка Осинья мне в этом поможет. Из них выйдет занимательная пара.

Представив их вместе, я не сдержала улыбки.

— Нянюшка, мне кажется, что господину Форту пора вновь подумать о женитьбе. Он спас мне жизнь, и было бы прекрасно, если бы я помогла ему избавиться от одиночества, – улыбаясь, сказала я.

Увидев, как нянюшка после моих слов побелела, я не на шутку испугалась.

Может, я не так ее поняла, и он ей совсем не нравится?

— Не думаю, что ваш папенька одобрит брак с господином некромантом, – слабым голосом проговорила Осинья.

Пару секунд я переваривала ее ответ. А при чем тут я и некромант? И почему папенька не одобрит?

Когда до меня наконец дошло, что имела в виду женщина, меня аж передернуло! Ну у нее и фантазия! Надо же было такое подумать!

— Нянюшка, я имела в виду, что собираюсь подыскать для господина Форта жену в благодарность за свое спасение, – пояснила свои намерения я.

— Ох, госпожа. А я уже надумала невесть что! – свободно выдохнула нянюшка, возвращая нормальный цвет лица. – Не думаю, что вам стоит в это лезть. Господин некромант взрослый мужчина, и, если бы хотел, давно бы женился.

— Возраст не показатель осознанности. Мы порой сами не понимаем, что нам нужно и что для нас будет лучше. Господин Форт за столько лет так привык быть один, что уже, скорее всего, и не знает, как вновь жить с кем-то. Я считаю, что ему просто необходимо жениться! И я намерена помочь ему в этом, – не терпящим возражения голосом ответила я.

Не позволю лишить некроманта счастья в лице моей нянюшки!

— Осинья, ты ведь не замужем? – как бы между прочим спросила я у нее.

— Нет. Всю жизнь чужих деток нянчила, – спокойно ответила она. Но мне все же удалось заметить тоску, звучавшую в ее голосе. Она посвятила свою жизнь воспитанию чужих детей, а своей семьи так и не создала. Наверное, поэтому она так привязана к Элиссии и прощает ей пренебрежение и прочие капризы.

Еще больше уверившись в правильности своего решения, продолжила разговор.

— А как тебе господин Форт?

— Господин Форт уважаемый человек. Всегда вежливый и обходительный, – осторожно подбирая слова, ответила нянюшка. Видимо, заподозрила, что мой интерес к ее личной жизни — неспроста.

— А насколько некромант тебя старше? – задала я бестактный вопрос. Очень уж интересно было, какая у них разница в возрасте.

— Точно не знаю. Думаю, лет на пятнадцать, двадцать, – задумчиво ответила нянюшка, по ходу расправляя мою кровать и взбивая подушки.

Ого… приличная такая разница… в двадцать лет…

— Большая разница, – немного расстроенно сказала я.

— Да разве ж это большая разница?! Ваш батюшка был старше вашей матери на двадцать пять лет. И это не мешало им быть счастливыми! – горячо возразила женщина.

Двадцать пять лет разницы?!! Ну дела! Это сколько папеньке лет тогда?

— Осинья, а ты не знаешь, сколько папеньке лет?

— Лессу Дознавателю за шестьдесят. Точно не скажу вам.

Ско-о-олько??? Шестьдесят? Да папенька максимум на тридцать пять выглядит! Какие шестьдесят?!

А некроманту тогда сколько??

— А некроманту сколько лет?

— Господину Форту сто десять лет, – как нечто само собой разумеющееся ответила Осинья.

Все… я в нокауте! Сто десять лет?! Серьезно? У меня в голове не укладывается эта информация. Дедок-то лет на шестьдесят-семьдесят выглядит, не больше.

— Какая продолжительность жизни?

— У магов лет двести, у эльфов за пятьсот переваливает, оборотни около трехсот живут, – недоуменно посмотрев на меня, ответила нянюшка. Потом, видимо, вспомнив, что я потеряла память, продолжила: — У разных рас разная продолжительность. Ваши папенька с маменькой очень рано поженились. Они были совсем юными. Обычно маги женятся после сорока, не раньше. Но лес Дознаватель очень любил вашу матушку, поэтому, не послушав родителей, женился на ней.

— Его родители были против брака?

— Это старая история, лесса Элиссия, – тяжело вздохнула нянюшка, усаживаясь на стул. – Ваша матушка была из обнищавшего аристократического рода. Не знаю уж почему, но в свое время ее родители впали в немилость короля. Поэтому ваша матушка была не завидной партией. Не знаю, как ваши родители познакомились, но лес Рикард влюбился в вашу матушку. И когда он сказал о своем намерении сделать лессу Амину своей женой, его родители не одобрили выбор сына. С тех пор лес Дознаватель не общается с ними.

— Так что, они даже меня не видели?

— Видели, лесса, и не раз. Вы часто посещаете с отцом различные балы, где они присутствуют. Но они предпочитают делать вид, что вы им никто, – с грустью сказала женщина.

Не очень приятная история. За столько лет не простить сыну своеволие, это какими людьми надо быть?! Хотя мне же лучше. Меньше проблем.

— Что-то мы с вами заболтались, лесса. Вам завтра рано вставать, нужно отдохнуть как следует, – подхватилась нянюшка. – Ложитесь и ни о чем не думайте! Лес Рикард очень вас любит, и это самое главное, – попыталась утешить меня нянюшка, решив, что известие о том, что предки моего папеньки знать меня не хотят, расстроило меня.

Погасив свет и пожелав доброй ночи, нянюшка покинула мою спальню.

Как только за нянюшкой закрылась дверь, я тут же вытащила из-под одеяла руку, в которой держала подарок от некроманта.

Заклинание, которое написал дедок, я запомнила хорошо, поэтому, активировав световой кристалл, четко проговорила слова и пристально уставилась на зверька.

По фигурке после моих слов прошла рябь, а потом зверек ожил и встряхнулся. Его умные глазки с интересом меня разглядывали пару секунд. Наклонив голову вбок, зверек повел носиком, принюхиваясь. Забавно фыркнув, он неожиданно укусил меня за палец.

Тихо взвизгнув, я скинула зверька на кровать и потрясла рукой. Рассмотрев укушенный палец со всех сторон, укоризненно посмотрела на зверюшку.

Зверек же, не разделяя моей обиды, спокойно сидел на кровати и облизывал лапы.

— Ну и чего ты вылупилась на меня? — не прекращая вылизываться, спросил удивительный зверек.

От звука его голоса я потерянно посмотрела по сторонам, ища поддержки. Но в комнате, кроме меня и подарка некроманта, никого больше не было.

— Ты чего, убогая? – перестав умываться, подняв голову, спросил зверек

— Что? – растерянно переспросила я.

— Ну точно, убогая. Везет мне на таких! – страдальчески вздохнув, он снова приступил к процессу чистки.

— Ничего не убогая я! – немного отойдя от шока, обиженно возразила я. – Где ты вообще такое слово взял?

Что-то сомневаюсь я, что в этом мире есть такие словечки. Это больше жителям моего родного мира свойственно.

— Так у тебя и взял, убогая. Мы же теперь связаны, – как неразумной, снисходительно пояснил он.

— Как связаны?

— Вот так, – он лапой указал на мой прокушенный палец.

— Ты поэтому меня укусил? Чтобы связь наладить? – догадалась я.

— Конечно. Иначе зачем мне всякую гадость в пасть тащить? – высокомерно ответил этот пушистый засранец. – У тебя есть что покушать, убогая?

— Я не убогая! – смотря на наглую животинку, недовольно ответила я. – Меня зовут Элиссия.

— «Убогая» тебе больше подходит!

— А тебя Хасьен зовут, верно? – спросила я, не отреагировав на оскорбление.

— Верно! – гордо подтвердил зверек.

— Значит, будешь Хасей!

— Я ХАСЬЕН! – вскочив на лапы и ощерив пасть, так что стали видны острые зубы, прорычал зверек.

— А меня зовут Элиссия, – нисколько не испугавшись эту кроху, мило улыбаясь, ответила я.

Презрительно фыркнув, зверек снова уселся на кровать.

— Так у тебя еда есть или нет?

— На кухне есть, наверное, – неуверенно ответила я.

Спрыгнув с кровати, зверек пошел в сторону двери.

— Тебя проводить? – вежливо спросила, наблюдая за ним.

— Сам найду! А ты спи, убогая, а то завтра клевать носом будешь, – не дав мне ответить, этот наглый комок шерсти просочился в щель между дверью и исчез.

Это надо же было таким питомцем обзавестись! Вот на сто процентов уверена, дедок специально эту языкастую зверюшку мне подсунул! Сделал пакость и радуется, поди! Ух… некромантишка! Доберусь я до него еще! Сосватаю его нянюшке, будет знать тогда!!!

С такими мыслями, спустя полчаса, так и не дождавшись зверька, я незаметно уснула.

Глава 5

С самого утра в моей спальне царила суматоха. Нянюшка спешно в сотый раз перепроверяла по списку все то, что, на её взгляд, могло мне пригодиться в академии. Мое мнение не особо учитывалось, потому что я бы взяла втрое меньше того, что положила заботливая женщина.

Пока нянюшка командовала размещением моего багажа в повозке, служанка, кажется, Илана, заплетала мои волосы. А вторая служанка, подготовив мой наряд, поспешила на помощь нянюшке.

Вещей было так много, словно я не в академию еду учиться, а замуж выхожу и переезжаю в другую страну.

Понятия не имею, как все эти «нужные для благородной лессы» вещи поместятся в студенческой комнате. Осинья говорила, что комнаты для благородных рассчитаны на одного, но все же вещей было слишком много.

Закончив укладывать мои волосы, Илана хотела помочь мне одеться, но я решительно отказалась от помощи. Как только девушка ушла, я повернулась к зеркалу.

Волосы были заплетены в красивые косы и уложены на голове так, что лишь несколько нарочно выпущенных локонов касались шеи и лица. Красивое лицо, без изъяна. Серые, как предгрозовое небо, глаза сейчас серьезно и с долей волнения оценивали внешность хозяйки. Элиссия, точнее, я, была красива. Но для меня было важно выглядеть соответствующе учебному заведению, вернее, академии, в которой мне теперь предстоит учиться. Я хотела произвести впечатление не только красивой картинки, но и неглупой девушки.

Знаю, Элиссию там наверняка уже запомнили и представляют ее способности к учебе. Но я же теперь новый человек. И впервые еду учиться в магическую академию. Для меня будет все ново. А так как преподаватели в курсе случившегося с Элиссией, то я могу произвести новое, несвойственное прежней Элиссии стремление к учебе и поведение с окружающими.

Еще раз взглянув на отражение, начала одеваться.

Стоя рядом с повозкой, доверху забитой вещами, я успокаивала расчувствовавшуюся нянюшку.

— Нянюшка, ну перестаньте плакать. Я же учиться уезжаю, а не в другое королевство жить. Не успеете соскучиться, как я снова вернусь.

— Вы ж там совсем одна будете… ничего не помните. А вдруг кто обидит? – сквозь всхлипы причитала женщина.

— Да кто меня обидит? Я же дочь главного дознавателя. Перестаньте, нянюшка, плакать. Все будет хорошо.

— Госпожа права, Осинья. Никто не посмеет обидеть дочь лесса Дознавателя, – поддержал меня дворецкий и попытался оттащить расчувствовавшуюся женщину.

Но нянюшка не собиралась так просто сдаваться и отпускать в неизвестность горячо любимую воспитанницу. Прижав меня сильнее к своей пышной груди, так, чтобы мужчина не смог нас разлучить, она продолжила говорить:

— Так она ничего не помнит. Возьмут и воспользуются этим! Знаю я, какие там стервятники учатся. От благородства только происхождение и осталось… как пить дать постараются ужалить побольнее нашу девочку!

— Лес Дознаватель не отправил бы госпожу туда, если бы ей могли там навредить! Прекрати плакать, Осинья, и отпусти лессу! Она из-за тебя опоздает в академию, – раздраженно потребовал моего освобождения, дворецкий.

Горестно вздохнув, нянюшка разжала объятья, и я наконец получила желанную свободу.

— Никому не доверяйте там, госпожа. Если что, сразу лессу Рикарду сообщайте!

Заверив ее, что сразу папеньке скажу, если кто-то обидит, я поспешила сесть в повозку.

Лишь когда экипаж тронулся в путь, расслабилась. Все-таки из-за моего теплого отношения к ней нянюшка позволила себе подобное поведение при свидетелях. Прежняя Элиссия не терпела такого панибратства в свой адрес. И нянюшке приходилось все держать в себе.

Несмотря на некую эксцентричность и гиперопеку, мне нравилась нянюшка. Она была простой, открытой и доброй женщиной. И искренне любила свою подопечную. Элиссия не была для нее работой. Осинья любила дочку дознавателя как собственное дитя. Для меня подобное отношение многое значило. Ведь на такое не каждый способен.

Выглянув в небольшое окно в повозке, я заметила рядом ехавшего на коне крупного мужчину. Заметив мой интерес, мужчина почтительно кивнул. С другой стороны ехал еще один мужчина. Он был немного моложе первого и более жилистым. Охрана. Папенька всё-таки не забыл позаботиться о безопасности дочери.

Поняв, что меня охраняют, я со спокойной душой открыла взятую в дорогу книгу по магическим животным.

Когда доставала из сумки книгу, наткнулась на подарок некроманта.

На следующее утро, когда я проснулась, вредная животинка вновь пребывала в образе фигурки. Фигурка стояла на тумбочке, рядом с кроватью. Когда я собиралась, то просто закинула фигурку с другими вещами в сумку, решив позже разобраться со своенравным питомцем.

Всю дорогу до города, который назывался Аркар и в котором располагалась имперская академия магии, я была увлечена чтением. И лишь когда за окном стали слышны громкие голоса, выкрики, визг детей, я отложила книгу и выглянула.

Что ж, Аркар имел свой шарм. С городами в моем мире, конечно, не сравнить, но если откинуть придирчивость, то город был довольно милым. Ухоженные добротные домики, чистые, без резких запахов нечистот улицы. Лавки готовой одежды. Таверны с понятными вывесками типа кружки пива и куска мяса на кости сразу давали представление, что можно получить в этих заведениях.

Рассмотреть как следует народ мне не особо удавалось. Я лишь заметила, что жители города отличаются не только внешне, но и качеством и фасоном одежды.

Богатых жителей сразу можно было отличить. Они держались чинно, неторопливо шагали по улице, не вертели головами и обходили торговцев. Одежда их была качественной отделки, скорее всего, сшитой на заказ, так как сидело все идеально. Да и по удобству была куда комфортнее, чем одежда у жителей более низкого достатка. Это я знала наверняка. Одежда Элиссии вся была сшита на заказ. Ткани были приятными к телу. А про красоту и говорить нечего.

Повозка стала замедляться, и я поняла, что совсем скоро окажусь в академии, где царят магия и маги.

Папенька, по наставлению некроманта, не смог свозить меня к кристаллу стихий. Но договорился с ректором, что в академии меня снова проверят на кристалле и я наконец узнаю, какой магией обладаю.

Я ждала этого момента с нетерпением. Не верилось, что я смогу колдовать. До сих пор магия Элиссии никак не проявлялась. Я даже пару раз, читая в библиотеке, пыталась зажечь свечу. Я в точности выполняла все описанные в книге действия, но результата не получила.

У меня даже стали мысли закрадываться: а что, если из-за моей души магия Элиссии исчезла? Моя душа не принадлежит этому миру. Вдруг я не буду магом? Эти мысли уже извели меня. Хотелось как можно скорее узнать, маг я или нет. Если нет, то будет грустно и обидно. Придется искать другую возможность получить образование. Сидеть безвылазно в особняке меня не прельщало. Хотелось самостоятельности и независимости. Клянчить деньги у папеньки было стыдно.

В этом мире женщинам не запрещалось работать, но в основном их обеспечивали либо родители, либо мужья и любовники. Сами дамы не хотели утруждаться работой. Я сейчас имею в виду благородных девиц.

Простолюдинкам выбирать не приходилось. Они работали с малых лет. И лишь избранным, в основном, наделённым красотой, удавалось стать чьей-то содержанкой.

Но я для себя решила, что если с магией не выгорит, то буду искать работу или другое место учебы. Учатся же где-то не маги. Вот и я пойду.

С папенькой, конечно, придется повоевать, но мне не впервой. Я уже через это проходила. Главное, подобрать правильные аргументы в пользу своей самостоятельности.

В очередной раз взглянув в окошко, я восхищенно вздохнула. Впереди возвышался настоящий, немного мрачноватый, но от этого не менее впечатляющий замок. Вокруг замка было каменное ограждение со шпилями наверху.

«Перелезть такой заборчик не выйдет», — мелькнула мысль.

Подъехав к воротам, один из моих охранников направился к сторожу.

Сторожем оказался сухонький морщинистый мужичок.

Выслушав моего охранника, он направился к повозке. Подойдя, постучал в дверку. Открыв, я вышла.

— Элиссия Огнизеских, второй курс общего направления? – уточнил сторож, глядя на меня.

— Да, это я, – немного волнуясь, ответила я.

Направив на меня висящий на шее кулон в виде круга с каким-то иероглифом в центре, он пару секунд молчал.

Я же опасливо взирала на направленную на меня вещицу. Мало ли что! Вдруг медальон покажет, что я не Элиссия? Тогда мне несдобровать.

Но мои страхи оказались напрасны.

— Добро пожаловать в имперскую академию! Ваша комната готова, можете заселяться, – получив, видимо, подтверждение моей личности, сторож уважительно поклонился и пропустил меня и мое сопровождение внутрь.

Территория академии была большой. Мне как минимум пару часов потребовалось бы, чтобы все осмотреть. Но сейчас первоочередной задачей было заселиться в выделенную мне комнату и разместить багаж.

Проблема заключалась в том, что я понятия не имела, где моя комната находится. Стараясь не паниковать, пристроилась в очередь за другими студентами, которые толпились у входа в академию.

Очередь продвигалась быстро, так что буквально через десять минут я стояла перед девушкой в очках. Она объясняла первокурсникам, как пройти в их комнаты, и давала каждому расписание.

— Добрый день. Вы не подскажете, как мне пройти в свою комнату? – вежливо обратилась я к ней.

Оторвавшись от листов, что держала в руках, девушка посмотрела на меня. Один взгляд и узнавание. Недоуменно, с долей подозрительности смотря на меня, она тихо ответила:

— Твоя комната на втором этаже. Правое крыло. Номер тридцать один.

— Спасибо за помощь, – с улыбкой поблагодарив девушку, я направилась к лестнице. Мои охранники вместе с извозчиком тащили «скромный» багаж вслед за мной.

Поднявшись на второй этаж, первое, на что я обратила внимание, это интерьер. Первый этаж был скромным и больше походил на студенческое общежитие. На втором же все, начиная с обивки стен, ковра на полу и заканчивая, картинами и вазами с цветами, кричало о богатстве. Такая обстановка больше подходила дорогому отелю или гостинице, но никак не общежитию.

Свою комнату под номером тридцать один я нашла без проблем.

Ключа от комнаты у меня не было. Понадеявшись, что она не заперта, я взялась за ручку. Не успела нажать, как дверь сама приоткрылась. Отдернув руку, я с опаской заглянула внутрь.

Даааа… красиво жить не запретишь! Как и богато!

Моя комната оказалась не комнатой. Она состояла из нескольких помещений. Здесь была даже отдельная гардеробная, так что проблема размещения моих вещей отпала сама собой.

Также у меня был отдельный кабинет, в котором стояли шкаф с книгами, стол, пара кресел и удобный на вид диван персикового цвета.

Личная ванная комната вообще привела меня в восторг.

Да если бы такое общежитие было в моем мире!!!

Это же просто королевские апартаменты, а не студенческое жилье.

Пока я бегала и осматривала свои владения, мои сопровождающие успели перетаскать весь багаж.

Прикинув, сколько мне потребуется времени, чтобы все это разложить, я приуныла. Одна я здесь надолго застряну.

Не успела я впасть в пучину отчаяния, как в комнату вошла маленького роста, еле достающая мне до пояса, женщина.

— Добрый день, госпожа Элиссия. Меня зовут Дарин, я ваша личная бытовая помощница, – представилась женщина, пока я старательно ее рассматривала.

Я впервые видела таких маленьких существ. В нашем мире, конечно, есть карлики, но я никогда не встречалась с ними.

А эта женщина, скорее всего, была представителем другой расы, а не карликом. И меня просто распирало от любопытства. Так и хотелось у нее спросить: «А вы кто? Какой расы?». Но, понимая бестактность вопроса, я молча сгорала от любопытства, но стоически молчала.

— Мне разобрать ваши вещи? – вежливо спросила Дарин, указав рукой на мои чемоданы.

Моих сопровождающих уже не было. Они отбыли сразу, как управились. Так что в комнате мы остались вдвоем.

Пожалев бедную женщину, которой предстояло все это разбирать, я ответила:

— Думаю, вместе мы управимся быстрее. Давайте я начну с этой сумки, – указав на ближайшую ко мне сумку, предложила я.

Лицо моей помощницы вытянулось от удивления.

Я понимала, что прежняя, настоящая Элиссия не стала бы предлагать свою помощь. Но бросить Дарин одну разбираться с багажом совесть не позволяла.

Так что, сделав вид, что в моем предложении нет ничего особенного, я стала разбирать сумку.

Вещи были аккуратно собраны, так что практически не помялись. Постепенно я так увлеклась разбором, что забыла про Дарин. Лишь когда перед моим носом по воздуху проплыла пара платьев и самостоятельно повесилась в шкаф, я очнулась.

Дарин, ловко жестикулируя руками, с помощью магии разбирала уже последние сумки. Те вещи, что помялись, тут же, на моих глазах, становились отглаженными.

Поняв, что в моей помощи не было нужды, я немного обиделась. Могла бы и сказать, что магией будет разбирать вещи!

Закончив со своей сумкой, я направилась в ванную комнату, умыться.

Вода не только освежила, но и смыла глупую обиду. Кто ж виноват, что я не знаю элементарных в этом мире вещей?! Полагаю, Дарин подумала, что мое желание помочь — причуда богатенькой девочки. Поэтому и не отказалась.

К Дарин я вышла уже в более радушном настроении. Поблагодарив за помощь, отпустила ее. Сама же отправилась исследовать академию.

Спустившись на первый этаж, я замешкалась, размышляя, в какую сторону пойти. Не успела сделать выбор, как услышала свое имя.

— Элиссия!! – громко крича, ко мне не спеша направились две девушки.

Обе были красивы. Одна — яркая брюнетка, другая рыжеволосая. Оглядев их, я сразу пришла к выводу, что обе девушки благородных кровей и принадлежат, как и я, к элите.

— Дорогая, ты прекрасно выглядишь!

— Мы так по тебе скучали! – почти одновременно проговорили девушки.

— Когда ты приехала? Почему не предупредила? Мы бы тебя встретили, – беря меня под руку, спросила брюнетка.

Я немного растерялась от такого напора, поэтому не сразу нашлась что ответить.

Видя мою растерянность, рыжеволосая спросила:

— Элиссия, ты в порядке?

— Не совсем. Я не знаю, кто вы.

Брюнетка, что тащила меня под руку, резко остановилась. Обе девушки с недоумением взирали на меня.

— Ты шутишь? – нахмурив идеальные бровки, уточнила рыженькая.

— Что значит, ты не знаешь, кто мы? – возмущенно спросила брюнетка.

Эта девица, несмотря на мою симпатию к брюнеткам, мне сразу не понравилась. Слишком наглая и высокомерная.

— Я потеряла память. И многое не помню, – окинув обеих безразличным взглядом, ответила я.

— Какой кошмар!!! – воскликнула, как я уже поняла, более эмоциональная рыженькая. – Так все, что говорят, правда? На тебя было совершено покушение?? – с ужасом в глазах спросила девушка.

— Да, на меня покушались, – сохраняя на лице холодную маску, ответила ей.

— Мы думали, что это всего лишь сплетни, – с недоверием во взгляде проговорила брюнетка.

— Как видишь, не просто сплетни, – в упор посмотрев на нее, сказала я.

— Бедняжка! Тебе, наверное, очень тяжело?! Даже не представляю, как бы я такое пережила! – театрально заламывая руки, причитала рыжуля.

— Главное, что я жива. Воспоминания будут новые, – философски сказала я.

Я и вправду считала, что жизнь дороже всего. Так что потеря воспоминаний не виделась мне концом света. Будут новые!

— Да, главное, что ты жива, – со лживой улыбкой сказала брюнетка. – Раз ты не помнишь нас, то представлюсь. Я Ямира Лавье, дочь второго советника короля, – гордо представилась она. – А это Нилета Разиталь. Отец Нилеты — владелец ювелирного дома Разиталей.

«Свита», как про себя я назвала подружек Элиссии, была не из бедных, как я и думала. Все три девицы, включая Элиссию, были аристократками из богатых семей.

Но, если Нилета была мне хоть немного симпатична, то Ямира отталкивала. Слишком много лживости, наигранности было в ее поведении. Моя интуиция просто кричала, что ей доверять нельзя. Поэтому я решила вести себя с Ямирой осторожно.

— Мы давно с вами дружим? – спросила я их.

— Мы с тобой подружились еще за пару лет до академии, – вновь взяв меня под руку, проговорила Ямира.

— А со мной с первого курса, – взяв за другую руку, так что я оказалась посередине, ответила Нилета.

Я не знала, куда мы идем, но не стала упираться. В компании не страшно заблудиться. К тому же они были прекрасным источником информации. Глупо было упускать шанс узнать больше из-за своей антипатии.

— Мы с тобой познакомились во дворце, на балу устроенного в честь принца Гарвина, – продолжила рассказывать Ямира. – Потом мы вместе решили поступать в эту академию. А уже здесь подружились с Нилетой.

— С тех пор мы неразлучны! У нас даже комнаты по соседству, – вставила Нилета.

— Сейчас поедим, а потом продолжим разговор. Ты сможешь спросить все, что тебя интересует, – милостиво предложила Ямира.

Столовая была больше похожа на ресторан, чем на студенческое заведение. Она делилась на две части. С левой стороны стояли резные столики, застеленные белоснежной скатертью. Вместо стульев — удобные диванчики. Было очень уютно и изысканно. С правой стороны было попроще. Вместодиванчиков стулья. Столы — обычные, без скатерти. В остальном схоже.

Такое разделение меня удивило, поэтому я не преминула уточнить у своих «подружек».

— К чему такое разделение? – ни к кому конкретно не обращаясь, спросила я.

Как я и думала, мы свернули к левой стороне. Мы оказались первыми или, может, последними, не знаю, но в столовой кроме нас больше никого не оказалось.

Сев на удобный диван, посмотрела на девушек.

— Эта сторона для платников. А там сидят бедняки, – сморщив нос, Ямира указала в противоположную сторону.

Так я и думала.

— Как вижу их, так аппетит всегда пропадает. Вечно смотрят так, что кусок в горло не лезет! – пожаловалась Нилета.

Градус моей симпатии к ней тут же понизился. Кусок в горло ей не лезет! Не удивлюсь, если здесь для элиты и готовят отдельно.

