Ночной рейс

Глава 1

Холодный ночной воздух обдувал наполовину закрытое лицо высокого мужчины, стоящего на давно опустевшей платформе. Предпоследний рейс давно уже увез всех тех, кто хотел уехать из прохладного Хельсинборга в туманную Великобританию. Резкие порывы осеннего ветра раздували уже успевшую пожелтеть листву, сгоняя ее в огромную лужу на краю платформы. Сгонял и беспощадно топил во всей глубине грязной воды. Так и лежали в воде листья-утопленники, заложники холодной осени.

Незнакомец, терпеливо ожидавший свой ночной рейс, также чувствовал себя заложником этой осени. Заложником этого беспощадного времени года.

Люди говорят, что осенью все вокруг умирает. Деревья теряют свою прекрасную листву, цветы спадают на землю, реки начинают замерзать. Природа замирает в своей предсмертной гримасе, ожидая, пока зима не заметет все к чертовой матери.

Но у незнакомца все было не так. Осень для него была временем рождения, временем, когда он восставал из мертвых, временем, когда он делал шаг вперед.

Эта осень, наступившая так внезапно, выгнала его из летнего ступора, заставив выполнить все обещания, данные в ту Темную ночь. Это обещание было единственным стимулом, заставляющим ходить, дышать, есть и пить.

Очередной порыв ветра заглушил гудок приближающегося черного поезда. Из трубы валил черный дым, растворяющийся где-то между тысячами звезд на небе. Вот он, тот самый поезд, который поделит жизнь своего пассажира на до и после.

«Сердце снова вылетает из груди. Опять. Как в тот первый день ее появления в Хогварсте. Милая девица, заставившая меня снова чувствовать боль».

Наконец, поезд замер у платформы. Узкие двери черного вагона распахнулись, принимая в себя своего единственного пассажира. Незнакомец незамедлительно двинулся к дверям, поднялся по ступенькам, ведущим вверх. В вагоне было абсолютно пусто — не было ни пассажиров, ни контроллеров. Найдя свое место, указанное в билете, незнакомец сел на него. В вагоне было тепло. Незнакомцу было также тепло, когда любимая обнимала его. Он помнил это так, как будто это произошло вчера: урок зельеварения уже давно закончился, но он остался в классе, чтобы подготовить необходимые материалы к завтрашнему уроку. Обычно к разделке тритонов он привлекал ученика, хуже всех выполнившего практическое задание, но в этот раз все справились нормально, поэтому работу пришлось выполнять ему. Отойдя в самый дальний угол класса, за стеллаж, где хранились необработанные тритоны он услышал скрип открывающейся двери. Он замер, прислушиваясь к звукам. Скрипнула вторая дверь. Все стало очевидно — кто-то пролез в его хранилище ингредиентов. Выйдя из-за стеллажа он спешно направился к двери хранилища. Распахнув ее полностью он увидел ту самую девчонку из Гриффиндора. Ту самую, что заметил осенью, когда она только-только перешагнула порог Хогварста. Девчонка сжимала в руках стеклянный пузырек со слезами косули. «Простите» — вырвалось из ее губ. Девчонка дернулась вперед, чтобы убежать, но он встал на ее пути, перекрыв всякие пути к отступлению. Тогда девчонка подошла к нему и обняла. «Профессор Снейп, Вы ведь простите меня?» — такой дерзости он не слыхал за всю свою жизнь. Девчонка застала его врасплох, введя во временный ступор. И воспользовавшись этим она не просто успела сбежать, но и прихватила еще парочку бутыльков с достаточно редкими ингредиентами.

Таких нелепых, казалось бы, встреч, было еще очень много, но он помнил каждую из них. Они не давали его сердцу замерзнуть в трудные времена.

Наконец, поезд закрыл свои двери и тронулся. Он медленно набирал ход, неся своего пассажира к жизни, о которой он мечтал все свои дни.

