Ночной санитар 2

Глава 1

Остров Сентоса.

Макс сидел в шезлонге и потягивал пинья - колада, а Нина смотрела на него свозь свою дайкири. Кубинские мотивы на крайнем южном кусочке материковой Азии. Они поработали на славу почти три недели с брокерами в Нью-Йорке через Сингапур. Вести о том, что СССР развалился биржа встретила паникой и суверенный долг СССР упал в цене до уровня плинтуса. Макс этого ожидал и концентрировал все возможные средства, для короткой игры на советских долгах. Его сингапурский брокер Лин Хо был в шоке. Учитывая, что этот громадный европеец свободно говорил на кантонском, он опасался разговоров по телефону с коллегами. Обычно они всегда обсуждали этих заказчиков из Европы и Америки на своем языке, но с этим он не осмелился. Этот был очень мощным и опасным. Как то он увидел, как этот Макс ломает пальцами связку палочек для еды. Этот шею переломит и не почешется, - подумал Лин Хо. Культ силы на Востоке был сильно развит. В результате они потратили почти 600 миллионов долларов на выкуп долгов СССР по бросовой цене – 5-7% от номинала и Макс стал заимодавцем родной страны. У них осталось миллионов 50, если вдруг замануха не сработает. Лин Хо советовал брать плечо 1 к 10 и увеличить сумму в 10 раз, но тогда бы Макса это выдало, а так сумма не очень большая для фонда инвестиций княжества Андорры. Через пару месяцев прибыль уже составляла 200 процентов, а после признания Россией всех долгов СССР цены вернулись к почти 100% стоимости. Итого потенциально у Макса на руках была сумма примерно в 10 миллиардов долларов. Такая возможность уже точно не произойдет в его жизни, кроме, наверное, биткоина или падение доткомов. Он раскидал потом аккуратно ярд на известные ему акции лет так на 10. Остальное держал как стратегический резерв, чтобы посмотреть рынок.

Макс иногда позванивал в Москву Давыдову и Хандамирову, чтобы узнать новости. Спутникового ТВ еще не было. В Сингапуре он нашел китайца, который убежал во время культурной революции от Мао, прежде преподававший иглотерапию в Шанхае. И они нашли друг друга. Он выдал ему сертификат от имени своей школы в знак признания его знаний. А иглы Макса привели его в восторг. Макс пообещал ему сделать комплект как приедет в Россию. Иногда Ло Юн приглашал его для консультаций и на вопросы пациентов господина Ло, тот неизменно отвечал, что Макс ученик очень старой тибетской школы, которую он очень почитает. И пациенты, услышав китайский Макса важно кивали головами. Он называл Макса - Ю Сон. А как известно у китайцев чем короче фамилия, тем древнее род. То есть он ставил Макса выше себя. Также Нину звал Ю Нин. Макс даже визитки себе сделал с английским и китайским шрифтами.

Как-то раз Макс с Ниной ужинали в ресторане отеля Шангри-Ла и их там увидел один из пациентов Ло Юна. Он послал официанта попросить разрешения поприветствовать уважаемого мастера тибетской школы иглотерапии. Макс ответил положительным кивком головы и уточнением, что перед десертом. Пожилой китаец подошел к их столу и поприветствовал по-китайски на мандарин. Макс привстал склонил слегка чуть высунув язык ответил также на мандарин. Китаец понятливо улыбнулся и попросил разрешения обратиться к нему в случае нужды. Макс вынул свою карточку и вручил ее двумя руками и согласился его принять. Тот глянув на китайскую сторону карточки согнулся в поклоне и медленно засеменил назад что-то бормоча про себя.

И что это значит? – спросила Нина, - имея ввиду поведение китайца. На что Макс усмехнулся. – Он понял, что попал. У меня в визитке по-китайски написана фамилия Ю. Чем короче фамилия – тем старее род. У него, скорее всего фамилия пишется двумя или даже тремя иероглифами. Это означает, что он не может меня ни о чем просить. Вот так-то любимая – в каждой избушке свои погремушки. И улыбнулся. Нина серьёзно посмотрела на него. Буду учить их погремушки, - вздохнула она. – Твоя тетушка просто кладезь мудрости.

- А что ты хотела? – сказал Макс, - в ней течет сразу три крови – Романовы, Шереметевы и Юсуповы. А кровь не водица.

- А ты зачем чуть подвысунул язык, когда здоровался, - спросила Нина.

- Это, считай тибетское приветствие, - ответил Макс. В его случае я обозначил принадлежность к тибетской школе иглотерапевтов. Не китайской. Тем более я не ханец и не могу принадлежать к китайской школе. Рылом не вышел.

Нина рассмеялась. – Зато к тибетской вышел, - особенно рылом.

- А им по барабану. Главное – я не лезу в их огород, - пояснил Макс, - я не могу быть ханьцем, а что делают тибетцы им поровну.

- Да, Восток дело тонкое, - глубокомысленно закруглила Нина.

- Точно, - таким же тоном ответил Макс.

И они рассмеялись.

По пути в Сингапур они залетели к графине Ксении в Грецию. Та была рада принять новую чету Юсуповых, тем более у нее было мало новостей. Графиня приняла их и устроила разнос, как так без нее такое событие. Макс повинился, но внял к логике.

- Ксения Николаевна! Дорогая! Ну как бы вы смогли приехать в Геленджик? – пытался внять к голосу разума Макс. – венчание проходило даже без родителей Нины. Правда в самом старом храме города. Фото мы вам привезли. Старый намоленный храм. Мы даже его открыли. Маман договорилась с местными властями и те не были против. Батюшку пригласили из другого храма – так у них там целая битва была, кто будет служить в старом храме, тем более венчание. Так что считайте мы сделали богоугодное дело. Открыли старый храм. И сейчас власти взялись его реставрировать. И даже деньги нашлись и прихожане помогают чем могут.

- Макс ты несносен, - надулась графиня. - Вот нечем крыть! – Графиня картинно фыркнула. – Но крестной вашего ребенка буду я – и это не обсуждается! – твердым голосом произнесла она.

- Кто может отказать в законном праве графине Шереметевой? – произнес Макс. – Ксения Николаевна мы с Ниной просим вас стать крестной нашего первого ребенка – склонил голову Макс.

- Макс – ты фигляр – рассмеялась графиня. Купил тетушку. Да?

- Я не покупаю тетушек, - честно сказал Макс, - я их люблю!

- Бонвиван! – хохотнула Ксения Николаевна. – Нина! Я тебя так понимаю. Такого мужа получить – многого стоит. Он за тебя всех порвет на кусочки, но вежливо и со вкусом. А потом закажет панихиду за спасение их падших душ.

Нина вежливо заметила, что такого мужа и хотела, просто пока не встретила его не понимала, как это жить за каменной стеной.

- Макс – это моя жизнь, - сказала Нина.

- А Нина – моя жизнь, - дополнил Макс.

У графини заблестели глаза. Она обняла их, перекрестила и хлюпнув сказала, - Как хорошо, что вы есть! – нам вас так не хватало. Мы все-таки одна кровь. И теперь всегда - я для вас ваша тетушка.

Неделя в Греции пролетела со свистом. Татьяна Ильинична с Ниной обошли все Афины. Ели в греческих тавернах, танцевали сиртаки на площади с греками. Фотографировались везде, где только можно. И подружились. Татьяна так и сказала матери, что у нее появилась настоящая подруга, которая её не предаст. На что мать ей сказала – Девочка моя, Нина Юрьевна Темирханова правнучка атамана Терско-Сунженского казачьего войска. Это казачье дворянство. Они воспитываются так, чтобы не терять лица. А предать – это не потеря лица – это смерть. Ты знаешь какие порядки были у сунженских казаков в период генерала Ермолова?

- Нет, я такого не читала, - стесняясь ответила Татьяна.

- Так вот, за любого убитого казака терский или гребенской казак должен был приволочь две головы обидчиков или убийц или их родственников, а сунженский три головы. И без этого их обратно в станицу не пускали. Тогда любого вышедшего за сунженскую линия просто убивали. И так они жили годами, при этом сеяли хлеб, выращивали фрукты и виноград и растили детей. И Нина впитала в себя все их качества. Она миниатюрная, как фарфоровая статуэтка, но когда какой-то гурон на нее напал вечером в Грозном – она ткнула его шилом в ногу и убежала. Так что хорошо, что у тебя появилась такая подруга. Тем более, что она жена твоего троюродного брата. А породниться с казачьим дворянством, не есть потеря лица. Тем более, что ее отец – главный инженер атомной станции, а не какой-то клерк. Юрий Григорьевич Темирханов – кровь от крови казак и нашел себя в такой редкой профессии. Кстати, как и твой брат. Они же не пошли улицы убирать метлой, а получили уважаемые профессии, которые смогут прокормить их семьи. Это значит, что служба у них в крови. Максимиан – твой дальний брат выдвинут на получение Нобелевской премии по физике. И если он её получит, то род Юсуповых возродится. А если нет, то просто возродится позже.

Татьяна была ошарашена. Как так. Он же спортсмен. Какая физика? Какая нобелевская премия?

Под конец визита Макс преподнес Татьяне подарок – щенка черного русского терьера. С книжкой как его дрессировать и ухаживать. Идеальный сторож и охранник. Бесстрашный и злой для врагов. И абсолютно лоялен к хозяевам. И они не умеют предавать. А графине Ксении сделал сеанс иглоукалывания.

- Мы никак его не назвали и надеюсь при выборе имени, вы учтете его качества. Уверяю вас, что это будет ваш страж на всю его собачью жизнь. Любите его и он будет любить вас. Но не доверяйте его другим. Занимайтесь с ним сами и вы увидите, что такое преданность. – закончил Макс. На следующий день они улетели в Сингапур.

Поиск.

После окончании ажиотажа Макс с Ниной уехали в Таиланд отдохнуть. Каких-то интересных событий не ожидается, так что можно немного расслабиться. Заодно подобрать партнера кошке, а то маман все время ожидает приплода, а найти тайца в России 91 года просто нереально.

После этого Макс решил вернуться в Россию, но не через Москву, а кружным путем. Ему сделали паспорт моряка в Сингапуре и с ним он и проделает этот фокус. Отвезя Нину в Андорру, он через Одессу въехал в бывший Союз. Потом поездами в Новороссийск. Дома он торжественно передал будущего партнера Тэссы маман в переноске (которые сами по себе были чем-то удивительным), поехал к Шефу. Он решил , пока нет каких-то событий порешать вопрос с дронами. А это значит, что у него есть процессоры, но нет оптики, аккумуляторов и небольших и мощных электродвигателей, что в свою очередь тянет тему мощных магнитов. Неодимовые магниты уже придуманы, но там амеры судятся с японцами и оба их патента не работают. России плевать на их патенты и выложив формулу неодимового магнита Макс озадачил Шефа как улучшить его формулу или предложить другую. Шеф выкатил такую забористую формулу и технологию, что Макс ее тут же отверг. Не время для такого извращения. Это надо спецпроизводство запускать. Такое на принтере не напечатать. Тогда он предложил включить в формулу пластификатор, улучшающий магнитные свойства сплава неодим-бор-железо. Во первых на спектрометре его фиг определишь, во вторых повторить его формулу будет невероятно трудно в нынешних условиях и в третьих – через поставку пластификатора можно размещать производство на любом продвинутом предприятии с нормальной литейкой. Где брать неодим Макс не знал. В его мире 90% неодима поставлял Китай. Но у нас он точно есть. А вот где точно знают на ЧМЗ. Удовлетворенно кивнув про себя головой Макс взялся за обсуждение аккумуляторов.

Тут было проще. Можно дать для массового производства литий-ионные и литий-полимерные аккумуляторы, а для своих нужд печатать на принтере те, что предложил Шеф – твердотельные ячеистые со сложной технологией, которые сегодняшние заводы просто не потянут. Надо будет все заново проектировать и ставить роботизированную линию под управлением мощного компа. Это лет через двадцать, наверное будет возможно для массового производства. Оптика – самое простое. Ее напечатать легко и дешево. Сырья полно.

На ЧМЗ Зусманович подтвердил, что неодим есть и добывают его на Кольском полуострове. Просто им он не был нужен. Макс расписал перспективы завода без заказов и они решили производить неодимовые магниты, чтобы хоть как то протянуть невеселые годы. Под это дело Макс отыскал предприятие выпускающие электродвигатели и попросту купив директора наладил там производство небольших двигателей под использование на дронах. Двигатели он забирал все и потом планировал перенести все в тоннели и собирать дроны уже там. Это все пойдет на экспорт. Из наших, наверное немногие смогут такое купить. На внутренний спрос Макс не рассчитывал. Он хотел сделать прототипы трех типов дронов. Но одноразовый дрон типа ему известного ланцета из фанеры и с простейшей оптикой с головной частью в 5 и 10 кг морской смеси с двухтактным движком, простейшим чипом и управлением на плавающей частоте при помощи простейшего джойстика с очками визуального контроля у военных не вызвал энтузиазма и он свернул работы – военным ничего этого не надо. Им бы ноги не протянуть от голода. И тогда он принял соломоново решение – все отложить и оставить только неодимовые магниты и электродвигатели. Потом директор с ним приватизируют завод и Макс просто расширит выпускаемый ряд моторов на экспорт. Для своих экспериментов он сделал прототипы разведывательного дрона с хорошей оптикой и мощным зумом из стеклопластика с пропеллером и электроприводом на батарее тащившей весь этот комплекс в течении 24 часов. И типа известного ему ФПВ-дрона с захватами для шести минометных мин калибра 81 мм. С расчётной дальностью в 30 километров. Пока этого хватит. Все остальные проекты положил пол сукно до лучших времен.

Озадачив Шефа проектом большого реактора без указания мощности, Макс уехал таким же способом в Андорру, готовиться к выставке энергооборудования в Африке. Сингапурский офис работал. Заказы регулярно приходили и оплачивались. За счет этих заказов кое-как Гидропресс жил, так как чернобыльский угар еще не спал. И строить новые реакторы Росатом не намерен. Да и нет еще Росатома – есть Минатом.

В Найроби, где проходила выставка энергооборудования прошло все примерно по тому же сценарию, что и в Сингапуре. Набрав заказов они с Давыдовым уехали и решили офис в Африке не открывать, а открыли его в Дубае. Отсюда в Африку долететь было легко и полно рейсов.

Внезапно шеф сообщил, что у него получился расчет на компактный реактор для маломерных судов и им можно заменить дизеля на яхтах и небольших судах. Тогда Макс напряг Давыдова собрать малую команду и начать окучивать строителей яхт и ездить по выставкам. Самому мотаться по городам и весям нудно, а молодым ребятам будет в кайф. И тут на него, через сингапурский офис вышли корейцы. Южные. Очень-очень хотели встретиться. Нина была уже непраздна и Макс полетел в Гонконг сам. В Андорре ей будет лучше – там воздух другой.

Макс остановился на острове и на встрече, для которой была заказана переговорная в самом отеле, корейцы озвучили свои хотелки. На сегодня они занимают примерно 60% всего рынка строительства транспортных судов. От танкеров до контейнеровозов. И они хотят получить себе реакторы для этих судов. Потому как стоимость топлива все время растет и забирает огромную часть стоимости фрахта. Макс заметил, что параметры судов все разные и на все хотелки выстраивать разные проекты реакторов накладно – это не получится поточное производство и цена изделия сильно вырастет. Тогда корейцы выкатили их видение характеристик реакторов. Макс не согласился. Он предложил оставить два проекта и пока дальше не идти, а посмотреть как пойдут продажи судов и тогда уже принимать решение. Как говорил известный всем персонаж – «когда женишься – торопиться не надо».

В конце концов договорились и подписали меморандум и стали готовить контракт на 10 лет с пролонгацией. Так Макс вошел на рынок судовых двигателей. Только электрической части, электродвигатели будет делать Сименс, а механику сами корейцы.

В середине 92 года Макс встал в хвост Соросу с его операцией против английского фунта и немного подзаработал. Сорос засветился конечно конкретно, причем получив всего 1.4 миллиарда долларов, тогда как его вкладчики заработали почти 10. И их имена были неизвестны публике. Так что миллиард, полученный от сделки Сороса, Макса не засветил совсем.

В России царил полный бардак. Вклады населения сгорели синим пламенем. Цены подскочили в 25 раз. Егор Тимурыч отпустил их на свободу и они сразу убежали куда-то далеко. Максу все-таки удалось убедить своих бабушек свои вклады изъять, а то бы и они сгорели. И он в обмен каждой выдал по 20 тысяч долларов наличными, чтобы им было не обидно. А их деньги в общей массе ушли в оплату за производство реакторов. Всем родственникам он так и сделал. Потом дядька его так благодарил, потому как кто ему не поверил все пролетели мимо денег. Вообще с государством нельзя играть в азартные игры – оно все равно сильнее. И еще началась раздача приватизационных чеков.

Тут то Макс и задумался. Далее играть по их правилам и ждать очередных обвалов в 95 и в 98 годах. Или сыграть джокером с максимальным прикрытием и конспирацией? Сколько же народу помрет от таких реформ, пока эти козлы будут обворовывать страну. Он вспомнил всю эту Ельцинскую камарилью. Из 92 года почти никого не осталось у власти под конец века. Один рыжий продержался и потом свалил.

Сыграть против рыжего? И Макс решил просчитать варианты с участием Шефа. Шеф считал долго и исходя из информации Макса о будущих событиях выдал рекомендацию вмешиваться точечно и только после денежной реформы – она все равно нужна. Страна то уже другая.

План.

И тут у Макса возникло понимание, что делать. Вот что значит разогнать мозг до предела возможностей, когда древние центры забиваются работой коры.

Он с точностью вспомнил, как искал себе квартиру в Москве и как абсолютно случайно набрел на предложение старой квартиры в Филях. Тогда он и так предпочитал не высовываться. Не попадать на развороты массмедиа. Тут его дома не было. Его разбомбили в войну. Это точно знак, что отсидеться не удастся. Тогда это точно знак, что надо работать. Как там этот, якобы Семен говорил – вы вошли не на тот путь. Вы пропустили точку бифуркации. И Макс понял, что эта точка, которую он не пропустил - его не отпустит никогда. Он уже влез в эту действительность. Он уже скупил огромную часть долгов СССР. Он уже создал энергетический задел для России со своими реакторами. Он тут совсем не тот Юсупов и нельзя жить старыми понятиями из той жизни. Надо здесь и сейчас строить свою жизнь. И Нина не умрет молодой, и он не перенесется в былое в Суворовском парке. Тут жизнь конечна. Третьего шанса не будет. И еще он понял, что он станет санировать систему, которую он ненавидел. Он станет санитаром. Ночным ужасом системы. Ночным санитаром.

Московский Дом.

Приняв решение осталось только превратить его в жизнь. Макс Прилетел в Москву и сразу нашел людей, что дали ему информацию про дом по ему известному адресу. Ушлый народ тут же сделал внучке какого-то советского функционера предложение, от которого нельзя было отказаться. И отдельно стоящий деревянный дом 1830 года постройки с небольшим участком в 12 соток перешел под управление Макса. Он там прописался и заказал проект. И одноэтажная халупа которую трижды перестраивали и чуть два раза не спалили должна была превратиться в трехэтажный помпезный дом в стиле смеси мавританского зодчества, китайской пагоды и русского классицизма на 5 квартир. С парадным, двумя двориками по бокам и сервисными службами в цоколе. Демократические московские власти не имели ничего против того, чтобы богатый бизнесмен свил бы себе гнездышко в самом центре столицы по адресу Хлебный переулок, дом 6а. Что в километре от Кремля и пешей доступности от Калининского проспекта, который новые власти уже переименовали в Новый Арбат.

Пока шли работы Макс улетел на крестины родившегося сына – Александра. Лететь на самолете Макс категорически запретил и пришлось ехать в Ниццу на машине. Тетушка примчалась как подорванная с Татьяной вместе. Она подсуетилась и целая когорта прессы светских новостей ожидали их у храма. Во всяком случае он заметил, что были все бригады издания журнала «Hello!» - испанские, французские и английские. Макс во фраке и Нина в платье от какого-то там дома – этим занималась тетушка, вошли в храм. Фотографы постоянно щелкали камерами и вспышками, что батюшка попросил их все-таки выключить вспышки, чтобы не тревожить младенца. Крестным отцом был Юрий Алексеевич Рыжов – посол России во Франции. Сначала он думал, что это будет политический шаг, но узнав, кто отец он отбросил политику и сказал, что первооткрывателю искусственной гравитации он не может отказать. Сам большой ученый – он понимал важность открытия и то, что Макса номинировали на Нобеля давало ему еще один повод для гордости за страну. Тетушка – как крестная была довольна – она утерла нос всем этим выскочкам из под лавки. Крестить отпрыска Юсуповых! – они попадут на страницы всех светских новостей. Сашку окунули в купель и он только удивленно посмотрел на священника и передумал орать. Публика благосклонно оценила шаг родителей пригласить крестным не пропагандирующего коммуниста, а ученого с мировым именем, к тому же посла Новой России во Франции.

По истечении всех процедур, гостей пригласили в заранее заказанный ресторан на фуршет. Нина там блистала под шепотки, что правнучка казачьего атамана нашла себе пару. Её точёную фигурку нельзя было перепутать ни с кем. В её платье были китайские мотивы, что заинтересовало публику. Рыжов одел только лауреатские регалии, как и Макс прицепивший медальку госпремии на лацкан. Тем самым, не выпячивая остальные регалии, выделяя лишь научные. Родители потом тихо смылись, оставив публику наедине с фуршетным столом. Перед этим посол официально пригласил пару посетить посольство России во Франции. Нина мило улыбнулась и поцеловала кума в щеку. Тот обомлел – и точно – сказал он – я ж теперь ваш кум и рассмеялся.

В Андорре Макс давно уже сдал купленную ради адреса квартиру и снял домик на четыре спальни. Прислуга только приходила убирать и ухаживать за садом. Готовили Нина сама. Выучив каталанский и испанский через мнемонику она договорилась, чтобы продукты ей привозил мальчишка на мотороллере из соседнего магазина. Макс поставил параболу на крышу, но она ловила только первый канал. Нина так устала от этих всех реклам на местном ТВ, что с удовольствием смотрела русское ТВ. Обрастать недвижимостью он не хотел.

Нина с ужасом смотрела репортажи с расстрелом Белого дома из танков, вспоминая, что говорил Макс про застарелые проблемы страны. Он всегда оказывался прав. И так хорошо, что мама с отцом в Курчатове, а не в Москве.

Макс же в Москве пробивал тему со строительством на территории бывшей фабрики Бадаева на набережной Москва-реки бизнес-комплекса. Тогда о Москва-Сити даже речи не было. Демократическим властям России нужны были инвестиции и показуха для привлечения оных в страну, поэтому мэрия, не долго думая, отдала всю территорию бывшего пивзавода им. Бадаева, что за гостиницей Украина компании Макса. Взамен Макс, помимо взяток, что нормально для демократического правительства, взялся что-то там обустроить для города. Тогда аппетиты еще были умеренные.

Он устроил конкурс среди известных и неизвестных архитекторов мира на этот проект. Как же – центр Москвы. Напротив здания правительства России. Все известные архитекторы ринулись на освоение нового рынка. Макс достал спецификации Трамп-тауэров, зная, что Трамп имел чуйку на вкусы богатой публики и примерно накатал свою спецификацию, но уйдя в зону минимализма, но богатого минимализма. Открытого конкурса не было. Все решал Макс. С его опытом и знаниями вариантов развития архитектуры он вычленил один проект одного сирийца, который что-то там проиграл в Сингапуре, но он точно помнил этот стиль. В результате он вспомнил – блин это же Моше Сафди – автор строенных башен Марина Бэй Сэндс. Но там он конечно размахнулся. Еле достроили. Нет нам поэкономнее надо. Но концепции такой еще точно в мире еще нет.. И он попросил о встрече с ним.

В результате родилась концепция трех башен вдоль Москва-реки с площадкой на крыше, соединяющей все три башни и повторяющие изгиб реки. Две башни будут чисто офисы, с ресторанами и кафе. По первому этажу шоппинг-молл. Третья - отель и апартаменты. Да и открытый бассейн наверху не делаем. А то зимой каток надо будет делать. Внизу оставим три старых здания и встраиваем их в комплекс. И назовем всю эту трихомудию -Yusupoff Triple Tower. Местные любят все иностранное, - подумал Макс. Хотя «Три тополя» тоже ничего, но не поймут-с. Наше посконное не в моде-с.

Тем временем дом в Хлебном достроили. Получилось нечто. Три этажа и все три разные. Высокий цоколь, потом первый этаж в классическом стиле, потом мавританский второй и китайский третий. Хоть Макс и видел проект, но наяву было еще красивее. Очень необычный дом. Но внутри все по уму сделано. Только его третий этаж был за бронированными стеклами и укрепленным потолком выше которого мезонин на полкрыши с хранилищем в оконечностях. В цоколе была баня с купальней, прачечная, пять боксов для жильцов, место под холодильники для каждой квартиры и чулан для хранения продуктов. Из цоколя был выход во внутренний дворик с мангалом, скамейками и к лифту с лестницей. Небольшой гараж. И под цоколем Макс установил мини-реактор. На всех этажах стояли камеры видеонаблюдения, также как и на входе и по всему периметру улицы. Теплоснабжение шло централизовано, как и горячая и холодная вода. На период межсезонья включался отдельный бойлер на отопление и водоснабжение. Уродовать фасада кондеями Макс не стал. Жара в Москве обычно держится пару недель и воздуховоды от центральной станции льда работать должна прекрасно. Зато все остальное время они просто так не болтались. Стекла на окнах были фотохромные и затенялись автоматически при ярком свете. Трехслойные рамы держали тепло. Палисандровые входные двери не тяжелили площадку, Система видеонаблюдения была встроена в косяк двери и еще одна камера смотрел на саму дверь от камеры напротив. Механические замки дополнял электронный замок с ключом, со встроенным чипом.

Парадное было помпезное, но не вычурное. Макс договорился с мэрией, что у дома четыре парковки принадлежали обитателям квартир еще одна, с торца – ему лично. В ГАИ выдали знаки запрещения остановки и стоянки и сделали официальную разметку на асфальте. Потом он уехал на встречу с начальником УПДК (Управление делами дипкорпуса) и предложил внести его квартиры в реестр объектов аренды для дипломатов в ранге посла для последующей аренды. Дом его частный – так, что УПДК получит свою комиссию за сдачу в аренду дипломатам. И у УПДК появится прекрасный объект в списке.

В Москве его дом сразу обозвали – Юсуповским. Достойно – подумал Макс. И стали водить к нему экскурсии, рассказывая историю дома. Макс нашел фактурного мужика с усами Буденного, только седыми, который встречал клиентов на аренду, показывал им квартиру. Для достоверности пошил ему мундир с фуражкой и позументами. Все квартиры были на три спальни и две ванные. Большая кухня, столовая-гостиная и кабинет. Все четыре квартиры имели свое лицо. Одна в стиле а-ля рюс, вторая – хайтек, третья – псевдо-японский и последняя – викторианский. После постановки на дипломатический рынок через месяц ушли все. Макс за них запросил не мало, но таких квартир в Москве тогда почти не было и даже пришлось устраивать маленький аукцион. А посольство США и Британии сразу подписали договор на 10 лет для своих дипломатов. Уже позже Макс узнал, что в дипкорпусе была целая драка за квартиры в его доме. Скоро можно будет писать вместо адреса – Москва, Юсуповский дом и имя. Точно дойдет. Он даже попел в какой-то там модный журнал по надвижимости, а у архитектора сразу появились заказы. А дипломаты тут же попросили охрану и у дома появись будка милиции из роты охраны диппредставительств. Потом Макс попросил ее убрать и поставил другую, чтобы не уродовать вид.

