No game no life: Политэкономия Дисборда

Постановка вопроса

События происходят после вступления Соры и Широ во власть, но до начала реформ.

Глава 1. Постановка вопроса.

Красное солнце вставало из-за горизонта, сливаясь с безбрежным океаном, открывавшемся из окон Элькии, последнего города человеческой расы. Тёплый бриз раздувал занавески, воздух, жидкий от морской влаги, пропитывал всё вокруг. Лёгкие радовались, а деревянные дома отсыревали, но альтернатив у людей нет - территория, буквально пятьдесят лет назад столь обширная, пропала практически вся...

Ниельс, последний, видимо, философ человечества, созерцал сие прекрасное зрелище, попутно выдвигая свои философские теории. На столе лежали стопки с бумагой, в которых были изложены гениальные гипотезы, которые никто никогда не прочтёт.

-Вот слушай, Митрич! - обратился он к своему сожителю, обитавшему одной комнате с ним. Философией много не заработаешь, о своём доме Ниельс даже не задумывался. Набрать бы на съёмную комнату... А должность писца, которым он подрабатывал на досуге, он искренне ненавидел. Скучные цифры, которые перегоняются с листа на лист - в них нет ядра, в них нет искры!

Митрич вопросительно хмыкнул, означая, что он готов слушать. Ниельс не знал, было ли ему реально интересно выслушивать одну гипотезу за другой, или он воспринимал это как фоновый шум, но Ниельсу, в общем то, было всё равно. Был бы слушатель - и хорошо.

-Митрич, какая сейчас у нас площадь территории?

-Того ить... С пригородом?

-Разумеется с пригородом.

-Дык, тысячи полторы квадратных миль.

-Верно. А сколько было? До этих дурацких игр с Федерацией?

-Э... Тыщ триста было. Всё побережье наше было, и леса добрый кусок. Да и в горах что-то было...

Ниельс взмахнул рукой, так, словно в этот момент всё для его сожителя должно было стать очевидным.

-Понимаешь, к чему я, Митрич!?

Тот помотал головой.

-А где люди то?!

-Люди?

-Люди! Менее чем пятьдесят лет назад наша территория сократилась в сто пятьдесят раз. И получили её зверолюди. Они нас недолюбливают, так что повыгоняли всех, кто не согласился добровольно батрачить на них.

Митрич упорно не понимал, куда клонит Ниельс. Но искренне старался понять.

-Подумай, плотность населения должна увеличиться в сто пятьдесят раз. Ну ладно, в сто, на крайний случай. Но не меньше уж точно! А теперь - выгляни в окно.

Митрич послушно выглянул.

-Взгляни на этот городок! Чистенький, вылизанный, с редко стоящими домами. Ни трущоб, ни толп бездомных, ни уплотнительной застройки. Тут словно и нет стократного переселения. Тут словно вообще переселения нет!

-А-а! Понял! - осенило Митрича.

-Верно. «И где люди?» —задал Ниельс добивающий вопрос.

Его сожитель напряженно помотал головой, ожидая, что сейчас последует ответ на этот вопрос, но Ниельс обломал его надежды.

-Вот и я не знаю. А было бы неплохо узнать.

Ниельс спрыгнул с подоконника, призвав товарища взмахом на выход.

-Дык... Куда мы?

-В замок, разумеется. Прямиком на аудиенцию к новым королям. Спросим, куда людей дели!

Митрич, хмыкнув, кивнул и пошел следом.

***

Королевский замок Элькии впечатлял. Несмотря на всё, впечатлял. Утопающий в зелени, с красивыми башенками, он вдохновлял Ниельса на писательство. Да и, в общем то, других вдохновений здесь было немного. На входе, как обычно, стоял стражник.

-Куда! - резко спросил он?

-В счётную палату.

-Назначено?

-Назначено. - Ниельс протянул весьма убедительную бумажку, которую предусмотрительно написал перед выходом.

Стражник, не особо разбирающийся в бумажках, кивнул. Он вообще не до конца понимал свою роль. Зачем не пущать, если всё равно никто ничего не сделает. Впрочем, ему за это платят. Так смысл бухтеть?

Внутренние территории дворца всё так же впечатляли. Рассудив, что король обычно занят, Ниельс и Митрич направились прямиком к зданию счётной палаты. На входе их встретил пожилой мужчина, почёсывающий бороду с откровенно-скучающим лицом. Завидев посетителей он слегка оживился.

-Да?

-Где люди? - поставил вопрос ребром Ниельс, не особо смущаясь.

-Э... Ну... Здесь, в городе.

-А все остальные? Почему город полупустой, когда у нас перенаселение должно быть? Почему нет голода, когда пахотных земель практически не осталось? Неужели вся Элькия ест с пригородных полей?