***

— Рон, ты что, совсем идиот?! Поставь наконец уже коробку и иди за другой! Ей богу, ведешь себя как ребенок. — Гермиону безумно раздражал этот переезд в новый дом.

Их семейное гнездышко находилось на Уэст-Клифф, в небольшом городке Уитби, стоящем на берегу Северного моря. Весь городок продувал насквозь промозглый осенний ветер. Временами шел дождь. На этом все интересное в Уитсби заканчивалось.

— Может стоит использовать палочку? — аккуратно спросил Рон, автоматически втягивая голову в плечи, боясь негодования Гермионы.

— Мы в городе маглов, Рон! — воскликнула Гермиона.

— Ах да, точно! Ну ничего, скоро прибудет Гарри, с ним мы справимся с этими коробками в два счета.

Гермиона ходила по абсолютно пустому дому. От каждого ее шага раздавалось звонкое эхо, распространявшееся по всему первому этажу. На стенах были наклеены унылого вида обои, мебель была не очень старой, но навеивала на девушку безумную тоску. Как будто из этого дома вынули всю душу. Осталась лишь пустота и одиночество. Лишь одна мысль, что завтра она наконец выйдет на работу в местный отдел министерства магии, хоть как-то приободряла ее.

Наконец, старый камин запылил и из него появился немного грязный, но веселый Гарри.

— А вот и я, скучали? — Гарри вылезал, попутно стряхивая пепел со своей мантии.

— О, Гарри, дружище! — Рон был так рад видеть своего друга, что выронил коробку с посудой из рук.

Коробка полетела прямо на пол и оповестила о своем падении громким «дзинь».

Брови Гермионы поднялись от крайней степени возмущения, но она промолчала.

— Рон, ну ты как всегда, — рассмеялся Гарри, — сейчас мы все починим в два счета.

— Я сам справлюсь Гарри, но немного позже. Пока оттащу эту коробку в кладовку. Может ты знаешь какое-нибудь зелье для поднятия настроения? А то Гермиона сегодня совсем кислая.

— Знаю одно, — усмехнулся Гарри.

— Вот и отлично, — громко сказал Рон и потащил коробку в кладовку.

— Ну что? — чуть не напала на Гарри Гермиона, как только Рон скрылся за углом.

— Ничего, — ответил Гарри.

Гермиона обиженно скрестила руки на груди, хотя прекрасно понимала, что Гарри совсем не виноват в складывающейся ситуации.

— Гермиона, — тихо сказал Гарри, — пора забыть. Рон мой лучший друг и я не хочу больше играть за его спиной. Но и тебя тоже я прекрасно могу понять. Но пожалуйста, пообещай мне забыть.

— Ты же знаешь, что я не могу, — прошипела Гермиона, — он обещал мне.

— Его уже давно нет. Смирись с этим.

— Нет. Его тело так и не нашли.

— Гермиона… Пожалуйста…

— Если бы не тот поступок Рона, то я бы никогда не вышла за него замуж. Гарри, я все-еще думаю о нем. Он снится мне почти каждую ночь.

— Я понимаю тебя… Если я узнаю что-то, то я сообщу тебе.

— Что это ты узнаешь? — встрял в беседу внезапно вернувшийся Рон.

— Узнаю насчет работы для тебя. Уже давно нужно было подыскать какой-нибудь вариант. А то останешься навеки домохозяйкой, — усмехнулся Гарри.

— Ну уж нет! Завтра же пойду! — возмутился Рон.

— Рон, Гарри, я оставлю вас ненадолго. Хочу прогуляться немного.

— Нет проблем! Гарри, будешь пиво? — весело поинтересовался Рон.

Кажется в доме затевалась самая настоящая маленькая вечеринка.

***

Гермиона сидела на большом камне на берегу моря и плакала. Она вспоминала все то, что было с ней раньше и с отвращением принимала то, что происходит с ней сейчас.

— Замужем за нелюбимым, — сквозь слезы говорила она морю.

Море отвечало ей шумом накатившейся на песчаный берег воды.

