Ничейница

Глава 1

- … Да тише ты, Коновалишна! – Зашипел я от боли в выбитом плече, которое мне сейчас вправляла моя боевая подруга, черноволосая Вельда. – Я же не животное!

На Коновалишну Вельда не обиделась, ибо у нее фамилия Мейпогуда – это раз.

А второе, она вообще на меня не обижалась, потому как для ведьмы обижаться на своего повелителя – дурной тон.

А так она классная, только слишком сильная, но мне сейчас как раз в самый раз.

Есть у нее и заскоки, конечно, но в этом мире без заскоков исключительно я!

Даже мой приятель, Его Величество Фингруд III – и тот не без тараканов…

Ох…

Зря я его вспомнил!

- Три дня покоя! – Вельда наложила повязку и вздохнула. – Ваше сиятельство…

О! Вот и еще один «заскок»…

Если Вельда начала с «сиятельства», значит сейчас либо ляпнет глупость, либо что-то случилось.

И, прямо скажем, не известно, что хуже.

- … Прибыл гонец, в замке Вас ожидает вестник от Его Величества… - Вельда поправила выбившийся из-за уха локон и вздохнула еще раз. – Прибыл не один…

Вот жеж, млять-то!

Ну почему, почему, почему, стоит мне рвануть к границе, как тут же появляется что-то из Столицы, а?!

Притянув здоровой рукой – левой – Вельду к себе, усадил на колени и попытался поцеловать.

- Милорд… Позвольте убыть в ковен… - Вельда безвольно опустила руки и попыталась спрятать глаза. – Простой ведьме…

Вот это лядское «простой ведьме», скажу честно, бесит меня хуже золотой монетки на дне выгребной ямы!

- Вельда… - Я нагло развязал шнуровку на ее платье и ущипнул за белую кожу. – Мы это проходили!

Ага!

ТРИ раза проходили!

И никак пройти не можем!

Ну да, я совсем не монах, но в этом мире у мужчин это не просто нормально, это единственно возможно, а в моем случае, так и вовсе рекомендовано самой же Вельдой и подтверждено Личным медикусом Его Величества, так что тройка любовниц в замке, пара интрижек с местными ведьмами и верная Вельда – это просто список одного месяца жизни и завидовать тут нечему.

- Ваше…

- Укушу.

- Дэви… - Вельда выскользнула с моих колен и мрачно завязала шнурок. – Гонец ожидает!

- Ну, зови, коли ожидает. – Я, шипя и морщась от боли, накинул на плечи легкую, зачарованную куртку и встал с походной кровати. – Послушаем, что опять по мою душу Его Величество удумал.

Величество у нас, кстати, мужик отпадный.

Бабник – мне и в три года его не догнать, даже если он будет все время спать один!

Но голова – варит.

А вот магии нет ни на грош.

В общем, полная моя противоположность.

Хотя и у меня иногда голова варит, особенно если мне больно.

- Господин граф! – Гонец, сытый и довольный, что не успел на основную часть битвы, протянул мне конверт с королевскими лилиями и замер, пожирая меня глазами.

- В замке все спокойно? – Я вскрыл конверт и замер, отчего-то не жаждя доставать оттуда письмо.

- Да, господин граф! – Здоровенный, как ломовой битюг, бритый налысо, с зелеными глазами и слабым даром гонец расплылся в улыбке. – Миранда закончила с конями, Ольга добила крепостную стену и сделала пристройку для гостьи…

- С этого места поподробнее! – Потребовал я, чувствуя, что гости, в очередной раз, у меня нихрена не простые.

- Три дня назад из Столицы прибыла Ее Светлость, герцогиня Даршемская, в сопровождении полуроты охраны, трех фрейлин и воспитанницы. Сопровождающие передали Миранде указания от Его Величества и письмо. И, так как вы снова на передовой, Миранда отправила меня с письмом к вам…

Судя по виду, мои слуги вообще меня не боятся…

Покачав головой, достал письмо и принялся читать, с каждой строчкой понимая, что закончить с южными соседями в этот раз мне снова не дадут.

Правда, теперь понятно, с чего это Вельда снова в ковен отпрашивается…

Любит меня Его Величество, жутко любит!

За восемь лет герцогиня Даршемская уже четвертая моя невеста!

Ну, или украшение на городской стене, тут уж как карта ляжет.

И каждый раз Вельда сваливает в ковен, а потом возвращается и снова у нас с ней все по кругу!

- Вельда… - Я повернулся к ведьме. – Возьми «мою» полусотню и закрой эту тему…

- Герцогиню?! – Ужаснулась черновласка.

- Нет, соседей! – Я не выдержал и рявкнул.

Вот же сучка вредная!

И ведь явно раньше меня узнала, кто и зачем прибыл в Корр-ан-Тирр, а теперь…

- Может, не надо полусотню? – Вельда зябко поежилась. – Тут делов-то на два дня!

- Ага, знаю я вас. Я за ворота, а вы снова в «позиционную войнушку» начнете играть! – Я закрыл глаза и зашипел от боли.

«Полусотню» Вельда не любила.

«Полусотню» вообще никто не любил, если быть честными.

И боялись «полусотню» до усрачки.

Полсотни человек, закутанных в черно-красную кожаную броню, моя личная гвардия, мои «первые», мои…

Мои любимые отморозоньки, способные пройти, точнее, прошедшие со мной от начала и до «сейчас» всё.

Пятьдесят ведьм, способных не только порчу навести, но и клинком вдарить так, что латный доспех разваливается на две части, вместе с конем!

Молчаливые и…

Наверное, можно даже сказать, любимые!

Нет-нет, спать я с ними не сплю, не подумайте чего такого!

Просто, столько, сколько сделали они для меня – это ни одной книги не хватит описать!

- Дэви… Пусть они отдохнут, а?! – Вельда отвела глаза. – Соседи же тоже люди, чего их пугать-то…

- А они пуганные крепче помнят. – Я покрутил головой, разминая шею. – И, Вельда… Никакого, нахрен, ковена! Задолбала!

- Да, Милорд!

Вельда вымелась из палатки, оставляя бледного гонца, совсем не радостного от того, что подобный разговор приключился на его глазах и ушах.

- Миранда что-то на словах просила передать?

- «С этой проблем не будет»…

- Понятно. Свободен! – Я вернулся к письму.

Ее Светлость, герцогиня Мишель Даршемская и вправду особой проблемой не будет.

В отличии от своих сыновей, упорото лезших на трон, их мамочка с головой дружила и, как итог, эту самую голову сохранила.

Правда, вылетела в изгнание, но это лучше, чем вылететь на тот свет или, как любил делать Его Величество, оказаться в армейском публичном доме, где-нибудь у черта на рогах!

В этот раз Фингруд III и вовсе обошелся с дамой мягко – дворянства не лишил, оставил пятую часть земель, титул и прописал «всего» пять плетей!

Но и герцогиня – сильна!

Пять «королевских плетей» это, можете мне поверить, дохрена как много!

Некоторые, точнее – большинство, уже после третьего удара стучатся во врата иных царств, а она выдержала все пять и через пять дней была в дороге!

Есть, конечно, вариант, что палач ее пожалел, но…

Я в такие чудеса не верю!

Надеюсь, она не вздумает «отмстить за невинно убиенных деток», а то жаль будет вешать…

Вот баронессу Глишко – было не жалко.

А уж всю ее свиту – не жалко в квадрате!

Впрочем, я отвлекся…

- Берн! Седлай лошадей! – Я вышел из палатки и огляделся по сторонам. – Трогг! Что с раненными?

- Благодаря Вам, Милорд, все прекрасно!

Эх, блин, жизнь моя, жистянка…

Вот как-то так, а?

Лечить – могу только других, а себя – ни-ни!

Засада, блин…

Великий граф Тхейми – «Освободитель» и «Завоеватель» - сильнейший маг жизни!

А все остальное – милости прошу! – своими мозгами!

- Может, лучше карету? – Берн подвел Рубика и заботливо поставил скамеечку, чтобы я взобрался в седло, не тревожа руку.

- Долго будет… - Отмахнулся я, трепля лошадиную гриву. – Да и какая карета, к чертям, на поле боя…

Два телохранителя заняли свои места по бокам, оглянулись по сторонам и…

… Вчерашнее и, частично – сегодняшнее – поле боя меня искренне радовало.

Ну, хотя бы тем, что осталось за нами.

В этот раз кочевники приперлись как-то наобум, за что их сейчас и добивает моя полусотня, зачищая граничные рубежи.

Года три назад, когда мы только-только выкатились к этой речушке, тут было тысяч пятнадцать только пехоты, а уж конины тогда заготовили – на год хватило всем граничным рубежам!

Южаки откатились за речку, но чувствую, что надо было тогда их дальше гнать, да вот незадача – пожалел я их, идиот!

Надо было до самой Гну гнать, благо она речка здоровенная, как Волга, и вот уже там, на ее берегах границу ставить.

- Ваша Светлость! Вот! Южанку взяли! – Один из солдатиков подскочил к моим телохранителям и почтительно замер, зная, что парни у меня долбанутые, сперва клинком машут, а потом уже у духа спрашивают, чего нужно-то было!

- Ну, пошли, глянем, что там за южанка… - Я сполз с Рубика и потопал к огороженному кольцу, в котором притулилось несколько десятков дочерна загорелых соседей моих злокозненных, вечно голодных и, прямо скажем, туповатых.

Им бы торговлю налаживать, караваны гонять, а они все набегами да набегами…

- Парна Сик Ум-Тцве… - Я присвистнул от удивления при виде гордой южанки, которая все три года ходила в налеты, досаждая моим крестьянам. – Не ждал…

Три сабельных удара по мор… Гм, на лице.

Черные косы и кривые ноги.

Красотулечка с гнилыми зубами и злобным норовом.

- Тхэээмиии… - Парна сжала кулаки. – Собака!

Некоторые женщины ничему не учатся…

Приблизившись к «знойной красотке», коснулся ее лба пальцем и сделал шаг назад, любуясь, как осыпается серым песочком предводительница южного кагала.

Наклонившись, порылся в прахе и достал оттуда шикарный рубин, где-то с мизинец длиной и сантиметр в диаметре.

Подбросил на ладони и сунул в карман – человек, конечно, говно попался, а вот камень хороший, чистый.

Жаль, мне им пользоваться не получится, не мое направление, но вот кому-то в «полусотне» повезет и будет у ведьмы добротный накопитель.

- А с этими что? – Солдат замер, пожирая меня глазами.

- В ковен. – Решил я и развернулся к стоящему поодаль Рубику. – Учить их поздно, а кормить – нет смысла.

И, хоть говорил я не громко, но…

Слух у детей степей, что у твоей совы!

Еще бы мозгов столько же – миром бы правили, а так…

Только место занимают.

Вот их соседи за Гну, те да, те – мастера, с теми бы я пообщался на тему ремесел и науки, а эти…

Только из луков стрелять, скот угонять, да баб своих брюхатить…

- Ну, завыли, завыли, завыли… - Солдатик поморщился. – Как крестьян резать – богутыры, а как ответ держать… Тьфу!

- Менталитет… - Я пожал плечами и принялся громоздиться на Рубика. – Какое окружение, такое и положение. Присматривайте за ними, ведьмы их к вечеру заберут…

- Не переживайте, вон, Сеагл идет, он их сейчас усыпит… - Солдатик браво расправил плечи. – Никуда они от нас не денутся!

Объехав лагерь, вздохнул с облегчением – вроде не сильно нас побили.

Если тысячникам верить, то в каждом десятке один-два, редко – три, убитыми потеряли, а кое-где так и вовсе легкораненные, что для боя на мечах не так чтобы и плохо!

Вернувшись к палатке, застал метающую громы и молнии Вельду, еще какого-то франта в шелках и кружевах и бедолагу Берна, которому Вельда плешь проедала!

- Ну, это же граф! – Берн развел руками. – Его даже ты остановить не можешь, так куда мне, старику, лезть?!

- Он - раненный граф! Ему покой нужен! – Вельда развернулась, увидела меня и сердито повела бровью!

Обожаю ее такой!

Сейчас бы всех разогнать, а ее в палатку загнать…

- Граф! – Франт вылез вперед. – Я барон Сигизский, сосед по правому флангу!

О!

Я этого барона не так себе представлял, честно скажу.

О Марвине Сигизском легенды ходят, как он тут до моего появления с южанами шашками мерялся!

Хорошо мерялся, добротно!

До сих пор степняки на его заставы носа сунуть боятся.

Поговаривают, барон дружину свою до самой Гну довел, разъясняя по пути попавшимся племенам, что нос надо держать на своем берегу, а не то без него останешься!

Правда, крестьяне у него живут…

Херовато.

Ну да это его крестьяне, мне туда лезть не след, а то осерчает Его Величество.

Он и так на меня в обидках, слегка, за мои революционные действия в отношения «матери-церкви», что в моем графстве в первый же год лишилась части своих монастырей, а через пять лет и всех оставшихся лишилась.

Эх, какой же вой был!

Особенно после того, как я братьев-монахов на границу перебросил, а местного епископа повесил, вместе с его монашками, что нихреново жили-нетужили, отправляя отчеты в Столицу, сколько они народу спасали в монастырях (что вранье) и как доходы с графства упали (вранье еще большее).

Откупаться пришлось так, что год на хлебе и воде сидели, благо, что год урожайный пришелся, а его величество на камушки драгоценные, что в казне в отдельном зале хранятся, больно падок!

А потом ведьмы в силу вошли и связываться с графством нынче дураков нет.

Ну, кроме степняков, но об их умственных способностях я уже упоминал выше.

- Барон! Рад вживую познакомиться! – Я свалился с лошади, под опасный блеск глаз Вельды, выдохнул сквозь зубы и пошел ручкаться.

- Хороший был бой! – Сосед азартно блеснул глазами. – Твои колдуны и вправду хорошее подспорье в бою. И лечить, и калечить… Сколько потерял?

- Из трех тысяч – двести безвозвратными. – Я вздохнул. – Больно густо в иных местах степняки посыпались.

- Ты не расслабляйся давай… - Барон помрачнел. – Ходят слухи, что у них там свой сабантуй начался, из-за Гну тяжелые войска междуречье чистят, вот степняки и валят валом…

- Плохо. – Я повертел рукой, затянутой в повязку. – А я собирался сам туда двинуть…

- Месяцок подожди. – Посоветовал сосед. – Пауки передеруться и медждуречье само тебе в руки свалится…

- Один не удержу. – Я прищурился. – Что, сосед, сходим в поход на пару? Подвинем гранички королевства во славу Его Величества?

- Ну, вдвоем и батьку бить веселее… - Расхохотался сосед. – Через пару недель буду у трона, закину удочку, глядишь, и Его Величество захочет повеселиться…

- Лично – вряд ли. – Вздохнул я. – Но вот глядишь, чего с плеча и скинет, «на развитие».

Мило почесав языки еще минут пять, мы с бароном разошлись в разные стороны.

Оказавшись в палатке, выдохнул, уселся на кровать и тихонько скрипнул зубами.

Вот, скажите мне, как эти средневековцы умудряются настолько боль не чувствовать, а?!

Стальные они, что ли?!

- Мора!

- Да, милорд… - В палатке нарисовалась командир моей «полусотни». – Позвать Вельду?

- Не-е-е-е-е… Возьми, отдай кому нужнее. – Я достал из кармана рубин и протянул женщине. – Потом в ковен заглянешь, я им степняков отдал, пусть раскошеливаются.

- Милорд…

- Да иди уже, думаешь, я не знаю, что опять на тот берег ринетесь, как я уеду?!

- Вельда считает, что в этот раз мы будем сопровождать вас в Корр-ан-Тирр. – Мора улыбнулась. – И я так тоже думаю. Пусть видят господина во всеоружии!

- Угу… - Я зевнул. – Тоже вариант…

- Сейчас позову Вельду… - Мора выскользнула из моей палатки, а я завалился на подушку.

Как бы ни хотелось выглядеть крутым Марти Сью, кристалл добывать чертовски сложно, особенно из сильного противника.

- Дэви! – Вельда, вошедшая в палатку, увидела меня валяющимся на кровати и, первым делом, метнулась к столу, на котором стояла ее сумка. – Что же ты за человек-то такой, а?!

***

«… Иванов Дэви Степанович…»

Глупо ты жил, Дэви Степанович, да и помер, не намного лучше.

Запнулся в подъезде и все, привет тот мир, привет мир этот!

И до пенсии не дожил, и кредит не заплатил, точнее – не выплатил.

Я сидел на теплом песочке у неведомого озера и грел свой молодой и тощий зад.

Из плюсов – тело точно мое.

Из еще больших плюсов – телу лет тридцать и ни о какой одышке оно и слыхом не слыхивало!

Из минусов – голая жопа и полное непонимание куда я, нафиг, попал…

Поигравшись с песочком и вдоволь начесав затылок, искупался, подивился на непуганную рыбу, тенью скользящую за моими яйц…

Причиндалами…

Снова выбрался на берег и принялся готовиться к худшему.

Фиг его знает, может тут к ночи все промерзнет, а на мне, кроме меня и нет ни… ничего нет, в общем…

Первым делом занялся острыми камнями.

Какой тут из них кремень, а какой мрамор – нашел чисто опытным путем.

Ага, порезавшись.

Потом, порезавшись еще раз десять, нарезал гибких прутьев, отодрал пару кусков коры и смастрячил себе подобие обуви, накидку и…

На этом мир решил, что и без того дал мне дохрена времени и раскрыл хляби небесные.

Ветер, молнии длиной в три четверти неба, волна, метров пять высотой…

Я через лес ломанулся так, что любой лось позавидует.

Но, в отличии от лося, мой компас давно был сбит городской жизнью.

Выросшую громаду старинного замка увидел только тогда, когда запнулся о полувросшие в землю, ступени.

Разбил колени, локти, ободрал пузо…

Как без зубов не остался одно небо ведает!

На четвереньках добрался до двери, трижды стукнул тяжелым бронзовым кольцом и…

Вырубился напрочь.

Рассвет встретил в кроватке, плотно прижимаясь к горячему женскому телу, сладко сопящему и провокативно ерзающему.

Ну а раз «провокатируют», то и не обижайтесь!

Во второй раз проснулся уже когда солнце шло на закат, один, голый, но довольный.

Но голодный.

Честно попытался спрыгнуть с постельки, да вот незадача, какая-то собака приковала меня тонкой цепочкой к кровати!

От души прооравшись и высказав неведомой девице все, что я о ней думаю, очень сильно захотел простой, человеческой свободы!

И цепь расстегнулась…

Завернувшись в простыню, римским патрицием вышел в коридор и получил в лоб от Вельды!

Правда, тогда я не знал, что она – Вельда.

Да я тогда и о Корр-ан-Тирре ничего не знал.

И об особенностях замка.

И о странном мире – Фаланкирре – тем более не ведал!

Вот так вот, с удара в лоб, и начались мои приключения.

И знакомства…

И новая жизнь…

***

От границ до замка одиннадцать дней пути.

На Рубике.

Ведьмой будет быстрее, вон, гонец домчался за три, но сейчас торопиться смысла нет.

Герцогиню уже обустроили, а я за время пути и руку подлечил у своей ведьмы с черными волосами, и душу по ночам отвел, да и с народом пообщался.

Много нового узнал, честно говоря.

И даже хорошего, к моему удивлению.

Жалуются, конечно, люди, и на дороги, и на судей и просто так, на погоду, но…

Дороги строятся, судьи висят-качаются, а с погодой ведьмы-погодницы разберуться, им не в первой!

Налоги, конечно, не маленькие, но голодающих по обочинам нет, а во всех трех строящихся и четырех уже построенных городках, относительно спокойно.

А где было не спокойно, там я «полусотню» спускал с поводка, так что за ночь там становилось намного спокойнее.

Да и «украшений» на въездных воротах прибавлялось, чтоб народцу лихому видно было, что с их братом или сестрой будет при несоблюдении правил совместного проживания.

Объехав Корру на Тирре, город, заложенный восемь лет назад, когда мне официально «вернули» титул и прилегаемые земли, оказались у ворот моего замка.

Корр-ан-Тирр…

Три этажа вверх, восемь вниз, вгрызшийся в скалу, с четырьмя башнями и семиметровой крепостной стеной, по которой сейчас разгуливали не караульные, а пяток влюбленных парочек.

Идиллия, блин!

Спешившись и отдав повод груму, выдохнул и сладко потянулся, чувствуя, как оживает отбитый зад, сигнализируя, что пора переходить на что-то менее тряское и менее жесткое.

Миранда и Ольга, довольные, цветущие и просто сияющие от полноты жизненных сил, замерли у лестницы, давным-давно очищенной от нанесенной ветрами и дождями, земли.

Да уж, повезло им НЕ связаться со мной!

А то выглядели бы как замотанная Вельда, пыльная и жаждующая хоть кого-нибудь прибить!

- Господин граф! – Миранда всплеснула руками. – А Вельда сказала, что вы тяжело ранены!

- Как был, так и перестал! – Я огляделся по сторонам, разглядывая свеженькую пристройку к дому, двухэтажную, светленькую, блестящую новенькими, стеклянными, окнами. – А как гостья устроилась?

- Не в восторге. – Ольга изобразила кривую улыбку породистой дворянки, которой надо держать лицо во что бы то ни стало. – Но… Приемлимо.

- Поня-я-я-я-я-ятно… - Я вздохнул.

Его Величество просто жаждал обженить меня на придворной даме, вот только придворные дамы, при моем виде, слегка кривились.

Это ведьмам пофиг на зеленые глаза, жесткие черные волосы и средний рост, они видят другое и оттого намного счастливее дворянок.

Аристократкам подавай тонкокостного, смазливенького и ухоженного, а какой у меня уход, если я мотаюсь от Универы, открытой в Корре и до Седьмого города, в порт которого то и дело заглядывают «серые галеры», норовящие то гребцов на улице нахватать, то какое дерьмо под вид редкости продать?!

- Мора! – Я обернулся к ведьме, продолжающей восседать на своем Лагероже, здоровенном, черном коне, с копытами, размером с мою голову. – Всем спать. Отдохнете, пройдитесь по окрестностям, небось, набежало блох, пока меня тут не было.

«Блохами» мы называли всякий люд, что решал пожить за чужой счет за счет вооружения.

С появлением на улицах ведьм и колдунов, таковых стало в разы меньше, но…

Студиозусы – народ хороший, но лопоушистый и вечно куда-то влипающий, а мне с ними еще строить, строить и строить!

Да и старичков моих, всеми своими сердцами-почками-печенками-селезенками за студней переживающих, надо уважить…

- Принято, понято… - Мора тронула поводья и…

Исчезла!

Н-да-а-а-а-а-а, сильна, ничего не скажу.

- Обед будет через пару часов, как раз успеете освежиться с дороги. – Ольга жалостливо посмотрела на помятую Вельду и укоризненно покачала головой, словно это я виноват, что всю дорогу брюнетка изводила и меня, и себя, попытками смыться в ковен до того, как ее увидит герцогиня.

Которой, как я понял, в принципе плевать на матримониальные поползновения Его Величества.

- Отлично… - Я счастливо зажмурился, представляя, с каким удовольствием занырну в ванну и буду медленно разбухать, а потом…

- Ваше Сиятельство! Я вновь прошу разрешения… - Вельда завела свою волынку снова да ладом, пытаясь взять меня не мытьем, так нытьем.

- Нет. Марш в ванну! – Приказал я и недовольная морда исподтишка показав мне кулак, поплелась в дом.

Ей-ей, в один прекрасный день она меня доведет и я сам съезжу в ковен, возьму в оборот Маттру и будет Вельда моей официальной женой!

Первой.

- Не думаю, что ее Светлость будет счастлива узнать, что в ванне вас ожидает ведьма! – Миранда не отказала себе в любезности ткнуть меня шилом в жопу, но…

После баронессы, которую я повесил, к дворянкам в моем окружении относятся с предубеждением.

И ладно бы баронесса пошла налево, бывает, чего уж там и с лучшими, но ведь она замахнулась на святое!

На покой и спокойствие всего замка!

В общем, нехрен было меня травить и считать, что я отравлюсь!

Да и служанки ее, прости Звезды, те еще редкостные дуры, заигравшиеся в придворные игры и забывшие, что здесь, на переферии, разговор со всеми короткий.

И пусть радуются, что их замуж повыдавали, а не повесили рядом с госпожой!

И вообще, Столичный архиепископ, официально признал мою правоту и, в этот раз, даже мзды не взял!

Пройдя широкими коридорами и лестницами к своей спальне на третьем этаже, разделся и рухнул в ванну, заставив Вельду верещать и, каюсь, слегка придавив.

Через полчаса, довольные и уставшие, мы выбрались из каменной чаши, вытерлись и…

Меня потащили разбирать накопившуюся кучу дел.

Вельда, в чудесном, легком платье, засела напротив меня, сортируя конверты, а я забурился в отчеты с окрестных городков.

Как ни крути, отчеты радовали – налоги собирались исправно, четыре мелких, полукустарных заводика - стекольный, мыльно-рыльный и два металлургических приносили доход, а вот шахты снова требовали вливаний – пришла пора либо менять каторжников на паровые машины, либо чесать затылок и озадачивать своих профессоров минимальными электрическими поделками.

- Удивительно… - Вельда хмыкнула. – Но обслуживание герцогини обходится нам намного меньше, чем обслуживание баронессы!

- Баронесса была «экс-фавориткой», а герцогиня – по факту – заключенная, которая жива исключительно до того момента, пока не начнет творить хрени. – Я развел руками. – Будем надеяться на лучшее, но готовится придеться, как сама понимаешь - худшему.

Я повертел головой и с тоской подумал, что за прошедший час устал больше, чем за всю дорогу и любимый кабинет уже не радовал своим теплыми деревянными панелями, удобным креслом и красивой женщиной напротив.

- Дэви… Ты же понимаешь, что если Его Величество…

- Вельда… - Я предостерегающе поднял руку. – Еще слово и я тебя по настоящему отшлепаю! И лечить – не буду! И другим накажу! И вообще… Я этой герцогини еще в глаза не видел! Может быть, она страшна, как икона Бхатигова, стара, как мерин мельника и глупа, как его же осел?!

- Или она, все-таки мятежница и Его Величество отправил ее к тебе, чтобы ты разобрался и повесил ее, да?!

Вот да…

Вертит мной Его Величество, вертит.

Но осторожно, аккуратно, не перенапрягая, я бы даже сказал – любя!

- Ни слова! – Я погрозил Вельде. – А иначе я к тебе все применю!

И я точно не сыворотке правды, можете мне поверить!

Маг жизни умеет спрашивать.

И слава Звездам, что знает об этом только вот эта троица – Вельда, Миранда и Ольга, а для остальных так приятно быть туповатым идиотом!

- Обед через 20 минут! – Ольга вошла в кабинет без стука. – Герцогиня и ее воспитанница, Марина, обещали быть всенепременно…

- Удивительно терпеливая женщина… - Брюнетка задумчиво прикусила кончик карандаша. – Другая бы уже полезла знакомиться…

- «Высший свет»… - Я пожал плечами и отложил в сторону амбарную книгу с налогами. – Их сам черт не разберет…

Обеденный зал у меня маленький, человек на двадцать-двадцать пять, но вот стол, по меркам всего королевства, очень даже не плохой – есть и дичина, и рыба, и птица, благо что места вокруг Корр-ан-Тирра на зверя богаты, а народ налогами не измордован и браконьерничать нужды нет.

Мне бы к серебряной шахте еще угольную…

А то приходится нефть качать, а сколько ее там – одни Звезды знают!

Блин, убьют еще раз – точно пойду на «энергетику», благо теперь мозгов хватает, да и опыт есть.

И понимание в необходимости.

Вот только, это чертовски больно – умирать!

Да и Вельда опять будет материться…

Да еще и непонятно, куда меня закинет, а то может ведь и вовсе в горнило Третьей мировой, со Звезд станется!

Так, снова отвлекся…

Герцогиня оказалась…

Взрослой.

Лет под пятьдесят, отлично сохранившаяся фигура, чуть резковатые черты лица, большие голубые глаза, рыжие длинные волосы, прекрасная осанка и замечательные формы.

Не круги под глазами, так и вовсе красотка, а если над ней поработают ведьмы – так будет и вовсе восхитительно!

И, нет, «под пятьдесят» на Фаланкирре это не конец жизни, скорее – первая половина, а для ведьм так и вовсе первая треть, так что герцогиня – очень хорошенькая и, не бунт бы ее тупоголовых сыночков, могла вполне еще стать фавориткой и…

- Герцогиня…

- Граф…

Мы мило поулыбались друг другу и я, как радушный хозяин, подхватив Ее Светлость под ручку, сопроводил ее к обеденному столу и вежливо помог со стулом.

Судя по промелькнувшей на мгновение гримасе боли, палач свое дело знал…

- Позже зайдите ко мне, посмотрим, что можно сделать с вашей спиной. – Я склонился над герцогиней и, коснувшись ее обнаженной шеи, снял большую часть болевых ощущений, чтобы хоть обед для нее прошел спокойно.

- Спасибо… - Герцогиня блеснула голубыми глазами, а вот ее «воспитанница» обожгла меня взглядом, словно я не на лечение пригласил, а сразу в койку.

Усадив Вельду рядом с собой, милостиво кивнул и придвинул к себе тарелку с курицей, политой острым соусом и усыпанной зеленью.

Выглядит не очень, но на самом деле – вкусно.

Оторвав куре лапу, с удовольствием впиля в нее зубами и отвел душу за весь этот военный поход.

Нет, я ничего не имею против военной кухни и с удовольствием лопаю и гречку, и картошку, а уж пшеная каша так и вовсе влетает в меня без промедлений, но…

Одно дело говядина с кониной и совсем другое – изысканно приготовленная с травами курица, тающая на языке.

Промочив горло красным, сухим вином, откинулся в кресле и выдохнул.

Магу жизни, к сожалению, много жрать нельзя – вырастает пузо и мозги покрываются толстым-толстым слоем жира, от которого, в моем случае, спасет только Вельда и секс.

- У вас прекрасные вина, граф… - Герцогиня крутила в руках бокал с белым, полусладким то и дело делая крохотные глотки. – Это, если не ошибаюсь, «Тиррское»?

- Да, все вина с моего виноградника. – Я улыбнулся. – Таскать заморские чрезвычайно дорого, воду приходится «освежать», а пиво…

- У вас варят пиво?! – В глазах герцогини заблестели огоньки. – Светлое или темное?

- Скорее – «черное»… - Я рассмеялся. – Светлые сорта больше уходят в столице, а у нас, в глубинке, народ предпочитает «дешевле и быстрее».

- Вина, пиво, ваша Миранда угощала меня ликером…

- Ликеры мы в Столицу не поставляем. – Я сыто выдохнул. – Очень дорого, да и еще не все отработано…

- Бутылка «Тиррского» в столице стоит 100 золотых! – Воспитанница герцогини посмотрела на меня, как на идиота. – Да и то, если повезет…

- В год мы передаем 500 бутылок, для Его Величества. – Миранда пожала плечами. – Спрос диктует цену…

Герцогиня едва заметно улыбнулась и сделала глоток вина, полуприкрыв глаза от наслаждения.

Да уж…

Идея с «алкашкой», признаюсь, была суперской!

Не зря мой батенька колдовал на даче с ягодой, а я, слава Звездам, не зря стоял на подхвате!

- О красном «Тиррском» ходят слухи, что оно неплохо восстанавливает, снимает усталость, веселит душу и даже омолаживает! – Марина развернулась к Миранде. – А уж о белом…

Моя «домохозяйка» звонко рассмеялась.

Вина у нас и вправду получаются, правда, есть одно ма-а-а-а-а-а-аленькое «но» - без меня все эти свойства лишь часть легенды.

А так…

Просто добавь немножечко магии и даже вода из лужи станет немножечко целебной.

Ну а я столько сил вбухал и вбухиваю ежегодно в свои виноградники и фруктовые сады, что потом сутки восстанавливаюсь, пожирая просто неприличное количество еды и укатывая в хлам своих любовниц, включая Вельду.

А ведь в этом году виноградники на северном склоне должны дать свой первый урожай, да еще мой эксперимент с «ледяным вином», которое «дозревает» на -3 этаже замка и обещает быть фантастически вкусным, но, блин, феерично дорогим!

- Можно пива? – Герцогиня тяжело вздохнула. – Хотелось бы попробовать…

- Лучше не сегодня. – Я покачал головой. – Вам, герцогиня, предстоит подлечиться, а пиво, увы, не слишком в этом поможет. Рекомендую пару бокалов красного, это будет намного полезнее.

- Я еще не дала своего согласия… - Глазки герцогини странно блеснули, словно после пары бокалов белого «полусладкого» ее начало конкретно так, «развозить».

- Это не обсуждается. – Вельда в кои-то веки подала свой голос. – Быть в гостях у одного из лучших магов жизни и не воспользоваться его талантами…

- Я обязательно воспользуюсь… - Герцогиня, ей-же ей, точно «поплыла»!

Впрочем, это и к лучшему.

То, что ей предстоит, на самом деле очень больно.

Так что пусть уж лучше будет пьяной и расслабленной, чем пытается сопротивляться неизбежному.

- Милорд! – В дверях появился еще один персонаж моего вторго появления и, по совместительству, муж Ольги. – Прибыл Йожиг!

- Дамы, простите, дела! – Я, со вздохом, встал со своего места. – Герцогиня, вечером жду Вас в приемной, Миранда Вас проводит и все объяснит.

- Буду ждать с нетерпением! – Ее Светлость отсалютовала мне полупустым бокалом и я свалил, предчувствуя, что сейчас начнутся милые женские разговоры, свидетелем которых мне бы быть совсем не хотелось!

- Лен, вернись, пожалуйста в зал и настучи жене по холке, чтобы она накачала герцогиню красным вином. Только без излишеств. И пусть подкладывает в ее тарелку больше мяса и зелени. – Я вздохнул и зевнул. – Нас не тревожить!

- Понял. – Лен усмехнулся. – У кого-то сегодня будет жарко!

- Да иди ты, пошляк старый! – Отмахнулся я вошел в кабинет, в котором расположился на редкость не располагающий к себе типус, по имени Йожиг.

Скотина с вечной битой мордой, помятым видом и самый удачливый контрабандист.

Ну, и по совместительству, самый мой результативный агент и распространитель слухов.

И не только слухов…

- Вашество! – Йожж шутливо поклонился с кресла и счастливо улыбнулся. – Давненько не виделись!

- Это точно! – Я плюхнулся в кресло напротив и притянул к себе глиняный кувшин с компотом, который Миранда варила из прошлогодних сухофрутков с особым цинизмом.

Но, блин, очень вкусно!

- Гар-а-Надон шлет тебе привет. – На столик передо мной брякнулся увесистый мешочек. – Просит еще партию «крепкого», два десятка «жвачек» и спрашивает, не продашь ли ты ему парочку ведьм, желательно, посимпатичнее.

- Надеюсь, он в курсе, что ведьмы ему яйца оторвут и весь род проклянут? – Я развязал мешочек и присвистнул разглядывая его содержимое. – Не плохо, очень не плохо!

- Не верит. – Йожж с усмешкой развел руками. – Как и не верит в то, что ты не торгуешь своими вассалами.

- Его проблемы. – Я покрутил в руках пятисантиметровый кристалл изумруда и вздохнул. – А камни стали хуже или мне кажется?

- Стали, стали. – Йожж помрачнел. – Рудники Гар-а-Надона истощаются, еще полгода-год и надо будет искать выход на кого-нибудь другого. Да и жадничать стал наш общий друг, невмерно. Того и гляди, сдаст меня ко всем чертям.

- Ну и забей на него. – Я ссыпал кристаллы обратно в мешочек, завязал тесемку и положил мешочек на стол. – Тем более, что крепкого я ему точно больше не передам, наверняка ведь уже научились разбавлять и пить, а?

- Злой ты, граф. – Мужчина смешно повертел носом. – Сперва пристрастил, а потом отрезал!

Это да, я злой и память у меня хорошая!

А Гар-а-Надон, если честно, еще тот… Надон!

За четыре года ни разу слова доброго от него не было, только «дай-дай-дай», вот и дал я ему партию спирта, на пробу.

Ну и «жвачку» - легкий стимулятор, с которыми у меня вояки не расстаются в походах.

- В общем, завязывай с Надоном. – Я откинулся в кресле. – Толку от него чуть, камни все хуже, да и влияние жирный козел растерял, нафиг его кормить?

- Может? – Йожж провел большим пальцем по шее, намекая, что живые не кусаются.

Я задумался.

С одной стороны, Гар-а-Надон почти четыре года был полезен, а с другой…

Зажрался.

- Нафиг. У южан сейчас движняк, говорят, нехороший начался, лучше займись островитянами. Или дома приземлись на месяц-другой, жен порадуй, детишек побалуй. – Я наморщил лоб. – В общем, не отсвечивай там сейчас, предчувствия у меня хреновые, так что…

- Ох уж эти предчувствия мага жизни… - Йожж расхохотался. – И к телу не пришьешь, и нафиг не пошлешь!

- Зато дольше проживешь. – Я приложился к кувшину, наслаждаясь компотом. – Кстати, карту достал?

- Достал-достал… - Мужчина придвинул мне метровой длины тубус. – Как договаривались, рудники, шахты, дороги, все, в радиусе полугода дороги. С тебя десяток вина. Белого.

Вот же люди, чего они так к этому белому прицепились, а?!

Пообещав прислать ящик с утра, распрощался с агентом и, допив компот, вернулся к бумажкам.

Глава 2

Спину герцогине развальцевали от всей души.

Мало того что спину, досталось и бокам, и крепкому на вид, симпатичному, заду.

- Н-да-а-а-а-а… И это я Вельду Коновалишной называю… - Я коснулся вкривь и вкось зашитых ран, искренне восхищаясь терпением герцогини, умудрившейся выдержать путь от Столицы до моего графства. – Мишель, сначала будет больно…

- Не больнее, чем было. – Герцогиня, уже слегка протрезвевшая, розовая от понимания того факта, что я вижу ее голой, тяжело вздохнула и слегка поерзала по накрытому белоснежной простыней, операционному столу.

- Увы, можете мне поверить, будет больнее, но обезболивающего пока нельзя. – Я аккуратно вымыл руки под краном, вытер и, со вздохом, взялся за ножнички и принялся срезать уже чернеющие нитки и выдирать их из подвоспалившихся краев раны.

- Странное ощущение… - Герцогиня зашипела от боли. – И больно, и тепло… Ай!

- Терпите. – Вельда протянула мне чистый тампон и я принялся медленно очищать разошедшиеся края ран. – Чуть-чуть осталось.

Ага, приблизительно с сотню швов снять!

Плеть палача пощады не знала – рваные следы на спине, боках, правой груди, обеих ягодицах…

Не-е-е-е-ет, широкий палаческий бич – страшная штука, не дай звезды под него попасть!

Выдернув последню нить, вновь вымыл руки, давая крови протечь, промывая раны и начал сводить края вместе, сращивая, заживляя и стирая шрамы, чтобы потом с ними не возиться…

Время от времени подзывал Вельду, в особо интимных местах…

Убил часа два на все про все, но…

Махнув рукой, «вкачал» в тело лежащей передо мной кверху жопой женщины десятую часть своего резерва, активируя «омоложение».

Мне пофиг, а ей приятно будет скинуть лет эдак двадцать.

Отойдя в сторону, еще раз полюбовался молодеющим на глазах телом, накинул на нее простыню и пошел мыть руки.

Не люблю я, все же, всю эту «косметическую хирургию» - сил жрет нещадно, а пациентка всегда недовольна.

С мужиками все проще – срастил, мышцы-кости проверил, «нижний функционал» проверил и все, беги-живи, а шрамы сами рассосуться лет за несколько.

- Пока ты ей сиськи-жопу делал – три раза кончила! – Возмущенно зашипела Вельда, становясь рядом со мной у умывальника и подавая чистое полотенце.

- О! А сама-то! – Я расхохотался. – Пока я тебе массаж делаю, ты вообще как из пулемета…

- Дэви! Я – ВЕДЬМА! А она – человечка! А человечки от такого не кончают!

- Может у нее жопа – эрогенная зона? – Нагло ухмыльнулся я. – Или, может секса давно не было?

- Дэви! Человечки не чувствуют такой тонкий поток сил, которым ты оперируешь!

- Может, она просто голодная? – Я вытер руки и притянул к себе ведьму. – И вообще, сдается мне, ты просто ревнуешь, а?!

- А знаешь… Впервые в жизни – ревную! – Моя коновалишна прижалась ко мне и укусила за шею. – Жутко ревную! Причем, именно к ней, рыжей! Я даже так к ее Маринке не ревную, как к… ЭТОЙ…

Вельда перешла от укусов к поцелуям и я, от греха подальше, подхватил ее на руки и потащил в спальню, благо хоть не далеко было.

Да и пациентка сладко дрыхла, так что минут пятнадцать-двадцать у нас есть…

Или больше…

Сбрасывая ведьму на кровать, выдохнул и расслабился.

***

- … Замок Корр-ан-Тирр не может принадлежать самозванцу! – Взвизгнул наглый толстячок в хреновом парике и черной мантии. – Будут приглашены «Братья Божии» и проведено полное расследование!

- Не проблема. – Стоящая передо мной женщина, назвавшая себя Вельдой, совсем как в романах Микки Спиллейна и такая же черноволосая и гибко-стремительная, согласно качнула головой. – И «Братьев», и Королевского советника, и, на всякий случай, Старшего Дознавателя приглашайте. Только не забудьте – если вы ошиблись, то…

- А вот угрожать мне не надо! – Толстячок снова взвизгнул. – Не надо мне угрожать! Я столько лет…

- Хватит. – Я покачал головой. – Взрослый человек, а ведете себя, как истеричка!

- А вот истеричичь меня тоже не надо! – У толстяка явно ехала крыша. – Я не потерплю, чтобы какая-то ведьма, живущая в родовом замке графа Тхейми…

- Согласно решения королевской комиссии от 3 числа 7 месяца 908 года, на родовых землях семейства Тхейми разрешено селиться ведьмам и колдунам. – Вельда вздохнула. – При условии полной оплаты королевких налогов и содержания замка и прилегающих к нему земель.

- Я этого так не оставлю! – Толстячок подобрал полы своей мантии и рассерженным колобком рванул к стоящей невдалеке карете, запряженой четырьмя вороными конями. – Я…

Хлопнула дверца, отрезая нас от обещаний всех кар и казней, а через пару секунд, подпрыгнув на корнях, карета местечкового судьи усвистала в закат, оставляя меня с Вельдой в состоянии легкого грогги.

- Они у вас все такие? – Я махнул рукой, убирая корни с дороги и наслаждаясь своими, такими новыми, возможностями.

- Судейские… - Вельда развела руками. – Ладно, чего стоим, тебе еще парк облагораживать и пруд чистить.

Парк я облагородить успел, а вот с прудом получилась закавыка – замковый камень до туда не дотягивался, а я сам, по началу, никак не мог понять взаимосвязь ила, ряски и местных обитателей пруда, которые цинично меня игнорировали, сводя на нет все мои усилия.

Прибытие огромной, в семь карет, комиссии я прохлопал ушами, пока возился с подвалами, очищая их от просочившейся воды.

Да, оказывается, маг жизни может и такое, если вода не дистиллированная и есть фантазия, подкрепленная нормальными уроками физики.

Когда два десятка человек спустились на минус шестой этаж, где я во всю глотку горланил «Давай вечером, умрем весело, поиграем в декаданс», чуть заикой не стал!

Да и после, когда судейский толстячок в окружении своей братвы и прихлебателей, вместе с «Братьями» в количестве пяти рыл принялся меня полоскать, угрожая сгноить в самой дальней камере – тоже испугался, если честно.

Сгноили бы, запросто!

И меня, и Вельду.

Испугался так сильно, что замковый камень, почувствовав, мое состояние, принялся сжимать стены, угрожая раздавить всех присутствующих в тонкую лепешку.

Ну а я…

Я испугался еще сильнее.

Еще пара минут и закончилась бы моя история, да в дело вступил Королевский Советник, матами заставивший всех заткнуться и обратить внимание на творящееся со стенами.

Потом меня пятеро суток везли в Столицу, останавливаясь исключительно на смену лошадей и освобождение мочевого пузыря.

Еще неделю я провел в апартаментах Королевкой канцелярии, пока местные медикусы проверяли меня, выясняя все обстоятельства моего внезапного появления в замке.

Три дня потом учили этикету и шили придворную одежду, для «выхода в свет».

Да уж…

Повезло мне, по всем статьям повезло!

Кто же мог подумать, что старикашка, что сбил меня с ног на лестнице и сам покатился рядом, переломав руки-ноги, окажется Его Величеством Фингрудом III, удиравшим от жены, разъяренной его очередным походом к любовнице!

И чего монаршьей морде решилось «срезать» дорогу через лестницы для чиновников – теперь он и сам не помнит, по крайней мере, говорит, что не помнит, но вот так мы и познакомились.

Я дотащил старичка до своей комнаты, вправил сдвинувшиеся кости и срастил переломы, попутно освоив еще и «легкое омоложение», которое меня, в тот раз, чуть не убило, потому как одно дело «видеть, как сделать», а другое – «знать, как сделать правильно»!

Придворным героем я, разумеется не стал, но…

В замок уже вернулся «подтвержденным графом и дворянином».

И в первый же день, повесил ко всем чертям всех судейских, что приезжали пугать меня всеми карами земными!

***

- Что ж, Ваша Светлость, - я сделал шаг назад и отвернулся. – Можете одеваться.

- Зовите меня Мишель, пожалуйста! – Герцогиня зашуршала за моей спиной своим платьем, а я принялся мыть руки. – Удивительно чувствовать себя снова молодой…

- У вас, Мишель, отличная наследственность и железный характер. – Я вытер руки полотенцем и принялся снимать свой белый халат, который носил не столько для стерильности, сколько из принципа. – Неделю усиленного питания…

- О, нет, спасибо! – Мишель рассмеялась. – Мой нынешний вес мне бесконечно подходит…

Эх, не получаются у нас с ней разговоры, особенно на резвую голову.

Вот, вроде бы после лечения герцогиня сделала шаг навстречу, а потом отшатнулась назад.

- Граф…

- Зовите меня Дэви, Мишель. – Попросил я, мысленно «подключаясь» к замковому камню и подкачиваясь после проведенных процедур.

- Дэви… Вы бы не могли осмотреть мою воспитанницу, Марину? Меня очень беспокоит ее состояние в последнее время. Она словно тает на глазах, хотя я неоднократно проверяла еду на яды… - Герцогиня замолчала поймав мой, совесем не добрый взгляд. – Простите, граф…

- Герцогиня… - Я «мило» улыбнулся. – В моем замке не принято травить гостей. Вешать – да, за милую душу, а вот травить – нет. Что же касается вашей воспитанницы, то, в отличии от вас, наследственность у нее, прямо скажем, гнилая. Как и характер.

Герцогиня помрачнела еще больше.

- Давайте угадаю, Марина – дитя кровосмешения, верно? – Я уселся на кушетку и скривился. – Причем, как я понимаю, в ее семье это было нормально уже не одно поколение?

- Вы проверяете всех, без их разрешения? – Мишель то ли злилась, то ли обиделась. – Но, вы правы. Род Беппо, к сожалению, всегда гордился чистотой своей крови.

- Теперь эта самая, «чистая кровь», убивает девушку. – Я потер лицо руками и почесал нос. – Марина – стерильна и никогда не сможет стать матерью, а ее перепады настроения, внезапные срывы и перемены веса – гормональный дисбаланс, исправить который магия не сможет ни сейчас, ни через сто лет. Через пару лет, ко всему прочему может добавиться сумасшествие, и Марина станет опасна. И не только для себя, но и для вас.

- Предлагаете убить ее, как больного котика? – Герцогиня рывком затянула шнуровку платья, всем своим видом демонстрируя мою неправоту.

- Она – ваша воспитанница, вы и решайте. – Я честно пожал плечами. – Но, если вы тут задержитесь надолго, то… Лично я, при первых симптомах, объясню девушке все, что будет с ней дальше и…

- Убьете?!

- Психи – очень страшные люди. Хитрые, жестокие и прекрасные актеры. А я не хочу хоронить дорогих мне близких людей, только потому что не пожелал марать руки… Так что, Ваша Светлость, решайте – вы и сейчас или я, только немного позже.

- В вас совсем нет милосердия? – Герцогиня, вцепившаяся в порченную игрушку совершенно не желала осознавать, что эта игрушка – бомба с часовым механизмом и продолжала искренне верить, что милосердие – это спасение девочки-Красной шапочки от серого волка путем вспарывания живота бедного зверя.

- Вы путаете «милосердие» и «слабоумие». – Я зевнул и потянулся, разминая свою тушку, требующую движения, действия, а не пустопорожних разговоров. – Это часто происходит. И лечится на поле боя, когда тебе надо решить, кто из твоих солдат сегодня умрет от ран, а кто – завтра снова встанет в бой.

- Вы – очень жестокий человек! – Мишель сжала и разжала кулаки. – Разве не все должны получать все силы лекаря ради жизни?

- Гм… Что-то я не заметил в Столице врачей, спасающих жизни нищим… - Я окинул взглядом приемную, прикидывая, что запас мелких медикаментов пора пополнять, а благословенный пенициллин почти закончился. – Да и вы сама отчего-то не спешите строить дома для детей, оставшихся без родителей и кормить их, пока они не станут дееспособны.

- Но у вас в графстве один из самых высоков уровней налогов!

- Мое графство, сейчас, одна седьмая часть всего королевства. Причем, как ни крути, часть не самая лучшая – почти треть моих границ приходятся на очень воинственных соседей, которые не прочь поживиться за счет моих крестьян. Вторая треть границ – это бароны и маркизы, которые тоже не прочь откусить кусок пирога, ведь расширяться им, кроме как в мою сторону, некуда. Так что, да, налоги у меня нешуточные. Дороги, стража, армия, Универа, шахты, заводы – на все это требуется золото. А еще требуется золото для Его Величества, а это, на минуточку, больше половины собранных налогов с жителей!

- Вы могли не ссориться «ББ»… - Герцогиня все так же стояла спиной к двери, демонстрируя готовность в любой момент сбежать, как только аргументов станет не хватать.

- Я не ссорился с «ББ». Я вывел их за скобки уранения, в котором было только три основополагающих фактора – люди, ведьмы и уровень жизни. «ББ» был фактором, прокормить который у меня не было возможности.

Да уж, странный у нас с ней разговор приключился.

Начали за Марину и милосердие, а теперь вот за налоги и храмовников беседуем.

Не-е-е-е, это дело надо закрывать.

Поболтать я, конечно, люблю, но…

Лучше поболтаю с Вельдой, совмещая, так сказать, приятное с полезным.

Да и рассказывать совершенно постороннему человеку о нашем «приватном договоре» с Его Величеством, как-то не с руки, а без этого, все, что видят глаза несведущего – красивая ширма, за которой прячется тихо подгнивающее королевство у которого внутренних проблем столько, что того и гляди сменится династия!

И уж если герцогиня, последние двадцать лет танцующая на балах и вертящаяся в той мясорубке всего не знает или помалкивает, так нафига мне распинаться?!

- И все же… - Герцогиня тяжело вздохнула. – Так нельзя…

Развернувшись, дама исчезла за дверью, оставляя за собой последнее слово.

Эх, люди-люди, что же вам так нравится верхним отростком не пользоваться-то, а?!

Еще раз зевнув – Вельда сегодня ночью не на шутку разошлась, словно шлея под хвост попала! – вышел из приемной и поплелся к черной лестнице – надо подвалы проверить, да отловить по дороге кого из слуг и озадачить наведением порядка у себя в спальне.

Еще бы лифт замутить, а то восемь этажей – это восемь этажей!

И мне будет легче, и народ с уборкой не будет материться, бегая по лестницам.

- Дэви! – Миранда отловила меня на -3 этаже, в винном погребе, который я все хотел-хотел-хотел перетащить выше, но никак руки не доходили. – «Партикул» вернулся!

Охренеть!

Мы уж год как их всех похоронили!

«Партикул» достался мне с барского плеча Его Величества четыре года назад, за лечение Ее Величества и успешное рождение очередного наследника трона, пятикилограммового бутуза Эвальда.

Трехмачтовик достался мне изрядно потрепанный штормами, с рваным такелажем и отсутствующим балластом, дырами в бортах и сломанной средней мачтой, зато с экипажем, который свой корабль знал лучше, чем осташиеся пальцы на руках.

Ремонт занял полгода и совершенно неприличную сумму местных денег, зато теперь быстрее и зубастее «Партикула» среди местных почитай, что и нет!

23 пушки, укрепленные магией жизни борта и две ведьмы – погодница и лекарка – позволяли уверенно путешествовать по океану в самые отдаленные места, где о нас и слыхом не слыхивали.

Тоннаж, конечно, пришлось уменьшать, как и обводы слегка переделывать, зато кораблик честно окупался целых три года, пока не пропал, исчезнув где-то в водах Южного океана, куда я его отправил на поиски новых рынков сбыта.

И вот, вернулся, болезный!

Дорога, пока я вспоминал, промелькнула в одно мгновение.

Проскочив «внутренний порт», больше для речного мелкого судоходства, переправились через мост и выкатились в «порт внешний», построенный больше из вредности, чем необходимости – ну, не было у меня «больших» кораблей, кроме «Партикула».

Да и сам «Партикул», в девяноста случаях из ста оставался Гаместоне, в сорока километрах от моего графства.

Странное решение капитана корабля недавало мне покоя – вот жеж, не люблю странности, хоть ты тресни!

Впрочем, мог оказаться на редкость дорогой груз, а могло быть и что-то похуже – например, эпидемия и только мое появление все сможет купировать!

От греха подальше, остановился и принялся хлопать себя по карманам и прихваченной Вельдой сумке, в которой у меня был «особый запас» лекарств и пара артефактов, что подзаряжались от замкового камня из расчета «на всякий случай».

Вроде как все свое прихватил.

А, да…

На всякий случай потребовал от Вельды держаться от меня подальше и вообще, послать кого-нибудь к охранникам, пусть оцепят кораблик, от греха подальше!

Лучше я заплачу за беспокойство, чем благополучно просру какую-нибудь заразу, от которой придется лечить уже всех.

Я справлюсь, конечно, но…

Это будет дорого!

Убедившись, что Вельда попылила к стражникам, почесал затылок и, на всякий случай, надел на палец графский перстень – пустяк он, конечно, но пара сильных заклов в плюс, а это уже шанс на выживание.

Выдохнув, направил свои стопы к стоящему в полукилометре трехмачтовику.

О, мляддд!

Чем ближе подходил к «Партикулу», тем больше хотелось материться!

Средней мачты не существовало, как вида!

Бушприт – обрубок!

В бортах – проломы!

А главное, какая сволочь умудрилась так погрызть обшивку?!

Ведь укрепленное же дерево было!

Пройдя вдоль борта, со вздохом признал, что и пушек явно стало меньше, да и с экипажем полный швах – судя по снующему по палубе народонаселению, половину как корова языком слизала!

Пройдя по трапу, поднялся на борт и, если честно, совсем скис – то, что снизу казалось «проблемой», на деле оказалось полной жопой!

Восстанавливать «Партикул» это как пытаться починить вывернутый наизнанку, взорвавшийся и разбросанный в радиусе пяти километров «Феррари» – то есть, возможно, но смысла нет!

- Господин граф! – Старпом «Партикула», бледный как смерть, на одной ноге-деревяшке и с рукой на перевязи, подковылял ко мне и замер, пытаясь отдышаться. – «Партикул» прибыл в порт!

- Стефен! – Я в ужасе смотрел на седого, не достигшего еще тридцатилетия мужчину, которого помнил улыбчивым, черноволосым и полным сил. – Это где же так вас, а?!

- Турна-Груу. – Старпом развел руками и я заметил, что на левой у него не хватает двух пальцев – мизинца и безымянного. – Капитан Вура тоже там остался. И часть экипажа. Но груз мы взяли богатый!

Мужчина расцвел в улыбке.

Да черт с ним, с грузом… - Не удержался я. – Хорошо, что выжили, а груз – просто приятное дополнение!

- Не скажите, хозяин… - Стефен покачнулся и я едва успел его подхватить под локоть. – Сейчас все выгрузим, в складах сами посмотрите, но… Там на два «Партикула» будет! Только тканями больше тонны, а еще древесина, еще камни…

Голос у старпома был трещащий, как у старой пластинки.

- Сейчас разгрузимся и на берег, по домам… - Стефен мечтательно прищурился. – Хозяин… А ведь мы привезли еще одну диковину! Капитан Вур прикупил на Гетеленкаальме, специально для вас! В каюте лежит…

- Пошли, глянем, что там за «диковина». – Решил я направился к каюте капитана, старательно обходя дыры в палубе, через которые чернело почти пустое нутро трюма.

- Да-да, конечно… - Стефен вздохнул. – Только, не так быстро! Сорость теперь – не моя лучшая черта.

Ну да, на деревяшке быстро не побегаешь, это понятно.

Ну да ничего – сейчас Вельда подтянет стражу, команду увезем в замок, где я их подлатаю, восстановлю конечности и мужики еще побегают по морям-океанам, это я могу твердо обещать!

Толкнув толстую деревянную дверь, вошел в каюту и замер на пороге: судя по кавардаку, последнее время никто чистотой и порядком в каюте сильно не занимался – постельное белье грязное и вонючее, иллюминатор наглухо заколочен, в углу – здоровенная клетка, в которой, на каком-то трепье возилась завшивленная обезьяна, которая при виде меня задрала голову к потолку и пронзительно завыла, словно оплакивая свою обезьянью судьбу.

На столе, заваленном картами и объедками сиротливо мерцал «огонек», да болталась под потолком полукруглая попугайская клетка, в которой сиротливо лежало три сине-зеленых перышка.

- Прибираться было некогда… - Извиняюще развел руками старпом. – Последние недели были самыми сложными, команды не хватало, приходилось все самим делать…

Обойдя меня, Стефен поднял грязный матрац и принялся возиться с замком корабельного сундука-кассы, гремя связкой ключей. – Сейчас-сейчас…

Через минуту, ржавый замок сдался напору крепких старпомьих рук, скрежетнул, открываясь и мужчина занырнул на самое его дно, разыскивая что-то в потемках на ощупь.

- Да где же… А, вот! – Стефен выудил на свет божий нечто, завернутое в меховую шкуру и перевязанное крест-накрест толстой, сине-красной нитью. – Капитан сказал, что надо отдать лично вам в руки!

Развернувшись к столу, мужчина воодрузил сверток на стол, сбросив с него на пол карты и объедки, часть из которых тут же провалилась ниже сквозь дыры в полу.

Несколько секунд старпом пытался развязать затянувшиеся от соли узлы, а потом, вздохнув, достал нож и резанул нити, заставляя их странно светиться удивительно чистым, сиренево-золотым, светом.

Развернув шкуру, он достал еще один сверток из промасленной бумаги и принялся разворачивать его неторопливо-торжественно, словно предвкушая будущее впечатление.

Поежившись от внезапно налетевшего холодного ветерка-сквозняка, подошел ближе и…

- Стефен, стой! – Едва бумага обнажила артефакт, как у меня внутри все сжалось в тугую пружину, распрямиться которая уже не успела.

Да уж…

Умирал я разными способами, но вот таким говенным – еще ни разу!

Долбанный артефакт, к которому прикоснулись калеченные руки Стефена, полыхнул ядовито-болотной зеленью, расхохотался, присасываясь к старпому и превращая его в гротесконое, зелено-светящееся чудовище, которое, развернувшись, кинулось мне на грудь, прижалось и взорвалось, разнося все вокруг на мелкий куски!

***

Умирать – это чудовищно больно.

А еще – жутко обидно.

И, на закуску, еще и непонятно, в каком туловище ты очнешься и сколько в нем проживешь!

У меня, сейчас, за плечами, уже…

Ох, надо посчитать…

Туда-обратно – 2

Обратно-туда – 2

Туда-обратно – 2

Обратно-туда – 2

И вот теперь снова обратно +1, итого – девять раз помирал, надоело уже!

И, что самое неприятное – никак не могу понять какими условиями располагает неведомое мне божество по имени Случай, отправляя в разные тела.

Мои собственные тела, живущие в разных паралелльных вселенных.

Правда, есть и плюс – померев в альтернативной реальности, я возвращаюсь на берег озера ровно через восемь дней после смерти в Фаланкирре!

Я тут уже себе и пещерку оборудовал, с одежкой и припасами на «особый случай», и Вельду посвятил во все эти странности, чтобы она не дергалась понапрасну.

Но, есть и одно «но»…

Чтобы вернуться в Фаланкирр, надо обязательно умереть.

И умереть обязательно придется, сколько бы я ни старался.

Эх…

Вот ведь, блин, засада-то, а!

И ведь при перемещении в альтернативные миры меня выкидывает в тело моего «аналога», прихватывая только то, что есть в теле, а вот обратно в Фаланкирр, как выяснилось, я могу прихватить кое-что с собой.

Только это кое-что должно быть живым на момент моей гибели и желать перейти вместе со мной.

Именно так я перетащил пяток старичков-профессоров из разваливающего Союза в свой второй заход.

А для обустройства на новом месте после смерти на Фаланкирре у меня теперь с собой, вшиты под кожу два десятка драгоценных камушков, ну да об этом я уже писал…

Кажется…

Так что оставалось надеяться, что новый носитель не окажется женат, как это уже было дважды, не будет идиотом, скрывающимся от судебных исполнителей и, желательно, не будет калекой!

Ага, вот такой я попаданец!

Иногда мне везет и я даже успеваю получить нужное образование – так у меня получилось с инженером-строителем, иначе бы я хрен все города сумел распланировать-построить, так вышло с медобразованием, хотя там я немного не успел до заветной мечты стать оперирующим терапевтом, но интернатуру прошел.

Я вздохнул и закинул руку под голову, дожидаясь, когда память вновь обретенноготела сольется с моей и можно будет разобраться, что же в этот раз моя жистянка подкинула мне в качестве утешительного приза.

Глава 3

… Н-да-а-а-а… Прямо скажем – дела говно!

Я поворочался на узкой шконке камеры-одиночки и хмыкнул.

Да уж, зато теперь я точно знаю, что бы из меня выросло, если бы я в 16 лет не подрался…

Да если бы «искренне за меня переживающий полковник» не взял бы в оборот родителей, втягивая меня в армейские дела…

Иванов Дэви Степанович, оперативное имя – «Терн», организатор группировки «Терновских», кличка «Шумный» был совсем бесшумным.

Да, предпочитал на первых порах PSG1, позже перешел на отечественный «Выхлоп», работая по целям то тут, то там.

С развалом Союза, сперва ушел на вольные хлеба одиночки-киллера, потом примкнул с ОПГ «Дюйсека», которого и ликвидировал через два года, захапав себе всю империю.

Прекрасное полученное образование, знание языков, личная харизма и многочисленные знакомства позволили «Шумному» быстро и без особых хлопот увеличить численность «Дюйсека», попутно переименовавшись в «Терновских» и протянув загребущие лапки и к наркотикам, и к проституткам, и к торговле людьми.

Военное прошлое сказывалось – за 25 лет существования «Терновских», город оказался в плотной паутине ОПГ, контролировавшей каждый угол области даже, а не города!

В 43 «Шумный» выиграл, точнее – выкупил себе место губернатора и семь лет спокойнейшим образом проворачивал свои делишки, лишь изредка постреливая, для собственного удовольствия.

В общем, редкостная получилась мразь!

Но – умная.

И горожане до сих пор не верят, как же такой замечательный губернатор, умудрившийся за два года навести порядок и поддерживать его, оказался на самом деле такой…

Я вновь повертелся на тонком матрасе, шипя от боли в простреленной ноге.

По сути своей, этот Дэви вполне может выкрутиться, при наличии хорошего адвоката и энной суммы денег, пусть и зверски большой.

Да вот есть закавыка – кто-то же сдал его?!

По воспоминаниям моего «образца» обвинения ему впаяли за наркотики и оружие без регистрации – по всему остальному у пентюхов нет доказательств, нет свидетелей, нет тел, так что, получит Дэви семерик и вернется на свободу с чистой совестью.

Тем более, что по делам «губернаторским» у него полный ажур не только по бумажкам, но и по реальным делам, не зря ему лично жал руку президент под вспышки камер!

Я покрутил в голове память «Шумного», с сожалением понимая, что и в самой полиции все давным-давно куплено, подмазано и прикормлено.

