Нина и книга судеб

Глава 1. Ворон Гога

— Огненная птица, вроде феникса или жар-птицы, пытается изо всех сил взмыть в небо. В её сторону летит град стрел. И вдруг одна стрела пронзает ей крыло и птица, как комета, начинает падать на землю. Я прямо чувствую, как она ускоряется. Я чувствую жар, который как бы нарастает вокруг неё. И в тот самый момент, когда она должна бы удариться о землю, я просыпаюсь.

— Нинуль, – ласково обратилась Нинина мама, Ирина Владимировна, – Чего ты так распереживалась. Высота, полёт, падение, опасность, преследование – самые обычные сюжеты снов...

— Мам, – не дала закончить Нина, – ну, я же не ребёнок! Вся эта сцена – она чёрная как ночь. Все фигуры – и птицы, и стрелы – они плоские словно тени. И ты не представляешь мои ощущения, когда эта сцена разворачивается передо мной во сне. Меня пронимают такие мурашки, такая дрожь. Такое ощущение, будто этот феникс, будто эта тень феникса – самое ценное, что вообще есть в этом мире. И она в какой-то опасности, что ли. Но пугает меня, на самом деле, не это всё. Пугает меня то, что я вижу этот сон третью ночь подряд. Я, мамуль, не привыкла смотреть каждую ночь одни и те же сны, тем более, чтобы сон меня так пронимал.

— Котик, ну, что нам делать? Давай сходим к психиатру. Может у тебя на фоне учебной нагрузки какое-то подобие нервного срыва. Ты всё время такая собранная, сосредоточенная, а внутри, знаешь, бывает напряжение копится потихоньку, а потом как выплеснет.

— Может ты и права. Может я, правда, сумасшедшая какая-то. Уж лучше сразу в психушку лечь и препаратами лечиться, чем так с ума сходить.

— Господи, Нина, прекрати сейчас же. Я понимаю, что в нашей семье циничные шуточкилюбят все. Но я же за тебя тоже переживаю. Давай завтракай и едь на учёбу. На счёт врачей я погорячилась. Пока ты будешь в университете, я в интернете посмотрю, что там пишут про навязчивые сновидения. Ну и в аптеку схожу, куплю чего-нибудь успокаивающее. Подумаем, как тебе помочь.

— Может оно и само пройдёт. Просто неспокойно мне на душе.

* * *

Катя встретила Нину у выхода из метро.

— Привет, Катюш! Спасибо, что дождалась.

— Привет! Ты чего припозднилась?

— Спала плохо, еле встала.

Девушки направились в сторону учебного корпуса,разговаривая об учебных делах.

— Сколько у нас там пар? – спросила Нина.

— Три, ты же, когда ещё из дома не вышла, спрашивала меня в мессенджере. Я тебе написала.

— Точно. Я сплю на ходу. Кстати, ты взяла мне конспект по старославу?

— Чёрт, Нин, прости, я забыла.

— Кать, да ты чего?! Ты меня так подставляешь. Конспект по старославу – это вообще единственное, о чём я сегодня не забыла. Я тебе его дала, чтобы ты переписала. Сама вовремя не сдала, оправдывалась перед Степановной как школьница, идиоткой выглядела.

— Нин, ну, прости меня, пожалуйста. Ну, что я могу сделать. Не ехать же сейчас домой.

"Ты живёшь в общаге в пятнадцати минутах ходьбы отсюда. Могла бы и сбегать. Опоздала бы на пару на полчаса. Не смертельно" – подумала Нина.

Вся эта ситуация показалась Нине какой-то нереальной. Будь это кто другой, она бы не раздумывая разругалась бы с этим человеком и никогда больше не имела с ним дела. Но Катя была ей хорошей подругой и она знала её как отзывчивого и доброго человека, который сам не доест, но с другим поделится. И Катины слова, и эгоистичный тон, с которыми она их произнесла, резко контрастировали со всем, что Нина о ней знала.

"Может и правда это со мной что-то не то. Может мне от недосыпа просто мерещится всякая ерунда" – подумала Нина и девушки, уже немного опаздывая, зашли в учебный корпус и побежали искать свою аудиторию.

* * *

Старославянский язык был второй парой и началось это занятие самым неприятным для Нины образом:

— Так, сдаём, наконец, свои конспекты. Сегодня последний день. Сейчас или никогда. – затянула свою волынку пожилая Елена Степановна.

Нина хотела сказать Кате, что та теперь вовек с ней не расплатится, но та, к её удивлению, встала, подошла Елене Степановне и положила ей на стол тетрадь.

— Ты сдала конспект по старославу? – Спросила Нина, когда Катя вернулась к парте. И,не дождавшись ответа, продолжила. – И это была не моя тетрадь, а твоя. То есть мою ты забыла, а свою нет.

Нина молча взяла со стола свои вещи и отсела на другое место.

"Нет, теперь точно ясно, что, несмотря на недосып, с моим восприятием всё нормально. Мне плевать, что с ней случилось, но так себя подставлять я никому не позволю".

До конца занятий Нина не сказала Кате ни слова. Да и по Катиному виду нельзя было сказать, что она сожалеет о произошедшем.

Поскольку Нинина мама была в это время в отпуске и они с отцом в тот день ещё не уехали на отдых, Нина поспешила домой, где её ждал отличный обед из спагетти, которые они с мамой обожали больше всего.

* * *

Хотя Нина возвращалась домой в ужасном настроении, она не забыла зайти по пути в магазин и купить немного корма для живших в подвале её дома кошек. На клумбе перед её подъездом росли деревья и там в тени бездомные коты и кошки собирались в стайку и проводили время за обычными кошачьими занятиями: лежанием и ничегонеделанием.

— Где вы, мои хорошие? – Нина отодвинула мешавшую ей пройти ветку.

Увиденное заставило её отскочить назад и выронить корм. Там на земле за веткой на неё смотрел чёрный ворон с перебитым крылом. Чувство дежавю проняло и парализовало Нину на несколько секунд. Как будто сон,мучивший её несколько ночей, продолжается уже наяву, со всей сопутствующей тревогой и чувством опасности.

"Чёрт, я схожу с ума. – Начала рассуждать она. – Это не первая и, видимо, не последняя раненная птица в моей жизни. Никакого отношения к моим безумным снам она не имеет. Надо пойти и помочь животному".

Нина собралась, уверенно отодвинула ветку, шагнула в тень и взяла в руки птицу. Ворон и не думал сопротивляться или убегать. Он охотно дался в руки и Нина понесла его домой, даже не вспомнив про выпавший из рук пакет с кормом.

* * *

Зайдя в квартиру, Нина крикнула маме, что-то делавшей на кухне:

— Мам, у нас есть какая-нибудь коробка?

— В шкафу посмотри, там из-под микроволновки оставалась, если отец не выбросил. Зачем тебе?

— А вот посмотри. – Нина зашла на кухню и продемонстрировала птицу.

—Господи, мистика какая-то. – Сказала мама. – Что, у него крыло перебито?

— Да, а ты откуда знаешь?

— Ну а что ещё может быть. Если бы он простудился, ты бы его домой не принесла.

—Резонно. Давай я уложу его в коробку на балконе и посмотрю в интернете, что в этой ситуации делать.

— Давай ты сначала поешь, а потом будет оказывать ветеринарные услуги.

— Ну, мам, жалко же.

Мама оглядела ворона и вынесла вердикт:

— Если у него перелом, а я в этом сомневаюсь, то его нужно везти к ветеринару инадеяться, что он как-то что-то сможет вправить. Птица крупная, помочь можно. А если этот чёрных хулиган подрался с кошками, то, поверь мне, раны и царапины заживут быстро. Так что неси его на балкон и сажай в коробку, а сама мой руки и приходи на кухню.

Когда Нина вошла на кухню там уже стояли две тарелки с макаронами и мама сидела за столом, дожидаясь её:

—Наконец-то. Приятного аппетита!

—Приятного аппетита, мама!

— Кстати, у меня для тебя новость.

—Хорошая?

— Кому как. Мы с отцом уезжаем сегодня вечером.

— Вы же послезавтра собирались.

— А поедем сегодня. У отца короткий отпуск и он хочет отдохнуть побольше. Гостиницы осенью пустые, так что с номером проблем не возникло.

— Ясно.

— По поводу твоего состояния. Я купила таблетки, пей по инструкции. Но, если что, мне звони, хоть днём, хоть ночью. Если будет не по себе одной, то бери такси и едь к бабушке. В любом случае будем на связи.

— Хорошо.

— Птица пусть сегодня в коробке посидит. Ворона можно мясом покормить. Если завтра он сам по квартире летать не начнёт, то можно к ветеринару свозить. Я посмотрела, открытого перелома у него точно нет. Скорее всего подрался.

После обеда Нина помогала маме собирать вещи. Ближе к вечеру вернулся отец и они с мамой поехали на отдых. Нина осталась дома одна с вороном.

— Ты мой хороший, – приговаривала Нина, поглаживая ворона, – ты обязательно поправишься. Я буду звать тебя Гога. Отличное имя для ворона, по-моему.

В девять вечера Нина решила сесть за домашнюю работу, но вдруг осознала, что завтра у неё занятий нет.

"Ну и шикарно, – подумала девушка, – попробую немного поспать". Она прилегла на диван и быстро уснула, даже не расстелив постель и не умывшись перед сном. Ночь она проспала сном праведника и ей, наконец-то, ничего не снилось.

* * *

В семь утра она проснулась безо всякого будильника и впервые за неделю почувствовала себя отдохнувшей. Первым делом она решила проведать Гогу. Но ворона в коробке не оказалось. Лежало только небольшое воронье перо.

"Так, окна я не открывала, значит ты куда-то спрятался. На шкаф, наверное. Правильно мама говорила, что ты с кошками подрался и у тебя одни царапины. Они тебя там в своём логове зажали и сбежать не давали. То ты так легко мне в руки дался. Ладно, сначала поем, потом найду тебя и выпущу в окно".

Нина умылась, почистила зубы, включила чайник и открыла холодильник.

И тут её буквально ударил резкий неприятный запах протухших продуктов. "Блин, яйца" – подумала она, но сразу же увидела заплесневевшие сыр и варенье. В овощном отделе над протухшими и плесневелыми овощами царствовали какие-то мушки.

"Господи! – Нину охватил ужас – Да как это возможно?!" Запах сырости и гниения заставил её попятиться и сесть на стул. Она машинально закрыла дверь холодильника и ещё около минуты приходила в себя.

Затем Нина открыла дверь кухонного шкафа морально готовая увидеть там что-угодно. Её ожидания оправдались: хлеб заплесневел, в муке, крупах и сахаре копошились какие-то жучки.

Смирившись с увиденным и не пытаясь искать чему бы то ни было объяснения, Нина осмотрела кухню. Помимо испорченных продуктов, она заметила, что на всех цветах почернели и усохли бутоны, хотя листья, казалось, сохранились в порядке.

"Где Гога?" – спросила себя Нина, взяла с балкона ту самую коробку, отложила его перо в сторону и принялась сгребать в неё все испорченные продукты, чтобы вынести их на помойку и сходить в магазин за какой-нибудь снедью.

Глава 2. Тайный совет

— Дорогие друзья, товарищи, я прошу всех соблюдать тишину, – Александр Александрович руководил Тайным советом и являлся его Председателем уже много столетий и знал, что, чтобы заставить собрание угомониться, хватит двух призывов и одного удара молотка по столу.

— Дамы, господа! – раздался удар молока. – Прошу внимания!

Как и предполагал Председатель шум в зале начал стихать.

— Во-первых, я хочу всех вас поприветствовать здесь, в Москве. С некоторыми из вас мы не виделись не один десяток лет. Но все вы, разумеется, понимаете, что всеобщее собрание проводится не просто так и в этот раз причина чрезвычайно серьёзная.

Произошло беспрецедентное для всего мироздания событие, но обо всём по порядку.

Прежде всего многие из нас заметили, что в нашем Бренном мире появились существа из Мира теней. Дело, конечно, неприятное, но для нас привычное. Казалось бы, нужно изгнать тень, расследовать, какие обстоятельства позволили ей просочиться сюда, залатать брешь и дело в шляпе. Мы, конечно, считали, что залатали все бреши много столетий назад, но могли и ошибаться.

Но выяснилось неожиданное! В наш мир проникла сама Надежда, точнее, разумеется, один из её осколков. Надежда, как вы знаете, свободно перемещается между мирами и мы только приветствуем её приход. Но, видимо, в мире Теней произошли какие-то совсем жуткие события, потому что мало того, что Надежда взяла здесь себе материальное воплощение, она оставила здесь Стилос судьбы.

И не просто оставила, а отдала его обычному человеку. А люди, как вы помните, обладают Свободной волей.

— Сама Судьба изволит шутить! – раздался голос из зала.

— Мы думали об этом, – отреагировал на реплику Председатель. – Но Надежда не подвластна Судьбе. Скорее Судьба подвластна Надежде. Мы уверены, что она спасалась от кого-то в Мире теней и нашла укрытие здесь. И тот факт, что она отдала свободовольному Стилос – есть её собственное проявление. Если вы меня понимаете.

Но мы не участвуем в делах Мира теней и не получаем оттуда никаких сведений. Тем не менее, очевидно, что очень велика вероятность того, что Надежда – не единственный обитатель Мира теней, проникший сюда. Мы подозреваем, что в Бренном мире пребывает кто-то из Пороков.

— О боже! Но это катастрофа! – зал зашумел.

— Спокойствие! – молоток Председателя ударил по столу. – Дело, конечно, дрянь. Но не без хороших новостей. Конечно, когда в старое время к нам заявлялась Жадность, отыскать её на Земле было сложным делом. Жадность среди людей – чёрная кошка в тёмной комнате. Но стран и городов было меньше и найти место концентрации порока в разумное время нам удавалось. Теперь вXXI веке – наших сил на это бы не хватило.

Но сегодня ситуация в целом иная. Во-первых, Порок пришёл не погулять среди людей, а с конкретной целью, а значит его можно выследить, даже если он не станет воплощаться в материальный объект. Во-вторых, Порок очевидно находится здесь, в Москве. Когда в прошлом нам так быстро удавалось локализовать присутствие жителя Мира теней?!

Итак, в городе сейчас находятся три объекта из Мира теней:

Надежда, и мы должны постараться найти её и защитить при необходимости;

Порок, и он – наша главная цель, мы должны выяснить, кто он, Жадность или Предательство, Похоть или Чревоугодие или что-то ещё, а затем вернуть его в Мир теней;

Стилос, мы пока не решили, что с ним делать, но для начала нужно отыскать человека, которому он теперь принадлежит.

Я надеюсь, присутствующие положат все свои силы на решение этих задач.

* * *

Пока Совет обсуждал, как им быстрее реализовать свои замыслы, ничего не знавшая ни о Мире теней, ни о Тайном совете Нина с потерянным видом складывала испорченные продукты в коробку. На руки она надела резиновые печатки, но респиратора, к сожалению, в доме не нашлось. Прогнившее и протухшее она предварительно заворачивала в пакеты, чтобы хоть как-то уменьшить запах. Но её всё равно тошнило и единственное, что её спасало, было, видимо, то, что она ничего не ела после пробуждения.

Когда коробка была собрана, она достала из неё пакет с прогнившими яблоками, развернула его, достала из кармана телефон и сделала снимок. Затем она выложила снимок в сеть и добавила подпись: "Яблоки сгнили за ночь в холодильнике. У кого такое было?"

Нина решила для себя: "Мне нужно получить подтверждение моей адекватности. По реакции людей в сети я смогу понять, видим ли мы с ними одно и тоже. Вдруг, я правда не в адеквате и выношу сейчас на помойку обычные продукты. Мне хватит мужества признать себя нездоровой и обратиться к врачу. Лучше всю жизнь в больнице овощем прожить, чем вот это вот всё".

Она отнесла на помойку коробку и пошла в ближайший магазин, где купила немного сыра и молока. Вернувшись домой, налив молоко в стакан и нарезав сыр, она не решалась открыть страницу сообщества в соцсети, куда она выкладывала снимок.

"Это будет приговором. Чёрт, как хорошо жить в неопределённости. Живёшь себе и не знаешь, сумасшедший ты или нет, адекватно ли воспринимаешь реальность".

Её размышления прервал телефонный звонок. Звонила Катя. "Она посмела мне позвонить. Серьёзно?" После ситуации с конспектом Нина ничего не хотела знать о Кате и звонок её не столько заинтриговал, сколько возмутил. "Я тебе, козе, сейчас всё выскажу", – подумала неожиданно почувствовавшая себя собранной и сосредоточенной Нина и ответила на звонок:

— Алло!

В трубке слышался тихий плачь. На несколько секунд он сменился едва ли не рёвом, но потом Катя, видимо, взяла себя в руки и заговорила:

— Ниночка, родная, прости. Я не знаю, что со мной было, почему я так себя вела. Всё как будто в мороке каком-то, в пелене, тумане. Я только к вечеру начала отходить. Я ночь не спала, думала о том, как я с тобой поступила.

Господи, что я наделала! Я должна была просто сбегать домой за конспектом. Опоздала бы немного, ничего страшного. Я поступила, как какой-то конченный человек. Ты не представляешь, как я себя презираю. Я себя чувствую какой-то тварью бессердечной.

— Тихо, тихо, – у Нины навернулись слёзы. Она простила подругу ещё до того, как та начала говорить, прочувствовав её раскаяние, когда та плакала в трубку. – Знаешь, со мной в последнее время тоже твориться что-то ненормальное. Причём именно с головой. Давай вечером приезжай ко мне, возьмём вина и посидим поболтаем.

— А родители?

— Они уехали ещё вчера. Давай, приезжай вечерком.

— Хорошо, приеду, конечно, — по голосу было слышно, что Катя начала успокаиваться.

* * *

Закончив разговор, Нина решилась открыть приложение соцсети.

"Будь что будет" – прошептала девушка и стала читать комментарии:

"Да, у нас тоже однажды свет ночью отключили, холодильник не работал, все продукты испортились".

"Было дело, купили яблоки. С виду вроде ничего, но сгнили хоть и не за ночь, но за день-другой буквально".