Дед нахмурился.

-А вы, простите, кем будете? - мрачно спросил он.

-Ниельс. Философ.

-Вот что, Ниельс. Иди домой философствовать. Я не знаю уж, почему тебя пустили... Но не стоит лезть в дела государственные.

-Ан нет! - заявил философ. - Теперь мне ещё интереснее. Не ответите - пойду прямиком к королю.

-Король тоже не ответит... - заявил дед. - И я буду молчать. Не стоит вскрывать эту тему, правда.

-Может сыграем? Если я выиграю, то ты мне расскажешь, куда делись люди. А если нет - то выполню любое твоё желание. - предложил Ниельс, хватаясь за последнюю надежду.

-Нет. - отрезал дед, вновь откидываясь в кресле и показывая, что разговор окончен. А ведь и вправду, на что он надеялся? На то, что вот так вот просто ему раскроются все тайны? Теперь еще и о его существовании стало известно. Но... А где, чёрт возьми, теперь искать ответ. Разве что...

***

Вернувшись домой, Ниельс первым делом схватился за мелок и подошёл к огромной, во всю стену, доске.

-Смотри, Митрич. Тут я буду писать важные вопросы. По мере получения ответов - буду зачёркивать. Итак, вопрос первый: “Где люди.” Очевидно, ответ не дан. А дальше - слушай внимательно мои рассуждения, поймаешь, если меня занесёт.

Митрич кивнул.

-Смотри, что отличает королей от нас?

-Э... У них денег много... И в замке живут! - не понимая, к чему клонит его товарищ, предположил Митрич.

-А ещё?

-Ну... У них власть.

-Верно! А чем выражена власть?

-Фигурой расы.

-Точно! Фигура расы, по сути, есть воплощение седьмой заповеди: о решении конфликтов через представителей. Так к чему это я. Никогда не думал, а почему она у короля?

-Ну... Он её выиграл.

-Сейчас - да. А до этого, тысячелетиями, с самой королевы Корон Долы - она передавалась по наследству.

Митрич наморщил лоб

-Это я к тому, что, как минимум, представитель нашей расы не избираемый. Божье благословение привязано к одной конкретной правящей семье, отказ от этого произошёл исключительно по доброй воле.

Кивок.

-Но про избираемость Заповедь нам ничего и не говорит. Интереснее другое: а могу ли я выйти из этой самой группы?

-Э...

-Вот и я не знаю! - воскликнул Ниельс, записывая тезис “Можно ли выйти из группы по фигуре расы.” мелом.

-Дальше! Зверолюдей знаешь?

Митрич уверенно кивнул. Кто же не знал зверолюдей.

-Миленькие у них девушки, правда?

-Э... Да-а. - мечтательно вздохнул сокомнатник.

-Как думаешь, возможно ли перекрёстное размножение? Совместное дитя от Иманити и Зверочеловека?

-Должно быть... Но они ж нас ненавидят. И мы их, того ить...

-Ладно, к чёрту зверолюдей. Но тем не менее, если дети могут быть - то подумай, а какая из Фигур будет работать на гибрид?

Митрич нахмурился.

-Итак... Вопрос три определён! - ещё одна меловая запись легла на доску. - Переходим к вопросу четыре! Митрич, ты платишь налоги?

-Плачу, того ить. Как же не платить то?

-А зачем ты платишь налоги?

-Дык... Надо же.

-А почему надо?

-Ну... В законе так написано.

-К чёрту законы, Митрич. Что произойдёт, если ты перестанешь платить налоги?

-У меня будет больше денег.

-И то правда. А ещё?

-Э... - Митрич задумался. Очень серьёзно задумался. Вспоминал все случаи уклонения от налогов, которые бывали в его недолгой жизни. Таких не находилось, но по логике вещей... - Дак ничего же не должно быть! - осенило его.

-Всё верно. Абсолютно ничего. Никаких проблем. А знаешь почему? Потому что государство ничего не может тебе сделать. Никак заставить. Сыграть разве что, но... ты всегда можешь отказаться. Тогда вопрос такой.

Митрич выказал неподдельный интерес.

-А почему, собственно, такое государство вообще существует? Если оно банально не может принудить выплачивать налоги, то как оно будет делать свою работу - сглаживать углы между крестьянами, ремесленниками, торговцами, аристократами? Почему шесть тысяч лет стоит огромная надстройка, по сути, ни над чем? Тут два варианта. Или что-то идёт принципиально не так, или, на самом деле, инструменты сдерживать в узде особо умных есть. Более того, боюсь я, эти инструменты уже прицелились на нас. Так что тут начинается гонка со временем: или мы их, или они нас...