Вроде как есть один честный пент, Синякин, но дело ведет не он, так что…

Я замер, прикидывая, как себя вести.

С одной стороны, раз я сюда попал – дела «Шумного» плохи и жить ему лет десять, при самых лучших раскладах, а с другой…

Мерзко мне жить в такой шкуре!

Хотя, за знания «Шумному» - низкий поклон, я, конечно, военкафедру у медиков проходил, но это все совсем не то, что капитан ДРГ, что с 18 лет мотылялся по «точкам», исполняя приказы и решая сам, как лучше исполнить «заказ».

- Охрана! – Я трижды бухнул в дверь одиночки, благославляя небеса за свою привилигированность. – Синякин сегодня на дежурстве?

Давным-давно прикормленный и обласканный охранник, сверившись с кем-то по телефону, обрадовал меня, что Синякин на дежурстве и что будет тут с минуты на минуту.

Вернувшись на лежанку, повертелся, осознавая, что бедолаге Синякину придется, очень скоро, совсем не сладко!

Интересно, решится следак работать «по чесноку» или как и его коллеги – сольет все, нафиг?

Хотелось верить в честность и благородство, вот только в городе этом, эти понятия встречаются еще реже, чем девственность у проститутки!

- Дэви Степанович… - Капитан Леонид Синякин посмотрел на меня так, что стало понятно – дай ему ствол, кончит меня в миг!

Ну да этот шанс я ему предоставлю, ибо грех не воспользоваться…

- Решили душу облегчить? – Капитан активировал камеру онлайн-допроса, чьи записи идут прямиком на столичный сервер, где, в зависимости от пометок, сделанных следователем, либо «ложится» на общедоступный уровень, либо становится «СовСекретно» и…

Тихо исчезает в недрах президентской службы контроля.

- Да, капитан, решил. – Я вздохнул. – Но есть условия.

Видно было, куда хотел всунуть условия сидящий напротив меня мужчина, но, молодец, сдержался!

- Хорошо, слушаю…

- Два литра кофе, пачку сигарет и «четыре креста». – Я вздохнул.

Вот жеж, ненавижу курить, но эта оболочка без сигареты ни в какую на серьезные дела не идет!

Улышав «четыре креста» капитан слегка завис.

Ну да, ну да, совсекретные сведения, исключительно для группы особого назначения и внутренних расследований, отчитывающихся непосредственно перед президентом, так что всех будут не просто трясти, а сношать без вазелина, выворачивать наизнанку без анестезии и мотать нервы без жалости, такой поворот явно следака пугал сильнее, чем кофе и сигареты!

Проследив за капитаном, со вздохом активирующим «спецсимволику» и настраивающим невесть откуда взявшуюся вторую камеру и электонного секретаря, который запишет мои показания в текст, налил себе кофе и сделал первый глоток.

- Я, следователь прокуратуры, капитан Синякин Леонид Евсеевич… - Капитан забубнил в микрофон «шапку» допроса, поглядывая на меня искоса, словно готовясь к неприятностям. - … По существу дела, подозреваемый Иванов изъявил желание…

Ага, иэъявил…

Я сделал второй глоток и скривился.

Кофе – откровенное говнище.

А вот сигареты хорошие, правильные…

- Говорите пожалуйста, Дэви Степанович. – Капитан замер, уставившись на меня.

- Я, Иванов Дэви Степанович, по своей воле и без принужденияхочу сообщить следующее. – Я сделал затяжку, отхлебнул кофе и усмехнулся. – Надеюсь, капитан, вы закрыли дверь и деактивировали микрофоны в соседней комнате?

- Да, согласно требованию «четыре креста», дверь заперта до окончания ваших признаний, одностороннее стекло и внешние микрофоны деактивированы. – Синякин сжал кулаки. – Надеюсь, это того стоит.

- Стоит, капитан, стоит. То, что я скажу, вообще многого стоит. Надеюсь, у тебя «Стечкин» заряжен и запасная обойма есть. – Я счастливо улыбнулся. – Что же, раз все правила соблюдены, начну. Меня зовут Иванов Дэви Степанович. В возрасте 16-ти лет, проходя первичный медосмотр в районном военкомате, при личной беседе с подполковником Сильван Андреем Геннадьевичем, получил предложение на перемещение в спецшколу №0087453, по специальности ДРГ и кодовым именем «Терн»…

Чем больше я говорил, тем сильнее менялся в лице капитан.

Ну да, такая вот жопа, оказаться лицом к лицу с человеком, который получил образование еще в ТОЙ стране, да образование совсем не простое, а такое, что услышь это все капитан в годы оны, его бы тихонько зачистили, наградив посмертно.

- Выпускной экзамен проходил на территории сопредельного государства и был признан одним из лучших по потоку… - Я допил кофе и размял шею. – Устранение заказанного объекта было произведено путем вливания спецраствора, полученного для самоликвидации агента, что было выявлено медицинской комиссией и стало поводом проведения волны дискредитации руководства государства.

- …Десять лет спустя, полковник Сильван передал мне заказ на очередную цель, после ликвидации которой было решено ликвидировать уже меня. Выполнив приказ, я ушел от группы зачистки, ликвидировал полковника и, воспользовавшись тем фактом, что мое личное дело уже было уничтожено, начал собственное «дело», занимаясь устранением лиц за деньги.

- То есть – киллером?! – Капитан сам потянулся к сигаретам и, щелкнув зажигалкой, сделал затяжку и закашлялся.

- То есть киллером. – Согласился я и принялся перечислять фамилии объектов, невольно наслаждаясь изменяющимся в лице Синякиным и размером его глаз.

- Через два года, примкнул к группировке «Дюйсека», взяв прозвище «Шумный». Через некоторое время, Дюйсек Замборзов попал в ликвидационный список и ОПГ «Дюйсека», потеряв в перестрелке всю свою верхушку, стала моей, сменив название на «Терновские». – Я рассказывал и рассказывал, старательно перетряхая память этой тушки и указывая места захоронений, типы спецпрепаратов и схемы проведния тех или иных акций, после которых «Терновские» спокойно входили на опустевшие места уничтоженных банд, подминая под себя покинутый бизнес.

- Сука! Моя сестра… - Синякин вскинулся, потянулся к «стечкину», но удержался. – Тварь…

Согласен с капитаном.

Тварь, да еще какая!

Перечисляя «купленных полицейских» и городских чиновников, исподлобья наблюдал за следаком, у которого за эти четыре часа уже кончился запас всех сил для удивления.

Каждая названная фамилия заставляя Синякина то горбиться, то наоборот, распрямлять плечи.

Пару раз, на фамилиях сослуживцев, следак норовил начать выдирать на себе волосы, но у него не получалось – слишком уж короткая была уставная стрижка.

Так-то видно, что мужик Синякин не плохой, но…

Я, с усмешкой перешел к делам «новейшей истории», на память перечисляя «губернаторских крыс», с их ежемесячными платежами, шалостями и домами, куда свозили молоденьких девчонок и пацанов.

Вот тут-то у следака ретивое и взыграло!

Он бы и рад дернуться, да сам не заметил, как оказался сидящим за столом, прикованный собственными наручниками.

Эх, хорошо учили эту оболочку!

Ее бы умения, да в мирных целях – цены бы не было!

Глянув на часы, со вздохом допил последние капли кофе и подкурил последнюю сигарету – пролетела ночка, словно не было ее.

Не знаю, как ЭТОТ Дэви Степанович, но вот лично я чувствовал себя очень довольным, хотя и в жопу уставшим.

- Ну, вот в принципе и все… - Я задумался не забыл ли я чего из важного и фыркнул, принявшись надиктовывать номера счетов и пароли – частично счета были моими личными, частично – «опгешными», но, как бы то ни было, оставлять хоть что-то на них желания не было. – Что, капитан, наручники снять, в драку не полезешь?

- Снимай… - Следак вздохнул и, растерев запястья, от души врезал мне морде.

Что же, его правда, не возражаю.

Но, только один раз, потом могу и ответить, потому как морда хоть и не моя, но больно-то мне, лично!

- Отвел душу? – Я поймал капитана в захват и слегка придушил, сбивая ему прыть. – Охолонись, пожалуйста… Если я все сейчас правильно понял и продумал, то нам надо еще часа четыре продержаться, пока особисты не прибудут, а иначе нас обоих зачистят.

- Сегодня – суббота… - Синякин плюхнулся на стул. – В лучшем случае, весь допрос увидят в понедельник, сейчас просто некому смотреть.

Я выругался.

За выходные, весь этот кагал успеет свалить в сторону, растащив все свои вклады и спалив все свои «домики для удовольствий».

Конечно, частично, все достанется государству, но ведь у многих счетов есть и свои бухгалтера, которые успеют вывести бабло, оставив особистов с носом.

А в том, что успеют – я даже и не сомневался.

Прикупленный охранник, например, наверняка уже сообщил кому следует о моем желании дать показания и о том, что сидим мы тут шесть полных часов, запершись и занимаясь чем-то совсем странным.

Но…

Есть и другой вариант.

Нежно саданув капитана за ушко, вырубил потерявшего осторожность бедолагу и, выудив из его кармана ручку, ключи от авто и тощий кошелек, черкнул на одной купюре несколько слов, остальные сунув себе в карман и открыл дверь.

Странно…

Сирена не взвыла, что не есть гуд.

Отряхну одежду и пригладив волосы, состроил совершенно лениво-чиновничий вид, внаглую прошел мимо все того же охранника, кивнувшего мне, дождался пока он откроет дверь, прошел через полупустой по выходному дню, этаж и вышел на улицу, под утреннее солнышко.

Пикнув брелоком, нашел машину капитана – пусть и старый, но знакомый по всем своим жизням «Крузак»-трехдверку – помахал месту заключения и выехал за ограду.

Минут двадцать капитан будет в отключке, а там я уже поменяю машину, сменю барахло и только меня и ждали, видели и искали!

Тем более что тайничок-то еще «прошлых лет», единственно, что паспорт свежий, да одежда, неброская, по размеру…

Прокатившись по улице им. генерал-майора Сафонова, Георгия Александровича, загнал «Тойоту» в гаражный кооператив, по пути прихватив у вечно поддатого охранника ключи от «своего» гаража, в котором притулился по виду рыдван-«буханка».

Сменив машины и переодевшись, со вздохом натянул седой парик и поскребся старым лезвием, нещадно царапая кожу и оставляя длинные, красные, следы.

Закрыв гараж, вернул ключи сторожу и неторопливо покатил навстречу солнцу, прикидывая, сколько у меня есть времени.

Главное – проскочить два загородных поста, а уж там дальше, сверну вправо, на просеку и ищите меня хоть с собаками, хоть со спутниками – один хрен найдете, в лучшем случае, застрявшую «буханку», да и то, ой не факт!

Да, блин, не так я хотел «уйти» из этого варианта реальности, чесслово, не так!

Да все запорола суббота, не зря я так выходные и праздники с детства не люблю!

Проползя мимо первого поста и спокойно, без дерзости, мимо второго, съехал на просеку и запрыгал по корням деревьев, поднимаясь все выше и выше в горы.

Красивые они у нас…

И бескрайние…

Хмыкнув, откинулся на сиденье и выдохнул.

Пока меня считают сбежавшим, бедолагу капитана отстранят от дел, а уже в понедельник прибудет «бригада» и капитану, конечно, настучат по голове, за мой побег, но…

Оружия я у него не брал, показания дал без принуждения, так что, глядишь, еще и звездочку получит, если на подвиги не потянет.

А если звездочку не получит, но не совсем дурак, то свалит в другую страну и будет жить припеваюче на денежки с того счета, что я ему на купюре оставил.

Вздохнув, проскочил развилку и въехал по своды сосен-великанов, прячущих меня от бесстыжих глаз летающих по орбите, спутников слежения.

Отсюда еще 200 км и уже вы меня фиг возьмете – там будет другая страна, в которой я потеряюсь так надежно, что хоть требуйте выдачи, хоть отряды засылайте – будет вам только дырка от бублика!

Перебранная «буханка», ржавая и трясущаяся только в принципе как внешний вид, упрямо наматывала длинные и затяжные километры.

Бак у меня двойной, двигатель приемистый, а собранных запасов хватит на две недели.

Опять же – плитка есть, спальник есть, а вот джипиэса и электронники – нет!

Молотит да молотит себе старая колотушка, в очередной раз доказывая, что в век электронники нельзя пренебрегать старой, доброй механикой!

Да, есть нюансы, но…

На часок остановившись, поставил шноркель, и ободрал с бортов накладную ржавчину, наклеив поверх содранной краски – ага и тут бракоделы-перекупы! – специальный пластик, устойчивый к царапинам и экранирующий тепловое излучение.

Нет, я, конечно, за простоту, но и достижения химии с физикой игнорировать не буду!

На закате добрался до ущелья с мелкой речушкой, о котором только слышал от родни и, честно говоря, уже считал его просто байками, но нет, вот оно, родимое!

Где-то вверх по течению, если я не промахнулся, разумеется, должна быть заброшенная еще в 17 веке серебряная шахта.

Могло ее и завалить – времени пролетело уже дофигилиард лет, но, в самом плохом случае просто завалюсь спать в «буханке», делов-то!

Чапая колесами то по воде, то мокрым камням, присматривался, заодно и любовался красотами.

Малинник не обошел своим вниманием, набрав ягоды и нарвав листьев на чай.

А вот с грибами связываться не стал – был у меня инцидент в одной из «демократичных стран», где по ним с ума сходили, но готовили размалывая в блевотного вида, пюре.

На вешенки бы нарваться – вот это был бы пир!

По темноте, то ли проехав мимо, то ли и вправду эту шахту завалило, встал на ночевку.

Хотелось, конечно, романтики с костром, но я лучше перебьюсь.

Вон, в буханке будет теплее да и безопаснее, а то знаю наши края, если не лось, так мишка нарисуется, а не Топтыгин, так волки или вовсе рысь или снежный барсик в гости на огонек забредут!

Поставив вариться гречку с мясом, открыл дверь и пяток минут помедитировал, вдруг осознав, что в этом, насквозь высокотехнологичном мире магия дает отзыв.

Не «поток», но «крепкий ручей», так что ногу я за ночь залечу запросто и еще на поцарапанную морду останется!

Для ускорения дел, гречку слопал всю, в один присест – все равно все пойдет на восстановление, так что даже ночью вставать не придется.

Проветрив салон, заперся, завернулся в спальник и уснул сном младенца, прощаясь с личностью тутошнего Дэви.

За ночь информация уляжется по полочкам, что-то из полезного останется, фигня всякая личная сотрется и дальше уже я поеду одним, сплоченным, куском, а не шизофренией.

Под утро проснулся от колотящего по крыше дождя.

Дождь и облака – это очень хорошо!

Это – нелетная погода и поисковая вертушка, даже снабженая сканерами, в воздух просто не поднимется.

А уж хваленые дроны и подавно!

Умывшись, присмотрелся к речушке и присвистнул – в метре от меня, нагло отжиралась стайка, точнее – целая стая, «царской рыбы» - форели!

Рыбак-то я хреновый, но вот маг, в принципе, не плохой.

Выбрав парочку рыбешек поупитаннее на вид, подманил и…

Будет у меня рыбка на завтрак!

Подумав, одну отпустил к товаркам – нафиг мне так много, у меня, вон, консервами целый ящик забит…

Спроворив завтрак, отдал должное рыбке и честно вытеревшись рукавом, завел двигатель.

Месяцок тут перекантуюсь, а там уйду к соседям, а уж от них пойду дальше.

Помесив грязь еще часа полтора, выскочил к странному, почти идеально круглому, озерку, на берегу которого и нашелся вход в шахту и откуда просто сифонило магией жизни!

Загнав «буханку» жопой черный зев шахты, открыл задние двери и, сосредоточившись, запустил «светляка».

Детское заклинание, работающее на любом типе магии не подвело и тут, осветив щедро заросшие мхом стены и вспугнув странного типа животинку, по цвету шкуры как лиса, а судя по пасти, блин, не меньше крокодила.

Помянув старый анекдот времен развала Союза, о том что крокодил сожрал десять пластических хирургов, пока его под таксу переделывали, прихватил «ТОЗовку» и пошел на разведку.

Удивительно, но шахта сохранилась довольно не плохо: деревянные крепи почти не сгнили, стены остались сухими, не смотря на близость озера, а крокодилолис нигде не накопал своих нор, хотя мелкие косточки, первое время, то и дело хрустели под ногами.

Центральный штрек уходил вниз полого, окончившись чернеющим провалом, рядом с которым остались следы человеческой деятельности – обрывки полусгнившей веревки, сломанная кирка и останки подъемного механизма, страшного на вид, скрипучего, но, судя по всему, вполне себе крепкого.

Постояв, махнул рукой на спуск – магией тянуло откуда-то слева, от одного из проходов, так что, вернулся к нему, прислушался к ощущениям и потопал по оставшимся шпалам, оставшихся без рельс давным-давно.

Через пару минут «светляк» «перещелкнул» переходя на «питание от внешнего источника», стал ярче и чуть зеленее, освещая все вокруг ровным, но слегка страшновато-зеленым, светом.

Углубившись в проход километра на полтора, почесал начавшую отрастать щетину и, со вздохом остановился у перегородившего дорогу, завала.

Магией от него разило еще похлеще, чем от замкового камня, но…

Было что-то и еще, очень непонятное, очень странное, очень…

Знакомое!

Словно я где-то совсем не далеко от замка!

Но ведь это же чушь получается, полнейшая!

Ругнувшись, поискал вокруг мелких зверушек, способных в этот самый завал пронырнуть.

Как назло, вокруг совершенно пусто…

Хотя…

Где-то рядом, едва-едва заметно, теплилась какая-то странная жизнь, но держалась она на последнем вздохе и трогать ее не хотелось – пусть зверушка спокойно помрет своей смертью, нечего ей последние минуты портить…

Потоптавшись, махнул рукой и стал сам разбирать завал, благо что сил было хоть отбавляй, да и со временем проблем не было – чем дольше я тут, тем долше меня ищут ТАМ…

Первые камни были обычными, жесткими и холодными, как полагается, но вот чем глубже я забирался внутрь завала, тем больше камни теплели, становились покрытыми странной, пружинящей пленкой и, если я правильно понял, слегка попахивали.

Метре на десятом камни уже не попахивали, а вполне себе серьезно воняли эдаким амбре, от которого кружилась голова и слегка мутилось сознание.

Но я ведь сильный!

Только тупой немножечко…

Когда с потолка закапала странная, бесцветная жижа, совсем не похожая на воду, надо было давать деру, а я, мужественно удвоил усилия, в конце-концов вывалившись в метрового диаметра тоннель, мягко пружинящий под ногами.

Пришлось ползти и ругаться, что жижа сверху все капает и капает, накапливаясь на полу в смердящую лужу, растекающуюся за мной следом.

Стукнувшись головой о свисающий с потолка кусок скалы, прополз мимо неровного ряда сталактитов и сталагмитов, беленьких, но частично ломанных, словно по ним гвоздили испалиской палицей, норовя расширить дорогу.

Зверушка сдохла, когда я миновал последний, третий ряд торчащих камней и вывалился в здоровенной пещере, в потолке которой зияла, пропуская солнечный свет через листву, самая настоящая дыра.

По самым моим приблизительным прикидкам, «пробка» от входа и до пещеры была не меньше сотни метров!

Усилив «светляка» принялся рассматривать пещеру.

Источник магии тут был.

Но, готов поспорить, что он тут не «родной».

Да и сложно назвать хоть сколько нибудь родным идеальный зеленый шар, диаметром в целый метр, слабо светящийся и, как я понял, уже слегка подыхающий.

Судя по всему, кто-то и очень давно припрятал или перетащил сюда здоровенный камень силы, воодрузил на могучий кусок уже пожеванного временем и влагой гранита, да и забыл, от слова «совсем».

Частично, камень силы восполнял свои потери за счет окружающей среды, но…

Камням жизни нужна нормальная, разумная жизнь, без которой они быстро превращаются в дикие источники, склонные делать что попало!

Обойдя пещеру трижды, подошел к постаменту и принялся осматривать его внимательнее.

Ну, не срастается у меня его состояние, не срастается!

По всем канонам, этот камень должен был либо свалиться в нестабильность, либо разрядиться, за столько-то лет!

Опять-же, по идее, его мощности не должно хватать «добить» до того места, где я его почувствовал впервые, но добил ведь!

Обойдя вокруг пьедестала, прислушался к своим шагам.

Странно, словно что-то накидано…

Опустившись на колени, принялся осторожно разгребать насыпавшиеся сверху камни и плотный мох, время от времени помогая себе ножом.

Минут за пятнадцать расчистил полметра и присвистнул – под плотным слоем камней, нападавшего мусора и мха оказался толстый-толстый слой золотых монет, серебряных самородков, мелких драгоценных камней и с десяток перстней, колечек и цепочек!

Походило на то, что люди сюда наведывались довольно долго, оплачивая исправленное здоровье дорогими подношеньями!

И даже оставили какие-то рунические письмена, нацарапанные на пьедестале чем-то очень острым!

Добрых три часа убил расчищая место вокруг и восторгаясь богатством местного населения – весь пол в радиусе двух метров от тускнеющего камня оказался завален драгоценностями и благородными металлами толщиной до метра!

А может и больше – сил у меня не было разгребать все это богатство, если честно.

Забурчавший желудок напомнил, что богатство – богатством, но жрать-то надо, так что я, вздохнув, подошел к камню силы и прикоснулся, пытаясь понять, смогу я его поднять и утащить или сдохну от натуги?

К моему удивлению, едва я коснулся камня, как он стал стреительно уменьшаться в размерах, а потом, исторгнув из себя последний луч зеленого света, просто развалился в невесомую пыль, которую развеял по пещере невесть откуда налетевший ветерок!

Вот облом-то!

Я, в сердцах, выругался.

Конечно, оставались еще подношения, но…

Вытащить все я не смогу, а вернуться позже, так тут все завалит ко всем чертям!

Отобрав десяток камней и килограмма два монет, самородков и украшений, со вздохом, побрел к выходу.

Эх, был бы умнее, сперва «допил» бы камень, раскачивая источник этого тела!

Вот только умная мысля всегда приходит опосля!

Ну да пофиг, не так уж и хотелось-то!

Мысленно попрощавшись с богатством, развернулся к выходу и замер.

Яркий «светляк» вырвал из темноты самую натуральную драконью морду!

Здоровенную, морщинистую, с открытой пастью из которой я выбрался в пещеру…

Да уж…

Это я, что, в пещеру через жопу дракона пролез?!

Глава 4

- … Кальман Борси… - Немец-таможенник уставился на меня подозрительно. – Поляк?

- Венгр. И, Борши, а не Борси. – Я вежливо улыбнулся, восторгаясь нынешним поколением, давно не читающим книг.

- Что-то запрещенное провозите? – Таможенник смотрел на «буханку», как на Т-34, нагло въехавший на КПП.

- Нет. Я – законопослушный гражданин. – Я развел руками, всем своим видом излучая дружелюбие и кротость.

- Откройте двери… - Второй таможенник с собакой – служебной овчаркой, замер, ожидая моих действий.

Открыв задние двери, гостеприимно повел рукой, приглашая войти.

Умная собака, спущенная с поводка, впрыгнула в мой, переделанный бравыми молдаванами «Уазик», пробежалась, потыкалась носом во все углы и выскочила вон.

- Цель вашего путешествия?

- Экстремальная проверка венгерских мостов основного привода. – Отрапортовал я, снова едва не сдыхая от смеха.

- И как? – Мужчина оживился. – Проверили?

- Ага. Сломал на бездорожье…

Оба таможенника повертели в руках документы на авто, где указывались все зарегистрированные модернизации, сделанные рукастыми парнями в Кишиневе.

В принципе, теперь этот «УАЗ» больше «Тойота», так что по дорогам общего пользования ЕС может бегать без ограничений, привлекая к себе внимание разве что формой, да солнечными панелями на крыше.

- Проезжайте. – Немец откозырял мне и махнул рукой, давая команду открыть шлагбаум.

Проскочив Берлин по объездной, встал в кемпинге и достал ноутбук, прикидывая, куда дальше.

Три с половиной месяца пролетели как корова языком слизнула!

Месяц только в Кишиневе потратил на «буханку» и продажу драгоценностей.

Слава Звездам, у этой тушки оказались рабочие подвязки по всему свету, так что ограбить меня никто не пытался.

Точнее, конечно-же, дурачки нашлись, только вряд ли их тела кто-то найдет.

Попутно познакомился с очень представительным мужиком, занимающимся поиском «утерянных в годы 2-й мировой предметов искусств», попутно узнав любопытный факт, что многие произведения искусств, считающихся собственностью еврейских семей, на самом деле таковыми не являются, ибо откровенно «отжаты» за долги, за лекарства, за лечение, а то и попросту украдены у ничего не подозревающих наследников.

Понятно, что за сроком давности и отсутствием выживших бывших владельцев ничего не докажешь, но факт остается фактом и имеет место быть.

Потянувшись, отложил ноут и, открыв дверцу, посмотрел на небеса, решая, что мне больше нравится – Испания, Италия или, все-таки, Греция?!

Прочитанный в детстве Кун, конечно, тянул в Грецию, но у них там, после вхождения в ЕС какая-то хрень творится, так что…

Испания, жди меня.

- Господину нужна компания? – Ломанный немецкий с непередаваемым прононсом Киева резанул по ушам.

Сцуко!

Ну, как так-то, а?!

Неужели других работ совсем нет?!

Со вздохом, отказался от развлечений, хотя и хотелось, да и девушка была симпатичной, если честно.

Хлопнув дверью, завел двигатель и покатил себе тихонько дальше, поглядывая по сторонам и наслаждаясь ровной, как стол, дорогой.

Двигатель мурлыкал, душа пела, но червячок сомнений, конечно, никуда не девался.

Через час, привыкнув к потоку, перешел на более быструю полосу и «придавил педальку», разгоняя своего монстра.

Эх, хорошо!

Карликовые государства еэсии отщелкивались, как семечки, желания таскаться по достопримечательностям не было, снимать проституток в мотелях – тоже.

Несколько раз тормозила полиция, проверяла документы и отпускала с миром – правила я старался соблюдать неукоснительно, «запрещенки» за собой не тащил, а что касается внешности…

Чтож, у мага жизни есть свои маленькие «недокументированные возможности» и разглядеть в высоком, под два метра ростом и бритом налысо мужике какого-то русского, объявленного в международный розыск за тысячи километров отсюда, просто никто не мог.

Да и не собирался.

Оставался риск попасться на отпечатках пальцев, но и над этим я работаю.

В общем, бедолага Михайло Потапыч, решивший мной закусить, оказался очень кстати.

Пришлось, конечно, бедолагу «выпить» вместе со шкурой, но жизненных сил мишки как раз хватило слегка перестроить организм, добавить роста, изменить цвет глаз на карие и так, по мелочам…

С Италией решил не заморачиваться – уж больно они эмоциональные, мне с такими скучно, а вот Испания развернулась передо мной с неожиданной стороны – приветливая, немного долбнутая, как на мой взгляд, но забавная.

Еще бы не туристы, которые шарятся тут толпами, было бы вообще замечательно!

Особенно докучливые япошки…

Звезды всемогущие, какие же они…

Убогие, суетливые, со своей дорогой аппаратурой и визгливой речью, первое время они меня просто умиляли, потом раздражали, а сейчас, проезжая мимо моего любимого ресторанчика, заполоненного этими «половинчиками», откровенно бесили!

По одному они еще ничего, кстати, но вот толпой в десяток рыл – звезды всемогущие, какие же они…

Объехав экскурсионный автобус, притулил свой скутер в уголочке и поплелся гулять по набережной, пережидая наплыв туристов.

Еще бы не так жарко…

Оперевшись на парапет, заглянул на пляж и передернул плечами – народу, словно за колбасой в голодный год по талонам!

- Прекрасный вид, не правда ли? – Рядом со мной остановилась импозантная дама, лет тридцати пяти-тридцати восьми. – Никак не могу надышаться. Каждый раз, как приезжаем, прихожу сюда и дышу, дышу, дышу…

- Дышать тут, конечно, приятно… Но дорого… - Я выпрямился и еще раз оглядел даму, пытаясь понять, почему мне кажется, что я ее прекрасно знаю…

- Ой, простите, я обозналась! – Женщина вздрогнула. – Вы так похожи на моего знакомого, он тоже любил Испанию и часами мог стоять именно на этом месте!

«Упс!»

Я пробежался по воспоминаниям «этого тела» и, с сожалением признал, что Испания – действительно любимая страна «Терна».

И что стоящая рядом со мной женщина – его знакомая.

И зовут ее Тамара и возраст у нее, ого, 39 годиков!

Н-да-а-а-а, спасибо тебе, Топтыгин…

- И что, хороший знакомый? – Полюбопытствовал я, «кобелирующее лицо».

- Как сказать… - Женщина вздохнула. – С одной стороны – щедрый, надежный и обаятельный, а с другой… В международном розыске!

- Какие у вас… Странные знакомые… - Я расхохотался, припоминая тот слух, что сотрудники и уж тем более – сотрудницы! – доблестного «Интуриста» все ходят под бдительным оком той самой организации, у которой очень длинные руки!

- Меня зовут Кальман. – Представился я, прикидывая, стоит оно того, возобновлять это знакомство?!

- Тома! – Женщина протянула мне руку для пожатия, которую я, совершенно на автопилоте, вместо пожатия просто поцеловал.

Ну да, сказывается верчение в «верхних слоях атмосферы» средневекового общества!

- Это так мило… - Тома покраснела. – Вы – венгр?

- Только мама. – Я развел руками. – Так что немецкий мне ближе венгерского…

- Прогуляемся? – Женщина подхватила меня под руку, не давая ни малейшего шанса сбежать.

Пройдя по набережной, перешли дорогу, оказавшись у «русского ресторанчика», в котором от «русского» было только две вещи – борщ и название.

Да и то к борщу подавали белое вино.

- О, нет! – Я замахал руками, как и любой порядочный еэсовец. – Тут слишком дорого, шумно и вид из окна прямо скажем – так себе!

- Простите… — Это любимый ресторан моего друга…

- Который в розыске? – Расхохотался я.

- Который в розыске. – Согласилась Тома, помрачнев.

Блин, да не надо было быть менталистом, чтобы понять, что Томочка-Томуся все-таки решила проверить меня вшивость, подведя к этому заведению с чучелом медведя и кумачово-красной вывеской!

Эх, некоторые люди такие простые…

- Давайте пройдем чуть дальше. – Предложил я. – Там есть замечательный ресторанчик, в котором подают прекрасную рыбу!

Насколько я помнил, Тамара рыбу ненавидела в любых проявлениях, так что и этот вариант распался миражом.

А еще через десяток метров из дверей семиэтажного дома выскочила молоденькая девчонка, подскочила к нам и, с места в карьер, крутнулась в неуклюжей, но эффективной вертушке, «угощая» мою спутницу ударом ноги!

Я чуть челюсть на землю не уронил!

Томуся, женственно «поймав» чужую ногу собственным подбородком, отлетела метра на полтора, собралась и кинулась на обидчицу, доказывая, что русский мат намного эмоциональнее чем английские «факи-шиты» и прочие «дьяболы» и «шайце».

В путанице выкриков и смеси разных языков, с трудом понял, что эта соплюшка требует, чтобы Томуся убрала от меня свои хищные лапы и валит на все четыре стороны, пока ей не вырвали все нарощенные волосы.

Вот тут девица зря…

Волосы у Томуси свои собственные, роскошные, мягкие…

Эх, голубоглазая блондинка – богиня…

Вот только эта соплюшка, черноволосая и черноглазая, сейчас явно доминировала, осыпая Тому пусть и не сильно поставленными, но злобными ударами.

Я дернулся было разнимать, но старушка, выскочившая на вопли из летней кафешки, удержала меня за руку, напоминая, что мешать женщинам выяснять отношения – крайне некультурно в свете равенства полов.

И вообще, я могу расслабиться и получать удовольствие, потому как если Мерсе что-то стукнуло в голову, то лучше ей это отдать, иначе она возьмет сама, силой.

Через пару минут выяснения женских отношений, из переулка выкатилась полицейская электромашинка, из которой вальяжно выпали в солнечный зной две полицайки с длинными косами, в пилотках и зеркальных солнцезащитных очках…

Выглядели обе сногсшибательно, но вот их улыбки не предвещали ничего хорошего, так что я мысленно прикинул, куда мне сваливать…

Первой дубинкой отхватила опять бедолага Томуся!

Мерса поставила блок и рухнула на брусчатку поломанной мачтой, получив разряд шокера.

Народ разочаровано выдохнул.

- Расходитесь! – Потребовала сержант с более короткими косами.

- Если не хотите в свидетели загреметь! – Добавила вторая, крутанув дубинку.

Толпа, со смешком обмениваясь мнениями, рассосалась, оставив на улице двух поверженных девиц, меня и бабулю, печально качающую головой…

-… Значит, нападение произошло по ошибке? – Сидящий напротив меня полицейский заполнял на планшете мои показания, горестно качая головой.

- Не могу знать. – Я честно пожал плечами. – Может, у них раньше что-то было…

- То есть, причины драки вы не знаете? – Мужчина тяжело вздохнул и уставился на меня с видом «если ты не знаешь, так какого хрена лезешь»?!

- Не знаю. Мы познакомились с этой женщиной, Тамарой, на набережной. Решили перекусить в кафе и по дороге на нее напала вторая…

- Мигель! Бросай оформлять, опять «розовые» подрались! – Сержант Ясмин, угостившая Томусю дубинкой разочарованно вздохнула. – Пусть оплатят по пять ойров штрафа и валят на все четыре стороны!

Эм-м-м-м-м?!

«Розовые»?!

Вроде как Томуся этим движением не страдала?!

Плюнув на все, вежливо попрощался с Мигелем и покинул кондиционированное нутро полицейского участка…

Эх, хороша страна Испания, жаркая, знойная, но…

Отдохнуть здесь можно, а вот жить – нет!

Не потому, что плохо, потому что – не мое…

Улица обдала меня знаем, шумом и не уловимым ароматом лени.

Махнув рукой, подозвал такси и, назвав адрес покатил обратно к своему верному скутеру, оставленному у ресторанчика, искренне надеясь, что его не спи…

Не украли, в общем.

Ага, а то, как же!

Митькой звали скутер!

Придется опять искать по спрятанной в раме метке…

Покачав головой, прижался к стене и достал телефон.

Оба-на!

Девять пропущенных с «закрытого» номера!

Ну и хвост на них!

Активировал программку и потопал по карте, благо, хоть недалеко было идти, пару кварталов.

Аккуратно перейдя дорогу на зеленый сигнал светофора, а то знаю их насыщенность камерами, свернул в переулок и замер у старинных, деревянных ворот, потемневших от времени.

Попинал ногой, прикидывая, вызвать полицию, как законопослушному гражданину или вынести, ко всем святым, плечом?

Попинал еще и еще раз и…

Дверку мне открыл, ну да, кто бы сомневался, здоровенный, накачанный до уровня Шварцнеггера, негр!

Недовольный и, судя по расстегнутым штанам, снятый с кого-то.

- Чего надо, «снежок»?!

Мля-я-я-я-я-я…

Настолько стереотипного обращения я и не ожидал даже!

Явно какой-то амер приперся в Испанию, доказывать превосходство своей черной расы!

- Серебристый скутер, JA-153. – Я миролюбиво улыбнулся. – Есть такой?

- Не банчим… - Негр попытался закрыть ворота, но терпение у меня закончилось.

С ноги я, обычно, не вхожу, но тут сами Звезды разрешили!

Влетевший внутрь гаража чернокожий повалил пяток стоящих ровным рядком скутеров, стукнулся головой и отрубился, честно давая мне возможность осмотреться.

Ну, что…

Барыжили ребятки не плохо – пять скутеров, четыре спортивных мотоцикла, два «Мерина»-кабриолета в разной степени разобранности, куча запчастей, фар, колес – далеко бы пошли, если бы мою вещь не тронули, а так…

Склонившись над бесчувственным телом, набрал «прямой полицейский номер», висящий у меня возле дома и сделал видеозвонок, обводя камерой помещение.

Судя по крикам, доносящимся из динамика, полицию помещение заинтересовало, так что я, положив включенный смартфон на грудь бедолаги, тихонько вытащил свой скутер на улицу и дал деру, пока меня по камерам не начали ловить.

Покрутившись по узким улочкам, вывернул на центральную магистраль, доехал до аквапарка, где слопал мороженку и покатил обратно, искренне разочарованный в том, что правда на свете всегда должна подкрепляться Его Величеством «Смит-энд-Вессоном».

Вернувшись к ресторанчику, приткнул скутер на отдельное парковочное место, освободившееся после отъезда японской делегации шумливых туристов.

- Кальман! – Тетушка Сэмми встретила меня с распростертыми объятиями, радушная моей платежеспособности. – Припозднился сегодня?

- Да у вас тут япошки сидели, галдели, решил пройтись, пока они не выметутся. – Рассмеялся я, усаживаясь за свой любимый столик и привычно отодвигая в сторону меню, коорым никто не пользовался.

- Как всегда, мясо, зелень, вино и белый хлеб? – Тетушка укоризненно покачала головой, как бы напоминая, что «белый хлеб» не есть хорошо…

- Угу. – Я откинулся на спинку стула. – Много сегодня заработала, капиталистка?

- Твоими молитвами, Кальман, твоими молитвами! – Женщина белозубо улыбнулась и помахав рукой официантке с бейджиком «Сандра», потопала к себе на кухню, где все шкворчало, пыхтело и булькало.

Первым делом Сандра принесла вино – Тетушка Сэмми где-то договорилась о закупках молодого вина и теперь я каждый раз пробовал что-то новенькое, чаще всего сладенькое и красное.

Сегодня это была «Сангрия», но без привычных фруктовых ноток, холодненькая и упоительно вкусная по жаре.

- Мясо будет через 15 минут. – Девушка поставила передо мной тарелку с крупно порубленным салатом, сыр, хлеб и, вильнув, упорхнула к стойке бара, болтать с барменшей, которая то и дело бросала на меня кривые взгляды.

А вот нехрен было замужней подваливать ко мне не совсем трезвому, в туалете!

Была бы не замужем, да, все было бы прекрасно, но замужние – это «бе-е-е-е-е»да!

Получив отказ Эмми попробовала натравить на меня своего мужа, но Сандро оказался нормальным, так что две недели девица замазывала бланш под левым глазом, а потом, когда тетушка разобралась, замазывала две недели бланш под другим глазом.

Управившись с салатом, дождался мяса и на добрые полчаса потерялся для окружающего мира, наслаждаясь фирменной говядиной тетушки, нежной, тающей во рту в аромате незнакомых трав и редких специй.

- Мир?! Как ты мог?! – Девушка-китаянка, симпатичная, длинноногая и свежая, как цветок, замерла у стола, за которым только что миловалась странная парочка – парень, явно китаец и девушка-негритянка. – Ты… Мерзаец!

На голову парня пала упакованная в подарочную бумагу коробка, из которой, не выдержав удара, вылетела дорогущая игровая приставка.

- Энни! Прекрати устраивать сцены! – Парень вскочил и схватил девушку за руки. – Мне надоели твои сцены, мне надоела твоя мерзкая, душащая прилипчивость, твое гребанное «совершенство» во всем!

Несколько минут шоу шло по нарастающей, кормя зрителей бесплатными зрелищами, а потом девушка китаянка вырвалась из рук парня и быстрее ветра понеслась к выходу.

Вполне возможно, что даже бы и добежала, но…

Не судьба!

Зацепившись ногой за стул, симпатяжка полетела на пол, разбрасывая своей невесомой тушки все на своем пути.

Последнее, что я заприметил, это испуганное лицо парнишки-мулата, тянущегося к своему рюкзаку.

А потом – «бабахнуло»!

***

… Да уж, так идиотски я свою жизнь еще не оканчивал!

Я пялился на надвигающийся шторм над озером, от входа в пещеру и потягивал горячий чаек, дожидаясь, когда природа утихомирится.

Каждое мое возвращение Фаланкирр встречал меня ярким солнцем и благостью, которое к вечеру превращалось вот в такой шторм…

- Я так и знала, что ты вернулся! – Вельда появилась на пороге в последнюю минуту, с первыми каплями дождя, завернутая в накидку с легким рюкзачком за спиной. – Я соскучилась, Дэви…

Первым на пол пещеры упал рюкзак, потом накидка и Вельда замерла в свете ярящихся молний, демонстрируя наготу.

Эх…

И как тут устоять-то?!

Я протянул руки, прижимая к себе разгоряченное бегом женское тело и…

У каждого мира свое чувство юмора – это я уже понял.

Лично мой мир был капельку сумасшедшим, недружелюбным и чувство юмора у него было точно таким же.

Фаланкирр – уютнее. Теплее. И гораздо, гораздо, горазд проще.

И, пусть юморок грубоват, зато никто не стесняется называть вещи своими именами.

Я полюбовался Вельдой, купающейся под дождем и вздохнул.

Вот же сумасшедшая-то, а?!

Могла бы и в замке дождаться…

Хотя, согласен, это было чертовски приятно!

Улыбнувшись своим мыслям, тоже вышел под дождь и занырнул в озеро.

Забавное ощущение – вода снизу, вода сверху и выходить из воды не хочется, чтобы не промокнуть!

Глядя на сопящую в две дырки ведьму, довольную, как обожравшаяся сметаны, кошка, принялся наводить порядок в голове и в вещах.

В голове, после «бурного и неоднократного» было упоительно тихо спокойно.

А вот в вещах…

В вещах начались странности, которые я как-то совсем не замечал в том мире.

Для начала, вживленные под кожу камни пропали.

Я покрутил головой, вспоминая, были камни при мне в том мире и, судя по всему – не было.

А значит…

Я подбросил дров в костерок, сводя плюсы с минусами.

Из плюсов – образование «Терна».

Но минус два десятка драгоценных камней.

Опять же – сделал себе отпуск – несомненный плюс!

Осталось разобраться, какие потери в связи с моим уходом и насколько пострадал корабль?

- Хватит думать… Иди ко мне… - Вельда полусонно выбралась из-под одеяла и, вопреки зову, сама доползла до меня, положила голову на колени и снова отрубилась.

Странные они, ведьмы, если честно.

Нарушения логики из-за магического потенциала – постоянные, психические заболевания – через четыре – у пятой, но вот в отличии от нормальных человечек – споров из-за мужиков у них нет.

С одной стороны – странно, конечно, а с другой…

Я тихонько вздохнул и принялся ворошить волосы лежащей на коленях Вельды, впадая в состояние, близкое к медитации.

Глава 5

Воронка диаметром в сто метров, заполненная водой и одинокий столбик-островок, на котором печально лежат мои останки – последствия встречи с сущностью, притаившейся в артефакте, купленном по случаю для меня, бедолагой капитаном.

Будь Вельда и вызванные ей стражники чуточку быстрее – не было бы ни Вельды, ни стражников!

Добравшись на плотике до пятиметрового островка, запрыгнул на него и пошел собирать манатки, оставшиеся боле-менее целыми.

Сумка уцелела, «обвес» с двумя ножами и кошельком – тоже.

Два десятка камушков, разбросанных взрывом по всему островку – нашлись.

Но это и все.

Ни костей, ни пепла.

Несколько раз просканировав магией жизни островок, собрал вещи во внушительных размеров сумарь, сбросил на плот и мысленно попрощался с очередной своей оболочкой, верой и правдой отслужившей мне лет эдак несколько.

Едва я вернулся на плотик, на островок плеснуло водой, маленький водоворот и все, ровная, тихая гладь серебристо-зеленоватой водички.

Да уж, такого «подарка» как-то не ожидалось, придется теперь придумывать, что тут построить, но морские корабли я теперь хрен к своим городам подпущу, пусть все звиздюки случаются там, у Его Величества!

И подарки, отныне и впредь, буду открывать в незаселенных местах, от греха подальше!

Подгребая веслом, добрался до берега и посмотрел на стоящую рядом Мору, по случаю закованную в свою «парадную броньку».

- Что-то выяснить удалось?

- Увы, милорд, ничего. – Женщина пожала плечами. – Экипаж корабля не выжил, до момента взрыва никто из них на берег не спускался, ни с кем и ни о чем не разговаривали…

- Братья божии? – Предположил я, памятуя о наших постоянных рамцах.

- Маловероятно. – Мора заразительно зевнула. – Не их стиль. Да и тратить артефакты такой убойной силы только ради того, чтобы ты вернулся через восемь дней… Они, конечно, не без придури, но не до такой же степени!

- Из соседей тоже никто бы не стал… - Вельда усмехнулась. – Им и первых двух раз было достаточно, когда ты вернулся и озвиздюлил за все хорошее.

- Есть предположение, что капитан и вправду не знал, что именно он купил. – Королевкий следователь, назначаемый каждый раз, когда я отправлялся на перерождение, протянул мне запечатанный сургучом свиток. – Здесь копии сданных карт, есть несколько спорных и странных моментов, но, как сами понимаете, милейший граф, без дополнительных проверок…

Пришла моя очередь зевать…

Ох уж эти дополнительные проверки!

И ведь согласись я на них, мне же за них еще и платить придется!

А зная Его Величество, он, под шумок этого расследования, на эти денежки снарядик кораблик и…

- Обойдемся без «дополнительных». – Я махнул рукой. – Средств на них все едино нет, а кто бы не был таким богатым, он вылезет еще раз и вот тут-то я его и поимею!

- Ну-ну, надежды юношей питают… - Следователь коварно усмехнулся. – Думаю, я могу рассчитывать на…

- Разумеется. – Вельда схватила меня за руку и помахав рукой, потащила в сторону нашего речного порта, почти не пострадавшего от взрыва.

- Ты чего?! – Искренне удивился я, не понимая, с чего это моя ведьма хватает меня за руку и тащит за собой не разбирая дороги.

- Не знаю… Не спокойно мне. Давай в замок вернемся быстрее? – Вельда казалась очень сильно напуганной. – Пожалуйста!

Что же, женские предчувствия – страшная штука и отметать их бездумно – страшная глупость!

- Давай тогда «ведьмами». – Решил я, сворачивая к белоснежно-белому домику, в котором обретались мои ведьмы-дорожницы, способные нехило так сокращать путь-дорогу.

«Дорожницы» бывают разными.

Например, в этом домике обретался целый десяток мужчин и женщин, с разными способностями на перемещения.

Эрик, например, специализировался на крупном тоннаже, правда, «сокращал» дорогу только в два раза.

Рэй сокращал дорогу в пять раз, но ее надо было пройти собственными ножками по неведомым тропам, в которых кроме Рэя никто не разбирался.

Было две телепортистки, мгновенных и неотвратимых, пяток «проводников», чьи услуги пользовались большим спросом, ведь они сокращали дорогу втрое и для каравана в 10-15 лошадок.

Войдя в домик, вежливо поздоровался со старой ведьмой-охранницей, оплатил символическую монетку и, прихватив девушку-телепортера, вместе с Морой и Вельдой прошел в зал, откуда, через мгновение, мы, все трое оказались на полянке перед замком.

Мора, от души чихнув, тут же усвистала к «своим», а мы с Вельдой поплелись в замок, неторопливо болтая и вертя головами.

Иногда, крайне редко, при телепортации, вместе с людьми, из того странного подпространства переходят всякие-разные сучности.

Некоторые из них просто развеиваются за пару минут, некоторые живут дольше, болтаясь неприкаянными тенями, а некоторые, обозленные тем, что их выдернули из привычной среды обитания, устраивали вовсе не шуточные беспорядки!

Правда, последний год таких случаев не было зарегистрировано, но ведь все случается в первый раз?

В этот раз висящее на стене ружжо снова не пальнуло, и мы с ведьмой спокойно добрались до замка, прошли через кухоньку, по пути разжившись фруктами и бутылкой вина и, только собрались завалиться в спальню и продолжить заниматься приятными делами, как, словно снег на голову, перед нами появилась Марина!

Я уже говорил, что у меня руки чешутся ее прибить?

Теперь это желание стало и вовсе неимоверным!

- Госпожа герцогиня желает с вами поговорить, господин граф. Немедленно! – Марина даже притопнула каблучком, демонстрируя свое нетерпение.

Я смотрел в голубые глаза девушки, прикидывая, а не грохнуть ли мне ее прямо сейчас и чем все обернется, если я это сделаю?

Ну, герцогиня обидится – однозначно.

Зато я вздохну свободнее и…

Выдохну.

- Хорошо, веди. – Моя врожденная доброта, в этот раз, к сожалению, победила.

Марина развернулась на каблучках и поцокала в направлении нового крыла, где устроили герцогиню.

Длинный коридор, пара лестниц, ажурный переход в новое крыло и я присвистнул – Миранда, имея карт-бланш на перестройку здания, сделала это крыло совершенно ни от чего не защищенным, но светлым, просторным, я бы даже сказал – воздушным!

Красиво – не спорю.

Но не функционально – все-таки, как ни крути, у нас тут бывает и прохладно, доходит даже до минус пятнадцати в редкие года!

Марина провела нас коридором с огромными, в пол, окнами и постучалась в украшенную омелой дверь.

Никогда не понимал этого растения.

И уж его «тайных» и «сакральных» - тем более!

Паразит и паразит.

Из комнаты что-то пробурчали и девушка, посчитав, что это «войдите» толкнула дверь и…

Упс…

Герцогиня была пьяна, неодета и с любовником!

Хотя…

Любовник в этой ситуации был какой-то вяловатый, словно его опоили и подложили…

Привычно ткнув пальцем в лоб сперва герцогиню, протрезвевшую и завизжавшую что-то, потом странного мужика, с татушкой свившейся змеи, разрезаемой обоюдоострым клинком, вмиг избавившегося от содержимого своего желудка, развернулся к Марине.

- Порождению Диавола нет места на земле Обетованной! – марина вытащила откуда-то тонкий стилет и…

Иногда ведьмы – такие женщины!

Вельда воткнула кулак левой руке сумасшедшей в ребра, а потом правой – в челюсть.

Бедолага Марина только пикнула, отключаясь и валясь на пол под истошные визги Ее Светлости, пытающеся то ли завернуться в одеяло, то ли наоборот, выбраться из него.

Ну, что же…

Не люблю говорить «я же говорил»!

- А я же говорил! – Вырвалось у меня. – Предупреждал, между прочим!

Герцогиня заткнулась, мужик скатился с кровати и принялся искать свои штаны.

- Повесить? – Вельда мурлыкнула, как довольная кошка, заламывая Марине руки за спину и связывая пояском от платья герцогини, валяющегося на полу.

- Нет! – Герцогиня подобралась. – Это – душевное заболевание…

- Душу на том свете лечат… - Я вздохнул, сделал шаг к Марине и коснулся ее затылка. – А тело отвечает здесь!

Вельда отпрыгнула в сторону и через мгновение вместо распластанного тела на полу осталась малая толика праха в пустом платье.

- Вот так, без суда?! – Мишель была готова превратиться в пантеру и выцарапать мне глаза.

- Согласно уложению от, блин, не помню какого года, нападение на аристократа карается тремя ударами плети. – Мужчина успел натянуть штаны и теперь крутил в руках рубашку, лишенную пуговиц. – А тут нас опоили, скомпроментировали… Это – однозначно смертная казнь!

- Без суда?! – У герцогини горели глазки от праведного гнева. – Даже король не имеет права…

- У рода Тхейми есть некоторые привилигии. Например, выносить приговор и приводить его в исполнение… - Человек с татуировкой надел рубашку и теперь прыгал на одной ноге, пытаясь натянуть черный сапог с толстой и мягкой подошвой. – Главное – не злоупотреблять, но на мой взгляд, с ней обошлись удивительно милосердно. Уж точно милосерднее, чем обошелся бы Его Величество. Кстати, я – Мишел Даррэ, младший королевский следователь…

- Герцогиня…

- Да я в курсе… - Мужчина почесал лоб. – Э-э-э, граф…

- Минутку! – Я поднял вверх указательный палец, останавливая Мишеля и продолжая рыться в платье Марины, в поисках камня.

Камушек оказался странным.

Белесым, как бельмо на глазу, но, стоило «капнуть» в него силы, как он тут же заблистал зеленоватым оттенком магии жизни.

Слыхал я о таких камнях – им все равно какую энергетику накапливать.

Стоят дорого, но…

Я повертел в руках камушек размером с ноготь мизинца, «залил» до упора «жизнью» и, выпрямившись, протянул герцогине.

- Держите, Ваша Светлость. Компенсация за «невинно убиенную». – Я скривился. – И напоминание, что не стоит спорить о жизни с магом жизни…

- Граф, хочу вас заверить… - Даррэ вздохнул. – У меня никогда и в мыслях не было совершать… подобные действия!

- Только поэтому вы и живы! – Вельда рассмеялась. – Только поэтому, господин младший следователь.

Пропустив вперед бедолагу следователя и Вельду, еще раз покачал головой и вышел вон из комнаты.

- Поделитесь, каким образом Марина вас смогла опоить? – Вельда сверкнула глазами. – А мы, за это, вас переоденем? И даже накормим!

- Буду очень благодарен. – Мужчина вздохнул. – Моя невеста будет в ярости, если я явлюсь в подобном виде…

Под неспешный, отвлекающе-завлекающий говорок Вельды просканировал мужика.

Ну, как мужика…

З6 лет, не из бедных, но и королевскими благостями не избалован, прошел две местных войнушки, первую – с мечом, вторую уже штабным, есть награды, в следователи попал девять лет назад, перед моим прибытием, невеста эта уже вторая – первая разорвала помолвку за несколько месяцев до свадьбы.

Сам Мишел, конечно, тоже не прост, но простых в королевских следователях и не найдешь, так что тут все нормально и объяснимо.

В невесту свою мужчина искренне влюблен и, судя по промелькнувшим в голове воспоминаниям, подловила его Марина в таверне «Единый рог», куда следователь заглянул промочить горло после размолвки с невестой – увы, у человеков это обязательный ритуал, так что и таверна ему была хорошо знакома.

Ход мыслей Марины тоже был прост, как гусеница танка – ворвашийся к герцогине граф был убит любовником герцогини, который, испугавшись содеянного, убил и герцогиню, и себя.

Для душевнобольной дамочки – план на пять баллов, хотя логика, конечно, наглухо страдает – нахрена меня убивать, если через восемь дней я вернусь и все равно грохну психичку?!

Осталось понять, как эта сучка притащила бедолагу в замок?!

Сам следователь не помнит, а я, сдуру, сперва грохнул дуру, а теперь задаю правильные вопросы!

Идиот!

Резко остановившись, связался с Ольгой через замковый камень и настропалил вопросами, предполагая, что без сопровожденцев герцогини, как минимум, тут не обошлось, ибо тащить бесчувственное тело хрупкой девице…

Да и фрейлин Ее Светлости надо потребушить – кто-то из них наверняка притащил из царского дворца снадобья, а то и яды!

Конечно, сучка могла и к местной ведьме обратиться, за денежки у идиотов закрываются глазки, но в этом случае все будет намного проще – ведьмы у меня точно знают с чьей руки едят и запираться не станут.

А если станут – у меня есть Мора и бедолаге небо с овчинку покажется!

Пока я раздумывал, Вельда успела увести Мишеля до моих покоев, покопаться в вещах, выбирая подходящий размер и выйти, пока мужчина переодевался.

- Ты заметил, что у него нет королевской метки? – Ведьма подошла ко мне и вздохнула. – Может, проверим?

- У него метка забита татуировкой. – Я почесал нос. – Так делают, когда надо внедрить человека…

- Поняла, не дура. – Моя черновласка взяла меня за руку. – Пообещай мне, что будешь осторожее, пожалуйста!

Можно подумать, от моего обещания что-то изменится!

- Дэви!

- Хорошо, я буду осторожнее! – Пламенно пообещал я, скрещивая пальцы.

- Пальцы выпрями и пообещай еще раз! – Женщина ткнула меня пальцем в бок. – Дэви?!

- Я очень постараюсь быть осторожнее! – Я поймал ее руку и прижал к груди. – Наверное…

- Он там не напакостит? – Вельда выгнула бровь. – Что-то он там долго…

Млядь!

Я рванул к двери в свою комнату, и…

Хорошо, что я вырос в те времена, когда открывать дверь, стоя прямо напротив нее было очень дурной идеей!

Стоило мне коснуться металлического кольца, служащего тут ручкой, как дверь распахнулась и из нее вылетел седеющий на глазах, Мишел, следом за которым, гналось по пятам гребанное существо из телепорта!

Почуяв мага жизни, существо сменило траекторию, врезалось в стенку с жутким воем, срикошетило и, распахнув крылья и раззявив пасть, понеслось уже на меня!

Ннавижу этих тварей!

Мало того, что эти суки быстрые, опасные и невкусные, так их еще хрен знает чем убить можно!

Например, одну тварюшку завалила наша бравая кухарка, облив ее блинным тестом, а другую Мора с сотоварищи час разделывали своими ковыряльниками, попутно прижигая ей отрубленные части тела, чтобы они не регенерировали!

Правда, так и не добили – дело спасла девушка-телепорт, которая затащила тварь обратно в ее пространство, лишившись при это пальцев на левой руке!

- Сакаттар! – Опомнившийся парень выхватил клинок из своей татуировки и рубанул тварюшку сзади, располовинив ее.

Увы, стало только хуже…

Теперь тварюшек стало ДВЕ!

- Зови Ксению! – Рявкнул я Вельде, ставя щит жизни, в который твари взрызлись с особым удовольствием, пожирая его прямо на глазах! – И Мору!

С моим запасом, щита хватило на пять минут, как раз подтянулась Мора поставившая щит льда, которого хватило на девять минут, а там уже и Ксенька нарисовалась, завернув обеих тварей в портальный переход, утащивший мостров обратно в их Изнанку миров.

Бр-р-р-р-р!

Сглазил, блин…

Разглядывая ущерб, со вздохом признавал, что не все так плохо – шмотки жалко, но шмотки дело наживное.

Драгоценностей и раритетов в спальне я не держал, а маски, масла и притирания, хвост с ними, не велика потеря.

Вельда, конечно, расстроится, но я знаю, как утешить…

- Как вы тут весело живете… - Мишел сполз по стенке на пол, пряча клинок обратно в татушку. – То-то у вас инспекторы меняются, как любовники у куртизанки!

- Быстрее… - Ксюха хлопнулась на задницу рядом с инспектором. – У нас тут все быстрее, намного быстрее…

- Не подкатывай к нему… - Я вздохнул. – У него невеста «В золотом рогу»…

- Фи, какой ты, граф, не интересный… - Ксюха вздохнула. – Всю малину испортил!

Немного посмеявшись для пользы нервов, вызвал Миранду и дал команду навести порядок в комнатах, попутно разузнал насчет обеда, печально узнав, что жрать будет готово только через полтора часа.

Пришлось брать следователя и Вельду с Морой, спускаться на кухню и, получив слегка люлей от поварихи, запитываться холодным мясом и вином.

Вкусно, кстати.

Я вот тут заметил, вареное мясо – «здесь» и вареное мясо в других мирах две большие разницы!

У нас я его могу лопать килограммами, наслаждаясь вкусом, а вот в остальных мирах – не жевабельно, словно подметка…

Распрощавшись со следователем и пожелав ему счастливой семейной жизни, подхватил Вельду и поволок на минус последний этаж замка, где нас точно никто не найдет!

***

- Тебе в ковен надо… - Вельда, мрачная, как грозовое небо, подала мне полотенце. – Мрратха сказала, что ты пропустил осмотр, а сам ведь знаешь, с твоими «путешествиями» тебе его надо проходить хотя бы раз в три месяца!

Блин…

Вот, не могла промолчать, а?!

Знаю я, что надо в ковен, надо в Универру, где меня старики ждут, но ведь мне надо еще и с замком закончить!

Ну, перенес я винные погреба ближе к поверхности, но по сути дела, это такой пустяк!

И по городам «новым», надо прокатиться и с соседом встретиться, а то договаривались дикарей погонять, да времени все нет!

- Дэви!

- Понял я, понял… В ковен, так в ковен, зови Ксюху… - Я вытер руки, почесал затылок и стал одеваться, глядя по сторонам и прикидывая, что бы еще такого сделать?

Получалось, что, в принципе, сделать надо все!

Вылизанный ярус подземного этажа, сейчас, с легкостью превратиться во что угодно, главное придумать.

Но в голову, как назло, ничего не шло, кроме как развести тут грибницу или сделать дополнительный резервуар для воды.

И то фигня, и другое хрень.

Помотав головой, вздохнул.

Все, кончилось мое желание жить спокойно и размеренно.

Хочется рюкзак за спину и уйти в пампасы, на волю, подальше от всего вот этого!

А вместо этого придется тащиться в ковен, сдаваться Мрратхе, снова проходить «тестирование», потому как верховной ведьме интересно…

Мне, в принципе – тоже, потому как беседы с ней очень даже познавательны, а некоторые советы – более чем полезны.

- Дэви!

- Иду я, иду! – Я огляделся по сторонам и поплелся к лестнице.

Глава 6

Здание ковена у нас расположено в весьма импозантном месте – рядом с Универрой, точне – напротив, чтобы обе «учебные структуры» не забывали, что магия без науки – шарлатанство, а наука без магии – солдат без рук и зорких глаз.

Ох, как вопили мое «старики» притащенные для повышения уровня образования!

С Мрратхой ругались так, что казалось, что небеса сейчас звиздякнуться на землю, особенно после омоложения, со свежими силами-то!

А сейчас нормально, устаканились.

Временами даже подбухивают вместе профессора магии и профессора науки.

Я повертелся в ослепительно зеленом шаре, пытаясь высмотреть ведьму, проводящую очередную партию замеров моего дара.

- Что Вы вертитесь?! – Ведьмочка в белом халатике и явно на голое тело строго меня одернула. – Замеры – очень важная часть любого эксперимента!

Можно подумать, блин, я этого не знаю!

Выдохнув, честно замер по «стойке смирно», мысленно играясь со своим источником.

- Невероятно! – Девушка зачарованно следила за показаниями каких-то маго-технологичных приборов, сляпанных студентами обеих направлений. – 8%! Фантастика! Я тоже так хочу!

- Эк тебя, девонька, в мечтах разносит! – В комнатушке, чистенькой и беленькой появилась Мрратха, тоже, к моему ужасу, облаченная в белый халат! – За эти 8% надо убить, умереть или отдать два года жизни!

- Убила бы! – Согласилась девушка. – И не один раз!

Да, основная проблема магии – слабосилки и их «раскачка».

- Вашество! – Мрратха помахала мне рукой. – Вылезайте! А ты, красавишна, хватит пялиться на графские причиндалы – Вельда узнает – будешь полы драить!

- Не настолько она и страшная… - Девушка фыркнула.

— Это просто ты еще ее не доставала… - Я выбрался из бесцветного шара, пройдя через странную мешанину тончайших нитей-полей-структур, передающих мои данные прямо на магомашину, фиксирующую мальчайшие проявления сил помещенного в шар-детектор, мага. – Как достанешь, так и будет тебе счастье! Правда, болезненное и недолгое!

Мрратха забрала кристалл с данными сканирования, сжала его в руке и замерла, считывая данные.

- Так все плохо?

- Точнее – слишком хорошо. – Ведьма вздохнула. – Каждое твое «возвращение» дает тебе прибавку к силе и контролю, так что сейчас ты где-то на уровне старшего мага, но с контролем архимага.

- А разве такое возможно?! – Молоденькая ведьмочка, греющая ухи, замерла, пытаясь переварить услышанное. – Это же невозможно!

- Невозможного нет, есть лишь маловероятное. – Мрратха спрятала кристалл в карман и улыбнулась. – Вот, посмотри на артефакторов – у них уровень контроля 76%, что позволяет им с минимальными источниками творить удивительные вещи!

- Но ведь кроме контроля, у них же еще и зрение… - Девушка сосредоточенно прикусила губу. – Говорят, они видят толщину линий, как шерстинка парра!

- Говорят и крокодилов доят… - Хмыкнула Мрратха, похлопав по карману в котором покоился кристалл. – Вроде четвертый курс уже, а все туда же – «Говорят»!

Я мысленно присвистнул – офигеть можно, уже четвертый курс!

Скоро в народ высыпется веселая и разнузданная толпушка вчерашних студней и мир уже точно никогда не станет прежним!

- Граф! – Мрратха похлопала меня по плечу. – Пойдем, родимый, пойдем, дорогой…

Мы вышли из кабинета, оставив ведьмочку прибираться и пошли по просторному, белоснежно-чистенькому коридору, спустились на два этажа под землю, в личные покои главы ковена ведьм и, расположившись на мягких креслах, тяжело вздохнули.