Свой пентхаус он разделил на хозяйскую зону и гостевую. В хозяйской было тоже три спальни, кухня, столовая, кабинет и в мезонине кабинет иглотерапии и спортзал с душем. В гостевой зоне две квартиры на две и одну спальню. Уже после этого он вызвал Нину с Сашкой обновить московскую квартиру.

Макс временно сел в старом офисе с Давыдовым и Хандамировым и пригласив туда Моше Сафди устроил совещание. Надо было выбирать подрядчика на строительство. Объявили конкурс и курировал его по архитектурной части Моше, а по юридической Зеликович. Запустив процесс Макс начал работу с банками на предмет финансирования строительства. Пока проект был готов только вчерне и конкретных спецификаций и полной стоимости проекта не было, но пул банков ему удалось собрать, особенно после того, как госбумаги СССР Россия признала за госдолг. И под залог этих бумаг банки готовы были предоставить финансирование проекта. И стройка началась.

Макс четко понимал, что закончить ему надо в 95 году, пока Геращенко сидит в ЦБ. Наконец он оформил право собственности на бывшие склады госрезерва и организовал там ЧОП с оружием. Периметр прикрыли секретами. Дорога там одна и та железная. Там сейчас складировались реакторы и утилизаторы. Охранникам выдал «птички» для контроля территории. Сделал шлюз на основных воротах. Внутри стояло три принтера разной мощности за специальной стеной. И сделал потайной выход на другой стороне горы.

Как раз в 95-м начнется и закончится опупея с МММ. И то как у него вывези 17 камазов наличных, которые потом пропали означало, что силовики пришли в себя и стали грести все что плохо лежит под свой контроль. А с начала операции по ГКО у этих людей появятся огромные деньги, на которые они тупо всех скупят на корню включая Президента. Так и появился список фигурантов.

Операция.

Макс начал с инструментария. На основе игольника Док ему сделал компактный игольник, который можно было разместить на мини-дрон вертолетного типа, с небольшим запасом игл. Иглы Док сделал растворимыми в теле человека или животного. Они разлагались в течении получаса выделив мощный токсин, парализующий дыхательный центр и запирающий нервную проводимость основных нервных узлов и фактически останавливающих сердце. Пробиваемость у них была так себе, но пальто с пиджаком точно пробьет метров так с 50. Дальше – лотерея.

Вторая позиция – устрашающая. Док замутил компактную и мощную термобарическую мину. Когда Макс взорвал ее в заброшенном карьере тут же примчались менты – такой мощности был взрыв. Хорошо Макс уехал другой дорогой на Ниве, которую прикупил на утерянный паспорт. Камер сейчас нет и следует только опасаться случайных свидетелей. И еще домашняя заготовка это мина-костыль, которая вбивается в полотно дороги по пути следования и активируется ультразвуковым сигналом и срабатывает на массу металла при проезде автомобиля.

Первым стал рыжий. Макс всегда знал, что такие дела никому доверять нельзя. Знает только один и сам себя не выдашь.

Расположившись километрах в 20 от комплекса дач, где он жил, Макс подняд дрон в воздух и поднявшись метров на 300 полетел в ту сторону. Машину Макс загнал в подлесок , а сам удобно сев на развилке веток большого клена с пультом в руках одел очки виртуальной реальности с баллистическим вычислителем. Аккуратно подлетев к району дачи он увидел его машину, подъезжавшую к воротам дачи. Ворота стали автоматически открываться – это примерно 15 секунд – все это время машина стояла и сверив отметки и получив сигнал вычислителя он нажал кнопку сброса и тут же отвел дрон в сторону леска неподалеку. Зафиксировав на камеру вспышку взрыва Макс сделал облет места и убедившись, что клиент «каза болду» улетел обратно по другой дуге на высоте метров 500.

Вернувшийся дрон Макс разобрал и сложил по разным сумкам в багажнике и салоне машины. Грязная Нива выехала на грунтовку и поехала в другую сторону от направления дачного поселка. На ней были уже совсем другие номера.

Он намеренно провел операцию с таким шумом, чтобы фигуранты задумались. Но так как операция прошла после черного вторника, когда курс рубля эта шайка обвалила на 40%, то никто особо не удивился. Его и так ненавидели, а тут такое – ну и собаке – собачья смерть. И вообще народ уже не удивлялся взрывам и разборками на улицах.

Только вот следователя по этому делу все не устраивало. Не понятно как так получилось, что взрыв был внутри салона. Он что вез бомбу с собой что ли? Экспертизы, которые он назначил показали, что врыв был внутри салона и машину просто раскрыло как цветок и что состав смеси был понятен, но отличался от армейского боеприпаса. Такой на коленке не сделаешь. Осколки, собранные на месте происшествия показали обычный чугун – ничего выдающегося. Взрыватель не сохранился – он просто испарился от такой температуры. Все было непонятно. Можно было предположить, что кто-то просто положил бомбу в салон перед отъездом фигуранту. А вот это возможно, так как он уже многим отдавил пятки своей неуемной энергией разрушения. Свидетелей взрыва не было. Все уже потом прибежали. В салоне он был один. Труп идентификации не подлежал, но следак пробил оплату генетической экспертизы и она показала, что труп – это его труп, а не подставной фигуры. Опросив всех охранников. Следователь убедился, что кто угодно мог положить бомбу в салон. За машиной никто специально не следил. Камер нет. Свидетелей тоже. И он пошел на доклад к руководству.

Генерал, недавно созданной ФСБ из осколков КГБ заслушал доклад следователя закряхтел и закурил. - Ну и что будешь делать? – спросил он. - Ни свидетелей, ни подозреваемых – ничего. Только вот состав отличается от военного припаса. Откуда он?

Следак доложил, что состав отдали на растерзание химикам, а они пока не закончили экспертизу.

Когда экспертиза пришла он посмотрел выводы и совсем ничего не понял. Набрав номер он лично поговорил с руководителем отдела и тот подтвердил, что тот, кто этот состав делал намеренно его улучшил и увеличил бризантность смеси и мощность взрыва увеличилась на примерно 50%. За это можно премию давать. И диссертацию защищать. То есть у него нарисовался скрытый гениальный химик. Час от часу не легче, - подумал следак. И где его искать? Причем он явно не из аппарата Правительства, а работал по заказу. И он начал шерстить всех, кто был тогда в здании, их связи по школе, институту или просто друзья. Но ничего не нашел. Дело зависло. Больше идей у него не было.

Дело было приостановлено.

За полгода шесть самых оголтелых и суперактиввных деятелей почили в бозе от разных причин. Но никто не умер от объемного взрыва.

Макс спокойно, через пару прокладок сыграл против ЦБ и поднял приличную сумму на черном вторнике и МММ. Теперь, зная, что начнется чеченская компания он дума, что он мог бы сделать для смягчения ее последствий. Но пока ничего не придумал. Глава Минобороны – редкостный баран и никого не послушает. Денег у него на новые вооружения нет. Так и пошлет на убой ребят с одними автоматами. Тогда так ничего и не придумав он решил найти генерала Васина и как то через него предложить фанерные дешевые дроны с пунктом управления. Если он еще служит, - подумал Макс.

Глава 2

Старый новый проект.

Фамилию он уже знал. Васин встретил его в кабинете на Лубянке и улыбаясь пожал ему руку.

- Вот не ожидал, так не ожидал, - смеясь проговорил Васин, - а мне говорили, что ты в Сингапур умотал.

- Ну да. Я там учился и даже китайский сертификат получил на право лечения в Китае, - пожал плечами Макс, - я уже давно в Москве, но дел много. Да и семье надо внимание уделять. Я ведь уже не один.

- Знаю - знаю. Ты как проявился мне сразу доложили что и как. Ну поздравляю! И сына сделал и жена красавица-умница, - покивал головой Васин, - с чем пожаловал?

Макс коротко ему рассказал, про то, как он попытался предложить воякам одноразовый дрон, начиненный взрывчаткой и как его послали. Но может сейчас пригодится. Там же ребята совсем без ничего. По горам на танке не поездишь. Для разведки у них вроде Орлан есть. Он выследит, а там таким фанерным чудом можно снести и пост и сами отряды проредить. Он же дешевый будет – специально такой проектировался.

- Говно этот Орлан, - махнул рукой генерал. – Теряется в горах и камеры у него говно. А вот ты его сможешь улучшить?

- Товарищ генерал-лейтенант так я его в глаза не видел. Как я могу сказать? – удивился Макс, - только слышал или по телеку показывали.

- Это не проблема. Есть тут один генерал, из ваших краев сам. Он дельный, не то что эти пиджаки в штабе, - посерьёзнел Васин, - знаю я как там ребятам тяжело, ни разведки, ни средств подавления. На каждый чих Сушку не пошлешь. Дорого. Да и летают они с Моздока, а не с Ханкалы. И он набрал какой-то номер телефона. Оказалось, что это был генерал Трошев.

Генерал их принял на Фрунзенской набережной. Внутрь не пустили, а прошли в переговорную, где Васин представил Макса и рассказал о его подвигах с космонавтами и об электростанции в космосе. Для Трошева стало сюрпризом, что Макс предлагал такой проект. Ему не докладывали об этом.

Макс раскрыл тубус и достал чертежи на ватмане. Генералы склонились над бумагами. Макс предлагал два варианта, которые в его времени были проверены боями с сопредельной армией. Вариант 1 - условный Ланцет на 5-7 кг взрывчатки или морской смеси и Вариант 2 – условная Герань с 10-15 кг.

Без головки самонаведения с камерой с 10-кратным зумом. Можно поставить камеру ноктовизор и тепловизор. Это удорожает изделие, но дает преимущество ночных налетов. Движки двухтактные с хитрым глушителем. Корпус из фанеры. Боевой радиус 150 километров. Если поставить движки помощнее и увеличить размах крыльев, то радиус можно увеличить вдвое. Управление на плавающей волне с помощью джойстика и очками виртуальной реальности. Желательно использовать в паре с дроном-разведчиком типа Орлан. Можно его облегчить, сделав корпус из стеклопластика, но это тоже удорожает проект. Всю начинку Макс готов поставлять, но фанерное производство не его конек, как и стеклопластик. Также Макс готов сделать короткоживущие спутники для целеуказания с передачей в режиме реального времени и для связи с командованием. Их срок эксплуатации три года, потом надо новые запускать. Но они дешевые и запускаются кустом из двадцати-тридцати штук за раз в зависимости от типа ракетоносителя.

И наконец дрон вертолетного типа, но там затык с аккумуляторами. Моторы Макс производит уже несколько лет. А вот блоки питания – это отдельное производство и его запускать дорого и без большого заказа никто такое делать не будет. И Макс вытащил из сумки мини-дрон, собрал его и показал как он летает прямо в комнате. На сегодня у этого дрона радиус применения пять километров из-за батарей. Может нести две мины калибра 81 мм. В случае потери связи может «по памяти» вернуться обратно к точке вылета. Рабочая высота 50-300 метров. Максимальная – 500 метров. Может работать как разведчик и как бомбометатель. Основная фенька – он практически бесшумный. Только свист рассекаемого воздуха. Да вы и сами слышали. Пожалуй все, - закончил Макс.

Потрясенные генералы посмотрели друг на друга.

- И где ты раньше был? – спросил Трошев.

- Я предлагал эти проекты, но меня послали и сказали, что на мои игрушки денег нет, - развел руками Макс, - а то, что можно уничтожать противника не вступая с ним в огневой контакт не подумали.

- А у кого такие еще есть? – спросил Трошев.

- Думаю ни у кого, - подумав ответил Макс. - Элементная база слабая у амеров. Они у меня покупают быстрые чипы.

- Ты что и чипы делаешь? – удивился Трошев.

- Давно уже. Несколько лет как. Только у меня производительность небольшая. Я такую линию у голландцев купил и перенастроил. Но слабые я вообще не делаю. Их и так многие делают. – объяснил Макс, - мне для спутниковой телефонии быстрые чипы нужны были.

- Ты и спутниковый телефон можешь сделать? – округлив глаза спросил Васин.

- Могу только абонентов мало в России, нужно весь мир охватывать и спутники запускать, а это дорого. Амеры вон начали с Моторолой делать да прогорели. Но они такие цены зарядили, что не удивительно. – пожал плечами Макс.

- А не собьют их бармалеи то? – хитро улыбнулся Трошев.

- А вы Геннадий Николаевич сами попробуйте попасть в такую цель из калаша, - улыбнулся Макс. – только дробовик с полуторным зарядом и картечью и то до ста метров высоты и связанные проволокой. Потом уже только Шилка.

- Где служил? – спросил Трошев.

- Учебка после универа и потом Афган - ЗКП 40-й армии, - доложил Макс. – начальник радиостанции Молния и Экватор.

- Связист значит, – задумался Трошев, - мне вот генерал Васин сказал, что ты можешь Орлан нам переделать.

- Не знаю. Не видел его никогда, но наверное легче с нуля сделать, чем старое чинить, - сказал Макс, - только учтите, что такая штука дешевой не будет.

- Да? И во сколько ты оцениваешь свой разведчик? – сузил глаза Трошев.

- Ну по первым прикидкам от 200 до 500 тысяч долларов за штуку. По выходу в серию она упадет до 100-150 тысяч долларов и причем я дам все документацию на него, но сам производить не буду. Только комплектующие поставлять буду. – жестко ответил Макс.

- А не дорого берешь? – поднял брови генерал.

- Вы на какой машине ездите товарищ генерал? – Мерседес скорее всего – так вот он стоит почти 100 тысяч долларов. – вот и разведывайте на нем. – предложил Макс. – Вы хотите получить качественный разведчик с тремя камерами, установкой анти-РЭБ, с плавающей защищенной частотой управления, функцией автоматического возврата, визуальной передачи картинки поля боя и так далее и все за три копейки? Чудес не бывает. Дешевле всего – совсем не воевать. Расхода ноль и толку ноль.

В общем ни к чему не пришли. Васин виновато посмотрел на Макса и развел руками, - я думал он вменяемый, а оказалось сапог сапогом.

Макс манул рукой. – Вот когда они кровью умоются вспомнят о чем-то. Всегда так было. Прощайте товарищ генерал и Макс пожав руку Васину пошел к своей машине.

Макс не оставил тему, к тому же пока «Тройка башен» не сдана делать было особо нечего. Тогда Макс решил сделать пилотный проект на свои и этот комплект опробовать на поле боя. Пока только разведчики с привязкой к гаубицам и малым дронам с никеле-кадмиевыми батареями и нагрузкой в две мины. Сумму инвестиций он прикинул в два-три миллиона долларов и выписал себе авиадвигатели от основных производителей в мире. Получив движок от японцев, канадского Ротекс и Пратт энд Уитни отдал их на анализ Доку. Док все отсмотрел и сделал свой движок на основе сегодняшних технологий, но с цифровым управлением на основе чипов Макса. Получился поршневой движок с распределенным впрыском топлива, работающий на 95 бензине. Масло – полусинтетика. Планер из стеклопластика, Размах крыла под 5 метров. Скорость от 120 км\час до 300 км\час, если надо быстро убегать. Набор камер, связь с Глонасс-Джи-пи-эс. Построение электронных цифровых карт. Каналы связи - три защищенные. Детектор сотовой связи. Лазерный целеуказатель для артиллерии. Баллистический вычислитель и две мины калибра 81 мм. Время непрерывной работы – 18 часов. При замене мин на подвесные баки – более 24 часов. Опцион анти-РЭБ для глушения сотовых и спутниковых телефонов. В штате у управляющей станции четыре аппарата. Боевой радиус 120 километров, который можно увеличит через снижение времени нахождения в воздухе. Система самоликвидации встроена с термитным и тротиловым зарядом. Потом Макс купил КАМАЗ с кунгом и оборудовал управляющую станцию с двумя рабочими местами оператора.

Потом Макс озадачил Дока на разработку знакомого еще с СВО универсального планирующего модуля. Причем Макса бы устроили совсем древние ИЛ-10 или ИЛ-28 как носители. У бармалеев ПВО нет и не будет вскорости, да бомбить их всяко придется с 5-6 тысяч метров. А Орлан им цели подсветит.

Подготовившись он опять вышел на Трошева и предложил создать подразделение разведки на основе его техники и им подготовленных операторов и придать ему гаубичный дивизион из Акаций или Мста-с. И еще бы пару Смерчей. У Градов дальность слабая. Трошев потеряв кучу личного состава в штурме Грозного, получил незаслуженных кундюлей от Министра, хотя выполнял его приказ. Но теперь выхода у него не было. Надо было брать всю ситуацию под контроль и пореже докладывать в Генштаб. Они там ничего про такую войну не знают. Тут горы и абреки офонаревшие от крови и безнаказанности с оружием и поддержкой местных. Про тактические ходы ему докладывать было не с руки. И он рискнул.

Приказ был издан и особая рота разведки была сформирована через неделю. Макс пригнал свои машины тоже к этому сроку. Его колонна состояла из кунга операторов, ремкунга с ЗИПами, электростанции и машины связи. Отдельно шел их же кунг отдыха с полками для сна и маленькой кухней в углу. Все на КАМАЗах. Ротным был назначен майор Белоконев, штатный артиллерист и выходец из Грозного, знающий местность и людей.

Макс, переодетый в камуфляж, но без знаков различия сидел в кунге на месте оператора и пил кофе. Второй оператор вел птичку по маршруту. На экране отображалась местность и данные поступали на память компа.

- Оппа! Паша делай отметку о засветке тепловизора, Там кто-то костер жжет. – скомандовал Макс. Потом еще и еще. Наутро Макс завалился спать. Они прошерстили огромную территорию и засекли десять мест кучкования бармалеев. Днем еще раз там пройдем и потом дам целеуказание, - подумал Макс. Проснувшись он дал команду запускать две птички и посадил двух операторов за экраны. Проверив все координаты Макс убедился, что там реально ютятся бармалеи. Кто в землянках, кто в шалашах. И под вечер он позвал Белоконева в кунг показал ему карту.

- Гена, тут отмечены цели для ударов. Первый удар должен быть для них неожиданный и сверхточный. Сможешь попасть? - Гена сослался, что у него всего восемь Краснополей. Они точно лягут. А вот потом как получится.

Макс дал команду использовать четыре по наиболее вкусным целям , Остальные беглый огонь.

Отстрелявшись Макс сам пошел на зачистку и осмотр для документирования работы роты. Да уж. Тут все перемешано. Гаубицы – страшное оружие. Обошли весь периметр. Раненных добили. Все равно отсюда не вывезешь. Тут и дорог то нет. Оружие испортили. Забирать не стали. Деньги нашли – раздали всем своим. Кое-какие запасы будут в жилу. Сделав фото и видеофиксацию отвалили.

За два месяца их рота уничтожила десяток больших банд бармалеев.

Генерал Трошев сидел у себя в штабе и читал рапорт капитана Белоконева о проведении боевых операций против бандитов в горах Чечни. Это его подразделение самое эффективное из всех. Юсупов пускал свои птички и разыскивал этих чертей во всех щелях. Как описывал Белоконев он только стрелял. Целеуказание и выявление противника было на Юсупове. Особенно он любил их бить ночью на стоянках. Тепловизоры засекали тепло от костров и тел людей и животных. Потом следовал огненный вал и все – наутро его люди выходили, делали видео и фотофиксацию и уходили.

Объяснял он это тем, что ночью им ничего не видно, они все отдыхают и при налете начинается паника. Рассредоточиться не успевают. Днем же эффективность падает. Очень эффективно они работали против засад. Своевременно засекая просто расстреливал их из гаубиц. После того, как ему придали пару Смерчей, он что-то подшаманил с головками наведения и они стали попадать в яблочко тратя всего три-четыре ракеты, а не весь пакет. А дальность у них приличная. И Трошев захотел посмотреть на их работу сам.

Макса поставил в известность о приезде генерала Белоконев. Капитан, как принято привел всех в боевой и бравый вид. Макс приказал своим операторам тоже привести себя в порядок. Они хоть и вольнонаемные, но порядок есть порядок. Приехал генерал и Макс приказал выезжать на точку, которые штабные дали с информацией, что там скучковались бармалеи. За километров двадцать до точки Макс приказал развертываться и маскироваться.

ПУ развернули за 15 минут. Выстрелили птичками из рогаток и повели по телеметрии. Оператор работал у экрана монитора и Трошев сидел рядом и смотрел как у него на глазах в реальном времени дрон вел разведку. Переключая режимы с обычного на тепловизионный и работая зумом оператор выискивал следы пребывания группы. Макс стоя рядом давал пояснения действиям оператора.

- Вижу засветку у тепловизора, - доложил оператор.

- Спокуха Паша! Пройдись вокруг и зумом поработай. Тут они где-то, - пригляделся в монитор Макс.

- Наблюдаю остаточное тепло как от землянки, - дополнил оператор.

- Вижу, - подтвердил Макс, – ушли они и костры залили – ученые суки стали. Не иначе инструкторы - у них там британцы скорее всего. Их учат быстро соображать.

Макс развернул карту. Потом выскочил и дал команду запускать еще один дрон. Теперь уже два дрона просматривали местность.

- Паша, а ну ка двинь-ка к этому распадку, там удобно им пройти. Могут купиться, - показал Макс точку на экране.

На экране был виден сплошной ковер из леса рассекаемый речушками и ручьями. Применив тепловизор все увидели двигающиеся белые точки.

- Вот они голубчики, - потер руками Макс, - зови капитана!

- Гена, вот они бредут, - показал на экран Макс, - как встанут на привал мы их должны там и оставить. Готовь трубы. Думаю пяток им хватит.

- Может поболее? – задумавшись сказал капитан.

- Не - пятка хватит, у тебя же мои головы стоят, а у них разлет осколков будь здоров. Не фугас же. – настоял Макс.- давай готовься – я тебе подсвечу площадку лазером, а то из пушки не достанем.

Трошев своими глазами увидел, как боевики остановились на привал и тут же прошла команда ОГОНЬ. И на его глазах вся группа перестала существовать. Все было в огне и дыму.

- Капитан! – крикнул Макс, - давай взвод зачистки на выход! Паша ты смотри там по сторонам – мало ли.

Макс повернулся к генералу. – Вот, Геннадий Николаевич бандерлогов поубивали, мать их так. Сейчас зачистка пройдет и соберет все, что представляет интерес для разведки. А птички их прикроют.

- Вижу засветка! Ориентировочно заслон 3-4 бармалея. – доложил оператор.

- Молоток Паша! У тебя две мины – включай БВ и сброс.

- Баллистический вычислитель включен! К сбросу готов!

- Сброс! - скомандовал Макс.

Две мины отделились и упали точно в место заслона.

- Заслон уничтожен! – доложил оператор.

- Паша тебе как невоеннослужащему - огромное спасибо! - хохотнул Макс.

- Рад стараться товарищ старший сержант запаса! – браво ответил Паша.

Макс крикнул высунувшись из кунга – Капитан! Там еще по дороге твои увидят заслон – пусть проверят на трехсотых.

- Вот, товарищ генерал – так и воюем. – развел руками Макс.

- А досматривать обязательно? – спросил Трошев.

- Нам то фиолетово, - ответил Макс, а вот Белоконеву нужно подтверждение, что не зря боезапас расходует. У него же отчетность и по боезапасу тоже. Опять же ЖБД надо заполнять. Так что без фиксации никак.

- Ну да. Штабные – они такие, - пробормотал генерал.

Трошев ехал обратно и понимал, что это другая война. Не такая, которой их учили. Вон как Юсупов попивая кофе с сигариллой уничтожил почти пять десятков боевиков смотря на них в телевизор. И потратил всего пять ракет из пакета. А стоимость двух пакетов сопоставим со стоимостью его пункта управления. Так он уже сэкономил армии кучу денег.

А Макс повоевав и подготовив два наряда на их ПУ отбывал домой, по пути зайдя к генералу попрощаться.

- Товарищ генерал, разрешите? – спросил Макс заглядывая к Трошеву.

- Заходи Макс, чего хотел? – махнул рукой генерал.

- Так я попрощаться. Все дела Белоконеву сдал. Два экипажа подготовил. Отбываю на родину. – Доложил Макс.

- Вот оно что, - озадачился Трошев, - ну тогда счастливого пути, - и махнул ему еще раз.

Вот так значит, - подумал Макс, ни тебе спасибо, ни тебе ничего. Гуляй Вася! Фиг я что для армии еще сделаю, - решил Макс. Сами – все сами. И уехал домой. Ему даже денег не жалко было, а просто отношения нормального хотелось. Но нет – не умеет у нас армия благодарить. Ну и Бог в помощь.

Приехав Макс окунулся в окончание стройки Трех башен. Практически все было готово. Сейчас он репетировал окончательную презентацию проекта. Примерно треть уже была или продана или арендована. Презентацию проводили в самом комплексе в малом концертном зале.

Проведя презентацию и показав особенности проекта Макс отправился в свой новый офис в первой башне. Еще раз взглянув на проект он почувствовал некое опустошение. Он столько идей вложил в этот комплекс, что на пять хватит. Тут и автономное электроснабжение, и такое же тепло, система подогрева зимнего сада на верхней перемычке через конвекцию теплого воздуха, система отработки сточных вод и мусора. То есть комплекс городу платил только аренду земли и водоподачу и отведение. Все остальное комплекс делал сам. Газ был подключен только для ресторанов – кому надо. Они сами платили за это. На верхней перемычке был расположен зимний сад с раздвигающейся крышей на лето и прогулочная площадка с фонтанчиками и кафе. Во все здании был заложен вай-фай и оптоволокно. Стояли три параболы с выходом на спутник для слежения за торгами в реальном времени. Внизу были рестораны и кафе с супермаркетом, отделение почты, банки и 2 концертных зала для привлечения публики. Не было только метро, но мэрия уже строила ветку до новой станции «Кутузовский проспект». И он решил тут же продать весь проект, пока ему нет аналогов.

Сделка прошла тихо и незаметно. Пара американских инвестбанков и два пенсионных фонда выкупили проект на корню и посадила свою управляющую компанию на этот поток. Москва же приобрела знаковый комплекс, ставший потом многим примером как цель, которую все хотели превзойти. Наверное сыграла свою роль нежелание Макса прирастать к вещам. Кроме места жительства. И он вернулся к антиграву. БТР-проект умер не родившись, но дал много мыслей на эту тему. К армии он больше не вернется. Значит будем думать о гражданском применении, - решил он.

Теория и практика.

Макс решил не обращаться сразу к Доку, а пошел от своих малых знаний. Он по той жизни помнил про опыты Гребенникова, эффект Казимира и теорию Ловчикова. Факт того, что майский жук в теории летать не может известен всем. Гребенников исследовал другого жука, но с тем же эффектом. Однако практика показал, что построить такие же ячеистые системы мешает эффект Казимира, открытый еще в 1948 году. Теоретически можно было предположить, что у жука такие ячеистые системы могут давать эффект зависания и потом жук уже махая хитиновыми крыльями просто двигался вперед. Но выходит, что тогда можно такие системы выращивать, обходя эффект Казимира. Это не тот уродский антиграв на БТРе с бешенным потреблением энергии. Для расчетов таких систем ублюдочного компа не достаточно. Нужен Шеф. С ним нужно проговорить эту тему и он все-таки расчетный модуль, а не хрен собачий.

Собрав все доступные материалы и сходив в Ленинку, чтобы скопировать все, что касается открытия эффекта Казимира, Макс улетел в Геленджик.

