Нигилист

Глава 1. Новый квест

Они зашли со стороны солнца, как и подобает опытным стервятникам. В Гибельной Долине оно всегда светит с запада, из-за холмов, и беспечному игроку действительно трудно заметить приближающуюся опасность. Особенно если игрок этот — некромант, Обручённый со Смертью. Все его внимание обычно сосредоточено на том, как бы успеть прочитать три раза необходимое заклинание и не дать Кровавой Пиявке — отвратительной твари, чей гигантский язык за пару ударов способен вывести из строя даже танка, — добить и без того искалеченное тело. А значит, всё, что необходимо сделать таким вот стервятникам, это в нужный момент всадить оглушающую стрелу в ничего не подозревающую цель и наслаждаться тем, как монстр разорвёт несчастного некроманта на куски. После этого есть немалая вероятность поживиться чем-нибудь из его экипировки.

Они наблюдали за мной некоторое время, ожидая удачного момента для атаки. Охотник должен быть уверен, что жертва не успеет восстановить здоровье, даже если оглушение не сработает с первого раза. И конечно же, не оставить ей шанса расправиться с монстром прежде, чем монстр расправится с ней.

А значит нужно подловить фазу, когда некромант проведёт ритуал, “зацепит” очередную пиявку и произнесёт первое заклинание. Обычно это не очень долгий процесс, ведь юные неопытные некроманты плохо понимают баланс. Заманенные в Гибельную Долину гайдами и обзорами, они придерживаются “оптимальной” тактики трёх заклинаний, и не рискуют ни опускаться до двух, ни заигрывать со смертью и держаться на четырёх. Поэтому каждые полторы минуты им приходится доставать из ножен кинжал и…

Виртуальные шлемы с перчатками болевые ощущения не моделируют. Строго говоря, их никакие виар-приблуды не моделируют, хоть древние, хоть новейшие: за одно только обсуждение принципиальной возможности подобного рода эмуляторов мировые комитеты по этике сколько их вообще есть взвыли и полезли лоббировать запрет любых развлекательных разработок скопом. Под девизом “не дадим пытать наших детишек!” они подняли такую волну общественного негодования, что вопрос закрыли на ближайшие лет двадцать так точно.

Но и без реалистичной боли разрезать себе запястье — не самая приятная процедура, “спасибо” дизайнерам, что придумали на каждую полученную царапину урона заливать игроку экран красным фильтром с эффектом подёргивания. И не намерены это фиксить, несмотря на шквал негативного фидбэка.

По белой ткани робы расползлись кровавые пятна, и я, глубоко вздохнув, вернул кинжал в ножны. Охотник на секунду снял с меня наведение, видимо прикидывая, какую из пиявок я зацеплю в следующий момент. Напрасный труд — я ведь прекрасно видел, куда он целится теперь.

В старых добрых играх, для которых нужны были монитор, мышь и клавиатура, чтобы вовремя обнаружить врага игроку требовалось либо умение крутить камерой на 360 градусов, ожидая удара в спину в любой момент, либо пользоваться специальными программными средствами, почти всегда запрещенными на официальных платформах. С распространением виртуальной реальности умение крутить камеру кануло в Лету, а вот рынок спецсредств и способов обхода защиты сервера от них значительно вырос. И, поскольку я всё-таки здесь не в игрушки играл, а обеспечивал себе хлеб насущный, то пользовался самым современным и весьма недешёвым продуктом. На который стервятники денег обычно жалели.

Я выбрал пиявку и произнёс заклинание. Капли крови вокруг моей руки собрались в подобие копья и ударили уродливого монстра прямо в жерло пасти. Охотник с парой сообщников выступили из-за камня и двинулись в мою сторону. Если бы я не знал об их приближении, то ничем хорошим для меня дело бы не закончилось. Дальность стрельбы Охотника на двести единиц выше, чем у некроманта, и перезарядка быстрее. Боевой Щит спасает от мгновенной гибели при нападении игрока, но от удара медленной пиявки защитить не способен.

Однако, если некромант к нападению готов и досконально изучил местность, то кое-что может пойти не по плану.

Первый выстрел я сбил отступив за обманчиво небольшой камень. Охотник и сопровождавшие его Мастер Мечей и Жрец расценили это как случайность и сократили дистанцию. Я, делая вид, что не замечаю их, выстрелил в пиявку второй раз.

Сто единиц. Пятьдесят. Бинго.

Даже если бы Охотник сообразил, что попал в ловушку, то он бы уже не успел ничего сделать. Одним движением я выхватил из ножен кинжал и вонзил себе в грудь. Очки здоровья рухнули, но самоубийство таким способом в этой игре невозможно. Зато минимальное количество хитов максимизирует урон Некроманта.

Копьё пробило Охотника навылет, и он рухнул как подкошенный.

— ПК! — закричал Жрец, вскидывая руки, чтобы выжечь мою магическую энергию. Мастер Мечей грациозно взмахнул клинками, накладывая благословение и...

…И следующий мой выстрел ударил в пиявку, мгновенно отмывая меня от Очков Преступления. Ни Жрец, ни Мастер Мечей среагировать не успели — и вошли в боевой режим. Следующие две секунды, что могли бы спасти им жизнь, они потратили на осознание своей ошибки. А потом Кровавое Копьё отправило на точку возрождения Жреца.

— Ты — долбанный читер! — закричал Мастер Мечей, бросаясь в атаку. — У тебя радар!

Я не особый поклонник РП-серверов, но то, как этот неудачник своим сленгом испортил такую красивую сцену, меня покоробило. Капли крови из моей груди приняли форму кандалов и ударили в него. Паралич не действует мгновенно, но тем эффектнее он выглядит. Сначала цель замедляется, потом у неё отнимаются руки, роняют оружие, а следом подкашиваются колени — и вот уже гордый представитель расы пещерных эльфов пал у моих ног.

— Читер! — повторил он.

— Докажи, — улыбнулся я. Целых полторы минуты неудачник будет неподвижен. В играх нового поколения, насколько я слышал, этим можно было бы воспользоваться с особо извращенной фантазией. Здесь же я лишь собирался затыкать его жертвенным кинжалом до смерти.

— Я на тебя админам пожалуюсь! У меня друг в модераторах! Тебя забанят!

Пока я примерялся к его сухожилиям и придумывал какой-нибудь остроумный ответ, перед глазами высветилась огромная красная надпись:

ВХОДЯЩИЙ ЗВОНОК В ДОМОФОН -

— Долбануться, — произнёс я вслух, и жертва паралича восприняла это как свою словесную победу.

— Пермач получишь, как пить дать, чмо читерское!

Жаль нельзя вогнать ему кинжал в рот. В смысле, можно, конечно, но движок игры не приучен таким экстравагантным способом затыкать голосовой чат.

ВХОДЯЩИЙ ЗВОНОК В ДОМОФОН -Вот только настроишься на рабочий лад, как реальная жизнь вносит свои коррективы. Я проверил, есть ли ещё в запасе мгновенный телепорт, и со всей дури ударил кинжалом себе в бедро.

— Мои друганы сча добегут и наваляют тебе!

— Сильно сомневаюсь, — я деловито обновил паралич, а потом выстрелил ближайшую пиявку.

— Ты идиот!? — Мастер Меча запаниковал. Если бы я истыкал его кинжалом, это было бы унизительно, но смерть прошла бы без штрафов для опыта и без угрозы потери экипировки. А вот гибель от монстра уже гораздо болезненнее. Именно такую участь они готовили мне, между прочим. — Какого хрена ты делаешь?!

— Как аукнется, так и откликнется, знаешь такую поговорку? — я не смотрел на него, а наблюдал, как пиявка медленно подползает к нам. Это страшно агрессивная тварь, и ей безразлично, кого терзать.

Мастер Меча истерил и грозил мне карами земными, небесными и админскими. А внутренний чат вновь напомнил, что у домофона всё ещё кто-то стоит. И не лень же им?

Пиявке оставалось до меня каких-то пять десятков единиц, когда я использовал мгновенный портал в город. Сегодня возвращаться в Гибельную Долину я больше не планировал. Раз дела не задались, то можно дать себе несколько часов отдыха. И, может быть, даже сна.

Под нецензурную брань в личное сообщение я вышел из игры и вывалился в бренный, серый и скучный мир.

<уровень бодрости: 37%>

<уровень сытости: 24%>

В реальном мире не существует логов, но мой заботливый мозг дорисовывал их автоматически. Со здоровьем и моральным состоянием у меня тоже не очень. Я кое-как встал из вирт-кресла, обул тапки

<экипирован предмет: +2 к защите, +5% защита от холода>

и направился к двери.

— Кто там? — я использовал стандартную реплику.

— Почтальон, — ответил уставший женский голос. — Вам повестка пришла.

Любого юношу в нашей стране новость о повестке порадовать не может. Обычно она вызывает приступ паники, и желание ответить нечто в духе “никого нет дома!”.

У меня, однако, ни паники, ни желания спрятаться не возникло. Во-первых, я уже три года как вышел из призывного возраста, а во-вторых, даже год в казарме с такими же неудачниками показался бы весёлым и разнообразным времяпрепровождением, по сравнению с моим текущим состоянием. Признаться, мне стало даже интересно, по какому это поводу государство вдруг решило вспомнить о моей скромной персоне. Поэтому на диалоговом колесе появились следующие варианты:

[Любопытство] А что, третья мировая все-таки началась?

[Впустить почтальона] Девятый этаж, от лифта налево.

Поколебавшись секунду, я выбрал второй вариант — сообщение о начале третьей мировой войны лучше посмотреть сразу на смартфоне — и заковылял обратно в комнату. Быстренько глянул ленту новостей, но ничего о приходе апокалипсиса там не обнаружил. Пожав плечами, натянул черную майку-алкоголичку с логотипом Jack Daniels и спортивные штаны

<экипирован предмет: +1 к защите, +5% защита от холода>

<экипирован предмет: +3 к защите, +10% защита от холода>

<собран сет АЛКАША ОБЫКНОВЕННОГО. Сетовый бонус: репутация у соседей мужчин: +10%, репутация у женщин -15% >

Почтальон была женщиной, поэтому мой сет играл явно против меня. Собственно, как и трехдневная щетина, красные от недосыпа глаза и запах изо рта. Единственное, что пошло мне на пользу — она всё-таки повернула от лифта направо, и смущение из-за собственной невнимательности поубавило осуждение в её взгляде.

— Вот, возьмите, распишитесь, — сказала она, протягивая мне листок. — Повестка из прокуратуры.

Я несколько опешил. Если в том, что мотострелковый полк, в который я лет двенадцать назад был определён заботливым военкомом, вспомнил о своем блудном сыне, ещё прослеживалась какая-то логика, то в вызове в прокуратуру её не было в принципе. Человек, который выходит из дому раз в пять дней по маршруту “квартира — магазин — квартира” имеет очень незначительные шансы стать даже свидетелем преступления, не то, что его совершить. Если, конечно, он не болен шизофренией и не проворачивает штуки в духе “Бойцовского клуба”.

Не удержался, заглянул в повестку: “Вызван в качестве свидетеля”. Ладно, “Бойцовский клуб” отменяется, что, с одной стороны, неплохо, а с другой даже жаль. Я припомнил свои походы в магазин за прошлый месяц. Ничего странного или удивительного, вроде, не было.

— Эй, долго мне тут стоять?! — возмутилась почтальон.

— Простите, — на автомате выговорил я. Быстро подмахнул подпись напротив своей фамилии. — Спасибо.

<получен новый предмет: ПОВЕСТКА>

<получен квест: ПРОКУРОР В ПРОКУРАТУРЕ, чтобы посмотреть детали, загляните в инвентарь>

— Не за что, — проворчала почтальон. — Вы хоть поняли, что вас на завтра вызывают?

[Ложь] Да

[Сарказм/Ложь]Нет, блин, я совсем тупой

[Удивление] Нет, блин, я, похоже, совсем тупой (-10 к репутации у почтальона)

[Кивнуть головой и сбежать]

Сегодня у меня в фаворе были явно последние варианты реплик. Закрыв за собой дверь коридора, я секунд пятнадцать простоял, соображая, что же мне нужно сделать. Посмотрел в повестку ещё раз: Дата 21 июля, Время: 10.30.

“Утра или вечера?”, — пронеслось в голове. “Наверно, всё же утра… Нет, точно утра — государственные органы посетителей по вечерам не принимают.”

Я медленно зашагал по коридору к своей двери. Коридор был длинным, в нём помещалось шесть однокомнатных квартир. “Малосемейка” — так назывался этот тип жилья. Иронично: именно семей здесь уже почти не было. Либо старики-пенсионеры, либо такие же стремительно катящиеся по жизни вниз типы, как я.

Справа щелкнул замок.

<замечен субъект: СОСЕД НАПРОТИВ, статус: АГРЕССИВЕН>

[Диалог]

[Атаковать]

[Сбежать в квартиру]

Я захлопнул дверь прежде, чем докучливый одинокий дед успел сказать мне хоть слово. Да, я знал, что картошка — презент от заботливых родителей — в моём ящике давно зацвела и пованивала. Но мне некогда.

Меня, вон, в прокуратуру вызывают!

<уровень бодрости: 35%>

<уровень сытости: 15%>

<уровень морали: состояние стресса>

На часах девять утра. Я подошёл к холодильнику и задумался, что можно приготовить из имеющихся у меня продуктов — двух яиц, пачки сливочного масла, зачерствевшего хлеба и сыра.

Хлеб отправился в микроволновку, масло я применил на сковородку. В смысле, натёр её им. Сегодня на завтрак — запечённые бутерброды с яйцом и кофе. Благо кофе у меня много — на него уходит до пятой части дохода. Ещё в те времена, когда у меня была нормальная работа, я приучился пить только молотый средней ценовой категории, к растворимому питаю резкую антипатию. Теперь без кофе мне вообще никак не обойтись, ибо основная работа идёт по ночам.

Пока еда шкворчала на сковородке, я бросил свою “парадную” одежду — джинсы и футболку с надписью “Live hard, die young” — в стиральную машину. И отвлёкся на размышления о справедливости данной формулы.

Умри я лет пять назад, обо мне бы сказали “погиб в расцвете сил молодой и многообещающий специалист”. Если бы меня переехало автомобилем три года тому, то можно было бы услышать “накануне свадьбы ушёл из жизни такой молодой и перспективный историк-консультант”.

А вот если я умру сейчас, то тело найдут, наверное, только через неделю. И то в том случае, если родители решат завезти ещё мешок картошки, от которого откажутся все их знакомые.

Закусывая бутербродами, я снова принялся копаться в памяти, силясь найти хоть что-нибудь, чему я мог бы быть свидетелем. Логи оказались пусты. Никаких краж, скандалов, а тем более ограблений и убийств, рядом с которыми я мог очутиться, я не припоминал. Возможно, Наташа из сто седьмой наконец подала на своего хахаля в суд. Или же её бывший муж решил определить детей к себе. Да, это наиболее вероятный вариант.

— Твою мать, — громко произнёс я.

То есть, мне придётся потерять минимум полночи потому, что кто-то не может уладить свои семейные проблемы. Ну что за хрень с этим миром, а?

Я доел бутерброды, одним большим глотком допил чашку кофе. Минут пять потупил, глядя, как стиральная машина задорно подпрыгивала на полу в ванной. В детстве меня очень забавляли эти “скачки”. Можно было положить на машинку руку и представлять, как рядом с тобой жужжит заведённый робот из какой-нибудь хорошей научной фантастики.

Сейчас это тоже превратилось в рутину.

<уровень бодрости: 65%>

<уровень сытости: 71%>

<уровень морали: готовность к суициду>

Нет, ну не так уж все плохо. Не настолько.

<уровень морали: не так уж всё и плохо>

Вот, так уже лучше. Можно сказать, что жизнь-то налаживается. Вот хоть на улицу выберусь не только в магазин.

Я прочёл фамилию прокурора. Томашевская Я. А, 106 кабинет.

А может, это молодая и симпатичная прокурорша… или прокурорка, как там сейчас модно у молодых и симпатичных. “Вы часто слышите шум из той квартиры, Сергей Иванович? И что там за шум? Ах, вы не можете охарактеризовать, что там за стоны”. И она прикуёт меня наручниками к стулу...

<уровень возбуждения: 68%>

Нет, ну бред же. Да и вообще, работать тебе надо, Сергей, а не о прокурорках думать. Хотя, если решить дело по-быстрому, то потом и эльфийки на рынке отвлекать не будут.

Ладно, значит, быстро сбросить стресс, а потом в игру. Ночью нужно выспаться, чтобы не выглядеть перед прокурором совсем уж антисоциально. Эх, придётся увеличить дозу кофе и работать днем. Заказчик нетерпелив, а сама себя голда не нафармит.

Глава 2. Привет из прошлого

Я всегда считал, что самым бесчеловечным оружием из арсенала некроманта является будильник. Эта адская машина создана для того, чтобы поднимать тела из места отдохновения и направлять в места служения проклятым золотым богам, и по праву должна быть запрещена любыми конвенциями, в которых в одном предложении встречаются слова “права” и “человек”.