— Как мне дальше жить? Как? Как забыть? Как перестать верить?

Холодный ветер сильным порывом сдул с ее плеч тонкую накидку и унес ее прямо в воду. Гермиона подскочила к воде и выловила промокшую насквозь вещь. От обиды на природно явление слезы с удвоенной силой потекли по ее щекам.

Несправедливый ветер дул все сильнее в ее спину, путал ее волосы. Выжав свою накидку она зашагала вдоль берега. Ее ботинки тонули в песке, оставляя от себя глубокие следы.

Мир давно перевернулся для Гермионы и все никак не мог встать на свое место. Все и все были не на своих местах и от этого становилось вдвойне обидно.

***

Ночью Гермионе не спалось. Возможно, причиной являлось новое место. Возможно, что мысли все никак не могли успокоиться. Она спала одна в небольшой спальной комнате на втором этаже. Рона она выгнала спать на диван, находящийся на первом этаже. Для этого ей пришлось устроить истерику, обвинив его в нарочном битье посуды. И хоть эта посуда давно уже была целой (спасибо за помощь Гарри), скандалу было суждено состояться.

Честно говоря, Гермионе было наплевать на посуду. Просто сегодня ей было бы неприятно лежать с Роном в одной кровати. Ей было бы неприятно чувствовать его объятия, ощущать на своем теле его поцелуи. Сегодня она слишком много думала о Северусе. Поэтому эту ночь Рону было суждено провести на диване.

Ветер все никак не хотел успокаиваться. Он дул так, что аж дребезжали окна в доме. Но среди всех этих шумов послышался скрежет об оконную раму. Гермиона соскочила с кровати, подбежала к окну и одернула штору — за окном сидела сова Гарри, к лапке которой было привязано скрученное послание. Гермиона спешно открыла старые защелки и раздвинула рамы, впустив сову внутрь. Сова села на бортик кровати, отряхнулась и послушно подала лапку с бумажкой. Гермиона аккуратно отвязала ее и развернула. В ней было всего несколько слов, которые заставили сердце девушки буквально сделать сальто внутри грудной клетки:

«Есть информация. Приходи, как будет возможность. Г.»

Глава 2

Ветер со всей силы раздувал тяжелые шторы, разнося их в разные стороны своими порывами. Гермиона стояла босиком, но совсем не чувствовала холода от деревянного пола. Вчитываясь в каждое слово она не могла поверить своим глазам. То, чего она так ждала все это время, кажется начало возвращаться в ее жизнь .

Спускаясь по лестнице, Гермиона боялась только одного — разбудить Рона. Она пыталась преодолевать каждую ступеньку максимально бесшумно. Лестница же, в ответ на шаги Гермионы, издавала тихие скрипы. Так, обычно, скрипят лестницы в домах, уже отживших не один десяток лет. Ей хотелось сбежать, шумно топая босыми ногами вырваться из дома, но ситуация не позволяла так неаккуратно себя вести.

Наконец, преодолев скрипучую преграду, Гермиона спустилась на первый этаж. Аккуратно и медленно открыв дверку большого коричневого шкафа, она стянула с вешалки свое длинное пальто и взяла с полки ботинки. Наконец, подойдя к двери, Гермиона оглянулась назад — в дверном проеме виднелась часть дивана, на котором спал Рон. Он лежал, с головой укрытый пледом и вроде-бы спал. Взявшись за дверную ручку, она провернула ее и выскользнула за дверь. Уже за дверью Гермиона накинула на свою ночную рубашку пальто и сунула ноги в ботинки. Она бежала по широкой, плохо освещенной улице, попутно застегивая пуговицы. Сердце бешено стучало в груди так, словно ему было тесно и оно намеревалось выскочить прямо на проезжую часть. Застегнув все пуговицы, она притормозила, чтобы осмотреться. Вдалеке виднелась желтая машина такси, стоящая на парковке у круглосуточного магазина. Добежав до нее, Гермиона распахнула дверь и прыгнула в салон.