Шеф просмотрев все заключил – Ты Макс растешь. Твой мозг начинает работать и это прекрасно. Рад, что ты уходишь от ваших обезьяньих привычек и начинаешь работать головой. Пока ты не победил свою лимбическую праособь. Но по делу могу тебе сказать, что можно рассчитать такую систему. Наши создатели долго мучились с ней, но смогли преодолеть трудности построения. Здесь есть одно правило. Ваше общество пока не готово к обладанию такой системой. Вы же все в войну превратите. Начнете опять мериться первичными и вторичными половыми признаками. Начнете опять убивать себе подобных. Вот ты сколько уже убил особей? Не мало. Понятно, что они выродки, но отбор никто не отменял. При нем всегда будут выродки и их будут уничтожать. Так устроено во вселенной. Выживает не сильнейший, а умнейший, если умеет пользоваться своей головой. Пока сам ты ничего не создал. Ты сделал по лекалам и внедрил полезные вам изделия, но не более. И еще адаптировал свои идеи. Но сам ты пока ничего не сделал. Сегодня виден первый шаг. Это радует. Ты критически отбросил тупиковую идею, которую тебе подбросили и начал искать свою. И зная, что твои тормозные центры работают я помогу тебе в расчетах, но при условии, что эти технологии будешь контролировать только ты. Они не должны расползтись по твоему миру, иначе вы все умрете. Просто поубиваете друг друга. И тебя убьют первого, чтобы получить твои знания. Ты должен стать невидимым для сильных вашего мира, потому как дружить с ними нельзя, а верить им это себя не уважать. Ваши расчетные единицы у тебя есть и много. Думай как их превратить в новые знания, а не в еще большие расчетные единицы. И еще тебе подарок. У тебя уже мозг разогнан до предела для вашего вида. У тебя метаболизм, не у как нормального человека. Ты и раньше гнул лом легко, но частично при помощи упражнений твоего предшественника Александра Засса. Теперь ты уже много выше его и тебе необходимо переходить в новое качество. Наши создатели тоже с этим столкнулись и многие погибли не в силах совладать с собственной силой. Если хочешь аналогий, то у обычного человека мозг выдает рабочую мощность с телом вместе – около 10 ватт. У тебя много больше и тебе надо сбрасывать лишнюю энергию, но не в пространство, а для своей пользы. Для начала просто попробуй приложить лишнюю для тебя энергию вовне. Например сдвинь стол или камень, зажги свечку или заставь уличную собаку помочиться. Произведи работу частью энергии и к тебе придет еще больше энергии. Нельзя зарядить уже заряженную батарею. Она должна разряжаться и делать работу – иначе зачем она.

Так по нашим представлениям – это магия, - сказал Макс.

Это не магия, но основа всего – энергия. Вы подменяете понятия раскрашивая красками обычное приложение энергии. Ты бьешь по камню кувалдой – это магия? Нет. Это приложение твоей энергии. Так и тут. В ваших книжках колдун зажигает свечу щелчком пальцев – это магия? Нет. Это приложение его энергии и преобразование ее в другой ее вид. Вспомни закон сохранение энергии. Ты просто пока в плену ваших догм. Как в реакторах, которые приносят энергию вашему виду в дальних местах. Там тепловая энергия преобразуется в электрическую. Освободи голову от догм. Думай сам. Энергия – это основа жизни. А смерть – это невозможность осваивать, потреблять и высвобождать энергию. Смерть – это энергетическая немощь. Вы уже знаете закон воспроизводства соматических клеток – по вашему - закон Хайфлика. Так вот он верен, но не верен - для особей поднимающихся выше по ступенькам бытия. Опять-таки из ваших книжек есть примеры жития магов намного дольше, чем простые смертные. Откуда это? У вас кто-то когда-то владел знаниями закона перехода в новое качество. Иначе бы об этом не писали книжки как сказки. А это не сказки – это закон природы. Как только ты выходишь из вашего вида и переходишь в другой, то и законы для тебя меняются на другие, а ты уже перешел в другой вид. Можешь проверить и посидеть под водой, как ты это делал не так давно. Ты сможешь легко преодолеть ваш барьер в 8-10 минут без вдыхания воздуха. Твой организм сам даст кислород для мозга и клеток тела. У тебя уже другой метаболизм. Ты более не сапиенс.

Макс вышел от Шефа оглушенный. Как он мог быть таким слепым? Ведь все на поверхности лежало. А он тут стройку затеял. Гордился знаковым объектом в Москве и гордость за сделанное его ослепило, как и поделки для армии. Полный мудак. Надо Нину поднимать и Сашку и еще детей надо. Надо много работать – тогда будет толк и выплеск. Сидя в кресле в саду у родителей он подумал о кошке. Давно ее не видел. И мысленно ее позвал. Тэсска появилась тут же, таща в пасти маленького котенка. Запрыгнув к нему на колени она положила котенка рядом и мяукнула. Макс понял, что он ее понял. Блин. Он ее понял. Котенок болел. Она просила о помощи. Макс аккуратно взял котенка на руки и осмотрел его. И увидел явный воспалительный процесс в тщедушном тельце. Он вспомнив об энергии положил руку на спину животному и попытался выдать порцию энергии на воспаленный орган. Так посидев пару минут в котейкой на руках он увидел, что воспаление скукоживается. И еще через пару минут ушло совсем. Котенок уснул и тут же Тэсска вскочила и зацепив его за загривок утащила куда-то к себе. Макс почувствовал волну благодарности от маленькой кошки. И послал энергетический посыл здоровья обратно.

Взяв катер отца он отправился на то место, что они нашли с Ниной. Укромное и с небольшим пляжем. Пришвартовав катер к выступу в скале, Макс одел специальную маску и нырнул в воду. Он уже давненько не плавал и было приятно ощущать струи воды обволакивающие тело. Отплыв метров на двести от берега Макс нырнул. Здесь было примерно метров двадцать до дна. Он спокойно доплыл до дна, огляделся, увидев удирающую камбалу и стайку ставрид медленно поплыл в обратную сторону собираясь проверить теорию Шефа. Часы, что он занял у отца показали, что он уже пять минут в воде. Медленно двигаясь и стараясь не тратить драгоценный кислород на 8-й минуте он почувствовал небольшую панику организма на недостаток кислорода., но пересилив себя стал двигаться дальше. Через минуты полторы паника прошла и ей на смену пришла легкая эйфория и кислородный голод перестал ощущаться. Он просто плыл и не чувствовал позывы вдохнуть воздуха или всплыть. Это было необычно. Как ихтиандр блин. И он выплыл на берег. Сверив время увидел, что он был под водой почти 15 минут без каких-то последствий. Потом он начал исследовать свои возможности и направил катер к скалам с глубиной под ними за сто метров. И там он нырнул. Внизу он почувствовал холод, но отнесся к этому как к неизбежному злу. В той темноте видел он прилично. Только маска давила на лицо. Только потом он подумал, что не кинул страховой трос на дно. Совсем про него забыл.

Возвращаясь вечером заметил, что видеть в темноте для него почти не проблема. Пробыв с семьей две недели Макс улетел в Москву.

Для того, чтобы разобраться в себе ему нужно было уединиться. И прогнать свои возможности в реальных условиях. Подумав, он попросил Дока сделать ему винтовку дальнего боя, котелок с самоподогревом. Флягу для воды с конденсатором влаги, накидку против дождя и обнаружения тепловизором. Специальную одежду и обувь, одноместную палатку и гамак. Отдельно он сделал три складных дрона вертолетного типа для разведки и с возможностью нести одну мину от миномета или четыре от подствольника. Заточенную саперную лопатку вместо топорика, охотничий нож и небольшой режик для готовки. Ложка-вилка в одном корпусе. Мешочек стирального порошка. Накидка снайпера типа Леший, маленький, но мощный цифровой бинокль, компас. Набор карт, еда и мыльно-рыльное с полотенцем и сменку белья и портянок. Потом переодевшись в простую одежду взял билеты на поезд до Беслана. Оттуда по Военно-грузинской дороге он доехал до поворота на Ингушетию в Армхи пройдя спокойно по одноименному ущелью мимо старых башен, вышел в Чечню в районе села Бамут, где раньше были расположены пусковые шахты баллистических ракет и где окопались бандерлоги. Тут были и местные и арабы-ваххабиты и курдские боевики и братья мусульмане. Всякой твари по паре.

Обнаружив первый пост он ночью спокойно подобрался к спящему часовому и просто его заколол ножом, чтобы не запачкаться кровью. Остальных спящих перебил из игольника. Прошерстив покойных забрал только деньги и документы. И испортил огнестрел согнув всем автоматам стволы назад. Холодняк выбросил в речку. Попалось две гранаты – их забрал тоже

Так он за трое суток снял все посты на подходах к селу.Спал он в кронах деревьев в гамаке – благо что лето. Следов нет. Костры он не жег, а грел лапшу в котелке с химподогревом. Чай оттуда же. Выйдя к селу запустил дрончик и в очки смотрел на обстановку. Потом сформировав темное облако вокруг него запустил с четырьмя подствольниками и сбросил на два самых богатых двора.

Начавшийся шум и гам, показал. где кучкуются боевики. На везде из села подстрелил пятерку бегунков. Трупы оттащил в подлесок.

Перед первым домом он еще сомневался, но потом просто собрался и перемахнув через забор растворился в видимом спектре и стал похож на тень. Пройдя по дому положил всех из игольника, чтобы не шуметь и найдя схрон с деньгами и золотом отложил все в сумку. После зачистки он опять перемахнул забор и скрылся в лесу, где и закопал. На полную зачистку села ему понадобилось полторы недели. Перед выходом обратно на Военно-грузинскую дорогу переоделся в обычную одежду и поймав автобус поехал во Владикавказ.

В Беслане он отправил баул с документами боевиков и письмо Трошеву. написанного левой рукой, как пишут левши. Простой почтой одновременно внушив женщине – приемщице, что он это она-женщина средних лет по виду осетинка. Пальцы стер и с письма и внутрь насыпал особой смеси. И еще он оставил по дороге на Бамут сюрприз местным. Накачав в камень энергии, настроил ее так, что при попадании солнечных лучей под определенным углом из него появлялась дымная черная фигура в куфье, как напоминание о визите.

Еще через день он сошел в Ростове и купив билет на самолет улетел в Москву.

Разбор полетов.

Трошев рвал и метал. Всех построил и приказал найти этого деятеля.

Началось с того, что помощник оперативного дежурного принял утром почту. Сам оперативный спал после ночи. Прапорщик кинул баул с почтой на пол. Как обычно разбирать он ее не будет, а в 8.00 придет новая смена и это будет ее работа. То, что было под роспись он принял и положил оперативному на стол.

Новая смена начала разбор только часов в 10 и помощник кликнув пару солдат отдал им мешок дал команду на разбор и сортировку почты. Обычно это были солдатские письма и редко письма офицерам, но в этот раз там еще был зашитый мешок адресованный генералу Трошеву. Солдаты не стали рисковать и вызвали особиста. Мешок был немаленький, но на ощупь там были бумаги.

Особист вскрыл мешок и то, что там оказалось шокировало его. Там вповалку лежали документы и удостоверения личности и еще письмо в открытом конверте и фотопленки в катушках, явно непроявленные. К вечеру все документы были разложены и пленки проявлены и отпечатаны.

Трошев взял письмо и прочитал:

«Мир тебе генерал! Тебе не давал покоя Бамут. Он зачищен от этих выродков Иблиса. Документы только те, что нашел. Их было больше. Убежало только пять. Остальные умерли во славу Всевышнего и его Пророка (Мир ему!). Не надо им тут быть.

Ночной санитар»

Дальше следовала подпись на арабском. Переводчик тут же уточнил, что подпись соответствует подписи «ночной санитар», но со своей спецификой – то есть, скорее чистильщик. Перевод на русский корявый и не совсем соответствует оригинальной подписи. Скорее чистильщик, который работает ночью. Но и это приближенно. Ночью обычно люди спят. Но и не дворник. Но сам переводчик не спец в арабском. Надо уточнить у специалистов.

Трошев тут же дал команду готовить рейд в Бамут и доложил в Генштаб о посылке. На фото были лица убитых. Никаких отрезанных голов или рек крови. Только лица мертвых. Некоторые были заколоты кинжалом, но в основном было видно, что умерли как будто во сне. Жуткий отчет убитых врагов.

Колонна спецбатальона въехала в Бамут утром через два дня. Рассредоточившись, начали проверку, а часть бойцов были посланы на проверку местности. Приданные подразделению военные юристы начали свою работу. Женщин и детей в селе не было. Осталась несколько стариков и старух, но они не могли похоронить мертвых, особенно такое количество. Запах мертвечины стоял конкретный. Батальон превратился в похоронную команду. На местном кладбище их всех и похоронили, кроме пяти тел, которые командир решил взять с собой для экспертизы. После всех работ батальон остался в селе, а два взвода с телами погибших и военными юристами уехали обратно в ППД. Прочесывая местность бойцы натыкались еще на трупы тех кто сидел в секретах и заслонах. Почти все они были убиты холодным оружием. А по Чечне полетели слухе о черном табибе, который карает тех, кто принял у себя арабов и прочих не местных и который вырезал Бамут за это.

Начальник следствия зашел по вызову к генералу Трошеву. Раскрыв папку начал доклад. По его словам почти 60% боевиков были убиты во сне. Причем умерли не проснувшись. Очень похоже на остановку сердца во сне. Экспертизу всех сделать было нереально и имелось только пять тел из которых два умерли во сне, два заколоты в сердце и один заколот в ухо кинжалом. Все удары профессиональные и точные. По словам местных, черный табиб терроризировал их неделю и каждую ночь кого-то убивал. Потом человек пять сбежали – это были местные молодые парни без какой-либо подготовки и потом пришел сам черный табиб и сказал, что придут русские и что женщины и дети пусть уходят, а стариков они не тронут. По их словам он говорил по-чеченски с акцентом и по-русски с акцентом, высокий с широкими плечами в одежде типа хамелеон. Она меняла цвет, когда он поворачивался. Лицо его было закрыто маской и одеты темные очки. На голове куфья такого же цвета, что и одежда. Говорил со старейшиной по-арабски. Старейшина утверждает, что тот хорошо знает Коран и давал отсылки к каким-то сурам, которые старик не знал. Значит образован. Еще сказал, что им не следует пускать у себе арабов-ваххабитов, что те ходят без исподнего, а сам пророк носил исподнее. И что пророк завещал жить в мире с людьми книги и этому есть собственноручная фетва пророка, которая хранится в монастыре Святой Екатерины на Синае и заверена дланью пророка. А они забыли завет пророка, а он пришел напомнить им об этом. После этого он ушел и сказал, чтобы они передали всем чеченцам его слова. А кто не поймет он опять придет и покарает тех, кто не уважает фетву самого пророка и тем чернит свою душу, продавая ее Иблису, то есть Сатане.

- То есть черный табиб это и есть наш ночной санитар, - спросил Трошев.

- Похоже, что да, - ответил начальник следствия, - но тут такая нескладуха. Он не называл себя черным табибом, а назвал себя по-арабски, типа ночным чистильщиком, но старик не настолько знает арабский, чтобы разбираться в нюансах. У арабов нет такой должности «санитар» в нашем понимании этого слова. У них есть типа работник больницы – самый младший персонал, но если у нас санитары моют полы, то у арабов нет. Там мужчины только таскают что-то, но полы моют всегда женщины. А табиб – это общее название докторов в больнице, даже мужчина как наш медбрат – это табиб. В общем полно нюансов и он их хорошо знает, значит либо араб, либо жил или учился там долгое время. Но определить кто он и откуда не получается. Даже руки были в перчатках. Следов его лежек не нашли, кострищ тоже. И еще весь огнестрел был с загнутыми стволами. Это же какую силу надо иметь.

Да и еще вот что. По дороге на Бамут на горе вечером при заходе солнца появляется фигура черного табиба. После захода солнца она пропадает. Теперь туда целое паломничество началось. Люди едут молиться. А появляется он только в солнечные закаты. Когда идет дождь или пасмурно его не видели. Вот так товарищ генерал. Говорят, что он уйдет, когда война закончится. И показал фото фигуры табиба на горе с дальнего расстояния. Просто черная фигура в куфье.

- А гору то проверяли? – спросил Трошев.

- Конечно проверяли. Там ничего нет. Камни разбросанные лежат и все. – ответил юрист. – мистика, но реальная.

- Нам только мистики не хватало, - проворчал генерал.

- Тут интересно другое, - продолжил начальник следствия. – такая фетва действительно существует и это нам сказал хаджи мечети в Кабарде, который учился в Каире в медресе и даже ездил в этот монастырь. Так что не врет табиб.

Просто местные священники не очень образованы. При Советской власти медресе тут не было, только в Казани. Вот так неучами и окормляют паству.

Надо как-то воспользоваться этим подумал генерал и вызвал к себе зама по воспитательной работе, как сейчас звали политруков.

Глава 3

Доска.

Макс сконцентрировался на работе по антиграву. Дав гарантию Шефу, что его технология останется тайной, он приступил к освоению знаний по теме. Сначала он залег в капсулу и приобрел необходимый багаж знаний по предмету. Потом соотнеся приобретённые знания имеющимся понял, что ему придется строить специальный реактор-модификатор или по нашему автоклав, для выращивания основы для летающего челнока на двух - трех человек. Основа челнока была ему внутренне понятна. Это был, условный поддон, имеющий внутреннюю ячеистую структуру, которая обеспечивала условную «плавучесть» в гравитационной среде. Как лодка плавала на поверхности воды. Шеф выдал зубодробительную программу выращивания такой структуры под контролем мощного компа. За основу брался хитин жуков с аналогичной структурой, но к хитину были добавки так называемых «выравнивающих технологий», позволяющие избегать действия эффекта Казимира. Макс поняв технологию просто предложил выращивать такие пластины, которые можно клеить их к поддону или плите, или индивидуального транспортного средства. Известного из литературы как флайер или по-русски ЛА (летательный аппарат). Флайер, почему-то вызывал у него ассоциацию с мухой.

Теперь движитель. Или двигатель, или блок движения. Он решил, что сегодня принцип отнесенной или вынесенной точки центра масс не разгадает никто. Если бы не скоропостижная смерть, то Ловчиков бы смог, наверное, разгадать эту загадку, потому, что был близок к ней. Но кроме него никто не сумел так близко к ней подобраться. Теоретически это должно выглядеть как падение с высоты вниз, только по горизонтали. Отнесенная точка масс приводила к движению как при падении и не вызывала перегрузки, как при простом наборе скорости при помощи встроенного двигателя как на ракете. Когда тело падает вниз, то при свободном падении перегрузки нет также как и у падающего парашютиста. Это то и есть хитрость ячеистой структуры. При подаче небольшого импульса энергии точка равновесия перемещалась вперед и тело начинало как бы падать вперед. Тут нужен только простой математический расчет количества поданной энергии на ячеистое тело и скорости его «падения». Тут помог Шеф. И Макс вывел такую формулу. Потом появилась простая педаль регулирующая количество поданной энергии. За прототип Макс вывел банальный скейтборд без колес. Как в фильме«Назад в будущее» где главный герой рассекал на таком едучи в школу. Эту мульку можно продавать миллионами штук и разгадать секрет будет почти невозможно, так как весь секрет как раз в технологии выращивания такого ячеистого тела с заданными свойствами. Это как раз для завода в туннелях бывших складов госрезерва. Остальное можно делать вне его, практически на любом предприятии.

В общих чертах проект выглядел в виде полужесткой доски, чтобы не было травм от столкновений со смягченной кромкой в виде бесколёсного скейтборда с ячеистой пластиной внутри с батарейкой и педалью с фиксированною петлей, чтобы стопой можно было регулировать подачу энергии на ячеистое тело. Вверх тянем стопу – быстрее, отпускаем – падает скорость или просто башмак, куда можно поставить стопу, чтобы еще и удерживать равновесие.

Создав чертежи автоклава под выращивание таких тел, Макс разместил заказ на уже знакомом Гидропрессе, который чуть ли не молился на него. Без его заказов они давно бы уже дали дуба. Макс помнил, что в его той жизни этот завод много раз переходил из рук в руки, пока его не выкупил Росатом. Рассчитав примерное количество материала, получилось шесть автоклавов в первую очередь производства под рекламную акцию и потом на вырученные средства надо будет запускать вторую и третью очередь. А пока готовить рекламную партию и проектировать прототипы. Так как удельный импульс на ЯТ (ячеистое тело) был мизерный из-за небольшой скорости доски, Макс решил использовать простые батарейки, которые китайцы штамповали миллионами. Не нужно нового производства. Купить их можно везде в мире.

Тогда Макс попросил Давыдова собрать инженерный состав на совещание по новому продукту. Подготовив презентацию Макс, в большой переговорной начал свой спич с показом идеи и примерного внешнего вида. Инженерный состав был ошеломлен. Эта летающая доска просто перевернет мир. Это просто бомба на ровном месте. Макс закончив попросил взять все материалы и на выходе подписать специальное соглашение о неразглашении, которое уже подготовил Хандамиров и его команда и которое уже ждала получить их подписи, во главе с хищно улыбающимся Зеликовичем. Если кто-то не хочет подписывать, то он немедленно увольнялся за несоблюдения предыдущего контракта, с соответствующим соглашением о конфиденциальности. Макс не собирался разбрасываться информацией. Сроки были сжатые и рекламная компания была назначена на начало Олимпиады в Атланте. Также среди них объявили конкурс на торговое название доски. Макс предложил – Русская доска или Rusboard. Остальное на их усмотрение.

Макс подойдя к Хандамирову хохотнул, – Вячеслав Зеликович! У вас такой хищный вид, что инженеры слегка струхнули. Не жалко их?

- Если я их сегодня пожалею, то завтра ты их в порошок сотрешь. – отзеркалил Хандамиров, - они же дети и не знают тебя, как я. Попади они в такой же переплет как ты тогда, то бы жидко обосрались. Кстати, тут от братвы приходил гонец – Бугрим скончался. Не сам. Его твои процедуры держали на этом свете. Убили его. Попросили не отказать проводить в последний путь. Ты вроде как у них в почете. Вытащил старика с того света.

- Да. Надо уважить покойного, - согласился Макс. – а когда и где похороны?

- Через два дня на Котляковском, - ответил Хандамиров, - в 12.00 начнут после отпевания.

Макса пронзила мысль – Котляковка – в его мире там был страшный взрыв на похоронах какого-то авторитета.

- А он оставил телефоны или еще что? Как мне с ними связаться? А то там венок надо или еще что – я же не курсе их правил, - осторожно спросил Макс.

- Да я записал, - ответил юрист, - позже занесу тебе.

- Отдай секретарю – я отъеду ненадолго, - согласился Макс.

Макс потом связался и предупредил, что возможен теракт на похоронах и посоветовал сменить кладбище, но тихо, а место перепродать или сдать ментам – это не его решение – пусть сами решают, что делать.

На похороны Макс приехал на Троекуровское кладбище. Венок от него был скромным, но не дешевым, с надписью от Иглы с пожеланием царствия небесного. Бугрим был не убивцем, а шнифером, причем давно отошедшим от дел, но в авторитете. Макс перекрестился и кинул горсть земли на гроб покойного. На поминки не поехал. Не их он. Сам по себе.

К Максу подошел седой мужчина с изрезанным морщинами лицом.

- Ты Игла не наш, но тебя покойник уважал за то, что слово держишь, - начал он, - и не лег под прокурорских на киче. А тех двоих в Арагви кто-то из наших успокоил, - плохие люди были. Никто их не любил, но рук марать не хотели. Видать отдавили кому-то мозоль, что на мокрое пошли.

- И еще тебе наша благодарность, - продолжил он, - там на Котляковке, по твоей наводке мину противотанковую нашли с часовым механизмом. Видать с войны притащили. Ментам кто-то слил, вот мы и поменяли погост. Не то бы многие из братвы бы полегли на месте. Ну прощевай Игла. Если наши нарисуются скажи, что после Бугрима ты у Вани Седого в почете. И ушел не оборачиваясь.

Для доски выбрали английский вариант «sliding board» или «s-board». По-русски пока не решили и отложили на потом. Скорость ограничили 40 км\час – иначе поубиваются на фиг и поставили ручную регулировку ограничения скорости. Макс нанял рекламную фирму, чтобы они сами порешали все вопросы с МОК и магазинами в Атланте. Запас досок уже был готов в разных цветовых решениях. Но без логотипа МОК и всяких колец. Этим чинушам от спорта он платить не хотел. Особенно памятуя о том как они наших стали прессовать, лишая флага и гимна.

По поводу Атланты Макс поехал в Федерацию плавания России. Возглавлял ее Геннадий Алешин. Макс его лично не знал, но подумал, что уж его то должны помнить. Тем более три его рекорда да сих пор стоят. Но его не приняли и Алешин его просто стал избегать. Не поняв в чем дело, он пошел в олимпийский комитет и записался к Смирнову на прием.

Тот не возражал включить его в состав делегации, тем более, что Макс за все платил сам. И за билет и за отель. Прерогатива только в том, что на соревнования у него был свободный вход и пропуск-вездеход. Большего он и не просил. Ему бы только там выступить на презентации и все. Остальное сделают рекламщики и его команда.

Большая часть его команды поехала туристами на Игры. Их задача была засветить доски в толпе, выбрав самые разные варианты досок и тут же продавать их с рук, забирая другие со склада. Народный трейдинг или прямые продажи. Уже это должно себя окупить сторицей. Другие поехали с контрактами на продажу с ритейлом в Атланте под который был снят склад и завезены доски заранее. Тем временем фабрика по выделке досок работала 24 на 7. Причем ручная там была только раскраска и упаковка. Остальное делали роботы. А они не устают и не просят повышение зарплаты. Не уходят в декрет и не болеют. Если сломались, то тут же техники ставили нового, увозя бедолагу на ремонт.

Вылетев с командой Макс присоседился к пловцам, которые его, конечно помнили или просто видели. Он вообще был для них легендой. Побив 4 рекорда мира ушел из спорта на взлете. Поболтав с ребятами и пообнимав девчат Макс уснул так как лететь еще почти шесть часов.

По прилету все прошли таможню и пассконтроль и загрузились в автобус. В Олимпийской деревне Макс почувствовал настрой на олимпиаде, но только как подспудное чувство. Все-таки ему не 20 лет. Поселили его с главным тренером сборной Смирновым Владимиром Евгеньевичем. Крепкий мужик и прекрасный тренер. Григорич его хвалил – он из его поколения.

Смирнов посмотрел на него и сказал устало, - Ты Макс совсем не изменился. Даже удивительно. И заматерел не в меру. Небось свои рекорды побьешь?

- Не Евгенич, даже не проси. Не буду я ничего и никого бить. – улыбнулся Макс. Я тут так посмотреть на молодежь и свои дела имеются. Но если надо помогу чем могу. – ты говори не стесняйся. А то Алешин все бегал от меня как от прокаженного. А я всего-то просил меня за свой счет в делегацию включить.

И потом – уже не мальчик. 10 лет прошло как ушел. Второй раз в ту же реку не войду. Могу, но не хочу. И вообще пойдем пожрем, а то эта самолетная еда - не еда, а говно. Мы с Григоричем постоянно местной кухней не брезговали. Тут не Европа, конечно, но думаю что-то приличное можно найти. Я не Макдональдс имею ввиду. – ухмыльнулся Макс.

- Убили Юру в Грозном, - нахмурился Смирнов. – он вернулся сестру забрать и там их и убили. Суки.

