Ночь - мертвецам

Глава 1 - Синее пламя

Воздух пронзил нечеловеческий, почти животный вой. Молодой Актевал, сын крестьянина Треадока из Пеймара, вжался в землю и практически перестал дышать. Потерявшись по пути домой, он не успел добраться до блокпоста в срок и оказался окружён «сонмом» посреди темнеющего леса.

В груди парня клокотало сердце, а разум нещадно клял себя за промедление. От злости, трясущиеся пальцы судорожно впивались в землю, Актевал ругался про себя и с опаской оглядывался на звуки шагов. Мертвецы быстро собирались вокруг него, по-звериному принюхиваясь. «Сонм» чувствовал его, но пока не видел.

Дрогнули кусты. Во мраке, прямо перед Актевалом, возникли горящие алым пламенем глаза. Парень едва поборол себя, чтобы не содрогнуться от испуга. В тот же миг в мыслях вспыхнули мольбы всем сущим богам. Пусть даже и тёмным. Возможно, они хотя бы раз прислушаются и дадут простому смертному шанс. Хотя бы на одну ночь.

Существо вышло на поляну, прямо перед Актевалом. Оно отличалось от других высоким ростом и рогатой головой. С ужасом, Актевал заметил в его глазах разум. Рогатый посмотрел на кусты и ветви деревьев, а затем его взгляд упал на землю. Алые глаза замерли. Существо наклонило голову набок и взглянуло прямиком на Актевала. Оно издало ликующий, леденящий жилы вой, а затем бросилось на него.

Увернувшись от когтистых лап, Актевал перекатился в сторону и, поднявшись на ноги, бросился наутёк. Он бежал сквозь бурьяны. Оббивал носы сапог о корни, и сёк кожу о низкорастущие ветви. Актевал падал, вставал и снова бежал. Не разбирая дороги, мчался, проклиная всё, что было известно. Он иногда поглядывал назад и, ужасаясь, припускал ещё быстрее. Страх перед смертью гнал его вперёд.

Долгое время Актевал бежал сквозь лес, а когда он расступился — земля резко ушла из-под ног. Парень едва успел сгруппироваться, прежде, чем рухнуть вниз. Он кубарем полетел по склону, ударяясь о камни и ветки. Грохот в ушах и вспышки боли едва заглушали ликующий многоголосый вой. Твари предвкушали победу над изнурённой добычей. Но «добыча» не планировала сдаваться. Актевал с трудом поднялся на ноги и побежал дальше. Каждый его шаг откликался болью в теле. Грудь сдавило тисками, не давая вдохнуть воздух, во рту пересохло. Силы стремительно покидали Актевала. Ватные ноги едва держали тело, и стало легче лишь тогда, когда склон выровнялся. Но после, он пошёл вверх.

С трудом преодолев преграду, Актевал всполз по холму, и, сделав шаг, рухнул навзничь. Он не чувствовал удара от падения, лишь холодное дыхание смерти. С жадностью вдыхая режущий воздух, Актевал встал на колени и, заливаясь кашлем, обернулся к «сонму». Понимая безысходность, в мыслях не осталось ничего, кроме желания поскорее всё закончить. Актевал запрокинул голову, посмотрел на перемигивающиеся звёзды в последний раз, а после закрыл глаза, принимая печальную участь.

Топот всё приближался и вскоре стал слышен запах гнилых тел. Смерть была близка. Актевал опустил голову и посмотрел перед собой. Существо с рогами на голове подошло почти вплотную, обнюхало застывшего человека. Кривые пальцы с облезшей кожей медленно потянулись к лицу Актевала, но тут же вспыхнули, будто облитые маслом. Синее пламя поползло по руке мертвеца, набрасываясь на тело и дальше на голову. Казалось, что она вот-вот лопнет от бушующего внутри урагана. Кроваво-алые глаза существа сменили цвет на синий, и в тот же миг тело рухнуло на дорогу. Актевал в ужасе наблюдал, как «рогатый» выгнулся дугой, визжа от боли. Как по ту сторону тела, один за другим, вспыхивали остальные мертвецы. Не ясно, что произошло, и почему вспыхнуло пламя. Почему полыхало у самых ног Актевала и нисколько не опалило его кожу. От этого огня не было даже жара. Оно просто расползалось от него ручейками, воспламеняя порождения тьмы.

На секунду почудилось, что воздух стал осязаемым и до него возможно дотронуться. Потоки неизвестных сгустков плыли перед глазами Актевала. Они то сужались до нитки, то расширялись, до размеров человеческой ладони. Эти потоки проходили сквозь существ, заставляя их гореть. Они же входили в тело Актевала и насыщали его. Он чувствовал, как что-то совершенно неизвестное зрело у него внутри. Неведомая Сила заполняла его и вскоре, надувшись как пузырь, лопнула, разливая пламя на уцелевших существ. Многоголосый вой огласил лес и раскатился на многие мили, предупреждая своих соратников. Бой был проигран ими, и, когда затух последний язык чародейского пламени, Актевал рухнул без сил.

***

Он очнулся и обнаружил, что лежит на холодной мощёной дороге. Взгляд скользнул по голубому небу, а затем рухнул на лежащее рядом тело. Существо с рогами, разинув рот в предсмертной агонии, глядело на него пустыми глазницами. Актевал приподнялся и осмотрелся по сторонам. Вокруг него были раскиданы десятки обожжённых тел «сонма» в искорёженных позах. Они завалили собой кюветы, овраги и опушку леса. Возможно, тела лежали и среди деревьев.

Подняв голову, Актевал посмотрел на солнце, перевалившее зенит, и недоуменно уставился на существо. В голове промелькнула мысль, что боги спасли его, но тут же оборвалась. Послышался отдалённый скрип плохо смазанных колёс. Актевал медленно, чувствуя усталость, поднялся на ноги, вновь огляделся по сторонам. Он не мог поверить, что лишь чудом спасся от неминуемой смерти. И больше всего не мог поверить в смертность «сонма».

А тем временем, всё ближе был звук колёс и вскоре, из-за поворота показалась телега, гружённая ящиками и частично укрытая брезентом. На козлах сидел коренастый старик, уверенно держа поводья гнедой лошадки. Повозка быстро подъехала к Актевалу и остановилась.

— Это что ещё такое?! — охнул возница, из его рта выпала курительная трубка, просыпав на густую неухоженную бороду тлеющий табак. Старик спохватился затушить пепел, хлопая тощими ладонями по волосам.

— Здравствуй, странник, — выдавил Актевал, делая шаг навстречу. Его ноги дрожали, норовя вот-вот подкоситься.

— Что с тобой? Тебя укусили? — старик спрыгнул с телеги, поднял трубку с земли и отложил в сторону. Он с недоверием посмотрел на парня, затем в сторону трупов. — Кто их так уделал?

— Я… я не знаю, — слабо выдавил Актевал, без сил опускаясь на колени. — Помню только синее пламя. Оно объяло их. И крики этих существ, боги…

— Хорошо же тебе досталось, — старик осторожно склонился над Актевалом, чтобы осмотреть. — Но вроде, видимых укусов нет.