— Готовят одинаково для всех? – спросила я.

— Еще чего не хватало. Достаточно и того, что нам приходится их терпеть во время трапезы! У нас отдельное меню, с учетом наших пожеланий. А те едят что дают, – презрительно ответила Ямира на мой вопрос.

Понятно, почему на них так смотрят. Едят тут всякие деликатесы, в то время как многим простолюдинам такого никогда даже не увидеть, не то что попробовать.

Чем больше я узнавала, тем меньше мне нравилось в академии. Куда смотрит руководство? Почему такое явное неравенство?! Я все понимаю, богатеньким все самое лучшее, это и в моем мире так же. Но ведь можно как-то менее унизительно и явно это демонстрировать. Сделали бы тогда раздельные столовые. А так простые студенты должны смотреть, как элита шикует, и давиться слюной. А те еще и носы кривят, как же, на них смотрят!

Меня возмущал такой порядок, но, как говорится, в гости со своим самоваром не ходят. Так что мне оставалось только про себя и пыхтеть. Изменить устои академии мне не под силу.

Пока мы разговаривали, на нашем столе появились тарелки с едой. У каждой в тарелке было свое. Мне достался какой-то салат из одной непонятной зелени и тарелка с кашей, похожей на овсянку.

Похоже, с деликатесами я погорячилась! Я дома куда лучше питалась.

Набрав ложку каши, поднесла ее ко рту и понюхала. Не ощутив неприятного запаха, сунула в рот. На вкус каша оказалась абсолютно безвкусной. Съев еще пару ложек, отодвинула от себя тарелку. Лучше голодной похожу. Есть эту гадость невыносимо.

— Мне на днях пришлось заменить повара. Представляете, оказалось, что он готовил на обычном калорийном масле. А ведь я не раз говорила ему, чтобы все продукты были низкокалорийными. Никому нельзя доверять! – возмущенно проговорила Нилета, уплетая за обе щеки зеленую желеобразную субстанцию.

— Я вот своих слуг постоянно контролирую. А то так и норовят схалтурить. Неблагодарные! Мы им платим, а они постоянно допускают ошибки! – не менее возмущенно поддержала разговор брюнетка.

— За плохо выполненные обязанности, я считаю, их надо сечь. Может, тогда лучше работали бы, – недовольно фыркнув, сказала Нилета.

— Отец предлагал королю ужесточить меры наказания для слуг. Но король отказался, пожалел этот сброд, – пренебрежительно отозвалась Ямира.

У меня от их разговора кулаки аж зачесались. Так и хотелось стукнуть пару раз. Чтоб мозги на место встали! Это надо же быть такими… Высечь?! Если кого и надо сечь, так это их! Пустоголовые разбалованные… курицы!!

Сжав зубы, чтобы ничего не сказать, опустив взгляд в тарелку, я молча сидела и ждала, пока они доедят.

— Жаль, что король Эдвин такой добрый к беднякам. Они этим пользуются. Считают себя ровней нам, – печально сказала Нилета.

— Насколько мне известно, главный дознаватель тоже не одобрил предложение моего отца, – обвинительно смотря на меня, сказала Ямира.

Не одобрил?! Да я его расцелую при следующей встрече. Надо было еще второму советнику под зад дать за такие предложения!

— Не одобрил, значит, посчитал, что так правильно! Решения короля и главного дознавателя не обсуждаются, — высокомерно ответила ожидавшим моих оправданий девицам.

— Конечно, королю и лесу Дознавателю виднее. Просто ты могла бы объяснить ему, как нам нелегко приходится. Постоянно терпеть невежество от простолюдинов. Отсутствие манер. Не говоря о том, что нам приходится есть с ними в одном помещении! – попыталась манипулировать мною Ямира.

Ха! Не на ту напала, девочка! Щас я тебя спущу с небес!

— У моего папеньки есть важнее дела, чем разбираться с проблемами академии. Здесь есть руководство, которое решает, где и кому есть, и прочее. Обратитесь к ректору, если вас что-то не устраивает!

— Так ректор выполняет указы короля! – возмутилась Ямира.

— Как я уже говорила, решения короля не обсуждаются. Если король Эдвин решил, что простолюдины и аристократы должны есть вместе, то значит, так тому и быть! – хоть я и не была согласна с отдельным меню для аристократов, но не собиралась критиковать решения вышестоящих. Хотя бы потому, что они бесили моих подружек. Видеть, как их лица краснеют от возмущения, ни с чем несравнимое удовольствие!

— Раньше ты тоже считала, что простолюдином не место здесь, в академии! – сказала Нилета.

— Ну, я этого не помню, – напомнила я о потери памяти. – К тому же на простолюдинах многое держится. Король Эдвин это понимает, поэтому мудро поступает.

Не сказала бы, что действительно так думаю, так как понятия не имею, какой этот король. Но одно то, что он отверг наказания для слуг, уже заставляет его уважать.

Да и мой папенька нормальный вроде мужчина. Не стал бы он дружить с плохим человеком. А с королем они дружат с давних времен. Еще когда король Эдвин был принцем.

— Элиссия права, королю виднее, как поступать, – с недовольным лицом проговорила Ямира. – Если вы закончили есть, то давайте вернемся к себе. Мне нужно проверить, как разложены мои вещи.

Обратный путь до лестницы прошел в молчании. Каждая думала о своем. Поднявшись на второй этаж, мы попрощались, условившись вечером прогуляться на территории академии.

Видеться второй раз за день с ними я не горела желанием. Но мне нужна информация. К тому же я больше никого здесь не знала. А прогуляться очень даже хотелось. Сидеть в четырех стенах уже надоело.

Войдя в свои апартаменты, первым делом направилась в уборную. Справив нужду и умывшись, пошла исследовать спальню, захватив с собой дамскую сумку.

Усевшись на двуспальной кровати, стала перебирать содержимое.

Первым, что попалось под руку, оказалась фигурка ласки. Покрутив ее в руках, бросила на кровать. Потом уберу в тумбочку. Оживлять снова этого хама я не собиралась. По крайней мере, в ближайшее время.

Достав книгу, которую читала в пути, отложила ее в сторону.

— Ну как тебе в академии, убогая? — услышав голос подарка некроманта, я чуть вслух не выругалась.

Почему он говорит??! Он же фигурка! Я его не оживляла вновь!

Возмущенно посмотрев на вполне живого Хасьена, который залез на книгу и вновь вылизывался, я сказала:

— Я тебя не оживляла!

— Оживляла! – возразил он, не отрываясь от дела.

— Один раз. Но потом ты снова стал фигуркой!

— Оживлять нужно всего один раз, а потом я по-своему желанию могу принимать форму. Ты что, убогая, не знала? – издеваясь, спросил он.

Еще как не знала! Если б знала, то не взяла его с собой!

— Возвращайся к некроманту! — категорично заявила я.

Мне такой помощник не нужен. Я всего парой слов с ним перекинулась, а уже придушить его охота.

— Не могу. Мы теперь с тобой связаны. Я тоже не в восторге от новой хозяйки, но что поделать, жизнь несправедлива, – повернув мордочку ко мне, ответил зверек.

— Тогда заруби на своем носу, я не убогая! Еще раз обзовёшь меня, пожалеешь!

— И что ты сделаешь? – с любопытством в глазках спросил он.

— Для начала буду звать тебя Хасей. А дальше что-нибудь придумаю. Фантазия у меня богатая.

Пару секунд зверек смотрел на меня, обдумывая мои слова. Решив, видимо, не рисковать или затаиться, он ответил:

— Ладно, мир! Но ты кормишь меня хорошо, купаешь раз в неделю и чешешь каждый вечер, — выдвинул свои требования мелкий шантажист.

— По рукам! — согласилась я.

— Корми меня, – тут же потребовал он.

Вспомнив о том, что мне в дорогу заботливая нянюшка клала еду, я пошла искать провиант для своего питомца.

Накормив Хасьена сдобой, предложила ему отдохнуть. Устроившись на кровати, стала аккуратно гладить зверька. Шерсть у него была мягкой и гладкой.

Он забавно дергал ушами, когда ему нравилось наглаживаемое место. Так, наблюдая за ним, я незаметно задремала.

Глава 6

Вот уже битый час мы наматывали круги перед общежитием, делая вид, будто гуляем. На самом деле, ждали трех парней. Ямира с Нилетой без умолку расписывали, как наша тройка популярна в академии и что все мечтают с нами дружить. Друзей мы, разумеется, выбираем с особой тщательностью. Чем знатнее и богаче будущий друг или подруга, тем лучше. Ведь дружить надо лишь с достойными!

Вот сейчас мы, например, дожидаемся мужскую часть нашей компании. Лесса Нейтана Деворана, сына казначея, лесса Филласа Хоупса, сына третьего советника короля, и Адама Гирьеро, который является сыном начальника личной охраны королевской семьи.

Знатная компашка у нас получается!

Именно из-за этих знатных персон мы торчим здесь, вместо того чтобы исследовать достопримечательности. Для обеих девушек, которые уже все здесь видели и знают, это интереса не вызывало. Но вот для меня, которая от любопытства готова была уже плюнуть на все и сбежать, чтобы насладиться открывшимися видами, ожидание было подобно муке.

С каких пор девушки стали ждать, пока парни соберутся?! Вроде ждать — прерогатива исключительно парней!

Но, видимо, в этом мире все не так! Или просто мне так повезло с «друзьями». Я склонялась к последнему варианту.

Наконец ожидание закончилось, и эти копуши, по ошибке названные парнями, явились!

Все три парня оказались по-своему красивы.

Нейтан Деворан был высоким блондином с голубыми глазами. Филлас Хоупс — жилистым шатеном с забавными ямочками на щеках. Адам Гирьеро — жгучим брюнетом со смуглой кожей и хорошо развитой мускулатурой.

Переговариваясь между собой, парни не спеша подошли к нам.

— Лессы, вы прекрасно выглядите. Отдых от учебных будней пошел вам на пользу, – первым заговорил Филлас Хоупс.

— Приносим извинения за ожидание. Пришлось решать неожиданно возникшие проблемы с размещением, – пояснил причину задержки Нейтан.

— Ничего страшного. Мы только что подошли, – глазом не моргнув, соврала Нилета.

Ага, как же, только подошли! Мы здесь почти час проторчали, дожидаясь их!

— Элиссия, как твое самочувствие? До меня дошло известие о произошедшем с тобой, – подойдя ко мне и взяв мою руку, проникновенно произнес Адам Гирьеро.

От его жеста Ямира недовольно поджала губы.

Похоже, только ленивый не знает о том, что Элиссию пытались убить. О том, что успешно, никому, кроме меня и престарелого некроманта, слава Богу, не известно.

— Благодарю, со мной уже все в порядке, – вежливо ответила я, забирая свою руку из плена.

— Бедная Элиссия потеряла память! Это так ужасно! – не смогла удержаться Нилета, чтобы не поделиться такой шокирующей новостью.

Скрипнув зубами, я постаралась не выдать своего недовольства.

— Это правда? – взволновано и почти синхронно спросили парни.

— К сожалению, да. Такова цена за мое спасение, – сохраняя спокойствие, ответила я.

— Мне так жаль, Элиссия. Потерять память ужасно. Но ты жива, и это главное. Мы поможем тебе с воспоминаниями, – вновь беря меня за руку, пообещал Адам.

Парень, конечно, был симпатичным, но мне не нравилось, что он берет меня за руку. Во-первых, мне было неловко, во-вторых, он для меня незнакомец, и его явный интерес напрягал.

Не знаю, что их связывало с Элиссией, но я не собираюсь это продолжать!

Поэтому, вновь забрав свою руку, делая вид, что поправляю волосы, я ответила:

— Спасибо за заботу, но я правда в порядке.

— Как вы провели каникулы? – спросила Ямира парней, тем самым сменив тему.

— Я с родными ездил в Зеленую долину, – ответил Ямире Нейтан.

— И как там? – заинтересованно спросила я у него.

Интересно было бы побольше узнать о том месте, где мечтала отдохнуть Элиссия. Ведь папенька обещал меня туда свозить.

— Красиво! Много зелени, свежий воздух, теплые источники. Большие водопады, с вершины которых мы с братом прыгали. Адреналин еще тот.

— Это же опасно, Нейтан! – воскликнула Нилета. – Ты мог разбиться!

— Это безопасно, если соблюдать меры предосторожности. А ощущения ни с чем не сравнимы. В общем, крутое место. Съезди обязательно, – посоветовал мне парень.

— Может, на следующих каникулах вместе поедем туда? — смотря на меня, предложил Адам.

— Хорошая идея. Развеемся и отдохнем от городской суеты, – тут же поддержала его Ямира.

— Мы решили туда с папенькой поехать. Провести время вместе. Вы же знаете, как он много работает. Мы почти не видимся, – пояснила я свой отказ.

Лучше снова в четырех стенах посижу, чем с ними поеду.

Возможно, с моей стороны некрасиво было так думать. Ведь, по сути, меня никто не заставляет с ними общаться. Я могла сразу дать им понять, что их общество мне неприятно. Но я продолжаю играть роль Элиссии, их подруги.

Оправдание у меня было одно. Я боялась разоблачения. Мало того, что мы с Элиссией абсолютно разные по характеру, так если я еще перестану сразу общаться с теми, с кем она дружила не один год, это вызовет еще больше вопросов.

Мне нужно быть осторожной! Привлекать к себе как можно меньше внимания. Пока я не привыкну и не начну лучше ориентироваться в этом мире.

К тому же я никого не знаю здесь. Друзья Элиссии единственные на данный момент, кто может поделиться информацией.

Поэтому я и находилась сейчас здесь, с ними.

— Что ж, возможно, твои планы еще поменяются до следующих каникул, – сбавил напор Адам.

— Не хотите поужинать? – спросил Филлас Хоупс.

— Я бы не отказалась от зеленого чая, – ответила Ямира.

— В столовую или сходим в ресторан? – спросил Нейтан.

— Давайте в столовую. До ресторана идти дольше. А я с утра не ел, – сделав жалостливое лицо, Филлас посмотрел на нас.

— В столовой тоже неплохо кормят, – покривив душой, сказала я. Жалко парня стало. Да и в город идти сейчас не было желания.

— Значит, в столовую! — скомандовал Адам, и мы всей компанией направились туда.

Уже на подходе наткнулись в дверях на компанию парней и двух девушек. По виду чуть старше нас. Одежда на них была приличной, чистой и хорошо отглаженной.

— Че, нищеброды, спешите брюхо набить? – с издевкой, грубо спросил Нейтан.

— Пожрать за наш счет они всегда рады! – презрительно глядя на них, поддержал друга Филлас.

— Я смотрю, Хоупс, тебе не дает покоя, что мы умнее тебя и смогли поступить сюда учиться из-за знаний, а не из-за происхождения? – так же с издевкой произнес темноволосый парень.

— Мне не дает покоя, что такие отбросы, как вы, учатся в этой академии! – закипая, ответил Филлас.

— Хорошо, что академия вам не принадлежит и не вам решать, кому здесь учиться, а кому нет, – спокойно ответил еще один парень.

— Мы платим за обучение здесь. Мы аристократы. Мы не должны терпеть рядом с собой всякий сброд! – вставила свое слово Нилета.

— Тогда, может быть, вам тут не место?! Идите в другое учебное заведение, — так же невозмутимо ответил второй парень.

Его невозмутимость и спокойствие мне импонировали. И сейчас он выглядел в моих глазах большим аристократом, чем присутствующие здесь.

— Не тебе указывать нам! Знай свое место, Норк! Ты учишься здесь лишь по милости. Одно мое желание, и ты вылетишь отсюда! – высокомерно проговорил Адам, стоя рядом со мной.

Мне было очень стыдно за то, что сейчас происходило. Ведь на ровном месте конфликт возник!

— Я хочу есть! Давайте заканчивать с болтовней! – сказав это, я, не обращая ни на кого внимания, прошла в столовую.

Не прошло и пары секунд, как подтянулись остальные.

Слава Богу, во время еды тема простолюдинов не поднималась.

Жуя очередную безвкусную кашу, я с завистью поглядывала в тарелки парней. Они не заморачивались подсчетом калорий и заботой о фигуре. Ели в свое удовольствие. Мне же оставалось истекать слюной, наблюдая, как очередной хорошо прожаренный кусочек мяса исчезает во рту рядом сидящего Нейтана.

Заметив мой голодный взгляд, парень подавился тем самым кусочком, что секунду назад положил в рот.

А я же поняла, что возмездие не заставило себя ждать! Нечего набивать брюхо рядом с голодающей девушкой! Никакого воспитания! А еще аристократы! И мне все равно, что их вины в этом нет. Это Элиссия утверждала свое меню, а не я. Я хочу есть! Хочу мяса!

Видимо, на мне так голод сказывался, потому что, даже когда парень с трудом отдышался, я смотрела на него как на врага народа, когда он снова потянулся к мясу.

Второй раз он не рискнул испытывать судьбу и отложил столовый прибор, опасливо поглядывая в мою сторону.

Покинула столовую я голодная и раздраженная. С меню надо было что-то решать, иначе я скоро начну забирать еду у парней! Голодать дальше я была не намерена!

В свои апартаменты я вернулась не в лучшем расположении духа. Желудок сигнализировал, что готов переварить что-то посущественнее, чем пара ложек вязкой субстанции. Но обрадовать его было нечем.

Раздраженно плюхнувшись на диван, прикрыла глаза. Нужно было обдумать мое последующее питание в стенах академии.

— Чего пыхтим?

Открыв глаза, уставилась на Хасьена, который облюбовал кресло напротив меня.

— Есть хочу, — сказала о наболевшем.

— Иди в столовую и поешь. Там сегодня изумительно приготовили мясной соус, — облизавшись и закатив глаза от удовольствия, ответил он.

— А ты откуда знаешь?

— Оттуда, что я там был и ел. Что и тебе предлагаю сделать.

Прекрасно! Даже мой питомец ест лучше и вкуснее меня!

— Мне не дают мяса, — пожаловалась я.

— Возьми сама, — не понимая причин моего расстройства, ответил Хасьен.

— Да не могу я взять! У нас у каждого утвержденное меню. И готовят нам отдельно. В моем меню безвкусные каши и прочая диетическая фигня!

— И что, совсем нет мяса? — недоверчиво уточнил он.

— Нет! — возмущенно ответила я.

В отличие от Элиссии, я люблю хорошо поесть. И особенно люблю мясо!

— Полагаю, меню было составлено из предпочтений прежней Элиссии? — спросил Хасьен.

Услышав вопрос, я замерла. Как-то раньше я не подумала о том, что известно моему новому другу. И сейчас осведомленность Хасьена меня испугала.

— Чего напугалась? Мы с тобой связаны. Конечно, я знаю, что ты из другого мира. Вернее, твоя душа. И, опережая твой вопрос, нет, я никому не скажу. Мы связаны. Я не смогу тебя предать.

Ответ Хасьена меня успокоил. Не думаю, что некромант мог подсунуть мне того, кто выдал бы наш с ним секрет.

— Да, меню утверждалапрежняя Элиссия, — ответила я на ранее заданный вопрос.

— Ну так измени его, и все. В чем проблема?

— В том, что это вызовет вопросы. Слишком много изменений. В поведении, в еде, в учебе.

— Тогда терпи и ешь то, что дают. Прежняя Элиссия же не померла с голоду, значит, и ты проживешь.

Поддержал так поддержал! Прямо легче стало! Как я сама не додумалась просто потерпеть!

Умник нашелся!

— Я не прежняя Элиссия! И на таком питании долго не протяну! Если я не буду нормально питаться, включая мясные продукты, то в ближайшее время первым, кого я съем, будешь ты!

Есть я его, конечно, не собиралась, но он-то об этом не знает.

Выпучив на меня глаза, Хасьен смешно открывал и закрывал пасть, не в силах вымолвить слова от возмущения.

— Совсем с ума сошла?! — дав петуха, спросил он.

— Еще нет, но близка к этому! — не сдавая позиций, серьезно ответила ему.

— Меня нельзя есть! Я редкое уникальное существо!

— Когда умираешь от голода, то плевать, насколько уникален объект, которым можно вкусно перекусить, — издеваться над ним было приятно. Это за все его «убогая»! Будет знать, как обзываться!

— Я добуду тебе еды! — тут же заманчиво предложил Хасьен.

— Как? — поинтересовалась я.

— У меня свои способы! Будет тебе еда. И мясо.

— Когда будет?

— А когда надо?

— Сейчас!

— Хорошо, — спрыгнув с кресла, Хасьен крутанулся вокруг себя и исчез.

Не прошло и десяти минут, как он явился.

Не успела я спросить, где моя еда, как раздался стук в дверь.

Подозрительно посмотрев на спокойного зверька, пошла открывать.

Каково же было мое удивление, когда, открыв дверь, я узрела молодого паренька с пакетами в руках.

— Элиссия Огнизеских? — спросил он.

— Да.

— Вам доставили еду из таверны «Братья Шардье». Курьера не пустили на территорию академии, но меня попросили доставить ваш заказ и получить расчет, — явно смущаясь, объяснил парень.

— А ты кто?

— Меня зовут Олан. Я учусь на втором курсе.

— Понятно. Давай пакеты, — забрав пакеты с едой, от запахов которых мой желудок болезненно напомнил о себе, поставила их на пол.

Прислонив браслет к пластине в руках парня, я назвала сумму, которую должна заплатить.

Сумма была указана на листке бумаге, что протянул мне с пакетами Олан.

— Спасибо, Олан, за помощь. Благодаря тебе, я не умру с голоду.

От моих слов парень покраснел и смутился еще больше.

— Был рад помочь, — тихо ответил он и, попрощавшись, ушел.

Схватив пакеты, я бегом направилась к столику рядом с диваном.

Пока вытаскивала еду из пакетов, думала, слюной захлебнусь. Чего здесь только не было.

Печеная картошечка со сметанкой и зеленью, запеченные овощи, мясная подлива с рисом, жареные ребрышки и еще теплый хлеб.

На еду я накинулась как оголодавшая львица, в смысле, что попытайся сейчас кто-то её отнять, загрызла бы, не раздумывая.

Казалось бы, я не ела нормально всего два дня, а ощущение, что неделю минимум.

Наевшись до икоты, я легла на диван. Еды еще осталось прилично, я не осилила и половины. Хотя очень старалась.

— Теперь ты подобрела? — полюбопытствовал Хасьен, все это время молчаливо наблюдая за мной.

— Определенно! — благосклонно согласилась я.

Я была счастлива и сыта. Жизнь снова была прекрасна!

— Видишь, какой я полезный! — хвастливо проговорил он.

— Полезный, — не стала спорить я. — Хочешь, доешь, — решила я поделиться с ним. Не пропадать же добру. Холодильника я здесь не видела.

— Я объедки есть не буду, — высокомерно заявил Хасьен.

— Ничего не объедки! Я всего понемногу себе положила. И не ела с общей массы! — возмущенно посмотрев на брезгливого зверька, ответила.

Минуту поразмышляв, периодически поглядывая на еду, Хасьен сдался.

— Ладно, поем. Уговорила, — сказал он и приступил к еде.

Не сильно пришлось уговаривать! Выпендрежник мохнатый! Не ест он объедки! Ну-ну… не зарекался бы. В жизни всякое может случиться.

Наблюдая, как ест Хасьен, я устыдилась. Зверек явно ел куда более интеллигентно, чем я. Он медленно пережевывал еду, смакуя каждый кусочек. Из нас двоих он куда сильнее сейчас походил на аристократа.

Закончив с трапезой, он принялся умываться.

— Как знакомство с друзьями прошло? — между делом спросил он.

— Нормально, насколько это вообще возможно. Хотя, признаюсь, выдержать их было непросто. Такие высокомерные, с чувством собственного превосходства. Они бесят меня до зубного скрежета!

— Они аристократы. И выросли с мыслью, что они лучше и значимее других. В этом нет их вины. Разве в твоем мире не так? — закончив умываться, спросил Хасьен.

— Так. В моем мире богатенькие детишки тоже считают, что весь мир у их ног, — признала я правду.

— Тогда тебе следует быть более снисходительной к ним. Не их вина, что они родились в аристократических семьях.

В словах Хасьена была крупица правды.

Их так вырастили. Глупо винить кого-то за происхождение и воспитание. Это не зависит от самого человека.

По крайней мере, полностью не зависит.

Пообещав обдумать его слова, я отправилась принимать ванну.

Глава 7

— Ой, я слышала, что модный дом мадам Женевьевы выпускает на следующей неделе новую коллекцию. Я уже договорилась с матушкой посетить их и обновить гардероб, – радостно прощебетала Нилета.

— Да, я тоже слышала. Обязательно их посещу, – ответила Ямира.

В то время как девушки болтали, я читала учебник. После перерыва у нас должна была начаться пара под названием «Особенности стихий». Я пыталась узнать как можно больше о предстоящем предмете, поэтому пропускала разговор мимо ушей, пока Ямира громко не позвала меня.

Оторвавшись от учебника, посмотрела на девушек.

— Что?

— Мы спросили, пойдешь ли ты на показ коллекции к мадам Женевьеве? – недовольно повторила вопрос Ямира.

— Зачем? – прокручивая прочитанную информацию в голове, спросила я.

— Что значит «зачем»? За обновками, конечно! Вещи от модного дома мадам Женевьевы — произведения искусства. Каждый наряд неповторим и в единственном экземпляре! Да к ней очередь на месяцы вперед расписана! – восторженно и одновременно возмущенно проговорила Нилета.

— Да у меня и так куча вещей. Не вижу смысла еще покупать, – нахмурившись, ответила им.

— Дорогая, я понимаю, ты потеряла память. Но, поверь, у истинной лессы много вещей не бывает! Мы не можем носить дважды одну и ту же вещь! И к тому же на нас равняются остальные лессы. Мы задаем моду! А у мадам Женевьевы самые эксклюзивные модели! Ты просто обязана пойти с нами и прикупить себе что-нибудь! – покровительственно объяснила мне Ямира.

Почему дважды нельзя надеть одну и ту же вещь, я не поняла. Если следовать их логике, то так действительно вещей не хватит без постоянного пополнения!

— А куда девать те вещи, которые уже надевала? – поинтересовалась я.

— Мы отдаем их обедневшим лессам и другим желающим, – с улыбкой ответила Нилета.

Что ж, ясно. Надо перебрать гардероб.

Удачно, что я сегодня надела другое платье. У вчерашнего я запачкала подол, когда мы дожидались парней. А то не избежала бы нотаций от подружек.

— Так когда планируется поход к мадам Женевьеве?

— На следующей неделе. Я договорилась, что нас примут во второй половине дня. Сразу после учебы поедем, – ответила Ямира, смотрясь в зеркало и поправляя и без того идеальный макияж.

— Хорошо, – согласившись на поездку, я снова уткнулась в учебник.

Пара прошла быстро. В целом было увлекательно и познавательно. Я старательно фиксировала все за преподавателем, чем заслужила от строгой на вид женщины пару недоуменных взглядов.

