Нисхождение в Авернус

Нисхождение в Авернус. Глава 1

Предыстория.

В незапамятные времена земли, на которых ныне стоит великий город Врата Балдура, были известны как вотчина холмового великана Лока. Лишь после его гибели, в нулевом году по Летосчислению Долин, на этом диком побережье возникло первое рыбацкое поселение — деревня Локлея.

Шли годы, и сонная деревушка у гавани превратилась в притон для пиратов, контрабандистов и прочего сброда, что стекался сюда со всего Побережья Мечей. Ночами, в густом тумане, эти негодяи зажигали фальшивые маяки, заманивая торговые суда на скалы. Разграбив всё, что не было прибито к палубе, они уводили свои просмолённые посудины вверх по реке Чионтар, в тайное логово — Серую Гавань. К 204 году Локлея и Серая Гавань слились воедино, став единым поселением с собственной верфью и причалами для сомнительных гостей.

Сотни лет спустя история этих мест круто изменилась. Легендарный мореплаватель Балдуран, герой и авантюрист, вернулся в Серую Гавань из туманных земель Анхрома, привезя с собой несметные богатства. Часть сокровищ он раздал старым друзьям, другую — надёжно спрятал, а на оставшееся золото приказал возвести вокруг своего дома исполинскую гранитную стену. Вскоре после этого Балдуран отбыл во второе плавание к берегам Анхрома, из которого не вернулся. Так, по крайней мере, гласит официальная история.

Оставшись без хозяина, стена стала достоянием местных фермеров, которые быстро смекнули, как использовать её для защиты собственных земель. В честь своего щедрого, хоть и пропавшего покровителя, горожане назвали главный проход в стене Вратами Балдура. Шли десятилетия. Тысячи душ стекались к стене в поисках защиты и лучшей доли, и вскоре безымянное скопище домов и ферм превратилось в город, известный всему Фаэруну как Врата Балдура.

Сегодня Врата Балдура — один из величайших городов континента. Но под его каменной кожей кипит мрак. Убийство здесь — разменная монета, грабеж — ремесло, а предательство — искусство. Порядок в этом гнойнике пытается поддерживать армия наёмников «Пламенный Кулак», подчиняющаяся верховному герцогу Ульдеру Рейвенгарду.

Выше по течению Чионтара стоит Эльтурель, столица Эльтургарда. Если Врата Балдура по праву славятся как гнездо гадюк, то Эльтурель всегда считался светочем веры и порядка. Два города давно и ожесточённо соперничают. Корни этой вражды уходят в те времена, когда пираты Врат Балдура начали перехватывать и грабить торговые суда, идущие в Эльтурель, подрывая его экономику. Хоть до открытой войны дело никогда не доходило, отношения между городами испорчены безнадёжно.

Десять дней назад верховный герцог Ульдер Рейвенгард во главе отряда «Пламенного Кулака» покинул город. Он отправился с дипломатической миссией в Эльтурель по официальному приглашению верховного наблюдателя Тейвиуса Крига. Верховный герцог отправился в путь без особого желания — остальным трём членам Совета Четырёх пришлось месяцами уговаривать его на эту поездку, оставив Врата Балдура на их «опытное» попечение.

Вскоре после прибытия Рейвенгарда Эльтурель исчез. Его просто стёрли с лица земли.

Из-за огромного расстояния весть о катастрофе дошла до Врат Балдура не сразу. Лишь когда к городским стенам хлынули толпы измученных беженцев из Эльтургарда, правда открылась. Слухи о гибели целого города пронеслись по улицам подобно чуме, сея панику во всех слоях общества. Даже закалённые бойцы «Пламенного Кулака» дрогнули, в одночасье лишившись своего великого лидера.

************************************ — Пап, а что это с ним? - Спросил мальчик, указывая на Спутник, что светился над городом. — Не знаю. Он какой-то странный сегодня. Пойдём лучше домой. Быстрее! - ответил отец, ускоряя шаг.

Земля дрожала под ногами, словно исполинский зверь пробудился от глубокого сна.

Гром и молнии беспощадно рвали небеса, казалось разъяренные боги вступили в свою яростную схватку. Второе солнце, Величественный Спутник, золотистый и сияющий, который так долго возвышался над высшим залом Эльтуреля и служил защитником от нашествия нежити, превратился в мрачную черную сферу. Из нее вырывались молнии, которые полыхали яростью и необузданностью. Везде царил ужас и отчаяние, крики людей слились в один неразборчивый хор, наполняющий воздух безумием

Ветер вихрем срывал крыши домов. Дома трещали и скрипели, они стонали от тяжести событий.

Темные облака нависли над городом, заглушая свет и затягивая все в свою бездну. И в самом центре этой бурной сцены стоял я, одинокий и растерянный. Мое сердце колотилось в груди, а дыхание становилось тяжёлым. Я не мог поверить, что все это происходит на самом деле, что мой родной город превращается в мрачный кошмар.

— Арни! Арни! – во всём этом, безумии я услышал своё имя. – Сюда, быстрее! – Это был Вотан, старый дварф. — Здесь портал, быстрее, сюда!- кричал он. — Моя семья, я…- мне было страшно, слишком далеко от дома — Быстрее парень! Быстрее!

В голове всё перемешалось. Крики людей не утихали. Земля всё так же тряслась под ногами. Я смутно помню, как добрался до портала. Шаг. Мгновение и я очутился в поле. А на горизонте был он. Мой Эльтурель.

Мы, горстка спавшихся, наблюдали, как неведомые силы вырвали Эльтурель из земли.

Секунда – взрыв и волна неописуемой мощи обрушилась на нас. Я пытался удержаться на ногах, но силы оказались недостаточными. Всех нас отбросило на несколько метров. Я лежал неподвижно, ждал, когда всё утихнет, всё тело болело. Поднялся и был шокирован - город испарился.

— Что это за дьявольщина? Где город? – тихо прошептал Вотан

Эльтурель, который казался таким несокрушимым и величественным, просто исчез, словно никогда и не существовал. Волшебник, который спас нас, и ещё несколько людей, лежали мёртвыми на земле. Мы все стали свидетелями страшной катастрофы, которая перевернула нашу жизнь с ног на голову.

************************************

Наш караван растянулся на несколько сотен метров. Сотни беженцев. И десятки тысяч тех, кто остался в городе. Что с ними стало – нам было не известно. Я надеялся, что мы не единственные кто спасся от того кошмара. Я надеялся, что мои родители – спаслись.

Пыль поднималась в воздухе, закрывая горизонт и окутывая нас своим серым покровом. Я шёл в самом конце каравана. А со мной Вотан, дварфийский жрец и мой друг Имрахиль, полуэльф. Сын эльфийского кузница, на которого я работал. Мы шли молча, только звук шагов, колёс и леса прерывал тишину. Время от времени слышались слабые стоны и плач детей. Путь к вратам Балдура был долгим.

Мы шли молча, и лишь скрип колёс, наши шаги и шорох леса нарушали тишину. Время от времени в ней тонули приглушённые стоны и детский плач. Путь к вратам Балдура был долгим.

— Орк стрижёт эльфа, — раздался в тишине голос Вотана. Эльф ему в ответ: «Эльф, тебе уши нужны?» Тот: «Конечно, нужны». Орк: «На, держи!»

Вован ухмыльнулся, а мы с Имрахилем молчали

— Ладно, тогда другой, — не сдавался он. — Встретились как-то два эльфа. Один другого спрашивает: «Откуда у тебя эта волшебная палочка?» «Мне её королева эльфов дала», — отвечает второй. «Ух ты, борода Морадина! А волшебная палочка откуда?»

Вотан засмеялся, а я не выдержал: — Ахах… Ладно, это смешно. — Помолчите, Вотан. И без вас тошно! — сказал Имрахиль. — Арни, мальчик мой, как ты вообще работал с ним? Он же всегда такой ворчун. — Ну, его отец — лучший кузнец в городе… был. — Хмм… О, я придумал ещё! Как называется эльф, который всегда в депрессии?

Я ждал шутку. — Господин Вотан, вы мне уже не учитель, и я могу… — резко и грубо высказался Имрахиль. — Ладно, ладно. Не кипятись. Просто вы, детки, какие-то слишком уж серьёзные. Вот я и решил, что — Решили нас задолбать?! Лучше помолчим.

Дварф с недовольством посмотрел на полуэльфа. — Именно поэтому, кроме Арни, у тебя и друзей не было. — Что вы сказали? — огрызнулся тот. — Именно! Поэтому! Кроме Арни…

— Дерево! — кто-то закричал впереди.

Караван остановился.

И тут же, со стороны леса, полетели стрелы.

Шум и возбуждение охватило всё вокруг. Люди начали кричать и бросаться на землю, пытаясь спастись от смертоносных снарядов. Отчаянные крики и стоны разносились в воздухе. Стрелы продолжали лететь в нашу сторону, они пронзали пространство и находили свои цели. Кровь окрасила землю в ярко-красный цвет. Возникала жуткая картина. Люди падали один за другим.

Из глубины леса, словно призраки, вырвались гоблины. — В Атаку! — Смерть людишкам!

Они кричали. Их зловещие глаза пылали неистовой яростью, а их клинки и когти готовы были вонзиться в нашу плоть. — ДЕРЖИТЕ ОБОРОНУ! ЗАЩИЩАЙТЕ ЖЕНЩИН И ДЕТЕЙ! - Прокричал Вотан

Битва разгоралась с безумной яростью. Вокруг царили хаос и страх, но мы не позволяли им овладеть нашими душами. В этом беспорядке я заметил одного из беженцев — старика с седой бородой. Он, будто зверь, защищал от опасности маленьких детей. В его руках была лишь палка.

Гоблины были хитрыми и жестокими противниками. Они атаковали нас со всех сторон, используя свою численность и злобу. Мы не сдавались. Наши мечи вонзались в их тела, лишая их жизни. Крики и стоны смешивались со звуками сражения. Моя первая битва.

Прокатился грозный рык, словно гром среди ясного неба. Из чащи леса появились орки — высокие, могучие, со свирепыми мордами и сутулыми спинами. Они выжидали, пока гоблины ослабят нас.

Один из серокожих летел в нашу сторону. Его глаза сверкали, а морда была покрыта уродливыми шрамами. Он издал боевой клич.

Огромный орк занёс над головой массивную секиру и со всей дикой силой обрушил её на меня. Я успел уклониться. Ощутил, как воздух содрогнулся от мощи его удара. В ответ я взмахнул своим мечом, нанося удар по его лицу. Попал. Орк взвыл от боли и отступил на шаг, давая мне шанс нанести ещё один удар.

Но вдруг из-за спины гиганта появился гоблин, и я не успевал отразить его нападение. Время словно остановилось. Секунда. Стрела, выпущенная Имрахилем, пронзила череп гоблина. Тот мгновенно лишился жизни и рухнул на землю. Его оружие упало рядом, отражая свет солнца.

Битва продолжалась. — Клангеддин, защити нас всех! Даруй нам силу и отвагу!

В какой-то момент я ощутил огромный прилив сил. Я знал это чувство. Вотан молился своему богу. Я услышал голос в голове. Он наполнял мой дух отвагой и решимостью.

В ту же секунду я набросился на орка. Мой меч взревел в воздухе. Орк отразил удар. Я атаковал снова и снова, пока его защита не начала слабеть. Мгновение — и гоблинская стрела пробила мне бедро. Орк не давал мне шанса на передышку. Он замахнулся.

Удар. Я успел воткнуть меч в его челюсть. Прокрутил — и в ответ раздался лишь хрип и чавканье. Он упал.

Я отступил, ощущая боль и усталость, но всё же радовался. С орками я ещё не сражался, и эта победа была особенно сладкой. Вокруг меня продолжалась битва, и я видел, как все мы, жители святого Эльтуреля, давали отпор этим тварям.

Подбежал Вотан. — Ты как, Арни? — спросил он, и в ту же секунду его шипастая булава пробила живот очередному гоблину. Он с хлюпающим звуком выдернул её, и внутренности твари рухнули на землю. — Нормально…устал чутка — ответил я ему. Он посмотрел на мою ногу. — Нога не баба, никуда не денется, — усмехнулся он и прикончил ещё пару мелких тварей.

Звук горна пронзил воздух, заставив остатки врагов панически бежать. Они пытались спастись от нашей ярости. Кто-то из них даже бросал оружие.

Наш караван стоял непоколебимым. Мы были окружены телами наших врагов, и это была победа. — Что там с ногой? Давай, показывай! — спросил Вотан. — Да вот. — Пустяк. — Господин Вотан, я орка убил! — улыбнулся я ему, пытаясь скрыть боль. — Молодец, парень! Давай на счёт три. Готов? Я кивнул. — Раз… — я сдержал крик.

Он приложил руки к ране и прочитал молитву. — Отец мой небесный... Наконец-то стало полегче. — Клангеддин Серебробородый сегодня нас не оставил. Это была славная битва. — Тогда и я ему помолюсь сегодня, — проговорил я, а дварф усмехнулся. — Где Имрахиль? — Да вон, что-то там собирает… Видать, вспомнил о своих предках. Цветочки собирает, ахаха! И вы, парни, хорошо поработали сегодня. Но. — он указал на ногу. — В следующий раз не допускай такой оплошности. Понял меня? Ты? Бестолочь! — И Вотан дал мне подзатыльник.

Спустя несколько минут я услышал плач детей и увидел картину, которая на миг застыла во времени. Я подошёл ближе. Передо мной раскинулся пейзаж горя и смерти. Телега, облитая кровью и утыканная стрелами, служила мрачным свидетельством жестокости. Мой взгляд остановился на безжизненном теле старика. Он словно был пригвождён стрелами к этой телеге. Воин этого мира, который до последнего вздоха отстаивал свою правду. В его старческих, но могучих руках всё ещё упорно сжималось его оружие — обычная палка.

Вокруг него лежали тела убитых гоблинов и двух орков; их искажённые, окровавленные лица отражали страх перед этим непреклонным старцем. Но самым трогательным зрелищем было то, что стояло рядом с ним — семеро ребятишек, все маленькие и хрупкие.

Их слёзы текли по щекам, словно ручейки, смывая боль и печаль. Они заполняли тишину своими голосами. Они оплакивали своего защитника, героя, который отдал им всё своё сердце. — Это Иван. Хороший был мужик. Поговаривали, что он в молодости огра голыми руками разорвал. Хм… а я не верил. Благородная смерть, — проговорил Вотан.

Ещё несколько минут я стоял там, слушал плач детей — этот гимн любви и преданности. В моём сердце родилось новое решение — быть таким же сильным и непоколебимым, как этот старик. Но старик был не единственным, кто погиб сегодня. Наш кошмар, который преследует нас с самого Эльтуреля, будто бы продолжался.

Мы хотели похоронить погибших, но боялись, что гоблины могут вернуться с новыми силами. Следующую атаку мы могли не пережить, и было решено двинуться дальше.

— О, Хельм, помоги нам на этом сложном пути. Взываю к тебе.

Последующая дорога была спокойной. Спустя где-то день мы увидели Врата Балдура. И все мы надеялись, что там нам помогут.

************************************

Врата Балдура — печально известное крысиное и змеиное гнездо, что раскинулось на скалистых берегах над рекой Чионтар. С высоких насестов Верхнего Города местные благородные, именуемые патриарами, с плохо скрываемым презрением взирают на простонародье из мрачного Нижнего Города. Врата Балдура провоняли кровью, преступлениями — и возможностями. Нетрудно понять, почему пираты и торговцы слетаются на этот запах, как мухи на мертвечину.

— Дальше вы не проедите, — проговорил стражник у Врат Василиска, что служат входом во Врата Балдура.

Как оказалось, здесь собралось множество беженцев и Слава Богам - мы были не единственными. В этой толпе я тщетно пытался найти своих родных. Где-то через три часа после нашего прибытия началась стычка между солдатами города и беженцами. Люди рвались в город, ища защиты за стенами Балдура. С каждым мгновением напряжение в толпе нарастало, и рано или поздно оно должно было достичь крайней точки. — Арни, сюда! — подозвал меня Вотан. — Я тут договорился. Идём.

Я последовал за дварфом. Он провёл меня сквозь толпу к Вратам, что-то сказал стражнику на дварфийском, и нас впустили. — А как же остальные? — спросил я. — На остальных у меня нет денег. — Да хотя бы Имрахиля, мы не можем его бросить. — Он уже там, ждёт.

Едва мы прошли, как толпа взбесилась. Люди начали толкаться и кричать, пытаясь прорваться сквозь ворота. Чтобы успокоить беженцев, здешний командир отдал приказ жёстко подавить волнения, нисколько не церемонясь с бунтующими.

— А этих кто сюда впустил? — спросил командир стражи. — Ну, эти... они как бы... — промямлил стражник, который нас пропустил. — Помолчи. Вы откуда? — продолжил командир. — Мы авантюристы из гильдии Бердаска, сопровождали этих несчастных людей. Командир, прошу, нельзя же так с людьми... они же просто беженцы. — Прошу вас, господин дварф, отвечайте только на поставленные вопросы, — командир на секунду задумался. — Из гильдии, говорите? Вас только двое? — Да, — ответил Вотан.

Командир осмотрел Вотана с ног до головы, а потом его взгляд упал на меня. Я не выдержал этого взгляда и отвел глаза. — Хм. Интересно. Авантюристы. Пацан, хоть держать оружие умеет? — спросил он. — Паренёк сильнее, чем сто буйволов.

Слова Вотана меня удивили, но я понимал, что он говорит это не всерьёз. — Ну-ну, а этот одноухий вам знаком? — Командир указал на стену, где лежал избитый Имрахиль. — Хм… Вы себя сдаёте, господин дварф. По глазам вижу, что знаком. Сопроводите их в комнату и эльфа заберите. Потом поговорим. — Д-да, командир, — пробурчал стражник. — Давай, шевелись. - И стражник толкнул Вотана — Эй! Не толкай! Иначе руку в жопу засуну!

В помещении было холодно и пахло сыростью. Комната оказалась абсолютно пустой, лишь старинные каменные стены, покрытые плесенью, тихо вздыхали под тяжестью времени, да пара светильников тускло горела на стене.

Благодаря молитвам Вотана мы быстро поставили Имрахиля на ноги. Он рассказал, что его избили потому, что командир оказался слишком наглым: помимо взятки стражнику в десять золотых, требовалось поделиться деньгами и с ним. Но Имрахиль отказался, и, зная его, отказался очень грубо, за что и был избит.

Примерно через час в комнату вошли двое тифлингов — мужчина и женщина. Это была семейная пара. — А вас-то за что? — спросил я их. — Мой муж не умеет держать язык за зубами! — женщина грозно посмотрела на супруга. — Там сейчас чёрт знает что творится! Мы просто возвращались домой из поездки, а здесь какие-то грязные люди бунтуют, стражники их избивают… И они почему-то решили, что я один из зачинщиков всего этого! Вы только посмотрите на нас! Посмотрите внимательно! Мы балдуранцы. Наш род живёт здесь уже больше пятисот лет, — проговорил мужчина.

Их роскошные наряды и изысканные манеры не оставляли сомнений — перед нами были представители высшего общества. Золотые серьги, украшающие уши изящной дамы, идеально гармонировали с её безупречной внешностью. Не менее внушительно выглядел и её спутник — величественная фигура в облачении из дорогой ткани, на его руке сверкали несколько золотых колец со странными символами. Ухоженная борода и прямая осанка подчеркивали высокий статус.\ — Милый, ну хоть здесь не злись. — Я не злюсь, моя дорогая. Я крайне недоволен!

Имрахиль ухмыльнулся. — Добро пожаловать в наш клуб неудачников.

Мужчина презрительно осмотрел его.

Двери открылись. Один из стражников внес стул, и в помещение вошёл тот самый командир. Он сел. — Меня зовут Зодж, командир Зодж. Обращайтесь ко мне именно так. — Уважаемый, зачем вы нас сюда привели? — возмутился мужчина-тифлинг.

Зодж даже не взглянул на него. — Из-за этих беженцев наши горожане напуганы, многие распространяют слухи, будто Вратам Балдура грозит та же участь, что и Эльтурелю. А от него, якобы, осталась только громадная дыркав земле. Верховный герцог направился туда, и, по всей видимости, именно тогда город был уничтожен. Совпадение? Не думаю. — Я не думаю, что приезд вашего герцога имеет какое-то отношение к исчезновению города, — проговорил Вотан. — Разговариваю сейчас я, господин дварф. Ваше дело — слушать. — Уважаемый, э-э-э… командир Зодж, вы, по-моему, меня не расслышали. Мы не с беженцами, мы с женой возвращались к себе домой. Наш дом здесь. Это какая-то ошибка, — снова в разговор влез мужчина тифлинг. — Господин? - Наконец на него обратил внимание командир — Аарон, Аарон Митфир, а это Лианна Митфир, моя любимая жена. — Господин Аарон Митфир, как я понял, вы подрались с представителем власти. Солтус до сих пор приходит в себя после вашей стычки. Вы — бунтовщик. К тому же, вы применили против него магию, а это усугубляет ваше положение. — Но, простите… — продолжал мужчина, — это он на меня напал! — Никаких «простите». Сейчас не до шуточек. Не то время вы выбрали для благородных жестов. За ваш проступок, господин Аарон Митфир, вас ждёт либо тюрьма — и поверьте, с такими, как вы, там не церемонятся, — либо вы можете услужить мне службой. — Да как вы смеете?!

Зодж посмотрел на стоящего рядом стражника, кивнул головой в сторону Аарона. — Вы знаете, с кем вы… Тифлинг получил удар в живот. Он согнулся. Женщина вскрикнула. — Ещё что-то есть сказать, господин Аарон Митфир? — Нет… — прокашлялся мужчина. — Хотя бы жену… отпустите. — Без проблем. Ваша жена может быть свободна. Сегодня же будет дома цела и невредима. А вот у вас есть дела.

Женщина начала возмущаться, обняла мужа, заплакала и принялась целовать его; тот пытался её успокоить. Спустя пару минут женщину вывели из помещения. — Итак, продолжим. В этой катастрофе уцелело несколько рыцарей Эльтургарда, так называемые Всадники Преисподней, и они почему-то считают, что это мы, жители Балдура, виноваты в случившемся. Ох уж эти лицемерные святоши! Мы задерживаем их, когда находим, но у меня катастрофически не хватает людей, чтобы заткнуть все дыры и поддерживать порядок в городе. И вам всем сегодня крайне повезло. — Он указал на нас пальцем. — Мне понадобится ваша помощь. — Помощь в чём? — вступил в разговор Вотан. Мы с Имрахилем внимательно слушали. — Как вы сказали? Вы авантюристы? — Командир Зодж, мы просто… — он посмотрел прямо мне в глаза.

Я попытался сказать, что всё это обман, что мы такие же беженцы, но снова не смог выдержать этот взгляд. Он был слишком тяжёлым.

Зодж улыбнулся и продолжил: — Это чрезвычайная ситуация. Согласно закону, я призываю вас на службу, а согласно другому закону Врат Балдура, я могу казнить вас на месте за отказ сотрудничать. — Парень просто хотел сказать, что мы не такие уж хорошие авантюристы. Вы только посмотрите: два пацана да я, практически старик. Мы не хотим быть обузой для вас. - сказал Вотан — Какая же вы обуза? Уверен, вы преуменьшаете свои достоинства. С вами сила сотни буйволов, — он мерзко ухмыльнулся. — А что насчёт меня? — тихо, держась за живот, проговорил Аарон. — А что насчёт вас? Пойдёте вместе с ними. Мне рассказали, что вы зверь в драке. — Что? Нет! Прошу вас, отпустите меня, я ничего такого не хотел! — А я не хотел сегодня быть здесь, но такова моя работа.

Тифлинг выругался. — Из-за этих грязных животных… Я балдуранец! Я просто хочу домой! Я буду жаловаться!

Зодж снова указал на господина Аарона. — Нет, нет, нет! — Удар в челюсть. Тифлинг рухнул на пол. — Господин Митфир, у меня и так сегодня плохой день. Не делайте его хуже. Вы уяснили, что я сказал?

Господин Аарон кивнул. — Ну, раз мы всё решили и каждый — я повторяю, каждый — согласен... — Зодж встал. — Согласно закону, я призываю вас на службу во благо справедливости и защиты Врат Балдура.

После этого он достал из внутреннего кармана небольшие медные бляхи со знаком Пламенного Кулака и выдал их нам. По его словам, это давало нам право действовать от его имени.

— Врата Балдура давно страдают от культистов Мёртвой Троицы — вы, наверное, в курсе, это приспешники мерзких Бейна, Баала и Миркула. Я думал, мы с ними покончили, но, похоже, ошибался. Эти любители ужаса и смерти воспользовались нашими трудностями и устроили серию убийств по всему городу. Как мои официальные помощники в этом деле, вы имеете право убивать этих гнид на месте. Разыщите их логово и зачистите. Убивайте всех, кто встанет у вас на пути, и не волнуйтесь о сопутствующем ущербе. — Простите, что? — перебил его тифлинг. — Убивать? По-настоящему? — Вы Солтусу сломали нос своей палкой, а потом чуть не устроили здесь огненный ад… Думаю, господин Митфир, у вас хватит мужества убить того, кто захочет сделать то же самое с вами, — проговорил Зодж. — Но я никого не убивал… — Никаких «но», солдат. Ты либо делаешь, что нужно, и остаёшься жив, либо не делаешь, и кто знает, что случится… У кого-то ещё есть проблемы с убийствами? — Нет, я и мои парни вполне обучены, — ответил Вотан.

Я посмотрел на Имрахиля. На его лице застыла дурацкая улыбка. Уже во второй раз я удивился словам Вотана.

Вместе с грубоватым и немногословным Имрахилем мы не один год посвятили себя увлекательному искусству боя. Замечу, что именно на этих занятиях Имрахиль лишился одного уха. Нашими учителями были Вотан и его покойный брат. Под их мудрым руководством мы изучили искусство войны, владение оружием ближнего и дальнего боя. Они часто ругали нас, говорили, что от нас толку, как от гоблина молока, и что в первом же серьёзном сражении нас убьют… Вчерашняя схватка стала для меня первым значимым боем. До сих пор в душе таится трепет перед силой сражения. Огонь, что разгорелся во мне в тот день, до сих пор не угас, и слова Вотана о нашей готовности подбросили в этот огонь новых дров.