— Нет, — кивнул Актевал, — они не успели…

При помощи старика, парень поднялся на ноги, и вместе они направились к телеге. Только сейчас Актевал рассмотрел незнакомца: косматые седые волосы, давно не видавшие ножниц; старая коричневая кожаная куртка, многие пуговицы на ней были оборваны, и поэтому она была опоясана чёрным ремнём.

— Ты откуда? — спросил старик, откидывая борт.

— Пеймар, — выдавил Актевал.

— Пеймар, значит, — старик прищурился, а потом хмыкнул. — Слыхивал о нём, хотя никогда там не бывал. А звать-то тебя как?

— Актевал, сын… ох, мать тво…

Резкий кашель скрутил тело Актевала и тот вновь повалился на колени. Старик не успел подхватить его и лишь охнул, когда парень ударился лицом об откинутый борт. Но Актевал не почувствовал этого, ведь его лёгкие скрутила боль сильнее, будто сотни ножей вонзились в грудь. Из горла вырывался лающий сухой кашель, вызывающий рвотные позывы. Вдох обращался дикой колющей болью между рёбер, и совершенно не хватало воздуха. Актевал задыхался и ничего не мог поделать.

— Ох-хо, сынок, — старик склонился над парнем и стал постукивать его по спине. — Неладно что-то с тобой.

Он покопался в глубоком кармане куртки, достал оттуда алюминиевую флягу и поднёс её ко рту Актевала. Сквозь кашель, тот отпил пару глотков и тут же вырвал. Жидкость обожгла рот и внутренности.

— Что… это? — простонал Актевал.

— Настойка, сынок. Она хороша от кашля и любой простуды, — старик виновато потупился, поспешно убирая флягу обратно. — Легче?

К удивлению обоих, Актевал всё же перестал кашлять, а на вопрос старика лишь согласно кивнул головой и вновь вырвал. В этот раз всё прошло гораздо легче. Спустя полминуты, откинувшись на колесо телеги спиной, Актевал жадно вдыхал воздух. Ему казалось, что всё ужасное позади, хотя и был готов к новому приступу.

— Т-ты как? — произнёс старик.

— Слава всем богам… — прерывисто выдохнул Актевал. — Жив. Можно попить?

— А как же! — старик потянулся в карман и тут же встретил несогласный взгляд Актевала.

— Что-то, кроме твоей настойки. Ещё один глоток отправит меня к праотцам быстрее «сонма».

Старик рассмеялся и достал из кармана другую флягу: широкую, обшитую кожей. Он протянул её Актевалу, а тот жадно припал к горлышку, глотая прохладную жидкость.

— Ты меня чертовски напугал, — старик сел рядом с Актевалом и сложил руки на колени. — Я уж думал, ты превращаешься в эту тварь, — он жестом показал на мертвецов.

— Я не знаю, что со мной, но сейчас мне легче, — Актевал оторвался от горлышка и вытер рукавом губы. — Куда ты путь держишь?

— В Одинокую Башню, — старик достал из кармана платок и протёр им вспотевший лоб. — Иначе именованный, как Нерн.

— Слышал о нём, — кивнул Актевал. — Отец как-то упоминал, торговцев из Нерна. Крайне редко, но они наведывались к нам. Покупали у моего отца пшеницу и яблоки. Между прочим, лучшие яблоки в Тилии.

— Твой отец тоже торговец?

— Нет, мой отец — крестьянин, но торгует добром, что вырастила община землепашцев. Говоря о Нерне, насколько я помню, он севернее Воронового Моста?..

— Не сочти за грубость, перебью, — старик с кряхтением поднялся. — Поболтать можно и на ходу, правильно? Светлый день нынче короток и надо бы поспеть к… Да, Воронов Мост? Полагаю, ты про заставу Стылые Камни говоришь.

— По-видимому, мы говорим об одном месте, но разными языками, — усмехнулся парень.

Не без помощи, Актевал взобрался в телегу, где разместился между ящиками у переднего борта. Старик захлопнул борт и уселся на козлы. Свистнули поводья, телега худо-бедно тронулась с места.

— Так, а Пеймар где находится? — спросил старик.

— Если я правильно понимаю, мы сейчас едем по дороге из Акрина в Нерн? — старик согласно кивнул. — А значит, за несколько миль до Воронова Моста, нужно съехать на единственную дорогу, уходящую вправо. Она и ведёт до Пеймара.

— Так вот оно что! — всплеснул руками старик. Он пошарил в кармане, ругнулся, а затем осмотрел козлы. Похоже, что он искал свою трубку. — Никогда не тянуло изведывать неизведанное… — между тем, проговаривал он, а потом хлопнул себя по лбу. — Да! Я же совсем забыл представиться! Бедемр из Акрина, торговец и завсегда отличный компаньон.

— Приятно познакомиться, Бедемр. Не это ищешь? — Актевал устало улыбнулся, протягивая старику измазанную в пыли трубку. — Похоже, ты её обронил в телегу.

— Спасибо, — старик удовлетворённо крякнул, принимая бесценную вещь.

— Так ты из рыбацкой деревни, — лёгкость в теле предала Актевалу и лёгкость в разговоре. — Говорят, вы живёте без стен и охраны?

— Всё враньё, — Бедемр вычистил трубку и продул её. — У нас есть стена, и находится она у самого моста, являясь преградой между материком и островом. Да ведь много чего люди говорят. Поговаривают, что в скорости река иссохнет, и «сонм», обитающий по ту сторону — хлынет в Тилию.

— Чтобы Звенящая иссохла? — усмехнулся Актевал, прикрывая глаза. Усталость наплывала с невероятной силой. — Акрин… Ты же не родился в нём, верно? Я могу ошибаться, но ты ведь старше, чем этот «мир»?

— Старше, чем этот «мир», — хохотнул Бедемр. — Да, старше. Когда началась эпидемия, мне было столько же, сколько тебе сейчас. До этого я жил беззаботной жизнью. Просыпался, чтобы идти на работу, которая мне не так уж и нравилась, возвращался домой, ел, укладывался спать. И так по кругу. Не поверишь, но этот уклад я хотел изменить, — старик замолчал, втягивая дым трубки и сощуренно глядя на выплывающую из-за деревьев ленту реки. — И сбылось. Я просыпался, чтобы идти искать еду, покуда светло и засыпал ночами в полуразрушенном войной доме, молясь Единому, чтобы меня во сне не сожрали. И так день за днём, покуда «сонм» не начал голодать. И тогда началось всё самое страшное. Ночами было не до сна, приходилось искать огороженное место с высокими стенами. Малая изгородь не удержала бы и одного мертвеца, а тут, на одного живого гнались сотни. Однажды, удирая от «сонма», я прыгнул в реку надеясь спастись. И клянусь. Уже было распрощался с жизнью, но тогда меня выловили из воды рыбаки. В те времена Акрин был небольшим, но уже укреплённым. Там я впервые познакомился с законами и правилами Тилии. Честное слово, нет больше таких земель, по крайней мере, там, где я был…

Актевал внимательно слушал старика. В его словах история падения прошлой эпохи звучала в новых красках, и тайна жизни тех людей слегка приоткрылась. Выжить в то время было намного тяжелее. Не сразу люди додумались до архитектурных достопримечательностей предыдущей цивилизации. Только спустя время они покинули разрушенные, заполонённые «сонмом» города, а после и вовсе забыли о них. Теперь они, как памятники прошлому, постепенно обрастали зеленью. За сорок лет остались лишь оскаленные руины, выглядывающие из-за макушек деревьев.