Но некромантам и вампирам, давно захватившим власть на этой бренной планетке, наплевать на своих слуг. Только поэтому, как мне кажется, будильники встроены в каждое новое устройство, сходящее с конвейера научного прогресса. Интернет и будильник — два изобретения, которые сделали некромантию на Земле реальностью.

<уровень бодрости: 72%>

<уровень сытости: 48%>

<уровень морали: параметр недоступен (персонаж: НЕЖИТЬ)>

<принятые квесты

ПРОДЛИТЬ НИКЧЕМНОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ: накопить 2ккк золота для Warmonger07ПРОДЛИТЬ НИКЧЕМНОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ (продолжение): накопить 500кк золота для NyshnayaStervaПРОКУРОР В ПРОКУРАТУРЕ: постирать одежду; найти паспорт; выйти из дому; добраться до здания прокуратуры> Что ж, Стерве придётся подождать. Она меня никогда не обманывала, и я старался выполнять заказы вовремя, но тут вполне мог бы сослаться на форс-мажор.

Я ещё раз похлопал по заднему карману, вынул оттуда паспорт и зачем-то глянул на последнюю страницу с фотографией и данными. Старая привычка, оставшаяся с тех пор, как жил не один.

С фотографии на меня глядел улыбающийся брюнет с удлиненной стрижкой, аккуратно выбритый. Белая рубашка, серый пуловер. Серые глаза лучатся уверенностью в завтрашнем дне и готовностью покорять новые вершины.

Что ж, я даже отдалённо похож на этого странного наивного человека. Особенно теперь, когда отскрёб лицо тупым бритвенным станком, с трудом отыскавшимся в груде старых неразобранных вещей. Лицо горело полночи, и от этого сон был ещё беспокойнее. Но теперь охранник в прокуратуре, по крайней мере, сможет узнать меня на фотографии.

Натянул сандали (выполнять побочный квест <ПОТЕРЯННАЯ ПАРА: НАЙТИ ВТОРОЙ НОСОК (повторяемый)> жуть как не хотелось) и, проверив карманы ещё разок на предмет наличия кошелька, телефона, ключей и паспорта, вышел из дому.

<квест обновлён:

ПРОКУРОР В ПРОКУРАТУРЕ: постирать одежду; найти паспорт; выйти из дому; добраться до здания прокуратуры>

А на улице, тем временем, стояло лето. Мимо меня к остановке прошли три девицы неопределённо юного возраста (от четырнадцати до двадцати трёх), две в коротеньких шортиках и белых маечках, одна в чуть более скромной мини-юбке и топике. Я проводил их взглядом, глубоко вздохнул и двинулся в противоположную сторону — ко входу в метро.

Причина ненавидеть реальность №99: отсутствие телепортов. Люди изобрели тысячи способов половой любви и столько же, если не больше, умерщвления себе подобных, а до такой необходимой вещи, как мгновенное перемещение в пространстве их мозг, почему-то, до сих пор не додумался. Хотя, возможно, тряска в общественном транспорте, пускай даже и в метро, в жару — это ещё один способ некромантов пытать своих несчастных жертв в их взрослом посмертии.

Так по крайней мере мне думалось, пока я пересекал постепенно раскаляющийся на солнце город подземным путём. В метро было не так душно, чем наверху, но в набитом вагоне я все равно успел пропотеть и, выбравшись на поверхность, чувствовал себя смесью чумного зомби и водяного элементаля.

Идти от станции было недалеко. Здание из красного кирпича с узкими окнами и монотонными стенами если и не внушало ужас, то беспокойство вызывало точно.

<квест обновлён:

ПРОКУРОР В ПРОКУРАТУРЕ: постирать одежду; найти паспорт; выйти из дому; добраться до здания прокуратуры; найти прокурора Томашевскую>

Когда я вошёл, меня окликнул молодой участливый стражник в серой форме с двумя звездочками на погонах:

— Добрый день, вы куда?

Воображаемое диалоговое колесо прокрутилось, подгружаясь, и выдало следующие варианты:

[Показать повестку] Мне к инквизитору Томашевской.

[Показать повестку] Где тут у вас 106 кабинет?

[Показать повестку] Вот…

[Открыть дверь и убежать в ужасе].

Поколебавшись секунду, выбирая между вторым и третьим вариантом, я всё-таки выбрал второй.

— А, вы к Яне, — стражник на мгновение замялся, а потом добавил, — Александровне. Одну минуту, я сообщу.

Он набрал короткий номер на проводном телефонном аппарате, прикрыл окошко, разделявшее нас, и начал о чём-то говорить с адресантом. Я отвернулся, разглядывая доски “ИНФОРМАЦИЯ ДЛЯ ГРАЖДАН” и “ИХ РАЗЫСКИВАЕТ ПОЛИЦИЯ”. Под фотографиями на последней по-прежнему не писали суммы за взятый квест. Зачем их тогда вообще вывешивают?

— Яна Александровна пока занята, — оторвал меня от размышлений стражник. — Подождите, она за вами выйдет.

[Согласиться] Хорошо

[Согласиться] *Кивнуть*

[Отказаться] Моё время слишком дорого для этого!

[Возмутиться] Да что она себе позволяет?!

— Хорошо, — ответил я, и отошел к столику под Доской Почёта. Усевшись на стул, я включил мобильный интернет и погрузился в чтение новостей игрового сообщества. Нужно быть в курсе того, какая виртуальная валюта сейчас на подъёме, чтобы не упустить шанс вовремя прокачать персонажа там, где может понадобиться опытный фармер. И также надо сопоставлять это с возможностями своего “железа” — ультрасовременные игровые VR-платформы стоили примерно как треть моей квартиры, да и запихнуть такую дуру объёмом с небольшой бассейн в однушку было бы тем ещё приключением. Правда, и деньги там водились порядочные — но куда уж нам, простым смертным, до заработков небожителей.

Не прошло и получаса, как за мной явились. Яна Александровна Томашевская действительно оказалась молодой хрупкой девушкой. Светлые волосы собраны в хвост, глаза тёмно-карие и неожиданно добрые для её профессии, зато тонкая линия губ с годами научится вытягиваться в протокольную ниточку. Худенькие бёдра обтянуты юбкой, а аккуратная синяя рблузка с двузвездными погонами не выдаёт даже намёка на грудь. Для образа прилежной девочки-заучки не хватало только больших роговых очков.

— Тимофеев Сергей Иванович? — спросила Яна Александровна. Я кивнул. — Идёмте. Валентин, пропусти, пожалуйста.

Стражник нажал на незаметную мне доселе кнопку, и красная лампочка на турникете, разделявшем меня и Яну Александровну сменилась милостивым зеленым. Я прошёл за турникет, и Яна Александровна указала мне куда идти. В её взгляде я уловил некоторую брезгливость.

“Ну еще бы, — произнёс внутри меня тот самый человек, который утром пырился с фотографии в паспорте. — Волосы сальные, брюхо из-под майки выпирает, пахнешь, как немытая скотина и весь мокрый. С чего бы она к тебе должна по-другому относиться?”.

“Ой, не очень-то и хотелось, — ответил я сам себе. — Тощая, по виду заносчивая, и без сисек. Нафига нужна?”

“Ну-ну”, — хмыкнул внутренний голос и замолчал.

— Вот здесь, — сказала Яна Александровна.

Я остановился, она открыла ключом тяжёлую деревянную дверь и, слегка подтолкнув всем корпусом, открыла, пропуская меня вперёд. Им тут, видимо, положено запирать за собой замки, даже если в уборную уходишь.

Кабинетик оказался небольшим, с единственным столом и двумя стульями. На окне, будто у бабули в деревне, расположились два горшка герани.

— Присаживайтесь, Сергей Иванович, — Яна Александровна указала мне куда. Я присел, наклонился и посмотрел на неё.

<квест обновлён:

ПРОКУРОР В ПРОКУРАТУРЕ: постирать одежду; найти паспорт; выйти из дому; добраться до здания прокуратуры; найти прокурора Томашевскую; пережить допрос>

— Меня зовут Яна Александровна Томашевская, я лейтенант юстиции, — Яна Александровна открыла лежащую на столе папку. — Вы вызваны в прокуратуру в качестве свидетеля по делу о мошенничестве в особо крупном размере.

[Удивление] *Удивленно уставиться на прокурора*

[Крайнее удивление] Чего?!

[Шутка] Меня подставили!

[Флирт] Особо крупный размер у меня в штанах, детка!

Я уставился на Яну Александровну. Она посмотрела на меня в ответ и тут же снова опустила глаза. Игра в гляделки не удалась.

— Два года назад вы работали историческим консультантом в игровом проекте “Священный союз”...

Диалоговое колесо не успело “прогрузиться”, но я уже знал, что мне нужно отвечать.

— Нет.

И запустилась катсцена. Яна Александровна недоверчиво меня рассматривала. Я пожал плечами, надеясь, что вышло картинно, а не нервно. Она перечитала аккуратно набранные на желтоватом листе (других, почему-то, в государственных учреждениях не бывает) буквы и опять подняла глаза на меня. В них плескались гнев и неуверенность.

— Значит, вы утверждаете, что два года назад вы не работали в организации ООО “ИстоИгры” историческим консультантом?

— Такого я не утверждал, — я старательно валял дурака. С одной стороны потому, что действительно не имел к “Священному союзу” почти никакого отношения, а с другой, чтобы показать этой холёной молоденькой девице: нечего судить людей по одёжке. Заметив, что она готова взорваться, я продолжил. — Я сказал, что не работал над “Священными союзом”. По крайней мере в том виде, в котором он сейчас находится. Меня уволили из компании почти сразу после ребрендинга игры.

— Понятно, — Яна Александровна кивнула, и, кажется, успокоилась. — Но вы всё-таки работали над этой игрой?

[Уловка] Я же сказал, что нет!

[Правда] В её альфа-версии.

[Шутка/провокация] Я не буду говорить без своего адвоката!

Смысла упираться не было, хотя часть меня и хотела ещё немного позлить прокуроршу. Я выбрал второй вариант, и по реакции понял, что Яна Александровна, как говорится, “вообще не в теме”. Поэтому добавил:

— На ранней стадии разработки сценария. До того как к делу подключились государственные органы, — тут у меня в мозгах щёлкнул невидимый тумблер, и я спешно добавил, — я ни разу не нарушал взятую с меня подписку о неразглашении.

Да, не нарушал. Даже когда досужие блогеры и стримеры мешали всю нашу историческую группу с вонючей субстанцией, даже когда разработчики “Союза” отказались убрать мою фамилию из титров. Даже когда оказалось, что это поставило крест на возможности устроиться на должность консультанта или сценариста в любой другой проект. Я держал слово и молчал.

— О нарушении подписки речи не идёт, — заверила Яна Александровна. Моя тирада её явно озадачила. А у меня на душе стало немного легче. — Я хотела бы у вас уточнить некоторые моменты касательно игрового процесса.

[Скепсис] Вряд ли я смогу вам чем-то помочь.

[Согласие] Готов ответить на все ваши вопросы

[Ложь] Я знаю все их тайны и могу посвятить вас в них

[Флирт] Давай лучше сразу перейдем в другую плоскость. Горизонтальную.

Мда, с таким уровнем флирта я точно умру в одиночестве. Выбрал всё же первый вариант и добавил к нему вопрос:

— А в чём, собственно, дело?

— Давайте условимся, что вопросы вам буду задавать я, хорошо? — голос у Яны Александровны стал настолько серьёзно-наигранным, что я не выдержал и засмеялся.

— Да, госпожа прокурор, — реплика вылетела сама собой. — Только, повторяю, я не специалист в гэймплее, я всего лишь исторический консультант. Да и то, судя по общественному мнению, весьма хреновый. Лучше бы вы пригласили геймдизайнеров.

— Могла бы, пригласила бы, — проворчала Яна Александровна тихо. А следом перешла к вопросам.

Из их сути я понял, что разработчиков “Священного союза” подозревают в махинациях с аккаунтами персонажей-донатеров. Дескать, администрация игры отслеживает игроков, вложивших в игру кругленькую сумму, а потом в строго определённом месте выбрасывает из игры, удаляя аккаунт вместе с купленной экипировкой.

— Бред, — я пожал плечами. — Да, технически, наверно такое возможно. Но ни один игродел с чуть более чем отличным от нуля именем не будет этим заниматься. К тому же “ИстоИгры” сейчас завязаны на государственный контракт… Это общедоступная информация.

Последнюю фразу я выдал на всякий случай — вдруг вся эта встреча всё-таки какой-то хитрый финт, чтобы заставить меня нарушить чёртову подписку.

— Я поняла вас, Сергей Иванович, — кивнула Яна Александровна. Однако показатель моего интеллекта позволил мне определить, что она лжёт.

[Завершить диалог] Я могу идти?

[Завершить диалог] Если вам больше ничего не нужно…

[Флирт] А может, мы…

Оказалось, что в этот раз на выбор вариантов мне отводилось время, и выбрать я не успел.

— Скажите, — Яна Александровна подалась чуть вперед. — Если бы я предложила вам помочь следствию и провести, так сказать, эксперимент…

Она явно ожидала моей реакции, но я так удивился, что не смог даже сгенерировать колесо. Тогда она продолжила:

— Я навела справки. Вы сейчас официально не работаете и, судя по всему, как-то зарабатываете на жизнь, играя в подобные игры. Так вот, не могли бы вы провести меня по этой игре к месту, где у игроков возникали проблемы, чтобы я увидела всё своими глазами?

— По-моему, вам проще было бы обратиться к разработчикам, — промямлил я, пытаясь найти свою отвалившуюся от удивления челюсть где-то в районе пола. — Они бы вам и логи бы открыли, и… ладно, неважно. В общем, лучше к ним.

— То есть, вы предлагаете прийти к подозреваемым и на голубом глазу попросить их показать, как работает то, в чём я, как вы уже поняли, ничего не смыслю? — Яна Александровна уточнила это так деловито, что я едва не спрятался под стол от ощущения своей тупости. Говоря языком файтинга, ей оставалось только сделать мне фаталити, чтобы я беспрекословно подчинился её воле. Но, как оказалось, в этой игре мой противник мог совершить и критический промах. — Сергей Иванович, вы ведь получаете незарегистрированный доход, так? И государство на это дело глаза закрывает. Помогли бы следствию — глядишь, и дальше никаких проблем не было бы.

Она улыбнулась, решив, видимо, что дело у неё в кармане. Я не понимал, зачем ей понадобился, но ощутил себя загнанной в угол крысой, которую хотят взять голыми руками. А это, как известно каждому грамотному крысолову, большая ошибка. Яна Александровна, однако же, грамотным крысоловом явно не была.

[Агрессия] А иди-ка ты нахер, госпожа прокурор!

[Заявление] Дальше разговор я буду вести только в присутствии адвоката

[Ирония/Завершить разговор] (долгое ироничное пояснение)

[Завершить разговор] Всего хорошего

Я выбрал последнюю опцию. Яна Александровка возразила, и тогда я применил вторую. В любом случае изливать перед ней перипетии своей жизни мне не хотелось. Не заслужила эта засцыха малолетняя. Пусть делает, что хочет, но уяснит: даже у загнанных в угол крыс есть чувство собственного достоинства.

К моему удивлению она замолчала и просто вывела меня из здания прокуратуры, отпустив на все четыре стороны.

<квест обновлён:

ПРОКУРОР В ПРОКУРАТУРЕ: постирать одежду; найти паспорт; выйти из дому; добраться до здания прокуратуры; найти прокурора Томашевскую; пережить допрос>

<квест выполнен>

<предмет отдан: ПОВЕСТКА>

<получено: ...>

Да ничего не получено. К сожалению, в реальной жизни не за все квестовые цепочки дают деньги. И уж без такого опыта я бы точно обошёлся.

<уровень бодрости: 120% (адреналиновый выброс)>

<уровень сытости: 22%>

<уровень морали: готов убивать>

По дороге домой я вспомнил, что в холодильнике у меня даже мыши повеситься не на чем. А значит нужно завернуть в магазин. Проверил счёт на карточке — денег в обрез, Вармонгер ещё не расплатился. Надо было делать сначала заказ для Стервы. Хотя, говорят, она последнее время тоже не при деньгах и платит периодически нюдсами. А карточки с голыми сиськами в магазинах в качестве валюты пока не принимают.

В местной лавке при всем богатом выборе продукции мои скудные финансы развернуться не позволили.

— На бонусной карте двадцать копеек, списывать? — заученной фразой уточнила кассирша. Молодая, пока что бодрая и даже улыбчивая. Надо же, и такое бывает.

[Согласие] Да

[Возражение] Нет

[Флирт] А натурой принимаете?

— Нет, — ответил я. Едва не выронив из рук карточку, все-таки справился с ней и поднес к бесконтактному терминалу.