Магистр Фиона Ровская была очень удивлена моим рвением к учебе. Занятие магистр начала с опроса. В основном, спрашивала она тех, кто, как я поняла, обучался бесплатно. Платникам же была задана всего пара вопросов, и то самых легких. Но нашлись те, кто не смог ответить на наипростейший вопрос. Девушка-блондинка, сидящая во втором ряду, долго пыталась придумать ответ. Устав ждать, пока девица додумается, магистр, поджав губы, позволила ей сесть, переадресовав вопрос девушке в скромном платье, сидящей в третьем ряду.

Мои просьбы повторить то, что я не успела записать в ходе лекции, магистр сначала воспринимала как издевательство, но, поднявшись и заглянув в мою тетрадь, смягчилась.

К концу пары элита смотрела на меня как на что-то удивительно-непонятное. Остальная часть группы украдкой кидала недоуменные взгляды, пытаясь понять, что за блажь нашла на аристократишку.

Сказать, что я удивила, это сильно приуменьшить. Я, скорее, шокировала неподготовленную публику своим рвением в освоении новых знаний.

То ли еще будет, господа!

Я изначально не собиралась уподобляться Элиссии.

Я хотела учиться! А от косых взглядов еще никто не умирал.

Так что, не обращая ни на кого внимания, я спокойно собрала свои вещи и, поблагодарив магистра, гордо покинула аудиторию, не дожидаясь своих «верных подружек».

Пару дней я только и делала, что училась. Общение с элитными друзьями я свела к минимуму. С девушками я встречалась на занятиях, а парней видела лишь изредка, когда наведывалась в столовую.

Тогда Адам всячески пытался привлечь мое внимание и очаровать меня.

Признаться, парень был хорош собой.

Адам был неглуп, хорошо сложен, но все портило его высокомерие. Стоило только кому-то из компании затронуть тему обычных студентов, которых они называли плебеями и нищебродами, как он менялся на глазах. В его словах было столько желчи, презрения и брезгливости в их адрес, будто они как минимум у него последний кусок хлеба в голодный день стащили.

Я не понимала, откуда у них такое пренебрежение взялось. Разве виноваты они, обычные студенты, что родились в бедных семьях и не имеют знатного происхождения? Почему элита так негативно настроена к простым студентам?

Может, я что-то не понимаю? Или мне неизвестна причина конфликта между ними?

Но то, что между элитой и простолюдинами назревала вражда и противостояние, только слепой бы не заметил.

И хоть я не хотела во всем этом участвовать, все равно невольно была вовлечена в конфликт.

Поддавшись на уговоры Нилеты и притворно обидчивые взгляды Ямиры, я согласилась вечером прогуляться с ними и парнями до ближайшей таверны недалеко от академии.

Вечер начинался вполне прилично и спокойно. Я смогла даже расслабиться и получить удовольствие от нашей прогулки по городу. Даже немного навязчивое внимание Адама я не воспринимала сегодня в штыки. Пару раз парень приобнимал меня за талию и брал за руку. В такие моменты я украдкой следила за Ямирой.

Я уже поняла, что ей нравится Адам, но решила убедиться. Убедилась.

Видя, как парень вьется вокруг меня, девушка уже, наверное, все зубы в крошку стерла. Ямира, конечно, пыталась выглядеть непринуждённо, будто ей нет дела до Адама, но ничего не выходило. Каждый раз, когда парень как бы невзначай прикасался ко мне, ее лицо кривилось, словно от боли. И я, наверное, пожалела бы ее в другой ситуации. Все-таки неразделенная симпатия — неприятная вещь. Если бы не одно «но»! А именно, как мне уже удалось понять, Элиссия и Адам были больше чем друзья. Они еще не встречались, но все к этому шло. И если бы не трагический случай, из-за которого мне пришлось заменить ее, Элиссия бы стала с ним встречаться.

То есть, Адам изначально был парнем Элиссии. А Ямира положила на него глаз, прекрасно зная об их взаимной симпатии.

И хоть парень, мне был не нужен, за Элиссию становилось обидненько! Подружка называется! Облизывается на чужого парня!

Поэтому, больше не обращая внимания на Ямиру, я продолжила наслаждаться прогулкой.

Парни наперебой рассказывали, как они на первых курсах посетили все питейные заведения в городе и весело провели время после пары кружек крепкого эля в объятиях незнакомых девиц.

По мне, так такие рассказы не предназначены были для благовоспитанных лесс, но Нилета и Ямира не выразили протеста или возмущения по этому поводу. И я разумно промолчала.

В таверне я заказала себе овощи и рис. А десерт выбрала из микса ягод.

— Эли, ты решила отказаться от своей диеты? – как бы невзначай громко спросила Ямира, как только официантка приняла у нас заказ.

— Да, я решила, что и так прекрасно выгляжу. И диеты мне не к чему. А ты все так же голодаешь? – мило хлопая глазами, вернула вопрос подруге.

— Я не голодаю! Я придерживаюсь правильного питания. Нам, девушкам, нужно следить за своей фигурой. Стоит только налечь на сладости, не заметишь, как приобретешь пару лишних килограмм, – сдерживая недовольство, попыталась объясниться Ямира.

— Ну, мне это не грозит. У меня прекрасный обмен веществ. Мне, наоборот, не помешало бы набрать немного. Как считаешь, Адам? – повернувшись в сторону молчаливо сидящих парней, в упор посмотрела на Адама.

Пробежавшись по мне взглядом, парень с улыбкой ответил:

— Если ты прибавишь пару кило, то станешь еще красивее. И диеты тебе действительно не нужны.

Благосклонно улыбнувшись парню, перевела победный взгляд на Ямиру. Поджав губы, она отвела глаза, став рассматривать посетителей таверны.

Сама виновата! Нечего было пытаться за мой счет возвыситься в глазах парней!

Мы уже заканчивали есть, когда в таверну завалилась шумная компания. Весело переговариваясь, они прошли и заняли свободный столик недалеко от входа.

Посмотрев на подобравшихся парней, зорко следящих за вновь прибывшими, я недоуменно посмотрела на Нилету, молчаливо требуя от нее пояснения столь явного интереса со стороны парней.

Наклонившись ко мне, она объяснила:

— Это простолюдины. Старшекурсники. Учатся в нашей академии, – тихо проговорила мне она.

— И? – не поняла я.

Почему они вызвали такой нехороший интерес у наших парней?

— Видишь вон ту брюнетку? – указав на смеющуюся темноволосую девушку, Нилета продолжила: – Нейтан какое-то время с ней встречался, – сморщив носик, недовольно проговорила девушка.

Встречался с простолюдинкой?! Вот это новость!

Посмотрев внимательно на Нейтана, отметила в его глазах злость и сжатые кулаки.

Видимо, ему небезразлично, с кем проводит время его бывшая пассия.

— Почему они расстались? – так же тихо спросила я у Нилеты.

— Она была лишь временным увлечением. Она же плебейка! Так, развлекся и бросил! – пренебрежительно ответила она.

Думается мне, не так все было… Раз он сам ее бросил, и она ничего для него не значила, чего же он тогда сейчас так бесится? Парень был напряжен как пружина. Еще немного, и сорвется с места на разборки!

— Пойдемте отсюда. Я бы хотела еще прогуляться перед возвращением в академию, – грациозно поднимаясь с места, проговорила Ямира.

Последовав ее примеру, мы все засобирались на выход.

Расплатившись за ужин и оставив официантке чаевые, направились к выходу.

Я уже решила, что все обойдется и мы спокойно покинем таверну, как раздался заливистый смех и визг темноволосой девчонки, которая в шутку отбивалась от объятий рядом сидящего парня.

Резко повернувшись в их сторону, Нейтан секунду смотрел на обнимающуюся парочку, после чего прямиком направился к ним.

Тяжело вздохнув и проклиная судьбу-злодейку, поплелась вслед за остальной компанией, которая уже в полном составе, не считая меня, остановилась у чужого столика.

Смех и разговор за столом смолкли.

— Ты что-то хотел, Нейтан? – спросил спокойно темноволосый широкоплечий парень.

— Вижу, ты нашла нового ухажёра, Рина. Перешла на себе подобных? Из аристократов больше никто не повелся? – не удостоив и взглядом говорившего парня, Нейтан напрямую обратился к бывшей девушке.

От слов парня девушка покраснела и, ссутулившись, опустила взгляд.

Обнимающий до этого Рину парень поспешил за нее заступиться.

— Просто она поняла, что с такими, как ты, лучше не иметь дел! Вы не умеете ценить искренность и преданность! – высказался парень, достойно выдержав убийственный взгляд Нейтана.

— Преданность? Искренность? – деланно удивленно уточнил Нейтан – Это не про Рину! А вот лживость и двуличность — это ближе к правде! – с презрением посмотрев на девушку, он продолжил – Что же ты молчишь?! Снова играешь роль скромной милой обиженной девочки?

— Я не предавала тебя, – почти на грани слышимости ответила девушка.

— Думаешь, я поверю тебе?? Ты лживая плебейка, которая только и годится на пару ночей! – Нейтан распылялся все сильнее. Он был зол. И я начала переживать за девушку. Она уже была и так бледная, в глазах стояли слезы. Мне стало ее жаль. Не знаю, что она сделала Нейтану, но сейчас он поступал неправильно. Унижение девушки не делало ему чести.

— Все высказал? – холодно спросил ранее проигнорированный парень. — Если да, то забирай своих подпевал и убирайся отсюда!

На подпевалу я чутка обиделась… но совсем не много.

— Если кто и уберется отсюда, так это вы! – возмущенно воскликнул Филлас.

— Ты, видно, забыл, кто перед тобой стоит, Денар! Следи за тем, что говоришь! – холодно проговорил Адам, смотря на сидящего парня.

— Я прекрасно помню, кому и что я говорю! А вот вы, видимо, забыли свои аристократические манеры, раз позволяете себе унижать и оскорблять невинную девушку!

— Она уже давно не невинная девушка! Особенно после того, что я с ней делал в постели! – с презрительной ухмылкой ответил ему Нейтан.

Услышав всхлип девушки, я посмотрела на нее. На ней не было лица. Нейтан бил по самому больному.

В душе у меня всколыхнулась злость. Разве можно так поступать?! Даже если она его предала, он всё равно поступал сейчас некрасиво и жестоко!

— Вижу, от вашего благородства только происхождение и осталось! Печально, что аристократы нынче уже не те. Ты сам себе не противен, Нейтан, после таких слов? – проговорил до этого молчавший блондин.

Рядом с блондином сидела светло-русая крепко сбитая девушка, очень похожая на него. Видимо, сестра.

Всего их за столом было пятеро. И брат с сестрой до этого момента лишь молча наблюдали.

— Тебя никто не спрашивал, Себастьян! Давно у целителей не был? Так на следующей тренировке я организую тебе внеплановый поход к ним! – вместо Нейтана многообещающе ответил Адам.

Вся эта ситуация и то напряжение, что скапливалось с каждой секундой в воздухе, напрягало. Я решила избежать продолжения и, подойдя к Нейтану, взяла его за руку, потянув к выходу со словами:

— Нейтан, я устала и хочу на воздух.

Это было ошибкой!

Только Нейтан сделал шаг за мной, как парень, что обнимал Рину, вновь заговорил:

— О ней ты тоже будешь потом говорить, как с ней развлекался? Или про аристократок не говорят?

Мысленно хорошенько стукнув дурака, я вслед за Нейтаном печально повернулась обратно. Вот не мог промолчать, а?! Мне ведь почти удалось увести всех!

— Повтори, что ты сказал?! – в бешенстве взревел Адам.

Приятно, конечно, что мою честь так отстаивают, но драки-то я совсем не хотела. А она была уже не за горами…

— Что здесь происходит? – голос, раздавшийся позади нас, был требователен и холоден.

Повернувшись, я узрела трех высоких, как на подбор, хорошо сложенных парней.

Хотя, скорее, мужчин.

Пробежавшись взглядом по ним, оценила выправку и серьезный настрой.

Не знаю, кто они, но я бы не рискнула с ними вступать в спор.

Еще раз посмотрев на их лица, остановила взгляд на том, что и задал вопрос.

Мужчина был хорош!

Коротко стриженные черные волосы, отливающие синим, лежали волосок к волоску. Темно-синяя с золотой окантовкой униформа прекрасно сидела на его высокой и крепкой мускулистой фигуре.

На идеальном лице незнакомца сейчас застыла холодная маска. Глаза цвета ночи цепко и внимательно смотрели на нашу компанию в ожидании ответа.

Пока я рассматривала прекрасного незнакомца и витала в облаках, он, устав слушать тишину, повторил:

— Что здесь происходит, господа?

— Ничего, что могло бы потребовать вашего вмешательства, – высокомерно ответил бессмертный Адам.

А как иначе его назвать?! Только бессмертный рискнул бы так разговаривать с этим мужчиной.

— Неужели? То есть, вы сейчас не собирались затеять здесь драку? – ни на грамм нам не поверив, спросил незнакомец.

— Просто произошло недоразумение. Мы уже собирались уходить, – явно нервничая, проговорила Ямира.

— А вы что скажете? – незнакомец обратился к сидящим за столом.

— Все в порядке. Простое недопонимание, – ответил темноволосый парень.

— Что ж, тогда не смеем вас задерживать, – отойдя чуть в сторону, так, чтобы мы могли пройти к выходу, сказал мужчина.

Только мне почудилась издевка в его голосе?!

Подняв глаза к его лицу, столкнулась с ним взглядом. На мой интерес мужчина вопросительно приподнял бровь.

Резко опустив взгляд, стрелой направилась вслед за остальными на выход.

Угораздило же нарваться на такого типа! От него холодом и недюжинной силой за версту несет. Хорошо, что проблем удалось избежать. Иначе, думается мне, до папеньки сей инцидент непременно бы дошел. И вот тогда не видать мне совместного отдыха в Зеленой долине.

Не сговариваясь, мы дружной молчаливой компанией направились в академию.

— Ты не знаешь, кто это был? – сгорая от любопытства, не стерпев, спросила у рядом идущей Нилеты.

— Ты про тех, что в форме?

— Ага, про них, – подтвердила я.

— Они из подразделения, подвластного твоему папеньке, – сказала Нилета то, что заставило меня удивленно на нее вылупиться.

— Из какого подразделения?

— Они менталисты, – недовольно сказал идущий с другой стороны Адам.

— Мой отец курирует их? – заинтересованно уточнила я.

Вот так на тебе… Узнаю много нового о своем папеньке. Он не только главный дознаватель королевства и лучший друг короля. Он еще и менталистов курирует! Разносторонний мужчина! Везде успевает… кроме как воспитывать дочь!

— Менталисты отдельная каста. Они учатся в военной академии. Среди самых сильных лес Дознаватель на выпускном курсе проводит отбор. Те, кто подходит, проходят стажировку под его руководством, по окончанию которой он решает, кто останется в его подразделении на постоянной основе. Эти трое числятся в его подразделении! – пояснил мне Адам.

— А как ты определил, что они уже в подразделении?

— По их униформе. Такая выдается только служащим в подразделении менталистов при королевском дворе. А начальник у них твой отец.

Мдя… Повезло все-таки, что удалось замять конфликт. А то точно бы папенька все узнал.

Вернувшись в комнату, я первым делом избавилась от платья и приняла ванну.

Разомлевшая, сытая и, если не вдаваться в подробности, довольная жизнью, уселась на диван рядом со спящим Хасьеном. Перетащив недовольно фыркнувшего зверька к себе на руки, стала его наглаживать.

Требовал ласки, пусть теперь не ворчит! Исполняю его пожелания!

Так, начесывая спинку Хасьена, я вновь вспомнила незнакомца.

Хорош, чертяка-а-а!

Меня всегда привлекали такие мужчины. Мужественные, уверенные в себе, притягательные в своей неприступности. Рядом с таким хочется быть маленькой и слабой девушкой, зная, что он все проблемы решит сам и защитит в случае опасности.

А опасность, если подумать, мне грозила! Разоблачение и смерть… и просто смерть, если до меня доберутся недоброжелатели папеньки. Хоть папенька и крут, но однажды ведь не смог уберечь. Вдруг снова не убережет?!

А такой защитник, как этот незнакомец, мне бы пригодился!

Тряхнув головой, отогнала глупые мысли!

Произвел впечатление, даже не стараясь! Обидно!

Интересно, что он обо мне подумал? Элиссия все-таки красавица! Я до сих пор у зеркала замираю, любуясь собой.

Не каждому такое тело даром достается!

Еще раз тряхнув головой, будто это могло помочь отогнать ненужные мысли, посмотрела на своего млеющего питомца.

— Хасьен. Хасенька-а-а, — потормошила я разомлевшего питомца.

— Ну чего тебе? — не открывая глаз, недовольно поинтересовался зверек.

— Я красивая? — задала я, по сути, глупый вопрос, ответ на который и так знала.

Просто хотелось мне сейчас услышать хоть от кого-то комплимент.

Раз незнакомец не впечатлился и не упал к моим ногам, сраженный моей неземной красотой, то пусть хоть Хасьен потешит мое самолюбие.

Шучу, просто хотелось поболтать с ним. А он предпочел нагло дрыхнуть. Так что пусть теперь заверяет меня, что я всех прекрасней и милее.

— Ты и так знаешь, что красивая, — пробурчал он в ответ, переворачиваясь на спинку и подставляя животик.

— Знать-то знаю, но лишний раз услышать всегда приятно.

В ответ тишина.

— Хасенька-а-а, — позвала я вновь.

Молчит. Хотя знаю, что слышит и не спит. И он знает, что я знаю, но все равно молчит.

Вот же вредная животинка!

— Хасье-е-ен! Хасенька-а-а, — не отставала я от него.

— Ну что еще??! – открыв наконец глаза, взвыл он.

— А как там вредный дедок поживает?

— Кто? — непонимающе спросил он.

— У некроманта как там дела, спрашиваю, — переформулировала я вопрос.

— Нормально все у него! — фыркнув, ответил Хасьен. — Работает и проклинает тот день, когда твою душу в этот мир призвал!

Возмущенно подавившись воздухом, я негодующе уставилась на Хасьена.

— Чего ты так смотришь?? Создала пожилому человеку проблем, еще и возмущается! — обвинительно проговорил этот...

— Я создала проблемы?! — не находя больше слов от возмущения, воскликнула я.

— Ну а кто еще? Ты, конечно! Жил себе Агнус и проблем не знал, пока ты на его голову не свалилась. А теперь переживает, как бы его ошибка не вскрылась. Проблем тогда ведь не оберётся. Бедный, — всем видом сочувствуя некроманту, проговорил Хасьен.

Я от такой наглости и несправедливости скинула этого мелкого вредного предателя с себя на диван.

— Он бедный? Ошибка? Я на него свалилась?! — возмущенно вопрошала я у наглой животинки. — Да он специально смухлевал и мою душу призвал, чтобы его не казнили! Жулик престарелый!

— А что ему оставалось? Жить-то всегда хочется. Он же не знал, что ему такая заноза, как ты, достанется, — продолжил защищать некроманта зверек.

— Это я заноза?! — взвизгнула я от негодования. — Да это вы с некромантом оба наглые, неблагодарные, эгоистичные гады!

Обидно стало аж до слез! Сам призвал меня, потом бросил, затем прислал мне это вредное создание… И еще меня во всем обвиняют! Будто я сама просила в этот мир меня закинуть!

Так жалко себя в этот момент стало, что я не выдержала и разревелась.

Никому я не нужна в этом мире... только обуза для некроманта и Хасьена... и у папеньки нет на меня времени. А там, в моем мире, мои родные меня оплакивают...

Стоило вспомнить своих родных, как слезы ручьем полились.

Как же я по ним скучала!

Этот мир, хоть и интересный, полный магии и волшебства, но чуждый для меня.

Я не чувствую себя его частью.

— Ну чего ты сырость наводишь? — подползая ко мне, спросил Хасьен, на что я еще громче носом завыла. — Перестань плакать. Ты не одна. У тебя я есть и Агнус. Мы тебя не бросим.

— Я для вас заноза-а-а! — плача провыла я.

— Заноза, — согласился Хасьен, — но наша заноза. И мы вроде как сроднились уже с тобой. Так что хватит слезы лить. Совсем разберемся и справимся, — уверенно пообещал он, осторожно гладя меня лапкой.

— Я по родным скучаю, — немного успокаиваясь, призналась я.

— Скучать не плохо. Ты должна их помнить. Но это не должно мешать тебе жить дальше. В своем мире ты умерла. У тебя новая жизнь. И в ней есть люди, которым ты не безразлична. Твой папенька любит тебя.

— Он любит свою дочь, Элиссию, не меня, — почти окончательно успокоившись, ответила я.

— А ты кто? — задал мне вопрос Хасьен.

Тут я призадумалась.

А ведь и правда, кто я? Я ведь уже не Кольцова Вероника Дмитриевна, но и не та Элиссия, которую знали окружающие.

Так кто же я?

Видя мое смятение, Хасьен заговорил:

— Ты дочь лесса Дознавателя! Ты Элиссия Огнизеских. Аристократка. И ты будешь такой, какой захочешь. Думаешь, сейчас лес Рикард любит тебя меньше, чем раньше?

— Он ведь не знает, что я не совсем его дочь, — грустно сказала я.

— А разве это так важно? Он не знает, что душа другая, но чувствует, что ты изменилась. Но по-прежнему любит тебя. Неважно, кем ты была раньше. Сейчас ты его дочь! Прими сама это. Смирись с тем, что у тебя теперь новая жизнь.

Посмотрев на Хасьена, я впервые задумалась о том, какой он удивительный.

И мысленно поблагодарила своего престарелого некроманта за подарок.

Без Хасьена, пусть порой и вредного, мне было бы очень одиноко.

— Успокоилась? — опасливо спросил Хасьен, ожидая новый виток слез.

— Успокоилась, — шмыгнув носом, ответила я.

— Иди тогда умываться, рева. Вон, все лицо от слез опухло. Сейчас ты совсем не красавица, — подначивая, проговорил этот вредина.

Показав ему язык, я пошла умываться.

Из зеркала на меня смотрело милое, заплаканное и местами опухшее создание. Хасьен соврал.

Даже сейчас я выглядела очень даже ничего.

Увидев мои влажные от слез глазки, ни один мужчина бы не устоял!

Хотя... незнакомец мог бы устоять.

Нахмурившись, еще раз посмотрела на себя.

С чего вдруг мои мысли постоянно возвращаются к нему?

Ну хорош он собой! И что? Красивых мужиков, что ли, мало?! Вон, почти вся академия. На любой вкус…

Так нет же! Мои мысли возвращаются к нему.

Тьфу на него!

Яростно умываясь холодной водой, я надеялась смыть и мысли о незнакомце.

К Хасьену я вернулась умытая и готовая приступить к учебе.

Я на завтра вызвалась по Истории небольшой доклад сделать, про пра-пра-дедушку нынешнего короля.

Взяв учебник и тетрадку с пишущей палочкой, приступила к работе.

Хасьен же, свернувшись клубочком, вновь задремал.

Выступать с докладами перед аудиторией я уже давно не боялась и не смущалась.

Как только магистр Вортан назвал мое имя, я встала и прошла к доске.

Бодро, четко и последовательно рассказывая о правлении короля Эрнеста Второго, я наблюдала, как меняется выражение лица магистра.

Не знаю, чего он ожидал, но явно не того, что я действительно подготовлю доклад и с ним выступлю.

Закончив, я вопросительно посмотрела на магистра, ожидая дополнительных вопросов.

Вопросов не последовало. Поблагодарив за содержательное выступление, магистр отпустил меня на место.

Сев, я распрямила плечи и, стараясь не обращать внимания на бросаемые в мою сторону взгляды, сосредоточилась на дающем новый материал магистре.

Было дискомфортно от такого повышенного внимания, но я понимала, что со временем, когда они привыкнут к тому, что я учусь, интерес к моей персоне поугаснет.

Ну а пока приходилось терпеть.

После пар вместе с Ямирой и Нилетой мы направились в парк, где условились встретиться с парнями.

— Ты стала много внимания уделять учебе, — как бы между прочим сказала Ямира, пока мы шли к месту встречи.

— Да, я пообещала папеньке, что стану усерднее в учебе, — свалила я все на папеньку.

— Раньше тебя не особо волновали желания папеньки, — продолжила разговор Ямира.

— То было раньше! Теперь мне важно, что подумает папенька, — спокойно ответила я.

Дойдя до места, я сразу села на скамейку. Рядом присела Нилета.

— Ты планируешь идти на зимний бал во дворце? — вновь обратилась ко мне Ямира.

— Еще не знаю. Как получится, — ответила ей.

— Раньше ты ни за что бы не пропустила такое событие! — почти обвинительно сказала брюнетка.

Пристала же как банный лист!

— На меня покушались. Мне не безопасно сейчас посещать такие мероприятия, не получив разрешения папеньки!

— Это же дворец! Там лучшая защита! Да там на каждом углу охрана стоит!

— Ага, и никогда во дворце никого не убивали, — скептически и с намеком на мой сегодняшний доклад по истории ответила я.

Ямира не успела мне ответить, так как появились парни, и разговор перешел на другие темы.

Какое-то время мы еще погуляли на улице, после чего направились в столовую.

Получив порцию диетической бурды, я, создавая видимость, что ем, ковырялась в тарелке.

«Элиссия Огнизеских, зайдите в кабинет ректора», — раздался голос из ниоткуда, заставивший меня испуганно вздрогнуть.

— Что-то случилось? Зачем тебя вызывают к ректору? — взволнованно спросил Адам.

— Не знаю, — растерянно ответила я ему.

Встав из-за стола, под перекрёстными взглядами присутствующих я направилась в кабинет ректора.

Постучавшись, зашла.

Ректор был в кабинете не один. Здесь присутствовали недавние незнакомцы в полном составе. Все трое.

— Добрый день, лесса Элиссия, — вежливо поздоровался ректор. — Присаживайтесь.

Пройдя к столу ректора, присела на рядом стоящий стул.

Зачем меня вызвали, я понятия не имела. И присутствие здесь этих мужчин меня нервировало.

Они что, пожаловались на нас ректору?

Тогда почему я тут одна в кабинете сижу?

Бред! Мы ничего не сделали, чтобы вообще быть вызванными на ковер к ректору.

— Лесса Элиссия, вы, наверное, гадаете, почему вы здесь, — начал говорить ректор, но его перебил тот самый незнакомец, что вел с нами беседу в таверне.

— Позвольте мне все объяснить лессе Элиссии, — встав напротив меня, мужчина продолжил говорить: — Недавно вы вместе с друзьями посещали таверну под названием «Душистый хмель».

Таверну мы посещали, но названия я ее не помнила, так как даже не прочитала его.

Смешное название…

Но мужчине напротив меня смешным оно не казалось. Стерев с лица улыбку, я кивнула, подтверждая, что действительно, было такое.

— Что вы и ваши друзья делали, после того как покинули данное заведение? — пристально смотря на меня, спросил незнакомец.

— Отправились в академию, — честно ответила я.

— Все? — уточнил мужчина.

— Да, — уверенно подтвердила я.