Нина облегчённо вздохнула: "Господи, не важно почему весь этот ужас происходит. Я в себе, я при памяти, я вижу то же самое, что фотоаппарат в телефоне и люди в соцсетях – это самое главное. Пусть творится любая чертовщина, лишь бы на самом деле, а не в моей голове".

Мысль о том, что с её рассудком всё в порядке успокоила Нину и она начала постепенно приходить в себя.

"Итак, надо купить продуктов, приготовиться к учёбе, разобраться с Гогой... Боже, Гога! Где он? Что с ним?!" – Нина обшарила взглядом кухню в поисках табуретки. Найдя, пошла в прихожую и по комнатам, чтобы поискать на шкафах и антресолях птицу. Но Гоги нигде не было.

"Неужели вылетел, когда я продукты выносила. Но не мог же он вылететь незаметно. Я хоть и не в себе была немного, но в целом видела, что происходит вокруг. Гога – не синичка, здоровая птица!"

Но факт оставался фактом, обшарив всё, Нина так и не смогла найти каких-либо следов присутствия птицы. Лишь на письменном столе сохранилось его перо, которое она вытащила перед тем, как употребить коробку в качестве мусорного ведра.

"Что же, займусь делами" – подумала Нина и принялась за уроки. Закончив с домашними заданиями, она второй раз за день пошла в магазин. На этот раз она вернулась домой с двумя полными пакетами продуктов: купила всё необходимое для сегодняшней посиделки с Катей, а также запас на несколько дней вперёд.

Повседневные заботы успокоили девушку и к приезду Кати она пребывала в самом обычном для себя расположении духа.

* * *

— Слушай, ну, это мистика какая-то вообще, – заканчивала рассказ о своих приключениях Нина, – Гоги нигде нет, вообще нигде. Так что, когда ты говоришь, что была в какой-то пелене, я тебя как никто понимаю. Я сегодня всё утро как во сне каком-то.

Катя отхлебнула вина и предположила:

— Знаешь, я сама в астрологию не верю, но считаю, что всякое бывает. Со временем и более странным событиям может найтись разумное объяснение. О! Кстати! Плевать на эту чертовщину. Давай посплетничаем, я тебе такое расскажу... – Катины глаза загорелись.

— Ну, расскажи, – улыбнувшись, сказала Нина. В целом очень разумная и здравомыслящая Катя имела одну слабость – обсуждать личную жизнь других людей. В этот момент она буквально превращалась в стереотипную дурочку, по которой не скажешь, что она чуть ли не наизусть знает всю русскую и половину славянских литератур.

— Ка-ароче, Нинка, это бомба! Ленка таки решилась и пригласила Колю на свидание.

— Наша Лена, Колю??!

— Да, да, да! Наша Лена, нашего Колю. Она написала ему в мессенджере, но он ей пока не ответил. Как думаешь, согласится?

— Не знаю.

— Я думаю, нет. Если бы она его интересовала, он бы сразу ей ответил.

— Да ладно, может занят чем. Это Лена целый день из телефона не вылазит.

— Я всё равно думаю, что не согласится. В любом случае, когда он ей ответит, Ленка мне сразу напишет, мы с ней договорились.

Беседа немного раззадорила Нину и она решила в пику Кате заявить:

— Короче, Кать, я говорю, что Коля согласится. Готова спорить.

— А правда, давай поспорим, – развеселилась Катя, – мне самой жутко любопытно.

Но в этот момент Кате на телефон пришла смс от Лены: "Коля согласился. Идём завтра вечером!"

— Я же тебе говорила, – торжествовала Нина.

— Жаль поспорить не успели, – сказала Катя.

— Но ведь ты бы проиграла спор?!

— Ну, и что. Зато было бы весело. Давай, как будто бы мы спорили и я тебе проспорила. На что спорили? Говори, что хочешь.

— Давай ты завтра со мной английский прогуляешь. Хочу в кино на утренний сеанс.

— Да без проблем!

Девушки расхохотались и продолжили свою посиделку, обсуждая сплетни и перемывая косточки своим коллегам-студентам.

* * *

Следующим утром Катя и Нина бежали к учебному корпусу со всех ног.

— Как они достали своей рекламой! – возмущалась Катя. – Фильм начинается в девять, идёт полтора часа и заканчивается в одиннадцать. Мы опознаем на старослав и Степановна нас съест. Мы никогда не сдадим ей экзамен.

— Может она ещё сама опоздает, – хваталась за соломинку Нина. – Я думаю, что опоздает. Иногда же она опаздывает.

— Хоть бы так.

Девушки уже бежали по лестнице на третий этаж, перепрыгивая чуть ли не через две ступени. Влетев в аудиторию, они вздохнули с облегчением.

— Слава богу! – выдохнула Катя. – Успели.

— Рано радуешься. Она тебя сейчас к доске вызовет, будешь реконструкциями заниматься, церкви в кирхи переводить.

— Типун тебе.

Но Нина и в этот раз оказалась права. Елена Степановна решила посвятить эту пару практическим занятиям – в основном это были реконструкции – и вызвала к доске Катю, дав ей список слов старославянского языка, из которых та должна была реконструировать их праславянские версии.

— Ведьма, – сказала Катя, вернувшись за парту. – За последние два дня ты не ошиблась ни разу. Вся та мистика, что творилась с тобой в последние дни – неспроста.

— Кать, с ума не сходи. Лично мне все мои предсказания кажутся довольно предсказуемыми.

— Да ладно, вдруг и правда что-то есть. Давай лучше проверим, – по интонации Кати чувствовалось её игривое настроение. – Давай, скажи кто сегодня во время занятия попросится в туалет.

— Ну, я думаю... я думаю... Светка попросится в туалет.

— Ну, всё, сидим ждём.

Когда минут через пятнадцать их одногруппница Светлана действительно вышла из аудитории, Катя торжествующе сообщила:

— Мне плевать, как работает вся эта твоя астрология, но не зря у тебя чёрные как смола волосы и такой пронзающий взгляд. Что-то в этом всём есть. И мы должны это, во-первых, проверить, а во-вторых, если всё подтвердится, то как-то использовать.

— Ты сумасшедшая, – сказала Нина и в эту минуту прозвенел звонок и девушки вышли в коридор.

— Давай так, – сказала Катя, – я сейчас пойду, мне надо на кафедру зайти по поводу курсовой. Жди меня в библиотеке. Я приду, подумаем, как проверить твои новые способности.

— Ну, хорошо. Если тебя это успокоит, то давай проверим.

На этом девушки расстались и Нина потихоньку пошла в сторону библиотеки. По дороге она встретила преподавательницу греческого языка, Марину Николаевну.

— Ниночка, здравствуй! Ты куда торопишься?

— Здравствуйте, Марина Николаевна! Я в библиотеку.

— Ну, пойдём к нам на кафедру зайдём, я хочу с тобой поговорить по поводу предсказаний и всего такого.

Нина опешила:

— Но... как... вы... что?!

— Тшшш, не суетись. Сейчас всё узнаешь. Не посреди коридора же нам с тобой об этом говорить. Сейчас придём и всё узнаешь.

Глава 3. Книга судеб

Марина Николаевна с Ниной зашли на кафедру. Преподавательница обратилась к сидевшей там секретарю:

— Леночка, как вы смотрите на то, чтобы сходить пообедать. Нам с Ниночкой нужно посекретничать.

— Конечно, Марина Николаева, вам сделать чай?

— Ты так любезна, моя хорошая, буду очень благодарна.

Лена включила чайник и пока он грелся убирала какие-то свои вещи в сумку. Затем она налила чай Марине Николаевне и Нине, в тот момент обсуждавшим погоду, изменения в расписании и прочую чепуху, и вышла.

— Ну, наконец-то, – сказала Марина Николаевна. – Как видишь, Ниночка, мне известно, что с тобой в последнее время творятся кое-какие странности. И я готова взять на себя смелость кое-что из этих странностей тебе разъяснить. Но для начала я хочу, чтобы ты рассказала мне всё в деталях, начиная с момента, когда тебе стали сниться странные сны.

"Интересный разговор, – подумала Нина. – За мной следит что ли кто-то. Что же, Марина Николаевна, давайте послушаем ваш комментарий". Нина рассказала преподавательнице всю или почти всю историю в том виде, как она пришла ей в тот момент на ум: про сон с птицей, как она нашла Гогу, как в доме испортились все продукты, про пропавшего Гогу и вдруг открывшийся дар предвидения.

Марина Николаевна слушала очень сосредоточенно. Вдруг Нина поняла, что каждое её слово воспринимается абсолютно всерьёз. У Марины Николаевны нет ни тени в сомнения в реальности и правдивости ни одного, даже самого нелепого события. На каждое из пока немногочисленных предсказаний, описанных Ниной, она обращала пристальное внимание и иногда просила что-то уточнить.

"Похоже, что-то действительно происходит. Чёрт, жизнь меня к такому не готовила", – с некоторой самоиронией подумала Нина, пытаясь сбить налёт страха, который начал её сковывать. – Может и правда что-то потустороннее существует и я с этим столкнулась. А могу ли я доверять Марине Николаевне? Я вот ей всё рассказываю, но я ведь не знаю, какова её роль в этих мистических делах. С другой стороны, если ей не доверять, то кому. Ладно, послушаем теперь, что она мне скажет".

— Что ж, Ниночка, я обещала тебе разъяснения и тебе их дам. Кое-что из того, что я тебе сейчас буду рассказывать, прозвучит как сказка. Ты, в принципе, можешь даже не верить. Но, тем не менее, я бы хотела, чтобы ты меня внимательно выслушала и по возможности всё запомнила.

Так вот, представь себе, что загробный мир существует. Мы называем его Миром теней. И порядки мироздания таковы, что движение должно осуществляться только в одну сторону – отсюда туда.

Но, разумеется, всегда найдутся желающие нарушить порядки и погулять под нашим светлым солнышком и мрачною луной. И как раз с таким явлением ты и столкнулась.

— Я встретила призраков? – Нина начала сомневаться в разумности того, что слышит.

— Не совсем. Если бы всё было так просто. Вот как ты себе представляешь призрака? Некий субъект состоящий из какой-то призрачной материи, имеющий форму и внешний вид. Но в Мире теней нет в привычном нам понимании материи, формы и внешнего вида. Поэтому, когда обитатель Мира теней приходит в наш мир, он находится нигде и выглядит никак. Ему нужно хоть какое-то материальное воплощение. Но получив его, его воплощение подчиняется всем законам природы, которые действует здесь.

— И кто же ко мне заявился?

— Это ещё один сложный для понимания вопрос. Обитателей Мира теней огромное множество, и многие из них являют собой тени явлений нашего мира. Вот ты любишь кого-то, кто-то любит тебя, миллиарды людей и животных любят друг друга, а в Мире теней благодаря этому появляется новый обитатель – Любовь. Она там пребывает, как самостоятельная сущность.

— И если она к нам зайдёт, то ей придётся во что-то материализоваться.

— Не обязательно. Но, если она хочет взаимодействовать на физическом уровне: поговорить, обнять, ударить, то ей нужно материальное воплощение. Но она тень психического явления и вполне может раствориться в поведении людей – большого количества людей – и локализовать её будет очень сложно.

— Я так понимаю, что к нам заявилась не Любовь.

— Да, Ниночка, и это проблема. Во-первых, ворон, которому ты помогла – это воплощение Надежды, точнее её осколка, так как в Мире теней Надежда разбита вдребезги. И сцена с птицей, которая тебе снилась – это сцена из Мира теней, где кто-то охотился за осколком Надежды. Ты правильно заметила, что птица была огненной, ведь Надежда подобно фениксу может угаснуть, а может восстать.

Вообще обрати внимание, что обитатели Мира теней всегда предстают перед нами в понятных формах и всегда действует закон метафоры: Алчность никогда не воплотиться в невинного младенца и не придёт во сне в виде букета цветов. А вот что-то вроде мерзкого нескончаемого потока слюней по подбородку и шеи – оно. Если ты увидишь во сне или наяву такого человека или животное, то, вероятно, ты встретила воплощение. Хотя за последние столетия такого ни разу не было.

— Но чёрный ворон – метафора надежды?! Вы шутите?

— Чёрная птица с раненным крылом – метафора умирающей надежды. Это она, безусловно!

— А его перо?! Оно тоже что-то значит?

— Молодец, что вспомнила. Это ещё одно воплощение и оно прямо связано с твоими способностями.

— Перо помогает мне предсказывать будущее?

— Не перебивай. Ты ничего не предсказываешь. Ты даже не представляешь, что ты делаешь! Ты пишешь в Книгу судеб. Но обо всём по порядку.

Существа Мира теней – как, впрочем, и нашего, – делятся на две категории, тех, кому дарована Свобода воли, и тех, у кого её нет. У нас, конечно, всё посложнее. Растения, например, Свободы воли не имеют, но всё равно они живые и к ним можно относиться с теплом. Механизмы – не имеют Свободы воли, но они и не живые. Поэтому, что телефон, что камень – одинаково бездушны, а цветок лишний раз повредить жалко.

В Мире теней дела обстоят и проще и сложнее. Нет ни живых, ни мёртвых. Нет разницы между существами и механизмами. Сущность либо способна волеизъявлять, либо нет.

Там есть такие существа, мы называем их Писарями судьбы, у них нет Свободы воли. Когда свободовольный принимает решение, они получают сигнал об этом решении и принимают его в расчёт, потом берут в расчёт Свод законов мироздания и бросают Кости судьбы, вычисляя последствия принятого решения. Затем Стилосом судьбы они пишут последствия в Книгу судеб. Мироздание постоянно считывает Книгу судеб и исполняет написанное.

— Марина Николаевна, но миллиарды людей, сотни решений в секунду. Там у писарей руки не устали?

— Не ёрничай, Ниночка. В Мире теней нет ни деревьев, ни бумаги, ни целлюлозобумажной промышленности, нет ни книг и никто не пишет буквами. Механика Мира теней труднопостижима нашим разумом и мы описываем её метафорически в понятных терминах. Тем более, что я сама видела сущность, в которой записаны судьбы в нашем мире, когда грань между мирами была не так плотно зашита. И здесь она была воплощена в книгу. И я листала страницы этой книги. Она выглядела будто в ней страниц триста, но, поверь мне, листать её можно было бесконечно.

Перо ворона – это Стилос судьбы, часть механизма определения судьбы. Писари безвольны, по существу они как механизмы, но предстают в образе пишущих людей. Они всегда пишут то, что вычисляют. Но если Стилос окажется в руках того, у кого есть воля, то он будет писать то, что захочет. И мироздание выполнит начертанную судьбу.

Когда один из Стилосов приходит в негодность, осколок Надежды отдаёт часть себя и возникает новый Стилос. И тысячелетиями в Мире теней находятся свободовольные, выжидающие момента, чтобы отнять у Надежды Стилос, пока та не передала его Писарю.

Надежда спаслась от преследования в нашем Бренном мире и дала Стилос тебе...

— Марина Николаевна, простите, что перебиваю, но тут такое дело... Я, честно говоря, вообще не знаю, где сейчас находится перо Гоги и, вероятно, оно где-то на помойке...

Марина Николаевна очень строго и даже немного с осуждением посмотрела на Нину.

— Ниночка, не разочаровывай меня. Птица оставила тебе перо, а значит она его тебе дала. Ты не выбросила перо с другими продуктами, а оставила его себе, а значит, ты приняла дар. Теперь оно принадлежит тебе. У тебя есть Свобода воли, а значит, у тебя нельзя его отнять. Теперь ты распоряжаешься Стилосом. И, поверь, его материальное воплощение в виде вороньего пера может располагаться где-угодно, хоть у сатаны за пазухой. Это никак не влияет на тот факт, что судьбы пишешь лично ты, что ты сегодня уже не раз продемонстрировала. Ещё раз, моя дорогая, ты не предсказываешь, что произойдет, ты предписываешь, ты приговариваешь, определяешь судьбу.

— Но я не ставлю себе такой цели, не произношу заклинаний или чего-то такого. Я так понимаю, что формальности в этом деле не требуются.

— Умничка. Ты, Ниночка, начинаешь мне нравится. Ты всё верно уловила. Сейчас твоя сила подобна силе Творца: "Да будет свет", – скажешь ты, и будет свет. Но в этой ситуации есть две загвоздки. Во-первых, ты не знаешь законов мироздания и пишешь судьбы без их учёта. Если ты посмотришь в окно на прохожего и скажешь, что у него сейчас вырастут крылья, то будут нарушены многочисленные законы бытия: биологии, физики, химии. Ты, наверняка, представила себе крылатого человека в виде ангела, но спешу тебя огорчить: с огромной вероятностью у него руки покроются перьями и станут уродливыми недокрыльями.

Так что, если ты приговоришь мир к тому, чтобы все в нём были счастливы, с огромной вероятностью мозг людей начнёт усиленно вырабатывать эндорфин без должного повода и человечество превратится в сборище счастливых идиотов. Поэтому, предписывая судьбы, следуй двум правилам: локальности – предписывай судьбу конкретному лицу, и естественности – предписывай ему то, что он и так с определённой вероятностью бы сделал. В природу вещей старайся не вмешиваться. Свинец в золото не превращай. Если тебе сильно понадобятся деньги, обратись ко мне.

— Я поняла, – теперь Нина слушала Марину Николаевну очень сосредоточенно.

— Ну а теперь о грустном. А именно об испортившихся продуктах и пропаже вашего Гоги. Сущность, преследовавшая Надежду в Мире теней, находится здесь. И вторая загвоздка заключается в том, что она попытается завладеть твоей волей. Никто не может отнять у тебя Стилос, но можно отнять волю и ты станешь выносить те приговоры, которые угодны тому, кто завладеет твоей волей. Поэтому с огромной вероятностью в наш мир прибыл какой-то Порок.

Как ты понимаешь, поглощённые какими-либо пороками люди делают довольно предсказуемый выбор. Какая свобода воли у законченного чревоугодника? В любой ситуации он примет решение в пользу того, чтобы поесть. Алчный продаст душу за три копейки и никакой воли у него, разумеется, нет. Ты понимаешь меня?