<получены предметы: ОВСЯНАЯ КАША (500 гр.), МОЛОКО (930 мл), ХЛЕБ (430 гр.), МЁД (200 гр.)>

<потеряно: НАДЕЖДА>

Ладно, на овсянке с мёдом можно протянуть пару дней, пока Вармонгер переведёт денег. А если Стерва расплатится нюдсами, то можно и из дому не выходить некоторое время — будет как скоротать пять минут перед сном.

<уровень морали: всё не так уж плохо на сегодняшний день>

Хотя пачки сигарет в кармане не было. Курить я бросил год назад, когда это стало слишком накладно — и ни разу не пожалел об этом.

Светило солнышко, на детской площадке играло подрастающее поколение, из колонок соседнего дома звучали четыре зацикленных новомодных такта. Я шёл, периодически оглядываясь на летних девчонок, напевая подходящую под это дело мелодию старичков Aerosmith.

Some girls are all about it

Some girls they love to let it fly

Some girls can't live without it

Some girls are born to make you cry

Эпизод в прокуратуре почти выветрился из головы. Чем можно напугать человека, которому предстоит прожить ближайшие дни на одной овсянке?

“Ничем, — подумал я. — Да и само дело бредовое. Кому вообще в голову пришло за этим идти в прокуратуру? Что они там надеются доказать?”.

“ИстоИгры”, я знал это точно, связаны с государством. А, значит, даже если они и разводят донатеров на бабло, то их всё равно прикроют дяденьки в высоких кабинетах. Да и донатеров мне жалко не было. Да, часть из них являлись моими непосредственными работодателями. Часть из этих работодателей были честными, а иногда и весьма симпатичными людьми. Но с чисто человеческой точки зрения ни один из них не вызывал у меня чувства жалости и сострадания. Да, я понимал, что завидовать плохо, а я просто неудачник, который не смог устроиться в жизни. А что делать?

Мимо меня проехал чёрный мерседес. Я не особо слежу за автомобильным рынком, но машинка была явно выделяющийся, особенно в нашем спальном районе. Гладкая, футуристичная, с тонированными стёклами. Еще один хозяин жизни спешил по своим делам.

Я проводил машину взглядом и свернул во дворы, мимо превращавшегося в руины детского садика, по тропке между деревьями, которые в моем детстве были большими, но не такими большими, как сейчас. По дороге остановился, вытряхнув камушек из сандали.

<уровень повреждения предмета: 50%>

Подошва начинала трескаться. Придётся отложить денег на обувь. С этими мыслями я подошёл к своему подъезду и вынул ключи.

— Эй, пацан, закурить есть? — услышал я за спиной. Любой житель спального района знает, что правильного ответа на этот вопрос не существует. Он всегда встаёт неожиданно и никогда не заканчивается ничем хорошим. И я прекрасно понимал, что с полным здоровьем я до квартиры уже не доберусь.

Я ожидал увидеть пару-тройку “чётких”, этих реликтов смутного времени, теперь, в период кризиса, возрождающихся к жизни, будто древнее зло. Но, обернувшись, увидел плечистого лысого мужика постарше себя в хорошем костюме стоимостью в мою почку. За моей спиной “запищала” дверь подъезда и на плечо мне легла тяжелая рука.

— Тимофеев? — спросил голос над самым ухом.

— Д-да.

— Поехали, — меня подтолкнули в спину и я пошел.

<вы чувствуете эффект: подавление воли>

<вы чувствуете эффект: страх>

Меня подвели к тому самому футуристическому мерседесу, открыли дверь заднего сиденья, куда я и сел без всякого сопротивления.

Глава 3. Священный союз

Я проснулся в непозволительную рань — в восемь утра — потому, что зазвонил телефон. Несколько минут ушло на осознание где я нахожусь и почему у меня так сильно болит голова. За это время телефон несколько раз замолкал и тут же звонил снова. Я дотянулся до трубки и принял вызов:

— Сергей Иванович?

— Ага.

— Это Томашевская. Вам удобно говорить?

[Ложь] Да

[Правда] Чего?

[Возмущение] Зачем звонить в такую рань?!

[Возмущение] (Положить трубку)

Я, конечно, солгал.

— Игорь Владимирович сказал, что вы приняли его предложение. Мне бы хотелось обсудить с вами… то, что нам надо сделать. Вам удобно будет, если мы подъедем к вам, скажем, в полдень? — спросила Яна Александровна, заставив мой мозг напрячь все пробудившиеся к этому моменту нейроны. Был бы у меня в голове кулер, он бы сейчас напоминал вертолетный винт на полной скорости.

— Мы?

— Вы говорили Игорю Владимировичу, что нам понадобится третий. Я нашла того, кто может помочь…

От этого уже повеяло проблемами. Но кто я такой, чтобы спорить с девушкой-прокурором? Особенно утром, когда меня мучает жуткое похмелье и головная боль.

— К полудню рано. Давайте после двух.

— Хорошо, Сергей Иванович, — Яна Александровна на секунду замолчала, а потом протараторила скороговоркой: — Я прошу меня извинить за вчерашний разговор, я была слишком резкой.

— Бывает, — брякнул я. — До встречи.

— До свидания.

Я с размаху положил телефон на тумбу у кровати, толкнув и уронив на линолеум пустую поллитровую бутылку из-под виски “Jack Daniels”. Сел на кровати, обхватил голову руками и секунд тридцать приходил в себя, наводя порядок в квест-логе.

<принятые квесты:

ПРОДЛИТЬ НИКЧЕМНОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ (продолжение): накопить 500КК золота для NyshnayaSterva (выполнен частично) СВЯЩЕННЫЙ СОЮЗ: сделать уборку, принять VR-платформу, проинструктировать Томашевскую, создать персонажа, отчитаться Игорю Владимировичу> Я мутным взглядом осмотрел квартиру. Да, прибраться бы не мешало. Во-первых, надо освободить место для немаленькой платформы. Во-вторых, если уж принимать у себя в квартире девушку, пусть она и прокурор, стоит соблюдать некие приличия. В-третьих, мне необходимо было обдумать произошедшее вчера вечером, а это лучше делать “на ходу”.

Заварил себе кофе, разогрел в микроволновке кусок вчерашней пиццы и вышел на балкон. Наверное, впервые за полтора года хотелось курить.

<уровень бодрости: 45%>

<уровень сытости: 88%>

<уровень морали: хороший>

<вы чувствуете эффект: слабость>

<вы чувствуете эффект: похмелье>

<вы чувствуете эффект: кофеиновый дурман>

Сказать, что я пришёл в норму после чашки кофе было бы сильным допущением, но некая ясность в мозгах появилась, и я принялся собирать валяющийся по квартире мусор. Под умывальником отыскались веник, совок и пакет с пакетами — все, что нужно для уборки. А пока мусор отправлялся в пакет, а пыль частично в унитаз, а частично в окно, я расставлял по полочкам информацию о том, во что я вчера ввязался.

Итак, Игорь Владимирович, чья фамилия в нашем городе была слишком известна, чтобы её называть, вчера принял меня у себя в офисе, недалеко от центральной площади нашего города. Именно его помощники так экстравагантно встретили меня у подъезда. Кто сказал: “похитили”? Такие люди никого не похищают, они просто экономят время субъекта, которому бы и так пришлось явиться по вызову уважаемого человека.

Так или иначе, после распитых ста грамм виски (иначе разговор со мной в полуобморочном состоянии был бы весьма непродуктивен), Игорь Владимирович сообщил, что это именно он неофициально попросил прокуратуру заняться проверкой проекта “Священный союз”. И теперь хочет, чтобы в этой неофициальной (он подчеркнул это слово раз десять, так что даже до моего запуганного и залитого алкоголем мозга дошло) операции я оказал прокуратуре, а вернее Яне Александровне, всю возможную помощь. Получив немного защиты от страха, я выдвил из себя два вопроса:

Почему я?Почему его так интересует “Священный союз”?На первый вопрос ответ был достаточно прозаичен. Я, с одной стороны, был связан с “ИстоИграми” и, собственно, самой игрой, пускай и в альфа-версии. С другой стороны, я явно не питал к ним особого пиетета.

— И еще вы, Сергей, так и не разгласили деталей вашей работы, несмотря на то давление, которое, как я понимаю, на вас оказывалось, — в этот момент Игорь Владимирович глядел на меня слегка с прищуром, поглаживая аккуратно подстриженный седой ус. — Значит, вы определенно, скажем так, очень честный человек.

“Очень честный человек” из его уст звучало как “лох”. Что ж, я был с ним согласен в этой оценке.

На второй вопрос ответ оказался более долог и менее конкретен. По словам Игоря Владимировича выходило, что его сын, живущий с матерью, потратил баснословные деньги на “Священный союз”, в котором его дважды в одном и том же месте “раздели” самым диким способом — убив и удалив персонажа, да так, что никаких логов у администрации игры не оставалось. По их словам выходило, что персонажа удалил сам игрок. То же самое касалось и персонажей его сопартийцев — дело происходило в инстанс-зоне. Это заявление и наводило Игоря Владимировича на мысль, что его сына разводят на деньги.

— Я этого идиота услал до начала следующего семестра к тётке за границу. И к тому времени вы и Яна должны мне обстоятельно расследовать это дело, понятно?

В тот же момент он осведомился, что для этого будет нужно и предоставил мне время, чтобы я определился с необходимым оборудованием. Пять минут.

В итоге я запросил самую современную VR-платформу, информацию о том, в каком именно инсте дважды состоялось дерзкое ограбление и двух человек для группы — в “Священном союзе”, как я помнил, стандартная группа состояла из трёх.

— С этим всем вам поможет Яна, — Игорь Владимирович тряхнул седой шевелюрой, налил в наши бокалы еще виски и, не дожидаясь меня, выпил. — Её вы должны взять с собой обязательно. Она ведёт расследование. Если они… компания действительно делает это, Яна засвидетельствует. За работу получите пять штук. Десятую часть задатком. Справитесь — получите остальные и сможете оставить игрушку себе. Не справитесь — и игрушку и пять сотен придётся вернуть.

— Пятьсот рублей? — спросил я.

Игорь Владимирович захохотал, постучал меня по плечу, а затем вынул пять сотен долларов из кармана и протянул мне.

— Если надо — обменяй у Леночки, — перешёл он на “ты”. — Это моя секретарша. Бутылку эту тоже можешь забрать. Камеру ту компьютерную тебе завтра привезут. Вот визитка, если будут подвижки или проволочки — от Яны или еще от кого — сразу мне звони.

Вспомнив о визитке я с ужасом (вдруг потерял) кинулся к штанам, где должен был лежать кошелек. С облегчением выдохнул. И кошелек и визитка на месте. И деньги. Пять сотен долларов, вернее их эквивалент в нашей валюте, за вычетом трёх пицц и еще одной бутылки Джека, купленной мною на обратном пути.

Три коробки из-под пиццы отправились в отдельный пакет. Я выдохнул, присел на диван и осмотрелся. В общем, уборка открытой части помещения оказалась делом более лёгким, чем мне представлялось в начале. Часть неразобранных вещей была свалена в шкафы, из посуды грязными оказались лишь пара тарелок, давно покрывшаяся темно-коричневым налётом кофейно-чайная чашка, да два бокала — вискарный и пивной, которыми я пользовался вчера. Мусора набралось три обычных целлофановых пакета, которые я, вновь облачившись в сет алкоголика, отправился выкидывать на лестничную клетку.

— О, Серёга, здарова, — приветствовал меня полноватый улыбчивый мужчина, куривший у окна. Он был одет также как я, только майка была белой и без всяких надписей.

[Ложь] Мужчина, вы кто? Я вас не знаю!

[Удивление/радость] Санёк! Сколько лет-то то!?

[Вежливость/равнодушие]Привет

[Социофобия] *опустить взгляд и быстро пройти мимо* (— 5 к морали, — 10 к репутации у соседа)

Я выбрал второй вариант. Мне действительно было приятно встретить своего одноклассника, которого я не видел, наверное, лет пять. В свое время мы каждый день вместе ходили в школу. Потом он неожиданно исчез, да и я на какое-то съезжал на другую квартиру. А теперь вот и я, и он вернулись в родное гнездо и встретились, почти как в детстве.

— Да лет десять наверное, — он улыбнулся. — Вот, женился, теперь ремонт тут делаю. А ты как?

[Хитрость] Да вообще неплохо. Вот, контракт у олигарха получил.

[Меланхолия] Да никак, по большому счету.

[Правда] Ничего особо нового. Кручусь как-то.

[Уклончиво] Живой, а это уже достижение.

Выбрал третий вариант. Нового действительно ничего, хотя событий в жизни произошло много. Дальше последовал необходимый обмен новостями по схеме “родители-знакомые-работа”.

— Всё в игрушки играешь? — спросил он, как мне показалось, удивленно.

— Мне за это платят, — теперь уже улыбнулся я. Он ответил на улыбку, хмыкнул и сказал:

— Везёт. Мне б тоже хотелось, чтобы мне за игры платили.

Я не стал его разубеждать. Всегда приятно, когда тебе немножечко завидуют — пускай даже завидовать там нечему. У Саши есть нормальная работа, жена, автомобиль и дача. А у меня — узкий набор ярких миров, ограниченных в своём разнообразии, парочка подруг для вирта, да свежие нюдсы от Стервы. Но в пространстве идей моё положение оказалось лучше. Таков он, наш нынешний мир.

Со Стервой мы, кстати, сошлись на фотографиях глубокого декольте и попки в трусиках. На оголенку пришлось бы работать еще часа полтора, а я уже хотел заняться разведкой того, с чем мне придётся столкнуться в “Священном союзе”. К делу следовало подойти серьёзно — возвращать полтысячи баксов желания не было. А получить еще четыре с половиной тысячи очень даже хотелось. Поэтому полночи, потягивая виски и поедая пиццу, я просматривал отзывы, прохождения и гайды. И соотносил с тем, что знал об игре ещё в те времена, когда она называлась “Разделенной Империей”.

Итак, игра представляла собой ПВЕ-ММОРПГ с незначительным ПВП элементом. В переводе на язык обычного человека это звучало как “хорошие люди должны убивать плохих компьютерных болванов, а иногда могут подраться между собой — но исключительно в соревновательных целях.” В отличие от ранней стадии проекта, в выпущенной версии была всего одна фракция, лояльная императорскому двору. Российская Империя образца последней четверти девятнадцатого века была превращена в этакий паропанк, с дирижаблями, балами, юнкерами, дамами.

При прочтении “исторического контекста” я всерьез начал опасаться, что мой монитор замироточит, и поэтому переключился на непосредственно геймплей. Пропустив примерно две первые страницы хвалебных “восторженных” рекламных отзывов в поисковике, наконец добрался до заслуживающих доверия сообщений. И выяснил то, что и ожидал.

Играть можно только за свой пол (“если вы филртуете с девушкой, вы можете быть уверены, что это девушка!” — гласил рекламный слоган). Восемнадцать игровых классов — по девять зеркальных для персонажей мужчин и женщин. Максимальный уровень — шестьдесят пятый. Хорошо проработанная составляющая инстансов-подземелий и рейдов, и весьма посредственная городская составляющая, предполагающая прокачку на заданиях. Из-за этого восемь классов из восемнадцати были играбельны весьма условно и брали их в основном любители ролеплея, безнадежные “задроты” и разного рода стримеры. Эти классы я для себя сразу отсек, и принялся за изучение наиболее легкого пути выполнения задачи.

А задача, судя по всему, была не особо сложной. По словам Игоря Владимировича, сына его “раздевали” в подземелье-инсте, связанном с поездом. Таких подземелий в игре было два — первое на средних уровнях (тридцатый-тридцать пятый), и второе уже на максимальном, “хай-контенте”. Подъём уровня, при грамотном подходе, труда не составлял. До тридцать пятого путем прохождения подземелий можно было дойти за два-три дня. До максимального — за неделю. Максимум десять дней на прокачку, если упереться и проходить инсты. Потом закупить на деньги спонсора самые лучшие донатерские шмотки из игрового магазина и повторять до тех пор, пока на нас не обратят внимание потенциальные преступники.

Не то, чтобы я не видел в этом плане изъянов. Их, на мой взгляд, было полно. Но Игорь Владимирович обещал оставить мне деньги даже в случае, если мы точно докажем, что сын его — криворукий болван или же никакого “раздевания” не было вообще. А это, на мой взгляд, не так уж и сложно.

Я попытался заодно найти и информацию о том, что кого-то “раздели” таким же способом в инстах. Однако, либо это был единичный случай, либо администраторы тщательно подчищали игровые форумы: никакой информации о подобных событиях я не нашел.

Я присел за монитор, открыл мои ночные записи, полные сокращений, ссылок на форумы и страницы сайта разработчиков и обрывков потока сознания. С десяток минут потупив в монитор, я собрал все написанное воедино, откопал в шуфлядках стола более-менее чистый листок и пишущую ручку и пометил себе схему на бумаге. Классы для себя, Яны Александровны и ее таинственного кандидата я подобрал с учётом того, чтобы за них легко могли играть абсолютные новички. Потом очертил самый простой маршрут по всем необходимым инстам, расписав также и примерное количество их прохождений. Получилось раза по три-четыре на “подземелье” (в основном, события происходили в лесах, заимках и барских дворах, так что “подземелья” были весьма условны). Не очень много, хотя я предполагал, что сам процесс может затянуться из-за неопытности моих спутников. Но, в конце концов, мне за это и платили.