— Спасибо всем богам, что я не познал того страха. Я не выживал, как вы, на открытой местности… до вчерашнего дня, — Актевал приоткрыл глаза и с ужасом вспомнил, как его окружил «сонм». Как рогатый приблизился к нему и…

— Ты как? — Бедемр вырвал парня из воспоминаний. — В смысле, почему замолчал?

— Не столь важно. Я посплю?

— Конечно, сынок. Будь спокоен, мертвецам не срок тобой трапезничать, — он хмуро хохотнул и замолчал.

Актевал сомкнул глаза и уснул. Многие дни его преследовали кошмары, гораздо худшие, нежели реальность. Он видел, как мертвецы уничтожают города живых. «Сонм» стал разумнее. Изменился. Люди столкнулись в войнах куда более страшных, чем борьба за власть или ресурсы. Их осаждали живые мертвецы под руководством мыслящих и говорящих «офицеров».

Огонь, вопли и смерть захлестнули сон Актевала, и тот, вздрогнув, открыл глаза. Вокруг стало темнее. Бедемр с опаской оглядывался по сторонам и приговаривал: «не стоило нам медлить». Актевал приподнялся и посмотрел на старика.

— Где мы? — спросил Актевал и Бедемр от неожиданности едва не выронил поводья.

— Недалеко от Стылых Камней, — переведя дух, ответил старик. — Поспеть бы. Ещё и кобыла сбавила ход. Н-но, говорю тебе, н-но! — он хлестнул животное поводьями. Лошадь всхрапнула и пошла быстрее.

— Сколько ещё ехать до заставы? — Актевал посмотрел на утопающее в елях солнце. Оно будто намеренно быстро скрывалось по ту сторону ревущей реки.

— Ещё с час, сынок, — нервно поёжился Бедемр. — Не поспеем.

Старик снова впился пальцами в бороду и стал её расчёсывать, поглядывая на лес по эту сторону реки. Актевал неожиданно для себя почувствовал взгляды и что-то ещё — его слух уловил странные звуки. Он обернулся, прислушиваясь к шёпоту, едва различимому, как шелест листьев на ветру. Это были самые настоящие голоса, произносящие членораздельные слова, непонятные никому, кроме Актевала…

— Что такое? — Бедемр заметил, как изменился Актевал. — Что-то услышал?

— Поторопи лошадь. Они переговариваются между собой и следят за нами. Идут параллельно телеге, но боятся попасть на свет. Оно жжёт их кожу и глаза. Они голодны.

— Ч-что ты несёшь, — не на шутку испугался Бедемр, — у тебя горячка?

— Я не знаю, — медленно протянул Актевал, не отрывая взгляд от леса. — Не знаю.

Бедемр вновь хлестнул лошадь, затем ещё и ещё. Сначала бедное животное всхрапнуло и заржало, затем перешло на рысь. Телега заскрипела и запрыгала на камнях. Забряцал дорогой товар старика, рассыпались инструменты. Телега помчалась вперёд, с натугой, но быстрее, чем раньше.

А солнце уплывало всё ниже, и уже из-за леса выглядывала тонкая кайма солнечного диска. И, наконец, даже она скрылась, оставив в полумраке дорогу. Из леса послышался вопль. Кровожадный и радостный. И лишь Актевал понял, что твари кричат: «есть!».

Мертвецы один за другим выбегали из-за деревьев и мчались к телеге. Актевал видел это и чувствовал, как страх пожирает все его силы. Он заполонил его сознание, делая беспомощным перед «сонмом», что приближался с каждой секундой.

— Прыгай в реку! — завопил Бедемр, начиная отстёгивать лошадь от телеги. — Беги!

Актевал пересилил себя и перевалился через борт, грузно рухнув на мощёную дорогу. Лицо и руки обожгла боль, дали о себе знать ушибленные нога и бок. Парень приподнялся и попытался бежать, но тут же повалился, под весом запрыгнувшего сверху мертвеца. Зубы твари вцепились в плечо, но даже не прокусили оббитую железными шайбами куртку. Актевал отмахнулся от мертвеца, скинув того с себя. Существо взвыло и зарычало, прыгая вновь, будто дикая кошка.

— Отвали! — вскрикнул парень и ударил существо ногой в лицо.

Актевал перекувырнулся и поднял взгляд на лошадь Бедемра. С диким ржанием, она уносилась прочь, в то время, как самого старика не было видно. В голове промелькнула мысль: «бросил». Но после, он подумал, что поступил бы так же. Актевал в спешке поднялся на ноги и бросился к воде, перепрыгивая через телегу. Погоня настигала его, но река была ближе. Актевал спрыгнул с обрыва и покатился кубарем по каменистой набережной. С трудом встав на ноги, он сделал последний прыжок и со всплеском свалился в воду.

Течение подхватило его тело, унося вдоль берега, а «сонм», страшась воды, остановился на берегу и взвыл. В то время Актевал уже захлёбывался в чёрной беспроглядной воде. Борясь с течением и желая ухватить больше воздуха, парень вырывался вверх и тут же уходил на глубину. Его одежда была слишком тяжела, но и снять её не было сил. Несколько раз Актевал крутнулся под водой, налетел на камень и лишь чудом зацепился. Он выполз на поверхность, оказавшись посреди ревущей воды. Впереди река сужалась, ускоряясь на порогах. Актевал скинул с себя куртку, собрался с мыслями и вновь сполз в воду.

Течение понесло его вперёд. Актевал лишь направлял своё движение, огибая камни и торчащие из воды коряги. Он быстро нёсся вперёд, и, когда впереди показались сами пороги, принялся грести к берегу. Актевал преодолел течение, истратив, казалось бы, последние силы. Но это окупилось сполна, когда он выполз на берег и повалился на холодные неудобные камни. Актевал спасся, хоть и чувствовал себя ещё более разбитым, нежели раньше. Тело гудело и ныло от боли, во рту чувствовался вкус крови. Актевал сотрясался от холода крупной дрожью, но об этом волнение придёт позже. А пока что он был рад, что сейчас лежит на берегу, под раскидистой ивой. В его бок упирается камень — это было очень неудобно. И всё же — он жив.