— Да, но какой порок будет преследовать меня?

— Мы не знаем. Но и на этом плохие новости не заканчиваются. Я хочу тебя морально приготовить к тому, что ты можешь увидеть, пока вся эта ситуация не получит своего решения. В последние столетия существа Мира теней не проникали сюда и люди не представляют тех ужасов, которые они собой несут.

У тебя протухли продукты и ты испугалась. Но теперь представь, когда-то я поставила разогревать тарелку с похлёбкой, а когда сняла её с огня, вместо картошки в похлёбке плавали десятки кошачьих глаз. И их зрачки, такие вертикальные, они то сужались, то расширялись. Тебя напугал запах из холодильника, но я однажды мыла руки в ручье в лесу, вода в котором за десять секунд превратилась в поток гноя. Смрад был такой, что я потом выбросила всю одежду.

Представь себе картину Дали "Слоны", где они шагают на тонких ногах. Я видела человека, у которого так росли и утончались ноги на моих глазах. Потом его кости ломались под собственным весом и он кричал, но ноги продолжали расти и ломаться, а потом он рухнул и превратился в прах за считанные секунды.

Перо и птицы – очень безобидные воплощения. Такие мирные и понятные метафоры. Но далеко не все воплощения и проявления Мира теней таковы. Тебе нужно быть готовой ко всему.

— Марина Николаевна, скажите, вы видите развязку всей этой истории?

— Разумеется, моя хорошая. Моя работа как раз и заключается в том, чтобы возвращать все взаимодействия нашего мира с Миром теней на круги своя: отсюда туда через смерть. Здесь свои законы, там свои и никаких лишних соприкосновений.

В этот момент на кафедру вошла секретарь:

— А, вы всё ещё здесь?

Лена смотрела прямо на Марину Николаевну и Нине стало понятно, что та удивлена именно её присутствию, а не им обоим.

— Что ж, я думаю, вам пора.

Лена очень пристально посмотрела на пожилую преподавательницу, которая в этот момент слегка вздрогнула, как будто что-то дёрнуло её изнутри и замертво упала на стуле: её тело обмякло, а руки словно верёвки безжизненно повисли по боками.

— А теперь, Нина, давайте я вам кое-что расскажу, – обратилась к Нине секретарь.

Глава 4. Побег

— Итак, вы бы хотели знать, как выглядит решение вашего вопроса, – сразу перешла к делу Лена. – Расставить всё на свои места и продолжить свою обыкновенную жизнь в вашем случае довольно просто. Нужно всего лишь проявить немного смелости.

Нина смотрела на Лену в каком-то оцепенении. Страх немного сковывал её, но сознание, к счастью, оставалось ясным: "Марина Николаевна, очевидно, мертва. Я нахожусь на кафедре, напротив меня лежит мёртвый преподаватель. Рядом с ней сидит секретарь кафедры, которую ни капли не смущает происходящее. Более того, очевидно, что именно её резкий взгляд стал причиной смерти Марины Николаевны, безотносительно того, по каким причинам её жизнь прервалась: от банального испуга или за взглядом кроется какая-то мистика. Мне страшно, но скорее от неизвестности. Почему-то я не чувствую себя в опасности. Может быть потому, что знаю, что мои новые способности меня защитят. Впрочем, неважно. Дослушаем, пожалуй, Елену Викторовну".

— Смотрите, Нина, всё просто. Если вернуть Стилос тем, кто умеет им пользоваться, то всё встанет на свои места.

— Вы предлагаете мне отправиться в этот ваш Мир теней?

— Разумеется!

— Но туда попадают, как я понимаю, через весьма неприятную процедуру.

— Конечно. Но не стоит бояться...

— Не стоит бояться смерти! Вы серьёзно?!

— Скупой портной отмерил и отрезал столько, сколько вам положено. Я провожу вас и к Писарям, и к Скупому портному. Увидев несоответствия, он вернёт вас к жизни.

— О Писарях я уже слышала. Кто такой портной?

— Не портной, а Скупой портной. Он отмеряет время каждому живому.

— Это метафора, я поняла. Итак, вы предлагаете мне наложить на себя руки, обещая, что в загробном мире мы решим какие-то вопросы и мифический портной...

— Скупой портной.

— Хорошо, мифический Скупой портной вернёт меня к жизни. И, как я вижу, вам нужно моё согласие.

— Да! Нам ещё нужно будет сберечь тело. Вам не придётся накладывать на себя руки, я вам помогу совершить переход. Смелее, Нина! Это будет самое захватывающее приключение в вашей судьбе, – глаза Елены загорелись каким-то азартом.

— Неужели вы всерьёз думаете, что я вам доверюсь?! Я как-то не заметила, чтобы вы ждали, что Марина Николаевна согласится на переход в ваш Мир теней. А отправили её туда, судя по всему, против её воли.

— Это другое! Она была неправа. Вы должны поверить мне, она того заслуживала.

— Знаете что, а давайте мы её спросим. Заодно проверим, чего стоят ваши с ней сказки. Так вот, плевать на законы природы: воскреснешь ты сейчас, – Нина сосредоточенно смотрела на тело Марины Николаевны, произнося свой приговор.

— Мать моя! – в этот момент Нину охватил подлинный, почти животный страх. Она затряслась и из глаз брызнули слёзы. Марина Николаевна очевидно приходила в себя. Нина испытала чувство, как будто бы кто-то сыграл с ней очень злую и нехорошую шутку, а в итоге оказалось, что это не шутка.

Кому-то другому такое развитие событий дало чувство огромной силы, или даже всесилия, но Нина, наоборот, почувствовала беспомощность перед обстоятельствами и только что воочию проявившимися способностями.

Едва придя в себя, Марина Николаевна коснулась рукой сидевшую рядом Лену, которая с не меньшим удивлением иоторопью смотрела на воскресающую женщину, и теперь уже Лена обмякла на стуле.

Сделав глубокий вдох и выдох, Марина Николаевна обратилась к оцепеневшей Нине:

— Ниночка возьми листочек и срочно запиши адрес.

Нина достала из сумки блокнот и ручку. Её руки тряслись, но она нашла в себе силы сосредоточиться, немного унять дрожь и открыть блокнот на чистой странице. Марина Николаевна назвала улицу, номер дома и квартиры.

— А теперь, Ниночка, поспеши. Там тебе помогут. Оставаться здесь тебе не безопасно. Я устрою здесь всё и тоже приеду по этому адресу, дождись меня. В пути старайся не оставаться с кем-либо наедине. Не садись в такси, поезжай всегда с другими людьми.

— Хорошо, – ответила Нина и выбежала в коридор.

* * *

Оказавшись в коридоре, Нина пошла в сторону лестницы. Из аудиторий уже начали выходить студенты и буквально через несколько секунд раздался звонок. Коридор заполнился людьми. Внезапно Нина обнаружила, что продвигается к лестнице как-то неестественно медленно. И если сначала количество идущих в одном с ней направлении было такое же, как и во встречном потоке, то теперь встречный поток значительно усилился.

"Чёрт возьми. Да откуда такая толпа? Как они вообще помещаются в коридоре?" – из-за невысокого роста Нина не могла чётко оценить обстановку, но ей было очевидно, что происходит что-то необычное.

"Нужно прибиться к стенке, чтобы хотя бы не приходилось пятиться. Я, очевидно, не продвигаюсь к лестнице, а скорее возвращаюсь назад". Она стала пробираться через толпу вбок. Это было намного легче, чем пытаться продвинуться вперёд и уже через секунд пять-десять она стояла вдавленная в стену. Толпа, как ей казалось, двигалась из ниоткуда в никуда.

Вдруг прозвенел звонок, но толпа не уменьшалась. Двери аудиторий не открывались, в них никто не заходил.

"Я не могу стоять у этой стены вечно", – Нина судорожно искала выход из сложившейся ситуации. "Пожарный выход! Точно!" – Нине пришла в голову великолепная идея. "В конце каждого коридора должна быть пожарная лестница!"

Нина сделала шаг от стены в поток людей. В этот раз она пошла по направлению потока и очень скоро оказалась в конце коридора. Запах табачного дыма, доносившийся с пожарной лестницы вселил в неё надежду: "Там кто-то курит, значит дверь не заперта". И действительно, дверь легко поддалась, когда Нина попыталась её открыть.

Оказавшись на лестничной клетке, Нина вздохнула с облегчением. Только в этот момент она поняла, что её пребывание в коридоре сопровождалось не только давкой, но сильным шумом и спёртым воздухом, которые сначала казались незаметными, но теперь на пустой лестничной клетке контраст между двумя помещениями был очевиден.

Как ни странно, между этажами никто в тот момент не курил. "Наверно, услышали, что я зашла сюда и сразу вышли".

Нине удалось спуститься на первый этаж без приключений.

Пожарная лестница вела к пожарному же выходу, который в свою очередь выходил на задний двор учебного корпуса. Выйдя, Нина оказалась с обратной стороны здания.

И хотя там уже слышались голоса людей, стоявших у парадного входа и обсуждавших свои дела, она оказалась в довольно замкнутом и пустынном пространстве: перед её глазами был забор, а спиной учебный корпус.

"Так, обойду-ка я корпус справа", – подумала Нина и пошла направо.

Пройдя несколько метров, она увидела, как между решёток ограды на территорию корпуса пролазит одна из бродячих собак.

Хотя хозяйственный отдел ежегодно травит таких собак, ошивающихся на территориях учебных корпусов, каждый год сюда приходят в поисках покоя и объедок всё новые особи.

"Ты точно по мою душу, – Нина чувствовала, что собака появилась здесь в этот момент неспроста. – Ладно, обойду корпус слева". Она развернулась на сто восемьдесят градусов и пошла в обратную сторону.

Но и с этой стороны ей на встречу стала пролазить между решёток ещё одна собака. Нина вздрогнула. Присмотревшись, она чётко увидела, что это та же самая собака. Она обернулась, сзади никого не было.

Она развернулась и, сделав шаг, увидела, что между прутьев ограды снова выглядывает морда той же собаки.

"Понятно, – Нина остановилась и задумалась. – Просто так я не пройду. Пытаться пойти назад, видимо, больше не стоит. Что же, была не была".

Нина уверенно продолжила движение. С каждым шагом собака также продвигалась к середине заднего двора и в итоге оказалась у неё на пути. Когда между ними оставалось всего два-три метра, собака ощетинилась и зарычала.

— А теперь ты развернёшься и пойдёшь туда, откуда пришла, – сказала Нина, глядя на собаку.

Та попятилась, а потом и вовсе развернулась и скрылась, пройдя ровно между той парой прутьев, через которые она проникла на задний двор.

"Отлично! – Нина ликовала. – С такими способностями я, пожалуй, точно доберусь до места назначения".

Нина вышла к фасадной стороне и пошла к автобусной остановке. Эта дорога была достаточно многолюдной и среди шедших в одном с ней направлении она то и дело узнавала знакомые лица. Это успокоило её: "Не похоже, что здесь меня ждёт что-то необычное".

Дойдя до остановки, она стала дожидаться своего автобуса. Подъехала 45-я маршрутка и наперерез Нине в неё стала ломиться какая-то пожилая женщина. Как только дверь открылась женщина встала на одну ступень и остановилась в проходе. Стоявшая за ней второй Нина почувствовала, как сзади её поджимает толпа.

— Ну, подождите минутку, все успеем зайти, – бросила Нина назад. Тем временем женщина спросила водителя, какой это маршрут.

— Сорок пятый, – ответил водитель.

— Мне сорок девятый, – сказала женщина и стала выходить.

Выпустив её, Нина наконец-то оказалась в салоне. Внезапно она обнаружила, что салон пустой. Обернувшись, она поняла, что никто за ней так и не зашёл. Двери маршрутки закрылись и она поехала.

Нина на секунду испугалась, но вспомнив ситуацию с собакой приободрилась. Она внимательно посмотрела на водителя и, оказавшись как можно ближе к нему, сказала:

— А теперь вы высадите меня и перестанете меня преследовать.

Но ничего не произошло. Она повторила те же слова, водитель бросил на неё беглый взгляд и опять погрузился в дорогу.

"Чёрт, ничего не выходит. Что же делать?!" – Нина начинала паниковать.

Глава 5. Исследователи аномалий

Нина села на сидение и стала размышлять: "Мы едем почти в центре города и через все пробки мы выберемся отсюда не меньше, чем за час-полтора. Так что, что-то предпринять время есть. Можно попробовать открыть окно, а если не получится... – Нина нащупала рукой в сумочке флакон духов, – то можно попытаться его разбить".

Она стала пересаживаться с места на место, пробуя открыть какое-нибудь окно. Нина поглядывала в зеркало заднего вида на водителя, но тот ни разу не заинтересовался тем, что происходит в салоне. "Ну и отлично. – подумала она. – Пусть лучше следит за дорогой".

Ни одно окно не то что, не открылось, но вообще все окна были сконструированы так, чтобы не открываться. Задняя стенка салона оказалась сплошной, а не парой распашных дверей, как это обычно бывает. На потолке не было даже следов люка. Но всё это, в принципе, не удивило Нину.

Тогда она села в правую часть салона достала из сумочки флакон духов и попыталась поцарапать им стекло. "Шикарно!" – подумала про себя Нина, когда на окне проступила царапина. Стекло было самым обыкновенным, а значит его вполне можно было разбить. Нина стала выжидать, вглядываясь в окно.

Минут через десять маршрутка остановилась на светофоре, которым в тот момент управлял сотрудник ГИБДД в ручном режиме. "Это то, что надо! – Нина ликовала. – Он всего в двух метрах от меня".

Она взяла в руки флакон, с размаху ударила по стеклу и окно разбилось.

— Помогите, пожалуйста! – громко, но без истерики она обратилась к полицейскому, который, увидев происходящее, тут же подошёл к маршрутке.

— Водитель то ли пьяный, то ли под наркотиками. Он не останавливается на остановках, я в салоне одна, мне страшно.

Светофор продолжал гореть красным и ни вперёд, ни назад маршрутка поехать не могла. Полицейский что-то сообщил по рации и через минуту к месту подошли его коллеги. Они вывели водителя из автобуса и заставили его открыть двери.

— Вам нужна какая-нибудь помощь? – обратился один из них к Нине.

— Нет, спасибо. Можно я, пожалуйста, домой поеду, я так испугалась.

— Вы знаете, да, можно. Пока не похоже, что он делал что-то незаконное, но мы, разумеется, отправим его на медосвидетельствование. Вы хотите на него заявление написать, что он пытался вас похитить или что-то такое?

— Нет, я думаю, что он просто пьяный. Он мне не угрожал. Он просто ехал и не останавливался на остановках. Только на "Университете" остановился, где я, собственно, и села.

— Ну, хорошо. Тогда мы выясним, что с ним. Там недалеко метро. Желаю вам спокойно добраться до дома.

— Спасибо большое! До свидания!

— До свидания!

Нина направилась в сторону метро. А ещё через 15 минут заходила в дом по адресу, продиктованному Мариной Николаевной.

* * *

Нина поднялась на третий этаж и позвонила в звонок. Дверь открыл приятный молодой человек лет двадцати пяти:

— Вы, наверное, Нина. Здравствуйте, проходите, пожалуйста!

Нина вошла в просторную старомодно обставленную прихожую. По мебели и обоям она сразу догадалась, что находится дома у Марины Николаевны.

— Здравствуйте! – поздоровалась она и стала разуваться.

— Меня зовут Марк, – сказал молодой человек.

— Марк? Серьёзно?!

— Ну, да.

— Извините, – Нина немного смутилась, – я не хотела быть невежливой.

— Ничего страшного, – успокоил её Марк, – у меня действительно не самое распространённое имя. Проходите, пожалуйста, на кухню, мы вас уже заждались и начали переживать.

Пройдя на кухню, Нина увидела сидевшую за столом Марину Николаевну и ещё одну женщину лет тридцати пяти.

— Ниночка, ну, наконец-то, – обрадованно сказала Марина Николаева, – мы уже думали идти тебя искать. Слава богу, ты в порядке. Это Марк, – она указала на Марка, – но вы, я слышала, уже познакомились. А это Лиза, – Марина Николаевна представила сидевшую за столом женщину.

— Очень приятно, – поприветствовала новых знакомых Нина.

— Давайте поедим, а то уже время. И за ужином всё обсудим.

Посмотрев на висевшие на кухне часы, Нина поняла, что день явно затянулся. Было уже половина восьмого вечера. "Да, пора бы поесть. В последний раз я ела утром с Катькой в кинотеатре". Она с удовольствием присоединилась к трапезе.

— Ниночка, – начала разговор Марина Николаевна, – мы с нетерпением ждём твоего рассказа. Начни с того момента, как вошла Лена и у меня остановилось сердце.

Нина пересказала содержание её разговора с Леной, а затем и свои приключения на пути сюда. Слушатели выглядели очень задумчивыми и озадаченными.

— Да уж, – первой прервала молчание Лиза. – А ты молодец. Но работы непочатый край, конечно.

— Какой работы? – спросила Нина.

— Судя по твоему рассказу и кое-каким другим фактам, у нас тут античность скоро будет. Будут боги по улицам городов ходить, черти, церберы и прочая мифология. Марк целых три бреши уже обнаружил. Понимаешь? Три! В Москве!

— Не понимаю, – честно призналась Нина.

— Ты можешь представить себе тетрадный лист, разлинованный в клетку? – спросил её Марк.

— Разумеется.

— А я вижу всё пространство как бы разлинованным. В некоторых местах линии неровные, но я могу их исправлять. Так вот я нашёл уже три места, где эти линии напоминают не то что не клеточки, а какой-то клубок. Это бреши между мирами. Но в Москве подобные бреши заделаны сотни лет назад.

— Значит кто-то их проделал? – спросила Нина.

— В том то и дело, – ответила ей Марина Николаевна, – что все известные бреши существовали с начала времён. Это всегда были своеобразные изъяны творения, которые мы постепенно исправляли. Новых не появлялось никогда. А вот теперь они стали появляться.