— Эйри — Хилл, срочно, — чуть ли не криком скомандовала она таксисту.

Таксист вздрогнул от резко прервавшейся ночной дремы и провернул ключ зажигания. Машина загудела и тронулась. В окно начал биться мелкий противный дождь. Дворники как метрономы отбивали свой такт на стекле, собирая множество капелек в тонкую струйку, спускающуюся по бокам лобового стекла. Только этот стук связывал ее с реальностью. В своих мыслях Гермиона уже давно была на Эйри-Хилл в доме Гарри.

***

В окне небольшого одноэтажного дома горел свет. Гарри ходил по комнате, держа в руках небольшой кусочек бумаги. Новость о том, что профессор жив и в скором времени прибудет в этот дом, выбила его из привычной колеи жизни.

«Он только сейчас решил рассказать о том, что жив. Почему-то я нисколько не удивлен этим. Такой поступок… Так хочется снова возненавидеть Профессора Снейпа… Но не получается».

Возможно, Гарри и не совсем осознавал это, но он был очень рад тому, что профессор Снейп восстал из мертвых и снова появился в его жизни. То, что произошло Темной ночью, отпечаталось в его сознании, казалось бы, навсегда. Он успел навеки попрощаться с тем, кто оберегал его все эти годы, проведенные в стенах Хогварста. Но судьба дала ему еще один шанс. Шанс хоть как-то загладить свою вину за все те годы, что он находился в незнании.

***

Мысли Гарри прервал бешеный стук в дверь. Подскочив к двери, Гарри распахнул ее — на пороге стояла Гермиона. Вся продрогшая, она вошла в дом.

— Гермиона, почему ты не трансгрессировала? Или добралась бы с помощью летучего пороха, — Гарри смотрел на девушку раскрытыми от удивления глазами.

— Я думала, что будет совсем уж бестактно врываться к тебе слишком неожиданно. Поэтому добралась на такси. Скажи, он уже здесь? — Гермиона оглянула комнату, пройдясь взглядом по всем предметам мебели.

— Нет, пока еще нет. Гермиона, я позвал тебя сюда не за тем, чтобы обсудить эту новость. Нужно что-то решать с Роном.

Гермиона опустила свой взгляд на пол. В такой знаменательный и важный для нее момент она меньше всего хотела разговаривать о Роне.

— Гарри. Северус вернулся. Мне придется расстаться с Роном.

— Ты не боишься потерять друга? — Гарри снял очки и потер руками глаза. От напряжения они заболели и начали слезиться.

— Это был его выбор. Я осуждаю себя за то, что пошла у него на поводу.

— Но если бы ты не пошла… Мы бы потеряли Рона навсегда. Я больше никогда не смог бы смотреть в глаза миссис Уизли…

— Гарри. Я хочу закончить эту игру. Обещаю, что я буду стараться сделать это как можно мягче для Рона. Но ты должен помогать мне в этом. Одной мне не справиться.

— Хорошо.

В комнате повисла натянутая пауза, держащая в ощутимом напряжении.

— Гермиона…

— Да, Гарри?

— Если бы я тебе не сказал о последних словах Северуса… Сейчас все было бы по другому?

— Нет, Гарри. Нет.

***

Гермиона вернулась домой, когда солнце уже начало робко освещать обрызганные дождем улицы Уитби. На ступеньках крыльца скопилась вода и Гермиона сгоняла ее краем ботинка, никак не решаясь войти внутрь. Наконец, пересилив себя, она протянула руку к двери. Внутри дома было тихо. Рон стоял у столешницы, насыпая растворимый кофе в свою большую зеленую кружку.

— Где ты шлялась всю ночь? — не поворачиваясь к Гермионе спросил Рон.

— Я была у Гарри, ему срочно понадобилась моя помощь, — стараясь произносить слова как можно увереннее, сказала Гермиона.

— Не ври мне!

Рон резко развернулся и запустил кружку в стену. Кружка разлетелась на множество мелких и крупных зеленых осколков.