Актевал не считал, сколько времени пролежал у воды. Он с трудом поднялся на ноги и уселся рядом с ивой. Отсюда было плохо видно, но парню казалось, что деревья в трёх метрах от него расступились. Актевал подошёл к этому месту и убедился в том, что от берега вверх уходит тропа. Парень пошёл по ней, какое-то время петляя между деревьев. Впереди показался просвет. Лесок упёрся в скалу, но тропа вильнула вправо. Дорожка была обхоженной, что показалось Актевалу очень подозрительным. Он прошёл ещё несколько метров, а затем остановился. Тропа уходила по склону к вершине скалы, а что было дальше — парень мог только предполагать.

Послышались шаги. Актевал насторожился и быстро скрылся среди деревьев. Чей-то крупный силуэт прошёл мимо него. Некто оглядывался и прислушивался. И, похоже, прерывистое дыхание Актевала было слишком шумным. Некто обернулся на звук, и от сердца парня отлегло — перед ним стоял Бедемр.

— Актевал, это ты? — шёпотом, страшась, что «сонм» услышит его, окликнул знакомый голос.

— Да, — слабо проронил парень, выходя навстречу. — Мне чертовски холодно. Может стоит разжечь костёр?

— Не стоит привлекать лишнее внимание. Выше по тропе — Стылые Камни, — в голосе Бедемра послышалась улыбка. — Можно сказать, мы спасены.

— Спасены? Ты ещё не поднимался туда?

— Нет. Я решил подождать тебя. Обошёл берег вдоль и поперёк, — ответил Бедемр. — Сейчас сложно уцелеть в такой толпе мертвецов, но я верил, что ты жив.

Актевал усмехнулся, хмуро бросая взгляд на тропу. В голове было совсем пусто. Он хотел спать и согреться. Но ещё больше он желал избавиться от боли, наплывающей с новой силой. Сейчас, когда нашёлся старик, Актевал будто отошёл от шока. Сначала он почувствовал недомогание, закружилась голова. Парень наощупь отыскал ветку, чтобы сесть на неё.

— Далеко до заставы?

— Нет, всего-то взобраться по этой тропе, — Бедемр кивнул в сторону скалы. — А там нас накормят, отпоют и дадут постель.

— Я не смогу, — голос Актевала дрогнул. — Слишком высоко. Боюсь, я и шага не осилю.

Парень тяжело дышал, пытаясь как можно больше набрать воздуха в лёгкие. Но каждый вдох вспыхивал режущей болью в груди. Актевал пошатнулся на ветке и едва не рухнул назад.

— Эй-эй, — старик перехватил его. — Не можешь сам — я помогу. Идём.

Они выдвинулись вперёд. Актевал повис на плече Бедемра, не в силах даже поднять голову. Старик тянул свою ношу, покуда хватало сил, а когда устал — они остановились под навесом скалы. Актевал прислонился спиной к холодному камню, с хрипом и свистом втягивая воздух. Бедемр сидел рядом и с печалью в глазах наблюдал за ним.

— Тебе не жаль твой товар? — нарушил тишину Актевал. — Он ведь остался там, посреди «сонма». Я виню себя в этом, потому что так не вовремя подвернулся у тебя на пути.

— Брось эти мысли, — с грустью произнёс старик. — Мне, конечно, жалко мой товар, но он ничего не стоит, когда на кону человеческие жизни. Ты без меня и половины пути не преодолел бы.

— Это точно, — Актевал усмехнулся и закашлялся. — Я могу… я помогу тебе. Мой отец держит лавку в Пеймаре. С ней ты не будешь… бедствовать. К тому же… — он сделал паузу прислушиваясь. Ему показалось, что он вновь слышит шёпот. — К тому же, у меня есть своя комната в Пеймаре. Я не жил там очень долгое время, и ты можешь в ней поселиться.

— Спасибо за предложение, Актевал, — Бедемр поднялся, — но сейчас нам нужно идти дальше.

— Да, ты прав. Я слышал шёпот.

Бедемр помог парню встать. Они медленно зашагали вверх, иногда останавливаясь, но больше не делая коротких привалов. Когда же они оказались на вершине скалы, за ней последовал спуск через редкий лесок. Тропа здесь была шире и вела прямо.

— Тебе понравится тут, — прошептал Бедемр. — Мой друг, Блинет, он любитель выпить и никогда не принимает отказа. Однажды он даже подрался с часовым, за то, что тот хочет спать, а не пить, — старик усмехнулся. — Самодур. Зато славный малый и поможет в трудную минуту… Погоди, — он остановился и присмотрелся. — Огни на стенах не горят. Ой не к добру. Останься-ка здесь, а я схожу вперёд, да разведаю.

Старик отвёл парня в лесок и оставил у дуба. Сам же он быстро скрылся во тьме. Актевал остался наедине со своими мыслями, однако они были о чём-то далёком. Он вспоминал о доме, отце, книгах. Затем вспомнил о матери и с грустью прикрыл глаза, пытаясь вспомнить её лицо. Увы, время рассеяло её образ. Остались лишь неясные черты, и Актевал не был уверен, что даже они верны. Доброе лицо, пшеничного цвета волосы и большие голубые глаза. Были ли они настолько же ясными, как в его памяти? А может слова, что Актевал похож на мать — лишь плод фантазии отца?

— Застава разрушена, — голос Бедемра прервал мысли. — Внутри тьма мертвецов. Что делать-то?..

— Нужно уходить обратно, — Актевал с трудом открыл глаза. — Вряд ли они пойдут к воде.

— Не уверен.

— В любом случае, если останемся тут — нас сожрут, — проговорил парень. — А там есть шанс прыгнуть в воду, притвориться рыбами, — Актевал попытался усмехнуться, но это прозвучало жалко. Ему уже не было страшно.

— Если не разобьёмся на порогах. Но ты прав, — Бедемр поднял парня. — Слушай, да ты мертвецки холоден.

— Я ещё не мертвец, — заметил Актевал, он сделал шаг и тут же рухнул на колени. Силы окончательно покинули его. Он посмотрел с грустью на Бедемра и, сделав последнее усилие подняться, упал обратно. — Иди без меня. Я не могу.

— Идём. Идём же, сынок. Не время помирать. Не сейчас!

Актевал понимал, что они создают слишком много шума. Не ровен час, когда «сонм» услышит их и найдёт. Однако, невзирая на отчаянные попытки Бедемра, тащить мальчишку стало невозможно. Актевал не чувствовал ни ног, ни рук. Голова стала тяжелее валуна в реке, а мысли гудели лишь о сне.

— Идём дальше, — умолял Бедемр. — Всего-то стоит спуститься.

— Нет, — хрипло ответил Актевал и замолчал.

— Тогда я остаюсь тут.

Бедемр в сердцах сплюнул и плюхнулся рядом с парнем. Актевал грустно улыбнулся. Жизнь покидала молодое тело, и это чувство нисколько не пугало парня. Ему стало очень легко, даже казалось, что он рад скорому концу. Только грусть заполонила сердце. Актевал посмотрел на утирающего слёзы старика.