— Если выполните всё как надо, я прослежу, чтобы вам заплатили по двести золотых, и вас больше никто не задержит — если, конечно, не будете буянить в городе. А ещё вы заслужите мою признательность, которая стоит куда больше двухсот монет. В паре кварталов отсюда есть таверна «Эльфийская песнь». Там вы найдёте девушку Тарину, она шпионка, собирает слухи для Гильдии. За ней числится небольшой должок, так что она поделится с вами информацией, если скажете, что работаете на меня. Расспросите её насчёт Мёртвой Троицы. И упаси вас Балдуран с ней ссориться! У Тарины серьёзные дружки. Ах да, господин Митфир, не вздумайте меня обмануть… у меня везде есть уши.

Нам ничего не оставалось, кроме как последовать распоряжению командира. Но перед уходом я набрался смелости и спросил: — Командир Зодж? — Слушаю. — А вы делаете какие-нибудь записи о том, кто заходит в город? Меня интересуют беженцы. — Конечно, парень. Среди них могут быть культисты, мы должны знать, кто зашёл или вышел. — А разрешите потом посмотреть эти записи? Я ищу нескольких человек. — Выполните поручение — и всё получите.

************************************

Никто в здравом уме не бродит по улицам Врат Балдура и не заходит в местные таверны без оружия или вооружённой охраны. Всякий, кто прожил в городе хоть десятидневку, знает это по опыту. На первый взгляд таверны кажутся безопасными, но на деле это одно из опаснейших мест во Вратах Балдура — тут полно выпивки, соблазнительных женщин и беспринципного народа. Волотамп Геддарм, величайший хвастун, прославившийся обзорами таверн, описал свои впечатления так: «Оставляют тяжесть в животе, особенно когда в него втыкают кинжал».

Когда начинаются драки, посетителям приходится постоять за себя самим, и не стоит ожидать сочувствия от Пламенного Кулака. Убийства в тавернах — обычное дело. Обычно всё кончается тем, что жертву вытаскивают наружу и бросают в переулке, где её сперва обчистят бродяги, а потом обглодают крысы.

— Господин Вотан, а почему вы просто не отказались? Думаете, правда казнят на месте? - спросил я. — Думаю, правда казнят. Я знаю, на что они способны. С ними лучше не ссориться. Простите меня, ребята, это я вас впутал в эту историю. — Да не переживайте, выполним, получим хорошие деньги и как-нибудь заживём. — Хе, я, походу, единственный, кто получил за это по мозгам. С вас десятка, господин Вотан. - высказал Имрахиль

Сзади нас плелся угрюмый господин Аарон. — Как же так, ну как же так…

Мы зашли в таверну. Было очень шумно. Люди сидели за столами, громко разговаривали и смеялись, а музыканты в углу создавали весёлую атмосферу. Запах пива и жареного мяса наполнял воздух, шум посуды и звук открываемых бутылок добавляли живости в окружающую обстановку.

— Все заткнулись! Сейчас она петь будет! - крикнул кто то из посетителей таверны.

Внезапно все замолчали, и таверну наполнил тонкий, нежный голос. Я не понимал, откуда шёл звук. Пели на эльфийском. И это было прекрасно. Как нам позже объяснили, это дух эльфийки. Никто не знает, откуда она взялась в таверне, и невозможно предсказать, когда она запоёт. Я даже не удивлюсь, что многие завсегдатаи посещают таверну именно чтобы послушать песнь этого духа. Единственный, кто у нас понимает эльфийский — Имрахиль. Он и рассказал, что эта баллада сложена о безымянном возлюбленном, которого поглотила морская пучина.Но сюда нас привела не песня, а поиски Тарины.

После её окончания песни, таверну вновь наполнил привычный для ушей шум. Мы подошли к барной стойке и расспросили о Тарине хозяина заведения, Алана Алита. Он указал, где её можно найти, так как, по его же словам, абсолютно любой здесь знает Тарину. Но сейчас она немного занята, и лучше её не беспокоить. — Я вас позову, — проговорил Алан. — Можете пока отдохнуть и расслабиться. Эй, ребятишки, примите у них заказ.

Алан практически ничем не выделялся среди множества других владельцев таверн любого города Фаэруна. В заведении прислуживают двое юношей, которые принимают заказы, разносят напитки и еду и перешучиваются с клиентами. По обе стороны от входной двери дежурят двое вышибал: живой доспех по кличке Звяк и грубоватая женщина-полуогр Скуна. Немного пообщавшись с ними, я понял, что им обоим поручено защищать коллег по таверне, а не посетителей, так что они не станут вмешиваться в драку, если в ней не участвует персонал.

По большей части вооружённые клиенты — в основном простые горожане и головорезы — толпятся вокруг столов в главном зале и отдельных комнатах. У камина в восточной стене стоят три мягких кресла под скрипучей деревянной лестницей, которая ведёт на второй этаж. Как и во всех тавернах, здесь можно встретить какого-нибудь пьянчугу, который надрался до чертиков и заснул на кресле или за столом. Возле камина расположен деревянный сундук, где хранятся настольные игры: доски для драконьих шахмат, потёртые колоды для «Ставки Трёх Драконов» и тому подобное.

Помимо этого, здесь есть специальная курильная комната. Хотя курение в таверне разрешено везде, именно в курильне предпочитают собираться члены местного клуба курильщиков — Дымоловы. Большая часть из них — местные рыбаки и ловцы крабов.

Но больше всего мне запомнились три отдельных трапезных: Комната Зелёного Дракона, Комната Бурого Увольня и Комната Ускользающего Зверя. Названия этих помещений не случайны — в каждой из них гордо висят головы соответствующих хищников.

В общем, здесь есть практически всё, что можно найти в любой другой таверне. Вся она была забита посетителями. Мы стояли у барной стойки. — Цириково дерьмо, угораздило же меня так упасть, — возмущался Аарон. — Господин Аарон. — спросил я его. — Э-э-э — Арни. — Без разницы, называй меня господин Митфир, так мне привычнее. — А чем вы занимаетесь? — Я торговец. «Волшебные вещички Митфира»! Может, слышал? — Нет… — Ну да. В последнее время бизнес идёт очень плохо. Мы как раз возвращались с очередной провальной сделки. Именно поэтому я взбесился и… — Тифлинг скривился. — Короче, я торговец. И меня здесь не должно быть, но больше всего не хочу в тюрьму. Это запятнает честь моей семьи. Слушай, я же понимаю, что вы беженцы, никакие вы не авантюристы… да и Зодж, думаю, неглупый. — Он опустошил стакан. — Убивать. Ха! Митфиры никого не убивают, мы всегда договариваемся и всегда успешно. Ну, практически… А ещё меня с вами связали. Вон толпа таких, как ты… бери не хочу. Чёрти что!

В этот момент к нам подошёл хозяин таверны, наклонился и тихо прошептал: — Тарина готова вас принять.

По пути к ней я невольно подслушал разговоры посетителей, которые громко обсуждали нынешнее положение в городе и весьма нелицеприятно высказывались о беженцах из Эльтуреля. Меня это взбесило. Я хотел вмешаться, но Вотан остановил меня. — Тихо, парень, у нас есть дела поважнее.

Внезапно выяснилось, что Тарина была поглощена азартной игрой в кости Балдура. Её оппонентом был богатый и влиятельный тип, однако он покинул игровой стол с явным негодованием.

После игры Тарина встала, подошла к Вотану и спросила о цели нашего визита. Я стоял рядом и думал о том, как от неё приятно пахло. Высокая и изящная девушка с длинными рыжеватыми волосами, аккуратно собранными в хвост. Она выглядела как настоящая героиня из мифов. Её лицо было прекрасным и утончённым, с высокими скулами и ярко-голубыми глазами, которые манили своей загадочностью. Легкая улыбка на губах придавала ей ещё больше очарования. Кожаная броня облегала стройную фигуру, подчеркивая изящество тела. На поясе висел кинжал, украшенный блестящими драгоценными камнями, что придавало ей статус и изысканность.

Она посмотрела на меня. — Парнишка, сейчас глаза выколю… — Да я… просто… — Мы здесь от Зоджа. Знаешь такого? — Вотан был моим спасителем.

Её лицо скривилось при упоминании этого имени. Дварф рассказал ей всё, что нужно, и она, конечно же, согласилась нам помочь, но, как это всегда бывает, не за просто так.

Заметка.

«Тарина», конечно, не настоящее её имя. Прежде чем осесть во Вратах Балдура, она была пираткой, известной как Ронда Тандербелл (но это тоже не настоящее имя). Послужив несколько месяцев на корабле под названием «Невоспитанный Змей», она стащила добычу товарищей по команде и сбежала, прежде чем её хватились. Большую часть добычи Тарина растратила в последние годы, но у неё запасено ещё достаточно, чтобы не остаться голодной. Она в хороших отношениях с Девятипалой, предводительницей местной гильдии воров, которая иногда подкидывает ей работёнку.

Незадолго до нашего визита Тарине стало известно, что её бывшие товарищи-пираты прознали о том, что она находится во Вратах Балдура. Они приложат все усилия, чтобы добраться до неё, и вовсе не для дружеской беседы. Короче говоря, у нас появилась новая задача — защитить Тарину от её бывших соратников, когда они появятся. И, как она сказала, они уже скоро будут здесь.

Нам снова пришлось ждать. Мы все расположились на первом этаже за одним из столиков в ожидании непрошеных гостей. Пропустили пару стаканчиков ароматного эля, и в какой-то момент таверну вновь наполнила печальная песнь духа-эльфийки. — Что? Что она поёт? А ну заткнулись все! - выкрикнул посетитель таверны

Её голос проник в самую глубину души, но на этот раз она не пела о потерянной любви. Слово «Эльтурель» было единственным, что мне удалось уловить. Шок и удивление прочитались на лицах многих посетителей, особенно на лице хозяина таверны Алана Алита.

Я заметил, как по щеке Имрахиля скатилась слеза, но он быстро вытер её, когда заметил мой взгляд. Он отпил эля, и его лицо снова стало серьёзным. Тарина и Аарон также были потрясены услышанным. Казалось, только я и Вотан не понимали смысла этой песни.

О, песню спой про Элтурель, Земли родной краса, Где солнце над речной скалой Восходит в небеса. Весёлый и счастливый град, Жилище храбрецам, Прославлен он во все края, Отпор даёт врагам.

О, песню пой про Элтурель, Когда не дремлет враг: Идёт на нас войной орда От самых адских врат. Вперёд, святые воины, Седлайте лошадей, Со светом над знамёнами Летите в бой смелей!

О, песню пой про Элтурель В спокойный час ночной, Священный свет родной Звезды Не гаснет над тобой. Споём, споём про Элтурель, Благословенный край! Храни его и в жизни сей, И в смерти не предай.

— Что это было мужики! - прокричал кто-то — Кажется я влюбился...

Когда песня закончилась, вся таверна начала бурно обсуждать услышанное. А Имрахиль рассказал нам, что песня была об Эльтуреле, Спутнике и Всадниках Преисподней. Замечу, что капитан Зодж и прочие жители Врат Балдура называют рыцарей Эльтуреля Всадниками Преисподней. И я знаю почему: давным-давно рыцари Эльтуреля спустились в Баатор, чтобы сразиться с дьяволами, и большинство из них не вернулось. С тех пор это простое, но сильное название — Всадники Преисподней — будто запечатлело их подвиги. Для нас, жителей Эльтуреля, они всегда были и до сих пор являются настоящими героями. Мой отец рассказывал, что его прадед был Всадником и служил под командованием великого маршала Ромуса.

Почти каждый ребёнок в нашем городе мечтал стать одним из них. И я не был исключением. Для меня это была не просто мечта, а непостижимая высота — вступить в ряды этих благородных рыцарей. И когда мне исполнилось двенадцать лет, у меня появился шанс осуществить это желание. Однако моя мама тяжело заболела, и нам нужны были деньги на её лечение. Отец не справлялся один, так что я решил устроиться подмастерьем в кузницу. Так и случилось, что я там и остался.

«Чертенок…» — до сих пор помню, как мать нежно называла меня так. В нашем городе это считалось комплиментом. Показатель силы и уверенности.

Мы, как и все остальные, тоже долго обсуждали песню духа и даже не заметили, как в таверну ввалилась толпа головорезов. Их вожак — здоровенный мужчина с бельмом на правом глазу — кровожадно ухмыльнулся и развязно прошёл внутрь с типичным пиратским нахальством. Его спутники не уступали ему в наглости. — Эй, господа. Славная сегодня ночка. Мы здесь по делу. Моя старая подруга потерлась! — выкрикнул одноглазый. — Мне сказали, её тут знают как Тарина.

Заметка.

Капитан «Невоспитанного Змея» был убит полгода назад в результате бунта, и командование судном перешло к предавшему его первому помощнику, жуликоватому типу, который предстал перед нами. Звали его Лекард Кадаврус по кличке Мёртвый Глаз.

Мёртвый Глаз предложил большую кружку эля тому, кто подскажет, как ему найти Тарину.

Его мрачный взгляд скользнул по толпе и застыл на молодом человеке, который усердно пытался привлечь его внимание. Мёртвый Глаз лишь кивнул и, не проронив ни слова, подозвал парня к себе. Тот самый парень, который проиграл Тарине, с улыбкой на лице побежал к пирату и с радостью указал на место, где мы сидели.

Как и обещал Вотан, мы приготовились вступиться за девушку, которая, впрочем, совершенно не выказывала страха. — Давайте, парни. Вспомните всё, чему я вас учил. И вы, Аарон, готовьтесь. — Это какой-то бред. Я с ним просто поговорю! — проворчал тифлинг, сжимая посох в руке.

Мёртвый Глаз со своими дружками двинулся в нашу сторону. — Тарина, дорогуша. Я так рад нашей встрече, — проговорил он и тут же выхватил кинжал и набросился на шпионку. Остальные пираты последовали его примеру.

Ни секунды не колеблясь, Вотан выступил вперёд и врезал булавой в челюсть одному из нападавших. Челюсть с треском сломалась, и зубы разлетелись во все стороны. — Твою мать! — испуганно выругался Аарон.

Пока Тарина и Вотан сражались с Мёртвым Глазом и ещё двумя противниками, нам достались остальные. Я уклонялся и бил мечом. Налетели двое. Кувырок, удар. Защитился. Я схватил кружку эля со стола и швырнул её в ближайшего пирата. Он прикрылся рукой. Удар. Его рука упала на пол. Он завопил. Второй, по всей видимости полуорк, не теряя времени, уже был рядом со мной. Он рубил так, что я не успевал парировать его удары. Удар. Защита. Удар. Уклонение. Всё, как помню. Но этого было недостаточно.

Он был намного сильнее меня. Я понимал, что нужно что-то сделать, чтобы переломить ход боя. Я сделал рывок вперёд и ударил полуорка, но доспех защитил его. Он отступил назад, немного ошеломлённый моей неожиданной атакой. — О! Живой! А ты будешь мёртвый!

Взрыв. Чей-то огненный снаряд поразил его. Он зарычал. Это был мой шанс. Я прыгнул вперёд и нанёс мощный удар мечом. Его голова треснула. Полуорк рухнул на землю. — О Боги! Я убил его! — вновь послышался голос Аарона. Во мне с новой силой разгорелся огонь битвы.

Имрахиль сражался рядом. Его противником была жирная темнокожая женщина. Она постоянно сокращала дистанцию и орудовала огромными ручищами. Имрахилю приходилось только уворачиваться.

Аарон закричал. — Меня убили! УБИЛИ! Он был ранен. Я бросился на помощь, но тут же на меня обрушился шквал ударов. Вотан помогал Тарине. И, судя по всему, Мёртвый Глаз и его помощники были крайне сильны. Имрахиль всё ещё сражался рядом. Аарон ранен. Я выбивался из сил. Защищался. — Кто-нибудь, помогите! — закричал я, задыхаясь.

Я надеялся, что кто-нибудь из посетителей всё же поможет нам. Но все сидели и просто смотрели на нас. Защита, кувырок. Я не мог нанести ни одного удара. Силы покидали меня.

Но, видимо, Хельм был на нашей стороне — по крайней мере, так я подумал в тот момент. Один из головорезов, очевидно не зная о принятых здесь порядках, ударил официанта, который оказался на его пути. Фактически это предопределило исход битвы, так как и Скуна, и Звяк вмешались в сражение. Спустя пару минут пираты были мертвы.

Однако как же я ошибался насчёт удачи. Едва мы перевели дух после сражения и осмотрелись, то сразу заметили, что Тарина едва держалась на ногах, уцепившись окровавленными руками за спинку кресла. А потом она рухнула на пол, истекая кровью. Видимо, Мёртвому (теперь во всех смыслах) Глазу удалось в бою достать и поразить шпионку. Тарина была ещё жива, но лишь хрипела и кашляла кровью. Вотан тут же помог ей. Жрец дварфийского бога битвы, доблести и чести сумел подлечить Тарину. Я же помог господину Митфиру. Его лечебные зелья творят чудеса. — Ну как ты, девочка? — поинтересовался Вотан. — Тупые мрази… кхе, кхе… Да чтоб его черти в аду… кхе, кхе… Жить буду. Спасибо.

Она поднялась с пола и снова села на окровавленное кресло. — Услуга за услугу… хотя я вам даже жизнью обязана. Короче, слушайте. В нескольких кварталах отсюда есть общественная баня с огороженным садом. Там… кхе, кхе… ещё весёлые нимфы вырезаны на воротах. Так вот, мои люди видели, как туда зашли странные посетители, и это явно были последователи этой чёртовой троицы. Мы узнали, что там есть потайная дверца в их логово. И, по всей видимости, там они и прячутся. Сами мы решили не вмешиваться в такие дела. — Спасибо, милонька. — вежливо проговорил дварф. — Ах да. И скажите Зоджу, что должок выполнен. И пусть больше не шлёт мне цветы… пусть лучше сам приходит.

Пока Вотан разговаривал с Тариной, я заметил, как Имрахиль обыскивает пиратов. — Разве можно? — удивлённо проговорил я. — Можно! Я разрешаю. — ответил он. Его лицо было в синяках и в крови. — Это наши боевые трофеи. А эта жирная свинья меня доканала.

Внезапно «мертвячка» дёрнулась и захрипела. Имрахиль тут же воткнул кинжал ей в шею… — Сдохни ещё раз. Мразь. — Он ударил её ещё пару раз. — Прекрати, Имрахиль, она уже мёртва.

Он остановился и начал рыскать по её карманам. — Что тут у нас? Парочка зелий. Интересно, для чего они… — Дай-ка мне. В этом я профи, — вмешался Аарон. Он открыл одно из зелий и понюхал его. — Пахнет как зелье реакции. А это… — Он понюхал содержимое другой склянки, и его лицо исказилось. — А это выкинь… грязные животные. Зачем они это с собой таскают?

Полуэльф засунул склянки себе в сумку, отошёл от уже точно мёртвой пиратки и начал обыскивать их главаря. — А это что такое? — Имрахиль протянул найденное кольцо нашему магу. Аарон покрутил его в руках. — А это, мой юный друг, магическое колечко… Я видел уже такое. Погоди… — Из внутреннего кармана мантии он достал небольшой блокнот и начал листать его. — Так, не оно, не оно, не похоже… Тоже не оно. Ага. Кольцо защиты. Помогает уберечь того, кто его носит, от физического вреда. Может отражать небольшую часть большинства атак. Знания по их изготовлению довольно хорошо известны. При создании требуется заклинание «Щит веры», поэтому его создают в основном священнослужители. — Он закрыл блокнот. — И здесь… написано… — Он прищурился и внимательно посмотрел на кольцо. — «Во славу Хельма». Что? У пирата? Наверное, украл у кого-то. — Ха. Арни, — это твоё. Судьба тебе благоволит. Но ты слишком не надейся, этому уроду оно не помогло, — усмехнулся Имрахиль и ударил ногой Мёртвого Глаза.

Аарон протянул мне кольцо. — Уф, я аж волнуюсь, это моё первое такое колечко, — мой голос немного дрожал. — Не бойся, э-э-э…- сказал Митфир — Арни. — Без разницы. Магические кольца безвредны, — Аарон показал мне свою руку, на которой было надето парочка колец. — Правда, если они не прокляты. Но это чистое, я не ощущаю там ничего.

Я взял кольцо и надел его. — Ну, что чувствуешь? — поинтересовался Имрахиль. — Да, вроде, ничего, — я постучал по кольцу. — Может, оно сломано? — Навряд ли. Носи. Не понравится — я у тебя его куплю потом, — ответил Аарон. — Кстати, господин Митфир, спасибо вам за помощь. - обратился я к магу — Да… пожалуйста. Фактически ты же его убил, да? — Ну, наверное. — Вот и славненько.

В этот момент подошёл Вотан. Он рассказал нам всё, что узнал от Тарины. И следующая наша цель — это баня.

Нисхождение в Авернус. Глава 2

Многотысячная армия воинов, мужчины и женщины. Они спустились в ад, чтобы навсегда войти в историю!

У всех воинов была одна цель - защитить свою родину и своих близких от порождений Баатора. Они знали, что перед ними стоит тяжелая задача, но они не сомневались в своей силе. Сама ангел Зариэль была с ними

— Воины! – Возглас одного из генералов пронзил тишину: - Сегодня наша судьба висит на волоске, но я знаю, что в каждом из вас горит пламя непоколебимой решимости и жажды победы! Мы стоим перед величайшим испытанием, перед лицом самой мрачной тьмы, которая когда-либо существовала. Мы - Всадники Эльтуреля, элита, которая не знает страха! Эти отродья тьмы пришли, чтобы уничтожить наши семьи, нашу свободу и наше будущее. Мы не позволим им покорить нас, потому что в наших сердцах горит огонь мести и справедливости! Пусть каждый удар вашего меча будет пронизан яростью! Пусть каждый шаг вашего коня будет звучать как гром, который разносит тьму! Мы не остановимся, пока не достигнем победы! Вперед, Всадники Эльтуреля! Вперед, к славе и победе!

Многотысячная, несметная армия воинов шла вперед, словно тёмная волна, готовая поглотить всё на своём пути. Кроваво-красные облака, предвестники конца света, затянули небесное пространство, и воздух наполнился тревожным ожиданием и вечным напряжением.

Сигнал дан. Пути назад нет. Битва началась.

Люди и дьяволы столкнулись в кровавом сражении. Огонь и кровь заполнили воздух, создавая атмосферу беспощадной битвы. Крики людей и вопли дьяволов заполонили всё вокруг… В каждом ударе меча или когтя звучала музыка смерти. Поле битвы превратилось в адскую арену, где смерть была единственной наградой. Трупы лежали повсюду, словно страшные маяки, указывающие на путь к неминуемому концу. Кровь текла рекой, окрашивая землю в насыщенный красный цвет, а воздух пропитался запахом гнили. — УБИТЬ! УБИТЬ ИХ ВСЕХ! – Разразился рык дьявола

Ещё никто никогда не делал ничего подобного. Дьяволы, сгорая от ярости, пытались проникнуть в ряды всадников, но воинов света было не сломить. Они защищали друг друга, поддерживая боевой дух и веру в свою победу. — ВО СЛАВУ ХЕЛЬМА! – кричал воин

Смерть и разрушение окружали обе стороны, но ни одна из них не сдавалась.

Харуман, паладин Хельма и верный генерал Зариэль, своим мечом, истреблял дьявольское племя.

Рядом с ним стоял Олантиус, его сияющие доспехи олицетворяли мощь и силу. Два воина – бились , словно дикие звери. Дьяволы, воплощение зла и разрушения, окружали их со всех сторон, готовые нанести смертельный удар. — Держитесь, воины! ВО ИМЯ СВЕТА! - пробился сквозь гул битвы голос Зариэль. Её слова проникали в души воинов, наполняя их решимостью. Сами боги способствовали их победе.

На поле битвы восстал колоссальный дьявол. Он был огромен, его мускулы были напряжены до предела, а кожа пылала огнем. Глаза его сверкали, а когда он поднял свой огромный клинок, его рев разнесся по всей округе.

Из кроваво-красных облаков над полем боя снизошло светлое сияние. Это была Зариэль. Её доспехи сияли, как утренняя заря. Она держала в руке меч, покрытый древними рунами. И её ничто не могло остановить. В её душе не было страха, лишь праведная ярость!

Дьявол выпустил огромный огненный поток в сторону ангела, но та ловко увернулась и ответила мощным ударом меча. Искры разлетелись по воздуху, и дьявол застонал от боли. Он пытался ответить, но Зариэль умело парировала каждый удар дьявола, её движения были легкими и грациозными. Её глаза сияли ярче самого солнца, и в них отражалась непоколебимая решимость.

Огонь и молнии вспыхивали вокруг них, создавая атмосферу хаоса. Земля трещала под натиском их мощных ударов, а воздух наполнялся звуками божественной битвы. Удары Зариэль отбрасывали дьявола назад, но он снова и снова возвращался к атаке.

И вот, пришло время для завершающего аккорда этой битвы. Зариэль, собрав все свои силы, нанесла решающий удар. Ее клинок, сияющий неподдельным блеском справедливости, пронзил сердце дьявола, и его тело рассыпалось в пыль.

Поле битвы окутала тишина. В центре этого молчания стояла она Зариэль – непобедимая. Её окружали облака света, которые играли на ее броне, создавая богоподобное зрелище. Она повернулась к своим воинам, их лица освещались отблесками ее славы. Победа была за ними. Армия дьяволов разгромлена.

Всадники скандировали имя ангела. Они склонились перед ней, оказывая ей почтение, их голоса сложились в мощный хор, возвеличивающий ее имя. Это был не просто крик победы, это был гимн силе и мужеству.

Момент и всё изменилось. Внезапно небо почернело. Всадники стали похожи на тех, кого они только что убивали. Началась битва, они начали сражаться, пожирать, разрывать друг друга на куски.

Зариэль смотрела на всё это с улыбкой. Она изменилась. Тёмная энергия окутала её. — Воины мои! Теперь я здесь власть! Ты слышишь меня! Арни!? Арни! — Арни… Арни?! Вставай!

Чей-то голос ворвался в кошмар. Я вздрогнул и открыл глаза, на лбу выступил холодный пот. Надо мной склонился Имрахиль. — Ты опять орешь во сне. — Да… какой-то бред. Старая история отца приснилась… — Опять про всадников? — вздохнул он. — Ага. Жуть какая-то… — Парни, давайте собирайтесь, — проговорил Вотан, не открывая глаз и лежа на диване. — У нас часа два еще есть. Разбудите меня потом… — Вот те раз! — возмутился Имрахиль. — Вы меня подняли, чтобы самим дальше спать? — Я старый, мне нужно больше спать, — пробурчал дварф. — А я молодой, я вообще всегда спать хочу, — огрызнулся Имрахиль. — Ну, хотите для настроения шутку? — кряхтя, повернулся на бок Вотан. — Уснул как-то голый эльф под елкой, мимо пробегали белки, искали дупло… — И сразу же захрапел. — Поражаюсь, как он так быстро отрубается, — сказал я и зевнул — Ладно, пора вставать.