Похвалил себя за схему (“ай да Сережа, ай да сукин сын!”), принялся потехи ради читать информацию о проекте в целом. Немного побарахтался в мёде и патоке рекламы, потом выплыл в такую же вязкую, но менее приятную субстанцию, о которой, частично, знал и сам. Здесь я и раскрыл главную для себя тайну “Священного союза” — тайну неожиданной популярности. Игра была, с определенного момента, курируема Министерством Обороны и Министерством Образования. И так, как она проходила по государственным документам в графе “пропаганда исторической правды”, то VR-платформы с ней установили в университетах и общежитиях, где давали студентам бесплатный доступ. Поговаривали даже, что в некоторых ВУЗах игрой заменяли пары по истории, по крайней мере, у непрофильных специальностей. Но я очень надеялся, что в этом моменте злые языки привирают.

Так или иначе, агрессивная рекламная кампания, поддержанная государством, давала свои плоды — за полгода в игре зарегистрировались сотни тысяч аккаунтов. В целом, игру (как игру) больше хвалили, а даже противники признавали, что проект вышел весьма неплохим, с точки зрения именно играбельности. Об исторической части речи, конечно, не шло.

Я отложил схему, пошел на кухню и поставил кастрюлю с водой под пельмени. Постоял минуту, глядя в окно на набегающие тучи и жалея, что вчера выпил весь виски. Потом отбросил глупые и грустные мысли, и заварил ещё кофе.

Яна Александровна позвонила в дверь, когда я положил в тарелку пельмени и густо заливал их сметаной. Я быстро сменил майку-алкоголичку, на вчерашний Live Fast, решив, что сетовый бонус мне в сегодняшней беседе не поможет, и пошёл открывать. Она явилась одна, порядочно вымокшая под начавшимся дождём. Я принял у неё жакет, быстро закинув его на верёвки в ванную, протер пол и предложил гостье полотенце и пельмени. Полотенце она приняла, от пельменей отказалась. Присела на табуретку и поникшим взглядом уставилась в пол. А я подумал, что мокрые девушки не всегда выглядят эротично.

— Он скоро подойдет, — ответила она на мой невысказанный вопрос. — Задержался на работе.

[Любознательность] Ваш молодой человек? Тоже прокурор?

[Уверенность/безразличие] Хорошо

[Флирт] Ты такая мокрая, детка, и у нас есть время пошалить!

[Неуверенность/хамство] *Промолчать, чавкая пельменями*

Но мне действительно было любопытно, кем же будет наш третий. Не столько из желания узнать статус сопартийки, сколько для того, чтобы понимать уровень опытности сопартийца.

— Да, мой парень, — в голосе ее скользнуло раздражение. — Нет, он не прокурорский. Он гробовщик.

Я крякнул, и едва не ляпнул “вы расстреливаете — он хоронит?”. Но она продолжила, и тем спасла меня от неудачной шутки.

— Он эти камеры ваши раскрашивает, работает на подряде, — она сделала паузу. — Деньги там бОльшие платят, чем в прокуратуре и адвокатуре.

Ясно — “гробовщик” идет в ковычках. VR-платформы продаются стандартного серого или чрного цвета, и тем, кто может их себе позволить, обычно важно, чтобы дорогая игрушка вписывалась в интерьер. Как и хозяевам VR-клубов, которые хотят выгодно отличаться от конкурентов атмосферой.

— А ваша камера где? — спросила она, оглядываясь.

— Должны вот-вот привезти.

— А то я уже подумала, что есть более компактные версии, — она цокнула языком, будто решая, выдавать мне тайну или нет. И решила выдать: — Я была очень зла, когда мне вчера её в комнату поставили. Пришлось шкаф передвинуть и кровать. Все это дело — одна сплошная головная боль. Если бы не дядя...

Она запнулась и замолчала. А у меня в мозгу сложилась картинка, выловленная из обрывков фраз и недомолвок. Игорь Владимирович попросил о прокурорской проверке своего знакомого прокурора, которому мог доверять. А тот поручил это своей племяннице, которой тоже мог доверять. Или…

— Больше никто не взялся за эту работу? — спросил я напрямик. Она кивнула и отвернулась. Понятно, остальные прокурорским не с руки лезть в игрушки. Даже когда их “попросит” начальство. А Яна Александровна отказать не могла. Видимо, тот самый дядя и пристроил её после университета в столичную прокуратуру. Теперь приходилось отрабатывать долги. — Сочувствую.

— Лёша зато обрадовался, — она усмехнулась, и пояснила. — Моего парня Лёша зовут. Он давно хотел, чтобы я с ним пошла играть во что-нибудь онлайновое. Когда я ему сказала, что у нас за дело, он… в общем, был очень рад. Он там зависает постоянно. Рассказывает мне, как это круто. А это действительно так круто?

Вопрос был неожиданным. И что мне рассказать про онлайн-игры человеку, который их ни разу, похоже, и не видел?

[Восторженно] Это круто! Особенно в первый раз.

[Реалистично] На любителя. Как алкоголь — следует быть очень осторожным.

[Мрачно] Просто эскапизм и самообман. Ничего в них такого нет.

[Загадочно] Скоро сами увидите, Яна Александровна. К чему портить впечатление?

Я, не без удовольствия, выбираю последний вариант.

— Вы на меня всё ещё злитесь, — отметила она.

— Нисколько, — улыбнулся я.

Она покачала головой, и в этот момент у нее в сумочке зазвонил телефон. Разговор был короткий — и вот уже мой домофон сообщил мне о пришедшем госте.

Лёша внешне оказался похож на жизнерадостного кокер-спаниеля — такой же кучерявый, шумный, суетливый и до ужаса дружелюбный. Хотя мне с ходу стало понятно, что дружелюбность этого парня в кислотных цветов шортах и узкой майке, подчеркивающей рельефы ухоженного и накачанного тела, напускная и скорее профессиональная.

Такая же, как рассказы про “геймерство”.

— Ну чего, когда идем пвпшить мобов? — спросил он, пожимая мне руку. Я сдержался от едкой реплики: унижать людей перед их парой при первом знакомстве это не этично. И, в моем случае, небезопасно.

— Яна Александровна, — повернулся я к прокурору, — подскажите, в каком именно месте обокрали нашу жертву.

— Он называл это, — она потянулась к сумочке, вынула оттуда блокнот и зачитала, — “Южный дилижанс”.

Я мысленно возликовал. Это было “подземелье” среднего, а не высокого уровня. Значит, три-четыре дня позора, потом ещё три-четыре дня попыток — и самые лёгкие пять тысяч долларов в моей жизни у меня в кармане. Не считая самой лучшей на сегодняшний день VR-платформы (кстати, где она?), и, возможно, подмоченной репутации одной очень противной конторы. Как ни крути, везде один сплошной profit.

<уровень бодрости: 95%>

<уровень сытости: 100%>

<уровень морали: максимальный>

На объяснение нашей игровой тактики ушло три часа с перерывом на кофе и на мой телефонный разговор с интернет-магазином, который с сожалением сообщил, что платформу довезут завтра. Выбора у меня не было, но я мысленно пообещал уведомить об их нехорошем поведении Игоря Владимировича. А затем продолжил свои объяснения.

Задача у парочки была, в общем, простая — выбрать те классы, что я им скажу, а потом следовать моим наставлениям. В нашей тройке основные опасения у меня вызывал Алексей. Он изо всех сил старался произвести впечатление прожженного геймера, что пахло проблемами. И я очень надеялся, что исполнительность Яны Александровны, которая буквально конспектировала мои слова в блокнот, компенсирует рьяность её партнёра.

Закончив лекцию, я поинтересовался, всё ли им понятно, после чего мы условились встретиться в игре завтра, ближе к полудню. В половину двенадцатого я должен был позвонить Алексею и сказать, что готов — или не готов, если платформу мне так и не привезут.

— Сэр, да, сэр, — козырнул Алексей, пожимая мне руку на прощанье. — Всё сделаем как надо. Янка, иди, лифт вызывай.

Яна Александровна прожгла его взглядом, попращалась со мной и вышла. Алексей проводил её и тихо сказал:

— Слушай, она у меня тупенькая, конечно. Но ты, если что, на неё не наезжай, а? Баба все-таки. А я хочу, чтобы она со мной потом играла. Ну там, вирт-режим, все дела. Понимаешь?

[Честность/брезгливость] Понимаю

[Возмущенно] Вот так говорить о девушке за глаза?

[Агрессивно] *ударить по лицу*

[Безразличие] Конечно

А какое мне собственно дело до их отношений? Максимум две недели — и я их больше никогда не увижу. Поэтому я выбрал четвёртый вариант и, снова пожав руку Алексею, закрыл за ним дверь. Затем дошёл до кровати, упал на неё даже не расстилая и почти мгновенно уснул.

Глава 4. Добро пожаловать в игру!

— Что это тебе такое принесли, — поинтересовался Саша, с интересом наблюдая, как мне в комнату заносят коробки.

— VR-платформа, — я ответил, сначала затянувшись, потом отхлебнув кофе. Курить было одновременно и тяжело, и как-то по-особому приятно.

— Дорогая штука? Неплохо, значит, тебе платят.

— Она пока не моя, — разрушил я его веру в выгодный виртуальный бизнес. — Для работы нужна. Вот как работу сделаю — там обещали мне отдать.

Он кивнул. Мы молча курили, пока его не окрикнула из квартиры жена.

— Ну, увидимся, — он хлопнул меня по плечу и скрылся в недрах межквартирного коридора. Я допил кофе, пока грузчики-монтажники сновали туда-сюда, затушил бычок о перила и вернулся в квартиру.

Сборка платформы заняла у специалистов почти час, в течении которого я читал инструкцию по использованию.

“Не использовать людям с хроническими заболеваниями нервной системы, беременным и кормящим женщинам”, — справедливо, хотя и звучало несколько дискриминационно.

“Не использовать в состоянии алкогольного и наркотического опьянения”, — вот этот пункт скорее для успокоения совести. Уверен, что каждый владелец платформы хотя бы однажды использовал её именно в таком состоянии.

“Постарайтесь не выходить на улицу в течение часа после использования платформы”, — а ещё не выходить из окон, не пытаться пробивать кулаком стены и не бить ближних своих острыми предметами. Всё равно найдутся те, кто пренебрежёт этими простыми и, казалось бы, очевидными нормами.

“Во избежание повреждения внутренних и внешних половых органов не снимайте ограничители мощности с систем сексуальной стимуляции”, — да, у меня в платформе полный фарш. В отличии, например, от капсул в университетах и обычных клубах. Там VR имеет только “верхнюю начинку”, нижняя же снята, “во избежание развращения подрастающего поколения”. То есть, пользователям в общественных местах доступен лишь петтинг и оральный секс, да и тот только в роли “принимающей” стороны. Я глупо захихикал, и монтажники покосились на меня.

— Смешная бумажка, — прокомментировал я.

— Только лучше ей следовать, — сказал старший монтажник, пожилой мужик в спецовке, комбинезоне и с шикарными рыжими усами. — А то у нас недавно один клиент поиграл-поиграл, да и вышел на улицу сразу после. И решил запрыгнуть на крышу машины на полном ходу. Родственники потом сдали платформу по гарантии. Сейчас судятся с магазином, подали иск на “непреднамеренное убийство”. Отзывы строчат и истерику поднимают будь здоров.

[Удрученно] Ничего себе..

[Безразлично] Бывает.

[Интеллект/знание] Проиграют. Такое и раньше бывало.

Я о подобных случаях читал. Не первый, не последний, так сказать. Старший кивнул:

— Конечно, проиграют. Но нервов вытянут порядочно. Так что лучше выполняйте инструкцию.

Я согласился. В конце концов, он за этим никак не проследит.

Когда монтаж был закончен, подписи поставлены, а монтажники покинули мою квартиру, я приступил, наконец, к осмотру своей новой собственности.

<получен новый квестовый предмет: VR-ПЛАТФОРМА “GAME-ELITE 5RFX”>

<принятые квесты:

СВЯЩЕННЫЙ СОЮЗ: сделать уборку, принять VR-платформу, проинструктировать Томашевскую, создать персонажа, отчитаться Игорю Владимировичу> Да-да-да, но сначала беглый осмотр. Итак, у нас здесь самый совершенный шлем для VR, жилет для передачи ощущений, перчатки и “ботики” с настраиваемым режимом чувствительности и, самое главное, полноценные штаны в “мужской” и “женской” версии, с возможностью “эротического массажа” любых эрогенных зон. Если боль в VR передается простой вибрацией — дабы не создавать у пользователя совсем уж неприятных ощущений — то удовольствие платформа должна приносить такое же, а может и даже большее, чем в реальной жизни. Лозунг эскапизма “чувствовать себя лучше, чем в реальности”. Легальная альтернатива наркотикам и алкоголю без вреда для здоровья. Почти.

В комплект также входил двойной запас влажных и сухих салфеток, лубрикант и крем для лица и рук. В общем, любой каприз и на данный момент не за мои деньги. Приятно. Может, потом удастся уговорить Стерву, Ангела или Минерву поиграть в какой-нибудь любовный симулятор. Так сказать, с полным погружением.

Но это всё в мечтах, а пока мне предстояла работа. Сайт “ИстоИгр” открылся почти мгновенно — и тут же при регистрации попросил паспортные данные. “Будет смешно, — мрачно произнёс внутренний голос, — если на этом твои приключения и закончатся”. Ну да, вдруг в конторе не захотят пропускать в игру бывшего сотрудника?

Опасения, однако, оказались напрасными. Следом за паспортными данными мне предложили оплатить игру или ввести код университета и группы, в которой я обучаюсь. Можно было запросить у Игоря Владимировича денег на подписку, но тут уж я решил не мелочиться. Десять долларов за месяц, проверка карты, ввод — и вот у меня уже есть аккаунт, зарегистрированный на резервную почту.

“ВВЕДИТЕ УНИКАЛЬНОЕ ИМЯ АККАУНТА”

Это что за покемон? Я быстро набрал в строке поиска “Особенности регистрации в “Священном союзе” и тут же проникся. Не зря, всё-таки, часть консультантов ела свой хлеб. Да, в мире победившей Российской Империи странно смотрелись бы имена типа “NogeBaTor10000”, и даже NyashnayaSterva. Поэтому уникальным здесь было именно имя аккаунта, а имена персонажей выбирались из списка. В общем, вполне логично. В данном случае я мог лишь поддержать решение разработчика.

И тут я задумался. Мой обычный ZamPoLit конечно, вряд ли был запрещён или занят, но, во-первых, как-то не вязался с миром. А во-вторых, я не хотел его светить в этой игре. Паспорт паспортом, но Тимофеевых Сергеев Ивановичей на просторах нашей необъятной родины много, а вот ZamPoLit в определенных кругах личность известная и (хотелось бы верить) уважаемая. Тогда как “Священный союз” проект, по крайней мере в этих же кругах, сомнительный и авантюрный.

Итак, передо мной встал вопрос, который никогда меня раньше не мучал — какой ник выбрать для моих персонажей.

“Историк” — такое имя уже существует, попробуйте другое сочетание.

“Историк1234” — системой запрещено использование цифр в имени, попробуйте другое сочетание.

“Народоволец” — системой запрещено использование названий членов террористических организаций. Вот так, значит — улицы называть можно, а персонажей в игре уже нельзя.

“Декабрист” — такое имя уже существует, попробуйте другое сочетание.

Я шумно выдохнул. Снова захотелось покурить и выпить чашку кофе. Чем я и занялся, выйдя на балкон и широко открыв окно.

Внизу перед школой играли детишки лет десяти. Рядом у забора о чем-то беседовала группа мам. Ни одного отца рядом с детской площадкой, естественно, не было. Отцы своих детей не видят, как и дети отцов. Первые слишком заняты, зарабатывая деньги, вторые слишком быстро растут. Проблема отцов и детей на современный лад.

Отцы и дети.

Хм.

Я быстро затушил бычок и отправил его по дуге вниз, прикрыл окно на балконе, и быстрым шагом направился к компьютеру.

“Нигилист”.

Ожидание…

“Добро пожаловать в “Священный союз”, Нигилист. Чтобы создать персонажа, войдите в игру через VR-платформу.”

Я взял телефон и позвонил Алексею.

— Слушаю.

— У меня всё готово. Сейчас создаю персонажа и захожу, — сказал я.

— Отлично. Мы с Янкой тоже почти готовы.

— Какие у вас ники?

— Имена пока не выбрали, — стушевался он.

— Я про уникальное имя аккаунта, — уточнил я, мысленно прибавляя “идиот”.

— А, понял. У меня СуперЛёша, а у Яны — Леди_Джейн.

— Принято. Ищите Нигилиста, — сказал я и положил трубку

Народоволец, значит, нельзя, а “СуперЛёша” — можно. Ох, жешь, еть.