— Знаешь, я столько прошёл, — Бедемр перестал шептать. — Прожил счастливое детство и никогда не задумывался, как буду жить дальше. Никто ведь в детстве не задумывается об этом, — он шмыгнул носом. — Потом универ, работа, девушки, гульки и выпивка. Всё было безмятежно, и вдруг — с ног на голову. Это было бы настолько непривычно, начинать жизнь заново! Но я не к тому клоню. Дело ведь в том, что раньше у меня не возникало ничего подобного. Скольких разорвали на моих глазах. Скольких спутников я помню, которые не прожили и одного года. И сейчас… я же тебя нисколько не знаю! Но сижу тут и принимаю печальную судьбу. Глупость ли это? Не знаю, и никто не узнает… — он замолчал на мгновение, когда услышал вой со стороны заставы. Мертвецы почуяли живое мясо и уже бежали в их сторону. — Возможно, я устал. Может, стоит прекратить уже бегать? — он вцепился пальцами в бороду и едва не выдернул клок. — Я не знаю, как долго буду умирать, но не хочу, чтобы ты мучился.

Бедемр схватил камень и горько посмотрел на Актевала. Тот безжизненно лежал на земле, устало и с грустью глядя на старика. Он уже принял судьбу и, поняв, что Бедемр хочет её облегчить, лишь слегка улыбнулся. Старик занёс руку над головой парня, слёзы потекли ручьём, но он медлил. Никогда раньше он не убивал живых людей.

— Они радуются жертве, — услышав приближение «сонма», произнёс Актевал и его губы застыли.

Камень из руки Бедемра упал на землю. Он посмотрел на застывшего парня. На его замершие пустые глаза. Старик разревелся, прикрыв лицо руками. Насколько бы он не был готов — смерть нисколько не прельщала. В одиночестве так страшно умирать. И чтобы заполнить тишину, он вдруг закричал:

— Жрите, твари, сегодня у вас воистину пир живота!

Синий свет озарил деревья. Он вспыхнул неоткуда, будто вспыхнувшее солнце. «Сонм» испуганно остановился, заверещал от злобы. Казалось, что они натолкнулись на невидимый барьер, но спустя секунду вновь помчались вперёд. Бедемр обернулся на источник света и тут же шлёпнулся на зад. Перед ним стоял Актевал, объятый синим пламенем. Оно не грело, не обжигало, и, падая на землю — затухало.

«Сонм» набросился на источник света, но тут же был отброшен. Визг разнёсся по округе. Тела воспламенялись и горели. Мертвецы катались по земле и выли от боли, но чародейский огонь не унимался. Он выжигал всё нечестивое изнутри. Бой, если это испепеление возможно так назвать, длился не долго. Уже спустя несколько минут, обожжённые тела лежали на земле, догорая, а жалкие остатки нечисти бежали прочь. Бедемр сидел позади Актевала и дрожал, словно клиновый лист.

На какое-то время воцарилась мёртвая тишина. Пламя затухло и парень, будто тряпичная кукла, упал на землю. Бедемр же, не веря своим глазам, ещё несколько долгих минут глупо смотрел на неподвижное тело. Наконец, выйдя из ступора, он подполз к Актевалу, склонился и прислушался. Послышалось прерывистое тяжёлое дыхание.

Бедемр выдохнул с облегчением, разогнулся, размялся, а затем, по-молодецки, поднял парня и закинул на плечо. Он медленно спустился вниз по склону, прошёл через ворота. Зная заставу, как свои два пальца, старик сразу же направился к дальней башне, где и заперся.

Глава 2 - Стылые Камни

Когда Актевал открыл глаза — его встретила кромешная темнота. Страх и чувство подкатывающей истерики вспыхнули в воспалённом сознании. Тяжело дыша, парень стал ползать по комнате, натыкаясь на стены и предметы. Он считал, что начисто ослеп и уже был готов кричать. Послышался храп. Актевал обернулся на звук и пополз в ту сторону. Сначала он нащупал сапог, затем ногу и далее колено. Храп прервался.

— Что т-такое?

— Бедемр! — радостно воскликнул Актевал, слепо глядя перед собой. — Чёрт возьми, я жив! Или мёртв? Не знаю, не понимаю. Я ослеп!

— Ты ослеп и радуешься этому? — спросил сонный Бедемр.

— Нет, — вдруг осёкся Актевал. — Где мы?

— В сторожевой башне. Тут и вправду темно.

Послышалось кряхтение, хруст суставов: Бедемр встал и размялся, затем молча толкнул дверь, и в комнату ворвался ослепительно яркий свет. Актевал сощурился, прикрывая ладонью глаза.

—Я вижу! — декламировал Актевал, — но до смерти хочу есть.

— Уж этим точно не смогу помочь, — усмехнулся старик и вышел наружу, подставляя лицо ещё тёплому октябрьскому солнцу. — Всё моё добро осталось на дороге.

Актевал поднялся на ноги и, прихрамывая, вышел наружу. При свете дня впервые было необыкновенно спокойно. Возможно, раньше он не так акцентировал внимание на безопасности. Парень потянулся, охнул и схватился за правый бок. Искалеченное тело дало о себе знать, пусть и не сразу. Ноющая боль постепенно накатывала, будто после наркоза, становясь всё сильнее.

— Как ты, сынок? — Бедемр обернулся к парню и вдруг, на его лице отразилось удивление. Он смотрел куда-то за спину Актевала. — Мать честная!

Из соседней башни у ворот кто-то вышел. Актевал услышал шаги, а затем, обернувшись, увидел перед собой высокого рыжебородого воина с густой вьющейся гривой на голове. Разодетый в бурые шкуры неизвестного животного, и держа в руке добротный меч, он точь-в-точь походил на сурового варвара из древних сказок. Для полного образа не хватало лишь рогатого шлема, хотя это компенсировал круглый щит, притороченный за спиной.

— Блинет! — воскликнул, наконец, Бедемр. — Чёрт лохматый!

— Старый пройдоха, — рассмеялся варвар и радостно зашагал к другу. Они пожали руки и обнялись. — Я уж думал, ты сдох давно.

— Взаимно, — усмехнулся старик. — Мы пришли ночью и надеялись на радушную встречу, но обнаружили распахнутую заставу.

— Мда, — хмуро протянул Блинет. — Эти твари поумнели. Какой-то рогатый хрен (впервые такого вижу), вышел из леса и стал ими командовать. Ей богу, они разнесли ворота в два счёта и прорвались внутрь. Кто не успел забаррикадироваться в башне — погиб. Одни кости остались, — он взглянул на обглоданные тела, покачал головой. — А это кто с тобой? Внебрачный сын что ли?

— Сплюнь, — усмехнулся Бедемр. — Сейчас страшно заводить детей. Знакомься, Актевал…

— Сын Треадока, — парень приковылял к мужчинам и протянул руку Блинету. — Из Пеймара.

— Ха, из Пеймара? — усмехнулся бородатый. — Мда, редкая птичка. Слыхал, у вас лучшие яблоки и медовуха?

— А ещё отменное зерно. Мой отец промышляет всем этим, — подтвердил Актевал.

— Ах, вот откуда мне знакомо это имя, — хмыкнул Блинет и потом подмигнул Бедемру. — Отличных друзей ты себе находишь.