Оба.

- Так плохо? – Полюбопытствовал я, глядя в уже чуть выцветшие глаза ведьмы.

- Нет, конечно. – Женщина вздохнула еще раз. – Быстрое развитие — это не плохо, плохо, что об этом слишком быстро все разносится сплетнями. Но, сейчас, можно считать доказанным, что каждое твое «возвращение с того света» добавляет тебе 8-11% к источнику и по 15-19% к контролю.

— Это же хорошо? – Я почесал след от электрода, размазывая маслянистую жидкость.

- Контроль – это всегда хорошо!

- Дэви… - Мрратха вытащила из кармана кристалл и положила перед собой. – Какая у тебя толщина линий?

- Где-то с человеческий волос. – Я прикинул свои возможности. – Ну или где-то рядом.

- То есть, в принципе, ты уже сейчас обходишь меня почти втрое. – Ведьма усмехнулась. – А большинство наших студентов-четвертокурсников могут оперировать линиями магии в три и четыре миллиметра, а видеть могут едва ли двухмиллиметровые!

- То есть, я – уникум?!

- Ты – заноза в жопе! Но, заноза милая, добродушная и здравомыслящая. Еще бы мозгов добавить – афигенный бы маг получился! – Мрратха расхохоталась.

Хорошо ей смеяться – и возраст позволяет, и характер, и образ жизни…

А тут бегаешь, как Савраска и все время из огня в да в полымя!

Вот, например, ей не надо думать, что делать с образовавшимся заливом.

И с монахами ей не общаться, а ко мне они каждые полгода припираются, получают очередной отлуп и возвращаются в Столицу, плакаться Его Святейшеству, что граф Тхэйми снова послал их ко всем чертям!

Его Святейшество бежит жаловаться Его Величеству, а его величество, добрая душа, напоминает, что я сама доброта и мог бы пожаловавших «гостей» и повесить, нафиг, ибо в своем праве, подкрепленном не малой ежегодной мздой!

И смех, и грех, если честно!

Выдохнув, вернулся в реальность.

- Ты меня слушаешь?

- Прости, Мрратха, ушами прохлопал, повтори, будь ласкова… - Вежливо шмыгнул носом я, понимая, что прослушал нечто важное.

- Граф… Ты – уникум! Любого другого за такие слова я бы в жабу обратила! – Ведьма укоризненно покачала головой.

- Не выйдет. – Я снова шмыгнул носом. – На меня не действуют привороты, оборотные зелья, трансфигурации до 6-го уровня включительно, укусы вампиров…

- Вампиров не существует!

- … Укусы малярийных комаров, несвежая вода, мухоморы… – я продолжал перечислять. – Святые молитвы, проклятья, сглазы, вольты, порчи, пенье русалок…

- Русалок тоже не сущесвует!

- … Отсроченный проклятья, эликсиры любви… - Я замер, припоминая, что же еще на меня не действует.

- Здравый смысл на тебя не действует. А законы логики – так и вовсе с криками убегают прочь! Кто в Люпинске верховную ведьму в ж… вы… Перспал?

Вот жеж, теперь Арлинн мне будут припоминать еще долго!

А ведь, между прочим, я ведь ее предупреждал – будет косячить – устрою ночь жуткой любви!

Я же не виновать, что ей понравилось?!

Кто бы мог подумать, что ведьма, умудряющая рулить 25 тысячами ведьм окажется так падка на подчинение?!

Конечно, признаю, с Арлинн я слегка перестарался, но ведь как порвал, так и залечил!

Да и, будем говорить положа руку на сердце – ведьма всегда могла сбежать, двери не закрытые были.

С другой стороны, были бы двери закрытыми – никто бы и не узнал…

- Грая! Вернись! – Мрратха хлопнула ладонью по столу, привлекая мое внимание. – Извращенец! Кстати, Арлинн передает приветы и просит ее навестить…

О, это новость прекрасная!

Вельда будет рада навестить подружку, да и Мора «девочек» по окрестным лесочкам прогуляет, будет всем счастье!

- И профессора тебя просили зайти вечерком, есть у них дело одно, говорят, стоящее. – Мрратха откинулась на спинку своего стула-кресла и вздохнула. – Ты, это… Не ругайся сильно на них, сам помнишь, какими ты их привлок…

- Неужто обженились уже все? – Расхохотался я, вспоминая старичков-профессоров, битых и перебитых жизнью, лишившихся своих кафедр и студентов, изумленно-испуганно осматривающих берег озера, куда их выбросило следом за мной.

- Ты – тормоз, граф! – Мрратха расхохоталась. – Не только «обженились», но и детей уже настрогали!

- И много настрогали? – Я материализовал бутылку вина и пару бокалов.

Ну, как «материализовал» - спер со своего стола в замке…

- Ну, по паре уже есть у каждого… И, судя по цвету глаз и волос – не только «официальных», но и бастардов тоже хватает!

- Вот же… звиздюки! – Я сделал глоток и расхохотался. – Сильны, дедушки!

- Сильны?! – Мрратха покраснела. – Твой чертов химик ко мне подкатывал!

- И, судя по отсутствию морщин, потертостям на локтях – достаточно успешно подкатил! – Я внимательно посмотрел на ведьму и едва успел поймать челюсть у пола.

- И ты туда же?! – Судя по диагностике, Верховная Ведьма тоже в «залете», причем в «залете Королевском», это когда сразу девочка и мальчик. – Вот же старичье!

Я мысленно подолбился головой об стол – старички-профессора из той реальности, которой я их притащил, оказались какими-то быками-осеменителями!

Эдак лет через 30-40 у меня половина графства будет с их генофондом!

- Эх, граф, не женщина ты, не понимаешь, как твои профессора женщину чувтвовать умеют!

Я снова мысленно приложился лбом об стол.

- Они у тебя такие… - Мрратха заалела, а я…

***

В мир 1998 года я попал, как обычно, не по своей воле – Его Величество затеял войнушку с соседом «слева, сверху», не поделив безжизненную горную гряду.

Из минусов – жить на ней было невозможно.

А вот добывать «мораний» и «амиглюцит» - очень даже запросто.

Оба металла, аналогов в моем родном мире не имели и стояли, по таблице Менделеева где-то рядом с платиной и титаном, то есть шли на украшения и вооружения.

Сосед добывал эти металлы мизерными порциями и продавал по космическим ценам, потому как сам хотел крепко спать и вкусно кушать.

Наше Величтво хотел того же, но на степень больше, так что двинул войска, прихватив для надежности свежесформированные отделения ведьм и колдунов, в качестве связи и особых ударных сил.

Его Святейшества Иконь Третий под такую волну даже дал монахов-целителей и пару тысяч молельщиц, к концу войны прочно беременных и ни в какую не желающих возвращаться в монастыри.

Обвинили в этом, разумеется, меня.

Но речь не об этом.

Разработки охраняло целых семь укрепленных горных крепостей, для которых никто не скупился на лучшее вооружение и оснащение, так что уже на первой крепости Его Величество и его генеральско-дворцовый сброд умылся кровью.

Защитники крепости откровенно посылали нас на все веселые буквы алфавита, чувствуя себя за трех и пятиметровой толщины стенами, как в спальном вагоне.

Мосты, узкие дороги и главенствующие высоты, занимаемые противником, быстро дали понять, что «легкой прогулки» не предвидиться.

Пока мы воландались с первой крепостью, в остальные подоспело подкрепление, а уж когда мы в эту чертову крепость ворвались, выяснилось, что четыре пятых ее защитников свалило подземными переходами, заминировав их за собой так, что горы тряслись от взрывов.

После третье крепости, Его Величество ЛИЧНО потребовал от меня взять четвертую со своими ведьмами…

Штурманули мы крепость сверху, наводя шороху злодейскими завываниями со всех сторон, смехом и градом камней.

Конечно, не обошлось без стрел во всех частях тушек, тяжелораненных и даже убитых, но…

Едва ворота открылись, как наши, уже порядком озлобленные солдатики, устроили такие кипешь и непотребства, что я проблевался на полном серьезе.

А вот в пятой меня и подкараулили четверо «мастеров длинных мечей», нашинковав, как пекинскую капусту на салат!

Что странно – было не больно.

Просто – РАЗ! – и я уже в теле очередного Дэви, вытирающего кровь из разбитого носа!

Кругом музыка, играют отражениями диско шары, а напротив меня два нагловатых хлыща, вусмерть вдатые, вмазанные и не контролирующие свои желания.

Точнее – управляемые ими.

Оставив красивые стойки и дрыгоножества, которые изучала эта свежая тушка, сунул руку в карман, нащупывая подаренный девушкой мундштук, тяжелый и непрактичный, ибо исключительно тяжелый, так как загубник был выточен из куска стальной болванки.

Сжав мундштук в руке, выдохнул и начал «работать» по болевым точкам.

Жаль, что оба моих визави, обгашенных в известку, боли не чувствовали и на мир смотрели расширенными зрачками такого размера, что глаза казались просто черными, без белков!

На второй минуте звереть начал уже я и тут-то заявились доблестные служители порядка, скрутившие руки… Мне!

Проведя ночь в обезьяннике, наутро, после пяти освидетельствований, вышел на свободу с чистой совестью – как ни крутился врач делая анализы, кровь у меня оказалась «без следов веществ», на учете в ПНД я не состоял, да и знакомый опер, которого вызвонил мой шеф, узнав о драке, взял дело под свой контроль, проехался лично в клуб и отпустил меня с миром, предупредив, чтобы я пару месяцев посидел тише мышки под веником.

Понятно, что «местный Дэви» так бы и поступил, но я – не он и моя злопамятность, хоть и редчайшая, но вставлять выбитые зубы в этом мире исключительно дорого, так что я дал ей волю, неторопливо разыскивая обеих борзых «шакалят» и готовять состричь с них по хорошему клоку шерсти.

Первый шакаленок оказался прокурорским сыночком, второй – депутанским.

Оба – совершенно невменяемые, вместе с родителями, так что…

Первого мне помог «прихватить» директор и его друзья, так что я, пока с прокурорским шакаленком беседовали по-мужски директор и его друзья, успел снять слепок с ключа и наведаться через пару часиков, когда на дворе стояла глухая ночь.

Каюсь, немного не учел, что в роскошной квартире кроме «сыночки» может обретаться и его ручная грелка, но, так получилось даже эпичнее – мальчик сунул голову в духовку, предварительно хорошенько ширнувшись забористой дурью, а подстилка вернулась под утро и включила свет, не почувствовав запаха.

Соседи, конечно, пострадали, но не глобально – ремонт в квартире был забабахан на совесть, а что сейф нашли в стене дома напротив, так то досадная мелочь.

Поправив дела финансовые за счет первого, взялся за второго, но тут словно сами небеса решили подшутить и этот лабух приперся к нам в «Duron’s Home» за мощным игровым компом!

Разумеется, наш Неоромантик-консультант-системотехник раскрутил плохосоображающего нарика на «полный фарш» и мы за три дня завязали весь частный дом депутата в локальную сеть.

Ага.

С дыркой в доступах, потому как «Хрюшку» настраивал я лично, а «Хрюшку» - «Windows XP» - умный человек настроит так, что пользователь и знать не будет, что там админ на его компе творит!

Я – умный!

Так что, особенно не торопясь и не рискуя, «поиграл в шантажиста», заставляя полицию бегать за пустотой, а сам, под шумок, увел со счетов «общак», переведя его на счета детского дома в соседней стране.

Себя тоже не обидел, разумеется.

Правда, маху я все-таки дал с этим общаком…

В общем, депутана вместе с семьей, в один прекрасный день не стало.

Громко, обсуждаемо и с особой жестокостью.

Я только успел перекреститься, что оба компа мы «улучшили» поставив в них новейшие жесткие диски «DeskStar 75GXP» от IBM, прозванными «DeathStar» за их свойство дохнуть при любой возможности!

Правда, лично мы их называли «Дятлами», как за модель «DTLA», так и за характерный звук долбящихся головок, означающих безвременную кончину винта…

Винты эти, кстати, через годик принес нам хмурого вида дядечка и потребовал восстановить с них информацию, за большие деньги.

Я честно сделал глупый вид не признав свое железо, просидел над ними больше трех суток, но…

К моему удивлению, над ними уже до меня кто-то так поиздевался, что даже будь я волшебником все равно ничего бы не сделал!

Ровно после этих событий, я наконец-то уволился из «Дюрона», помахав ручкой своим друзьям и уехал в соседний город, поступив на «хирургию» пусть и платно, зато в вуз – крепкий середнячок, с хорошим преподавательским составом.

Эх, был бы жив дед – он за меня бы порадовался!

Начавшаяся студенческая жизнь прекрасна в долбанных сериалах, особенно жизнь студента-медика, где на потоке столько девушек, что пришлось купить себе кольцо и делать вид, что женат.

Помогло, разумеется, не надолго – в деканате вечно у кого-то длинный язык, так что уже на втором курсе прошла атака девиц «поопытнее», раскусивших, что «платный студень» не только платит за себя сам, но еще и прикупил квартирку, вредных привычек не имеет и родители далеко.

Рост и возраст тоже сыграли свою роль и…

Звезды Всемогущие, как же это тяжело-то, объяснять женщинам, что ты устаешь настолько, что падаешь и засыпаешь прямо на коврике в прихожей – в отличии от их прелестей, мне приходилось пахать как проклятому, доказывая, что не все решается бабками и голыми коленями!

А уж отношение профессуры и старшего педагогического коллектива ко мне было очень далеко от «лояльного»!

Я мог до собачьего свиста сидеть в библиотеке, обложившись необходимой литературой, из которой по крупицам вытаскивал информацию по заданной лично мне теме, но толку от этого было ровно столько же, сколько у обычной троечницы!

Профессура смотрела на меня свысока, преподли мужественно ставили трояки, а я грыз гранит науки, с ужасом представляя, что мне еще четыре года в институте, потом, как минимум, еще четыре года в ординатуре!

И это еще до «трупорезки» у меня дело не дошло!

Поход в «анатомичку» стал последней каплей, после которой я сцепился со своим преподом при всей группе, с трудом удержавшись чтобы не набить ему морду!

Наглую, жирную, лоснящуюся, с заплывшими глазками, маслено блестящими всю дорогу…

Разумеется, не мудрено, что в пятницу я направил свои стопы в ночной клубняк, где хорошенько набрался, от души натанцевался, успел подраться с местной публикой и вернуться на танцпол, после чего в памяти начались провалы.

И два основных провала оказались в постели, рядом со мной, с утра.

Из хороших новостей – постель оказалась моя.

Из посредственных – одну из лежащих я в упор не знал, зато вторая, увы, была мне хорошо известна.

Я бы даже сказал – печально известна, потому как не узнать «повелительницу» второго по значимости в стране онкологического центра, Татьяну Фагоду, по прозвищу «Сука» было невозможно!

Я ее запомнил по весеннему выпуску в нашем институте, когда она, в числе «покупателей», выбирала окончивших ВУЗ, студней.

Оставив женский пол досыпать, сперва принял душ, возвращая себе хоть какую-то ясность ума.

Выйдя посвежевший, но голодный, обнаружил, что младшая дама нас покинула по-английски, правда, лифчиков осталось два…

Понимая, что благостная тишина вот-вот канет в Лету, пошел на кухню, варить кофе, да греть сосиськи с яйцами.

- Чудный запах… - Растрепанная, зевающая Татьяна опустила свой женский зад на табурет и тут же схватилась за тарелку с соленой капустой, ядреной, хрусткой… - У-у-у-у-у-у, блаженство!

В общем, ушла Сука вечером воскресенья, укатав меня в хлам и сожрав всю капусту!

А в понедельник, собственно говоря и начался мой личный, маленький и дополнительный, ад.

Ну, как «ад»…

Просто там, где у всех студентов было четыре основных котла, у меня добавился пятый и шестой, потому как Фагода навестила деканат своей альма-матер, навела справки и своим неприкрытым интересом заставила замдекана посмотреть на меня другими глазами.

Так что, к своему хирургическому минимуму, у меня добавилась чертова «криминалка» и углубленная «военка», которуя я, в принципе, мог бы и игнорировать, да вел ее один из двух «Арнольдычей».

А его злокозненный друг, к сожалению, преподавал «хирургию», так что, где один, там и второй.

Павел Арнольдович Сных и Петр Арнольдович Каер…

К четвертому курсу эти два старикана выпили из меня всю кровь, каждый при этом требуя, чтобы я занимался именно его направлением!

Татьяна, которая нагло прижилась в моей квартире, появляясь в ней на выходных и утаскивая меня на праздники к себе в загородный домишко, в котором, порой, появлялись удивительные люди, большая часть из которых меня изрядно раздражала, а меньшая – притягивала.

Вот так, балансируя на тонкой ниточке, я доковырялся до шестого курса, проходя практику в клинике своей любовницы, которая же меня и подвела под монастырь, познакомив с Кембриком, который оказался удивительно верток, пронырлив и торговал всем, до чего дотягивались его тонкокостные лапки.

Да, были и плюсы – семейство Фагода была из советской интиллигенции, так что я свел знакомства с профессорами именно той школы, что растила строителей коммунизма, а теперь с ужасом наблюдало за тем, что вырастило.

Так вот и получилось, что вместе с собой, на «тот свет» я утащил «тройку, семерку и туза», попутно захватив биолога и невесть как втесавшегося в нашу компанию профессора-градостроителя, оказавшегося мировым мужиком.

Эх, не понадобься мое сердце Кембрику для «особого заказчика», весело бы я встретил тот новый год, а так…

Подвыпившая Татьяна пожелала пострелять по фейерверку, с легкой подачи тонкокостного уродца, запуталась в полах своей шубы, упала и…

Больно было не столько от тяжелой пули, сколько от глупости происходящего и того факта, что самое главное, в принципе, я так и не получил.

Так и «ушли» со мной пять стариков, несущих мою тушку по глубокому снегу к дому Татьяны…

Глава 7

Химик, физик, математик, биолог и градостроитель – пять дедков, со стажем работы в семьдесят лет на каждого…

- Дэви! – Так же совершенно невозможно работать! – Яков Свободович тяжело вздохнул. – Может, уже отпустишь его?

- Или прибьешь? – Вздохнул Константин Константинович, жутко миролюбивый и вежливый бог архитектуры и градостроительства.

Пару минут я пытался понять о ком ведется речь, а когда понял – покачал головой.

Да, перешедших со мной было не пять.

Шесть.

Шестой был Кембрик.

- Дэви! Тебе не кажется, что пять лет – достаточный срок, чтобы уже искупить все? – Третий мой профессор, математик Сигизмунд Иванович постучал крепким пальцем по столешнице.

- Где пять, там и пятнадцать. – Я пожал плечами, восхищаясь человеческим всепрощением, которое у меня напрочь отмерло после выстрела. – И двадцать, пока ведьмы его случайно не прибьют.

Старики покачали головами.

Они хорошие.

Но…

Кембрик из тех разумных существ, у которых и для которых «искупление» не существует.

Там, на берегу озера, когда мы вернулись, он первым кинулся в драку, требуя себе преимуществ, богатства и власти.

И старики бы ничего ему не сделали, просто из-за своего возраста, став расходным материалом, от которого это существо избавилось бы при первой возможности без сантиментов.

А так – у ведьм есть прекрасное учебное пособие.

- Дэви… Злопамятность – признак ущербности ума… - Архитектор почесал кончик носа. – Умение прощать…

- Сколько вы прощали? – Невежливо перебил я Константина Константиновича, намекая на жизнь в том времени. – Десятилетиями? И что выросло? Намекнуть? Вырос Кембрик!

- Так, стоп! – Самый рассудительный из всей этой когорты, доселе молчавший, профессор химии Юрий Фролович хлопнул ладонью по столу. – С Кембриком все понятно. Он стрелял в Дэви и, по законам этого мира только Дэви решит, когда заканчивать с этим балаганом! Нам сейчас не это важно… Дэви, Универру пора расширять. В следующем году будет первый выпуск студентов, из которых половина останется преподавателями…

- И все они женаты, а у кое-кого и пара детишек! – Биолог Яков Свободович хихикнул.

- Ну, это к делу не относится… - Химик расплылся в улыбке. – Что уж тут поделать, если напротив Универры самый настоящий ведьмин ковен, в котором сто сорок олодых, горячих ведьмочек!

- Ага. На шестьдесят наших парней-бедолаг! – Архитектор вздохнул. – Дэви! В следующем году в набор надо добавлять женского пола! Сейчас всего 14 студенток! Это катастрофа!

- Кто-то из них остается преподавать? – Полюбопытствовал я, делая себе мысленную пометочку, что Мрратхе надо дать пинка – явно ведь это ее работа, что студенток не хватает, вот, как пить дать – ее!

Пристраивает своих ведьмочек, ведьма!

- И, давай говорить честно, соседство с ковеном, конечно, приятно, но уж очень больно расслабляет!

- Вас или студентов? – «Бесхитростно» полюбопытствовал я, вставая со своего места и подходя к окну.

«Деканат» Универры у нас на третьем этаже, так что вид открывается с этой стороны просто замечательный и, что самое главное – не на ковен!

- Эм-м-м-м-м… На всех! – Профессор вздохнул. – Особенно страдает физика…

- Да здесь все страдает… - Физик, разумеется, Альберт Генрикович, как же иначе-то! – Щелкнул пальцами и достал из воздуха сигарету. – Физика, вот, страдает…

Да-а-а-а-а, Альберту Генриковичу досталось хуже всех – старик-физик оказался магом, причем того самого, редкого типа, за который в ковене готовы убить – универсал!

То есть, может понемножку всего, включая и лечение, и огонь и перемещение, так что…

Сдается мне, я понял, кто Мрратхе заделал дитя…

Разглядывая освещенные магофонарями центральные улочки городка, со вздохом признал, что отправлять Его Величеству дополнительную мзду было несколько опрометчиво – сейчас бы эти денежки пригодились бы!

И даже не столько на освещение, сколько вот для такой простой работы по «пристройкам» к Универре!

Например, можно было бы с легкостью достроить отдельный корпус для химиков…

А так…

Со вздохом развернувшись к профессорам, поймал быстрое переглядывание между «старичьем», а значит, на меня вывалили еще далеко не все новости!

- Дэви! Мы нашли залежи селитры и …

- Никакого пороха в промышленных масштабах! – Я с ужасом представил, что произойдет с этим миром, если профессура начнет забавляться с огнестрельным вооружением!

Вон, хватит нам пока магопушек – с ними и проще, и безопаснее!

Опыт «Партикула» продемонстрировал, что и без пороха можно держать на борту крупнокалиберное вооружение, при этом не боясь, что пьяный матрос свалится в крюйт-камеру с чем-нибудь огнеопасным!

- А вот это проблема… - Юрий Фролович хихикнул. – Не вышло пороха! Зато получились потрясающие удобрения!

А вот это – хорошая новость!

- А порох не получится. – Физик меня обрадовал еще больше. – В этом мире – точно. Пробежались мы тут по константам, со студнями и выяснили, что пороха не будет. И с пластиками придется отдельно тему заводить…

- Но ведь нефть – есть? – Искренне удивился я.

- Есть. Только не «нефть», а нечто ее сильно напоминающее. Так что бензина тоже не жди. – Химик широко улыбнулся. А вот пластики будут отменные. Так что, думаю, через годик-другой мы тебе такой кораблик «заварим», что вся планета ахнет!

- А потом прибегут «ББ» и заварят тут такую кашу, что не расхлебаем! – Я вернулся на свое кресло. – Давайте пока по мелочи – средства гигиены, мыломойку, парфюм. Все, что можно будет продавать мелкими партиями, но по шкальным ценам. Деньги сейчас – во как нужны!

Я провел большим пальцем по шее, показывая глубину необходимости.

- И парфюм будет, и мыломойка, и нити, для одежды… - Химик с физиком переглянулись. – Но, понадобится опытное производство!

- Отрабатывайте технологию, выдавайте образцы. – Я от души зевнул. – Съезжу к Его Величеству, может, под что-то подкинет деньжат.

- Ну да, с паршивой овцы… - Математик достал из-за уха карандаш, осмотрел его так, словно он из золота и сунул обратно. – Дэви… Ты же понимаешь, что все наработанные математические основы в этом мире не работают?

- А у нас других вариантов нет. – Я снова зевнул, едва не вывихнув челюсть. – Пока мы полезны Его Величеству и государству – нас прикроют и от религии, и от придворных интриг, но…

- «Пока мы нужны»… - Архитектор, со вздохом, достал сложенный вчетверо листок бумаги и протянул мне. – А как долго мы будем нужны?

Я взял листок, развернул и принялся читать.

Да уж…

Умеют старики удивлять, ничего не скажу!

В принципе, ничего нового я как бы и не узнал, но вот под эдаким переподвывернутым углом я точно на проблемы смотреть не умею.

Жалко, конечно, но придется Мору в город отправлять, пусть почистит авгиевы конюшни, которые за два года превратились в рассадник разведок всех мастей, государств и правителей.

Особенно пусть с отделами «ББ» разберутся, а то храмовники совсем охренели!

Убрав листок в карман, почесал нос и мысленно согласился со старой истиной, что «бывших» не бывает!

Вон, Константин Константинович с Сигизмундом Ивановичем какую работу смогли провести, да еще вместо долгих разговоров сунули мне листок с десятком строк, где черным по белому обрисовали ситуацию в городе, со всеми вариантами возможного будущего.

Ничего не поделать – «контрики»!

Мне бы еще пару таких «дедов» из «внешних воздействий» и, ух, я бы тут развернулся!

А так придется просто зачищать.

Эх, жизнь ты моя, жистянка…

Распрощавшись с дедами, вышел из Универры в ночь и побрел куда глаза глядят.

Ага, в кабак.

Давно пора было хорошенько нажраться, а как нажраться, если рядом постоянно то Вельда, то твари из порталов?!

И совершенно не понятно, что же опаснее!

***

- … Вставай, граф, тебя уже весь город знает! – Оптимизм и громкость голоса Вельды давали понять, что в кабаке я нажрался.

- Вставай-вставай… - Оп-п-п-п-пачки!

Второй голос принадлежал герцогине, но, готов поклясться, с ней у меня точно ничего не было!

Не потому что я совсем против, а потому что Вельда и герцогиня сложно представимы в одной постели!

Точнее – совсем не представимы!

У них же вместо секса начнется рестлинг, в котором пострадает каждый третий из окружающих, а каждый второй отдаст богам душу!

- Сильно я вчера?! – Я выбрался из спального мешка, попутно пытаясь понять, как я в нем очутился.

Впрочем, спал я одетым, так что ничего точно не было!

- Ну, дражйший граф, вы появились в замке под утро, сами оседлали своего коня, прихватили вещи и упылили в рассвет, заявив всем, что в пампасах сейчас самое лучшее время для ночевки! – Мишель расхохоталась. – Правда, до пампасов вы не доехали, свалившись с лошади на берегу озера…

Я огляделся по сторонам, рассматривая аккуратно разбитый лагерь, пыхтящий над костром чайник и стоящую рядом с костром кастрюльку, из которой во все стороны плыл офигенный запах пастушьего гуляша!

Желудок забурчал, требуя еды.

- Хорошо вы тут обустроились! – Я принялся подбираться к кастрюльке, чувствуя, что схожу с ума от аромата. – Я бы даже сказал - ОСНОВАТЕЛЬНО!

- Это не мы. – Вельдв вздохнула. – Это ты.

- Это каким образом, позвольте уточнить? – Я открыл крышку, потянул носом чудесный запах и принялся оглядываться в поисках ложки. – Я же, вроде как, пьяный и с лошади упал?!

- Упал. – Мишель посмотрела на меня, как на психа. – А пока я ездила за помощью, успел все это сделать!

- Долго же вы, Вашество, за помощью ездили! – Я расхохотался, нашел ложку, зачерпнул горячего варева и сделал первый глоток, чувствуя, как на меня снисходит блаженство высшей степени. – Часа три, небось?

- Ну, вплавь было бы всяко быстрее, конечно. – Вельда погрозила мне кулаком, залезла в сумку и достала оттуда полкруга свежего хлеба и протянула мне. – Кто-то же вот смог, например, объехать озеро и свалиться на его противоположной стороне?

- Я был пьян! – Я отломил корку и принялся уплетать пастушью варку с аппетитом голодного и честного человека.

- И это до чертиков пугает, если честно. – Мишель села напротив меня. – Граф… Не пейте больше, пожалуйста. Потому что в следующий раз на запах дыма может появиться что угодно…

- И пожалеет о том, что появилось на свет. – Вельда подошла к воде и потянула из ее глубин плетеную сетку, в которой трепыхались пяток среднего размера рыбин и полтушки какого-то зверька.

Вторая половина явно пошла на гуляш.

- Это что?! – Вельда обличающе протянула мне останки невинно убиенной животинки. – Это калман?! Здесь?!

Учитывая, что лапок, как и шкурки, на вещдоке не было, я принялся отчаянно мотать головой.

Калманов не то, что есть, их, в принципе, даже убивать не рекомендуется – тварюшка эта обретается по большей своей части в точках силы и сама может подзакусить нерасторопным охотником.

А уж мясо ее, напитанное магией, для начала хрен проваришь, а уж если смог совершить сие маленькое чудо, то жрать его все едино не рекомендуется, потому как магия при варке никуда не девается и есть огромный риск оказаться на том свете от разрыва магоканалов.

Или просто лопнуть от накопленной животным, маны.

А это мяско нежное, просто во рту тает, так что, к калману явно отношение не имеет!

Успокоив Вельду и сбив первый голод, предложил и остальным присоединяться к позднему, судя по светилу убегающему на закат, обеду.

Странно, но согласились обе женщины.

В общем, котелочек оказался даже слегка маловат для троих и пришлось догоняться копчено-сушеным мясом и сухофруктами.

С сухофруктами, кстати, на Фаланкирре получилась странная петрушка – до моего появления их никто не делал.

Ни изюма, при имеющемся винограде, ни сушеных яблок-груш – ничего!

Такое ощущение, что не родился тот перец, что догадался нарезать все на кусочки и оставить сушиться.

Так что, есть у моего графства и еще один высоколиквидный продукт, который у меня скупает, по большей части, Его Величество для армии и, в огромном количестве, для флота, где проблема авитаминоза стоит так высоко, что и цену отваливают нешуточную.

И если компот у меня в графстве – штука обычная, то вот во всем королевстве-царстве-империи это скорее экзотика.

Повалявшись после еды, привычно скинул одежду и пошел купаться, спиной ощущая странные взгляды герцогини.

А вот Вельда не парилась – разделась и рванула в воду следом, ныряя, что твоя русалка; фырча, что самый натуральный кит; и, то и дело, подплывая ко мне за поцелуем.

Эх…

Не герцогиня – выбрались бы на берег и от души отдохнули!

А так…

Я набрал полную грудь воздуха, выдохнул и занырнул на глубину, любуясь, как нагая Вельда плавно скользит в этом мире безмолвия.

До дна я, разумеется, не дотянул.

Нет, примени магию – и делов нема, но ведь хотелось на честном слове добраться до каменистого дна, подхватить с него камешек и вырваться на поверхность в брызгах!

Отдышавшись, снова нырнул и снова нехватило сил.

Вынырнул и…

Оказался в кольце женских рук и приятном прикосновении тугих женских персей, упирающихся мне в спину отвердевшими бугорками сосков.

И все бы ничего, да вот только Вельда только что вынырнула передо мной, озорно блестя глазами!

Видят Звезды, к этому ведьмину шабашу я не стремился!

Но и убегать – фиг буду!

Да и вообще…

Выбравшись на берег, с чувством глубокого удовлетворения занялся простыми, известными от начала миров, действиями, выбрасывая из головы все проблемы.

Да, это не пампасы, но тоже годится как «разгрузка мозга», уже порядком уставшего от вороха проблем, которые все никак не заканчиваются и не заканчиваются.

Эх, знал бы я наперед, какая это сумасшедшая гонка – средневековая жизнь!

Но, с другой стороны…

Валяясь под звездным небом и слушая мерное посапывание двух укатанных в хлам женщин, мысленно радовался тому, что я – маг жизни.

Без этой маленькой «фичи» укатали бы меня обе эти красавицы, а так…

Ведь основная проблема ЖМЖ в чем заключается?

Правильно!

В том, что в какой-то момент мужчина становится совершенно лишним!

Усмехнувшись, осторожно выбрался из-под придавившей меня герцогини, сходил освежился и занялся почти прогоревшим костерком, попутно соображая, что совсем не плохо что-то приготовить на утро и искренне жалея, что не прихватил с собой вина.

А, может, это и к лучшему…

Разделав остатки мяса неведомой зверюшки, забросил его в котелок, плеснул масла, слегка обжарил и завалил крупой.

Ага, гречневой.

И оставил томиться.

Так, программа минимум готова.

Теперь самое святое, то, чего женщинам просто не понять!

Горячий чай!

Эх, а жизнь-то налаживается!

Потягивая чуть горьковатый настой, любовался отражением звезд в плещущей воде, прохладному ветерку и океану безмятежности, о котором стал забывать в потоке всех этих средневековых дел.

Вот ведь как бывает, а…

Хотел «Героев меча и магии», а получил «Симс-сити», где что ни день, то заботы, стройки и общение с окружающими, от большинства из которых просто тошнит!

Так и встретил рассвет, в тишине и покое.

Благодать!

- Так и сидел всю ночь? – Герцогиня, закутанная в одеяло, подсела рядом, отбирая кружку с чаем и делая длинный глоток. – Нас караулил?

- Нет. – Я улыбнулся. – Тишиной любовался.

- Спасибо, что… - Мишель помялась. – За все, в общем, спасибо.

- Обращайтесь. Будет время – помогу. – Какое-то время мы просто молчали, передавая кружку из рук в руки и любуясь восходящим светилом.

- Когда Анри и Джордж решили последовать за «славой», мне приснился сон. – Мишель растрепала свои волосы и осушила кружку до дна. – Вот этот сон, Дэви. И с каждым днем, сон был ярче, ярче и после него хоть на пять минут становилось легче. Чем хуже шли дела, чем злее становились сыновья, тем ярче был сон. Когда заговор раскрыли, Барт приехал в замок и надавал мне пощечин, а потом предупредил, что будет больно, но, если я не буду такой дурой, то все окончится хорошо.

- Его Величество Бартоломеус Фингруд III… - Я покачал головой. – Старый авантюрист…

- После палача, Барт пришел снова, принес настойку и предупредил, чтобы я в три дня вымелась из Столицы, потому что если задержусь, будет поздно, звезды уйдут и все, что могло окончиться хорошо, станет совсем плохо.

- Настойка синяя или зеленая? – Полюбопытствовал я невпопад.

- Синяя.

- «Абсцинус Вольта». Дорогая штука. – Я повернулся к герцогине. – Вот только НЕ магам – бесполезная. Продлевает немного срок жизни у смертельных больных, но… Понятно теперь, почему он тебя ко мне отправил… Еще что-то Его Величество говорил?

- Сказал, что если я не рожу тебе сына в течении года – приедет и сам убьет. – Герцогиня скривилась. – А вчера прислал весточку и напомнил.

- И ты пошла «делать ребенка»? – Я поморщился.

Все никак не привыкну к этой средневековой ипостаси женского поведения.

Вроде вот и герцогиня, вроде даже и мятежная, но приказы своего сюзерена исполняет без малейших колебаний или глупых уговоров.

- Вообще-то… Поехала топиться. – Мишель горько рассмеялась. – Я видела, как ты прибыл в замок, и решила, что самое время. Пока все ищут своего господина, обо мне никто и не вспомнит. Объехала озеро и… Увидела, как ты упал с лошади.

Герцогиня старалась не смотреть на меня и говорила, больше оращаясь к озеру, чем ко мне.

А я, если честно, любовался ее профилем.

Красивая, все-таки…

- Спустилась, чтобы помочь тебе, а ты встал, скрипнул зубами и погрозил мне пальцем… - Мишель повернулась ко мне. – И тогда я решила, да какого черта, почему и нет, в конце-концов! Да, ты бабаник, маг, зануда и ехида, но что-то повернулось вот тут…

Женщина похлопала себя по сердцу и прижалась плечом к моему плечу.

- Вобщем, теперь я совсем не против ребенка от тебя…

- А Его Величество не уточнил, что забеременеть от графа – невозможно? – Вельда устроилась рядом со мной с другой стороны. – Поверь мне, многие пытались…

- Но почему? – Мишель искренне удивилась. – Он же – маг Жизни?!

- А вот в этом и проблема. – Я развел руками. – На определенном уровне развития, магия сама определяет возможности зачатия. Именно поэтому, большинство магов «высокого полета» не могут иметь детей.

- Но… У Верховной Ведьмы же есть дети! – Рыжая голова герцогини повернулась в мою сторону. – И у верховного – есть дети!

- У ведьм все намного проще. – Вельда тяжело вздохнула. – Нам нужно только желание. А у верховного… Когда он их заделывал, поверь мне, до «верховного» ему было далеко.

Насмешка Судьбы, не иначе…

- Вельда… Сколько тебе лет?! – До Мишель стало что-то доходить…

- Восемьдесят три. – Черноволоска рассмеялась. – Я помню вашего батеньку, который приезжал в Корр-ан-Тирр за снадобьями, после которых на свет появились Вы!

Оп-п-п-па!

- Так… Хватит носы на квинту вешать… - Я потянулся и подтянул котелок с кашей ближе. – Завтракаем и возвращаемся в замок…

- Дэви… Какой же ты не романтичный! – Вельда толкнула меня в плечо. – Как бык!

- Я не бык! Я – МАГ!

Глава 8

Въезжающую в ворота замка кавалькаду сопровождения соседа хотелось назвать «вычурной», «кричащей» и «безвкусной», но два десятка тяжелых всадников, по меркам этого мира – это очень много!

Барон Марвин Сигизский, в отличии от своих воинов был лишь в обычном камзоле и с двумя длинными саблями – одной на поясе, а второй висящей на седле его коня.

- Привет, сосед! – Я спустился с лестницы, продолжая машинально вытирать руки поданным Ольгой, полотенцем. – Какими ветрами?

- Штормовыми, сосед, штормовыми! – Марвин перебросил повод своему оруженосцу и пожал протянутую руку. – Разговор есть!

Барон подхватил меня под локоток и потащил под свод деревьев, нависающих над аллеей, верткой змеей извивающейся вокруг замка.

- Вобщем так, сосед… - Барон оглянулся по сторонам, словно опасаясь длинных ушей. – Его Величество напрочь запретил тебе расширяться на тот берег. И набег запретил – начисто! Сказал, что пока рано. Вот только, чую я, что заваруха готовиться у тебя в графстве. Ко мне после беседы с Его Величеством «ББ» подкатило, просило на помощь не приходить, границы укрепить, на провокации не поддаваться.

- С-с-с-с-суки… - Я вздохнул. – Решились, таки…

- А еще, Его Величество просил передать, что у храмовников сейчас не самые лучшие времена и они злые. Но он не совсем против, если ты поработаешь над укреплением своей власти внутри графства, не совсем мирным способом. Но! Половину ты должен сдать…

Я усмехнулся.

«ББ» опять в своем репертуаре!

А ведь еще год назад «святейшество» ныл, что «денег нет»!

- Держи… - Снова оглянувшись по сторонам, барон сунул мне в руку самый натуральный свиток, украшенный гербовыми печатями и прошитый тонкой золотой нитью. – Знаешь, что такое?

- Головная боль? – Предположил я.

- Она самая… - Барон выдохнул и огляделся по сторонам. – Хорошо у тебя тут. Но – плохо… Дороги слишком хорошие!

Подмигнув мне, Марвин вернулся к своим сопровождающим, вспрыгнул на коня и, помахав рукой Вельде, направился к выходу.

Ненавижу все эти «подковерные танцы с тазиком на голове»!

Едва за гостями рассеялась жидкая пыль, повернулся к Море, стоящей на крыльце.

- Собирай своих. Вернешься в Корру и зачистишь там все, что хоть как-то пыхтит против. Подключишь ведьм и «дедов», они дельными советами поделятся, да, глядишь, сдадут пару утырков. Половину барахла упакуешь и отправишь в Столицу, только не жопься, возьми портальщика, чтобы время не терять. На жалость не ведись. Кто возбухать начнет – вежливо за яйки и на фарш. Местных отправь по окрестностям, только ведьм приставь, чтобы им голову не задурили…

Я вздохнул и продолжил.

- У Миранды возьми «НЗ» и уточни насчет Мишеля Даррэ, он в городе новый, глядишь, еще не обгадился, да и официальных представителей надо, пусть полюбуется, в каком клоповнике ему работать придется. Камни у всех есть?

- Вашими молитвами, господин. – Мора расплылась в улыбке. – Вы подкинули, ковен поделился, у всех усиление прошло…

- Вот и проверите, насколько все хорошо «село». – Я выдохнул. – Ксюху пни, пусть на готове будет. Чуть что…

- Вызову… - Мора склонила голову, стукнула себя в грудь и словно испарилась с крыльца, оставляя меня рядом с обеспокоенной Вельдой и, вышедшей на шум, герцогиней.

- Много ли сделают 50 человек? – Мишель покачала головой. – Может…

- Если отправить туда еще – все попрячутся. – Вельда улынулась краешком губ. – Если Дэви отправится туда сам – его обязательно грохнут. А гвардейцы Моры Корру знают как свои карманы. А уж с ведьмами…

- Знаешь, что это? – Я продемонстрировал герцогине свиток.

- Идиот! – Женщина зашипела, как рассерженная кошка. – Это же «золотой свиток», его на улице, первым встречным не показывают! Ты его хоть разворачивал? Читал?

Я помотал головой, вызвав у Мишель тот самый хлопок по лицу, который тут еще не называют «фэйспалмом».

- Дэви… Даже если он не понадобится тебе прямо сейчас, само его существование – самая лучшая гарантия твоего здоровья! На моем веку – это третий свиток, который выписал Его Величество! Спрячь его на замковом камне, чтобы даже муха не села!

Да уж, вот тебе и привет от Дюма и его «Трех мушкетеров»!

Спустившись на -7 ярус, прямо у замкового камня развернул свиток.

Именной…

«Податель сего, граф Дэви Тхейми, лорд Грая, владетель Корр-ан-Тирр, действует в интересах государства. Любое его требование – моё! Его Величество Бартоломеус Фингруд III»

Длинный завиток росписи золотыми чернилами, личная печать и еще один оттиск – королевского перстня-печатки.

С такой бумажкой можно в любой дворянский дом входить с ноги, срать на лужайке и вытирать жопу свадебной фатой…

От греха подальше, убрал свиток под основание камня, в тайник, в котором уже лежало кое-что, отложенное на «черный день».

Странный он бывает, Его Величество, очень странный…

Качая головой, потопал наверх.

Война – войной, а кушать хочется всегда…

- Думаешь, «ББ» вложилось в переворот? – Вельда искоса посмотрела на герцогиню, сидящую напротив.

- Колдуны, ведьмы, Универра, Ковен… - Я отложил в сторону вилку и взялся за бокал с красным вином. – Все это слишком лакомый кусок, чтобы оставлять в руках какго-то графа, на которого нечем надавить. А церковь очень не любит тех, на кого нельзя надавить. И точно ненавидит тех, кого нельзя просто взять и убить. Так что, да, скорее всего, в центре всей этой заварушки будет именно «ББ». Ну и немного тех, кому я прищемил хвост, расширяя границы.

- То есть, еще и соседи… - Герцогиня поцокала языком. – Умеешь ты, граф, заводить друзей!

- С друзьями-то у него, как раз, все в порядке… - Вельда невесело рассмеялась. – Их просто нет!

Сучка…

Я вздохнул.

Увы, она права.

С друзьями у меня тут как-то не заладилось.

Точнее, с влиятельными друзьями.

Разве что Его Величество можно с натяжкой назвать другом, но это не в счет, это – другое.

Тут уж впору вести речь о братке, который крышует меня, за мзду немалую…

Еще бы не храмовники, но…

Увы, религия тот самый опиум для народа, который в производстве дешев, но обходится бесконечно дорого…

- Может быть, стоит договориться? – Герцогиня повертела в руках вилку и отложила ее в сторону. – Откупиться, в конце-концов?

- Откупиться… - Я почесал затылок. – Можно откупиться. Только твои деньги против тебя же и используют. Церковь не понимает слова «честь», «долг» или «порядочность». Церковь это всегда страдания, мзда и фальшивка. У церковников нет ничего человеческого, кроме служения своему божку, а кто служит богу, тот на людей срать хотел.

- Но ведь есть святые… - Мишель не дал закончить фразу хохот Вельды.

- Давайте сменим тему. – Попросил я. – У нас ведь обед, а не обличение церкви, чьи личные земли используются исключительно для обогащения церкви, причем используя фактически рабский труд и доверчивость своих прихожан.

Герцогиня покачала головой, но от темы, спасибо, отказалась.

- Чем дальше займешься? – Вельда пригубила вина, поморщилась и отставила бокал в сторону.

- Всегда найдется чем заняться, даже если все дела сделаны. – Я многозначительно фыркнул, искренне жалея, что Его Величество заблокировал наш с соседом поход за зипунами на другой берег Гну.

- Может, махнешь в Люпинск? – Вельда, язва…

Так и знал, что Арлинн мне будут припоминать!

- Нет уж, лучше махну в Седьмой город, там точно будет безопаснее! А еще лучше – пойду и завалюсь дрыхнуть, граф я или нет?!

- Да, когда ты спишь, ты такой милый… - Вельда отложила салфетку с колен на край стола. – Пока храпеть не начинаешь!

А вот это была уже совсем наглая клевета – я никогда не храплю!

Даже пьяный, даже лежа на спине!

***

- Рассказывай… - Я оглядел место побоища и уставился на Мору, пытаясь понять, с чего это так моя личная гвардия разошлась, что наглухо спалила 12 домов зажиточных горожан и теперь стоит в полном составе и поедает меня глазами, в которых нет ни искорки сожаления! – Мора, не нервируй меня!

Мора открыла и закрыла рот, словно рыба, выброшенная на берег.

Судя по участкам, дома были совсем не из «простых» - фруктовые деревья, судя по остован – два, а то и больше, этажа, дорогие цветы на клумбах, изрядно вытоптанные.

- Мора… Кого вы тут спалили?!

- Банк «Ланко», банк «Сукерра», банк «Феррик», заемная контора «Борчи», заемная контора «Шарген и сын» и четыре букмекера. – Мора набралась таки смелости и у меня в животе завязался крепкий такой, узел. – Все дома арендовались для «персонала», но на самом деле в них проживали…

Я поднял руку, останавливая Мору и оценивая возможный ущерб.

Правда, не хватало вводных данных, но это я сейчас уточню…

- Семьи банкиров?

Мора расплылась в улыбке.

- Можете не сомневаться, все выжившие члены семей переданы ковену! – Мора «пожирала» меня глазами, в которых заплясали веселые бесенята неподдельного счастья. – На данный момент (о как завернула, явно меня наслушалась!) получены неоспоримые доказательства сотрудничества вышеназванных банкиров и эмиссаров «ББ», а так же нескольких разведок иных стран…

Та-а-а-а-а-а-ак…

Шизда.

Мне искренне захотелось подойти к недогоревшей стене дома и пару раз крепко-крепко приложится об нее лбом.

В том, что банкачи и «Братья Божии» спелись – это я даже не сомневался, это давно обрабатываемый вариант, как и связь банков с разведкой.

Но, блин, Мора…

Сейчас по всему графству хлынет такой поток говнища, что я рискую просто захлебнуться!

И хрен с ними, с конторами займа – за них мне весь народ спасибо скажет и песню споет, но вот банки, в которых лежат немалые средства очень важных людей – это жопа товарищи!

- Рядовых сотрудников, после проверки, ковен обещал отпустить. – Мора улыбалась все шире, шире и шире. – Уже завтра банки будут работать как обычно, никто и не заметит!

Ну да, конечно, никто не заметит…

Да Его Величеству, поди, уже донесли!

- Половину имущества арестованных, как Вы и приказали, отправили в Столицу… - Мора меня добила. – Получилось около трех телег барахла, мазни всякой. Животных отправлять не стали, заменили на драгоценности.

Это точно шиздец…

Я прикрыл глаза и покачался с носка на пятку, представляя, что, скорее всего, по мою душу уже мчат королевские пристава и надо срочно мчать в замок, доставать королевскую индульгенцию и…

- Милорд… - Троица королевских следователей, включая и Мишела появилась тут как тут, словно напоминая, что не стоит будить Лиха, пока оно тихо. – Его Величество просит Вас прибыть немедленно!

Ну, пока «просит» - еще не все потеряно, авось и вывернусь!

Выдохнув – семь бед – один «резет»! – отдал Море последние указания и пошел сдаваться следователям, настроенным крайне благожелательно, что не могло не радовать.

Забравшись в карету с королевским гербом, черную, как ночь с черной же четверкой лошадей, уселся рядом с Мишелом, напротив его более старших по званию, товарищей.

- Хорошая работа, граф. – Старший следователь, едва закрылась дверь, протянул мне металлическую фляжку, с драконами и девизом: «Ценность – в разумности!». – Давно было пора прижать этих ростовщиков!

- Плохо, конечно, что не согласовали операцию с нами, но, возможно, это даже и к лучшему… - Второй следователь откинулся на спинку сиденья и принялся разминать шею. – По-крайней мере, так сведения об арестах не ушли на сторону. Но, крайне плохо, что вы передали задержанных ковену и теперь размотать всю цепочку будет крайне сложно!

- Я договорюсь с Мрратхой и вы сможете побеседовать с нужными вам людьми. – Я прикидывал способы «взаимовыгодного сотрудничества», понимая, что насколько бы не было мое графство вольным, Его Величество эту вольницу может и прикрыть. – Заедем по дороге?

- Это было бы крайне положительно рассмотрено нашей службой! – Следователь с фляжкой широко улыбнулся. – Служба королевских следователей высоко ценит дворянство, идущее на сотрудничество!

Эх, все как всегда – хочешь спокойной жизни – делай мелкие подарки государственным службам!

Вихрем пролетев по центральным улицам до здания ковена, карета замерла у входа, выпуская нас, всех четверых, наружу.

- Милорд… - Мишел церемонно открыл дверь, впуская нас в прохладу здания и что-то вкладывая незаметно мне в карман. – Прошу!

Старая ведьма, сидящая на «вахте», при виде меня расплылась было в улыбке, но увидев королевских, хмуро выгнула бровь.

- Гээна, Мрратха у себя?

- По коридору, по лестнице на -2 этаж… Аудитория 004. – Ведьма подмигнула мне. – Проводить?

- О, нет, дорогу я знаю! – Я малость обалдел.

Минус второй этаж в ковене одно из самых защищенных мест, попасть туда «просто так» невозможно!

А значит, ведьмы приготовились ко всему.

Эх, жисть ты моя, жистянка!

Лишь бы не подрались!

Пройдя по коридору и спустившись на минус второй, вежливо постучал в дверь и, не дождавшись ответа, толкнул ее от себя.

Чертыхнулся и потянул на себя.

Судя по составу, в комнате готовились принять «последний и решительный», потому как иначе всю эту братву вместе хрен соберешь!

Вон, даже старичье мое в «полной боевой».

Выглядят забавно, конечно, но вон та хреновина, что в руках у Альберта Генриковича, не иначе как старый, добрый «Фауст-патрон», а ряд пробирок перед химиком уж больно ядовито опалесцируют зеленым…

- Граф? – Мрратха сделала шаг вперед. – У вас все в порядке?

- Да, Мрратха. – Я помахал обеими руками, мысленно надеясь, что мой знак расценят правильно, а не пальнут из базуки! – Заехал с господами следователями попросить о содействии. Допустите следователей к арестованным, у королевской службы много вопросов и…

- С большим удовольствием. – Ведьма выдохнула. – Думаю, нам есть чему поучиться друг у друга!

О, мля…

Вот только не это!

Королевские следователи-дознаватели это и без того компания отшибленных напрочь людей, а с ведьмовскими средствами!

- Госпожа Верховная ведьма… - «Фляжечный» расцвел в улыбке. – Думаю, это будет, несомненно, поучительное сотрудничество!

Всё.

Шизда.

Если они споются, придется открывать еще один факультет судебно-медицинской экспертизы!

И Универра станет не просто «обителью знаний», но и оплотом «королевского террора»!

- Универра так же окажет любое содействие в данном деле. - Сигизмунд Иванович просто расцвел в улыбке. – И в дальнейшем, наш преподавательский состав всегда будет оказать посильную помощь!

Ну, вот о чем я и говорил.

Его Величество отправит сюда десятка три своих людей и все, пропала свобода!

- Господин граф, милорд… - Следователь-без-фляжки приосанился. – Этот, пусть пока и словесный, договор, может стать новой вехой в деле защиты королевства от нежелательных элементов!

Ага.

Вы будете отлавливать, ведьмы вытаскивать информацию, а старичье готовить вам свежих инспекторов.

Учитывая моральную накачку, лет через десять-пятнадцать, идейно подкованные, прошедшие крым и рым инспектора с легкостью захватят власть в королевстве и начнется постройка социализма!

Блин.

Звучит не очень, но…

Оставив «фляжечного» в комнате, поднялись наверх и пешочком дошли до зала перемещений, откуда, оплатив сбор из моего кармана, дружно перенеслись в Столицу.

К моему удивлению, Его Величество принял меня сразу, был весел, благодушен и, подхватив под локоток потащил куда-то вдаль по анфиладе дворцовых комнат, оставив следователей стоять на месте.

На пятом переходе, после третьей лестницы я вообще потерялся, а после еще двух лестниц и вовсе перестал понимать, куда меня тащат столь целенаправленно.

Выдохнув, начал прислушиваться к словам Его Величества, внезапно осознав, что и тут понимаю только малую часть проговариваемого.

Какие-то фамилии, техники, года жизни, затраты на поиски, астрономические суммы непонятно за что…

Еще после десяти минут метания по коридорам и лестницам Его Величество вывел меня в огромный зал без окон, ярко освещенный магофонарями, по стенам которого были развешаны сотни картин!

Часть картин на стенах уже не помещалась и по центру зала поставили подставки, на которые взгромоздили картины всех форм и размеров, в золоченых рамах, а то и вовсе без них.

Вокруг некоторых картин велись работы – один мастеровой люд с молотками и затравленными глазами суматошно доколачивал подставки, а другой – чисто магический – развешивал над вновь поставленными картинами магическое освещение, сверяясь толи с тенями, толи с отражениями.

- Двенадцать утерянных полотен! – Его Величество отпустил мой локоть и благоговейно замер. – Вайрер, Дрикс, Моланже, Баг-Тоффер, Кристи… Дэви! Это же целое состояние! Остальное барахло заберешь, когда будешь возвращаться…

Фингруд III потащил меня вдоль ряда устанавливаемых картин, тыча пальцем в каждую и объясняя, сколько она стоит, когда «потеряли» и кто автор.

Пейзажи, пара морских зарисовок, нагие красотки верхом на лошадях, натюрморты…

От стоимости, от количества нолей, хотелось рвать волосы везде, где я их оставил!

«Всякая мазня», отправленная Морой, по стоимости была как три военных корабля!

Пообещав себе прибить доблестную гвардейку, натянул улыбку и продолжил рассматривать экспозицию.

- А Борна я подарю жене… - Его Величество сдернул белоснежное покрывало с отдельно стоящей картины и я присвистнул.

Да уж, от Борна бы и я не отказался!

Изображение на картине казалось объемным, водопад словно низвергался с высоты, разбиваясь на играющие всеми цветами радуги, брызги.

- Прекрасная работа… - Выдохнул я.

- У Борна всего шесть работ, три у меня есть, это – четвертая. – Его Величество расплылся в улыбке и окончательно добил меня стоимостью.

Все, решено!

Мора теперь будет пахать, как папа Карло, пока не отработает всю сумму!

- Дэви… Не зря я тебе «индульгенцию» выдал, ох, не зря… Теперь можешь с полным правом дописывать к титулу «лорд Грая»!

- А «Грая» это где? – Вырвалось у меня непроизвольно.

- Грая – это каменистое плато, северу от твоего замка. – Его Величество усмехнулся, всем своим видом давая понять, какая же я «деревенщина». – Когда-то там стояла крепость, но, с годами, королевство разрослось и крепость стала не нужна. А вот надел – остался. В принципе, он и так твой, но теперь можешь там делать что угодно!

Ага.

Помнил я этот кусок пустой скалы.

Только не знал, что он – королевский, в принципе…

Обойдя выставку еще раз, получил «ай-яй-яй» за вздернутых банкиров и твердое обещание поддержки в делах с «ББ», которые, оказывается, уже прибегали и жаловались, что две сотни их послушников злобный граф отправил добывать серебро, глубоко под землю.

Мысленно представив себе что же еще я не успел узнать у Моры, распрощался с Его Величеством, отказавшись от сумрачного блага королевского ужина.

Знаю я эти «ужины» - снова буду сидеть как дурак, в окружении лиц, которых никогда не видел и пытаться понять за что отвечает каждая из десятка, вилок.

- Барахло свое не забудь! – Напутствовал меня Его Величество, отечески хлопнув по плечу. – И, в следующий раз… Помягче с людьми, помягче… Особенно с такими…

Сделав морду умной собаки, вышел во двор и присвистнул.

В очередной раз.

От трех телег, в принципе, осталось две с половиной, так что возвращение обойдется мне в копеечку, придется прибегать к непопулярным методам – то есть, заставлять ведьму-телепортера работать даром на своего господина.

Впрочем, я этим особо не злоупотребляю, так что, думаю, особых обид не предвидится.

Отловив начальника охраны, получил разрешение на вывоз барахла, сопровождающих и новых возничих, потому как старых уже отправили домой.

Ага, пешим порядком…

Наш Его Величество иногда такой жмот…

Выкатившись из ворот дворца почесал затылок – народу вокруг столько, что с этими телегами я у «перехода» буду только к утру!

- Пяток золотых и дорога будет чистой! – Хмыкнул офицер сопровождения, получил искомое и…

Н-да-а-а-а-а, постоянно забываю, что здесь вам не тут!

Как не крути, но Фаланкирр это больше европляндия, чем Русь…

А чем отличается среднестатистический европляндец от наших?

Верно!

Послушностью!

Пара ударов, десяток криков и…

Чистенькая дорога!

Загнав телеги на площадку перехода, пошел договариваться с ведьмой.

К моему удивлению, весь пяток присутсвующих ведьм и колдунов-дорожников восприняли возможность поработать «безвозмездно – то есть даром», на ура!

Как выяснилось, новость о ростовщиках, пущенных под нож вспыльчивой Морой уже прилетела в Столицу.

Так что, должники, в которых оказались и сами ведьмы, и некоторые члены их семей, избавившись от дамоклового меча бесчетных процентов на проценты, готовы были расцеловать своего графа.

А вот прогуливающийся неподалеку наблюдатель от «ББ», при виде меня скорчил такую морду, что мне пообещали отправить его в туалет, денька на два-три.

Заодно и вес сбросит, старый прохиндей.

Получив свою порцию поцелуев и обещаний, уселся в телегу и прокатился в открытое окно портала, прямиком в замок.

Под ласковые очи Вельды и мечущие молнии – герцогини!

Глава 9

Сидя с удочкой на берегу озера, отчаянно позевывая и матерясь, смотрел на стоящий недвижно, поплавок.

Вот, честное слово, не знал бы, что рыбалка успокаивает нервы – давно бы бросил ее, к чертовой матери!

А нервы успокаивать надо, надо, надо!

Вон, от меня уже даже Мора шкерится по углам, причем не одна, а со всей своей гвардией!

Так что дороги между городами в графстве стали просто исключительно безопасными, ростовщики забились по своим домишкам, строча жалобы, что-де граф их притесняет, а ведьмы со стариками и вправду наглухо скрышевались с королевскими следователями и теперь королевских банкачей трясут везде.

Вообще – везде.

И если у меня в графстве были исключительно филиалы, то вот в Столице, «центральные офисы» пердят от страха так, что хоть в противогазе ходи!

Впрочем, у ростовщиков есть хотя бы основания жаловаться – проглядев этот момент изначально, теперь у себя в графстве я им продыху не даю.

Более того, глядя на их подвалы и набитые сундуки, сделал пердимонокль – открыл в своих городках самые настоящие конторки микрозайма, сразу ограничившись 3%, а то знаю я…

И себя – тоже.

Процент невелик, займы мелкие, но вот их количество…

Те несколько мешков с золотом, что были в телегах – то-то я думал, а чего это колеса наружу выворачивает! – разошлись по рукам в три дня и пришлось лезть в кубышку, «зачерпывая еще».

Через неделю, когда казалось, что все, капут, заигрался, пошли первые возвраты и…

Я, в принципе, выдохнул.

Конечно, были и такие, которые брали деньгу, сразу не думая отдавать, но с ведьмами шутки плохи.

Так что и тут все не по земному стандарту пошло.

Но, стариков надо будет слегка охолонуть, а то знаю я их манеры, эта «смычка» мне и на дух не нужна в графстве, ибо нефиг!

Плюнув на рыбалку, отложил удочку, разделся и влетел в воду.

В самом прямом смсле этого слова – поскользнулся на ровном месте и полетел вверх тормашками.

Ободрал о камни лицо, сбил руки и разбил колено.

Понятно, что магия не дала взвыть от боли, залечив все почти мгновенно, но осадочек остался, остался, не скрою.

Махнув рукой на «честно-нечестно», слегка помагичил, помогая легким и нырнул.

Звезды всемогущие!

Благодать-то какая!

Тишина!

Эх, ласты надо сделать!

Спустившись до самого дна, огляделся по сторонам и принялся бродить, разглядывая прелести подводной жизни и подумывая, а не перебраться ли сюда насовсем?!

А что?!

Между прочим очень тихо, мирно, вон, рыбешка рыбешку догрызает, какая-то хрень с тентаклями сзади к ним пристраивается, наверное, сожрет пожирателя…

Оставив в покое озерных обитателей, задрал голову вверх.

А на верху сейчас жарко, кстати.

А тут…

Я оттолкнулся и неторопливо поплыл по-над дном озера.

Камни, водоросли, рыбка, снова рыбка, рыбка побольше, рыбка поменьше, снова камни.

Затонувшая лодка, с торчащими из нее переплетенными руками.

Снова рыбка.

Лодка?!

Вернувшись назад, опустился к лодке и принялся рассматривать место трагедии.

Судя по всему…

Я вздохнул.

Судя по всему, это была какая-то парочка.

Остатки одежды уже почти развалились, но вот украшения, причем очень неоднозначные, все так же валялись на дне лодки, рядом с окованным сундучком и целеньким на вид, добротным, бочонком.

Не по-человечески как-то это…

Почесав нос, скастовал «облегчение», зацепил лодку за обрывок цепи на носу и потащил ее к берегу, неторопливо и плавно, чтобы, не ровен час, не рассыпалась.

Потешная стайка рыбок проводила меня почти до самого начала песчаного языка, переходящего в пляж, а потом, вильнув хвостиками, вернулась к себе в глубину.

Переход из водной среды в воздушную всегда удавался мне не очень – легкие горят от притока сухого воздуха, вода хлещет во все стороны…

И это я еще не глубоко влез, метров 15-20, вряд ли больше!

Отдышавшись и отплевавшись, оторвал взгляд от спокойной глади воды, на которой тихо качалась облегченная лодчонка и…

- Дэви! Ты чем нас накормил?! – Две разъяренных фурии стояли у кромки воды, глядя на меня так, словно хотели убить.

А может и вправду хотели, вон, герцогиня начала злобно раздеваться, да и Вельда уж больно демонстративно засучивала рукава.

От греха подальше решил снова уйти в глубину, но забыл о лодке за спиной, стукнулся голенью и со всего размаха рухнул на борт.

Хорошо, что мимо уключины.

Плохо, что копчиком!

Теперь могу сказать точно – звезды днем видно!

Пусть и не очень отчетливо, зато – вообще все!

Отфыркиваясь и постанывая от боли, «излечился» и глянул на обеих женщин взглядом, от которого обе здравомысляще сделали шаг назад и замолчали.

Умнички!

Злобно пыхтя, вытолкал шлюпку на берег и замер.

Сейчас, по идее, надо бы заняться разбором плюшек, но что-то странное повисло в воздухе.

Настолько странное, что я, от греха подальше, окутал погрызанную лодчонку «сферой защиты» и, пройдя мимо женщин, принялся одеваться, дав себе слово вызвать знакомого инспектора и пусть уже он разбирается с моей находкой.