— Лесса Элиссия, я не советую вам обманывать. Скажите правду, — сурово потребовал он.

— Я говорю правду. После таверны мы все пошли в академию, — смотря прямо на него, повторила я.

— Никто не отлучался по дороге? — спросил еще один незнакомец.

Постаравшись вспомнить, я задумалась. Я была увлечена разговором с Нилетой и Адамом, поэтому не смотрела на других.

— Вроде бы нет, — не до конца уверенная, сказала я.

— То есть, вы не уверены и точно сказать не можете, отлучался кто-то по пути в академию или нет? — почуяв слабину, тут же спросил поселившийся в моих мыслях мужчина.

— Я была увлечена разговором, поэтому не могу уверенно ответить на ваш вопрос.

— С кем вы вели беседу?

— С Нилетой Разиталь и Адамом Гирьеро.

— Во сколько вы вернулись в академию? — задал новый вопрос брюнет.

— Не помню.

— Даже приблизительно?

— Нет.

— Видимо, интересный разговор был, раз вы ничего не замечали и не помните, — иронично резюмировал мужчина.

Его слова меня задели. Поэтому, сев ровнее, я холодно спросила:

— Это все, я могу идти?

— Конечно, лесса Элиссия, — тут же заговорил ректор.

— Благодарим за содействие, лесса Элиссия. Вы можете идти, — ответил брюнет, смотря в мои глаза.

И вроде поблагодарил, а такое ощущение, что поиздевался.

Высокомерно посмотрев в ответ, молча проследовала на выход, не прощаясь.

Вот возьму и пожалуюсь папеньке! Будет тогда знать!

Жаловаться я, разумеется, не собиралась, но помечтать-то девушке можно…

Решив не терять зря времени, сразу направилась в библиотеку. Нужно было сделать домашку.

К себе я вернулась уже ближе к вечеру. Уставшая и голодная.

Мой верный друг уже заказал еду, поэтому, забрав и оплатив свой ужин, я, умывшись, села есть.

На этот раз ела я аккуратно и не спеша, разделив трапезу с Хасьеном.

— Зачем тебя к ректору вызывали? — жуя окорочок, спросил он.

— А ты откуда знаешь? — удивленно спросила у него.

— Я все знаю! — задрав нос, ответил зверек. — Тебя на всю академию вызывали. Даже здесь слышно было, — пояснил он свою осведомлённость.

— Пару вопросов задали, и все.

— Насчет чего вопросы? — продолжил допытываться Хасьен.

— Насчет того, что мы делали, после того как покинули таверну, в которой на днях были.

— И что вы делали? — заинтересованно спросил он.

— Ничего. В академию пошли.

— Фи… скучные какие… Я-то подумал, что-то интересное учудили, — потеряв интерес к теме, зверек продолжил усиленно набивать брюшко.

Все убрав после еды, я удобно устроилась на диване с книгой.

Хасьен, резво запрыгнув на меня, вытянулся, подставляя сытое брюшко для ласки.

Улыбнувшись на маневр зверька, стала перебирать пальцами его шерстку.

Так, умиротворенно и с толком, мы провели остаток вечера.

Глава 8

На следующий день после последней пары меня вновь вызвали в кабинет ректора.

Поменяв маршрут, направилась прямиком к начальству сего заведения. Настрой у меня был боевой. Если там снова будет этот несносный незнакомец со своими вопросами, буду молчать как рыба!

С такими мыслями я вошла в кабинет ректора академии.

— Добрый день, лесса Элиссия, – вставая, поприветствовал меня глава учебного заведения.

Быстро осмотревшись, убедилась, что больше в кабинете никого нет.

Испытав легкое разочарование, поспешила ответить на приветствие.

— Добрый день, лес ректор.

— Лес Рикард просил меня отвести вас к кристаллу стихий. Так что, прошу, следуйте за мной.

Шли мы не долго. Пара минут, и остановились возле массивной двери. Проведя перед ней рукой, ректор что-то тихо прошептал.

Открыв дверь, мужчина вежливо посторонился, пропуская меня первой.

Я бы предпочла, чтобы первым зашел он, было немного страшно, но, мужественно подавив страх, уверенно вошла.

В комнате царил полумрак, но света было достаточно, чтобы все хорошо видеть.

В центре комнаты на возвышенности стоял многогранный шар.

Подойдя к нему, ректор сказал:

— Не бойтесь, Элиссия. Просто подойдите и положите руки на шар, — мягким голосом проговорил он.

Сделав так, как сказал ректор, я с волнением, затаив дыхание, ждала, что же будет дальше.

А дальше произошло то, чего ни я, ни тем более ректор не ожидали.

Шар, что прежде казался прозрачным, стал наливаться тьмой.

Я завороженно следила, как под моими руками кристалл окрашивался в черный цвет.

Как только он полностью потемнел, внутри стали вспыхивать серебристые линии, чем-то похожие на молнии.

Зачарованная происходящим, я громким шёпотом, не отрывая взгляда от кристалла, спросила:

— Что это значит? Какая у меня стихия?

Секундная тишина. После чего, прочистив горло, ректор ответил:

— Некромантия. Но я не совсем уверен.

Посмотрев на ректора, неверяще переспросила:

— Некромантия?

— Да. Темный — цвет некромантии, — уже увереннее сказал ректор.

Ну что за невезенье? Почему не магия огня или воды? Почему некромантия??!

И вообще, не слышала я, чтобы у папеньки в роду некроманты были!

Опять мое иномирское происхождение отличилось!

Посмотрев на кристалл уже с куда меньшим восхищением, убрала от него руки.

Оказавшись в коридоре, ректор снова заговорил:

— Я свяжусь с вашим отцом и проинформирую его о результате. Вам придется изменить учебный план с учетом вашей новой стихии. Новое расписание вы получите в течение пары дней. Сейчас можете идти отдыхать.

— А какая у меня раньше была стихия, вы не знаете? — особо не надеясь, спросила я у ректора.

— В вашем деле указано, что у вас были сильные способности к стихии земли. Но, видимо, из-за того, что вы чуть не погибли, стихия изменилась, — задумчиво ответил мужчина.

— А такое вообще возможно? Чтобы сначала была одна стихия, а потом другая? — немного путанно задала я новый вопрос.

— Изменения, которые происходят, когда человек находится на грани между жизнью и смертью, не изучены до конца. Невозможно предугадать, какие изменения последуют. В вашем случае, изменения произошли кардинальные. У вас не только сменилась стихия, у вас вырос уровень силы. Вы будете очень сильным некромантом, лесса Элиссия. Поэтому я буду рекомендовать вашему отцу найти вам наставника среди опытных некромантов. Вам нужно будет много заниматься. Некромантия — опасная стихия. Особенно в неопытных руках.

Попрощавшись, ректор удалился, оставив меня одну размышлять о непредсказуемости жизни.

Я некромант! Мда… есть в этом ирония.

По пути в свою комнату я определилась с будущим наставником.

С папенькой я этот вопрос улажу позже. Сначала обрадую счастливчика, которому в ученицы досталась я.

Зайдя к себе, сразу направилась на поиски зверька.

Хасьен, как я и предполагала, дремал на кресле в гостиной.

— Хасьен, — нависая над ним, позвала его.

Приоткрыв один глаз, зверек спросил:

— Чего тебе?

— Смотайся к нашему некроманту, обрадуй его, — улыбаясь аки акула, увидевшая аппетитную добычу, сказала я.

— Чем обрадовать? — подозрительно посмотрев на меня уже двумя глазами, уточнил он.

— Тем, что у него появится в самом ближайшем будущем личная ученица-некромантка, — еще шире улыбнувшись, проговорила я.

— Какая еще ученица? Ты что, головой ударилась?

— Не ударялась я. Я к кристаллу стихий ходила.

— И?

— Узнала, к какой из стихий у меня способности.

— И к какой? — уже чуя неладное, осторожно спросил Хасьен.

— Некромантия!

Услышав ответ, Хасьен прикрыл мордочку хвостом.

— Бедный Агнус, — гнусаво раздалось из-под хвоста, — за что ему это наказание?!

— Хасье-е-ен, — пропела я.

— Что? — приоткрыв мордочку, печально спросил он.

— Иди обрадуй некроманта.

— Да я боюсь, что он так обрадуется, что душу богам раньше срока отдаст! — с возмущением и укоризной ответил Хасьен.

— Ничего подобного! — теперь уже я возмутилась. — Мы с ним прекрасно ладим!

— Да неужели? — ехидно спросил зверек.

— Конечно! — подтвердила я. — Мы с ним, можно сказать, родные люди. Я благодаря ему в этот мир пришла!

— И он уже сто раз пожалел об этом, — проворчал себе под нос Хасьен.

— Так ты пойдешь к нему или нет? — требовательно спросила я.

— Пойду, — тяжко вздохнув, ответил он.

Встав с кресла, Хасьен еще раз укоризненно посмотрел на меня и, крутанувшись, исчез.

Что ж, некромант действительно обрадовался. Да так сильно, что собирался свалить в дебри дальние, лишь бы подальше от меня. Он уже и вещи поковать начал и план побега составлять, когда Хасьен ему напомнил, что я, может, его и не найду, а вот лес Дознаватель... Обязательно найдет, сразу как разоблачит, что я не его дочь, так сразу на поиски афериста-некроманта и отправится!

Так что безопаснее рядом со мной остаться и лично следить, чтобы чего не натворила и себя не выдала.

Дедок, посокрушался немного о несправедливости жизни, но решив в итоге, что это так его выдержку боги проверяют, решил остаться и взять тяжелое бремя по обучению меня на свои старые, но еще крепкие плечи.

Вот так, красочно и эмоционально, описал Хасьен реакцию некроманта на новость о том, что я теперь его личная ученица.

Скептически посмотрев на Хасьена, я спросила:

— Что, прям все бросить хотел и сбежать?

— Сразу, как только я сказал ему, что ты теперь некромант и он станет твоим наставником, — с самой честной мордочкой подтвердил он.

— Но ты его переубедил? — уточнила я.

— Не я, а аргумент, что лес Дознаватель его из-под земли достанет, причем в прямом смысле слова, если потребуется. С лессом Рикардом шутки плохи.

Это да. Папенька мужчина серьезный. С таким лучше сразу во всех грехах признаться или ждать, пока он сам все узнает, и смиренно принять наказание.

Меня, конечно, задело, что дедок от меня сбежать хотел. Но я не стала на этом заострять внимания.

Главное же, не сбежал! И теперь у меня есть наставник! Не все так печально.

А завтра еще и выходной. Можно поспать подольше. Красотаааа...

А сейчас я решила заняться тем, что откладывала все время на потом.

Открыв дверь в гардеробную, осмотрела кучу вешалок и полок, забитых вещами.

Тяжко вздохнув, приступила к работе.

Перебирая вещи, я делила их на две кучи. К первой относились те, что мне нравились и которые я еще не надевала. А ко второй — те, чей фасон или цвет мне были не по вкусу. Также во вторую кучу отправились вещи, которые я уже надевала. А вернее, в которых меня уже видели.

Даже после перебирания у меня еще осталась внушительная часть абсолютно новых и красивых вещей, которые я могу носить не один месяц.

Вообще, страшно представить, сколько Элиссия раньше тратила на одежду.

А если учесть и другие аксессуары: туфли, сумочки, белье, драгоценности и прочее...

Бедный папенька… как он еще не разорился с такой транжирой-дочерью?!

Пока развешивала и складывала обратно вещи, которые решила оставить, вся взмокла.

Вторую кучу я, стараясь сильно не мять, перетащила на диван.

Завтра решу, кому их отдать.

Убрав прилипшие пряди со лба, отправилась умываться и готовиться ко сну.

Как же хорошо, когда с утра не надо никуда спешить. Потягиваясь уже в третий раз, я блаженно улыбнулась новому дню.

Накинув халат, не спеша умылась, почистила зубы, с небольшим трудом причесала свои длиннющие волосы и, скрутив их, скрепила резинкой.

Хасьен уже встал и куда-то ушел. Скорее всего, в столовую, проверить, что там вкусненького стащить можно.

Вспомнив про гору вещей на диване, направилась в гостиную.

— Доброй день, лесса Элиссия, — поприветствовала меня Дарин, как только я вошла в гостиную.

Моя бытовая помощница, про которую я, кстати, совсем забыла, аккуратно складывала вещи, что я вчера оставила на диване.

— Доброе утро, Дарин. Эти вещи не нужно убирать в шкаф. Я собираюсь их отдать, — подходя ближе, сказала я.

— Отдать? А что с ними не так? — оглядывая держащие в руках платья, недоуменно спросила женщина.

— Ничего. Просто я их уже надевала. И некоторые перестали мне нравиться, — только сказав это, я поняла, как глупо и по-аристократски прозвучало.

— Хорошо. Куда их тогда убрать?

— Пусть здесь побудут. Я еще не знаю, кому их отдать, — обозрев гору вещей, с надеждой в глазах посмотрела на Дарин. — А может, вы знаете, кому можно все это отдать?

— Вам лучше спросить у своих подруг из аристократов. Вещи у вас дорогие и качественные, будет много желающих.

Вещи действительно были из дорогих тканей, пара платьев была украшена золотой нитью, на некоторых присутствовали даже драгоценные камни.

Думаю, аристократки победнее с радостью бы все разобрали. Но я вдруг подумала, а почему бы не отдать эти вещи девушкам-простолюдинкам.

Что-то они могут носить на повседневной основе, что-то наденут на праздничные мероприятия, а что-то вообще могут продать. Те же драгоценности с платьев.

— Дарин, а ты знаешь девушек из простолюдинов, кто бы захотел взять эти вещи себе? — снова спросила я у нее.

Недоверчиво посмотрев на меня, она осторожно ответила:

— Знать-то знаю, но зачем вам им вещи отдавать, если любая аристократка бы их с радостью приняла?

— Потому что я хочу отдать свои вещи тем, кто действительно в них нуждается, — прямо смотря на женщину, ответила я. – Так вы поможете мне?

Немного помолчав, она все же ответила:

— Если хотите, я могу забрать вещи и показать их нескольким девушкам. К вам идти они побоятся.

— Хорошо, забирайте, — улыбнувшись женщине, сказала я.

Не став стоять у нее над душой, я направилась переодеваться.

Погода стояла замечательная, и я решила прогуляться по городу. Заодно там и поем.

Собраться быстро не вышло. Оделась я быстро, а вот волосы не получалось никак уложить. У меня никогда не было таких длинных и густых волос. И если предыдущие дни я просто заплетала их в косу, то сегодня мне хотелось чего-то необычного.

Постучав, в спальню заглянула Дарин, чтобы отчитаться, что все вещи розданы. Девушки были очень рады и благодарны.

Поблагодарив Дарин за помощь, я попыталась вновь закрепить заколкой волосы.

Заколка ни в какую не хотела держать мою копну волос. Она элементарно не застегивалась. Психанув, вытащила ее из волос и бросила на туалетный столик. Волосы в ту же секунду шелковистой волной окутали меня.

— Вам помочь с прической? — спросила до сих пор тихо стоящая в дверях Дарин.

— Буду вам очень признательна, — искренне обрадовавшись, ответила я. — У меня никак не выходит их скрепить.

Встав позади меня, Дарин ловко стала собирать пряди и заплетать их. Не прошло и десяти минут, как прическа была готова. Волосы были собраны кверху и красиво скреплены несколькими заколками.

Радостно поблагодарив свою помощницу, я поспешила в город.

Звать кого-то из своей компании мне не хотелось, поэтому я постаралась как можно быстрее и незаметнее покинуть стены академии.

Первым делом направилась в ближайшую таверну.

Есть уж очень хотелось.

Ближайшей оказалась таверна «Душистый хмель», в которой я была не так давно с ребятами.

Выбрав столик у окна, сделала заказ.

Сейчас народу было немного. Всего пара столиков была занята. Видимо, еще рано для посиделок.

Вкусно покушав, я расплатилась по счету и вышла на улицу. Не успев далеко отойти, я натолкнулась на троих уже знакомых «незнакомцев».

— Добрый день, лесса Элиссия, — поздоровался брюнет.

Что он главный среди их тройки, я уже поняла, но было интересно, остальные двое вообще разговаривают?

Хотя в кабинете ректора блондин задавал мне вопрос. Значит, говорить умеют.

— Добрый день, господа… — сделала я паузу, вынуждая их представиться.

Дернув уголком рта на мой маневр, брюнет первым представился:

— Эйнар Дорг, к вашим услугам, лесса Элиссия.

Эйнар… необычное имя. Мне нравится!

Перевела взгляд на блондина. Последовав примеру друга, он тоже представился:

— Феран Корский.

Последний незнакомец тоже был брюнетом, но не таким темненьким, как Эйнар.

— Ренар Престор, – чуть прищурившись, представился мужчина.

— Рада знакомству, – дружелюбно улыбнувшись мужчинам, я спросила: — У вас еще остались вопросы?

Ни за что не поверю, что наша встреча простая случайность. Они не простые служащие. Они работают в подразделении моего отца. А значит, очень занятые мужчины. Поэтому сомневаюсь, что они вместе решили прогуляться средь бела дня по городу.

— Вы очень проницательны, лесса Элиссия, – искренне улыбнувшись, проговорил Феран.

— Мы хотели узнать, не вспомнили ли вы что-то новое с того вечера, когда возвращались в академию с друзьями? – задал вопрос Ренар Престор.

— Нет. Почему вы интересуетесь? Что такого случилось в тот вечер, что привлекло внимание трех менталистов? – посмотрев на Эйнара Дорга, спросила я.

— В тот вечер было совершено покушение на парня, который вступал в спор с вашей компанией, – пристально смотря в ответ, сказал мужчина.

Покушение? Но при чем здесь мы?

— Почему вы решили, что кто-то из нас в этом замешан? Вы же там были и видели, что мы покинули таверну. Мы сразу направились в академию. А те ребята остались в таверне. Мы больше с ними не сталкивались в тот вечер.

— Возможно. Но вы утверждали, что были увлечены разговором и не можете с уверенностью сказать, что делали остальные члены вашей компании.

— Мы пришли в академию вместе. Никаких стычек по пути не было. Это бы я точно не пропустила, – уверенно заявила я.

— Вы с такой же уверенностью можете сказать, что никто из ваших спутников не мог связаться с кем-то по пути и организовать нападение? – спросил Эйнар Дорг.

Задумавшись над его вопросом, я пришла к неутешительному выводу. Я не могла точно сказать, что такой возможности ни у кого не было. Была. И то, что мне не хочется в это верить, не отменяет данного факта.

— Кто пострадал? – спросила я.

— Вольтан Фиркс, – ответил Ренар Престор.

Вольтан… так, там было трое парней и две девушки. Темненького парня звали Денар, светловолосого — Себастьян. Остается один парень. Тот, что обнимал Рину. Значит, именно на него было совершено покушение.

— Вы подозреваете Нейтана? – спросила я.

— Почему вы так решили, лесса Элиссия? – тут же задал вопрос подобравшийся Эйнар Дорг.

Все трое мужчин, словно гончие, почувствовав добычу, впились в меня взглядом в ожидании ответа.

От такого пристального внимания мне стало не по себе.

— Просто предположила, – как можно увереннее ответила я.

Говорить о том, что Нейтан встречался с Риной, а Вольтан обнимал ее в тот вечер и вроде как является её новым парнем, я не хотела. Каким бы высокомерным гадом ни был Нейтан, я не думала, что он способен на такую подлость. Он, скорее, сам бы в драку полез, чем стал кого-то нанимать для этого.

— Что послужило поводом для вашего предположения? – продолжил допытываться Дорг.

Врать напрямую я не хотела, но и говорить в открытую тоже. И вообще, весь этот допрос с их стороны стал меня напрягать.

— Почему вы допрашиваете только меня? Нас в тот вечер было шестеро! – спросила мужчин.

— Мы лишь интересуемся вашим мнением. Допрос мы проводим по-другому и в другом месте, – сухо произнес Ренар Престор.

Признаюсь честно, от интонации, с какой он это произнес, меня бросило в холод. Подавив вспыхнувший страх, я холодно и высокомерно спросила, смотря прямо в глаза мужчины:

— Вы мне угрожаете? Думаю, если бы могли, то уже провели бы ментальный допрос каждого из нас. Но вы не можете. Именно поэтому и задаете мне вопросы. И я по доброй воле содействовала вам. Сказала все, что знала.

— У нас и в мыслях не было вам угрожать, лесса Элиссия. Вы нас неправильно поняли, – мягко сказал Феран.

— Что ж, тогда разговор закончен. И в следующий раз, когда вы захотите поинтересоваться моим мнением, согласуйте этот вопрос с моим отцом и вашим прямым начальником, – холодно посмотрев на мужчин, я обошла их и направилась в сторону академии.

— Вы дочь главного дознавателя, лесса Рикарда Огнизейских? – напряженно раздалось мне в спину.

Повернувшись, я столкнулась взглядом с Эйнаром Доргом, задавшим мне вопрос.

— Да. Я Элиссия Огнизеских, – ответив, я продолжила путь, оставив позади трех задумчивых менталистов.

Глава 9

До самой академии я прокручивала в голове встречу и разговор с мужчинами. И чем больше я думала, тем больше вопросов у меня появлялось, и, как следствие, портилось настроение.

Во-первых, как они меня выследили? В случайную встречу я ни за что не поверю. Во-вторых, почему вопросы задают только мне? Никто из ребят ничего не говорил о том, что им задавали вопросы. В-третьих, как трое профессионалов, а в том, что они профессионалы, сомнений у меня не было, не навели справки обо всех участниках конфликта? А они точно не навели, по крайней мере, не на всех. Они не знали, что я являюсь дочерью главного дознавателя королевства.

Все это как-то нелогично и непонятно.

Обдумывая варианты, я пришла к выводу, что расследование мужчины проводят неофициально. Потому что не стали бы менталисты, работа которых заключается в защите королевства и королевской семьи от убийц, шпионов и заговорщиков, заниматься покушением на простолюдина.

Уверена, это передали бы городской службе правопорядка, а не трем менталистам из подразделения моего отца.

Так что, получается, по какой-то неизвестной мне причине эти трое сами решили разобраться в произошедшем. Это так же бы объяснило, почему они не собрали на нас досье. Запрос на предоставление личных данных сразу шестерых аристократов мог вызвать ненужные вопросы.

По мне, так разумная догадка.

Но еще остаются другие вопросы без ответа. Почему вопросы задавались только мне? И как они узнали, где меня искать?

Так, в раздумьях, я зашла к себе.

— И где ты была, пропажа? Тебя твои аристократики потеряли. Ходили тут, в дверь стучались, — проговорил Хасьен, внимательно меня осматривая.

— В город ходила, хотела прогуляться, — плюхнувшись на диван, ответила я.

— Прогулка не задалась, как я погляжу?

— С чего ты взял?

— Лицо больно хмурое у тебя, — проницательно заметил зверек.

М-да… я прямо открытая книга. Ничего не утаить от вездесущего Хасьена! Улыбнувшись на свои мысли, ответила:

— Помнишь, меня вызывали к ректору?

— Первый или второй раз? — уточнил Хасьен.

— Первый. Там было трое менталистов, и они задавали мне вопросы.

— Про ваше возвращение в академию после похода в таверну, — подтвердил зверек.

— Да. Так вот, я снова с ними столкнулась сегодня в городе. И они опять спрашивали про тот вечер. Оказывается, тогда было совершено покушение на одного из парней из компании простолюдинов.

— С этими простолюдинами у вас конфликт был?

— Ага. С ними.

— А при чем тут менталисты? Это вообще не их профиль. Слишком мелковато для них, — непонимающе спросил Хасьен.

— Вот и я так подумала! И решила, что они занимаются расследованием неофициально. Только почему, не знаю.

— Ну, причин может быть несколько. Возможно, они копают под кого-то из аристократов. Может, чья-то семья из твоих знатных друзей у них под прицелом и в заговоре подозревается. Вот они и занялись этим расследованием, — выдвинул рабочую версию Хасьен. И я бы с ней согласилась, если бы не одно «но».

— Если это официальное расследование менталистов, то они должны были бы знать о каждом из нас. Кто к какой семье принадлежит и прочую личную информацию. Так?

— Верно. При официальном расследовании они имеют право запрашивать личные дела на любого аристократа, — подтвердил мои догадки зверек.

— Вот! — воскликнула я. — А они не знали, кто я такая, пока я им не сказала.

— Ну-у… тогда, вероятнее, расследование неофициальное, — согласился Хасьен. — Значит, дело в личном!

— В личном?

— Ну а зачем еще менталистам в это лезть? У них своей работы хватает. Скорее всего, кто-то из троих менталистов связан либо с друзьями пострадавшего, либо с самим пострадавшим парнем.

Задумавшись над предположением Хасьена, я решила, что такой вариант наиболее правдоподобен.

— А ты знаешь, как можно отследить человека? — спросила я Хасьена.

— А кого ты собралась отслеживать? — с любопытством в глазках спросил он.

— Никого. Хочу знать, как они меня отследили. Не верю я в случайную встречу.

— Хмм... Дай-ка я тебя осмотрю? — быстро перебравшись ко мне на диван и склонив голову набок, Хасьен пристально уставился на меня.

Пару секунд он, не двигаясь и не моргая, просто смотрел.

— Умно, — восхитился он, — они на тебя следилку повесили. Еще и ауру твою считывали. Я остаточные следы заметил.

— Вот же... нехорошие личности! — возмущенно ответила я.

Хоть я и предполагала нечто подобное, все равно возмутилась. Не очень-то приятно, знать, что за тобой следят!

— А зачем они ауру считывали? — хмуро поинтересовалась я у мудрого и всезнающего друга.

Очень полезным оказался все-таки подарок дедка. При встрече расцелую!

— Думаю, чтобы найти тебя. Ты ведь сказала, они не знали, кто ты. Так что, скорее всего, отпечаток ауры и предоставили ректору. Ну а тот, сверив, вызвал тебя в кабинет.

— Тогда они должны были знать, кто я такая. Меня на всю академию вызывали!

— Необязательно. В кабинете ректора стоит защита от прослушки. Она также не пропускает звуки извне. Если они находились в тот момент в кабинете, то не могли слышать. К тому же, тебя вызывал не сам ректор, а его секретарь.

Если все так, как говорит Хасьен, то да, возможно, они и правда не знали, кто я. Ведь не могло мне показаться удивление на их лицах после того, как я представилась.

— Откуда ты все это знаешь? — теперь уже я с любопытством уставилась на Хасьена.

— Я многое знаю и умею, — гордо ответил зверек. — К тому же, пока ты учишься и торчишь в библиотеке, я изучаю академию. Так что обращайся, — милостиво дозволил он.

Смотреть на задравшего нос и выпятившего грудь зверька было смешно. Хасьен сейчас был таким милым, что я не удержалась и заграбастала его в объятия.

— Ты мой всеведущий и всезнающий незаменимый друг, — приговаривала я, тиская пищащего и требующего убрать от него свои загребущие ручонки зверька.

— Не смей меня слюнявить!!! — возмущался он, уворачиваясь от моих поцелуев.

Все-таки улучив момент и чмокнув его прямо в пушистый лоб, я отпустила желающего свободы Хасьена.