Старик кивнул:

— Вот только у меня печальные вести. Как ты мог заметить — я без телеги. А соответственно, без снастей для вас.

— Бог с ними, главное, что вы живы, — пробасил Блинет, — только, как вы прорвались сквозь толпу?

— Э-э… — начал было Актевал, но его прервал Бедемр.

— Отсиделись в кустах. Чудом пережили.

Блинет хмыкнул, подозрительно сощурился, глядя на собеседников. Даже в полнолуние, когда «сонм» менее активен, невозможно отсидеться в кустах — все это знают. А тут была вполне обыкновенная, по своим меркам, тёмная ночь. Однако он решил не развивать тему дальше и отвёл мужчин в кабак заставы.

В просторном помещении было тепло и сухо. У ближней ко входу стены расположились камин и четыре длинных стола с лавками; напротив них расположился стол короче, уставленный чистыми кружками; за ним выстроились пирамидой деревянные бочки с кранами; у дальней же стены сновал повар с мешками. Весь измазанный в муку и с багровым лицом, он бегал к кухне и обратно. Доносился приятный запах свежевыпеченного хлеба.

— Эктам кошеварит обед, — пояснил Блинет, заметив внимательный взгляд Актевала.

— Удивительно, — подметил парень, — из всех застав, что я встречал, только здесь есть свой повар.

— Ничего удивительного, — ответил Блинет. — Старина Эктам почти потерял зрение и совсем не годен к службе, но податься ему было некуда… Теперь он живёт с нами и никто об этом не сожалеет — у него золотые руки. Скоро и сам поймёшь.

Блинет подмигнул, пригласил друзей сесть за ближайший к камину стол, а сам направился к бочкам. Он набрал три кружки и, изловчившись, принёс их, не расплескав ни капли. Актевал было запротестовал, ведь ранее никогда не пил, но столкнулся с непробиваемостью Блинета, о которой рассказывал Бедемр.

— Значит так, малец, — строго произнёс Блинет. — Мне в выпивке никто и никогда не отказывает. Сказать мне «нет» — дурной тон. Так что бери и не выпендривайся.

Он протянул стакан Актевалу. На мгновение воцарилось напряжённое молчание, сопровождённое суровыми выражениями лиц. А затем, резко переменившись, Блинет закатился зычным смехом. Он похлопал парня по плечу и залпом выпил свою порцию.

— И куда ты теперь подашься, Бедемар? — спросил Блинет, вытерев губы ладонью.

— Сначала за телегой. Я там трубку оставил, но, быть может, что-то ещё с собой унесу. После же, по просьбе Актевала — в Пеймар. Да и как я его брошу в таком состоянии?

— Если тебя это затруднит, — как можно более мягко произнёс Актевал, — я могу и сам добраться. Тут шесть часов ходьбы и один привал.

Послышался смешок. Блинет покачал головой, окинул взглядом парня. Бедемр, оскорблённо нахмурившись, проговорил:

— В твоём состоянии этот путь придётся помножить на два — засветло не поспеешь. Поэтому, я вначале отправлюсь к телеге. Один, — старик выдержал уточняющую паузу. — После же, я вернусь, и с рассветом мы отправимся в Пеймар. Только в таком порядке, уговор?

— Будь по-твоему, — кивнул Актевал и залпом выпил содержимое стакана. — Тогда я отосплюсь, вы же не против, господин Блинет?

— Но как же обед?

— Я верю, что в этом прекрасном месте есть и ужин.

Блинет, кивнув, хохотнул. Актевал деланно учтиво поклонился и вышел из кабака. Он медленно шёл обратно к башне, где ранее провёл ночь. На полпути его остановил охранник — коренастый, наголо бритый солдат с увесистой кувалдой, закреплённой на поясе.

— Добрый день. Ты друг Бедемара?

— Можно и так сказать. А что?

— Ты не знаешь, привёз ли он с собой табак? — солдат хмуро похлопал пальцами по кисету. — Мой давно пуст, а попыхтеть охота.

— Сожалею, «попыхтеть» не получится — Бедемр пришёл сюда без своего товара, — ответил Актевал, и пошёл было дальше, но тут же остановился. — Слушай, подскажи, где тут можно бросить кости и выспаться, как следует?

— Во-он тот длинный сарай за кабаком видишь? — солдат ткнул пальцем в дальний конец заставы. — Там у нас казарма. Пустых мест прибавилось, — добавил он хмуро, — поэтому, выбирай любую койку.

— Сожалею.

— Такого никогда раньше не было, — с грустью произнёс солдат, опуская глаза. — К слову, меня Гервар зовут, — он протянул руку Актевалу.

— Актевал из Пеймара, — парень пожал новому знакомому руку. — Пожалуй, я пойду. Совсем дурно себя чувствую.

И это было правдой. Состояние Актевала настолько ухудшилось, что он едва держался на ногах; к тому же, прибавились головокружение и тошнота. Он зашагал в сторону длинной палаты и даже не заметил, как Бедемр в спешке покинул заставу.

***

В голове старика жужжащим облаком роились мысли. Что если его телегу уже обобрали? И трубка! Она была дорога ему, как память. Бедемр быстро шагал по мощёной дороге, иногда нервно похлопывая себя по карману с флягой. Его тянуло отпить из неё, чтобы пробрало душу, но старик решил отсрочить этот момент.

Иногда поглядывая на солнце и прикидывая, сколько же ему осталось идти, Бедемр нередко предполагал, что до заката может не обернуться. И в этом, отчасти, винил Блинета с его принципами и вредностью. Впрочем, старый друг сгладил свою строптивость крепкой дубиной с шипами. Теперь, устрашающее оружие покачивалось на поясе Бедемра. Дубина, конечно, оттопыривала куртку и стесняла движение, однако с ней было спокойнее днём. В то время как ночью она совсем бесполезна.

Но комфортнее, всё же, было бы идти с напарником. Старик подумал о новоиспечённом друге — Актевале. Мальчишка стал огромным открытием для Бедемра. Особенно, его способности. Никогда прежде он не видел, чтобы люди могли управляться… магией. А иначе это не назвать. Про подобное Бедемр читал в книгах, видел в фильмах и даже, будучи ребёнком, сам фантазировал, как ему на голову падает манна небесная. Ведь нет ничего проще, чем сидеть дома и получать хорошие отметки в школе за «просто так». Либо не работать и иметь кошелёк с бесконечными купюрами. Бедемр словил себя на мысли, что даже сейчас не отказался бы от такого кошелька, как бы невероятно это не звучало. Но так ли это «невероятно».?

Мысли увлекли старика, и он даже не заметил, как прошёл добрую часть пути. Лишь отдышка дала об этом знать. Медленно, дорога уводила правее, скрываясь за деревьями. Затем она долго шла прямо, покуда не сворачивала влево, где и была брошена телега. Бедемр молил всех богов, чтобы всё оставалось на месте. Ну, или хотя бы какая-то часть. И как было велико его удивление, когда никем нетронутая телега обнаружилась там же, где её бросили.