Нам известно о существовании трёх брешей и Марк может их исправить. Завтра Лиза и Марк отправятся к первой из них. Я бы хотела, чтобы ты пошла с ними. Во-первых, может быть тебе понравится то, чем мы занимаемся. Во-вторых, я просто опасаюсь пока что оставлять тебя одну.

— Хорошо, почему бы и нет, – согласилась Нина. – Марина Николаевна, можно задать вам вопрос?

— Да, конечно.

— Что там с Леной? Вы коснулись её и она...

— О, ничего страшного, не переживай. Она просто потеряла сознание. Небольшой обморок. Возьмёт небольшой больничный и через недельку выйдет на работу. Думаю, что наша Елена Викторовна, Леночка, была одержима тенью. Возможно, Безразличием. Судя по тому, что как она тебя призывала не боятся смерти и даже не предложила найти Гогу и помочь ему, это Безразличие. Когда придёт время, Лиза вытянет тень из Лены и вернёт её в Мир теней.

— Вы умеете вытягивать тени? – обратилась Нина к Лизе.

— Да, я из Междумирья. Я могу, если так можно выразиться, вытягивать и держать тени и отделять их от физических воплощений.

— Междумирье?

— Ну, если Бренный мир и Мир теней представить разделёнными широкой рекой, то Междумирье – это остров на этой реке. Мы чем-то похожи и на людей и на тени.

— Ладно, хватит Нине впечатлений на сегодня, – сказала Марина Николаевна. – Пойдём, Нина, я дам тебе чистое полотенце и отравлю в ванную. Пока будешь мыться, я тебе постелю. Завтра пойдёте с Лизой и Марком исследуете брешь. Я устрою так, что у тебя тоже будет больничный, так что за учёбу не переживай. Будем надеяться, что за неделю другую мы со всей этой чертовщиной управимся. А пока держись к нам поближе. Очевидно, что оставаться одной тебе небезопасно.

— Хорошо, Марина Николаевна, спасибо, – сказала Нина и пошла мыться.

* * *

Когда следующим утром Нина вошла в кухню, все уже сидели за столом и завтракали.

— А, Ниночка, присоединяйся, – пригласила её Марина Николаевна. – Ты выспалась?

— Спасибо! Я очень хорошо поспала, – ответила Нина. – Марина Николаевна, я хотела задать вам один вопрос.

— Конечно, спрашивай.

— Вчера в маршрутке я приказала водителю высадить меня и перестать преследовать, но он не послушался. Хотя с собакой мой дар сработал. Я не понимаю, почему так получается.

— Ой, я помню, ты говорила. Я не обратила внимание и не объяснила тебе сразу. Дело в том, что в Книге судьбы не ведутся записи о работе Механизма судьбы. Там никогда не упоминаются ни Писари, ни Надежда, ни Кости, ни что-либо ещё, что имеет отношение к судьбе. С недавних пор туда не пишется и твоя судьба. Это защищает Механизм судьбы от рекурсий. Ты не можешь предопределить, что третье лицо сможет как-то соприкоснуться с элементами механизма. То есть, если ты предпишешь мне встретиться с тобой или Гогой, то запись в Книге не будет сделана, это будут просто слова. Поэтому водитель и не высадил ТЕБЯ и не перестал преследовать ТЕБЯ. Тебе надо было приговорить его остановиться у края дороги, открыть дверь и ждать пять минут, не сходя с места. Это бы сработало.

— Чёрт, так просто.

— Но ты всё равно справилась. И то, чтобы не использовала лишний раз свои способности, очень даже хорошо.

— Сегодня едем латать брешь, – сказал Марк Нине. – Ты готова?

— Боюсь представить, как это будет выглядеть.

— Мы приедем в аномалию...

— Аномалию?

— Да, там, наверняка, будут твориться какие-нибудь странности. Я найду центр искажений. На материальном уровне там будет что-нибудь вроде двери или прохода. Я распутаю клубок и выправлю ткань мироздания. И брешь закроется.

— А я уже подумала, что у тебя есть какая-нибудь иголка и нитка пространства, – рассмеявшись сказала Нина.

— Я сам тут новенький, – ответил ей Марк. – И меня тоже поначалу забавляли все эти метафорические названия. Но потом привык и уже не замечаю. Когда я буду делать своё дело, вы с Лизой будете меня охранять. Моё тело как будто окаменеет и я перестану воспринимать всё, что будет со мной происходить здесь. Так что смотрите, не потеряйте меня Я не хочу очнуться где-нибудь на дне реки.

— Не переживай, – отреагировала Лиза. – Я за тобой присмотрю. И не за такими присматривала.

Спустя пятнадцать минут все в компании закончили свой завтрак и засобирались на выход. В прихожей Марина Николаевна пожелала ребятам удачи и троица вышла из квартиры.

* * *

Спустившись во двор, Марк повёл девушек к машине. Затем он открыл и завёл автомобиль и спросил Лизу адрес, чтобы проложить маршрут в навигаторе.

— Ничего себе! – воскликнула Нина. – Это же недалеко от моего дома.

— Я почему-то не удивлена, – сказала Лиза.

— Ладно, давайте потихоньку выезжать, – предложил Марк. – Пусть по дороге прогревается, а то, я смотрю, нам ехать не меньше часа. Сейчас утренний час-пик, всем на работу нужно.

Марк сел на кресло водителя, а девушки расположились на заднем сиденье. Автомобиль тронулся и Нина задумалась о том, как резко поменялась её жизнь за последние дни.

— Не грусти, – обратилась к ней заметившая перемену в Нинином настроении Лиза. – Всё наладится и вернётся на круги своя. Ты не думай, что весь загробный мир против нас четверых. Нет. Что ты! Нас таких в Москве сейчас несколько сотен человек собралось. Ты посмотри, какие ужасы творятся, а почти никто ничего не замечает. Мы всё исправим. Обязательно исправим.

— Мне жутко, понимаешь? Эта толпа в университете, собака, водитель, протухшие продукты. Я к такому морально не готова. Вся эта ситуация гнетёт меня.

— Ну, успокойся. Есть в этом деле свои издержки. Я не люблю, когда обычным людям приходится с таким сталкиваться. Весь смысл моего существования в том, чтобы оберегать таких как ты от соприкосновений с Миром теней. Но не всё зависит от нас.

Нину обрадовало, что Лиза проявила к ней сочувствие и она начала потихоньку успокаиваться и приходить в себя. Лиза расспросила Нину про её учёбу и за разговором девушки довольно занимательно скоротали время.

Между тем автомобиль въехал в какой-то лес и Нина встревожилась:

— Марк, слушай, мы едем с юго-запада на север, правильно?

— Ну, да.

— Мы не должны проезжать Сокольники.

— Логично. Но я еду по навигатору.

— Ну так посмотри в масштабе.

Марк уменьшил на экране карту так, что на ней поместилась почти вся Москва.

— Чёрт! – выругался Марк, – По карте мы уже приехали.

— Но здесь нет парка, через который можно проехать на автомобиле.

Марк остановил автомобиль у обочины, расположился в кресле поудобнее и сказал:

— Ну что, девчонки, посторожите моё тельце, пока я прогуляюсь.

Сначала всё выглядело так, будто бы он засыпает. Но потом его тело как бы напряглось. Нина коснулась его пальцем и почувствовала, что он твёрдый, как камень. Секунд чрез двадцать Марк пришёл в себя.

— В общем, не верьте глазам своим. Мы на месте. Линии кривые как волны. И в направлении дороги с уклоном вправо кривизна и спутанность нарастают. Там центр аномалии и соответственно брешь.

— Ну, что, готова?! – бодро произнесла Лиза,обращаясь к Нине.

— Куда деваться-то?! – с улыбкой ответила ей Нина.

— Тогда пошли!

И все трое вышли из машины.

Глава 6. Аномалии пространства

— Так, девушки, – начал инструктаж Марк, – ситуация весьма и весьма необычная. Я бы даже сказал странная. Странная даже для нас, учитывая, чем мы занимаемся.

Едва Марк договорил, как Нина упала на землю, словно её что-то сбило с ног.

— Как будто бы собака пробежала! – пожаловалась Нина, подымаясь.

Марк на долю секунды начал каменеть, но тут же вышел из своего особого состояния, в котором видел, как разлиновано пространство.

— Нина, повернись в торону, куда я указываю пальцем, – скомандовал Марк. – А теперь ровно три шага вперёд. Лиза, ты встань рядом с ней.

Девушки выполнили распоряжение Марка и вопросительно посмотрели на него.

— Так вот, родные мои, навигатор показывает всё правильно. Мы находимся во дворе нужного нам дома. Вокруг нас мираж. И, судя по всему, видим этот мираж только мы. Тебя, Ниночка, собственно собака и сбила. Сейчас мы стоим на пустынной площадке за бойлерной. Надеюсь, ни у кого не возникнет желания сюда сейчас припарковаться. Глядя на разлиновку ткани мироздания, я вижу истинные очертания этого места. Но мираж очень сильный.

— Марк, – обратилась к нему Лиза, – никакой странности здесь нет. Просто ты новенький. Мираж видим только мы по той простой причине, что нас здесь ждут.

— Ты хочешь сказать, что мы в засаде?

— Пока вы со мной, это бессмысленно. Но факт остаётся фактом, кто-то знает, что мы здесь. Ладно, веди. Смысл тут стоять?

Пока Марк потихоньку вёл девушек через двор так, чтобы они ни с кем не столкнулись и ни во что не врезались (со стороны троица напоминала немного пьяную компанию), Нина спросила Лизу:

— Лиз, ну, а какой толк мне-то с вами здесь ходить? Я-то чем вам помогу?

— Тени бессильны передо мной и такими, как я. Поэтому тебе нужно держаться одного из нас. Поскольку тебя обнаружила Марина Николаевна, ты в нашей группе. Ты с твоими новыми способностями представляешь огромный интерес для тех, кто всё это устроил. А я буду беречь тебя, как хрустальную вазу.

Нина глубоко задумалась и ничего не ответила.

* * *

Марк встал перед дверями подъезда и стал перебирать известные ему универсальные домофонные коды. Один из кодов подошёл и он открыл подъездную дверь.

— Заходите, – скомандовал он девушкам.

— Ты тоже видишь, что мы в лесу заходим в висящую в воздухе подъездную дверь, причём видна только её внутренняя часть? – спросила Лизу Нина.

— Разумеется. Так всегда и бывает.

— У меня в первый раз, – то ли сиронизировала, то ли всерьёз сказала она.

Все трое зашли в подъезд и прошли к лифтам. Нина узнала это место. Это был седьмой подъезд двадцать третьего дома. Она бывала здесь несколько раз. Здесь жила одна из её подруг, пока их семья не переехала. Иногда зимой они забегали сюда с подружками погреться или просто посидеть на лестничной клетке, так как Нина знала код от этой двери.

— Ну что, – начал Марк, – предлагаю подняться на лифте на четырнадцатый этаж, а уже оттуда спускаться пешком и проверять этаж за этажом.

— Что мы, собственно, ищем? – Нина слабо представляла, что сейчас должно происходить.

— Мы, по-моему, уже говорили, – ответила Лиза, – это будет что-то похожее на дверь или проход.

— Но мы в подъезде, здесь одни двери, – удивилась Нина.

— Очень вероятно, что дверь будет выглядеть как-то неестественно. Например, окажется на потолке. Эта дверь – просто воплощение бреши. Марк способен увидеть её истинную пространственную сущность и, что самое главное, исправить ткань мироздания. С нашей стороны это будет выглядеть так, будто бы Марк окаменел, а потом бац и дверь пропала, как и не было. Всё, дело сделано. А пока Марк будет пребывать в своём особом состоянии, мы за ним присмотрим.

К этому моменту подъехал лифт и друзья вошли в кабину. Марк нажал кнопку четырнадцатого этажа и двери лифта стали закрываться. В лифте заиграла музыка и табло начало отсчитывать этажи.

Когда лифт приехал и двери открылись, Нина вздрогнула от испуга: лифт оказался на первом этаже, хотя все её ощущения, а не только табло, говорили о том, что свои четырнадцать этажей вверх он должен был проехать.

— Не бойся, такое бывает, – Лиза положила Нине руку на плечо. – Марк, нажми, пожалуйста, второй этаж.

Марк выполнил просьбу Лизы и двери лифта снова закрылись. Лифт начал движение, но на втором этаже не остановился.

— Опять на четырнадцатый поедет, – подумал вслух Марк.

Но лифт не остановился на четырнадцатом, а продолжал ехать. Теперь и по Марку было видно, что он встревожен. Тем более напряглась Нина.

— Ну, чего вы как маленькие? Давайте подождём, что будет, когда табло досчитает до сотни, – сказала Лиза. Она была единственной в лифте, кого данная ситуация вообще не смущала.

— Но, Лиза, мы не находим это любопытным... – начала было Нина, но Лиза перебила её:

— А зря, ребята. Это искажение и лучшее, что с ним можно сделать – дать ему полностью проявить себя. Этот лифт просто искажает наше восприятие. Он не работает и стоит на первом этаже, мы никуда не едем.

С этими словами она начала раздвигать створки дверей. Через некоторое время створки поддались и двери стали раскрываться. Всё это время все трое чувствовали, что лифт якобы движется вверх, а табло продолжало отсчитывать этажи.

— Просто шагаем наружу, не обращаем внимание на чувство подъёма, – скомандовала Лиза.

Друзья один за другим вышли из лифта на площадку первого этажа и ощущение движения вверх немедленно прекратилось.

* * *

— Что же, придётся идти пешком, – едва ли не со вздохом произнёс Марк.

— Не кисни, – как ни странно в этот раз Марка пыталась приободрить Нина, – максимум четырнадцать этажей. Может нам раньше повезёт.

— Не, вряд ли, – ответил Марк, – я же помню геометрию этого искажения. Оно к верху нарастает. Брешь ближе к крыше.

— Ну, потерпишь, значит, – полушутя сказала Нина и ребята начали подниматься по лестнице.

На втором этаже Лизе стало окончательно ясно расположение квартир:

— Итак, ребята, два крыла на этаже, в каждом по три квартиры. Проверяя крыло, во-первых, смотрим на стены, там должно быть три двери. Затем смотрим на потолок. И затем, не забываем, смотрим на пол. На пол смотрите внимательнее. Где-то ковёр, где-то линолеум люди постелили. В узорах такого покрытия может прятаться дверь. Кроме того, всевозможные шкафы, ящики, сундуки, если таковые окажутся, могут быть тем, что мы ищем.

Друзья вошли сначала в левое крыло, а затем в правое. Ничего кроме квартирных дверей там не обнаружилось.

— Лиз, а почему Марк просто не войдёт в своё особое состояние и не посмотрит хоть примерно, на каком этаже искать? – поинтересовалась Нина.

— Странно, что ты спрашиваешь Лизу, а не меня, – с улыбкой сказал Марк.

— Это чтобы ты не зазнавался, – пошутила в ответ Нина.

— На самом деле, – заговорила Лиза, – на это уходят определённые силы, которые Марку лучше поберечь. Плюс в этом состоянии он очень уязвим. И хотя я рядом, зачем рисковать лишний раз.

Друзья осматривали этаж за этажом и по мере продвижения вверх старались быть всё более внимательными. К счастью в большинстве случаев крыло было отделено от лестничной площадки обыкновенной тамбурной дверью.

На одном из этажей дверь была заперта, но Марку удалось взломать замок, и ему не пришлось переходить в другое состояние, чтобы проверить, что там внутри.

На очередном этаже Нина обратилась к друзьям:

— Кто-нибудь этажи считает?

— Конечно, – ответила Лиза, – это десятый.

— Это не десятый. Я тоже насчитала десятый, но это не десятый. Я раньше была в этом подъезде. На десятом жила моя подруга. Я, конечно же, поднималась к ней на лифте и промежуточные этажи слабо себе представляю, но это точно не десятый.

Марк внимательно осмотрел левое крыло. Посмотрел на номера квартир, посчитал в уме и вынес свой вердикт:

— Это седьмой.

— Седьмой?!

— Седьмой. Давайте подымемся выше.

Этажом выше Марк снова проверил номера квартир, пересчитал в уме и сказал:

— А это четырнадцатый.

— То есть этажи как бы перепутаны? – вслух задалась вопросом Нина.

— Посмотрим. По нашим подсчётам это одиннадцатый. Давайте для начала осмотрим все четырнадцать, – предложил Марк.

Они спустились ниже, чтобы ещё раз осмотреть "десятый", который оказался не десятым. Но тут сделала замечание Лиза:

— Это не тот неправильный десятый, который был сначала. Это другой неправильный десятый.

— Похоже, что неважно куда мы идём, вверх или вниз. Этаж меняется случайным образом, – Марк сосредоточенно думал, как в этой ситуации поступить и вдруг предложил. – Смотрите, девушки, мы где-то близко к центру аномалии. Я уверен, что первые этажи счёт был верным и начал искажаться только сейчас. Давайте поднимемся этажей на пять и будем вести им учёт. А также помечайте лестничные марши, не удивлюсь, если они тоже тасуются.

Марк достал из кармана мел и протянул Нине, которая сразу же поставила крестик на стене.

Пройдя шесть этажей они убедились, что блуждают между седьмым, восьмым и девятым этажами.

— Давайте так, – заговорил Марк, – сейчас встанем между этажами, я перейду в мир нашей с вами геометрии и буду выправлять ткань мироздания. Вы меня, соответственно, сторожите. Я уверен, что мы близки к центру аномалии и искать вот прямо физическую дверь необязательно. В конце концов, она может оказаться у кого-нибудь в квартире или на внешней стене здания. Я всё выправлю и залатаю брешь и мы поедем пообедаем.

— Хорошо, – одобрила план Лиза.

Друзья спустились на площадку между этажами. Марк сел на корточки в угол и начал каменеть. Лиза встала рядом с ним, а Нина облокотилась о перила.

Вдруг Нина выронила из рук мел, которым отмечала лестничные пролёты и тот, прыгая по ступенькам, упал на этаж ниже.

— Хорошо хоть не между перилами попал, – прокомментировала она и спустилась по пролёту, поднять мел.