У Макса все захолодило. Как так? Я же его предупреждал и он мне обещал. Блять, Григорич! Как же так-то?! Ну зачем ты вернулся? Дурак старый. И у Макса потекли слезы сами собой. И он их не вытирал. Они просто текли по щекам и у него копилась темная энергия, но она вытекала со слезами вместе.

Макс встал.

- Евгенич, пойдем помянем моего второго папу. Я его не спас. Ну суки они у меня умоются говном с кровью. Не прощу. – и Макс потянул Смирнова на выход.

Утром Макс проснулся и привел себя в порядок. Смирнов еще спал после вчерашнего. Макс не стал его будить и принес в номер минералку для утоления организма электролитами. После бухалово самое оно.

Макс выдернул начальника команды из постели и потащил его в кафетерий внизу. Заставил его дозаявить его в эстафеты, но на индивидуальные было уже невозможно. Ну хоть так. – подумал Макс. Я, блять вам устрою чеченскую войну. Вы у меня все доски по штуке баксов купите и еще отвалите потом. И пошел в бассейн разминаться.

Первый день он просто восстанавливал чувство воды. Продышался. Потом ушел в медитацию. Сняв иглы и проделав дыхательную гимнастику он ушел на растяжку. Вечером он изложил свой план Смирнову.

- Евгенич. Слухай сюды. Мы будем топить амеров как умеем. – начал Макс. – нам надо у них забрать две эстафеты. Вижу Сельков у тебя не тянет – я его подтяну. О бабах сам думай там нет шансов ни у кого. Если у тебя брассист заболеет, то ставь меня и еще 200 комплекс. Там венгр сильный, но я его сделаю в одну калитку, можешь не сомневаться. Кроль – Попов, батт – Панкратов, спина – Сельков, брасс – я. Мы заберем золото сто пудов. Теперь спина индивидуальная – я подтяну Селькова. 200 брасс – там у тебя Корнеев – я его подстегну – должен вытянуть золото. И еще готовься к мировым рекордам у меня и у Попова. Сашка может и по 47 проплыть сотню. Он просто не думает об этом - и я дам ему про это забыть. Все работаем Евгенич. За Григорича надо напрячься – изо всех сил! Поставим ему памятник и нам воздастся. Только скажи ребятам, что с ними работаю я на период Олимпиады.

И пусть не ссут – все уедут с медалями.

И началась гонка. Макс собрал ребят и объяснил диспозицию. Все согласились рискнуть. Макс предупредил, что это будет на пределе их возможностей, но он им потом распишет восстановление на год вперед. И привел пример с заряженной батарейкой. Её надо постоянно разряжать – иначе незачем хранить в себе столько энергии. Он выверил режим, договорился о питании, каждый день сам с ними занимался. Дал отдохнуть и потом стал их заряжать энергией. Пока своей.

Макс не дал никому шанса увильнуть в сторону. Все работали как заведенные. И вот Попов, которому Макс наколол максимум взрывной силы взял 50 метров кролем – 21.17 мировой рекорд!

Потом Панкратов взял золото на 100 баттом. – рекорд Макса остался стоять.

Сельков спина 100 метров - 53.91 – золото рекорд.

Корнеев брасс 200 метров - 2.11.78 – рекорд и золото.

Панкратов батт 200 метров – 1.54.91 – рекорд и золото.

Попов 100 метров кроль – 47.11 – мировой рекорд и золото.

Юсупов 200 метров комплекс – 1.55.47 – мировой рекорд и золото.

Юсупов 100 метров брасс 57.88 – мировой рекорд и золото.

Эстафета 4 по 100 вольным стилем – Россия – 3.12.88 – мировой рекорд и золото

Эстафета 4 по 100 комплекс – Россия – 3.31.21 – мировой рекорд и золото.

Всё. Дело сделано. Публика ревет. Амеры в а..уе. Пресса пищит. Все в шоке. Как так амеры продули две эстафеты, которые они никогда не проигрывали. Никому.

Итого Россия взяла 10 золотых отобрав первенство у амеров. Публика неиствовала. Газеты захлебывались в истерике. Болельщики кричали осанну русским! А Америка погрузилась в траур.

На закрытии плавательной программы Макс договорился снять все разделение дорожек в бассейне, с обещанием нового шоу. Когда награждение закончилось, он вышел с микрофоном к публике и объявил приветственное шоу от русской команды в связи с её победой. И попросил поддержать, если им понравится.

Макс давно тренировался работать с доской. Даже нанял хореографа и создал композицию на манер позднего фигурного катания. С прыжками и вращениями.

Макс достал доску, но не стандартную, а его личную, с которой он и тренировался. Включив питание он бросил её на воду. Одев на себя блестящий комбинезон и убедившись, что прожекторы направлены на него, Макс поднял руки и тут полилась музыка. Грозные ноты органа и скрипки соединились вместе рождая знакомую мелодия Прокофьева. Но в новом прочтении. Сходу запрыгнув на доску он пронесся вдоль бортиков бассейна слегка касаясь воды и оставляя едва заметные разводы на ее поверхности. Его па были уверены и воздушны, вращательные движения переходили в спокойное скольжение и потом взрывались прыжками и неожиданными поворотами с последующим противоходным вращением и движениями назад с полувращением с выходом на ровный ход. Потом зазвучал Шопен и движения ушли в романтическую сферу и приобрели мягкие черты весеннего утра и пробуждающейся природы. И под конец грянул вальс цветов Чайковского. Танцор на доске достаточно уверенно провел все экзерсисы и вышел на финал, в котором закрутил доской воронку воды и скрылся под поверхностью вместе с доской. (Вариант исполнения Прокофьева в допматериалах)

Зал затих. Поверхность воды успокоилась. Потом всплыла доска и из под воды выпрыгнуло мощное тело пловца и его ноги встали на доску. Которая и не думала уплывать от него. Он поклонился публике и направил доску к бортику бассейна. Там он еще раз поклонился и взяв микрофон поблагодарил публику за внимание. И тут раздался шквал оваций! Дворец спорта орал и топал ногами. Он был в экстазе. Никто еще такого не видел и все хотели еще шоу! И Макс войдя в раж, исполнил пару сальто на доске и что то типа боевого разворота. Он сошел с доски и объявил, что все желающее приобрести девайс сегодня прямо у выхода из дворца и во всех магазинах города.

А утром Макс проснулся знаменитым на весь мир. И его доски расхватывали как горячие пирожки после голода.

Лихорадка.

Атланта сошла с ума. Так можно описать состояние в городе. Полгорода рассекала на досках. А еще полгорода им завидовала. Никакая рекламная компания не могла дать таких результатов. Все что было на складе раскупили за два дня. Никто не рассчитывал на такой. обвальный спрос. Народ тут же стал перепродавать вдвое дороже и покупали, особенно туристы и болельщики. Пришлось привезти двумя самолетами еще досок, чтобы успеть застать Олимпиаду.

Макса одолевали корреспонденты со всего мира и чтобы немного сбить ажиотаж он назначил пресс-конференцию с Давыдовым вместе, чтобы не одному отдуваться, в олимпийском пресс-центре. Давыдов отвечал на технические вопросы, как инженер проекта, а Макс на остальные.

Вопрос. – Скажите господин Юсупов почему вы решили выступить на Олимпиаде?

Ответ. – Я не планировал выступать, а просто приехал с делегацией России поддержать наших атлетов. Но у нас заболел брассист и меня дозаявили с разрешения МОК. Так, что это чистая случайность.

В. – Но ваши результаты говорят о том, что вы тренировались и были на пике формы. Как это можно объяснить?

О. – Я всегда тренируюсь и не бросаю спорт, но он для меня – хобби. При моей загруженности надо держать себя в форме. Иначе можно быстро сгореть.

В. – А вы помогали вашим атлетам достигнуть таких удивительных результатов? Если да, то каким образом?

О. – Конечно помогал. Я, как вы знаете дипломированный иглотерапевт и знаю некоторые секреты как спортсмену снять усталость или быстрее восстановиться используя резервы организма и побудить его работать эффективнее. Так что никаких чудес. Вам любой практикующий иглотерапевт скажет тоже самое.

В. – А вот конкретно Александру Попову вы как помогли?

О. – Саша очень талантливый атлет. У него прекрасный тренер. Но у каждого атлета есть внутренняя неуверенность или страх не показать тот результат, которого от него ждут и к которому он готов. Как у прыгунов высоту – они не прыгали на 2.45 на соревнованиях, а только на тренировках. Вот их и тормозит эта неуверенность, хотя физически они готовы к такой высоте. Саше я постарался помочь в том, чтобы он проплыл именно в свою реальную силу. То есть снял ему «синдром высоты» и как видите это сработало и он показал выдающийся результат. А в эстафете и его преодолел выплыв из 47 секунд. Давайте поздравим его с этим!

В. – Но Денису Панкратову вы не смогли помочь. Почему у него не получилось?

О. – Если бы правила остались те же, что были, когда я ставил рекорд, то он бы его побил. Но правила ограничили пребывание пловца под водой. Но уверен он и это преодолеет. Талант есть талант. Его не спрячешь.

В. – Вы как-то говорили, что придет время гидрокостюмов и мы уже видели, что некоторые атлеты выступали в них. К чему это может привести?

О. – Я уже давно об этом говорю. Думаю, что федерации плавания надо обратить на это внимание. Во первых - в бедных странах таких костюмов нет и не будет очень долго. Во вторых – в них сильно меняется техника плавания. Ну и в третьих – думаю надо как-то ограничить их применение на соревнованиях. Потому, что в них выше плавучесть и меньше сопротивление воды и следовательно, не все атлеты будут в равных условиях. А это не правильно. Мне фирмы производители давали такие гидрокостюмы на тестирование – так что я знаю о чем говорю.

В. – Господин Юсупов! Вы уже в критическом возрасте для атлетов в большом спорте. Не планируете на следующей олимпиаде еще раз себя попробовать?

О. – Нет. И в этот раз то случайно вышло. А уж через 4 года мне будет под 40. Зачем насиловать организм? Пусть молодые этим занимаются.

В. – Скажите кто изобретатель вашей летающей доски? А то мы так и не поняли пояснения господина Давыдова. Раскройте секрет.

О. – Это не летающая доска, а скользящая. Она так и называется. На ней нельзя взмыть к небесам и там полетать. На это нужно много энергии. Конкретного изобретателя нет, так как над этим работал целый коллектив инженеров-конструкторов. Вообще то, наш коллектив работал в другом направлении. Мы искали способы освоить искусственную гравитацию. Нам частично это удалось, но большая гравитация берет больше энергии, а ее в космосе и так мало. Но в процессе экспериментов мы натолкнулись на такой эффект и попробовали его обуздать. Но нам удалось это только на малых изделиях.

В. – Но это же может дать колоссальный эффект при применении на другой транспортной технике, например для районов болот или крайнего севера. Транспорт без колес. Мечта многих на этой планете.

О. – К сожалению это не так просто. Мы проводили расчеты и например, чтобы построить транспорт на таком принципе нужно очень много энергии в очень компактном виде. Примерно полмегаватта на тонну конструкции и реактор весом в полтонны. Пока такое не получается. Есть законы физики и мы их обойти не можем. Но мы работаем над этим.

В. – А как же ваши реакторы для удаленных мест? Неужели их нельзя использовать?

О. – Могли бы уже давно бы использовали. Наши реакторы пока используются в дальних местах, где нет сетевого электроснабжения, на малых и больших судах и один реактор в космосе – но он вообще специальный. Делать их меньше можно, но там сразу падает КПД и они становятся нерентабельны. Пока физику процесса уменьшения мы точно не знаем и изучаем ее.

В. – Скажите, а какой у ваших компаний сегодня оборот. Мы не смогли найти такие данные.

О. – Мы закрытое акционерное общество и по закону мы не обязаны публиковать такие сведения. Их точно знают наши налоговые органы (смех в зале), но им также по закону запрещено раскрывать такие данные.

В. – У нас есть информация, что вы продали свой проект «Три Башни» в Москве. Скажите кому он был продан и за сколько.

О. – Проект «Три башни» не мой, а наш. Я в нем принимал участие. Не более того. Проект действительно продан пайщиками проекта. Но кому и за сколько информация конфиденциальная и я как и все остальные участники проекта не имеют права раскрывать такую информацию.

В. – А будете ли вы еще принимать участие в таких проектах?

О. – Пока власти города Москвы подбирают площадку для застройки бизнес сегментом. Как известно площадей Москве не хватает. Но пока от них новостей нет.

В. – А какие еще у вас есть производства кроме реакторов и утилизаторов?

О. – У меня есть доля небольшого завода по производству небольших электродвигателей, которые все законтрактованы на три года вперед.

В. – Есть информация, что вы поставляете военную продукцию армии России. Что это за продукция?

О. – Мы ничего не поставляем армии России. Мы попробовали с ними работать, но они сложный клиент и там бюджетные деньги. Поэтому было принято решение с ними не работать. Мы им и флоту поставляем наши реакторы. Это да. Но как обычному клиенту, не выделяя их в особую статью.

В. – Скажите господин Юсупов, компьютерные чипы Р-Тех производите вы?

О. – Мы принимаем в этом участие. Но у нас миноритарный пакет. Мы ими торгуем – это да и на их основе производим персональные компьютеры.

В. – А кто основной акционер и где они производятся?

О. – Вам на карте показать? (смех в зале) Это закрытая информация. Как и технология их производства. Вон попробуйте у Интела спросить – может они вам ответят (смех). Технология вообще не наша. Мы были заказчикам изделия для своих разработок.

В. – Вы собираетесь патентовать вашу доску и будете ли продавать патент или лицензии на их производство.

О. – Мы пока не думали об этом. Изделие только вышло на рынок. Пока рано об этом говорить. А патент есть – просто он зонтичный.

В. – Скажите почему вы крестили вашего сына в Ницце?

О. – Потому, что крестная попросила об этом. Она не смогла бы приехать в Россию и мы пошли ей навстречу, тем более, что она наша дальняя родственница.

В. – Говорят, что вы воевали в Афганистане – так ли это?

О. – Вопрос к Генштабу Вооруженных сил России. Уверен, что они вам все расскажут (смех в зале).

В. – Вы создали операционную систему на ваши компьютеры. Почему вы её не продаете?

О. – Кто вам сказал такую ересь? Вы тоже можете ее купить. Мы её продаем по запросу. Она дороже американской, но надежней. Американскую мы тестировали и она нам не понравилась – она не обладает криптоустойчивостью и ее обрушают вирусные атаки.

В. – Есть информация, что вы можете очень долго находиться без воздуха и проплыть под водой двести метров. Это так?

О. – Долго это сколько? Я не мерил никогда сколько могу проплыть под водой, но думаю двести метров проплыву. А, кстати давайте попробуем поставить эксперимент. И ставки сделаем (смех в зале). Только за малую сумму я работать не буду.

В. – Господин Юсупов, а вы разве не мусульманин? Как же вы могли крестить сына?

О. – А вы кто простите и откуда? Ах из Иордании. Ну да, ну да. Вам знаком должно быть монастырь Святой Екатерины, что на Синае? Ну вот видите, как хорошо. А теперь расскажите нам что за собственноручно написанная фетва Пророка (Мир ему!) там хранится с печатью его длани? Не знаете? Вы плохо учились уважаемый. В этой фетве написанной самим Пророком (Мир ему!), что люди книги должны вместе жить и помогать исповедующим веру в Христа.

Таким образом не отделяя веру во всевышнего и его пророка Исы и матери его Мариам. Съездите туда и припадите к мудрости Пророка. И да снизойдет на вас милость Всевышнего. (Макс произнес это по-арабски и потом перевел для остальных на английский).

После пресс-конференции Макс решил улететь обратно в Москву. Тут ему уже нечего делать. В самолете он просмотрел прессу с фото Попова и его. Потом всей команды эстафеты и заголовком, что Америку унизила и растоптала четверка русских гениев плавания во главе с самим монстром плавания – Юсуповым. Приятно, когда тебя не любят амеры.

Также обсуждался вопрос с доской Юсупова. Так и написали – Yusupoff board. Вот тебе и конкурс. Народ сам все расставил на свои места. Любимая тема амеров это кто и сколько заработал. Это пережевывали все газеты. Как так – какие-то вшивые русские придумали такую феньку, которую покупает весь мир. Макс подумал, что есть слабая аналогия с кубиком Рубика. Но там была игрушка, а тут почти что новое направление транспорта и развлечений. Скоро все отели мира купят себе такие доки для сдачи из в аренду клиентам. Все школьники точно ее захотят и уже хотят – это стало модным и о ужас - это делают не они, а русские и деньги получают тоже не они, а русские. Это же несправедливо.

Узнаю брата Колю, – подумал Макс. Как про деньги, так они тут должны быть первыми. Надо подстраховаться и дать Китаю попроизводить часть досок что ли. Амеры сейчас напрягут свою агентуру и купят жменьку политиканов у нас и те пойдут рвать его производство в России. Рейдеры-шмейдеры и другие. Но у меня там нет миноритариев. Все принадлежит моей семье. Значит пойдут проверки и инспекции. И нужна будет политическая поддержка, а до Путина ее хрен получить. Еще четыре года терпеть этих уродов во власти. Но и там полегче стало. Самых оголтелых почикали. Геращенко не сняли пока с ЦБ и машина ГКО хоть и запущена, но не в таких масштабах. Может даже 98 год пройдет не так бурно. Да и в Чечне закладка сработала. Не так как хотелось бы, но и Хасавьюртом пока не пахнет. Хотя с наших станется все сломать за неделю. Туда уже столько денег джентльмены вбухали, что назад не повернут. Будут дожимать. Они не умеют останавливаться. Деньги проплачены – дай результат. Ко мне вряд ли будут подкатывать. Уже, наверное и психоматрицу создали. Но у меня есть тетушка, а она точно хай поднимет, если что. А им это не надо. Им шум ни к чему. Пока они кого-то купят, пока те тут развернутся, напрягут все связи пройдет полгода как минимум. То есть ставим задачу максимально насытить рынок и дать китайцам кусок, что шильдик «Сделано в Китае» их бы смутил. А под это дело максимально снабдить себя складскими запасами. И еще сделать линейку ограниченной серии с ограничением под 80 км\час для гонок на воде. Точно - вот эти серии и отдам китайцам, чтобы еще и с подсветкой сделали – они любят такое. Поставят подсветку внизу и по краям доски и нате вам – вечерний кайф. Красиво же. Отмажусь тем, то мощностей не хватает. И еще они начнут копировать и шиш у них получится. – Макс понял тактику и откинувшись в кресле спокойно уснул. Лететь еще долго.

Семья.

Макс вернулся в Геленджик. В столице сейчас пусто и пыльно. После такого напряжения ему точно нужно отдохнуть. Ведь эта гонка так просто не проходит. Залег к Шефу в капсулу, но на его удивление тот вынес нормальный вердикт. Все у него нормально. За Санькой он тоже смотрит и там тоже все в норме. Нина опять беременна и ее состояние шеф оценил на пятерку. Наступал бархатный сезон. Вовсю уже лез виноград, инжир, остатки абрикоса и черешни. Тутовник уже собрали и сделали тутовую водку для себя. Персик полез и овощи. Молодой чеснок и картошка – чудо как хороши.

Вместе приготовили долму, плов и гаспачо. Макс, помимо нашей окрошки пристрастил всех к гаспачо. Макс сгонял на базар и привез свежайший сулугуни и местный соленый овечий сыр, похожий на адыгейский, розовые помидоры и огурцы, весеннюю черемшу в томатном соусе и тёрн в сахаре. Ещё он соорудил во дворе тандыр по памяти и первым делом запёк в нём рыбу с аджикой, как они когда-то делали в Йемене. Пальчики оближешь! Рыба ушла на ура. Потом там отец пек лепешки и баранину с овощами. И тут звонок и новость – прилетает тетушка Ксения с дочкой. К тому времени Макс закрыл свою практику в Геленджике и из своего кабинета сделал еще одну квартиру. Времени на практику не было совсем.

Макс с маман поехали их встречать в аэропорт. Жигули к тому моменту давно сменили на 190-й Мерседес с автоматом, такого же белого цвета. Маман от него была в восторге. Её машину знали все гаишники и просто отдавали честь. Ксения была в шоке как тут маман встречали. Маман по дороге увидела старика в каракулевой папахе, шедшего с девочкой за руку. Остановилась. И выйдя из машины стала с ним говорить. Из салона не было слышно, о чем они говорят. Потом старик поклонился маман и повел девочку дальше.

- Что случилось у этого старика? – спросила тетушка.

- Родители девочки разбились на машине. Молодые и глупые были. И вот дед остался с внучкой один. Работать не может, так как нет детского садика. А садики все расписаны. Вот и помогаю. Устрою внучку в садик и он сможет работать, чтобы прокормить внучку. – Ответила маман. Я же депутат. Ко мне все идут – за советом или с горем. – надо помогать - ведь люди мне верят. А к кому им еще идти?

Для Ксении это был шок. Она просто не представляла себе работу депутата. А маман выбрал народ и ей верил. И она разбивалась в лепешку, но старалась добиться того, что нужно было людям.

- Людмила Сергеевна, а полиция вот так запросто вам честь отдает? – осторожно спросила тетушка.

- Ксюша зови меня Лейла. Мой отец не Сергей, а Серази и он был перс. Но для всех я - как ты и назвала, но в семье я Лейла, а отчеств у нас нет. Мы еще от советской власти не отошли, а тут уже новые нарисовались. Все своровать хотят. Просто при Советах выжить с именем Лейла Серазиевна было бы трудновато, - расхохоталась маман, а полиция – милиция знает, что я во власти. Поэтому отдают честь. Закон природы.

Тетушка Ксения была в восторге от дома. Макс постарался по мебели и нашел гарнитур из его любимой карельской березы. И вообще тут вся мебель была от краснодеревщиков. И буфет, и стол со стульями, и горка с хрусталем и фарфором. Увидев кошку она пораженно остановилась. Кошка недоверчиво посмотрела на нее и скрылась в кустах терновника.

- Ксюша, не обращай внимания, Тэсса только к Нине и Максу идет на руки. Остальных просто терпит, - рассмеялась маман.

На отдыхе отец прокатил графиню с Татьяной вдоль побережья на катере. Зашли в Абрау-Дюрсо на дегустацию вин. Макс понырял и притащил огромную сетку мидий и пяток камбал. Купили у рыбаков барабульки на жареху.

- Когда Макс приезжает всегда нас кормит мидиями в томатном соусе. Так то тут народ их не ест – не привык, а Макс всегда наловит и жарит их на чугунной сковородке. Объедение. Особенно с белым вином.

Макс занимался с Сашкой и часто возил его на тот самый пляж. Учил плавать и задерживать дыхание, правильно дышать и давал легкие физические нагрузки.

Ездили всегда с Ниной и она тоже пристрастилась к упражнениям, особенно после общения с Шефом. И особенно к плаванию.

С Шефом Макс все высчитывал параметры челнока и его насыщение. Решили с Шефом сделать его по виду, похожим на яхту с убирающейся мачтой. Поставив водометы, а не винты. Встал вопрос с маскировкой. Летать на нем можно только под прикрытием ночи. Днем же он выл виден всем вокруг. Шеф выдал чертежи генератора преломления света в видимой части спектра и небольшого генератора холодной плазмы, чтобы укрыть челнок от излучения радаров и просто отпечатали это на принтере, чтобы не мутить производство. Продавать кому-то такие аппараты Макс не собирался. Сам корпус челнока Макс заказал на верфи из красного дерева со специальной пропиткой от влаги. Потом после установки реактора все внутренние стенки и днище выстилали ячеистыми панелями и прикрыли их обивкой. Так как электричества на борту море поставили убирающиеся радары, эхолот, два компаса, систему спутниковой навигации и две радиостанции (одна в резерве). Ну и шкиперское хозяйство, в чем сильно помог отец. Он также твердо настоял, чтобы на борту было аварийное оборудование в виде механического лага, канатов, багров и так далее, что положено по регистру. Отец поехал регистрировать яхту в Новороссийск. Потом оттуда приехал инспектор и просмотрев все и сверив с регистром поставил свою подпись. Взяв на борт Дока отправились на испытания. Пока только Макс с отцом.

Отец Макса одев настоящую капитанскую фуражку встал к штурвалу. Сам штурвал носил скорее декоративную функцию, но им реально можно было управлять яхтой на воде. Так то он был не нужен, но декор важен, так как яхта была построена для испытаний и как прикрытие. Выйдя из бухты Геленджика они направились в сторону Одессы на водометах. Проходя створы Макс получал практику навигации, полученной базы знаний.

Пройдя Крым на траверсе Николаева вдруг появился катер береговой охраны Украины и по радио приказал остановиться для досмотра. Отец покачал головой и предупредил Макса, что это какая-то странная охрана. Говорят на суржике, а не на английском или русском. Номер свой не дали, себя никак не обозначили. Остановившись и пришвартовавшись посмотрели документы и сказали, что вынуждены сопроводить их в порт Николаев для выяснения. Макс резонно сказал, что на борту ничего нет, кроме запаса пищи. Требование регистра соблюдены. Так что они никуда не пойдут. А они могут идти лесом. Или морем по выбору. Тут командир катера вскипел и достал пистолет. Макс мгновенно расстрелял из игольника всю команду катера. Пройдя на борт он увидел выключенный транспондер.

Макс проверил катер и забрав все деньги. Вещи не тронул и перетащив трупы на борт катера завел движок и направил его в открытое море, оставив транспондер выключенным. Миль на двести должно топлива хватить, - подумал Макс. А там пусть ломают голову отчего померли морячки – пираты. Он еще по той жизни помнил рассказы, что такие вот пираты присваивали себе катера и малые суда прикрываясь статусом береговой охраны. Им и зарплату не платили – иди в море и там зарабатывай и не забывай отстегивать наверх за то что катер тебе дали. Искандер покачал головой, но ничего не сказал. Кремень, - подумал Макс, - ни сомнений, ни волнений. Настоящий моряк. А потом, чтобы не плодить сущностей изменили курс и пошли в Турцию.

Поймав ветер выдвинули обе телескопические мачты и развернули паруса. Получили примерно 12 узлов на попутном ветре. Под вечер свернули все и выключив транспондер взлетели, то есть выскочили из воды. Тут уже Макс правил и выключив огни он перешел на ночное зрение оставив отцу смотреть на экран ноктовизора. Поднявшись на пять тысяч метров, стало заметно холоднее. Понемногу добавили скорость и дойдя до пятисот км\час встали на ровный ход. Полчаса такого хода и Макс снизился и плюхнулся обратно в воду. Трое суток они мотались по черноморской луже и вернулись в Геленджик. Затея себя оправдала и можно строить нормальный челнок, а яхту отдам отцу, - подумал Макс. Может курортников катать, а то ему без моря скучно. А так целый капитан и заодно будет знать, что деньги зарабатывает сам. А для мужчины это важно. И на ней можно по средиземке походить. Перелететь через Босфор и вперед.

Отец действительно взялся катать курортников и назвав яхту «Осьминог» проводил экскурсии вдоль берегов района с остановкой на обед и купание в море. Это стало фишкой в Геленджике.

Тетушка с маман сходили в старый храм, где она помолилась, поговорила с настоятелем и внесла деньги на восстановление храма. Пожилой батюшка долго с ней разговаривал о чем то, а потом благословил и отпустил. Тетушка Ксения вышла с просветленным лицом, улыбнулась и обняла маман.