— Мать честная! — воскликнул старик и побежал вперёд. Он запрыгнул на колесо и заглянул под брезент: всё было на месте и даже не тронуто. — Мать честная! И как теперь это увезти с собой?

Он огляделся по сторонам, в надежде встретиться взглядом со своей лошадкой, но, к сожалению, её не было рядом. Да и вряд ли она пережила эту ночь. Бедемр покопался между коробок, нашёл свою трубку. Опечаленный, он сел на край телеги и закурил. Сейчас его мало волновал «сонм», ведь товар, брошенный на дороге, был невыносимо тяжёлым грузом. Бременем, с которым будет сложно справиться — лишь самую малую часть он смог бы унести в руках и карманах. И всё же, злость вперемежку с жадностью не давали сдвинуться с места. Старик не хотел бросать труд своих лет.

Время шло, но Бедемр всё так же сидел на месте, изредка и без надежды посматривая на уплывающее солнце. По ту сторону реки заканчивались земли Тилии и начиналась территория Платдалии — его родина. Оттуда он сбежал в надежде спастись. Там не было шансов, а здесь… Что толку, если воз и ныне тут? Ему было бы гораздо легче распрощаться с телегой, увези её какой-нибудь бродяга-бандит. Бедемр в сердцах стукнул кулаком по борту телеги. Встал, обошёл её кругом, затем ещё и ещё, размышляя, что же ему нужнее и дороже. В спешке, он начал набивать карманы, затем выругался и всё выбросил обратно.

— И как мне с тобой быть? — старик пнул колесо носком сапога. — Сожгу. Чтоб тебе пусто было! Сожгу и дело с концом.

Старик выхватил из кармана флягу, нервно скрутил крышку и полил телегу. Настойки на весь товар не хватило, потому Бедемр набрал хвороста и сухой травы; воткнул их в полые места, с грустью взял кресало. Чирк, чирк. Искры разлетелись, но пламя не загорелось.

— Эй, старый дурень! — Бедемр от неожиданности подпрыгнул, выронив кресало. — Не торопи коней!

Старик обернулся, схватившись за дубину, но вмиг переменился: он начал прыгать и смеяться, покуда Блинет деланно важно подъезжал верхом на старой Пайсо. Друг улыбался во все зубы, пытаясь изобразить из себя героя старинных легенд.

— Где ты нашёл мою красавицу? — старик на радостях расцеловал нос лошади, а та, в свою очередь, довольно всхрапнула, уткнувшись мордой в его грудь.

— Пришла на заставу, почти в то же время, как ты ушёл, — ответил Блинет. — Правда, её маленько потрепали: я заметил укус на заднице, но это не страшно. В целом-то она здорова и вполне бодра.

— Спасибо тебе, друг, — склонил косматую голову Бедемр. — Я уже было распрощался со своим дорогим грузом.

— Да ты ирод! — воскликнул и тут же расхохотался Блинет, увидев хворост между ящиками. — Спалить решил? Мол, не тебе, не людям? Эх ты, скупердяй.

— Уж лучше никому, чем… непонятно кому, — буркнул в ответ Бедемр. — Проваливай с Пайсо, расселся. Мне её запрягать надо.

Блинет хохотнул и по-молодецки спрыгнул наземь. Затем, он помог старику впрячь животное и, наконец, уселся на козлы. Телега сдвинулась с мёртвой точки, жалобно скрипя колёсами. Этот до боли привычный Бедемру звук стал слаще соловьиной песни.

— Ой, да прекращай уже лыбиться, — Блинет хлопнул старика по плечу, откинулся спиной на борт и, заведя руки за голову, прикрыл глаза. — Ты будто зайца в глаз подстрелил.

— Скорее изловил двоих, — Бедемр горделиво щёлкнул поводьями. — Теперь-то я заживу. Продам всё в Нерне и осяду где-нибудь. К чертям эти поездки.

— А как же Пеймар? И обещание Актевалу? — Блинет приоткрыл один глаз и шутливо глянул на друга. — Обещал ведь.

— Ты знаешь, обещание я держу, — парировал Бедемр. — Но прежде я спрошу, возможно, он захочет совершить небольшое путешествие в Нерн.

— Сомневаюсь, — покачал головой Блинет. — Он был готов в одиночку отправиться домой. Похоже, что торопится мальчишка.

Бедемр задумался. Возможно, стоит рассмотреть предложение Актевала, да осесть в лавочке его отца. Однако старик уже давно не так наивен и сразу представил себе несколько вариантов развития событий. Возможно, что этот путь в Пеймар может стать не таким уж и прибыльным, а тогда, сделав крюк, ему придётся вернуться в Нерн. Но и удачное стечение обстоятельств отвергать не хотелось.

Послышался храп — Блинет задремал. Это было на руку Бедемру, ведь порою сверх меры болтливый друг мешал поразмышлять над ситуацией. Нередко тот грубо вносил свои коррективы в ход мыслей старика. И сейчас было самое время подумать над всем, что произошло и может случиться в дальнейшем. И то ли радость, то ли вера в Актевала, вносили в мировоззрение Бедемра новые — яркие краски. Отчего-то он верил, что если поможет пареньку — тот, в конце концов, изменит его жизнь в лучшую сторону. Старик посмотрел на плывущее по небу солнце и лишь радостно подметил, что в запасе есть время.

***

Глухой перестук разбудил Актевала. Он раскрыл глаза, не сразу поняв, откуда слышен звук. В казарме уже сгущались сумерки, через окна больше не проникал солнечный свет. Стало мрачно и неуютно. Актевал вышел наружу, бросил внимательный взгляд на алеющее небо. Бедемр наверняка уже вернулся, и ждал его с вестями в кабаке.

Во дворе заставы сновали охранники. Двое из них стояли у пней и кололи дрова. По-видимому, именно этот звук слышал Актевал, когда проснулся. Парень прошёл мимо крепких охранников, а те на секунду прервались и посмотрели на незнакомца. Актевал поприветствовал их, но в ответ встретил угрюмые взгляды, а когда отошёл дальше — расслышал оживлённый разговор.

Актевал обошёл длинное здание кабака, затем бросил мимолётный взгляд на ворота и пустующее пространство вокруг. Надежда увидеть телегу Бедемра медленно улетучивалась. Вскоре встретился Гервар. Он сидел на пеньке у входа в кабак, затачивая длинный узкий нож с рукоятью из алого дерева. Встретившись взглядом с Актевалом, он весело усмехнулся.

— Выспался? — спросил он, на что парень молча кивнул. — Наша казарма удобствами не располагает, но в любом случае есть хотя бы крыша над головой.

— В этот раз мой сон был настолько крепким, что я даже не обратил внимания на неудобства, — заметил Актевал. — Не знаешь, Бедемр вернулся?

— Не-а, не вернулся, — качнул головой Гервар. — За ним Блинет отправился на лошади.

— Лошади? — удивился Актевал и оглянулся. — А где ваши конюшни?