- Как ты смеешь обманывать меня? - прошипел Рон и направился прямиком к Гермионе.

Подойдя совсем близко он удалил девушку по лицу. От такой внезапной пощёчины Гермиона пошатнулась и схватилась за выступающий край шкафа. Рон развернулся и направился в кухню. Достав другую кружку из шкафчика он снова попытался сделать себе кофе.

Гермиона пулей взбежала по лестнице, ведущей на второй этаж и закрылась в ванной. Открыв кран и выпустив наружу холодную воду она пыталась умыться и успокоиться. Пальцы немели от холода, но это был единственный способ хоть как-то придти в нормальное состояние.

Гермиона понимала, что она заслужила эту пощёчину сполна.

"Нужно реально смотреть на вещи. Я подалась на манипуляцию Рона. Я ему подыграла. Но эта игра зашла слишком далеко. Во всем этом моя вина".

Гермиона сидела на полу, опустив руки в ванную, держа ладони под струёй ледяной воды. В голову девушки назойливо лезли нехорошие мысли, касаемо прошлого. Гермиона постоянно гнала эти мысли из своей головы, но они упорно появлялись снова и снова.

"Если бы только он довел тогда дело до конца. Если бы он нажал на курок. Не зря же мистер Уизли конфисковал этот пистолет, думая, что это диковинный металлический магловский бумеранг".

Когда Гермиона вышла из ванной, Рона не было дома. Поэтому она спокойно собралась и вышла из дома. На улице светило солнце. Касаясь своими тёплыми лучиками всего вокруг оно согревало маленький городок. Краткосрочный период ласкового тепла перед изнуряющей зимой.

Министерство магии было спрятано очень надёжно: вход находился с торца ничем не примечательного дома. На стене этого дома висело множество объявлений, из которых необходимо было найти нужное и оторвать маленькую бумажку с номером телефона. Как ни странно, бумажки отрастали заново после каждого вошедшего в Министерство.

Гермиона подошла к стене. Тщательно осматривая каждое из объявлений, среди "продам велосипед", "найдена собака породы монгольский Хун" и "услуги горничной" она нашла нужное.

От небольшого бумажного листа с надписью "требуется на работу коммивояжер со знанием латинского языка" она оторвала бумажку с номером телефона. Стена моментально стала полупрозрачной, пропуская нового сотрудника Министерства внутрь. Внутри располагался пустой холл, по стенам которого располагались лавочки для посетителей. Интерьер Министерства казался Гермионе очень скудным, даже немного скучным, по сравнению с главным зданием Министерства Магии. Пройдя через пустой холл, Гермиона свернула в единственный коридор, ведущий к каменной лестнице на второй этаж. Поднявшись, она увидела единственную дверь в этом здании. Едва она успела поднять руку, чтобы постучаться, как дверь сама открылась перед ней.

- Заходи, заходи. Не стесняйся, - послышалось из кабинета.

Гермиона переступила порог и попала в маленькую комнату с одним окном, на подоконнике которого стоял давно засохший кактус.

Из-за горы папок показалось лицо женщины в круглых очках. Она вытянула руку и указала пальцем на свободный стол.

- Там будет твое рабочее место. Можешь начинать обживаться.

Стол был полностью завален бумагами.

- Меня зовут Кэрол. А ты, как мне сказали, Гермиона.

- А кто сидит за тем столом? - Гермиона указала на третий, абсолютно пустой стол.

- Ах, это рабочее место Карла.

- Карла? - переспросила Гермиона, - это случайно не Карл Сноу?

— Да, именно он, - с гордостью ответила Кэрол, - стать абсолютным чемпионом в магловском делопроизводстве - нужно иметь большую выдержку и железные нервы. Только вот он немного приболел, поэтому сегодня мы будем работать вдвоем.