***********************************

Нашей целью была баня, однако усталость взяла свое. После драки в таверне мы все были на грани истощения. Улицы уже заливал солнечный свет, а мы еще не сомкнули глаз.

Господин Митфир предложил передохнуть в его магазинчике, и мы с радостью согласились — выбора у нас особо и не было. Договорились встретиться на вечером, после чего тифлинг удалился в свой уютный дом, находившийся в двух шагах от лавки. — Боги, я так устал…

Едва я переступил порог, как безмолвно рухнул на мягкий диван. Мгновенно меня поглотила блаженная тьма. Не знаю, сколько мы проспали, но очнулся я на полу, на жестком и неудобном матрасе. Я не понимал, как это произошло.

— Все вопросы к нему, — ухмыльнулся Имрахиль, указывая пальцем на Вотана. — Ооо. Даже этот депресивный заулыбался. Значит, день, вернее вечер, будет хорошим. – проговорил Вотан — Так вы не спите? — сказал я, с трудом приходя в себя. — Ага, уснешь тут с вами... — Тогда не сглазьте, господин Вотан. Может, его улыбка — к несчастью, — я потянулся, кости затрещали. Улыбка Имрахиля стала лишь шире, загадочной и немного жуткой. — Скоро стемнеет, — проворчал дварф. — Ждем Аарона и выдвигаемся.

Помещение, в котором мы очнулись, было небольшим, но уютным, наполненным таинственной атмосферой. Последние лучи солнца пробивались сквозь тонкие шторы и ложились на потертый, но большой диван. На полу красовался ковер, словно позаимствованный из королевского дворца. Множество полок, будто хранители древних секретов, выставляли напоказ свои сокровища: магические книги, потрепанные свитки и зелья в разноцветных флаконах. Впрочем, большинство полок были пусты. — Арни, иди сюда... — шепотом подозвал меня Имрахиль. — Смотри, что нашел. — «Тахтари полусладкий». Вино. И что? — Какое вино? Ну, тут БЫЛО вино. Я перелил его, а в бутылку нацедил вот этого, — он ткнул пальцем в прозрачный флакон, внутри которого плавала голова какого-то крошечного существа. Я подошел ближе, взял зелье в руки. Название «Бабочки в животе» не оставляло сомнений в его предназначении. — Хе, и зачем тебе это? Думаешь, без зелья ты обречен? — усмехнулся я. — Просто интересно. — Смотри тут ничего не сломай. Господин Митфир оказал нам гостеприимство, не стоит им злоупотреблять. Имрахиль цокнул языком и закатил глаза. — Я туда еще кое-что добавил. — Что именно? — Да тут почти одни любовные зелья! «Нектар романтики», вон там — «Сердечное зелье», «Напиток притяжения»... А это вообще... — он снял с полки красный флакон, — «Поцелуй Мачехи». Теперь понятно, как он такую красавицу в жены заполучил. Явно не без помощи зелья. — И много чего ты намешал? – усмехнулся я — Да тихо ты! Вотан услышет! Ну, зелий пять... или шесть, — он почесал затылок, затем торжествующе поднял палец. — Все ради эксперимента! — Ты же понимаешь, их свойства могли измениться? — Да не бубни, все с ними в порядке. — Смотри, сам случайно не хлебни. — О чем это вы шепчетесь? — к нам подошел Вотан. Разговор прервал звук дверного колокольчика. В магазин вошли двое — мужчина и женщина. — Дорогая, а вот и мои товарищи. Я тебе рассказывал о них. — Снова здравствуйте. Рада вас видеть... Для тех, кто не помнит, меня зовут Лианна, — произнесла госпожа Митфир. Она была все так же ослепительно красива, как и при первой встрече. — Взаимно. Вотан, а эти двое — Арни и Имрахиль, — я помахал рукой. Госпожа Митфир ответила легкой улыбкой. — Спасибо, что разрешили нам здесь отдохнуть, ночь выдалась очень интересной. Эти вчерашние пира... — Вотан, друг мой, извини! Любовь моя, мне нужно с ним пообщаться. Наедине. Срочные, секретные дела, — тифлинг поцеловал жену в щеку и отвел дварфа в сторону. Остальные разошлись по своим делам. Имрахиль продолжил с любопытством разглядывать зелья, а его лицо то и дело выражало удивление. Мне стало интересно, о чем он думает. Тем временем госпожа Митфир принялась аккуратно наводить порядок. Она вытирала пыль с полок, расставляла книги и флаконы по местам, готовя лавку к открытию. — Давайте, я помогу, — предложил я. — Можешь расставить вот эти книги на ту полку? — Ага... — Ты Арни, верно? Я кивнул. — Аарон рассказал, что у вас вчера была стычка с воришками, и он даже кого-то задержал. Хм, — она снова улыбнулась, но в глазах читалась тревога. — Когда он мне это рассказывал, было трудно поверить. Он не любитель конфликтов. Порой храбрится, но всегда старается избегать драк. И вся эта история звучит... странно. Он и в патруле... Я теперь очень за него беспокоюсь, — ее лицо помрачнело. Я на секунду задумался, пытаясь вспомнить, о каком патруле шла речь. — Не переживайте, господин Митфир вчера показал себя настоящим героем! Он действительно всем нам помог. — Да, скажешь тоже, — она махнула рукой, и улыбка вернулась. — Единственный раз, когда он дрался, был в детстве, при нашей первой встрече. И то, он тогда получил от хулиганов, что меня дразнили. А вчера... тот командир, наверное, все преувеличил. Аарон просто нагрубил охране, а какой-то беженец врезал стражнику. Вину свалили на Аарона. Он храбрый, но... в городе сейчас небезопасно, многие лавки закрываются. Страшно, — она понизила голос до шепота. — По городу шастают какие-то культисты. Я видел, как Лианна переживает, и не знал, что ответить. Пришлось выдумывать на ходу. — Наш патруль — дело нехитрое. Вчера просто пьянчуги попались... вот мы им по головам и понастучали. Я не хотел подливать масла в огонь. Кажется, мне удалось ее успокоить — улыбка на ее лице стала теплее. — Спасибо. Мы молча занимались делами, и в тишине мне стало немного неловко. — Простите, что из-за нас вы потеряли дневную выручку. Думаю, в таком прелестном магазинчике всегда полно покупателей. — Да ничего страшного. Днем мы не работаем, в основном по ночам. Вчера приехали, сегодня уже работа. — Ночью... Понятно. Любовные зелья только ночью и покупают. — Что? — Ну, зелья... для любви... Мы тут немного осмотрелись. Просто интересно. Госпожа Митфир с удивлением посмотрела на меня. — Я знаю, что такое любовные зелья, но мы никогда не торговали ими. В основном — яды, противоядия... Конечно, есть и другие, например, зелье полета... но... — Она рассмеялась. — А, я поняла! Нам с мужем показалось забавным называть опасные зелья столь любовно. — Понятно, а…- Ее слова повергли меня в шок. — А вот это тогда что? — я взял в руки флакон с надписью «Поцелуй мачехи». — Хорошее зелье. Пара капель — и сгниешь за час. — А вон то? — я указал на «Сердечное зелье». — Яд... разрыв сердца обеспечен. — А это? — «Нектар романтики». Тоже опасно... из глаз кровь пойдет, и, если не лечить, ослепнешь. Мне стало не по себе. — А вон то, со странной головой внутри... — Ааа... Муж сказал, лучше не знать и ни в коем случае не прикасаться. А если кто спросит — звать только его. Как я поняла, это нечто крайне опасное. — Ага... Кхм-кхе... Извините, мне нужно отойти. Имрахиль, иди сюда! СРОЧНО!

Примерно через десять минут лавку открыли для посетителей. У нас еще был час в запасе. Имрахиль куда-то смылся мыть руки. Вотан снова улегся спать, велев разбудить его через час. А господин и госпожа Митфир начали торговать смертельно опасными зельями.

Я не мог не заметить, что большинство посетителей скрывали лица под темными капюшонами. Но самым запоминающимся визитером оказалась изможденная слезами женщина. Она кричала и требовала самый сильный яд для какого-то ишака, желая, чтобы у него «все там отсохло». Госпожа Митфир вежливо предложила ей бутылку вина. Женщина, все еще рыдая, взяла бутылку и удалилась.

Я же на это время погрузился в чтение книги, которую мне дал господин Митфир. Как он сказал, «для расширения кругозора». Название стерлось, но имя автора читалось четко — Абу аль-Хазим. На страницах я нашел записи о богах, чудовищах и прочих сущностях. Чтение захватило меня с первых же строк.

Вскоре вернулся Имрахиль, ухмыльнулся, показал мне знак, что с его экспериментом все решено, и развалился на диване.

Спустя некоторое время проснулся Вотан и объявил, что пора двигаться. Похоже, ему удалось уговорить тифлинга одолжить нам несколько зелий для задания, и, разумеется, бесплатно. Среди них были зелья исцеления и восстановления сил, зелья, делающие кожу твердой, как дуб, несколько противоядий на критический случай и даже одно загадочное зелье невидимости. Ну и, конечно, яды. — Ну и дела. Я же столько на них потратил. По выражению лица господина Митфира было видно, что он расстроен. — Не беспокойся, любимый! Это все для дела. В патруле может быть опасно, — прошептала госпожа Лианна, обнимая мужа. Лицо тифлинга стало еще печальнее. — Жаль, у тебя здесь нет оружия, — промолвил Вотан, выводя пятно на своем доспехе. — Плохие времена для бизнеса, все как-то слишком плохо идет, — господин Митфир развел руками. — У меня в основном эликсиры, чутка магических книг и свитков. Были амулеты и кольца, но... после ограбления я стараюсь таким не торговать. Все книги и зелья остались на месте, но эти уроды унесли все кольца. Впрочем, некоторые из них были прокляты... — на его лице промелькнула злобная ухмылка. — А можно мне эту книгу взять с собой? — спросил я. — Да, конечно. У меня таких два экземпляра. Эту я давно купил, а вторую получил из рук автора, с автографом. Был на его лекции. Считай это моим подарком. — Спасибо.

Еще пару минут — и мы двинулись в путь.

*************************************

Перед нами предстала баня. В своей жизни я видел их немало, но эта, казалось, дышала особой атмосферой. Скромное, но изящное здание с белёными стенами, украшенное мозаичными окнами и увенчанное глиняной черепицей. Трехметровый забор окружал просторный двор, куда вели массивные деревянные ворота. Как и рассказывала пиратка Тарина, они были испещрены резьбой: изгибаясь в вечном танце, в воде резвились весёлые нимфы, настолько искусно вырезанные, что казались живыми.

Мы решили дождаться полуночи, прежде чем действовать. Расположились на скамье в сотне метров от входа бани, наблюдали. Баня была открыта, и горожане лениво входили и выходили. Ничто не выдавало в этом мирном месте гнездо культистов. — Слушай, Вотан, — нарушил тишину Аарон. — Если там действительно то, о чём говорила шпионка... думаю, толку от меня будет немного. — Он тяжело вздохнул. — Страшно как-то. Боюсь смерти… — Смерть улыбнётся каждому из нас. Всё, что мы можем — это улыбнуться ей в ответ! — пророкотал дварф. — О боги, началось, — тихо прошептал Имрахиль, так, чтобы услышал только я.

Мы остались сидеть, а Вотан поднялся и зашагал перед скамьей, словно полководец перед строем. — У каждого своя роль в этой великой игре! Сегодня нас ждёт бой, и никто не останется в стороне. Каждый меч, каждый кинжал, каждая стрела и… каждая твоя магическая штучка, — дварф кивнул на тифлинга, — всё это понадобится. Не давайте страху сожрать вас. Обратите его в ярость! Вспомните вчерашний день. Да, не всё прошло гладко, но вспомните это чувство! Пьянящее чувство битвы! Даже ты, Аарон, показал себя. Так что думайте о том, как выжить, и делайте то, что должны. — Угу, понял, — пробормотал Аарон. Затем повернулся к нам и тихо спросил: — А что он имел в виду? — Держитесь позади, не лезьте на рожон и прикрывайте нас, если сможете. Если станет совсем жопа — бегите. Скорее всего, мы сделаем то же самое, — с усмешкой перевёл полуэльф. — А, вот это мне понятнее.

Жрец дварфийского бога войны обожал такие речи. Каждая наша тренировка начиналась с его пламенных, и что удивительно, всегда уникальных наставлений. И в нужный момент они действительно работали.

Когда часы пробили полночь и последний, как мы думали, посетитель покинул баню, мы начали действовать. — Тише, тише – прошептал Вотан, когда мы приблизились к воротам Бани. – Открыто что ли? Как-то не аккуратно.

Первое, что бросилось в глаза — ворота во двор были распахнуты, хотя внутри уже давно никого не должно было быть. Может, нам просто повезло, а может, это ловушка, и нас уже ждут.

Двор встретил нас тишиной, аккуратно подстриженными газонами и кустами. Среди мраморных скамеек журчали фонтаны: улыбчивые каменные нимфы лили воду из кувшинов в круглые чаши. Горевшие на стенах факелы заливали всё ровным светом. И всё же меня не покидало гнетущее чувство, будто за нами наблюдают. К нему примешивался едва уловимый, тошнотворный запах гнили. — Это же баня. Откуда такая вонь? – Зажмурил нос Аарон

Там, где ещё вечером отдыхали горожане, теперь стояли три женщины в чёрных балахонах. И намерения их были очевидно недружелюбными. — Простите, мы вас и не заметили… Вы здесь работаете? — неуверенно начал Аарон. — Мы… э-э… заблудились. — Думаю, они нам не поверят, — бросил Имрахиль, напряжённо оглядываясь.

В то же мгновение он резко оттолкнул Аарона. Со свистом мимо нас пронёсся метательный нож. — Чёрт! — воскликнул Аарон.

Незнакомки беззвучно рванули в нашу сторону. Имрахиль, не теряя ни секунды, вскинул лук. Тетива звякнула, но женщина, бежавшая на него, с невероятной грацией уклонилась от стрелы, и сама ринулась в атаку, сверкнув клинком.

В это время Вотан, взревев от ярости, одним сокрушительным ударом булавы разнёс в щепки деревянный щит второй нападавшей. Её оглушило, и я, воспользовавшись моментом, шагнул вперёд. Мой меч вонзился ей в живот. Она издала пронзительный вопль и рухнула на землю.

Третья женщина нацелилась на Аарона, но тот успел выкрикнуть слова заклинания паралича, и её тело застыло в неестественной позе. В тот же миг Вотан прорычал магическую формулу, и его оружие вспыхнуло ослепительным светом, ударившим в противницу Имрахиля. Та на миг ослепла, и этого полуэльфу хватило, чтобы нанести последний, смертельный удар. — Мужики, я не смогу…! — в голосе Аарона звенел животный ужас, но его крик оборвал сухой щелчок тетивы. — А я могу, — спокойно ответил Имрахиль, опуская лук.

Противники были повержены. В повисшей тишине густо пахло кровью. — Как-то слишком легко, — заметил Имрахиль. — Подозрительно легко, — согласился я.

Подул холодный, мертвенный ветер, словно предвестник чего-то ужасного. В следующую секунду тела мёртвых культисток окутала тошнотворная зелёная дымка. Из тёмного дверного проёма медленно вышла фигура в чёрном. Его глаза светились болотным огнём. Он начал читать заклинание на языке, от которого кровь стыла в жилах. Тени вокруг него сгущались, сплетаясь в уродливые, хихикающие образы. Под ногами некроманта треснула земля, и из разломов донёсся шёпот мёртвых — их проклятия и стоны. — Достойная жертва Повелителю Костей, — проскрежетал его загробный голос, заставляя сердца замирать.

Женщины, только что лежавшие бездыханными, задергались и стали подниматься. Уже не люди, а нежить, жаждущая лишь крови. Внезапно из-под земли прямо у ног Аарона вырвалась разложившаяся рука и схватила тифлинга за лодыжку. Тот издал пронзительный визг. Вотан, не раздумывая, опустил на гниющую голову свой массивный ботинок. Раздался мокрый хруст, и содержимое черепа разлетелось по траве. — Спасибо…! — выдавил из себя Аарон. — Это не люди тебе, чёрт возьми! А этот некромант заслуживает смерти, не сдерживайся! — гневно рявкнул Вотан.

Воскресшие мертвецы снова бросились на нас, а некромант начал плести новое заклинание. — Аарон, он на тебе! — крикнул Вотан, принимая на себя удар двух тварей. Третья досталась нам с Имрахилем. Она двигалась быстрее и сильнее, чем раньше. Имрахиль пытался достать её кинжалом, но мертвячка уворачивалась от его молниеносных выпадов. Я рубил сверху, но она снова и снова ускользала, нанося ответные удары. Любая ошибка могла стоить жизни. В какой-то момент меня сковал ледяной ужас. — ТЫ УМРЁШЬ! УЗНАЙ, ЧТО ТАКОЕ СТРАХ…

Перед глазами поплыли кошмарные видения, в ушах зазвучали нечеловеческие крики. По спине побежали мурашки, в горле пересохло. Удар. — Эй, смотри, куда бьёшь! — раздался будто издалека голос Имрахиля. Всё плыло как в тумане, голова раскалывалась. — Чёрт, Аарон! Прикончи его! — донёсся до меня рёв Вотана. Тут же я ощутил обжигающий удар по лицу. Горячая кровь хлынула из раны. Мир погрузился в абсолютную, непроглядную тьму, полную безысходности и зловещих предчувствий. — ТЫ НИКОГДА НЕ ВЫБЕРЕШЬСЯ! ВЫ ВСЕ УМРЁТЕ! — не было никакого света, только пугающая атмосфера безысходности и зловещего предчувствия. — Акидум! — раздался чистый голос мага.

Страх мгновенно отступил. Я снова ударил — на этот раз удачно! Меч рассёк мертвячку от плеча до пояса. Её внутренности вывалились на землю. Она попыталась собрать их обратно, но в ту же секунду окутывавшее её зелёное сияние испарилось.

Некромант кричал — его балахон буквально плавился на нём, шипя и дымясь. Свистнула стрела, вонзаясь ему прямо в глазницу. Он рухнул ничком. ХРЯСЬ! — Вотан дрался как берсерк. Один из его противников снова лежал на земле, на этот раз окончательно. Второй отлетел на несколько метров и с чудовищной силой ударился о стену, оставив на ней багровый отпечаток. — Кто это был… — прохрипел я, чувствуя, как дрожит мой собственный голос. — Говорю же тебе, некромант, — ответил Вотан, сплевывая кровь. — Я на войне с такими часто сталкивался.

Некроманты и мертвецы… Для меня это было в новинку. Я слышал истории о нежити от отца. Давным-давно Эльтурель долгие годы страдал от их нашествий, и спасением стал Спутник — второе солнце, которое в итоге и уничтожило наш город.

После такой встречи в обычной городской бане не оставалось сомнений: мы нашли то, что искали. — Имрахиль, не копайся, — прорычал Вотан. — Да-да, сейчас, — отозвался тот, подходя ко мне. — Смотри, что нашёл. — Он показал мне тяжёлый амулет в форме треугольника с черепом внутри. — Вечно ты всякий хлам собираешь. – ответил я — Когда я всё это продам, ты мне ещё спасибо скажешь. Вы все скажете спасибо! Голодными не останемся — Эй, вы там, как две старые черепахи! Не отставать! – прокричал Вотан

Мы вошли в баню. Центральный зал был украшен шестиметровыми колоннами и фресками, что изображали купающихся аристократов. Лунный свет, пробиваясь через мозаичные окна, рисовал на полу причудливые узоры. В трёх неглубоких бассейнах плескалась прохладная вода, а на мраморных скамьях лежали аккуратно сложенные полотенца. Если бы не задание, я бы с радостью провёл здесь пару часов. Умыв лица и смыв кровь с рук и оружия, мы двинулись дальше, в одну из комнат, судя по всему, массажную. — Эх, сейчас бы не вот это всё… О, смотрите! Нет, пока не смотрите. Сейчас шутку рожу. — Не-е-ет, — простонал Имрахиль. — Давайте! Рожайте. — с интересом произнёс Аарон. — Господин Вотан, думаете подходящее время? — усомнился я. — Проснулись эльфы, увидели звёзды, ибо лежали на спине, и полюбили ночь и звёзды. Проснулись люди, увидели восходящее солнце, ибо лежали на боку, и полюбили день и солнце. Проснулись дварфы, и не увидели ничего, ибо лежали носом в землю. И подумали: «Ох, зря мы вчера так наклюкались», — Но никто не посмеялся. — Как знаете… — и с этими словами нажал на неприметный выступ в стене.

Послышался скрежет механизма. Стена сдвинулась в сторону, открывая тайный проход. Из него ударило таким отвратительным смрадом канализации, что у меня заслезились глаза. — Наш народ хоть и славится знатными попойками, но работу свою выполняет как надо. А этот тайник строили жопоруки. Любой дварф за минуту эту халтуру разглядит. — Ого, вы умеете удивлять, Вотан! И шутка вполне уместная, — улыбнулся Аарон. — А то! — Хм, это вы ещё его пошлых шуток не слышали, — сказал я, пытаясь разглядеть что-нибудь в зловонной темноте. — Я вам рассказывал, что мой пра-пра-прадед… — Да, господин Вотан, уже тысячу раз, — проворчал Имрахиль. — Ну так вот, умение шутить у меня на роду написано. — Господин Вотан, пожалуйста, давайте сосредоточимся. Вы только что открыли очень вонючий проход. Не время для шуток. — Да-да, зануда, конечно. Так вот… Думаю, мы на верном пути. Готовьтесь, парни, это только начало.

******************************************

Крутая лестница уводила нашу группу всё глубже во тьму. Влажный, вонючий воздух с каждым шагом становился плотнее, оседая в лёгких удушливой гнилью. Когда мы достигли низа, нас встретил непроглядный мрак.

Вотан произнёс слова силы, и его доспех вспыхнул ровным, холодным светом. Я же чиркнул кремнем, и мой факел занялся дрожащим пламенем. Свет вырвал из темноты удручающую картину: стены, заросшие бархатистой чёрной плесенью, и мутная, протухшая вода под ногами. — Какая вонь… Видел бы меня мой отец или мать — тут же бы сдали в приют, — проворчал Аарон. — Похоже на канализацию. Где-то здесь точно плавает дерьмо… — отозвался Вотан. — Какой кошмар. Я потом неделю из ванны не вылезу…

Мы по колено брели в отвратительной жиже. Каждый шаг отзывался тошнотворным хлюпаньем, и под ногами что-то мерзко хрустело — кости мелких тварей, а может, и что похуже. Ледяная вода неприятно облепила кожу, вызывая приступ брезгливости. — Меня сейчас стошнит… — Держись, Имра, не делай воду ещё омерзительней…

Мы старались не касаться стен. Как предупредил господин Митфир, чёрная плесень может быть смертельно опасна. Вокруг раздавались шорохи и тихие скрипы. Повернув голову, я заметил на небольшом выступе четырёх крыс. Одна из них, с крошечной короной на голове, вдруг замерла и уставилась прямо на меня. Я ощутил неподдельное изумление. Крыса издала пронзительный писк и, как мне показалось, помахала мне лапкой, после чего вся четвёрка скрылась в трещине.

Впереди послышался голос Имрахиля. — Эй, Арни, чего застыл! Давай, нечего здесь торчать… Я обернулся к нему, потом снова на выступ. — Здесь была крыса… в короне. — Думаю, здесь полно крыс, — безразлично ответил он. — Идём. «Чудно…» — подумал я, трогаясь с места.

Заметка: Стоит упомянуть об устройстве этого гиблого места. Все помещения, коридоры и лестницы здесь вытесаны из известняка и практически лишены освещения. Коридоры узки, около полутора метров в ширину, а высота туннелей не превышает двух с половиной. Лишь изредка встречаются залы попросторнее, где потолок поднимается до трёх метров. Двери, сделанные из мягкого, подгнившего дерева, едва держатся на петлях. Разумеется, мы тщательно обследовали все закоулки в поисках потайных ходов. Некоторые зоны подземелья затоплены мутной водой глубиной по колено, что сильно замедляет продвижение. Как оказалось, вода просачивается сюда из соседней канализации через трещины в известняке…

— Главное — не пейте эту воду, остальное терпимо, — мрачно пошутил Вотан.

В одном из залов мы наткнулись на вздутый труп полураздетого человека с ножевыми ранениями на спине. Обыскав тело, мы нашли медальон с символом Баала, бога убийств. По словам жреца, мужчину убили около двух дней назад. Расследовать это убийство мы не собирались — было ясно, что дальше нас ждёт ещё больше трупов.

Спустя какое-то время мы вышли к святилищу. Атмосфера здесь была ещё более гнетущей. Три прогнившие деревянные балки, едва удерживающие потолок, грозили обрушиться в любой момент. В углу комнаты стоял каменный алтарь, покрытый застарелыми чёрными пятнами крови и длинными нитями извилистых кишок. Над алтарём висела метровая стальная маска в форме человеческого черепа — лик бога убийств. Аарон заверил, что магии в ней нет, но мне всё равно стало не по себе.

Воздух пропитался запахом гниющей плоти. Кровь на стенах складывалась в зловещие узоры, а тени, казалось, жили своей жизнью. Я с ужасом осознал, что мы попали в самое сердце тьмы. Помимо крови, стены были испещрены символами, вызывавшими тревогу и дискомфорт. В тишине слышались шорохи и шёпот, словно невидимые твари наблюдали за нами из мрака, готовые нанести удар. Мой взгляд снова упал на алтарь, на сваленные в кучу кишки. Желудок свело спазмом, и меня стошнило прямо в воду.