- Как хорошо, что мы приехали, а то все чего-то боялись, - сказала она, - мы гражданство восстановили и у нас теперь есть русские паспорта. Ты знаешь совсем другое чувство родилось, что мы опять обрели Родину. Нам есть на что опереться. Лейла, может нам переехать к вам сюда? – спросила Ксения. Вы наши единственные родственники – там никого не осталось.

- Смотри сама Ксюша, - отозвалась маман, - мы то рады будем. У меня младшая сестра в Сургуте живет – так видимся раз в два года от силы, а Макс все время в разъездах. Нина с Саней только на лето приезжают. А так ты можешь тут быть хранителем музея местного, а то на это место никто идти не хочет и оно вакантно. Ты своим авторитетом смогла бы его поднять. И потом как раз для тебя оно и создано. Невместно чем-то не таким заниматься.

Ксения загорелась и они пошли смотреть музей. Ну тетке будет чем заняться, - подумал Макс, - действительно – не горшки же ей выносить.

И Макс засобирался в Москву. Тут он все доделал.

Приземлившись его огорошили новостью, что нобелевский комитет присудил ему нобелевскую премию по физике за два открытия – искусственная гравитация и антигравитация по совокупности достижений. Так – фрак уже есть – покупать не надо, - промелькнула мысль и тут же унеслась прочь.

Глава 4

Планы.

Максу было чем заняться. В своих планах у него имелось направление противораковое, к которому он никак не мог подступиться из-за суеты вокруг других дел. И еще он решил запустить свои спутники. Деньги на это есть и нечего их в кубышке держать. Потом можно просто продавать или сдавать каналы связи для интернета, который рос как на дрожжах и ему нужна была своя спутниковая связь, которую тоже можно продавать, но сделать ее криптоустойчивой. Начав со спутников, компоновка которых уже давно готова он отдал своим конструкторам чертежи на доработку и дополнительно снабдил их оптическим каналом связи и закомпоновал в него игольник с бронебойными иглами, предвидя попытки вывести его из строя другими спутниками. По расчетам Дока, геостационар должен служить 10 лет до истечения срока действия его энергетической установки. Потом автоматически включались ионные двигатели и они буксировали спутники в космос на орбиты захоронения где и аннигилировались. Купив пять запусков Протонов он приступил к производству. Вторая тема, которая просилась к решению – это блуждающие спутники с собственной силовой установкой и четырьмя ионными движками, которые доработал Шеф. Его интересовало выведение из строя спутников, которые могли вредить его группировке. Их повесить он хотел над горячими точками планеты, как Ближний восток, Украина, Венесуэла-Колумбия-Куба, Севморпуть, Восточная Европа и Тайвань-Китай- Северная Корея. Пункт управления уже начали строить в Уральских горах. Еще шесть запусков Протонов – наши конечно часть разворуют, но все-таки часть попадет на проект Ангары, которую они мучают уже который год. И наконец еще три спутника – пилигрима, которые могли повиснуть в определенном месте и год-два давать связь с землей и другими спутниками группировки по закрытым каналам и обеспечивать интернет покрытие выбранного района и фотосъемку в режиме реального времени. На весь мир пусть Маск фигачит, с его связями в правительстве США. Ну и последние планы касались вывода своих спутников на своем челноке в автоматическом режиме и потом ремонт или перезарядка спутников и их силовой установки. Запустив эти проекты он сконцентрировался на капсуле - сканере человеческого организма, на манер Шефовского. Прототип капсулы уже был готов. Макс в нем предусмотрел сканирование организма на предмет некорректной работы органов, сравнивая ДНК-анализ на предмет некорректных мутаций при воспроизводстве новых соматических клеток, которые приводили к укорочению теломеров в структуре ДНК. Наличию раковых новообразований. Функции лечения пока не вводил, так как считал, что это слишком рано. Для себя он оставил функцию глубокого исследования полей и подполей мозга с целью выявления особей, отличающихся большими и мощными полями, которых можно учить ими пользоваться для включению в «команду гениев», которую он задумал создать.

Для начала, Макс создал специальную школу куда принимали не по деньгам родителей или уже выраженным способностям, а по результатам сканирования мозга с выявлением уникумов с потенциально развитыми полями и подполями головного мозга. Он выкупил полностью весь заброшенный архив института мозга при ЦК КПСС, который вообще не подчинялся Академии наук. При новой России его забросили и не давали финансирования. Макс все это прибрал, как и работы Ивана Николаевича Филимонова и его команды. И поразился гениальности великого ученого. И эти козлы из Нобелевского комитета не дали ему Нобеля. Да-с. А уж только то, что именно Филимонов стоял за созданием цитоархитектонического атласа головного мозга человека ставит его в ряд ученых супер калибра 20 века.

Пока не было закона об обороте земли в России, Макс выкупил бывший пионерский лагерь и сделав там ремонт направил своих эмиссаров по все Руси великой в поисках «особенных мозгов». Анализ проводился по методике Шефа, которую он использовал с ним самим. Исследовали всех учеников с 16 лет, то есть учеников 9-10 классов. Все материалы через спутник шли на анализ к серверу школы, где вычленялись отдельные молодые люди, имеющие выдающиеся данные мозговой архитектуры. Причем было не важно выражена та или иная способность у конкретного индивида или нет. Вторая стадия включала в себя опосредованную оценку возможностей мозга соединить воедино многие функции. Это было сочинение на вольную тему по выбору ученика. Дело в том, что когда человек решает ту или иную проблему он задействует не одно или два поля коры головного мозга, а многие поля и подполя. Соединяя функцию ручного письма, воображения, выражения сути, описания и много еще чего индивид включает 12-18 полей и подполей. Моторная функция написания текста рукой сочетается с задачей увязать описуемое с темой сочинения и раскрытие зависимостей внутри таковой. А задача состоит в том, чтобы иметь возможность включать человеческие признаки работы коры, убирая «обезьяньи», то есть лимбические биологические позывы. Огромное большинство людей просто не задумывается над этим. Как говорят – не заморачиваются.

Первый набор был мал – всего девять учеников. С их родителями был подписан договор и они все переехали в новую школу. Занимались с ними каждый день по шесть часов четверо преподавателей. Режим питания был оптимальный без изысков и режим физических упражнений включал в себя медитацию, динамические игры, статику, плавание и комплекс овладения мелкой и крупной моторикой. Тяжести были средними. Все прошли тестовое обследование в капсулах и на каждого была составлена соответствующая карта. В первый же семестр его кучка отличилась тем, что взяла все олимпиады, которые были в календаре. Где они участвовали. Акцент Макс не ставил. Им придется определяться потом. А пока только рекомендации.

Здесь неожиданно себя нашла Нина. Она уже все знала про методику и просто включилась в преподавание физики и математики в самой школе. Саньку она брала с собой, который как губка впитывал все новое. В народе его школу прозвали юсуповской. К нему много раз подъезжали и просили устроить в школу отпрысков на что Макс всегда отвечал вежливо. У нас свои критерии и если ваш ребенок пройдет стадию исследования, то милости просим, но в ином случае – он просто перестанет успевать за своими одноклассниками и вынужден будет уйти.

Макс и сам стал проводить лекции-семинары с показом приемов увеличения возможностей мозга для решения тех или иных задач, отчего слыл у учеников непререкаемым авторитетом. Эти молодые человеки поняли, что то, что им тут дают более нигде они не получат.

По ходу он слетал в Стокгольм и получил медальку и миллион долларов премии. Пожал руку Королю и поприсутствовав на ужине, согласно протоколу, произнес короткую речь и собрался было отбывать обратно. Но тетушка прилетев с дочкой - блистала в светской тусовке. И, похоже Татьяна кого-то себе присмотрела из молодых аристократов. Макс их семью проверит, но так-то совет да любовь! Сердцу не прикажешь.

На приеме был посол России в Швеции с супругой. Макс его познакомил с тетушкой и намекнул, что неплохо было бы для властей новой России хотя бы частично вернуть собственность законным наследникам Юсуповых. Запад это оценит. Не дело это, что дворец Юсуповых стоит не ухоженный. Нет догляду за таким объектом. А всякие там госслужащие его точно не сохранят. Не свое же – значит ничьё.

Олег Алексеевич Гриневский был кадровым мидовцем и понял Макса. Только его вес был невысок. Но мнение лауреата Нобелевской премии – первого в истории новой России, он сумеет довести до верхов. К тому же Макс довел до ушей Короля Швеции Карла ХVI Густава, что тетушка вернула гражданство России и неплохо бы спросить ее посла о, хотя бы частичной реституции собственности князей Юсуповых. И что Запад бы высоко оценил такой шаг, как возвращение русской аристократии на землю предков. Старая аристократия Европы, это точно оценит как верный шаг. Последует ли за ним еще такие же шаги неважно. Макс преследовал свои шкурные интересы. Старая земельная аристократия пока не рулит в Европе и если им дать понять, что всяким выскочкам из-за океана тут не место, то амеров можно сильно подвинуть, но эта игра на годы. Ельцина уже переизбрали американцы. Правда, тут коробок из-под ксерокса не было, но амеры давили на всех походя. Так друг Борис мог бы в знак признательности кивнуть в сторону старой аристократии. Не переломится же, если не напьется. Не надо обижать чаяния старой аристократии. И посол Гриневский это понял как позыв к действию, особенно после прямого вопроса Короля Карла Густава послу и последующий за ним внимательный взгляд, говорящий, что тут у нас в Европе мы смотрим как и что вы там решаете. Хоть Гриневский и не испытывал пиетета перед всяким мелкими монархами, но политика сегодняшнего МИДа была направлена на уступки Западу и мистер НЕТ в лице Громыко, сменился на мистера ДА, в лице Козырева. Макс почти точно рассчитал диспозицию. Гриневский точно доложит о «желаниях» старой аристократии Европы, хотя по большому счету они никто и звать их никак. Но новым властям России очень хотелось понравиться Западу. Да и денежки украденные у родной страны мегатоннами выводили в британские оффшоры. Перестраховаться-то не помешает. Что им какой-то дворец в Питере? Свои кровные украденные на счетах на острове Мэн или Британских Виргинских островах гораздо ближе. На дворец виллу на Лазурном берегу не купишь. Подумаешь дворец – примем постановление и все. Все довольны и можно выезжать в старую Европу подметая шмотки из бутиков и заказывая всякие дорогие машины. И еще, говорят, что бизнес-джеты входят в моду и на них тоже бабла нужно немеряно. Всем покажется, что потрафить не грех – не за свой же счет.

Капсула.

Наконец Макс выкатил диагностическую капсулу на суд Божий. Прогнали ее по все режимам и выставили на выставке медицинского оборудования на продажу по заказам. Комп был встроен в тело капсулы. Плоский экран, который Макс уже стал производить, показывал реальную картинку тела пациента и те аномалии, что были в нем замечены. Диагност не решал и не подсказывал методику лечения. Он просто показывал, где проблемы и в чем это выражается.

Сама процедура проходила во вновь отремонтированном диагностическом центре на Юго-Западе Москвы. Макс там поставил 12 капсул и стал принимать пациентов за плату с вручением его карты организма и какие органы и как у него работают. У него в центре не лечили, а просто сканировали тело пациента, предоставляя врачам сказать свое слово и взять его на лечение. Карты были аккуратно оформлены и скреплены в папочке. С указанием всех бед и цветной карты сканирования. Софт в капсуле был полностью защищен от вирусов, так как его нельзя было подключить в интернет. Самовольное подключение вело к несанкционированной порче материнской платы с чипом. Чип выгорал, а карта не сохранялась в памяти и мгновенно зачищалась. При этом пациент обязан был возместить стоимость сгоревшего оборудования.

Мгновенно появились врачи, которые захотели диагностировать какие-то заболевания. И за это брать деньги. Макс не возражал. Открыл курсы повышения квалификации и всем желающим давал знания, как пользоваться прибором. Покупайте и пользуйтесь. У вас есть вопросы по диагнозу – прошу на расширенное исследование на базе центра диагностики Юсупова. Если нет - у нас полно врачей с дипломами. Пусть работают на тему протоколов лечения. Капсула Юсупова не врач – она диагност.

Капсула изначально была создана, чтобы потом можно было бы подключить блок лечения, но этого никто кроме Макса не знал. Как и состав картриджей для лечения и софта по следованию протоколу. Для пущего эффекта он ввел процедуру заполнения капсулы гелевой жидкости, которая помимо видимого эффекта была очищающей процедурой для пациента. Стоило это не дешево, но пациент точно знал свои болячки и требовал лечить его именно от них.

Западники тут же подсуетились и страховые компании раскошелились на новые диагносты. Им не хотелось платить по счетам врачей-недоучек. Вот тебе карта и попробуй опровергнуть диагноз, когда он подтвержден компьютером.

Начался ажиотаж с приобретением таких капсул. Макс не возражал. Все шло согласно его стратегии захвата рынка медицинских услуг. Его капсула распознавала даже аутоиммунные заболевания. Отпадала надобность в сложных анализах – капсула это делала сама и выдавала результат. В результате стали не нужны лаборанты, считающие эритроциты на предметном стекле под микроскопом и много кто еще. И заказы посыпались лавиной. Наш Минздрав, как всегда, все прощелкал и когда все бумаги сделали оборот, все заказы уже были расписаны на два года вперед. Тогда Макса пригласили на заседание Правительства России.

Макс приехал в шелковом костюме с бабочкой, что с его могучей фигурой не очень-то и вязалось. Его хотели усадить в уголке, но он отверг это место и сел за стол. Он сложил руки на груди и посмотрел на состав министров всяких и разных. Возглавлял заседание Евгений Максимович Примаков. Тоже изменение, – отметил Макс. И чего от меня хотят? Все равно производительность поднять нельзя. Как ни быкуй.

Примаков медленно вел заседание и кружил над министрами как коршун над цыплятами. Через полчаса пришло время Макса и министр здравоохранения доложил, что фирма Юсупова отказалась поставлять заказанные диагностические камеры в срок заказанный Правительством. Все взоры длинного стола обратились на Макса.

- Максимилиан Искандерович! Разъясните пожалуйста позицию вашей компании, - обратился к нему Примаков.

- Уважаемые господа министры и вы, Евгений Максимович! Ваш коллега слегка перевернул факты. – начал Макс, - он или не обладает всей полнотой знаний или просто не соответствует своей должности. Вы все знаете, когда наша новинка была показана и потом проверена в огромном количестве клинических испытаний. Причем в этом деле наш господин министр самоустранился и Министерство нам не помогало, а наоборот – запрещало всякие испытания на территории России. О чем свидетельствуют письма-рекомендации Минздрава не помогать проверке неопробованной методике в учреждениях Минздрава. Но мы вольные птицы и попросили коллег из частных клиник и клиник в СНГ провести такие исследования. И они были проведены. Результат оказался положительный и многие страховые компании и клиники у нас в стране и за рубежом разметили заказы на нашу аппаратуру. Которая сейчас активно производится на наших заводах.

Когда же к нам обратился Минздрав нашей страны все заказы были расписаны и подписаны контракты на поставку. О чем мы и уведомили указанное ведомство. Сегодня мы можем произвести данное оборудование с поставкой через два года. На все остальные заказы и договоры подписаны и получены авансы. Производительность у нас ограничена. Так что прошу не судить строго. Мы не машина для печатания выдумок. Я не буду давать оценку работе Минздрава – это не моё дело. На то есть президиум и премьер-министр. Если ко мне ничего больше нет, то я пожалуй пойду. Я тут лишний. И я не министр. До свидания, господа! И Макс удалился с совещания.

В комнате совещаний повисла зловещая тишина. Министр здравоохранения покрылся пятнами и не мог ничего сказать. Примаков понятливо кивнул.

- Так вы у Юсупова откат попросили? – утвердительно спросил Примаков.

- Я буду ждать ваше заявление, - закончил Примаков. – продолжим совещание, но без бывшего министра здра-во-охра-нения, по слогам произнес Премьер.

Протокол.

Макс пытал Шефа по протоколу лечения рака. Шеф не кололся, отвечая общими фразами. Как такового протокола лечения не существует, потому, что видов рака у вашего вида невообразимое множество. По сути любой орган может начать выращивать раковые клетки по целому ряду причин. И каждый раз протокол лечения будет отличаться, - говорил Шеф. Макс с ним был согласен. Как таковой рак мог возникать по многим причинам. Основная причина – сбой или мутация в ДНК при ее копировании в процессе делении соматических клеток, коих согласно Хайфлику 54-56 делений. Как этого избежать Шеф не знал – не было у их создателей таких проблем, так как они все проходили процедуру коррекции ДНК сразу после рождения. Здесь такое на сегодняшней стадии развития сделать невозможно. Её сразу превратят в оружие по старой земельной традиции. Шеф вообще удивлялся как мы еще не поубивали друг друга за столько лет развития и относил это к сильной выживаемости вида. И пристрастию к биологизации поведения, когда мозги люди включают тогда, когда действительно речь идет о выживании. Когда такая необходимость уходит, то мозг опять засыпает до очередного катаклизма.

Решили, что пока я Доку предоставлю все возможные виды раковых клеток для анализа, а пока что позанимаемся чем-то другим. Потом уже на основе анализа доступных видов раковых клеток попробуем сделать выводы. Так что и диагностические капсулы могут помочь в раннем выявлении рака и болезни сосудов и сердца, что было бичом человечества.

И вообще Шеф был категорически против любых протоколов, так как причины вызывающие ту или иную аномалию развития организма или его метаболизма могут быть разные и лечить надо человека, а не болезнь. Но где найти столько специалистов на лечащие капсулы? Как их учить, когда любое знание масса врачей приводит к выработке протокола лечения и умывают руки. Так всем выгоднее и чиновникам от медицины в первую очередь, за которыми идут страховые компании и фармгиганты. В оригинальном мире Шефа были целители, которые занимались конкретными особями. Там не было страховых компаний и целителям платили люди напрямую. А те, кто не мог платить просто умирали. Так они и отобрали у себя тех, кто мог работать и зарабатывать на жизнь и детская корректировка ДНК давала бОльшую выживаемость, по сравнению с теми, кто такую процедуру не мог себе позволить. У нас такое себе трудно представить. Сразу набежит куча жалельщиков и волонтеров и будут откачивать больного до самой его смерти.

Шеф удивлялся непоследовательности людей. То они убивают друг друга всеми возможными способами, то жалеют смертельно больного ребенка и тратят неимоверные ресурсы, чтобы его спасти, хотя болезнь смертельная. В его электронных мозгах это не умещалось. Макс даже не пытался ему это объяснять – все равно не поймет. Он то понимал, что мать не сможет убить своего ребенка – даже смертельно больного. Она все будет понимать, но все равно будет ждать и надеяться на что-то и так до смерти одного их них. Это не рационально, как это объяснить бездушной машине Макс не знал. Поэтому он и не объяснял.

Пока Макс все-таки уговорил Шефа дать протоколы лечения простых с его точки зрения заболеваний и они стали составлять список таковых.

Начали с травм – это понятно и просто. Кости соединить и дать им срастись. Связки тоже понятно. Ампутации оставили хирургам. Гематомы и ссадины – еще проще. Сотрясение мозга – то что нужно. Кровотечения внешние и удаление новообразований на коже – всякие бородавки, папилломы и родинки.

Конопушки тоже вошли, хотя Макс сомневался, но Шеф безапелляционно их включил. Новообразование? – к ногтю его. Хе-хе. Улучшение внешности Шеф счел операцией и исключил как класс. Пусть платят хирургам деньги и будет им личное счастье. ДНК все равно останется неизменным. Также попали в список всякие кожные инфекции типа лишаев или дерматитов и угрей, кроме аутоиммунных. Там надо лезть на клеточный уровень и Шеф отмел это дело. Причем диагност сам будет распознавать и подсказывать, что можно, а что нельзя вылечить в капсуле.

Составили перечень внутренних болезней из самых простых и пока все. Макс сел писать программу компу, а шеф потом ее проверил и дал добро. Тогда ко всем капсулам Макс предложил клиентам докупить блоки лечения простых заболеваний и травм с указанием их перечня, что еще больше подстегнуло спрос.

Космонавты.

Пока Макс занимался капсулами приехали космонавты. Они приехали на предмет проектирования новой орбитальной станции. МИР уже на издыхании и не был рассчитан на такую интенсивную эксплуатацию. Ведь после установки ИГ срок экспедиций увеличился и врачи колдовали над новыми возможностями экипажей. Макс понимал, что это тупик и не собирался упражняться в красноречии, доказывая это оппонентам. Там уже сформировалось мнение, его доложили наверх и оттуда пришло добро на финансирование программы. Сейчас что поменять уже нельзя, но Макс все-таки постарался им показать варианты развития полетов не мотаясь по орбите годами. Там спутники справлялись не в пример лучше.

После получения им Нобеля с ним стали считаться и просто так его мнение не отбрасывали. Все-таки он единственный живой лауреат в России.

Пригласив конструкторов и инженеров в зал совещаний и развернув компьютер и проектор к экрану пояснил, что всякие мысли, что возникают у его инженеров он собирает, обсуждает и потом пытается визуализировать в виде презентаций. И включив проектор начал.

- Господа-товарищи сейчас я вам расскажу свое видение проблемы космических полетов на ближайшие лет тридцать-сорок. Мы сегодня в тупике. Нарезать витки на станции годами не имеет смысла. Мы все там знаем и человеку там делать нечего. Производить там ничего не получилось, если выведем телескоп, то это чистое любопытство за госсчет. И то он бы работал автономно. Марс не интересен. Там жить нельзя. На Венере тоже. Луна так себе объект. Конечно полазить по Луне более внимательно не помешает, но у нас ресурсы не бесконечны. Так что я вижу только одно приложение усилий из двух вариантов. Первое – Луна. Про нее я уже сказал. Второе - ближний космос. У нас есть то, чего нет у других – энергия в космосе. Мы можем уже сегодня вывести на орбиту реактор мегаваттного класса, чего вполне достаточно, чтобы на ионных двигателях полететь к Юпитеру или Сатурну. Нас только ограничивает наличие воды и еды на борту. Ну и звездная навигация нами освоена слабо. Проблему воды можно решить через регенерацию всех жидкостей в полете, проблема еды в сублимации продуктов. Второе мы умеем, а первое уже на подходе – наша установка ее решает почти полностью. Экономия будет существенная. Гравитация в две трети земной мы сможем сделать на таком реакторе. То есть наши парни не будут летать как известная субстанция по станции. Наши движки, малая версия которых стоят на моих спутниках смогут разогнать капсулу с экипажем до приличных скоростей и достичь орбиты Марса за месяц и потом орбиты Юпитера еще за полтора. Считаем три месяца туда и обратно меньше, так как можно будет скорректировать траекторию полета. Мои ребята считали это. И вот что у нас получилось. И он включил проектор. На экране показалась странная конструкция с цилиндром впереди после которого размещалась сфера и потом куб с двигателями.

Итак - первый отсек жилой и рабочий. Его мы считали по квадратным метрам, а не кубам. На человека надо по санитарным нормам хотя бы 10 квадратных метров жилой площади без туалета и кухни. Итого 20 метров отсек плюс кухня и туалет – считаем 30 метров. Вполне выполнимая задачка. Два рабочих места по пять метров - еще 10 квадратов. Все. К нему стыкуется отсек с реактором и потом отсек с движками. Полноценный КК – космический корабль для полетов по Солнечной системе. Расчет еды и воды в папках, что перед вами лежат. Там также расчеты по двигателям и реактору. Вывод на орбиту тремя пусками Ангары или Протона. Мы считали вывод отдельного отсека с водой. Тоже имеет место быть в папках.

Считаю, что тратить ресурсы на еще одну станцию нет смысла. Это тупик. Давайте не поедем в тупик. А полетаем.

Есть еще одна проблема – это космическое излучение. Поэтому надо первый полет провести не так далеко и посмотреть что это такое и с чем его едят. Например, облететь Луну несколько раз по эллипсу с Землей. Заодно отработать все стыковки и сборку в космосе. Вся конструкция остается на орбите и ждет новый экипаж.

Политика и флот.

Чего Макс не терпел – так это политику. Все эти политиканы вызывали в нем ненависть. Как только ему вручили Нобеля сразу полезли всякие «полезные» люди с предложением вступить в «говно», то есть в политику. Макс их всех отгонял тем, что у него большая загрузка и отказывался от такой чести. Просто некогда. Там у вас кто в комитете по образованию? Мельников? Так пусть и работает. Но его постоянно одолевали те, кому был нужен флаг. Помня о несчастливом вступлении Алферова в компартию Макс отказывался от политической карьеры. Он не принадлежал ни к одной из властных группировок. И не будет принадлежать. Он технократ и работает в своей сфере. Налоги платит как все. Так что всё мимо.

Потом приперлись амеры его вербовать. Макс им рассмеялся в лицо и послал подальше. Потом флешку с записью прислал генералу Васину с просьбой что-то с этими субчиками сделать, а то он за себя не отвечает. Могут ведь и не найти их потом.

Его самые близкие люди стали поистине богатыми. Хандамиров возглавил юридическую службу его концерна, а Давыдов инженерную. Он стал тоже владельцем двух десятков патентов, которые прикрывали несколько их совместных разработок. Макс практически забрал под себя ЧМЗ в Глазове и там директором все тот же Зусманович. Часть акций Гидропресса, тоже его и они все также работают в основном на его заказы. Последняя его разработка – реактор для подлодок типа Лада, которую разрабатывал КБ Рубин в Питере.

И сейчас Невский завод стал их строить для многих стран. Начали с Вьетнама и увеличили портфель заказов до 45 штук. Это Китай, Индия, Египет, Иран, Эмираты, Алжир, Бразилия, Чили, Перу, Мексика, Венесуэла, Индонезия, Южная Африка, Нигерия, Испания, Греция и Малайзия. За Кубу и Северную Корею заплатили Венесуэла и Китай. Макс активно впрягся в разработку и привнес много нового, что дало ей звание лучшей неядерной ПЛ в мире. Натовцы скрипели зубами, но купить ее не могли, так как американцы не разрешали, но и наши бы им не продали никогда. Правда Испании продали пару лодок, для базирования на Канарах, но с сильно загрубленными характеристиками. Наши тоже заказали три на Черное море, пять на Северный флот и еще шесть на Дальний Восток. Служить на них мечтали все подводники. Ни тебе дизелей, где все в мыле, все чисто и компактно. Высокая степень автоматизации. Колоссальный ресурс. Независимость от топлива, что на берегу, что в море. Практическая бесшумность и высокий внутренний комфорт, при небольшой команде. Макс туда вставил новый поисковый комплекс, компьютерную систему управления огнем и навигацию. Устаревшую систему связи на сверхдлинных частотах выкинул на фиг и поставил свою разработку, которая работала на иных принципах и была намного более надежна. Для нашего проекта Макс разработал умные торпеды, напрочь отказавшись от Шквала, который ревел как не в себя. Лодка могла выставить торпедную банку на пути все того же авианесущего ордера и исчезнуть. Торпеды висели в воде и по получении сигнала с матрицей шума авианосца и крейсеров срывались с цепи и мчались на их поражение. Сигналы о прохождения ордера давали спутники, которые следили за ходом ордера или отдельной цели. Саму морскую смесь Макс переделал и получил вещество имеющую гигантскую бризантность и мощность. На испытаниях торпеды с такой начинкой старый сухогруз просто разлетелся на куски. Передав технологию ее получения, он получил очередную госпремию. Наши лодки получили вместе со сложным восьмилопастным винтом еще и два водомета, для передвижения на малых скоростях. Глубину погружения лодка получила под 500 метров. Автономность была ограничена только запасом еды. Воду давала опреснительная установка, а дополнительный кислород получали из углекислого газа и воды путем разложения на составляющие.