Ведь день Гермиона и Кэрол разбирали горы бумаг, оставшиеся с прошлой недели. Магия не особо помогала в этом деле, потому-что необходимо было сортировать документы по типу и складывать их в папки, имеющие определенный номер. Единственная польза от магии была только в том, что не приходилось таскать тяжёлые папки - они летали сами, со стеллажа на стол и снова на стеллаж.

В конце дня Гермиона чувствовала себя настолько уставшей, что и думать забыла об утреннем скандале с Роном. Но покинув свое рабочее место мысли снова овладели ей. Идти домой не хотелось. Но нужно было вернуться хотя-бы за вещами, а потом уйти на первое время жить в отель. Это не было проблемой для Гермионы. Ее больше волновало то, как Северус воспримет то, что она вышла замуж за другого. Будет ли подорвано доверие к ней? Сможет ли он простить? И вообще, захочет ли видеть ее после всего. Ведь письмо о том, что он жив, получил Гарри, а не она.

Погруженная в свои мысли Гермиона не заметила, как дошла до своего дома. На пороге стоял высокий мужчина в черной мантии. Его черные волосы отражали блики теплого осеннего солнца. Он стоял, навалившись на стену у входной двери. Сердце Гермионы на мгновение остановилось, а, затем, застучало быстро-быстро. Ее ждал Северус Снейп.

Глава 3

Теплый, едва уловимый, осенний ветер оставлял после себя мелкую рябь на лужах. Последствия ночного дождя понимали, что следующая ночь принесет за собой первый осенний заморозок, и, поэтому, они со смирением поддавались влиянию стихии и нехотя отражали в своей ряби яркие лучики солнца.

— Северус, - тихо, едва заметным шепотом, сорвалось с губ Гермионы.

Каждый сделанный ею шаг был быстрее предыдущего.

— Северус...

— Здравствуй, миссис Уизли, - с ледяным спокойствием ответил Северус.

В его голосе не было злости, обиды или ненависти, голос звучал так же, как на многочисленных уроках зельеварения.

— Северус, я...

— Нет, - он резко оборвал Гермиону, — я пришел посмотреть на тебя в последний раз.

Лёгкая тень улыбки проскользнула по лицу мужчины, но через секунду он скривился.

— Если бы я только мог произнести "Риддикулус" и весь этот кошмар наконец развеялся...

Крупные слезы покатились по щекам Гермионы. Она молча стояла и слушала размеренную речь Северуса.

"Ведь он совсем рядом, но такой чужой... Казалось, что протяни к нему руку - и она тут же станет ледяной. Почему все именно так, почему....?"

— ... Я в этом городе ненадолго. Гарри любезно согласился предоставить мне свой дом в качестве временного убежища, пока вся ситуация вокруг меня не поутихнет. Затем я уеду. Не спрашивай меня куда - это лишнее.

— Северус, пожалуйста, я хочу все тебе объяснить! Мне нужно все тебе рассказать! - выпалила Гермиона. Слезы ливнем потекли из ее глаз, сдавливая дыхание.

— Пожалуйста, только дай мне рассказать...

Она стояла перед Северусом, сотрясаемая мелкой дрожью. Глупая, маленькая девочка, чувствовала себя отчитаной за проступок строгим учителем.

В воздухе повисла тишина.

Они смотрели друг другу в глаза.

"Карие, почти черные. Его взгляд стал спокойнее, но потерялся тот живой блеск, присущий самым черным агатам.

Неужели ему уже безразлично все, что со мной связано? Тогда почему он сейчас отвёл свой взгляд?"

Гермиона осторожно протянула свою руку, чтобы прикоснуться к нему, но Северус перехватил ее, сильно сжав запястье. Все ещё держа руку Гермионы он ослабил свою хватку, но не отпустил полностью.

- Не нужно меня провоцировать! - голос Северуса сорвался на крик. Его лицо выражало крайнюю степень злости, но в глазах читалась безумная печаль, охватившая мужчину.

Он откинул руку Гермионы и быстрым шагом пошел в сторону залитой солнечными лучами дороги.

Через секунду Северус трансгрессировал.