А я пока разберусь с обеими красавицами, мечущими из глаз громы и молнии на мою, и без того больную, голову!

***

«Вдруг, окуда не возьмись, появился зло…»…

Я продекламировал знаменитый стишок, смысл которого познал еще в детстве, на собственной шкуре и вздохнул.

- Одевайтесь, красавицы…

Обе дамы принялись натягивать скинутые платья, бросая на меня очень многообещающие взгляды.

Надо бы подобные осмотры ввести за правило, а то, мало ли, сожрут еще какую-нибудь гадость, а я заражусь от них!

Шучу, разумеется.

Заразиться я не смогу.

Но вот насчет «сожрать», как я понял, это обе дамы запросто!

Сожрали же они что-то в этот раз!

Причем, давно сожрали.

Только последствия начали вылазить только сейчас.

У Вельды, вон, снижение потенциала на 20%, а герцогиня, если бы не таскала мой подарок, так и вовсе сейчас бы лежала и, простите за интимную подробность, дристала бы дальше, чем видела!

Причем, только у этой парочки, я проверил, а значит…

- Спорим, ты все-таки накормил нас калманом! – Вельда принялась помогать зашнуровываться герцогине, время от времени ойкающей. – Других вариантов просто нет!

- От калмана обосрался бы даже я! – Мое признание выглядело несколько странным, но…

Да, я навел справки в ковене.

И получалось, что калмана можно сожрать от большой голодухи, но вот последствия вылезают сразу и это точно не сыпь, диарея и снижение потенциала мага\ведьмы.

Там, скорее, резкий скачок в развитии, от которого среднестатистического мага просто разрывает на клочки, как хомячка от капли никотина!

- Думайте, дорогие, думайте! – Я отвернулся и пошел мыть руки, искрене сожалея, что эти две заразы, получив команду «одеваться» принялись добросовестно одеваться!

Эх, такая вымытость пропадает!

- Дэви! – В дверь постучалась Ольга. – Мишел прислал «мелкого», говорит, есть подвижки!

Ну, хоть какие-то новости!

Сбросив халат, оставил дам дооблачаться и выскользнул за дверь.

Даррэ я вызвал через Ксюху, а через час младший инспектор снова умчался в Корру, потом вернулся уже с группой, которая облепила найденную мной шлюпку так плотно, что оставалось мало надежды, что мне что-то достанется.

Так что я из своей вечной пофигистичности просто махнул рукой – будет, как будет.

За двое суток, пока я возился с любовницами, Даррэ и семеро его подопечных возились с моей находкой, то и дело мотаясь то в Корру, а дважды даже и в Столицу!

Что-то у них там не ладилось…

А вот теперь Мишел снизошел, так сказать, до разговора…

Забравшись в седло, отпустил поводья и потрепал Рубика по его шелковистой гриве.

- Поехали на берег, Рубик!

Конь фыркнул, поиграл ушами и неторопливо порысил в сторону озера.

Умная у меня коняга!

Иногда кажется, что намного умнее меня.

А иногда даже и не кажется.

Поглядывая по сторонам, мысленно готовился к плохим новостям.

Все верно – у меня, в последнее время, все новости какие-то плохие.

Не совсем «жопа-жопа, мы все умрем», но где-то рядом.

Внезапно Рубик остановился, едва не сбросив меня головой вперед, прямо в кустики цветущего мелкими, золотыми цветочками-звездочками.

«Огневник»?!

У меня отвисла челюсть.

В наших краях этот редкий ингридиент для зелий отродясь не встречался!

Не его это место, ему надо более прохладные места!

Спрыгнув с Рубика, обошел кустик вокруг, рассматривая диковинку и попутно пытаясь понять, откуда он тут взялся?!

Если я все правильно понял, его кто-то припер сюда, высадил, заботливо полил, вкатив немерянно силы!

И ради чего?!

Через месяц, крайний срок через два, этот кустик тут подохнет, зачахнет от «не своего» места и пропадет задарма!

Вздохнув, пожалел бедолагу – «зачерпнул» сферой защиты, вытащил из почвы и «облегчил», потащив за собой на берег.

Можно было и вернуться в замок, но так я минут сорок потеряю, а в сфере «Огневнику» будет комфортно.

А вернувшись в замок, высажу его в парник, к другим своим редкостям, авось и приживется.

Забросив повод Рубику на седло, поплеся пешком – ну не получается у меня делать два дела сразу, одновременно!

Я либо с коня гробнусь, либо сферу упущу!

Помянув недобрым словом странного садовника и зацепившись пару раз за кусты чертополоха, выбрался на пляж, под полуденные лучи светила.

- Милорд! – Ко мне подскочил младшайший из младших следователей, норовя взять повод.

- Не советую. Обязательно либо укусит, либо копытом приголубит! – Честно предупредил я парня и, похлопав Рубика по крупу, отправил пастись и купаться. – Веди…

За пару суток пляж слегка изменился – появилась огромная палатка, накрывающая с лихвой всю шлюпку, песок, конечно, злостно истоптали…

Я принюхался.

Ну, хоть туалетом не пахло, что не может не радовать…

- Входите внутрь, его преосвященство вас ожидает! – «Младший» тяжело вздохнул.

«Так… Какого хрена это преосвященство делает на моем пляже?!»

Скажу честно, очень сильно хотелось посмотреть, как «преосвященство» блинчиком поскачет по глади озерной водички и непременно потонет на самой середине!

Сдвинув в сторону полог, вошел в палатку.

- Ваша Светлость! – Стоящий ко мне спиной мужчина обернулся и, широко улыбнувшись, протянул руку. – Рад с Вами познакомиться. Меня зовут Огюст Трени, я новый представитель ордена «ББ»… О, нет, не в вашей области!

Мужчина замахал руками, видя, как я меняюсь в лице.

- Моя основная задача такая же, как и у следователей Его Величества – соблюдение Закона и Порядка, только, в прошедшем времени…

- Не понял… - Честно признался я.

- Я больше архивариус и специалист по прошлому…

- Археолог… - Дошло до меня.

- Вижу, вы действительно образованный человек… - Огюст расплылся в улыбке. – Да, именно так! Получив сведения о Вашей находке, орден оказался в очень своеобразном положении – украшения и найденные печати относятся к времени становления нашего королевства, но… К нашим торговым партнерам, не к нам. Его Величество лично попросил меня как можно меньше беспокоить Вас и провести исследования как можно быстрее.

- А ботаникой, кроме археологии, Вы, совершенно случайно, не увлекаетесь? – Полюбопытствовал я, отчего-то уже зная ответ.

- «Огневник»… - Мужчина вздохнул. – Да, Его Святейшество Иконь благословил…

- Огюст… - Я тяжело вздохнул, в принципе уже не особо-то и желая начинать все заново да ладом. – Лучше бы вы его сразу привезли во дворец, чем тайком высаживали на тропинке, по которой я езжу к озеру…

Мужчина в ответ покраснел.

Может, не все и потеряно для «ББ»?

- Я приношу свои извинения.

- Принимается. – Улыбнулся я. – А теперь, поделитесь, что же я такое нашел на дне озера? И кого именно?

- О! А вот тут-то и самое интересное! – Святейший археолог расцвел, понимая, что продолжения неприятной темы не будет. – Перед нами шлюпка из берсова дерева, сейчас такие не производят – берсовы леса остаются лишь на островах и любое строительство будет нерентабельно. Лодке этой не менее ста-ста пятидесяти лет, из которых, как минимум сотню она провела в сильно соленой воде…

- Озеро – пресное! – Вырвалось у меня.

- Есть основание предполагать, что в озере лодка провела не более 3-5 недель! – Огюст развел руками. – Все сделанные опыты подтверждают именно это предположение и никак иначе! Повреждения, полученные лодкой, не могли произойти на озере. Так что…

- Лодку кто-то принес в озеро?! – Я малость офигел. – Но, зачем?!

- Кто-то… Или, скорее – «что-то». Я подозреваю спонтанный перенос… - Трени потер руки и вздохнул. – Возможно…

- Только ни слова о «Провидении Божиим»! – Взмолился я.

- Хорошо, оставим это. – Покладисто согласился «Его Преосвященство». – В лодке обнаружены скелеты мужчины и женщины, многочисленные украшения, продукты питания в герметичной упаковке, а так же окованный сундучок с документами и зачарованный бочонок с предметами роскоши, предположительно…

Мужчина помрачнел.

- Что-то не так, Огюст? – Я огляделся по сторонам, пытаясь понять, а куда, собственно говоря, подевались королевские следователи?!

- Все не так. – Мужчина тяжело вздохнул. – Документы, драгоценности, скелеты, украшения – все принадлежит правящему дому Леттер-Шар-Валли, сгинувшему как раз в то время. Считалось, что король Унгор стал жертвой заговора своей свиты, уничтожевшей всю его семью, но, согласно документам в лодке, костям… Весь «заговор» оказался делом рук его старшей дочери, страшно желавшей выйти замуж за человека, к царственным фамилиям отношения не имевшего. Устроив поджог, принцесса Сива и ее избранник взошли на борт торгового судна, которое должно было перевезти их к нам, но по пути налетел ураган и капитан откупился от злых сил принцессой, ее избранником и всеми их ценностями, уступив дорогую шлюпку. Королевские следователи сейчас проверяют записи в портовых книгах на наличие прибытия «Суангаменны» и, если корабль с таким название был, то…

Огюст помрачнел.

- Огюст, прекратите, пожалуйста. – Я махнул рукой. – Прошло уже сто лет, кому какое дело по поводу всей этой неразберихи?! Право слово, вы открыли просто еще одну тайну, не более. А таких тайн на дне любого океана хоть пруд пруди! Лучше скажите мне, что будет с найденными ценностями?

- По совместному решению Его Величества и Его Святейшества, все, найденное вами, передается вам! – Трени шмыгнул носом. – Это кошмар! Катастрофа! Редчайшие документы! Уникальные записи! Все, что должно храниться в библиотеке Столичного Храма – оставить какому-то графу-колдуну! Который, просто все продаст или выбросит!

Мужчина схватился за волосы на голове и с силой себя дернул за них, оставляя в руках роскошные, каштаново-золотистые локоны!

Пару секунд я взирал с отупением на произошедшее, а потом…

Схватил бедолагу Огюста едва ли не за уши и рванул из палатки на всех парах, стараясь свалить от проклятого места как можно дальше!

Что же, теперь сложился и «милостивый подарочек» от властьпредержащих, и отсутствие следователей и странная бледность Огюста, его вырванные волосы и блестящие глаза.

Нет, не проклятие ведьмы.

Радиация!

Эта чертова шлюпка фонила!

Да в жопу такие подарки!

Ладно я – магия жизни спокойно справится и не с таким, но вот окружающим придет кабзда!

И не «съели» что-то две моих красавицы, а хапнули дозу!

И «огневик» не просто так зацвел – растеньице тоже хапнуло дозу, начав мутировать!

Сцуко!

Я же сам, сосбтвенными руками, засрал себе весь пляж, притащив на него эту чертову находку!

У-у-у-у-у-у!

Хотя, с другой стороны, эта хрень засрала мне все озеро и, не вытащи я все это на берег, могло быть и хуже!

Оттащив святошу-археолога на полкилометра, активировал излечение и еще, и еще раз.

От переизбытка сил, бедолагу Огюста плющило, колбасило и таращило.

А меня трясло от злобы!

Ну…

Так и подмывало отправить «подарочки» обеим «главам», но здравый смысл оказался сильнее.

Свистом подозвав Рубика и зацепив куст «огневика», закинул уснувшего монаха в седло и поплелся обратно в замок, уже решив, что буду делать.

Хотя…

Тут и решать-то нечего – явно все это барахло изрядно «прожарилось» в бета- и гамма-излучении, вон как Трени припекло, так что делать ему у меня в графстве нечего.

А все, от чего надо избавиться – для этого есть Ксюха!

Добравшись до замка, сдал растение Ольге, сладко спящего монаха – Миранде, а сам выдернул Ксюху и пошел заниматься чисткой пространства.

Конечно, дозиметра у меня нет, но…

- И не жалко? – Ксюха смотрела роскошный шатер и расчерченный круг вокруг него, диаметром метров десять, который ей предстояло забросить в «запорталье». – Красивый…

- Ксюха… Если тебе проклятую мантию подарят, ты ее носить будешь или избавишься? – Полюбопытствовал я.

- Скорее, подарю… Кому следует! – Ведьма блеснула глазами. – Дэви… За раз все не сделаю…

- Я тебя «подкачаю»! – Я понятливо улыбнулся. – Не боись, я тебя вылечу!

- И кристалл, на «улучшение»! – Потребовала хитрюга.

- Будет тебе кристалл. Сразу, как появится. – Я коснулся спины ведьмы. – Готова? Понеслись?

Ксюха активировала свое умение, я поддал «пару» и портал развернулся немного больше, чем я рассчитывал, отгрызая у пляжа и его чистенький песок, и шатер, со всем содержимым.

Синее окно портала свернулось в кокон, чавкнуло, пропихивая в себя нежданый гостинчик, а потом из него высунулось с пяток щупалец и принялись безжалостно хлопать по песку, словно угощение пришлось по вкусу и теперь неведомому жителю междумирья захотелось добавки!

Ксюха пискнула.

Портал закрылся, оставляя на берегу озера не успевшее отпрянуть щупальце.

- Ну и махина… - Вырвалось у меня. – Метров пятнадцать будет…

- Сейчас приберу… - Ксюндель, лапочка, открыла еще «окошечко» из которого высунулось щупальце, подхватило обрубок и, покачавшись из стороны в сторону, словно в знак благодарности, исчезло.

Следом из портала вылетел здоровенный булыжник и все, миссия по очистке, считай, благополучно завершилась!

Проверив каменюку, выдохнул.

Кусок скалы, ничего особенного, но…

Не спокойно мне!

Оставив Ксюху бдить, подошел ближе, положил руку на камень и прислушался к собственным ощущениям.

Ощущения были стремными.

Обойдя кусок скалы пару раз, почесал затылок и заставил ведьму избавиться и от него.

Просто на «всякий случай», из принципа!

В последний момент, когда каменюка протискивалась обратно в междупространство, мне показалось, что в нем кто-то ужасно заорал, но…

Скорее всего, просто нервы зашалили.

- Слушай, Господин, а ты уверен, что в озере какой фигни не осталось? – Бесхитростность Ксюнделя меня чуть не убила на месте.

- А ты вот этот вопрос не могла задать ДО ТОГО, как мы все отправили?! – Грозно полюбопытствовал я и принялся раздеваться.

Часа полтора нырял до одури, попутно полюбовавшись на голую ведьму, которая тоже решила освежиться.

Потом подлечил девушке слегка растянутые каналы, признавая, что поре ей усиляться и, одевшись, долго прикидывал, откуда брать песок, чтобы засыпать получившуюся, пятиметровой глубины, воронку, в которой уже начала собираться вода.

Разумеется, нихрена не придумал.

И вообще, для этих целей у меня есть Ольга, она по земному направлению, вот пусть у нее голова и болит!

Глянув на быстрозакатывающееся светило, наконец-то, по-настоящему, выдохнул.

Да, жалко «истории» и украшений, я бы их с удовольствием продал, но…

Легко пришло – легко ушло!

Ополоснув руки, мысленно попросил у озера прощения, что в него принесло такую хрень, развернулся и побрел в замок.

Теперь мне предстояла пара пустяков.

Проверить, кто хапнул дозу и доказать Огюсту, что я не варвар!

Глава 10

- Дэви… Постарайся не умирать, хотя бы лет пять, а лучше десять! – Требование Мрратхи меня просто убило! – Мы тут посчитали и, теперь понятно, почему прошлый граф Тхейми не вернулся.

- Так… С этого места подробнее! – Я принялся натягивать штаны.

- В определенный момент, Фаланкирр просто не даст вернуться тебе обратно. – Верховная ведьма погладила уже наметившийся животик и вздохнула. – Хотя, Альберт считает немного иначе – твои возвращения обусловлены насильственной смертью в тех мирах, куда ты попадаешь и, если ты умрешь там своей смертью, то есть – от старости, то обратно во Фаланкирр ты уже не попадешь!

- Нормально. – Я вздохнул. – Теперь осталось решить, как дожить до старости тут или как не помереть там…

Что очень затруднительно…

Отчаянно зевнув, оделся и с тоской посмотрел на парящую чашку кофе – в этот раз осмотр проводила сама Мрратха, так что вместо обычного часа все растянулось на целых пять, без перерывов и передышек.

- Дэви… Что ты знаешь о Сьям-Лици-Нга? – Ведьма вытащила кристалл осмотра и спрятала в свой бездонный карман, в котором бы и сам черт потерялся и уже никогда не нашелся.

- Вообще ничего. – Признался я и подхватил чашку. – Это где?

- Вот и я бы хотела узнать… - Ведьма покачала головой и наколдовала, то есть, так же как и я – украла ее.

Судя по тонкому фарфору и отменному запаху – увела из ресторана «Д’Анни», что в пяти кварталах от ковена.

Ресторан, будем честны, как и большинство пафосных заведений – откровенное говно с вечно прихреневшим поваром и вышколенным, но зажравшимся, персоналом, у которого и всей славы, что хороший маркетинг и отличное кофе.

Во всем остальном – та же говядина, только по цене коловарского осьминога, откармливаемого девственницами преступницами и оттого напрочь вымершего!

- Пошли… - Ведьма отставила пустую чашку и направилась к выходу из комнаты-лаборатории, которая за эти месяцы стала еще более напичканной звезды одни понимают каким именно оборудованием.

Выйдя из лабы и пройдя по коридору, спустились на три этажа вниз, постояли у двух охранниц, что-то записавших в амбарную книгу и вежливо пропустивших нас в самую настоящую тюрьму!

По десятку камер с каждой из сторон коридора и еще одна, в самом конце, рядом с которой замерла Вильфрида – ведьма, с которой даже Мора не рисковала связываться.

Ведьмы пошушукались, щелкнул ключ в замочной скважине и я мы оказались в коротком коридорчике, от стен которого несло нешуточной угрозой.

Еще одна дверь и…

Ну, это помещение сложно назвать камерой, конечно – скорее, апартаменты для особых задержанных.

Например, для миниатюрной японки, устроившейся в центре комнаты совершенно голой.

- Знакомься, граф. Аканэ Амай. Ближе подходить не рекомендую – либо убьет, либо трахнет и не известно, что хуже. – Мрратха коротко хихикнула. - Аканэ жутко ненавидит мужчин и к тому же – нэкомата…

Девушка при этих словах изящно изогнулась, сделала кувырок и вот уже по ковру с высоким ворсом идет ко мне белоснежно-белая кошечка, нервно нюхающая воздух.

- Надеюсь, хоть не глухая… - Вздохнул я и присел, совершенно забыв о предупреждении ведьмы.

В следующую секунду белая молния промелькнула по-над ковром и расплылась у меня на руках, уютно устраиваясь и сворачиваясь в клубочек.

- О… А ты ей понравился! – Мрратха расхохоталась. – Обычно она с такой скоростью только глаза норовит выцарапать!

Привычно проведя кошке за ухом, пожал плечами.

Нет еще такой кошки, которая бы ко мне не ластилась.

Хоть домашняя мурлыка, хоть дикошаря пантера – кошки меня любят!

Точнее, разумеется не меня, а ауру жизни, окружающую меня.

- Мур-р-р-р-р-р… - Кошка вновь обернулась девушкой и плотнее прижалась ко мне. – Сладкий мальчик!

Ну, блин, ясно-понятно, что не девочка!

- Интересно, если Вельде сказать, долго ты протянешь? – Верховная Ведьма ехидно улыбнулась.

- Вельда нормальная, а вот герцогиня ее точно грохнет, снимет шкуру и подаст на стол, предварительно обрубив лапы. – Вздохнул я. – И скажет, что кролик…

Держать на руках мимишную, миниатюрную японку было прикольно.

В отличии от Мишель или Вельды, весила она реально как кошка и сладковато пахла.

Потискав тонкую тушку, со вздохом опустил девушку на пол.

Миг и на ковре стоит полностью одетая в легкую кольчугу воительница с торчащими из-за спины рукоятями сабель и разъяренно блистающая черными очами.

- Мне нужен только ключ! – Девушка потянулась было к оружию, но отдернула руку. – Только ключ!

- Без понятия. – Я развел руками. – Есть изображение? Или хоть описание?

- Ты его видел! Ты стоял с ним рядом! Тв касался его! – Аканэ сделала шаг ко мне и протянула руку. – Коснись и я тебе покажу!

Да, уж блин, показала так показала!

Я чуть не обосрался, в самом прямом смысле этого слова!

***

Говенный мирок у нэкотян, прямо скажу – отвратительный!

Будь моя воля, я бы количество нэкошек сократил бы процентов на девяносто!

А еще лучше – на девяносто пять!

И даже не потому что они, как истинные самураи развлекаясь резали крестьян, а просто за их гадливую привычку выеживаться там, где этого совсем не надо!

Работают люди – и пусть работают, что тебе, хвостатой твари, надо?!

И ладно бы ты страхом питалась или жрать тебе было нечего, так ведь нет – просто длинну когтей захотелось проверить!

А ведь кроме нэкошек есть кицунэ, которые, по большой правде, тоже говно.

И как вид, и как стиль жизни.

А вот планетка хорошая, без наклона оси, с парой лун и нежным солнышком, которое дарит поверхности ровные двадцать четыре градуса, плюс-минус три градуса в разные стороны.

И жить бы могли все три вида спокойно – и места хватало, и корма, но нет – всем этим магическим перевертышам «просто жить» - было скучно.

Да, на многочисленных островах, при появлении нечисти народ брался за сети и копья, быстро объясняя и кошкам, и лисам зачем им хвост задирают, но вот на всех трех континентах…

А ведь были людские города, были!

И какие были города!

Легкие, изящные, ажурные, наполненные магией и…

Совершенно вырезанные ордами четырехлапых убийц, так и не освоивших простую аксиому, что торговать и строить намного интереснее, чем воровать и разрушать.

Не удивительно, что последнее побоище стало закатом лисе-кошачьего господства, пришедшего на Маррину откуда-то из параллельного мирка, который они вконец измордовали.

Там всем четырехлапым дали пинка.

А тут…

Тут пришлые расплодились, но как были индивидуалистами – так и остались.

Аканэ странствовала по третьему континенту, который у людей назывался Малапургой – «Самым большим», а у нэкотян - Сьям-Лици-Нга…

Резала, развлекаясь, крестьян.

Жрала валерьянку и рожала котят раз в три года, как на конвейере, сплошь черно-белых и рыжих, устраивающих войны между собой за пространство и выживание.

Впрочем, «мамочку» детки мало заботили – год «оседлой жизни» и снова в путь, а уж выживут ее ублюдки или сдохнут – это как кошачий бог сподобится.

Чаще – подыхали, к счастью, иначе бы уже весь континент был в этом отродье.

А так, бог Баланса хоть как-то держал мир в подобии равновесия.

Бродили и пакостили кошки и лисы тоже не просто так – была мечта у всех этих животин.

Не чистая и светлая, разумеется, а обычная мечта всех «обиженок» - вернуться в СВОЙ мир и всем изгнавшим их оттуда – жестоко отомстить!

Правда, было одно маленькое «но»!

Маррина, в отличии от их родного мира была слаба на магическое излучение и появляющиеся на свет котята-лисята вряд ли смогли бы сами открыть портал.

Даже если всех их орды соберуться – массового исхода не получится, ведь за одного перешедшего пришлось бы заплатить сотней жизней остающихся, а у кошек и их товарок, такой размен как-то не принят.

Был еще «ключ» странная, техно-магическая байда, смысла работы которой кошки\лисы не понимали, но которая могла создать проход из мира в мир огромных размеров и очень надолго, да вот закавыка, ключ кошки, по извечной своей кошачьей основе, когда-то «заиграли».

А может и не «заиграли» вовсе, а кто-то из тогдашних разумных, успел-таки от него избавиться, заперев хвостатую нечисть в мире, где лет через пятьсот-семьсот, как бы они не пыжились, численность их все равно пошла бы на убыль.

Разумеется, не все екаи-кицунэ-нэкотяшки были отмороженными на все головы и хвосты, были и те, кто не расставался с мыслью о возвращении ключа и реванше.

Вот, например, Аканэ Амай о реванше мечтала всю свою жизнь.

И бродила по континенту прибытия в поисках ключа, уверенная, что именно ей выпадет эта огромная честь.

Честь не выпадала, нэкотянка блукала и рожала, как и еще сотни тысяч подобных ей.

И доблукалась бы до камня по голове или стрелы под лопатку, тут уж как карта ляжет, но…

Всегда есть «но».

В одном из городов, где Амай решила укрыться от дождя, угораздило ее укрыться именно в том здании, откуда ключ и перенесли, точнее – вышвырнули! – к нам на Фаланкирр!

Герой это сделал или трус – дело не мое, но, самое хреновое, что настройки переходного потока никто не сбросил, лишь кошки (или лисы, теперь уже не важно), повалили портальную арку, да вырезали всех защитников и работников крепости.

Не надо считать Аканэ умной – за все свои годы странствий это существо так и не соизволило изучить грамоту дальше забегалочного меню! – просто, ударила молния в пролом на потолке и активировала систему воспроизведения последних действий, показав кошке-нэкотянке преинтересный фильм, а потом просто отправив к нам, следом за ключом.

Признаюсь честно – именно на этом месте меня и «порвало»!

Мир, развитый технологически настолько, что создал межмировую арку, оказался сожран пушистой чумой за пять лет, противопоставив ей исключительно…

Ничего!

Пацифисты, болтологи, «яйцеголовые», развившие науку до уровня о котором нам бы еще мечтать и мечтать – слились в канализацию, превратившись в бессловесных крестьян, обрабатывающих лопатами и мотыгами клочки собственных огородов!

У меня в голове полыхало и пригорало все, что как-то могло полыхать и пригорать!

А белоснежная нэкотяна Аканэ Амай оказалась в этом мире, где по привычке, чтобы сбросить стресс, зарубила, точнее – вырубила начисто целую деревню, не жалея ни детей, ни стариков! – и отправилась по «дороге желтого кирпича» в поисках ключа.

Почти семь месяцев эта… Животина… Перемещалась сперва по островам, оставляя за собой реки крови и горы мяса, потом перебралась «зайцем» на континент, откуда, тропами и недотепами добралась до Корры, решив дойти до победного конца любым путем и заполучил ключ во что бы то ни стало.

- Ты видел ключ! Ты держал его в руках! – Пока я рылся в воспоминаниях кошки, она успела порыться в моих, так и не найдя самого интересного – ответа на свой вопрос!

- Видел. Держал. – Я отпрянул от воспоминаний нэкотяны. – Держал и видел…

- Отдай! Отдай его мне!

- У меня его нет… - Я вздохнул и разорвал контакт.

***

Рыться в чужих мозгах, поверьте мне – крайне неприятно!

Ты не столько даже в говне по самую шею, сколько тебя тянет от него вылизываться…

- Что делать будешь? – Мишель замерла рядом со мной у окна, по которому бежали прыткие капли дождя.

- Повешу. – Я пожал плечами. – Нафига мне такая кошечка, которая мимо лотка срет?!

- Ну… Она же одна, ей страшно! – Герцогиня, на мой взгляд, снова взялась адвокатствовать, забыв, что и сама болтается на ниточке.

- Через две недели у нее начнется течка, а этот вид беременеет от любого самца, при выходе все едино получая нэкомату. – Я постучал по стеклу, снова проиграв самому себе в «оконные догонялки». – Судя по тому что я понял, нэкоматы к лотку не приучаются, а тратить силы на котят…

- Да уж. Отец из тебя будет так себе. – Мишель задумчиво почесала нос. – Тогда, почему бы тебе ее не отправить следом за лодкой, в междумирье?

- Хрен с ней, если она там подохнет. – Я снова уставился на капли. – А если выживет? А если, не дай боком, договорится с тем кракеном? И этот чертов ключ откроет дверь в наш мир не только для нэкомат, но и для кракенов? Нет уж, спасибо. В качестве чучела эта нэкомата будет лучше выглядеть, чем я, в качестве предателя своего мира. И не одного, а нескольких…

- Вот так придешь за помощью к человеку, а он тебе петлю на шею и на чучело… - Герцогиня невесело хмыкнула.

- За помощью с клинком не приходят, крестьян ради разрядки не рубят. – Я усмехнулся. – Она слишком много знает и слишком тупа, чтобы осознать, что стоимостью многих знаний всегда будут многие печали.

- И… Когда?

- Еще утром.

Мы с Мрратхой пришли к одному мнению еще сегодня ночью, когда вернулись в ее кабинет и залились кофе по самую маковку.

- Ты мог ее перевоспитать, например. – Герцогиня покачала головой. – Она же разумная, в конце концов!

- Бакурмин тоже кажется разумным, но ты же не будешь его перевоспитывать? – Я развернулся к Мишель. – А тут вот ведь какая закавыка, ее вид умеет управлять мертвыми. Ты готова к восстанию замби и гулей, рыжее Высочество? А она их с легкостью наделает за пару дней, просто вырвавшись на свободу.

К моему удивлению, в кои-то веки до сознания герцогини я достучался.

Остался пустячок, вбить в ее голову…

- Нет тела – нет дела… - Фраза, сказанная герцогиней, вновь мне напомнила, что средневековый мир это вам «здесь – не там»! – Жаль, конечно, но если ты так сказал, значит… Ты прав!

О!

Да это просто бальзам на мою израненную душу!

Осталось понять, не было ли тут скрытого сарказма и…

Выдохнуть.

- Прости, я совершенно забыла, что это не мое дело – раз. И ты в этом лучше разбираешься – два. – А вот тут все-таки проскользнули эти самые нотки сарказма, но я предпочел сделать вид, что их не заметил.

- Когда-то и мне пришлось делать выбор. – Мишель вздохнула. – И я сделала неверный.

- Бывает. – Я снова повернулся к окну, любуясь дождем и радуясь, что я «в домике».

Теплом, большом, уютном…

Сытном.

- Когла мне исполнилось четырнадцать, к отцу приехал его старый друг, с сыном. – Мишель подышала на стекло и принялась рисовать рожицы. – Красивый, широкоплечий парень, белозубый и веселый. Казалось бы, что еще надо, как тут можно выбирать и выбрать кого-то другого? Хмурый вдовец и его сын, да даже речи не было… Разумеется, я выбрала Эрона. Такого… Необычного и неповторимого. А отец, узнав о моем выборе, покачал головой и сказал, что выбирать надо было вдовца. Я тогда кричала и доказывала, что Эрон – самый лучший… Когда Эрон принес Джорджа, Терренс отказался признавать его своим внуком, сказав, что наследство бастард не получит. Анри и Джордж росли как братья, их отец все так же ходил налево, а мой свекор… Оказался тем, на кого можно положиться в любой момент.

Мишель снова вздохнула и отошла от окна, словно разочаровавшись во всем мире, разом.

Странные они, женщины.

Право слово, странные!

И, чем выше они в табели о рангах, тем страннее и закидоны там просто космические!

Вот, например, Мишель.

Всем хороша.

Особенно после того, как палач прошелся по шкуре.

А если вспомнить, что о ней Его Величество в порыве откровенности вывалил на меня, так у этой дамочки и свои скелеты – причем вполне себе натуральные, а не образные! – лежат в шкафу.

И соперниц потравливала, пусть не досмерти, но это при дворе в порядке вещей.

И муженька своего, ходящего налево, тоже не миньетами радовала – но это, нормально, тут я вообще ничего против не имею.

А вот чего не было в жизни герцогини, так это любовников.

Тут Его Величество зуб на выбой давал – герцогиня в этом смысле кремень оказалась, хотя могла, могла.

Могла и с Его Величеством, когда помоложе была, и так, сама по себе – тоже могла.

Но не делала.

Достойно уважения.

Я снова проиграл и взял с подоконника чашу с горячим глинтвейном и сделал осторожный глоток.

Эх, лимончик бы!

Сейчас бы сказать что-нибудь умное, но, как назло, в голову ничего не приходит!

Пока я придумывал ответы, герцогиня уселась в кресло и достала отложенную вышивку, вооружилась иглой и принялась «успокаивать себе нервы».

Ага.

Совсем как я – рыбалкой!

То есть, приблизительно минут через пятнадцать-двадцать возни, Ее Милость отшвырнет вышивку обратно на столик, перепутает все нитки и потребует себе чай.

А если мне повезет, то – вина и можно будет, в конце концов, подхватить ее на руки и утащить в спальню.

- Ай! – Герцогиня уколола палец, отшвырнула в сторону вышивку, промахнувшись мимо стола и зашипела, как та змеюка, которой наступили на хвост. – Ненавижу вышивку! Никогда ее не понимала, не умела и… Что ты смеешься?! Изверг! Кто Вельду услал в Корру?!

Мишель пылала праведным гневом, отчего-то не торопясь покидать удобное кресло.

Хотя, сдается мне, знаю я, чего хочет Ее Милость!

Просто напрашивается, я бы сказал!

Ну, а раз напрашивается…

Я поставил полупустой бокал обратно на подоконник, в два шага подошел к креслу и попытался подхватить женщину на руки, получив в ответ: «Дверь я закрыла на ключ!»

Извращенка!

На кровати же всяко удобнее!

Глава 11

- Беседку я на пляже сделала. – Ольга недовольно изогнула бровь. – Мангал, дрова, кресла – все принесли, теперь можешь себе сибаритствовать, сколько душе угодно! С заливом тоже разобрались, решили, что водный парк, твой, там не нужен, а вот пристань получилась – просто загляденье, правда, придется снести пяток старых халуп и на их месте построим два склада, будет речникам счастье и раздолье.

Я схватился за голову – ну, не настолько высокий у меня товарообмен по реке, чтобы строить склады, но раз «решили», значит – все, фиг назад котенка провернешь!

- Глубина, там, кстати, не пять метров, а все восемь, так что даже «средние» спокойно смогут заходить. – Женщина встряхнула головой, отгоняя докучливого слепня. – Ты, кстати, так с грузом с «Партикула» так и не разобрался! Склады, конечно, твои, но, может там что скоропортящееся?

Не разобрался?!

Твать!

Да я про него забыл, начисто!

Я мысленно схватился за голову, припоминая разговор с бедолагой-капитаном, который отправил меня на тот свет.

Что он там говорил?!

Ткани, камни и древесина?

Интересно, что успелы разгрузить?

Дослушав Ольгу, свистнул Рубика, помахал рукой Море и потелепался в Корру, мечтая, что как-нибудь возьму Мрратху за пятки, хорошенько тряхну и найду-таки себе телепортера, который научит меня этому искусству, а то пылить пару часов по дороге, даже в приятной компании своей гвардии, уже не шарахающейся от меня по черным закоулкам, это, как ни крути, все-таки слишком!

- Милорд! – Мора поравнялась со мной и придержала своего битюга. – Вы снова без оружия и защиты?

Вот…

А на фига они мне?!

На Рубике два клинка приторочены, а самого меня не так-то и просто прибить!

Смысл этих железяк, если я своей магией любого мелкого разбойника в два счета спеленаю и скормлю придорожной траве или кустам?

А любой крупный меня в лицо знает и связываться со мной опасется, потому как я же все равно вернусь с того света на этот и мало уже никому не покажется!

Был один такой хитросделанный, едва меня на тот свет, сцуко, не отправил, стрелой в голову, для надежности намагиченной по самые гланды, да для верности смазанной ядом.

Угадаете, сколько его ведьмы в ковене пользуют?

Правильно – до сих пор!

Отрабатывают на нем свои ученические заклинаньица да проклятия – очень, скажу я вам, болезненные заклинаньица и проклятия!

Да и у меня иногда бывают озарения, которые просто так не проверить, так что смертнички типа этого разбойничка или того же самого Кембрика, которого мои ведьмы любят исключительно сильной любовью, от которой у бедолаги то геморрой вылезет, а то все зубы пропадут!

Улыбнувшись своим мыслям, чуть шевельнул повод, намекая Рубику, чтобы не филонил, а то мы до Корры и к утру не доберемся.

- Милорд… - Мора, совсем как я, почесала затылок. – А это будет очень плохо, если я попрошу отпуск?

- В зависимости от того, на сколько. – Я прищурился, «раскидывая» свои, поднакопившиеся, дела.

- Недели две-три. – Женщина смутилась. – Младшая сестра выходит замуж, но отчаянно рвется в гвардию!

- Обязательно отговори! – Я усмехнулся, специально не став акцентировать внимание от чего именно надо отговаривать младшую сестру.

- Вот! Вот и я говорю, что делать нечего! – Мора расцвела. – Все эти мелочи, все эти… Кровь, грязь, сопли… Оно мне это надо?!

- А ты-то тут при чем?!

- Так она же хочет в Вашу гвардию, Милорд!

У меня реально отвисли челюсти.

В МОЮ гвардию?!

Да у меня и так полсотни ведьм, с совершенно снесенной башней!

Плюс одна это уже будет не «резерв», а «закритическая масса», после которой бахнет так, что мало не покажется даже мне, в принципе готовому ко всему.

Ну, или почти ко всему…

Со вздохом, объяснил глубину проблемы Море, просто расцветшей от самого факта невозможности утомительного обучения младшей сестренки.

Под смешки и демонстрацию вновь приобретенных Морой возможностей, доехали до города, лишь раз остановившись – какой-то дедок, ковыляющий на двух с половиной ногах показался мне таким…

Требующим внимания, что я спешился и «вкатил» ему полную дозу «лечения», попутно перестаравшись и омолодив лет на двадцать.

Бедные его наследники…

Явно ведь таковые есть…

Стража у ворот, разглядев нас с Морой, шустро разогнала толпу, освобождая дорогу и подобострастно кланяясь, словно я им только что смертной казнью пригрозил…

Проскочив насквозь центральную улицу, вымощенную камнем и уже с бетонными тротуарами, на которых настаивал наш архитектор, напирая, что так проще прятать всю городскую канализацию, выехали в порт и свернули к складам – серым, приземистым, унылым…

Минут десять пришлось искать управляющего, изволящего до сих пор обедать, а потом минут десять выслушивать, как ту на складе все аккуратно благодаря усилиям самого управляющего.

Ага.

Вон, мужики-грузчики лыбы даже не прятали!

Поменять надо каналью, а то слишком долго жрет, собака!

Груз с «Партикула» оказался сложен в отдельный уголок, но нихрена не отсортирован и совсем не оприходован.

Ухватив управляющего за ухо, пару минут молчком выкручивал, наслаждаясь воплями и обещаниями привести все в идеальный порядок.

Надеюсь, одного сеанса хватит.

Если нет – точно поменяю.

Всего с «Партикула» разгрузили полтора десятка бочек-пятиведерок, то есть – пятидесятилитровых, под сотню рулонов невзрачного вида, серебристо-коричневых и серебристо-синих, тканей и почти два десятка иссиня-черных стволов деревьев, длиной метров в пять-семь и толщиной от полуметра до метра, на вид очень тяжелых.

Почесав затылок, заставил Мору сбить с одного из бочонков залитую сургучем крышку и вздохнул.

Что же, «мусора» было много и не скажу, что камни были все как на подбор, да и ювелирам придется заплатить до четверти стоимости за огранку, но все равно, даже если в остальных бочках тот же самый «комплект», то рейс «Партикула» можно считать очень успешным.

Вернув крышку, вызвал грузчиков и охрану – бочонки отправятся в замок, нечего им тут торчать, вон, у управляющего глазки уже по пирожковой тарелке!

Ткани меня особо не заинтересовали, но по здравому размышлений решил и их отправить в замок – Там есть женский пол, они быстрее разберутся, куда все пристроить.

А вот с деревом…

Попахивало оно не очень.

Да и найденная мумифицированной змеюка тоже не добавляла к поленьям интереса, пока я не глянул на них «колдовским зрением» и не сел, от удивления, прямо на пол!

Госпожа природа сделала какому-то островку либо огромный подарок, либо подложила огромную свинью, потому как лучшей основы для высококлассных артефактов я еще не встречал!

Тончайшие, на грани даже моей видимости, энергоканалы пронизывали всю толщу дерева, позволяя вливать в него просто огромные объемы сил, которые равномерно распределялись по всей глубине и…

Не вытекали за ее пределы!

Ради интереса, в одно из бревнышек вбухал веь свой резерв, подождал десять минут и «выкачал» все обратно, фактически, без потерь!

В общем, бревна отправились в замок, следом за всем остальным барахлом.

- А не хряпнуть ли нам? – Я повернулся к Море, краем глаза посматривая на управляющего, уж больно притихшего, того и гляди то ли его удар хватит, то ли он нас порешить захочет, от полноты чувств, что на складе у него хранилось безнаказанно столько дорогих вещей.

- Эм… Милорд, не получится… - Моя гвардейка (или гвардыня?) покачала головой. – Первый груз уже в замке и Вельда очень зла…

Да, блин, ну вот как так-то, а?!

Почему, почему этим женщинам есть возможность общаться за гранью видимости, а у меня – только возможность стибрить кофе со своего собственного столика в спальне?!

Что за не справедливость, а?!

Как мечом махать и огнем пуляться – так это к Море.

Как замок ремонтировать – так это к Ольге.

Как порядок поддерживать, да налоги обсчитывать – так это к Миранде.

А я?!

Только что и могу, руками разводить, да идеи генерировать!

Никакого видимого самоутверждения

А теперь еще и выпить не дадут…

Нет, в принципе, не так-то и хотелось, но сам факт!

Проследив за погрузкой бревен, взгромоздился на своего Рубика и дал отмашку Море на выступление.

Эх, рутина-рутина, убьешь ты меня быстрее, чем какая-нибудь скотина!

Пропустив «дрова» первыми, пригнулся к лошадиной шее и тронул поводья, въезжая в портал.

К сожалению, сегодня было дежурство Айры, а у нее порталы хорошие, просто со мной не совместимые – после перехода через ее портал меня жутко тошнило, общая дикая слабость и дня три никаких плотских утех.

Мало того, если в эти три дня меня «неловко» побеспокоить, то мало никому не покажется.

Нет, так-то я после извинюсь, если будет перед кем, но ведь случалось так, что извинения приходилось произносить на могилке.

Например, Страшная Элен – промолчи она и тихонечко свали в закат – осталась бы жива, вместе со своей подругой по койке, а так…

В принципе, Элен и ее Робби – мужеподобная ведьма под два метра ростом с силой Ветра, никому не нравились, но вот под горячую руку и плохое состояние подвернулись именно мне, на долгие полгода заклеймив клеймом женоненавистника.

Подвернувшаяся Арлинн, на своей шкуре испытавшая насколько именно и в какой позе я люблю ненавидеть женщин, этот миф развенчала, правда, весы качнулись в противоположную сторону и еще неизвестно, что хуже.

Вывалившись из портала, сполз по теплой лошадиной хребтине на землю, погрозил кулаком спешащей ко мне Вельде и покачиваясь, как заправский моряк, почти пополз в сторону озера, в надежде отсидеться в беседке, без эскалации любых конфликтов.

Ну или хотя бы большей части из них.

На Рубике было бы быстрее, согласен, но сейчас важна не скорость, а свободное пространство рядом, чтобы никого не забрызгало, в самом прямом смысле этого слова.

И вот что обидно – все другие недомогания моя магия исправляет на раз, а вот этот переходный синдром – нет.

Пару раз удобрив кусты, добрался до беседки и лег на теплый деревянный пол, наслаждаясь редкими минутами покоя.

Лишь бы никого не принесло.

А то есть у герцогини странная особенность появляться именно там и именно тогда, когда это не надо.

Перевернувшись на пузо, заполз вглубь беседки, накрылся пледиком с головой и отрубился без малейших снов…

***

Во сне мы переживаем события, которые мозг либо уже видел, либо пережил лично.

У меня в кошмарах всегда три основных темы – голожопость, вода и странная женщина под белой вуалью, после которой все самое плохое становится еще более худшим.

После пятой смерти, кошмары немного поблекли, но…

Сегодня опять приперлась Вуаль, долго ходила вокруг меня, качая головой и что-то бубня себе под нос, потом начала будить и, под конец, просто сбросила меня в воду.

Во сне утонуть, конечно, сложно, но…

А не во сне?!

Я вынырнул из кошмара, колотя руками по невесть откуда взявшейся воде, горько-соленой на вкус.

Вокруг плавал запас дров, тряпки, деревянные плетнные кресла и пара человеческих тел, не подающих признаков жизни.

Магия сделала свое дело – захлебнуться я не захлебнулся, но вот ощущения получил непередаваемые – соленая вода, запасы специй и вид тел, уже одутловато-белых, омерзительных солидно так врезало мне по нервам, и я принялся грести к выходу, мысленно обещая себя разобраться кто виноват и наказать кого попало!

В три гребка вырвался на оперативный простор, повертел головой и погреб к берегу, мысленно и матом ругаясь на чем свет стоит.

Вода в озере поднялась метра на три-четыре, напрочь затопив весь мой пляж, беседку и вплотную подойдя к деревьям, стоящим метрах в двадцати от уровня озера.

Выбравшись на сухую землю, огляделся по сторонам.

Кроме уровня воды – все пристойно.

Никто не бегает, не кричит и словно сама природа замерла в странном покое, от которого мурашки по коже.

Понятно…

То есть – нихрена не понятно, но очень интересно.

Я разделся, выжал шмотки и, выдав свой любимый загиб, вовремя вспомнившийся, потопал к замку, надеясь, что хоть там-то сюрпризов не ожидается.

Ага, наивный чукотский мальчик!

Вот там-то все и началось!

Во-первых, в замке оказались гости – ущербный урод-управляющий, поняв, что профукал богатство, просто накапал на меня таможне, которая, в свою очередь, обиделась, что ей не оплатили пошлину.

Вот только тут в чем закавыка…

Пошлину-то оплатили!

И налог – взяли.

Умница старпом все сделал честь по чести и документы есть у Вельды, которая только благодаря проверке этих самых документов и не попала под взрыв!

Так что, сейчас Вельда при малой поддержке Моры технично и изящно кунала бедолагу таможника мордой во все, куда могла дотянуться.

- Каким образом, господин З’Налли, по вашему, была произведена перегрузка прибывшего груза в склады?! – Вельда размахивала пачкой бумаг и с наслаждением «вставляла» мозги на место.

- Я не буду с вами разговаривать. – Лысый или бритый под ноль мужчина, выше Вельды на целую голову, прямо бычился. – Где Его светлость?

- Вы думаете, с появлением Милорда бумаги исчезнут? – Вельда расхохоталась. – Или что он…

Тут моя ведьма увидела меня, осеклась и оказалась рядом быстрее, чем я успел открыть, чтобы сказать «здравствуйте»!

- Милорд!

- Спокойно, я живой! – Вельде хватило одного взгляда, чтобы понять, что я нифига не в настроении, сделать шаг назад, «обрадовать» меня новостью о «наезде» моей же собственной таможни, на что я громко и очень разборчиво пообещал их разогнать ко всем хлябям небесным.

И пусть молятся, что разгоню живыми!

З’Налли в какой-то момент осознал глубину простого факта, что он только что попытался укусить кормящую его руку, побледнел и спешно расшаркавшись, отбыл.

Если он думал, что я забуду свое обещание, то вот хрен ему!

Что называется – поздно, шлея под хвост уже попала!

Проводив «таможню» тяжелым взглядом, развернулся к остальным обитателям замка.

Вельда, поймав мой взгляд тихонько принялась делать вид, что у нее сотня неоконченных дел, Ольга мило улыбнулась и исчезла, а остальной люд уже и Митькой звали – никому не хотелось попасть под тяжелую руку своего властелина, у которого с головой не все в порядке.

Выдохнув, остановил Вельду и обрадовал потопом, дав задание разобраться как можно скорее, иначе к делу подключусь я и никому уже мало не покажется!

Пройдя по пустым коридорам замка, поднялся к себе в комнату, принял душ и переоделся в свой «черный комплект», по которому Вельда сходит с ума.

Разумеется, когда я «нормальном состоянии», а не как сейчас.

Посмотрев на себя в зеркало, выдохнул.

Как ни крути, магия Жизни – прекрасная штука!

Пуза не предвидится, лысина отсутствует как вид, правда вот глаза посверкивают, переливаясь от зеленого к голубому, но у меня так и без магии было, в той жизни, так что…

Спустившись в кухню, быстро выхватил из-под рук Карлотты – моей поварихи - кусок свежесваренного мяса и убежал, злобно хохоча.

Ага, крыша едет, дом стоит…

Дожевав мясо на верхушке сторожевой башни, окинул свои владения строгим взглядом.

Что же, народ, предупрежденный Вельдой и КО «рассосался» углам и не отсвечивал.

Не предупрежденный народ отсутствовал, что не могло не радовать.

Кстати, а где Ее Высочество, а?!

Нет, не то чтобы я жаждал встречи с герцогиней, но что-то странное в ее отсутствии было.

Я бы сказал даже – подозрительное, словно…

Поглядев на небеса, быстро покрывающиеся свинцовыми тучками, сполз с верхотуры и пошел искать герцогиню – раз уж я ее не повесил сразу, так надо хоть слегка проявлять внимание.

Пойманная Миранда, приложив два пальца к вискам, обрадовала меня, что рыжей в замке нет.

Ольга пожала плечами, а отловленный грум, «обрадовал» меня тем, что Ее Рыжее Высочество еще с утра уехала к озеру и больше не возвращалась.

Ну, шиздец!

Свистнув Рубику и махнув на седло, запрыгнул на спину четвероногого друга и двинулся в сторону озера.

Шансов, конечно, на то что Мишель выжила – ноль целых хрен десятых, но…

Хоть тело Его Величеству смогу показать и честно сказать, что я тут не при чем.

На берегу озера суетился народ.

Громко суетился, матерно, озорно!

Моя брюнетка гоняла собранных ведьм, на песочке, накрытый тканью, лежал ровный ряд из пяти тел.

Не колдунственный люд таскал из воды обломки беседки, вылавливал плавающую и крутящуюся в водоворотах мебель.

От беседки, в принципе, осталось лишь основание да намертво врытый в землю, мангал, который так ни разу я и не использовал по прямому назначению.

Спешившись, подошел к телам и…

Слава Звездам, герцогини не было!

Интересно, а где она тогда шляется?!

Почесав бровь, развернулся к Вельде, мельком заметив, что моя ведьма как-то странно побледнела, словно увидела что-то очень жуткое.

Ради интереса ощупал свое лицо – нет, все нормально, клыки не лезут, рога не торчат!

- Вельда отправь народ вдоль берега. – Я закрыл глаза и сделал глубокий вдох-выдох. – Где-то тут Мишель была с утра, надо найти, пока дождь не начался…

Блин, как сглазил!

Только слова насчет дождя сорвались с моего языка, как с неба посыпались крупные капли, да под аккомпанемент грома и светомузыку молний!

Вот уж воистину: язык мой – Враг Мой!

Поеживаясь под холодными дождинками, мысленно пообещал себе выпороть герцогиню лично.

Ну или хотя бы отшлепать…

Народ, поглядывая на своего, в очередной раз сорвавшегося с нарезки, властителя, поплелся по берегу в разные стороны, время от времени взревывая оглушительное «Ваше Сиятельство», перемежающееся с «Вашей Светлостью» и просто с «Миледи».

Красиво, импозантно и…

Бесполезно.

Устав мокнуть, скинул одежду и подошел к воде, готовясь снова занырнуть, теперь уже, правда, с целью найти бездыханное тело…

- Вода! Вода поднимается! – Испуганный народ кинулся со всех ног повыше и подальше от берега, а я, как-то внезапно оказался в воде по самый пояс.

В голове промелькнуло: «Не, ну это точно ненормально» и я нырнул.

Немного не удачно нырнул – взвыла волком магия, предупреждая, что рядом вертится что-то, точнее – нечто! – охренительно зубастое и очумительно голодное.

«Ласты! Ласты нужны!» - Промелькнуло в голове и я стремительно загребая помутневшую воду, устремился ко дну, пытаясь уйти от непонятной зверушки.

«Лишь бы не акула! Лишь бы не акула!» - Вот не боюсь я не змей, не крокодилов, ни даже скорпионов, но акула…

Бр-р-р-р-р!

Над головой промелькнул розовый пожарный шланг и в голове стало легче – точно не акула!

И только когда щупальце здоровенного головоногого закрутило меня, пытаясь выжать как тюбик зубной пасты, до дурной головы дошло, что неизвестно, кто на самом деле хуже – акула или вот это порождение глубин с щупальцами!

Закрыв глаза перестал дергаться.

Щупальце слегка ослабло.

Почесав затылок – Мысленно! Исключительно мысленно! – Порылся в изученном и активировал заклинание модификации органической материи, в просторечии – «Гниение».

Щупальце вокруг меня тут же расползлось в клочки.

Надо, надо-надо-надо, лучше учится!

Обрадованный свободой рванул к берегу.

Жаль, не в ту сторону.

Щупальца кинулись меня ловить, хлопая по дну и поднимая муть, в которой глаза совершенно бесполезны.

Минуты через три меня поймало уже два щупальца, которые я тоже сгноил, а потом…

Вокруг меня возник самый натуральный прозрачно-серебристый пузырь, быстро заполняемый обычным, чуть пахнущим рыбой, воздухом и меня потащило в центр озера.

Из-за поднятой взвеси, не совсем было понятно что именно меня тянет, но по ощущениям – явно магия воды, причем какая-то варварская, словно очень сильного мага воды учили Воздушник и Земник, причем, мягко говоря, не самые лучшие и продвинутые.

Но, зараза, эффективные!

Мой пузырек воздуха пролетел половину озера, стукнулся обо что-то ойкнувшее хорошо мне знакомым голосом и замер.

- Дэви… - Ага, одна пропажа нашлась.

Живой.

Осталось как-то выпинать герцогиню на берег, да и самому бы выбраться, а то путешествовать взад вперед на челноке смерти, мягко говоря, как-то надоело.

Да и просили же меня хоть слегка повременить и не подыхать в ближайшее время!

- А я говорю – это он! – Вокруг наших с герцогиней пузырьков появилось два существа, отродясь в моем озере не водившихся.

Ага, русалки.

Причем, какие-то страшные, иссиня-зеленые рыла, о которых у нас говорили «немецкие», то есть больше походящие на лошадиные, с тяжелыми челюстями и глазами навыкате.

- Да не может быть он! У нее источник сильнее! – Непонятное по половой принадлежности существо с рыбьим хвостом всплеснуло руками. – Барт, ты такой дебил! Все знают, что Маги Жизни – исключительно женщины!

- Уна… Дебил я или нет, но Хозяин назначил старшим меня! – Барт, как я понял, на полметра длиннее и более зеленый, хлестнул синюшную Уну хвостом и приблизился ко мне, пытаясь рассмотреть через пузырь. – Говорю тебе – это он! Смотри, у него яйца!

Я покраснел.

- Яйца, Барт, не показатель Магии! – Уна тоже подплыла ближе. – Если во всем ориентироваться по яйцам…

- Я сказал, берем этого! – Барт снова угостил Уну хвостом. – Хозяин четко сказал, брать с яйцами!

- Но источник у него больше и слабее! – Уна отвесила Барту подзатыльник. – Я-то вижу!

Пару минут русалы угощали друг друга тумаками, доказывая, что яйца могут и не могут.

Победила грубая мужская сила.

Накинув на мой пузырь блестящую, слегка дырявую рыбачью сеть, русалы впряглись и потащили меня куда-то, оставляя Мишель в одиночестве, на глубине.

- Эй, вы, тупни! – Я принялся колотить по стенке пузыря. – Женщину отпустите!

- Ой, делов-то… - Барт махнул рукой. – Одной наземной уродиной больше, одной меньше… Никто и не заметит!

- Я замечу! – Я уселся на дно пузыря. – И вообще, либо вы ее выпускаете ближе к поверхности, либо я сам себе сверну шею и ваш Хозяин будет очень недоволен!

Оба сине-зеленых бурлака замерли, переваривая услышанное.

- Ладно, я быстро… - Уна метнулась к пузырю герцогини, хлопнула по нему ладошкой и серебристый шар помчался к поверхности.

- Какие эти бабы – дуры… - Как мне показалось, Барт попытался сплюнуть, но это не точно. – Чуткие натуры, Крммель раздери!

Вернувшаяся Уна оплыла мое узилище, помахала рукой и снова впряглась в сеть.

Минут за пять оба подводных существа дотащили меня в пузыре до подводного грота, отродясь не существовавшего у меня в озере.

Откуда знаю?

Да потому что не было в озере кораллов!

Никогда не было!

Влетев в грот, дело застопорилось.

Пузырь не влезал.

Оба русалколоида и тянули, и толкали, обменивались руганью и тумаками, в конце концов решив, что проще лопнуть пузырь тут, впихнуть меня в грот, а уже на другой стороне снова всунуть в пузырь.

Гении, блин!

Едва пузырь лопнул, повдоль спины сперва огреб Барт, потом получила щелбана в лоб Уна, потом из грота высунулось хорошо мне знакомое щупальце, обвилось вокруг моего пояса и, прежде чем я успел колдануть, втянуло в грот!

Глава 12

Звезды Всемогущие!

Я-то думал, что это у Айры порталы со мной не совместимы!

Да порталы русалов вообще хоть с кем-нибудь совместимы?!

Короткий переход, яркий, дневной, насыщенный красными лучами светила, а не привычный мне коридор растянутых звезд, рубил по голове не хуже палаческого топора!

Несколько секунд магия честно пыталась привести своего владельца в порядок, но потом отказалась от этого гиблого дела, просто-напросто отключая сознание.

А когда пришел в себя – стало еще хуже.

Ну, во-первых, кракен – сдох.

Во-вторых – оба русала, судя по тому, что какая-то рыбешка и десяток крабов объедали им плавники – тоже.

В-третьих, судя по жаре и цветастым рыбкам, мы сейчас где-то очень далеко от моего озера.

И, что самое печальное…

Я высынулся из воды и повертел головой.

Самое печальное, что коралловый атолл, на который нас выбросило, сейчас доедала какая-то тварь, с аппетитом хрумкая всем, что ей в рот попалось!

Блин.

А ведь хотел же научиться «порталам»!

Прополоскав рот горько-соленой водичкой и стараясь не думать, сколько же в ней сейчас плавает гадости, лег на спину и принялся неторопливо отплывать от твари, которая все никак не могла нажраться, уже схомячив треть атолла и подходя все ближе к покачивающемуся на волнах, кракену.

Интересно, когда тварь нажрется, она, чисто технически, случайно, не отпочкуется на две особи?!

Ругая себя за больную фантазию, перевернулся и ушел под воду.

Нафиг-нафиг!

Знаю я свое везение, этот монстр переходов, наверняка либо лопнет, устроив тут цунами, либо просто ненажрется и будет искать, чего бы сожрать еще!

И я этим самым «еще» быть не желаю!

Добрый километр я отмахал до того момента, когда безумный рев существа оповестил о том, что либо животинка вот-вот лопнет, либо в округе нашелся хищник с пастью поболе…

И проверять – дураков нет!

Усилив руки-ноги магией, включил «пятую, повышенную» и мысленно пообещал, что когда вернусь – обязательно научусь порталам!

На третьем километре волна меня догнала, подхватила и поволкла за собой, крутя, как игрушечный кораблик.

Зря я вынырнул, надо было на глубине оставаться, там было больше шансов…

А так, только тошнит.

Извернувшись, снова ушел на глубину, только легче не стало.

Снизу, прямо на меня поднимался еще один кракен, кроваво-красный, с глазищами метров по пять и щупальцами, которым, как мне показалось, просто не было конца!

Несколько секунд я хлопал глазами, а потом расхохотался!

Хорошая подделка!

Только, что-то я ни разу не встречал на своем веку головоногих с глазами на макушке!

Тлядь!

А они, оказывается, есть!

Щупальце снова завернулось вокруг меня и потащило к пасти.

Да уж, день сегодня явно не мой!

Несколько секунд я честно пытался бороться с сжимающей меня конечностью верным «Гниением», пока не дошел до меня печальный факт, что щупальце это – металлическое!

А там и пасть распахнулась…

Больно прокатившись по неровным и кривосваренным стальным плитам, оказался внутри самой настоящей подлодки!

- Не двигайтесь! – Ровный, металлический голос, казалось, доносился со всех сторон. – Любая попытка движения будет расцениваться как угроза кораблю!

- Филикс! Отбой тревоги, отбой! – Худощавый паренек появился на палубе, запнулся о кривой край торчащей плиты и прокатился носом по палубе, оставляя за собой длинный кровавый след. – Это – «хороший»! Отбой!

- Не подтверждено! – Металлический голос сказал, как отрезал. – Требуется карантин не менее трех месяцев! В случае…

- Филикс! Я сказал – ОТБОЙ! – Парнишка выпрямился, упрямо вытирая кровь из разбитого носа. – Филикс! Не смей со мной пререкаться!

И по девичьи топнул ножкой!

Я вздохнул.

Почему у меня ощущения полной нереальности происходящего, а?!

Вот этот вот железный кракен, перемещение из озера в какой-то теплый океан, странный парнишка, больше походящий на капризную девчонку и ремонт, за который я бы убил криворукого сварщика, его же газовой горелкой!

Понимаю, что уровень технического состояния зависит от образования, но не настолько же!

- Уровень безопасности 3, приказы органического существа, не достигшего возраста совершеннолетия и не прошедшего полного курса обучения, обрабатываются в последнюю очередь! – Филикс металлически вздохнул.

- Филикс! Хватит! Тащи одежду, снимай безопасность! – Парень снова топнул ножкой. – Я так сказала! Директива «Ха».

- Подчиняюсь. – Филикс добавил освещения, со скрежетом исправил как попало сваренные плиты и снова вздохнул. – Вынужден уведомить, что директива «Ха» в любом случае не позволяет вновь прибывшему находится в помещениях командного размещения, а так-же точках технологического…

- Ой, все понятно! – Теперь, при нормальном освещении, стало понятно, что парень – на самом деле молоденькая и жутко анемичная девица с разбитой губой и почти без вторичных половых признаков. – И, Филикс, прекрати полы корежить!

- Данная функция предназначена для осложнения боевых действий нападающей стороны и не может быть выключена.

Эвона как – «функция»!

А я-то грешил на криворукого сварщика!

Из дверей показалась странная конструкция, слегка дергающаяся на каждом шагу и напоминающая ящик для мороженого на шести лапах.

- Ваша одежда! – Ящик замер возле меня, открыл крышку и выдвинул лоток с полотенцем, серебристо-белым комбинезоном и парой мягких сапог, до середины голени. – Напоминаю, комбинезон следует одевать на ГОЛОЕ тело!

Судя по интонациям ящика, девица эта достала уже и его.

Взяв полотенце, посмотрел на девицу, нагло на меня пялящуюся и уже напрочь забывшую о разбитой губе.

- Может, отвернешься?

- Ой, да чего я там не видела. – Девица махнула рукой и не отвернулась.

Усмехнувшись, снял последнюю деталь своего текущего гардероба, насухо вытерся и взялся за комбез, легкий и теплый на ощупь.

Повертел в руках, сунул ноги в штанины, вдел руки в рукава и попытался свести концы с концами.

Увы, комбез оказался маловат…

И гниловат, к тому же – стоило мне только расправить плечи, как он тут же треснул на спине.

- Филикс! Ты опять старье подсовываешь! – Девица вновь топнула ножкой. – Неужели так сложно понять – этот человек…

- Сейчас будет другой. – Мне показалось или Филикс вздохнул еще раз?!

Пока шестилап удалялся, подошел к девице и, спросив разрешения, коснулся разбитой губы, заживляя ее.

- Спасибо! – Девица мило покраснела, а я тяжело вздохнул.

Как ни крути, но остутсвие витамина D сказывается на человеке.

Например, стоящая передо мной красавица явно страдала остеопорозом, а короткая прическа совсем не для красоты, а из-за выпадения волос.

Сейчас магия поправит все, но это на месяц, максимально на два, а потом ей просто необходимо менять либо местожительства, либо диету.

А лучше – и то, и другое.

Появившийся на пороге шестилап отчего-то замер, сдал задним ходом и снова растворился в коридоре.

- Филикс, что еще?!

- Согласно правилам, комбинезон должен соответствовать имеющейся специальности. В данном случае – корабельный врач. – Металлический голос благоговейно выдохнул. – После подтверждения профессиональных способностей, данный индиивид будет принят на постоянную должность с полной оплатой…

- Стоять, Зорька! – Вырвалось у меня. – Какая «постоянная должность»?! Мне домой надо, наверх, к своим!