Когда она обернулась, чтобы подняться на площадку между этажами, то увидела, что там никого нет: ни Лизы, ни Марка. Всё выглядело так, будто это совершенно другая междуэтажная площадка.

— Чёрт! – испуганно выкрикнула Нина, – дался мне этот мел?!

Пока Нина думала, как ей быть в этой ситуации, сверху послышался звук открывающейся и закрывающейся двери. Кто-то вышел из квартиры и стал спускаться по лестнице. Что-то подсказывало Нине, что встреча с незнакомцем ей нежелательна и она стала спускать вниз.

Постепенно шаги стали ускорятся и Нине пришлось уже прыгать по ступенькам, чтобы хоть как-то удерживать дистанцию между собой и преследователем. Ей было очевидно, что она бежит лишь между тремя этажами, но это, к сожалению, не седьмой-восьмой-девятый и на междуэтажных площадках встретить друзей ей было не суждено.

"Так не может продолжаться вечно", – Нина забежала в правое крыло одного из этажей и стала ждать.

Через несколько секунд туда же вошёл незнакомец. Она узнала в нём водителя маршрутки, который хотел увезти её куда-то ещё буквально вчера.

— Сейчас-то я знаю, что с тобой делать. Ты выйдешь из подъезда и никогда сюда больше не вернёшься, – видимо, мироздание не любило мешкать с приговорами, которые выносила Нина, ибо мужчина за доли секунды повернулся и побежал вниз по ступеням намного быстрее, чем когда преследовал Нину.

Нина встала на лестничной клетке и стала рассуждать: "Марк делает своё дело и наверняка сделает его как надо. Если приказать Лизе найти меня, она вынуждена будет оставить Марка одного и тот окажется в опасности. Всё, что мне остаётся – терпеливо ждать. Сколько длится его работа? Пять минут? Час? Восемь часов? Он собирался успеть пообедать. Значит не больше, чем несколько часов.Тогда я просто подожду. Марк всё исправит и они найдут меня сами".

Сэтими мыслями Нина достала из сумочки телефон и попробовала почитать что-нибудь. Но ей было слишком тревожно и она стала просто ходить из стороны в сторону, постоянно прислушиваясь к тому, что происходит не лестнице.

Долгое время вокруг царила полная тишина, пока минут через тридцать снизу не послышались шаги. Это были Марк с Лизой, которые закончили свою работу и теперь искали Нину.

— Какая ты молодец, что нас спокойно дождалась, – обняла её Лиза. – Я так переживала, что ты заставишь нас тебя искать и или я оставлю Марка или он очнётся, не завершив работу. Я чувствовала, что где-то неподалёку тень, но была уверена, что ты сама её прогонишь. Ну пойдёмте вниз. Мы, кстати, сейчас на пятом.

Нина спускалась вниз в очень задумчивом состоянии. И за всё время не проронила ни слова. Когда друзья вышли из подъезда, Марк спросил:

— Ну что, куда пойдём покушать?

— Знаете, – сказала Нина, – не принимайте, пожалуйста, это на свой счёт, но мне нужно остаться одной и всё обдумать. Не идите, пожалуйста, за мной.

Нина повернулась и пошла в сторону улицы, оставив Марка и Лизу одних.

Глава 7. Важное решение

— То, что вы мне сейчас рассказали, не может не удручать, – Александр Александрович и Марина Николаевна прогуливались в парке. Александр Александрович выглядел слегка угрюмым, чего с ним обычно не случалось. Внешне он всегда производил впечатление эдакогободренького старичка, не очень активного, но всегда очень сосредоточенного.

— Ну, а что ребята могли сделать? Бежать за ней? Уговаривать её ходить везде с ними? Девочка была напугана произошедшими с ней событиями и мы считали, что она осознаёт свой интерес держаться к нам поближе.

— Ситуация намного сложнее, чем нам казалось на первый взгляд. Как вы понимаете, сейчас в Бренном мире не две и не три тени. Здесь целая армия.

— Но они себя не проявляют как целая армия.

— Пока не проявляют. Мы пришли к выводу – и этот вывод в последствии подтвердился многочисленными фактами – что армия теней присутствует здесь по нашу душу. То есть какая-то тень, наделённая свободой воли в Мире теней, бросает нам, Хранителям большого порядка, вызов. Именно поэтому все бреши в одном городе. Было бы логичней разбросать их по земле и осложнить нам поиски. Но нет, всё в одном месте и мы все теперь тоже в одном месте.

Я с трудом представляют на что рассчитывают тени. Бойцы из Междумирья на нашей стороне и тени перед ними – беспомощные дети. Но, тем не менее, армия здесь и таится по углам. Людей они не касаются никак. Работают строго против нас.

С девушкой же ситуация особая. Если какой-то тени удастся захватить её волю, то боюсь, нам уже ничто не поможет. Девушка, став часть механизма судьбы, не может делать записи в Книгу судеб, напрямую касающиеся её. Но завладевшая её волей тень сможет руками девушки писать что-угодно о себе. Я думаю, что тень запросит себе божественное всемогущество. А девушка будет вечно служить ей писарем.

— Мы можем попросить её сделать для нас какие-то записи в Книгу судеб, которые помогут нам в короткие сроки расстроить планы теней и вернуть всё на круги своя.

— Подобные действия – есть нарушение Большого порядка. Мы клялись оберегать Большой порядок и не можем преступить клятву.

— Александр Александрович, не ругайтесь, пожалуйста. Я сказала, не подумав. Что же по-вашему нам теперь делать?

— Продолжать делать то, что мы и так делали: латать бреши. Мы, кстати, заделываем их быстрее, чем повляются новые. Затем выслеживать тени и отправлять их восвояси.

Что касается девушки, то её нужно найти и начать за ней присматривать. Она разумно пользуется своим новым даром для защиты себя. Но мы не знаем, что за тень попытается завладеть её волей. Если это окажется Тщеславие и ваша Нина вдруг решит, что она-де получила свой дар потому, что всех нас достойней, а остальные все вообще недочеловеки, то и для нас, и для неё это всё в итоге закончится печально.

Впасть в гордыню и потерять себя – дело двух или трёх соответствующих поступков. Поэтому нельзя, чтобы тень Тщеславия к ней даже приблизилась... Если, конечно, нам угрожает Тщеславие... – в этот момент Александр Александрович снова помрачнел.

* * *

"Мне просто нужно отдохнуть и собраться с мыслями, – думала Нина, собирая вещи у себя дома. – Поеду к бабульке, погуляю там у неё в Раменском. Съездим с ней на рынок, купим чего-нибудь вкусненького. Бабулька мне чебуреков своих нажарит".

Нина собрала в рюкзачок бельё на несколько дней, взяла туалетные принадлежности и косметику, позвонила бабушке и поехала в её сторону. На улице уже вечерело и она рассчитывала доехать до бабушки к ужину. Она без приключений добралась до метро Выхино, где пересела на электричку до Раменского.

В вагоне ей удалось занять одно из немногих свободных мест, но уже в Люберцах в вагон среди прочих пассажиров вошла пожилая женщина. Нина уступила ей место:

— Садитесь, пожалуйста.

— Спасибо! – ответила женщина и с доброй улыбкой посмотрела на Нину.

Становилось немного душно и Нина, подумав, что видимо в этом вагоне не очень хорошо работает кондиционер, решила попытать счастья в соседнем. Она стала потихоньку пробираться через толпу и вышла в тамбур. Не задерживаясь, она прошла в соседний вагон, который оказался таким же заполненным, как первый.

"Ну да, уже вечер. Что я хотела? Народ с работы возвращается".

Она решила пройти немного в глубь вагона и встать там, где будет поменьше людей и ей с её невысоким ростом будет удобней держаться. Проходя, она периферийным зрением заметила что-то странное и остановилась. "Вот пройду просто мимо и не буду оборачиваться. Не хочу себе настроение портить". Но любопытство взяло своё и Нина обернулась.

"Да чёрт возьми! – Нине захотелось выругаться в голос. – Вы меня, наверно, никогда в покое уже не оставите!"

На том самом месте, где она её оставила, сидела милая пожилая женщина, которой Нина несколько минут назад уступила место.

Девушка уверенно направилась в соседний вагон к тому же месту, чтобы убедиться, что на том же месте будет сидеть та же старушка.

Так и было.

Нина решила не робеть и взять быка за рога:

— Здравствуйте ещё раз! – обратилась она к пожилой женщине.

— Здравствуй, моя хорошая! – глаза бабушки по-прежнему источали доброту и нежность. – Спасибо тебе, цветочек, что бабушке место уступила. Тут все с работы уставшие, я всех понимаю. Но самой стоять всё равно очень тяжело, хоть я и не с работы.

— А чем вы занимаетесь? – поинтересовалась Нина. Ответ бабушки показался ей очень убедительным и она стала подозревать, что проблема не в старушке.

— Так на пенсии я. В Люберцы ездила дочку проведать. Так она у меня тоже уже на пенсии. Сейчас домой еду, в Белозёрск. Была там у нас когда-нибудь?

— Была, конечно. С бабушкой ездили и с родителями. У меня бабушка в Раменском.

— Ну, привет ей от бабы Кати передавай. Здоровья пожелай.

— Хорошо, бабушка, передам. И вам здоровья. Я пойду в другой вагон место поищу, а то тут тесно.

— Здравствуй, моя хорошая! Спасибо тебе, цветочек, что бабушке место уступила. Тут все с работы уставшие, я всех понимаю. Но самой стоять всё равно очень тяжело, хоть я и не с работы.

"Похоже бабушка по второму кругу пошла. Ладно, старость не радость." Нина внимательно оглядела бабушку и её соседей. Посмотрела во что все были одеты, у кого какие были с собой сумки. Затем уверенно направилась в соседний вагон.

В соседнем вагоне, дойдя до своего места, она убедилась, что там сидят все те же люди и, разумеется, та же бабушка.

Нина снова поздоровалась со старушкой и снова получила тот же ответ. Она снова поинтересовалась чем та занимается и снова услышала историю про дочь-пенсионерку и встречный вопрос про Белозёрск. Но не успела она ответить, как бабушка вернулась к своей первой реплике:

— Здравствуй, моя хорошая! Спасибо тебе, цветочек, что бабушке место уступила. Тут все с работы уставшие, я всех понимаю. Но самой стоять всё равно очень тяжело, хоть я и не с работы.

Нина побледнела и не на шутку перепугалась. Её электрическим током пронзила пугающая догадка: "Нет, дело точно не в старушке. Дело во времени". Она молча достала телефон и стала с тревогой смотреть на часы. В 19:14 табло сменилось на 19:10.

"Боже, что же делать?!" – Нина лихорадочно соображала, как ей сформулировать запись в Книгу судьбы, чтобы не упоминая себя вывести ситуацию из этой пространственно-временной петли, но ничего в голову не приходило.

"Я замкнута в пяти минутах времени и одном вагоне пространства. Не удивлюсь, если, выпрыгнув в окно, я снова окажусь в вагоне. Впрочем, пробовать этого я всё равно не буду. У меня тут чуть ли не вечность, чтобы всё обдумать".

Она стояла в оцепенении погружённая в собственные мысли, которые в этот момент рисовали печальную картину вечного пребывания в душном вагоне. В этот момент кто-то тронул её за плечо. Она обернулась и к ней обратился мужчина лет сорока:

— В принципе отсюда есть выход. Причём за помощь я попрошу ответную услугу.

— Какую?

— Я назову её только после того, как вы согласитесь на мои условия.

— Я смотрю у вас губа не дура, – Нина начала накаляться.

— Да бога ради. Я же не навязываюсь, – закончив фразу мужчина посмотрел на часы и отвернулся.

"Смотри-ка, с каким видом он на часы поглядывает!"

— Вы сейчас мне скажете, в чём будет заключаться ваша ответная просьба, – Нина решила не спешить с более серьёзными приказами. Мужчина снова повернулся к ней:

— Сейчас мне ничего от вас не нужно. Но я знаю о ваших способностях и хотел приберечь этот, скажем так, должок до лучших времён.

"Какой запасливый. А что если я тебя заставлю вытащить меня отсюда". Хотя за окном уже темнело, Нина внезапно увидела ворон на одном из деревьев, которые поезд проезжал в ту секунду. Она почему-то подумала о Гоге и даже предположила, что среди ворон на том дереве был и Гога.

"А ведь ты не зря напомнил о себе. мой родной. Не зря..." Немного подумав, она прошептала:

— При первой возможности Марк и Лиза явятся сюда и выправят эту аномалию.

Не прошло и секунды, как она увидела открывающиеся двери тамбура и входивших в вагон Марка и Лизу.

— Как же я рада вас видеть!

— Мы тебя тоже, – ответила Лиза и обняла Нину. – Ну, пошли в тамбур, всё расскажешь, как ты угодила в эту передрягу.

Друзья вышли в тамбур и Нина пересказала свои приключения в пространственно-временной петле.

— Да уж, ты молодец, что не заставила этого мужчину вытащить тебя отсюда, сказал Марк.

— Почему? В смысле, я тоже рада, что позвала вас. Просто мне интересно, что вы об этом думаете.

— Просто, Ниночка, – немного испуганно сказал Марк, – это всё не шутки. Из любой такой петли или западни есть выход в Мир теней. Понимаешь, к чему ты могла приговорить его, а косвенно и себя.

— Это Гога мне помог.

— Ты видела Гогу? — оживлённо спросила Лиза.

— Не знаю. Но я о нём вспомнила.

В этот момент электричка подъехала к станции и в тамбур вышла та самая старушка.

— Бабушка, вам же до Белозёрска. Это не ваша станция, – обратилась к ней Нина.

— В этот раз тебе повезло, цветочек. Но я своего добьюсь, поверь мне, – сказала старушка и вышла в открывшиеся двери.

— Лиза? – Марк вопросительно посмотрел на Лизу. Та сосредоточилась, как будто прислушалась к чему-то и сказала:

— Да! Точно! Это тень. Точно, тень! Но это незаметно. Вообще незаметно. Боже! Как так?!

Глава 8. Хранители большого порядка

Друзья доехали до Раменского и пошли к Нининой бабушке в гости.

— Ого, сколько вас! – удивилась она. – Ладно, сейчас придумаю, чем вас накормить.

— Привет, бабуль! – обняла и поцеловала бабушку Нина. – Я друзей в электричке встретила. Давно не виделась с ними, решила их к нам пригласить, поужинать. Это Марк, а это Лиза. Ребята, это моя бабушка Наталья Александровна.

— Здравствуйте! – ребята поздоровались.

— Здравствуйте, здравствуйте! Ну, проходите на кухню, мойте руки, я вам сейчас пельмени поставлю. Вы их сами уже тогда сварите, а я спать пойду. Я тебя, Ниночка, пораньше ждала.

— Там авария какая-то на железной дороге была. Я на семичасовой ехала.

— Понятно, ну, садитесь, чай пока наливайте, – вся компания уже прошла и устраивалась на маленькой кухне.

Поставив воду на газ и достав из морозилки пельмени, Нинина бабушка пошла спать и ребята остались наедине.

— Нинуль, – заговорила Лиза, – ну, куда ты от нас ушла тогда?

— Лиз, без обид. Мне нужно было остаться одной и всё обдумать. Сама понимаешь, жизнь меня к такому не готовила. Плюс ты пообещала меня защитить. Мне, знаешь, роль оберегаемой хрустальной вазы не очень нравится. Я подумала, поехать к бабуле, пожить у неё тут пару дней, отдохнуть от всего. Но, как видите, покой нам только снится.

— Ну, и что ты сейчас думаешь делать?

— Знаешь, раз уж не удаётся от всего этого изолироваться, я хотела бы принять в этом всём более деятельное и активное участие.

— О! Это запросто. Что-что, а руки нам сейчас очень нужны. Давай тогда завтра едем в Москву, начнём с разговора с Мариной Николаевной (я ей, кстати, позвонила пока мы от станции сюда шли). А дальше мы тебя кое-чему научим и ты сама сможешь за себя постоять.

— Отлично!

Пельмени потихоньку сварились и друзья принялись за еду. Марк рассказал Нине, как он героически расправился спространственно-временной ловушкой, в которую она попала. Как вокружающей реальности хоть и замедленно, но всё же продолжало идти время, пока у Нины оно шло по кругу. Как её приказ в Книге судеб трансформировался внутри него и Лизы в сильнейшее чувство долга и абсолютно ясное и чёткое понимание того, куда надо идти и что делать.

Поужинав, уставшие друзья отправились спать. Бабушка постелила Нине с Лизой на кровати, а Марку достался надувной матрас на полу. Все трое уснули за считанные минуты и на следующий день проснулись уже в семь утра, выспавшиеся и бодрые.

* * *

Позавтракав, ребята решили не тянуть с делом и поскорее ехать к Марине Николаевне.

— У нас здесь есть свой таксист. Ехать с ним будет безопаснее всего, – рассказала Лиза. – Сейчас я ему позвоню и минут через тридцать он приедет.

— Не долго ли? – удивилась Нина.

— Ну, время раннее, он наверняка ещё в постели.

— Ну да. Я пойду с бабулей посижу поболтаю, а вы чай пока ещё попейте.

Нина пошла в комнату к бабушке и стала расспрашивать её о делах и здоровье. За разговором время пролетело незаметно и вот уже Лиза постучалась к ним в комнату и тихонько сказала:

— Ниночка, нам пора, машина уже подъехала.

Ребята собрались в прихожей и стали обуваться. Туда же пришла Нинина бабушка со всеми попрощаться. Нина поцеловала бабулю и друзья, спустившись на улицу, сели в машину.

— Нина, это наш хороший друг Лёня, – представил седовласова водителя Марк, севший на переднее пассажирское сидение. Девушки опять расположились сзади.

— Очень приятно, я Нина.

— Взаимно.

Едва договорив, Лёня тронулся и машина выехала со двора на ближашую улицу. Нина сидела справа и рассматривала магазины, которые они проезжали по мере движения. Когда машина остановилась на светофоре, она, присмотревшись к входу одного из магазинов, вскрикнула:

— Ребята, смотрите!