Ладони вспотели, сердце заколотилось в груди. Страх ледяной рукой сжал горло, но я старался не подавать виду. — Парни, мне плохо, меня сейчас тоже… буэ, — Тифлинг согнулся пополам. Его тоже вырвало. Я отвернулся. — Арни, смотри… — Имрахиль указал на плесневелый гобелен на стене. На нём была изображена ужасная сцена: четыре безликих фигуры рвали на части пятую, что вопила от боли. Присмотревшись, мы заметили по краям ткани жёлтую плесень. — Я… кхе-кхе… — тифлинг вытер рот. — К этому лучше не прикасайтесь. Это грибок. Если его потревожить, он выпустит облако спор, которое заразит всё живое в радиусе трёх метров. Последствия будут плачевными. В другом месте я бы собрал его для ядов, но не сейчас…

Внезапно я услышал голос в темноте. Он раздался будто бы прямо за спиной. Я резко обернулся — никого. Но шёпот не прекращался. — Парни, надо валить отсюда. Я чувствую чьё-то присутствие, — прошипел Вотан.

По комнате поползли тени. Они были странными, деформированными, их формы постоянно менялись и искажались, но казались пугающе реальными. Я почти чувствовал их холодное дыхание на своей коже. — Вотан, что это? — спросил господин Митфир, его голос дрожал. — Не знаю, — ответил жрец напряжённо. — Но лучше бежать.

Мы рванули из комнаты. Тени устремились за нами, принимая человеческие очертания. Их лица были искажены ужасом и болью — души, навеки запертые в этом проклятом месте. Призрачный вой эхом прокатился по святилищу, оглушая, но мы не останавливались. Ещё мгновение — и мы ввалились в другое помещение, захлопнув за собой дверь. — О господи! Зачем я только вчера возвращался домой?! – простонал тифлинг — Да ладно тебе, всё же обошлось, — задыхаясь, ответил Вотан. — Обошлось? Это что за дьявольщина там творилась? Во имя всех богов, как мы будем возвращаться? – продолжил Аарон — Может, и не придётся. – ответил жрец — В каком это смысле?.. — Ну, всякое может случиться. — О боги, за что мне это всё… — А вы, парни, как? — Вроде… пока в норме. – ответил я — А ты, Имрахиль? — Жить буду…

Из записей Абу аль Хазима: Баал — бог убийств, дарующий свою мощь тем, чьи деяния вызывают страх и ужас. Но само убийство — лишь половина цели. Вторая — подозрения, недоверие и паника, которые способен посеять поистине неуловимый убийца. Культисты Баала, подражая своему богу, совершают жестокие ритуалы, чтобы распространять ужас. Они взывают к его силе, чтобы скрываться в тенях или становиться невидимыми. Они могут быть обезоруживающе приветливы, но в бою их кровожадная натура выходит на свет.

К нашему удивлению, комната, в которой мы оказались, была пышно украшена — последнее, что мы ожидали увидеть в вонючих катакомбах. Перед нами было три двери, на каждой из которых было вырезано изображение одного из богов Мёртвой Троицы.

Восточная дверь: Бейн, бог тирании. Высокий мужчина в глухих доспехах. Его правая латная рукавица, выкрашенная в чёрный, сжимала кандалы. Северная дверь: Баал, бог убийств. Крепко сложенный громила с черепом вместо головы и длинными изогнутыми клинками вместо кистей. Южная дверь: Миркул, Владыка Костей. Фигура в плаще, скрывающем лицо под капюшоном. В костяной руке он сжимал кричащий человеческий череп.

Кратко посовещавшись и бросив жребий, мы выбрали южную дверь.

Комната за ней была почти пуста. На холодном полу в форме треугольника лежали тела трёх людей в грязных чёрных мантиях. Между ними горел одинокий факел, бросая тусклый свет на мрачные стены. — Что-то здесь не так, — прошептал господин Митфир. Слева в ещё одну, слабо освещённую комнату, вела высеченная в камне лестница. Мы молча наблюдали за телами. Наконец, я сделал шаг в их сторону. — Не подходи, Арни. Не кажется тебе это слишком странным? — остановил меня Имрахиль. — Дай-ка мне свой лук, одноухий, — сказал Вотан. — Я же просил так меня не называть. — Да-да, прости. Давай сюда.

Жрец натянул тетиву и выстрелил. Стрела вонзилась в одно из тел, и то судорожно всхлипнуло. Они были живы. Двое оставшихся мгновенно вскочили на ноги. — Идиоты! Вы думали, мы попадёмся в такую очевидную ловушку? — прокричал тифлинг и тут же прошептал: — Вотан, вы сможете их убить? — Ещё спрашиваешь. Арни, Имрахиль — они ваши. Я оценю ваш бой.

Культисты не двигались, лишь рычали, вращая цепами с бойками в форме черепов и будто бы вызывая нас на бой. — Может, помочь им?- спросил Аарон — Нет, парни справятся. А если не справитесь, я вам уши надеру, засранцы! Слышали меня? Давайте! – ответил Вотан

Атмосфера накалилась, когда один из культистов с силой ударил цепом по каменному полу. Эхо выстрелом пронеслось по комнате. И в следующую секунду они ринулись на нас, их глаза горели безумием.

Схватка оказалась яростной и грязной. Имрахиль получил удар по ноге, и его лицо исказилось от боли. Он пошатнулся, но устоял. В каждом его движении чувствовалось отчаянное усилие. Мне же приходилось отбивать град ударов, не имея возможности для контратаки. Цеп со свистом пролетел мимо головы — я не успевал увернуться. Казалось, это конец. Но моя рука, словно подчиняясь чужой воле, сама вскинула меч, отражая удар. Кольцо на пальце на мгновение вспыхнуло едва заметным сиянием.

Рядом раздался крик. Полуэльф вонзил кинжал культисту прямо в горло. Враг захрипел и рухнул на пол. Имрахиль тяжело дышал и хотел помочь мне, но Вотан остановил его. — Не смей. Он справится сам.

Не знаю почему, но меня это разозлило. Мой противник снова замахнулся. Я отбил удар. — Пи-пи-пи! — краем глаза я заметил крысу в короне. Она металась из стороны в сторону и пронзительно пищала. Снова удар. Я увернулся. Шанс. Выпад. Голова культиста отлетела на несколько метров.

Победа. Комнату заполнила тишина, которую тут же нарушил учительский тон Вотана. — Имрахиль, — начал он строго, — кто так держит кинжал? Возьми его как положено! Крепко, как свою бабу, и без выкрутасов. Движения должны быть плавными, непрерывными. Зачем ты дал ему отойти? Ты дал ему время! По ноге получил заслуженно. Запомни: по движущейся цели труднее попасть. Постоянное движение мешает врагу прицелиться. А ты стоял как истукан. Ладно я старик, но ты то молодой! В такие моменты в тебе должна бурлить эльфийская кровь! Правильное движение ног, выбор времени и контроль расстояния – вот основа твоего боя. А не просто воткнуть кинжал так, что бы враг помер.

Он повернулся ко мне. — А ты, Арни! У тебя было столько шансов его убить. Твоя защита должна быть замахом для контратаки. А ты просто отбивал удары. Лишь в конце ты увернулся и — что правильно? — убил. Тебе, как кузнецу, меч не жалко? Такой же дурак, как и этот. Вотан обвёл нас взглядом. — Общий совет: следите за ногами, больше двигайтесь. Прыгайте, приседайте, делайте кувырки. Вымотайте и запутайте врага, но главное — не выдохнитесь сами. Ловите взгляд противника, а не смотрите на его клинок. Но и оружие из поля зрения не выпускайте. А то, что вы мне тут показали, — это какая-то херомантия. — Вотан, ты слишком груб с ними. Парни справились, молодцы ребята! — вмешался Аарон. — Не мешай, когда я говорю с учениками! – крикнул Вотан — Мы же вам больше не ученики, — промямлил Имрахиль. — Молчать, молокосос! От ваших навыков зависят ваши жизни. И наши с этим пацифистом. И я сделаю всё, чтобы вы выжили, даже если мне снова придётся раздавать вам подзатыльники. Аарон, теперь ты! — Да? – ответил тифлинг — Если в следующий раз никого не убьёшь, я сам тебя прикончу. Все всё поняли? — Да, учитель, — хором ответили мы. — Вот и хорошо. Идёмте. — Господин Вотан, — позвал я. — Да, чего? — Вы не видели здесь крысу? Она рядом с вами бегала. — Некогда было крыс рассматривать, я за вами следил. И, Арни… — Да? — В случае чего, я всегда вам помогу. — Мы знаем.

Спустившись по лестнице, мы оказались в полуразрушенном склепе. В центре стоял давно вскрытый каменный саркофаг. Не ожидая найти ничего ценного, мы всё же заглянули внутрь и, к своему удивлению, обнаружили старинную книгу. Господин Митфир, пробежав глазами по страницам, объявил, что это книга заклинаний. Ценный трофей. Больше здесь ничего не было, и мы вернулись в зал с тремя дверьми, что бы продолжить наш путь.

На этот раз наш выбор пал на восточную дверь с изображением Бейна. Длинный коридор привёл нас в просторную комнату. Восточная её часть была затоплена и тонула во мраке, а в западной, сухой, горели два факела, освещая каменный алтарь. К стене за алтарём был прикован истощённый мужчина в набедренной повязке и с мешком на голове. Перед ним стояли две мрачные фигуры: крепко сложенная женщина с булавой и ещё более крупный мужчина в глухом шлеме, который тыкал в пленника копьём.

Женщина заметила нас. — Смотри, Йигнат, новые жертвы для Чёрной руки. — Мы видим, чем вы тут заняты, — спокойно ответил Вотан, незаметно подавая нам знак готовиться к бою. — Хоть мне это и не по душе, но нам нет дела до ваших развлечений. Мы просто хотим пройти. Думаю, мы сможем договориться. Женщина усмехнулась. — Чужакам здесь не место. Для чужаков уготовано только одно. Крюков у нас на всех хватит, — она указала на пленника. Её напарник, Йигнат, прохрипел: — Не переживай, червяк. Договоримся. С тобой мы будем долго разговаривать. Развлечёшься на славу! В этот момент женщина что-то метнула в нашу сторону. Воздух наполнился едким запахом, нас окутал дым. Я увидел, как рухнул на пол Имрахиль, голова закружилась, и тьма поглотила меня.

******************************************************

— …смотри, что у этих уродов здесь… зелья, ещё зелья… Голова раскалывалась. Мы все были связаны. Культистов стало больше — теперь их было пятеро. — Арни! Арни, ты как, очнулся? — прохрипел Имрахиль. — Вот нам и конец. Ну что, Вотан, улыбаешься? Вотан? — жалобно простонал господин Митфир. Жрец был без сознания. — А это что? Тахтари, полусладкое… О-о-о, смотри, Каззира, винишко! Наконец-то хоть что-то, а не эта тухлая вода. — Ты что, не выкинул её? — прошептал я. — Жалко было… — ответил Имрахиль.

К нам подошёл Йигнат, уже без шлема, с той самой бутылкой в руке. Его лицо было уродливым. — Проснулись, твари… Он с силой пнул тифлинга в живот. Тот взвыл. — М-м-м… молю вас, не убивайте! — Заткнись. Хе-хе… Винишко твоё? Хочешь? — он поднёс бутылку к носу Аарона. — Нет! — в один голос закричали мы с Имрахилем. — А что такое? Может, сами хотите? — он подошёл ко мне, поднося горлышко к моим губам. Я задержал дыхание. — Это вино очень дорогое, для благородных особ, — выпалил Имрахиль. — Мы хотели продать его за большие деньги. — Для особ, говоришь? А пахнет как блевотина! Он пнул меня в живот и вернулся к своим. — Парни, — через пару секунд прохрипел Аарон, — мой нюх не обмануть… Оно пахнет не как вино. Вы что-то туда подмешали? — Ну… там… любовные зелья… — тихо сказал полуэльф. — Какие ещё любовные зелья? Бутылка из моего магазина, никто эту дрянь, кроме меня, в городе не покупает! Что там? — Ну… э-э-э… я намешал там всякого… — Выпьем! — донеслось со стороны культистов. — Что? Из моего магазина что-то намешал?..

Взрыв. Ещё взрыв. Крики. Взрыв! Во все стороны полетели ошмётки плоти и внутренностей. Я видел, как одного из культистов разорвало на части. Стены и пол мгновенно покрылись кровью. Рядом со мной шлёпнулась чья-то оторванная рука. Аарон кричал во всё горло. Я был парализован ужасом. Боялся, что если пошевелюсь, то и меня ждёт тоже самое. Женщина-культистка попыталась убежать, но её тут же разорвало на куски. Из кровавого облака на мгновение выпорхнула одинокая бабочка и растворилась в воздухе.

Все были мертвы. В воздухе стоял едкий запах гари и крови. Меня снова стошнило. Внезапно из темноты раздался низкий, хриплый шёпот, от которого волосы на затылке встали дыбом. — КЛАНГЕДИН МЕНЯ РАЗДЕРИ! ЧТО ЗА ХЕРНЯ ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — заорал очнувшийся Вотан. Рядом с его ногой валялась голова культиста.

Наступила тишина. Шёпот прекратился. — Аарон… это ты их всех убил?! — прорычал Вотан. — Я… я не знаю, — тифлинг перевёл взгляд на нас с Имрахилем. — Что вы там намешали? — Да много чего… — ответил полуэльф. — Расскажешь потом. – сказал Аарон

Мы сидели в молчании, глядя на кровавую баню. Тишину нарушил голос пленника. — Эй… эй, что произошло?!

Вотан достал из сапога нож, разрезал верёвки, и мы наконец-то освободились. Я всё ещё стоял в оцепенении. По взгляду господина Митфира я понял, что он чувствовал то же самое. Вотан посвистывал, а Имрахиль уже обыскивал то, что осталось от трупов. Ничего ценного, кроме связки ключей. Один из них подошёл к кандалам, и мы освободили пленника. Его звали Клим. Он ничего не знал об этом месте, но заверил, что он из благородной семьи и щедро заплатит, если мы выведем его в Верхний город, в его особняк. Мы велели ему держаться рядом.

Обыскав комнату, на скрытые проходы или сокровища - мы ничего не нашли. Складывая вещи в сумку, я заметил в луже крови кольцо с драгоценным камнем. Господин Митфир сказал, что оно обычное, но его можно будет хорошо продать. После - мой взгляд притянул алтарь. Он внушал необъяснимый страх. Алтарь был покрыт мерзкими символами и фигурами. Я пытался сдержать дрожь. И снова — шёпот. Казалось, им наполнилась вся комната.

Шёпот становился всё громче, превращаясь в зловещий гул. Каждое слово проникало в разум, вызывая леденящий ужас. Вокруг нас закружился вихрь ледяного воздуха. Раздался оглушительный вопль, полный боли и отчаяния. Тени поползли по стенам, искажаясь в кошмарные образы. Шёпот превратился в дьявольский крик, и я отчётливо услышал слова: «Убей… убей их… они никто! Я дам тебе силу… ты будешь править миром!»

Я схватился за голову, пытаясь заглушить этот голос. Кто-то кричал — возможно, это был я. Я увидел Клима, лежащего в луже крови. В этом бреду я видел, как Имрахиль натягивает тетиву, целясь в меня. Видел Аарона, в руках которого плясали искры молнии. Я выхватил меч. Ярость захлестнула меня. Я был готов убить Вотана. Как же я его ненавидел! Ненавидел… — О великий Клангедин! Отец мой, грозный и справедливый воевода! Прошу, не откажи сыну своему, Вотану Имбиргу из клана Огнебородых! Я нуждаюсь в Твоём заступничестве и защите от врагов видимых и невидимых! Отец, спаси меня и друзей моих!

Яркий свет ударил в глаза. Гул прекратился. Тени отступили. Разум прояснился. — Парни, уходим, быстрее! — закричал Вотан. Мы выбежали из комнаты и снова оказались в затопленном коридоре. — Это Бейн! Чёрная рука! — кричал Клим. — Прекрати ныть! — рявкнул на него Вотан. — О боги, я чуть не убил вас, — прошептал Аарон. — Я так больше не могу. Давайте отдохнём. Мне страшно, мужики. — Я с ним согласен, — сказал я. — Этот голос… он приказывал. Это кошмар…нужно собраться с мыслями. Вотан остановился. — А ты, Имрахиль, что скажешь? — А? Я? Мне всё равно, — тихо ответил тот, но его взгляд выдавал страх. — Хорошо. Ещё одна комната — и отдыхаем.

Заметка из книги Абу аль Хазима: Бейн — бог тирании. Он и его последователи жаждут править миром железной рукой, вознося сильных и амбициозных и порабощая слабых. Он пробуждает жажду власти, что есть в сердце любого смертного. Он — мозг Мёртвой Троицы.

Мы двинулись на запад, не зная, куда идти. Вскоре мы услышали странные звуки из бокового прохода и, поддавшись необъяснимому порыву, свернули туда. Мы вошли в большое помещение, где на обгоревшем деревянном столе лежал труп. Рядом с ним стояла женщина в чёрной мантии и что-то с ним делала. Но по-настоящему нас напугали полчища крыс-скелетов, копошившихся у её ног.

Женщина обернулась. Её бледное, высохшее лицо и холодные глаза заставили нас содрогнуться. В руке она держала окровавленный нож, а на поясе у неё висела книга. — Славна, новым лицам здесь всегда рады, — проскрипела она, обращаясь к трупу. — Я нашла нам новых друзей. — Да сколько вас тут ещё, безумцев, — прорычал Вотан. — А-ха… Следи за языком, жрец! Мы могли бы подружиться… Вот ты, мальчик, — она указала костлявой рукой на Имрахиля, — Меня зовут Фленисс, хочешь быть моим другом? У тебя ведь их мало. Имрахиль молчал. — Или ты, торговец. Я могла бы изменить твою судьбу. Больше не пришлось бы просиживать штаны в своей лавке… Она посмотрела на Клима. — А тебя я знаю. Обманщик. Ты обманул смерть… но обманешь не только её… Наконец, она указала на меня. — Я чувствую твою боль. Тебя разъедает горе. Родители… Повелитель Костей может вернуть тебе то, что ты потерял. Упоминание родителей из её гнилых уст взбесило меня. — Иди ты в щель, карга старая, вместе со своим божком! — выкрикнул Вотан. — Дерзкие слова. Я дала вам шанс…- она посмотрела на труп – Видимо, я тебе нашла друзей.

Воздух стал густым и тяжёлым. Женщина зашептала что-то на незнакомом языке. В следующий миг на нас обрушилась стая крыс-скелетов. Они нападали с безумной яростью, кусая и царапая. Их писк заполонил комнату. Фленисс продолжала творить своё заклинание. — Прикройте меня! Дайте пару минут! — крикнул Вотан.

К старухе было не подобраться. Мы рубили и кромсали нежить. Климу было сложнее всего, на неём не было никакой защиты, лишь тряпки. Но несколько крыс всё же были убиты под его ногами.

Я поскользнулся на слизи и упал. Грызуны набросились на лицо. Одна из тварей прокусила мне ухо, вызвав острую боль. — А это что ещё такое?! — послышался голос Аарона. Из дыр в стенах хлынули сотни живых крыс. Между ними и скелетами завязалась драка. Они кусали друг друга, рвали и умирали. Мне удалось встать на ноги. Маленькая крыска в короне прыгнула и пискнула у моих ног, будто обнимая их, и затем к ней подбежали 2 другие крысы и втроём они скрылась в дыре. — Чёртовы твари! Сдохните! ИГНИС! — Фленисс выпустила огненный снаряд, испепелив несколько крыс.

Огненный снаряд летел в мою сторону, но разбился в сантиметре от лица о невидимый магический щит. — Малолетний ублюдок! — прошипела старуха. Из её пальцев вылетел тошнотворно-зелёный луч, направленный в Вотана. Имрахиль заслонил его собой. Полуэльфа тут же скрутило, его стошнило. Его движения стали вялыми, а кожа стала бледной, казалось он вот-вот повалится на землю. — Аарон, да запульните в неё чем-нибудь! — крикнул я, раздавив очередного скелета. — Мисил! — из рук Аарона вылетели три магические стрелы, но разбились о барьер ведьмы. Она утробно рассмеялась, и за её хрупкой фигурой поднялся мертвец со стола. Он начал движение в нашу сторону. Наконец Вотан закончил. — Отец!.. Его священный амулет вспыхнул, и волна божественной энергии накрыла комнату. Вся нежить мгновенно рассыпалась в прах. Фленисс отбросило назад. — Жалкие глупцы! ЭСЕНТРО! — из её рук ударил разряд молнии. Тифлинг выставил руку вперёд, и невидимая стена поглотила удар. Одно из его колец рассыпалось в пыль. — Ташас Хидеус Лафтер! — прокричал Аарон, указывая на женщину. …АХА-ха-ха-ха!.. — Она начала безудержно хохотать, катаясь по полу. — Давайте, пока заклинание работает! — крикнул тифлинг.

Я бросился к ней, и мой меч легко вошёл ей в глаз. Жуткий смех оборвался. — Я… мне нехорошо… — Имрахиль рухнул на землю. — Так так так парень! Не помирать! Цвет кожи…зрачки…ногти. Ага! Я понял! Господин Митфир тут же влил ему в рот зелье. Полуэльф отключился, но его кожа приобрела нормальный цвет. Тифлинг приложил 2 пальца к его шее. — Пульс в норме, будет жить. Ну что, я не совсем бесполезный? — улыбнулся Аарон. — Здесь вы превзошли себя, господин Митфир, — сказал я, зажимая ухо. Что-то было не так. — Эй, господин Вотан, гляньте? Он посмотрел. — Хе-хе, ещё один ухо потерял. — Чёрт… — Без верхушки жить можно, слух не потеряешь. — …а восстановить? — Если найдёшь его здесь, среди этих трупиков, то может и восстановлю. — Да здесь чёрт ногу сломит… — Какое-то странное явление с этими крысами, но хоть помогли. – сказал жрец

Вотан уложил Имрахиля на спальник. — Останемся здесь, пока парень не очнётся. Думаю, несколько часов… — Отлично… я так вымотался. И на счёт парня не беспокойтесь. Я знаю это заклинание и лечить подобное умею — радостно проговорил тифлинг. — А что вы со старухой сделали? Почему смеялась то? — спросил я. — О, это заклинание «Омерзительный смех Таши». Жертве всё кажется до истерики смешным. И получается вот такой вот эффект. – ответил Аарон — Забавно, — хмыкнул Вотан, прикладывая мокрую тряпку к голове полуэльфа

Пока они разбивали лагерь, я тщетно искал кусок уха, но вместо этого нашёл чёрную книгу, что лежала возле трупа женщины. Книга была закрыта на замок. Хотел его разбить, но ключ от замка обнаружился в её волосах. Открывать книгу некроманта было верхом неосмотрительности, но я это сделал.

Шёпот и крики прозвучали в голове! Я попытался захлопнуть её, но было поздно. Страницы сами перелистывались, символы вспыхивали и исчезали с жутким хохотом. Мой разум наполнился стонами.

Аарон и Вотан прибежали на мой крик. Они увидели меня на коленях, сжимающего книгу и испускающего невнятные звуки. Аарон попытался отобрать её, но как только его руки коснулись книги – он тут же был отброшен невидимой силой.

Вотан прикоснулся ко мне. - УЙДИ ПРОЧЬ! ТВАРЬ! – я оттолкнул его, не в силах контролировать свои действия.

Мой разум поглотила книга. Я видел города в руинах, умирающих от болезней людей и голода, мертвецов, восстающих из могил. И одно слово, повторявшееся снова и снова: «Смерть…» Я не знаю, сколько это продолжалось. В конце концов, мой разум не выдержал – я потерял сознание. Последнее, что я помню — как книга выпала из моих рук и захлопнулась.

Нисхождение в Авернкс: Глава 3

Тьма, я видел лишь тьму. Она затягивала меня со всех сторон. В воздухе висели клочья мрака, плотные и непроглядные, как будто сама ночь решила здесь устроить свой вечный приют. Казалось, сама темнота впитывает в себя мою энергию, высасывает жизненную силу, оставляя меня беззащитным перед лицом неизведанного ужаса.

Вдали, где-то в бесконечной черноте, я угадывал призрачные очертания деревьев, их ветви выглядели как пальцы скелетов, которые тянулись прямо из земли. Было такое ощущение, что они молят о помощи или насылают проклятье.

«Ничего не помню. Где я?» — этот вопрос звучал в сознании как навязчивое мрачное песнопение, от которого не было спасения. Звуки ночи проникали сквозь тишину; то они казались далекими и приглушенными, то внезапно становились настолько ощутимыми, что я мог поклясться — кто-то шепчет прямо за моей спиной. Шорохи, скрипы, необъяснимые стоны и шёпот — все это сливалось в единый хор ужаса, который пел свою монотонную колыбельную для тех, кто заблудился среди теней.

Я шел вперед, хотя каждый шаг казался ошибкой. Почва под ногами была то мягкой и вязкой, словно топь, то неожиданно твердой, как могильная плита. Я не один; что-то или кто-то следовал за мной, скользил рядом. Я чувствовал чье-то невидимое присутствие, которое дышало прямо в затылок. Было страшно. После очередного неизвестного шороха по спине пробежал холодок.

Иногда я останавливался, старался уловить какую-то закономерность в этом безумии, но тьма была всепоглощающей. Она прикасалась ко мне холодными и липкими пальцами. Тьма, точно живой организм, пульсировала вокруг меня, ее ритм бился в унисон с моим учащенным сердцебиением. Я хотел кричать от отчаяния и страха, но инстинкт подсказывал мне, что мой крик будет бесследно поглощен этой бесконечной бездной.

Я продолжал идти. Это был лес или кладбище — всё перемешалось, а впереди снова была бескрайняя пустота. Я не имел ни малейшего представления о том, что ждет меня впереди: бездна или стена, конец или новое испытание. Но я шёл вперёд. Передо мной в темноте медленно начал вырисовываться контур заброшенного особняка. Он стоял как монумент ужаса, его силуэт казался иллюзией, рожденной в кошмарном сне. Подошёл ближе. Это был мой дом или он просто похож…

Стены дома были облеплены паутиной времени, а окна напоминали глазницы черепа, которые вглядывались в пустоту мира, ожидая прихода своего следующего гостя. Я подошел ещё ближе, сердце колотилось в груди так сильно, что я почти слышал его эхо в пустоте вокруг. Дверь дома была приоткрыта — это приглашение или ловушка? Я осторожно коснулся ее — древесина холодная и сырая.

— Эй! Есть тут кто?! — мой голос утонул в безмолвии стен, не получив ответа.

Собрав остатки смелости, я переступил порог. Воздух здесь был пропитан вековой плесенью и запахом забвения. В окна дома что-то светило, было непонятно, что это, но точно не луна.