- Невозможно. – Филикс, будь он человеком, наверняка бы развел руками. – «Омнимокс» находится в осадном положении.

- Ну, как бы да, мы тут не совсем свободны в своем выборе местанахождения. – Девица с порозовевшими щечками тяжело вздохнула. – Но… Я верю, что Вы сможете нам помочь, ведь с чего-то мой отец невзлюбил именно вас!

Вошедший шестилап снова подошел ко мне и открыл крышку, предлагая взять запечатанный в прозрачный пластик, белоснежный, с тревожно-красными швами, комбинезон и черные полусапожки.

- Филикс… Это что?! – Девушка завороженно наблюдала за моим одеванием. – Откуда у нас такое чудо?! Почему ты мне ни разу такое не предлагал?!

- Данный комбинезон – рабочая униформа корабельного медика и выдается только по специальности. – Филикс, на мой взгляд, над девушкой издевался. – Повышенная прочность, аккумуляторы класса «А+», силовая защита, ограниченный искусственный интеллект, 60 часов в безвоздушном пространстве или 15 часов в агрессивных средах…

Я натянул комбез, сапоги и слегка попрыгал.

Одежда на пару секунд сжала тело в теплых объятиях, а потом «обмялась» по фигуре, превращаясь во вторую кожу, удобную, мягкую, заботливую.

«Внимание! Активация управляющего модуля…»

Куда-то в основание черепа впилась огненная игла и перед глазами завертелся длинный ряд непонятных символов.

«Симбиоз 43%, 49%, 71%, 85%, 93%...»

«Непонятные» символы стали понятными, спеша уведомить, что аккумулятор полон, система прошла все тесты и готова к использованию.

Повернувшись к стоящей с открытым ртом девушке, тут же, прямо на сетчатку, начали поступать данные о ее состоянии.

Множественные сросшиеся переломы, хрупкость костей, авитаминоз, угнетение половой системы, стерилизация, выполненная каким-то местечковым коновалом и, как вишенка на торте – Личные данные.

«Ивола Вэлл, двадцать девять лет, временный капитан исследовательского судна «Омнимокс», интеллект 107, физическое состояние 78%, 81%, 89%»

«Ага, магия восстанавливает состояние…» - Дошло до меня. – «Правда, стерилизацию это не перебьет, да и интеллект не возрастет, как ты магией на голову не воздействуй»!

Восстановление замерло на 89%, но сама Ивола, конечно, стала выглядеть лучше.

Не настолько, чтобы позариться, но…

Со вздохом отвел взгляд.

Для двадцатидевятилетней, Ивола была совершенно не сформирована.

Ей бы на солнце, да с хорошей едой…

«Дан доступ к медицинскому отсеку».

Надпись помигала и пропала, а я задался вопросом, сколько же народу должно быть на корабле, подобном «Омнимоксу»?

«Штатный состав – 89 человек»

Йух ты!

Да тут у нас мыслечтение!

- Наличествующий состав команды корабля? – Пробормотал я себе под нос, пытаясь оценить фронт медицинских работ.

«Неактивный состав – 51 человек»

- А активный?

«1 человек. Исполняющая обязанности капитана корабля, Ивола Вэлл». – Голос в моей голове печально просопел в две дырки. – «Можно общаться мысленно, говорить вслух необязательно».

Офигеть!

Это как так-то?!

Из пятидесяти человек – активен только один, да и то находится, прямо скажем, не в самом лучшем состоянии!

«Что тут происходит?»

«Нет доступа, обратитесь к И.О. капитана»

- Ивола…

Девушка, услышав свое имя подпрыгнула в самом прямом смысле этого слова.

- Никогда! Никогда-Никогда-Никогда не называй меня так! – И.О. капитана сжала кулаки так, что побелели костяшки. – Это мерзкое имя мне дал отец! Я его ненавижу! Он – негодяй! Подонок!

- Хорошо-хорошо! – Я попятился, а то, не ровен час, засветит мне своим кулачком по лицу, лечи ее от перелома потом и доказывай, что ты тут не при чем. – А как называть?

- Лана, как мою маму!

«У-у-у-у-у-у, да тут все так запущено!»

«Корабль находится в режиме саморемонта, не хватает многих необходимых запчастей».

«Да я не о корабле…»

Несколько секунд мы препирались с кораблем по мыслесвязи, пока живот стоящей рядом со мной девушки не издал бурчащий звук, напоминая своей хозяйке, что он пуст, а восстановление за счет магии, это, конечно, прекрасно, но кушать-то хочется!

- Ой. – Лана-Ивола смутилась. – Простите. Вы, наверное, тоже голодны? Филикс, приготовь обед, на двоих, в моей каюте!

- Да, госпожа И.О. капитана… Вы проводите нашего нового врача? – Голос корабля стал казаться мне умиротворенным и даже более того – довольным!

Только если вот железяка думала, что я отсюда не сбегу – это ему фиг!

В конце-концов, у меня всегда есть «билет на последний экспресс», а потом я вернусь во всеоружии и никому мало не покажется!

Но, для начала, надо понять, куда именно возвращаться, да и странное ощущение того, что и с самой Иволой, и с кораблем этим, и с папочкой И.О. капитана надо разобраться пока не стало поздно, не давало мне покоя.

Раз звезды сошлись в такой пирог, будем есть его по кусочкам, как учили мудрецы.

Топая по коридорам корабля, залитым пронзительно ярким светом, режущим глаза, пытался вслушаться в мечущийся из стороны в сторону, монолог Ланы-Иволы, попутно приглядываясь к состоянию дел на борту.

Ровные, чистенькие коридоры, несколько суетливо промчавшихся по своим делам сервисных дроидов, яркий свет и гробовая тишина!

- Отец у меня… Как бы сказать… - Девушка замерла перед настенной панелью и принялась набирать какой-то длинный код. – Он – Магистр Ордена Седьмого Рассвета и Властитель Девяти островов. Когда-то был нормальный, но лет восемь назад словно с катушек съехал. Впрочем, почему «словно» - он с них и съехал.

Панель сдвинулась влево-вверх, открывая просторную кабинку лифта с зеркальными стенами и потолком, с нежно-зеленым полом и светящимися рубиновыми огоньками, кнопками.

- Шестой, пожалуйста. – Произнесла девушка куда-то в потолок, игнорируя кнопки. – Начал проводить странные ритуалы, вбухал немеряно денег на отправку шпионов во все концы, а потом… Убил маму и превратил ее в какую-то мерзкую тварь и долго хохотал, что она взорвется так, что его врагу мало не покажется!

- Лана, а как называются острова вашего отца? – У меня в голове что-то забрезжило, но пока еще смутно-смутно, так, на уровне интуиции.

- Пал-А-Нокр, Марроната, Гри-Файлд, Арронн, Тарна-Гру, Абельюми…

- Подожди-подожди! – Я замахал рукой, останавливая поток названий, из которых одно мне показалось знакомым. - Как ты сказала, Турна-Груу?!

- Тарна-Гру. Очень миленький островок, большой, с внутренним озером пресной воды. Там водятся Шкатлы – огромные твари, которые охраняют драгоценные деревья, отец называет их «основами», а местные жители – «Черным деревом». Это потому, что при высыхании…

- Древесина становится иссиня-черной… - Продолжил я за девушку, тупо пялясь на то, как открывается дверь лифта. – А на каком острове у вас добывают драгоценные камни?

- Марроната. – Лана-Ивола вышла из лифта и улыбнулась. – Только они мелкие и годятся только на украшения или мелкие накопители для талисманов и прочей артефакторики. Папа говорит… Говорил, что они «молодые» и заряд держат недолго, потому что не созрели.

Пройдя по еще одному коридору метров пять, девица провела рукой над сенсором, открывая дверь, за которой начинались явно апартаменты капитана.

Правда, в ужасно няшном, розово-пастельном, цвете.

- Входите, граф… - И.О. капитана улыбнулась.

- А ведь я так и не представился! – Спохватился я, немного смутившись от такой промашки.

- Во-первых – у меня тоже есть дополненная реальность. – Ивола расхохоталась. – А во-вторых… Я – менталист…

УПС!

Всегда знал, что это зловредное племя существует!

Интересно, что она успела обо мне узнать?

- Ничего особенного. – Ивола развела руками и толкнула еще одну дверь, за которой обнаружился сервированный на двоих столик, со свечами и странным подобием красной розы в вазе, в центре стола. – Вам поставили хорошую защиту, так что, все, что я узнала, это ваше имя и то, что было на поверхности. Например, «черное дерево», привезенное на вашем корабле, действительно было с Тарна-Гру. А артефакт, что взорвался… Был завернут в шкуру шкатла. И был моей мамой…

Молодая женщина уселась на стул и зашмыгала носом.

Ну, что могу сказать…

Теперь стало понятнее, кто именно хотел меня прибить.

Осталось понять – за что?!

Где я и где эти острова?

Выдернув салфетку, отдал ее девице и сел напротив, пережидая слезливый период и, попутно, оглядывая накрытый стол и принюхиваясь к запахам.

Признаюсь сразу и пахло, и выглядело все не очень.

Прямо скажем, глядя на розовое желе и многочисленные желеобразные блюда других цветов, стало по-настоящему грустно.

Это вам не Жюль Верн и его капитан Немо, который кормился с океана лучше, чем я в своем графстве!

Наревевшись вволю, девица-красавица вытерла глазки поданной салфеткой, смутилась и убежала через две двери в третью, как я понял, «припудривать носик».

- Филикс! – Я поковырялся в желе и понял, что сдохну тут от голода.

И не потому что нет Карлотты, способной из пня сделать воздушную булочку, а потому что весь состав желе, как орал мне врачебный анализатор комбинезона, было далеко не только не вкусным, но и даже не полезным!

- Филикс… - Я немного помялся. – А нормальной еды нет?

- Рацион полностью согласован с И.О. капитана и включает в себя весь запас минералов и витаминов. Вкусовые добавки соответсвуют натуральным. – Филикс, как мне показалось, был недоволен моим вопросом, хотя…

Да уж…

Мысленно я побился лбом о стол, уставленный желе разных цветов, чувствуя, что от таких «соответсвующих» добавок недолго и в ящик сыграть!

Не удивлюсь, если неактивный экипаж просто отравился!

Дождавшись возвращения посвежевшей Иволы, печально пододвинул себе розово-желтое желе, отражающееся в дополнительной реальности как «филе морского угря в соусе мат» и отправил в рот первую ложку.

Да уж…

Мат был!

А вот филе – не чувствовалось совершенно.

Поковырявшись для вида в тарелке, дотянулся до бутылки с высоким горлышком, налил в бокалы сине-красную жидкость и пригубил.

А вот «лунное вино» было прекрасным, если не знать, что делают его из водорослей!

К сожалению, дополненная реальность испортила мне весь букет своей лишней информацией.

- Лана. Вы всегда так питаетесь? – Я повертел в руках тяжелый бокал, явно больше подходящий для вискаря или коньяка, чем для легенького винца.

- Основная часть пищевых аппаратов остановлена, в связи с отсуствием экипажа. – Девушка сложила губки трубочкой, втягивая в себя розовое желе. – Если у вас будут пожелания, Филикс всегда сможет снять с консервации тот, в котором рецепт блюд соответствует вашему вкусу.

Сомневаюсь, что тут найдется синтезатор, способный сварганить съедобный гуляш…

Дождавшись, когда девица дососет все желе в досягаемости ее тонких ручек, со вздохом начал разговор…

***

- Альтор, Синис, Валда, Оур, Физз, Каран. – Я посмотрел на три тела, лежащих на белых кушетках. – Миман, Сагда, Карна… А где десятый, Филикс?!

- Третья ячейка стазис контролера состояла из девяти членов экипажа, получивших наиболее сильные повреждения физических оболочек. – Искин, да-да-да, самый натуральный искин корабля, вывел на дополнительную реальность диагнозы всех девяти тел и я тихонько застонал.

Первая шестерка попала под проклятье, последняя троица попала под асфальтовый каток.

- Лучше бы добили… - Пробормотал я себе под нос, в очередной раз обещая поймать И.О. капитана и надавать ей по плоской заднице так, чтобы она неделю не смогла сидеть! – Готовь «коконы», начнем с последних. Расходники «Б»-типа, семь накопителей и Майку обратно!

- Согласно трудового законодательства, Майка Дэйл…

- Филикс… Не зли меня! – Я задрал голову к потолку и скривил нос. – Я не сплю и ей не светит!

- Связь с Майкой Дэйл… - Хитрый искин сбросил на меня разговоры с Майкой, понимая, что железяку она точно пошлет нафиг.

А вот меня – побоится.

И правильно сделает, кстати говоря.

Я этих хреновых подростков еще научу любить свободу, равенство и братство, они еще у меня научатся ходить строем!

- Филикс! У меня законное…

- Право оторвать свою тощую жопу от кровати, принять витаминную жидкость, выгнать Кулга и шевеля поршнями на полной скорости вернуться в лазарет! – Рявкнул я. – Живо!

- Это произвол!

- Это – производственная необходимость! А если еще раз будешь голой жопой светить, по ней же и отхватишь.

- Тиран… - В голосе еще одной остановившейся в развитии девицы послышались нотки не шуточной паники. – Между прочим, я честно отработала свои пять часов…

- Еще одно слово и будешь работать пятнадцать. – Я помог лазаретскому дроиду уложить Сагда в «кокон» и активировал «полное восстановление». – Или восемь, но снаружи.

- Уже иду. – Работать «снаружи» экипаж «Омнимокса» боится просто панически, до поноса, до трясущихся рук и суицида!

Странные они, чесслово!

Чего бояться-то?!

Ну, нет на таких глубинах хоть сколько то опасных существ, нет!

Правда, основная опасность экипажу «Омнимокса» грозит от самого экипажа «Омнимокса»!

Полсотни зверских недоучек и инфантилов, с головами свернутыми лишь исключительно на собственной уникальности – это перебор.

Не знаю, чем руководствовалась Ивола при наборе персонала, но точно не здравым смыслом.

Из пятидесяти человек – семнадцать парней, трое из которых классические передасты, остальные девицы без царя в голове и с закидонами, от которых волосы на заднице шевелятся!

И это я только два десятка отлечил!

Причем к неформальным любителям задних игр у меня меньше всего претензий – они хоть работают, когда получают задания, но вот остальные…

Фиг его знает, может, это просто возраст, но находится на «Омнимоксе» дольше необходимого я как-то даже не рассматриваю.

Когда я припер Иволу к стенке, пытаясь узнать, что же было у нее в голове, когда она набирала молодняк в возрасте от девятнадцати и до двадцати трех лет, не имеющий ни малейшего понятия о взрослой жизни и не желающего ничему обучаться – она просто «стукнула» меня по мозгам своим даром, заявив, что у нее все было рассчитано.

Ага.

В результате этого рассчета, все пятьдесят отправились в стазис в течении одного года, не сумев обжить как следует свои собственные каюты!

Она, конечно, извинилась и даже разрешила мне командовать вылеченными, но…

Под присмотром Филикса, который, сдается мне не столько даже искин, сколько подселенная к железным мозгам неприкаянная душа, которая ждет не дождется, когда ее из этого ада отправят на перерождение, эти два десятка уже успели обожраться своей смеси-желе, в первый же день забив канализацию!

Пришлось отправлять засранцев наружу, добывать хоть что-то питательное, кроме желе.

Угадаете, кого они притащили на мясо?

Правильно!

Водоросли!

Причем, если я все смог правильно понять из невнятной ругани Филикса об испорченных скафандрах, эти умники рвали голыми руками что-то из вида макроцистуса, который по прочности как стальной лом, а по длине метров сорок-сорок пять.

Нет, как склад полезных витаминов и как косметический набор – выбор прекрасный, но…

Не в нашем случае.

И ведь что самое ужасное – из пятидесяти «членов» - сорок три владели магией жизни\природы, но не чувствовали ни жизни, ни природы…

- И все равно я пожалуюсь Лане! – Вошедшая «девочка-снежинка», вся такая белая-белая, что становилось холодно на нее даже просто смотреть, накинула халатик на свое плоское тело и замерла в ожидании моих распоряжений.

«Девочкой-снежинкой» я ее называю не потому, что она альбиноска, а потому что у нее высветленные в просинь редкие волосы, выбеленная кожа с нанесенными льдисто-холодными цветами, узорами в виде точек разной толщины.

Быть может, будь она хоть капельку ухоженней – это выглядело стильно, но на этой, прямо скажем, замухрышке, кроме боли, ничего другого у меня не появлялось.

- Упаковывай остальных. – Я показал рукой на шестерку, уже начинающую подавать признаки жизни. – Все по схеме, как отрабатывали…

Глава 13

Я уже говорил, что набор команды у Иволы был странным?

Так вот, я прошу прощения.

Он был – ДОЛБАНУТЫМ!

За эти три месяца, что я на «Омнимоксе», через лазарет прошли восемнадцать из пятидесяти человек – однократно и сорок один – больше трех раз!

Да уж, теперь я точно понимаю, почему Филикс предпочел их «застазить», а не лечить, хоть и в автоматическом режиме!

Повертев головой, подсчитал количество голов бредущих по дну.

Все нормально, пока еще семеро, никто не потерялся, не отломил конечности скафандра и не провлился куда-нибудь.

Если так пойдет и дальше, то, возможно, мы и сможем добыть тех вкуснейших рыбок, чьё мясо просто тает на языке!

И если очень повезет, то сможем даже и вернуться.

Целыми.

Филикс назвал рыбок «сёлунами» и обрадовал меня, что этот вид искусственно культивировался несколько столетий в специальных бассейнах, а потом был выпущен на свободу, где прибавил в размерах и наглости, не потеряв во вкусовых качествах.

«Прибавил в размерах» это не для красного словца – изначально, при выведении, рыбки были не более метра длиной и килограмм по семь-десять, а вот в свободном океане стали они пятиметровыми и килограмм на пятьдесят, отдельные особы вытягивали с легкостью!

Так что, пяток таких рыбешек и запас провизии на месяцок гарантирован.

- Дэви! А почему мы идем к дальнему прайду? – Тикк отстал от своей компании и поравнялся со мной. – Не проще ли было почистить сперва ближний, там ведь ближе?

- Тикк, не будь варваром. – Усмехнулся я. – В ближнем остался молодняк, а он мелкий и очень быстрый, так что за ним придется гоняться долго, тратя ресурс скафов. К тому же, «зачистив» весь прайд, мы лишим себя деликатеса в будущем – раз, а во-вторых, природа не терпит пустоты и вместо прайда вкусной и полезной рыбки мы можем заполучить в соседи какую-нибудь гадость типа кадала или осьминогов. Оно нам это надо?

- Нет… Наверное…

Мог бы – схватился бы за голову!

Эта мужественная полусотня великовозрастных недорослей не имела ни малейшего понятия об экологии, здравом смысле или экологических системах и их равновесии.

И ведь не совсем же дураки, прямо скажем, но чуть только дело доходило до дела, как все, мозг отключался, начисто.

- То есть, сейчас мы выберем самых крупных там, а за месяц подрастут уже тут… - Тикк сделал глубокомысленный вывод и замолчал, видимо, что-то еще обдцмывая.

- Дэви! – Щелкнул динамик у левого уха, давая понять, что на связь вышла оставшаяся в лодке, Ивола. – Герт и Барт подрались из-за Роны, я пока положила их в стазис, всех троих…

Не-е-е-е-е-е-е-е-е, бежать надо с этого корабля! Бежать! Галопом, дворами, в темноте, чтобы не догнали и не вернули!

Как, скажите мне, как могли подраться два «голубых» из-за девушки, которая давно и прочно обосновалась в каюте своей подруги и выходит оттуда исключительно на своб смену и обучение?!

- Дэви? Ты меня слышишь?

- Да, Ива, я понял. – Я вздохнул. – Вернемся, посмотрю, что можно сделать.

Госпожа капитан, точнее – исполняющая его обязанности – все так же не переносила собственное имя, оставаясь для экипажа Ланой.

А я уперся рогом и мы пришли к консесусу, что при всех я называю ее «капитан», а вот так, в привате, просто Ивой.

- Дэви… Может, все-таки останешься? – В голосе девушки почудилась мне странная печаль. – К тебе уже все привыкли…

- Ива… - Я снова пересчитал головы и вздохнул. – Делать мне больше на «Омнимоксе» нечего. Твоих «жизнюков» я обучил, Филикс дал им доступы, причем, даже больше, чем у меня. Капсулы восстановили, станцию подлатали, ближайшее время вам беспокоиться не о чем, а мне пора и честь знать, меня и дома ждут, да и с папочкой твоим надо разобраться, а то он так и не утихомирится, пока меня со свету не сживет!

- Хорошо. Вернетесь, вылечишь и я, как договаривались, отдам тебе субмарину. – Ивола отключилась, а я снова пересчитал наличие голов.

Недолго мне оставалось мучаться.

По крайней мере, я на это надеюсь!

***

«Омнимокс» на деле оказался не кораблем-субмариной, а глубоководной исследовательской базой.

Очень старой базой.

И, одновременно с этим – очень молодой, потому как на самом деле, сразу после постройки ее законсервировали, загнали под стазис-купол, где она и провела хрен знает сколько лет, пока генераторы не выработали топливо и не явили миру этого «спрута», который и получила в подарок на двадцать один год, Ивола.

До этого времени, ее папочка успел снять с базы три четверти научного оборудования, большую часть подводных корабликов мини-субмарин и выгрести, фактически подчистую, склады, оставив дочурке голый остов с минимальными удобствами.

Конечно, по меркам Фаланкирра этот «остов» - просто пещера Али-Бабы со всеми сокровищами, но и в пещере с сокровищами можно много чего сломать, что и продемонстрировала команда, всеми своими силами умудряющаяся влезть туда, куда им нельзя и сломать то, что априори считается нерушимым.

Филикс, подняв мне доступы на прощание, поделился информацией, искренне сетуя, что лишился многого, приобретя взамен лишь пятьдесят оболтусов, помешанных на свободе и столь-же помешанную капитанку, помешанную на мести отцу.

Кстати, истории, рассказанные Иволой и Филиксом о судьбе ее матушки, много в каких местах расходились в разные стороны.

По рассказам Иволы отец ее и вправду был злобным мудаком, способным собственную жену превратить во взрывающийся артефакт, а вот у Филикса нашлось чем всю эту историю дополнить, если и не развернув все на сто восемьдесят градусов, так значительно подпортив мнение о святости Ланы и «сошедшем с ума» Магистре Ордена Седьмого Рассвета и Властителе Девяти островов.

Для начала - Лана смачно гуляла.

Гуляла так, что, например, Ивола точно была не от отца, которого ненавидела.

Более того, в погоне за красивой жизнью, Лана не раз, не два и даже не десять, умудрялась выболтать то, чего болтать не рекомендовалось.

Последней каплей стала ее выходка, когда она прямо в тронном зале начала рассказывать о своих похождениях стоящим рядом гостям.

Возможно, хватило бы и развода, но…

«Здесь вам не тут».

Разозленный Магистр и Властитель махнул платочком и одной женой стало меньше.

Ага, было восемь, стало семь, невелика потеря, как говорится, «отряд не заметил потери бойца».

Кстати, Ивола еще и врала во многом, например, батенька неоднократно разговаривал с ней, пытаясь объяснить свои поступки и помириться с дочерью.

Приезжал он к ней и на базу.

И уж точно не пытался подсылать к ней убийц или заточить на острове к клюкамарами.

Более того – у нее остался титул и даже мамочкины ценности и целый замок до сих пор ждут свою молодую хозяйку!

Так что, на самом деле, все это их «братство защиты угнетенных от угнетаемых», на поверку – полная липа!

Филикс, поделившийся со мной этими данными, сдается мне и сам не понимал, что за сумбур происходит на его борту, ну да с ним понятно – он, прямо скажем, такой же молодой, как и его команда, хотя вложенные программные установки есть, но логика явно повреждена.

Иначе я просто не пойму, с чего это он вообразил себя «подлодкой»!

Ему положено неторопливо и величаво перемещаться по дну, используя свои щупальца как исследовательские манипуляторы, а не бултыхаться на разных глубинах со скоростью головоного, удирающего от кашалота!

И уж точно не следует хватать корабли и топить их!

Я откинулся на спинку пилотского кресла, переваривая не только свой легкий ужин, но и всю ту информацию, что Филикс сбросил на накопители памяти научной шлюпки-нырка, неторопливо чапающего по направлению к островам Владыки.

Информации было и много, и, одновременно, мало.

Из хорошего – когда-то на Фаланкирре была развитая техноцивилизация, достигшая поразительных успехов в освоении океана.

Из плохого – была она черт знает когда и если бы не стазис, то «Омнимокс» не пережил бы всех своих создателей на ту тьму лет, что миновала с момента расцвета первой, а может и не первой даже, цивилизации.

Из еще хорошего, Вагвальд Третий «спрыгнул с катушек» немного раньше, чем восемь лет назад и по вполне понятному поводу, за один пожар в замке лишившись всех трех сыновей-наследников.

Из плохого, увы, на мне он тоже помешался, считая, что я, своим появлением, украл дар у его сына, который родился вопреки всем предсказаниям обычным человеком.

Вот на такой ноте у человека и поехала крыша.

Дальше – больше.

По мнению Вагвальда, получалось, что каждое мое возвращение с того света не только привносит в мир Фаланкирра сумятицу, «разбавляя» мир инородной магией, но еще и сбивает с толку Богов, которые вместо того чтобы заботиться о жителях планеты, благосклонно принимая жертвоприношения, занимаются тем, что наблюдают за мной постоянно.

Ага, «Дом-2», млять!

А я – центральная фигура.

Нет, подобные идеи были у Мрратхи, но, слава Звездам, это не подтвердилось, иначе бы меня точно посадили на привязь и все, прощай свобода!

Эх, жаль у искина вся информация была отрывочной и слегка противоречивой.

Например, отчего-то у Филикса сперва значилось, что я – женского пола, потом ребенок и только два года как стал тем, кто я есть на самом деле.

А вот насчет наемных убийц информация печалила – да, Владыка отвалил за мою голову бочку драгоценных камней и даже нашел исполнителя, который, к моему счастью, не пережил путешествие с островов, набухавшись и упав за борт.

Потом был договор с «Пафферцем» - Орденом наемников, лет пять назад вырезанным под самый корень наследным принцем Огилии, у которого этот самый орден убил родителей, выполняя заказ на них самого принца.

Двух амазонок, взявшихся за мое устранение, разложили по всякому «южные дикари», а самый удачливый, гм, до сих пор в ковене, работает подопытным кроликом.

После него брать заказ на меня никто не рискует ни за каие деньги – уж больно местным убивцам не понравилось известие о передачи наемника в ковен.

Нет, была еще одна дама, но ее всерьез никто не воспринимал, потому как принцесска заброшенного островка отличалась резкой сменой настроения и могутной любвеобильностью, отвлекающей ее всего, включая управление ее собственной вотчиной.

Но, на всякий случай, ее внешность я запомнил, а то…

Мало ли…

Эх, а ведь симпатичная дамочка, честно скажу!

До Вельды, конечно, ей далеко, да и герцогини в ее омоложенном состоянии тоже не близко, но, мало ли, вдруг я оголодаю!

Полюбовавшись голограммой Эль Сотирры Бан-и-Форра, со вздохом стал готовиться ко сну.

До островов Владыки почти тысяча километров, топлива у моей субмаринки всего на шестьсот, так что лучше выспаться в запас, а там видно будет.

Как ни крути, Ивола мне подгадила дважды, в принципе, совершенно этого не желая.

Первый – взяв с меня слово, что я вылечу ее экипаж и задержусь на три месяца на борту «Омнимокса».

Второй, что пока я хлопал ушами и лечил, умудрилась уйти на тысячу километров в сторону, поставив меня перед выбором, возвращаться к ее папашке за тысячу километров, либо возвращаться с обжитым островам в тысяче семистах километров.

Эх, лопух я, лопух!

Может, стоило не выгонять ее из каюты, когда она приперлась?!

Ну да, не в моем вкусе, но так не убыло бы!

Поворочавшись в кресле, плюнул и включил гипносон – все едино чертовы мысли не дадут мне уснуть! – и закрыл глаза, отправляясь в гости к Его Величеству Морфею.

Технологии минувшей цивилизации, не скрою, были ошеломительными: это и гипносон, и кристаллы памяти, которые, кстати, по совместительству еще и накапливали немалый такой запасец энергии, стазис и еще сотни «мелочей» упрощающих жизнь простого смертного.

Правда, были и «но».

Пользоваться большинством этих удобств мог исключительно маг!

Да, были созданы технологические устройства, упрощающие работу «простого смертного» со всеми этими чудесами, но весь потенциал раскрывался исключительно при пользовании своими мозгами, без технических костылей.

Например, на «нырке» стоял огромный пульт управления, но подключаясь к нему с помощью инструментов своего комбинезона, я получал лишь основные возможности, да и то ограниченные функционалом комбеза, определяющего мою специальность.

А вот если воспользоваться «прямым управлением», которое я подсмотрел у Иволы, то ограничений не было.

Разумеется, я допытывался у Филикса, а нет ли чего болтающегося и высокотехнологичного в небе у нас над головой, но искин, образно говоря, лишь разводил руками, утверждая, что доступа к таковым системам у него нет.

Впрочем, «отсутсвие доступа» и «отсутсвие таковых систем» две большие разницы.

Забавно было бы узнать, что над планетой вертятся какие-нибудь спутники и очень приятно было бы получить к ним доступ.

Просто так, на всякий случай.

Какое-то время гипност просто гонял воздух системами охлаждения, подгоняя температуру внутри скорлупки под оптимальную для сна, а потом, внезапно, одним коротким нырком я оказался спящим.

И, одновременно, осознающим, что сплю.

Удивительное чувство, доложу я вам!

Несколько секунд внутреннего времени я оглядывался по сторонам, осматривая странное серое марево, окружающее меня, а потом принялся выстраивать мир идеального сна, в котором есть все, чтобы отдохнуть с толком.

Вытащить в сон Вельду не удалось, зато получилось воссоздать свою детскую спальню, со всеми запахами, постерами на стенах и громко тикающим будильником «Витязь».

Завернувшись в тяжелую «верблюжку», спрятал нос по край одеяла и отрубился во сне, наслаждаясь мирным покоем, снизошедшим на меня в кои-то веки!

И пусть пробуждение вышло тяжелым, но в голове все едино бродила тень МОЕЙ спальни, в которой счастье казалось таким близким, что протяни руку и оно само упадет в нее!

За десять часов сна я стал ближе к своей цели на сто километров.

Осталось три сотни км до выработки аккумуляторов-накопителей, потом «грузовая торпеда» с запасом хода в 100 км, а там уж придется либо отращивать ласты, либо надеяться на кораблик, что попадется в нужное время и идущий в нужную сторону.

Приняв душ, позавтракал, точнее – поздно пообедал куском сёлуна, принял душ и снова взялся за полученные от Филикса данные.

Всего искин мне подкинул девять кристаллов и два добавила от себя Ивола, вот только почему-то прикасаться к ее подаркам было брезгливо и покалывало чувство отдаленной опасности, предупреждая, что как только я вставлю кристалл в считывать, как начнется какая-нибудь хрень

Азарт, конечно, подначивал, но здравый смысл пока держался.

Выбрав светло-светло-зеленый кристалл, вставил его в считыватель, запустил антивирусную проверку – ага, нашлось и такое! – проверил курс и отклонение из-за встречи с течением, откинулся на спинку кресла и накинул на голову тонкий ободок дешифратора, подключенный, на всякий случай, через порт моего медицинского комбеза.

Научился я этому не по своей воле – в один, совсем не прекрасный момент, подключившись напрямую к свежевосстановленной капсуле, я удостоился такого информационного скачка, что минут сорок тихо сидел на жопе, переваривая узнанное.

В результате, большая часть оказалась техникой безопасности при работе с непонятными технологическими приборами и носителями информации, оставленной еще с завода-изготовителя и не вычищенной Филиксом, при ремонте.

\С тех пор, получив «заряд бодрости» на глазах у Майки, неукоснительно следовал Правилам ТБ, пусть и не всегда удобным, зато гарантирующим безопасность.

Проверенный информкристалл оказался очередной кучей мусора с настроечными таблицами какого-то глубоководного аппарата, беспилотного и оснащенного пробоотборником непонятной конструкции, пришлось его форматировать и ставить следующий.

И снова – информационный мусор.

Да уж, из девяти кристаллов я просмотрел пять и три из них – бесполезная муть с инструкциями и устаревшими на фиг знает сколько лет, данными о биоматериалах.

Быть может, в других условиях, это было бы важно, но для меня эти кристаллы сейчас больше значили как накопители энергии, чем несли важную информационную часть.

«Залив» очищенный кристалл своей силой-маной-энергией, сунул его в стоящий рядом с креслом кофр и взялся за следующий.

«…Привет, Майна!

Не знаю, читаешь ли ты мои письма или уже отправляешь в утилизатор, но… Я по тебе скучаю.

Знаю, расстались мы не очень хорошо и у тебя давно своя жизнь, со мной не пересекающаяся, но хочу верить, что наши годы были не самыми худшими. Сделанного не вернешь и мое решение уйти на «Амбринокс», возможно, было ошибочным и надо было до конца биться за твои чувства и наши отношения, но тогда мне показалось, что я сделала верный поступок, оставив тебя с твоим выбором. Это было больно, но это было необходимо.

Сейчас, не видя солнца над головой, не имея выхода на поверхность до окончания монтажа новой базы, я все вижу в другом свете, с одной стороны понимая, что каждый из нас вырос из тех отношений, что были у нас в начале, но и осознавая, что из всего могло вырасти и нечто большее. Сейчас за мной ухлестывает Милк, помнишь его? Такой же милый, такой же корректный и такой же стабильный, как реакторы «Форлинга». Но, все такой же скучный и предсказуемый.

Майна, я очень скучаю по твоим безумствам, по нашим походам в «Гортанзу» и даже по твоему чертовому курильнику, от запаха которого у меня всегда болела голова.

Сейчас я бы отдала правую руку, чтобы вновь почувствовать этот проклятый запах, а не стерильную пустоту «Омнимокса», в котором, возможно, никогда не будет человеческого духа. Я, сейчас, в такой же агонии, как весь наш мир – не известно, что будет дальше. Проклятые йедли лишили нас неба, заперли на дне колодца и теперь смеются, что вся наша раса – «исследователи, которым нет места на просторах бескрайнего космоса!»

Я проклинаю тот день и час, когда наши предки отправили свои зонды во все концы этого самого бескрайнего космоса, в надежде встретить друзей по разуму!

А встретили свой конец.

Прости, не могу больше писать – в горле ком, на душе гадостливое ощущение конца света.

Увидимся через три-четыре месяца, твоя навеки, Лайя.»

Длинная цепочка писем без ответа от неведомой мне Лайи больно-больно резанула по сердцу.

Может быть, это подло, читать письма давно уже канувшего во тьму времен человека, но я не мог оторваться.

Лайя писала Майне раз в три дня, иногда раз в неделю и каждое новое письмо добавляло вопросов к творящемуся в те времена.

Кто такие эти «йедли»?

Почему они так поступили с предками Фаланкиррцев?

Девушка писала письма в никуда, забрасывала их в пустоту, не получая ответа и раз за разом сходя с ума от одиночества.

От самого страшного одиночества, которое когда-либо случалось с человеком.

От одиночества в толпе.

Я знаю, я это проходил.

По записям, «Омнимокс» строила бригада из семнадцати разумных, четверо из которых не были людьми, Лайя называла их «младшими братьями», «форками», «мелкашатами» и смеялась над их привычкой трахать все электронное до обгоревшей изоляции.

Надеюсь, это было иносказателством для презервативов…

Были и забавные случаи, и даже несколько очень порнографичных описаний встреч Лайи с тем самым Милком, которые каждый раз оканчивались одинаково – девушка выгоняла парня из своей каюты и писала письмо Майне, сравнивая руки, плечи и нежность.

Последнее письмо женщина не дописала, оборвав в самом начале и лишь вложив длинный видеофайл, на котором вышла на дно океана и открыла шлем.

По мозгам рубануло знатно, признаюсь честно!

Уже собираясь выдернуть кристалл из приемника и заменить на другой, обратил внимание на то, что кристалл забит до капы, но один видеофайл и пару десятков текстовых не могут столько забить!

Пришлось искать тут «отображение скрытых и системных файлов», совсем как в старушке Винде.

Нашел.

Офигел!

Весь накопитель оказался забит видео и рисунками Лайи.

И если видео – смесь снимаемой ей порнушки с бедолагой Милком и слезливых соплей-сожалений, то вот картины Лайя рисовала прекрасные!

Что-то подводное, строящайся «Омнимокс», наброски работавших с ней людей, те самые, неведомые мне «форки», на деле оказавшиеся хорошо знакомыми «зелеными человечками» и, десяток тех, «йедли»…

Сцуко!

Двухметровые, гадские эльфы!

Вот, видят звезды, всегда их недолюбливал!

Даже у Толкиена они вызывали у меня раздражение!

А уж в обтягивающих комбинезонах, с наплечными турелями…

Поубивал бы!

Мысленно попросив прощения у уже давно ушедшей в Страну Вечной Охоты, женщины, принялся отсматривать видео.

Помнится мне, была у людей в моё время, записывать что-то важное на кассеты, поверх предыдущей записи.

Разумеется, по большей части так прятали порнуху от детей, но, кто сказал, что люди не везде одинаковы?!

И, разумеется, я оказался прав!

Несколько файлов, начинающихся как обычное порно, через пару минут становились совсем не порно!

В трех файлах Лайя спрятала самое настоящее заседание подполья, решающего, как же справиться с расой длинноухих, с самоназванием то ли альвы, то ли эльвы; еще два касались монтажа тайников с очень редким и смертоносным оборудованием на «Омнимоксе», причем один отсек я хорошо узнал, ибо это был лазарет!

Блин…

Знал бы, что так близко совсем не детское оружие – обязательно бы его слямзил, тем более что образцы там были удивительно компактные!

А вот на последнем…

На последнем, длинноухие падлы казнили Милка…

Очень хочется верить, что это племя, за минувшие годы успело вымереть.

И, желательно, очень мучительно!

Глава 14

Провожая взглядом уплывающий кораблик, почувствовал, что меня где-то накололи…

Сдается мне, не шесть сотен километров у него запас хода, далеко не шестьсот!

Вон как ходко эта сволочь рванула обратно к «Омнимоксу», стоило мне только выбраться наружу.

А ведь все указатели лежали на нулях!

Звезды всемогущие, что же я за простофиля доверчивый-то?!

Мысленно пожелав Иволе и всем ее членам экипажа вновь оказаться в стазисе, вновь занялся забарахлившей «торпедой», в которую вложил тот небогатый скарб, что прихватил с собой в дорогу.

Минут через десять до меня дошло, что я не только «простофиля», но еще и идиот…

Выдернув защитную чеку с джойстика управления, сверился с планшетом и придавил кнопочку, запуская двигатель.

Глубоководный буксир, в просторечии – «Торпеда», слегка взмутил воду и дернулся, все набирая скорость в сторону островов.

Если не «давить на гашетку», его должно хватить на сто км.

Средняя скорость у «торпеды» намного выше, чем у кораблика, уже растаявшего в голубой дали океана, так что останется мне какие-то три сотни километров морского путешествия.

Пошевелив ногами, не удержался от идиотского смешка – ласты я себе отрастил.

Потратил на это, правда, весь свой резерв, зато получилось совсем не плохо!

Закрепленный планшет весело подмаргивал зеленой точкой скользящей по ровнехонькой линии, упирающейся в отметку островов на карте.

Несколько раз рыбья чудь пыталась меня догнать, но куда там ей тягаться с чудом покинувшей сей бренный мир цивилизации!

Через пару часов сделал привал – устали руки, да и ремни изрядно натерли голую кожу.

Можно было снова натянуть комбез, но тогда прощайте ласты, да и запас энергии у него не бесконечен.

Я прихватил со склада пяток накопителей для него, с ведома Филикса, разумеется, но тратить их там, где можно было обойтись магией – несустветная глупость, как ни крути.

Размяв ласты – оказалось очень даже удобно! – снова запрыгнул в седло и двинулся в путь, раз за разом напоминая себе, что времени на разведку просто нет, что надо торопиться и что лучше я сюда вернусь когда-нибудь «потом» во всеоружии, чем потеряю время и, что хуже всего, запросто ведь могу потерять жизнь.

А с теми «шанешками», что сейчас аккуратно притаились в грузовом отсеке «Торпеды» это будет очень обидно.

Обидно, конечно, было и то, что многие красоты и тайны оставались на дне неисследованными, но сейчас у меня две цели.

Добраться до островов и не попасться там Владыке.

И если в первом у меня не было никаких сомнений, то вот со вторым…

Если Вагвальд и вправду так на мне «поехал», то шансов на молниеносное сматывание у меня почти нет.

Увы, классика жанра, что называется…

Заряда «торпеды» хватило на сто пятьдесят шесть километров.

Больше, чем предполагалось, но меньше, чем хотелось.

Эх, готов поспорить, что можно было как-то подзарядить эту хреновину, но…

Вместо этого достал рюкзак со шмотьем, приладил его под пузо и принялся неторопливо двигать ластами.

Оставшиеся километры сами себя не пройдут ко мне навстречу!

***

Ненавижу океан!

Ненавижу ласты!

Ненавижу сырую рыбу!

И не сырую – тоже!

Вообще рыбу ненавижу!

И магию я ненавижу!

Я с ненавистью смотрел на ласты, напрочь отказывающиеся превращаться в ноги.

Растянулся на сухом песочке подводной пещеры и прикинул хвост к носу, вычисляя уровень жопы.

Получалось, что за минувшие пятеро суток я проплыл меньше ста сорока километров, устал, как собака, а теперь моя собственная магия сбоит!

Достал из водонепроницаемого рюкзака упаковку индивидуального рациона, разбавил ее соленой водой с привкусом йода и отложил в сторону, разбухать.

Не так я себе представлял свое фееричное возвращение на берег, совсем не так!

Вздохнув, закрыл глаза и сосредоточился на проблеме.

Ничего.

Как и сутки назад, Магия жизни отказалась возвращать ноги на место, словно намекая, что жить мне теперь придется в воде.

И это хорошо, что я себе жабры не вырастил!

Потыкав ложкой в сероватую массу ИРП-а, шмыгнул носом и принялся за ужин.

Съел две ложки и отставил тарелку в сторону.

Звезды всемогущие, какой же я идиот!

Ивола же неоднократно повторяла, что магия жизни на островах живет своей, отличной от разумной, жизнью!

Прополз по песочку и занырнул в воду, для надежности отплыл на пару километров и…

Здравствуйте мои родные ноги!

Как же я по вам соскучился!

Вынырнув, погрозил злосчастному острову кулаком и погреб обратно к пещере, доедать рацион, честно отсыпаться и мечтать, что вот теперь-то мои приключения подошли к концу!

Не ожидал я, честно говоря, такой подставы от своей магии!

Поворочавшись с боку на бок, закрыл глаза и начал анализировать происходящее, попутно ставя эксперименты на собственном мизинце левой руки.

Получалась какая-то фигня!

Тонкие, ювелирные воздействия выходили на ура.

А вот глобальное – «падало и отжималось» до тех пор, пока хватало запасенной энергии.

Любопытства ради, подобрал ракушку и принялся делать из нее «быстрый артефакт», напитывая силой и нанося линии заклинания-конструкта обычного оздоровления.

На ракушке все получалось изумительно!

А вот на кристалле-накопителе – выходила фигня.

Ракушка держала заряд от 10 до 20 минут, а камень, еще несколько дней назад вмещавший весь мой резерв, разряжался за три-четыре минуты.

Доведя камень до рассыпания в прах, засветил «огонек» и пошел шариться по пещере, собирая всякий мусор.

К утру добился ясности – все, что принадлежало миру животному или растительному – работало.

Все, что принадлежало к минералам – нет.

Чем больше предмет – тем быстрее идет разрядка.

Ради интереса, отрастил на мизинце бритвенно-острый коготь и нанес на него «гниение», превращая в безотказное оружие.

Ноготь дотянул до полудня, почернел и отвалился.

Хрень какая-то!

Такая теория обломилась на ровном месте!

Взял кусок полугнилой деревяшки, нанес на него схему одного из немногих мне известных конструктов огня и…

Получил факел, который горел даже под водой!

Под вечер, ругаясь на чем свет стоит, добился, что моя собственная магия начала давать сбои на каждом третьем заклинании.

Зато огонь, воздух и конечно же вода, работали в меру моих ученических возможностей.

Прикончив предпоследний ИРП, плюнул на эксперименты, взяв за правило магичить подальше от острова – там все работало без сбоев!

Перебрав рюкзак, выбросил из него остатки еды, перепаковал все в тряпичный вещмешок, с которыми тут ходили всякие бродяги и, сунув его под голову, забылся тревожным сном, в котором магия жила своей жизнью, творя дичайшую дичь.

А под утро в пещеру вползла какая-то крокозябра, которая попыталась мной закусить.

Вот так бывает – двое суток провел в тишине и одиночестве, а когда понадобилось выспаться – появилась восьмилапая тварь с щупальцами вокруг пасти, острыми плавниками по бокам и клыками, длиной сантиметров по десять!

И воняющая так, что я чуть не задохнулся!

Нет, с этой островной жизнью надо завязывать!

Хрен на него, Вагвальда Третьего, Магистра Ордена Седьмого Рассвета и Властителя Девяти островов, пусть он и дальше живет на своих островах!

Будет время и желание – свидимся, но точно не сейчас!

Увернувшись от щупальца, запнулся за рюкзак и рухнул носом вперед, благо хоть на песок…

Увы, на этом мои неприятности не закончились – зверюга привстала на своих щупальцах почти под свод пещеры и обдала меня зеленоватым желудочным соком, едким, вонючим и, как выяснилось – горючим.

Долбануло в замкнутой пещере так, что я вылетел из нее, как пробка, головой вперед, успев полюбоваться перед падением на косые паруса проходящего невдалеке от острова, крутобокого корабля.

Я уже говорил, что не люблю рыбу?

Так вот, добавьте теперь к ней головоногих!

Те еще твари!

В себя пришел от резкого запаха – неведомая добрая душа поднесла к носу ткань, смоченную вонючей мазью, от которой у меня тут же засвербело в носу.

«А-а-а-а-а-апчих!»

- Смотри-ка, живой! – Мужчина в легких зеленых шароварах и белой рубашке без пуговиц хлопнул меня по плечу. – Счастливчик!

- Нахрен такое счастье… - Выдохнул я и попытался сесть. – Как-нибудь без него бы обошелся!

- Нельзя отказываться от даров, насланных Богами! – Мужчина воздел руки к небесам и зевнул. – Они ведь могут и отобрать счастье. А счастье такая штука, что лучше пусть оно будет, чем нет!

Ну, с этим не поспоришь, наверное…

Но как по мне, так именно такого счастья мне и нафиг не надо!

- Не расскажешь, как ты очутился на острове Фальдо? – Мужчина протянул мне руку, помогая встать с чисто вымытой палубы гашепского торговца. – У него издавна дурная слава, чужеземец. Наши обходят его стороной, говорят, на нем поселился катук и жрет всех, кто приближается к его логову!

- Если «катук» это хрень с восьмью лапами, как у кузнечика и щупальцами на морде – то он точно на этом острове обретался… - Я снова чихнул. – Или до сих пор обретается, если выжил…

- Ты его взорвал? Отчаянный смельчак! – Мужчина поправил рубашку. – Меня зовут Терр, Террин Терр. Во дворце Владыки будут счастливы узнать об освобождении острова!

- Если он освободился… - Вздохнул я себе под нос, с ужасом понимая, что своих вещей я, скорее всего, начисто лишился… Да и фраза насчет Владыки, осчастливленного освобождением острова, как-то мне не понравилась.

- А вот тут ты прав. – Торгаш задумчиво почесал кончик носа. – Надо удостовериться. Владыка не любит не проверенной информации! Шарр, Него! Готовьте шлюпку! Ты с нами…?

- Дэн. – Я вспомнил директора фирмешки, в которой я работал в одной из своих «жизней» и его удивительную удачливость во всем. – Дэн Ангмарр.

- Хорошее имя. – Терр расплылся в улыбке. – А пока будем добираться до острова, расскажешь, как тебе удалось справиться с катуком!

Ну вот и еще одна проверка на мою голову…

Твердо решив не упоминать о своем основном даре, остановился на магии огня.

Она у меня столь маленькая, что дальше, чем развести костер и выпустить одну-единственную огненную стрелу у меня дела не заходят.

Мрратха говорит, что это из-за того, что я ленюсь развивать в себе остальные аспекты магии и в этом что-то есть, но…

Загрузившись в четырехвесельную шлюпку, я устроился на лавочке рядом с капитаном и принялся врать.

Капитан похахатывал надо мной, а вот услышав название корабля, придуманного мной, помрачнел и сказал, что я легко отделался, ведь «Кроватт», как известно всем, очень не хороший корабль!

Мысленно присвистнув, решил, что с враньем пора завязывать, а то Удача штука капризная, обязательно отыграется там, где нужнее всего.

Добравшись до острова, присвистнул совсем не мысленно – взрыв в пещере снял с нее «крышу» по всему периметру, являя солнцу беленький песочек, по которому, разными кусками, был живописно разбросаны запчасти от катука.

- Это не катук, господин! – К капитану подбежал матрос, держащий в руках здоровенный, хорошо прожаренный, коленный сустав.

- Эх, Дэн, жаль ты его так в ошметки порвал! – Терр с сожалением выдохнул. – Владыка, за каждый новый вид платит немалые деньги… Могли бы хорошо подзаработать, продав эту тварь целиком!

- Можете постоять пару часов в тенечке и он будет у вас целиком. – Хмыкнул я, глядя как на суставе медленно нарастает свежее мясо. – Только, чур, я подожду вас на корабле!

- Проклятье… Марон, Фэд, Кейт, живо упаковывайте эту тварь! – Капитан рыкнул так, что я сам чуть не побежал «упаковывать тварь»!

Пока народ занимался упаковкой, я принялся бродить по остаткам пещеры, надеясь найти свой рюкзак.

И ведь нашел!

Слегка обгорелый снаружи, конечно, вонючий, липкий, с парой дырок, в которых торчала подкопченная ткань комбинезона, но переживший и встречу с тварью, и взрыв.

Пришлось попрыгать, чтобы сдернуть его с каменного выступа, на который его закинуло взрывной волной, а потом еще минут пятнадцать отмывать от слизи и гари.

- Боги к тебе точно благоволят! – Капитан, увидев моих руках вещмешок от души расхохотался. – Потом еще детям рассказывать будешь!

- Господин! – Кейт окликнул своего капитана. – Вам надо это видеть…

- Проклятье… - Терр помрачнел. – Это точно не катук, это – химера!

Лежащие четыре сердца, рядком, все еще сокращались, качая воздух.

Два человеческих, одно здоровенное, словно бычье, а назвать четвертого представителя, поделившегося своим сердцем я бы и вовсе не рискнул.

- Кейт! Как закончите – обыщите тут все! Без проклятого «жизнюка» такие твари сами по себе не появляются!

- «Жизнюка»?! – Вырвалось у меня. – А при чем тут «жизнюк»?!

- Только магия «жизнюка» способна сотворить химеру и вдохнуть в нее жизнь. – Мрачный капитан сердито цыкнул зубом. – Будем надеяться, что химера сожрала своего создателя, иначе придется прочесывать весь остров… И Владыка будет совсем недоволен, если мы никого не найдем! Эххх, если бы ты здесь все не взорвал, Кейт смог бы отыскать «жизнюка» амулетом, а так…

Терр махнул рукой, подзывая своих и отправляя шлюпку с запчастями химеры на корабль.

- Подожди… - Я помотал головой. – Так ведь «жизнюки» химерами не занимаются! Они лечат, корректируют условия…

- Наивный… - Капитан уселся на камушек, торчащий из песка и тяжело вздохнул. – Сами «жизнюки», может быть, ничего такого и не делают, но вот их магия… Она уже словно сошла с ума и творит что попало. И, чем сильнее «жизнюк», тем страшнее сходит с ума его магия. Например, чтобы создать химеру такого размера, «жизнюк» должен быть не ниже магистра… При этом, можешь быть уверен, сам «жизнюк» может быть даже не в курсе, что создал такую тварь!

- Охренеть… - Выдохнул я. – И что, такое везде?

- На континенте, говорят, все спокойно, а вот у нас, на островах – повсеместно. Владыка приказал собрать всех «жизнюков» и отправить на континент, но, говорят, на корабль напал гигантский моллюск и сожрал весь экипаж, пассажиров и даже сам корабль! С одной стороны – жаль людей, но сейчас хоть спокойнее стало. А то и недели не проходило, чтобы на острове какая-нибудь гадость не появлялась! И, ведь что интересно, Только на островах! Километр от острова в открытый океан и все, ни одна тварь за тобой не погонится!

- Странно это… - Я принялся привычно рыться в голове, вспоминая лекции по биологии и рассказы Мрратхи. – Вообще, вроде как, должно быть наоборот… Кормовая база в океане больше, шансы на выживание – тоже…

- Ну, я не настолько умный, но Владыка говорит, что… Млять! Это же «Кроватт»! Только Долбака Пежина тут не хватало!

С-с-с-с-с-с-собака серая!

Вот именно поэтому я и не люблю врать!

Вечно все мое вранье мне же боком и вылазит!

Сейчас два этих капитана снюхаются и все, пипец котенку, не будет гадить!

- Не боись, не выдам! – Хлопнул меня по плечу Терр. – Ты мне удачу принес, так что, считай, в рассчете будем.

К моему удивлению, «Кроватт» прошел невдалеке от нашего корабля, лишь выкинув приветсвенный флаг.

Видимо, там, сверху, за мной и вправду кто-то присматривает…

Выдохнув с облегчением, честно пообещал себе максимально говорить правду, а то уж как-то слишком рядом полярный лис пробежал.

Дождавшись сразу двух шлюпок, в которые загрузили и остатки химеры, и собственно нас, попрощался с островом и занялся своими делами – Терр попросил некоторые останки, еще раз, на всякий случай, прижечь, выделив мне за это из добычи один коготь и один клык, за работу.

В принципе, мы еще на берегу договорились разделить все 50\50, но полученные запчасти химеры отчего-то показались мне особо важными, вот я их себе и выпросил.

Триннадцатисантиметровый коготь и десятисантиметровый клык…

По ощущениям меня, как «жизнюка», обе «запчасти» значительно напитаны магией жизни.

МОЕЙ магией жизни!

Так что, выходит, химеру и вправду создал я, когда пытался-пыжился восстановить ласты до ног.

И в тоже время, от предметов несло и чуждой магией.

Сдается мне, вновь созданная химера успела подзакусить не только двумя человеками, чьи мелкие остатки нашлись на острове, но и какой-то тварью крупнее, как бы не тем самым катуком!

Да и четвертое сердце, сдается мне, я догадываюсь чье – похоже, где-то рядом с островом проплывал русал, которого и захрумала химера.

Но это точно не точно!

Ох, чудит тут на островах магия, шкально чудит!

И ведь, что самое обидное, чудит только МОЯ магия, магия жизни и природных сил!

Все остальные прекрасно себе работают, слушаются и вытворять хрень даже и не собираются!

Закончив прижигать химеру в бочонках, украдкой оглянулся по сторонам и…

Потянулся к своему источнику.

Полнехонек…

Нафиг…

Достал из рюкзака кристалл, слил в него весь запас, оставив «естественный фон», то есть меньше пяти процентов.

Этого кристалла мне хватит сливов на десять-пятнадцать, так что до центрального острова я дотяну, а там, если все сложится удачно, запрыгну на кораблик и свалю отсюда…

Мне, конечно, интересно, что тут с магией происходит, но судя по обмолвкам капитана, «жизнюков» тут теперь не любят, так что, если даже меня Владыка не поймает, так запросто прибьют местные жители, свято уверенные, что все их беды от магов жизни!

- Дэн, о чем задумался? – Капитан подсел рядом, любуясь заходящим солнцем. – Через два дня будем на Тарна-Гру. Еще через день на Гри-Файлд, а там и до Пал-А-Нокра рукой подать. Сдадим химеру, получишь свои денежки и дальше двинешь… Только…

Капитан сделал глубокий вдох.

- Говори уже… - Немного не сдержался я, чувствуя, как портится очарование заката.

- Владыка издал указ, что все чужаки должны проходить проверку во дворце. – Мужчина хрустнул пальцами. – Это просто беседа с придворным магом, ничего особенного. Был бы ты сильным магом, предложили бы работать на Острова, а так, немного потрепят нервы да и отпустят, тем более, что ты вроде адекватный…

- Зв «вроде» - спасибо. – Хохотнул я. – Раз надо, значит, надо…

- Вот и славно, а то многие, узнав об указе, начинают кричать, возмущаться… - Капитан повеселел. – Один такой даже в драку полез, кулаками махать начал, доказывать, что права не имеют.

- Ну и идиот… - Вздохнул я, вспоминая, как легко и просто можно пройти таможенный контроль, если вести себя как положено. – Смысл, если это введено в правило…

- Во-во, во-во… Это хорошо, что ты понимаешь, что против правил не попрешь!

Конечно, понимаю…

Я их столько у себя в графстве ввел, что пришлось даже немножко, совсем чуть-чуть, отловить самых отъявленных горлопанов и провести с ними объяснительную работу.

Выжили, конечно, далеко не все, но те, кто выжил – самые преданные делам графства, неофиты.

Я их даже подлечил!

- И, Дэн… Вещи свои держи при себе. Мои-то гаврики нормальные, но вот как выпьют, обязательно расскажут, что видели у путешественника драгоценности и артефакты…

Упс…

А ведь я вещмешок только один раз, буквально на пару минут из вида выпустил!

Предуппредив меня, капитан посчитал, что свои обязанности исполнил и, потрепав меня по плечу, намекнул, что пора и спать ложиться, мол, раньше ляжешь – раньше встанешь!

Ненавижу жаворонков!

Зевнув, проводил быстро закатывающее светило, спустился в трюм, завалился в отведенный мне «пассажирский» гамак, сунул вещмешок под голову и отрубился.

Тарна-Гру и Гри-Файлд я честно пропустил, не стал высаживаться и заниматься лицемерным туризмом.

Не потому что не интересно, а потому что пока мы болтались в полукилометре от воды, моя магия вела скромной паинькой, да и за совсем непростыми бочками в которых уже начали шевелиться запчасти химеры, приходилось наблюдать в оба глаза, а то, того и гляди, вылезут и пойдут жрать!

Кейт, конечно, на эти мои страхи смеялся, утверждая, что бочки и не на такое рассчитаны, но…

Проверять их «могучность» у меня желания не было.

Так что все пять суток до Пал-А-Нокра я занимался тремя вещами – следил за бочками, сливал в кристалл свой запас и пытался всеми путями найти возможность спрятать источник зеленой магии.

Совсем спрятать не удалось, но получилось замаскировать, «натянув» на средоточие сил оранжевый цвет слабого мага огня.

К сожалению, работало все не больше двух-трех часов, пока запас был слит и восстанавливался, но, едва восстановление доходило до сорока пяти процентов, вся моя маскировка летела ко всем чертям.

Хорошо хоть сам источник у меня кажется маленьким, хотя влезает в него порядочно.

Ради интереса, решил прокачать магию Огня, но за три дня много ли успеешь?

Вот и у меня получился источник размером с рисинку, увеличив мои возможности в этой магии до пяти стрел и одной маленькой стены.

Наблюдая за моими потугами «раскачаться», Кейт лишь недоверчиво качал головой и называл счастливчиком, ведь у иных, вот так, от трех заклинаний в сутки, до целых шести, уходило несколько лет ежедневной, выматывающей «прокачки».

Несколько раз он меня останавливал, когда я, заигравшись, фактически в ноль вычерпывал источник огня и ругал, раз за разом напоминая, что так делать нельзя и на все мои возражения, что именно так и надо, лишь закатывал глаза.

В конце концов мы с ним поспорили до крика и появившися капитан предложил Кейту попробовать мой способ прокачки и сравнить.

Кейт посопел и согласился.

Часа три мы «откачивали» его силы Воздуха, а когда Кейт отрубился от усталости и уснул, я, слегка схитрил.

Основная проблема Кейта была не количтве сил, а в слабых «магистралях», которые «перегорали» стоило ему хоть слегка перенапрячься.

Резерв у мужчины был совершенно мастерским, а вот проходимость каналов болталась на уровне ученика, такое бывает, Мрратха показывала мне пару своих воспитанниц и мы с ней даже отработали технику их увеличения и укрепления.

Правда, для этого пациент должен быть совершенно пуст, иначе его сила сопротивлялась и все работа превращалась в адские муки для обеих сторон.

А так…

Отработав по уже готовой схеме, не только развил ему каналы, но и прочистил почти атрофировавшиеся и запустил второй контур, который у Кейта существовал лишь противозачаточно.

То есть был, но рваный и не функционирующий.

Вот тут пришлось потрудиться.

В принципе, основные потоки у всех магов одинаковые, разница лишь в их развитии и прикладываемых силах.

Вот у меня сил было дохрена, потому и хватило восстановить все и запустить в новом режиме.

Осталось только предупредить утром Кейта, что с новыми силами на старом контроле получится фигня, да пройтись еще раз по каналам, сбивая «засоры».

Проснулся от грохота, криков и матов.

Кейт проснулся раньше.

Заприметив, что «Бородач» заштилел, мужчина по привычке сотворил «ветер», выдергивая судно из полосы штиля.

В результате, трехмачтовик превратился в двухмачтовик – среднюю мачту просто как корова языком слизнула!

В довершении праздника кто-то лишился развешанной на просушку одежды, а кто-то и за борт улетел!

В общем, перед Пал-А-Нокра мы хорошо так переругались, успокоились и я успел вложить весь свой запас в Кейта, снова сращивая повреждения энергоканалов и укрепляя их.

К моменту прибытия островной таможни, я получил сухое «спасибо» от Кейта и эмоциональное – от капитана, пообещавшего мне, что обязательно вычтет ремонт корабля из моей доли за химеру.

Узнав, что мы приперли, таможня вызвала магов, которые приперли с собой пяток големов, которые утащили все семнадцать бочек с химерой за один раз, оставив меня в немом восторге!

Тоже хочу таких помощников!

Я с ними, ух, какие горы сворочу!

Я такого понастрою!

- Рот закрой и слюни вытри… - Расхохотался стоящий рядом Кейт. – Один такой голем стоит как три наших корабля, в нем только камней-накопителй два десятка!

Да хрен с ними, с камнями!

Я почесал задумчиво нос и решил, что если не будет хватать – устрою набег на южан и добуду себе накопителей, ну хоть на десяток подобных големов.

Остался пустяк – научиться их делать!

Из того что я увидел, големы были явно не деревянными, так что у меня будут проблемы с запасом металла и, что еще хуже – с продавленными ко всем чертям, дорогами!

Но ведь никто не запрещал вместо ног делать гусеницы!

Резины у меня пока нет, но стальные звенья сделать не самая большая проблема!

И вообще, у меня есть «тройка-семерка-туз», вот пусть и думают!

- Дэн… Ты это… Не смотри так, а то заметут и имени не спросят! – Кейт добавил мне еще один хлопок по плечу, сбивая с настроя. – И вообще, вон, за тобой уже идут…

Сунув руку в карман, где лежал накопитель, снова слил все до максимума, оставляя на виду ало-оранжевую точку мага-недоучки.

- Дэн Ангмарр? – Подошедшие к борту корабля представители магического сословия, затянутые в темно-синюю и темно-бордовую мантии, выше меня ростом на целую голову и увешенные накопителями с головы до ног, замерли, ожидая ответа.

- Это я. – Я сделал шаг вперед, отдавая рюкзак Кейту.

- Согласно приказа Вагвальда Третьего, Магистра Ордена Седьмого Рассвета и Властителя Девяти островов, вам надлежит пройти беседу с Мастером Эви. Беспокоиться Вам не о чем, это пустая формальность, не более.

Судя по тону говорящего, он уже просветил меня насквозь, отметил слабое мерцание адепта Огня, оценил возможности и признал меня неопасным, от слова «совсем».

- Да, капитан Терр меня предупредил, я готов! – Я просто пылал желанием ответить на вопросы, вернуться, найти себе корабль, что увезет меня с этих островов как можно быстрее.

Желательно, в течении ближайшей пары часов, пока натянутая маскировка не отвалится.