— Что там? Где? – в один голос спросили её спутники.

— Да вон же. Короче, выходим. Лёнь, там через сто метров парковка, жди нас там, – Нина открыла дверь вышла из машины. Светофор всё ещё горел красным для автомобилей и Лиза с Марком также без труда выбрались и побежали за Ниной в сторону тротуара.

— Куда они улизнули? – раздражённо и немного испуганно спросила Нина, когда добежала до входа в магазин.

— Кто? Может в магазин, – сказал Марк.

— Магазин ещё закрыт, – констатировала факт Нина, – Чёрт! Пока бежишь сюда от дороги, есть участок, где деревья это место загораживают и ничего не видно.

— Нин, ну, ты скажи нам хотя бы что искать. Что ты видела?

— Я видела трёх женщин. Одна из них пожилая женщина, я просто уверена, что это та самая бабушка, с которой я имела неудовольствие познакомиться вчера в электричке. А ещё две... – Нина запнулась. – Короче, ещё две выглядели точь-в-точь как моя бабушка и я.

— Такое возможно, – успокоила её Лиза. – Не переживай, это не самая страшная чертовщина.

— Да уж, видали и пострашнее, – Нина действительно выглядела в целом спокойной. – Но я переживаю за бабушку. Я ей позвоню.

— Телефон будет недоступен, – предупредила Лиза.

— Откуда ты знаешь?! – удивлённо спросила Нина, которая и в правду не смогда дозвониться.

— Это провокация. Если ты поддашься на неё и мы сейчас пойдём обратно к твоей бабушке, то там нас ждёт ловушка. И я боюсь даже предположить, какая это будет ловушка. Я предлагаю просто ехать дальше. Я уверена, что вечером, когда станет абсолютно ясно, что ты не поддалась, ты спокойно дозвонишься до своей бабули.

— Но вдруг с ней что-то случилось.

— Главное, чтобы с тобой ничего не случилось.

— Нельзя так говорить, я не могу так, – Нина чувствовала резон в словах Лизы, но волнение за бабушку брало своё.

— Ниночка, родненькая, пойми: если что, то ты-то как раз воскрешать умеешь и уже это делала, а вот твоя бабушка – нет.

— Убедила, – с лица Нины, казалось, сошла всякая мимика, а взгляд стал целеустремлённым, словно её самая важная конечная цель была всего в нескольких метрах от неё. – Едем в Москву. Поговорим с Мариной Николаевной. А дальше разберёмся.

* * *

Когда друзья вошли в квартиру, Марина Николаевна уже приготовила чай и расставила чашки:

— Заходите, мои хорошие. Разувайтесь, мойте руки и проходите на кухню.

Все расселись и Лиза пересказала Марине Николаевне все приключившиеся с ними за вчера и сегодня события. По ходу изложения Марина Николаевна задавала уточняющие вопросы и в конце выглядела уже немного встревоженной:

— Знаете что, дело начинает принимать довольно серьёзный оборот. Тот факт, что теней совершенно не смущает Лиза, не может не настораживать. Я понимаю их попытку загнать тебя в ловушку в электричке, ты там была одна. До этого в подъезде дома ты сама оторвалась от группы и сразу к тебе пристал тот мужчина. Но утром в машине вас было четверо. Если бы ты настояла на том, чтобы идти к бабушке, вы совершенно очевидно пошли бы туда вместе с Лизой. Для тени встретится с Лизой – всё равно что пух коснулся огня: доля секунды и тени нет. Но им было плевать, они заманивали вас всем скопом.

— Кстати, – вдруг вспомнила Лиза, – забыла сказать. Про ту бабушку в электричке. Когда она выходила и проходила мимо нас, я не поняла, что это тень. Точнее, конечно же поняла, но далеко не сразу. Прошло несколько секунд. И то, только после того, как я стала сознательно прислушиваться к своим ощущениям. Обычно же я вижу их просто на автомате, как вы видите иностранца, по десяткам мелких признаков.

— Несколько секунд плюс фактор внезапности – этого достаточно, чтобы даже тебе дать бой. Без особых шансов, но хоть что-то. Скорее всего они надеялись вас разлучить и как-то справиться с вами по одиночке.

— Ну да, выходит, что так, – Лиза немного задумалась. Потом, будто опомнившись произнесла. – Кстати, Нина хочет вам кое-что сказать.

— А, да! Чуть не забыла, зачем приехала. Марина Николаевна, я хотела бы присоединиться к вашей деятельности по борьбе со всей этой чертовщиной в качестве какой-то самостоятельной единицы, что ли. Они всё равно не оставят меня в покое, а быть балластом на шее у Лизы мне не нравится. Я могу научится каким-то полезным в вашем деле навыкам или как-то более активно задействовать уже имеющийся у меня дар.

— Что же, это хорошая идея, наверное. Люди нам действительно нужны. Хотя я всё равно считаю, что тебе ни при каких обстоятельствах нельзя оставаться одной... Да, я думаю, это будет правильно и разумно, если мы примем тебя в наше общество.

Тогда позволь я сперва расскажу тебе немного о том, кто мы. Мы сами называем себя Хранителями большого порядка. Наша работа заключается в том, чтобы не допускать проникновения теней из их мира в наш.

Мы периодически созываем так называемый Тайный совет, на котором принимаем важные решения. Нашим руководителем является Александр Александрович, он председательствует в Тайном совете и является нашим лидером. Он самый старший член нашего общества и он единственный, кто может даровать людям способность отличать тени.

Мы считали, что выгнали все тени и заделали все бреши на Земле, поэтому последние несколько столетий мы не созывали Совет. Сейчас он работает в постоянном режиме.

— Откудавзялись новые бреши, если вы все уже заделали?

— В этом-то и вопрос, никто не знает. Мы считали работу с брешами давно выполненной. Но, видимо, как Марк умеет выправлять геометрию ткани мироздания, так нашлись и те, кто умеет её искривлять таким образом, что образуются бреши. Поиском такой сущности мы сейчас и заняты.

Правда дело в том, что никто из тех, кого мы знаем, не способен так искривить ткань мироздания. А чтобы создать временную петлю, нужно обладать немыслимыми способностями.

Впрочем, что-то мы заболтались. Если ты хочешь присоединиться к нам, то тебе пора предстать перед нашим руководителем. Окончательное решение всё равно за ним. Так что допивайте чай, а я договорюсь о встрече.

Глава 9. Ответственное поручение

— Что же, Ниночка, – ответил немного задумчивый Александр Александрович после того, как выслушал Нину и её рассказ о том, почему она хочет присоединиться к Хранителям большого порядка, – мне хорошо понятны твои мотивы. Я по-прежнему придерживаюсь мнения, что это не твоя война и ты нам ничем не обязана. Более того, это мы должны тебя охранять и оберегать. Но раз уж ты чувствуешь в себе силы принять участие в нашем деле и самой дать отпор обрушившимся на нас силам зла (не побоюсь такой пафосной постановки вопроса), то я не без тревоги на душе приму тебя в наше общество и дам тебе силу отличать тени и взаимодействовать с ними.

Беседа между Ниной и Александром Александровичем проходила в квартире старого дома, расположенного в одном из переулков Москвы. Хранители часто использовали это помещение для встреч и небольших собраний. Но так как до недавних событий работы у Хранителей было немного, помещение оказалось довольно запущенным.

Они сидели на кое-как приведённой в порядок кухне и пили чай. На столе перед Александром Александровичем лежали две белые жемчужины.

— Вы научите меня отличать обычных людей от воплощений теней?

— Не совсем так. Я положу руку тебе на лоб и у тебя появится этот дар словно некий талант или способность. Но он будет у тебя в зачаточном состоянии. У нас есть учитель, его зовут Андрей Денисович, он работает учителем алгебры и геометрии в школе. Он обучит тебя тому, как правильно развивать этот дар.

Тени сильно активизировались в последнее время. В отместку за разбитую в Мире теней Надежду великий герой Лазарь тысячи лет назад разбил Страх на мириады осколков и теперь они проникли сюда и стали воплощаться. Мы ежедневно выслеживаем десятки таких сущностей, но на их место приходят новые.

В этих обстоятельствах, Ниночка, ты должна окончательно принять своё решение. Ты должна учесть, что не только ты сможешь видеть тени, но и они смогут безошибочно определять в тебе Хранителя.

— Они, похоже, и без этого знают, кто я и где меня искать. Так что я согласна.

— Тогда подойди сюда.

Нина встала и подошла к Александру Александровичу, он коснулся кончиками пальцев её лба и сказал:

— В общем-то всё.

— Но я ничего особого не почувствовала, – удивлённо сказала Нина.

— А ты и не должна была. Не спеши. Допивай чай и поглядывай на жемчужины.

Нина сделала глоток из чашки и бросила взгляд на лежавшие на столе жемчужины. Ей вдруг показалось, что одна из них не такая белоснежная, как вторая. Она поставила чашку на стол и присмотрелась повнимательней. Примерно через полминуты ей стало очевидно, что одна явно темнее другой. Ещё через минуту жемчужины стали отличаться, как день и ночь. Вторая стала абсолютно чёрной. Настолько же чистого чёрного цвета, насколько чисто белой была первая.

— Что с ней? Она почернела, – спросила Нина.

— На самом деле с ними ничего не происходило. Это проявление твоего нового дара. Ты видишь не обычные жемчужины. В таких жемчужинах можно заточать тени и в таком состоянии перевозить их в Междумирье, откуда их уже отправят обратно в Мир теней. Ты увидишь жемчужину чёрной только в том случае, если у тебя есть дар отличать тени. У тебя, Ниночка, он очевидно появился.

Теперь представь, что тебе нужно вытащить салфетку через тонку прорезь в коробке и засунуть её в другую такую коробку, – Александр Александрович положил жемчужины так, чтобы они касались друг друга. – Представь, что тень в жемчужине подобна такой салфетке. Мысленно подцепи её и перенеси в другую жемчужину.

Нина сосредоточилась и попыталась мысленно вытащить тень из чёрной жемчужины, как бы вытаскивая её пальцами. Её руки потянулись к жемчугу.

— Касаться необязательно, но и ничего страшного. Андрей Денисович научит тебя всё делать мысленно.

Между тем у Нины стало постепенно получаться и уже через минуту-другую чёрная и белая жемчужины поменялись местами.

— Ну, вот и отлично. Это была слабенькая тень, которая в общем-то не сопротивлялась. Воплощённая в человека или животном тень на дастся тебе так просто, поэтому занимайся с Андреем Денисовичем усердно. У него в коллекции есть тени разной силы, так что тебе будет на чём тренироваться.

— Я хотела спросить... – начала было Нина, но тут раздался звонок в дверь.

Нина открыла и впустила в квартиру жутко встревоженную Лизу, которая быстро, даже не разувшись, побежала на кухню:

— Александр Александрович, не знаю, как это прокомментировать, но Андрей Денисович убит. Причём убит тенью.

— Ты уверена?

— Я лично осмотрела труп. Он был убит тенью. На нас началась охота.

— Правильнее будет сказать, что нам объявлена война. Какого-то обострения мы ожидали, но всё-таки рассчитывали опередить события. Каких же размеров армию они сосредоточили здесь, если смеют бросать нам вызов?! Сейчас так, вы с Ниной оставайтесь здесь. Я схожу к себе домой, это недалеко, возьму там кое-что. В свете такого поворота событий у меня будет к вам двоим поручение. Тебе, Лиза, оно понравится.

Александр Александрович вышел из квартиры и вернулся буквально через тридцать секунд.

— Вы что-то забыли? – участливо спросила Нина.

— Нет, я уже побывал дома. Ты тоже когда-нибудь сумеешь так. Итак, девочки, мои хорошие, мне очевидно, что раз пролилась кровь, то дальше её будет только больше. Если тени решились на такое, то поверьте мне, им есть что предъявить и кого выставить на поле боя. Тем более, что вся война будет напоминать бесконечные покушения. Не думаю, что тени решатся выступить с открытым забралом, хотя опять-таки, смотря чем они располагают.

Я отправляют вас с поручением в Междумирье, – в этот момент Лиза расплылась в широкой улыбке и хотела было подскочить от восторга, но общий серьёзный настрой разговора, разумеется, удержал её на месте. – Я дам вам печать Хранителей, это будет что-то вроде верительной грамоты, подтверждающей ваши посольские полномочия. Вы предъявите печать главе Междумирья генералу Мираксу, попросите его составить мне сообщение о ситуации на границах миров, он знает, что это, и такой документ вам подготовят за несколько часов. Кроме того, вы сообщите ему, что я прошу его о подкреплении. Мне нужны три десятка таких как Лиза, не меньше.

Александр Александрович вручил Лизе перстень с печатью в виде ворона. Нине он дал мешочек с белыми жемчужинами.

— Обучаться тебе придётся прямо в бою. Я ничего не могу поделать. Гонять туда-сюда тень детского страха — не самый продуктивный способ обучения, а твоего учителя убили. Лиза, попробуй ты её чему-то научить. А сейчас отправляйтесь домой и ложитесь спать. Завтра утром с десяти до одиннадцати проход будет открыт. И удачи вам, мои хорошие. Надеюсь, вы справитесь.

— Мысделаем всё, что нужно, – уверенно ответила Нина.

— Смотри-ка, а ты правда храбрая, – сказал Александр Александрович. Затем он провоил девушек до двери и попрощался с ними.

* * *

Девушки отправились к Нине домой, чтобы заночевать перед путешествием. По дороге они купили спагетти и котлетные полуфабрикаты, чтобы хоть что-то поесть.

Нина приготовила ужин и они уже собирались включить какой-нибудь сериал, чтобы совместить приём пищи с просмотром, как вдруг раздался стук в дверь.

— Это тень, – уверенно сказала Лиза. – Подойди к двери и спроси, кто там.

— Кто там? – Нина выполнила Лизин указ.

— Я пришла говорить, – послышалось из-за двери.

— Это тень, думаю Зависть, – прокомментировала Лиза. – Она здесь вроде парламентёра, хочет нам что-то сказать или предложить.

— Ну, давай её пустим, пусть говорит. Потом-то она уйдёт или как?

— Да, потом она уйдёт. Ты сейчас видишь тени ближе к тому, чем они являются на самом деле, поэтому постарайся не испугаться увиденного, каким бы противоестественным это тебе ни казалось.

— Хорошо, я постараюсь.

— Ну, тогда открывай.

Нина открыла дверь и перед ней предстала худощавая женщина невысокого как и сама Нина роста. Глаза женщины всё время смотрели в бок, как бы подглядывая. Когда она поворачивала взгляд в другую сторону, то глаза шли через верх, так что женщина никогда не смотрела прямо. Она постоянно облизывала губы, отчего вокруг её рта было множество мозолей и волдырей, в руке она держала собственный желчный пузырь, впрочем Нина не сразу поняла, что такое женщина сжимает в левой ладони.

— Проходите, – сухо сказала Нина женщине.

— Какая у вас красивая дверь. Вот бы у меня такая была.

— Это точно она, – подтвердила свою догадку Лиза. – Пусть пройдёт в комнату и сядет.

— Проходите за мной, – скомандовала Нина и вошла в комнату, – садитесь здесь, – она указала Зависти на кресло.

— Какое мягкое кресло. Везёт же тебе. У меня нет такого. Хоть бы ты сдохла со своим креслом, и своей дверью, и своим даром. Почему тебе всё, а мне ничего?! – Зависть облизнулась, открыла рот и выдавила в него содержимое желчного пузыря, который держала в руке.

— Излагайте своё дело и мы вас не задерживаем, – не отреагировала на претензии Нина.

— Война началась. Но вам везёт. Что б вы сдохли, проклятые твари, со своим везением. Вам делается нашей стороной предложение. Ты, – Зависть обратилась к Нине, повернув голову в бок так, чтобы глаза смотрели на девушку, – поедешь к своим родителям на курорт и будешь находится там. Ты не будешь выполнять никакой работы и никаких поручений Хранителей. Мы оставим тебя в покое. Это нейтралитет. Ты вообще не заметишь эту войну и она тебя никак не коснётся. Выбирай.

— Нет, – ответила Нина не задумываясь.

— Ну тогда даже я не завидую твоей судьбе.

Зависть встала и пошла к выходу, поминутно облизываясь, попивая собственную желчь и проклиная всех вокруг за то, что у них есть и чего нет у неё.

— Это что же, она в таком виде по улице пойдёт? – спросила Лизу Нина.

— Только мы видим её такой, другие видят её обычной женщиной.

— Понятно. Она, вероятно, какой-то вес имеет в мире теней, давай поймаем её в жемчужину.

— Нельзя. Она пришла говорить. Парламентёров и гонцов в этой войне пока не казнят. Вряд ли нам стоит начинать это делать.

— То есть вот так просто позволим ей уйти.

— Выходит, что да. Ну, я не возьмусь захватить переговорщика.

— Ну да, наверное, какой-то смысл в этом есть.

Девушки сели есть остывший ужин. Смотреть сериал они уже не стали.

* * *

Лиза разбудила Нину в восемь утра.

— Вставай, собираемся и в девять выходим.

— Что с собой брать?

— Ничего. Жемчужины возьми. Больше тебе ничего не понадобится.

— А твои где?

— Мне не нужны жемчужины. Я могу удерживать тени в себе.

— Здорово. А где будет проход в Междумирье?

— В метро.

— То есть там есть такое место, куда можно зайти в определённое время и оказаться в другом мире? К вам, наверное, часто случайные гости забегают.

— Нет, никогда. Мы поедем особым маршрутом, с несколькими пересадками. И только проехав таким образом в итоге попадаешь к проходу. Ещё ни один человек за всю историю метро не проехал этим маршрутом случайным образом.

Девушки привели себя в порядок, приготовили завтрак и поели. Нина, предчувствуя возможные приключения, надела джинсы, толстовку и подобрала самые удобныекроссовки:

— Надеюсь у вас там не сильно холодно.

— Там нет температуры, как таковой, поэтому достаточно просто того, чтобы одежда была удобной, не стесняла тебя нигде и тебе было комфортно.

— Ну, с этим я справилась. Пошли потихоньку.