— Фуу… обслюнявила всего, — обвинительно заявил он, сразу начав умываться.

— Не наговаривай! Всего один безобидный поцелуйчик в лоб, – улыбаясь, ответила я.

— Ничего себе безобидный! Да ты меня чуть не съела! — продолжил возмущаться мелкий врунишка.

— Будешь обманывать, еще поцелую, и не раз! — пригрозила я ему.

Обиженно зыркнув на меня, зверек демонстративно повернулся попой и продолжил умываться.

Ишь какой недотрога! Ничего, скоро привыкнет! Я еще не раз его потискать решу.

Оставив Хасьена умываться, отправилась в библиотеку. Нужно было подготовиться к завтрашним занятиям. Магистры уже стали привыкать, что на каждом семинаре я вызываюсь отвечать. Даже одногруппники уже меньше косятся и шепчутся. Прогресс, однако!

«Элиссия Огнизеских, пройдите в кабинет ректора!» — раздалось на всю академию.

Отложив ложку и выдавив из себя улыбку сотрапезникам, я опять под любопытным взором студентов покинула столовую.

Ну, это уже ни в какие ворота не лезет! Третий раз вызывают за неделю! Да Элиссия за полтора года обучения там ни разу не появлялась! Зато я отличилась!

Не испытывая никакой радости по поводу новой встречи с ректором, я уныло плелась в его кабинет.

Получив дозволение, вошла.

Ректора в кабинете не оказалось. Вместо него меня ждал папенька.

Я никак этого не ожидала, поэтому, войдя и увидев его, замерла.

— Здравствуй, Эли. Я надеялся на более теплый прием, — с теплой улыбкой смотря на меня, произнес лес Дознаватель.

— Папа-а-а! — радостно взвизгнув, я кинулась в объятия отца.

Честно, сама от себя не ожидала такой реакции. Но я была безумна рада его видеть. С момента отъезда мы не виделись и не общались. И я соскучилась, как бы иррационально это ни звучало.

Он больше не был для меня чужим отцом. Он был моим. И сейчас, находясь в его объятиях, я чувствовала себя счастливой.

— Я так рада тебя видеть, — глухо проговорила я, уткнувшись лицом в его грудь.

Его запах, и тот был таким родным, что от переизбытка чувств у меня выступили слезы на глазах.

— Я тоже очень скучал по тебе, Эли, — проговорил мне в макушку лес Дознаватель.

Еще раз поглубже вдохнув его запах, я отстранилась.

— Ты здесь из-за результатов кристалла? — усиленно моргая, чтобы прогнать слезы, спросила у него.

— Да, но не только. Я хотел тебя увидеть, узнать, как твои дела. Ты совсем мне не пишешь. Обиделась, что я не проводил тебя в академию? — проведя по моей щеке, стирая предательницу-слезу, спросил папенька.

Писать? Я и не подумала об этом даже. Ведь можно было Хасьена попросить, он бы доставил письмо папеньке. Но я думала, что он занят работой. И мне даже в голову не пришло, что Элиссия раньше писала ему.

— Прости. Я забыла. Думала, что ты занят, — постаралась оправдаться я. — И нет, я не злюсь. Обижалась немного, но не злилась. Я понимаю, какая ответственная у тебя работа.

— Я всегда найду для тебя время, Эли. Никогда не сомневайся в этом, слышишь? — заглядывая в мои глаза, ответил родитель.

— Слышу. Обещаю, что теперь буду писать, — улыбнувшись, сказала я.

— Хорошо, я буду ждать, — вернув улыбку, папенька, взяв меня за руку, усадил на диван, сев рядом. — А теперь давай поговорим насчет результата кристалла. То, что твоя стихия изменилась, это последствия того, что ты почти умерла. Я навел справки и узнал, что такое возможно. Как и то, что у тебя вырос уровень силы. Поэтому я согласен с ректором, что тебе нужен наставник.

— Я уже нашла наставника, — поспешно вставила я.

— Нашла? Кого? — удивленно спросил папенька.

— Агнус Форт.

— Я думаю, что можно подобрать более подходящего наставника, — подбирая слова, возразил папенька.

— Но он более чем подходящий. Он опытный, ответственный, потомственный некромант. К тому же он спас мне жизнь. И я к нему привязалась, — состроив просительную рожицу, попросила: — Ну пожа-а-а-луйста...

Не выдержав, лес Дознаватель рассмеялся. Я впервые видела его таким. Он будто помолодел. Улыбка безусловно ему шла.

— Хитрюга! — пожурил меня папенька. — Хорошо, я поговорю с ним.

— Я уже поговорила. Он согласен, — проговорила я.

Еще раз удивленно посмотрев на меня, лес Дознаватель сказал:

— Хорошо. Обсудим с ним детали, и приступите к обучению. Только пообещай мне, Эли, что будешь слушаться наставника! Некромантия опасная стихия, я не хочу, чтобы ты пострадала.

— Обещаю! Я буду осторожна, — заверила я его.

— С этим вопросом все решили. Осталось обсудить еще одну твою стихию, — смотря на меня как-то по-особенному, проговорил папенька.

— Еще одну? У меня их две? — теперь настала моя очередь удивляться.

— Да, две, — снова улыбаясь, подтвердил он. — Ты не только некромант. У тебя еще открылись способности к менталистике, — огорошил меня папенька.

Я менталист?? Смогу читать чужие мысли? Огооо… Вот это новость!

— Я не знаю, что сказать, – смотря на счастливого и гордого папеньку, сказала я.

— Я лично займусь твоим обучением менталистике. Но хочу, чтобы ты была готова, если твои способности будут расти, а это возможно, то тебе придётся перейти в другую академию. Здесь тебя не смогут обучить как положено. У менталистов совсем иная система обучения.

— Хорошо. Я понимаю, — не до конца все осознавая, ответила я.

Я некромант и менталист! Даже не знаю, радоваться мне или пугаться.

— Я хотел пополнить твой счет, но мне сказали, что ты почти ничего не потратила, – сменил лес Дознаватель тему.

В мыслях я еще пыталась привыкнуть к тому, что у меня есть способности к менталистике, поэтому не сразу нашлась с ответом.

— Просто было не до этого. Нужно многое по учебе наверстать.

— Да, мне сказали, что ты стала много заниматься. Магистры тебя хвалят. И я рад, что ты стала серьезнее относиться к учебе, но это не значит, что ты не можешь побаловать себя. Скоро состоится очередной бал во дворце. Мы приглашены. Сходи со своими подругами, купи себе новое платье и все, что необходимо. Развейся, Эли, отвлекись немного от учебы. Скоро у тебя совсем мало останется времени на друзей. Некромантия и менталистика требуют большой практики и много времени.

— Мы уже договорились с девчонками сходить к мадам Женевьеве. У нее выходит на днях новая коллекция, — рассказала я о планах.

— Хорошо. Ни в чем себе не отказывай, — проговорил папенька.

— Не боишься, что я растрачу все состояние? — в шутку спросила я.

— Не боюсь. Я для этого и работаю. Хочу, чтобы ты ни в чем не нуждалась.

— Я нуждаюсь лишь в твоем внимании. Все остальное неважно, — снова искренне призналась я.

Это была правда. Уверена, и Элиссия всегда нуждалась в его внимании. И мне сейчас это необходимо. У меня никого нет в этом мире. Только некромант, Хасьен и лес Дознаватель.

Моя прежняя семья для меня навсегда потеряна. И мне важно, чтобы здесь у меня был хоть один родитель. Я хочу чувствовать его любовь. Хочу узнать его. Хочу, чтобы он гордился дочерью.

— Эли… моя работа... — начал говорить папенька.

— Я знаю, она важна. И я понимаю. Правда. Но мне тебя не хватает. Я хочу проводить с тобой время. Хочу, чтобы у нас с тобой были совместные воспоминания. Новые воспоминания, — перебила его я.

Опустив взгляд на свои руки, я с замиранием сердца ждала, что он ответит.

— Ты права. Обещаю, я постараюсь все изменить, — мягко сказал папенька.

Посмотрев на него, я улыбнулась.

— Хорошо.

Улыбнувшись в ответ, он притянул меня в свои объятья.

— Я не заметил, как ты выросла, — тихо проговорил он.

— Выросла. Но мне по-прежнему нужен мой папенька. И всегда будет нужен, — уверенно сказала я.

Посидев какое-то время так, в тишине, лес Дознаватель вновь заговорил:

— Мне пора, Эли.

— Хорошо, — нехотя отпуская его, ответила я.

— Мы скоро увидимся. Обещаю, — смотря мне в глаза, пообещал лес Дознаватель, — и я буду ждать от тебя письма.

— Я напишу, — дала обещание.

Покинула я кабинет ректора в расстроенных чувствах. Мне до слез не хотелось с ним расставаться. Рядом с папенькой я чувствовала себя как дома. Важной, нужной и любимой. Чувствовала родительскую заботу.

А без него стало одиноко.

Вернувшись к себе, я взяла вечно спящего Хасьена на руки и прижала его к груди.

Сначала зверек хотел возмутиться таким беспределом, но, заметив стоящие слезы в моих глазах, молча позволил себя обнимать.

Глава 10

— Боги… это восхитительно!!! Мадам Женевьева превзошла все ожидания! Только посмотрите на это платье! — восхищенно воскликнула Нилета, рассматривая уже пятое по счету платье и откладывая его для примерки.

— Да, мадам Женевьева настоящая кудесница! Не зря я записала нас на показ и примерку, — более сдержанно похвалила кутюрье Ямира.

В отличие от Нилеты, хватающей почти каждое просмотренное ею платье для примерки, Ямира была более придирчива. Девушка просмотрела уже более десяти платьев, но для примерки оставила всего два.

Я же, родившаяся в другом мире и видевшая множество творений дизайнеров в магазинах, на телевидении, в журналах, была не так впечатлена коллекцией.

Да, все платья были по-своему красивы. Какие-то даже мне нравились, но вот прямо так, чтобы увидела и влюбилась или увидела и поняла, что это оно, мое платье, я так и не почувствовала.

Я ходила, смотрела, трогала ткани, слушала восхищения подруг, но себе пока ничего так и не отложила.

Примерять и покупать каждую симпатичную вещь я не собиралась, несмотря на щедрое предложение папеньки ни в чем себе не отказывать.

Вещей у меня с избытком. Я хотела купить одно, может, два платья для бала во дворце и не более. Но пока ничего не нашла.

Устав ходить попятам за девушками, я остановилась в сторонке, ожидая, когда они отправятся в примерочную.

— Добрый день. Что-нибудь выбрали уже? — подошла ко мне невысокого роста и очень приятной внешности девушка.

Такую, как она, нельзя назвать красавицей в прямом понимании. Внешность была приятной, нежной и утонченной. Она располагала к себе.

Решив, что это еще один консультант, я ответила:

— Добрый день. Нет, мне пока ничего не приглянулось. Я решила сделать перерыв и подождать подруг, — указав рукой в сторону Нилеты, опять восхваляющей очередной шедевр портного искусства, ответила я.

— Вам не понравилась коллекция?

— Вещи прекрасны. Каждое платье по-своему изумительно. Просто я не нашла то, что подошло бы именно мне, — как можно корректнее объяснила я.

— Вы ищете что-то особенное? — внимательно смотря на меня, спросила девушка.

— Наверное. Знаете, бывает, увидишь платье и сразу понимаешь, что оно просто создано для тебя! Мне хочется так же. Хочется чувствовать себя особенной в нем, — стараясь как можно понятнее донести свои желания, ответила я.

— Кажется, я вас поняла. Пройдите со мной. Хочу вам что-то показать, — загадочно улыбнувшись, девушка позвала меня следовать за ней.

Рядом с примерочной была незаметная дверь, в которую мы и прошли.

Внутри оказалась светлая, очень просторная комната. Повсюду стояли манекены, на которых были надеты изумительной красоты платья. Эти платья действительно были прекрасны. Смотря на них, аж дух захватывало.

Несмотря на то, что они еще были недоделаны, так как рядом с каждым манекеном находились небольшие столики с эскизами, отрезками тканей, пуговицами, драгоценными камнями, можно было понять, что платья разительно отличаются от представленной коллекции.

Замерев от восхищения, я переходила от одного манекена к другому и любовалась искусной работой.

Подойдя к очередному платью, я остановилась. Это было ТО САМОЕ платье. Я влюбилась в него с первой секунды. Даже ярко-красный цвет меня не смущал.

В нем все было идеально. Продумана каждая деталь. Каждая складочка, каждая пуговица была на своем месте.

Спущенные плечи и оголенная часть спины делали образ чувственным и изящным. Талию подчеркивал ряд драгоценных бусин, от которых крупными вертикальными складками спускалась пышная юбка, переходящая в роскошный, не сильно длинный шлейф.

В таком платье каждая почувствовала бы себя особенной.

Для этого мира фасон был смелым и определенно запоминающимся.

— Хотите примерить? — спросила до этого тихо наблюдающая девушка.

— А можно? — с восхищением спросила я.

— Конечно, — с улыбкой ответила она.

Сняв платье с манекена, девушка предложила мне встать на возвышенность, напоминающую пьедестал. Полукругом стояли зеркала, тем самым давая прекрасный обзор, чтобы оценить выбранный наряд.

Надев дрожащими от нетерпения пальцами платье и с помощью девушки застегнув все бусинки, я посмотрела на себя в зеркало.

Оно сидело идеально. Словно было создано для меня. Именно так я представляла в детстве принцесс.

Я хотела именно это платье! Оно было моим!

— Сколько оно стоит? — не отрывая взгляда, спросила я.

— Эта коллекция еще не доработана. Но именно это платье завершено. Я готова продавать вам его, но с одним условием, — ответила девушка.

— С каким?

— Я полностью подготовлю ваш образ к мероприятию. Сама выберу аксессуары и украшения, прическу, макияж и даже белье.

— Зачем? — удивленно повернувшись лицом к девушке, спросила я.

— Я творец. Создавая это платье, я полностью продумала весь образ. Я хочу, чтобы вы воплотили мою задумку в жизнь и преподнесли ее общественности.

— Вы мадам Женевьева? — неверяще спросила я.

— Да, — с озорной улыбкой подтвердила она.

Я представляла мадам Женевьеву совсем другой. Более взрослой, элегантной и утонченно-строгой дамой. А не девушкой на пару лет старше меня.

— Удивлены? — спросила она.

— Да. Думала вы другая.

— Я вас разочаровала?

— Нет, совсем нет, — поспешно заверила я. — Наоборот, я приятно удивлена.

— Тогда, я надеюсь, вы примете мое условие?

Обдумав ее предложение и не найдя в нем ничего плохого, я охотно согласилась.

— С удовольствием!

— Прекрасно! — воодушевлённо сказала мадам Женевьева. — Куда и когда вы идете?

— Иду я на бал во дворец. Состоится он через неделю, — кинув последний взгляд в зеркало, я начала снимать платье.

— Просто прекрасно! Это то что нужно! Вы произведете там фурор! Вы прославите мою новую коллекцию задолго до ее выхода в свет!

— О вас и так говорят. Не думаю что, вам это так необходимо, — завязывая уже на своем наряде завязки, сказала я.

— Я из простых. Мне было нелегко выбиться и добиться таких высот. Но даже сейчас мне необходимо постоянно удивлять и привлекать интерес к своим работам, — призналась мадам Женевьева.

Я же восхитилась теперь не только ее талантом, но и тем, что, несмотря на происхождение, она смогла так многого добиться. Сама, своим трудом и талантом. Меня всегда восхищали такие люди!

Обговорив детали, я расплатилась за платье и, оставив его на хранение мадам Женевьеве до назначенного часа, вышла к потерявшим меня девушкам.

Никогда не думала, что примерка платьев может быть такой долгой и мучительной.

Смотря по очереди на наряды девушек и отвечая на их вопросы, я мечтала скорее вернуться в академию. Только сейчас я в полной мере поняла, как в нашем мире мучаются парни, ходя вместе со своими половинками на шопинг.

Ямира хотела выглядеть изысканно и утонченно, не исключая некой игривости в наряде. Она без конца крутилась перед зеркалом и спрашивала: «Тонка ли моя талия в этом платье?», «К лицу мне этот цвет?», «Возможно, стоит вырез на груди сделать поглубже?».

Я без особо энтузиазма отвечала, что она прекрасно выглядит в этом платье, как и в трех предыдущих.

Выбранные Ямирой платья ей и правда очень шли. Они подчеркивали белизну кожи, стройную фигуру и лебединую шею.

С Нилетой же была совсем другая история. Она набрала столько платьев для примерки, что теперь никак не могла определиться, какие ей купить. Она снова и снова мерила их, в надежде, что вот сейчас точно выберет. К моему огромному сожалению, чуда не произошло. У нее никак не получалось сделать выбор и отобрать те самые пять платьев, что она могла купить. Ее родители, зная любовь дочери сорить деньгами, выделили на покупку новых нарядов определенную сумму. И теперь их чадо страдало от невозможности скупить все отобранные ею платья.

Из модного дома мадам Женевьевы мы вышли уже ближе к вечеру. Я мечтала вкусно поесть и отдохнуть от несмолкающей болтовни Нилеты.

— Я теперь не смогу спать! Постоянно буду думать о тех платьях, что не купила. Родители поступили так жестоко! Как можно обойтись всего пятью платьями?? Я ведь не простолюдинка, ходить в одном и том же каждый день! — всю дорогу до академии Нилета сетовала на жестокость родителей.

А я, слушая ее, просто зверела. Она купила пять платьев! Каждое из которых стоит как зарплата простолюдина за месяц, а то и больше! И она еще жалуется, что ей нечего будет носить. Будто кроме этих пяти платьев у нее нет вещей!

— Меня хоть и не ограничивали в тратах, но я купила всего три платья себе. Подходящих под мой вкус оказалось не так много, — высокомерно сказала Ямира. — А ты себе так и ничего не выбрала, Элиссия. Бал через неделю, в чем ты пойдешь?

— Еще есть время, что-нибудь подберу.

— Смотри, самое лучшее разберут, и придется тебе довольствоваться остатками, — будто действительно переживая за меня, сказала змеюка-Ямира.

— Не переживай, я буду блистать на балу, — без тени сомнения заверила я ее.

— Что ж, скоро увидим! — лживо улыбнувшись, ответила она.

Вот же гадина лицемерная!

— А я теперь не знаю, какое платье выбрать из новых на бал, — страдальчески сказала Нилета, вызвав у нас с Ямирой тяжелый вздох.

****

Как же мало для счастья надо! Еще час назад я была раздражена и готова взвыть от нытья Нилеты. А сейчас счастливо и, главное, сыто жмурилась, лежа на диване.

Вкусная еда — творит чудеса!

— Выбрала наряд на бал? – спросил незаметно появившийся Хасьен.

— Ага! Платье — изумительно! — счастливо ответила я.

— Всего одно?

— Одно. Но самое лучшее!

— Ты выбирала одно платье полдня? — то ли возмущенно, то ли восхищенно спросил зверек.

— Платье я выбрала быстро. Остальное время ждала, пока выберут Ямира с Нилетой.

— И сколько они купили? — полюбопытствовал Хасьен.

— Нилета пять штук. Ямира три платья купила.

— Если ты и в дальнейшем будешь такой экономной, лес Дознаватель станет богатейшим человеком в королевстве!

— Я буду над этим работать, — клятвенно заверила я друга.

Дождавшись, пока Хасьен удобно устроится, спросила:

— А ты как день провел?

— Прогулялся по академии. Навестил Агнуса. Заглянул в местную столовую. Вот и все дела.

— Как там некромант поживает? — поинтересовалась я.

— Составляет план твоих занятий и молит богов о терпении.

— И как, боги отвечают? — ехидненько спросила я.

— А как же! Говорят, что место лучшее для его ученицы подготовят.

— Какое место? — не поняла я.

— Загробное!

— Зачем?

— Ну как зачем?! Ты же привыкла все по-своему делать. Вот не послушаешься Агнуса, начнешь без его надзора некромантию использовать, так сразу место и пригодится! — ехидно скалясь, сказал Хасьен.

Посмотрев возмущенно на наглую животинку, я демонстративно взяла лежащую на столике книгу и начала читать.

На следующий день я опять задержалась до самого вечера, но уже в библиотеке. Выполнив все задания, со спокойной душой шла к себе, когда натолкнулась на неприятную сцену.

Трое парней, судя по внешнему виду и по речи, аристократов, с трех сторон прижимали к стене девушку.

— Перестаньте! — дрожащим от сдерживаемых слез голосом потребовала девушка.

— Да ладно, с тебя не убудет. Порадуешь нас, а мы тебе на новое платье денег дадим, — похабно улыбаясь, проговорил один из парней.

— Мне ничего не нужно. Оставьте меня в покое!

— Чего ты ломаешься?! Ты должна быть счастлива, что мы на тебя вообще внимание обратили! — пренебрежительно сказал другой парень.

— Строишь из себя недотрогу? Думаешь, мы не знаем, как вы, плебейки, себе на жизнь зарабатываете? Все вы продажные! Так что не ломайся тут! — зло прошипел третий из парней и толкнул напуганную девушку к стене.

Не став больше ждать, я поспешила вмешаться.

— А ну быстро отошли от нее! — гневно сказала я приблизившись.

Повернувшись в мою сторону, парни удивленно уставились на меня.

— Отошли, я сказала!

— Иди куда шла и не лезь не в свое дело! — сказал мне тот, что толкнул девушку.

— А то что? — сузив глаза, спросила, глядя на него.

— А то, будешь нас вместо нее развлекать, — злясь, что прервали развлечение, раздраженно ответил он.

— Заткнись! — толкнув его локтем, прошипел ему рядом стоящий товарищ. — Она аристократка.

— Да мне плевать, кто она! — смело заявил этот тупица.

— Я, кажется, ее знаю, — неуверенно вступил еще один в разговор.

— Короче, вали отсюда по-хорошему! — опять послал меня самый тупой из троих.

Или самый смелый. Тут как посмотреть. Ведь не каждый отважится послать аристократку и дочь главного дознавателя. И то, что парень не знал о втором пункте, это только его проблемы!

— Тебе того же советую! — ответила я ему. — Забирай своих дружков и вали отсюда!

— Ну все, ты меня достала! — сделав шаг в мою сторону, зло проговорил парень.

— Уверен, что хочешь угрожать дочери главного дознавателя? — ни капли не испугавшись, холодно спросила я его.

На следующем шаге после моих слов парень споткнулся и чуть не растелился у моих ног.

Все трое испуганно уставились на меня.

— Что такое? Что замолчал? — участливо поинтересовалась я у самого смелого.

— Я… мы... мы просто болтали с ней… — сам не веря в то, что говорит, ответил парень.

— Я видела, как вы просто болтали! Еще раз узнаю, что вы с кем-то так болтаете, будете иметь дело с моим отцом! Чтобы не смели больше к ней подходить, ясно?! — требовательно сказала я.

— Ясно, — почти синхронно ответили парни.

Обойдя меня по дуге, они скрылись с глаз.

Посмотрев на бледную испуганную девушку, я представилась:

— Я Элиссия, — мягко улыбнулась я ей.

— Я знаю, кто ты. Мы вместе учимся, — тихо ответила она.

Я попыталась вспомнить, видела ли ее на занятиях, но, к своему стыду, не смогла.

— Прости, я не знаю, как тебя зовут.

— Лианна, — представилась она.

— Ты в порядке, Лианна? — участливо спросила я.

Я чувствовала некую неловкость из-за сложившейся ситуации. Мне хотелось как-то помочь девушке, успокоить ее. Но я не знала, как правильно это сделать.

— Спасибо, что помогла, — поблагодарила меня Лианна.

— Мне жаль, что они так себя повели. Это недостойное поведение.

— Аристократы считают, что с нами можно не заморачиваться. Мы не аристократки, и период ухаживания нам не нужен, — все еще дрожащим голосом проговорила Лианна.

Конечно, за подобное отношение и домогательство к аристократке последствий потом не оберёшься. А вот за простолюдинок постоять некому. От претензий родных откупятся. А если нет, то вообще еще девушку виноватой выставят.

Мерзко это все. Но, к сожалению, такова реальность.

Проводив Лианну до ее комнаты, во избежание повторной ситуации, я пошла к себе.

Завтрак проходил вполне мирно, пока Ямира не нарушила тишину.

— Элиссия, до меня дошли известия, что ты отдала свои вещи простолюдинкам.

После ее слов все, даже парни, посмотрели на меня.

— Да, это так, — спокойно сказала я.

— Ты поступила неразумно. Тебе следовало посоветоваться со мной и Нилетой. Мы бы сказали, кому из аристократок можно было предложить их.

— Ну, это мои вещи, и я в праве сама решать, кому их отдать, — злясь на девушку, ответила я.

— Ты отдала их простолюдинкам! — обвинительно повторила Ямира, с недовольством смотря на меня.

И тон у нее такой был, будто я как минимум преступление против человечества совершила, а не самостоятельно распорядилась своими вещами.

— Им они нужнее. У аристократок и так хватает вещей. Не вижу ничего в этом страшного!

— Ямира имеет в виду, что, отдав вещи простолюдинкам, ты нанесла оскорбление благородным лессам. Ты предпочла им нищебродок! — попыталась разъяснить мне Нилета.

— Я никого и никому не предпочла! Я отдала вещи тем, кто, на мой взгляд, в этом больше нуждается! И если это кому-то не нравится, то это только их проблемы! Я не обязана оправдываться за свои решения! — смерив обеих девушек высокомерным взглядом, отчеканила я.

Достали!! Думают, что я у них дозволения буду бегать спрашивать по любому поводу?! Не дождутся!!

Пробуравив меня недовольными взглядами, девушки продолжили есть.

Я же, поймав на себе задумчивый взгляд Адама, спросила у него:

— Что-то не так?

— Да, нет. Все хорошо, – улыбнувшись, ответил он и отпил из стакана, по-прежнему смотря на меня.

Не став больше обращать на него внимания, я встала из-за стола и, сказав, что мне нужно еще забежать к себе перед лекцией, покинула столовую.

С каждым днем мне становилось все труднее сдерживаться в общении с ними.

Я все понимаю, у них такое воспитание и прочие заморочки, и в принципе не сказать, что они самые плохие люди в мире, но терпение мое уже на исходе.

Ямира с Нилетой дулись на меня весь оставшийся день. Мне до их обид дела не было, поэтому я спокойно занималась своими делами. Ближе к вечеру вышла на улицу прогуляться. Хасьен снова куда-то ушел, а одной мне стало скучно.

Прогуливаясь вокруг академии, я наслаждалась свежим воздухом и хорошей погодой.

Дома, в своем мире, я любила пешие прогулки. Мы часто с родителями и братом выезжали на природу. Мама всегда говорила, что единение с природой способно излечить многие душевные травмы.

Тоска по дому еще не прошла, но уже не была такой сильной. Конечно, я скучала по родным, но это уже было не так болезненно.

Воспоминания были с налетом теплой грусти и тоски.