- Следуйте за нами! – Второй маг, в темно-бордовой мантии сделал шаг в сторону и я оказался зажат между двух магов, от каждого из которых просто разило несгибаемой волей и тонким запахом смерти, от которого меня пробирали мурашки по коже.

К моему удивлению, возле пирса нас ожидала серебристая карета с эмблемой Властителя, запряженая гнедой лошадкой, меланхолично что-то жрущей в своей торбе.

Честно говоря, я думал, что придется идти пешком через весь портовый шум-гам, а тут…

Такси класса «эконом»!

Глава 15

«Бойтесь данайцев, дары приносящих!»

Эх, а так все хорошо начиналось!

Мастер Эви, симпатичная рыжая магесса с даром Воды-Воздуха просканировала меня каким-то артефактом, мило посмеялась над рассказанным мной анекдотом, похлопала глазами на историю о химере и отправила в девятый кабинет, где мне и скрутили руки так, что до сих пор больно!

- Эй, магистер! Дай водички! – Насмешливый голос одного из моих сокамерников донесся откуда-то с третьего яруса лежаков. – Тебе все равно ближе!

Полюбовавшись на тяжелые, черно-стальные браслеты, украшающие мои запястья и не дающие колдовать, молчком встал, набрал ковш воды и протянул просящему.

- Какой послушный магистер! – С яруса протянулась рука, а дальше все было по давно разученному методу: Схватить за запястье, дернуть, встретить летящую тушку в полете коленом, добавить жестким в печень и отойти в сторону, чтобы брызги крови не испачкали мою арестантскую одежду.

- Шулис! Да магистер наших не уважает! – Теперь с верхних ярусов принялись спрыгивать остальные, по своей привычке наваливаться толпой, сбивающиеся в стайку шпаны.

Вот только, кто им разрешит-то в стайку сбиться, а?!

На собственные ноги приземлился только самый последний, толстый, нерасторопный дурачок и без того без передних зубов.

Так-то да, колдовать я не могу, но…

Это не значит, что все модификации тела, что мы просчитывали с «Мрратхой и Ко» куда-то пропали!

Получив бронзовым ковшиком по лицу, толстяк лег в проход, рядом со своими друзьями.

И пусть радуются, что легко отделались – «Терн-Шумный» просто посворачивал им шеи и на голубом глазу доказал бы, что это они сами попадали так неудачно!

- Еще кто-нибудь пить хочет? – Полюбопытствовал я, поигрывая тяжелым ковшиком.

- Спасибо, все напились… - Тихий шепоток со второго яруса укрепил меня в той мысли, что сегодня ночью меня постараются грохнуть.

Не так я конечно планировал вернуться в замок, но на безрыбье и рак – ништяковый сазанчик!

Эх, а ведь еще три дня назад это была цивильная камера, с вежливыми заключенными!

Тьфу!

Какая собака решила подселить гопоту к интеллигенции?

Или просто места в тюрьме кончились?

- Ну, раз все напились, то… - Я многозначительно хрустнул костяшками пальцем. – Всем спокойной ночи!

Сбросив с третьего яруса чьи-то шмотки на пол, прикрыл глаза и прислушался к окружающей тишине, прерываемой стонами приходящих в себя «братьев наших меньших», только что скатившихся по лестнице эволюции от ее вершины, к самому подножию.

- Слышь, магистер… - Снизу явно собирались перейти сперва к угрозам, а потом и к активным действиям, но не тут-то было!

Бронзовый ковшик, доложу я вам, не менее эффективное орудие пролетариата.

Но более удобное!

Судя по звукам, пятерку местечковой гопоты сейчас просто забьют насмерть уставшие от человеческой глупости, интеллигенты.

А озлобленная интеллигенция, доложу я вам, будет пострашней, чем «Фауст» Гёте!

Когда загремел засов открываемой двери, пятерка признаков жизни не подавала.

Может, их еще откачают, но я в этом сильно сомневаюсь – магов жизни на острове давно нет, а травники и целители с травмами, с такими повреждениями, несовмещаемыми с жизнью, уже не работают.

Влетевшая охрана, раздавая тычки и отчаянно матерясь, расставила интеллигенцию вдоль стен и замерла в шоке: пятеро бандитов, еще вчера наводивших ужас на улицах, теперь тоже наводят ужас…

Только своим кускообразным состоянием говяжьих отбивных.

Нет, а вы что хотели?

Дюжина интеллигентов, вооруженная чем попало, правильно «накачанная и накрученная», против пяти разбойничков, малоспособных дать адекватный ответ – все как завещал Великий Ленин!

И я тут не причем – «Терна» учили делать еще и не такое, просто пригодилось, грех было не воспользоваться!

- Слезай! – Один из охранников попробовал стукнуть меня ножнами своего меча, но дураков нет – я просто скатился на пол с другой стороны и занял место возле стены, рядом со стоящей и постанывающей интеллигенцией.

- Где еще двое?! – Двухметровый охранник, едва помещающийся в нашей камере, «погладил» стоящего рядом худого мужчину по голове и…

Перестарался – только мозги в разные стороны полетели от его удара!

- Фальц… Вошедший в камеру начкар погрозил монстру пальчиком. – Считать надо не по головам, а по рукам!

Ну да, ну да, у некоторых голов в принципе не было после встречи с ковшиком и по количеству рук было посчитать проще, руки-то точно оставались у всех!

- Да, сир… - Фальц сказал всего два слова, а от перегара, ближайшей к нему паре интеллигентов стало совсем нехорошо.

Да что там говорить, «выхлоп» добрался даже до меня, притулившегося в уголочке, подальше от чавкающих, красных луж.

- Кто зачинщик? – Начкар задал вопрос и замер, ожидая ответа.

Ага, целых семь секунд ждал!

- Всех в коридор, на обработку…

«Обработка» - это чертовски больно.

И холодно.

И мокро.

Тюремный маг – зверский садюган!

Всего две минуты ему нужно, чтобы опустить температуру в помещении до минус двадцати, а уж через пять будут все минус сорок и тут уж либо сдохнуть, замерзнув, либо…

- Последний раз повторяю! Кто зачинщик?

Пара указательных пальцев с разных сторон ткнули в мою сторону.

- А-а-а-а-а-а, магистер! К накрам его… – Начкар щелкнул пальцами и меня, под белы рученьки, потащили по коридору в сторону самой натуральной клетки, подвешенной на цепи, где каждое звено было толщиной в мою руку.

Не знаю, кто такие накры, но, судя по испуганным глазам интеллигенции, что-то очень плохое!

Вот интересно, тут до клетки всего метров семь-десять, а мне за это время, успели сломать два ребра, выбить зубы и свернуть нос на бок!

Да уж, это вам не со шпаной\гопотой связываться!

Влетев головой вперед в клетку, пребольно ударился о прутья, оказавшиеся, по факту, самыми настоящими, антимагичскеми артефактами!

По-крайней мере, резерв у меня ухнул вниз, а боль от переломов, соответсвенно, вверх.

- Руки просунь! – Один из охранников ткнул меня в переломанные ребра короткой пикой. – Живо!

Высунув руки, с удивлением понял, что с меня снимают «браслеты».

- Это предметы подотчетные, а искать где тебя сожрали накры – дураков нет! – Охранник снял браслеты, просто приложив к ним широкое, черное кольцо на среднем пальце, с гравировкой №54-875. – Доброго пути, магистер!

Над головой заскрипел барабан и моя клетка заскользила вниз, в открывшийся под ней провал, из которого изрядно пованивало океаном, тухлой рыбой и чем-то еще, вот только чем именно – ума не приложу!

Опускали меня минут десять, а потом…

Потом пол клетки раскрылся и я полетел в горько-соленую воду!

Можно подумать, что я не накупался!

Злой, мокрый и фактически без резерва, я не рискнул нырять глубже, решив просто побарахтаться на поверхности, набраться сил и…

Да вашу же!

Из глубин вынырнула пастистая морда, щелкнула зубами и ринулась ко мне!

Хрен теперь у меня в замке будет «рыбный четверг»!

Я теперь весь улов на удобрения пущу!

Взяв руки в ноги, рванул в сторону торчащих невдалеке, факелов, чадящих, коптящих, стреляющих искрами, но светящих!

От испуга все рекорды скорости побил, фактически вылетев на берег, как моторная лодка в голливудских фильмах!

- За испуг – саечку! – Рядом со мной на берег вылетела сперва морда с пастью, а следом на песок вышел мускулистый парень, снизу обтянутый в рыбью шкуру и носящий на спине голубоватый плавник, закрепленный ремнями на груди. – Меня зовут Морин…

- Ну и сука, ты, Морин! – От моего удара снизу в челюсть, Морин подлетел на полметра вверх, изящно задрал ножки и рухнул на спину, врезаясь своим плавником в рыхлый песок.

Давненько я не разбивал костяшки о чужую, наглую, довольную, морду!

А уж как на душе полегчало – просто фантастика!

Подув на разбитые костяшки, счастливо улыбнулся, свято веря, что все будет…

А вот хорошо или нет – жизнь покажет!

Подойдя к висящему на плавнике телу, проверил пульс.

Упс.

Нехорошо получилось, перестарался я слегка – Бедолага Морин уже явно остывать начал…

Расстегнув ремни на груди теперь уже трупа, обшарил карманы и разжился каким-то артефактом и коротким, сантиметров в семь, складным ножичком.

Ну да в хозяйстве все пригодиться.

Тело столкнул в воду – будем местным обитателям пропитание, а сам занялся осмотром места.

Голова с зубами оказалась бутафорской, а вот зубы на этой бутафории – самыми настоящими, так что я их отодрал и сложил кучкой – если найду подходящую деревяшку, будет у меня смачная, зубастая дубинка!

Жаль только, что дервяшек не обнаружилось, так что пришлось лезть на стенку, отрывать факел.

Отжав свою тюремную робу в очередной раз, оторвал рукава и, завязав концы узлом, сделал себе пару «карманов», в которые ссыпал зубы.

Эх, надо было штаны снять с Морина!

Ему пофиг в чем на корм идти, а мне бы пригодились.

Обойдя песчаный пляжик вдоль и поперек, со вздохом признал, что мне либо в воду, к шутнику, либо в черный провал пещеры, на высоте, хрен знает к кому в гости…

В воду не хотелось.

Забросив факел в пещеру, забрался по отвесной стене на пару метров и вовремя – начавшийся прилив начал быстро заполнять пещеру.

Надеюсь, этой высоты хватит, а то снова купаться мне не хотелось.

Перекинув через голову связанные рукава, поднял над головой факел и пошел в пещеру, надеясь на лучшее.

В конце концов, я же ничего не теряю?!

***

Лучше бы я себе шею свернул!

Я посмотрел на поле битвы, расстилающееся передо мной и осторожно, на цыпочках, полез на стену, подальше от стаю просто здоровенных собак, которые сейчас доедали тех, кто им проиграл.

А проигравших было дофига, человек под сотню!

Вооружение у них было так себе – дубинки и никакой защиты! – так что, в бою против собачек я бы точно поставил на собачек!

Изображая из себя человека-паука, неторопливо, шаг за шагом, двигался по почти отвесной стене, надеясь, что собачки меня не учуят.

А если и учуят, то не допрыгнут.

Все-таки, метров шесть высоты давали мне призрачный шанс обойти эту свору стороной и не стать очередной порцией мяса на клыках.

А ведь эта стая была не первой и даже не третьей!

Первый раз я с ними столкнулся еще в пещере, там их было две штуки и если бы не факел, сожрали бы они меня еще в начале моего пути!

Учитывая, что я, сдуру, не восстановил силы, пришлось отмахиваться факелом.

Одной собачке я подпалил ее шерсть и она сбежала, громко воя, а вот со второй пришлось повозиться – тварюга попалась матерая и шустрая.

Подвернувшийся вовремя камень упокоил ее собачью душу, но дальше пошел только после трех часов медитации под потолком, где обнаружилась узенькая полочка, на которой я и развалился, оставив факел внизу.

После «подзарядки» стало веселее.

И жрать так сильно не хотелось.

Так что, не теряя осторожности, я миновал еще три своры, старательно обходя их по стенам и изображая из себя мужественного героя комиксов.

Потом была просто армия этих собачек, которая меня, таки учуяла, но достать не смогла, хотя, раз пять пришлось пользоваться огнем, потому как на этих тварей магия жизни не действовала вообще!

Надо, надо было мне, дураку, ту, первую собачку, нормально вскрыть!

Но нет, я ведь самый умный!

Еще раз прогнав «укрепление», присмотрел удобный выступ и перебрался на него, искренне молясь всем Звездам, чтобы и дальше получалось обходить всю эту мерзость втихую, по стеночке…

В одном месте пришлось забираться почти под самый потолок и прыгать бешеной макакой с камня на камень.

В другом месте камень вывалился из своего ложа и полетел вниз, потревожив собачье племя, тут же изошедшееся лаем.

Самое паскудное было в том, что весь мой путь, как я не старался, вел по спирали, вниз, в глубину острова.

А как знают все игравшие в «Диаблу», чем глубже данж, тем жестче жопа!

И если пока вокруг меня пусть и не совсем обычные, но собачки, то ниже явно будет что-то восхитительное настолько, что меня перемелет в мелкий порошок, точнее – фарш.

Я, кроя магию на чем свет стоит, забрался на торчащий камень, подул на стертые в кровь пальцы и активировал «лечение».

Собака!

Как же шустро собачки отреагировали на магию жизни!

И не просто шустро, а еще и точно!

Не сидел бы под потолком, фактически, схрумали бы и имени не спросили!

А так попрыгали, потявкали да и разошлись, тем более что все равно пока лечился, вытянул источник почти до нуля.

А на магию огня собачки не клевали, она им пофигу…

Да, вот такая хрень получается – чем ниже, тем сложнее восстановиться.

Явно ведь дело не чисто!

Ну не может природная магия жизни так косоворотить!

Причем, только она!

Ради интереса, бросил в собачек «Стену огня» - работает и пищит!

Дождавшись, пока зверинец подо мной утихомирится, продолжил свой обходной маневр.

В нескольких местах пришлось возвращаться и искать другие варианты, но в целом, все обошлось очень даже малой кровью.

Оглядевшись по сторонам, спрыгнул со стены на пол пещеры и пошел дальше – вперед и вниз, то ли за славой, то ли, все-таки, за бесславным концом.

Какое-то время собачек не было, зато стали появляться обрывки паутины, под ногами захрустели кости и по коже, то и дело, пробегали мурашки.

Перехватив уже давно потухший факел поудобнее, напряг глазки и прислушался.

Отдаленный лай собак – позади меня.

Шум воды – впереди.

И туда нет желания топать, а уж обратно – тем более!

Почесав нос, двинулся на шум воды.

Все равно других вариантов не было.

Пару раз запнувшись, вышел из очередного прохода между пещерами и не удержался от восхищенного выдоха!

Эта пещера была просто огромной!

И залитой теплым, желтоватым светом.

А главное – совсем невдалеке от меня, внизу, на зеленом поле работали люди!

Обычные люди в широкополых шляпах!

От радости, что вышел хоть куда-то, сделал два шага и, выбрав камешек, уселся на него, со слезами на глазах наблюдая за идиллией.

Слева – поле!

Справа – поле!

Остался пустяк – спуститься как-то вниз, не сломав себе шею!

А спускаться придется, вон, из черного зева пещеры, из которой я только что вышел, на меня голодно поглядывают маленькие глазки!

И не в том проблема, что они маленькие, злые и фасетчатые, а в том, что их слишком до хрена много!

Спрятав факел в дырку, в связанных рукавах, лег на землю и начал присматривать себе дорогу.

За полчаса неметил ее подобие у себя в голове, показал средний палец голодным глазам и начал спуск.

Глаза боятся, а руки делают!

Зацепился за один камушек, потом за другой, проехался на жопе, чувствуя, как острые камни сперва рвут ткань, а потом и саму задницу, остановился, отдышался и…

Снова, от камушка к камушку, неторопясь.

Главное – не смотреть вниз, а то и так жопа рваная и пузо ободранное!

Последние метры оказались самыми сложными – руки дрожжали, пот заливал глаза, а чертовы рукава тянули вниз так, словно там не кучка зубов, факел и маленький нож, а громадная куча камней!

Стоя на земле, все никак не мог поверить, что спустился.

Ноги-руки тряслись, сердце колотилось, как сумасшедшее, в груди кололо и воздух вырывался с таким свистом, словно я не полсотни метров преодолел, а пробежал километров двадцать!

Отдышавшись, прислушался к ощущениям.

Огненный источник зарядился до капы, а вот Природный едва ли процентов на пять-семь.

Раскинув мозгами, решил не торопиться выходить к людям.

Забрался в кусты, загрыл глаза и…

Медитировать, вообще-то, полезно.

Час медитации и еще плюс десять процентов!

А это уже много, это уже полноценное «Лечение»!

На всякий случай, активировав заклинание, прислушался к ощущениям, ругнулся и взял руки в ноги, сваливая куда подальше, пока кого нелегкая не принесла!

Тем более, что заклинание легло криво, наращивая на заднице совершенно ненужный слой ороговевшей кожи.

Надеюсь, хоть не красной.

Отмахав с километр, прислушался.

Нет, в этой подземной долине никому я нафиг не нужен со своей магией жизни!

Эх, благодать!

Слова-то какие драгоценные – «никому не нужен»!

Насвистывая какой-то дурацкий мотивчик, прилипший еще в море, на всякий случай, обошел пару ближних полей и залег в овраге, дожидаясь когда народ пойдет по домам, ведь не могут же они работать круглосуточно!

А уж как они свалят, так тут-то я и развернусь, уж больно поле рядом со мной походило на картофельное!

Сглотнув слюну, отполз дальше по оврагу, нашел выворотень и, натаскав в него травы, прикорнул.

Медитация, конечно, прекрасно, но спать-то мне тоже надо.

Хоть пару часиков…

Укоризненно покачав головой на неустанно работающих людей в широкополых шляпах, вернулся в овраг, закидался собранной по пути сухой травой и честно прикорнул, надеясь, что за время сна хоть слегка пополнится источник, тем более что от полей ощутимо «тянуло» магией жизни.

Минут десять ворочался, а потом усталость взяла свое и я отрубился.

Проснулся от того, что в животе бурчало.

Выбравшись из оврага, вернулся к полям и чуть не заматерился – работники с поля так и не ушли!

Или уходили, пока я спал, а тепрь вот, вернулись и снова монотонно машут тяпками, окучивая пышные картофельные кусты!

Сволочи!

Пришлось аккуратно ползти по периметру поля, выбирая местечко, откуда меня будет не видно и, достав из рукавов прихваченный у Морина нож, осторжно подкапывать выбранный куст.

Стараясь не шуметь, оглядываясь по сторонам, рыхлил землю ножом, предвкушая, как доберуть до крахмалистых клубней, унесу десяток в овраг и там запеку, чтобы нажраться вволю.

Через пару минут стало понятно, что с картохой что-то не то – ямка уже сантиметров на сорок ушла вниз, корни все тянутся, а картохи нет!

И запах…

Странно знакомый, тревожный запах…

Еще раз оглядевшись по сторонам, зарылся глубже в землю и…

По-настоящему заорал!

Вместо аппетитных картофельных клубней из-под земли появился…

Настоящий человеческий череп, с полуотгнившей кожей, провалами глаз и оскалом в десяток гнилых зубов!

От неожиданности отпрянул, прямо под ноги подошедшего селянина, с тяпкой наперевес.

И снова заорал – из под широкополой соломенной шляпы на меня таращился самый натуральный скелет, с зелеными огоньками вместо глаз!

Тяпка пошла вниз ме-е-е-е-е-е-е-едленно-ме-е-е-е-е-е-е-е-едленно, а я все пытался понять, ну как же так?!

От первого удара вывернуться успел, а дальше, как говориться, руки в ноги и алга!

Обернувшись, заметил, что скелет, прогнав меня, принялся заботливо закидывать череп землей, подравнивая испорченный рядок до идеального вида.

За пару-тройку часов успел проверить еще два поля и на каждом, под цветущими нежно-сиреневыми цветочками раскидистой картошки притаился человеческий черепок.

На последнем поле оборзел настолько, что углубился в землю на метр, откопав не только череп, но и часть туловища…

Сверху я разглядел добрый десяток полей.

На каждом поле – по тысяче, если не больше, «кустов».

Это сколько же тут народу-то лежит?!

Вернувшись в овраг, рухнул на траву и завис, пытаясь осознать происходящее.

Хорошо завис, крепко…

Так крепко, что даже не заметил, что вокруг оврага началось нездоровое движение.

В последний момент почувствовал омерзительный запах мокрой собачатины, поднял голову и понял, что влип!

На противоположной стороне оврага, в окружении десятка собак в мою сторону пялилась высокая и худая фигура в черном плаще, расписанном золотыми и бардовыми узорами, из-под накинутого на голову светилось два темно-фиолетовых уголька-глаза.

Холод, исходящий от фигуры, смешивался с тонким ароматом кладбища, пронизанным…

Магией жизни!

Только магией какой-то странной, искаженной, рваной, вывернутой наизнанку.

Сжав в руках коротенький ножичек, все так же испачканный в земле, начал прикидывать, а не остановить все это прямо сейчас, пока меня не поймали?

Увы, героизм ударил в голову…

- Выходи… - Голос существа, пищащий фальцет резанул по мозгам.

- Щазз…

- Ну… Твои проблемы! – Существо хмыкнуло. – Фас!

- А вот это ты зря! – Я сжал кулаки и вложил в «стену огня» весь свой убогий запас в этой стихии.

Пламя пыхнуло метров на пять вверх и на десяток по обе стороны от фигуры, окутавшейся сиреневым защитным полем.

На дно оврага посыпались изрядно пропеченные собачки, сушняк на дне полыхнул, а я снова понял, что колдовать надо с головой!

От адреналина, вверх по оврагу не взобрался, а взлетел!

Жаль только, что фигуре мои выкрутасы были побоку – едва я оказался наверху, как она оказалась рядом со мной, уже со светящимся мертвенной синевой, посохом в руках.

- Маги огня… Как убого вы всегда мыслите! – Взмах посоха и…

Рукава, связанные между собой, остановили замах, а дальше…

Шаг к стоящему и лыбящемуся противнику и удар в глаз маленьким ножичком, напитанным зеленой магией жизни.

Вой, фиолетовый смерч вокруг меня, рассыпающаяся в пепел рука и тьма, тьма, тьма…

А ведь хотелось как лучше!

«Зато и тебя прихватил!» - Мелькнуло в голове в последний раз.

Глава 16

- … Заставил ты меня побегать… - Голос в голове гудел набатным колоколом застаревшего похмелья. – Но, признаю, не ожидал, не ожидал… И то, что ты Морина грохнешь, ради его охранного амулета – не ожидал. И что Ланца достанешь – тем более! А уж маскировку твою… Тут, признаю, совсем не мог представить, что тупой попаданец догадается до столь сложной схемы… Да и Иволка хороша, дуреха… Никогда не думал, что можно быть такой дурой!

Я попробовал пошевелиться.

Ага.

С таким же успехом мог бы и научиться внезапно телепортации!

- Теперь понимаю, почему до тебя дотянуться никто не мог. Ужасно везучий ты засранец! – Голос захохотал. – Но любопытный…

Голос был чем-то похож на голос «невинно убиенного» мной у оврага мага, такой же холодный и отдающий скрипом костей.

Но этот старше, намного старше!

- Да и с кошкой ты обошелся верно… Обычно вы, «жизнюки» вечно всех жалеете, а ты – нет, ты – верно все просчитал! Еще бы в озеро не полез, так я бы до тебя и вовсе не дотянулся! Конечно, Ивола подгадила со своими выкрутасами, думал, тебя кракен сожрал, но нет, выкрутился, выкрутился… - Голос довольно довольно прищелкнул языком. – Слушай, а может ко мне пойдешь? Мне удачливые да мозговитые очень нужны!

- Повзку сними, а то не пойму, с кем общаюсь… Пожалуйста… - Я решил быть вежливым, на всякий случай.

Мало ли, вдруг купится?

- Не куплюсь. – Голос снова хохотнул. – А насчет глаз… Ты, когда вплотную встал к Ланце, да магией его прихлопнул, каким местом думал, дурашка? Чтобы нежить, да вплотную, да без последствий?! Вот и лишился ручки, да глазок…

Я застонал.

Нежить!

Мрратха говорила, что ее не существует!

А я вот, по своему везению, именно на нее и наткнулся!

- Так значит, кошка – твоих рук дело? – Я решил перевести тему разговора. – Тоже промахнулся? Или дочурка подгадила?

- Аканэ Амай… - Голос мечтательно поплыл. – Хороша чертовка, особенно течная… А, да ты ведь ее раньше грохнул, не попробовал… А зря, зря, зря. Не суккуба, но трахается с огоньком! А вот мирок у них и верно ты заметил – говно. Да и на мозги слабая, что угодно вложить можно, они и подмены не заметят. Это не твоя…

Тут голос заперхал, словно едва чего лишнего не сболтнул.

Точнее – сболтнул, но к этой теме мы еще вернемся, чую я, не все так просто в моем окружении!

Конечно, паранойю никто не отменял, но…

Явно ведь в моем окружении у этого существа есть кто-то!

И, подозреваю, знаю я кто!

- Конечно, есть! – Голос самодовольно хмыкнул. – Нет, не был бы таким неудобным – был бы просто замечательным!

- И ты менталист? – Я вздохнул.

- А как мы с тобой общаемся, дурашка?! У тебя же полморды нет, дурачок! «Шторм Смерти», забавно, что вообще выжил! Я уж думал – все, придется через восемь дней тебя снова в твойм графстве ловить, а ты… Силен, силен…

Приятно, конечно, когда враги признают твою силу.

Плохо, что признают, когда этой самой силы – нет.

- Я ведь на тебя целый план сделал! Кошку подсунул…

- Кстати, о кошке… А как ты ее из ее мира выдернул? – Я искренне озаботился этой проблемой, а то, не ровен час, мой собеседник попытается этих кошатин на континенте тысячами выкидывать, так на них столько сил уйдет, пока зачистишь!

- Не буду я их вытаскивать. Тупые. – Голос в моей голове тяжело вздохнул. – Глаз да глаз нужен. На пару месяцев потерял из виду, так она уже мне два острова ополовинила, сука хвостатая! Эй, эй… Не вздумай сдыхать, мы не закончили!

Да я бы и рад не сдохнуть, вот только мозги мои, для длительных бесед совсем не подходили сейчас!

Мысленно пообещав вернуться и договорить, снова отъехал во тьму…

Второе пробуждение вышло намного приятнее – в голове никто не копался, глазки открылись штатно и даже удалось пошевелить пальцами обеих рук!

Нет, как ни крути, а магия жизни – отличнейшая штука!

Из неприятного – а все остальное и есть «неприятное»!

Узкая комнатка с прокопченным потолком, бодрящая прохлада, отсутсвие одежды и непонятное состояние, словно меня подвесили между небом и землей, точнее полом и потолком, растянув под углом на самом натуральном кресте.

Повертев головой не нашел ни следа креста.

Сдается мне, многого я не знаю о магии, потому как без оной тут точно не обошлось!

- Пришел в себя? – От стены отделилась серая тень и облетела вокруг меня. – Властелин будет рад этой новости!

Тень вернулась в стену, оставляя меня, надеюсь, в одиночестве, потому как писать хотелось – безумно!

Освободившись от жидкости, мстительно похихикал.

Сейчас бы еще один накопитель из тех, что остались у Кейта – так я бы тут таких дел наворотил!

- Господин желает тебя видеть! – Тень вновь прошла сквозь стену. – Фу-у-у-у-у, как не культурно!

- Зато приятно… - Хмыкнул я, пытаясь понять, что же меня ждет.

- Зато недолго… - Тень коснулась моих причиндалов и стало очень больно, словно мошонку медленно и печльно опускают в жидкий азот.

- Гайд! Прекрати! – Часть стены откатилась в сторону впуская высокую, беловолосую женщину в странном фиолетовом плаще и не менее странном, шипастом шлеме, уменьшенной копии обычной морской мины. – Властитель не любит ждать!

- Да, Волшебница… - Тень склонилась в поклоне. – Уже несу…

Тень окутала меня своей…

Тьмой?!

И, судя по ощущениям, потащила куда-то вперед, пару раз демонстративно приложим к углам поворотов и дверным косякам.

Что же, ничто человеческое не оказалось чуждым даже тени!

Минут десять меня таскали по каким-то коридорам, потом, судя по звукам, выволокли в огромный зал, наполненный людскими голосами и звоном посуды.

Надеюсь, меня не сожрут…

Вот такой смерти как-то бы не хотелось!

- Господин! – Тень оставила меня зависшим в центре зала, наполненного людьми и, к сожалению, не людьми.

Слева, в бассейне, бултыхалось с пяток русалов, справа – восседали за столом человек пятьдесят людей разного цвета кожи, роста и тощины.

- Графа Дэви Тхейми, лорд Грая… - Человек на троне прямо напротив меня широко улыбнулся. – Какая-же приятная встреча! А мне обещали, что наша встреча станет для меня последней!

Народ за столом переглянулся и расхохотался.

- Ну, еще не вечер… - Я пожал плечами. – Всякое ведь может случится, жизнь такая штука…

- Жизнь – да… А вот смерть… - Вагвальд Третий, Магистр Ордена Седьмого Рассвета и Властитель Девяти островов задумчиво почесал ухо. – Смерть никогда не обманывает!

- У всех свои недостатки… - Вздохнул я, разглядывая явно тронный зал.

Здоровенный, тронный зал.

У Его Величества раза в два поменьше будет!

Да и бассейна нет и впомине.

А уж отделка…

М-м-м-м-м-м, тут явно поработала рука мастера.

Правда, мастера мрачноватого, не смотря на все украшения и позолоту.

- Что будем делать с графом? – Властитель осмотрел своих гостей с интересом ожидая предложений.

- Скормить гуренгару! – Выкрикнул русал из своего бассейна. – Давно гуренгара не кормили!

- Не эстетично… - Волшебница, прошедшая через весь зал встала чуть справа и позади трона. – Гуренгар – это скучно! Может, лучше устроить охоту, мой Господин?

- Нет, Эль… - Вагвальд откинулся на спинку своего трона. – Слишком много злодеяний…

- Может… Принесем его в жертву? – Какой-то застолевший толстобрюх отложил здоровенную, явно индюшачью ногу обратно в тарелку и вытер руки о салфетку, демонстрируя правила хорошего тона. – Нашему острову не хватает магов природы, может быть…

- Это не поможет. – Стоящая за троном волшебница вздохнула. – Лишь добавит искажений. Я бы оставила его в качестве украшения… И предупреждения…

- Эль… Да ты сегодня сама жестокость! – Властитель расхохотался. – Но твоя идея мне нравится! Отправьте его в Яму! И, Эль, проследи, чтобы наш гость получил максимум удовольствия от пребывания в ней!

Тень вновь окутала меня и потащила-поволокла неизвестно куда, так и норовя приложить о встречные углы.

В этот раз путь был длиннее.

Намного длиннее и неприятнее – Тень пару раз меня уронила на каменный пол и, возможно, даже что-нибудь сломала, но тихий голос Волшебницы Эль прекратил эти издевательства, а минут через пять Тень растаяла, оставляя меня посреди пещеры, залитой голубоватым светом, льющимся с потолка.

- Боргин! Пошел вон! – Эль развернулась к клубам Тени. – Будешь подсматривать – вселю тебя в портовую крысу и скормлю котам!

- Да, Волшебница! – Тень собралась комком и испарилась, словно и не было ее!

- Ну а ты… - Волшебница улыбнулась и стянула с головы свою мину с рожками. – Ты уже никому и ничего не расскажешь из Ямы, так что…

Повинуясь ее жесту, мой крест опустился на землю вместе со мной, а по телу пробежала теплая волна, очищая его от пота, пыли и запахов.

- А чистенький ты не плох! – Волшебница скинула свой плащ, оставаясь в серебристо-синеватом боди, подчеркивающим ее тонкую фигурку, с грудью-троечкой, с торчащими сосками. – И сам не плох… Грех не воспользоваться таким телом, зная, что больше оно никому принадлежать не будет! Хотя…

Последние остатки одежды покинули волшебницу, демонстрируя белую, чистую кожу, лишенную внизу даже следа растительности.

- Хотя, можно будет доставать тебя из Ямы, если ты меня порадуешь как следует! – Женщина блеснула на меня своими голубыми глазами, ухватилась тонкой и ужасно горячей ладошкой за уже готовый к труду и обороне орган, наклонилась и…

Звезды!

Да насколько же она голодная-то!

И изобретательная!

Выберусь – будет Вельде и герцогине «новенькое в постели», Звездами клянусь – будет!

В какой-то момент уже даже магия перестала поднимать мое второе я, но волшебницу, судя по совершенно шалым глазам и качающейся походке, все уже устраивало.

Так что она, наградив меня смачным поцелуем, накинула на плечи свой плащ, затрамбовала в шлем боди и двинулась к выходу.

У самой двери остановилась, развернулась ко мне, распахнула плащ, послала воздушный поцелуй и исчезла.

Через полчасика, когда эйфория соития сошла, выяснилось, что эта хрупкая садистка изрядно меня затрахала, выдоила и даже натерла…

В некоторых местах…

Но, надо отдать ей должное – следы своих игрищ дама подчистила магией.

Попутно слегка повредив заклинание, удерживающее меня на кресте.

Жаль, что понял я это слишком поздно, когда крест снова встал почти вертикально, а в комнату вплыли три фигуры в черных плащах.

И с тем же холодом, что и упокоенный мной, Ланц.

Но эти фигуры казались еще более страшными.

От них разило холодной могилой, муками Нифльхейма, ледяными сосульками, что пронзают грешников перед тем как сбросить в ледяную реку…

Две фигуры замерли, а самая высокая обошла вокруг меня, обдавая холодом.

- Граф… Существо, чье существование угрожает моему воцарению… - Фигура встала напротив и откинула капюшон, являя миру Властелина Вагвальда собственной персоной. – Граф, так много сделавший и… Так много не успевший!

- Отец… Мы очень много говорим… - Фигура слева помотала головой. – Такая болтовня всегда плохо заканчивается!

Фигура рядом с ней согласно покачала головой.

- Это ты по себе знаешь? – Вагвальд погрозил фигуре пальцем. – Если бы вы тогда просто выбросили шлюху, мне бы не пришлось взывать к ушедшим богам, воскрешая ваши тупые души и создавая новые тела!

- Именно наши тела говорят нам о том, что Вы, отец, совершаете ошибку! – Оба существа откинули капюшены, и я реально чуть не обосрался, узрев двух сверкающих фиолетовым, самых натуральных, ЛИЧЕЙ!

Шиздец.

Теперь меня точно убьют!

- Убивать, чтобы через восемь дней ты ожил?! – Вагвальд расхохотался. – Нет, я люблю поговорить, но вот идиотом я никогда не был! Убить тебя, чтобы ты вернулся сильнее?! Чтобы снова привнес в мир усиление маги жизни, ломая мои планы?!

- Твои планы?! – Вырвалось у меня.

- Мои, мои… - Вигвальд снял перчатку и сжал тонкие кости правой ладони. – Исключительно мои!

А через мгновение я понял, что все-таки обделался…

Властитель сбросил внешнюю оболочку, становясь тем, кто он есть на самом деле.

Архилич!

Вот тебе и не бывает некромантии, носферату и зомби со скелетами…

- Последние восемь лет ты портил всю мою тщательно выстраиваемую партию… - Архилич-Властитель окутался фиолетовой дымкой по телу, с золотой короной на белоснежном черепе. – Твоя магия жизни становилась все сильнее и сильнее, искажая и закрывая мои возможности. Гибель этих двух дебилов от рук проститутки стала прекрасным поводом обратить их и начать уничтожать «жизнюков», превращая их нежить, подобную Ланцу! Чем выше было мастерство жизни при жизни, тем вернее служат они мне после смерти!

С щелчком, картинка в голове у меня сложилась.

Да, магия жизни и после смерти действует.

«Картофельные ряды» - просто плантации по выращиванию мощной нежити, чья сила после смерти стала проклятьем.

Гтов поспорить, те самый бедолаги, которых считали сожранными кракеном, наверня «маринуются» там, в глубине острова, «вызревая» для своего господина, стоящего напротив меня.

А я – лошара!

- Ну… Тебя просто хорошо отвлекали от правильных вопросов… - Архилич поднял правую руку. – Себастьян, мой посох!

- Отец… Ты же сам говорил, что поглощение его души бесполезно пока он не исполнит свое предназначение! – Себастьян, стоящий слева от отца достал откуда-то из воздуха двухметровой длины посох, покрытый тонкой резьбой, с человеческим черепом в навершии.

«Шиздец. Сперва меня трахнули, а теперь просто грохнут!»

- Идиоты… - Властитель вздохнул. – Кто сказал о «поглощении»? Я просто вырву его душу и выброшу туда, где она будет блукать вечно, пока не сотрется!

- Но ведь можно же его просто отправить к Нэкоматам?! – Второй сынок, прямо скажем, особым умом тоже не отличался, о чем отец незамедленно и съязвил.

- Ну да, чтобы его там грохнули и он вернулся?! Нет! Пока его душа будет мыкаться в верхних слоях Ментала, мы будем заботиться о его теле, превращая мой план в реальность. Сперва острова, а потом, когда некогда живые командиры магии жизни станут правовестниками нового порядка Смерти – весь МИР!

«Н-да-а-а-а-а, прямо скажем, лучше бы меня грохнули!»

- Сейчас я выдворю душу из твоего тела… - Архилич поднял свой посох, ослепительно полыхавший магией Тьмы. – Но, думаю, ты уйдешь понимая, что твое появление так и не станет моим поражением! Ты уйдешь осознавая цель своего появления и скорбя о том, что предопределение сыграло против тебя!

Навершие посоха коснулось моего солнечного сплетения и пришла боль.

Кажется, где-то вдалеке закричала женщина, но это уже растаяло, испарилось…

Мир вокруг меня закувыркался, перед глазами пронеслись Вельда с Мишель, распалась на паззл улыбка довольной Волшебницы Эль и все взорвалось.

Что же, я узнал, почему Граф вернулся.

Осталось понять, что с этим делать.

Золотая нить принялась наматываться вокруг меня, превращая в кокон тупой и недовольной бабочки.

Вернее – гусеницы, что бабочкой стать не суждено уже…

Никогда?!

Косность мышления отупевшего, затраханного тела сменилась предельной четкостью и ясностью.

Нить начала истончаться, рваться и…

Я вырвался.

Блаженно-дремотное состояние растекшегося по сковородке блина.

Огромного, многомерного, цветного, блина.

Чувстствуя, как истончающиеся края становятся обычной дымкой, паром, облаками, разгоняемыми легкими порывами ветра, попытался вздохнуть и подумать.

Вздохнуть не получилось.

А вот подумать – запросто!

Но для начала – надо собраться.

Чем больше меня испариться, тем меньше от меня останется.

А чем меньше останется, тем больше шансов, что тут, в Ментале, меня просто сожрут!

А я не хочу…

Я хочу вернуться, я хочу…

Мой «блин» стал собираться, становясь плотнее, пронизывая уже не привычные четыре измерения, но цепляясь в пятое и пробуя на зуб шестое…

Собравшись в точку, растянутую по иному восприятию реальности, на короткий момент почувствовал, что всегда есть шанс, надо только правильно увидеть и вовремя успеть!

Осталось понятьЧТО увидеть и КУДА именно успеть?!

А ведь вокруг меня не только чистое пространство!

Я-точка видел, как к месту моего существования спешат-торопятся еще блины, булочки и даже самые натуральные инфузории…

И замирают, осознав, что вкусного блинчика больше нет!

И кидаются друг на друга!

Мысленно представив, что я сейчас далеко от той точки, где возник, оказался над странным провалом.

Теплым, уютным, домашним.

В него я и нырнул…

***

Мир показался мне легче.

Но пронизанным какими-то странными энерговодами, прячущимися за картонными стенами, в которых кто-то играл в дартс, промахиваясь по мишене и дырявя стены.

Закашлявшись, перевернулся на бок и содрогнулся от позывов рвоты.

Пустой желудок отдавал желчь и коричневую жидкость, дурнопахнущую, словно паленый элитный коньяк.

Вытерев рот, отполз от зелено-коричневой лужи и попытался сесть.

Вышло не с первого раза, в голове звенели колокола, а резкий синеватый свет резал глаза.

- Свет на двадцать процентов. Вызвать «скорую»… - Личность мужчины, еще не распавшаяся и не слившаяся с моей собственной, озвучила решение двух основных проблем.

Чувствуя, что сейчас отрублюсь, дополз до входной двери и приоткрыл ее, впуская свежий воздух с чистенькой площадки, на которую выходила дверь еще одной квартиры.

Надо бы собраться с силами, встать, прибраться до прихода врачей, но…

Мой носитель был в стельку, в задницу пьян!

Пьян так, кружилась голова и носом шла кровь.

Мир плясал и растекался на белесые полосы.

Сжав руки в кулаки, сделал глубокий вдох-выдох и снова почувствовал накатывающуюся тошноту.

А вот хрен тебе!

Больше не пройдешь!

Вдыхая свежий, озонированный воздух лестничной площадки, настраивался на неприятности.

Просто так, с бухты-барахты никто не напивается.

А уж тем более – Я!

Закрыв глаза, мысленно посчитал вертящиеся звездочки, обещая себе обязательно с этим разобраться как-то иначе, а не пожиранием говенного пойла, от которого так плохо!

Сделав еще пару вдохов, почувствовал, как сквозь поры проступает липкий, омерзительный пот, вытаскивая из организма влитую в него гадость.

Пока гонялся за состоянием, по лестнице прошуршали легкие шаги и дверь распахнулась нараспашку, впуская двух девушек, в сопровождении здоровенного негра, тянущего на себе метровой длины, пластиковый кофр.

- Эд? Эд Мерсер?!

«Что за ху?!»

- Эй! Он здесь! – Негр опустился на колени рядом со мной. – Мистер Эд, как ваше самочувствие?

- Пока не сдох, но очень близко… - Признался я, чувствуя, как слова странно складываются в предложение. – Запой не удался…

- Вижу, брат… - Негр открыл кофр и достал оттуда приборчик, чуть больше стандартного смартфона и направил его на меня. – Давно пьешь?

- Не помню. – Честно признался я. – Но пора остановиться…

- Судя по всему – давно пора! – Негр повернулся к замершим девушкам. – Чего встали?! Видите же, он нормальный, никакой горячки!

- Не настолько я много пью… - Я попытался рассмеяться.

- Вижу брат, вижу… До кровати дойти сможешь?

- Только доползти… - Честно признался я. – И то не с первого раза…

- Шутишь? Молодец, уважаю, силен! Рита, Пола! Живо сюда, хватайте контейнер, я помогу до кровати дойти…

- Только не в спальню… - Я вспомнил лужу рвоты и поморщился. – Меня там выполоскало…

- Ишь ты, какой… - Негр еще раз посмотрел на экран своего аппарата и помрачнел. – Головой ударился?

- Не помню. – Я попытался развести руками. – Возможно…

- Хорошо ты саданулся… Как живым остался-то?!

- Наверное, не все дела сделал в этой жизни… - Я улыбнулся, глядя как девушки продолжают на меня таращиться, словно видят пьяного в первый раз. – Здравствуйте, леди…

- А ты боец, парень… - Негр достал из кармана шприц-одноразку и вколол мне бедро. – Сотрясение мозга – тяжелое; алгокольное опьянение – тяжелое, а ты вон, на девушек засматриваешься!

- Ну, так я же не мертвый, а пьяный! – Я почувствовал как волна тепла поднимается от бедра к голове и мир прекращает вертеться. – О, так лучше…

- Что встали? – Негр погрозил обеим девушкам пальцем. – Валите отсюда!

Обеих словно ветром сдуло.

Полежав еще минут пять-семь, попытался встать.

- Какой ты быстрый, парень… - Негр подхватил меня за руку и нежно придерживая, дотащил до диванчика в гостиной. – Отдохни… «Лавэкс» сейчас подействует и ты отрубишься, а к утру будешь свеженьким, как зеленый горошек!

- Спасибо, брат… - Я сделал тяжелый вздох. – Совсем хреново было…

- Не бухай так больше, брат. – Негр присел в кресло напротив.

- Не буду. – Я поднял вверх руку давая клятву. – Сдуру это было, только хуже стало…

- Понял значит? – Негр расцвел. – А причина-то хоть была?

- Ага… Жена налево пошла, три дня как развелись…

- Жесткая причина. – Мужчина понимающе кивнул. – Делать-то что будешь?

- В жизнь возвращаться. – Я пожал плечами. – Дел полно…

- А вот это молодец… - Негр почесал короткую бороденку. – Значит так, в графе «причина вызова» я поставлю «падение, сотрясение мозга», чтобы на работе тебя не поставили на учет. А ты… Держись, в общем, брат. Жизнь сама себя не построит, жизнь сама лишь проживет!

Глава 17

Я смотрел на себя в подсвеченное зеркало и едва сдерживался от матов.

Почему, почему, почему именно этот говенный сериал?!

Почему не «Стартрек», не «Звездные войны», в конце концов, а вот этот кусок убогого говна, в котором логики нет даже в титрах?!

Почему меня из всех космических сериалов закинуло именно в него?!

Где я так нагрешил-то?!

Поплескав в лицо водой, принялся собираться на работу, мысленно проклиная идиота-режиссера, который умудрился собрать все самые клишеистые клише из того, что было?!

Еще раз пробежавшись по впитанным данным рецепиента, не мог не признать, что бывшая его – сука.

Фактичеки, если смотреть на все вместе взятое, она убила своего мужа, причем, дважды.

Причем второе – вытекает из первого.

Поправив воротник, дал себе слово поменять прическу сразу, как только решится моя судьба на этом собеседовании.

Эд не видел жизни без флота Альянса.

Я в этом был намного проще, так что служба внешней разведки мне так же подходила.

И даже более того, была там «инспекторская часть», к которой, прямо скажу, душа лежала.

«Инспекторы» напрямую подчинялись СВР, зачастую имея возможность игнорировать приказы даже адмиралов!

И нет, это не шутка – СВР считала адмиралов тупыми пнями и на каждого из них имела, по слухам, «пухленькое досье», так что все десять адмиралов Альянса предпочитали делать вид, что СВР не существует.

Вот СВР я и подкинул свою анкету.

Если прокатит – то в звездный флот Альянса я буду входить невидимой тенью, держась в стороне от всех туповатых дрязг, некомпетентности командования и большого скопления народа, чья важность на корабле заключается исключительно в их присутствии.

Еще раз проверив как сидит форма, вздохнул и пошел к входной двери.

Времени было с запасом, но…

Хотелось пройти-понюхать, чем пахнет в офисе, как говорится…

Открыв дверь, столкнулся нос к носу со старинным приятелем Эда – Гордоном.

Так-то Гордон парень не плохой, только ссыться, да хромой…

Шучу.

У него просто не все в порядке с головой, а лечиться он не хочет, потому как у него два выдающихся достижения – пилотирование и шутки.

Первый месяц он Эда сильно выручал, но потом что-то заклинило и каждая их встреча стала превращаться в алкашную попойку, после которой обоим было ой, как нехорошо!

- Эд?! – Рыжеватый, снова не бритый Гордон уставился на меня так, словно я ангел. – Ты что, все-таки последовал моему совету?!

- Не-а… - Я развел руками. – Просто на ковер вызвали…

Судя по округлившимся глазам, с фразеологизмами мне надо быть внимательнее.

- Будешь бороться?

- Ага, за себя и свою жизнь! – Я расхохотался. – Гордон, давай созвонимся позже, у меня времени в обрез!

Оставив друга стоять в остолбенении, сбежал по лестнице и, выйдя из подъезда, запрыгнул в ждущий меня «Йеллоу кэб», гордящийся своей исторической историей.

Едва таксишка оторвалась от поверхности дороги, я откинулся на сиденье и принялся рассматривать 27-й век у себя под ногами.

Скажу честно – не мое.

Народец убог и туповат, на фоне большинства из жителей Гордон просто ангел не земной, просто слегка с мозгой не дружит, да остановиться вовремя не может.

А остальные, гм, они просто стартовать не могут.

Двадцать пять минут полета…

Хорошо хоть в полной тишине…

И отдохнул, и стратегию поведения продумал.

Такси высадило меня у милого, пятнадцатиэтажного домика, просто облепленного зеленью и рядами скамеек, на которых никто не сидел.

Ну, оно и верно, чем дальше от СВР, тем больше свободы…

Хмыкнув, прошел сквозь дверь-вертушку и оказался в огромном, этажей пять в высоту, фойе.

Задрал голову и прищурился.

А мне здесь нравится.

Это не Альянсовский звездофлот, где суматохи больше, чем толку!

Подойдя к стойке, отсканировал свой фэйс на биосканере и миловидная женщина, считав мои данные, обрадованно заметила, что и переговорная свободна и мой возможный будующий куратор как раз там рядом вертится.

Будем считать, что я в случайности поверил!

Получив из рук девушки пластиковы пропуск с ленточкой, повесил его на шею и подошел к лифту, который распахнул свои двери, едва я попал в зону действия сенсора.

Мелочь, пустяк, но начинаешь верить в лучшее!

Поднявшись на триннадцатый этаж, прошел по светло-зеленому коридору и остановившись у двери с табличкой «кптн Эллиот Самуи», на секунду замер, приводя мыли в порядок.

Вера – это когда лень проверить.

А мне сейчас нужно иное.

Тронув сенсор, дождался ответа и вошел.

Богатый кабинет.

С мои квартиру, если не больше.

А вот Эллиот подкачал – не больше метра семьдесят!

И лысый, как мое колено.

Привычно поздоровавшись, дождался ответного бурчания и уселся в предложенное кресло.

Слава Звездам, капитан не стал играть в психологию, сразу активировав свой планшет и начав разговор.

- Эд Мерсер, 38 лет, лучший на потоке, многочисленные лестные отзывы, достаточно быстрое продвижение по службе, а затем – нервный срыв… - Мужчина поднял на меня глаза. – Затем взяли себя в руки, вернулись к работе и даже опубликовали ряд исследований по древней истории, некоторые даже признали «свежим взглядом» и отметили повышением рейтинга на три единицы… Психолог считает, что развод, последвавший за ним нервный срыв даже пошли Вам на пользу, позволив открыть новые грани характера.

Мужчина посмотрел на меня заинтересовано.

- Боюсь даже предположить, чем именно Вы смогли так подкупить нашего психолога и работника «Скорой помощи», что столь решительно заняли вашу сторону…

- Иногда люди меняются, если им на спину бросить балку потяжелее. - Я улыбнулся, напоминая себе, что в этом времени-серале все такие добродушные, что тошнить и с души воротит.

- В вашем случае перемены уж слишком значительные. – Эллиот внезапно улыбнулся. – Что вы почувствовали, когда застали жену с любовником?

- Детскую обиду. – Честно признался.

- А сейчас…

Я замер, пытаясь сформулировать ответ.

- Пройденный урок.

- Не врете… - Капитан выключил планшет. – Кем хотите стать в СВР?

- Инспектором.

Упс…

Сдается мне, такой ответ капитана слегка пристукнул.

- Эд… Вы пережили очень большую травму. А инспектор… Это слишком большая ответсвенность и огромная возможность для мести… К тому же, вас псипортрет сейчас глобально несоответсвует вам…

- Капитан… Мне было ОЧЕНЬ больно. – Я чуть подался вперед в своем кресле. – Настолько больно, что не стать другим шансов не было.

- Допустим… Но история древнейших времен, боевые конфликты двадцатого-двадцать первого века… Это очень далеко от ваших прежних увлечений.

- Наверное, уходил от старых увлечений. – Я улыбнулся.

- Хорошо… Примем за ответ. – Эллиот улыбнулся в ответ. – Сейчас честность – редкий товар, но ты же понимаешь, что «инспектор» это ложь на длинных ногах?

- Ложь бывает и во благо.

- Бывает… - Капитан выбрался из своего стола. – Пойдем. Будем пытать тебя у Вальдека…

***

Выйдя из здания СВР посмотрел на небо, а потом, на подгибающихся дополз до камейки и плюхнулся на нее, приходя в себя.

ВальдекА оказалась кселеянкой, которая сперва вынесла мне мозги на детекторе лжи, потом измучила тестами, а потом вывела в спортзал и отметелила так, что аж искры из глаз сыпались.

Был бы сейчас на своем месте Эд – сдался бы еще на тестах, но я – не он!

И в спарринге даже дотянулся дважды до верткой и хищной женщины, первый раз просто выбросив ее с ринга броском, а второй пробив локтем по печени.

Жаль только, что печени у кселеянцев нет, так что я просто отбил локоть о сверхпрочные ребра.

Но впечатление оставил.

Правда, вопросов ко мне тоже добавилось, но я все стрелки передвинул на «древне-историческое исследование», посвященное боевым единоборствам, которое пока еще лежит в качестве черновика на домашнем планшете.

Пришлось, кстати, делиться черновиком, уж больно Вальдека заинтересовалась тем, что наши предки могли противостоять изначально более сильному противнику.

Глянув на часы на запястье – кстати, еще один предмет, который тут как «отмер» за ненадобностью, присвистнул – мариновали меня больше семи часов, спасибо, что покормили.

Но в остальном…

Самое главное я сделал!

Завтное направление на «Африку» у меня в кармане, точнее – на планшете!

Теперь целых шесть месяцев я проведу на стажировке, потом еще пару месяцев парных заданий и…

Прощай, официально, звездный флот Альянса!

Здравствуй жестокая служба, где стоимость твоего носа больше, чем стоимость малого поискового судна!

Отдышавшись, вытащил из кармана планшет и перевел в режим «со звуком», попутно пролистав пришедшие сообщения.

Три приглашения на вечеринку от Гордона, напоминание о прохождении медкомиссии и…

Вау!

Мне подняли рейтинг сразу на четырнадцать и три десятых, единицы!

А это уже уровень «полного капитана звездного флота Альянса», возможность расширения жилплощади и новый доступ к архивным записям!

А жизнь-то налаживается!

Жаль, конечно, что курсантов СВР не выводят из состава Флота, но тут уж как карта ляжет…

Шесть месяцев, целых шесть месяцев среди тех, кто НЕ знает Эда Мерсера!

Да это просто праздник какой-то!

Со скрипом – Вальдека в конце спаррингов уже со мной не церемонилась, так и норовя сломать в самом прямом смысле этого слова! – встал со скамейки и, убрав планшет в карман, покрутил головой в поисках самой обычной парикмахерской.

Жесткая кселеянка пару раз хватала меня за волосы, так что, избавимся от прилизанной прически Эда…

Даздравствует короткая прическа!

Мастер-робот отказался меня подстригать по указанным параметрам, пришлось ждать, когда освободится мастер-человек, потом искать на планшете нужную мне прическу на фото из старых архивов и…

Наслаждаться умелыми руками.

Приду домой, «заброшу прическу» умному дому, пусть он поддерживает ее в надлежащем виде.

Шагая себе по улице и никого не трогая, заметил, что народ на меня отчаянно пялится.

Интересно, от меня так потом разит или пятно белое на спине?!

Пару минут ловил на себе удивленные взгляды, а потом до меня дошло – прическа!

«Бокс», хорошо известный в мое время, сейчас не в моде, а ультракороткие стрижки больше любят негры, чем белые, так что я тут выделялся, как тополь на Плющихе.

Да и плевать, если честно.

Зато удобно, не требует особого ухода и схватившийся окажется в дураках.

Хмыкнув, зашел в ресторанчик, решив отметить повышение рейтинга.

Пока Эд подбухивал, заливая развод, с него сняли четыре с половиной единицы рейтинга, так что…

Ресторанчик оказался автоматическим, без официантов, но с очень специфическим, фактически стопроцентно, женским обществом!

Со вздохом заказал себе отдельную кабинку, в стороне от чешущих языками девушек и дождавшись своего заказа, задернул полог, надеясь насладиться куском хорошего мяса, красным вином и свежими, сочными персиками, по которым изрядно соскучился в своем средневековье.

- А что, тут мясо подают?! – Конспиративно-громкий женский шепот как бы намекнул, что пожрать мне спокойно не дадут, но я надеялся на лучшее, тем более, что кусок вырезки был хорош, а вино просто радовало язык и ласкало нёбо!

- Персики, к мясу?! – Второй голос вообще пребывал в состоянии грогги. – Да как так-то?!

- Спокойно, подруги! Готова поспорить, что скоро туда войдет девушка и мы все увидим! – Третий голос показался мне подозрительно знакомым…

И, при этом, знакомым не по-хорошему!

Словно с его владелицей я сталкивался где-то и она мне жутко не понравилась…

Прикончив мясо с персиками, из принципа, заказал себе чай и халву, которая тут стоило просто нереально дорого!

- Что-о-о-о-о-о?! Халва?! Здесь подают халву?! – Знакомый голос сорвался на крик. – Да кто там сидит, черт возьми?! Сенатор инкогнида?!

- Инкогнито… - Поправила подругу девушка возмущавшаяся персиками к мясу. – Кэлл, может быть…

- Патриция, утихомирься! – Первый голос тяжело вздохнул. – Наша подруга – девушка свободная, пусть позабавиться. Тем более, что в «Орионе» и вправду редко заказывают такой специфический набор…

Чем больше девушки рассуждали о возможности нарушить мое уединение, тем меньше мне это нравилось.

А если клиенту что-то не нравится, ресторан, тем более автоматический, просто обязан принять меры!

В моем случае, в конце меню нашлась до боли знакомая приписочка, да-да, та самая:

«Если Ваше свидание пошло не по плану, Вы можете заказать ледяную Маргариту с долькой лайма и наш сотрудник выведет Вас…»

Я, для верности, заказал двойную, со льдом.

К моему удивлению, уже через минуту, ко мне в кабинку впорхнула худенькая девица с очень характерными чертами лица, выдавашими в ней кселеянку.

- Господин Мерсер! – Девушка хлопнула глазами. – А где Ваша спутница?!

- Простите… - Я развел руками. – Спутницы нет. Просто девушки в соседней кабинке проявляют какой-то нездоровый интерес и, честно говоря, я бы не хотел сейчас знакомиться…

- Оригинально… - Девушка звонко расхохоталась. – Вот такого в моей жизни еще не было!

- Все случается впервые. – Почесал я кончик носа, невольно засматриваясь на подтянутую фигурку кселеянки. – День сегодня такой… Какой-то не компанейский…

- Меня зовут Тайлин. – Девушка понятливо качнула головой. - Сейчас все сделаю…

Нажав кнопку на браслете, Тайлин проверила хорошо ли задвинут полог и обойдя столик, толкнула белоснежную стенку, открывая выход в служебный проход.

- Прошу!

- Благословенна рука дающего! – Я встал со своего места. – И благословенна вдвойне – дающая вовремя!

- Давайте я провожу Вас, чтобы уж совсем точно Вам никто не повстречался! – Тайлин бросила на меня быстрый взгляд, словно оценивая с головы до пяток. – Милая прическа!

- Прекрасное платье… - Я вдруг почувствовал, как вино подло ударило мне в голову. – С удовольствием увидел бы его лежащим на спинке кресла!

Честно говоря, у Тайлин было полное право устроить мне взбучку прямо на месте, но…

Вместо этого она улыбнулась и…

- Я заканчиваю через три часа!

Блин, да мне нравятся эти времена!

Обменявшись контактами и договоришись о времени, вышел с черного хода ресторана, наслаждаясь вечерней прохладой и зажигающимися фонарями, тонкой цепочкой уходящей куда-то к горизонту.

Хорошо.

Почти к горизонту!

Ради интереса, решил пройти мимо ресторана еще раз.

Понятно, что девиц, обсуждавших меня я не увижу, но…

Просто озорное чувство, не более того!

Проходя мимо огромного ресторанного окна, на мгновение почувствовал, как бешено застучало сердце, словно я призрака увидел!

Передернув плечами, перешел на другую сторону дороги, вызвал такси и поехал домой.

Если повезет – у сегодняшнего вечера будет приятное продолжение.

А не повезет – так хоть порядок наведу в квартире!

- Мистер! – Пацан возле моего дома замер навытяжку. – Вас искала красивая леди…

- Блондинка с точкой на переносице? – Предположил я, догадываясь, кто именно мог меня искать.

- Да! – Мальчишка расцвел. – Она просила передать вам, что…

- Тихо! – Я прижал палец к губам. – Будем считать, что ты все передал, я услышал и сказал «нет»…

- Но она только хотела узнать, все ли у Вас в порядке! – Мальчишка надулся.

- Ох, малец, у меня все БЫЛО в порядке до ее появления! – Я помотал головой. – В следующий раз, когда эта тетя появится и будет что-либо спрашивать обо мне, скажи ей, пожалуйста, что я переехал. На Плутон.

- А разве там есть колония?! – Глаза мальца засветились самыми натуральными звездами!

- Есть. Но она ОЧЕНЬ СЕКРЕТНАЯ и теть туда не пускают! – Я развел руками. – Хорошо? Мы же договорились?

- Договорились! – Пацанчик важно протянул мне руку…

Эх, хороший малец…

А вот Келли…

Понятно, что «домофон» ее не впустил и отказался делиться информацией, она глубокоо в черном списке и доставать я ее оттуда не намерен, даже ради однократного секса, но вот использовать детей ради своего неумерянного любопытства – перебор!

Лифт вознес меня на свой этаж и…

Интересно, а моя вечно любопытствующая соседка так и продолжает подсматривать за мной?!

Ради интереса сделал неприличный жест в сторону двери соседки.

За дверью кто-то шумно вздохнул.

Ладно, будем считать, что соседка завела собаку!

Хмыкнув, открыл дверь в свою квартиру…

Предстояло навести порядок, освежить постельное белье и придумать хоть пару развлечений на вечер, не бухать же нам внаглую!

Да и не особый я любитель бухать…

Минут через сорок осознал, что не такой уж я и засранец, особенно в мире, где 85% работы выполняется техникой, а остальные 15% решаются выбрасыванием барахла в утилизатор!

Подойдя к нише доставки, почесал затылок, раздумывая заказывать цветы или и так сойдет?

Подумал-подумал и не заказал.

Вторая закавыка приключилась с одеждой…

Пока я приводил тело Эда в порядок после запоя, совершенно случайно нашел гравитационный регулятор и за эти месяцы довел гравитацию внутри квартиры до 1,3G, так что Эдовские щегольские курточки и брючки на меня теперь, гм, как бы слегка не налазили…

Попутно избавившись от ставшего маленьким, барахла, полез в каталог с одеждой и повесил нос.

Ну, что за время!

Ни моих любимых косух, на классики!

Порывшись на страницах, плюнул и загрузил индивидуальный заказ из своих «исторических изысканий», получив на выходе нормальную, серую джинсу-стрейч, слегка расклешеную и к ней светлую водолазку.

Для полноты образа синтезировал такого же цвета куртку, проконтролировав полный комплект нормальных карманов, а то те, что по нынешней моде, иначе как ублюдскими и назвать было сложно!

Ну, сами посудите, что можно положить в карман глубиной в пять-семь сантиметров?

Вот только не надо только сразу о презервативах!

Повертевшись у зеркала, из принципа заказал себе еще костюм-тройку, пару футболок и утихимирился – на оставшиеся две недели до отлета на «Африку» этого хватит, а там меня ждет полный комплект формы на все случаи жизни.

Проверив баланс, присвивстнул еще раз – с новым рейтингом я могу еще потреблять, потреблять и потреблять!

Стали доступны и редкие вина из «высшей карты» и оборудование, за которое на земле моих времен уже дрались бы все государства!

Обновив планшет, покрутил на страницах более мощные наручные «секретари», с выдохом признав, что они мне нафиг не нужны.

Обошелся «апгрейдом» своих старых, добив туда пару дополнительных модулей памяти и обновив модуль связи, доведя его до радиуса в один световой час.

По идее и это лишнее, но пусть будет.

Со вздохом принял «Валенту» - общеукрепляющее, из-за повышенной гравитации – и направился к выходу из квартиры.

Кафе «Рабена» оказалось таким же автоматом, как и то, в котором мы с Тайлин познакомились.

С таким же меню, такими же столиками, но, в качестве исключения, в этом была сцена, на которой сейчас молодая пара голосила очередной шлягер-однодневку.

Ага.

Караоке!

Мои бедные уши завяли уже на первом куплете, а ведь в этой «песне» их целых семь, как в какой-нибудь балладе!

Помучавшись за стойкой, сделал заказ на кабинку и принялся ждать.