***

Ноги сами несли Гермиону через Касл парк прямиком к Северному морю. Каждый шаг по асфальту отдавался тяжёлым гулом в голове. Все мысли будто бы смешались в плотный запутанный клубок, который не в силах распутать даже такой рукодельнице, как миссис Уизли.

— Вот же упертый! - воскликнула Гермиона и с силой пнула мелкий камушек, лежавший на асфальте, — а я... А я самая последняя предательница.

Наконец, дойдя до пляжа, она, поправив юбку, присела на краешек большого камня.

Гермиона часто приходила сюда, когда ей необходимо было подумать или принять какое-то важное для себя решение. Все ответы, даже на самые сложные вопросы, будто бы из ниоткуда возникали в ее голове и казались настолько очевидными, что даже самый закоренелый магл поверил бы в магическую силу этого места.

— Это же очевидно, что мне нужен план, - тихо, едва шевеля губами, проговаривала Гермиона, — но вот только какой?

— Швшвшвшвшшшш, - проговорила тяжёлая волна, откатываясь от берега и унося за собой песок и мелкие камушки.

— Почти как парселтанг, - подумала про себя Гермиона.

— Швшвшшвшвшшш, - ответила ей следующая волна.

— Точно же! Гарри!

От осознания того, что ей в голову пришел гениальный, но немного безрассудный план, она соскочила с камня и принялась прыгать по шуршащей гальке.

— Это сумасшедшая идея, но все должно получиться! - Гермиона расставила руки в стороны и закружилась на одном месте, давая потокам воздуха растрепывать свои непослушные волосы.

— У меня обязательно все получится!

***

На улицу пришел поздний вечер, окутывая небольшое здание вокзала своей холодной черной дымкой.

Днём вокзал Уитби принимал в себя пассажиров, а по ночам на площади перед зданием проходили сходки людей, так или иначе принадлежавших к криминальному миру. Нельзя было сказать, что Уитби являлся неспокойным местом, но, как говорят, без черного не бывает и белого, и даже в самых тихих городках есть свои секреты, о которых обычным жителям лучше не знать.

Гермиона стояла у входа на привокзальную площадь. Из машин, стоящих на паркинге, доносились гулкие звуки музыки, разносившиеся по округе. В свете фонарей небольшим группами стояли мужчины, интенсивно обсуждающие что-то. Периодически обсуждение прерывалось на громкий гогот, заглушавший музыку.

Девушка расстегнула две верхние пуговицы на своей блузке, тем самым слегка оголив выраженые ключицы.

— Гарри столько лет прожил в незнании того, что Северус оберегал его от крупных неприятностей... Могу ли я надеятся на то, что Северус защитит и меня?

Стук каблуков об асфальт эхом разносился по площади.

— Я только дойду до здания вокзала и оттуда вызову такси...

Мужчины, сверху вниз пожирающие Гермиону глазами, посвистывали и отпускали пошлые комментарии.

— В крайнем случае у меня с собой палочка...

Мысли Гермионы становились все более тревожными, шаги - быстрее, а план уже не казался таким уж и удачным.

— Красавица, поехали с нами, - донеслось откуда то сбоку.

— Я просто иду вперёд, не обращаю внимания, - зациклилась на мысли девушка, ускоряя шаг.

Ей хотелось скорее сбежать, улететь, испариться из этого места, а самое главное - застегнуть эти злополучные пуговицы, чтобы избежать такого позора.

— О, Мерлин, хорошо, что родители меня не видят, - руками, Гермиона старалась хоть немного прикрыться, но предательский ветер так и норовил отогнуть то один, то другой краешек рубашки.

— Я почти дошла...

— Куда спешим, красотка? - высокая фигура мужчины будто из ниоткуда выросла перед Гермионой, а, затем, появились и двое других.

— Я спешу, пожалуйста, пропустите, - выдавила из себя девушка и замерла, будто бы ожидая чего-то страшного.

Высокий мужчина скривился и сплюнул в сторону.