Так как часть старого оборудования просто выбросили, то была возможность установить противокорабельные ракеты с вертикальным пуском. Макс сделал контейнеры на 4 ракеты и втиснул два пакета по 4 ракеты в корпус лодки позади рубки. Контейнеры могли принять ракеты типа Оникс, или гиперзвуковые типа Циркон, которые еще предстояло создать.

Короче купившись, Макс сам пошел в испытательный поход на Дальнем Востоке вдоль берегов Камчатки. Как представитель КБ.

По сценарию они должны пройти вдоль берегов Камчатки к Чукотке и там выйти к терводам США и постараться сделать так, чтобы ее не обнаружили. Не входя в терводы США произвести пуск ракеты в сторону Командорских островов по метке радиомаяка. И уйти незамеченными.

Макс предложил командиру похулиганить. Все рано напишем в отчете другое. То что надо, то и напишем. Он знал лодку и ее возможности и хотел показать их командиру.

Лодка незамеченной прошла в терводы США и всплыла у берегов Аляски. Макс переодевшись и взяв с собой представителя КБ и Командира с офицером с камерой, на надувной моторке высадились на берег Аляски. Макс вывел всех на трассу и остановив первый попавшийся трак, попросил добросить до поселка. Местный не отказал. Тут все помогут, если что-то случилось. В поселке они остановились в мотеле и вечером пошли в местный ресторан. Наевшись, Макс всех отправил спать перед тем напоив их местным пивом.

Утром Макс выпрыгнул из кровати и умывшись попросил передать записку местному шерифу, так как они уже уезжали. Они вернулись на берег, где их ждала моторная лодка. Разместившись по боевому расчету лодка ушла за терводы США и произвела пуск по означенной цели.

Утром того же дня местный шериф получил записку, написанную на хорошем английском.

«Сэр! Спасибо за гостеприимство! Мы обязательно отметим вас в нашем отчете по испытаниям нашего нового оружия. С уважением, командир подводной лодки типа Лада, капитан первого ранга Степанов.»

Когда записка была опубликована, американская пресса взвыла – как так наши бравые военные моряки прозевали заход ПЛ русских и пуск ракеты около тервод США. Но потом разразилась истерика полная. Макс передал съемку на Аляске одному корреспонденту в США и в Британии. На глазах у изумленной публики Командир русской подлодки на Аляске заказывал пиво в местном ресторане, запивая им лососёвый стейк с брокколи. И на грубом английском интересовался местной погодой на завтра, а то у них будет пуск ракеты и низкая облачность им ни к чему. Истерика прессы достигла апогея. Все обвиняли всех в попустительстве и в халатности, в пренебрежении демократическими принципами и безответственности. Кресло под Клинтоном зашаталось. Он был ответственен за все и на него спустили всех собак. Это еще Моника не всплыла. – подумал Макс. И самое главное, что счет был оплачен неидентифицированной картой Ситибанка и хозяина ресторана тут же объявили пособником русских и возбудили расследование. Пока амеры упражнялись в обвинениях лодка пришла в Вилючинск и встала к стенке. Макс подарил командиру запись и улетел в Москву. На разборе командир, ничтоже сумняшеся доложил о выполнении задания. И назвал слухи провокацией врагов. Потом весь флот мечтал так умыть амеров и даже командующий позавидовал командиру подлодки.

Когда он вручал орден спросил незаметно для всех-

- Пиво то хоть было вкусное?

- Свежее, товарищ адмирал, - ответил командир лодки.

Глава 5

Прием.

По приезду с Камчатки, Макса пригласили на прием к премьер-министру страны Примакову. Внутренне он глубоко уважал этого человека и помнил, как его выкинули на крайне помпезную, но ни на что не влияющую должность председателя Торгово-Промышленной палаты страны. Сегодня он был премьером, который полностью зависел от Президента. Но Ельцин был болен и шел на операцию. В той его жизни он ее кое-как перенес. Тут у него не было «сладкого соловья» Рыжего и его кагала. И выборы его доконали. Амеры продавили его на выборах, но убили его здоровье полностью. Тогда Толик как мог снимал нагрузку с Президента, одновременно покупая всех на деньги с авантюры с ГКО. Сегодня такого не было. Чубайс был амбициозен, но он умел делиться деньгами и властью, ради достижения цели. Сегодня там остались патологические клептоманы, которые ничего, кроме как красть не умели. Так что о чем пойдет разговор Макс предполагал, но не был уверен. Лечить Президента его точно не допустят и то, что Примаков будет подсиживать действующего тоже не верил. Этот из старой школы.

Макса привезли на дачу к Примакову в машине ФСО. Уже было прохладно, конец октября все-таки. Евгений Максимович вышел на крыльцо дачи в толстом свитере грубой вязки и мягких фланелевых брюках. Макс же одел свободную сорочку в синюю полоску и пиджак с Севилл Роу в шотландском стиле без галстука и брюки от Мальборо Классик. Он любил этот старый американский стиль простых ковбоев.

Попили чай с сушками и Примаков пригласил его в беседку, где можно было поговорить. Все всё знали и прослушку премьера никто не отменял.

В беседке горел камин на березовых дровах.

- Ты позволишь себя называть просто Макс? – спросил премьер.

- Не стесняйтесь, я по сравнению с вами просто мальчишка, - ответил Макс.

- Ну да, мальчишка получивший Нобеля за два открытия, которые раздвигают горизонты для человечества, - проворчал Примаков. Тут вот какое дело Макс, - начал он. Президент идет на операцию – шунтирование миокарда – ты должен понимать. Все-таки иглотерапевт как-никак. Он боится не проснуться. Что его зарежут на столе. Мы никак его не можем убедить, что все под контролем.

Макс внимательно посмотрел на Примакова.

- И я тут причем? - спросил он. Вы его не можете убедить, а мне он поверит что-ли? Евгений Максимович! Не надо меня держать, как говаривал Штирлиц, за болвана в старом польском преферансе. Пока что зря Нобеля не дают, хотя это и не надолго. Я умею думать и анализировать.

- Мы долго смотрели на разных людей и почему-то ты всегда выделялся среди них, - начал издалека премьер. Ты не участвовал в дикой приватизации, не принимал участие в залоговых аукционах, не связан с криминалом, но они почему-то к тебе относятся очень уважительно. Ты не отжимал ни у кого бизнес. Ставил рекорды на водной дорожке и не засветился ни в одном скандале. У тебя востребованное производство необходимых миру реакторов и утилизаторов. Чипы ты тоже производишь и компьютеры на их основе. Создал игрушечную доску с антигравитацией, которую покупает весь мир. Участвовал в проекте новой ПЛ, за которой полмира в очередь выстроилось. У тебя свои спутники, о возможностях которых мы ничего не знаем. И живешь ты в четырехкомнатной квартире. Правда там есть еще две твои квартиры для гостей. Ни особняков, ни дворцов с фонтанами. Ни самолета с яхтами. Яхта правда есть у твоего отца и он на ней зарабатывает деньги, а не прожигает жизнь. Мама твоя местный депутат и имеет безупречную репутацию. Твоя жена закончила Колмогоровскую школу и физфак МГУ. Сейчас преподает твоим птенцам из «школы гениев». А ее отец главный инженер Курской АЭС с опять-таки безупречной репутацией. – что я еще не упомянул? – закончил Примаков.

- Вы забыли про то, что я армии подарил установку разведки и уничтожения боевиков в Чечне с подготовленными расчетами и дронами разведки и подавления противника. Все за свой счет и не получил за это даже «спасибо». – продолжил Макс, - также электростанцию на орбите и систему искусственной гравитации на МИРе. Тоже почти за спасибо – госпремию вот дали – в три тысячи долларов. У меня это не смех даже вызывает, а …Макс просто махнул рукой. Мне американский журнал выдал премию, как лучшему пловцу года в такую же сумму. Вам не смешно сравнение? Мне вот нет. Ну и проект «Три башни», который стал визитной карточкой Москвы и всей России. И все это за мои тридцать пять лет жизни. Так о чем речь?

- Я не знал, что ты армии такое поставил, - смущенно произнес премьер. И про станцию не знал.

- А вы поинтересуйтесь у генерала Трошева, где сейчас моя установка, - ухмыльнулся Макс и те деньги, что Роскосмос с подельниками распилили из бюджета на электростанцию и установку искусственной гравитации. – может и найдете следы, - хохотнул Макс. – но я так и не понял, чем обязан приглашению.

Примаков был сконфужен. Его просто поводили за нос его же люди и не дали полной информации о Юсупове. Его попытались сыграть втемную, а этого он не любил. А Юсупов просто утер ему нос как премьеру, который не знает о таких вещах. Весь план разговора сломался. Примаков не был готов в такой ситуации продолжать разговор. Ему нужно было подумать еще. И он распрощался с гостем и вызвал своих референтов.

Школа.

Подставили Максимыча, - подумал Макс. То-то он так стушевался, когда я про Трошева и Роскосмос упомянул. Попытка сыграть Примакова не удалась.

Ну и пусть думает – премьер он или кто. Все они там наверху к людям относятся как к быдлу. Но и я им ничего не делаю. Сеанс неслыханной щедрости закончен навсегда. У нас же капитализм ли как?! И поехал в школу к своим птенцам.

У него было ощущение, что Президент не переживет операцию. Он и так уже всем надоел своими закидонами. Не будет тут – «я устал – я ухожу». Свои же и потопят. Они его сами уконтрапупят и потом амерам всю игру сломают. Думать их не учили. Даже своровать не могут толком, там более спрятать деньги. Он вспомнил, как Паша Лазаренко – аж целый премьер-министр Украины, был задержан властями Швейцарии после предъявления им панамского паспорта на границе. Премьер страны использовал паспорт Панамы! Когда у него в кармане был дипломатический паспорт Украины! И в багажнике 20 миллионов долларов наличными. Бред? Да, но вот такие люди делали политику в тот период. И последователи тоже недалеко ушли. Правду говорят – ни украсть, ни покараулить.

В школе он отдыхал душой. Его птенцы давали повод к оптимизму. На конец дня была его лекция-семинар на предмет проявления и управления энергией организма. Макс приготовил нехитрый реквизит и сев на подоконник стал ждать появления молодых гениев.

Стайка мальчишек прибежала в аудиторию и рассевшись посмотрели на Макса.

- Ну что, молодые чемоданы, - начал Макс. Будем посмотреть, кто их вас на что годен и чему тут научился.

- А почему чемоданы? – раздался молодой голос.

- А потому, что вы на них похожи. Такие толстые и пухлые снаружи и пустые внутри. Пока пустые. – подмигнул Макс. – Когда ваше чрево будет наполнено - вы станете хранилищем. Хранилищем знаний и умений. И сумеете наполнять следующие за вами чемоданы. Вас мало и вы все не должны терять связи друг с другом. Это ваше выживание. Поодиночке вас съедят без хлеба и сахара. Но об этом потом.

Вы уже знаете, что основа всего в мире является энергия. Ваша энергия в том числе ну и моя немного. Также самое важное - преобразование одной энергии в другую, как в реакторах. Кто мне напомнит какова мощность простой зажигалки?

- От десяти до сорока ватт, в зависимости от типа, - раздался голос.

- Ну да примерно. – продолжил Макс, - а мощность вашего тела, тоже около десяти ватт.

Макс открыл салфетку на столе, где стояла простая спиртовка и коробок спичек.

- Надо зажечь простую спиртовку своей энергией, не прибегая к помощи спичек. Для проб можете позажигать спички сами. Но их мощность заведомо выше необходимой вам для работы. - обрисовал задачу Макс. – то есть сделать примерно вот так – и он дунул на спиртовку сквозь кулак и спиртовка загорелась. Напоминаю, что выход вашей энергии никак не регламентируется. Можете дуть, щелкать пальцами или даже портить воздух. Только преобразуйте вашу внутреннюю энергию в энергию искры. Там всего-то пара ватт. На пробы даю полчаса.

Макс вышел из аудитории на улицу покурить. Вернувшись он спросил кто сумел пожечь фитиль спиртовки. Оказалось никто.

- Теперь внимательно смотрите, что надо сделать, чтобы вашу сконцентрированную энергию передать на расстояние, - привлек внимание Макс. Он обнажив правую руку по локоть поднес палец к спиртовке и тут с пальца у него проскочила искра зажигая фитиль.

Все помнят о статическом электричестве. Вы конденсатор и с вашего пальца проскакивает искра - это ваша энергия преобразуется вами в искру. Все просто. Попробуйте.

Получилось у всех.

Макс поднял руку. - На сегодня все – теперь дома пробуйте увеличивать расстояние и способы посыла искры или сгустка энергии.

- Максим Александрович, а покажите сгусток энергии еще раз, - раздался девчачий голос.

- Хорошо. Только внимательно смотрите. – И Макс вытянув руку спокойно собрал темную муть над спичечным коробком и муть поднялась вместе с ним в воздух, покачалась и неожиданно вспыхнула сгорев почти без остатка. – Энергия проникла внутрь коробка и освободившись зажгла коробок через спичку. Затрат примерно 12 ватт. – пояснил Макс. И тренируйтесь с задержкой дыхания под водой. Это здорово активирует тело и его резервы. Пока в бассейне. Летом мы будем это делать на море, а также нырять на глубину.

Урок окончен. Все свободны.

Молодежь убежала и Макс поехал домой. Сколько еще пройдет времени, чтобы научить их азам владению энергией – подумал он. Но надо терпеть.

Обстановка.

Как собственно Макс и ожидал почти все повторялось. Просто может сценарии были немного другие. Хасавюртовские соглашения были также подписаны, а значит вторая чеченская будет обязательно. Грозный также лежал в руинах. В мире почти все шло по старому варианту. Может и были какие-то отличия, но они были мелкие и не влияли на обстановку в целом. Приезжали эмиссары из Голливуда покупать его компы для спецэффектов. То есть Титаник уже будут снимать, - подумал тогда Макс. Дивиди диски уже штампуют миллионами и вот – вот настанет бум видеоигр. Его софтеры уже вовсю тестируют три игры на продажу с поддержкой через инет. У Макса строится три дата-центра - у себя, в Европе и в Мексике. Все они были обеспечены электричеством от своих станций как резерва и основным питанием от действующей сети. Заложен еще один во Вьетнаме – с Китаем он не хотел связываться, а Вьетнам к России относился неизменно лучше, да и рабочие места там еще долго будут дешевы.

Выходить из тени и приглашать западных аудиторов он не собирался. Не надо им многого знать. Весь бизнес был выстроен по правилу сетевых структур и не имел одного центра ни в какой стране. Стекались они в несколько фондов, которые не концентрировались в какой-то стране и тем более не в оффшорах. Там бриты контролировали всю информацию, а значит и британская разведка.

И вот, как и предполагал, Макс - президент дал дуба. Причем не объявляли об этом дней пять наверное, но Макс уже знал, как знал и то что наверху идет отчаянная борьба за власть. Семибанкирщина, поставившая покойного и амеры продавившая своим весом и деньгами его выигрыш были в панике. Они рассматривали Примакова как проходную фигуру, которую перед дефолтом нужно было сменить на управляемого попку, который сможет на себя принять удар дефолта и списать их долги по ГКО. Как они тогда и поступили, выведя Черномырдина из под удара. Теперь же предстояли новые выборы и там будет уже совсем другой расклад. Там Примаков будет главной фигурой, которой так просто не повертишь. И все ставки на нового – старого уже отыграли своё и более не играют. Премьером тогда сможет стать Маслюков, а на ЦБ все еще сидел Геращенко. Такая могучая троица могла горы свернуть и всех это будет устраивать кроме самих банкиров с их поддержкой США. Коммунисты будут довольны своим премьером, центристы – Примаковым, а промышленники – Геращенко с его позицией по ГКО.

Макс еще раз убедился в колоссальной инерции исторического процесса. Столь лет прошло, а его действия только-только стали обретать иную форму. В феврале прошли новые выборы и их разгромно выиграл Примаков еще а первом туре. Демократы позорно слили, так как подготовить альтернативную фигуру просто не успевали, да и не было ее у них. Коммунисты выставили обычного рабочего, который потом призвал голосовать за Примакова. Видимо всех договорённостей уже с Максимычем они достигли.

Образовалась новая реальность, которая не предполагала приход Путина в 2000 году. Но история штука очень инерционная. Так что загадывать Макс не собирался.Все равно все будет решаться не в политической плоскости, а в экономической. Потом Примаков прекрасно знал Кавказ и как там надо решать вопросы. Дудаев уже там, где в тот раз – в аду. И в Чечне предстоит глухая местная разборка всех со всеми. Русские уже уехали, а местные начнут грабить местных, так как других ресурсов у них нет. Ну и еще в Дагестан полезут, скорее всего, как и в тот раз.

Макса пригласили в Администрацию Президента на этапе формирование нового Правительства и предложили пост Советника Президента по науке и технике. Ознакомившись с обязанностями и полномочиями он согласился. На работу ходить не нужно. Рабочего места нет. Зарплата как у машиниста метро – на оторвись. Только давать свои заключения на те или иные инициативы. Допуска к секретности тоже нет. Только что статус. Да и прямого доступа к телу тоже нет. Разве, что давала возможность иметь флажки на номерах. Ну и то хлеб.

Тем временем он вывел на рынок все три игры на компакт-дисках. Переделка «Санитаров подземелий», авиасимуляторы «штурмовик ИЛ-2» и «Битва за Британию», обещая скорый выход «Ютландского сражения» и «Подводной войны», что мгновенно дало эффект роста спроса на мощные процессоры и видеокарты с большими экранами. Отдельно готовилась «Сталинградская битва» и «Битва за Берлин». На этом он решил остановиться – снять сливки с этого рынка и оставить его особо упоротым, продав весь бизнес амерам.

Эффект вышел потрясающий – десятки миллионов проданных копий и специально созданная компания взлетела на бирже выше потолка. Дальнейшее их развитие как сетевые игры Макса не интересовали. Там деньги уже не те. Тем более, что Максова защита от копирования сработала как надо и пиратские копии были с огромными пробелами и постоянно сбоили.

По-прежнему шла разработка спутников для постоянного доступа в интернет в любом месте Земли. Вчерне они уже были готовы и протоколы закрытых каналов связи отработаны. Тестировался аналог Ю-тюба, но без сети дата-центров запускать его рано. Идея Макса была в том, чтобы создать мощную платформу совмещая сервисы Ю-тюба, Телеграма и соцсетей, чтобы отрезать пути конкурентам. Планировалось выйти на нужный уровень к 2000 году и в 2001 году запустить бесплатную версию, постепенно ее монетизируя.

Деньги на нее он собирался собрать, продав компанию по видеоиграм. Также вовсю шла работа по созданию планшетов.

Офис у Макса все также был в первой башне «Тройки», как прозвали ее москвичи. Туда же приходила все корреспонденция на его имя. Потом референты отбирали важное и давали ему выжимку в цифровом виде. Там же он и получил приглашение на первое совещание у Президента его советников. Решив, что хуже не будет, он отправился в Кремль на совещание.

- Хоть познакомлюсь с кем-нибудь, - думал он, - а то совсем никого не знаю из этой тусовки.

Повестка дня ему была не интересна – с его интересами никак не пересекалась. Так потусить и посмотреть кто там заправляет и представлял для него какой-то интерес. Проболтавшись в Сенатском дворце несколько часов он уехал в контору так как было много дел. На рассмотрение пока ни одного проекта не поступало. Заключение писать было никому не нужно. Бред какой-то. И он просто забил на это.

До этого он столкнулся с Роскосмосом, который хотел откат за свои запуски спутников Макса. Резонно заметив, что два пуска были неудачны и он потерял один большой аппарат и куст мелких и что ему еще хрен знает сколько ждать выплаты по страховке - те не успокоились и Макс купил 2 пуска у французов на Ариан-5. Они были дороже, но те не кочевряжились и отработали по полной. И Макс решил для себя решить эти вопросы сам. Проект ракетоносителя из ячеистой структуры был почти готов и по расчетам мог вывести на низкую орбиту до 36 тонн нагрузки. Причем ему не было нужна наземная инфраструктура и размеры позволяли запускать ее с борта судна на экваторе. Разгонные блоки были твердотопливные и отлично тонули в океане после отработки. Ни суеты с жидкими компонентами – ничего. Загрузил блоки на судно и все. Ячеистые структуры уменьшали гравитационное давление и нужна была всего одна ступень для вывода на орбиту полезного груза.

Переделав старое судно в носитель провели испытания на экваторе и вывели свой спутник на орбиту в 600 км. Причем никого не ставили в известность и стрельнули из пустынного района океана. Кипишь, конечно поднялся, но никто ничего доказать не мог. Продавать такие услуги Макс пока и не думал. Пусть Маск торгует ими.

Теперь почти вся спутниковая группировка Макса было выведена на орбиту и он готовил спутник в сторону Марса и Юпитера. Окно запуска было через год примерно и он готовил спутник с датчиками космического излучения и каналом тройного резервирования для съема телеметрии. Также спутник для Луны был готов для получения подтверждения наличия воды на соседке. Он решил, что два пуска будут с одного судна за один рейс.

Он теперь пользовался только своими каналами связи и сдал в аренду излишек, но работающему в другом алгоритме шифрования, который потенциально могли считать амеры для их успокоения. Подслушать его и расшифровать его информацию с телеметрией никто больше на Земле не мог.

Наконец он добрался до проекта атмосферного челнока для себя и своей семьи. Ну а чо? Система жизнеобеспечения простая. Кислород и вода конденсировались из атмосферы. Приборы все в наличии. Карты Земли его спутники уже построили. Так что проект был реализован в три месяца плюс ходовые испытания еще месяц. Система генерации холодной плазмы установлена. Увеличенный игольник, по типу гауссовой пушки тоже смонтировали быстро. Через спутники он нашел остров в Тихом океане, максимально удаленный от летных коридоров и торговых путей, входящий вроде в состав Микронезии и где есть пресная вода. Прихватив с собой четыре дроида вылетел туда на обустройство.

Там, как он уже видел со снимков все было именно так, как и ожидалось. Вулканическая гора с бурной растительностью и прекрасной лагуной с белым песком. С другой стороны - скалы под метров 15 высоты и черный вулканический песок. Дроиды вырыли убежище на время урагана или шторма, установили малый реактор, холодильники для пищи, малый склад со скарбом и расходниками и каюты на шесть мест по двое на каюту. На берегу лагуны поставил большую хижину на сваях и со всеми удобствами. Тут была летняя кухня и места для лежаков со столовой. Малый утилизатор дополнял пейзаж.

На вершине горы была установлена панорамная видеокамера с модулем спутниковой связи, через который можно было выйти в интернет и поговорить со всем миром по телефону. Оставив двух дроидов на охране хозяйства Макс вернулся в Москву. Пока он ждал земельного закона и не покупал себе ничего.

В его планы входило взять участок леса в аренду, так как лес не будет продаваться и сделать там заповедник для будущего экотуризма. А то в Москве дети не могли увидеть животных кроме как в зоопарке. А так природный парк в 40-50 км от Москвы самое оно для такого дела и аренду будет отбивать заодно.

Еще подумав, отдал китайцам проект фляги с концентратором влаги в воду. Пластину-концентратор делали в его туннелях по хитрой технологии, которую повторить было нельзя в сегодняшних условиях. Она выращивалась как кристалл. Оригинальный дизайн был Шефа, но китайцев никто не ограничивал в своих фантазиях. Такие фляги незаменимы в путешествиях как на море, так и в пустынях. Пусть кому-то будет полегче в их жизни и работе.

Разговор.

Трудно передать, что чувствовал Евгений Максимович Примаков, когда стал Президентом огромной страны. Да у него был жизненный опыт, опыт общения на высшем уровне мировой элиты, огромные знания, но ограниченные гуманитарными вопросами. Даже был опыт привлечения опытных и знающих людей для решения каких-то вопросов. Но он сам себе сознался, что просто робел перед задачей управления такой страной как Россия.

Он отчаянно нуждался в ком-то, кто сможет его поддержать и помочь в такой работе и не видел таких кандидатур. Эффект отрицательного отбора был налицо. Он попросил справку у трех ведомств на предмет нахождения такого человека или группы людей. ФСБ он не верил – эти погрязли в своем корыте и никого не видели вообще. СВР были более ответственны, но их работа была направлена на вовне, а не внутрь системы. И наконец МИД тоже не отличался взглядом устремленным внутрь страны. Просмотрев справки он окончательно убедился, что с поставленными задачами все три ведомства не справились. Тогда он обратился к своим знакомым из научного сообщества. А как известно пиковые фигуры в нем всегда были из атомного сообщества. Имена Курчатова, Капицы и Прохорова с Басовым были у всех на слуху. Это были ученые мирового уровня. Но они уже ушли и оставались их ученики.

И тут неожиданно прогремело имя Максимилиана Юсупова, получившего Нобеля в тридцать пять лет. Чудес не бывает – решил он. Открытия искусственной гравитации и антигравитации на ровном месте не делаются. За этим должен стоять мощный интеллект и ум. Заказав справку по нему, он проигрывая потенциальный разговор понял, что не знает как себя вести с таким человеком. С виду обычный парень, родившийся в гарнизонном госпитале в Баку. Отец – офицер, мать – врач. Но фамилия известная, что его, что матери. Учившийся в обычной, хоть и лучшей школе своего города. Чемпион и рекордсмен мира в плавании. Чемпион мира и Олимпиады. Уникальный талант в плавании ушел из спорта на пике карьеры и потом неожиданно вернулся, и выиграл золото Олимпиады в Атланте. И помог всей команде. Не зазвездился и так и не дал ни одного интервью. Только пресс-конференцию на Олимпиаде. Его достижения и технику разбирали покадрово.

И сходились на его силе и пластичности в воде. Да и в жизни его движения оставляли ощущения внутренней грации и силы. Высокий и мощный он не тушевался при необычных обстоятельствах. Одевался подчеркнуто со вкусом, но не в классическом стиле, а как бы почти небрежно, но и с неимоверным чувством меры. По слухам имел гражданство Андорры, что позволяло ему путешествовать по миру без виз. Что его особенно удивило, так это знание восточных языков. А также знания таковых его отцом и матерью. Все-таки пять языков плюс латынь и беглое знание еще трех чего-то стоило.

Все кто его знал лично отмечали острый ум, мужественность и стальную волю. Юсупов ничего и никого не боялся. В криминальных кругах пользовался уважением. Говорили, что он, сидя в СИЗО по надуманному обвинению вылечил какого-то криминального авторитета. Причем бесплатно.

Справка по его делу гласила, что он попал под подозрение в убийстве двух криминальных авторитетов. Но следак сработал топорно и его оправдали в суде. Братва тоже к нему не имела претензий и даже подогнали благодарность его матери. А следака поперли из органов по представлению суда.

Имея все возможности служить в спортроте, служил связистом в ЗКП армии в Афгане. Характеристики отличные.

Уровень его состояния не поддавался подсчету, так как все его операции были с тройным дном. Но жил он в четырёхкомнатной квартире в Москве, правда в своем доме и часть его сдавалось дипкорпусу. И вообще его дом был достопримечательностью Москвы и туда водили экскурсии. Более экстравагантных людей в России не было. То есть были, конечно всякие типа Брынцалова и других олигархов. Но Юсупов не был олигархом. Он не получал госсобственность по залоговым аукционам или по приватизации. Его продукция была востребована во всем мире и продавалась как пирожки в голодный год. Только за преобразование тепловой энергии в электрическую ему еще раз можно было давать Нобеля. И он решился на разговор с ним попутно дав команду референту подготовить второе представление к Нобелю.