— Лошадь подошла к воротам, — рассмеялся Гервар. — У нас, насколько я знаю, от основания не было никаких лошадей. А, кстати, вот и они!

Гервар указал пальцем на открывшиеся ворота. Во двор заставы въехала телега, а на козлах сидели Бедемр и Блинет. Старик сиял ярче солнца, потягивая трубку. Варвар же, по-видимому, только проснулся и вовсю зевал.

— Ты везунчик, Бедемр из Акрина, — произнёс с улыбкой Актевал, когда подошёл к прибывшим. — И ночь пережил, и поклажа в целости. Теперь, полагаю, ты всё же поедешь в Нерн?

По лицу Бедемра пробежала тень. Актевал сразу догадался, что тот размышлял над этим, и стоит на распутье. Сложный выбор, потому, парень решил не дожидаться ответа. Он весело хлопнул Бедемра по плечу и подмигнул:

— Всё в норме. Посмотри на меня, я бодр и полон сил! Я и сам смогу добраться.

Позднее, этот разговор завязался в кабаке, когда Блинет принялся расспрашивать Актевала про Пеймар. Варвар никогда не бывал в крепости, но многое слышал о ней.

— Право дело, за столько лет службы здесь, я ни разу не бывал в иных городах, кроме Нерна и Акрина. В последнем, между тем, я был лишь раз и то на ночь, — пробасил он. — Может взять отпуск, да проводить тебя до дома, Актевал?

— Пожалуй, куда больший интерес у тебя вызовет медовуха Треадока? — усмехнулся парень, он уже не особо сопротивлялся пить нернский эль. — Поверь, в подвале моего отца этого добра валом. К тому же, он порою балуется изготовлением яблочного эля. По крайней мере, так было перед моим отъездом, — на этих словах Актевал отвёл взгляд и на мгновение задумался о том, как давно уже не бывал у отца.

— Хах, этот сухощавый паренёк знает, как подогреть интерес? — расхохотался Блинет. — Откуда ты родом, хитрец? Не с северной ли Тилии?

— Нет. Я родился в Пеймаре, а мой отец пришёл из-за пределов Тилии… Вернее, его принёс на руках мой дед. А что?

— У меня ближайшая родня из Крифмара, а там, Единым клянусь, почти все на одно лицо. Русые, худощавые и голубоглазые, как ты. Хотя я видел не так много местных жителей, но и пары десятков мне хватило.

Актевал весело рассмеялся:

— Если опираться на твой взгляд, то большинство жителей Креймара родом с севера.

— Креймар, Крифмар, — пожал плечами Блинет, — названия-то похожи. Почему и нет?

Парень снова рассмеялся, затем взглянул на молчавшего всё это время Бедемра. Его стакан был полон, в то время, как Блинет и Актевал принялись за третий. Старик вдруг посмотрел на замолкших собеседников.

— Всё в порядке, Бедемр? — громыхнул Блинет. — Ты вернулся с полной телегой добра! Я бы на твоём месте напился от счастья. Собственно, я бы напился и от горя… — он подтолкнул кружку к старику. — Пей смелей и не раскисай!

Затем Блинет переключился на подошедшего солдата. Тот, по-видимому, нёс пост и сейчас докладывал, что рядом прошёл ещё один отряд «сонма». Блинет переменился в лице, наверное, вспомнив предыдущую ночь. Но тревога была напрасной — мертвецы ушли в сторону Воронового Моста. Хотя стражники, на всякий случай, затушили все огни на стенах.

— Хорошо, — кивнул Блинет. — Но если что-то ещё заметишь — дай знать. И да, Нарат, не зажигайте сегодня факелов. Чёрт бы с ними, мы итак услышим этих хренов на подступах. Эти твари верещат громче резаных свиней!

Стражник кивнул и ушёл. Блинет повернулся к собеседникам, допил остаток эля. Он хотел было что-то сказать Бедемру, да, по-видимому, забыл.

— Завтра на рассвете, — сказал он Актевалу. — Надеюсь, старикан передумает.

Он посмотрел на друга, затем расстроенно махнул рукой и молча вышел из кабака. Актевал проследил за ним взглядом, в то время как Бедемр, казалось, пропустил слова мимо ушей. Старик отпил немного эля и, испросив извинения — тоже ушёл. Актевал остался наедине с собой: пить в одиночку было не так весело, да и ужин не лез в горло. Немногим позже, к нему присоединился Гервар. Он раскурил свою трубку, с наслаждением втягивая и выдыхая дым. Солдат долго травил байки о своих приключениях в те времена, когда по Тилии бродили шайки разбойников. Тогда он служил одному из влиятельных торговцев Нерна и со своим отрядом чинил расправу над грабителями. Часто, по его рассказу, им приходилось прорываться в пещеры среди ночи и вырезать спящих разбойников.

— Та ещё потеха, — хохотнул Гервар. — Нынче жизнь стала скучной: торговец помер, моя банда распалась, а я решил перебраться подальше от Нерна.

— Сюда? Но почему? — недоуменно спросил Актевал, на что Гервар развёл руками. — Наш король всегда подыскивает солдат для своей гвардии. Насколько я помню, им скучать не приходится.

— Пеймар? — Гервар задумался.

— Пеймар, — согласно кивнул парень. — Король платит достойно.

— Отличное предложение, но его стоит обдумать. Я, обычно, не принимаю решений в спешке или на горячую голову.

— Мы выдвигаемся на рассвете, — заключил Актевал. — Если ты решишь ехать с нами, тогда встретимся у ворот — не опаздывай. А теперь до утра, Гервар. Доброй ночи.

Ночь прошла без происшествий. Утро встретило троих друзей у ворот заставы. Бедемр тихо и хмуро сидел на козлах, Актевал и Блинет стояли рядом, весело перекидываясь шутками. Уж так принято в этом мире, что расставаясь на время — люди прощаются весело и навсегда. Бедемр с грустью помахал рукой друзьям и щёлкнул Пайсо поводьями. Телега тронулась с места, медленно уплывая вдаль под тяжёлым взглядом Актевала. Он до последнего надеялся, что старик передумает и поедет с ним. Однако повозка становилась всё дальше, медленно расплываясь в утреннем тумане.

Вскоре после отъезда старика, из ворот заставы вышел Гервар. Он взял с собой булаву и походный мешок. На его голове, закрывая лысину, красовалась зелёная бандана. Увидев его, Блинет тут же всполошился:

— А ты куда намылился?

— В Пеймар, вместе с Актевалом, — уверенно ответил Гервар. — Наскучила мне жизнь стражника заставы. Хочу более достойной жизни. И приключений.

— То есть, ты не вернёшься обратно?

— Нет.

Блинет недовольно фыркнул, взмахнул рукой на прощание, обращаясь к часовому в башне. Затем троица тронулась в путь. Актевал пружинисто шагал впереди, в то время, как Блинет и Гервар шли следом, иногда обмениваясь не очень любезными фразами. Парень пытался не обращать внимания, но был готов к возможной перепалке. Путь к Пеймару был коротким, но кто знает, как может всё сложиться с этими двумя.