Каждая комната, в которую я заглядывал, хранила свои секреты и свои страхи. Полуразрушенная мебель, разорванные обои, какие-то мрачные портреты неизвестных мне людей, и на их лицах чётко вырисовывались гримасы ужаса.

Внезапно я услышал шорох. Остановился. Затаил дыхание. Шорох повторился, и я понял: это не просто игра ветра или скрип старого дома. Это было что-то живое. Я не мог видеть его, но чувствовал присутствие этого существа. Оно было частью дома, частью тьмы, и я знал — оно следит за мной. Быть может, оно привело меня в этот дом или просто забрело сюда, как и я, в поисках укрытия от бесконечной ночи.

Я пробирался сквозь мрачные коридоры, медленно приближаясь к лестнице. Она, как змея, извивалась вверх, к ещё более зловещему второму этажу. Каждый вздох старого дома под моими ногами звучал как предсмертный стон, усиливая какое-то гнетущее чувство. Сердце всё так же бешено стучало в груди, предчувствуя нечто кошмарное, что ждало меня там, наверху. Комната. Одна.

С трудом я приоткрыл дверь… На столе дрожала одинокая свеча, бросая на стены танцующие тени. Мерцание пламени создавало иллюзию жизни в этом мертвом месте. И тогда я увидел Его — силуэт, который казался вырванным из самых тёмных кошмаров.

Его голос пронзил тишину. Голос был каким-то неправильным и испорченным.

— Ты за мной? — каждое слово как ледяной укол в моё сознание.

— Это… сон? — Я запнулся, пытался понять реальность этого абсурдного кошмара.

— Ты же заберёшь меня отсюда? — его голос звучал все более искажённо, как будто проходил сквозь какую-то пелену, искривляясь и разлагаясь на пути к моему восприятию.

Голова раскалывалась от боли, когда я пытался понять, что здесь происходит и как я здесь оказался.

— Откуда забрать? Что это за место?

— Я сам здесь нахожусь уже много лет, возможно, сотни или тысячи? — Он всё так же стоял ко мне спиной. В голове промелькнул образ дварфа. Он что-то кричал. Жуткая головная боль.

— Арни! ДЕРЖИСЬ, МАЛЬЧИК МОЙ! ДЕРЖИСЬ! – Звучало эхо по всему дому

— Вотан? — подумал я про себя.

— У нас впереди бесконечность — произнёс силуэт, поворачиваясь ко мне. Но его лицо… Его было невозможно разглядеть; оно мерцало и искажалось.

— Ха, человек… снова человек. Сколько вас там расплодилось уже?

— А ты кто?

— Я уже и не помню, возможно, я был эльфом, — его фигура стала утонченной, более худой. — Или дварфом, — фигура вновь изменилась, приобрела очертания коренастого народа. — А может быть, я был великаном, — он стал в разы крупнее, достиг потолка. — или я был гномом — стал низким. Он исчез.

— Что? Где ты?

— А ТЕПЕРЬ Я ХОЧУ БЫТЬ ТОБОЙ! — его хриплый голос раздался прямо в моей голове. Мороз прошёл по коже, свеча потухла, и снова абсолютная темнота.

Я тут же выбежал из комнаты. Я бежал, на ощупь пробирался сквозь мрак. Неизвестное присутствие неотступно следовало за мной, исходя из темноты, то смехом, то шепотом, то тяжелым дыханием. Коридор тянулся бесконечно. Голоса за моей спиной усиливались, становясь все настойчивее, они заполняли пространство вокруг меня, наполняя разум ледяным страхом…

Слева комната, я забежал в неё. Старался не дышать. Темнота. И здесь я услышал плач… По углам загорелись свечи, а в центре комнаты — женщина. Руками она прикрывала лицо, плач был пугающий. Сердце стучало с такой силой, что казалось, вот-вот вырвется из груди.. Дверь дёрнулась. Всем весом я надавил на неё. Та тварь пыталась проникнуть внутрь. Секунда — и всё прекратилось. Я обернулся, женщины нет.

— Где она… — её лицо, изуродованное и гниющее, возникло из тьмы на расстоянии вытянутой руки. Кожа была изъедена болезнью или разложением, открывая черепные кости и зияющие полости глаз, из которых текла чёрная слизь.

Я вырвался из этого чудовищного помещения. Снова в бесконечный коридор. Бежал со всех ног, но чем быстрее я двигался, тем медленнее казалось время. Каждый миг растягивался до вечности, и я понимал, что не могу убежать от сущности, которая снова преследовала меня. В её голосе было что-то знакомое и одновременно чужеродное.

Я уже не знал, сколько бежал. Час, два, день, недели, год. Всё было неправильным. Стена. Бежать больше некуда.

— Почему? — снова безумный страх. Я повернулся лицом к тьме и закричал в ответ на невидимое присутствие:

— Кто ты? Чего ты хочешь от меня?!

Голоса внезапно замолкли, и наступила тишина, такая глубокая и абсолютная. Тогда из мрака начали вырисовываться очертания — неопределённые и мерцающие. Прозвучал тихий голос.

— Ты заберёшь меня отсюда? — голос был детский. Тёмная фигура вновь была передо мной. Я пытался сосредоточиться, чтобы увидеть лицо существа, но оно продолжало менять формы, будто отражая мои собственные мысли и страхи.

— Ответь. Ты кто?

Существо засмеялось.

— Я — тень этого мира, его память и его проклятие. Я — все те, кто когда-либо был здесь и оставил часть своей души. И теперь ты — часть меня.

Я ощутил холодное прикосновение к своему разуму, как будто пальцы существа проникли в мои мысли.

— Что ты хочешь?

— На волю. Я хочу вновь чувствовать мир. Так ты заберёшь меня?… — Голос стал женским.

— А если я скажу нет? Оно засмеялось.

— Ты не сможешь выбраться отсюда без меня, а я без тебя… Разве ты не хочешь сам покинуть это место?

— Хочу…

— Вот и договорились! — Тень схватила меня за левую руку. Рука горела зелёным пламенем, она плавилась.

— Мы… будем… свободны!

*********************************************

Как только я открыл глаза, голос Вотана поприветствовал меня теплыми словами.

— Арни! — взволнованно произнес он. — Слава Клангедину, ты проснулся! Прости, мой мальчик. Эту книгу я видел, чувствовал, что с ней что-то не так... Прости меня...

Я чутка приподнялся.

— Что произошло?

— Не помнишь? Ты взял книгу этой ведьмы и началась какая-то чертовщина.

— Ага, вспоминаю.

Вдруг раздался писк, и я увидел крысу. Вотан раздражённо гнал её прочь.

— Достали вы уже, чертовы грызуны! Только вокруг тебя и вертятся. Хотели, наверное, сожрать тебя, хотя эта, — он показал на крысу в маленькой короне, что бегала вокруг меня, — нашла твою потерю.

Я инстинктивно потрогал ухо и вспомнил о битве.

— Целое... Только шишка какая-то... Но целое, да?

— Да, всё на месте. И не такие раны залечивал, — подтвердил Вотан.

— И я даже помог ему, — к нам подошёл господин Митфир. Он тепло улыбнулся, а затем продолжил, — правда перед этим ты был немножечко не в себе… Мы делали всё что могли, и даже не знаю, что точно помогло. — Он внимательно посмотрел на меня. — Ты как себя вообще чувствуешь?

— Нормально. Кошмар снился. Но… вообще ничего не помню, — сказал я, чувствуя, как усталость накатывает волной.

— Если что-то не так, ты говори. Сразу — Вотан подал мне фляжку с водой.

— Отдыхай ещё. Мы здесь хорошо укрепились, и никто нас не побеспокоит, — добавил он.

— А Имрахиль, как он? — глаза уже закрывались.

— Он спит. Нормально всё с ним. Он уже просыпался. Отдыхайте, мальчишки... — последние слова Вотана растворились во мраке, и я погрузился в сон.

На этот раз я спал спокойно, вроде как, даже ничего и не снилось. Проснулся я от небольшой тяжести на груди... было как-то больно открывать глаза. Первое, что я увидел, — это крыса в маленькой короне, что лежала на мне.

— Вотан сказал мне прогонять её от тебя, но я уже устал это делать.

Горел костёр. Рядом со мной, у стены, сидел господин Митфир, в его руках покоился изогнутый посох. Если бы он предстал в таком виде при нашей первой встрече, то я подумал бы, что это какой-то бездомный. Его мантия была испачкана и изодрана от наших скитаний. Из-под слоев грязи еле проглядывали блеклые золотистые узоры. Но вот лицо его, несмотря на всё это, оставалось выразительным, хотя теперь в нём читалась усталость и тень скорби. Его борода казалась уже не такой ухоженной. Длинные, заостренные уши выглядывали из-под грязных темных волос, которые потеряли свою прежнюю вьющуюся красоту. В этом полумраке его два рога, изогнутые вверх, напоминали о дьявольском наследии господина Митфира, а его красноватая кожа придавала ему оттенок чего-то зловещего. Не видел бы тифлингов раньше, точно бы испугался. Но всё же я был рад его видеть.

Господин Митфир посмотрел на меня, улыбнулся, но ничего не сказал.

Я хотел встать, но тифлинг остановил меня.

— Тс… не разбуди её. Она наконец-то успокоилась.

Присутствие крысы на груди вносило какой-то элемент беспокойства в уже и так неуютную обстановку. Я слышал ужасные истории о грызунах, которые стали вестниками смертоносных болезней. Целые города пали жертвами этих тварей и распространяемой ими чумы. В этом мрачном подземелье вероятность заразиться чем-нибудь казалась неизбежной. После этих мыслей желание скинуть крысу становилось всё сильнее. Я благодарен, что грызуны помогли нам в трудный час и что даже моё ухо было найдено благодаря им, но всё равно было как-то не уютно. Я попытался аккуратно перевернуться, чтобы крыска сползла вниз, но Аарон настоятельно рекомендовал мне оставить зверька в покое.

— Там. Видишь их? — он указал посохом в угол, где тени сгущались до непроглядной черноты, — нас подстерегает пять пар горящих глаз. И если присмотреться... там ещё десяток. Жутко как-то.

Я старался дышать медленно и глубоко, чтобы успокоить немного напряжённые нервы.

— А где все? — старался уже не шевелиться.

— Не тревожься, все спят. Вон они. Сейчас моя очередь охранять ваш беспокойный сон.

Посох выпал у него из рук.

— Раньше у вас его не было. Откуда посох?

— Да здесь нашёл, — он поднял его. — Вроде всё чисто на нём. — Господин Митфир немного покрутил посох перед собой. Этот магический предмет был изготовлен из черного дерева, он был украшен сложными серебряными вставками, которые образовывали какие-то символы и руны. На верхушке посоха красовался большой аметист, я заметил небольшое мерцание. А так же чувствовал какую-то власть в воздухе. — Чувствую здесь сильную магию. Пока попользуюсь, а там может продам или оставлю как память об этом месте, где меня не должно было быть.

— Да уж… все мы оказались не в том месте и не в то время, — я смотрел вверх, на потолок. Я думал о том, что над нами спящий город, а может быть уже утро. Светит солнце, все пошли по своим делам, а мы здесь. В темноте и в грязи. Неужели это и есть то самое приключение, о котором я много раз слышал от отца и господина Вотана. В их устах приключения звучали как великие подвиги, достойные того, чтобы о них сочиняли легенды и пели баллады. Но было ли наше приключение тем самым, о котором я мечтал?

— Я соврал вам, парни — голос господина Митфира прервал мои размышления.

— Что? — я посмотрел на тифлинга. А его взгляд был устремлён на чёрный посох.

— Я с женой сюда переехал года три назад. Никакие мы здесь не важные люди. Мы жили в небольшом городке. Пунтъях, на севере отсюда. Мой отец — мэр, очень строгий. Хотел, чтобы я принял правление после его ухода. А мне это не нужно. Меня не привлекает это всё, общение с напыщенными лизоблюдами, которые так упорно целовали зад отцу, чтобы они могли и дальше проворачивать свои делишки в городе. Мне это никогда не нравилось. Да ещё и кто мне разрешит выйти за девушку из нищей семьи. «Ты найдёшь себе жену по своему статусу!» А я выбрал магию и любовь… — На пару секунд он замолчал. — Мы бежали оттуда. Купил на остаток денег себе здесь лавку и выбил небольшую комнату в доме по соседству, развивались, но здесь нам были не рады. Теец, Шун, мразь ещё та. Имеет кое-какое влияние в нижнем городе, много раз он предупреждал меня, чтобы я закрывался и не мешал ему торговать. Типа его зелья намного эффективнее моих, хотя зелья у него действительно хороши. Лиана, конечно, не знает и не говори ей. Но то, что нас недавно ограбили, совсем не случайно.

Тифлинг посмотрел на меня. Его глаза, черные как самая глубокая ночь, отражали лишь отблески пламени костра. И свет огня придавал его кроваво-красным зрачкам неестественное свечение, усиливая их пугающее, зловещее выражение.

— Если что со мной случится, они же её выдавят. Она же как нежный цветочек, который создан для любви. И если они сорвут её, я же сойду с ума. — Он вновь отвернулся. — За себя мне не особо страшно. Страшно, но за неё я боюсь больше. В тюрьму мне нельзя было, иначе там я и останусь, я даже не сомневаюсь. Шун точно подкупит кого-нибудь, а так хотя бы шанс выжить есть и вернуться домой. К моей любимой Лианне. Надеюсь, выживу.

Тишина царила в подземелье. Только треск костра, тихий храп Вотана и далекий стук капель воды. Эти звуки создавали странную мелодию, которая отражала мрачность и одиночество этого места.

— Выживем, обязательно выживем. — Моя левая рука начала пульсировать неприятной болью, и я невольно дёрнулся. Крыса вскочила и издала пронзительный визг.

— О Хельм. Как же громко… интересно, что ей нужно вообще.

— Хочешь узнать? — Господин Митфир загадочно улыбнулся. Его слова заинтриговали.

— Я слышал, что лесные люди или как их там… друиды умеют общаться с животными.

— Да и не только они, есть определённые зелья, которые позволяют общаться со всякими зверьми, но у меня есть другой вариант… — он снял с пальца одно из своих колец. А крыса что-то тихо пищала и перебирала лапками. — Однажды жене захотелось купить себе паука. Ну, мы торгуем ядами и якобы это солидно иметь в магазинчике какое-нибудь экзотическое ядовитое животное или насекомое. Мы держали его в небольшом аквариуме, сделали ему там все условия. И он был не ядовитый, это так, но он был крупный, с мою ладошку. Прожил он у нас неделю, я даже как-то привык к нему. Как-то раз достаю его, а он меня укусил. Тварь такая, я его кормлю, убираю там всякое, а он кусается. Решил, короче, поговорить с ним. И знаешь, что он ответил?

— Что?

— Он сказал, что убьёт меня, а мой труп будет использовать как инкубатор для потомства. А потом он сожрёт мою самку, а следом он и его дети уничтожат весь город. В ту же ночь он… случайно умер. Сказал Лианне, что упал аквариум… в общем, держи. — Он протянул кольцо. — Как только наденешь, попытайся сконцентрироваться на её голосе, почувствуй, как вибрации проникают в твою голову. И вот ещё совет. Не отвечай им, если они поймут, что ты с ними разговариваешь, они не отстанут. Животные надоедливые.

— Так эта и так не отстаёт.

— Всё равно, не отвечай. Она говорит, а ты… со мной говори. Ты понял?

— Понял. — И я надел кольцо.

— Дыши ровно, сконцентрируйся на её голосе…

Я сделал глубокий вдох, выдох. Закрыл глаза и стал прислушиваться к звукам вокруг. Писк крысы становился всё громче и отчетливее. Открыл глаза. Крыса смотрела на меня своими маленькими черными глазками, в которых мерцал странный свет. Я почувствовал, как кольцо начало слегка пульсировать, как будто бы оно подстраивалось под ритм моего сердца. Крыса снова запищала, и я услышал её.

— Ты просто чудо, совершенство! Время с тобой – одно блаженство! С ума ты сводишь, собой манишь. И счастье неземное даришь!

Я посмотрел на господина Митфира. Он улыбался.

— Ну как, стой… не рассказывай. По глазам всё видно.

Крыса не прекращала, её слова были полны откровений.

— Мы знакомы не так уж и долго. Но успела тебя я узнать. Твои губы, глаза и улыбку. Не смогу ни на что променять!

Я вспомнил, как в Эльтуреле, года три-четыре назад, мое сердце покорила одна девушка — дочь торговца одеждой. Её звали Синияна. Я помню, как мне было сложно заговорить с ней напрямую, и я отправлял ей письма, оставаясь анонимом… Она была воплощением красоты. Её глаза, подобно двум лазурным безднам, манили меня. В их глубине отражались мои потаенные желания и надежды. Однако моя застенчивость и, наверно, неуверенность сковывали меня, не позволяя заговорить с ней. Я старался оставаться в тени, но в глубине души мечтал о её улыбке в ответ. Я писал ей стихи, и они были своеобразной связью между нами, возможностью выразить чувства. Я так с ней и не заговорил, а сейчас уже слишком поздно. Теперь же крыса читает мне любовные стихи.

— Укрой меня ручкой, возьми меня нежно, прижмись ко мне сильно, ты дал мне надежду.

В этот момент крыса легла на груди так, будто бы обняла меня. Я снова посмотрел на Аарона.

— Думаете, точно не нужно отвечать ей?

— Точно. Иначе она не прекратит стишки читать.

— Что?

— Да, да. — Казалось, он стал улыбаться ещё шире. — Мне было самому интересно, что это за зверь то такой. Не переживай, никому не скажу, что у вас здесь любовь…

— Да я не переживаю, это же не я в крысу влюбился, а она… в меня… это даже как-то глупо звучит.

— Любви все виды покорны… — Господин Митфир похлопал меня по плечу.

— Я маленькая крыска, а ты двуногий. Твой мир так огромен, а мой эти стены. Мы такие разные, и оба прекрасные. И моя любовь не знает границ, и хочу я быть только с тобой.

— Моя царица! — подбежала другая крыса.

— Ты что, ослеп! Не видишь! Я со своим любимым, — сказала крыска в короне.

— Моя царица! Мы не можем здесь больше находиться. Потерянные коридоры! Оскозубые нам не простят! — Его голос был слишком грубым для такого маленького существа.

— Прости, моя любовь, я не смогу пойти с тобой. Береги себя, там опасно! — она приблизилась к моему лицу, быстро потёрлась носиком об мою щеку, спрыгнула с груди и скрылась в одной из дырок в стене.

«Нужно будет умыть лицо. И руки. И вообще полностью помыться. А как так случилось… в какой момент? Вспомнил, первая встреча… она мне вроде как махала лапкой. Чёрт, нужно было всё равно спросить что-нибудь про это подземелье» — мысли в голове.

Я снял кольцо, хотел вернуть его господину Митфиру, но тот сказал, что я могу пока не отдавать его, может, где ещё пригодится.

— У меня в лавке, есть ещё где-то свиток, который может превратить тебя в любое названное тобой животное, ты мне только скажи. — Господин Митфир подмигнул и громко рассмеялся.

Я улыбнулся в ответ, но было не смешно.

— Чего вы тут ржёте то?

От его смеха проснулся Вотан, следом за ним Клим и Имрахиль. Нам потребовалось около часа, чтобы немного поесть и собрать вещи.

— Ну что, готовы? — бодро прозвучал голос Вотана. — Имрахиль, ты как?

— Нормально.

— Аарон? – Вотан обратился к тифлингу

— Опять идём в этот кошмар…- ответил тот

— Клим?

— Да куда я денусь от вас.

— Арни, сынок, готов продолжить наше приключение?

— Готов, как и всегда.

После этого я вновь почувствовал какое-то странное тягучее ощущение в левой руке... Мы вошли в коридор и двинулись дальше. И снова эта вонючая вода и опять два пути.

— Ну что, куда теперь? — спросил Имрахиль.

**************************************************

Мы выбрали путь, прошли где-то минут пять и уткнулись в дверь.

— Как думаете, там кто-то есть? — спросил Клим.

— Сейчас мы это и узнаем, — ответил ему Имрахиль.

— Стоять, что нужно сперва сделать? — остановил его Вотан.

— Я это и собирался.

— Охотно верю.

Полуэльф осмотрел дверь на наличие каких-либо ловушек, а затем прижался к двери своим единственным ухом.

— Вроде никого.

— Вроде или никого? — спросил Вотан.

— Никого.

Дверь издала жалобный скрип, словно предостерегая нас. Она открылась с нежеланием. Влажный воздух, наполненный запахом гнили и затхлой плесени, ударил в лицо.

— О нет! — воскликнул Аарон. — Опять какое-то святилище.

Большое помещение, в центре которого находился каменный алтарь. Вокруг него были свалены черепа и кости гуманоидов. Свет от наших факелов и доспеха Вотана бросал тревожные тени на стены. Клим подошел ближе к алтарю, по всей видимости он что-то хотел взять, но его тут же предостерег тифлинг.

— Стоять! Ни к чему не прикасайся, — его голос звучал напряженно, как струна перед разрывом.

Господин Митфир нервно огляделся, его руки сжимали посох так крепко, что аж костяшки побелели.

— Я согласен с ним, какая-то нечистая аура здесь — сказал Вотан.

— Что это за символы? — спросил Клим, указывая на странные руны, вырезанные вокруг алтаря.

Вотан подошёл ближе; его доспехи светились, освещая руны, которые начали пульсировать слабым кровавым светом.

— Знаки божеств, — пробормотал он. — Они охраняют что-то... или удерживают внутри.

— Нет, нет. Ты ошибаешься, Вотан, такие руны точно не для охраны. Вот этот знак, — волшебник указал на какую-то закорючку, — усиливает тёмное присутствие. А вот здесь — здесь руна для подавления воли.

— Да, ты прав. – Ответил жрец

— А то… — Я увидел, как тифлинг улыбнулся, и спустя мгновение улыбка исчезла с его лица. — Это значит, что это гнилое место и нам лучше идти дальше.

Все согласились и медленно направились к выходу. При этом я ощущал всё возрастающее давление мрачного пространства комнаты. Воздух становился всё более удушливым.

Имрахиль внезапно остановился и застыл. Он указал на алтарь, вернее на то, что было за ним.

— Смотрите, там что-то летает? — его голос задрожал.

— Может, всё же вернёмся, там другой путь…, — прошептал Клим, делая шаг назад к двери, через которую мы вошли. С громким стуком она захлопнулась.

Без предупреждения, звук глубокого рева заполнил помещение. Мой факел потух, лишь свет от доспеха Вотана еле освещал комнату. Земля под нами начала дрожать, а из трещин в полу поднялся странный туман. Я сделал вдох. Закружилась голова, ещё вдох — и вся комната как будто бы исчезла. Туман казался неестественным — в его мутных потоках можно было разглядеть лица, изуродованные страданием и гневом.

— Бежим! — крикнул Имрахиль, но было поздно. Ноги не слушались меня.

Туман поглотил нас целиком, и окружающий мир растворился в его дрожащем плену. Я ощутил ледяное прикосновение к плечу. Невидимый голос нашептывал мне на ухо слова древних заклинаний, обетов или проклятий. Сердце замерло от страха, который нёс с собой туман.

— Сынок... — донесся голос.

— Кто? — я заметил силуэт, который медленно приближался ко мне. Мне хотелось бежать навстречу этому образу, забыв обо всем на свете. Не пойму почему, но мне было трудно думать или даже сомневаться в чём-либо.

— Арни, сыночек, — фигура приближалась.

Я слышал знакомый голос. И я сделал шаг вперёд.

— Отец…. Папа, я так рад...

— Кудурум! — взрывным эхом отозвался магический клич волшебника. Словно мощный удар барабана, звуковая волна пронзила воздух, разгоняя пелену тумана вокруг. Сущности, одетые в мрачные черные плащи, издали недовольные шипящие звуки в ответ на нарушение своего мрака...

Они парили над землей, их лица были скрыты под капюшонами, и только там, где у человека должен быть рот, угрожающе тянулась широкая щель, изрезанная острыми зубами. Одна из тварей моментально налетела на Клима, который стоял возле. Существо пронеслось сквозь его тело, не встречая никакого сопротивления. Клим рухнул на землю, охваченный судорогами. Он начал кричать. Тварь стала поглощать его… Вотан и остальные немедленно бросились к нему на помощь. Темное создание сразу же отступило от парня. Возможно, это свет доспеха так испугал существо или это так яростный крик Вотана подействовал на эту тварь.

Они летали вокруг дварфа на безопасном расстоянии. Жрец активно размахивал своей массивной булавой. Имрахиль и господин Митфир находились рядом с дварфом, они старались помочь Климу.

«Почему я оказался так далеко от них? До тумана мы все были рядом.» — Нас разделяли метров двадцать.

Как только я сделал первый шаг в их направлении, меня охватило ощущение ледяного вихря. Я решился на второй шаг, и тут же острая боль пронзила меня насквозь. Я попытался закричать, но мой голос застрял в горле, немощный и бесполезный. Вдруг одно из этих нечестивых созданий возникло передо мной, как призрак смерти. Оно медленно подбиралось ко мне, издавая зловещие шипения и стоны. Я сделал шаг назад, а затем еще один, но каждое движение приносило новую волну агонии. Мои ноги казались облитыми льдом, каждый шаг вызывал ощущение разрывающихся связок. Отступая еще на шаг, я почувствовал за спиной холодный камень — стена. Темное существо уже было совсем рядом, я чувствовал его дыхание смерти.

Я видел, как Имрахиль выпустил стрелу в существо передо мной, но тварь была бестелесна. Я собрал с силами и взмахнул мечом. Бесполезно. Паника сжала мое сердце в железные тиски — как можно победить тех, кого нельзя ударить?

— Новые жертвы, новые жертвы. Повелитель костей, повелитель костей.

Холод продолжал распространяться по моему телу, и я чувствовал, как он заполняет всего меня. Мороз кусал кожу, и казалось, что даже кровь в жилах начинает замерзать.

— Огонь, нужен огонь! — кто-то кричал.

— Игнис! — послышался голос волшебника. С пронзительным свистом огненный снаряд попал в цель. Получилось. Тварь загорелась и зашипела. Руки почти что окоченели, но всё же мне удалось снова нанести удар. Меч пронзил тьму, и я почувствовал, как лезвие врезалось в плоть твари. Отчаянный вопль наполнил пространство, когда существо отлетело назад и растворилось в глубинах мрака.