Макс еще раз приехал к Примакову, но уже в Барвиху. Резиденция президента не произвела на него никого впечатления. Так – здание и только. Чиновники были в своем репертуаре. Безликое здание с безликим интерьером.

Макс привез с собой котенка от Тэссы и ее хахаля из Таиланда и щенка русского черного терьера от заводчика, который выдал ему щенка для Татьяны Ильиничны. Татьяна была от собаки просто в щенячьем восторге, да простит меня аллах за мой французский. Её пес всех построил и охранял хозяйку от всего и всех. Постепенно его все полюбили, но он был верен только Татьяне. Теперь она всегда и везде была только с ним. Умный пес никогда просто так не лаял и не нервничал, но как-то раз вечером чуть не загрыз банду полудурков попытавшихся пристать к Татьяне в Афинах. Имя ему она дала соответствующее – Драко, то есть дракон. Драко просто боготворил хозяйку. Он мог положить ей голову на колени и сидеть так вечно. Казалось он питался её флюидами.

Расположив переноски у ног Макс сел в приемной или передней, по-старому.

Референт вышел и пригласил его в дом. Макс оставив ему переноски со зверями прошел в дом.

Примаков понял как себя вести и гостеприимно принял гостя, предложив чаю. Макс спокойно согласился, поинтересовавшись сортом. Примаков не знал сорта, сказав, что вроде цейлонский. Он выбрал чашку с блюдцем, а Макс выбрал армуд. Привычка. Тогда Примаков вынул блюдечко с колотым сахаром и лимоном. Макс прижав руку к сердцу слегка поклонился. Они поняли друг друга. Примаков сам из Тифлиса, так что все было и так понятно.

Президент решил вести разговор по-восточному, зная, что для Макса восточные обычаи – норма. Поинтересовавшись здоровьем отца и матушки, затем спросив о сыне и здоровье жены и младшего начал разговор.

- Ты знаешь Макс, я тут посмотрел на сонм моих референтов и советников и пришел в ужас, - начал он. - Сборище умственно немощных хлипаков. Ты вот работаешь уже который год с одними и теми же людьми. И не меняешь их как перчатки. Знаешь рецепт?

- Евгений Максимович! Я чисто интуитивно выбирал людей в верхний эшелон власти. Их не перекармливал, но и их достижения не оставлял без внимания. Наверное повезло. Я же не всевидящий и не всесильный. – ответил Макс.

- Вот-вот, а тут столько ограничений, что не знаешь как и что делать, с чего начинать. Все же распиздили и разрушили. Все что пока смогли. Эта демократическая шайка-лейка совсем с ума сошла. Про твой аналитический ум многие говорят, что он острый и безжалостный. – начал Примаков. – сможешь выдать анализ нашего положения на сегодня?

- Да смогу, но он вам не понравится, - отозвался Макс. – Очень не понравится. Но есть выходы – пока есть. Потом будет сложнее.

- Валяй,- разрешил Президент.

- Вы дайте команду вырубить прослушку или давайте тет-а-тет, - попросил Макс.

- Утечки боишься? – спросил Примаков.

- Она точно будет, - ответил Макс, - если не будем сторожиться.

- Тогда прогуляемся, - решил президент.

Пройтись было полезно. Макс вручил диктофон Примакову и настоятельно посоветовал работать с ним не в здании резиденции.

- Вашего предшественника обложили как волка в логове. Так что не стройте иллюзий. Вам бы всю эту херню снести и поставить нормальный дом. – посоветовал Макс. - Где будет удобно принимать гостей и жить и работать. А челядь поменять кардинально. Она уже приучена следить за хозяином и те кто их поставили, не будут стесняться в средствах давления на вас. Или вы амеров не знаете. Они и так уже почти все правительство купили. Вам оно надо?

Макс продолжил покосившись на диктофон, - вам надо сделать Правительство с большой буквы П. Премьер – Маслюков – промышленник. Финансы – Глазьев – академик и экономист. ЦБ и так у вас есть – Геракл на своем месте и станет легендой. Надо создавать экономическое управление в Администрации Президента. У вас там есть Миша Хазин – он потенциально к этому готов. У него полно толковых экономистов в обойме, кто сможет на нашу экономику поработать. Как и у Глазьева. Сегодня выигрывает тот, кто имеет реальную экономику, как Китай. Но нам рынок США закрыт. Так что нам только замещать импорт. Как и сельское хозяйство. Нам нужно продовольственная безопасность. Западные стандарты нам не нужны. У нас есть свои. Олигархов призвать к порядку, чтобы платили налоги в стране. Все АО с иностранным участием должны не быть оффшорами. Вывод денег за границу ограничит 100% продажей валюты на бирже в Москве.

Теперь по полезным ископаемым – и тут подали шашлык.

Шашлык был по-карски, с аджикой и зеленью. На запивку Саперави и крымское Каберне. Максу нравился вкус Саперави. И заморив червячка Макс продолжил.

Сейчас, пока Клинтон почивает на лаврах победителя в холодной войне вам надо создать, а вернее успеть создать три-пять государственных холдингов с контрольным пакетом акций у государства. Газ, нефть, атом, золото-платина -палладий, минеральные удобрения, зерно и цветмет. И трехголовую монополию на электричество – Гидро станции, газовые и угольные, а сети выделить в отдельную структуру. Атомные отдать атомщикам – не дело Минэнерго отвечать за атом. Не их епархия и Чернобыль это показал. Трубопроводы выделить в отдельную структуру и оставить частникам часть добычи. Все трубопроводы под госконтроль. Так вы себя обеспечите бюджетом на многие годы. И вообще пока атомные станции не строить. Есть мои реакторы и сырьевая база для них не ограничена. Урана 238 у нас и по всему миру миллионы тонн, но стержни делаем только мы. Там хитрая технология и пока её не разгадают – лет так на 50 точно, а то и больше у нас не будет конкурентов. МАГАТЭ нам не указ. Там фон природный и бомбу из него не сделаешь без обогащения. Да и дорогие атомные блоки. И сроки строительства большие.

Основные налоги – НДПИ для сырьевиков, налог с продаж как у амеров, акцизы на топливо и алкоголь, НДФЛ прогрессивный и пожалуй и все. Администрировать такие налоги легко. Массы бухгалтеров просто не нужно будет. Количество налоговых инспекторов тоже можно уменьшить. Ну и пошлины как регулятор. Особенно для экспортеров сырья. Так что сначала дешевая энергия и на нее насаживать производство.

И тщательно готовиться к введению цифровой валюты.

- Это что еще за зверь такой? – спросил Примаков.

- Для вас не секрет, что суммарная вычислительная мощность компьютеров растет по экспоненте. – понимающе кивнул Макс, - так вот к году 2005 примерно такие мощности позволят создать электронные средства расчетов мгновенных платежей минуя банки. То есть владельцы таких мощностей смогут сами генерить такие средства расчетов, создавая базу клиентов, которые смогут сами распоряжаться такими электронными деньгами переводя их другим за те или иные товары и услуги. Но все эти мощности будут привязаны к стоимости электричества. Вот у меня сейчас пять дата-центров и это потенциальные расчетные центры и там электричество у меня свое. Как только амеры проснутся, а я ожидаю это к концу срока Клинтона, у них начнутся проблемы. Полопаются всякие пузыри, которые сейчас они тщательно надувают – такие как доткомы, например. И они начнут искать виноватых, а это санкции. Электронные деньги позволят уйти от расчетов в долларах. Это будет выгодно всем подсанкционным странам как Иран или Северная Корея. На нас тоже могут наложить санкции или вырубить СВИФТ например. И обязательно сделать биржу в Питере товарно-сырьевую в рублях, чтобы не зависеть от ценообразования в долларах, а иметь свои цены и постепенно принимать рубли в обмен на ресурсы постепенно переводя контракты в рубли. Хотите купить нефть? – купите сначала рубли и ими платите.

И еще – у нас несколько отложенных военных конфликтов. Первый и главный – Чечня, второй – Грузия из-за Абхазии, третий – Карабах-Арцах, четвертый – Северный Казахстан и наконец самый плохой – Украина.

- И что первое? Как с Чечней быть? Ты же сам оттуда и наверняка не просто так сказал об этом, - утвердительно сказал Президент.

- Как говориться «все придумано до нас», - усмехнулся Макс. Ермолов выставил Сунженскую линию и отрезал их от поставок чего-либо нормальным путем – только через горы, а там только одна дорога более-менее проходимая – это Панкисское ущелье. И если его взорвать, то все – только через Ца-Ведено и Дагестан. А там их не сильно любят. И пусть варятся в собственном соку пока не поумнеют. По Сунженской линии есть все документы – поднимите из архивов. И казаков надо поставить надзирать за пунктами перехода – их не купишь. Строевым офицерам не объяснить, что брать взятки не хорошо. Моя жена же правнучка атамана Терско-Сунженского войска. А когда приедут переговорщики начать переговоры, но неспешно. А до этого никого оттуда в Россию не пускать, а туда пожалуйста. Восстановить земли терско-сунженского казачества и подумать как их привлечь к службе. Вот прирезали ингушам, которых всего ничего, половину казацких земель. Аушев, конечно против будет, но и с чеченами он не дружит. И ингуши держат большой золотой запас у себя. Богаче их на Кавказе, пожалуй и нет никого. Ну и вам это известно. А с грузинами провести демаркацию провести по Дарьяльскому ущелью. Там и старая крепость осталась. Ее подновить и пожалуйте – пункт пограничного перехода и место под стоянку есть - едва ли не единственное место на всей Военно-Грузинской дороге, которое под это дело подходит. И там ставить только горных погранцов с ротацией. Осетины там быстро с грузинами сговорятся. Левак начнут гнать.

Примаков задумался. Такой объем работы предстоит, что даже подумать страшно. Но он поразился точностью прогноза и достаточно простые по сути решения. Да есть риски, но американцам сейчас точно не до нас. Они празднуют. Вон в кои-то веки профицитный бюджет сваяли.

- Ну Арцах и Абхазию мы и так ведем, а что по Северному Казахстану? – спросил он.

- Байконуру надо пробить статус экстерриториальности с дорогой к нему. Его не казахи строили и брать в аренду то, что построено всеми не к лицу. Все равно они сами только распиздить все смогут, а эксплуатировать никак. И потом пока Назарбаев у власти еще ничего, а вот после него там такие волны пойдут, что мало не покажется. Как бы русских оттуда не погнали. Тогда придется забирать весь Северный Казахстан под себя. А это война или войнушка. Сами то они слабы в военном отношении, но англичане и турки их будут провоцировать. Словом за ними надо все время посматривать. У них своих гуронов полно. Только повод дай. И еще надо у них всю урановую добычу забирать под атомщиков, но легально. Купить контрольные пакеты акций и посадить своих людей. Кстати, как и Зеравшан. Там без наших смол все равно ничего добыть не получится. А так тоже купить контрольный пакет и дальше работать, отдавая часть узбекам в виде налогов в местной валюте. Золото же забирать все. По Украине сейчас пока не горит, но вы туда нормального человека послом отправьте и к нему какого-нибудь кадрового офицера из ПГУ. С заданием строить там сети информаторов. Я там давно не был, но точно знаю, что бандеровцев там финансирует ЦРУ и они скоро поднимут голову. И они начнут взрывать Украину. Про нее потом поговорим, когда мне доклад принесут мои люди.

- А ты не хочешь пойти в Правительство? – задал мучивший его вопрос Примаков.

- Увольте, Евгений Максимович! Не хочу и не могу. Дел много и протирать штаны на заседаниях не моя стезя, - поднял руки Макс, - для меня это не карьера и аппаратные игры не мой конек. Но любая помощь от меня - это всегда пожалуйста. И потом у вас всегда будет человек, который для вас сможет разложить любую проблему на составляющие. Или поучаствовать в каких-то переговорах, где официальным эмиссарам не стоит появляться. Тут у меня и авторитета хватит и веса тоже. Причем на любом уровне. Нобелевский статус открывает многие двери в этом мире.

- Ну ты еще, вроде самый молодой лауреат, что тоже кое-чего стоит, - заметил Президент. – Мы тут тебя представили ко второму Нобелю за преобразование тепла в электричество в твоих реакторах. Обещали поддержку как раз американцы.

- О! Им точно не откажут, - хохотнул Макс. – Они там всех продавят.

- И еще вот была записка по поводу Юсуповского дворца в Петербурге, - вспомнил Примаков, - но я так и не понял, о чем идет речь.

- А, это наверное наш посол в Швеции расстарался, - утвердительно кивнул Макс. – Я его на церемонии вручения познакомил в Королем Швеции и тот дал понять, что пора бы уже новой России порешать вопрос с имуществом старой русской аристократии, которое было конфисковано большевиками. О фабриках речи не идет, конечно. Там многое перестроено и инвестировано. А вот о культурном наследии почему и нет. Тот же Юсуповский дворец в жалком состоянии. И усадьба в Архангельском тоже. И я не имел ввиду полную реституцию. А вот, к примеру моей тетушке предложить стать директором наследия Юсуповых в России. То почему и нет. Часть дворца отдать как жилье в ее собственность, а остальное как хранителю наследия и как музей для публичного доступа. Она, конечно не бедна, но и денег, чтобы содержать такое сооружение у нее нет. Но она точно ничего не украдет из бюджета, а все пустит на пользу делу. К тому же вам нужны инвестиции, а старая земельная аристократия как Гогенцоллерны, или Медичи, или Сфорца не прочь вложить часть денег сюда. Они умеют управлять земельными активами, а у нас миллионы гектар пашни лежат впусте и зарастают лесом. Деревни умирают. Да и старая русская аристократия подтянется. Так и вытянут наши пахотные земли обратно в севооборот. Мои умники посчитали на досуге, что если мы включим сельское хозяйство, то сможем только на территории России собирать 120-150 миллионов тонн зерна и выйдем по экспорту его на первое место в мире. А у нас тут Китай под боком с миллиардом населения и пшеницу они не выращивают, но очень им хлеб и лапшу нравится кушать. Вывод – надо вам ваять земельный кодекс. С правом собственности и так далее. Здесь я готов поучаствовать в полном объеме. А еще ягода – просто золотое дно. Голубика и черника, рябина и черемуха, клюква и брусника, малина и облепиха – все это Европа съест и еще попросит, как и Китай. И это не севооборот – это многолетние кусты. Ухаживай и снимай урожай на продажу. На наших суглинках самое оно. На Дальнем Востоке выращивать сою и продавать ее китайцам тем же. В Южной Америке полно предприимчивых старообрядцев, которые могут к нам переехать. Они умеют с ней работать. Дать им землю и они накормят весь Дальний Восток. Земли там тоже впусте лежат и их никто не обрабатывает. Неправильно это все.

Примаков был поражен. Так глубоко увидеть ситуацию и сделать поверхностный анализ далеко не каждый аналитик бы смог, а тут простой нобелевский лауреат. Особенно его поразил анализ по сельскому хозяйству. Ведь он прав. Эти ножки Буша уже стали притчей во языцех. И он очень очно описал все задачи по устройству земли. Но самое главное – это дешевая энергия. Это основа всего. И он решил начать именно с этой задачи.

Макс и Президент еще поговорили по легким темам и расстались в хорошем настроении, договорившись регулярно встречаться, чтобы сверить часы. Ну и принял животин от Юсупова. Хороший охранник и умная кошка в доме не помешают Президенту огромной страны.

Глава 6

Заказ.

На весенние каникулы Макс собрал своих и они на неделю вырвались на Остров. Когда Нина спросила его название, то Макс просто сказал, что он его зовет просто Остров. Так и порешили.

Все были в восторге. Остров обжили и Санька с Максом прошерстили весь остров, залезли на гору, посидели на скалах с подветренной стороны. Потом в лагуне Макс давал Сашке уроки задержки дыхания и плавания под водой. Потом Макса сменяла Нина, оставляя малыша Николя на отца. На пятый день вечером раздался звонок от Давыдова по спутнику. Макс взяв трубку ответил.

Давыдов доложил, что его тут ищут какие-то арабы на предмет заказа. Что за арабы он не знал, так как сам с ними не говорил, а от встречи с ним они отказались. Ну и пусть ждут, - ответил Макс, - через два дня вернусь и поговорим. Под занавес они с Сашкой загарпунили маленького тунца и поджарили стейки из него прямо на открытом огне. Наутро выдали остатки еды местным крабам и вся семья вылетела в Москву. Управляла Нина, а Сашка учился и смотрел. Сев в лесу они выбрались на трассу и остановив частника добрались до Москвы.

На следующий день к нему в контору заявились три араба в традиционной одежде. Один был явно старший, по виду лет за 70 и его сопровождали двое помоложе, но тоже не мальчики. Чинно поздоровавшись Макс предложил им не ломать их образ мыслей и говорить на родном языке. А то при переводе нюансы могут потеряться. Те удивились его знанию арабского. Пока они собирались с мыслями им принесли кофе по-арабски и сладости. Максу же поставили чайничек крепкого чая и изящный армуд с колотым сахаром на блюдечке.

Длинно представившись, старший пожелал всем родным Макса длинной и счастливой жизни и начал с того, что они посланцы наследного принца Саудовской Аравии и хотели бы разместить заказ на разработку мощной станции по опреснению воды.

Макс удивленно вскинул брови – этого он никак не ожидал. Его не интересовал этот аспект жизни, так как рынок был достаточно мал и его опреснители на подводных лодках хоть и были оригинальной конструкции, но рассчитаны только на нужды экипажа ПЛ, но никак не промышленной мощности. Принципы опреснения он помнил, но как проблему не рассматривал. Поинтересовавшись запрашиваемой мощностью он еще более удивился. Такого объема он даже не предполагал. Но вспомнив, что основной расход пресной воды у них уходит на закачку ее в скважины для выдавливания нефти из пласта, понял суть вопроса.

Деньги его интересовали, но были не главным фактором. Такой объем мог дать огромный завод по опреснению, по известным ныне технологиям, но ему требовался бы колоссальный объем энергии. Даже установки прямого и обратного осмоса не потянут – надо будет выстраивать целые линии с двойным резервированием на период обслуживания.

Гости добавили, что их интересует новейшая разработка и в деньгах у них нет ограничений. И еще они хотят, чтобы все права на такую разработку остались у них. Ну что ж – имеют право – их же заказ. И Макс вызвал Хандамирова.

Зеликович вошел как ледокол, расточая мужские запахи в дорогом костюме и планшетом в руках. Макс уже делал планшеты и тестовую серию опробовали все топовые работники компании. Макс коротко объяснил ему суть запроса гостей и Хандамиров предложил заключить предварительный договор на предпроектную проработку заказа. Ведь это не их стандартная продукция. Арабы согласились. Тогда Макс дал команду на подготовку договора на двух языках – арабском и английском и назначил подписание на послезавтра. Сумму они согласовали и Макса, как и гостей она устроила. Это было не дешево, но имя Нобелевского лауреата тоже кое-что значило.

Проводив гостей Макс остался с Хандамировым в кабинете один на один, что последнее время было редкостью. Они, несмотря на разницу в возрасте давно уже были на «ты».

- Слава! От тебя несет большими деньгами и важностью сановника, - улыбнулся Макс.

- Макс мои копейки по сравнению с твоими золотыми дукатами ничто, - спокойно произнес юрист.

- Слушай, а ты же крещеный! – констатировал Макс.

- Ну да. Мать у меня русская – она и крестила, пока папенька бегал по другим бабам, - мотнул головой визави.

- Тогда мы тебя хотим видеть крестным Николая Юсупова, - с женой я согласовал.

Хандамиров сразу подобрался. – Это честь для меня, - расправив плечи произнес он.

- Ты со мной еще с моей тюрьмы. Так что тебе я могу доверить крестника. Ты ведь знаешь его обязанности? —спросил Макс.

- Знаю! – твердо сказал Зеликович.

- Ну и ладушки, - кивнул головой Макс, - крестить будем в Геленджике после Пасхи. Крестной будет Татьяна Ильинична Шереметева-Юсупова-Романова и подруга Нины. Но ты там не потеряешься – слишком большой – хохотнул Макс, - и сшей себе фрак наконец или купи готовый. Не след с такой крестной в пиджачке фланировать. Ты большой юрист большой компании. Не побоюсь этого слова – законник. Так что соответствуй.

И Макс улетел в Геленджик обсудить проблему опреснителя с Шефом. Шеф спокойно уже сам рылся в интернете, хоть и еще не развитом. Через спутниковые протоколы его нельзя было отследить в сети. Он выдал два варианта решения вопроса. Первый – запитать ионизатор воздуха с антенного поля и вызвать дождь или дожди или выстроить ряд колонн на прямом и обратном осмосе, но с доведенными самоочищающимися мембранами. Причем осмос пойдет самотёком и насосы будут нужны только на закачку морского рассола вверх колонны. Потом, если нужно будет увеличить мощность – можно просто добавить колонн.

На управление климатом Макс пока не был готов, да и слишком это было заумно для арабов. Они тут же сольют это амерам, а нам это не надо. А тут только технология создания мембран, которая вовсе не сильно секретна, но приоткроет некоторые нюансы, которые потом лет 30 будут разгадывать умники из Штатов. На том и порешили. А антенное поле для ионизаторов воздуха он уже знает где применит. Только надо дождаться Земельного кодекса.

Вызвав заказчиков на встречу Макс приготовил визуальные материалы и встретил их сам, тем самым высказывая уважение. На Востоке это любят. Они платят деньги и имеют право на такое отношение.

Далее он описал, что они предлагают и что тут следует патентовать. Масштабировать проект они смогут и без разработчика, так как все подсчитано. В их патентном праве остаются мембраны и технология их производства, но только на его оборудовании. Другие производители могут напортачить и не выдать требуемых характеристик. Молекулярный уровень изготовления мембран пока не распространен. Сами мембраны может изготовлять он по их патенту или же он может им поставить роботизированную линию, но ее загрузка и отладка будет на их совести. Или же он сможет это сделать по договору подряда. В любом случае – это их технология и патент.

Гости покивали головами и спросили не было ли других идей решения вопроса, на что Макс спокойно сказал об идее ионизаторов в антенном поле, но там встали вопросы сбора дождевой воды, ее очистки и влияния на другие, соседние с ними регионы. Так он не готов гарантировать, что при дожде у них, они не лишат дождя соседей. И он не готов соперничать с Всевышним. Услышав такие аргументы, гости согласились, что соперничать с Всевышним не следует обычным смертным. Восток же. Дело тонкое.

После этого был подписан договор на передачу все рабочей документации по проекту и определена сумма. Подрядчиков им предстояло искать самим, кроме мембранной технологии. Но это после накрытия изобретения патентом.

Договор включал в себя поставку и наладку роботизированной линии по производству мембран. Сумма от этого только увеличилась, так что все прошло хорошо. Тут же, забыв об этом контракте Макс вернулся к космическому челноку и желанию напакостить амерам.

Задумка.

Начало югославской компании не за горами. Клинтон уже ведет свои шашни с Моникой, что всплывут совсем скоро. А что им вредит, то нам помогает. Не рассказывать же Президенту об этом – у него и так дел невпроворот. Для начала Макс решил нанести пару-тройку точечных уколов амерам. Пока они так строят планы надо бы им подкинуть проблем. Ну а чё? Нормальный дискурс они нам - а мы им.

И Макс решил ударить сначала по пиару. У него лежали запросы на интервью от крупнейших СМИ, начиная от ВВС и заканчивая испанской Эль Паис. Он решил им подпустить ежа в штаны.

Его пресс-атташе договорился о формате интервью с ВВС. Макс его дал в своей конторе, в пресс-холле. Интервьюер приперся весь такой британский и с розочкой мака в петлице. Настоящий «Бритиш», хотя ему на павших глубоко насрать. Отрабатывает имидж. То, что его дед был козопасом он благополучно забыл. Память коротка. И фамилия подкачала – какой-там Фархад ибн оглы. Старается скрыть свой акцент и говорит короткими фразами. Не тянет бывший бедуин на англо-сакса. Могли бы и кого-то посерьезней прислать. Но за неимением гербовой…далее все знают.

Сначала Макс закурил свою любимую сигариллу и предупредил, что на политические вопросы он не отвечает. Он не политик.

- Мистер Юсупов, сколько вы стоите?

- Каждый человек бесценен. Это аксиома.

- Про вас говорят, что вы самый богатый человек в России.

- Не знаю. На улице много чего говорят.

- Вам приписывают огромное количество изобретений. Как вам это удалось?

- Я хорошо учился.

- Но у вас образование спортивного тренера. Как получилось, что вы занялись физикой?

- У меня широкий круг интересов.

- А что еще входит в сферу ваших интересов?

- Медицина, инженерное дело, конструирование, программирование. Это основное.

- А как же плавание?

- Это хобби.

- Только плавание?

- Нет еще единоборства, но на них нет времени.

- Каратэ, бокс? Или еще что-нибудь?

- У вас нет аналога. Это русский стиль.

- На что он похож?

- Ни на что. У вас нет аналога.

- Сколько вы знаете языков?

- Шесть свободно и еще три так себе. Без русского. А нет – семь.

- Как вы относитесь к Западу?

- Я вас предупреждал насчет политических вопросов. Это в последний раз. А к Западу я никак не отношусь, также как к Востоку и Югу с Севером.

- Ваши диагностические капсулы сделали фурор во всем мире. Как удалось их создать?

- Там все просто. Мы делали эксперимент и хотели сделать рентгеновский томограф с большим разрешением и получили неожиданный эффект, который позволил создать прототип такой капсулы. Кстати и томограф мы тоже сделали, но капсула оказалась более востребована.

- Скажите почему у вас нет ни дворцов, ни поместья. А только квартира в Москве?

- Пока нет земельного кодекса, землю у нас купить нельзя. Это незаконно. Как только появится такая возможность, то поместье или что-то вроде этого будет.

Они так просидели полтора часа, но Макс не услышал ни одного интересного вопроса. Тогда он бросил пресс-атташе, что без перечня вопросов он давать интервью не будет, чтобы не терять время. На жаренные вопросы он намеренно не отвечал. О политике тоже.

Фархад Закария был в бешенстве. Этого сухаря он так и не разговорил, чем провалил свое задание. Типичный технократ, интересующийся только своим делом. Никаких эмоций и порывов. Застегнутый на все пуговицы, хотя внешне расслабленный вид говорил о другом. Но одет со вкусом и дорого. Часов не носит. На шее только крестик на шелковом шнурке и кожаная ладанка с какой-то надписью по-арабски. Туфли явно ручной работы, как и одежда. Не из бутика. На пальцах только обручальное кольцо, надетое по православному на правую руку. И крест почему-то кельтский (на самом деле новгородский – они похожи). Он так и остался для корреспондента загадкой. Только умные и пронзительные глаза, говорили, что он видит гораздо больше чем говорит.

Вопросов от других корреспондентов он так и не дождался. Да Макс - ты не гений пиара, - сказал себе он. Ну отрицательный результат – тоже результат. Кстати, его интервью так и не показали. Не формат видимо.

Помня о том, что в принципе любая ядерная технология имеет военное применение он изготовил компактный ускоритель от его реактора уже без всякого ограничения и узко направленным пучком заряженных частиц. В теории такой ускоритель должен вывести обычный ядерный реактор на запредельный режим в течении нескольких секунд, что система защиты не успеет сработать, так как она для этого не разрабатывалась. За этим должен последовать взрыв реактора с последующими радостями жизни.

Он выбрал шесть самых старых реакторов – по одному в Германии, Британии и Японии и два в США. На земле и один из четырех на старом авианосце. В течении месяца все облетев на челноке и потом добавил к ним один старый бридер во Франции. Разлет осколков был небольшой и загрязнение тоже, но шум стоял на всю Ивановскую.