А в самой платформе оказалось уютно. Внешне она действительно напоминала гроб, подвешенный в здоровенном кубике. А внутри больше похожа на что-то типа кабины истребителя или космического корабля. Я, предварительно раздевшись, влез в камеру. Надел ботики, закрепил всё, что надо было в штанах, натянул перчатки, шлем и очки. И, удобно устроившись, запустил её в работу.

Я был знаком с интерфейсом — noblesse oblige — поэтому быстро добрался до искомой игры.

“Имя аккаунта: Нигилист”

“Пароль: ********” (от кого здесь закрываться звездочками, а?)

“Подождите, идёт проверка.”

“Подключение к серверу.”

“Вход…”

Меню создания персонажа было простым и типичным. Лицо по маркерам “снималось” с твоего собственного, после чего детали можно было менять по своему вкусу. Я покрасил волосы в угольно-чёрный, убрал бороду, добавил широченные гусарские усы. Цвет глаз сменил с карего на зелёный.

Комплекция. Пусть будет как у СуперЛёши. Хоть тут я с ним потягаюсь.

“Служба: Гусар (военная)”

Я взял актуального для прокачки в “подземельях” танка. Хороший аггр, лучшая в игре выносливость, малый урон компенсируется способностями на восполнение здоровья и духовности — местного аналога маны. В сочетании с указанными мною персонажами для Яны Александровны и Алексея это был идеальный выбор. Яне Александровне в моем плане отводилась роль лекаря прямого действия — Отшельницы. Сильное одиночное лечение, подъём выносливости и дальней атаки для нашего damage dealer’а — Гардемарина Алексея. Все гайды говорили, что такая троица персонажей является лучшей для быстрой прокачки до топовых уровней. Потом у них начинались определённые проблемы в больших рейдовых “подземельях”, но ведь у нас не было никакого “потом”. Вошли и вышли, приключение на тридцать уровней.

“Выберите имя.”

Сергей — чего уж тут выпендриваться. В списке имя присутствовало и мой выбор был быстренько одобрен системой.

Мундир, эполеты, сабля, пистолет — мой гусар был готов покорять просторы Российской Империи, и я сделал шаг вперед, надевая на себя его личину.

Позади зашумели винты. Налетевший ветер трепал перо на кивере, а сабля приятно оттягивала пояс. Я моргнул, посмотрел на показатели статистики в левом верхнем углу.

И ощутил себя в плохой ЛитРПГ.

“Ранг 65”

Да нет, не может быть.

“Единиц здоровья: 180”

“Единиц духовности: 60”

Хм, вроде бы речь в гайдах шла о “тысячах урона” на последнем уровне. Я пригляделся к только появившемуся рядом со мной безбородому типу в длинной чёрной рясе.

“Профессия: духовник (пастырь), Ранг 65”

Ага. Да, что-то там было о реверсивной системе прокачки. Не от первого к шестьдесят пятому, а наоборот. Все у этих русских не как у людей…

— Открыть статистику, — прошептал я.

— Чтобы посмотреть свою статистику достаньте документы из внутреннего кармана, — услужливо произнес голос автоматической справки.

Неплохое решение. Куда лучше, чем голосовые команды. И куда антуражнее.

В документах у меня было написано:

Гусар Сергей

Ранг 65

Класс табеля о рангах: 14

Чин: Корнет

— Список умений.

— Чтобы посмотреть умения, извлеките оружие, — сообщила справка. И тут же добавила, — Оружие в мирных локациях недоступно, дождитесь приземления.

Ну что ж, недоступно, так недоступно. Пойду, значит, искать своих спутников. Где же…

Сказать, что я потерял дар речи — это значит не сказать ничего. Спутники мои стояли метрах в трёх от меня, у широкого стола с набором пирожных. Узнал я их исключительно по уникальным никам.

Потому что оба они выбрали абсолютно не те профессии, которые я им указал. И ладно бы просто не те…

— Какого хрена? — вместо приветствия спросил я, подходя к ним вплотную.

— Эй-эй, аккуратнее, господин гусар, — Алексей (так же как и я не ставший заморачиваться с именем) преградил мне путь к Яне Александровне. Залихватские казачьи усы в купе с мундиром и выпрямленными виртуальной реальностью волосами смотрелись весьма внушительно. И я бы даже залюбовался ими, если бы не одно “но”. Мундир должен был быть морским!

— Сергей, не злитесь, пожалуйста, — подала голос Яна Александровна, табличка над которой возвещала, что зовут ее теперь Серафима.

— Я вам какие классы сказал взять? — не злиться я не мог. В лучшем случае, мне пришлось бы ждать, пока они пересоздадут персонажей, а в худшем…

— Но поймите, ваша Отшельница выглядела как какая-то лохушка, — продолжала Яна-Серафима. — Маленькая, невзрачная, серенькая такая, в каком-то тряпье. Я так выглядеть не могу. Да и Лёше больше подходил казак.

— Я из казачьего роду, — гордо объявил СуперЛёша. — Мне мундир очень идёт!

Я выдохнул, прошёлся по кругу и вновь остановился перед ними. СуперЛёша отступил и теперь я мог разглядеть Яну-Серафиму.

Модистка Серафима

Ранг 65

Класс табеля о рангах: 14

Чин: Коллежский регистратор

Ну, конечно, а СуперЛёша у нас казак в чине хорунжего. Два из восьми классов, которые для прохождения “подземелий” не годны от слова вообще. Танк со сниженными показателями брони и здоровья, но с большим количеством принудительной провокации и контроля, и стелс-дд с высоким мгновенным уроном. В общем, персонажи, созданные для ПВП.

Которого в этой игре НЕТ.

— Не нуди, неглист, — фыркнул СуперЛёша, коверкая мой ник. — Прорвёмся. Я казак, ты гусар — что-нибудь да сделаем. С божьей помощью.

— Без хила не сделаем, — застонал я.

— Ну вот сам хила и возьми, — рассудил СуперЛёша. — Не хочет Янка хилом играть. Это скучно.

— Я — Серафима, — обиженно протянула Яна Александровна. Корсет подчёркивал её “выросшую” грудь, а широкая юбка самую малость показывала линию соблазнительно увеличившихся бёдер. Худышка Яна Александровна решила примерить тело сердцеедки. “И ты не мог это предвидеть, — саркастически заметил внутренний голос, заменяя собой справку системы. — Идиот тут у нас один — и это ты”.

— Паноптикум и дурдом, — заключил я. Статус показывал, что лететь нам ещё десять минут.

Яна-Серафима пыталась что-то сказать. СуперЛёша прервал её неуклюжими остротами в адрес моего ника. Винты шумели, ветер трепал перо на кивере.

Достать саблю и сделать себе сэппуку я не мог.

Поэтому подошел к борту гондолы дирижабля, вскочил на борт и, бросив своим спутникам “Ждите меня на посадочной мачте”, шагнул вниз, к ожидавшей меня в конце надписи

“Вы погибли!

—> Вернуться к ближайшей церкви

—> Ожидать воскрешения (неактивная)

—> Выйти в меню”

Глава 5. С божьей помощью

Самое сложное в общении с людьми, не знакомыми с играми — это объяснить им всю важность того или иного процесса. Из мира реальной жизни тонкости геймплея видятся несущественными и не заслуживающими внимания. Не помогает делу и коммуникативная пропасть, когда собеседнику, не знакомому с игровым сленгом что-то пытается объяснить субъект, потерявший любые навыки общения вне виртуального пространства.

Так что из моего эмоционального и сбивчивого объяснения Игорь Владимирович, похоже, понял только то, что Яна Александровна и СуперЛёша отказываются меня слушать. А из-за этого провисает дело.

— Пойми, Сергей, — сказал он тоном, заставившим меня съёжится. — Других напарников у меня для тебя нет. Так что, будь добр, найди с этими людьми общий язык, или я найду другого, более договороспособного работника.

Я молчал, стараясь сочинить хоть какой-нибудь ответ, кроме “да, конечно, Игорь Владимирович, сию минуту Игорь Владимирович”.

— Дело может затянуться, — выдавил я из себя наконец.

— Ах, вот в чём проблема, — Игорь Владимирович понял мою мысль по-своему, в привычной ему системе координат. — Значит, так. Я обещал тебе пять тысяч по окончании. Сделаем по-другому: я буду платить тебе по две штуки в неделю. Но если до конца августа вы мне ничего не сможете сказать — будешь должен мне пятнадцать. Понял меня?

— Да, но…

— Вот и договорились, — и Игорь Владимирович положил трубку.

Тяжело жить в мире, в котором из мотиваторов есть только деньги и физическое воздействие.

За спиной шумели винты. Налетевший ветер трепал мою длинную бороду и подол рясы, обеспечивая естественное охлаждение под нею. Я деловито поправил скуфью и спустился на палубу. Извлёк из кармана рясы (а в ней оказался карман!) свою подорожную и не без самолюбования посмотрел характеристики:

Батюшка Афанасий

Ранг: 65

Степень духовенства: 8

Сан: Диакон

“С божьей помощью, так с божьей помощью”, — подумал я. По зрелому размышлению, новые договорённости мне даже понравились. Теперь не спешить не только было можно, но даже и нужно. А, значит, я смогу примерно за месяц выдрессировать эту парочку, несколько раз пробежать поезд, убедиться, что сынок Игоря Владимировича просто идиот и получить свои деньги. А поможет мне в этом божье слово. Ну, и верный кинжал. Так уж решили создатели игры, что попы здесь вооружены кадилом и кинжалом.

Я перевернул подорожную:

Выносливость: 8 (8+0)

Выучка: 9 (6+3)

Вера: 16 (10+6)

Единиц здоровья: 80

Единиц духовности: 160

Из экипировки ряса, сапоги, скуфья, кадило да перочинный (судя по размеру) ножичек. Из умений — физический удар, но он недоступен — неча тут, святой отец, на дирижобеле кадилом в людей уважаемых тыкать. А люди вокруг действительно уважаемые — дамы в платьях, как у Яны-Серафимы, офицеры в мундирах. Попадаются, правда, невзрачные типчики в белых халатах да парочка собратьев по вере в длинных рясах. В углу я заметил даже старика в белом рубище с сумасшедшими глазами. Облик, скорее всего, соответствовал внутреннему содержанию: судя по гайдам Старцев с их ДоТ-проклятьями брали только сумасшедшие и редкостные отморозки. Своеобразный класс.

Я опёрся на борт, глядя, как из-за горизонта появляется первая игровая локация — город М-ск с окрестностями. Нарочито лубочно-кукольный, сияющий на солнце, как обвешанный гирляндами рождественский вертеп.

— Шампанского, батюшка? — поинтересовался проходящий мимо НПС-болван.

— Пожалуй, — ответил я, принимая бокал с подноса. Мимо хихикая прошли две девицы. Одна Модистка в длинном платье, а вторая в облегающих лосинах и едва прикрывающем попу синем мундире. Теперь я чувствовал себя уже не в ЛитРПГ, а в порно-пародии на этот самый жанр. Увидел бы такой разврат настоящий поп из девятнадцатого века — мигом потерял бы сознание.

“Внимание, — произнесла мне в наушниках Дева-Справка. — Любые развратные действия и бранные слова вне домов терпимости караются штрафом на духовность. Отмолить штраф можно в ближайшей церкви”.

Час от часу не легче. Уже и на девичью попку посмотреть нельзя бедному батюшке. Я ж вроде с богом на “ты”! Мне положена персональная молельня!

Я поднял взгляд с нижних округлостей на спину и запросил статус цели.

Кавалерист-девица Авдотья

Ранг 65

Класс табеля о рангах: 14

Чин: Корнет

Все понятно. Российская Империя очень изменилась за лето. Придётся привыкать.

А тем временем М-ск становился все ближе. Внизу плыл пасторальный пейзаж — светлые крестьянские избы, далёкие очертания дворянский поместий, поля, усеянные стогами. Косцы синхронно работали косами, у хозяйственных построек можно было разглядеть аккуратных, чисто одетых крестьянок и упитанную, красивую скотину. Запах французского хлеба ощущался даже без всяких эффектов.

М-ская Мачта была размером, наверно, с Эйфелеву башню. И с неё же, видимо, срисована. Только что белая и благообразная, с позолоченными крестами на каждом уровне. Такого сооружения я в альфа-версии хоть убей не помнил. Видимо, её “строительство” произошло уже после увольнения консультационной группы. И, надо сказать, это был весьма гуманный поступок, иначе без инфарктов у выпускников исторического факультета не обошлось бы.

Наш дирижабль — под названием “Цесаревич Николай”, как же иначе, — причалил к помосту и опустил трап. Я издали заметил ожидавших меня СуперЛёшу и Яну-Серафиму, но не спешил спускаться. Обождал, пока мимо пройдут корнеты обоих полов, модистки, компаньонки, жандармы, городовые и прочая, более подозрительная публика. Раскланялся с парой батюшек и одним пастырем-басурманином и даже помахал рукой Старцу, не перестававшему дико вращать глазами. А после степенно спустился по трапу и направился к моим грешным подопечным.

— А вот, дети мои, и свиделись, — громко возгласил я. — Занимались ли вы чем-нибудь полезным в моё отсутствие?

— Слышь, Неглист, а побыстрее нельзя было? — с вызовом поинтересовался СуперЛёша. Возможности ударить его кадилом у меня всё ещё не было. Да и вообще я сомневался, что она мне представится. Поэтому пришлось решать проблему словесными увещеваниями.

— Серафима, дочь моя, — голос мой сочился елеем, — спустись газелью с башенки и обожди нас внизу. Мне твоему суженому надо пару слов сказать. По воле Игоря Владимировича.

Последнее предложение я добавил в тот момент, когда она попыталась было мне возразить. Что ж, если своего авторитета нет — придётся пользоваться заёмным. Не впервой. Яна-Серафима развернулась и последовала за пестрой толпой новичков вниз по крутой лестнице. Я мгновение наблюдал за тем, как она старается аккуратно ставить ноги, но то и дело слегка клонится вперед. Верный способ определить новичка в VR-пространстве — это посмотреть, как он ходит.

— Ну и? — оборвал мои размышления СуперЛёша.

— Послушайте, любезный мой казак Ляксей, — продолжил я тем же елейным тоном. — Не знаю, говорила ли вам ваша зазноба, зачем мы здесь, но я всё-таки уточню: мы здесь по поручению одного весьма уважаемого человека. Яна Александровна — чтобы провести следственный эксперимент. Я — чтобы провести её до места преступления. А ты, мой дорогой СуперЛёша, нам тут нужен в качестве грубой силы. И хрен бы с вами, что вы меня не послушали в первый раз. Но терпеть твои остроты и дальше я не намерен. Так что после следующей ты сможешь поцеловать меня в мой священный зад и отправиться в направлении юха. И да, пока ты сейчас соображаешь угрозу, как ты меня найдешь в реале, я сообщу тебе следующее: сразу после твоего отправления в сторону юха я снова позвоню этому самому уважаемому человеку и скажу, что ты нагло саботируешь поставленную им задачу. И тогда можешь мигом тикать с городу — потому как его добры молодцы найдут тебя быстрее, чем ты успеешь вылезти из камеры, натрут лубрикантом твои недра и воткнут туда большую и толстую оглоблю. Я их знаю, и они шутить не любят. Ты меня понял, раб божий Ляксей?

Выдох-вдох. Я надеялся, что платформа не настолько чувствительная, чтобы передавать мелкую дрожь, которой сейчас било тело. Почти как первый раз в ПВП, только удовольствие никакого.

— Понял, — наконец сказал он. — Извини.

— Вот и славно, — я бы похлопал его рукой по плечу, но эмоции у меня пока тоже не открылись. — А теперь, как говорится, за мной, если хочешь здесь выжить.

Мы поспешили спуститься вниз, пока к пирсу не подошёл новый дирижабль. Идти пришлось долго, но спрыгнуть я не решился. Во-первых, чтобы не показывать подрастающему СуперЛёше дурной пример, а во-вторых, потому, что не знал, каков здесь урон от падения с высоты. Мой “прыжок веры” не в счёт — там бы я разбился в любом случае. Поэтому мы медленно и в молчании спускались по ступенькам. Я представлял, какими эпитетами кроет меня СуперЛеша в своей голове, но, по крайней мере, мне удалось установить иерархию. И через месяц меня уже не будут волновать ни его мысли, ни он сам.

— Как тебя называть? — спросил он неожиданно. — Что вообще такое этот нигилист?

— Не важно, — не стал я просвещать его. — Зови Отец Афанасий.

— Длинно. А почему не Сергей или Серёжа?

— Потому что, дорогой мой корнет, не принято в приличном виртуальном обществе именами обзываться. Эта игра — исключение, — произнес я, про себя добавив, что тут вообще всё ни как у людей.

— Понял, — СуперЛёша кивнул. — Значит, я затупил со своим ником.

— На первый раз простится, — хмыкнул я, ничуть не боясь задеть чувства “про-геймера”. — Только Яне не говори, что так нельзя.