— Люксе! — прозвучало ещё одно заклинание.

Яркий свет вспыхнул в комнате так стремительно и неожиданно, будто само солнце решило на мгновение посетить это место. Свет наполнил каждый уголок, не оставляя теней, где могли бы скрыться эти зловещие создания.

И тогда произошло невероятное: твари, созданные из самого мрака, стали бледнеть под напором света. Их очертания начали дрожать и растворяться, как чернила, размытые каплей чистой воды. Они испускали звуки, похожие на гневное шипение змей, но даже эти отголоски быстро теряли свою силу. С каждой секундой их фигуры становились все менее определенными и вскоре они полностью исчезли. Я упал на пол, тело тряслось от холода. Несколько глубоких вздохов — и я почувствовал, что силы возвращаются ко мне. Адский холод отступил. Нам потребовалось несколько минут, чтобы покинуть помещение.

Записи из книги Абу аль-Хазима

Миркул, повелитель костей — это смерть, разложение, истощение, старость, осень и сумерки. Если Латандер — сотворение и надежда, то Миркул — завершение и обречённость. Люди страшатся, винят его в болезнях, несчастьях. Он считается бесстрастным и бесчувственным к своим последователям. Верующие в него холодны, мрачны, отстраненны, одержимы смертью и нежитью. Его культисты желают получить от мёртвых знания, силу и даже обратить их себе на службу. Миркулу поклоняются некроманты. Вполне возможно, что ему поклоняется разумная нежить.

Господин Митфир ругался, проклинал Зоджа, вчерашний день и вообще всё, на чём стоит весь белый свет. Вотан понимающе смотрел на него, но всё же говорил, чтобы тот замолчал. Неизвестно, кто или что может нас услышать.

— Я придумал. Когда я его встречу в следующий раз, я его заставлю сожрать собственные… — Волшебник резко остановился и принюхался. — Вы чувствуете?

— Да, здесь ничего не разглядеть. Сейчас.

В глубине мрачного подземелья нашим единственным проблеском надежды всё ещё был свет, который испускал доспех Вотана. Однако его слабые лучи были лишь каплей в море темноты. Я извлек из сумки кусок тряпки, предназначенный для факела, пропитал его воспламеняющейся жидкостью. Собирался разжечь огонь, но рука тифлинга удержала меня.

— Не нужно. Воняет…. Газ.

— Да, тоже почувствовал, — подтвердил жрец.

Все принюхались.

— Он опасен? — спросил Клим.

— Ну, если надышишься, то скорее всего умрёшь, а если поднести огонь…, то будет прям очень больно, — ответил волшебник.

— И как же нам быть здесь? Назад что ли? — спросил я.

— Думаю, можно задержать дыхание и как можно быстрее найти выход отсюда, — предложил тифлинг.

— Значит, нужно надеяться, что до следующего коридора недалеко, — сказал дварф.

— Так что, Вотан? Бежим?- спросил волшебник

— Да, — уверенно сказал дварф. — Назад я точно не пойду. Так что попробуем…

— Попробуем? — перебил его Имрахиль. — Как будто если мы не найдём выход и помрём здесь, то у нас будет вторая попытка.

Вотан посмеялся.

— Это как в том анекдоте…

— Ничего не хочу знать, господин Вотан…не нужно! Мы идём на смерть. Возможно, кто-то умрёт. Например, Клим…

— Что? Я умру? Я не хочу умирать.

— Это образно… короче, шутки сейчас не уместны.

— Как скажешь, Имрахиль. На всякий случай: если будет прям невмоготу — вдыхайте через какую-нибудь тряпку, на пару вдохов поможет, хе-хе. Наверно.

— Поможет, ага…. Эй, Арни, брат, не помри! Я точно здесь не собираюсь подыхать. – Сказал Имрахиль

Минута на подготовку.

Быстрым шагом мы двигались вперёд, стараясь не поднимать излишний шум. Впереди шёл Вотан, следом Имрахиль, Аарон, Клим и я.

Деревянные балки поддерживали потолок помещения, и я благодарил судьбу за то, что не зажег факел — любая искра могла привести к катастрофе. Мы не могли найти выход слишком долго. Я заметил, как волшебник начал чутка пошатываться, его шаги стали неуверенными. Ему стало плохо, он чуть не упал, но Клим подхватил его.

Всё же мы заплутали. Я уже не выдерживал, хотелось дышать... И спустя пару секунд показался проход в новый коридор. Мы бросились туда. В один момент я всё же не выдержал и сделал вдох. Воздух был пропитан тяжёлым, вонючим ароматом, который пробирался в самые глубины моего существа. Это был смрад, запах гниющего мяса, тухлых яиц и чьих-то отходов. Он заполнял всё вокруг, при этом вызывая желание извергнуть все содержимое желудка. Я не мог нормально сделать вдох, меня тошнило…

«А если этот газ будет и в том коридоре? Почему мы не подумали о том, что здесь везде может быть этот газ.»

Глаза слезились, грудь сжимала боль. Кто-то начал кашлять, и я вместе с ним. Кашель не унимался, так ещё и левая рука постоянно зудела... Наплевав на безопасность, мы бежали вперёд. Было уже невозможно здесь находиться. И один зловонный запах сменил другой. Пахло тухлой водой, и этому я был очень рад. Газа здесь не было.

По пути мы нашли небольшое помещение. Склеп. Большая часть склепа была разрушена, и обломки потолка уничтожили саркофаг, который был прямо в центре помещения.

— От одной проблемы… к другой, — господин Митфир тяжело дышал.

— Ну что, все…кхе-кхе… живы? — спросил Вотан.

Я всё ещё ощущал этот мерзкий запах. Он был таким навязчивым, казалось, что он впитался в кожу…, и я точно знал, что от него будет очень трудно избавиться. Где-то минут пять потребовалось, чтобы восстановить дыхание. Пили много воды. Господин Митфир добавил в воду пару капель целебного зелья. Сказал, для профилактики.

— Ещё чутка отдохнём и двинемся дальше! – сказал дварф

Мы сидели на холодном каменном полу, уставшие от всего, что пережили за последнее время. Отдых был нам необходим, но ни один из нас не мог полностью расслабиться. Вспомнил о тех чудищах в тумане.

— Знаете что, в том тумане отца видел, — сказал я.

— Хм. Занятно. А я брата. И такое чувство было, что это действительно он, — ответил Вотан.

— А ты, Имра, что-нибудь видел? — спросил я его.

— Тварюгу, которая испортила нам с матерью жизнь, — ответил тот.

Молчание.

— Я ничего не видел. Как только пошёл туман, я от страха забыл, как дышать. Может, меня это спасло, — проговорил господин Митфир. — И ничего лучше не придумал, как разогнать туман. А потом эти твари…кхе-кхе

— Хорошо, наверно, быть волшебником…, — я не понимал, почему болит рука.

— Да, быть волшебником иногда полезно. Но магия не всегда спасает. Иногда она притягивает к тебе ещё больше бед.

Мы сидели здесь ещё где-то минут двадцать. Клим и Имрахиль всё ещё откашливались. Господин Митфир читал книгу, что мы нашли ранее в одном из склепов. Он постоянно восхищался чем-то и делал удивлённое лицо. А Вотан безучастно вглядывался в холодные плиты стен, его взор терялся в невидимой дали, и я догадывался, о чём он думает.

Скорее всего, его мысли все еще путешествовали по мрачным тропам скорби о покойном брате, Ингри. После смерти брата он частенько о нём вспоминал. Вотан был младшим сыном древнего рода, тогда как его брат был старше его на пятьдесят лет. В клане Огнебородых смерть в кровати считается позором. Смерть должна быть в сражении, последний бой для бога Войны. Однажды, в безлунную ночь, господин Ингри исчез. Лишь спустя несколько дней обнаружили его безжизненное тело. По городу ходил слух, что он сражался с бехолдером, но проиграл. Старый дварф жаждал кончины, и она приняла его вызов. До сих пор помню слова господина Ингри, которые он мне сказал на нашей последней тренировке по фехтованию: — Запомни на всю жизнь, Арни! Быть воином — жить вечно и растворяться в бесконечности.

— Мужики, собрали слюни. Там неприятности, которые нас ждут, не будем их разочаровывать. Жопки сжали и вперёд, — произнёс Вотан, его голос звучал весьма уверенно. Хотя вот моя уверенность требовала хорошей проверки….

Мы вышли в коридор и шли дальше.

****************************************

Коридор тянулся перед нами, как бесконечная черная пасть. Свет от факелов создавал тени на стенах и потолке. Тени танцевали, и казалось, это призраки предыдущих жертв этого подземелья. Всё ещё где-то капала вода. Время от времени сквозь тишину прорезался чей-то далекий крик. Но все молчали, никто ничего не говорил. Наверно, мы все приняли ту участь, что нас ждёт впереди.

Мы шли мимо дверей, закрытых и заблокированных, за которыми скрывались неизвестные ужасы. Я понимал, что этот коридор может стать нашим последним путешествием в бездну вечного мрака.

За одной из дверей послышался крик. Кто-то стонал и просил помощи! Мы остановились. Крик прекратился, но дверь всё же открыли, и перед нами предстала ужасная картина.

Комната. Запах гниющих тел, крови и разложения. Зловоние было настолько сильным, что заставляло слезиться глаза.

Зомби. Их было десятки. Эти мертвецы, ожившие вопреки законам природы, не обращали на нас внимания. Они были поглощены своим ужасающим пиршеством. Их жертвы уже не подавали признаков жизни, но это не останавливало голодных тварей. Их лица и руки были испачканы в крови, а звуки их жуткой трапезы – чавканье и хруст костей – пронизывали воздух.

Один из зомби, с трудом отрывая части плоти, повернул к нам свою голову. От его взгляда волосы на голове зашевелились. Его кожа была изъедена гниением и облезла во многих местах, обнажая мерзкие, темные участки разложившейся плоти. Из некоторых ран сочилась вязкая, тёмная жидкость.

Его глаза были безжизненными и мутными, а рот полуоткрыт в бессмысленном стоне, обнажая сломанные и испачканные кровью зубы. Вотан тихо закрыл дверь.

— Это что? Там же их штук 20…. а сколько трупов… — сказал тифлинг.

Пару секунд все молчали. Я думал о том, что скорее всего это помещение служило для создания подобных существ. Культисты убивали или похищали жителей, тащили их сюда и делали из них живых мертвецов. Для чего? Они хотят их выпустить в город? Почему-то задрожали колени.

— Если честно, я в шоке от всего этого, это всё под городом, — по голосу господина Митфира было понятно, что ему так же страшно. — А если эти твари выйдут на улицу? А если они достанут Лианну или ещё кого-нибудь? Вотан, тебе покажется это странным, но мы должны их убить!

— Всё-таки в тебе есть что-то, — проговорил жрец войны. — Что думаете? Можем просто уйти, а можем убить их, и больше они никого не побеспокоят.

— Мне без разницы. Но если что, то я с вами – сказал Имрахиль

— Господин Вотан. Нежить нужно уничтожать! – я крепче сжал меч

— Я ждал этого ответа. Клим, держись позади нас.

— Это я умею делать лучше всего.- ответил тот

Жрец, сжимая рукоять своей булавы, зачитал молитву. Я почувствовал какое-то воодушевление. Вотан подал знак. Он был готов вступить в бой первым, как и полагается отважному дварфу, служителю бога войны. Господин Митфир уже шептал заклинания, окутывая свои руки танцующими искрами магии. Я проверил заточку своего меча, приготовился к решительной атаке. Пытался дышать ровно, колени успокоились. Имрахиль, тихо отступив на пару шагов назад, напряг тетиву своего лука, нанизывая на неё стрелу.

Открыли дверь, кинули в разные стороны факелы и столкнулись с мерзкими существами лицом к лицу. Вотан зарычал и бросился вперёд, его булава со свистом разрезала воздух и приземлилась на черепа зомби с такой силой, что те рассыпались на куски. Я следовал за ним. Выбрал цель и направился прямо к мертвяку, который был к нам ближе всех. Меч впился в шею зомби, отделяя голову от тела. Я пытался рассчитывать каждый взмах. Использовал минимально необходимую силу для каждого удара, экономя энергию для длительной битвы. Я чувствовал каждое движение своего меча, каждый контакт лезвия с плотью зомби.

Господин Митфир обрушивал на мертвецов потоки пламени, превращая их в пепел. Имрахиль выпускал стрелу за стрелой, каждая точно находила свою цель. Его ловкость и меткость были бесподобны – он поражал зомби в головы и сердца, останавливая их движения один за другим.

Борьба была жестокой и хаотичной. Зомби старались достать до нас своими гниющими руками, стремясь утащить в свой мир смерти. Но всё же мы были сильнее и быстрее.

Наконец, последний из мертвяков упал на пол, обезглавленный моим точным ударом. Тишина опустилась на комнату. Наша группа стояла среди уже точно мёртвой нежити.

— Ну, вот и всё, — произнёс Вотан, вырывая булаву из тела зомби.

— Да, — согласился Митфир, его голос ещё дрожал от пережитого ужаса, но в его глазах читалась уверенность. — Мне даже понравилось.

Мы покинули комнату, оставляя позади лишь тень смерти. В моём сердце поселилась небольшая гордость за то, что остановили их, сделали правильный выбор. И я так же думал о том, что всё это подземелье нужно полностью уничтожить. Рассказать капитану Зоджу, а там пусть они и разбираются.

И всё же чувство гордости было недолгим.

Нисхождение в Авернус: Глава 4

Мы шагали по зловонной канализации. Вода хлюпала под нашими ногами. Вотан и Аарон шагали впереди. За ними семенил Клим. А я и Имрахиль ступали следом.

— Эй, Имра, — позвал я полуэльфа.

— Чего? — отозвался тот.

— Ты как вообще?

— Да, как… как и всегда, братишка, как и всегда. Бодрость духа и всё такое.

— Это хорошо. Кстати, ты как думаешь, нас уже можно считать… ну этими, авантюристами?

— Хех, скажешь тоже. Авантюристы они… они… — Имрахиль задумался на мгновение, выбирая подходящие слова. — Они те, кто не боится риска, кто идет навстречу приключениям, не зная, что их ждет за следующим поворотом.

— Пока всё сходится.

— Э, ты как загнул. Мы невольно здесь, и, если честно, безумно страшно уже. Вотану не говори только. Насмехаться будет или снова какую-нибудь философию будет втирать. «Имрахиль, боишься — не говори, сказал — не бойся» - он попытался спародировать голос Вотана и продолжил — А как здесь не бояться? Вот ты как справляешься со страхом?

— Не знаю. Думаю о родителях, что всё это нужно, и читаю про себя молитву. Я уверен, что Хельм защитит.

— Помогает?

— Ну…

— То-то и оно. На Бога надейся, а сам не плошай.

— Ты прям как Вотан заговорил.

— Правда что ли? Тогда вот, ещё одна мудрость - «Арни, страха не существует! Это всё у тебя в голове». – он сделал хриплый старческий голос

— Точно, он так бы и сказал.

— Аха-ха…да из его выражений можно целый цитатник сделать

— Эй! Потише! — впереди послышался голос Вотана.

Мы шли в тишине несколько минут

— Эй! — снова отозвал я Имрахиля.

— Что там у тебя? — ответил тот.

— А как насчёт Вотана? Как думаешь, ему страшно? — продолжил я.

— Да думаю, нет. Сколько он повидал-то уже? Это просто очередное приключение в жизни, которое он будет рассказывать по тавернам. Только… приукрасит.

— Надо будет сказать ему, чтобы в свою историю добавил демонов каких-нибудь, ну или что-нибудь страшное. История разлетится. И оп — мы уже не просто безымянные авантюристы, а какой-нибудь «Отряд Ястреба».

— Почему ястреба?

— Как пример. Можно — «Отряд Мантикоры». Без разницы особо. А насчёт господина Митфира что скажешь?

— Вотан правильно сказал — пацифист, а как по мне он, только между нами, слабак. Спасибо, конечно, ему за лечение, но я всё ещё помню его лицо в таверне… казалось, что обмочится. Это всё не для него.

— Не скажи. В последнем сражении он сам проявил желание…

— Это были зомби. Тупые, неуклюжие создания. Много ума не нужно, чтобы крошить их. Но я точно уверен: в критический момент он первый и сбежит. Ты вообще слышал, как он разговаривает? Как по мне, он мямля. Это последний человек, на кого сейчас я бы надеялся. А нет… Клим — это вообще чисто пассажир. Я не верю в его историю, что он там какой-то из богатой семьи.

— Не знаю, может, насчёт Клима ты и прав. Я об этом вообще не думал. А вот насчёт господина Митфира я не согласен. Я думаю, он многое сделает, чтобы вернуться к жене.

— Ну, это да, ради такой красотки я бы тоже многое сделал. Но ты не обманывай себя. Помнишь Гиля?

— Кто? А, это тот, который на шкаф похож?

— Нет… это другой. Гиль Слизняк. Ну, давай. Хвастун.

— А-а, всё, вспомнил… месяц всего ходил.

— Он. А знаешь, почему он перестал ходить на тренировки?

— Вотан сказал, что он уехал.

— Сбежал! Он сирота, искать некому. Просто сбежал. Помнишь, как он хвастался красавицей своей: «Да у меня девушка, да я ради неё на всё…» О свадьбе даже думал. А потом она его бросила.

— Что?

— А вот то. Надоел он ей. Это он перед нами хвастун был, а перед ней — тюфяк чистый. И слово сказать толком не мог.

— Откуда знаешь?

— Мы же соседи были. Я слышал многие их разговоры. И думаю, Митфир такой же. Как только что случится, сразу сбежит.- заключил Имрахиль.

— Ты не про то говоришь. Это другое. Он любит жену, и госпожа Лианна его любит. Это же видно.

— А-ха. Ты серьёзно? Любовь… Глупости ты говоришь, братишка, глупости… Мои родители тоже на публике любили друг друга. А по сути? Каждый день какие-то ссоры, побои. Знаешь, почему я ходил на тренировки с вами? Ходил, чтобы лишние вопросы не задавали, почему у меня вся спина синяя. Любовь… Мать жалко, а отец. Надеюсь, в аду жарится. А хотя, знаешь что? — Имрахиль остановился. — «Не любимый сын» «Лучше бы я тебя, крысёныша, не рожала»… Он посмотрел на меня. — К чёрту их обоих.

— Парни, не отставайте! — прокричал Вотан.

— Да, да, идём.

Дальше мы шли молча.

*****************************************************

— Вотан! Там свет – выкрикнул Аарон

Тусклый свет факелов искривлённо отбрасывал тени на стены, едва освещая пространство, но и этого было достаточно, чтобы понять: мы стояли на пороге пыточной. Стены и пол украшали потоки и брызги засохшей крови.

В центре комнаты возвышался обшарпанный стол, на котором лежали инструменты агонии: ржавые клещи, верёвка, а также остроконечные приспособления, предназначение которых оставалось загадкой. В углу комнаты покоился сломанный стул с ремнями для фиксации жертв. В другом углу тихо стояла маленькая клетка, в которой лежал маленький труп. Воздух был пропитан запахами страха, пота, крови и гнили.

На южной стене помещения висели два обездвиженных тела: израненный пожилой мужчина и девушка-тифлинг, оба покрыты кровоточащими ранами и были без сознания. Рядом с мужчиной стоял деревянный стул, на котором висел окровавленный кнут, а на полу лежало ведро с солью — жуткий инструмент его мучений.

— Они были не со мной, я их не знаю, — произнёс Клим, его голос дрожал от страха, а взгляд беспокойно скользил по комнате, словно ожидая возникновения нового кошмара.

— Арни, проверь! Живы ли ещё – сказал Вотан

При осмотре тел выяснилось, что мужчина был уже мёртв, а тифлинг ещё сохраняла жизнь в своём израненном теле. Это была удача, что ключи, которые мы взяли с собой и благодаря которым освободили Клима, пригодились и здесь. Несомненно, те же самые культисты, что издевались над Климом, также подвергали пыткам этих несчастных.

Освободив пленников, мы перенесли тело мужчины в угол комнаты. Вотан прочитал молитву над его трупом. Тифлинг же пришла в сознание благодаря магии господина Митфира.

Как оказалось, её звали Вендетта, она работает на патриаров. Продаёт им вино и другие крепкие напитки. И последнее, что она помнит, — это как на неё напали в Нижнем городе, лишили сознания и притащили сюда, дабы помучить. На допросе она выдала захватчикам сведения о семье Оатунах и их защитниках. Она также слышала допрос Эффинакса, мёртвого мужчины, из которого выбивали сведения о семействе Джассо.

— Эти семьи весьма уважаемы в городе. Интересно, зачем культу сведения о них, — сказал Митфир.

— Может прощупывают почву для захвата? Убьют богатеев, заберут всё их богатство и проспонсируют каких-нибудь наёмников. Войдут в город под видом беженцев и начнётся веселье. Не знаю, здесь куча вариантов. Нужно будет сообщить Зоджу обо всём, что мы здесь обнаружили, — проговорил жрец.

— Они упоминали всадников, — тихо добавила Вендетта.

— Милонька, что ты сказала? – спросил Вотан

— Гнилое племя всадников должно быть уничтожено... ради... ради... я не помню...

— Они говорили о всадниках Эльтуреля? - продолжал Вотан

— Не уверена.

— Семья Оатунов стала известной после того, как один из их родственников спустился в Авернус. Он был Всадником Эльтуреля и прославил свой род. Это известный факт. – добавил Аарон

— То есть они охотятся на всадников? — спросил Имрахиль.

— Тот всадник Оатунов уже как много лет мёртв. Остались лишь родственники. – уточнил волшебник

— Ладно, с этим разберёмся потом. Красотуля, может, вы что-то ещё слышали? – продолжил Вотан.

Вендетта рассказала, что иногда слышала скрежет тяжёлых каменных дверей и шаги по воде — эти звуки доносились с северной части пыточной. И действительно, Имрахиль обнаружил потайную дверь. Также была найдена скрытая кнопка.

— Имрахиль, — скомандовал Вотан, — займи позицию и будь начеку. Если увидишь кого — стреляй без предупреждения. Аарон, Арни — готовьтесь. Остальные — не мешайтесь.

Вотан активировал скрытый механизм. Дверь начала открываться с жутким скрипом, напоминающим стон умирающего, и тяжёлый воздух выплеснулся наружу, неся с собой едва различимый голос:

— Казира, бездна вас раздери... Вам ещё не время…

Проход открылся. Перед нами возникла фигура с факелом в руке, и воздух наполнился предчувствием смерти. «Чужак...» — едва успел произнести мужчина, прежде чем Имрахиль с холодной точностью отправил его в объятия вечности.

— Думаете, нас услышали? — спросил я.

— Не уверен, — ответил жрец, его голос звучал тихо в этой мрачной тишине.

— Господин Вотан, — обратился Имрахиль, доставая кинжал из-за пояса, — разрешите мне осмотреться там? Я буду максимально осторожен, всё как вы учили. Разузнаю обстановку и сразу к вам. Как раз ещё раз проверите меня.

— Если почувствуешь опасность, немедленно возвращайся. Мы будем здесь ждать. И смотри, куда наступаешь, — разрешил Вотан.

Полуэльф улыбнулся и шагнул в проход. Он прямо на моих глазах исчез в темноте коридора. Несколько минут мы ожидали его в тишине, и внезапно её разорвали крики и грохот битвы.

— Ждите здесь! — прокричал дварф Климу и Вендетте.

А мы немедленно рванули за Имрахилем. Преодолев десяток метров, перед нами предстало три комнаты.

— Туда! — указал Вотан на дверь посередине и мощным ударом выбил её.

За порогом раскинулось небольшое помещение. Два факела призрачно отбрасывали свет на центральный элемент комнаты — каменный саркофаг. По углам были кровати, на одной из которых сидел Имрахиль. В руке у него был окровавленный кинжал. Четыре трупа.

Три из них безжизненно лежали на своих постелях, с перерезанными глотками, из которых ещё сочилась кровь, окрашивая простыни в тёмно-красные оттенки, а четвёртый лежал на холодном полу, с порезом на груди и стрелой в голове.

— Ох… — послышался голос Митфира.

На лице Имрахиля играла улыбка — улыбка чистого удовольствия от совершённого убийства.

— Всё как учили, — говорил он с неподдельным воодушевлением.

Встав с кровати, он подошёл к телу на полу: — Приблизился незаметно, этих убил без какого-либо шума. Но этот… — его голос наполнился холодом, когда он ударил труп ногой по голове, а затем он вытащил из неё стрелу, — этот проснулся раньше времени.

Этот его взгляд. Казалось, он наслаждается последствиями своего мрачного деяния.

— Да, мой мальчик, видим. — отозвался Вотан с неодобрением, его взгляд пронзительно скользил по Имрахилю, словно пытаясь разгадать глубину его мрака. «Почему я слышу печаль?» — мысли в голове.

— Ой, да ладно вам, — возмутился полуэльф, реагируя на скрытый укор Вотана. — То там недовольны, то здесь. Я убил их. Врагов нужно убивать. Вы же сами учили…

— Да, учил. И ты всё правильно сделал. — снова эта грусть.

— Тогда идёмте дальше, у нас ещё много врагов. — Имрахиль вышел из комнаты.

— Я не хочу вмешиваться в ваши дела, но парень-то явно получает удовольствие от этого, — сказал Митфир.

Я заметил, как Вотан хотел что-то сказать Имрахилю вслед, что-то важное. Но тот уже ушёл.

— Господин Вотан, что-то не так? — обратился я к нему

— На миг задумался, куда вас, молодых, всё это приведёт. Враг должен быть убит — в этом он прав. Я думал, что учу вас всему лишь для защиты… Просто не хочу, чтобы вы сталкивались с теми же проблемами, что и я. Идёмте.

Мы вышли из помещения.

— Те комнаты осматривал?

— Нет.

— Тогда заглянем.

Мы переступили порог следующей комнаты. Ни души. Затем мы подошли к последней двери, откуда донёсся какой-то шум. Вотан с силой открыл дверь ногой, и она распахнулась с грохотом. Мы все были готовы к бою. Внутри помещения горел один факел, еле-еле освещая руины склепа. В центре стоял открытый саркофаг, наполненный кровью, которая медленно стекала вниз, образуя лужи на каменном полу.

— Вроде никого, — сказал Митфир.

Звук камня.

— Кто здесь, выходи! — сказал Вотан.

Из темноты вышла старуха, обнажённая и измазанная в крови.