— Хорошим девочкам не стоит гулять так поздно, - сказал тот, что стоял сбоку, но высокий быстро осек его.

— Заткнись, Рич! - рыкнул он и, как бы случайно, поправил коричневую кожаную куртку, оголив пистолет, находившийся в кармане брюк, — говорить сейчас буду я. Ну так что, красотка, пойдешь с нами сама или нам нужно будет тебя заставить?

Рука Гермионы сама потянулась к палочке, которая была в небольшой сумочке, безвольно висящей у нее на плече.

— Ещё раз дернешься и мы будем разговаривать по другому, - от неумелых и пошлых заигрываний высокого не осталось и следа — теперь он говорил жёстко и решительно.

— Рич, где носит чёртову задницу Крипа!? - выпалил высокий, расправляя плечи, будто бы у него уже давно как затекла спина.

— Он пошел отлить, скоро вернётся, - озираясь по сторонам ответил Рич.

— Ну и черт с ним, тащи девку в тачку.

Слова высокого были словно "Фас" для тех, кто стоял сбоку: руки Гермионы сразу же оказались силой заломаны за спину.

От надвигающегося кошмара Гермиону пробивала мелкая дрожь, заставляющая зубы отстукивать зловещую, слышимую только ей, музыку страха. Сердце бешено колотилось в груди, и казалось совсем неясным, что было для нее в данный момент страшнее - очевидный провал плана или то, что с ней собрались сделать эти трое.

— Что за?! - воскликнул высокий.

В ответ на еа его фразу все, включая Гермиону, посмотрели сначала на него, а затем туда, куда смотрел он.

Прямо над ними огромных размеров светящийся шар, пронизанный миллионами разрядов молний, плавно спускался с неба. Треск электричества с каждой секундой становился все более четко слышимым, а от статики начинали шевелиться все волоски на теле.

— Чертовщина какая-то, - Рич отпустил руку Гермионы и, будто зачарованный необъяснимым явлением, уставился в небо.

— Что стоите, идиоты! По тачкам! - выкрикнул высокий, и побежал к машине, стоящей неподалеку.

Привокзальная площадь опустела и только Гермиона стояла на ней, смотря на огромный светящийся шар.

Казалось, что ещё совсем немного - и он коснется ее макушки своими разрядами, но шар остановился.

— Это точно проделка волшебника, - не успела она осознать свою мысль, как шар лопнул и со стеклянным звоном разлетелся на миллиарды маленьких осколков - искр.

Падая на холодный асфальт искры моментально затухали, не оставляя от себя ни следа

Оглянувшись по сторонам, Гермиона заметила фигуру человека, стоявшего на краю площади.

— Думаешь это было смешно? - равнодушно спросила фигура.

— Спектакль стоил того, чтобы досмотреть его до конца? - неискренне холодным тоном Гермиона задала ответный вопрос.

— Пожалуй, воздержусь от просьбы bis*, - ухмыльнулся Северус, подходя ближе, — мисс Грейнджер, впрочем, как и миссис Уизли, никогда не отличалась четким продумыванием всех возможных вариантов развития событий.

Северус подошёл совсем близко. В воздухе повис тонкий запах полыни и горького кофе.

Стянув с себя мантию, мужчина одним взмахом накинул ее на продрогшие плечи Гермионы. Затем он опустил руки чуть ниже и пальцем провел по оголенным ключицам девушки.

Прикосновения, словно разряд тока, прошли по телу Гермионы. Как же давно она не ощущала прикосновения этих сильных рук на своем теле. Как давно эти глаза не смотрели на нее со всей строгостью и заботой. Те редкие урывки счастливых моментов, пережитых в Хогвартсе, затем война, лишившая самого ценного — все это стоило пережить ради этого момента.

— Нельзя гулять в таком виде, особенно по ночам, - полушепотом говорил Северус, аккуратно застегивая верхние пуговицы блузки Гермионы, — и особенно, когда меня нет рядом. Пойдем, переночуешь сегодня у Гарри.