— Так она мне сама говорила имя поменять, а я...

Ох, уж эта проблематика. Значит, девочка по крайней мере хоть что-то почитала или пообщалась с кем-то знающим. А мальчик хранил свое достоинство и выставил себя упрямым идиотом. Только мелодрам мне не хватало.

— Прорвёшься, — без всякой уверенности сказал я. — Тебе не впервой, я думаю.

— Угу, — совсем поник корнет СуперЛёша.

Яна-Серафима ждала нас внизу. Она буквально выпрыгивала из своего платьица от нетерпения. Эх, давненько я не видел человека, настолько пораженного яркостью виртуального мира. Последний раз — полтора года назад, когда я привёл в “Поколения”, игру, в которой нынче по большей части зарабатывал себе на жизнь, свою невесту Марину.

Теперь давно уже бывшую невесту.

Нет, люди, а тем более девушки, не все одинаковы. Просто определённые стимулы способны вызывать похожие реакции.

— Смотри, Лёшка, какая красота, а? — восхищенно пропела Яна-Серафима. — И вон там, за забором, где кладбище. Пойдем туда?

— Так, юная дева, рановато тебе по кладбищам ходить, — оборвал я её порыв. — Сейчас вы оба берёте ноги в руки и идёте к своим наставникам по первой квестовой цепочке.

— По чём? — не поняла Яна-Серафима.

— По цепи заданий. Твоя наставница, дочь моя, стоит вон там, — я указал пальцем на статную даму, покачивавшую зонтиком у фонаря на противоположном конце площади. — Ваш наставник, сын мой, вон тот высокий красивый офицер. И нет, вам нельзя пойти вдвоём. Для каждого класса тут своя первая линия. Поняли? Ладно, потом разберётесь. Вперед, дети мои!

— А можно нас так не называть, — надула губки Яна-Серафима.

— Нет, нельзя, госпожа прокурор, — после словесной победы на СуперЛёшей меня несло на кураже. Тем более, оказавшись в родной стихии, где больше не было необходимости продумывать ответы, подбирать одежду и паттерны поведения, я чувствовал себя куда лучше. — Вам сказали меня слушаться? Тогда будьте добры. Всё, бывайте!

Я их послал, и они пошли. Это было великолепно. Даже лучше чем первая сигарета. И куда лучше, чем первый секс. Что вообще может быть хуже первого секса?

Проследив взглядом, как мои подопечные удалились с наставниками в глубину улиц, и дождавшись момента, когда наставники вновь появятся на своих точках возрождения, я смахнул скупую отеческую слезу, повернулся в сторону махавшего мне рукой седого и бородатого священника и бодро произнес:

— Ну а я пойду на кладбище!

В альфа-версии я преимущественно играл за противоположной “лояльной” фракции лагерь. За ту фракцию, которой нынче в игре не было. Но некоторые моменты из сценария за “Веру, Царя и Отечества” я помнил. И поэтому приветливый иерей Фома был мне знаком.

— Добро пожаловать, диакон Афанасий, — сказал он мне с ходу. — Только из семинарии?

Система в этом случае ориентируется на тон собеседника. То есть засчитан будет даже ответ “ясен пень”, если он прозвучит достаточно убедительно. Но вот если прибавить к этому ответу обращение “старый хрен”, то диалог оборвется и иерей будет примерно с полминуты “обижаться” на игрока.

— Точно так, батюшка, — смиренно произнёс я. Над людьми можно и поприкалываться, а вот НПС ни в чем не виноваты. Их, как говорила одна знойная красотка из чужого далёкого детства, такими нарисовали.

— Славно, что они наконец получили нашу телеграмму, — пробасил иерей. — Не хватает нам в М-ске пополнения. Давно просили, да всё никак не двигалось дело.

Я кивал и слушал, поддакивал и вникал в происходящее. В общем, неспокойно было в М-ской епархии. Окружали нашу светлую веру враги с басурманского берега. С какого именно, батюшка политкорректно не уточнял, но тут было ясно, что не обошлось без англичанки, которая, как обычно, гадила. В общем, ничего нового, да и крамольного тоже — особенно, если обрывать батюшку на полуслове. Но я, понимания, что спутники мои завязнут в одиночном приключении надолго, никуда не спешил.

— Так вот, брат Афанасий, — заключил иерей после долгой верноподданической тирады. — Иди на кладбище и прогони обирающих могилы нищих.

— А откуда ж у нас нищие-то в нашем царстве-государстве, отец Фома? — решил я испытать систему на прочность.

— Да шляхтичи это бывшие. Царевы солдаты согнали из с земли, да отдали землю крестьянам русским апосля восстания предательского, — буквально прошипел иерей. — И вот теперь побираются они, изменившие присяге.

Признаться, поляков я тоже не сильно жаловал. Но чтобы вот так? С другой стороны, вектор мысли сценаристов был понятен. Хотя первоначальный сюжетный ход мне лично нравился больше.

— А сколько лет назад восстание то было, батюшка?

— Да почитай больше десятка.

Бедные шляхтичи — десять лет по кладбищам водку подбирать. Реальное царское правительство, отправлявшее их на заводы да в ссылки подобрее было нынешней игровой администрации.

— Так что гони их нещадно, — подытожил иерей. — А коли кто заартачится — бей его кадилом в лоб!

Что ж, кадилом в лоб — это мы завсегда.

“получено задание: ПОКОЙТЕСЬ В МИРЕ

— изгнано побирушек — 0/6”

И только вышел я из собственного временного “кармана”, как очутился за воротами кладбища. Тишина, спокойствие и умиротворение явно не были девизом этого места. По узким дорожкам скакали с полтора десятка священников и благих, гоняли несчастных побирушек, но и дело перепрыгивая через могилы и цепляясь за ограды и памятники. Побирушки не успевали появляться, как к ним сразу бросалась толпа галдящих слуг божьих, выкрикивая проклятия на разные лады. Иногда какой-нибудь из диаконов восклицал нечто вроде “выкусите” и удалялся в дальний угол кладбища.

— Паноптикум, — покачал я головой, пару шагов отошёл от точки появления новичков в тихий закуток и присел на лавочку рядом с могилой. Посмотрел на оставленную рядом с памятником стопку водки, протянул к ней руку — и с удивлением поднял. Ну что ж, выпьем за успех нашего безнадёжного дела.

Вкуса, я естественно не почувствовал, но лубочный пейзаж слегка подёрнулся мутноватой дымкой.

— Эй, это была моя стопка! — раздался голос за моей спиной. Я обернулся и увидел перед собой одетого в лохмотья и, почему-то, в шляпу с пером нищего. Статус его гласил

Побирушка, Ранг 65

— Чтобы прогнать побирушку, ударьте его кадилом, используя обычную атаку, — произнес Бог в моей голове голосом Девы-Справки. Что я и сделал. Взвивзгнув, нищий кинулся прочь от меня.

“изгнано побирушек — 1 / 6”

Хм, а стопочка снова на месте. Пространство вокруг опять помутилось, на этот раз не вернувшись в нормальное состояние до того, как передо мной появился новый моб.

— Изгоните побирушку с помощью умения “Проклятие”. Для этого произнесите ключ-фразу “Изыди, нечистый!”.

— Бред, — произнес я.

— Неверная ключ-фраза.

В этот момент побирушка подошёл ко мне и с размаху огрел кулаком в грудь. От неожиданности я отступил назад. Жилет на груди завибрировал, отображая повреждение. Побирушка пошёл в наступление.

— Изыди, нечистый! — я замахнулся на моба кадилом.

Побирушка вскрикнул, схватился за лицо и бросился наутёк. Я посмотрел ему вслед и опустошил еще одну рюмку.

После пятого нищего мне пришлось перевести дух и постоять, опершись на памятник. За это время мимо меня в гущу бросились: ещё парочка диаконов, один пастырь и один старец. Я наблюдал за их весельем, которое для меня было тем более красочным и ярким, пока на персонажа действовал алкоголь. Как там — четыре кадила и всё небо в еретиках?

Когда моего персонажа отпустили ещё не изобретенные Сикорским пташки, я поднял очередную рюмку, выдохнул и выпил.

— Знатно у тебя выходит, святоша, — на этот раз голос раздался не из-за спины, а прямо из могилы. Не успел я подумать, что нежить в этом сеттинге будет смотреться весьма оригинально, как земля предо мной разверзлась, оголив подземный ход. Из которого на свет божий вышел хорошо одетый мужчина со сверкающими от гнева глазами. — Но тебе отсюда теперь живым не уйти.

Он извлек из ножен саблю и ударил меня наотмашь. И, надо сказать, случись это столкновение в реальном мире, своё обещание он бы исполнил. Грудь завибрировала, и я резко отскочил назад.

“Получен урон: 35 единиц (физический)

Единиц здоровья — 45

Единиц духовности — 160”

— Изыди, нечистый! — заорал я.

“Нанесен урон: 10 единиц (духовный), единиц духовности потрачено — 20”

А на полоске жизни у моего противника еще девяносто. Расклад, как говорила мне математика, явно не в мою пользу.

— Чтобы наложить на себя эффект “Божественный Щит” произнесите фразу “Спаси и Сохрани”, — пришла ко мне на помощь Дева-Справка.

— Спаси и сохрани! — крикнул я, и тут же добавил, — Изыди, нечистый!

“Действует эффект “Божественный Щит” (30 секунд),

Единиц духовности: 90”

— Молитвы не спасут тебя, пёс! — воскликнул мой противник и, одним прыжком сократив наш разрыв, ещё раз рубанул саблей.

— Наложите благословение на свое оружие ключ-фразой “Направь мою руку”, а затем нанесите удар по противнику дополнительным оружием.

— Направь мою руку! Спаси и сохрани! — закричал я, получая новый удар. Эффект присутствия был потрясающим, и я, признаться, немного запаниковал. Противник мой пока ещё не наносил мне урона — обновленный щит сдержал бы ещё два-три удара. Но сабля перед носом невероятно мотивировала прекратить эту странную дуэль.

Я выхватил кинжал, вернее, ножичек, из-за пояса, и бросился на врага. Тот рубанул наотмашь, но щит поглотил урон. А вот мой выпад достиг цели. Противник захрипел, но не упал, а снова поднял оружие. В этот момент я заорал и со всей дури кинулся на него, молотя его ножиком в бок, пока его одежда не пропиталась кровью. После чего оттолкнул обмякшее тело и обессилено упал на лавочку.

— О, Господь Вседержитель! — воскликнул появившийся из ниоткуда иерей Фома. — Ох, брат Афанасий, и ты его один?

— Как видите, — буркнул я.

— Ох, и силён ты, брат Афанасий, — восхищенно пробормотал иерей. — Но следовало позвать меня на помощь! Эко ж такой басурманин...

— Чтобы в ходе обучения позвать на помощь, произнесите ключ-фразу “Помогите!”, — услужливо, но запоздало раздалось в наушниках.

— А раньше сказать? — возведя очи горе спросил я.

— Обычно бой длиться дольше, — Дева-Справка поняла, что вопрос адресовался ей. Неплохой ИИ. — И большинство игроков отступают.

Как говорится, либо герой, либо дурак.

— И что это у нас тут, брат Афанасий, — задумчиво произнес иерей. — Никак, тайная басурманская тропа. Надо нам её исследовать. Ты со мной?

“задание завершено.

принять новое задание: ТРОПА ИЕЗУИТОВ?”

Ох, а куда же я денусь с этой подводной лодки?

Глава 6. Тропа иезуитов

“Единиц здоровья: 51

Единиц духовности: 35”

Ряса на груди прорезана в трех местах. Кровь у меня не шла, но вибрация давала понять, что ранение серьёзное.

— Отец Фома, — позвал я иерея. Он шествовал впереди меня освещая дорогу факелом. — Мне бы бинтов.

— К Господу обрати свои слова, — не оборачиваясь произнёс кибернетический иерей. — В нем найдёшь утешение.

— Чтобы излечить раны, остановитесь и произнесите ключ-фразу “Господь-вседержитель, даруй мне исцеление!”. Чтобы излечить цель, укажите на цель и произнесите “Господь-вседержитель, излечи его/её раны!.

Теперь я точно понимал, почему государство вложилось в эту игру. Столько раз я не поминал бога, наверное, за всю свою жизнь. Ну что ж, либо истекать вибрацией, либо…

— Господь-вседержитель, даруй мне исцеление, — прошептал я. И… ничего не изменилось.

— Молитву нельзя произносить на ходу.

А, ну да, конечно.

Со второй попытки всё получилось. Жилет перестал жужать, разве что ряса не затянулась.

“Состояние предмета 25/40”

Понятно. Не очень она у меня и прочная. А что там со здоровьем?

“Единиц здоровья: 80

Единиц духовности: 8”

Совсем опустошили меня схватка и лечение. Никакой духовности не осталось. Ни в храм, ни в русский рок…

— Эй, отрок! — окликнул меня порядочно удалившиеся иерей. — Поспеши сюда!

Я поспешил, и взору моему открылся небольшой зал. Справа и слева в стенах были выбиты (или вырыты?) проёмы, по три в каждой. В них стояли порядком обветшалые гробы. Посреди комнаты находился крепкий деревянный стол, на котором лежали какие-то бумаги, залитые чернилами из перевёрнутой чернильницы. Перо валялось рядом со стулом, на который я и облокотился, разглядывая стол.

Иерей Фома что-то бухтел. Но я не обращал внимания из-за серьёзного приступа дежавю. Это место я видел, и не раз. Во время альфа-теста здесь находилась “мирная” локация для противоположной фракции. Я аккуратно, чтобы не отвлекать иерея от его причитаний, подошел к стене и нажал на один из факелов.

Ничего. Добрались и поправили. А жаль — я уже понадеялся на хороший кинжал вместо моего ножика.

— Смотри, отрок! — голос иерея раздался прямо над ухом. — Быстрее сюда!

Я оглянулся и обомлел — в тёмном углу у противоположной стены лежали две девицы лет двенадцати.

— Нам необходимо побыстрее попасть в храм! — заключил иерей после осмотра. — Им нужен глоток святой воды.

— Воздух им нужен, да помощь лекарская, — возразил я.

— Далеко до лекаря. А храм вот он — за этой дверью! — иерей постучал в совершенно неочевидное место стены и там действительно оказалась дверь. Ну вот, а здесь халтура! — Поищи ключ от неё. Он где-то в этой комнате!

“задание: ТРОПА ИЕЗУИТОВ (обновлено)

найдите КЛЮЧ от потайной двери”

Я не стал зазря шариться по комнате в поисках. В конце концов в прошлой, лучшей жизни я здесь уже бывал. Где же ещё могут проклятые подрыватели режима прятать ключ?

В первом гробу оказался белый клобук. Максимальная духовность упала со 160 до 145. Иерей Фома обозвал меня богохульником, но попросил поторопиться.

Второй гроб обрадовал меня аккуратно сложенной белой рясой, третий — сапогами. В четвёртом обнаружились белоснежные, вышитые серебряной нитью перчатки. В пятом — кинжал, который я пытался нашарить в старом тайнике. И лишь в шестом — ключ.

— Хвала Иисусу! — воскликнул иерей. — Беги, отрок. Детям этим совсем худо! Сумку мою возьми, чтобы склянку с водой сложить!

“получен предмет: НАПЛЕЧНАЯ СУМА, 8 ячеек”

Я вскрыл дверь (пришлось надавать плечом) и вышел в узкий коридор. И остановился, так как перед глазами возникла Она. Надпись:

“ВЫ ПОЛУЧИЛИ РАНГ 64!”

Ох, и славное чувство!

Ранг: 64

Степень духовенства: 8

Выносливость: 10 (10+0)

Выучка: 10 (7+3)

Вера: 25 (19+6)

Единиц здоровья: 100

Единиц духовности: 120

Вот и выполняй после этого квесты! Набогохульствовал с гробами — духовность и не восстановилась. Как и мантия. Кстати…

Я открыл сумку иерея и обнаружил, что найденные мною в гробах предметы как по волшебству уместились там. Вот такая православная магия. Рассудив, что НПС-дети вряд ли могут умереть под церковью на руках иерея, я с чувством и расстановкой переоделся. Вскоре я стал батюшкой в белом, сменившим перочинный ножичек на более увесистый и серьёзный кинжал. Кадило осталось тем же, но это не особо расстраивало.

“экипированы предметы:

Сутана Приходского Диакона (0/3/5)

Клобук Приходского Диакона (0/1/2)

Сапоги Приходского Диакона (1/0/2)

Перчатки Приходского Диакона (0/1/2)

Польский кинжал (4-6, физический)

экипирован набор: ОДЕЯНИЕ ПРИХОДСКОГО ДИАКОНА. Бонус набора: +4 к духовности, +2 к выучке

Выносливость: 11 (10+1)

Выучка: 14 (7+7)

Вера: 34 (19+15)

Единиц здоровья: 110

Единиц духовности: 270”

Вот так уже можно жить. Я с оптимизмом двинулся из тьмы на свет в конце тоннеля. Только по дороге догадался, что позабыл взять факел, но меня это не слишком беспокоило — свет был достаточно ярким, чтобы не потеряться. Быстрым шагом я почти дошёл до входа, когда проход впереди сузился.