Вся пресса только и писала, что об этих авариях. До всего остального дело миру не было. А Макс на ходу встретившись с Примаковым посоветовал побыстрее решать вопросы, пока все обсуждали аварии. У него было примерно полгода, когда до него никому не будет дела. В том числе и с Югославией. Аэропорт Приштины отдавать сербам было нельзя. Но тут как получится. Но можно им подкинуть что-то из ПВО старых серий. Также он отправил в Югославское посольство письмо с рекомендациями как использовать это время.

Примаков подозрительно посмотрел на Макса, но ничего не сказал. Только кивнул головой.

Вся Европа сошла с ума. Зеленые выиграли выборы и орали, что все станции надо закрывать. У амеров тоже самое, кроме зеленых. Расследование буксовало и все сходились на несовершенстве систем безопасности станций, так как тогда к ним относились не так строго, как после Чернобыля. Все грешили на старые проекты и старые корпуса станций, усталость металла и так далее. Только один человек точно знал причину, но он по понятным причинам молчал. За это время Примаков сотоварищи сняли основную нагрузку с экономики по ГКО и вышли на дорогу опережающего развития. Кризис 98 года вроде миновал. Но сторожиться надо.

Олигархов стали прижимать и те стали платить налоги. В бюджете появились деньги. Потом было объявлено о создании компании Газпром. Еще через три месяца родилась компания Росатом. Вовсю шла скупка долей в небольших нефтяных компаниях и готовилась почва под создания Роснефти. Фактически частными оставались Сургутнефтегаз и Лукойл. Магистральные газопроводы отходили компании Трансгаз, а нефтепроводы Транснефти. Росгидро уже получила под себя все гидростанции России, кроме локальных и горных маломощных.

Видя такое дело Макс засел с Шефом за проектирование космического челнока.

Николая крестили там же в Геленджике. Приехали все родные и заодно отдохнули. Отец пока еще в силах - покатал всех на яхте. Прошли до Сочи и обратно. В Крым не заходили. Ну его. Каждую зиму он вытаскивал ее на кренгование и обслуживание. Его яхта пользовалась бешеной популярностью у отдыхающих. Он вообще весь интерьер там переделал под старину. Рынду повесил, даже 2 пушки бронзовые ему притащили как реквизит. В команде у него было два матроса. Нормальная подработка для ребят.

Потом еще три недели Макс занимался со своими школярами. Им поступать в этом году в вузы. ЕГЭ еще нет и так должны пройти.

Макс перед их отъездом собрал всех и сказал напутственную речь. Что мол вы вылетаете из гнезда, но всегда сможете прийти к нему и работать у него. Выбор за ними самими. Каждому открыл счет и скинул туда по пятерке долларов подъемных. Молодежь умчалась, а Нина даже слезу смахнула. Ну кто-то вернется, а кто-то сам найдет дорогу в жизни. Осенью предстоял очередной набор.

Теперь московская биржа имела свои голубые фишки на торгах. Росатом не торговался. Там котировались Газпром, Роснефть, Росгидро, Углепром, Русал, Норникель, Новолипецкий комбинат, Северсталь, Транснефть, Трансгаз, Севморпуть и так далее. За малым исключением у всех голубых фишек было госучастие с контрольным или блокирующим пакетом акций. Приватизация закончилась. На подходе был Аэрофлот, РЖД и Речфлот. Готовились акции на Уралвагонзавод, Уралмаш и Невская верфь. Северодвинск торговаться не будет – он на 100% в руках государства.

Макс получил заказы от Роснефти на реакторы для северных городов, но с тепловой составляющей. Надо было и тепло давать помимо электричества. А это все северные города, где не было трубы. Мурманск, Архангельск, Североморск, Кандалакша, Нарьян-Мар, Салехард, Воркута и далее по списку.

Сэкономленный мазут они продавали американцам. Чтобы те мешали его со своей легкой нефтью на переработку. И таким образом отбивали стоимость реакторов. Последующие расходы были несущественны по сравнению с экспортом. Это лет на 10 заказов. Гидропресс работал уже в две смены, чтобы строить корпуса реакторов.

От Росатома прилетел заказ на сжигание ОЯТ (отработанное ядерное топливо). В частности, реакторы в Якутске поставили со сжиганием ОЯТ вместо 238 урана – его лет на 200 хватит, если не больше. У Якутска стало много дешевого электричества и много тепла зимой. А Росатом стал завозить ОЯТ из Франции и Японии, где было много атомных станций.

Курс доллара Геращенко приспустил, чтобы выйти из аферы с ГКО и он стал около 10 рублей за доллар. Ну не 23 же как при покойнике. Тогда посчитали и получилась себестоимость электричества примерно 6 копеек за киловатт\час. При такой цене промышленность должна просто прыгнуть вверх, что и случилось. Чуть ли не четверть всего производства перенесли немцы из БАСФ. За ними потянулись французы. Химпроизводство чуть ли не удвоилось при таких ценах на газ и электричество.

ЦБ сделал специальную линию кредитования под развитие энергетики в регионах Крайнего Севера и Камчатки. Петропавловск-Камчатский наконец перестал зависеть от завоза мазута для ТЭС, как и Анадырь, и Магадан. Всю экономию продавали за рубеж и скомпенсировали расходы на реакторы.

Настала пора планировать уже на уровне государства и Макс попросил аудиенцию у Президента как его советник и получил ее через неделю.

Совещание.

Примаков созвал совещание по вопросам энергетики. Макс в нем числился выступающим. На совещании присутствовали все причастные к этому руководители компаний и Минэнерго с Минприроды, и Мингео, которое, все-таки сохранили.

Он начал с устройства электроснабжения городов Крайнего Севера и Дальнего Востока, как основы для освоения в полном объеме Севморпути, как альтернативы путей доставки товаров из Китая в Европу миную транспортные коридоры которые контролируют морские силы США. В список были включены коксующийся уголь Диксона, Нефтяные поля моря Лаптевых на шельфе, Баимский ГОК в Певеке, газовые поля на Ямале и переработке отвалов Норникеля. Все эти проекты нельзя осваивать без энергии дешевой и доступной. Угольная генерация не пляшет – там навигация всего три месяца. Нефтяная тем более. Остаётся атомная или его субатомные реакторы. Атомная дорогая и длинная в постройке и проблематичная в эксплуатации. Остаются его реакторы. Они стоят на потоке и их вполне можно масштабировать, тем более их можно сажать на баржи или суда и менять их дислокацию в зависимости от необходимости. Но все это возможно, когда будет план поставок, а не спорадические решения при наличии денег у той или иной компании. Тогда весь Север и Дальний Восток через 10 лет будут иметь устойчивое электроснабжение и теплоснабжение с приемлемой себестоимостью. Точно такая же задача виделась по течению сибирских рек. Тянуть ЛЭП к городам, по течению рек дорого и сопряжено с огромными потерями электроэнергии, но такие городки не смогут сами себе купить реакторы и их запустить. Чтобы задержать там народ – дать им электричество и поднять уровень жизни до почти городского. Тогда собираемые налоги все окупят лет через пять, а то и раньше. Жить там станет не в пример удобнее и если еще им подключить интернет и телевидение, то вообще от города не отличить. При наличии таких удобств многие захотят переехать в глубинку к свежему воздуху. Проблему школ можно решить дистанционным обучением посредством интернета через спутники. Также как проблему снабжения теми или иными товарами. Правде на экзамены надо будет ездить в райцентры, но это будет летом и не представляет проблему.

Второй вопрос это ледоколы. На атомной тяге делать их дорого и долго, поэтому их надо строить на субатомных технологиях, тем более, что сегодня уже почти 20 процентов всех флотов работают на них. Строят суда корейцы и сейчас подтянулись китайцы. Экономия сумасшедшая по топливу и сервису. Американцы и датчане плачут, что заказы их обходят. Пока держатся японцы, но у них уже перестали заказывать суда на углеводородном топливе. Дорого. А альтернативы нашим реакторам просто нет.

Третий вопрос это замена всех угольных ТЭС на субатомные ТЭС – вопрос длинный, но его надо включить в план. Уголь нам потом самим понадобится. А загрязнять воздух в городах и малых посёлках не дело.

И четвертый вопрос – он касается МИДа в том числе. У Северной Кореи есть приличные незамерзающие бухты для устройства порта и верфей. На правах экстерриториальности у них можно взять из в аренду на 100 лет и расплатиться нашими реакторами и устройством им нормального электроснабжения. При его недостатке у них. Будет база флота и верфи для строительства гражданских судов. Начиная с газовозов ледового класса. Считаю строительство новых газопроводов в Европу ненужным. Они нам не друзья и могут покупать сжиженный газ вместо трубопроводного. Тем более это дает нам доступ к глобальному рынку газа. Потому как любой конфликт может вызвать жгучее желание просто подорвать газопровод, идущий не по нашей территории или по дну моря в нейтральной юрисдикции.

До кучи тут же решили вопрос по закупке утилизаторов для Севера и Дальнего Востока. Там ничего не гниет и устраивать мусорные полигоны не айс. А так и нынешние свалки переработают во вторсырье.

По окончании совещания Примаков пригласил Макса к себе.

- Не перегнул ты палку то? – спросил Президент.

- Нет, Евгений Максимович, в самый раз. Нам сейчас нужно поворачиваться быстро. Там амеры задумали югославов нагнуть. Пока они будут разбираться мы и это провернем без шума. Клинтон то увяз в шашнях со своей стажеркой и республиканцы захотят импичмент ему объявить. Скандал он будет заминать, отвлекая всех на конфликт в Югославии. Классика жанра. Но пока они даже от аварий не отошли. Страшно подумать во сколько им обойдутся новые системы безопасности. Миллиарды долларов. Учитывая, что все станции в США частные – то полезут за кредитами. Кроме вояк, но им еще дороже встанет. Они то из бюджета будут брать деньги, а там очередь на распил как раньше к мавзолею.

- Нам бы сейчас аннулировать контракт Гор-Черномырдин по оружейному урану, - запустил мысль Макс. Нам уран в космосе пригодится. А амерам сливать новое обогащение. Они то все свои мощности по обогащению закрыли. Им только мы и французы поставляют, но и этого им мало. Слишком много блоков надо кормить. На всех не хватит. Восстановить же – пупок развяжется. Не смогут они. Дорого очень им встанет. Да и не делает больше никто.

- Подумаем, что можно сделать. Этот кретин Адамов взял откат и усвистал в Америку. Пока там его не достать. – вздохнул Президент.

- Да ладно я им еще пару ежей в штаны запущу, - покрутятся еще, - закончил Макс. – Нам время нужно и пока оно у нас есть. Потом будет много тяжелее, когда они очнутся.

- Так это ты что-ли по станциям?- спросил Примаков.

- Где я и где станции, - манул рукой Макс. – Там технологии шестидесятых годов. Тогда совсем другие требования были. Мне тесть целую лекцию прочитал по безопасности атомных станций. Их там все заставили переделать, а проектировщика уже нет на свете. Пришлось все заново делать. Да вы и так это знаете. Вам же доклад по Чернобылю предоставили. А у них даже сплавы не бьются для корпусов реакторов. На глазок делали. Сейчас уже и не узнаешь – сколько лет прошло. И парогенераторы все нестандартные.

- А ну да. Он же у тебя на Курской служит. – кивнул головой Примаков.

- Мне никогда не было это интересно. Дорогая станция. Правда я бы РБМК оставил. Она изотопы дешевые может делать – там физика простая. Это не кипятильники, как на Южно-русской. – ответил Макс.

После отъезда Макса примаков долго думал и понял, что все , что Макс выдает случается почти точь в точь. Наверняка у него есть свой инсайд. Про Клинтона он вот ничего не знал, а тут шашни со стажеркой. Да его женушка в говном съест за это. Макс непрост – далеко не прост. Ну простые Нобеля не получают. И чемпионами не становятся. Да и с Юсуповским дворцом надо что-то решать. Так ведь и стоит, и ветшает. И вызвал референта.

Дворец.

Министр культуры России Егоров Владимир Константинович никак не ожидал приглашения Президента. Но как чиновник высокого ранга быстро собрался и поехал в Кремль. В Сенатском дворце его проводили в приемную и Примаков принял его практически сразу.

Президент произнес дежурные фразы и поинтересовался проблемами. Потом сразу спросил о судьбе Юсуповского дворца в Петербурге. Егоров был не совсем в теме, но помнил, что там проблема с кадрами и содержанием объекта. Он висит гирями на бюджете Министерства Культуры и Минимущества полностью умыл руки по поводу культурного объекта Северной столицы. А у него таких объектов воз и маленькая тележка.

Тогда Примаков посвятил его в тему встречи. – Тут к нам обратилась старая европейская аристократия в лице Короля Швеции. И попросили руководство новой России как-то порешать вопрос с реквизированной собственностью старой русской аристократии. Она ветшает и за ней нет пригляда. Нам с Европой не следует ссориться из-за какого-то дворца. Он в собственности государства и ею останется. Но Король предложил назначить директором сего объекта ближайшую родственницу князей Юсуповых – графиню Шереметеву-Юсупову. Ксения Николаевна восстановила свое гражданство и как российская гражданка имеет право занимать государственные должности. Король дал понять, что европейская аристократия не оставит это без внимания. А нам нечего с ними делить, но их влияние нельзя недооценивать. Надеюсь, вы меня понимаете, – произнес Президент.

Егоров вспотел и не знал, что ответить сразу, но быстро нашелся и согласился подготовить документы на назначение Ксении Николаевны Шереметевой-Юсуповой директором музея-дворца Юсуповых. С расширенными полномочиями. Только попросил визу премьера, на что тут же получил согласие.

Примаков особо подчеркнул, что надо подобрать флигель для проживания директора и ее семьи в здании дворца с оформлением прав собственности на него. Сам же объект остается в собственности государства. О реституции речи не идет. Она незаконна. При выборе помещения посоветуйтесь с её родственником Максимилианом Юсуповым. Он точно вам скажет, что графиню устроит. Контакты ее тоже предоставит вам он. И Президент закончил прием.

Владимир Константинович потом долго вспоминал детали приема, так как более таких вопросов у Президента не возникало.

На следующий день Макс был у Министра на приеме и передал папку с копиями документов Ксении Николаевны. И после этого сразу вылетел в Питер.

Макс подобрал помещения во флигеле дворца для тетушки и ее челяди с Татьяной Ильиничной вкупе. С отдельными апартаментами для гостей. Дав команду выделить указанные помещения в отдельный паспорт БТИ с дальнейшем передачи в собственность графини. Ремонт помещения был за счет бюджета и Макс назначил одного из своих подрядчиков на сопровождение подряда. Когда все было готово Макс позвонил тетушке в Грецию и пригласил ее в Петербург вместе с дочерью. Срочно.

В Пулково Макс их встретил на микроавтобусе Тойота. Он терпеть не мог эти чемоданы – Мерседесы. Особенно 140-й кузов. Они сразу поехали в управление культуры города Санкт - Петербурга. Там тетушке вручили удостоверение и документы на ее квартиру во дворце. Потом они поехали во дворец. Там его люди выстроили всех работников музея-дворца. Макс представил им нового директора объекта и попросил любить ее и жаловать. По его взгляду было понятно, что будет, если ее не будут любить. И жаловать.

Потом они поехали в ресторан отметить назначение. Макс произнес тост за нового директора и ангела-хранителя гнезда Юсуповых. Расцеловался с тетушкой и отбыл в Москву.

Космос.

Макс получил в секретариате копию Постановление Правительства России по развитию энергетической независимости страны и переправил ее всем своим руководителям с пояснительной запиской. Теперь они должны включиться в работу. А сам сконцентрировался на космическом ЛА (летательном аппарате).

Шеф просчитал много вариантов и ждал Макса, чтобы принять решение.

Наиболее продвинутой версией двигателей Шеф посчитал атомные движки на уране - 235. Там КПД был много выше и скорость истечения реактивной струи тоже. Следовательно, выше скорость. Единственное неудобство, то, что его у Макса не было, а просить его у властей он не хотел. Там столько заморочек по поводу ядерной безопасности, что замучаешься оформлять не светя аппаратом.

О чем он и поведал Шефу. Тот, не долго думая предложил применить реакцию трансмутации вещества превратив уран – 238 в 235-й. Без мучительной операции обогащения в центрифугах с дальнейшим разделением оксида урана.

Макс завис – а что так можно было? Шеф почти что хмыкнул. Он не задавал такого вопроса, а модулю все параллельно. Его не спрашивают – он не отвечает. Макс обругал себя, что забыл, что работает с машиной. Скрытые смыслы не ее конек. Понятие «имел ввиду» у нее не пашет.

Тогда решено. И Макс приступил к работе. Пахал он три месяца, изредка вылезая из своих пещер и проверяя работу системы. Пока все шло ровно.

Корпус был сформирован из титана с сапфировыми иллюминаторами. Наружные камеры и датчики прикрывались титановыми шторками. Сзади двигательный отсек с двумя атомными движками и дюзами наружу. Позади двигательного отсека реакторная с двумя реакторами на движки и одним на систему жизнеобеспечения и бытовые нужды. Далее установка искусственной гравитации и танк с водой и с антигравом для полетов в атмосфере и разгона.

Потом блок жизнеобеспечения и туалет с душем. Две каюты на двух человек каждая. Рубка с обзорным экраном и стеклом. В носу противометеоритный радар и гауссова пушка с генератором холодной плазмы. Макс все пытал Шефа на предмет силового поля или что-то в этом роде, но ничего не добился. Но дал ему базу на изучение физики полей. Мол, учись студент. Когда научишься прыгать воду в бассейн налью.

Посередине рубки было кресло капитана, слева кресло навигатора или штурмана и справа кресло оператора радара и пушки. ЛА переправили в тоннели в Уральских горах, там был пункт контроля за спутниками.

При окончательной доводке изделия Шеф все-таки разродился формулой специального покрытия для нивелирования перегрева при входе в плотные слои атмосферы. По консистенции это была паста или мастика, которая при первом перегреве буквально прилипала к металлу и потом исправно служила теплоизолятором. По словам Шефа она могла служить несколько лет, а потом ее просто надо снимать обработав другим составом. И наконец Шеф все-таки выдал чертежи противометеоритного силового купола на нос корабля. Шеф объяснил, что сначала он просто не просчитал вероятности повреждения ЛА при столкновении с метеоритом. Но расчеты показали, что при таких скоростях радар мог просто не засечь микрометеорит, что грозит разрушением ЛА и смерти оператора. Ну еще сделали грузовой отсек для спутников с распахивающимся люком и манипулятором.

Управлялось это хозяйство при помощи большого сервера с сумасшедшей расчетной мощностью, которая и не снилась даже в конце его первой ипостаси.

Большой экран украсил рубку, а саму сборку поместили в отдельное небольшое помещение. Кухни как таковой не было. Было кухонное место, где можно было подогреть что-то из полуфабрикатов или консервов. Холодильник был и небольшой склад для продуктов. Там же был и утилизатор. Вся посуда была разовой. Мыть что-то в космосе это расход воды.

Специальный выход для ЛА был оборудован на не просматриваемом склоне горы в конце одного из тоннелей.

Скафандр Макс заказал в той же конторе, что делала их для наших космонавтов. На «Звезду» он передал чертежи и памятку по материалам. Начинку же сделал сам. Пока 4 скафандра заняли свои места в каютах экипажа.

Также Шеф настоял, чтобы там были и 4 высотных парашюта с НЗ комплектом выживания на случай аварии и короткие дробовики в качестве оружия последнего шанса. Игольники были как личное оружие.

Первый полет Макс начал глубокой ночью. Тихо открылись створки ворот тоннеля выпуская неведомую машину. Включив режим холодной плазмы и антиграв Макс отлетел поближе к полюсу и там разогнавшись включив атомные движки вышел на орбиту Земли. Антиграв первую космическую скорость бы не взял. А вот уже на орбите он отлично справлялся с маневрированием. Включив ИГ он встал с кресла отправился попить чаю. Потом полюбовавшись на смену дня и ночи на орбите сев кресло и развернул на экране изображение Земли с орбитами спутников. Он себе наметил десяток наиболее дорогих и важных спутников его любимых амеров и до кучи пару французских и японских. Для начала он потренировался и разнес в пыль пять мертвых аппаратов. Гауссова пушка стреляла урановыми шариками, которые их разносили на мелкие кусочки. Потом он выжег электронику на пяти крупных и дорогих амерских спутников, чтобы не возбуждать лишнего интереса. Так сломались и сломались. Орбиты они не меняли - так и поболтаются космическим мусором пока не упадут сами. Эти аппараты принадлежали АНБ и стоил каждый под миллиард долларов. И еще их сделать надо, а это нетривиальная задача. И время. Восстановить все это – не один год работы. Потом также поступил с пентагоновскими спутниками. Для сокрытия своих деяний сжег еще четыре спутника навигационной системы над Китаем и еще несколько метеоспутников, которые принадлежали китайцам, французам и японцам. Когда будут расследовать это будет завесой, что не они одни пострадали. Наверное, поток космических частиц вывел их из строя. Даже если шаттл свой поднимут, то кроме выжженой электроники ничего не найдут.

Ну вот сделал гадость – сердцу радость, подумал Макс. Сейчас у них там начнется разбор полетов. Это же коммуникационные спутники были. Репу начнут чесать, что бы сделать чтобы связь восстановить. Потом он отлетел и сжег еще три геостационара. Потом решил, что раз в плане полета стоит Луна, направился к ней. Шеф ему говорил, что там могут быть обломки их модуля, но координат у него нет. Вороненное тело его корабля скользило по низкой орбите Луны. Для лучшей маскировки Макс заворонил корабль и ночью его визуально было совсем не видно. Просто и со вкусом. Все равно днем на нем не полетаешь. На радарах его не видно, но обычным зрением или камеры его точно могут засечь. Сейчас у него работали сканеры на тепло, электромагнитное излучение и радиацию. Пока датчики молчали. Визуально все равно ничего не видно. Камеры работали и потом придется разбирать съемку самому. Земных спутников вокруг Луны пока не было.

Пообедав, Макс включил себе какую-то киношку и сидя в кресле пил кофе. Один из блоков компа считал его задумку. Поняв, что устал завалился спать. Вообще он тут стал жить по корабельному времени. Что не потерять режим сна и работы.

Проснувшись и умывшись Макс сел завтракать. Порция каши с черным хлебом и маслом, дополнили джем и крепкий чай. Потом он сел в кресло и начал просматривать записи телеметрии с датчиков. Отметив две засветки датчиков радиационного фона и электромагнитного излучения, продолжил сканирование в автоматическом режиме решив проверить их позже. Все равно карта Луны нужна так или иначе, особенно ее обратная часть. Так что не горит пока. Потом принял звонок от Нины. Его там кто-то ищет, но она всех отшивала, говоря, что Макс на эксперименте под землей и там нет связи. Ничего срочного. Обычные вопросы подождут. А так все здоровы и слава Аллаху.

Неделя сканирования прошла незаметно. Блок еще раз пересчитал его задумку и дал положительное заключение. А Макс вернулся к той самой засветке, которую он отметил еще в первый день сканирования. На этот раз в визуальном режиме. Солнце подсвечивало указанное место и камеры отсняли какой=то искусственный объект, явно разрушенный. Увеличив зум он увидел останки корабля или зонда, который явно разбился то ли при посадке, то ли еще отчего. От него фонило радиацией и он явно еще не умер, так как засветка электромагнитного датчика давала картину работы каких то приборов.

Макс занялся расчетами посадки и выбрав площадку подвел к ней корабль. Выпустив три опорные лапы он сел. Вынув скафандр из шкафа он прошел в шлюзовую. Там переоделся и закрыв лицо светофильтром и проверив герметичность спустился по лесенке на поверхность. Отметил на механических часах время и двинулся в сторону обломков.

Обломки сильно не разбросало – аппарат упал в лощину – и лежали довольно кучно. Основной блок разломило пополам, открыв нутро корабля. Опасаясь острых краев Макс аккуратно проник внутрь и включив лампу на шлеме двинулся дальше. В головной части он увидел каюты, какие-то приборы, трубопроводы за сорванной обшивкой. Света не было. Дойдя до рубки он увидел, что дверь распахнута настежь и в рубке два трупа сильно измененных и мумифицированных. Это были мужчина и женщина. Они явно погибли при падении. На них были пилотские комбинезоны и странные ботинки. Сняв один ботинок он понял, что они были магнитными. Надписи в рубке на приборах были на неизвестном ему языке. Это не был язык Шефа. Его бы он понял. Хоть там и фонетика была странная, но читать он мог свободно. Обойдя каюты Макс отправился в хвостовую часть. Там он увидел знакомые реакторы, тело утилизатора. Склад стержней, танк для воды, которая замерзла и порвала все трубы от него. Склад продуктовых пайков в саморазогравающейся упаковке. Чулан со сменной одеждой, скафандры пустотные и для нахождения в рубке.

Ничего покажу Шефу, может он и поймет кого это к нам занесло. Камера то все пишет, плюс его комментарии. Это все надо отсюда убрать, - подумал Макс. Не гоже так все оставлять. Но одним рейсом тут не отделаешься. У него не грузовик. И грузовой отсек небольшой. Еще нужна гравиплатформа. Чтобы таскать все к его кораблю. На руках тут фиг чего утянешь.

Потом он увидел дверь на которой был нарисован человек с выделенной кровеносной системой, мозгом и сердцем. Расстопорив дверь с вращающейся ручкой на манер наших дверей с воротом в бомбоубежищах он вошел и увидел капсулу с прозрачной крышкой в которой лежало тело девочки лет так шести-семи по земному если считать. Она была явно жива. Капсула работала и поддерживала ее жизнь на автономном режиме или от отдельного мини реактора. На приборной панели мигали лампочки и экран что-то показывал, но прочитать он это не мог. Макс тщательно осмотрел капсулу. Все записалось и он остановил осмотр. Ему надо все сбросить Шефу, чтобы определиться как спасать девчонку. Пока это приоритет.

Выбравшись из разрушенного корабля он вернулся к себе. И переодевшись и приняв душ отправил все записи шефу на анализ. Разговаривать было не совсем удобно. Запаздывание сигнала все-таки чувствовалось. Хоть и небольшое.

Более-менее разъяснилось все часа через три. Шеф распознал в языке их соседей, которые откололись от их цивилизации давно, но поддерживали связи и торговлю. Реакторы так вообще были их производства. Он дал четкие инструкции по переносу капсулы на его борт и вскрывать ее надо будет только на Земле. Он все так и сделал. Заодно снял все данные с расчетного модуля и его тоже уволок с собой. Рассчитывая вернуться и доделать остальную работу.

Захватив с собой еще и детские и взрослые комбезы и скафандры, образцы пайков и стержней он полетел обратно. Садиться пришлось на острове, так как пока Макс не представлял себе дальнейшие действия. Нина уже примчалась на остров раньше него. Вытащив все из грузового отсека он присоединил капсулу к питанию отключив автономное, по указанию Шефа проделал нужные манипуляции включив вывод ребенка из сна. На это уйдет как минимум сутки. Это щадящий режим. Можно и быстрее, но сейчас нет аврала и все пройдет но нормальному протоколу.

А пока Шеф дал мнемокарту их языка и Нина и Макс прошли мнемонику, чтобы хоть как то общаться с девчонкой.

Крышка капсулы приподнялась и девочка открыла глаза. На нее смотрело лицо молодой женщины, которая улыбалась ей.

- Привет красавица! – сказала она. – Пора просыпаться! И опять улыбнулась.