Хоть и не сразу, но я смирилась с новой жизнью. Ныть и сетовать на судьбу я не видела смысла. Многие не получают второго шанса. Причем такого удачного, как выпал мне. Так что я благодарна судьбе за новую жизнь.

Ее я постараюсь прожить достойно и счастливо. За нас обеих. За себя и Элиссию.

Свернув за угол, я остановилась возле клумбы с необычными цветами. Мне никогда не доводилось видеть таких.

Пока я любовалась цветами, одновременно со всех сторон их рассматривая, моё одиночество нарушили.

— Эти цветы называются оритки, если я не ошибаюсь, — произнес Адам.

Быстро выпрямившись, я развернулась лицом к нему. Парень стоял, облокотившись на стену, и, сложив руки на груди, наблюдал за моими исследованиями.

«Хорошо, что платье до самых пят, а то вышел бы конфуз», — мелькнула мысль.

— Не знала, что ты в цветах разбираешься.

— Приходится. Моя мать любительница цветов и всего, что с ними связано.

— Ясно, — неловко ответила я.

До сих пор мы не оставались с Адамом наедине, и сейчас я не знала, как себя вести.

— Почему ты одна? Где Ямира и Нилета? — спросил Адам.

— Мне хотелось побыть одной. А где Нейтан и Филлас? — в свою очередь спросила я.

— У себя, — коротко ответил парень.

Оторвавшись от стены, он подошел ко мне.

— Я скучаю по тебе, Эли, — нежно сказал парень, коснувшись кончиками пальцев моего лица.

— Адам, я не помню, что нас связывало. Не помню тебя, — тихо ответила я, отстраняясь.

Мне не хотелось давать ему ложных надежд. Я не та девушка, что ему нравилась.

— Зато я помню. И я скучаю. Я хочу вернуть тебя, — смотря прямо в мои глаза, сказал Адам.

— Ты не можешь вернуть то, чего уже нет. Я уже не та, что была раньше.

— Я вижу, что ты изменилась. И мне это даже нравится. Давай заново узнавать друг друга, — настойчиво притянув меня за руку к себе, произнес он.

— Адам, послушай...

Не дав мне договорить и вновь отстраниться, он меня поцеловал.

Это был первый поцелуй в моей новой жизни. Адам целовал умело, но поцелуй не пробудил во мне ровным счетом ничего! Он не был неприятен, но и не вызывал трепета, страсти, нежности. Даже легкого удовольствия от поцелуя я не получила.

Стало даже немного обидно. Первый поцелуй, и такой незапоминающийся.

Прервав поцелуй, я легонько оттолкнула парня от себя. Было неловко и неуютно находиться с ним наедине.

Замерев, я раздумывала, как поступить.

Что положено в таких ситуациях делать? Молча уйти? Потребовать извинений и влепить пощечину? Что?

Я понятия не имела.

— Ты все равно будешь со мной, Эли. Мы созданы друг для друга, — уверенно сказал Адам и, развернувшись, ушел.

Желание гулять дальше пропало, и я поспешила вернуться к себе.

Я только собралась переодеться, когда в комнату постучали. Посмотрев на жующего печенье Хасьена, я направилась к двери.

Открыв, я удивленно посмотрела на уже знакомого мне Олана.

— Простите, лесса Элиссия, за поздний визит. У вас найдется свободная минутка? — смущаясь и нервничая, спросил он.

— Привет. Да, конечно. Проходи, — отойдя с прохода, пропустила парня внутрь.

Зайдя, парень бегло осмотрелся и замер недалеко от входа.

— Что случилось, Олан? — видя, что он не спешит начинать разговор, спросила я.

Неловко переступая с ноги на ногу и не поднимая на меня взгляда, он ответил:

— Я случайно услышал разговор... я не хотел подслушивать, просто так вышло, — торопливо добавил он.

— И что ты услышал?

— Говорили про вас, — еще ниже склонив голову, ответил Олан.

По его виду было ясно, что он не хочет вообще здесь быть и что-то говорить. Но он все же пришел. И мне теперь хотелось послушать, что обо мне говорили.

— Что именно? — осторожно, чтобы еще больше не нервировать парня, спросила я.

— Аристократы из вашей компании разговаривали возле лабораторного кабинета, а я был внутри… поэтому все слышал. Один из них говорил, что если потребуется, то он скомпрометирует вас. И тогда у вас не будет выхода, только как выйти за него. Что ваш отец не потерпит скандала и позора и согласится на брак. Я просто хотел вас предупредить, — быстро, видимо, чтобы не передумать, проговорил парень.

— Почему ты рассказал мне все, Олан? — спросила я его.

— Потому что это подло! — вскинув на меня взгляд, ответил парень.

В этот момент я испытала к парню искреннюю благодарность. Он хоть и боялся, что о нашем разговоре станет известно и ему придется отвечать за донос, все же пришел.

— Спасибо, — искренне поблагодарила я его. — Обещаю, о том, что это ты мне рассказал, никто не узнает.

Кивнув мне, парень пошел на выход.

— Просто будьте осторожнее со своими друзьями, — тихо сказал он напоследок и ушел.

Закрыв за ним дверь, прислонилась к ней спиной.

Вот, значит, как решил действовать Адам?! Раз добровольно не отвечу взаимностью, будет подлостью добиваться?

В том, что замешан Адам, я была уверена. Нейтан и Филлас ни разу не проявляли ко мне мужского интереса. Только вежливость и не более.

— Вот это страсти-и-и!! — вдохновенно пропел Хасьен, выглядывая из-за угла.

Скептически посмотрев на него, ответила:

— Это заговор!

— В заговоре тоже есть место страсти! До чего довела мужика, что он уже интриги плести начал! — восхищаясь непонятно чем, сказал зверек.

— Я вообще тут не при чем! — открестилась я от участи соблазнительницы.

Ведь и правда, не виновата я!

— Все вы, женщины, так говорите! Вскружите мужчинам головы, а потом в несознанку. Это не я, это ему приснилось!

— Ты вообще на чьей стороне?! Это меня собираются обманом к браку принудить! — возмущенно спросила я Хасьена.

— Ой, да ладно! Чего ты запереживала? Тебя предупредили. Теперь будешь ухо востро держать. Да и лес Дознаватель дочку в обиду не даст! — даже не допуская мысли о том, что мне может грозить реальная проблема, ответил зверек.

В общем-то, я была с ним согласна. Шантажом и подмоченной репутацией меня сложно будет заставить выйти замуж. Только если папенька встанет на сторону будущего супруга. Но я не верю в то, что лес Дознаватель против моей воли потащит меня к алтарю.

Так что, возможно, Хасьен прав, не стоит переживать из-за маловероятного исхода.

Просто теперь буду осмотрительнее с так называемыми друзьями. И, по возможности, нужно избегать оставаться наедине с Адамом.

Эх… мало мне было забот.

Отлипнув от двери, поплелась переодеваться.

Глава 11

Я уже битый час корпела над письмом для папеньки.

Мысли никак не хотели собираться в кучу и переноситься на бумагу. Что писала Элиссия отцу? Спрашивала, как у него день прошел? Или что на работе нового, интересного?

Думаю, вряд ли.

Так что сидела я, пялилась на чистый лист бумаги, в надежде, что послание для папеньки напишется волшебным образом, без моего участия.

Минута бежала за минутой, а волшебства так и не произошло. Лист по-прежнему был девственно чист.

Уронив голову на руки, тихонько постучалась пару раз лбом. Вдруг поможет?!

— Да ты посильнее. Не осторожничай. Все равно пусто там, сотрясаться нечему, — раздался голос Хасьена, неторопливо выходящего из спальни. — Ты еще долго над бумагой страдать будешь?

— Сколько надо, столько и буду, — недружелюбно пробурчала я, не поднимая головы.

— М-да… не простой случай. Что хоть написать хотела? — спросил Хасьен, запрыгнув на стол.

— Если бы знала, уже написала бы.

— Ох, и непутевая… — страдальчески возведя глаза к потолку, не понятно кому жалуется Хасьен. — Что ты хотела узнать? Спросить? Попросить? Что?? — не сдаваясь после первой неудачи, продолжил допытываться он.

Сначала хотела обидеться на «непутевую», но, подумав, все же ответила:

— Хотела узнать, как он. Приедет ли ко мне еще в ближайшее время. Все ли у него в порядке.

Вытащив из-под моей руки лист бумаги, Хасьен взял палочку для письма и стал водить ею по листу.

Выглядело это сюрреалистично и забавно. Но смеяться, даже улыбнуться, не посмела. Вдруг обидится и откажется помогать.

Понаблюдав за ним сквозь пальцы, не задумавшись, откуда зверек умеет писать, опять предалась унынию.

Не знаю, что на меня нашло. Но сегодня мне было особенно грустно. Может, сыграло роль, что Ямира с Нилетой все еще дуются на меня, потому что я распорядилась своими вещами без их ведома, и мне теперь приходится безвылазно сидеть одной, в своей комнате, в нежелании лицезреть их обиженные лица. А может, магнитные бури так повлияли на мое эмоциональное состояние. Они ведь в этом мире тоже могут быть, да?

В конфликте с «подружками» я себя виноватой не считаю и извиняться не планирую. Меня даже совесть не мучает за сказанные слова. Так что, скорее всего, спонсор моего унылого настроения – магнитная буря. Ну или тоска по родному миру…

Гулять одна я больше не решаюсь, чтобы не оказаться снова с Адамом наедине. Да и желания нет. Территорию академии я уже на два раза обшарила. А в город разумно решила одна не соваться. Все-таки меня пытались убить, то есть, Элиссию, но не суть. В общем, я и так уже дважды нарушила папенькин запрет и покидала стены академии. Уверена, когда ему об этом станет известно, мне несдобровать.

Вот и выходит, что кроме учебы заняться мне больше нечем. Хасьен, и тот вечно где-то шастает.

— Вот, читай, — подсунув мне под нос исписанный лист, приказал зверек, лучась довольством.

Взяв в руки письмо, начала читать.

«Здравствуй, дорогой папенька. Я решила написать тебе и узнать, как твои дела. Все ли у тебя хорошо? Я очень скучаю по тебе и жду, когда мы снова сможем увидеться.

Береги себя!

Твоя любящая дочь, Элиссия».

Перечитав еще раз, посмотрела на Хасьена.

— И это все? — недовольно спросила у него.

— А что тебе не нравится? — тут же ощерился в ответ зверек. — Все, что ты хотела спросить, написал. И вообще, я хоть что-то написал! Ты уже час сидишь, медитируешь над бумагой, а результата ноль!

— Я размышляла, как лучше начать, — сказала в свое оправдание

— Час?! А сколько ты тогда писать письмо будешь? До утра?

— Тебе-то какая разница? — начала заводиться я – Иди дальше спи! Только и делаешь, что критикуешь!

— Да ты... да я помочь хотел... ну и сиди тут, хоть всю ночь. Одна! — возмущенно проговорил Хасьен и, спрыгнув на пол, обиженно потопал обратно в спальню.

Оставшись одна, печально вздохнула.

Нехорошо вышло. Не виноват Хасьен, что у меня сегодня настроения нет. Ведь и вправду помочь хотел. Как умел, так и написал. А я его обидела. Незаслуженно, к тому же. Стыдно-о…

Надо идти прощение просить.

Встав со стула, пошла к Хасьену.

— Хасьенчи-ик, прости меня, бяку, — забравшись на кровать, я подползла к свернувшемуся клубочком зверьку.

Никак не отреагировав на мои извинения, Хасьен продолжал дремать. Я видела, что его ушки шевелились, значит, слышит, но не хочет отвечать. Обиделся.

— Ну, прости-и меня. Я очень ценю твою помощь. Я без тебя вообще бы не справилась. Хасьенчик, миленький, не обижайся. Я была неправа, — погладив его по хвостику, жалобно проговорила я.

— Хочешь, я тебе пузико поглажу? — начала подлизываться, когда зверек так и не посмотрел в мою сторону.

Ушки заинтересованно приподнялись, но мордочку он так и не повернул.

— И спинку, — продолжила я подкуп.

— И лапки помассируешь! — внес коррективы Хасьен.

Улыбнувшись уголками губ, я довольно произнесла:

— Договорились!

Удобно устроившись на кровати, стала делать расслабляющие процедуры своему питомцу. Хасьен довольно фырчал и к концу, когда я перешла к массажу лапок, милостиво простил меня.

— Отправишь завтра мое письмо?

— Которое я написал? — уточнил он

— Да, — подтвердила я. Все равно ничего путного мне в голову так и не пришло.

Ну не знала я, как писать письма папеньке. Казалось все таким глупым и неуместным…

— Отправлю, — добродушно согласился кайфующий зверек.

С утра от моей хандры не осталось и следа. А все потому, что Хасьен не только доставил письмо до папеньки, но и принес от него ответ. Папенька написал, что сегодня заедет за мной после занятий, и мы поедем ужинать вместе в город.

Так что, напевая под нос незатейливый мотивчик, я перебирала свои многочисленные наряды, раздумывая, что же надеть.

Вот всегда у нас, девушек, такая проблема. Мало вещей, нечего надеть. Много вещей, тоже нечего надеть... Эх…

Наконец определившись, надела изумрудно-зеленого цвета платье с золотыми элементами на подоле.

Прическу мне я попросила сделать Дарин. Легкий макияж, чтобы лишь подчеркнуть глаза и губы, сделала уже сама. И вот, я готова!

Когда закончились занятия, я поспешила к себе.

— Привет! — выпалила, ворвавшись в комнату. — Папенька еще не приехал, не знаешь?

Открыв сонные глаза, Хасьен ответил:

— Нет. Еще не приехал.

— А когда приедет? — взволнованно спросила я.

— А мне почем знать? Как освободится, так и приедет. Чего ты кипишуешь? Сядь, успокойся. Приедет твой папенька, раз обещал.

— Ничего я не кипишую. Просто немного нервничаю, — присев на диван, ответила Хасьену.

— А нервничаешь из-за чего?

— Вдруг я проколюсь где-то, и он поймет, что я не Элиссия? Я ведь понятия не имею, о чем нам с ним разговаривать. О чем Элиссия с ним раньше говорила? — нервничая все сильнее, произношу я.

— Раньше об этом думать надо было. До того, как ты сказала ему, что хочешь больше времени с ним проводить, — недовольно проворчал зверек, принимая сидячее положение.

Может, и правда, не нужно было просить об этом? Что теперь, отказаться? Сказать, что захворала? Нет, неправдоподобно! Папенька сразу к лекарям заставит обратиться.

Тогда что делать??!

— Да перестань ты уже трястись! Ничего не случится! Он и так уже заметил в тебе изменения. Думаю, он и новые спишет на твое чудесное возвращение из мертвых.

— Заметил? Думаешь? — испуганно спросила я.

— Конечно, заметил! Он прекрасно знал прежнюю Элиссию. Так что просто не мог не заметить, как изменилась его дочурка.

— Тогда почему он молчит? Ничего не спрашивает?

— Потому что все списывает на изменения после твоего возвращения из мертвых. Да и иногда проще самому обманываться и не думать о худшем. Думаю, лессу Дознавателю проще принять тот факт, что его дочь просто изменилась. Чем то, что она умерла.

— Думаешь, он догадывается, что я не Элиссия? — побелев, спросила его.

— Да ты сейчас в обморок грохнешься! Успокойся! Даже если и подозревает, то только глубоко внутри! Поэтому нечего тут панику наводить! Веди себя спокойно. Поинтересуйся его здоровьем, расскажи, об учебе. Главное, не нервничай! И тогда не вызовешь новых подозрений.

Постаравшись взять себя в руки и успокоиться, начала делать дыхательную гимнастику. В прошлом она всегда мне помогала. И сейчас не подвела.

К тому времени, как папенька приехал за мной, я уже была спокойна и собрана.

Хасьен прав, нервозность только вызовет подозрения.

В экипаж к папеньке я садилась с улыбкой на устах. Настроение при виде него снова поднялось.

— Куда мы едем? — нетерпеливо ерзая по сиденью и выглядывая в окно, спросила я наблюдавшего за мной с улыбкой на лице папеньку.

— В ресторан «Аборье». Там прекрасная кухня. И диетические блюда тоже есть.

Диетические?? О не-е-ет... удружила Элиссия... Придется опять давиться всякой гадостью…

Постаравшись придать лицу побольше радости от такого известия, снова выглянула в окно, печально и очень тихо вздохнув.

Вечер обещает быть голодным...

Буквально через пару минут экипаж остановился, и папенька, первым выйдя из него, помог спуститься мне.

Как только мы зашли внутрь, к нам тут же поспешил хорошо одетый услужливый мужчина примерно лет сорока на вид.

— Добро пожаловать, лес Огнизеских. Столик для вас и вашей прекрасной спутницы готов, — вежливо раскланиваясь, проговорил мужчина.

— Это моя дочь, Элиссия Огнизеских, — представил меня папенька. — Элиссия, а это хозяин ресторана, Эрнест Аборье, — повернувшись ко мне и указав рукой на встречающего нас мужчину, проговорил он.

— Для меня честь познакомиться с вами, лесса Элиссия, — почтительно склонив голову, ответил хозяин заведения.

— Благодарю. Я тоже рада знакомству, — вежливо ответила я.

Проводив нас за столик, мужчина удалился.

Сделав заказ, я стала рассматривать заведение. Оно разительно отличалось от таверны, что мы посещали с ребятами.

Здесь все кричало о богатстве. Интерьер не был лишен изысканности, все смотрелось довольно неброско, но каждый предмет давал понять, что стоит приличных денег.

Каждый столик был огорожен, тем самым создавая уют и уединение для посетителей.

Небольшой водопад в центре помещения очень гармонично вписывался в общую картину. Легкая ненавязчивая музыка, что играли музыканты, притаившись в углу, чтобы не отвлекать посетителей от трапезы, расслабляла.

Мне здесь понравилось.

— Как учеба? — дождавшись, пока я закончу осматриваться, спросил папенька.

— Все хорошо. Простолюдины зубрят, элита отдыхает, — особо не задумываясь, ляпнула я.

— Вот как? Ты считаешь, что простолюдины больше уделяют внимания учебе, чем аристократы? — внимательно смотря на меня, спросил он.

— Просто с простолюдинов больше спрашивают. Им приходится больше учить, — осторожно ответила я.

— А аристократам меньше задают вопросов, ты это хочешь сказать?

Заерзав на стуле, попыталась объяснить:

— В академии очень явное разделение между аристократами, богатенькими детьми, и простолюдинами. Мы сидим отдельно, у нас более комфортная зона в столовой, отдельное меню. Уверена, и комнаты в общежитии отличаются разительно. Магистры к аристократам относятся по-другому. С нас меньше спрашивают и требуют. В то время как простолюдинам приходится за каждую оценку переживать, чтобы не быть отчисленными.

— И как лично ты к этому относишься? — спросил у меня папенька.

На доли секунды заминаюсь. Сомневаюсь, стоит ли говорить правдиво. А потом, подумав, решаюсь и произношу:

— Я думаю, это неправильно. В стенах академии все должны быть равны. И требования в учебе также. Аристократы — это опора королевства. Мы должны быть образованны. А какое образование можно получить, если тебе во всем потакают и ничего не требуют? Получится так, что простолюдины станут куда образованнее нас.

Выслушав меня, папенька сказал:

— Ты не права, Эли. Аристократы с детства обучаются на дому. Ты в свое время получила прекрасное образование. Но это не изменило того, что тебе больше были по вкусу мода, шопинг, балы, вечера с подругами. И я не стал настаивать на учебе. Так как рано или поздно ты выйдешь замуж, и твое обеспечение ляжет на плечи мужа. Работать тебе не придется. А по этикету, умению вести себя в обществе — тебе не было равных. Так думают многие аристократы насчет своих дочерей. Поэтому в академии и не требуют особого внимания уделять вашему обучению. Все основы, как быть хорошей женой, уметь вести себя в высшем свете, вы получили еще на дому. Насчет мужчин другая ситуация. В академии большинство аристократов мужского пола очень ответственно подходят к учебе. И магистры спрашивают с них так же, как и с простолюдинов. Мальчики — наследники рода. Они обязаны быть всесторонне образованны. Редко когда аристократы пускают на самотёк образование своих наследников. Обрати внимание на парней-аристократов. Они учатся. Причем успешно. А вот дети просто состоятельных родителей да, не всегда понимают необходимость обучения. Им важен престиж. Сам факт того, что их ребенок учится в имперской академии наравне с аристократами. Что насчет того, что аристократы имеют привилегии в виде лучших условий проживания, отдельного меню, то тут тоже не все так просто, Эли. Это необходимо. Раньше, во времена правления бывшего короля, простолюдины могли рассчитывать лишь на начальное образование, и то не все. Магически одаренные дети попросту не умели и не могли пользоваться своей силой. Королевство теряло магов. И мощь, которую они с собой несли. Поэтому, придя к власти, Киран, наш король, попытался изменить это. Он позволил одаренным простолюдинам учиться в академиях. Но, как ты понимаешь, аристократы не пришли от этого в восторг. Поэтому пришлось пойти на уступки и позволить разделение и привилегии для благородных. Иначе аристократы могли взбунтоваться. А они, как ты верно сказала ранее, опора власти и короля.

— То есть, король просто не может потребовать соблюдать равноправие в стенах учебного заведения? — уточнила я у папеньки.

— Может. Но не сделает этого. По крайней мере, пока. Возможно, позже, когда аристократы привыкнут к этим изменениям, когда их дети подружатся с простолюдинами, тогда будет возможно внести изменения. Но не сейчас. Король не может потерять поддержку в лице аристократов.

— Да аристократы и простолюдины чуть ли не военные действия против друг друга ведут! Ни о какой дружбе речи и не идет.

— Это пока. Сейчас им приходится учиться взаимодействовать. Но когда притирка пройдет, то увидишь, аристократы и простолюдины начнут общаться и дружить. На это надо время, но мы с Кираном уверены, что это произойдет.

— Возможно, — не до конца разделяя их уверенность, ответила я.

Не представляю я, как та же Ямира водит дружбу с простолюдинкой! О чем им разговаривать? Какие общие темы находить?

— Я рад, что ты затронула эту тему. Раньше я бы не стал тебя об этом просить, но сейчас попрошу. Я хочу, чтобы ты подала пример остальным. Начни общаться с кем-нибудь из простых.

Просьба папеньки меня удивила. Я и сама уже задумывалась подойти к кому-нибудь из одногруппников-простолюдинов и попробовать подружиться, но всегда останавливало то, что они могут не захотеть. С чего им доверять вдруг захотевшей дружбы аристократке? Они, скорее, опасаться меня начнут, чем дружить.

— Я не против, просто не думаю, что что-то получится. Они не станут мне доверять, — поделилась я с ним мыслями.

— Доверять сразу не станут. Но если ты будешь с ними честна и открыта, то со временем они доверятся. Друзья лишними не бывают, — с улыбкой закончил говорить папенька.

— Я подумаю об этом, – дала я обещание папеньке.

Дальше мы приступили к еде, и какое-то время было не до разговоров. Мне принесли овощи с рисом под каким-то неизвестным, но очень вкусным соусом. Так что голодать все-таки не пришлось. Хотя нет-нет да я поглядывала с завистью в тарелку папеньки. Там лежал просто восхитительно пахнувший и выглядевший стейк.

— Хочешь кусочек? – чуть наклонившись вперед, шёпотом спросил папенька.

И весь его вид был таким заговорщически-хитрым, что я не удержалась и кивнула, соглашаясь.

Отрезав от стейка приличный кусочек, он положил мне его в тарелку.

— Давно пора бросить все эти глупые затеи с диетами. Питаться надо хорошо, – поощрительно проговорил папенька, наблюдая, с каким удовольствием я поглощаю мясо.

— Спасибо, – счастливо улыбаясь, сказала ему.

— Еще хочешь? – заботливо предложил он.

— Нет, этого хватит. Спасибо, – с сожалением отказываюсь.

Мясо было очень сочным и вкусным, но я решила не переусердствовать и не оставлять родителя голодным.

Закончив есть, сыто откинулась на спинку.

— Наелась? – спросил папенька.

— Да.

— Хорошо. Тогда перейдем к серьезной теме, – вмиг становясь серьезным, папенька строго на меня посмотрел.

Я же внутренне напряглась от такой перемены. Чувствую, мне сейчас за что-то влетит…

— Скажи мне, Эли, о чем ты думала, выходя за стены академии без моего разрешения и охраны?

Так и знала, что донесут! Блииииннн! Ааааа….

— Мы всего лишь прогулялись до таверны с ребятами, – как можно жалобнее смотря на сурового родителя, проговорила я.

— Зачем? Какая была необходимость тащиться в таверну, когда тебе грозит опасность? – еще сохраняя спокойствие, спросил лес Дознаватель.

— Кушать хотелось, – понурив голову и всем видом показывая, как мне стыдно, ответила ему.

— А в академии тебя что, не кормят? – вкрадчиво уточнил родитель.

— Кормят, – призналась я.

Хотя и мелькнула мысль сказать, что нет… потому что едой ту фигню, что мне дают, я бы не назвала.

— Кормят. И в академию ты еду заказываешь. Поэтому объясни мне, как так получилось, что ты голодаешь?

И про доставку еды в комнату знает… Эх.

— Я не голодаю. Просто ребята предложили прогуляться и поесть в городе. Я согласилась, решив, что ничего страшного не случится. Я же была не одна.

— А во второй раз? Ты покинула академию одна. Тогда ты о чем думала?

— Тогда … я не думала, – печально вздохнув, признаю свою оплошность я.

Побуравив меня пару минут взглядом, видимо, чтобы как следует прониклась, папенька произносит:

— Про третий поход в город, в модный дом, я полагаю, спрашивать не стоит. Ты тогда тоже не думала?

— Я говорила тебе, что мы пойдем с девчонками за обновками! Ты сам сказал ни в чем себе не отказывать! – тут же возмутилась я.

— Ты говорила, что вы собираетесь пойти, но не сказала когда! Соответственно, я не приставил к тебе охрану!

Его правда. Не говорила…

Сделав самое жалобное, грустное и раскаивающееся лицо из всех возможных, посмотрела на папеньку.

— Даже не надейся, не поможет! – сказал этот бесчувственный человек.

Как вообще можно устоять перед взглядом «олененка»?!

— Прости-и, – посмотрев на него из-под ресниц, жалобно тяну.

— Прощаю. Но с этого момента выход за стены академии без моего разрешения для тебя закрыт. Руководство академии я уже предупредил, – сообщил папенька.

— Это несправедливо! – тут же возмутилась я.

— Несправедливо — это если тебя убьют из-за твоей глупости! – холодно отчеканил лес Дознаватель.

На этом мое возмущение сдулось. Что тут ответишь? Он прав. С моей стороны было глупо так рисковать и разгуливать по городу без охраны.

— Мне нужно будет завтра съездить к мадам Женевьеве. Она будет готовить меня к балу, – решила сразу спросить разрешения, чтобы завтра не терять время.

— Хорошо. Завтра у ворот тебя будут ждать мои люди. Они отвезут тебя в модный дом и обратно в академию, – уже не так злясь, сказал папенька.