— Что это ещё за аллюзии на клиническую смерть? — возмутился я и перешёл на бег. Взлетев вверх по ступенькам к закрывающемуся люку, я сунул локоть в проём. Рука ожидаемо завибрировала.

Единиц здоровья: 103

А по ощущениям так все семьдесят! Я с силой толкнул люк и буквально выпрыгнул наружу — чтобы упереться в дуло пистолета.

— Добро пожаловать, ойче, — произнес мой противник, почти точная копия того, которого я уработал на кладбище. — И прощайте.

Он выстрелил

— Спаси и сохрани! — выпалил я. Пуля прошла мимо. — Изыди, нечистый!

— Я покрашу стены твой кровью! — заявил мне он, вложив пистолет в кобуру и выхватив саблю.

— Изыди, нечистый, — теперь я сказал это вполне искренне.

Он атаковал рубящим ударом. Я парировал кинжалом, и с размаху достал его кадилом по лицу. Он снова ударил — на этот попал в “щит”. Я снова с размаху огрел его кадилом и проклял. Он вынул пистолет и выстрелил.

Моё плечо завибрировало, а сам я упал, опрокинув пюпитр у алтаря.

— Господь-вседержитель, даруй мне исцеление! Спаси и сохрани! — я перекатился в сторону, уходя от сабельного удара. — Изыди, нечистый!

“КРИТИЧЕСКОЕ ПОПАДАНИЕ!

ВЫ ПОЛУЧИЛИ РАНГ 63!”

Нападающий покачнулся, осел на колени и после рухнул лицом вниз. “Вера убивает”, — подумалось мне. Я носком перевернул труп, осмотрел его — и взялся раздевать. Хороший кафтан, неплохие штанишки, приличные сапоги. Опять же сабля и пистолет. Свою бывшую рясу я кинул на пол. Вряд ли первоначальный шмот стоит хоть каких-нибудь денег.

Так, а теперь, когда убитый моей верой поляк остался в одних панталонах, можно и к квесту возвращаться. Склянку я нашёл быстро, набрал воды из купели и закинул в сумку. В этот момент мой взгляд упал на иконостас.

“вы получили предмет: Кадило Сельской Церкви”

Понятия не имею, чем это кадило отличалось от моего, кроме цвета, но характеристики у него были выше. Своё я кинул рядом со снятыми шмотками. Не обирать же святую обитель совсем.

Если бы я не знал, что иерей не настоящий, то мог бы даже поверить в его искреннее беспокойство.

— Где тебя носило, Афанасий?!

— Ещё один нехристь упокоился волей божией, — деловито произнес я, наклоняясь, чтобы напоить девочек водой.

— Басурманин? В божьем храме?! Ох, святые угодники!

НПС-девочки пили, но как-то совсем неохотно. Иерей рядом ходил взад-вперед, чем безмерно раздражал. Но в удовольствии огреть его кадилом система мне упорно отказывала.

— Святая вода не помогает! — пришёл к очевидному умозаключению иерей. — Только молитва твоя спасёт их!

— Моя? — не то, чтобы я не был уверен в своих силах. Но эй! Отец Фома всё-таки круче по рангу!

— Моих сил тут недостаточно. Не исповедовался я давно. Давай, я исповедую тебя, а ты излечишь их! Возьми мой крест, и читай молитву, стоя на коленях.

“вы получили предмет: Крест Исповеди”

— Чтобы восстановить максимальные очки духовности произнесите ключ-фразу “Прости меня, Господи, ибо Грешен!, — подсказала Дева-Справка.

И зачем я только выбрал этот класс? И почему такие сложности? И сколько у меня там очков духовности?

“вы получили бонус +10 к очкам Духовности (навсегда)

Единиц духовности: 380/380”

— Не богохульствовал ты, Афанасий в святом месте, вот Господь тебя и наградил, — прокомментировал иерей.

Ну что ж, такими темпами меня не только в русский рок возьмут, но и в Папы Римские выберут. Кстати, вот она и персональная индульгенция. Теперь можно и в бордель — чистая совесть прилагается к скиллам.

— Молись за них скорее, Афанасий! — поторопил меня иерей. — Иначе погибнут дети!

— Чтобы совершить массовое исцеление вокруг объекта, укажите на него и произнесите ключ-фразу “Господь, исцели их души и тела!”

Помещение на миг озарилось светом и девчушки шевельнулись.

— Хвала Господу нашему!

“ВЫ ПОЛУЧИЛИ РАНГ 62!”

— Это точно, — подтвердил я.

— Массовое исцеление также наносит урон окружающим цель враждебным объектам в размере десяти процентов от фактически восстановленных очков здоровья.

А неплохая штука. Надо будет потом разобраться со всеми этими ключ-фразами. Молитвослов, что ли составить?

Иерей рассыпался в похвалах моему духу и стойкой вере. Потом эти же слова повторили спасённые девочки, оказавшиеся дочерьми помещика Рябцевича. Поместье его находилось недалеко от города и было, как я помнил, первым доступным “подземельем” в игре. Куда нам соваться категорически не стоило.

Вспомнив об этом, я подумал о своих товарищах по несчастью. Если у меня прохождение обучения заняло порядочно времени — то как они там? Справились ли? А то вдруг придётся ещё объяснять по телефону или описывать пошагово инструкцию в мессенджере?

Под эти размышления мы выбрались из подземного хода в помещение церкви. Труп уработанного мною поляка иерей осмотрел, как мне показалось, с брезгливостью, а после возвестил, что этот самый шляхтич притворялся диаконом Алексием (с ударением на первое е).

— Так и втёрся он в доверие к графу Рябцевичу! — заявил иерей. — Страх сжимает моё сердце, когда подумаю, что могло случиться с графом, если его детей ироды проклятые украли и держали в подземелье.

Дети смотрели на меня жалостливо. Было ясно, что от проклятых басурман графу Рябцевичу ничего хорошего ждать не приходится. Следовало немедленно отправляться в дом губернатора и предупредить местные власти о вероломном преступлении супостатов.

А вот в ранних версиях сценария граф Рябцевич и сам был не так прост, и дочерей его не похищали, а спасали от тирании сходящего с ума отца. И одна сторона отправлялась спасать мать дочерей, а вторая — та самая, которая сейчас была превращена в супостатов — спасала томившихся в темнице крестьянских подростков.

Но мой персонаж этого всего не знал. Он горел праведным гневом и его сердце сжимал страх за прекрасноликого отца двух дочерей-ангелочков. Поэтому на предложение иерея отправиться к губернаторскому дому я ответил энергичным согласием

“квест завершён: ТРОПА ИЕЗУИТОВ

ПОЛУЧЕН РАНГ 61!

получен новый квест: АУДИЕНЦИЯ У ГУБЕРНАТОРА”

— Поспешай, Афанасий, — сказал мне иерей, открывая передо мной дверь храма. — Губернатору необходимо узнать о происходящем!

Я покинул святую обитель, и дверь за мной захлопнулась. И вместе с этим мир вокруг ожил. Добрых два, а то и три десятка собратьев по вере и её не догматическим ответвлениям появились рядом со мной. Наушники обрушили на меня гомон голосов общего чата. Святые братья обсуждали пройденный квест, бранились, сквернословили и восхищались. А потом бежали к одинокой карете за кладбищенскими воротами.

Я также направился туда. Мрачная кладбищенская аллея сменилась залитой солнечным светом улицей, и я остановился на мгновение, чтобы понаблюдать, как карета буквально размножается делением, выпуская из себя свои копии, на которых игроки уезжали к дому губернатора. Эх, было бы у меня время, я бы прогулялся бы к нему пешком. Ладно, еще успеется.

— Для того, чтобы на время покинуть платформу, скажите ключ-фразу “АФК” или “Отошел”, — поведала мне Дева-Справка, заметив, что я остановился. — Внимание, ключ-фраза на временное отсутствие не работает во время боя. Чтобы выйти из игры, скажите ключ-фразу “Покинуть игру “Священный союз”.

Пожалуй, советом я воспользуюсь после поездки.

— В город, батюшка? — поинтересовался у меня возница.

— Да, сын мой, — ответил я, усаживаясь в карету. Эх, удобно, что он решил остановиться прямо здесь.

А путешествие по городу мне понравилось. Занимательно было смотреть, как пролески с редкими вкраплениями деревенских домиков перерастают сначала в слободу, потом появляются двухэтажные каменные дома центра, а на въезде в верхний город тебя встречают величественный башни соборов. По правую руку неестественно блестела реалистичная река, по левую шумел стихийный рынок. А чуть впереди уже виднелась башня ратуши, к которой мы и направлялись. До губернаторского дома там рукой подать, поэтому извозчик высаживал пассажиров здесь, и останавливался в ожидании следующего заказа. Правдоподобно. Почти.

У ратуши было многолюдно и суетливо. Прибывшие после первого квеста игроки сновали у губернаторского дома с единственным балкончиком. Более прокачанные товарищи бегали по площади у ратуши, среди НПС-торговцев, и дальше — по стихийному рынку самих игроков. Здесь тоже стоял гомон, правда, чуть приглушенный. Видимо, система была запрограммирована не дать голосам в голове свести неопытного игрока с ума. Я втянул воздух. Нет, платформа по-прежнему не генерировала запахи, хотя я и готов был представить целую россыпь ароматов — от свежего хлеба до конского навоза. Но — не судьба.

— Эй, отец Афансий!

Я оглянулся. Чуть поодаль от ступеней ратуши, у торговца едой стоял СуперЛёша. В руках он крутил нагайку и выглядел так, будто ждёт, кого бы ею наказать.

— Давно стоишь? — спросил я вместо приветствия. В конце концов, мы не виделись каких-то пару часов.

— Да уже порядочно, — сказал он. — Там квесты простецкие, я их быстренько пробежал. Если бы не болтовня сотника, уже давно был бы тут. Я даже похавать успел, пока ждал.

— Серафима не появлялась?

— Нет, — СуперЛёша махнул рукой. — Говорю же — она прикольная, но тупенькая. Нам её еще ждать и ждать.

— Ну раз ты так считаешь, то пойду я покурю, — сказал я. — Появится — никуда без меня не уходите.

— Окей, — кивнул он, вызывая этим англицизмом дикий диссонанс со своей внешностью.

— АФК.

Картинка отъехала от глаз, став ещё более лубочной, а система прекратила моделировать соприкосновения с одеждой и тяжесть сумки на плече. Я выполз из платформы, сходил оправиться, натянул шорты и майку, схватил телефон и вышел на лестничную клетку.

Пропущенный от матери из уведомлений я убирать не стал, чтобы не забыть перезвонить позже. Сразу же полез в гайды по игре — посмотреть насколько удачной и известной была моя находка со стопкой на кладбище. Как выяснилось, оригинальным я не был. Про стопочку знали, но пользовались ей редко — как раз из-за бага с вызовом иерея Фомы. Помирать на кладбище в первые же моменты квеста хотелось немногим, а иерей не всегда приходил на помощь, даже если его звали. Зато всем прошедшим “стопку” создатели игры обещали вскоре подарить достижение “Рюмкой водки и кадилом”. Что ж, тоже неплохо.

Курил я медленно, растягивая удовольствие. Если СуперЛёша прав, то спешить мне было некуда. А в камере все-таки душно, и свежий воздух, пускай и приправленный сигаретами, мне не помешает. За окном солнце клонилось к закату, и я понял, что даже не могу вспомнить какой сегодня день недели. Посмотрел на телефон — четверг.

Когда я вернулся, Серафимы по-прежнему не наблюдалось.

— Вот всегда с ней так, — прокомментировал СуперЛёша. — Если опаздывает, то не меньше, чем на полчаса. Ничего запланировать не удаётся. Пару раз даже заказы срывались из-за этого.

— Сочувствую, — хмыкнул я.

— Да ничего, она прикольная, мы с универа вместе, только…

— Тупенькая, — закончил я. — Ты уже говорил.

— Да ты не подумай чего, отец Афанасий, — по голосу было слышно, что до СуперЛёши дошло, как звучит эта фраза для нормального человека. — Янка умница. Но слишком правильная. Даже для девочки. И послушная.

— Это минус? — удивился я.

— Так если б она мне была послушная. Она ж маменькина дочка. Вернее, дядюшкина. Как дядя велит, так и делает.

— Бывает.

— Слушай, мот я тоже пока отойду? Ну там поесть-посцать?

— Иди, — бросил я равнодушно. — Мне сказать, чтобы она тебя набрала, как прибежит?

— Да я сам буду минут через десять.

— Добро.

Взгляд СуперЛеши затуманился, а над головой появилась табличка АФК. Я решил оставить его на месте — зона-то не боевая — и пройтись по торговцам. Но не успел сделать и шаг, как увидел её.

Честно, я бы не заметил Серафиму, если бы она просто шла. Но она кралась. В черном платке, посреди улицы, пригнувшись. На неё периодически косились и другие игроки, но быстро отворачивались. Эка невидаль — человек впервые увидел стелс режим. Я бы тоже проигнорировал, если бы это не была моя сопартийка. Хорошо, что персонажи не умеют краснеть.

— Я не понимаю, как его отключить! — ответила она на мою остроту криком с нотками паники.

— А ключ-фразу говорила?

— Какую?

— Ох, Господь-вседержитель, — выдохнул я. — АФК.

Я залез в телефон, посмотрел ключ-фразы и управление для модистки и вернулся.

— Произнеси “А вот и я!” и сними платок.

— Какой платок?

— Тот, что на голове, дурёха!

— Я не дурёха, — обиделась Яна-Серафима, — а это не платок, а шаль! А вот и я!

Шаль оказалась у неё в руках, а она, наконец, вышла из стелс-режима. Платьице на ней было — моё почтение. Красный и чёрный цвета, корсет, в меру облегающая юбка. Я так бесстыже пялился на её грудь, что заработал минус к максимуму духовности. Который немедленно и отмолил.

— И сколько ты так шла?

— От самого пригорода, — она выдохнула. — Всё пешком. Там какая-то шпана была по дороге. Но они меня не заметили и я проскользнула мимо.

— Интересно, почему это они тебя не заметили, — усмехнулся я. — Рад, что ты вообще смогла дойти.

Серафима фыркнула и отвернулась. Потом подошла к СуперЛёше и дернула того за рукав:

— Тут твою девушку обижают, а ты стоишь, как истукан!

— Он отошёл, — сообщила я ей. — Вернётся минут через пять. Кстати, я тут подумал: у меня свой интерес в этой операции. А вам с Алексеем на работу ходить не надо?

— Я здесь, это, в командировке, — сказала Серафима. — Получаю полуторную ставку. А Лёша… ему Игорь Владимирович обещал постоянную работу у своих друзей. В VR-клубе.

— Понятно, — кивнул я. Игорю Владимировичу позарез нужно было это расследование. И дело, судя по всему, не ограничивалось обидой за сына-балбеса.

— О, какие люди! — воскликнул оживший СуперЛёша. — Ты всё-таки смогла!

— Ещё один, — Серафима от обиды топнула ножкой, — нет, чтобы порадоваться за меня!

— Я рад, детка. Поверь, я очень рад, — произнес он так елейно, что я едва не потянулся к ушам несчастной Серафимы, чтобы снять оттуда лапшу. СуперЛёша тем временем повернулся ко мне. — Ну что, идём дальше?

— Нет, нет, нет, — запротестовала Серафима. — Мне надо отдохнуть от всего этого! И переварить.

— Может, ко мне приедешь? — спросил СуперЛёша.

— Давай лучше в кино?

— Так, — прервал их беседу я. — Поскольку в данный момент я здесь лишний, то я пойду. Встретимся завтра, в полдень здесь же. Постарайтесь не опаздывать.

— Так точно, отец Афанасий, — полушутя отрапортовал СуперЛёша.

— Хорошо, Сергей Иванович, — кивнула Серафима.

— Запомни, дочь моя — здесь я отец Афанасий. Будешь называть по-иному, возьму у твоего суженного нагайку и отшлепаю по голому мягкому месту, — я погрозил ей пальцем, и, не дожидаясь пока до них дойдёт смысл сказанного, скомандовал: — Выйти из игры.

Глава 7. Кровь и разврат

Пиццу я заказал на дом, а за пивом и сигаретами пришлось сходить в ближайший магазин. Курьера перехватил у лифта на этаже, расплатился — и как идиот потащил пакет с пивом и две коробки с пиццей сам. А ведь предупреждали: не выходить на улицу сразу после игры.

Уселся в кресло, открыл бутылку и откусил кусок “пеперони”, я некоторое время тупил в монитор. Два последних года всё моё так называемое свободное время я проводил либо в игре — докачивал необходимых для последующего заработка персонажей, либо в социальных сетях и видеохостингах — отсматривал гайды, смеялся над мемами и общался с “друзьями по игре”. В общем, дешевое и сердитое времяпрепровождение, когда на реальную жизнь нет ни времени, ни денег. Ни, скажем, прямо, желания.