— Юноши, помогите! Они мучают меня. Продавала цветочки и потом я здесь. Они издеваются надо мной.

— Дьявол, она что, голая? Бабуля, прикройтесь! — Имрахиль был потрясён её видом.

— Не переживайте, бабушка, сейчас мы вам поможем. Сейчас подлечу, — Митфир шагнул к старухе.

— Спасибо, юноши. Вы такие добрые, как будто бы рыцари. - старушка заулыбалась.

Вотан засмеялся.

— Аарон, стой. Давай лучше я. Я умею со старушками разговаривать — Вотан опустил оружие. Подошёл ближе к старухе. — Бабуль, можешь чуть нагнуться вперёд, у меня спина болит. Не достаю, мне нужно до головы дотронуться. Я зачитаю молитву.

— Угу.

И со всего размаху Вотан врезал кулаком ей по лицу. Брызги крови и осколки зубов. Тело старухи отлетело на пару метров и ударилось об стену.

— Вотан, ты что, ополоумел!? — прокричал Аарон.

Старуха была ещё жива. Она кряхтела и стонала. Её тело тут же изменилось. Всё её лицо было в крови, но это явно была уже молодая женщина. Длинные чёрные волосы, утончённая фигура и символ Бога Убийств на всю грудь.

— Вас покарает! — она вытянула руку вперёд, тёмная энергия заиграла на её пальцах. Кровь в саркофаге забурлила. Но Вотан успел схватить её за руку.

— Всё! Ты моя! – улыбнулся Вотан

Я слышал хруст костей. Женщина взревела.

— Вас, ведьм! Опасно оставлять в живых!

Ещё один удар — и всё прекратилось.

Поражённый Аарон смотрел на всё это с раскрытым ртом.

— Хех. Какая коварная старушка. Как догадались?

— Лицо было чистое, а тело в крови. Посмотри на пол. Отсюда не слишком-то и заметно, но видишь следы. Ясно дело, что вся эта кровь в саркофаге для неё.

— А если бы вы ошиблись? — спросил я.

— Нет. Это было очевидно. В тот момент я анекдот даже вспомнил.

— Что, анекдот?- Удивился тифлинг

— Как-то эльф спросил орка: «Орк, а как можно быть таким вонючим, как дерьмо дракона, тупым, как камень, и страшным, как тролль?» Ответ: «Убил». АХХА….убил…тупой эльф

Вотан продолжал смеяться и вышел из помещения.

— Это самый тупой анекдот, который я слышал — сказал Имрахиль

— Не преувеличивай. Были и хуже. – ответил я

— То есть её жизнь зависела от шутки? Я не понял. – спросил Аарон

— Однажды во время спарринга он тоже шутил, шутил. Я расслабился, что то было смешно и он как врезал мне, поэтому не люблю его шутки… кто знает, что он хочет сделать, — ответил Имрахиль.

— Эй, оболтусы! Ну вы где? – послышался голос жреца

******************************************************

Мы вернулись в пыточную, где нас ждали Клим и Вендетта.

— Неужели всё прошли? Нам теперь возвращаться? — сказал господин Митфир.

— Хм. Наверно, — ответил Вотан.

— Кошмар! Опять эти комнаты с алтарями. — жаловался тифлинг

— Эй! — эхом отозвался голос Имрахиля.

Я даже и не заметил, что его не было с нами. Мы все вернулись в тайный проход. Прошли пару метров.

— Смотрите, — Имрахиль указал на стену, — здесь точно что-то есть.

Часть стены немного выделялась.

— Просто бы найти как… Ага. - он нашёл небольшой механизм и нажал на него. Проход открылся.

Снова затопленный коридор, но он был намного шире. Деревянные балки удерживали потолок. Огарки факелов плавали в мутной, протухшей воде…

Прошли несколько метров. Справа — дверь. Открыто. Мы осторожно зашли внутрь. Помещение также затоплено. Воды было по колено. Вероятно, это был когда-то погреб. В одном углу были расставлены бочки. Где-то стоял шкаф. Мы обнаружили лестницу, ведущую наверх, но проход был завален. Под водой я заметил человеческий скелет. Вдруг заныла рука…

— Как же жжёт! — мелькнуло в голове.

Мои пальцы окутало слабое зелёное свечение. Дыхание стало тяжёлым, сердце участилось. В голове раздался смех неведомого голоса. С каждым ударом сердца по комнате распространялась едва уловимая зеленоватая волна, что исходила от моей руки.

Я увидел, как скелет окутала странная энергия. Он дёрнулся. Я отступил на шаг назад.

— «Пробудись. Про-будись!» — звучал чужой голос в голове

Скелет ожил, его пустые глазницы наполнились зловещим светом, предвещая ужас.

Из воды начали подниматься мертвецы.

— Охардо! — Вотан первым бросил вызов нежити. Прогремело мощное заклинание, которое заставило одного из скелетов взорваться в облаке костной пыли.

— Откуда их столько! — прокричал Аарон.

Он поднял посох, и яркие лучи магической энергии устремились к нашим врагам.

— Исирус Максима!

Несколько скелетов начали рассыпаться под ударами его заклинаний, но всё больше и больше их выходило из тёмных углов затопленного помещения.

Скелеты шли со всех сторон. С каждым их шорохом, с каждым скрипом костей воздух наполнялся эхом битвы. Сейчас не время думать. С громом в сердце и криком, воплощающим дикую решимость души, я устремился вперёд.

Мой меч превратился в молнию. Он танцевал смертоносный вальс среди костяных существ, и каждое его касание было как вердикт — точным и беспощадным.

Среди хаоса и разрушения я заметил нечто необычное. Эти существа, лишённые плоти и души, не нападали. Они даже не защищались. Это было странно и одновременно пугающе.

И вот передо мной очередная тень, скелет. Его глазницы были пусты, но в них я увидел отголосок какого-то забытого разума.

— Хозяин…

Я слышал его мысли. Они были холодны и отрывисты, словно эхо из глубин катакомб, и они проникли прямо в мою голову.

Я не мог поверить в то, что слышал. Скелет смотрел на меня. Боль в левой руке заставила меня опуститься на колени; она была такой резкой, что я едва сдерживал крик. Скелет тянул ко мне свою костлявую руку. В его жесте не было агрессии, это было больше похоже на помощь… В голове царила путаница, я не мог разобраться в своих чувствах и мыслях.

— Я ещё слаб…нужно чуть-чуть - голос в голове

— Кто это сказал? - я не мог осознать произошедшее

— Хозяин, я помогу вам…

— Игнис! - прокричал Аарон

Огненный снаряд уничтожил его.

— Хозяин… — эхом отразился жалобный вопль.

Моя боль прекратилась. Подбежал Имрахиль.

— Ты как, братишка? Я уж думал, он сейчас убьёт тебя.

Раздался удар — Вотан уничтожил последнего врага.

В голове я вспоминал какие-то отрывки, видения. Лес… дом. Не помню.

— Все целы? — спросил жрец.

— Вроде как, — ответил полуэльф и протянул мне руку.

— Вы закончили? — Клим и девушка-тифлинг прятались за бочками.

Ко мне подошёл Вотан.

— Что с тобой? Ты почему его не бил?

— Я не знаю… Что-то не так. Мне кажется, это я их оживил. У меня… зелёный свет. Рука болела.

— Рука болела? Дай-ка сюда. Так болит? - дварф схватил меня за руку

— Нет… — память как будто бы отшибло.

— Всё хорошо, всё хорошо. Забудь. Скоро... — звучало где-то внутри.

Я резко отдёрнул руку.

— Больно, что ли? - спросил Вотан

— Нет. Просто, наверно, испугался, и эта постоянная темнота уже давит.

— Всё хорошо, сынок. Всё хорошо. Скоро выберемся. У меня на это чуйка выработана. И ты так не пугай меня больше. Вы же мне с одноухим как родные. Ладно, если всё хорошо, идём.

*******************************

Мы вернулись в коридор и пошли дальше. Я размышлял о том, что произошло. Последние 10 минут были как в тумане. Не мог зацепиться ни за одно воспоминание.

— Почему я был на коленях… — холодок пробежал по спине.

— Думаю, когда всё это закончится, прижмусь к жене и долгие часы не буду её отпускать, — сказал волшебник.

— А я думаю, вам, как и всем, нужно будет хорошенько помыться, — усмехнулся Имрахиль.

— Да, да, сперва ванна, а потом жена и все дела. Кстати, вам не кажется, что за нами постоянно кто-то наблюдает? Я это ещё с бани почувствовал. А здесь как-то сильнее ощущается.

— Да, я тоже заметил, но думаю, что это просто аура этого места, — сказал я.

— Как же страшно… — Вендетта оглядывалась по сторонам

— Не бойся, ты с нами. Если и умрём, то все вместе. — Имрахиль хотел её поддержать

— Как жизнерадостно. — усмехнулся Митфир

— Эй, Клим! Ты точно богатей? — Имрахиль чутка замедлил шаг и сравнялся с Климом

— Да, у семьи целая торговая кампания в Верхнем городе. Как только доберёмся живыми и здоровыми, вы — друзья моего дома. Отец вас хорошо вознаградит. — ответил тот

— Это хорошо… Хорошо, что мы успели спасти тебя, а то бы сейчас висел, и крысы жрали бы тебя. — радовался Имрахиль

— Да, хорошо. — Клим шёл и смотрел себе под ноги

— И часто вы в такие подземелья спускаетесь? — спросила Вендетта

— Я впервые и, надеюсь, последний раз. — ответил Митфир

— Так же. — Выкрикнул Имрахиль

— Здесь только господин Вотан опытный в этих делах. — Ответил я ей

— Так. Анекдот в тему. В тёмных коридорах страшного подземелья, где любая тварь может тебя убить, были обнаружены 2 орка со странными именами. Идина и Молчина. Так что идём и молчим. Сзади послышался смешок. Это был господин Митфир. Вотан остановился и посмотрел на волшебника.

— Я молчу. Просто смешно.

Жрец сделал грозное лицо и пошёл дальше. Но я видел, как он потом улыбнулся.

Спустя пару минут раздалось тихое пение Вендетты: Я ни капельки не трус, Просто чуточку боюсь Мухоморов и гадюк, Всяких непонятных штук: Джиннов, троллей, великанов, С тараканами стаканов, Без стаканов тараканов, С дыркой маленькой карманов…

Внезапно Вотан вновь остановился.

— Тссс… Тише… — прошептал он, и все мы замерли, прислушиваясь к окружающей тишине.

Однако тишина была обманчива; издалека доносились жуткие крики и грозные звуки сражения.

— Идём тихо, давайте посмотрим, что там происходит.

Звуки боя с каждым шагом усиливались. Коридор выводил в затопленный зал, из которого ступени, вытесанные в камне, вели куда-то на юг, север и северо-восток. В середине обширного зала пол поднимался выше уровня воды, образуя небольшой островок. Вокруг этого островка плавали трупы и обгоревшие остатки факелов, а на самом островке кружили двое мужчин с обнажённым оружием в руках.

Один из них — громила без брони, со шрамом на лице и с массивной дубиной в руках. Он возвышался над противником, но было заметно, что он тяжело ранен и истекает кровью. Второй мужчина был ниже ростом, но мускулистый и обнажённый до пояса. Он держал окровавленный кинжал в одной руке, а в другой — факел. Его лысый череп не прикрывала даже кожа, что придавало ему устрашающий вид.

Когда они заметили приближение нашей группы, бой прекратился. Оба воина выглядели на исходе сил. Они тяжело дышали. Воин с кинжалом подгадал момент и тут же скрылся в темноте. Здоровяк прокричал ему вслед проклятье, покачнулся и опустился на одно колено.

— Кто вы?! Новенькие? И вы хотите меня предать?! — Здоровяк попытался встать, но попытка не удалась. — Давайте, я вас и так убью. Перегрызу вам глотки. Этого мелкого — он указал на дварфа — я засуну в жопу к тому с рогами.

Среди мрака раздался смех Вотана.

— Прежде чем я отправлю тебя к твоим богам, я изобью тебя твоей же дубиной.

— А с кем мы имеем честь разговаривать? — проговорил Аарон.

— Я жертва своей же глупости! Мортлок Вантампур…

— Вантампур? Вотан, под ними пол города ходит, — прошептал Аарон.

Здоровяк рухнул на землю. Мы подошли ближе.

— Предатели… кхе-кхе… Что, сколько вам заплатили мои братья? Столько труда и всё насмарку… Давайте…Заканчивайте Мортлок прикрыл глаза.

— Арни, свяжи ему руки.

— Так он же…

— Свяжи, говорю.

Здоровяк уже не шевелился. Мне потребовалось пару минут, чтобы сделать это. Мортлок был очень большим и мускулистым. Казалось, он способен одним движением схватить меня за шею и без усилий сломать её. Огромные плечи, лысая голова и страшный ожог на половину лица.

— Помоги перевернуть на спину, все остальные следите за периметром, — скомандовал Вотан.

Жрец залечил его раны. Здоровяк начал кашлять.

— Вы спасли мне жизнь!?

— Это зависит от тебя. Сперва я хочу знать, кто ты здесь, а потом решу, жить тебе или нет. — Вотан приложил дубину к лицу здоровяка. — Твоя жизнь сейчас в твоих же руках. Давай договоримся. Ты нам всё рассказываешь и, возможно, мы тебя отпустим.

— А ты мне нравишься, дварф. Но иди к чёрту! Вотан ударил его дубиной по ноге. Громила взревел

— Тварь мелкая…

— Я тебя предупредил. — И Вотан закинул дубину на плечо. — Ты нас назвал новенькими? Предположу, ты здесь руководил чем-то?

— Даже если и руководил… иди к чёрту! Это моё… ААА! Снова удар по ноге.

— Дружище. Ну не усложняй всё. У тебя же есть шанс покинуть это место живым и вполне себе здоровым.

— Ты думаешь я предам? — Вотан уже замахнулся. — Стоп! Стоп! Ладно, ладно. Я всё равно уже не нужен семье. Что хочешь знать?

— Сперва, что ты здесь делаешь? — вежливо спросил его жрец.

— Я был направлен сюда, чтобы помогать планировать нападения на город. А они предали меня и теперь хотят избавиться.

— Кем направлен сюда и кто тебя предал? — голос Вотана зазвучал строже Рядом стоял Имрахиль и он подслушивал разговор.

— Моя матушка. Она в сговоре с этими культистами. Через посредника она платила им, нам, чтобы те резали людей по всему городу, а из их трупов делали живых мертвяков. В нужный момент они выпустят толпы нежити. Мать сказала, что всё будет как в Эльтуреле. Что-то там про 50 лет назад. Появление солнца и повторение судьбы этого чёртова городка. Во имя какой-то там чёртовой Матери. Это всё, что мне известно.

— Господин Вотан? Эльтурель? Он сказал Эльтурель! При чём здесь наш город? — обратился я к Вотану, но тот молчал. Он смотрел на Мортлока пустым взглядом

— Господин Вотан. Господин Вотан?

— Мортлок Вантампур, — произнёс дварф, и я заметил, как лицо Вотана исказилось от злобы. Морщины на его лбу превратились в лабиринт глубоких борозд, и это придало его взгляду оттенок безумия. Глаза Вотана сверкали яростным пламенем. Я не припоминал случая, чтобы когда-либо видел его в таком состоянии.

— Судьба Эльтуреля, говоришь? Хмм… А ты знаешь, Мортлок Вантампур, что я был там. 50 лет назад. Толпы нежити. Вампиры, гули, зомби и все другие. Столько людей потерял. Столько боевых братьев. Это был ад на Земле. Я изменяю договор. Тепе5рь твоя жизнь в моих руках. Ты нам здесь всё рассказываешь, что происходит. Если что-то забудешь сказать, не будешь вспоминать, я забиваю тебя до смерти. Потом вылечу и буду продолжать ломать тебе кости. Одну за другой. Если нужно, процесс будет повторяться бесконечно. Твоя смерть будет ужасной. ТЫ будешь молить меня, Вотана Имбирга, убить тебя. — Голос Вотана звучал неумолимо.

— Я больше ничего не знаю. — ответил громила.

— Город охраняют Пламенные. Какой-то тупой у вас план. — сказал дварф

— Меня особо не посвящали…! Удар. Хруст костей. Здоровяк только стонал

Вотан достал кинжал из-за пояса и приложил его к уху Мортлока. Потекла кровь.

— Я тебе сейчас ухо отрежу. Рассказывай!

— Что рассказывать?

— Ваш план действий. Какой был ваш план действий?

— Мы смогли посеять раздор, недоверие среди Кулаков…

— Дальше.

— Герцога Рейвенгарда удалось спровадить в Эльтурель, а там он и помер. Кулаки теперь обезглавлены и уязвимы.

Имрахил подошёл к нам

— Отец говорил, что к нам в город приедет важная шишка со своей свитой. И то, что нам нужно подготовиться и выставить на продажу отличное оружие.

— Дальше. — продолжил Вотан, обращаясь к Мортлоку

— Это всё. — вновь взревел громила

Вотан врезал ему головой в нос. Тот отключился.

— Вы убили его? Мы так ничего и не узнали — вмешался я.

— Нет, нет, нет. Он так просто не умрёт.

— Может, как-то помягче?

— Арни, помнишь наш разговор про то, как не нужно быть таким, как я? Так вот, Арни. Лучше отвернитесь. – ответил Вотан и начал хлестать Вантампура по щекам. Здоровяк открыл глаза, тяжело дышал.

— Живой? Славно. Теперь расскажи про свою семью! Что они делают, как они уничтожили Эльтурель?

— Я не знаю! Иди к чёрту! Вотан схватил его за лицо.

— Ты знаешь, как меня называли раньше? Вотан-Душегуб… Под моими пытками даже бездушные вампиры выдавали всё то, что мне нужно было. Жрец так сильно сжал его лицо, что было слышно, как у громилы захрустела челюсть.

— Мне забить тебя как бешеную собаку? Или расскажешь?

— Да я лучше умру.

— Ну давай. — Вотан со всей силы ударил Мортлока-громилу по лицу. Окончательно сломал нос и выбил несколько зубов. Тот отключился.

— И это вы ещё ко мне какие-то претензии имели? — с улыбкой сказал Имрахиль. Вотан посмотрел на него. Это был взгляд безумца.

— Ты видишь, чтобы я улыбался при этом, а? Малец? Имрахиль сразу же замолчал и изменился в лице.

— Великий отец… излечи это тело. Дварф зачитал молитву.

— Что… опять… да убей же меня…

— Нет, я твоя смерть, и я тебе не разрешаю. Аарон? Подойди. Дай мне огнежог.

— Что?

— Огнежог, говорю, дай.

— Щас… держи.

— Господин Вотан, этот яд точно нужен? Может, просто пару раз врежете ему, а то как-то… — Я пытался вразумить его.

— Арни. Эти мрази как-то связаны с уничтожением целого города. Нашего города. Тысячи людей погибло. Включая, возможно, твоих родителей. Так ещё и здесь хотят устроить кровавую бойню. Я как с ним должен разговаривать? Может, мне с ним сюсюкаться ещё? Молока дать ему? Ты будешь молоко, а, гнида, будешь? – Вотан начал бить его — Будешь? Не будет. Отвернись и не смотри тогда. — Я не стал спорить.

— Итак, у нас есть 30 ударов сердца. Терпи, сволочь. — и дварф вылил яд ему в глотку

— Нет, нет… — стонал громила. Вотан прикрыл громиле рот, чтобы заглушить крики.

— Крепче держите его! — Прошло несколько секунд. Громила бился в конвульсиях и отключился, а Вотан приложил руки к его груди и зачитал молитву.

— Отец небесный! Очисти это тело…

Громила опять пришёл в себя

— Что там с твоей семьёй. Давай подробнее, и, если я уловлю хоть малейший обман, ты будешь страдать столько, сколько нужно. И поверь, я знаю, когда мне врут. Посмотришь не так или твоя бровь дёрнется не так, как нужно — и я повторю процесс. Ты хочешь это?

— За что, за что!

— Так случилось, что я из Эльтуреля. И как я понимаю, твоя семейка причастна к его уничтожению. Говори, как вы уничтожили целый город?

— Я не знаю!

— Говори!

— Я не знаю, не знаю!

— Правду говоришь. А кто может знать?

— Амрик… — тихо прошептал громила.

— Расскажи подробнее, что там с вашей семейкой.

— Амрик, Амрик… мой братец. Он больше знает, чем я. Это он платит культистам. Он ростовщик, даёт ссуды в таверне «Низкий фонарь». Он там часто бывает. Мамаша меня не шибко жалует. Считает меня идиотом, а вот в Амрике души не чает. Он всегда был маменькин любимчик. Ещё есть брат, старший. Тёрствелл. Он использует бесов, они для него шпионят по всему городу, выискивают нужных нам людей, а потом мы их убиваем. И за банями он тоже присматривает. Думаю, он уже знает, что вы тут. Убей меня уже… убей. Мне уже всё равно не жить. Мать не прощает. От меня мало что зависит, а город обречён. Кхе-кхе… такая же судьба, как и у Эльтуреля…

— Было весело наблюдать, как тебя пытают, брат, но зачем же ты так? — послышалось эхо из тьмы.

— Тёрсвелл? Я не хотел… не нужно. Спаси меня, брат…

— Хорошо, братишка. Чёрная жидкость, напоминающая щупальце, обвила громилу и подняла его в воздух.

— Имра! — скомандовал Вотан. Полуэльф тут же выстрелил в Мортлока, но щупальце защитило его. И тот засмеялся.

— Теперь это лишь вопрос времени, когда ты, коротышка, сдохнешь. ХА-ХА-ХА. Я бы посмотрел, как с тебя сдирают кожу… ААааа!

В одно мгновение щупальце утащило громилу в тёмный угол. Было слышно, как ломаются кости, и чавканье, жуткое чавканье. Вода в комнате мгновенно испарилась. Образовался лёгкий туман, который так же быстро рассеялся.

Все насторожились. Имрахиль, вновь выхватил стрелу из колчана и натянул тетиву своего лука. Он сосредоточенно смотрел во тьму, куда утащили громилу. Но когда это создание, наконец, показало себя, даже взгляд Вотана на мгновение изменился.

— Мать сказала и вас наказать. Много знаете. Тем более среди вас всадник…. Я приказываю, убей их.

Существо, которое стояло перед нами, было чем-то невообразимым. Его рот, искаженный в безумной усмешке и окрашенный кровью, открылся для крика. Тело создания, облачённое в какую-то броню и покрытое темной, вязкой субстанцией, казалось, издевательски пародировало человеческую форму... Короткие рога на его голове выглядели как символы дьявольской мощи. Но самое ужасное – это были его глаза. Белые, бездонные и без зрачков, они смотрели на нас холодным, мертвым взглядом, который обещал не просто смерть, а вечные муки.

— Эй, спасённые! Лучше спрячьтесь где-нибудь и не мешайте. — крикнул дварф.

— Мы не будем мешать! – где-то сзади раздался голос Клима.

— Аарон, чёрт тебя побрал! А ты куда?

— Да, я… с ними.

— Не будь бесполезным. Помогай нам. — прорычал Вотан

Я услышал смешок Имрахиля.

Каждый шаг создания казался предвестником конца. Воздух вокруг него вибрировал от содержащейся в нём злобы и ненависти. С каждым движением его изуродованного тела раздавались новые, жуткие звуки – скрежет костей и тихое шипение смолы. И когда оно заговорило – голос был таким же искаженным и неприятным, как и его внешний вид. … «УБИТЬ! ВСЕХ УБИТЬ»

— Жаль, я не смогу насладиться вашей смертью. Дела. Так что прощайте. — снова эхо

Я видел, как Вотан шептал молитву своему богу, взывая о защите и силе. Его грубое лицо исказилось, а вены на лбу вздулись.

— Великий отец! Даруй мне силу и отвагу в предстоящем сражении! Пусть моя булава будет тяжела, а удары метки! Защити меня своим покровительством на поле брани. Я буду сражаться с честью – не зная страха. Слава Тебе! Грозный Клангеддин…

Нисхождение в Авернус: Глава 5 (Дописываю)

Эльтурель. 1444 год. 48 лет назад.

Ранним утром семью дварфов разбудили первые лучи солнца, что пробивался сквозь маленькие оконца их уютного домика. Гильда, мать семейства, уже хлопотала на кухне, готовя плотный завтрак. Аппетитный запах жареного мяса горного кабана и свежеиспеченного ржаного хлеба с орехами разносился по всему дому.

— Вставайте, сони! Завтракаем и идём! —прокричала она.

Первым на кухню вышел Вотан, глава семьи. Он был крепким, коренастым дварфом с густой окладистой бородой и проницательным взглядом. На его мускулистых руках виднелись шрамы от многочисленных сражений.

— Доброе утро, дорогая, — он поцеловал жену в щеку. Это его каждодневный утренний ритуал. Так как он был без ума от веснушек на её милых щёчках.

Вслед за ним на кухню потянулся их сын – Бальдор.

— Всем доброе утро!

Чуть позже, зевая и протирая глазки, вышла пятилетняя Руби в своей ночной рубашке с вышитыми гномами.

— А ну ка! Идёт чертёнок пьяненький — забодает, забодает, забодает! — Вотан игрался с дочкой, та лишь смеялась.

Где – то спустя час они вышли из дому.

— Руби, держись за мамину руку крепче! — напутствовал Вотан свою дочурку, пока они шли по улицам Эльтуреля.

Гильда вела за руку Руби, а Вотан гордо шагал впереди с сыном.

На рыночной площади их встретил оглушительный шум и гам. Торговцы громко расхваливали товары, а покупатели торговались, стараясь сбить цену. В воздухе витали ароматы свежей выпечки, специй и фруктов.

— Да ладно тебе, отец. Мы же практически семья — я тебе как сын! Ну хоть пару серебряных скинь! Мне до получки ещё пару дней осталось, ты же знаешь, верну, — взмолился молодой воин в потрёпанных доспехах.

— Нет, значит нет! Никаких поблажек! Сначала верни старый долг, а уж потом проси в долг снова. И вообще… когда это ты мне сыном стал? — возмущался продавец-дварф.

—Здравствуй, друг мой старый!

— Ооо, да это же сам маршал Вотан! Не желаете ли отведать моих фруктов, самых спелых и сочных во всём Эльтуреле? И только сегодня для Всадников скидка! — засуетился торговец, заметив знатных покупателей.

— Возможно, позже, — усмехнулся Вотан, кивая головой.