Хотя время было ещё без десяти девять, девушки вышли из дома и направились в сторону метро.

В метро они сели первый поезд, проехали несколько станций, вышли, пропустили несколько поездов, сели в следующий. Они кружили по кольцевой и делали неожиданные пересадки. Наконец, они снова оказались на серой ветке и сели в поезд в сторону Алтуфьево, ближайшей конечной станции.

— Возвращаемся к началу? – спросила уже уставшая от метро Нина.

— Нет. Сейчас скажут, что поезд следует до Владыкино, а не до конца. Только мы там не выйдем, а поедем в депо.

И действительно, по громкой связи объявили, что поезд следует до станции Владыкино.

Когда девушки наконец-то добрались до Владыкино Лиза приказала Нине не выходить со всеми, а спокойно сидеть. В вагон зашёл полицейский, который должен был проверять, чтобы никто из пассажиров не оставался внутри. Но он как будто не замечая девушек, спокойно прошёл мимо них.

Дойдя до конца вагона, он не вышел. Двери поезда закрылись и он тронулся. Полицейский оказался в вагоне с девушками и стал приближаться к ним.

— Это не тень! – удивлённо сказала Лиза, – Впрочем, мне всё равно.

Она вскочила со своего места и ударила полицейского ногой в живот с такой силой, что тот отлетел на несколько метров. Но, едва упав, он тут же поднялся на ноги и набросился на Лизу. Он вцепился в неё, словно какой-то борец и начал катать её по полу. Лизе с трудом удалосьотшвырнуть его от себя ногой.

Наконец поезд остановился и открыл двери. Полицейский тут же выскочил и где-то скрылся.

— Это была не тень, но и не человек. Голем какой-то, – заключила Лиза, пока вставала и отряхивалась. – Чёрт! Он украл печать. Я не представляю, как мы подтвердим генералу Мираксу наши полномочия.

— Я просто прикажу ему поверить нам, – сказала Нина.

— Точно. Это лучше, чем приказывать этому голему возвращаться сюда. Вообще, конечно, стоило приказать ему прекратить драться и рассказать, кто он и зачем здесь.

— Лиз, прости, я не сообразила. Плюс ты дралась так уверенно, что у меня даже не было чувства опасности.

— Спасибо, конечно, за комплимент. Ладно, давай выходить.

Девушки вышли на платформу в конце которой была одна единственная дверь. И эта дверь была приоткрыта.

— Нам туда, – скомандовала Лиза и девушки направились к двери.

Глава 10. Град Тишины

Нина прошла через дверь первой и оказалась на каком-то мосту. По обе стороны уходящей в даль дороги были перила и Нине показалось, что это что-то вроде моста над пропастью, так как звуков воды не было слышно.

Вслед за ней вышла из Бренного мира Лиза. Она тут же приобняла девушку сзади и буквально заставила её пройти несколько шагов вперёд.

— Так будет безопасней, – сказала Лиза и кивнула назад.

Нина обернулась и увидела, что мост над пропастью резко обрывается именно в том месте, где они вышли.

— То есть назад мы этим путём вернуться не сможем? – спросила она, немного удивившись.

— Я понимаю, что тебе это непривычно, но проходы между мирами обычно работают только в одну сторону. Даже через те аномалии, с которыми мы с тобой и Марком боролись в Бренном мире, мы не смогли бы пройти в Мир теней.

— Но мы же когда-нибудь вернёмся домой? – Нина совсем не волновалась, задавая этот вопрос, скорее ей просто было любопытно, как здесь всё устроено.

— А ты прям сомневаешься, – Лиза подтрунивала над подругой. – Здесь теперь будем жить. Здесь хорошо, темно и красок мало.

После этих слов Нина впервые обратила внимание, что Междумирье немного мрачное место. На небе не было солнца, вообще не было никаких светил. Само небо напоминало едва светящийся свод.

— Тут так мрачно, – заключила она. – Со мнойдепрессия не случится?

— Знаешь, что я тебе скажу. Междумирье мне напоминает чёрно-белый телевизор: настроение не зависит от буйства красок, но хорошая программа легко это компенсирует.

Девушки уже шагали по мосту и приближались к "берегу".

— Кстати, посмотри, – Лиза указала на край земли, где заканчивался мост. У нас есть трава и вообще растения. Мы их подглядели у вас и украсили ими наше Междумирье. Это, конечно, не настоящие растения, но очень похожие штуки. И ещё, приглядись внимательно.

— Слушай, да они в правду зелёные! – Нина удивилась увиденному.

— Да! Краски тусклы, но они есть. Присмотрись, здесь всё как бы полупрозрачное. Мы между миром материи и миром теней.

Вдруг Лиза насторожилась.

— Так, стоп. Я, конечно, люблю свой дом и могу рассказывать тебе про разницу между нашими мирами очень долго и местами увлекательно, но есть одно "но"!

— В чём дело?

— Где все?

— Кто все?

— Вообще все. Выход их Бренного мира — стратегическая точка в Междумирье. Обычно тут ходит караул и отсюда до города мы добираемся колесницами, которые обычно стоят справа вдоль дороги.

— Со стороны моего мира на вас можно напасть?

— Нет. Некому и не зачем.

— Может быть все там, откуда стоит ждать нападения.

— Ну да. Если тени так буйствуют у вас, то и здесь война может идти полным ходом. Нам нужно быть осторожнее. Пойдём к граду Тишины пешком.

— А далеко идти?

— Не переживай. Это вопрос времени. Здесь твоё полупризрачное тело не нуждается в пище и сне и не знает усталости. Просто идём и рано или поздно дойдём. Я всегда ездила на колеснице, это довольно быстро. Думаю, пешком наш поход покажется тебе на пять или шесть земных часов.

— Ну, раз мы не знаем теперь усталости, то пошли скорее.

Девушки прибавили шагу по старой дороге, шедшей по красиво сконструированным ландшафтам Междумирья.

* * *

— А что, если прыгнуть с того моста, на который мы вышли в начале? – спросила Нина, когда девушки проходили пустынную деревушку, в которой к удивлению Лизы им не встретилось ни одного обывателя.

— Тебя поглотит бездна.

— Я упаду вниз?

— Нет. Надо было показать. Когда кидаешь камень в бездну, он не падает вниз, он в ней пропадает.

— Интересно. Слушай, Лиз, вот люди, которых здесь сейчас нет, они чем занимались?

— Колесницами занимались, дорогами, много чем. Жили здесь в своих домиках, досуг проводили. Мы много лет переправляем тени из Бренного мира обратно в Мир теней и всё вокруг построено вокруг этой нашей работы... Неужели в правду война идёт...

Лиза беспокоилась и это было видно. Нина сопереживала подруге, но не знала, как её утешить. Вдруг ей пришла в голову мысль:

— Слушай, может и хорошо, что мы именно сейчас прибыли сюда. С моим даром и твоими навыками мы укрепим любую армию в борьбе против теней.

— Я здесь не так сильна против теней, как в вашем мире. Но в целом ты права. Аномалии не могли появиться без участия Междумирья. Не зря Александр Александрович отправил нас сюда. Здесь мы найдём ответ на загадку аномалий.

Едва договорив, Лиза вдруг застыла на месте.

— Здесь тень.

— Где?

— Где-то рядом.

Тень совершенно внезапно появилась прямо перед Лизой, схватила её за горло и стала высасывать её душу. Лиза быстро опомнилась и начала сопротивляться. В какой-то момент Лиза даже попыталась вобрать тень в себя, но та была слишком сильна.

Нина, придя в себя после такого резкого поворота, решила испытать свои силы и достала из мешочка жемчужину. "Как бы цепляем тень руками и как бы всовываем её в жемчужину", – вспоминала Нина, совершая соответствующие действия руками в воздухе. Сначала ничего не выходило, но потом принцип мысленного взаимодействия с тенью ей стал понятен сам собой. Ей уже не было необходимости махать руками, всё разворачивалось в её голове и способность втягивать тень напрямую зависела от её сосредоточенности.

Спустя минуту тень уже была в почерневшей жемчужине.

— Спасибо! – сказала Лиза. – Какая-то сильная тень нам попалась. Ты сама её затащила или приказала ей?

— Сама! – радостно ответила Нина, которой очень понравился её успех.

— Хорошо. Но она не сопротивлялась тебе пока я с ней боролась. Ты, если что, не рискуй. Спокойно приказывай теням, пусть сами заточают себя.

— Хочется же научится.

— Я понимаю. Просто нужно быть осторожней. Здесь у теней больше сил. Они также могут вытянуть твою душу и заточить её в такой же жемчужине.

— Блин, я не подумала.

— Да ничего страшного. Пользуйся Стилосом против теней, зачем-то же Надежда дала тебе его.

— Хорошо.

Девушки продолжили свой путь и сразу за поселением вошли в негустой лес.

* * *

— Всё-таки лес тут у вас какой-то не такой, – сказала Нина.

— Конечно, птиц нет, листьев на земле нет.

— Точно! Листьев нет. А я всё думаю, ну что с ним не так.

— Открою тебе секрет. Если ты очень внимательно присмотришься, то увидишь, что некоторые деревья одинаковые.

— Да разные они.

— В основном разные, но иногда повторяются.

— Ну, как скажешь. Долго нам ещё идти?

— Больше половины дороги мы уже прошли. Скоро выйдем из леса и уже будут видны башни града Тишины.

Но пройдя ещё несколько метров по дороге, подруги обнаружили, что она упирается в обрыв. Дымка над обрывом не давала разглядеть, есть ли у него противоположный край в пределах досягаемости.

— Дорога просто оборвалась, – задумчиво сказала Лиза, – будто здесь земля разверзлась. Что это вообще, яма, ров, гигантский овраг?

— Ты меня спрашиваешь?

— Просто мысли вслух. Попробуем обойти, конечно...

— Не двигаться! – из-за деревьев вышли две тени, одетые в доспехи воинов Междумирья.

Лиза очень серьёзно посмотрела на Нину. Та поняла её без слов.

— Ты помещайся в жемчужину, – она указала на первую тень.

— Ты, – она указала на вторую, – замри. Ты сейчас отведёшь нас к граду Тишины и не будешь пытаться причинить нам вред.

Тень молча развернулась и, пройдя несколько метров обратно по дороге, свернула в лес. Девушки отправились за ней.

* * *

— Останови её, – сказала Нине Лиза.

— Стой! – приказала Нина и тень остановилась.

— Надо допросит её.

— Ты сейчас будешь честно отвечать на все вопросы, которые тебе зададут.

— Хорошо, поехали, – Лиза повернулась к тени. – Почему на тебе доспехи война Междумирья?

— Мне их выдали в крепости?

— В крепости? Кто тебе их выдал?

— Тень, ответственная за учёт оружия.

— Стоп... – Лиза впала в короткий ступор от пришедшей ей в голову мысли. – В граде Тишины есть воины Междумирья?

— Нет, – ответила тень, – крепость захвачена нами.

— Захвачена?! Кто стоит во главе вашего войска?

— Генерал Тщеславие.

— Само Тщеславие?

— Да.

— Что с генералом Мираксом?

— Он партизанит в окрестностях.

— Вы рыскали по лесу в поисках повстанцев и думали, что мы одни из них?

— Да.

Лиза глубоко задумалась. Через несколько минут она пришла в себя и сказала Нине:

— Пусть доведёт нас до стен крепости подальше от главных ворот. До так называемой Дальней башни. Там нас не заметят, да и из леса выходить не придётся. А потом заточи его. Он нам больше не нужен.

— Ты доведёшь нас до Дальней башни и постараешься, чтобы нас никто не заметил, – вписала Нина строчку в судьбу тени.

Глава 11. Главный инженер

Девушки сидели на земле у основания Дальней башни. Над ними возвышались двадцатиметровые стены града Тишины.

Лиза пребывала в глубокой задумчивости. Новость о том, что град Тишины захвачен, что в Междумирье господствует тень Тщеславия, казалось, выбила её из колеи. Междумирье было её родиной, но Лиза большую часть своей жизни провела вдалеке отсюда и, видимо, это усугубляло её состояние: трудно вернуться после долгого отсутствия домой и обнаружить свой мир захваченным твоим главным врагом.

Нина решила не тревожить подругу, пока та погружена в себя. В этом отношении девушки были похожи — в тяжёлой ситуации и та, и другая не стремились разболтать о своих проблемах всему миру, но переживали эмоции глубоко внутри.

Нина перебирала чёрные жемчужины с запертыми в них тенями, когда Лиза вдруг заговорила:

— Ладно, ситуация такова, какова она есть, придётся что-то придумывать в таких вот печальных обстоятельствах.

— Смотрю, ты в себя приходишь.

— Да. Это, конечно, был шок для меня.

— Ну, что поделаешь. Там в моём мире Марк, Марина Николаевна и другие люди сейчас работают, борются, чтобы эта чернота не распространялась дальше. У нас есть поручение и мы взялись его выполнить. Так или иначе, мы должны сделать всё, что возможно в данных обстоятельствах, и вернуться в наш мир хоть с чем-то.

— Ты знаешь, мы можем попытаться сделать довольно многое. Нам поручили встретиться с Мираксом и получить от него документ, вроде отчёта о ситуации. Кроме того, мы должны были попросить у него бойцов. Но учитывая обстоятельства, ситуация нам уже довольно ясна, а на подкрепление рассчитывать точно не стоит. Я не знаю, как ты, но я бы хотела поучаствовать в том, что здесь происходит. Я не хочу возвращаться на землю, пока здесь всё вот так.

— А я не хочу, чтобы на земле всё стало вот так. А судя по тому, что я видела, всё к этому и идёт. Я согласна, мы должны что-то здесь предпринять. Давай я прикажу теням сдать город нам или Мираксу.

— Вряд ли это получится. Насколько я знаю, в Книге судеб у каждого своя страница, поэтому писать судьбу нужно каждому индивидуально.

— Хорошо давай я прикажу конкретно Тщеславию сдать город.

— О! Это уже интересная идея. Только нужно, чтобы ты его хотя бы увидела.

— Но я приговорила вас с Марком придти и спасти меня из электрички, не видя вас. Зачем мне смотреть на Тщеславие?!

— Ты пишешь судьбу конкретного существа и тебе нужно иметь о нём конкретное представление. Пока что Тщеславие в твоей голове — просто абстрактный образ. Но когда ты хотя бы увидишь его, то этот абстрактный образ наполнится конкретным содержанием и ты сможешь его приговорить.

— Чёрт, не очень удачная получается у нас ситуация...

— Да ты что?! Ниночка, да это просто шикарный расклад. Я знаю, как пробраться в град Тишины и Центральный дом, где работает, точнее работало, наше командование. Там за стеной обычный город, тебе просто не видно. Там нет главного замка или чего-то такого. Там просто город. Я знаю, как перебраться через стену. Потом мы потихоньку проберёмся в центральный квартал и затаимся там. Даже там есть укромные места. Мы же не на земле, здесь нет системы видеонаблюдения. Всё наблюдение — это тени, которые патрулируют улицы и видят только то, что видно. Потом рано или поздно Тщеславие выйдет или зайдёт в Центральный дом и ты увидишь его и составишь о нём конкретное представление. И всё, он твой!

Лиза говорила всё это с таким воодушевлением, что Нина сама загорелась этой идеей. "Конечно, – думала она, – на всё про всё, как обычно, уйдёт вдвое больше усилий, чем кажется сначала, но в принципе всё выглядит очень реалистично и перспективно!"

— Да это сказка вообще! Есть не надо, пить не надо, в туалет, простите, не надо. Там в засаде можно вечно сидеть! – Лизе всё больше и больше нравилась идея выследить Тщеславие и приказать ей сдать город. – Чуть дальше этот лес переходит в горы. Там в горах есть место, где часть стены находится как бы в тени. По стене ходит караульный. Но у нас раньше там было особое расписание, чтобы этот участок всегда был под наблюдением. Тени этого скорее всего не знают и караульные там ходят как везде. Если так, то мы проскочим. Караульного даже захватывать не придётся. У нас есть шанс вообще незамеченными проскочить.

Девушки сами не обратили на то внимание, как увлечённые разговором и обсуждением плана действий они давно уже встали с места и направились в сторону лесистого склона. Склон по мере продвижения становился всё более лысым, а рельеф вокруг всё более крутым. И вот они уже пробирались по горным тропинкам, обходя стену града Тишины справа.

Вдруг Нина почувствовала недомогание, у неё закружилась голова и она остановилась.

— Лиза! – ослабленная Нина испуганно посмотрела на подругу и ужаснулась увиденному. – Что с тобой?!

Лиза на глазах Нины как бы таяла и проливалась каплями на землю. Как будто бы она была рисунком, выполненным тушью на стекле, который сейчас смывало потоком воды. Нина посмотрела на свои руки, но они тоже капля за каплей стекали вниз.

Мир гас перед глазами Нины. Она ещё успела увидеть, как Лиза пытается ей что-то ответить, но слов уже не слышала. А ещё через несколько мгновений мир погрузился во тьму.

* * *

Нина очнулась в небольшом квадратном помещении на полу. Здесь не было никакой мебели, кроме того, помещение было освещено каким-то странным образом: источника света, как такового, нигде не было, тем не менее сам свет был. Рядом с Ниной приходила себя Лиза.

— Где мы? – спросила Нина, когда Лиза окончательно очнулась. Обе девушки сидели на полу, прислонившись спиной к стене.

— Судя по всему, мы в Подземных ходах.

— Что это за место?

— У нас в Междумирье под землёй работает огромная машина, которая наполняет Междумирье материей. Мы были оторваны от Мира теней и никакой материи здесь изначально не было. Творец создал эту машину, чтобы мы смогли этого осколок Мира теней сделать более материальным. Здесь работает так называемый подземный народ, они обслуживают машину. У них нет свободы воли и ты можешь считать их механизмами. А управляет всем и отвечает за работу Машины Главный инженер. Он свободовольный и... и, видимо, он заточил нас сюда.

— Ну, и как мы будем выбираться? Есть какие-нибудь идеи?

— Здесь должна быть дверь.

— Ты уверена? Что-то не похоже.