А вот сейчас, вроде как, и деньги и время появились, и я был совершенно к этому не готов. Попробовал вспомнить, чем занимался два года назад. Книги, кино, сериалы, друзья. Браться за книгу не было настроения, да я уже и не помнил, что читал в последний раз, если не считать гайдов и различной чепухи из ленты социальных сетей. Кино меня никогда особо не вдохновляло — разве что пересмотреть что-нибудь из старого-доброго, оставшегося в памяти с мятежного отрочества. Сериалы — туда же. Друзья… Из друзей “в реале” у меня, почитай, никого и не осталось. Так, раз-другой в год встретиться с парочкой бывших одноклассников. Но именно, что раз-другой в год. А так — у всех семьи, дети, важная работа и планы на выходные. Да и расстояние до ближайшего — с пол города. А уже почти ночь.

От этих размышлений меня оторвал телефонный звонок. Мама — ну конечно, я же всё-таки забыл ей перезвонить.

— Алё.

— Серёжа, привет, — голос мамы одновременно выразил широкую гамму чувств от радости до беспокойства. — Как ты там, сынок?

[Безразличие] Нормально.

[Участие] Всё хорошо, мама. А у тебя как дела?

[Участие/Ложь] Всё хорошо, мама. А у тебя как дела?

[Правда] (Рассказать о последних новостях в жизни).

Вариант номер один. Ничего принципиально нового за несколько дней у мамы произойти не могло — иначе бы она позвонила куда раньше. Изображать участливость мне не хотелось, да и рассказывать новости о своей жизни не было никакого желания. Мама, при всей её любви, всё равно не поймёт, а нарваться на весьма важные жизненные советы по областям, в которым она ничего не смыслит, можно запросто.

— И у нас всё хорошо, — мама никогда не обращает внимание на моё безразличие. — С папой завтра на дачу собираемся. Не хочешь с нами?

[Правда] Нет, извини, я занят.

[Сарказм] Ох, конечно, я всю неделю мечтал постоять раком с лопатой.

[Участие] Да, конечно, с радостью (недоступно)

И снова первый вариант. Меня сельскохозяйственные работы под присмотром родственников и соседей не прельщали бы, даже если бы я не был занят. Маму ответ, конечно, расстроил и я потерял несколько очков репутации и минут пять времени на выслушивание причитаний о том, какой я у неё непутёвый. И в этом, конечно, есть доля правды.

— Кстати, я тут Марину встретила, — неожиданная смена темы застала меня врасплох. Нет, подобный разговор у нас уже бывал, и поэтому я чуть было не положил трубку. Мне даже не надо воображать “колесо”, я заучил свои реплики наизусть.

[Раздражение] Мам, с этого момента мне не интересно.

— Серёжа, вот почему ты всегда такой, а? Неужели мы тебя так плохо воспитали?

[Сарказм] А мне кажется, что очень даже хорошо, раз я не хочу наступать дважды на одни и те же грабли.

— Послушай меня, сын! Вы тогда были оба молодые. Ты сорвался, она…допустила ошибку...

[Гнев] Мама, она изменила мне за день до подачи документов в ЗАГС! Она вышла замуж и родила ребёнка от человека, которого я считал другом! Это не ошибка, это…

Вообще, я стараюсь не материться при родителях. Но когда мама упоминает Марину, то ругань у меня вырывается непроизвольно.

— Ты опять пил? — спросила она, терпеливо выслушав мою тираду до конца.

[Удивление/досада] Какое это имеет значение?

[Честность] Да

[Ложь] Нет

[Законичить разговор] *Повесить трубку*

Я прекратил разговор и включил режим “в самолёте”. Пускай меня сегодня никто не тревожит из внешнего мира.

Залпом допил оставшуюся половину бутылки. Но почему маме так важно снова свести меня с этой проституткой? Почему забота о моей жизни принимает у нее такие извращенные формы? И зачем было портить мне, в общем-то, первый неплохой вечер за чёрт знает сколько времени?

Я взял последнюю сигарету из пачки, открыл следующую бутылку пива и вышел на балкон. Теплый летний вечер накрыл город. По дорожкам у школы прогуливались парочки. У турников весело галдела компания подростков. Где-то у соседних домов орал кот. А я пил пиво, курил и матерился вслух. Плохой мальчик. Очень плохой.

В мозгу будто бы замкнули цепочку, и в мыслях “выскочил” квест.

<получен квест: СБРОСИТЬ НАПРЯЖЕНИЕ (необязательный)>

<СБРОСИТЬ НАПРЯЖЕНИЕ: убивать нубов в “Поколении”, пока настроение не поднимется>

Ну, что ж. Квест, конечно, не обязательный, но очень и очень заманчивый. Я уронил бычок в недопитую бутылку пива и поставил её у мусорки, а потом пошёл в комнату и уселся в своё старое доброе вирт-кресло.

Этого персонажа я когда-то купил у одного знакомого за приличную сумму в виртуальной валюте — по тем ценам за неё можно было одеться в топовый шмот. А сам персонаж, маг воды, ходил в самом первом, невзрачном“Наборе Верности”. На момент покупки он уже не был максимального уровня, и со времени приобретения помельчал еще на пяток. Но этот блондин с длинными ушами и нахальной усмешкой был моей отдушиной, когда дела шли совсем хреново. Звали его NoElven, и когда-то он держал на сервере верхнюю строчку рейтинга по “очкам преступления”.

Одно время он был самым известным персонажем, а старожилы пугали НоЭлвеном новичков. Но позже его хозяин исправился, остепенился, решил “взяться за ум” и “построить карьеру” лучника. Тогда-то я и купил персонажа, раз он стал не нужен владельцу. И периодически влезал в шкуру длинноухого убийцы, чтобы сбросить напряжение. Как сейчас.

Первый нуб не успел ничего понять. Вот он только защищал дриаду от паука на светлом, неомраченном лугу в гордом одиночестве, а вот он уже лежит на траве, а паук догрызает его хладный труп. Паука я трогать не стал — пусть зверушка насытится.

Следующей была парочка, парень и девушка. Парень проводил зазнобу по первой серьёзной квестовой линии. Он был неплохо прокачан и одет — настолько, чтобы чувствовать уверенность в своей полной неуязвимости среди низкоуровневых мобов начальной локации. Ему хватило двух ледяных стрел. Два скелета, которых он держал на себе для того, чтобы девушка могла их безнаказанно избивать, мгновенно сменили цель — и бросились за ней.

— Помогите! — закричала она. Приятный, но испуганный голосок. Обожаю людей, которые первый раз зашли в “Поколения”. Столько наивности.

— Одну секунду! — откликнулся я и ударил по ней замедлением низкого уровня. Но ей хватило и этого, чтобы упасть замертво. Я нахмурился. Всё-таки мне хотелось оставить её скелетам, но тут уж сам виноват — следовало рассчитывать силы.

— Придурок! — голосовое сообщение в личку от её кавалера.

— А я НоЭлвен, приятно познакомиться, — ответил я.

— Я сча основу заведу и приду! Жди, сволочь!

— Прости, но у меня другие планы, — я цокнул языком, изображая сожаление, и добавил его в игнор.

Ещё двоих я убил, пока добирался до нужной мне локации. По пути я решил долго не церемониться, поэтому они обрели быструю смерть. Один также сообщил мне, что обо мне думает. Второй с удивлением спросил, тот ли я самый НоЭлвен, а узнав, что “почти”, предложил потом поубивать нубов вместе. Я вежливо отказался, и он не настаивал.

Место, в которое я шёл, называлось Ужасное Пепелище, и своему названию соответствовало на все сто процентов. Опалённые остовы домов, груды кирпича и камня, развалины, щедро набросанные дизайнерами уровня. И множество мобов-нежити бродит по округе. Сюда для прокачки стремилось жречество и рыцарство с умениями школы светлой магии. Ну и подобные мне негодяи тоже.

У самого входа я поубивал скелетов, затаился в небольшой коморке и принялся ждать жертву. То, что она будет, сомневаться не приходилось. Сама по себе охота не завораживала — никакого противостояния не ощущалось. Но предвкушение крови, пусть и виртуальной, приятно щекотало нервы.

Первым в мою ловушку попал юный жрец-человек. Я пропустил его на локацию, проследил, с какой скоростью он бьёт мобов и изготовился. В тот момент, когда он зацепил очередного скелета-призрака (да, тут водились образчики двойной нежити, логику дизайна которых я никогда не понимал), я убил моба одним заклинанием, а потом приказал жрецу:

— Сядь!

— Не понял, — он удивлённо, насколько позволяла передача мимики, посмотрел на меня.

— Хочешь жить — сядь, — я подкрепил своё приказание ледяной стрелой в ближайшего костяного великана. Несчастная нежить крякнула и развалилась на кусочки.

— Хо-ррошо. Это такой гоп-стоп?

— Здесь вопросы задаю я, ок? — я улыбнулся и не отказал себе в удовольствии потрепать его по волосам. — Хороший мальчик. А теперь скажи, как зовут самую последнюю шлюху в этой игре?

— Чего?

— Ответ неверный, — я покачал головой. — Ещё две попытки, и ты будешь мертвый.

— Ариадна? — он произнёс имя одного из топовых боссов игры. Находчивый малый.

— Нет, — вызвал ледяной шар и показательно раздробил им кости ближайшему скелету. — Последняя попытка.

— Я не знаю! — почти крикнул он. Забавно, как люди могут реагировать на виртуальные проблемы. — Слушай, ну что за долбаный тест?!

— Прости, и это тоже неверный ответ, — ледяная стрела проткнула его, так и оставив труп в сидячем положении.

Ещё две жертвы также не смогли толком ответить, и были убиты после третьей попытки. Следующий неудачник предложил версию о моей матери и был застрелен сразу. Девушку, которая предложила себя, я тоже убил сразу — поскольку не знал, что ей ответить.

А вот шестому повезло — имя “Марина” он назвал со второй попытки. Я дал ему немного денег за беспокойство и отпустил. Со своими жертвами я всегда играю честно.

— Эй, урод! — услышал я за спиной и развернулся. Передо мной стоял Тёмный Рыцарь, танк, причем далеко не моего уровня, хотя и повыше тех, которые обычно посещают Пепелище. — Я обещал, что приду за тобой, и я пришёл.

— А оно тебе надо? — спросил я. С таким пришлось бы повозиться, да и на этом уровне “откачивать” утраченный опыт ему придётся дольше. А это уже натуральный повод для личной вендетты. Не люблю злопамятных.

Вместо ответа он атаковал, начав с “кражи жизни”. Мой “щит игрока” мгновенно ополовинился. Я взмахнул рукой, произнося заклинание “ледяных оков” и, замедлив противника, бросился бежать.

— Трус! — крикнул он мне вслед. — Вернись, сволочь!

Вот же его зацепило! Я отбежал на максимальное для каста расстояние и рубанул его “стрелой”. Он даже не ругался — просто молча пёр на меня. Настырности его можно было позавидовать, и я прикинул, каким образом я буду подкалывать в личке, когда убью.

— А кто это у нас тут такой расстроенный? — раздался голос в этой самой личке. Знакомый, слегка ироничный женский голос.

— Привет, Минерва, — поздоровался я, повторно сковывая противника “оковами”. И ещё раз, потому, что предыдущее заклинание не сработало.

— Опять обижаешь маленьких и глумишься над слабыми? — она не осуждала, а просто интересовалась.

— Похоже на то.

— Может, лучше сводишь скучающую воровку в Сад? — я прямо “услышал” её улыбку. И это подбодрило лучше любого убийства.

— А, может, просто пошалим?

— Нет, сладкий, доча ещё не спит, — она произнесла это полушепотом. — Но в Саду я могу тебе подыграть, если хочешь.

— Хочу, — сказал я, выпуская в упрямого Рыцаря ещё одну стрелу.

— Тогда заканчивай с малышами, перезаходи на основу и лети на Озёра.

Заканчивай… легче сказать, чем сделать. Этот упрямец всерьёз вознамерился умереть от моей руки, причём способ выбрал нудный и долгий. Похоже, ещё и баночки здоровья тратил, неуёмный мститель. Чтоб его камушком…А неплохая ведь идея!

Я не стал тратить на него оковы, а просто бросился к месту, где обычно находился Великий Крысолюд — НПС-босс данной локации. Для нас обоих он был низкого уровня, и из этого следовало одно интересное свойство.

Тёмный Рыцарь, не ожидая подвоха, погнался за мной прямо к Крысолюду. Тот не был агрессивным, и мой немезис не видел в нём угрозы. А зря!

Он почти догнал меня у самых лап Крыса-гиганта, когда я использовал “Кольцо мороза”, задевшее не только Рыцаря, но и босса. И тот среагировал, как я и ожидал — наложив окаменение на нас обоих. На две минуты.

— Чтоб тебя! — с досадой в голосе крикнул Рыцарь. — Трус и подлец!

Я не стал с ним спорить. Просто через двадцать секунд нажал на кнопку “выход” и оставил его в одиночестве размышлять над термином “напрасная потеря времени”.

По моим расчётам, когда окаменение отпустит его, я уже буду в Саду.

В “Поколениях” было несколько “романтических мест”, куда виртуальные мальчики водили виртуальных девочек для получения суррогата любви и ласки. Я знал их все, и каждую из подруг приглалал в своё. Минерву я обычно водил в Сад — глубоководную пещеру, наполненную монстрами среднего и высокого уровня. А также фонтанами, цветами, пышными деревьями, и с отличной музыкальной темой.

В реальной жизни Минерва была то ли учительницей, то ли репетитором. У неё был муж, часто мотающийся по командировкам, и дочь младшего школьного возраста. Жили они в однушке, чуть покрупнее, чем у меня. Её муж компьютерными играми не увлекался, и понятия не имел, что это такое. Зато если Минерва выходила из дому без него, начинал ревновать к каждому столбу и устраивал ей многочасовые скандалы.

Что вообще могло пойти не так?

— Что тебя расстроило, сладкий? — мы расчистили себе от мобов небольшой балкончик, и она уселась рядом с перевернутым хрустальным столиком.

— Мама опять Маринку вспомнила, — сказал я. Естественно, раз я знал всё о ней, то и она знала всё обо мне. Почти всё.

— Никак не уймётся? — Минерва покачала головой и недовольно нахмурилась. — Старая песня, да?

— “Остепенись, заведи семью, найди работу, — подтвердил я. — Хотя с работой вроде сейчас получше.

— Будешь пропадать?

— Не знаю. ДУмаю, ещё появлюсь, — я улыбнулся ей и провёл по подбородку под тонкими губами. Её набор легкой брони, красный с прожилками из золотой нити светился от магических улучшений, подчеркивая изгибы тела. В реальной жизни в бою никакого толка от бронелифчика и бронестрингов нет. Виртуальность позволяет совмещать эстетику на грани пошлости и защищённость. В этом её несомненный плюс.

— Ты уж постарайся, — проворчала она. Потом, заметив воскреснувшего моба одним движением скользнула к нему и ударила в спину. Моб охнул и упал лицом в землю.

— Ты красива и смертоносна, — залюбовался я.

— Тебе понадобится одна рука, — вместо ответа заметила она. — Как ты хочешь, чтобы я тебе подыграла?

— Сначала сними верх, я потрогаю. А потом встань на колени.

— Ах, ты проказник! Так и не снёс нуд-патч.

На это замечание я уже не ответил, сосредоточившись на её упругой нарисованной груди левой рукой. Она улыбнулась, и сняла заодно и низ. Повернулась и, покачав бедрами, нагнулась.

— Всё для вас.

В древних VR-креслах нет никакой сексуальной стимуляции, поэтому всё приходится делать по старинке. Но тактильные ощущения, дополненные фантазией, никто не отменял. Такой вот вирт — вместе и порознь.

Почти перед самым катарсисом она повернулась, встала на колени и посмотрела мне в глаза. У меня перехватило дыхание, так это было классно.

— Давай, милый, сюда, — тихо и томно прошептала она, проводя пальцем по лицу.

— Я всё, — признался я через мгновение. Она молча отерла лицо ладонью, а потом провела ею по губам. Язык программа не анимировала, так что его движения я дофантазировал.

— Мой герой, — её шепот даже эту глупую, в общем-то, фразу делал очень сексуальной. — Я вся взмокла.

— Везде?

— Везде. Мне нужно в душ, так что я тебя оставлю.

— Представляй меня там.

— Конечно, милый. Иди, не жди меня — я там буду долго.

— Хороша, Мини.

— Спишемся завтра?

— Попробуем.

— Бб, споки.

— Бб.

< квест выполнен: СБРОСИТЬ НАПРЯЖЕНИЕ (необязательный)>

Я снял вирт-шлем, отложил его на стол, поднялся с кресла и направился в душ. В голове вертелась мысль, что нужно будет потом затащить Минерву в игру с поддержкой VR-платформы и всё-таки заняться этим “по-настоящему”, насколько это было возможно.

А ещё я подумал, что люблю её. Но это неточно.