Солдат в доспехах тут же повернулся к маршалу, встал по стойке смирно и поприветствовал его:

— Господин маршал, мой клинок к вашим услугам.

— Вольно, сегодня у меня выходной, — улыбнулся Вотан.

Солдат расслабился. Перевёл взгляд на продавца.

— Жадный же ты, я тоже Всадник, но скидок мне не делаешь.

— Вот ты говно! Вернёшь прежний долг, тогда и обращайся, — огрызнулся тот.

Затем солдат обратился к Бальдору, кивнул:

— Ну что, друг, могу тебя поздравить? Слышал, ты окончил обучение.

— Ага, — они пожали руки.

— В подразделение отца пойдёшь или как? — продолжил молодой всадник

— Нет, мне его приказов и дома хватает, — усмехнулся Бальдор.

— Он пойдёт в отряд Молота, к командиру Ивану, — вмешался в разговор Вотан.

Глаза солдата расширились от удивления.

— К Ивану? Что голыми руками огра порвал? К тому самому?

— К тому самому, — с гордостью ответил Бальдор.

— Хех, голыми руками, ага, конечно. Уже как год этой новости, а люди всё верят. Просто Иван — молодой и крепкий мужик. И хороший командир.

— Правда не правда, но, господин маршал, я слышал, ночью его отряд снова отбил атаку нежити, — затем он стал говорить шёпотом. — В последнее время новостей про нежить стало в разы больше, как бы чего...

— Как бы чего, не нужно распространять слухи, солдат! — одернул его Вотан.

— Так точно, маршал. Нежить будет убита, а слава Всадников будет греметь во всём мире! — прочеканил солдат. — Разрешите уйти?!

— Разрешаю! — и солдат ушёл.

В этот момент к лавке подошла Гильда с дочкой.

— Мне, пожалуйста, свежее… вот это и вот это, — сказала она продавцу, указывая на овощи.

— Для вас, госпожа Гильда, только лучшее! — засуетился тот, отбирая самые крупные и сочные овощи.

— Про скидку не забудь, — намекнул продавцу Вотан.

— Для жены нашего любимого маршала ничего не жалко.

— Мама, мама, можно мне яблочко? — канюкала Руби, тяня мать за подол платья.

Продавец взял яблоко и протянул его девочке.

— Дарю, милашечка. Только береги зубки.

— Что нужно сказать доброму дяде? – сказала Гильда дочке

— Спасибо!

— Пойдём, сын, нам нужно ещё кое-куда зайти, — сказал Вотан Бальдору.

Спустя пару минут они дошли до кузницы. И они вошли внутрь.

Кузница была наполнена оглушительным звоном. Здесь работал эльф-кузнец.

— Кого там чёрт принёс? Мы не работаем сегодня! Для особо тупых там вывеска! Увидев дварфов, он крикнул им:

— Вотан, дружище! Бальдор, привет! Если вы за заказом, то он готов! Щас, щас. погодите, да где же она… А вот она! Ахахахха! Шедевр!

Эльф взял тяжёлую шипастую булаву и торжественно отдал её Вотану.

— Всё выполнено точно по твоим чертежам, ни на йоту не отступил. И это одна из лучших моих работ! Конечно же, мои соплеменники сказали бы, что я говно и работаю по чертежам каких-то там дварфов, но вы чертовски правильные ребята, уважаю вас, особенно тебя! И ваши способы убийства там всяких… кхе-кхе, короче вот, — с гордостью похвастался кузнец.

Булава была поистине прекрасна. Её массивное, круглое навершие было усеяно острыми шипами, подобно металлическим шипам терновника. Каждый шип был отточен до убийственного острия, который способен нанести страшные рваные раны. Само оружие было сделано из редкого металла. Нижняя часть рукояти обмотана крепкими ремнями из необработанной кожи ящера, грубой на вид, но это обеспечивало надёжный и крепкий хват. На остальной же части вились вытравленные кислотой дварфийские руны.

Вотан с восторгом разглядывал оружие. Затем повернулся к сыну.

— Сын, скоро ты станешь Всадником, моим боевым братом. И я хочу тебе подарить эту булаву в знак моего признания.

Он протянул булаву Бальдуру. Тот с трепетом принял тяжёлый подарок, крепко сжимая рукоять.

— Я... Я не знаю, что и сказать. Спасибо, отец!

Вотан одобрительно похлопал сына по плечу. В его глазах блеснула гордость за повзрослевшего наследника, ставшего воином. «Ещё один достойный сын клана», — подумал про себя Вотан с теплотой в груди.

Семья вернулась домой. Весь оставшийся день Вотан провёл с сыном за тренировкой.

После сытного ужина Вотан закурил трубку и до поздней ночи рассказывал детям увлекательные истории из своего прошлого. Бальдор и Руби, затаив дыхание, внимали каждому слову. Их любимой историей была о том, как их отец и дядя под командованием ангела Зариэль спустились в Авернус, Первый Слой Девяти Адов. Вотан вдохновенно описывал адские пейзажи, исполинские твердыни из черепов и костей, вечно пылающие озёра лавы и кровопролитные сражения.

Глубокой ночью пронзительный детский крик разорвал тишину, разбудив Вотана. Руби! Сердце дварфа оборвалось. Он подскочил, хватая со стойки свой топор, с которым не расставался со времён войны.

— Оставайся здесь, не смей выходить! — прорычал Вотан. Он схватил светильник, чей тусклый огонёк отбрасывал тени, и выбежал из спальни, сжимая рукоять топора.

В коридоре их дома, возле входной двери, стоял высокий силуэт в тёмном плаще с капюшоном. Вотан крепче сжал оружие, готовясь к бою.

— Эй, непутёвый, ты чего здесь забыл? — угрожающе спросил он низким рокочущим голосом.

Незваный гость медленно повернулся, и Вотан похолодел. Хищные черты лица, словно высеченные из мрамора, звериный взгляд, бледная как смерть восковая кожа. Красные глаза твари полыхнули в темноте, обнажились острые клыки, покрытые свежей кровью.

— Кто-кто в этом домике живёт, кто-кто в невысоком живёт. Ааа…Маршал Вотан, а вы знали, что у вас прелестная доченька и такая сладенькая, — произнёс вампир бархатным голосом, от которого по спине пробежали мурашки. Его слова были подобны шёлку, скользящему по обнажённой коже. — Она так мило разрешила мне войти по первому приглашению. Но здесь случился небольшой конфуз.

Только теперь Вотан заметил, что вампир держит за руку маленькую Руби. Девочка плакала, её лицо было залито слезами ужаса, на шее свежая рана от укуса, из которой сочилась кровь.

— Папочка! Бальдор… он… Рядом с девочкой, в луже крови, лежал Бальдор.

Эту ночь Вотан пытался забыть. Вычеркнуть из памяти, стереть, словно её никогда не было. Больше не вспоминать. Сам же он никогда и никому не рассказывал о случившемся. Слишком много крови, слишком много боли... Эльтурель подвергся жуткой атаке нежити. Именно в эту ночь Вотан всецело посвятил себя войне.

******************************************

— Великий Отец, даруй мне силу и отвагу в предстоящем сражении. Пусть моя булава будет тяжела, а удары метки. Защити меня своим покровительством на поле брани. Я буду сражаться с честью, не зная страха. Слава тебе, грозный Клангедин!

Я видел, как Вотан шептал молитву своему богу. Его грубое лицо исказилось, вены на лбу вздулись. Буквально через мгновение он бросился вперед, сжимая в руках тяжелую, утыканную шипами булаву. Но темное существо в центре зала было куда сильнее.

Чудовище разинуло пасть, исторгнув комок зловонной, темной жидкости. Она, подобно кислоте, разъела магический щит жреца с противным шипящим звуком. Тварь рыкнула и нанесла свирепый удар когтистой лапой. Вотан успел подставить булаву, но был отброшен назад, едва удержавшись на ногах. Его сапоги проделали глубокие борозды в земле.

Имрахиль пытался найти уязвимое место. Его стрелы со свистом летели одна за другой, но щупальца из черной, маслянистой слизи ловко отбивали их.

— Не могу! Я поближе подойду! - крикнул Имрахиль

— Не подходи! - заорал Вотан

Попытка подобраться с кинжалом также провалилась. Когда щупальца на мгновение отдернулись, открыв тело монстра, полуэльф ринулся в атаку. Но тварь успела схватить его за запястье. Раздался хруст. Имрахиль вскрикнул от боли.

— Рихаро! — крикнул Митфир и выпустил три волшебные стрелы. Монстр попытался прикрыться лапой — бесполезно. Стрелы впились в плоть, и существо издало оглушительный вопль, сотрясающий стены. Хватка ослабла. Имрахиль вырвал окровавленную руку. Вотан снова налетел на чудовище, размахивая булавой, теперь осторожнее. Пока жрец отвлекал его, я подбежал к полуэльфу, оттащил его в сторону.

— Ты как?

— Не трогай! Я могу драться!

— Какой драться? Пей. Я сунул ему флягу.

— Вотан, отойди! — закричал волшебник. Жрец нанес пару ударов, оттолкнув монстра, и отпрыгнул назад.

«Sagittae magicae volant et occidunt!»

Митфир уже рисовал в воздухе светящийся символ. С его ладоней на тварь обрушился электрический разряд, но это лишь сильнее разозлило ее.

Я присоединился к сражению. Вместе с Вотаном мы обрушили на чудовище шквал ударов, но оно парировало их когтями и щупальцами. Я занес меч для мощного удара — тварь парировала и тут же нанесла ответный. Острые когти летели прямо в лицо. Кольцо Защиты на пальце завибрировало, рука дернулась сама — я отбил удар, но тут же заметил щупальце, бьющее сбоку. Смерть казалась неизбежной. Но Вотан прикрыл меня, отбив щупальце булавой, однако сам получил удар в плечо. Доспех пробило, кровь хлынула на пол.

— Ты как сынок? — задыхаясь спросил меня Вотан

— Приемлемо — ответил я ему

Черная смола, покрывавшая тело твари, брызгала во все стороны, обжигая кожу раскаленными каплями. Мы вынуждены были прикрывать лица, что бы не лишиться зрения.

— Зисин! — прогремел Вотан и булавой указал на монстра. Магическая энергия ударила в существо. Оно пошатнулось, схватилось за лицо, беспорядочно размахивая лапой.

— Аарон, заморозь его!

«Fluvius glacialis!»

Луч холода, сияющий голубым кинжалом льда, впился в тварь. Существо замерло, его движения стали медленными и скованными. Шанс!

Мы бросились в атаку. Каждый удар теперь вызывал взрывы черной смолы, но тварь слабела. Имрахиль, стиснув зубы от боли, обошел поле боя и подкрался сзади. В решающий момент он вцепился в чудовище, вонзив кинжал в шею. Черная смола хлынула из раны фонтаном. Полуэльф навалился всем весом, чтобы вонзить кинжал как можно глубже. Существо издало последний душераздирающий крик и рухнуло, извиваясь в конвульсиях.

— Имрахиль! Оно мертвое? Ты убил его? - спросил Аарон

— Да, вроде… Тварь дернулась.

— Чёрт! — Имрахиль нанес еще десяток ударов. Холодная черная кровь брызгала во все стороны.

— Всё! Всё сынок, успокойся. Оно уже точно мертво — дварф остановил полуэльфа.

— Я так устал… — голос Митфира дрогнул. — Зачем вообще всё это?

— Да! Наверно...точно...кхе, кхе. Господин Митфир? - спросил Имрахиль

— А?

— Спасибо.

— Пожалуйста.

— Эй, вы как там? Оно мертвое? — из южного прохода показалась Вендетта

— Да, теперь уж точно. - Ответил Вотан

Существо вновь подало признаки жизни

— О Боги! Аарон, ради всего святого, сожги ее! — кричал Вотан

«Ignis!»

Пламя поглотило останки.

— Всё? Оно мертво? — спросил я

— Я уже ни в чём не уверен. Догорит, разрубим на части — ответил жрец

И тут я увидел движение — тень в северном проходе.

— Господин Вотан, там кто-то есть. - сказал я

— Сейчас… Черт, спина, плечо… Старость не радость. Есть анекдот…

— Сейчас не время! - ответил я

— В анекдоте тоже так говорили. Секунду. — Вотан выпил зелье восстановления — Аарон, подлечи ему руку. Арни — со мной. Если тварь дернется — разрубите на части и разбросайте её по комнате.

— Без проблем. — ответил волшебник

Мы осторожно вошли в комнату. Большое помещение. В углах горели факелы. Западную часть занимали три двухметровые раскрашенные статуи на постаментах, отчего они казались еще выше и жутче.

Центральная изображала мужчину в латах со скрытым забралом лицом. Справа — благородный муж в лиловой мантии и маске арлекина, с кинжалом в руке. Слева — скелет в черной мантии с вытянутыми костяными руками.

Из тени статуи справа доносился тихий, тревожный шепот. Мы приблизились. Это была молитва, но не к богу милосердия — к Баллу, владыке убийств и хаоса.

«О Темный Владыка, Повелитель Ночи! Склоняюсь пред мощью Твоей… Да придет Царство Твое Вечной Ночи…»

— Эй! Твой Бог тебе сейчас не поможет. Видишь эту булаву? Она сейчас решит твою судьбу — выкрикнул Вотан

— Великий Баал! Я служу только тебе. Во имя твоей кровавой славы!

Культист поднялся с колен и обернулся. Его лицо скрывал капюшон.

— Мы еще встретимся. Для нас это не последняя встреча. Он растворился в воздухе.

И тут в моей голове зародился тихий шепот.

— Арни, ты слышишь? - тихо произнёс Вотан

Сначала отдельные слова, потом — настойчивые, манящие фразы. Я пытался сопротивляться. Это была борьба неведомых сил. Вдруг я увидел, как Вотан, словно в трансе, приблизился к статуе Балла и рухнул перед ней на колени.

— Я БУДУ СЛУЖИТЬ... - произнёс дварф

Глаза каменного истукана вспыхнули зловещим светом. Чужеродный голос покинул меня, и из груди Вотана вырвался пронзительный, нечеловеческий крик.

Я бросился к нему, схватил и отшвырнул прочь от статуи. И сразу же холодный шепот накрыл снова: «Служи и подчиняйся!»

В сознании разгорелась война. Две чуждые силы, темная и… другая, столь же мощная, но почему-то помогающая мне, сошлись в схватке. Жгучая боль пронзила левую руку. В легких стоял едкий дым пожарищ, перед глазами плясали кошмарные видения: фигура с окровавленным кинжалом, мертвец с гримасой вечного ужаса. Они крушили мое «я», как тараны — крепостные стены. Темная сущность обрушила волну агонии, но мертвец не сдавался. Я чувствовал, как разрываюсь на части от этой битвы! «ОН МОЙ!»

Взрыв. Тишина.

— Арни! Арни, ты живой?! Я с трудом открыл глаза.

— Да…

— Что случилось? Имра… Где Вотан?

— Вон, тоже в себя приходит.

— Что за дьявольщина? Клангеддин меня побери! — ворчал жрец.

— Что здесь произошло? - спросил Имрахиль.

— Не знаю. Статуи… К ним лучше не подходить. — ответил я.

— Это место умеет удивлять. Идемте быстрее, мы там кое-что нашли.

— Как твоя рука? — Имрахиль поднял меня

— Пойдёт. Волшебник знает своё дело. И вы , старенький! Идёмте уже

Статуи стояли немые. Мы даже не думали их уничтожать — испытывать судьбу и гнева Богов не хотелось. Мы вернулись в предыдущий зал.

— Имра, где все? — спросил Вотан Имрахиль не ответил, задумчиво глядя в сторону комнаты со статуями.

— Имрахиль? ИМРАХИЛЬ! — не успокаивался дварф.

— А? Что? — наконец отозвался полуэльф

— Оглох? У тебя и так одно ухо…

— Очень смешно.

— Где все? - спросил Вотан

— Все в той комнате, — Имра махнул на южный проход.

Короткая лестница вела в круглую комнату. В центре стояли четыре деревянных сундука со сломанными замками.

— Наконец-то! Мы вас заждались. — сказал Аарон

В первом лежала груда медных монет и два красных хрустальных пузырька с золотыми пробками.

В глубинах второго сундука, среди блестящего моря серебряных монет и одинокого ржавого меча, лежал лук необычной красоты. Имрахиль с любопытством в глазах осторожно взял его.

— Лёгкий. Не хочу сказать, что они вообще тяжёлые, но этот… я его как будто и не чувствую. На поверхности оружия поблёскивали узоры, исполненные изяществом и мастерством, каких я никогда прежде не видел. Эти символы были на непонятном мне языке.

— Это язык драконов, — тихо произнёс господин Митфир.

— Вот это да, повезло, и это моё! — ответил Имрахиль.

Когда он натянул тетиву, та поддалась очень легко, словно приветствуя нового хозяина. В тот же момент произошло невероятное: из самой сущности воздуха, насыщенного магией и древними заклинаниями, образовалась стрела. Она сверкала ярким огнём.

— Ого! — вырвалось у Имрахиля.

— Будь осторожен, не убей никого, — предостерег его господин Митфир. Не медля ни секунды, Имрахиль выбросил свой старый обычный лук и заменил его на магический. Вотан посмотрел на него с недовольством.

— Не стоит так легкомысленно относиться к оружию. Ты, оболтус, с этим ещё не разобрался, а старый уже выкинул. Зря! Он верный! Как старый друг.

— Старый не нужен. Зачем? Господин Вотан, вы слишком старомодны. Вам тоже нужно что-то новенькое, а то, вон, сколько вас помню, вы всё с этим бегаете.

— Угу, новенькое… Молодёжь.

— Да не бурчите.

— С этой булавой, скорее всего, меня и похоронят. И на всякий случай, я возьму твой старый лук себе. Ну а ты ещё припомнишь мои слова.

— Да ладно вам. У меня хорошее предчувствие. — ответил Имраё В третьем сундуке была найдена изящная фарфоровая маска дракона и тоже куча монет. Ну и в последнем сундуке находилась бронзовая корона с пятью зубцами. Каждый зубец имеет форму и окрас одного из пяти видов цветных драконов: белого, зелёного, красного, синего, чёрного.

— Какая прелесть! Это что, теперь всё наше? — проговорил господин Митфир.

— Не знаю, но лук точно мой, — ответил Имрахиль.

— А золото не проклято? — вмешался в разговор Клим. Вендетта же смотрела на всё это богатство с раскрытым ртом и ничего не говорила.

— Я не чувствую проклятья, — господин Митфир взял горсть монет. — На них нет ничего. — И засунул их в карман.

— Берём всё, что можем унести, и уходим отсюда. Потом поделим на всех, чтобы честно было. И вы двое, — дварф кивнул на Клима и Вендетту, — получите свою долю. Вендетта чуть было не потеряла сознание. А у Клима появилась какая-то безумная улыбка.

— Так, ребятишки! Теперь нужно найти выход и, надеюсь, это последние комнаты, — сказал Вотан.

«Всего пару дней работы авантюристом — и такая удача», — подумал я про себя. Мы вновь оказались в мрачном зале, где на полу лежало бездыханное тело неопознанного смоляного создания.

— И что теперь делать? Как нам отсюда выбраться? Обратно? Потому что здесь тупик, — спросил господин Митфир, оглядываясь по сторонам. Вдруг раздался знакомый писк. Немного вдалеке от нас появились две группы крыс. Среди них выделялась крыса в короне и, напротив неё, другая крыса, на голове которой красовалось что-то похожее на винную пробку.

— Опять эти грызуны, — проворчал Вотан. — У них здесь что, царские разборки?

— Это у неё пробка там? — прищурившись, сказал Митфир.

Крыса с пробкой сняла головной убор, что-то пропищала и скрылась в одной из дырок в стене. Крыса с короной со своей свитой подбежала к нам. Одна из крыс свиты вышла вперёд. Она вскинула мордочку вверх и принялась издавать пронзительные писклявые звуки. Я вспомнил о кольце господина Митфира, сосредоточился на нём, прислушался к окружающим звукам — и вдруг писк крысы превратился в членораздельную человеческую речь.

— Пусть мир цветёт между нашими народами. И с тобой, бесшерстяной, сейчас будет говорить Царица Баннская, Повелительница объединённых канализаций, Дочь Котоубийцы, Хранительница Трона Великой Крысиной Империи, Великий страж Сырых Катакомб, Прямой потомок Великой Двуногой Крысы, Матриарх Бесчисленных Полчищ Крысиного Народа, Владычица Сточных Вод и нечистот, Грызунья Бесстрашная, Чьи Зубы Крепче Стали, Великая мать!

— Отойди, я с ним и так могу поговорить! Моя любовь, теперь здесь стало спокойно. Вредоносные создания прекратили свой бунт. Моя дочь вернулась в семью. - выступила крыса в короне

Я помнил, что волшебник предупреждал не общаться с животными, они могут быть весьма надоедливыми. Но всё же я рискнул нарушить запрет.

— Я очень рад это слышать, царица, — ответил я, чувствуя себя крайне неловко и не зная, что ещё добавить. Крыса подпрыгнула к моей ноге и начала бегать вокруг, словно исполняя причудливый танец.

— Ты что, разговариваешь со мной? Понимаешь меня!

— Моя царица, моя царица! Так не положено!

— Я устанавливаю, что положено, а что нет. Смущённый донельзя, я бросил взгляд на своих спутников, и все они во все глаза таращились на меня. Неловкость сгустилась, повисла в воздухе.

— Царица Баннская… э-э…

— Для тебя я просто Лили. А тебя, как я слышала, зовут Арни. Какое чудесное имя! Теперь всех своих сыновей я буду называть только твоим именем.

— Это большая честь для меня. — было неловко Тут же последовал её ответ:

Люблю тебя настолько, Что слов не подобрать. Ты — счастье в этой жизни, Что лучше не сыскать.

Ты — всё, что в мире надо Для радости моей. Ведь с каждой новой встречей Люблю тебя сильней.

Неловкость достигла апогея. Я весь сжался. Я даже не заметил, как подошёл Вотан и положил руку мне на плечо.

— Арни, сынок, тебе плохо?

— Да всё! Он тронулся... Имрахиль злобно посмеялся и покрутил пальцем у виска. Я показал им кольцо.

— Это кольцо позволяет мне с ними общаться.

— Это я ему подарил. При помощи него можно общаться с животными. У них там… э-э… любовь. Громкий хохот друзей был подобен удару под дых.

«Он же сказал, что не расскажет», — пронеслось в голове, отзываясь горьким привкусом предательства. Я обратился к царице и решил сразу же перейти к сути:

— Царица… Лили, может, вы знаете, как отсюда выбраться?

— Идти обратно. Со мной.

— А другой путь?

— Да, да… есть, любовь моя. Но тогда будет мало времени, чтобы побыть вместе… Имрахиль и Вотан переглянулись, не скрывая удивления.

— Дорогая Лили, мы...

— Не говори ни слова! Я всё понимаю. Мы два мира, которые никогда не смогут быть вместе. Следуй за мной, сырочек мой. И зови своих слуг. - мне показалось, что я даже видел её слезы.

— Спасибо, Лили. Идёмте, она покажет путь. Мы последовали за крысой и достигли стены, где крыса объяснила, что двуногие активировали здесь какой-то механизм. Вотан внимательно осмотрел стену и указал на один из камней:

— Вот те раз. Смотрите! Дварф нажал на камень, и стена начала двигаться, открывая перед нами коридор.

— Любовь моя! Я хочу с тобой! — вновь пропищала крыска.

— Моя царица, вам нельзя…! — сказала другая крыса.

— Я знаю… Я знаю… Я благословляю тебя, господин Арни. Дай мне свою руку…

Я протянул ей руку. Лили ласково её обнюхала и положила свои ледяные лапки на мою ладонь.

— Да пребудет с тобой Божественная Двуногая Крыса, чья мудрость столь же древняя, как и сам мир. Пусть её всевидящий взор следит за тобой из тени, оберегая твой путь от невзгод и опасностей. И когда придёт час беды, не страшись, ибо Божественная Двуногая Крыса будет твоим верным спутником. Она защитит твою душу и сердце. Да благословят тебя мои предки и мои потомки.

После этих слов я почувствовал холодок по всему телу, я даже ощутил какой-то укол в груди.

— Ты долго там будешь с ней? Идём уже, любовничек! - торопил меня Вотан.

— А теперь ступай. Я буду помнить тебя всегда, господин Арни!

— Прощайте, Лили. Рад был нашей безумно-странной встрече, — и я направился в коридор. Только сделал шаг, как тут же:

— Стой! Думаю, ничего плохого не будет, если я с вами дойду до конца коридора. Ты возьмёшь меня на ручки?

Идя по коридору, Имрахиль периодически оборачивался ко мне и ухмылялся, изображая объятия и поцелуй в ладони.

— Крысолюб!

— Эй не дразни его. У него наконец-то девушка появилась - усмехнулся Вотан

— Девушка! Эй, как детей назовёте? - продолжал Имрахиль

Его смех эхом отдавался от стен. Я старался не смотреть в его сторону, чтобы не провоцировать дальнейшие насмешки. Тем временем крыска продолжала рассказывать мне о своей семье: как её племя размножилось в этом подземелье, как дочь предала её и как она любит меня. Она читала стихи и целовала мои ладони. Её поведение вызывало во мне всё большее смущение.

— Мой папа был сильный, прямо как ты. Думаю, ты бы тоже кота победил. Прямо как папа. Я не знал, как реагировать на её проявления привязанности. Не скажу, что мне всё это нравилось, но на душе было как-то приятно, хоть и крайне неловко.

Перед нами снова возникла стена с рычагом. Вотан потянул его и стена сдвинулась с места. Мы оказались в первом помещении, где лестница уводила нас вверх, обратно к свету, который казался таким далеким и чуждым после всего что было здесь

Я распрощался с крыской. И всё же грусть сжала мою душу при мысли о расставании с этим преданным существом. Прощание подарил ей колечко, обычное, которое нашёл в этом подземелье. Жест был символическим, но для меня он означал благодарность за поддержку.

Поднимаясь по лестнице, звуки писклявого голоса постепенно затихали. - Прощай, сырочек ...прощай... любовь моя Почему то от этих слов Слезы навернулись на глазах. Я задавался вопросом, смогу ли я когда-нибудь встретить такую же преданную спутницу жизни. Но старался отгонять эти мысли; сейчас меня занимали более насущные дела. - список беженцев, который должен будет предоставить мне командир Зодж. Я размышлял о том, как найти своих родителей, а что будет дальше - ещё не решил.