— Хорошо, – покладисто согласилась я.

Тяжело вздохнув и проведя рукой по волосам, немного взлохматив их, лес Дознаватель снова заговорил:

— Эли, пообещай мне, что не станешь больше рисковать своей жизнью. Тем более, по таким пустякам!

Видя, как он расстроен и опечален моим поведением, я устыдилась.

— Обещаю. Я больше не стану совершать глупости, – тихо, смотря прямо на него, пообещала я.

Приняв мое обещание, он слегка улыбнулся.

Обратно мы ехали, обсуждая предстоящий бал во дворце. Было решено, что папенька заедет за мной прямо к мадам Женевьеве, и от нее мы отправимся во дворец. Также папенька стребовал с меня обещание не пропадать с его поля зрения. Я и не собиралась, в принципе, далеко от него отходить. Для меня такие мероприятия непривычны, так что я вообще предпочла бы с папенькой не разлучаться. Чтобы уж наверняка чего-нибудь не учудить.

Попрощавшись, я направилась в академию.

Лишь дождавшись, когда я скроюсь за её стенами, папенька уехал.

Глава 12

Я немного задержалась, уточняя у магистра пару не понятных для меня вопросов. Поэтому очень спешила, меня уже должны были ждать люди папеньки, дабы сопроводить до модного дома мадам Женевьевы.

— Элиссия, у тебя найдется пара свободных минуток? – как только я вышла из аудитории, путь мне преградила Ямира.

— Ямира, я опаздываю. У тебя что-то срочное? – думая о том, сильно ли мне влетит за задержку, или все-таки мои сопровождающие побоятся делать замечание дочери начальника, я нетерпеливо посмотрела на девушку.

— Я просто хотела сказать, что мы с Нилетой подумали и решили, что не стоит ссориться из-за ерунды. Ты, конечно, имеешь право сама распоряжаться своими вещами. Давай забудем этот неприятный момент, – спешно проговорила Ямира.

— Хорошо. Мир, – легко согласилась я. Отчасти потому, что действительно сильно опаздывала. К тому же не видела смысла конфликтовать с девушками. – А сейчас прости, но я правда опаздываю.

— Да, конечно. Увидимся на балу, – уступая мне путь, сказала Ямира.

— Увидимся, – ответила я и поспешила к воротам.

Еще минут десять я потратила на то, чтобы доказать охраннику или привратнику, черт его разберет, кто он, что папенька дал мне разрешение на сегодняшний выход в город. Я до этого дня охранника лишь издали видела. Он никогда не спрашивал пропуск на выход в город, а сейчас нависал надо мной громадной горой и требовал предъявить его.

— Вам запрещено покидать территорию академии, лесса Огнизеских. Если у вас нет пропуска, то я не могу вас выпустить, – стоял на своем мужчина.

— Я вчера разговаривала с отцом, он дал разрешение на сегодняшний выход. К тому же он должен был прислать за мной своих людей. Посмотрите за воротами, – попросила я его выглянуть за ворота и убедиться в правдивости моих слов.

— Неважно, кто за воротами вас ожидает. Без пропуска я вас не выпущу, – не двигаясь с места, сказал охранник.

— И где мне взять это демонов пропуск?!— злясь на всех разом, и на папеньку, и на охранника, и вообще на ситуацию в целом, спросила я.

— Идите к секретарю ректора. Если пропуск есть, вам его выдадут, – послал меня мужчина… за пропуском.

Недовольно фыркнув, я круто развернулась на каблуках и понеслась в приемную ректора.

Пропуск у секретаря для меня действительно был, поэтому, взяв его и поблагодарив милую женщину, поспешила обратно к охраннику.

Показав пропуск мужчине, который пару минут его внимательно осматривал и проверял на подлинность, я наконец покинула территорию академии.

Как только вышла за ворота, то направилась прямиком к стоящему экипажу и мужчине рядом с ним. По мере приближения я поняла, что значит выражение: «Мир тесен». Рядом с экипажем меня дожидался небезызвестный мне блондин, Феран Корский.

— Добрый день, лесса Элиссия, – улыбаясь, поприветствовал меня он.

— Добрый день. Прошу прощения за задержку. Меня не выпускали без пропуска, – объяснила я причину задержки.

— Садитесь, – открыв для меня дверь, мужчина подал руку, помогая залезть в экипаж. Забравшись следом за мной, Феран присел рядом.

Внутри меня ожидали еще двое мужчин, Эйнар Дорг и Ренар Престор.

Ну вот как?? Как можно было из всех подчинённых назначить мне в сопровождение именно эту троицу?? Закон подлости в действии, не иначе!

— Мы вас заждались, лесса Элиссия, – вместо приветствия говорит Ренар Престор.

Ответить ему я не успеваю, меня опережает Эйнар Дорг.

— У нашей подопечной, наверное, было много дел. Учеба отнимает столько времени, особенно у аристократок. Верно, лесса Элиссиия? – с самым серьезным лицом проговорил Дорг.

Изящно подколол. Видимо, за пределами академии тоже наслышаны об учебе аристократок.

Но ничего, посмотрим еще, кто на язычок острее.

— Да, учеба действительно занимает большую часть моего времени, – ласково улыбаясь мужчинам напротив, ответила. – Но, я думаю, ожидание вас не утомило, у вас ведь всё равно нет более важных дел, раз вас приставили меня сопровождать. Наверное, вы не очень востребованные специалисты? – c жалостью смотря на них, спросила я.

Лица мужчин от намека на их профнепригодность закаменели. Неприятно, да? А вот нечего было на меня поклёп наводить! Я-то действительно учусь!

— Именно из-за того, что мы лучшие в своем деле, нас и приставили сопровождать вас, – прищурившись, смотря на меня, ответил Дорг.

Красив, чертяка! Особенно сейчас, когда его глаза метают молнии в желании поставить на место высокородную избалованную девицу! Но не может. Папенька не одобрит, если его дочурку обидят.

— Куда едем? – прервав наши гляделки с Доргом, спросил Феран.

Он у них, видимо, самый спокойный. Улыбается, вежливый всегда. Ни разу не попытался меня как-то задеть или упрекнуть. Хороший мужчина!

Назвав адрес, я уставилась в окно.

Весь путь до модного дома мы проехали в молчании. Мужчины недовольно буравили меня взглядами, а я, делая вид, что не замечаю этого, с интересом пялилась в окно. Веселая поездка, ничего не скажешь.

И вот чего, казалось бы, прицепились? Я им ничего плохого не сделала. Даже на вопросы ответила. И уж точно непричастна к покушению на парня-простолюдина. Так чего они такие мины недовольные состроили?

Доехав до места назначения, я с помощью внимательного Ферана покинула экипаж и пошла к модному дому мадам Женевьевы.

Девушка меня уже ждала. Не став тратить время, мы сразу приступили к проработке деталей и созданию образа на бал. Пробыла я у Женевьевы, как она позволила себя называть, не меньше двух часов. Довольная получившимся результатом и полная нетерпения и ожидания предстоящего выхода в свет, я, тепло распрощавшись с девушкой, покинула модный дом.

На улице уже потихоньку начало темнеть.

Сев в экипаж, устало откинулась на сиденье и прикрыла глаза.

— Неужели выбор одежды так утомителен? – поинтересовался у меня Эйнар Дорг.

Неймется ему, что ли?!

— Вас лично я раздражаю или аристократы в целом? – напрямую спросила, не открывая глаз.

Секундная тишина и ответ:

— Меня раздражают избалованные личности, которые считают, что из-за своего происхождения они выше других.

— И при чем тут я? – снова задала вопрос.

— Вы одна из этих избалованных личностей, – ответил Дорг.

— С чего вы сделали такой вывод? – открыв глаза и приподняв бровь, я прямо посмотрела на мужчину.

— Причин много, вам все назвать? – едко спрашивает он.

— Назовите.

— Что ж, желание лессы закон, – ехидно сказав, Дорг продолжил: — Вы покрываете преступление, не считая, что ваш друг-аристократ должен понести заслуженное наказание. Так же вы, пользуясь своим положением, требуете к себе в сопровождение сотрудников из отдела вашего отца. Несмотря на нехватку кадров и нашу загруженность, мы, вместо того чтобы заниматься своими непосредственными обязанностями, вынуждены ждать вас под стенами академии и сопровождать на примерку платьев.

Закончив говорить, мужчина внимательно посмотрел на меня, ожидая реакции. Ренар и Феран тоже смотрели, но с некой опаской. Словно были не рады искренности друга.

— Я не покрываю преступление по одной простой причине: я не имею никаких сведений о нем. Я вам сказала правду, я не видела и не слышала, чтобы кто-то из моих друзей в тот вечер отлучался по пути в академию. Я была увлечена разговором, это тоже правда. Не моя вина, что вы мне не верите. Дальше… Вас приставили ко мне не по моей просьбе или прихоти. Так решил мой отец. Не так давно на меня было совершено покушение, и я чуть не умерла. И мой отец опасается повторения. Он сам вас выбрал и назначил. Меня же просто поставили перед фактом. Либо с вами, либо сижу безвылазно в академии. Ну и последнее, возможно, я вас шокирую, но я действительно отношусь серьезно к учебе. И моя задержка вызвана не выбором наряда или прочей ерундой, а учебой. Плюс, как я уже говорила Ферану, меня задержал охранник из-за пропуска. Так что в следующий раз, когда вы решите обвинить кого-то в избалованности и недалекости, уделите больше времени тому, чтобы узнать лучше человека, прежде чем вешать на него клеймо!.. Всего доброго, господа, и спасибо за компанию.

Под гробовое молчание я покидаю экипаж и сидящих в нем мужчин.

На территорию академии прохожу без проблем. Допуска охранник не потребовал. И на том спасибо.

Оставшиеся дни до бала пролетели как одно мгновенье. И вот я стояла, похожая на сказочную принцессу, и не могла оторвать взгляда от своего отражения.

Женевьева настоящая волшебница. Весь мой образ был наполнен легкостью и изяществом.

Красный цвет платья, что обычно считается вызывающим, смотрелся некой яркой изюминкой, притягивающей взгляд, и совсем не ассоциировался с вульгарностью.

Акцент в макияже сделали на глаза, чтобы они смотрелись более выразительно. Немного румян и кораллового цвета, блеск для губ.

Большую часть волос Женевьева оставила распущенными, щипцами завив их в крупные локоны. Остальные волосы она, заплетя в несколько объемных косичек, скрутила на затылке, замысловато переплетя между собой. Небольшие заколки с драгоценными камнями, в числе которых были рубины, гармонично довершали прическу.

Легкое, с небольшим рубином ожерелье красиво смотрелось на моей шее. Серьги гвоздики, входящие в комплект с цепочкой, были завершающим элементом.

Серебристые туфли в тон маленькой сумочке были удобными, несмотря на довольно высокий каблук.

Я уже несколько минут восторженно рассматривала себя в зеркало. Такой красивой я никогда еще не была.

Последний раз поблагодарив Женевьеву за все, я, накинув белый переливающийся плащ, вышла к дожидающемуся в экипаже папеньке.

Как только я удобно устроилась, мы тронулись в путь.

— Ты прекрасно выглядишь, Эли. Похоже, мне сегодня придется отказать многим лессам в желании получить тебя в жены, – улыбаясь, проговорил лес Дознаватель с гордостью глядя на меня.

Это ты еще весь образ целиком без накидки не видел, папенька.

Широко улыбнувшись ему в ответ, сказала:

— Ты тоже прекрасно выглядишь. Думаю, сегодня не одна лесса будет мечтать о приглашении на танец от главного дознавателя королевства, — вернула я комплемент.

Папенька и вправду выглядел замечательно. Костюм темно-синего цвета идеально сидел на нем.

Лес Дознаватель был красивым и довольно молодым мужчиной. Как бы мне мачехой не обзавестись, мелькнула мысль.

— Все мое внимание сегодня принадлежит тебе, — заверил меня папенька.

Дальше мы немного поговорили об учебе, о домочадцах. Я спросила, как там поживает нянюшка. Папенька ответил, что Осинья очень по мне скучает и переживает. Попросив передать ей привет, я сменила тему, спросив о другом:

— Папенька, а те мужчины, что сопровождали меня к мадам Женевьеве, они работают с тобой? — начала я издалека.

— Да. Они работают под моим руководством, — посмотрев в окно, ответил он.

— Они аристократы? — хотя я и так была уверена, что нет, все же уточнила.

— Дорг и Престор простолюдины, а Корский из обедневшего аристократического рода. Почему ты спрашиваешь? — повернувшись ко мне, спросил папенька.

Сделав лицо как можно безразличнее, сказала:

— Просто интересно стало. Они ничего не рассказывают, молчат. А мне любопытно было.

— Да, ты с детства такая любопытная, — ласково улыбаясь, согласился папенька.

Ну хоть что-то у нас с Элиссией общее есть. Мы обе любопытные.

— А давно они работают с тобой? — снова вернулась я к интересующей теме.

— Два года. Сразу после выпуска я взял их троицу в свой отдел.

— А почему ты выбрал их?

— Они были лучшими на курсе. У них сильный дар. Все трое очень целеустремленные и, что немаловажно, преданы короне. Они далеко пойдут, — не скрывая гордости за своих людей, сказал лес Дознаватель.

— Дорг среди их троицы главный, да?

— Эйнар лидер по своей сути. Он умеет брать на себя ответственность и добиваться целей. Он главный не только среди их троицы. Многие из моего отдела его уважают и прислушиваются к нему.

Вот как. Из простых, всего добился за счет своих сил, уважаем среди коллег и начальства, верен короне, но недолюбливает элиту…

Интересный мужчина...

— Я удовлетворил твое любопытство? — со смешинкой в глазах спросил папенька.

— Да — улыбнувшись, ответила я.

— Тогда удовлетвори и ты мое, расскажи, что тебя связывает с сыном начальника королевской охраны? — внимательно следя за моей реакцией, спросил он.

Неожиданный вопрос.

— С Адамом? — на всякий случай уточнила я.

— Да. С Адамом Гирьеро.

— Мы просто общаемся. Он и еще двое парней из нашей компании.

— И только?

— Я не встречаюсь с Адамом, если ты про это спрашиваешь, — честно ответила я.

— Хорошо. Тогда я могу с чистой совестью отказать его отцу в заключении помолки между вами? — прищурившись, следя за моей реакцией, уточнил папенька.

— Отказывай. Я замуж в ближайшие пару лет, точно не собираюсь, — уверенно произнесла я.

— Рад это слышать, — ответил папенька. — А то Гирьеро сказал мне, что вы с его сыном влюблены и хотите пожениться, но боитесь об этом сказать мне.

От такой новости я, удивленно выпучив глаза, посмотрела на папеньку.

— Наглая ложь! — возмущенно сказала. — Это Адам считает, что мы должны быть вместе. Я не разделяю его желаний! И не выйду за него, даже если он меня скомпрометирует! — пылая праведным гневом, проговорила я.

— Почему он должен тебя скомпрометировать? — напрягаясь, спросил папенька.

— Да так… болтал с парнями. Сказал, что скомпрометирует меня, и тогда мне ничего не останется, как выйти за него, — сдала я с потрохами парня. А нечего за моей спиной плести интриги. Любовь у нас с ним внеземная, видите ли. Ага, как же!!

— То есть, он угрожал тебе, сказав, что заставит выйти за него? — не предвещающим ничего хорошего для Гирьеро голосом спросил лес Дознаватель.

— Не лично мне говорил, но да, сказал, что вынудит выйти за него.

— Что ж, посмотрим, — поджав губы, сказал папенька.

Через пару минут мы заехали во дворец, пройдя осмотр у дворцовой службы.

Дворец — восхищал. Чтобы описать его, у меня не хватит слов. Я в интернете как-то видела дворец арабского шейха. Так вот, тот дворец был лишь бледным подобием, в то время как этот — произведением искусства.

Долго любоваться дворцом мне не дал папенька. Положив руку на его согнутый локоть, я стала подниматься по сверкающим ступеням.

Снять накидку мне помог встречающий нас слуга.

Окинув меня взглядом, папенька помедлив сказал:

— От меня ни на шаг! А то не успею оглянуться, как какой-нибудь шустрец уведет из-под носа, — проворчал лес Дознаватель.

Подведя нас к бальной зале, церемониймейстер известил присутствующих о нашем появлении:

— Лес Рикард Валеант Огнизеских и его дочь, лесса Элиссия Риета Огнизеских.

Двойные имена?! Вот так новость.

Глубоко вздохнув, чтобы унять волнение, посмотрела на папеньку.

— Я рядом, — ободряюще улыбнувшись мне, лес Дознаватель повел меня к высшему свету этого мира.

Бал был в самом разгаре. Я успела станцевать пару раз с папенькой. Он был прекрасным танцором, поэтому мои погрешности в танцах были не особо заметны.

В свое время родители отдавали меня на занятия по бальным танцам. Пару лет я усердно занималась, но после полученной травмы на катке несколько месяцев не могла танцевать. А потом и вовсе расхотела.

Танцы в двух мирах были чем-то схожи, поэтому мне быстро удавалось уловить суть.

Потанцевав еще с тремя разными лессами, которые во время танцев засыпали меня комплиментами, я решила сделать перерыв.

Вернувшись к папеньке после окончания музыки, я сказала:

— Требую перерыв!

— Ты разобьешь сердца благородным лессам, что дожидаются своей очереди, — улыбаясь, проговорил папенька.

— Переживут, — фыркнула я.

Я одна, а их много. Такими темпами папеньке к концу вечера придется на руках выносить меня.

Через танец церемониймейстер объявил о приходе королевской четы.

Король был одного возраста с моим папенькой. Хорошо сложенный, с резковатыми чертами лица. Король Киран был высокого роста, и королева рядом с ним выглядела статуэткой. Ее величество Марианна Амалия Ферсекская была невысокого роста и хрупкого телосложения. Ее темно-русые волосы были собраны к верху и украшены изящной короной. Королева была миловидной женщиной. Она благосклонно улыбалась подданным, идя под руку с королем.

Что до принца, то он больше был похож на венценосного отца. Темноволосый, высокий и жилистый. Принц был симпатичным молодым юношей, но не более. Хотя ему и необязательно быть красавчиком, лессы и так при виде него чуть ли в обморок от счастья не падали.

Вот что значит принц! Не только звучит гордо!

Как только королевская семья заняла свои места, бал продолжился.

Не успела я спросить у папеньки, нужно ли нам выразить свое уважение королю, лично его поприветствовав (спасибо, кстати, за знания Женевьеве, это она меня по этикету натаскала, пока готовила к балу), как перед нами остановился молодой мужчина.

— Мое почтение, лес Огнизеских и лесса Огнизеских, — слегка склонив голову, мужчина продолжил, смотря на меня. — Позвольте пригласить вас на танец, лесса.

Отказывать было неудобно, да и отдохнула я уже, поэтому согласилась.

Мужчина танцевал прекрасно. Чутко улавливал, когда я начинала сбиваться, и перестраивался так, чтобы мои ошибки были незаметны. Он вел уверенно и легко. Я расслабилась в руках мужчины, доверившись ему в танце.

— Как ваше самочувствие, лесса? Я был опечален, когда вы написали, что вам нездоровится. А когда узнал, что на вас покушались, переживал за вас, — ловя меня в объятья после разворота, проговорил мужчина.

Писала? Тааакк… Писала я двум мужчинам, и кто из них он?

— Простите, я не помню вашего имени.

— Лес Эрик Девьер, — тут же представился он.

— Лес Девьер, еще раз примите мои извинения. Я еще не оправилась полностью от произошедшего, — немного приврала я.

— Конечно, лесса, не беспокойтесь, я все понимаю. Я безумно рад, что вы живы!

— Благодарю, — смутившись от той искренности, с которой говорил мужчина, ответила я.

Дальше разговор продолжить не удалось из-за танца.

Когда танец закончился, мужчина отвел меня к папеньке. Поблагодарив и поцеловав мою руку, лес Девьер ушел.

— Нас ждет король. Пойдем, выразим свое почтение королевской семье, – взяв за руку, папенька повел меня к королю.

Пока мы шли до короля с королевой, я пыталась унять дрожь. Не каждый день удается увидеть вживую столь важных людей.

Подойдя к трону, замерла рядом с остановившимся папенькой.

Чуть склонившись в поклоне, он заговорил:

— Ваше величество, позвольте выразить вам свое почтение.

— Благодарю вас, лес Огнизеских. Мы рады видеть вас и вашу прекрасную дочь сегодня здесь, – улыбнувшись, ответил король.

— Мое почтение, моя королева, — переведя взгляд на королеву, сказал папенька.

— Рада видеть вас, лес Огнизеских. Вы и ваша дочь — всегда желанные гости, — благосклонно кивнула нам с папенькой королева. – И, лесса Элиссия, ваше платье изумительно красиво, позвольте поинтересоваться, кто его сшил.

— Благодарю, ваше величество. Платье из следующей коллекции мадам Женевьевы. Это она готовила меня к балу, – следя, чтобы голос не дрожал, ответила я королеве.

— Обязательно посмотрю на ее новую коллекцию, – улыбнувшись, произнесла королева.

Принца рядом с королевской четой не было. Поэтому, еще раз поклонившись (а я слегка присела, так, как видела раньше в старинных фильмах про королей), мы поспешили уступить место следующим желающим выразить свое почтение королю и королеве.

Остаток вечера я танцевала, постоянно с разными кавалерами, за этим строго следил папенька, да и я помнила наставление Женевьевы — не танцевать больше двух раз с одним и тем же партнером.

В очередной перерыв к папеньке подошел мужчина и, что-то сказав ему на ухо, удалился.

— Эли, мне нужно отойти. Побудь здесь и никуда не уходи, я постараюсь вернуться как можно скорее, – переживая за то, что оставляет меня одну, хмурясь, ответил папенька.

— Хорошо. Я буду здесь, – проводив взглядом папеньку, я осталась одна.

Было неуютно без него и тревожно, но скучать в одиночестве мне долго не пришлось.

— Элиссия, – повернувшись на знакомый голос, увидела грациозно идущую в мою сторону Ямиру.

— Ямира, ты прекрасно выглядишь, – как только девушка приблизилась, сказала я.

— Ты тоже. Какому модному дому принадлежит твое платье? – осматривая меня, спросила Ямира.

— Модному дому мадам Женевьевы. Это платье из следующей коллекции, – ответила я.

— Довольно смелая коллекция. Но я не уверена, что благородным лессам она придется по вкусу, – поджав губы, проговорила Ямира.

— Ну, мне нравится. Да и королеве платье пришлось по вкусу. Так что, я думаю, коллекция мадам Женевьевы будет нарасхват, – растянув губы в улыбке, сказала я.

От дальнейшей полной яда беседы с Ямирой меня избавили два молодых мужчины, пригласив нас на танец.

Пока папенька отсутствовал, я успела потанцевать еще с тремя партнерами. И от одного из них, довольно немолодого мужчины, что очень настойчиво требовал моего внимания и довольно близко пытался прижимать к себе во время танца, мне удалось избавиться с трудом. Очень уж настырным он был. Лишь сказав, что мой папенька не одобрит и очень разозлится, если узнает, что я танцевала с одним партнером дважды, я смогла выпутаться из объятий мужчины и избежать второго танца с ним.

Последним моим партнером оказался принц.

Его высочество был превосходным танцором, чего и следовало, в принципе, ожидать.

— Вы прекрасны, лесса Элиссия, – смотря на мое лицо, сделал комплимент принц.

— Благодарю, ваше высочество, – смущаясь, ответила я.

— Я давно вас не видел, и за это время вы повзрослели и еще больше расцвели. Думаю, лессу Рикарду поступает множество предложений о браке с вами, – кружа меня в танце и ловко маневрируя между другими парами, проговорил его высочество.

— Я не собираюсь пока замуж. И папенька разделяет мое желание, – немного сбив дыхание, сказала я.

— Разумеется. Лес Рикард очень любит свою дочь, это всем известно, и он не станет выдавать вас замуж против вашего желания, – улыбнувшись, ответил мне принц. – Я лишь надеюсь, что вы рассмотрите мою кандидатуру на роль вашего будущего супруга.

Изумленно вскинув взгляд на принца, я спросила:

— Вашу кандидатуру? Но вы ведь принц!

— Да, принц. И почему вас так удивляет, что я хочу жениться на самой красивой девушке королевства? – льстя мне, спросил он.

Элиссия, то есть я, конечно, красива, сейчас так вообще совершенство, но есть много и других очень красивых благородных лесс. И выбор принца был мне непонятен.

— Разве вам как принцу и наследнику престола не следует заключить династический брак с какой-нибудь принцессой? – спросила я то, что считала более разумным для будущего правителя.

— Династические браки изживают себя. Для короля важно, чтобы у него рождались сильные и одаренные наследники. А получить их можно, лишь взяв в жены одаренную жену. Я слышал, что ваша сила возросла и сменилась стихия. Вы и раньше были одаренной, лесса Элиссия, но сейчас вы стали бесценной в роли будущей королевы. Моей королевы, – серьезно смотря в мои глаза, проговорил принц.

Я от такого заявления потеряла дар речи. Будущей королевы? Стать его женой? И ладно бы принц влюбился, было бы не так обидно. Но нет! Я просто стала ему подходить из-за своего дара и происхождения, конечно! Я лично никогда не мечтала о браке по расчету. И сейчас от предложения-намека принца не растекалась лужицей от счастья у его ног. Я была против! Но сказать ему прямо не могла, опасалась. Сначала обсужу все с папенькой.

Его высочество так и не дождался от меня ответа. Танец, к моему огромному счастью, закончился, и вернулся папенька. Поэтому принцу оставалось лишь поблагодарить меня за танец и удалиться.

Я уже еле держалась на ногах от усталости. Ноги с непривычки гудели, разболелась голова, и я мечтала отправиться домой спать.

Поэтому, видя мое состояние, папенька, спросив дозволения у королевской четы (так как раньше них покидать бал считается дурным тоном), повел меня на выход.

Забрав накидку, мы покинули дворец.

В экипаже я сама не заметила, как заснула, так и не обсудив с папенькой разговор с принцем. Я лишь почувствовала сквозь сон, как папенька обнимает меня и удобнее устраивает мою голову на своем плече.

Глава 13

— Тебе следовало поговорить с ним и узнать, что он думает насчет предложения принца, — недовольно смотря на меня, проговорил Хасьен.

— Да не было у меня возможности с ним поговорить! — уже не в первый раз повторила я. — После бала я уснула прямо по дороге в наш городской особняк. А наутро папенька рано уехал на работу. В академию меня отвезла приставленная охрана. Так что у меня не было времени все с ним обсудить!

— Спать меньше надо было! — нервно мельтеша передо мной, сказал зверек. — Кто вообще спит, когда принц сообщает, что раздумывает насчет ее кандидатуры в будущие королевы?!

— Я сплю! Потому что вся эта подготовка к балу и сам бал держали меня в напряжении все время. Я устала! У меня не было сил и желания обсуждать заскок принца!! — гневно сверкая глазами, отчеканила я.

— «Заскок»? Да ты хоть понимаешь, что если о вашем разговоре с принцем станет известно, то тебе недолго жить останется!! — закричал на меня Хасьен.