Вообще-то, я пришел раньше, но…

- Ваша спутница будет через 5 минут… - Единственное живое существо, стоящее напротив меня за барной стойкой приветливо улыбнулось, поиграло своими белоснежными шипами и, подложив салфетку, поставило передо мной бокал с рубиновой жидкостью. – В качестве извинения за опоздание, ксилийский артон!

Н-да-а-а-а-а-а, инопланетянки иногда выгодно отличаются от землянок, до сих пор предпочитающих опаздывать на свидания.

Келли так и вовсе могла опоздать на полчаса!

Правда, это означало, что она собирается остаться ночевать у меня, так что ожидание было приятным.

Сделав глоток, недовольно поморщился – очень сладко!

- Первый раз пробуете? – Бармен-ари улыбнулся. – Лучше пить залпом, сладко только сверху.

- Все как в жизни… - Рассмеялся я, опрокидывая в себя напиток.

Прислушался к ощущениям и рванул к туалету.

Что-то мне говорило, что «артон» и мой организм совершенно не совместимы!

Минут пятнадцать меня выкореживало так, что небо с овчинку показалось, а потом, так же резко, все прекратилось и даже в голове стало кристалльно чисто!

Умывшись, хихикнул.

Хотел ведь произвести впечатление на девушку?

Пока я освежался, успела подойти Тайлин и теперь, судя по ее смущенному виду и рассерженному виду бармена, между ними приключился не самый приятный разговор.

Полюбовавшись на кселеянку, одетую в красной платье и черные полусапожки, вздохнул – хороша, чертовка!

- Меня, конечно, хотели убить… Но, чаще всего ПОСЛЕ знакомства, а не ДО! – Хихикнул я, устраиваясь рядом с девушкой.

- Эд… Я…

- Перестань, пожалуйста. – Отмахнулся я. – Если уж я не знал как отреагирует мой организм на «артон», так откуда могла знать ты? Может, лучше, переберемся в кабинку?

Бармен неодобрительно покачал своей шипастой головой, строго посмотрел на Тайлин и…

Улыбнулся, пожелав хорошего вечера.

К моему удивлению, кселеянка весь вечер налегала на салатики, запивая их красным, полусладким, иногда невпопад смеялась и выглядела ужасно странно, словно не в своей тарелке.

Складывалось ощущение, что случившееся ее задело и теперь она сама не знает, как себя вести.

И все мои ухищрения хоть как-то разрядить обстановку делали только хуже.

- Может, просто пройдемся? – Предложил я. – Вечер обещали теплый…

- Давай. – Девушка блеснула глазами.

Рассчитавшись, мы вышли из кафешки и, пройдя сто метров, захохотали.

Обещанный «теплый вечер» опрокинул на нас теплую летнюю грозу!

Глава 18

- Эд! Вернись на землю, тьфу, на палубу! – Хлопнул меня по плечу Чак Сфрон, мой напарник по обучению. – Снова где-то витаешь?!

Ну, положим, не «где-то», а понятно где – с Тайлин.

Наша прогулка под дождем окончилась в постели.

И, доложу я вам, это было – феерично!

Тайлин оказалась удивительно нежной и…

Немножечко необузданной, так что в первый раз не обошлось без переломов и треснувших ребер, но это пустяк по сравнению с теми ощущениями, что достались нам обоим.

Это уже потом, на третий-четвертый раз, как-то все наладилось само собой и если и получал я травмы, то максимально растяжения, да пару синяков, которые потом Тайлин со смехом мне растирала и облучала регенератором.

Который, кстати, сама же и притащила!

А уж наблюдать за ней, закутанной в простыню и сидящей за столом было просто верхом идеальности остояния души.

Я пробежался по тестам и закрыл глаза, снова ныряя в воспоминания…

- Ты – классный! Милый, нежный и горячий. – Девушка сидела за моим рабочим столом, в моей рубашке и с улыбкой наблюдала как я, чертыхаясь, запихиваю в утилизатор порванное постельное белье. – И как струна – натянутый. А еще ты гибкий и сильный…

- По сравнению с тобой? – Я справился с пододеяльником и фыркнул.

Редко наши постельные забавы не заканчивались порванными или поломанными предметами.

В первый раз Тай и вовсе умудрилась разорвать подушку надвое, осыпав нас синтетическими перьями, прилипшими к потным телам.

- По сравнению с вашим видом. – Тай подмигнула и облизнула губы, распухшие от поцелуев. – Ты занят историей, живешь на 1,3G, а выносливость… М-м-м-м-м!

- Ну, до тебя мне точно далеко! – Я поправил сползающее с бедер полотенце и вздохнул.

- Ты почти не пьешь, не вспоминаешь свою бышую и…

Девушка соскользнула со стула и встала передо мной на колени.

- Ты удивительно вкусный! Так бы и съела… Ам!

- Эд! Ты закончил?

- Еще двадцать минут назад. – Я расхохотался.

Чака поставили мне в пару как законченного «троечника» ставят в пару к отличнику.

- Ненавижу тебя! – Чак, в сердцах, запустил в мою сторону своим блокнотом. – Как ты умудряешься быть таким правильным?!

- Это все потому что кто-то слишком много торопиться жить! – Хмыкнул я, уворачиваясь от летящего предмета.

- Ивайла сказала, что со следующей недели начнут отчислять неуспевающих. – Чак тяжело вздохнул. – Меня точно отчислят…

- Не-а… - Я покачал головой. – Вот увидишь, первыми вылетят Кармайкл, Анжолина, Фрида и эта, как ее, которая вечно лезет целоваться с Айнор?

- Басия. – Чак повеселел. – Уверен?

- Ну, смотри… - Я поднял блокнот и бросил его Чаку. – Кармайкл и Фрида – не проходят по физическим параметрам, даже с усилением они демонстрируют быструю утомляемость и рассеянное внимание…

- По сравнению с тобой, у нас у всех «рассеянное внимание». – Буркнул мой напарник, оглядывая наш тестовый кабинет так, словно видит его впервый раз.

- Анжолина, при всей ее силе-ловкости не вытягивает самостоятельные работы. То есть, как второй, хорошо – первый! – помощник, она на своем месте, но чуть ситуация выходит за рамки, как все, она потерялась. А Басия и ее неприкрытая ненависть к мужчинам… Может быть, она и обоснована, но тратить время на психокоррекцию за эти полгода никто не будет, а сама Басия лезет к девушкам, не замечая, что раздражает всех. Правда, есть вариант, что наша Бася – «подсадная утка» и тогда мы от нее не избавимся до самого выпуска.

- Эд! Прекрати анализирвать! – Рявкнул динамик у нас над головой. – Во-первых, это сбивает приборы, а во-вторых… Кто тебе дал право судить других по манере их поведения?!

Куорвик!

Коричневокожий моклусец-психолог, с которым я повздорил на первой же проверке, не удержавшись, ткнув бедолагу носом в то, что его аппаратура не проходила калибровку уже полгода!

За что получил восемь баллов штрафа от психолога и честную десятку от компьютеризированной системы, подтвердившей мои слова.

Вообще, с моклусцами мне невезет.

Они дубовые.

И самовлюбленные, не гибкие, но сильные.

Так что…

Основную физподготовку у большинства ведут именно они.

А вот нас с Чаком курирует моя знакомая по земле – Вальдека.

В результате, оказывается и человек может противостоять кселеянцу, если знать куда бить и как бить.

Ну и не попадать под удары, как я.

Те три часа, что меня восстанавливали после спарринга были самыми скучными в моей жизни, если честно.

Так что теперь у меня дополнительные занятия на гибкость и выносливость, а у Чака на «напряжение мозговых извилин», которое мы отбываем вместе.

Причем я – в качестве наказания…

За все хорошее, в общем.

Как ни крути, но Эд Мерсер все-таки не зря считался лучшим на своем потоке.

Причем именно ЛУЧШИМ, а не одним из лучших.

Не прокатись по нему каток по имени «Келли» - получился бы отличный капитан, надежный, милый и инициативный.

Эда мне было искренне жаль – с разводом у него реально рухнула самооценка, а алкоголь просто все возвел в степень, после которой не осталось ничего.

- Эд! Эд, твою мать! – Чак протянул мне свой планшет с решением. – Проверишь?

Глянув на рассчеты, честно сказал, что можно было и быстрее, но…

В отведенное время Чак уложился, так что пусть Куорвик выкусит!

- Курсантам – замечание! – Комп «Африки» сымитировал тяжелый вздох. – Минус единица за нарушение регламента проведения теста, плюс единица за время – Мерсеру и плюс единица за внимательность – Сфрону.

Вот так мы и живем.

Плюс-минус единица.

Но это у нас с Чаком.

Женская часть, например, за эти две недели наполучала плюсовых баллов на сотню и мужественно обменяла их на один выходной, на планете под нами.

- До отбоя – 43 минуты. – «Африка» принялась подводить общие итоги. – На сегодня справились все, можно пройти в свои каюты и заняться личными делами.

Ага.

Это у Чака «личные дела», мой напарничек успел закадрить себе подружку из курсантов и теперь я снова вместо «личного времени», буду иметь «дополнительное» на пилотском тренажере.

Нет, я не совсем против, но…

Выйдя из отсека, прижался к стене.

Сейчас народ схлынет и можно будет неторопясь пройтись до машинного зала и спрятаться от всех в виртуальном пространстве среднего или тяжелого корабля.

А там…

- Эд. Зайди ко мне. – Кселеянка остановилась напротив меня, почему-то странно насупившись. – Есть разговор.

Пришлось топать в противоположную сторону, спускаться на лифте в жилую зону вместе с молчащей Вальдекой, упорно прячущей глаза.

Едва дверь за мной закрылась, женщина снова тяжело вздохнула.

- Эд… Келли Грейсон…

- Моя бывшая жена. – Я равнодушно пожал плечами.

- Да подожди ты со своими откровениями! – Вальдека звонко хлопнула рукой по столу. – Сейчас ее положение критическое, врачи дают всего тридцать процентов на полное восстановление…

- Хорошо. А я тут при чем? – Я поднял бровь. – Мы в разводе. Детей у нас нет. Ее родители живы, а друзья всегда рады поддержать. Нафига мне эта информация?

- То есть… Ты не сорвешься в самоволку, чтобы навестить ее в больнице?!

- Каким образом я это должен провернуть? – Расхохотался я. – Угнать челнок, чтобы плестись к Земле три недели? Сбежать на планету, с которой рейсовый на Землю будет только через восемь дней? А главное – ЗАЧЕМ?! Чтобы потерять то, к чему стремлюсь?

- Ладно… Будем считать, проверку прошел… - Кселеянка выдохнула с облегчением.

- Опять проверка «убожища»? – Полюбопытствовал я, имея в виду Куорвика. – Вот же неймется психологу навешать на человека ярлыков, обосраться и потом до горящего пукана доказывать, что он прав!

- Твой психопортрет сильно изменился. И Старший психолог Куорвик хочет узнать причину.

- Ну так скажи ему правду, что Эд Мерсер умер и снова возродился другим человеком. – Сказал я.

- «Правда» убьет нашего доблестного психолога раньше, чем до него дойдет, что это – иносказание! – Расхохоталась Вальдека, даже не представляя, что только что услышала чистую правду и ничего кроме правды. – Кстати, как продвигается твоя работа?

О!

Значит, все-таки «Африка» поделилась с ней моими запросами о «ведении морских боев».

- Продвигается так… Помаленьку… - Схитрил я. – Что и ей придется поделиться с СВР?

- Да уж, будь любезен. И, Эд, огромная просьба, прекрати поправлять Томаса! Он уже готов сожрать тебя с говном, лишь бы ты не появлялся на его занятиях!

- Ну уж нет! Такого я не пропущу!

Томас Вилкс, кап-раз, преподавал у нас тактику космического боя.

Преподавал, прямо скажем, дерьмово.

Его основная «теоритическая часть» вызвала у меня отропь еще на вступительном занятии!

А за эти две недели у нас было семь его лекций, каждая из которых не лезла ни в одни боевые ворота!

Две лекции я все это говно на ушах терпел, потом, когда Чак «задружился», залез в имитатор и провел бои по лекциям и уставам «морского боя», завещанного Федора Федоровича и «сухопутного», завещанного Александром Васильевичем.

Разумеется, «Африка» настучала, что результативность какого-то замухрежного курсанта на 34 процента выше, чем маститого капраза, так что мной опять заинтересовались и пришлось показывать, что и откуда я взял.

Кстати, образование Эда так же протестовало против моих «открытий».

По методичкам «Флота Альянса» в космическом бою было жизненно необходимо встать напротив противника и долбить его всем, просаживая щиты.

Невзирая на получаемые повреждения!

Так что я, теперь, в свободное время еще и корплю над переработкой старой литературы и сведении ее в одну кучу.

Причем, сдается мне, сижу над этой хренью не только я.

По-крайней мере, на последней лекции капраза появились «маневры уклонения», что уже само по себе офигенственный прогресс!

А ведь есть еще физуха, на которой народ бегает и «стрелковка», на которой стреляет.

Правда, если с физухой все норм, особенно у нас с Чаком, то вот со стрелковкой вышел затык.

Например, за одно занятие мы отстреливаем полных три аккумулятора, что очень хорошо.

Но вот как быстро выхватить оружие – нас так и не научили!

Отчаянно подавив зевок, тяжело вздохнул.

- Хорошо, Эд. Можешь быть свободен. – Вальдека улыбнулась. – Только не торопись возвращаться в каюту, Майя привела подружку, так что ближайшие часа три тебе там делать точно нечего!

Вот же с-с-с-с-с-с-синяя пачка!

А потом, натрахавшийся медведь будет храпеть всю ночь, проснется довольным и будет удивляться, чего это я зеваю?!

Нет, положительно надо рассматривать тот момент, когда я просто сверну себе шею и вернусь…

Но с этим сложно.

Не факт ведь, что вернусь!

А в следующий раз меня может занести в такие дребеня, где моего «предзнания» и вообще любого знания может не хватить!

Распрощавшись с кселеянкой, поплелся, зевая, к лифту.

Раз уж у меня есть три часа, надо провести их с пользой.

Например, на берегу реки, с костерком и Тайлин.

«Виртуальник» сильно сопротивлялся «приживлению» реальной личности, но!

Во-первых слепок личности мне передала сама Тайлин, а во-вторых, за деньги любой программист проведет обновление, в котором «тайна личности» учитываться не будет.

Разумеется, приходится таскать с собой активационный ключ, для этого дела, а вот если меня застукают, тогла придется получить полсотни штрафных баллов, а у меня всего их шестьдесят три!

В лифт, вместе со мной заскочила какая-то расстроенная мичманица, которых тут все называют «энсинами» и принялась восстанавливать лицо по памяти, явно опаздывая на вахту.

А капитан Киллэни, насколько мне все рассказали, очень не любил опаздывающих!

Когда лифт проехал мимо моего этажа, мичман виновато глянула на меня и развела руками – ее права на корабле были выше, чем права какого-то курсанта, так что, придется скататься с ней на самый верх, а потом снова спускаться, теряя минут десять-пятнадцать.

Девушка привела себя в порядок, отдернула форму и замерла на низком старте, ожидая открытия дверей.

- А вот и энсин Макфер! Добро пожаловать, голубушка! – Возглас капитана заставил меня подпрыгнуть.

Для начала, я как-то пропустил, что Е. Киллени – женского пола и обладает ужасно писклявым, но резким, голоском…

- Энсин не только появилась сама, но и умудрилась прихватить с собой на мостик постороннего, что строжайше запрещено уставом службы! – К моему сожалению, капитан заблокировала лифт, так что все это пустословие мне пришлось выслушивать с каменным лицом, делая вид, что меня все это нравоучение не касается. – А ведь «Африка» - не просто боевой корабль…

- А старая калоша, требующая ремонта… - Буркнул я себе под нос, вспомнив, как первую неделю наши каюты постоянно посещали ремонтники, то восстанавливая канализацию, то регулируя климат-контроль.

К сожалению, кроме хорошего голоса, у капитана оказался еще и хороший слух!

- Курсант! - Е. Киллени рявкнула так, что у меня скулы свело. – Выйдете из лифта и потрудитесь повторить при всех, то, что вы только что сказали!

Деваться некуда…

- Я сказал, что «Африка» - старая калоша, требующая ремонта. – Терять мне нечего.

Здесь я не по своей воле, а высказывать замечания мне никто не запрещал.

Да и не энсин я, чтобы меня пугать стоянием на табуреточке…

- И на каком основании вы сделали данный вывод, курсант Мерсер? – Капитан явно запросила данные по мне, иначе бы заставила представиться. – У вас есть доступ к информации по техническому состоянию корабля?

- Данные о датах проведения ремонтов и модернизации лежат в открытом доступе. Даты возвращения «Африки» на Землю, где единственно возможны проведения этих работ есть на сайте «Альянса». По продолжительности пребывания корабля на стапелях верфи можно судить о сложности ремонта либо обновления оборудования. Так же, в свободном доступе есть ТТХ корабля, обновляемые один раз в год. ТТХ «Африки» не менялись уже более пяти лет. Последний раз на стапелях более трех дней «Африка» провела семь лет назад. Состояние жилых помещений и систем жизнеобеспечения говорят сами за себя. Да, все косвенно, но за две недели «Африка» трижды вставала на ремонт эмиттеров силового поля, да и внешне состояние обшивки явно требует внимания, что видно невооруженным взглядом, ведь ремонтная техника находится снаружи постоянно. Ремонт СЖО так же ведется постоянно, в разных частях судна, в том числе и на палубах курсантов, проходящих обучение. Из всего вышесказанного можно сделать вывод – «Африка» переведена или готовится к переводу во внутрисистемную службу либо выведена из состава боевого флота и причислена к вспомогательному или обучающему по причине невозможности проведения модернизаций, ведь кораблю уже более тридцати лет. Да, «Африка» старая калоша. При должном уходе еще тридцать лет она протянет, но для экипажа и капитана это будет не служба, а наказание. – Я развел руками.

- ВООООООООН отсюда, щенок! – Тишину, сгустившуюся на мостике, взорвал командирский рык и я, привычно отмахнув приветсвие, благополучно слинял в лифт, который закрыл за мной дверь.

Сдается мне, я только что нажил себе пару сотен врагов из числа экипажа.

Да и хрен на них, если честно.

Нажав кнопку нужного этажа, расслабился.

Будут последствия – разберемся.

Не будут – будем просто жить.

Это вам не средневековье, где мне могли и башку снести за такое оскорбление!

Лифт, к моему удивлению, проехал мимо этажа, потом еще мимо трех и остановился.

Открыл двери, за которыми меня уже ждала злая Вальдека

И трое с оружием наперевес.

Сдается мне, я наступил на мозоль несколько сильнее, чем ожидал!

- Мерсер! Я тебя убью… - Тихо пообещала мне куратор, «сдавая» охране. – Как свет белый – грохну! Можно обойтись без наручников?

Старший конвоя посмотрел на меня и помотал головой.

Понятно.

Капитан закусила удила.

Обидно, досадно, но…

Я невольно улыбнулся.

- Ты мне еще по-лыбься! – Вальдека наградила меня легким подзатыльником, от которого земля показалась с овчинку. – Как ты это делаешь… Ума не приложу!

***

- То есть, все данные получены из открытых источников? – Особист посмотрел на меня. – А откуда у вас доступ к ним?

- Меня готовили как капитана тяжелых кораблей. – Я пожал плечами. – Последний месяц, в связи с увеличением рейтинга и проведением исследовательских работ изменился статус и, соответственно – поднялся допуск. Все отражено в личном деле.

- Хорошо, подтверждаю. – Мужчина глянул на меня колкими, синими глазами. – Но откуда сведения о выводе «Африки» из боевого подчинения?!

- Отсутсвие ремонтов, большое количество энсинов в штате… Сложно предположить что-либо иное.

На этих словах кселеянка, сидевшая напротив меня схватилась за голову.

- То есть, другими словами, вы просто сделали вывод?!

- А что здесь такого сложного?! – Искренне удивился я. – Я считался лучшим на потоке не за то, что умею хорошо танцевать. А «аналитику» у нас преподавал Сам Файгер…

- Если провалишься на «инспектора», обратись ко мне, я дам рекомендацию на поступление в Академию… - Особист хмыкнул. – В любом отделе оторвут с руками и ногами!

- Хрен я вам его отдам! – Вальдека расплылась в улыбке. – Замучаю, лучше, насмерть!

Судя по ее улыбочке – точно ведь замучает!

А я помянул недобрым словом Терна и его учителей.

Чувствую, у этого мужика была просто охренительная школа и в том числе школа жизни, что, собрав обычные факты, лежащие на поверхности, можно было сделать вывод, из-за которого меня три дня мурыжили «черные значки».

Никогда не делай лучше!

Покинув кабинет, кселеянка отконвоировала меня на курсантскую палубу, пообещав в лифте, в полголоса, что если я еще раз куда-нибудь влезу, она меня на спарринге случайно грохнет и скажет, что так и было!

И ведь грохнет!

Сейчас у нее глаза блестят, как у Тайлин, когда та злилась!

Вспомнив Тай, почувствовал, как накатывает усталость.

Три прошедших дня вроде и не были чем-то сложным, просто ожидание смерти, как говорится, хуже самой смерти, вот меня и подразвезло.

- О, Эд… А говорили, что тебя посадят! – Чак оторвался от Майи, с писком запахнувшей рубашку, под которой, кроме Майи, ничего не было.

- Чак… - Я посмотрел на напарника. – Безумно хочу спать!

- Понял. Майя, сегодня мы у тебя!

Влюбленная парочка, по-армейски быстро оделась и свалила, оставив меня в тишине и покое.

Чак, конечно, скотина, но скотина своя, понимающая.

Приняв душ, вытянулся на койке и отрубился без снов.

Чтобы проснуться от бодрящего звука сирены.

Помотав головой, спрыгнул с кровати и поплыл по-над полом – чертова невесомость!

Пришлось «плыть» к шкафчику, одеваться и, вывалившись в коридор напугать народ своим боевым видом.

Сдается мне у меня будут ОЧЕНЬ интересные оставшиеся пять месяцев обучения!

Перезагрузив систему комнаты, сменил скаф на комбез и, зевнув, сел к своему столу.

Один фиг спать перехотелось, так хоть поработаю…

Страницы старых пособий закрутились на экране планшета, возвращая меня в тот мир, когда мир был разным, жестким и удивительно живым.

Аналитика ложилась ровными рядками черных буковок на белый лист, выборка прыгала, история подмигивала, намекая, что я где-то совсем рядом с истиной.

Вот только истина в том виде, что ложилась в основу работы совсем мне ненравилась.

Да и от «инспекторского» обучения я ждал несколько иного, прямо скажем – совсем иного!

- Эд! Опоздаешь! – Чак вломился в комнату и замер. – Ты что, всю ночь работал?! Ну ты и псих! Давай в душ, первый сегодня Куорвик, а он тебя и так терпеть не может!

Быстро ополоснувшись, поспешил на занятия.

Успел даже не последним!

Забравшись на самый верхний ряд аудитории, приготовился сладко вздремнуть.

Ага.

Куорвика сегодня просто несло по ненормальному!

Он всю группу задолбал, да еще и выставил «домашку» по стратегическому маневрированию!

Народ стонал и плакал, а я тихонько хихикал – это самое «маневрирование» давали у нас на пятом году обучения, а Эд конспекты не выбрасывал в принципе!

Потом выпала пара «методик подготовки» - предмета настолько общего, что на нем засыпали даже наши немногочисленные девушки, потом обед, потом нас с Чаком забрала кселеянка и провела в имитатор, где мы почти пять часов занимались самой тупой работой – отрабатывали уже пройденные космические баталии.

Со все возрастающим уровнем сложности!

Чак сломался на восьмом.

Я – на семнадцатом, до которого дополз просто «из принципа».

Ужин и в каюте мы с Чаком отрубились раньше, чем головы коснулись подушек!

Учебные дни стали похожи на одной сплошной повтор – учеба-спарринги-виртульные занятия и сон.

После второго месяца и вправду начался отсев, медленный, методичный и безжалостный.

Потом добавились реальные полеты.

И вот тут я поплатился за свой язык!

Технари «Африки», в издевку, подсовывали мне то жуткое старье, управлять которым было просто одно удовольствие, то послеремонтное говнище, новое, необкатанное и глючное.

Я даже раз пять застревал в открытом космосе, причем, трижды меня катапультировала система спасения и приходилось ждать, пока появится челнок и подберет меня.

Воевать с целой командой корабля было нелепо, так что я стоически терпел всю эту хрень, понимая, что я уйду – а корабль останется.

Вместе со своим устаревшим вооружением, старыми двигателями и программным обеспечением, которому сто лет в обед.

Предел пришел откуда не ждали…

Переписка у меня несерьезная, прямо скажем, пара писем в месяц, не более и это нормально.

По большей части – сведения о публикации или отказе о публикации работ, да Гордон изредка радовал описывая свои очередные похождения.

Конечно, хотелось получить весточку от Тай, чего уж там.

Но…

В один далеко не прекрасный вечер, на планшет пришло сообщение, что в связи с моим НЕ ответом на письмо, мое исследование изъято из публикации!

Пару минут повтыкав в написанное, зашел на почтовый сервер и слегка…

Точнее – очень сильно! – разозлился.

Кто-то старательно чистил мой почтовый ящик от входящей почты!

Чистил нагло, подчистую!

Чувствуя, что мир уходит в спичечный коробок от злости, вызвал Вальдеку и особиста, а когда они пришли – вывалил им все, напрямую.

Начиная от шуточек с невесомостью в каюте, срабатывающими «внезапно» спасательными средствами и заканчивая очищенной почтой, так и не дошедшей до адресата.

Улыбка особиста как-то быстро стерлась, когда до него дошло, что я вовсе не шучу, а научные работы, которые я проводил для Флота, и не дошедшие до адресата, не только подпадают под нарушение закона о «Тайне переписки», но еще и имеют немалую коммерческую стоимость, уже частично оплаченную государством, а это, как говорится, совсем другой разговор.

- Сейчас я со всем разберусь… - Особист потянулся к планшету, но тут уже я закусил удила.

- Нет. Сейчас мы идем к капитану. – Я улыбнулся. – А потом я при вас пишу заявление в канцелярию флота.

- А при чем тут капитан?! – Подняла бровь кселеянка.

- А при том, что что подобными правами на корабле обладет либо Служба безопасности, либо капитан. – Я сделал глубокий вдох-выдох, пытаясь успокоиться. – И, если СБ этим не занималось, значит, это сделано по приказу капитана кем-то еще. И я вправе требовать административного разбирательства. И в случае отказа…

- Охолонись! – Секураст решил поиграть желваками на подбородке, считая, что это меня напугает. – Нахрена это капитану?!

- Вы точно хотите знать ответ? Или вы тоже в деле и боитесь, что комиссия Флота это узнает?

- Да ты…

- «ВЫ». – Поправил я мужчину. – И впредь, следуйте правилам. Сейчас я не обвиняемый, а потерпевший. Понесший немалый финансовый убыток. И урон моей репутации, как специалиста – совсем не маленький. Статья 34, пункт 11…

- Эд… - Вальдека встала между нами. – Остановись!

- Нет.

Одно коротенькое слово способно творить чудеса.

- Я свяжусь с капитаном. – Секураст снова подергал желваками на скулах. – Но, если все это ваши выдумки…

И тут снова «внезапно засбоила гравитация»…

Глава 19

«День прошел, число сменилось – нихрена не изменилось!»

Я печально посмотрел на людей, сидящих за длинным столом.

На самом деле – изменилось.

Пакостить стали изощреннее, а пару раз так и вовсе едва меня на ноль не поделили.

Я, конечно, выкрутился, но пришлось сутки провести в медотсеке и взять за правило проверять свое оборудование самому.

Вокруг девять адмиралов пели дифирамбы уходящей на пенсию капитанке, то и дело бросающей злобные взгляды на столы курсантов, которым весь этот «праздник жизни» и на икс не сдался, но правила хорошего тона и в космосе – правила хорошего тона.

Поковырявшись в тарелке для вида, отхлебнул из фляжки «тарский настой», на который подсел после «глобальной проморозки» и прислушался к бреду, который наши доблестные адмиралы несли по очереди.

Обычное «великолептный командир», «прекрасный наставник», «отличный друг»…

Ага.

Тупая сука, которая за семнадцать лет сделала два дальних перехода и все остальное время провела на орбите родной колонии, подбирая себе блюдолизов и прихлебышей!

Ознакомился я и с ее «печатными работами», теми самыми, после которых блевать тянуло.

- Ты чего не ешь? – Подтолкнул меня Чак.

- Не люблю мокланскую кухню, у меня на камни желудок не рассчитан. – Развел я руками, делая еще один глоток из фляжки и рассматривая столовую, по которой сейчас сновали вышколенные официанты, разносящие еду и напитки.

По-правде – убогая столовая.

Функциональная, но такая же устаревшая, как и вся «Африка», чтоб ей пусто было!

Эд проходил одну из практик на «Сольвенсорре», так там капитан реально за кораблем следила и разделения на «верхних» и «нижних» чинов не было и было с чем сравнить.

- Тебя снова вызывали? – Чак отставил в сторону тарелку и потянулся за бокалом, наполненным молочно-белым напитком, с чуть виноградным запахом.

- Притормози, напарник. А то…

- Что так? – Чак, за время нашего совместного проживания приучился слушать меня бесприкословно, особенно в бытовых и пищевых мелочах.

- Это «маншона». Она очень сильно бьет по печени и у мужчин вызывает длительную эрекцию. – Усмехнулся я. – Кселеянцы ее обожают, но у них нет печени, а выносливость в сексе, сам понимаешь, минимум в восемь раз выше нашей. Так что, после третьего бокала ты не только Эллу порвешь, вместе с подружкой, но и сам порвешься и угодишь к медикам…

- Ну… Тебе виднее… - Чак опасливо посмотрел на коварную жидкость и помахал рукой официанту, требуя сменить напиток. – А правда, что ты спал с кселеянкой?

Вот же…

Найду ту тварь, что влезла в мое личное дело и растрепала его содержимое – засуну ей ы задницу турель истребителя.

Повдоль.

- Какой ты весь из себя секретный, блин… - Чак отобрал у официанта бутылку и поставил рядом с собой. – Слышал? «Контрика» и «особиста» вчера забрали?

Слышал?!

Да их ко мне на очную ставку притащили!

Вальдека от такой наглости чуть Пэрриша не сожрала с потрохами, напомнив, что я к внутренним делам «Африки» отношения не имею!

А внутренние дела у «Африки», судя по скорости ухода капитанки на пенсию, были фантастично хреновыми!

Девушка-энсин, с которой я влип во все эти передрязги, оказалась у медиков, с нервным срывом, а наш куратор, глобальный, всего потока, поседел!

И все упорно катят вагон на меня, не осознавая, что жалоба какого-то курсанта, при всей земной законодательной практике, таких подвижек сделать бы не смогла, при всем желании!

- Так выпьем же за капитана! – Перпом «Африки» дождался перерыва в славословиях адмиралов и на прощанье успел «подлизнуть».

Народ принял тост благосклонно, поднимая бокалы.

- Эд… Тебе Вальдека семафорит… - Чак снова толкнул меня локтем.

Судя по «семафору», наша личная куратор напоминала мне, что было бы и не хило выпить здравицу, но вместо этого я лишь продемонстрировал свою фляжку и развел руками, напоминая, что алкоголь мне, ближайшие три месяца, ой, как противопоказан!

На самом деле, мне повезло – на «Африку», вместе с комиссией Флота прибыла доктор Финн, знания которой просто улетали за облака, иначе бы мне пришлось валяться в регенераторе суток пятнадцать да и то, не факт, что обошлось бы без осложнений.

Именно Клэр назначила мне «тарский настой» и поставила в личном деле запрет на алкоголь, правда, по моей просьбе.

Вообще, Клэр – офигительная женщина!

Эх, не курсантская бы година, я бы за ней с превеликим удовольствием приударил и вообще, всячески бы постарался завязать нормальные, крепкие отношения, но…

Пока она на меня смотрит как на пациента, что меня сильно печалит.

Просидев положенный «официоз», выбрался из-за стола и бочком-бочком свалил с этого гнилого праздника жизни к себе в каюту и, запустив планшет, засел за методичку, которую от меня требует Вальдека, упирая на то, что я обещал.

Ну да, обещал.

Я даже честно начал!

А потом попал к Клэр, потом нас загрузили сразу тремя делами, одновременно, одно из которых я благополучно завалил, получив штампик о непригодности к службе в качестве корабельного офицера безопасности.

Учитывая, что в эту сторону я и не стремлюсь – пофиг!

Погрузившись в работу, не обратил внимания на открывшуюся дверь, считая, что приперся Чак, который сейчас примет душ и усвистит к своим любовницам.

- Эд… - Женский голос резанул по нервам.

- Элла? Ты что тут делаешь? – Я свернул записи на планшете, рассматривая очередную любовницу Чака, явно нетрезвую и явно под «маншоной» в непотребном количестве!

- Эд… Я знаю о твоем разводе… - Женщина начала раздеваться. – И думаю, тебе пора вспомнить, каково это, быть с нормальной женщиной!

- Элла… Остановись! – Попросил я, понимая, что влип по полной программе. – Элла, стой!

- Брезгуешь, потому что я трахаюсь с Чаком?! – Вот сейчас в глазах женщины промелькнули самые настоящие молнии!

- Я не трахаюсь с женщинами друзей. – Подтвердил я, активируя вызов Клэр, как единственной, кто, во-первых, не расскажет никому о случившемся в каюте и, во-вторых, не оторвет бедолаге Элле голову, как это бы сделала Вальдека.

- То есть – ты мной брезгуешь!

- То есть я – уважаю чувства своего напарника. – Поправил я, выдыхая с облегчением, потому как Клэр написала, что будет через пару минут.

Остался пустяк – продержаться эту пару минут!

- Тогда я скажу Чаку, что ты попытался меня изнасиловать… - Элла, со змеиной улыбкой начала стягивать форменную юбку, под которой была чистенькая, гладенькая, голенькая, Элла-с-низу…

- И загремишь под трибунал за лжесвидетельство. – Я ткнул пальцем в потолок, напоминая, что каюты на корабле находятся под присмотром систем корабельной охраны.

- Но сперва Чак тебя изобьет, а я успею пустить о тебе такую дурную славу… - Элла поцокала язычком.

- Ну, успеешь… - Я пожал плечами. – Это флот, дурашка. Тут дурная слава живет до первого боя.

- А тебя раньше закопают… - Женщина очень эротично потянулась и сделала шаг в мою сторону.

Открылась дверь, пшикнул инъектор и Элла медленно осела на пол.

- Интересно тут у тебя дела творятся… - Клэр убрала инъектор в сумочку. – Впервые спасаю мужчину от изнасилования!

- Клэр… - Я вздохнул. – Она пьяна, она нервах, она под «маншоной»… Тут у любой крышу может снести!

- Поэтому ты вызвал меня, вместо того, чтобы просто трахнуть ее?! – Негритянка расхохоталась. – Ох, Эд… Ты иногда такой милый! Но, как врач, я просто обязана отметить, что воздержание – не самый лучший способ свести себя с ума. Найди себе, затащи в койку и никто не будет…

- Да есть у меня женщина на примете, вот только она на меня смотрит, как на ребенка. – Я сдернул с кровати Чака покрывало, завернул в него Эллу и уложил ее к Чаку на койку. – А вот с ней бы я, ух, как развернулся!

- Эд… - Клэр внезапно стала серьезной. – Я сделаю вид, что не слышала этого!

- Ну и зря… - Я тяжело вздохнул. – Неправильно это, не слышать сказанного.

Фыркнув, Клэр развернулась, открыла дверь и…

- Я – услышала. И мне – понравилось! – Дверь закрылась за женщиной, оставляя меня в тихом восторге.

***

- Итак… - Наш седой куратор прошел вдоль строя «оставшихся в живых» курсантов и развернулся. – В связи с переводом «Африки» на модернизацию, нам пришлось сдвинуть несколько этапов обучения и перейти к основному экзамену. Через 24 часа, каждый их курсантов окажется на планете, где будет должен пройти 2000 километров за один месяц.

Я присвистнул.

Однако…

- Каждый из курсантов получит свое собственное задание, свой, отдельный, комплект оборудования и аварийный маяк, который активирует, в случае схода с маршрута. – Эндер Барраш сухо улыбнулся. – Запретов на объединение курсантов, ради выполнения задания – нет, но, баллы будут сложены и разделены на два, выводя среднее, так что, может оказаться, что в проигрыше будут оба курсанта.

Я покачал головой.

Ох, чую я, все это «ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж-ж» совсем не спроста.

- По окончании маршрута, оставшиеся в живых курсанты получат вожделенный перевод… - Эндер улыбнулся. – Сегодня у всех выходной, а завтра милости прошу к доктору Финн, на медицинское освидетельствование перед выходом на маршрут…

Куратор отдал честь и испарился с палубы, оставляя курсантов и их кураторов, которые тут же начали выхватывать «своих» учеников и отводить в сторонку, что-то рассказывая.

- Ну, за вас с Чаком я совершенно спокойна! – Вальдека покрутила головой, разминая шею. – Вы у меня прошли весь курс, в отличии от остальных, так что у вас будет «полная загрузка». Это, конечно, сложнее, но я в вас верю! Только к Клэр вы пойдете прямо сейчас! А то я знаю – Чак опять натрахается и будет сонной мухой, а ты, Эд, снова угробишь время отдыха на проверку и перепроверку…

Мы с Чаком обреченно переглянулись.

Чаку явно хотелось «потрахаться на дорожку», а внутри меня все бунтовало – как так, выдвигаться и не подготовиться?!

Видимо, на наших мордах все было написано, так что наша инквизиторша рассмеялась, погрозила нам кулаком и погнала к Клэр, пообещав, что по возвращении нас всех будет ждать приятный сюрприз!

Я люблю сюрпризы.

Только я люблю их делать, а не испытывать на собственной шее!

Спустившись в лазарет, сдались Клэр, которая, к моему удовольствию, при виде меня как-то озорно блеснула глазами и поправила прическу.

Может, мне и показалось, но на душе стало теплее от ее блеска глаз и теплой улыбки.

Сняв куртки и завалившись на кушетки, мы с Чаком немного посмеялись, что снова нас в полымя первыми пихают, а потом эта коварная женщина, с улыбкой включила свой агрегат и мы отрубились!

В последний момент мне показалось, как горячая женская ладонь сжала мне руку, но…

Пробуждение было хреновым!

Во-первых – холодно!

Во-вторых – неимоверно хотелось жрать!

В-третьих – темно!

А еще было в-четвертых, пятых и шестых!

Продрав глаза и попрыгав, глянул на небо и тихо выматерился.

Судя по двум лунам, меня точно «высадили» не на Астаре-4, над которым крутилась «Африка»!

У Астара была только одна луна, да и то – маленькая, а эти две – просто здоровые!

А еще, высадили меня явно где-то на севере, где холодно и не прикольно!

Высадили не давно, вряд ли больше 15-20 минут назад, иначе бы я точно замерз!

Покрутившись, обнаружил здоровенный, почти полутораметровый рюкзачину, из которого торчали рукава куртки, в которую я тут же и запрыгнул, пытаясь согреться.

Отогревшись, занялся разбором хлама, кучей наваленного в рюкзак.

Да-а-а-а-а-а…

Сдается, меня поимели!

Оружия нет.

Пищпайков – 10 штук.

Зато семнадцать пар носков, семь упаковок батареек, фляга для воды, котелок с кружкой и два прибора силового поля, ограниченного радиуса.

На самом дне оказались изрядно помятые столовые приборы, белые таблетки сухого спирта и… Все!

А, нет, покрывало, три на четыре метра.

Красненькое.

Зашибись мне набор туриста подогнали!

Еще раз обшарив весь рюкзак, нашел в карманах две плитки шоколада, семь кусков сахара, нож-мультитул и карту, на которой кто-то красным маркером отрисовал маршрут.

А вот аварийного маяка нет!

Зато нашлась пачка сигарет, к которой добрая душа прикрутила целых две зажигалки, которые, разумеется, тут же замерзли.

Ругнувшись, сложил покрывало вдвое, присыпал снегом и забрался внутрь, решив переждать ночь.

По идее, надо было разжечь костер, сварить чай…

Но, если честно, сил совсем не было.

Забравшись в полученную берлогу, оставил дырку для воздуха и, завернувшись в куртку, что была больше меня на четыре размера, просто отрубился, надеясь, что не сдохну.

Рассвет я проспал.

Зато, к моему удивлению, чувствовал себя так, словно в своем средневековье снова обожрался родной магией!

Выбравшись и берлоги, мысленно, снова пообещал найти выгрузившего меня скотину и надавать ему по мордам – вывалила меня эта сволочь на уступе горы, где-то десять на десять метров, так что, рвани я ночью на подвиги – улетел бы вниз и костей не собрал, судя по черным верхушкам скал, что торчали внизу, как зубы голодного крокодила!

Оглядевшись по сторонам, нашел плоский камень, запалил на нем таблетку горючего и заварил пищпакет, слопав половину.

Потом часа полтора искал пути вниз, но так и не нашел, а тащиться вверх жутко не хотелось!

Почесав затылок, достал единственные два высокотехнологичных прибора и принялся над ними извращаться, попутно догадавшись, что их можно использовать как подставки под покрывало!

Сами по себе приборчики оказались сделаны человеком с мозгами, так что минут за сорок, матерясь и проклиная ту суку, что комплектовала мне набор, смог сделать себе офигенные силовые лыжи, легкие, хрен ломаемые и не требующие смазки!

Потом еще полчаса пристраивал их к обуви подручными средствами.

Вышло ужасно криво, но прочно.

Для пробы прокатился по снежку, привыкая к управлению.

Управлялось хреново, но, благодаря ширине, даже свежевыпавший снег держал меня замечательно!

Пришлось еще раз крепление переделывать, особенно на правой ноге, но к обеду моя поделка вполне себе достойно заменяла охотничьи лыжи.

Доев пищпакет, оттер все снегом, перепаковал рюкзак и…

Разумеется, рванул вниз!

Давно так не веселился, если честно!

Конечно, опасностей на склоне было дофига, но!

Я, для начала, особо не разгонялся, старался высоко не прыгать и вообще держать глаза открытыми, а рот – закрытым!

Мысленно припоминая карту, взял чуть левее, там, по карте, должна была начаться дорога, по которой я спустился бы к подножью, потом еще километров семнадцать-двадцать по ней, а там уже и лесок, а где лесок, там и живность, и дрова, а может и люди!

Раз в час останавливался, проверял уровень заряда своих «лыж» и подтягивал крепление, утешая себя тем, что уж лесу точно найдется чем все закрепить и подтянуть!

К сожалению, либо дорогу замело намертво, либо я слегка промахнулся, но пришлось спускаться почти на дно самого ущелья, чтобы выбраться из него к лесу.

К моему приятному удивлению, лыжи прекрасно себя показали даже на галечной осыпи, так что…

Посетовав, что палок нет, поправил рюкзак и двинул в сторону черного леска, в надежде, что там-то и отосплюсь, отожрусь и отдохну!

Ага, наивный!

Добрался до первых деревьев почти затемно, радуясь, что луны целых две и модно не бояться наткнуться на что-то неприятное.

Потом отцепил лыжи, растянул поля и сделал себе палатку, накинув покрывало сверху.

Получилось забавно, но надежно.

Тут, внизу, было уже не так холодно, так что, сварив очередной пищпакет, завернулся и отрубился.

Всю ночь казалось, что вокруг ходят дикие звери, иногда суют свой нос в палатку, но уходят разочарованные.

Утром проверил.

Нихрена мне не казалось!

Вся полянка вокруг палатки оказалась истоптана звериными лапами!

И никакими-то пятачками зайчиков и белочек, а нормальными такими, в половину моей ладони, когтистыми следами!

Позавтракав остатками пайка, достал карту и принялся изучать свой дальнейший маршрут.

Через тридцать минут перевернул карту и полез за сахаром…

Сгрыз кусок и перевернул карту еще раз.

Получалось, что я снова перепутал лево и право, а также, гм, зад и перед!

Но вышло забавно, чесслово!

Вместо того, чтобы подняться на полкилометра вверх, обойти гору и спуститься, я сперва спустился, потом обошел гору, выйдя к нужному леску.

И при этом, я умудрился держать карту вверх ногами!

Оставив под деревом свои следы, встал на лыжи и покатил к лесу, в котором, судя по карте, меня ждет дополнительный запасец провизии, а может и ништяки какие заваляются!

Привычно работая ногами, скользил по снегу, наслаждаясь легким морозцем, телом, вошедшим в ритм и свежим воздухом, таким насыщенным и вкусным, что просто хотелось дышать, дышать и дышать!

Особенно после корабельного, стерильного-то!

Эх, не земной, конечно, лес…

У нас бы уже давно волки мной закусили, лисы косточки растащили…

Фыркнув своим мыслям, огляделся по сторонам, твердо дав зарок останавливаться на ночлег раньше, да и место выбирать, желательно, удобнее.

Еще бы сушняка для костра, но тут уж как карта ляжет…

Приноровившись к креплению, к весу лыж, к рюкзаку за плечами, как-то вдруг впал в то странное состояние, известное всем, кто привык кататься на лыжах.

Не «бегать» по готовй лыжне, не нестись вниз, в ореоле снежных и брызг и с хвостом переливающихся на солнце, разноцветных снежинок, а именно «скользить»!

Обычно, охотник проходит километров тридцать-сорок за день, но оно и понятно – ему надо выслеживать зверя, проверять ловушки и быть всегда настороже, так что это еще очень хорошо, если будет километров сорок.

А вот мне все это не надо, так что я легко и пятьдесят отмотаю, а если повезет и пойдет дорога под горку, то и сотню, но, правда, боюсь я тогда утром не встану – ноги отвалялтся, да и спина не казенная…

Снежок поскрипывал под лыжами, настроение пело, а душа просила шоколадки.

Но вот шоколад я приберегу, а спеть…

Потом спою, честное слово!

Прбежав еще километров пять-шесть, достал карту и начал снова ее крутить-вертеть, принимать в расчет и думать.

Выходило, что до ящичка с припасами километра полтора-два, так что скоро я узнаю, что мне приготовили кураторы и чем я смогу разжиться.

Вот только, этот лес мне совершенно не нравился…

Редкий, видно все на прострел, а я в своей шубе, как готовая мишень!

Однако, за неимением туалетной, на подтирку сгодится и гербовая…

Отмахав еще два километра, замер.

Дальше снег расчертили две полосы от лыж снегохода, судя по глубине – тяжело груженого.

А это значит, что?

Правильно меня, как пить дать, обнесли!

И, какой из этого надо сделать вывод?

Верно!

Со столовым ножом и мультитулом против снегохода не попрешь, ибо там, где снегоход, там и ружье, а с голой пяткой на шашку кидаться вредно!

На всякий случай решил пройтись по следу, проверить, может, все-таки осталась честь и совесть в людях?

Судя по разбросанному снегу, ни того, ни другого не осталось.

Выдохнув, решил не играть в догонялки со снегоходом.

Но пообещал вернуться и разнести тут все по камушку!

Осталось разобраться где именно это «тут» находится, но об этом я подумаю позже, а пока…

Сверился с картой и вновь поскользил вперед, к заветной цели где-то впереди.

И снова – ночевка, пищпакет и крепкий сон, в этот раз без животных, которым надоело принюхиваться к моим грязным носкам.

Блин!

У меня же дохрена чистых носков!

Вымыв ноги и натянув чистенькие носочки просто почувствовал себя заново рожденным!

Это сколько же простого, чисто человеческого счастья заключено в обычных носках?!

Повеселившись на тему чистоты лап, с легким сердцем доел с утра паек и двинул в путь, оставив позади мерзких воришек, которым обязательно задам трепку!

Заметить натянутую поперек тропы проволоку, иначе чем чудом, я заметить не мог.

А уж связку гранат, с хорошо знакомой маркировкой «ВТБ-4» - «взрывная, термобарическая, четвертый класс», было грех не экспроприировать, тем более, что «установщик» не снял с гранат защитные серьги, так что и опасности особой не было, а вот польза, несомненно, была.

Правда, весили они, все четыре, больше килограмма, но когда меня останавливал такой пустяк, как масса?!

Заодно и проволоку прихватизировал – на привале переделаю крепление и будет мне счастье!

Вот так, с дурной улыбкой на лице и свалился в незамеченный овраг!

Хрустнула кость правой ноги, сознание сказало «пока-пока», а в голове промелькнуло, что свой марафон я напрочь провалил!

Печально и глупо…

Отмахать четверть от тысячи километров и так идиотски попасться на ровном месте!

Эх, ладно, буду считать, что это просто по короне лопатой стукнула старушка-жизнь, напоминая, что расслабляться в чужом мире совсем не стоит.

Глава 20

В себя пришел от того, что вокруг было жарко!

Темно, жарко, пахло зверем и что-то пищало под боком!

Попробовал пошевелить ногой и, о, чудо!

Все шевелится!

Чертыхнулся и пошевелил другой ногой.

Больно, но терпимо.

А ведь точно помню хруст!

Поворочавшись, испуганно замер – кроме обычного писка раздался царственный рык, словно я в берлоге медведя, рядом с медвежатами зимую, и недовольная медведица меня сейчас отшлепает за то, что я их беспокою!

Очень странное ощущение, доложу я вам…

Сделав глубокий вдох-выдох, начал осторожно освобождать пространство вокруг себя.

Попутно мысленно знакомился с детенышами и просил прощения, что вошкаюсь.

К моему удивлению, все шестеро детенышей, прекратили пищать и даже потеснились, выпуская меня наружу.

Точнее, в длинный, широкий лаз по которому я минут пять выбирался наружу, к свежему воздуху.

Яркий дневной свет больно резанул по глазам, выбивая слезы.

А запахи!

Я протер глаза от набежавших слез и сел чуть с боку от черной дыры, ведущей в звериный дом, наслаждаясь легкой прохладой и запахами.

Обычными, лесными, запахами!

Немного землей, немного цветущими травами…

Да как же хорошо-то!

И тепло!

ТЕПЛО!

Мозги, наконец-то, включились…

Сейчас, вокруг меня бушевало лето!

А где снег?!

Где холод?

И где, черт дери, моя одежда?!

Из норы я выбрался в плавках, а где шуба?!

Где комбинезон?!

Где мои шмотки?!

А ведь снять их с меня зверь бы не смог!

А значит…

Значит, это сделали люди…

Причем, не самые лучшие, люди!

Невдалеке треснула ветка, заставляя меня насторожиться.

- Тс-с-с-с-с-с! Иди тихо-тихо сюда! – Стариковский голос, чуть надреснутый, но четко различимый, раздался откуда-то слева, из-за деревьев с раскидистыми вевями, метущими своими листьями землю. – Тихо-тихо! Наскомыш отдыхает, не тревожь его!

Ну, раз отдыхает…

Я попытался встать на ноги и едва не вскрикнул – нога, все-таки, еще болела.

Пришлось опуститься на четвереньки и тихо-тихо, как мышонок, двигаться в сторону голоса.

Обогнув деревья, выполз на небольшую полянку, в центре которой горел почти бездымно маленький костерок, возле которого, спиной ко мне сидела тонкая фигура в звериных шкурах.

- Тихо-тихо… - Голос облегченно вздохнул. – А ты молодец, смелый…

- Я птица большая, сильная… Но на голову ду-у-у-у-у-у-урная… - Вспомнил я старый анекдот и так же, на четырех костях, двинулся к костру.

- Человек?! – Сидящий у костра дедок-мокланец при виде меня аж подпрыгнул. – Как человек?!

- Как есть, так и человек. – Огрызнулся я, усаживаясь на гостеприимно положенное у костра бревнышко, напротив старика. – Доброго дня, старче…

- Не очень добрый. – Дед помрачнел. – Человек, значит…

- Человек. – Согласился я, принюхиваясь.

- Две недели наскомыш пествовал человека… - Дед покачал головой. – Вот уж чудны дела природы…

- У природы – свои резоны. – Я принялся рассматривать дедка, находя в нем черты не только толстокожего мокланца, но и, готов поспорить – без кселеянца тут не обошлось!

А это, хоть ты топором по танку стучи, невозможно!

Эти два вида вообще не могут дать совместное потомство, даже после генетической коррекции!

- У природы и чувство юмора особое. – Дедок подкинул в костер пару веток. – Значит, это тебя прилетели искать?

Я облегченно выдохнул.

Значит, все-таки, ищут!

- Либо меня, либо не меня… - Осторожность в суждениях проснулась у меня давно, правда, не всегда включалась вовремя…

Дедок расхохотался.

- Морус Даллен.

- Эд Мерсер.

- Что же, Эд… - Морус перекинул мне через костер запечатанный пакет с одеждой. – Чем быстрее тебя найдут, тем быстрее на планете станет снова спокойно. Так что одевайся и двигай на закат…

- Я бы рад в рай, да грехи не пускают. – Я подхватил пакет и присвистнул: армейский мокланский комбез, вторая степень защиты, их «абы где» не достанешь, только армейские и только в чине не ниже капитана планетарных войск имели такие!

- Ногу комбез зафиксирует, километров на пятьдесят хватит, а там тебя уже и твои подхватят. – Даллен снова подкинул веток и тяжело вздохнул. – А так, ты, вообще-то, и сам бы мог все поправить…

- Не в этой жизни. – Вырвалось у меня против воли.

- Да… В этой жизни ты для себя и суп не сваришь… - Дедок как-то странно посмотрел на меня, словно что-то увидел и это «что-то» ему, одновременно и нравится, и не нравится. – Ладно, помогу…

И вот тут я слегка прифигел!

Ветхий дедок тенью перетек ко мне ближе, прикоснулся указательным пальцем к моему лбу и…

Исчез!

И костерок прогорел.

И нога не болела.

А еще, над моей головой догорал закат!

А я все также сидел с полунатянутым комбинезоном, словно кто-то выдрал несколько часов из моей жизни, перенеся вперед, от полудня к закату.

Забравшись в комбез, активировал из панели на левом запястье функцию автоподгонки, поприседал-попрыгал и прислушался к ощущениям.

Тепло, светло и мухи не кусают – благодать!

Мысленно поблагодарив старого мокланца, накинул капюшон и потопал на закат, навстречу новому дню…

Ну и новым приключениям на собственную жопу, куда ж без этого!

***

- Убила бы! – Куратор погрозила мне кулаком. – Вот, Эд, честное слово, я понять не могу, то ли ты настолько невезуч и безнадежен, что тебя из кабинета выпускать нельзя, то ли ты везунчик, который и взрыв сверхновой переживет, накрывшись одеялком?!

- Он – безнадежный везунчик! – Хохотнул кселеянский рейнджер, сидящий рядом с Вальдекой и приводящий в порядок своё оружие. – И на контрабасов вышел, и с Дедом познакомился, и вон, пришмотился не по-детски…

- Но полевые – завалил. – Кселеянка вздохнула.

- Ты бы их тоже завалила, если бы тебя выбросили с «примерной картой», без оборудования и вообще на другой планете! – Рейнджер внезапно посерьезнел. – Такое гнездо под носом оказалось!

Я лишь вздохнул.

Тува-2, на которой я оказался, была планетой-заповедником, на которой разумная жизнь, где-то лет семьсот назад, приказала долго жить, использовав в качестве оружия нечто настолько уникальное, что за частями этого оружия до сих пор «охотятся» все террористы всех рас!

Контрабандисты всех времен и народов слетаются на Тува-2 ради быстрого заработка, большей частью оказываясь в пастях диких животных, которые после применения оружия мутировали в нечто хрен убиваемое, быстрое и сильное.

Например, наскомыш «прихватил» меня в пятистах пяти километрах от своей норы, притащил, а вот дальше начались странности…

Две недели я провел в норе у животного, которое должно было меня сожрать за пять секунд!

А ведь наскомыш не самое большое, есть еще клюмбок – он размером со слона, вставшего на дыбы!

А есть берли – это те мелкие проныры, что сопровождали меня первые трое суток дороги, суя носы в палатку.

Рейнджеры, нашедшие меня, смотрели на мою тушку со смесью восхищения, удивления и мелкого, иррационального страха – они шли по моим следам, медленно и методично восстанавливая каждый мой шаг.

Вот только они знали о «прелестях планеты», а я на ней выжил в шубе!

Может, парни и преувеличивали, но и мой куратор, после общения с ними, сменила гнев на милость и поставила необходимые для завершения марш-броска, двадцать пять процентов эффективности.

- Много народа «завалило»? – Полюбопытствовал я, откинувшись на спинку кресла и наблюдая, как планета уменьшается в размерах под нашим челноком.

- Двадцать два процента. – Вальдека тяжело вздохнула. – Девятерых придется списать на поверхность, трое восстанавливаются.

- А Чак?

- Напарничек твой, скотина, выдал прикол… - Кселеянка расхохоталась. – Собрал себе команду из бывших любовниц!

Я расхохотался, представив себе Чака, в окружении, как минимум, девяти женщин, с которыми он весело проводил время.

Как они его не прибили, а?!

- А вот наши отличники, кстати, прошли свои маршруты без малейших проблем. – Вальдека вздохнула. – И только ты умудрился вляпаться в полный рост!

Челнок, качнувшись с крыла на крыло, развернулся задом и вплыл на орбитальную станцию рейнджеров, «подвешенную» над полюсом планеты, скрипнул лапками по настилу и замер.

- Прибыли, выходим! – Рейнджер убрал свое оружие в ящик, на выходе из челнока и потянулся.

- Давай, пошли быстрее… - Поторопила меня куратор. – «Астарта» только нас ждет.

Я присвистнул – на «Астарте» я проходил практику на четвертом курсе Академии и мне она безумно понравилась, не смотря на слабые щиты и не самое мощное вооружение.

Самое главное – «Астарта» была дальним поисковиком и вряд ли ее прислали именно за мной.

- Давай, давай, шевели поршнями! – Кселеянка вихрем пролетела через три коридора и влетела в ангар, в котором притулилась «Астарта».

Но, Звезды всемогущие, в каком же виде был корабль!

Он выглядел так, словно неведомый гигант его смял, пожевал, облизал кислотным языком, а потом кое-как выправил и, дав пинка, отправил в космос!

Из трех колец двигателей осталось два, прямо напротив нас блестели свежие заплатки, каждая метров по десять-двенадцать в диаметре!

- Ты чего замер? Давай быстрее!

Пришлось «шевелить поршнями».

Отмахнувшись вахтенному, получили сопровождающего, который проводил нас к свободной каюте.

- Проходите. – Молоденький мичман открыл дверь в каюту. – Сейчас на «Астарте» мало пригодных кают, так что придется вам потесниться…

Я вошел в каюту и замер.

- Эд… Что случилось? – Моя куратор, как ни крути, меня уже знает, как облупленного.

- Все нормально… - Я подошел к окошку материализатора и нажал кнопку. – Пачку сигарет и зажигалку.

- Эд?

Я лишь помотал головой и достал из пачки сигарету, невольно возвращаясь к фотографии, висящей на стене.

- Это наш офицер безопасности. – Мичман сжал кулаки. – Ее с нами… Нет больше…

А я смотрел на фото, с которого улыбалась на меня Тайлин.

А я ее обнимал.

Мичман внимательно посмотрел на фото, потом на меня и произнес только одно слово.

- Соболезную.

- Передайте капитану Варна, что я проходил стажировку на «Астарте» и, если моя помощь будет нужна, то…

- Это было бы не плохо. Людей не хватает. – Мичман развел руками. – Спасибо.

Парень ушел, а я тихонько стоял вентиляции, затягиваясь горьким, синим дымом.

- Эд… Мне очень жаль. – Вальдека подошла ко мне и положила руку на плечо. – Но… Жизнь продолжается.

- Да я не против. – Я докурил сигарету и выбросил в утилизатор и окурок, и зажигалку, и едва начатую пачку сигарет. – Я не против.

Возвращение на «Астарте» к Земле вышло коротким и постоянно занятым.

Мы с кселеянкой умудрились за все пять суток полета встретится в каюте только один раз, когда я вышел из душа, а она в него зашла.

Все остальное время оставшаяся команда приводила корабль в состояние семидесятипроцентной готовности, но…

Надо признать – «Астарту» проще пустить на слом, чем чинить.

Силовые формы повело от взрывов, оборудование частью превратилось в лом, частью – в сварившийся намертво, комок металлов.

Неведомый черный корабль раздолбал в пух и прах миф о невероятной мощи Флота Альянса.

Пару раз я пересматривал этот бой и понимал – «Астарту» просто пожалели.

То, что команда восстановила две «нитки» двигателей и дотелепала до миров Альянса – больше чудо, чем просто инженерная работа.

На орбите Земли, распрощавшись с экипажем калеченого корабля, мы перешли на борт челнока, который и спустил нас на крышу здания СВР.

- Тебе пройти медицинское освидетельствование. – Куратор помотала головой, отгоняя усталость. – Потом зайдешь к «следакам», сдашь отчет, потом явишься к старшему группы, он закроет тебе практику и назначит дату финального собеседования. Все понял?

- Принял, понял… - Я тоже кивнул китайским болванчиком, больше всего мечтая сейчас оказаться в кроватке. – Медицина, следаки, старший… Всего три дела.

- Умница… - Куратор внезапно обняла меня и ткнулась лбом в грудь. – Удачи, Эд!

Ох, уж эта удача…

Почему, каждый раз, когда мне ее желают, все становится еще хуже?!

Я стоял у кабинета старшего, не зная, расплакаться мне или начать биться головой об стенку?

Медицина прошла на ура, отчеты и личная беседа со следаком, который расследовал дело на «Африке» - да как за пять минут!

А вот старший меня огорошил.

Точнее – убил, насмерть!

Начал-то он с хорошего, а потом…

Бац!

И второй корабль «большой серии» выскользнул у меня из лап, сменившись средним поисковиком под названием «Орвилл»!

Как бы я не выходил за пределы сериала, все снова уперлось в этот чертов «Орвилл»!

А раз «Орвилл», значит снова мне сунут в качестве перпома мою бывшую благоверную, значит…

Я тихонечко завыл.

Еще бы недельку и меня вывели бы из подчинения адмиралов Флота!

И занял бы я уютное кресло на свежепостроенном рейдере «Москва», получил бы право набирать команду по собственному усмотрению, а так…

Гребанный адмирал, безголовая Келли!

Собрав нервы в кулак, спустился на первый этаж и вызвал такси, попутно перебирая вспомнившиеся моменты фильма.

Надо забрать Гордона – без него нас собъют в первом же вылете, отработать с Аларой – ее здоровье и работоспособность будет нужна не один десяток раз.

- Прибыли в точку назначения. – Механический голос вырвал меня из раздумий, возвращая на грешную землю, возле дома, который в скором времени снова станет тихонько ждать своего владельца из его полетов.

Поднявшись на свой этаж, вытащил записку, воткнутую в дверь, повертел в руках и, узнав почерк, молчком сунул в карман, чтобы выбросить в мусорку.

Приветы от бывшей давно меня не радовали, так что самое место этой писульке в утилизаторе.

Сбросив ставшим уже привычным мокланский комбез, набрал ванну и со стоном в нее погрузился, надеясь, что хоть на полчаса меня отпустит.

Ага, как бы не так!

Не только не отпустило, но и вовсе скрутило так, что чуть волком не взвыл!

Пришлось выбираться из ванны, переодеваться в джинсу и валить из квартиры, пока все свалившееся мне на плечи за эти недели не превратит меня в пюре.

- Вас искала девушка… - Соседка в кои-то веки высунула свой нос из квартиры. – Приходила, наверное, раз десять!

- Это плохо. – Вырвалось у меня. – Придется менять квартиру.

- Это почему это?! – Опешила дама в заляпанном красками, комбинезоне.

- Потому что это моя бывшая и видеть ее я особо не горю желанием. – Честно признался я, криво усмехаясь.

- А, может быть, она тебя до сих пор любит? – Соседка привалилась плечом к косяку и прищурилась. – Может быть, нужно дать второй шанс?

- А, может быть, не надо было и первого давать? – Я прижался спиной к стене. – Предатель будет предавать всегда, как бы он не получал второго шанса… Вот, например, Вы. Вы бы дали второй шанс?

- Если любишь…

- Врете. – Вздохнул я. – Я же чувствую.

- Вру. – Неожиданно быстро согласилась женщина. – Зайдете выпить?

- Если я выпью – я чокнусь. – Я покачал головой. – Хотите иметь дело с соседом, у которого поехала крыша?