— Здесь точно должна быть дверь. У нас тут материи мало и всё не так рельефно и текстурно, как в Бренном мире, но через какой-то проход мы сюда попали.

— Втекли!

— Тогда должна быть труба. Это точно проделки Инженера. Он отвечает за формы и структуры материи здесь, только он мог сделать нас такими... жидкими, что ли. Давай всё-таки сначала поищем дверь.

Девушки встали и принялись осматривать и простукивать стены. Спустя всего полминуты Нина наткнулась на дверь в стене, которая моментально открылась от лёгкого толчка. Нина попыталась закрыть её обратно, но внутри не было ручки.

— Что же, теперь все видят, что мы открыли дверь, так что пошли, – сказала Нина, не имея ни малейшего представления о том, куда им в итоге идти.

Девушки вышли в просторный коридор, который через несколько метро сворачивал вправо. И им не было видно, что там за поворотом.

— Пошли потихоньку, – шепнула Лиза и они держась стены стали приближаться к повороту.

Коридор был освещён точно также, как и комната, в которой они очнулись — без видимого источника света.

Дойдя до поворота, Лиза заглянула за угол.

— Там двое, – шепнула она подруге.

— Что делают? — спросила Нина.

— Не знаю, просто стоят, не шелохнутся.

— Только двое? Они сильные, эти ваши подземные механические жители?

— Я с одним справляюсь. Ты прикажи второму замереть и не двигаться. Если что,поможешь мне со вторым. Надо завести их в нашу комнату и расспросить.

Дело вышло даже проще. Выйдя из-за угла Нина успела приказать замереть сначала одному, а потом сразу второму подземному жителю. Она велела им следовать за ними в их комнату. А когда все зашли, то закрыла (насколько это было возможно без ручки внутри) дверь.

— А теперь ты будешь честно отвечать на наши вопросы, – приказала одному из пленников Нина. Здесь в комнате, когда напряжение немного спало, ей впервые удалось внимательно разглядеть подземных жителей. Среднего роста, они выглядели, как обычные люди, за одним исключением — их лица выглядели будто выкованными из железа, совершенно отсутствовала мимика и вообще малейшие движения на лице. При этом походка, например, у них была самая обыкновенная и естественная.

— Кто вы? – спросила Лиза.

— Мыконтролёры уровня материи.

— Что вы сейчас делали?

— Мы ждали времени, когда нужно идти проверять показатели в правом крыле наружного отсека.

— Кто доставил сюда нас?

— Я не знаю.

— Кто нас охраняет? Сколько ваших, где находятся?

— Я не знаю.

— Чёрт! – выругалась Лиза, – это просто технический персонал.

В этот момент дверь комнаты начала открываться. У Нины замерло сердце, но она быстро собралась с мыслями, готовая отдать любой приказ тому, кто сейчас войдёт.

В двери показался человек. Самый настоящий человек или житель Междумирья с нормальным живым лицом и немного удивлённым, но явно очень заинтересованным взглядом.

— Здравствуйте! – поприветствовал он присутствовавших.

— Здравствуйте! – с любопытством ответила Нина.

— Вы такие, такие... интересные... Ой, простите! Я — Главный инженер Машины материализации Междумирья.

— Очень приятно, я Нина, это Лиза, – ответила за двоих Нина. Ей очень понравилсяинтеллигентный настрой мужчины. В его разговоре, манерах чувствовались глубокий интеллект и доброжелательность. – Разрешите уточнить, не вы ли доставили нас сюда, если можно так выразится?

— Ох, я прошу вашего прощения. Сейчас на поверхности так опасно, так опасно. Если хоть одна тень встретит меня там, то меня непременно схватят. Я просто был вынужден таким вот хамским образом, против вашей воли доставить вас сюда. Я сделаю вас облаком и перемещу в любую точку Междумирья, если захотите, только, прошу вас, сперва выслушайте меня.

Такая любезная и вместе с тем витиеватая речь Инженера отбила у девушек всякое желание сердиться на него.

— Хорошо, мы выслушаем вас, – ответила Нина.

— Тогда прошу за мной и... если вам не сложно, конечно, прикажите моим работникам вернуться к исполнению их обязанностей.

— Конечно, – сказала Нина и отпустила подземных жителей, которые незамедлительно отправились по своим делам, в то время, как девушки проследовали за Инженером в его рабочий кабинет.

Глава 12. Путаница

Кабинет Главного инженера был завален эскизами всевозможных машин и механизмов, которые тот планировал когда-нибудь собрать.

— Простите, пожалуйста, за этот творческий беспорядок, – сказал он.

— Ничего страшного, – сказала Нина, которой кабинет несмотря ни на что показался довольно уютным.

— Вот, садитесь, пожалуйста, – Главный инженер пододвинул к своему столу ещё два стула для девушек, но сам вместо того чтобы сесть, начал ходить из стороны в сторону по кабинету. – Вы же ничего не знаете, что тут было!

— Это точно, – перебила его Лиза. – Может вы нам всё расскажете.

— Они всё продумали! Понимаете? Всё!

— Давайте по порядку, – попыталась урезонить Инженера Нина.

— Они как-то научились искажать пространство так, чтобы создавать бреши между мирами.

— В Бренном мире то же самое.

— Я догадываюсь. Так вот здесь они создали брешь из Междумирья в Бренный мир и установили какое-то устройство, которое выкачивает всю материю отсюда обратно в Бренный мир. Это делает жителей Междумирья менее материальными и более слабыми против теней. Поэтому им удалось взять град Тишины. Никто просто не ожидал, что они окажутся здесь так сильны.

А между тем материя до сих пор убывает. Наша Машина, которая делает Междумирье более-менее материальным, работает на полную мощность. Но так её надолго не хватит.

— Вы знаете, где найти это устройство?

— Брешь в бренный мир расположена здесь, в подземных ходах. У меня даже есть предположение, где она может быть. Там, вероятно, искажены время или пространство. Рядом с брешью должно быть выкачивающее материю устройство.

— Почему вы не сходите туда и не проверите?

— Если там пространственная или временная петля, то я окажусь в ловушке. Машина работает на пределе и я не могу надолго отлучаться из этого кабинета, здесь расположены средства управления машиной.

Только сейчас Нина обратила внимание, что на столе Инженера помимо нескольких мониторов располагались многочисленные кнопки, тумблеры, ползунки и другие элементы управления, как в какой-нибудь телестудии.

— Кроме того, – продолжил Инженер, – прежде чем заделать брешь и выправить пространство, машину нужно выключить.

— Я пока что вижу только одну проблему, – немного задумчиво сказала Лиза, – с нами нет Марка, никто из нас не умеет выправлять аномалии.

— О! Это совсем не проблема. У меня есть специальный прибор, который это умеет. На самом деле, проблем две. Первая — найти аномалию. Вторая — дать мне сигнал, чтобы я выключил машину. Но благодаря Нининым способностям, вторая проблема перестаёт быть проблемой.

— Откуда вы знаете про мои способности? – осведомлённость Главного инженера немного испугала Нину.

— Все знают про вас и ваши способности, Нина. И ваш приход в Междумирье тоже не остался незамеченным. Я даже слышал, как Стилос судьбы с известным скрипом делал запись в Книге судеб, когда вы кого-то к чему-то приговаривали здесь в Междумирье.

— Но вы же понимаете все ограничения, которыми сопровождается тот дар? – спросила Лиза.

— Может быть даже лучше вас! – ответил Инженер. – Мне хороша известны принципы работы механизма Судьбы. И мы можем ими воспользоваться.

— И как вы себе всё это видите?

— Смотрите. Я дам вам карту. На ней отмечено, где предположительно находится аномалия и устройство, которое выкачивает отсюда материю. Вы найдёте это место и остановите работу устройства. Выключите его, если это возможно, или уничтожите (я дам вам маленькую бомбу для этих целей). Я буду оставаться здесь. Перед тем как использовать прибор для исправления аномалий, вы, Нина, прикажете мне выключить Машину. Затем исправите брешь и прикажете мне снова включить Машину.

— Если мы не найдём брешь? – настороженно спросила Лиза. – Если мы заплутаем в искажённом пространстве или времени. С нами нет Марка, мы не видим искажений.

— Нина может приказать вам, Лиза, отыскать путь обратно, сюда, в этот кабинет. Она имеет прекрасное представление и о вас, и об этом месте. Это будет чёткая и недвусмысленная запись в Книге судьбы на вашей странице. И мироздание исполнит её.

Самый главный вопрос, девушки, верны ли моирасчёты. Если бреши или устройства не окажется там, где я думаю, то я не знаю, что нам делать. Очень скоро материя здесь закончится и Междумирье станет частью Мира теней, каковой оно уже когда-то было. Тогда падение Бренного мира станет вопросом времени.

— Ну, а почему ваши расчёты могут оказаться неправильными?

— Всякое бывает. Вдруг брешь не одна, вдруг их несколько. Вдруг устройство, которое выкачивает материю, не у этой бреши, а где-то в другом месте. Я точно знаю, что здесь что-то есть. Ни один из моих подчинённых, кого я туда отправлял, не вернулся. Или время или пространство там наверняка искажены.

— Покажите мне карту, – сказала Лиза.

— Вот, – Главный инженер развернул на столе перед Лизой довольно крупный свиток с картой подземных ходов. – Мы находимся здесь. Брешь должна быть здесь. Получается, вам нужно пройти около трёхсот метров. Вам придётся несколько раз свернуть и дважды спуститься по лестнице. Это не так много.

— Если пространство искажено, то эта карта нам ничем не поможет.

— Да. Тогда возвращайтесь. Будем думать, как быть.

— Хорошо, – сказала Лиза, которой уже не терпелось исследовать аномалию, – давайте прибор для брешей и бомбу, или чем вы предлагаете ломать устройство.

— Да-да, сейчас.

Главный инженер забегал по кабинету, заглядывал в шкафы и на полки, приговаривая: "Так, где же, где же... это не то, это тоже..." В конце концов ему удалось найти то, что нужно, и довольный собой, он выложил предметы на стол перед девушками:

— Так, это исправит аномалии, – он указал на небольшую коробочку, – здесь открываете, видите, здесь одна кнопка. Не забудьте приказать мне выключить машину перед тем, как на неё нажимать. Я выключу машину секунд за десять. Потом нажимайте.

Так, а эта маленькая штучка — бомбочка. Прикрепите её к устройству и нажмёте вот здесь. Ну и отходите подальше. Сильно можете не бояться, взрыв направлен в ту сторону, куда она прикреплена.

Чем бы всё ни закончилось, я буду ждать вас здесь. Не пытайтесь сами выйти по этой карте из подземных ходов. Я всё наглухо запечатал после падения града Тишины. Возвращайтесь сюда и я верну вас на поверхность.

* * *

Девушки дошли спустились по первой лестнице без приключений и оказались в начале второго яруса. По дороге они дважды встретили подземных жителей, но те не обращали на них никакого внимания.

— Отлично, – сказала Лиза, – по меньшей мере до этого ничего не искажено. Дальше коридор будет немного петлять и будут развилки. Нам всё время нужно держаться правой стороны и мы доберёмся до второй лестницы, а по ней до третьего яруса.

Пройдябольшую часть пути и уже почти добравшись до заветной лестницы, они вдруг услышали откуда-то сзади женский крик:

— Стойте!

Из-за того, что коридор петлял, увидеть кричавшую не было возможности, но девушкам голос показался знакомым.

— Что будем делать? – спросила Нина.

— Даже не знаю. Сходить посмотреть, что ли. Голос такой знакомый.

— Ну да, знакомый.

Лиза пристально посмотрела на Нину.

— Скажи: "Здравствуй, Лиза", – у Лизы возникло предположение, что голос похож на Нинин.

— Здрав-ствуй. Ли-за, – Нина проговорила реплику как бы по слогам. – А ты права, это был мой голос.

— Однозначно. Кричали твоим голосом. И в свете открывшихся обстоятельств мы возвращаемся к вопросу...

— Что будем делать?

— Именно.

— Пошли дальше, – предложила Нина.

— Пошли. Вряд ли от этой встречи стоит ждать чего-то хорошего. Наверняка это тень. И наверняка она к нам не очень дружелюбна.

Девушки стали спускаться по лестнице. Пройти предстояло всего один лестничный марш, хоть он и был длиннее обычных, к каким мы привыкли в жилых домах. Девушки спускались не торопясь, всё время прислушиваясь, не идёт ли за ними кто-нибудь. Но их очевидно никто не преследовал. И наконец они вышли на следующий ярус.

Лиза развернула карту посмотрела на неё, затем по сторонам и сказала:

— А вот, похоже, мы и до аномалии добрались.

— И в чём это проявляется? – спросила Нина.

— Вокруг не то, что должно быть согласно карте. Более того, я даже знаю, где мы. Мы опять в начале второго яруса.

— Ну тогда давай попробуем сделать ещё один круг. Дойдём до лестницы, спустимся и, если снова окажемся здесь, будем думать, что делать. Поэкспериментируем с ответвлениями, например.

— Давай, – согласилась Лиза. – Тогда пошли скорее, зачем время терять.

Девушки пошли быстрым шагом вперёд к лестнице, по-прежнему придерживаясь правой стороны на всех развилках. Вдруг Лиза увидела в дали две фигуры:

— Чёрт! Смотри! – она указала Нине на скрывающихся за очередным изгибом коридора людей.

— Я даже догадываюсь, кто это!

Девушки побежали вперёд и, когда коридор стал более-менее ровным и фигуры можно было достаточно отчётливо разглядеть, Нина крикнула:

— Стойте!

На крик никто не обернулся.

— В общем, понятно, – резюмировала Лиза, – это мы там впереди и насколько нам с тобой уже известно, на собственный крик мы не откликаемся.

— Ну, и что теперь делать?

— Давай доделаем то, что и собирались. Пройдём до конца свой замкнутый круг.

Девушки пошли в сторону лестницы, но её на месте не оказалось.

— Так, – сказала Лиза, разворачивая карту, – где мы есть?

— Можешь не смотреть, – немного напряжённо проговорила Нина, – я знаю, где мы. Мы в начале второго яруса.

— Опять? Ну, тогда всё понятно. Просто каждые пять минут нас бросает в одну и ту же точку. Уверена, если мы сейчас побежим вперёд, мы успеем встретить себя ещё раз, а может быть и не один раз.

— Тогда давай попробуем за эти пять минут добежать до конечного пункта. Возможно, там этой петли уже нет.

— Отличная идея. Тогда побежали.

— Давай.

Девушки отправились бегом в сторону лестницы. На этот раз по дороге они никого не встретили. Но на третьем ярусе им удалось успеть пробежать только несколько метров, как их отбросило к началу.

— Наверное, мы долго болтали вначале и медленно бежали потом, – сказала Лиза. – Тут метров 200, у нас минут пять. Это просто за глаза. Давай так тогда, сейчас пройдём вперёд, немного отдохнём. Когда нас отбросит в начало, сразу бежим со всех ног.

— Отличная идея.

Девушкине спеша пошли вперёд, как вдруг услышали, как сзади, их кто-то догоняет.

— Наверное, это мы из прошлой попытки, – предположила Нина.

— Но мы никого не обгоняли.

Девушки остановились и стали напряжённо ждать, кто в итоге покажется из-за поворота сзади. Шаги становились всё громче и вот из-за угла действительно показались их копии.

— Стойте! Не бегите! – крикнула, махая руками Нина.

Их копии, не замечая их, приближались и, казалось, они просто пробегут мимо, так и не обратив на Нину с Лизой никакого внимания. Но когда они оказались достаточно близко, вдруг Нинина копия посмотрела на Нину, в последний момент свернула со своего курса в сторону девушки, в два шага приблизилась в упор и ударила её рукой в грудь так, что Нина упала на пол.

Лизина копия, в свою очередь, также неожиданно напала на Лизу.

Казалось, Нинина копия точно знает, что она делает. Не успела Нина опомниться, как та вцепилась ей в шею и начала её душить. Нина не могла произнести ни слова.

Лиза быстро сориентировала в ситуации. Отскочила от своей противницы и бросилась на помощь Нине. Ей удалось отшвырнуть Нинину копию в сторону.

Едва прокашлявшись после того, как её шея освободилась от удушающих рук копии, Нина с хрипом произнесла:

— Ты остановись. И ты остановись.

Копии подчинились.

— Сейчас, давай отдышимся и допросим их, – сказала Нина.

— Не. Прямо сейчас спроси их, как отсюда выбраться.

— Ты сейчас ответишь мне, как отсюда пройти к бреши.

— На этом участке каждые пять минут всёвозвращается к исходному состоянию. Чтобы пройти участок, нужно успеть...

Тень вдруг исчезла и девушки оказались в начале второго яруса.

— Всё понятно, – сказала Лиза, – мы были правы. Просто нужно успеть пробежать.

Девушки отдохнули, пропустив очередной цикл. А затем легко пробежали оставшиеся до цели 200 метров за одну-две минуты. Они всё время были на чеку, готовые к очередному нападению, но в этот раз их никто не преследовал.

* * *

Нина и Лиза шли по коридору третьего яруса. Они находились как раз в том месте, где Инженер указал на карте возможное местоположение центра аномалии и соответственно бреши в Бренный мир.

Вдруг в метрах тридцати впереди им что-то показалось. Они стали осторожно приближаться к этому месту и в конце концов разглядели что-то вроде камня, прислонённого к стене. Рядом с камнем коридор как бы обрывался и за обрывом просматривалась бездна, как та, что Нина видела, когда только вошла в Междумирье.

— Это брешь и она огромная, – сказала Лиза. – А этот камень – видимо, устройство, которое выкачивает отсюда материю обратно в Бренный мир. Что же, пойду взорву его.

Лиза стала не спеша приближаться к камню.

Вдруг камень зашевелился. Присмотревшись, девушки увидели, что камень оказался то ли человеком, то ли тенью, сидевшей на корточках, обнявшей руками колени, положив на них голову. И сейчас он вставал в полный рост.

— Кто ты? – спросила Нина. – Немедленно отвечай мне!

— Я – Главный инженер Машины, обеспечивающей материальность Междумирья.