Я прежде не видела его в таком гневе. Признаюсь, несмотря на свой милый облик, сейчас Хасьен меня пугал.

Того и гляди бросится, дабы проучить одну пустоголовую девицу, как ранее он меня обозвал, когда я, заявившись в академию, рассказала о разговоре с принцем.

— Почему недолго? — не совсем понимая логику зверька, опасливо от него отодвигаясь, спросила я.

— Да потому что есть те, кто недоволен властью! И они с радостью тебя отправят на перерождение, лишь бы ты не стала королевой! — зашипел он на недогадливую меня.

— Да при чем тут я? Не я, так другая бы рано или поздно появилась. Все равно принцу придется жениться.

— Конечно, придется! На это и рассчитывают те, кто хочет прибрать власть к рукам. Подсунут в жены принцу свою благородную дочь или племянницу и через нее будут влиять на будущего короля, — немного успокаиваясь, объяснил Хасьен.

— Я не понимаю. Почему король не женит принца на принцессе из дружественного королевства? Так и с союзниками отношения укрепил бы, и свою власть.

— Потому что у двух ближайших к нам королевств нет принцесс. Вернее, одна есть, но она старше нашего принца и уже как два года замужем. А женить принца на племянницах королей не большой резон. Лучше сделать будущей королевой свою подданную, из родовитого рода и магически одаренную. Так и власть укрепить можно, и потомки одаренные родятся.

— Ты думаешь, принц говорил на мой счет с королем Кираном? — хмурясь, с волнением спросила я у друга.

— Не знаю. Если еще не говорил, то в ближайшее время поговорит, — забираясь за диван, ответил Хасьен. — Поэтому тебе и нужно как можно быстрее поговорить с лессом Рикардом. Уверен, король одобрит твою кандидатуру. Ты из древнего благородного рода, преданного королевской семье. Красива и магически одарена. К тому же не следует забывать о дружбе между королем и твоим папенькой. Думаю, оба будут рады породниться за счет своих детей.

Слова Хасьена меня заставили еще сильнее заволноваться. Не хотелось мне замуж по расчету. Да и королевой быть я никогда не мечтала. Наоборот, всегда сочувствовала им. Королева, как и вся королевская семья, не свободна в своем выборе. А если еще учесть интриги, постоянную угрозу жизни и кучу обязанностей, то совсем невесело получается.

Да, конечно, есть еще и привилегии и много других «плюшек», но все это меркнет на фоне того, что придётся прожить жизнь с нелюбимым. Ведь никто не может дать гарантий, что мы с принцем полюбим друг друга.

И вообще, я девушка из современного мира и росла с мыслью, что сама могу выбирать спутника жизни. И меня ну вот ни капельки не прельщает перспектива становиться женой незнакомца, к которому я ровным счетом ничего не чувствую!

Кто-то бы в этом проблемы не увидел. Их право. Но я так не могу и не хочу.

А значит, нужно как можно скорее поговорить с папенькой!

— Нужно написать папеньке и попросить о встрече, – посмотрев на Хасьена, твердо сказала я.

Сейчас время играет против меня. Если папенька сговориться с королем, то избежать брака с принцем так просто не удастся.

Перебравшись на стол, Хасьен, взяв пишущую палочку и чистый лист, скомандовал:

— Диктуй.

— Я и сама писать умею, – намекнула я, что могу и сама папеньке послание написать.

— Можешь, – согласился зверек, – но я быстрее напишу. Ты опять будешь над бумагой медитировать. А время не ждет. Чем быстрее поговоришь с папенькой, тем выше вероятность откреститься от брака с принцем.

Спорить не стала, приняв разумность слов Хасьена. В итоге, у нас получилось краткое послание для лесса Дознавателя.

«Дорогой папенька, мне не удалось поговорить с тобой после бала, но разговор не терпит отлагательств. Прошу, как только у тебя появится свободное время, навести меня. Твоя дочь, Элиссия».

— Ну, вроде основную мысль передали, – склонив голову набок и вновь перечитав послание, проговорил Хасьен.

— Да? И какую мысль? – не совсем уверенная в содержании нашего письма, спросила я.

— О важности разговора, – посмотрев на меня, ответил зверек.

— Да, наверное, – задумчивым взглядом сверля письмо, соглашаюсь я.

Ну не писать же о предложении принца. Вдруг кто-то другой прочитает?! Лучше перестраховаться!

— Отправляй! – сказала я Хасьену.

Хасьен вернулся через пару минут и передал мне устное сообщение от папеньки.

— Лес Дознаватель, прочитав твое письмо, сказал, что сегодня вечером постарается тебя навестить. Так что не пугайся, если тебя к ректору вызовут.

Сегодня был выходной, поэтому время до вечера тянулось неимоверно долго. Подготовившись к занятиям, я решила сходить в столовую, чтобы сменить обстановку. Ну и потому, что Хасьен пообещал меня покусать, если я не перестану донимать его вопросами и мешать спать.

В столовой сегодня было полно народу. Пройдя к своему столу, присела к уже сидящим девушкам. Парней в столовой еще не было.

— Добрый день, – поприветствовала я их.

— Добрый день, – чуть натянуто улыбаясь, ответила Нилета.

— Добрый день, Элиссия, – поздоровалась Ямира. – Ты вчера рано покинула бал. Мы с Нилетой тебя искали. Что-то случилось? – поинтересовалась она.

— Нет. Просто устала, – посмотрев на девушку, ответила я.

— Я вчера так натанцевалась, что к концу вечера еле на ногах держалась, – пожаловалась Нилета.

— До следующего бала успеешь отдохнуть, — то ли пошутила, то ли на полном серьезе ответила Ямира. По ее лицу сложно было что-то понять.

Я только приступила к еде — сегодня у меня в тарелке лежало что-то напоминающее наш омлет, и я рискнула попробовать — когда Нилета вновь заговорила.

— Ходят слухи, что его высочество принц Гарвин вчера на балу выбрал себе невесту, – наклонившись ближе к столу, поделилась она информацией.

Я же от такой новости сбледнула. Ходят слухи? Уже?? Мне конец!!

А может, принц передумал и выбрал кого-то другого?

— Кого? – тут же заинтересованно поинтересовалась Ямира.

— Не знаю, – недовольная тем, что не удалось узнать имени избранницы принца, сказала Нилета. – Я только знаю, что это магически одаренная аристократка.

— Таких много. Это может быть любая, – нахмурившись, произнесла Ямира.

— Да какая разница. Выбрал и выбрал. Может, еще что-то поменяется, – как можно безразличнее говорю девушкам.

— Тебе не интересно, кто станет будущей королевой? – посмотрев на меня как на умалишённую, спросила Ямира.

— Интересно. Просто это только слухи. Все еще может измениться, – немного стушевавшись, ответила я ей.

— Слухи на ровном месте не появляются. И если принц Гарвин выбрал будущую жену, то это только вопрос времени, когда об этом объявят официально. Было бы неплохо узнать, кто счастливица, до официального представления.

— И для чего тебе эта информация? – подозрительно посмотрев на Ямиру, спросила я.

— За тем, чтобы заранее наладить дружеские отношения с будущей королевой. Потому что после официального объявления желающих будет слишком много, – ответила Ямира.

Умный ход, подружиться с будущей королевой до того, как она ею станет. Всегда подозревала, что Ямира хитрая и расчетливая особа.

— Что-то парней долго нет, – смотря на вход в столовую, сказала Нилета, сменив тему.

— У них сегодня дополнительные тренировки, – отпивая чай, сказала Ямира. – Видела их с утра, – пояснила она свою информированность.

Столовую мы покидали втроём.

Уже перед лестницей, ведущей на второй этаж, сталкиваемся с тремя парнями из простолюдинов. Одного из них Ямира случайно задевает плечом, когда проходит мимо.

— Не хочешь извиниться? – произнес парень, которого задела Ямира. — Или аристократки не умеют извиняться?

Двое других парней тут же загородили нам проход к лестнице, вынуждая остановиться.

— Умеют, если считают это нужным, – бросив на парня высокомерный взгляд, ответила Ямира.

— То есть, перед нами извиняться не нужно, да? – зло спросил другой парень, сжимая кулаки.

— Не стоит продолжать этот бессмысленный разговор. Пойдемте отсюда, – окатив парней презрением, сказала Нилета и попыталась их обойти.

Простолюдины были не согласны, поэтому один из парней схватил ее за руку и оттолкнул обратно, на нас с Ямирой.

Такого мы не ожидали. Поэтому оказались не готовы.

— Вы что творите?! – возмутилась я, чуть не упав от неожиданности, когда на меня налетела Нилета.

— Это вы что творите?! Ходите тут, строите из себя хозяев мира, смешиваете нас с грязью. И думаете, что мы молчать будем?! – нависая над нами, зло проговорил простолюдин. Его глаза просто пылали от ярости.

Я никак не могла понять, зачем устраивать скандал из-за такого пустяка, но ясно понимала, видела по лицам, что парни очень рассержены.

— Она случайно тебя задела. Никто вас не унижал и с грязью не смешивал! – спокойно говорю парню. Всё ещё надеюсь, что получится замять неприятный инцидент. – Дайте нам пройти, пока вы сами себе не создали проблем.

— Ты угрожаешь нам, аристократочка? – сузив глаза, спросил еще один парень.

— Не угрожаю, а предупреждаю, – не показывая страха, отвечаю ему.

Страшно мне было. А кому бы не было, когда над тобой нависают три здоровенных злющих парня?!

— Думаешь, раз родилась богатенькой, то можешь угрожать нам? – не слушая меня, продолжил говорить он, подходя ближе.

Не знаю, чем бы это все закончилось. Возможно, парни бы просто спустили бы пар, поперепиравшись с нами, и пошли своей дорогой. Все-таки не думаю, что они посмели бы причинить вред аристократкам. Тем более в людном месте, где ходят студенты и магистры.

Но выяснить нам это не пришлось, к моей большой радости. Двое парней из простолюдинов, поравнявшись с нами (видимо, в столовую шли), остановились, заметив назревающий конфликт.

— Что вы делаете? – спросили парни у прицепившейся к нам тройки.

— Разговариваем, – ответил тот, что нависал надо мной.

— Шли бы вы дальше, с кем-нибудь другим разговаривать, – посоветовал один из двух парней.

— Защищаете аристократок? – презрительно спросил парень, которого задела Ямира.

— Они в первую очередь девушки. А вы трое, вместо того чтобы выразить свое недовольство парням-аристократам, что надрали вам задницу на тренировке, отыгрываетесь на их подругах.

Так вот в чем дело! Это всего лишь предлог! Они, скорее всего, специально все подстроили. Гады!

— Идите отсюда лучше по-хорошему! – посоветовал им второй защитник.

Переглянувшись между собой, троица молча удалилась, бросая на нас ненавидящие взгляды.

Как только они скрылись из виду, я от всей души сказала:

— Спасибо.

— Не за что, – ответил мне один из парней. Он был среднего роста, с рыжеватым цветом волос. Второй наш защитник был кареглазым шатеном.

— Я Элиссия, – представилась я, прежде чем парни ушли.

— Дин Рос, – представился рыженький.

— Ниран Вейд, – представился шатен.

— А это Нилета и Ямира, – указала я на молчаливых девушек. – Еще раз спасибо, что вмешались.

— Пожалуйста, – ответил, улыбнувшись, Ниран.

Парни ушли, а мы продолжили путь в свои комнаты.

— Надо нажаловаться ректору! Эти простолюдины вообще страх потеряли! – тихо возмущаясь, проговорила Нилета.

— Если ты забыла, то напоминаю, простолюдины только что за нас заступились! – хмуро посмотрев на Нилету, сказала Ямира, чем буквально повергла меня в шок.

— И что теперь, молчать?! – негодующе спросила Нилета.

— Ничего не случилось. Обычная словесная стычка. Не вижу нужды раздувать скандал, – сказав это, Ямира попрощалась и скрылась в своей комнате.

— Ты тоже так думаешь? – посмотрев на меня, спросила Нилета.

— Думаю, пока лучше оставить все как есть. Если донести ректору, то может влететь всем простолюдинам.

— И правильно! Пусть знают свое место!

— Нилета, за нас сейчас заступились двое парней из простолюдинов. Хотя бы в благодарность давай не будем раздувать скандал, – как маленькую попросила я обиженно надувшую губы Нилету.

— Ладно, – все еще недовольно согласилась девушка и отправилась к себе.

Оставшиеся пару часов я провела у себя, за книгой.

Когда меня вызвали к ректору, я как раз размышляла, чем бы еще себя занять.

До кабинета ректора дошла за пару минут.

Обнявшись с папенькой и устроившись на ректорском диване, я спросила:

— Ты с королем сегодня виделся?

— Виделся, – внимательно на меня смотря, ответил папенька.

— Он что-то говорил? – нервничая, спросила я.

— Насчет чего? – уточнил папенька.

— Насчет, принца.

— Говорил. Король подумывает женить Гарвина.

— И невесту уже выбрали? – севшим голосом спросила я у папеньки.

— Гарвин предложил одну кандидатуру. И нам с королем она нравится, – так же внимательно смотря на меня с еле заметной улыбкой, ответил лес Дознаватель.

— Я за него не выйду! – вскакивая с дивана, воскликнула я.

— Почему? – спокойно спросил папенька.

— Потому что я не хочу замуж! Я еще слишком юна для этого, – начиная нервно мерить шагами ректорский кабинет, сказала я.

— Прямо сейчас никто и не тащит тебя к алтарю. Сначала заключите помолвку, а через пару лет поженитесь.

— Да я его совсем не знаю! – возмутилась я.

— У тебя будет время его узнать, – по-прежнему сохраняя спокойствие, ответил папенька.

— Ты обещал, что не станешь меня принуждать! – обвинительно посмотрев на него, выпаливаю последний аргумент.

— Эли… Я и не стану тебя заставлять. Просто я не понимаю, почему ты не хочешь хотя бы подумать об этом? Рано или поздно тебе придется выйти замуж. И Гарвин, на мой взгляд, хороший кандидат в мужья.

— Я хочу выйти замуж за того, кого буду любить. Хочу как вы с мамой. Ты ведь ее любил и женился вопреки воле родителей, – вспомнив о том, что мне рассказывала нянюшка, проговорила я.

— Эли, любовь не всегда является гарантом счастливой жизни, – грустно сказал папенька. – Любовь может прийти со временем. Если ты узнаешь Гарвина получше, то, возможно, полюбишь его. Не руби сгоряча. Подумай. Я приму твой выбор, если ты хотя бы попробуешь его узнать.

Сев снова рядом с ним, я сказала:

— Мы не станем заключать помолвку. Но я обещаю, что не буду предвзятой к принцу. И я готова пообщаться с ним и узнать его лучше. Но, если я пойму, что не смогу выйти за него, ты не станешь меня заставлять.

— Обещаю. Не стану, – улыбнувшись, ответил папенька.

Папеньке нужно было вернуться на работу, поэтому, еще немного поболтав, он поцеловал меня в лоб и покинул академию.

— Ну что сказал лес Дознаватель? – как только я зашла, тут же спросил Хасьен.

— Попросил рассмотреть кандидатуру принца Гарвина и узнать его получше, – устало ответила я зверьку, направляясь в ванную.

— А ты что? – приподнявшись от любопытства на задние лапы, спросил зверек.

— Я пообещала, что подумаю, – ответила я и закрыла деверь в ванную, прежде чем Хасьен задал новый вопрос.

Ожидание и переживание по поводу разговора с папенькой и стычка с простолюдинами меня утомили. Я устала от постоянного напряжения. Поэтому решила принять ванную с расслабляющими маслами.

Завтра начинаются занятия с некромантом. Проводить их мы будем в нашем городском особняке, куда дедок уже переехал на время своего наставничества. Сопровождать меня будет все та же тройка мужчин.

Когда я заикнулась, что их стоит заменить, дабы не отвлекать лучших сотрудников на охрану меня, папенька категорически отказался. Мне ничего не оставалось, как согласиться. В конечном счете, не моя вина, что они лучшие и папенька им доверяет.

После ванны я, распаренная и сонная, сразу завалилась спать, так и не почитав отложенную книгу. Голова только коснулась подушки, как я тут же уснула.

Запрыгнув на кровать, Хасьен потерся мордочкой о щеку спящей девушки и прилег рядом, сладко засопев.

В этот раз, наученная опытом, я сначала забежала к секретарю за пропуском и только потом отправилась к воротам.

Показав пропуск охраннику, беспрепятственно вышла к ожидавшим меня мужчинам.

Сегодня вся тройка стояла возле экипажа и о чем-то разговаривала. По мере моего приближения разговор смолк.

— Добрый день, господа, – первой поздоровалась я.

— Добрый день, лесса Элиссия, – ответил Феран Корский.

— Добрый день. Вы сегодня пунктуальны, – не преминул меня подколоть Ренар Престор.

— Добрый день, – поздоровался хмурый Эйнар Дорг.

Открыв для меня дверь, Феран помог забраться в экипаж. И как только мужчины сели, мы тронулись в путь.

— Как ваша учеба? – спросил Престор, смотря на меня.

— Все хорошо, – посмотрев в ответ, сказала я.

— Мы слышали, что вы, возможно, станете женой принца. Примите наши поздравления, – без капли почтительности проговорил мужчина. Но я на это не обратила внимания. Куда больше меня волновало, откуда им об этом известно. Это же не объявлялось!

— Откуда у вас такие сведения? – напрягшись, спросила я у мужчин.

— Ваш отец сказал, – все так же хмуро ответил Эйнар Дорг.

— Зачем?! – возмущенно спросила я.

— Потому что нам положено знать, если появляется дополнительная угроза. Иначе мы не будем готовы к возможному покушению на вас, – сказал мне Дорг.

— Я еще не приняла предложение, и это официально не объявлялось. Не думаю, что кто-то станет мне вредить, – нервно ответила я.

Только этого мне и не хватало для полного счастья! И так есть желающие смерти дочери дознавателя, а теперь еще желающих прибавится! При встрече с принцем выражу ему всю свою радость от его подставы!!!

— Не имеет значения, приняли вы предложение или нет. Вам его сделали. А значит, вы угроза и помеха для тех, кто не желает видеть вас будущей королевой, – сказав это, Эйнар Дорг отвернулся к окну, всем видом показывая, что тема закрыта.

Дальше мы ехали в тишине. Лишь иногда Ренар Престор поглядывал на меня с ехидной полуулыбочкой, но я ни единой эмоцией не показала, как он меня бесит.

Все-таки вредный тип! И характер у него гадкий! Вот уверена на все сто процентов!

Когда экипаж остановился, то я, не прощаясь, покинула его, оставив мужчин дожидаться.

Специально не стала приглашать их в дом. Пусть посидят, помучаются! Я тоже умею вредничать! И характер у меня далеко не сахар!

— Сядь в удобную позу и постарайся расслабиться. Ты должна сосредоточиться только на своем дыхании, – скомандовал некромант после нашего приветствия.

Заниматься мы решили в библиотеке. Там было просторно, светло и удобно. Удобнее сев в позу лотоса на полу, я постаралась выкинуть из головы все мысли о принце, о папеньке, о грозящей мне опасности, о хмуром Эйнаре Дорге. Интересно, что случилось у него? Почему он сегодня такой хмурый и замкнутый?

— О чем ты думаешь?

— Думаю, почему он такой хмурый, – не задумываясь, ответила я на вопрос некроманта.

— Кто хмурый?

— Эйн… — и вот тут я распахнула глаза и уставилась на хитрого дедка.

Чуть не прокололась!

— Как вам не стыдно? – с укором посмотрела я на него.

— Мне? – возмутился некромант. – Я что тебе сказал? Выкинуть все мысли из головы и сосредоточиться на дыхании! А ты что делаешь?!

Подумаешь, немного отвлеклась. Сейчас все исправлю.

— Сейчас все сделаю, – ответила я наставнику и снова закрыла глаза.

Какое-то время я прилежно старалась сосредоточиться только на дыхании. Но постоянно сбивалась. Мысли сложно контролировать, они просачиваются, словно вода, через мысленно выстроенные мной барьеры.

Да и сложно было поверить в то, что у меня есть некромантский дар. И вообще любой другой. Моя магия никак себя не проявляла. И меня все чаще стали посещать мысли: а что, если кристалл ошибся? Что если я вообще не обладаю даром?

— Сосредоточься, – раздался рядом голос дедка.

Вновь отгородившись от мыслей, стала слушать свое дыхание.

— Вот так. Молодец. А теперь представь свой дар. Каким ты его видишь? – тихим голосом проговорил наставник.

Что значит «представь»? Откуда я могу знать, как выглядит дар некромантии?? Только я хотела возмутиться, как перед моим внутренним зрением начало происходить что-то необычное.

Появившейся сгусток дымчатой тьмы стал разрастаться и принимать очертания огромного зверя. Чем четче становилось очертание, тем страшнее было мне. Передо мной появился сотканный из тьмы огромный абсолютно черный пес. Он походил на наших земных доберманов, только в два раза больше ростом. И в его глазах горел самый настоящий огонь. Как только пес собрался сделать шаг в мою сторону, я тут же открыла глаза и вскочила на ноги.

— Ты чего вскочила?! – воскликнул некромант, оказываясь передо мной.

— Там… там был пес, – пытаясь выровнять дыхание и успокоить бешено стучащее сердце, ответила я.

— Какой еще пес? – недоуменно спросил дедок.

— Большой и полностью черный!

— Ты что, уснула? – подозрительно на меня смотря, спросил некромант.

— Нет! Я не спала! Я все делала, как вы говорили! – воскликнула я.

— Тогда какой пес тебе там привиделся?!

— Я же говорю. Большой и полностью черный. И глаза у него огненные!

— Огненные? – с беспокойством в голосе переспросил дедок.

— Да. Словно живое пламя, – вспомнив глаза пса, передернула плечами. Было очень жутко. Я, конечно, ужастики смотрела в своем мире, но это совсем не то. Одно дело знать, что все, что показывают в фильмах, выдумка, а другое увидеть вживую такое..

После моего ответа некромант бросился к своей сумке и, достав огромную, даже на вид тяжелую книгу, стал в ней что-то искать.

— Что вы ищете? – полюбопытствовала я.

— Помолчи, – попросил некромант.

Сев на диван, стала ждать, пока мне все объяснят.

— Не может быть! – через пару минут воскликнул некромант. – Ну не может мне так не повезти, – уже горестно простонал он.

— Вставай и слушай меня внимательно! – решительно повернувшись ко мне, скомандовал он.

Встав с дивана, замерла в ожидании.

— Закрой глаза и вытяни правую руку вперед, ладонью вверх.

Глаза закрывала я с опасением, но все же сделала так, как сказал некромант.

— Хорошо. А теперь представь, как над твоей ладонью появляется небольшой круглый шар. Представь его так, будто ты его действительно видишь. Во всех подробностях, вплоть до пульсации, исходящей от него.

Представив во всех подробностях такой шар, я продолжила ждать, что скажет некромант.

— Ты представила? – спросил он.

— Да, – тихо ответила я, не сбивая концентрации.

— Не работает… так… Попробуем по-другому. Представь, что тебе угрожает опасность. Тебе хотят причинить вред. Ты совсем одна, окруженная противниками… они приближаются… Тебе нужно защититься, иначе тебя убьют. Единственное, что тебе может помочь, это твоя магия. Обратись к ней, – спокойно и проникновенно вещал некромант, в то время как я представила эту картину и почувствовала панический страх. Страх смерти…

Я боялась снова умереть, так и не успев пожить.

Слова пришли откуда-то из глубин моего подсознания, и я зашептала их мысленно, вкладывая всю надежду и жажду жизни, что испытывала сейчас:

«Я та, что смерть за гранью преступила,

Я та, что возродилась вновь,

Я та, что дар особый получила,

Избавившись от оков.

Я та, что силу принимаю

И верой смерти послужу.

Я дар свой кровью пробуждаю,

И клятву ей я приношу:

Я добровольно соглашаюсь принять от смерти дар

И клятвой этой обещаю никогда его не предавать».

Я дважды повторила эти слова, прежде чем услышала обеспокоенный голос некроманта.

— Элиссия, ты слышишь меня? – испуганно звал меня дедок.

— Да, – хриплым голосом ответила я, не открывая глаз.

На губах я почувствовала привкус крови, но не успела задуматься о ее происхождении, потому что некромант снова заговорил:

— Открой осторожно глаза… только не пугайся и не делай резких движений, – голос наставника был напряжен и испуган.

Разлепив глаза, я сначала посмотрела на некроманта. Он не отрывал взгляда от моих рук, и я тоже посмотрела на них.

— Что это? – дрогнувшим голосом спросила я, изо всех сил пытаясь не закричать и не начать трясти руками.

Над обеими моими руками находились игольчатые шары, сотканные из тьмы. В центре шара вспыхивали и гасли серебристые молнии. Шары пульсировали, то втягивая, то вновь проявляя иголки.

С одной стороны, зрелище было захватывающим, а с другой, до дрожи пугающим.

— Твой дар пробудился, – тихо ответил некромант.

— Как это убрать? – так же тихо, с долей паники в голосе спросила я у него.

— Я… не знаю, – растерянно ответил некромант.

— Что значит, не знаете?! – воскликнула я, повысив голос.

В ту же секунду мои шары увеличились в размере и выпустили множество длинных и на вид острых иголок.

— Успокойся. Твоя магия реагирует на твое состояние.

— Да неужели? – огрызнулась я на этого умника. Я и сама догадалась.

— Что делать-то будем? – уныло спросила я. Руки стали затекать, и стоять неподвижно та еще задачка. Еще немного, и я сменю положение. Не ручаюсь, как на это отреагирует вызванная или созданная мной магия.

— Нужен поглотитель! – радостно воскликнул дедок.

Ну наконец-то, додумался, наставничек, блин…

— Так несите его!

— У меня его нет, – грустно посмотрев на меня, ответил он.

— Да вы издеваетесь?!!! – прошипела я. – Зачем тогда предлагаете, если у вас его нет?! Еще идеи есть?

— Я думаю! – огладив бороду, некромант вновь принялся листать свою книгу.

— Долго еще? – заныла я через пару минут. Руки ужасно затекли в одном положении.

— Ищу я.

— Так ищите быстрее! – злясь на него, потребовала я.

— Нужно вызывать лесса Дознавателя. Он поможет, – захлопнув книгу, сказал некромант и направился к выходу из библиотеки.

— Эй… а я?! Не оставляйте меня одну! – запаниковала я и нечаянно дернулась. Шар с правой руки, той, что я как раз таки и дернула, резко сорвался с места и понёсся прямо в сторону стеллажей с книгами.

— ЛОЖИСЬ!!! – заорал некромант и, открыв дверь, повалился на пол.

Меня реакция тоже не подвела: резко упав на пол, больно ударившись коленями, откатилась ближе к дивану.

И только лежа вплотную к дивану, я поняла, что шар со второй руки тоже куда-то полетел, когда я в испуге от крика некроманта ею тряхнула.

А дальше последовал оглушительный взрыв и треск…