-Так... Того ить... Мы в опасности что ли?

-Еще в какой, друг мой! Но никогда еще ничего великого не было создано без опасности. Но это сейчас не самое важное.

-А что тогда?

-Разумеется, вопрос пять! - радостно выкрикнул Ниельс, запрыгивая на табуретку и картинно простирая руку к окну. - Первая заповедь. Процитируй!

-Убийства, войны и насилие в этом мире запрещены. - без запинки процитировал Митрич строку, входившую в каждого ребенка в мире с материнским молоком.

-Оно самое. А воровство, вроде как, не запрещено. А как защититься от воровства без насилия? Особо никак. Но, тем не менее, проблемы того, что все воруют у всех, не стоит. И более того, воровать тебе мешает Заповедь. Та самая, в которой ничего не говорится о воровстве. Из этого прямо следует неполноценность...

-Ниельс! - оборвал его Митрич. - Ты, может, того ить, и ученый, но я-то - нет! Давай проще!

-Ладно. Тебе никогда не казалось, что заповедей мало?

-Нет...?

-Заповеди - это как правила игрового мира. Много ты видел игр с такими короткими правилами? Может быть ножички или “Съедобное - несъедобное” да, но сравнимы с Крестиками-Ноликами и куда короче, например, шашек. Кажется ли тебе, что игра под названием “Жизнь” по сложности равна Крестикам-Ноликам?

-Нет!

-А значит и правила для жизни должны быть куда более объемными и подробными, верно?

-Верно!

-Вот и я к тому. - Ниельс размашисто записал “Каков полный текст Заповедей?” - Сколько на самом деле ограничений у заповедей? Что входит в понятие “Насилие”? Что можно считать “Игрой” с точки зрения Второй Заповеди? Можно ли обходить другие заповеди с помощью Четвертой? В ней сказано про Третью, а Первую обойти можно? И еще десятки вопросов возникают! А где правда? А правду скрывают! Но мы не будем страшиться тайн, а проникнем в самые дебри этого мира. И начать предлагаю-таки с вопроса о людях.

-И как?

-Очень просто. Нам нужна пивная на окраинах Элькии. Самая грязная и дешевая. Если где и есть нищие беженцы с оккупированных территорий - так это там. Пойдем в любую!

Путь был недолгим. Элькия - маленький город. За час вполне можно было добраться до самых окраин. И на протяжении всего пути, Ниельса не отпускало ощущение слежки.

А может быть, он сам себя накрутил.

Таверна, которую выбрали искатели истины, оказалась, пожалуй, самой грязной и самой обшарпанной во всей Элькии. Прокуренный воздух, черный от копоти потолок, грязная ругань - все это создавало атмосферу крайне сомнительного места. Оглядевшись, Ниельс решил не церемониться.

-Кто тут беженец с захваченных территорий?

К нему обернулись все взгляды. Один из сидевших поодаль вопросительно качнул головой.

-Добрый день. Я хотел бы задать вам несколько вопросов. Я... э... детектив!

Угрюмый мужчина дал знак продолжать.

-Не могли бы рассказать о событиях, происходивших после того, как ваши территории были проиграны?

-Эх... Ну, пришли зверолюды. Сказали выметаться, либо сдаваться в добровольное рабство. Мы и выметнулись. Остались очень немногие.

-А скольих из тех, кто “выметнулся” с вами, вы видели в последнее время.

-Да никого почти. Все... э...

Угрюмый мужчина обернулся к сидящему рядом с ним.

-Ты кого нибудь ещё из наших видел?

Сидящий рядом покачал головой.

-Пиздец. А что... Вы это и расследуете?

Ниельс кивнул.

-Будьте осторожнее. Постарайтесь жить так, словно этого диалога никогда не было, ладно? Если вы начнёте очень много задумываться об этом... ну... могут быть плохие последствия.

Ниельс развернулся и вышел к Митричу.

-Эти тоже не знают. Тобишь, пропали их знакомцы, а это обустроили так, что, казалось бы, не очень-то и заметно.

-И... Того ить, что делать та?

-Пока ничего. Этот вопрос остаётся до востребования. Давай лучше начнём разрешать другие вопросы.

Ниельс внезапно резко развернулся, выписав Митричу пощёчину. Тот вскрикнул и отпрыгнул.

-Ниельс? Ты чаво?

-Прокатило. А не должно было бы. Насилие, как-никак. И ты согласия не давал.

Митрич, потирая ушибленное место, удивлённо кивнул.

-Видишь? Лучше бы нам вернуться в квартиру, после чего мы будем долго-долго экспериментировать. Надо по дороге купить большую книгу с пустыми страницами. Мы будем составлять полный текст заповедей.