- Хм… - Женщина сняла косынку с головы и расстегнула халат. – Тогда, можем пройтись. Просто пройтись.

- Тогда подожду вас внизу? – Я полюбовался ярко-ярко рыжими волосами своей соседки, вдруг осознавая, что она, на самом деле, очень красива. – Кстати. Я – Эд!

- Нина… - Женщина улыбнулась. – Эд, лучше подождите меня на площадке… Я очень боюсь лифта…

Работница творческой профессии, то есть – художница.

И, учитывая ее квартиру-студию, очень востребованная художница.

К своему стыду, я ее работ не помнил, но краем уха слышал о Н. Кольдерр, вроде как на «Астарте» была ее картина и даже оригинал, но, убей голову, я не помнил.

Спустившись, мы просто блукали по ночному городу и, в какой-то момент, я проболтался, что увлекался двумерными фото.

Правда, это было давно…

Но, к моему удивлению, Нина зацепилась за эти слова, подошла к ближай кабинке материализатора и вернулась с камерой, попросив сделать для нее десяток кадров.

Ну да у людей творческих все не как у простых смертных, так что я взял камеру и…

Увлекся.

Ночной город в неоновых огнях пламенел, купался и, одновременно с этим, казался огромным, жутким моллюском, от которого слегка пробивало холодком.

Несколько раз я ставил Нину то в пятна тени, то в тонкие лучи холодного неона, ловя не столько лицо, сколько силуэт, образ женщины в лучах и тенях.

На мой взгляд, получилось очень киберпанковски.

Ушагавшись до стертых ног, зашли в круглосуточную кафешку, такую же автоматическую и скучную, как и еще несколько сотен, разбросанных по городу будущего.

И кофе тут скучный.

Свежий, горячий, но не настоящий, а так…

Ксерокопия.

Потом еще бродили, а потом как-то мгновенно настал рассвет, в котором я сделал еще пяток кадров и, вызвав такси, отдал камеру соседке и отправил домой.

А у меня с этим рассветом начался не только новый день, но и череда длинных, мозгопарных, дел.

Вон, надо другана своего вытаскивать, пробивать его к себе на борт, первым пилотом.

Закончить заказанную СВР работу по боевым экипажам кораблей.

И приготовиться к тому, что мостик со мной будут делить существа, часть из которых я бы просто никогда на свой корабль не пустил.

Кто там был…

Алара, Келли, Бортус, кстати, не забыть бы его вышвырнуть на планету, на время яйценоскости, Ламарр, Айзек…

Вроде никого не забыл.

Я шагал по проспекту, с каждой минутой все сильнее и сильнее забиваемому народом, спешащим по своим делам.

Та же суета из столетия в столетие.

Устав от толпы, свернул в проулок между двумя небоскребами и задрал голову вверх, любуясь чистым небом, по которому неторопливо плыли флаеры всех размеров и цветов.

- Эй, красавчик! Выпить не найдется? – Визгливый женский голос, когда-то, наверное, очень даже привлекательный, обратился ко мне откуда-то из-под дальней стены. – Или, может, одежкой поделишься? Или денежку дашь?

- Могу в зубы дать. – Радостно улыбнулся я, чувствуя, как по жилам бодрее побежала кровь. – Вам, леди, как, с ноги или кулака хватит?

Четыре тени, что подбирались ко мне с разных сторон замерли, готовясь к победному рывку.

- Что-то ты, приятель, с леди не вежлив! – Пятый свалился откуда-то сверху, весь такой прокачанный, зубастый и…

- А где леди? – Полюбопытствовал я, расстегивая рукава джинсовой куртки. – Или ты о себе?

- Сейчас, за грубость, ты с нами поделишься не только курткой и деньгами… - Пятый демонстративно вытащил нож, а четыре его приятеля, отлипшие от стен многозначительно принялись похлопывать монтировками по грязным ладошкам.

- Ох, мужики… Как же мне вас не хватало!

Первым пострадал самый ближний ко мне, распрощавшись с красной монтировкой – Привет, мистер Фримен! – и с передними зубами.

Ну, и с коленным суставом, до кучи.

«Зубастый» с ножом секунд десять проникался чувством, что ножа в руках нет, зато он есть где-то сзади и ниже.

Через десять секунд по нему промахнулся еще один с монтировкой, погнув ее о железобетонный череп подельника.

Третий достал меня по плечу, вскользь, но от души.

А потом мне стало пофиг – мир сжался до размеров спичечного коробка, привычно переключился на шорохи, слух, а интуиция сладко вопила, напоминая, что упавший – это тоже враг!

Вой полицейских сирен оповестил, что надо заканчивать танцы с дятлами.

Так что, оглядевшись по сторонам, нашел открытые мусорные баки и загрузил в них и пятерых поскуливающих разбойничков и, для шарма, сверху забросил к ним их даму, которая всю драку только открывала рот, как рыба, вытащенная на берег.

Закрыв крышки на защелки, сделал жест кулаком по сгибу локтя в сторону приближающихся полицейских сирен и с низкого старта взял в сторону выхода, где на углу дома поблескивала всем знакомая, большая буковка «S» - Subway.

Адреналиновый всплеск мало-помалу сошел на нет и в метро я спустился беззаботным гражданином, что-то насвистывающим и широко, по дебильному, улыбающимся.

Найдет меня полиция или нет – дело десятое, даже если и найдет, то кроме превышения самообороны мне ничего не грозит, ну, максимум, снимут пяток баллов рейтинга, которые я восстановлю, сдав заказанную работу.

Могут, конечно, настучать флотским, но там я уже без двух минут капитан и бедолагам-хулиганам могут еще и вкатать «нападение».

Но все это бабка надвое сказала: камер в этом проулке не было, а отпечатки с монтировки я тщательно стер, сунув ее после этого в руку пребывающему в отключке, «зубастику».

Войдя в вагон, устроился на свободное местечко у окна и принялся рассматривать соседей-пассажиров через полуприкрытые веки, придумывая им их возможную работу.

Например, вон та девушка с собачкой, высунувшей голову из сумочки, явно была завзятой тусовщицей, возвращающейся из ночного клуба.

А вон та парочка, зыркающая по сторонам колючими взглядами, либо такое же хулиганье, которое я в мусорку запихал, либо совсем напротив – два полицейских в штатском, что ждут не дождутся своего звездного часа.

Проехав пяток остановок, вышел на перрон и направился к ближайшей лавчонки, сменить прикид.

Джинсу жалко, но, как ни крути, но на курсантских харчах я снова раздался в ширину, так что курточка становилась маловата, вот и поменяю ее…

- Вам это не пойдет. – Парень с попугайским хаером и кольцом в носу покачал головой глядя на мой выбор. – Вам кожу надо, такую, помятую, с золотом на спине и серебром по швам рукавов.

- Сделать сможешь? – Я замер, пытаясь представить себя в помятой коже.

- Тысячу! – Потребовал парень, нагло блестя глазами. – Плюс за работу.

- Дам две, если сделаешь. – Я приложил руку к терминалу и набрал сумму. – Вперед.

Минут пятнадцать парень что-то колдовал и приплясывал рядом с материализатором, пару раз оглядываясь на меня и что-то соображая, потом материализатор возмущенно пискнул, получил кулаком по мозгам и принялся бешено светиться, выполняя заказ.

- Готово. – Панк вытащил из окошка куртку и перекинул мне. – Примеряй!

Повертев в руках обновку, мысленно поставил парню десять из десяти – с «мятой кожей» заморачиваться все же не стал, да и цвет, к моему удивлению, выбрал не черный и не коричневый, как я опасался, а какой-то удивительно серо-бордово-седой, точнее, серый с красным отливом.

Удлиненная «косуха» мне бы больше пошла, на мой взгляд, но и так вышло очень неплохо!

А главное, парень не поскупился на карманы, часть из которых оказалась на «липучке», а часть на серебристых замках-«молниях».

И с размером панк угадал в точку, сделав как я люблю, «на вырост».

- Зачот! – Признал я и протянул парню руку. – Я – Эд.

- Тарен. – Панк пожал руку и привычно толкнул кулаком в плечо.

Эх, времена меняются, а проявления и выражения субкультур – нет!

- Докинешь пятеру, Кинг тебе ништяков нашьет и украсит. – Тарен замер, ожидая моего решения.

- А меня за «ништяки» лет на пять не упрячут? – Рассмеялся я, вспоминая свои времена, когда полиция неадекватно относилась к разрисованным курткам нефоров.

- Да им пох. – Тарен поморщился. – «Верхним» - точно пох, а наши… Ты же не будешь себе разрисовку «Гор» выбирать или «молний»…

- Ну, это точно не ко мне. – Я вздохнул, прикидывая свой бюджет.

Получалось, что потратится я сейчас могу без малейших проблем – у меня «курсантские», зряплата Флота и за исследования накапало, так что…

- Ну, пошли к Кингу. – Решил я. – Посмотрим, что получится.

- Сейчас закроюсь… - Парень расплылся в улыбке. – Кинг на следующей станции, там мастерская.

Дождавшись электрички, доехали до следующей станции, проскользнули с перрона на рельсы, прошли метров десять и нырнули в боковой проход, в конце перекрытый массивной, стальной дверью, в которую Тарен трижды стукнул каблуком.

- Кинг! Открывай! Работа есть!

Дверь бесшумно распахнулась, оттуда высунулась лапа-манипулятор, схватившая бедолагу панка за воротник и втащившая внутрь.

Дверь захлопнулась, оставляя меня в легком обалдении.

Такие манипуляторы использовали на флоте и цена у этих игрушек с обратной связью была такая, что увидеть их здесь…

Пару минут было тихо, потом промчалась череда вагонов со спешащими в них по своим делам людьми, а потом дверь снова открылась, выпуская Тарена с оттянутым, бардовым, левым ухом.

- Заходи. Кинг слегка не в духе, ну, понимаешь, там свои заморочки…

Я вошел в дверь и не удержался, присвистнул.

Помещение за дверью было здоровым!

Не как «огромным», как футбольное поле, но где-то очень рядом.

- Давай сюда «кожу». – Пухлая девица с короткой стрижкой и блестящими синими глазами протянула руку. – Надо глянуть, что «Дикий» тут настрочил.

Сняв куртку, безропотно отдал ее девице.

- Походи, может чего еще присмотришь. – Кинг внезапно улыбнулась. – Только губу сильно не раскатывай, тут не все продается!

- Он еще «раскраску» хочет! – Влез Тарен-«Дикий», плюхаясь в потрепанное кресло и закидывая в рот печеньку из пачки, лежащей на столике, рядом с креслом. – А что, «Пальги» нет?!

- Сходил бы да купил. – Огрызнулась девушка, буквально обнюхивая куртку. – А ты, вдоль левой стены пройди, покопайся, может, что понравится.

Вдоль левой стены оказался длинный стол, на котором ровными рядками лежали наброски рисунков, тату-машинка и еще пяток приборов, назначение которых я никогда не определю, но вот некоторые запчасти от них мне вполне знакомы.

И в частном владении их в принципе быть не должно!

Посмотрев рисунки, вздохнул и вздохнул еще раз.

Симпатично.

Хищно.

Но не мое.

Не люблю я все эти звериные головы, оскаленые пасти и прочую атрибутику неформалов, у которых, частично, текут мозги и едет крыша по таким рисункам.

Пройдя еще чуть дальше, наткнулся на сетку, перегораживающию проход к дальнему концу комнаты.

Тонкую и терпко пахнущую озоном.

А еще, по сетке, тут и там оказались развешаны «ковырялки» разных размеров, форм и тяжести.

Даже пара обоюдоострых секир!

Полюбовавшись на «холодняк», заприметил тонкий, длинный ковыряльник, с удлиненной рукоятью, обтянутой черной кожей, обвитой серебристо-красной, грубой нитью.

Покрутив головой, подтащил ближе стул, взобрался на него и снял клинок.

Легкий.

Спрыгнув со стула, привычно крутанул железяку, вживаясь в баланс.

Лезвие со свистом ушло вниз, потом вверх, разрезая сопротивляющийся такому насилию, воздух.

Вбитые Морой связки на тренированном теле Эда выполнялись плавно и без малейшего срыва, как это было у меня.

Привычно скорчив «зверский оскал», который Мора называла не иначе как уморительным, закончил связку и…

Вздохнул.

Хороший клинок!

За такой в Столице меньше чем пару сотен золотых ни один торговец не попросит.

- Да ты Мастер! – Уважительно шмыгнул носом Тарен. – Кинг! Он Нюшеньку крутит!

- Я ему башку откручу! – Пообещала от своего столика Кинг, методично распарывая куртку на «запчасти». – Нюшеньку он крутит… Крутилка не отросла!

- Не! У него реально отросла! – Заступился за меня парень. – Она аж запела!

- Пусть на место повесит. И вообще… - Девушка оторвалась от распарывания куртки и повернулась ко мне. – Ты рисунок выбрал?

- Не мои они. – Я покачал головой, приычно укладывая клинок на сгиб левой руки. – Я больше по жизни, чем по смерти.

- По жизни, говоришь. – Кинг покрутила головой. – Тогда быстро не получится.

- А «быстро» не надо. – Вырвалось у меня. – Сделай под меня. А я у тебя этот клинок куплю. Три куска – нормально будет?

- Десять! – Жадно блеснула глазами швея

- Семь и по рукам?

- И семь за куртку! А я тебе все ништяково отлабаю!

Дороговато, но…

- Давай терминал! – Решил я. – Только, клинок бы завернуть во что-нибудь…

- Не парься, будет тебе нормальный кофр и ремни сделаю. Тебе на пояс или за спину? – Кинг почесала мочку уха. – За спину будет лучше.

- Делай как лучше. – Решил я, сбрасывая пятнашку, на всякий случай. – Проверяй.

От меня не убудет, а девушке приятно!

- Ваша щедрость выше вашей красоты! – Поддела меня Кинг, бросая сверток, который я еле успел поймать, едва не выронив клинок. – Адрес оставь, «Дикий» на днях тебе все занесет.

- На днях? – Я развернул сверток и присвистнул, разглядывая одеяло с дыркой посередине. – Это что?!

- Во-первых, за сегодня я не успею тебе «кожу» сделать, идеи есть, но кое-что надо прикупить. Опять же, рисунок за пять минут тебе только «переводку» можно сделать, а ты просил «под себя», так что, сам понимаешь, пока я тебя почувствую, тут не меньше пары дней пройдет. А с клинком ты все «фуражки» соберешь. – Кинг начала загибать пальцы. – А без пончо, Эд, на тебя народ будет пялиться, потому как капли крови на рубашке ты вовремя не застирал…

Свинство!

Я вздохнул.

- Не переживай. – «Дикий» расплылся в улыбке. – Как только Кинг все сделает, я тебе все в лучшем виде домой вечерком занесу.

- У меня соседка любопытная. – Предупредил я, просовывая голову в дырку и пытаясь понять, как тут и что завязывается.

- Не парься. Я – знаю, как с такими обходится! – Панк гордо приосанился.

- Поэтому у тебя и девушки нет? – Съязвила Кинг, откладывая клинок на кипу рисунков. – Валите отсюда…

- Через неделю меня не будет на планете. – Предупредил я. – Но… Если мне понравится… Есть у меня пяток знакомых, которых шмотки волнуют больше реальности, так что…

- Пусть сразу скажут, что от тебя, скидку сделаем! – Тарен хохотнул.

- О, нет! – Расхохотался я. – Скидку они себе пусть сами зарабатывают…

- Вообще без разговора. – Панк довольно потер руки. – Кинг? Мы пошли?

- Валите, давайте… - Девушка вернулась к столу, заваленному печальными останками моей, единственный раз надеванной, куртки.

- А ты ей понравился… - «Дикий» тяжело вздохнул. – Хороший ты мужик, Эд…

Подъехавшая электричка распахнула двери…

Глава 21

- … Обливать-то зачем?! – Гордон рассматривал себя в зеркало, попутно любуясь быстроналивающимся синяком под глазом.

- А потому что бухать нехрен! – Рявкнул я, протягивая другу Эда сухое полотенце. – Я тебя не для того к себе на корабль требовал, чтобы ты «отмечать» начал!

- А драться зачем?! – Гордон принялся вытирать мокрую голову.

- А чтоб лучше дошло. – Я фыркнул. – Гордон, не будь скотиной, а?! «Орвилл» стартует через сутки, так что, приводи себя в порядок и чтобы через три часа был на борту!

- Сутки?! – В голосе приятеля послышались панические нотки. – А чего ты раньше не появился?

- А как ты думаешь, а?! – Я плюхнулся на кресло, предварительно сбросив с него на пол коробку с остатками пиццы. – Принять за неделю корабль, узнать команду, загрузиться припасами… А перпома у меня еще нет, так что все один, все сам…

- Плохо, что первого помощника нет. – Гордон помрачнел. – Есть варианты, кого назначат?

- Варианты… Варианты есть. – Я усмехнулся, вспоминая сериал. – Варианты не могут не есть.

- Дай мне двадцать минут. – Мужчина помотал головой. – Эх, Эд… Злой ты стал, после развода!

- Кстати, о разводе. – Я вздохнул. – Пожалуйста, Гордон, воздержись от рассказов о моем разводе и всем, что с ним связано. Очень тебя прошу!

- Боишься, что народ начнет думать всякое? – У моего приятеля, эх, да, чего там греха таить, именно у «моего приятеля» много слабостей, но глупость в их число не входит. – Хорошо, обещаю!

- Вот и славно! – Я закрыл глаза и выдохнул.

Промелькнувшие дни с момента моего возвращения с Тува-2 оказались заполнены событиями до самого отказа!

У меня на сон оставалось три-четыре часа, настолько все оказалось плотно сжатым.

Приемка «Орвилла» у капитана Жэн, знакомство с экипажем, беседы с СВР, когда куратор четко предупредил, что, хотя «выходной тест» мне еще предстоит написать, только по возвращении «Орвилла» из первого вылета, но офицером СВР я уже в принципе, являюсь, так что… Накидали мне полный кузовок заданий и попросили хоть пяток сделать, в качестве бонуса пообещав посодействовать с возвращением Гордона в строй – раз и с быстрейшей модернизацией корабля – два.

В общем, та прогулка с соседкой и была моим последним выходным.

- Эд! Ты спишь?! – Гордон коснулся моего плеча, вырывая из воспоминаний. – Я готов!

- Отлично. – Я скинул ему на коммуникатор «проездной», трижды напомнил, что первый вылет пробный, но это не значит, что все будет легко и просто.

- Ты стал ужасным занудой после развода! – Маллой сморщил нос. – Эта сука все-таки проехала по тебе…

Тут он прав.

Келли катком прокатилась по Эду…

Распрощавшись с будующим первым пилотом, поднялся на крышу, где меня дожидался служебный флаер.

Осталось совсем пустяк – собрать собственные вещи, заскочить в головной отдел, подтверждая принятия командования кораблем и получить уже теперь «официальные» капитанские коды доступа, а не те «времянки», что у меня были.

Ближе был головной отдел, так что я сперва за кодами, а потом…

Домой.

Выспаться, собраться и вперед, во славу Родины!

Коды получил за пять минут, попутно узнав, что перпома мне еще не назначили – нет свободных, так что вылет откладывается, как минимум, на сутки.

Ага.

Я по фильму знаю, почему он откладывается…

Покачав головой, вернулся домой и…

Нет, я так-то всего ожидал, но вот застать свою соседку целующейся с «Диким» прямо у дверей – нет!

- Эд! Здорово, что ты появился! – Тарен метнулся в полуоткрытую дверь квартиры художницы и вернулся с длинным сумарем. – Держи! Кинг сказала, что ты не дурак, разберешься!

- Да куда ж я денусь-то… - Расхохотался я, забирая сумку. – Спокойной ночи, «голубки»!

- Эд… День на дворе. – Расхохоталась Нина. – Совсем уработался?

- Есть такое. – Согласился я, открывая дверь в свою квартиру и мечтая о кровати и горячем душе.

- Слушай, а он вправду – капитан?! – Панк конспиративно склонился к тонкой шее художницы.

- Правда-правда. Кстати, Эд, к тебе снова твоя приходила!

- Нафиг ее. – Зевнул я и закрыл дверь. – Всех нафиг, на ближайшие часов… Десять!

Мелькнула мысль позвонить Гордону и предупредить о переносе старта, но, судя по часам, он уже должен был быть в полете на станцию, так что…

Пусть летит.

Пока он летит – он не бухает…

***

- Эд! Это же – Келли! – Гордон уставился на меня так, что казалось у него вот-вот выпадут глаза.

- Ну, да… - Я побултыхал в стакане апельсиновый сок и посмотрел в псевдоиллюминатор, за которым катились бело-синие полосы размазанных звезд. – И что теперь?

- Но ведь она же…!

- Гордон… - Я вздохнул. – Брось. Специалист она и вправду неплохой, а что там было год назад уже даже меня не волнует!

- Но ведь она же!

Гордона реально заклинило на Келли, сидящей за пару столиков от нас в гордом одиночестве и потягивающей свой любимый «Нектар богов».

Это ей, на самом деле, очень сильно повезло, что Гордон, внемля моим просьбам, особенно о нашем разводе не распространялся, иначе…

- А если она подойдет?!

- Так она мой первый помощник, что в этом такого? – Искренне удивился я, допивая сок. – Рабочие моменты – рабочими моментами, а личное – оставим Земле, ладно, Гордон?

- И ты ее простишь? Вот так, запросто?

- Ты же понимаешь, что ее назначение не просто так? – Я решил зайти с другой стороны, чтобы Гордон слегка перезагрузился, а то его сейчас порвет и он реально пойдет бить морду Келли за своего лучшего друга. – Приказ подписан адмиралом, приятелем ее папочки, а значит что?

- Значит, тебя проверяют, насколько ты способен вести дела с предателями?

Я слегка поморщился.

Друг у меня – прекрасный пилот, но вот причинно-следственные связи ему даются с трудом.

Иногда.

Но чаще вовсе не даются.

Что не мешает ему быть первоклассным пилотом, кстати говоря.

- Я присоединюсь? – Келли, с бокалом в руках замерла у нашего столика, ожидая моего решения.

- Да, конечно. – Я жестом указал Келли место напротив меня, рядом с Маллоем. – Отлично выглядишь, Келли.

- Ну а мне пора. – Гордон демонстративно встал со своего места, одернул мундир и свалил в закат, оставляя меня тет-а-тет с бывшей супругой.

- Эд… Я… - Келли поправила волосы, как всегда делала в минуты волнения.

Или флирта.

- Эд, я не знала, что капитан «Орвилла» - ты!

Врет и не краснеет, кстати говоря.

Прекрасно знала.

Правда, ожидала она, скорее всего чего-то иного, кроме спокойного общения.

- Это не важно. – Я пожал плечами. – Сейчас «Орвиллу» нужен перпом, ты для этой должности прекрасно подходишь, так что…

- Когда вернемся, я подам рапорт о переводе! – Выпалила женщина, видя, что я в принципе особо не задет ни ее появлением, ни новой прической, ни взволнованным видом.

- Да, это было бы прекрасно. – Я почесал мочку уха. – Надеюсь, адмирал Хэлси удовлетворит перевод и ты станешь частью команды прекрасного корабля…

- Эд… Спасибо, что ты не… Не встал в позу и повел себя как мужчина. – Моя бывшая супруга опять начала свою затянувшуюся песню о том, как, в ее глазах, должен вести себя настоящий мужчина.

- Сейчас мы в одной лодке. Единственное, о чем я тебя попрошу – пожалуйста! – не раскачивай ее. Надеюсь, у тебя хватит профессионализма и такта для этого? – Я повернул голову и невольно улыбнулся, увидев, как в кают-компанию вошла доктор Флинн. – А сейчас, прости, у меня есть разговор к нашему доктору.

Оставив Келли зависшей за столиком, подошел к Клэр и, попросив разрешения, сел напротив.

- Капитан Мерсер… - Женщина расплылась в улыбке. – Как я вижу, ты все-таки получил корабль!

- Не только корабль, но и женщину, видеть которую очень рад! – Я вернул улыбку, заметив, как блеснули глазки в ответ. – Вы специально попросились на «Орвилл» доктор?

- Не совсем. – Клэр тяжело вздохнула. – Последние недели были сложными для меня, а на «Орвилле» не только прекрасная команда исследователей, но и прекрасное оснащение.

- А капитан?! – Сделал вид что обиделся, я.

- И капитан. – Клэр вдруг прикусила губу. – Очень прекрасный капитан. Правда, меня предупредили, что у капитана свои секреты…

- Вы о Келли? – Я качнул головой в сторону все так же сидящей в одиночестве за столиком, первой помощнице. – Нет там секрета. Иногда большая любовь заканчивается, такое бывает.

- Маллой утверждает, что виновницей была она…

- У Гордона длинный язык, который опережает мозги на парсек. – Вздохнул я. – Год уже прошел, какой смысл ворошить мертвечину?

- И вот так… Просто? – Доктор Финн посмотрела мне в глаза.

- Это сейчас просто. – Честно признался я. – А было и по-другому.

- Капитан, доктор! – У столика появилась Алара, наш офицер безопасности. – Адмирал Хэлси на связи!

- Уже иду. – Я с сожалением отставил в сторону стакан с соком. – Доктор Финн, всегда рад вас видеть!

- Зовите меня Клэр, Эд. – Доктор всея «Орвилла» протянула мне руку. – Всегда рада составить компанию!

- Капитан… - Молоденькая Алара идущая рядом со мной, сделала глубокий вдох. – Я правильно понимаю, между вами и доктором Финн – симпатия?

- Очень на это надеюсь, Алара.

- А Келли – ваша бывшая жена?

- Убью Гордона! – Пообещал я потолку.

- То есть, на лицо – конфликт интересов?

- Нет, Алара, никакого конфликта нет. Келли – прошлое. Доктор Финн, если все сложится удачно – будущее.

- И вы не злитесь на Келли? – Девушка остановилась у дверей моей каюты.

- Если честно, Алара, то злюсь. Но от моей злости «Орвиллу» дивидентов нет, так что… К тому же, перпом Грейсон обещала подать рапорт о переводе, сразу по возвращению на Землю, так что… Кстати, после разговора с адмиралом, я бы хотел задать тебе пару вопросов и кое-что показать, по личной теме и не для обсуждения, ты не против?

- Если я могу чем-то помочь… - Алара расправила плечи. – Вы можете всегда на меня положиться, капитан.

Войдя в кабинет, активировал планшет, получая первое для «Орвилла» задание.

Ну, да, как и ожидалось – забрать «временную хреновину».

Первое дело.

Я чуть не расхохотался.

Заявив адмиралу, что сделаем все возможное, связался с мостиком и настропалив Ламарра на пересчет курса, достал из шкафа черный сумарь, переданный «Диким», открыл его и достал куртку.

- Что скажешь?

- Очень красиво. – Алара реально уставилась на спину куртки, украшенной лентой Мебиуса, на фоне разбегающейся Галактики, с девизом «DOMUS SINE ELECTIO». – Это безумно красиво!

Пальцы девушки пробежали по ярко-алым вставкам в швы, скользнули по серебристой вышивке на рукавах, поиграли с замками-«молниями» и замерли, словно нащупав «нечто».

Нет, шалишь!

Ничего ты не нащупала!

- Надень куртку. – Попросил я, пряча улыбку.

- Странно, в руках кажется легче… - Китана фактически полностью «утонула» в моей куртке. – Тяжелая… Капитан, скажу честно, на вид вы кажетесь намного меньше!

Я расхохотался.

Признание из уст молоденькой девчонки показалось мне несколько двусмысленным, но, признаюсь, приятным.

- Попробуй ударить. – Подсказал я, видя, что моя безопасница не понимает, зачем я заставил ее влезть в кожанку.

«Вжух-х-х-х-х!»

Алару дважды провернуло вокруг ее оси и повалило на пол.

Блин, не учел массу ее девичьего тельца!

- Здесь что – усилители?! – Моя безпека подскочила с пола, как баскетбольный мячик.

- Ага. И это еще не все… - Я взял со стола нож для бумаги и со всей своей дури ткнул им Алару.

Нож погнулся, задымился и я поспешил его отбросить, пока не обжегся.

- Силовое поле?! – Вот теперь глаза кселеянки и вправду стали размером с блюдце.

- И это еще не все! – Мне, как большому ребенку захотелось дохвастаться до «упора». – Я сунул в карман свой корабельный коммуникатор и закрыл его на липучку. – Попробуй меня вызвать.

- Вне зоны?!

- И это еще не все… - Я достал из сумаря длинную, черную коробку, из которой выдернул клинок. – Видела такие?

- Только в кино. – Призналась девушка, осторожно принимая оружие из моих рук. – Какой красивый!

- И смертоносный. – Я достал из шкафчика трижды защищенные перчатки, которыми можно лаву мешать и небрежно уронил их на лезвие клинка.

На пол упало четыре части.

- Это невозможно! – Китана отдала мне меч и принялась рассматривать разрезанные перчатки.

- А это возможно? – Я достал из шкафчика порезанный на четыре части лист корабельной брони, правда, межпалубной.

- Это как? – Девушка буквально обнюхала обрезки.

- Вот это я и хотел узнать у тебя. «Как»? Есть идеи?

- С курткой – ладно, кто-то смог сделать миниатюрные накопители энергии, чтобы запитать все… Но с клинком… Можно? – Безопасница активировала на своем планшете систему сканирования и провела ею сперва над клинком, потом, помрачнев, над курткой. – Ничего нет?! Стандартные материалы?!

- Вот и я в афиге. – Я аккуратно помог Аларе снять куртку и спрятал все по своим местам.

- Надо показать это нашим научникам! – Алара уселась в кресло напротив меня. – Это же… ЗАГАДКА!

- Вот именно. – Я вздохнул. – И потому, Алара, я хочу, чтобы эта загадка лежала в шкафу как можно дольше, без лишних глаз и ушей. Может быть, когда-нибудь, именно эта сохраненная в тайне загадка спасет нам жизни. Тебе я о ней сказал, чтобы ты, в случае чего, могла придти сюда и использовать все это для нашего спасения.

- То есть – никому-никому? – Алара разочаровано вздохнула.

- Никому. И от тебя, и от меня зависит безопасность корабля и лучше, чтобы у нас с тобой был туз в рукаве, чем голоая жопа.

- Это странно, но… Я понимаю Вас, капитан. – Девушка вздохнула. – Обещаю, буду молчать!

- Спасибо, Алара! – Я вздохнул. – Но, если вдруг, хоть краем уха ты услышишь хоть что-то, похожее…

- Я обязательно расскажу вам! – Алара вспрыгнула со своего места. – Я могу идти?

- Да. И еще, Алара, я очень тебя прошу, минимум раз в два-три месяца проходить проверку у доктора Финн. Ты очень молода, а у кселеянцев не всегда все проходит гладко, когда они живут вне своего мира.

- Это приказ? – Девушка замерла на выходе.

- Это искренняя забота о хорошем человеке, который может забыть о своем здоровье, ради интересов других. – Я почесал нос. – Но, если хочешь, я могу отдать приказ доктору Финн, и она будет тебя проверять хоть каждую неделю!

- Нет, спасибо! – Китана рассмеялась. – Я буду проходить проверку раз в два месяца!

Ну, одной будущей проблемой меньше, можно заняться и собой.

Размяв шею, словно перед боем, вызвал доктора Финн.

- Капитан. Что-то случилось? – Клэр, судя по голосу, снова заработалась у себя в медотеке, так что грех этим не воспользоваться!

- Клэр! Давайте поужинаем вместе? – Выпалил я, пока решимость не сбежала полярным лисом на самый полюс.

Несколько секунд паузы показались мне вечностью.

- Через полчаса в кают-компании? – Теперь уже Клэр показалась мне не уверенной девчонкой, которая пока еще и сама не знает, что там делать, на этом ужине.

А самое главное, не понимающей, что будет после…

Впрочем, будем решать проблемы по мере их поступления.

- Через полчаса? Прекрасно! Буду ждать! – Я облегченно выдохнул.

Вот и есть первый шаг!

Отключившись, откинулся на спинку кресла и отключил, на всякий случай, рабочий планшет, а то знаю я себя, обязательно решу самую капельку поработать, в стиле Эда и, конечно же, опоздаю!

- Капитан Мерсер. – Голос «Орвилла» донесшийся с потолка, заставил меня вздрогнуть. – Первый помощник Грейсон вызывает вас на мостик!

- Буду через три минуты. – Я хмыкнул.

О, да…

В этом была вся Келли!

Она всегда выскакивает, как чертик из табакерки именно тогда, когда ты меньше всего этого ждешь!

Выйдя из каюты, поднялся на лифте, поздоровался с проползающим по своим делам, Яфетом и вошел в рубку.

- Келли, что случилось?

- Айзек считает, что впереди нас движется судно, не менее тяжелого, класса. – Келли бросила быстрый взгляд на железяку-наблюдателя, которого я бы, с большим удовольствием сдал на металлолом прямо сейчас, пока он еще не наделал дел своими, прямо скажем, не всегда адекватными, наблюдениями. – По данным Флота, суда такого типа в этом квадранте находится не могут.

- Это могут быть союзники. – Я помассировал виски. – В любом случае, Келли, пожалуйста, собери полную команду и продолжайте отслеживать перемещения объекта каждые полчаса. Задание адмирала надо выполнить с максимальной эффективностью и с минимальным риском. Данные сканирования сбрасывайте мне на планшет…

- Да, капитан. – Айзек опередил Келли на пару секунд, заставив мою бывшую благоверную слегка поморщиться от недовольства.

- Принято, Эд.

Я окинул взглядом полупустую по вечернему корабельному времени рубку и отчаянно зевнул.

- Перпом, за старшего! Спокойной смены!

- Эд. Можно тебя на два слова? – Келли спрыгнула со своего места и догнала меня на выходе из рубки. – Ты не думаешь, что это может быть…

- Нет. – Я помотал головой. – По сигнатурам, больше похоже на модернизированный мокланский «торговец», а они, сама помнишь, имеют гадкую привычку нарушать временные рамки, а потом нагонять упущенное время самыми уродскими способами. Готов поспорить на что угодно, часа через четыре эхо «торгаша» уйдет в сторону их колоний. Хотя, как вариант совершенно притянутый за уши, именно за шумом мокланца сейчас прячется кто-то страшный и большой!

- Ты издеваешься?! – Дошло до Келли и я расхохотался, довольный сделанной гадостью. – Эд, ты все так же совершенно невыносим!

Женщина поиграла бровками и едва ли не строевым шагом вернулась в свое кресло.

Надо будет не забыть оставить ее на корабле, вместо Бортуса.

Как ни крути, но, когда надо принимать быстрые и верные решения – это лучше сразу к Келли.

Кроме редких случаев, когда она начинает думать и тянуть время, пытаясь выгадать какую-нибудь мелочь…

Помахав «ночной смене» рукой, отправился в кают-компанию, налаживать личную жизнь.

И, хоть я и пришел на пять минут раньше, Клэр уже сидела за столиком, притаившимся за колонной, скрывшей нас от любопытных глаз.

К моему приятному удивлению, Клэр была в платье, а не в форме, а это уже добрый знак!

Теперь бы не сглазить и не спугнуть!

Заняв место напротив, вдруг понял, что смущаюсь, как первоклссник!

И это я?!

- Эд… Вы так мило краснеете. – Клэр улыбнулась. – Как мальчишка на первом свидании!

- А у нас – свидание? – Я вдруг выдохнул и мир перестал давить на плечи всей своей массой.

- Я решу это чуть позже! – Доктор Финн коснулась моей руки. – Или не решу…

Женщины!

Ужин прошел просто замечательно!

Проводив доктора до ее каюты и удостоившись поцелуя в щечку, к себе в каюту просто летел!

Как же мало нужно мужчине для счастья-то!

Жаль, что в каюте вместо сна меня ждала работа.

Айзек накидал данных, приложив к ним интерпретацию, от смысла которой короткие волосы у меня на макушке стали шевелиться.

Если верить расчетам железяки, то масса корабля, за которым мы сейчас следовали, равнялась земной орбитальной станции, а энерговооруженность превосходила ее раз в пять-шесть!

Среди рас Альянса таких кораблей не было!

Оставалось надеяться, что вся эта громада не видит за искажениями поля нашу крохотульку-«Орвилл», иначе…

Походив по кабинету минут пятнадцать, получил новые данные и выдохнул – громадина, если верить сканерам, увеличила скорость и свернула в сторону, освобождая нам дорогу и добавляя неприятных ощущений – ни одна раса вообще в изученном нами космосе не могла «свернуть» в прыжке!

Собрав все данные в один архив и присвоив четвертый уровень секретности, дал команду сбросить данные на землю, при первой же возможности.

Для надежности сделал копию данных и поместил в аварийный буй – даже если этот первый полет станет для «Орвилла» последним, аварийный буй донесет полученные сведения до командования, а там уж пусть у них головы болят.

Глянув на часы, со вздохом отправился спать – до выхода еще есть пять часов, так что отдохнуть я успею.

Надеюсь, мой перпом не останется на вахте, а то…

И опять, к сожалению, моим надеждам было не суждено сбыться.

Когда я зашел на мостик, Келли все также сидела в своем кресле, давясь кофе с «освежителями».

Дай бы ей пинка, да не поймут окружающие!

- До выхода пять минут. – Гордон пробежался пальцами по своему пульту. – Капитан?

- «Орвилл»! Предупреждение, пятиминутная готовность.

- Да, капитан. – Голос корабля ответил с секундной задержкой. – Включаю оповещение!

Свет в рубке сменился на красный и по отсекам, этажам и каютам полетела трель планового выхода из прыжка.

Космос перевернулся и замер, полосы звезд стали колючими искорками, над головой повисла планета.

- Вызов с планеты. – Бортус зевнул. – Академия…

- На экран. – Я удобнее уселся в своем кресле.

- Капитан. – Появившийся на экране академик в белом халате расплылся в улыбке. – Рады вашему появлению.

- Здравствуйте! Все готово к перемещению объекта? – Строго полюбопытствовал я, уже зная ответ.

- Сейчас мы проводим последнюю серию опытов и, по ее окончанию, подготовим.

- Хорошо. – Я усмехнулся.

Все события сериала повторялись, так что ждать чего-то хорошего не стоит.

Насколько я помню, едва мы окажемся на поверхности планеты, как появится крилльский крейсер, который задаст нам жару и высадит десант, который нас захватит и придется выкручиваться подручными средствами.

- «Орвилл». Доктору Финн приготовится к высадке, с собой аварийный комплект. Со мной идут Бортус и Китана, перпом Грейсон – за старшего. Алара, твои люди готовы?

- Да, капитан. – Безопасница расцвела, готовясь к первой своей высадке в качестве силовика-боевика.

- Двое идут с нами, восьмерых во второй челнок. Снайперы есть? Нужно четверо.

- Есть, капитан. – Алара принялась поднимать свою команду.

- Идем двумя челноками, наш идет в открытую, второй под маскировкой. Трех снайперов раскидать по крышам, четвертый будет вести огонь из открытого люка челнока. Оставшаяся четверка займет позицию у входа. – Я проигрывал в голове возможные варианты развития событий, «перекрывая» тонкие места. – Келли, появление любого корабля считается опасным, приказываю открывать огонь на поражение при любых действиях, расцененных тобой, как угрожающие. «Орвилл», зафиксировать приказ.

- Приказ зафиксирован, капитан.

- Гордон, огромная просьба, на месте не стоять, в случае активных действий постоянно двигаться.

- Не учи, капитан. – Огрызнулся Гордон, заставив меня улыбнуться.

Вот, отходит человек, а то сидел, как каменный, все по «нормативам» делал, как попка-дурак!

- Выход через пять минут. – Я встал с кресла. – Келли, вали всех, кто не наш!

Глава 22

- Ух, как они удивились, когда «Орвилл» начал вокруг них носиться! – Гордон размахивал руками, рассказывая свой первый бой. – Просто потерялись! А потом Келли им торпедами вмазала, только брызги полетели!

- А уж внизу как было весело! – Алара сделала глоток вина. – Они на высадку, а их с четырех сторон, как уток в тире! Половину на высадке потеряли! А те, что проскочили – тех мы с Бортусом сами взяли!

Это да, эта парочка реально нападающих «взяла»!

Взяла и кинула!

Одного из крилльцев потом от потолка отдирали, настолько Алара зла была за своего раненого безопасника, не успевшего свалить в укрытие!

Но, под шумок, десяток семечек секвойи генномодифицированной, я, разумеется, умыкнул.

Штука такая самому нужна!

Хотя, кого я обманываю…

Посидев еще минут пять, тихонько свалил, оставляя команду праздновать без командира.

Пусть, им надо.

Вон, даже Клэр цветет, получая свою порцию дифирамбов за быстрое лечение раненых.

А Келли, судя по розовенькому личику, уже набралась, эдак ее скоро потянет на другие подвиги…

Поднявшись к себе в каюту, завалился на кровать прямо в форме, заблокировав дверь только на экстренный вызов и принялся подводить итоги.

А итоги, прямо скажем, получались паршивые.

Мне и в сериале не понравилась скорость появления крилльского крейсера на орбите планеты.

А уж в реальности…

Да, маневры Гордона позволили расколошматить корабль противника, но тут больше фактор неожиданности от нестандартного маневра, чем от мощности залпа – Гордон действительно «обнял осла», а Келли не пожалела торпед, чтобы пробить защитные поля и сперва лишить крейсер двигателей, а потом и вовсе разнести в клочья.

А вот безопасники у меня получат по первое число.

Они у меня жить будут в «виртуальнике» до тех пор, пока свои жирные жопы не научат прятаться в любом укрытии и стрелять так, чтобы мухам крылышки отстреливать!

Это же позор!

Четыре снайпера успели отработать по девяти целям из двухдесятков высадившихся коммандос криллов.

Да, криллы быстрые и умные, но так мазать!

Я закинул руку за голову и еще раз, мысленно, пробежался по своему рапорту, отправленному на Флот и в СВР.

Придраться могут ко всему, а уж флотские адмиралы обязательно придерутся.

Хотя бы к тому факту, что крейсер противника расколошматили, а не сами померли героями.

Знаю я этих маразмирующих уродов, все им надо решать переговорами, желательно при которых подохнет побольше народу, чтобы результаты были более впечатляющими, а то как они в Совете смогут показать собственную доблесть?!

Покрутившись в кровати, плюнул, забрал сумарь и пошел в «виртуальник», крошить рыцарей, да привыкать к куртке и клинку.

Программу мне местные техники накидали, получилось достаточно мрачно, кроваво и опасно.

Активировав «захват замка», натянул куртку, подвесил за спину клинок и надел кольцо и браслет, переданные Кингом без малейшей записки.

С черным кольцом я разобрался, управляющее колечко, где каждый оборот – маленький секрет куртки.

А вот с таким же черным браслетом – нет.

Восемнадцать плоских камней-прямоугольников, зеркально-блескучих, словно они гематитовые, собранных на трех металлизированных, растягивающихся нитях, приятно холодили руку, добавляли массы и…

Вроде как ничего не делали, но с ними было как-то спокойнее.

Накинув капюшон куртки, выдернул клинок и пошел резать пока еще спящую охрану замка.

ИИ виртаульной комнаты постоянно подкидывал мне сюрпризов, но его электронные мозги даже не представляли, на что способен человек в реальности.

Например, вон тех двоих, бухих, я даже убивать не стал, просто отвесил одному пощечину, и они сами передрались.

На шум их драки прибежало еще семеро, устроив лютейший замес, которым я любовался с охраняемой ими лестницы к покоям феодала.

- Ты не пройдешь! – Великан с топором встал у меня на пути грозно выгибая грудь.

Интересно, где он тут со своим топором развернется?

Тут мой-то метровый клинок с трудом место находит, а уж его бандура…

Дождавшись богатырского замаха топором, ушел влево и уже оттуда, сперва перерубив топорище, отхватил великану его дурную голову.

Дальше все просто – двухметровая дверка спальни феодала, трое гаремных девиц и сам феодал, чью голову, согласно сценария, я был должен принести заказчику.

Две девицы, повизжав, сделали вид что потеряли сознание, а вот третья храбро схватилась за меч своего владельца и пошла на меня.

О, а вот это уже новенькое!

Обычно, все три просто укладывались на кроватку и раздвигали ноги, предлагая воспользоваться ими, а тут обмороки и одна особо смелая!

«Закрутив» лезвия, выбил оружие из рук девицы и перебросив «Нюшеньку» в левую руку, правой засветил даме прямо в лоб!

«Чмок!»

Голова девицы просто разлетелась, как переспелый арбуз, упавший с четвертого этажа на асфальт.

Упс…

Такого раньше не было!

Куртка, конечно, с «усилителями», но вот так, голой рукой расплескать мозги из черепа…

Ладно, с проблемами буду разбираться потом, сейчас надо забрать голову, пройти через бушующий стражей замок и свалить.

В этот раз свалить не удалось.

Да, в принципе, мне в этой «виртуалке» еще ни разу не удавалось свалить – слишком много народа, слишком много шума, слишком узкие коридоры-переходы.

В следующий раз попробую уйти в подвалы и отлежаться там денек-другой.

Собрав вещички обратно в сумку, открыл дверь и выглянул наружу.

Вроде никого.

Хмыкнув, одернул себя – вот что значит «добротная имитация», пока проходил задания в подкорку въелось, что сперва надо оглядеться по сторонам!

У себя в каюте принял душ и честно отрубился, набираясь сил перед своей сменой.

***

Возвращение к Земле прошло тихо и буднично.

Келли иногда посматривала на меня странным взглядом, а Клэр…

Клэр отчего-то вдруг стала отдаляться, словно узнав что-то неприятное обо мне.

Несколько раз я честно попытался поговорить, но доктор Финн вечно ускользала, как кусок мыла из мокрых пальцев.

Сдав отчеты, экипаж съехал на Землю, оставляя корабль на профилактику и замену поврежденных эмиттеров щита, так что, пара дней у меня есть, можно будет смотаться к «Дикому», пусть отведет меня к Кингу, а то вопросов по курточке больше, чем ответов.

Проверив ход работ, оставил за старшего Айзека – железяка в технических вопросах дока, ему и карты в руки, пусть работает, раз не спит.

Пройдя по коридорам корабля, вышел на станцию, а оттуда, рейсовым челноком уже на Землю, домой.

- Капитан, остановитесь! – Полицейский патруль задержал меня буквально в двух шагах от дома, обламывая надежду придти и завалиться в ванну. – Вы проживаете в этом доме?

- Доброе утро. Да, в этом. Семнадцатый этаж, 1701. – Я порадовался, что оставил куртку с мечом на борту корабля, а то, мало ли, могли и докапаться.

- Давно проживаете?

- Около полутора лет. – Я попытался вспомнить точную дату своего заезда в этот дом и, к своему ужасу, не смог.

Полицейский сдвинул на бок фуражку и тяжело вздохнул.

- Не замечали ничего странного в последнее время?

- Последний месяц меня не было на планете. – Я пожал плечами. - А так… Нет, цивилизованный дом, спокойные соседи… Что-то случилось?

- Шпана подралась. – Второй полицейский поморщился. – И попытались тела выброзить в утилизатор, в переулке.

- Вот… - Я похолодел.

А ведь я тоже выбросил тела в мусорные баки, совсем забыв, что мусорных баков в городах уже лет стопятьдесят, как нет!

- Ага. – Первый поправил фуражку. – Простите за беспокойство, служба, сами понимаете…

- Да все нормально. – Я улыбнулся. – Спокойной смены.

Разойдясь с полицией, поднялся к себе и, зайдя в квартиру и плотно закрыв дверь, расхохотался.

Вот оно как получилось-то!

А я-то думал с чего это мусорные баки такие пустые, что пятеро жлобов поместилось в двух?!

Оказывается, не поместилось, а размесилось!

На атомы!

Выдохнув, пошел в ванну, смывать адреналин и накопившуюся усталость.

Нехорошо, конечно, получилось.

Ну да, как говориться, кто сдох – тот лох!

Щедро плеснув пены для ванны, нырнул в ее белые облака, закрыл глаза и…

Проснулся от того, что адски замерз!

Согревшись под душем, растерся полотенцем и засел поработать, благо, что выспался на сутки вперед и голова работала, как часы, отрабатывая аналитику и попутно строя варианты перевода этой аналитики в рабочий план действий.

Есть за мной такое свойство – «распыляться» по мере погружения в тему.

Основной «ствол» проблемы начинает обрастать «ветвями», потом «листьями» и вот уже перед глазами целый лес, выросший из одной-единственной разработки.

Сейчас этот лес грозил перерасти в самую натуральную сибирскую тайгу, обрамляющую несколько непреложных фактов.

Факт первый – Альянс развалится в течении тре-пяти лет.

Чтобы это разглядеть не надо даже иметь предзнание по сериалу, вон, Моклус, Тангирра, Сай – только и ждут, когда можно будет технично свалить, им бы главное повод получить.

Факт второй – Альянс на грани глобальной войны.

И снова не надо быть пророком, чтобы это увидеть – территории растут слишком быстро, взаимопроникновение культур ошеломительное и брожение в умах переходит в активную фазу.

Факт третий – нынешнее командование как Альянса, так и земного флота до крайней степени некомпетентно и требует замены в самый кратчайший срок, иначе земной флот ждет глобальное уничтожение…

Я прикрыл глаза, снова переходя от «глобального» к сиюминутным проблемам.

Из особо неприятных моделей – низкий уровень слетанности экипажей, что при массовов огневом контакте повлечет за собой высокий процент потерь.

Так же нельзя не отметить наличие на борту боевых и исследовательских кораблей членов семей экипажа, что повлечет за собой многочисленные потери среди гражданских, в случае начала полномасштабных боевых действий, а также надеюсь, что редкие, случаи дезертирства кораблей с поля боя.

Особая опасность – «кумовство и семейные традиции», из-за которых большая часть кораблей крупного тоннажа получила в качестве членов экипажей родственников из числа высших командных должностей, не соответствующих занимаемым ими, должностям.

Грохот в дверь заставил меня оторваться от работы и, матерясь и чертыхаясь, пойти эту самую дверь открывать.

Стоящий за дверью полиционер слегка обалдел, когда дверь ему открыл мужик в одних плавках.

- Сержант Марани, уголовная полиция. – Мужчина вымученно откозырял. – Несколько минут назад в вашем доме произошло преступление, вы что-нибудь слышали?

Я отрицательно помотал головой и попытался закрыть дверь, но не тут-то было!

- Простите, мы вынуждены осмотреть квартиру на предмет нахождения посторонних. – Рядом с сержантом возник некто, явно чином повыше и оттого понаглее. – Ваше разрешение не требуется, это стандартная…

- Вы кто? – Полюбопытствовал я, останавливая поток слов, из которых ни одно мне ненравилось.

- Лейтенант Шлейк. – Мужчина эффектно представился, вызвав у меня улыбку.

Одного такого «Шлейка», точнее – «Швейка», довольно точно описал Гашек, не думал, что подобные еще водятся на земном шаре!

- Я – капитан Эд Мерсер, «Звездный флот».

Увы, как и со всеми идиотами, простое представление не помогло.

- Это не важно. – Лейтенант надул губы. – «Сопротивление властям» распространяется на всех!

- Ну, входите, смотрите. – Я пожал плечами и отступил от двери, пропуская эту курьезную пару и надеясь, что пары минут им хватит, чтобы осмотреть два моих шкафа и три комнатки, вместе с кухней.

Полицейские вошли и…

Упс…

Сейчас у меня в квартире 1,5 G, бедолагам сразу поплохело!

И, если сержант, просто сцепив зубы пошел осматривать комнаты, то лейтенанту с его очень лишним весом и многочисленными злоупотреблениями пришлось тихонечко сесть на стул у рабочего стола и приняться шумно отдуваться.

Бесюче просто отдуваться!

Пришлось подходить к регулятору, выставлять стандартную силу тяжести и…

Обернувшись, заметил, как лейтенант с умным видом читает написанное на экране.

- Лейтенант, вам никогла не говорили, что совать свой нос в чужой экран – опасно? – Я тяжело вздохнул и взял в руки рабочий коммуникатор, вызывая подкрепление из СВР. – Надеюсь, лейтенант Швейк, у вас есть доступ не ниже шестого уровня, иначе, боюсь, вы только что нажили себе очень большие проблемы…

Коммуникатор пискнул так громко, что лейтенант подпрыгнул.

И только потом глаза полицейской ищейки наткнулись на висящий китель со знаками различия, известными всем мальчишкам лет эдак с четырех-пяти.

- Произошло недоразумение… - Лейтенант попытался встать со своего места.

- Сидеть. – Тихо приказал я. – Патруль СВР скоро будет. Ваш сотрудник, проверив помещение, может уйти, а вот вы, лейтенант, приготовьтесь писать много-много-много объяснительных…

В принципе, мне их тоже придется писать, но…

- Может, договоримся? – Лейтенант подался вперед, готовясь предложить что-то стоящее.

Жаль, до идиота так и не дошло, что коммуникатор активен.

Так что сейчас, «на другом конце провода», оператор навострил свои ушки и каждое слово лейтенанта потянет на дополнительный годик к сроку…

- Мы сейчас уйдем и никто не узнает, что в вашей квартире обнаружен «зукс»! – Лейтенант расцвел в улыбке, готовясь праздновать победу.

- То есть, сейчас меня обвиняют в хранении тяжелого наркотика? – Я почесал затылок. – А «синтекса» у вас случайно с собой нет?

- У нас – нет… - Швейк-Шлейк откинулся на спинку кресла. – А у вас, поищем. Или хотите добровольно сдаться?

- Знаете, я, пожалуй, подожду. – Я мельком глянул на коммуникатор, на котором слабо-слабо светилась циферка «8». – Оденусь, налью чай, приготовлю попкорн…

- А ждать нечего. – Лейтенант бодро подпрыгнул с моего стула. – Надо было сразу договариваться. А сейчас мы поедем в участок, где у вас снимут отпечатки пальцев, снимут показания, проведут допрос, сделают очную ставку с наркодилером, который вам продал наркотик…

Судя по многословию, Шлейк либо недавно принял на грудь, либо любовался своими возможностями.

Интересно, до идиота когда дойдет, что его обвинение в хранении наркотика, даже если его мне подкинет сержант, в моем случае потянет на «устное замечание», а вот его любопытство с секретными документами и угрозами капитану Звездного Флота УЖЕ тянет на десятку?!

Вон, сержант, которого я вижу в отражении полуоткрытой дверцы шкафа, отчаянно семафорит своему начальнику заткнуться.

- Я могу одется?

- Да, только поторопитесь, можно подумать, у полиции нечем больше заняться, чем ждать всяких наркоманов, пусть даже и капитанов звездного флота. – Манера речи лейтенанта с испуганной превратилась в барственную, а заплывшие глазки уже подошли к закатыванию, от предвкушения скорой награды.

Развернувшись к сержанту, погрозил ему пальцем и, закрыв планшет, спокойно прошел в спальню, открыл шкаф…

- Сержант! Проконтролировать! – Рявкнул со стула лейтенант, вызвав у меня истеричный смешок.

Интересно, он хотя бы понимает, что я не шутил насчет СВР?

Или это один из тех «пупсиков», у которых кроме своей службы – других не бывает?!

Сержант замер в дверном проеме и тяжело вздохнул.

- Ты же понимаешь, что, если у меня что-то найдут, пойдешь следом за командиром? – Тихо полюбопытствовал я, натягивая брюки.

- Не найдут. – Сержант еще раз вздохнул. – Не дурак…

- Ну и славно.

Одевшись, покрутился перед зеркалом и вышел в зал, успев заметить, как отдернул руки от моего кителя, лейтенант.

- Что-то долго больно. – Шлейк недовольно подергал жирным подбородком. – Поди, купить пробовал?

- Никак нет! – Сержант развел носом.

- Смотри у меня… На выход… Да наручники надень, идиот!

Я повернулся к сержанту и протянул, с насмешкой, руки.

Вместо железных браслетов, запястья стянули пластиковой стяжкой, при виде которой у меня вырвался истеричный смешок.

Крепкие они, если секрета не знать.

- Давай, нарик, двигай!

Я скосил глаза на коммуникатор, все так же лежащий на столе.

- И вещдок забери, там у него, поди, все окрестные торгаши… - Лейтенант борзел просто на глазах!

На несколько секунд я даже поверил, что сейчас меня и вправду выведут под белы рученьки, спустят, посадят в «воронок» и всё, прощай очередная командная должность!

Ну, вывести из квартиры, допустим, меня успели.

Даже к лифту подвели.

И даже вызвали лифт.

Вот только, когда двери открылись, из лифта вышло «два искусствоведа в штатском» и я сам не понял, как снова оказался в квартире!

Звезды Всемогущие, как же оказывается сложно с со службой охраны СВР!

Чтобы я, да хоть еще один раз!

Но я еще ладно, мне просто вежливо объяснили, что держать открытыми рабочие документы при посторонних – в следующий раз будет наказуемо, а вот с полиционерами даже разговаривать не стали, их скрутили буквой «зю», вывернули карманы и провели блиц-допрос, выясняя, кто им меня заказал!

От такой постановки вопроса, лейтенант просто обосрался, а сержант сдал вообще всех, о ком хоть краем уха что-то слышал!

Дальше машина правосудия сменила гусеницы на реактивный движок и вот тут-то все и завертелось.

Тот, кто помнит «Шоу Бенни Хилла», когда все бегают друг за другом – очень похоже.

Правда, уже после второго акта Мерлезонского балета мне дали символичного пинка под зад, опечатали квартиру и отправили обратно на борт «Орвилла», предупредив, чтобы я под ногами не мешался.

Из плюсов – до орбиты добрался прямо от подъезда, на СВР-овском флаере, который оказался напичкан аппаратурой по самые гланды.

Из минусов – за это тоже пришлость подписывать «неразглашение».

Потом еще разок огребся от куратора, с миленькй просьбой больше ТАК себя не вести.

Пришлось делать покаянную морду и обещать то, чего я хрен знаю, как выполнить.

Впрочем, мне, разумеется, не поверили.

Ну да и ладно.

Подволакивая задние конечности от усталости, дополз до своей каюты на корабле и прямо в форме рухнул в койку, мечтая больше сдохнуть, чем выспаться.

В результате, не получилось ни первого, ни второго.

Чертова железяка, узнав, что капитан на борту, сбросил целый список дел по кораблю, по которым его «прав» не хватало.

Пришлось пить стимулятор, выползать из каюты и итди, сперва ругаться с АХЧ, который упорно считал, что все счастье экипажа исключительно в алсейских сладостях, потом с поставщиками программного обеспечения, нагло впаривающими свое «новшество», от сути которого даже Айзек подвисал!

С инженерами получилось намного проще – мы бортанули мокланского «спеца» припершегося обновлять ядро двигателя без сертификата.

И пусть сертификаты в земном Альянсе совсем не основная деталь, но без них не стребуешь ответственности за проводимые работы, а остаться без «мотора» в самый неподходящий момент как-то мне не улыбалось.

Охрипший, злой, голодный, спустился в кают-компанию, где наткнулся на Гордона, распустившего свои павлинья перья на молоденькую девицу из третьей инженерной группы, благосклонно смеющуюся над шутками пилота.

При виде приближающегося меня, девица технично сдристнула, а Гордон, от души ругнулся, напоминая, что я хоть и друг, но своими капитанскими лычками ему всех дам распугиваю.

Слово за слово, ху… членом по столу…

Минут пятнадцать мы практиковались в моральном уничтожении оппонента, после чего пожали друг другу руки и пошли ангар, куда должны были доставить новенький челнок.

Челнок доставили.

Документацию – нет!

Сайцы, как мокланцы, решили, что со всем разберемся на личном опыте.

Пришлось разрешить Гордону первичный облет, после чего опечатывать челнок и идти, писать прокламацию на кусок говна, гордо именуемый «полнофункциональный спускаемый аппарат с прыжковым двигателем».

За двенадцать часов, я, наверное, смог докапаться до всего нового, что попытались нам впихнуть, найти туеву хучу несоответсвий, и, заставить менять или переделывать.

Команда, оставшаяся на борту, по концовке не знала, то ли ей тариться по туалетам от меня, то ли радоваться, что капитан взялся за дело самостоятельно.

- Айзек! – Я обратился к вошедшему в рубке железяке, перепроверяя данные о внешнем ремонте. – Я буду очень Вам благодарен, если Вы сможете выйти на поверхность корабля и проверить замену броневых плит и монтаж эмиттеров защитного поля на участках семнадцать, тридцать шесть и девяносто четыре.

- Осмелюсь заметить, капитан Мерсер, я бы еще проверил участки одиннадцать, семьдесят три и восемьдесят один. – Айзек замер у своего рабочего места. – Работы там проводила та же мокланская бригада, а отзывы от систем защиты выходят за пределы погрешности на ноль целых, семьдесят пять тысячных.

Я пробежался по чек-листу и согласно кивнул, отправляя железку наружу.

Не то, чтобы я не доверял мокланцам, просто как-то все странно складывается.

С чего это вдруг «Орвилл», последние семь лет своей жизни обслуживающийся в четвертом эллинге, вдруг перетащили в сорок седьмой, к бригадам, которые до этого времени занимались исключительно «научными» судами?

Со вздохом, отправил сообщение Аларе, попросив прибыть на борт в течении суток, для консультации моей паранойи.

Да и поболтать захотелось, а то доктор Финн на Земле, Гордон на меня дуется за то что дал мало полетать, а Келли…

Келли тоже на Земле, где-то на островах загорает, если верить прислнной открытке.

Нафига она мне ее прислала – убей не пойму.

Наверное, чтобы оценил подтянутую фигурку без купальника…

Потянувшись, снова уткнулся в экран планшета, анализируя ход ремонтных работ и замечания от специалистов.

А замечаний было, на удивление мало.

И это навевало на мысли, прямо скажем, на печальные мысли.

Наткнувшись на графу «модернизация медблока», завис наглухо – медблоком заведовала Клэр и она точно не подавала заявок на модернизацию – по меркам Флота медотсек «Орвилла» находился в идеальном состоянии и модернизировать там было нечего.

Да и сама Клэр подтверждала, что на ее рабочем месте все в полном порядке!

Взяв список изменений, пошел проверять лично, попутно вызвав Дайка Мастерса – второго медика, оставшегося на корабле.

Проверив отсек, едва не дал Дайку подзатыльника – никакой модернизации в отсеке, разумеется, не проводилось.

Просто покрасили стены новым антибактериальным составом!

Такой наглости я не ожидал!

Опечатав отсек, вызвал станционную службу безопасности и, от злости, «стуканул» куратору из СВР, вызвав огонь на себя.

Точнее – волну говна, которая хлынула, едва обе эти организации прилетели на крыльях любви, для проверки хода работ.

Честное слово, едва не захлебнулся!

А вернувшийся Айзек подкинул немаленькую лопатку говна в вентилятор, принеся в клювике данные по работам на внешнем покрытии «Орвилла», где мужественные ремонтники, укладывая новые бронеплиты, самовольно реконфигурировали схему установки эмиттеров защиты, при этом не демонтировав подводящие кабели.

- … Таким образом, при резких маневрах в ходе боевых действий, данные высоковольтные кабели могут вызвать короткое замыкание, и, как следствие, отключение силового поля. – Айзек рассказывал, странно поглядывая в мою сторону, словно случилось какое-то чудо. – Восстановить защитное поле стало бы невозможным, так же, как и произвести ремонт своими силами, с помощью имеющихся дроидов…

- Почему? – СВР-овец, сидящий слева от меня подался вперед, всем своим видом демонстрируя заинтересованность.

- Масса одной броневой плиты, в зависимости от места бронирования, может колебаться от тысячи семисот килограмм до трех тысяч. – Айзек подсветил на экране места на корпусе, демонстрируя разную толщину броневых плит. – В случае короткого замыкания, высокотемпературная плазма может не только «сварить» соседние плиты, но и приварить их к корпусу. Грузоподъемность ремонтных машин не более шести-семи тонн, что не позволит произвести замену.

- Это уже больше похоже на саботаж. – Два силовика переглянулись. – Каким образом обратили внимание?

- Капитану Мерсеру показалось странным несоответствие отзывов систем защиты… - Айзек честно вернул мне мяч, разводя руками.

- Капитан? – Станционный безопасник искоса глянул на меня, совершенно не радостный от присутствия своего «коллеги».

- Интуиция, не более. – Честно признался я.

- Интуиция… Даже в наш век высоких технологий интуиция смогла заменить точнейшее измерительной обрудование…

- Хотелось бы отметить тот факт, что именно внимание капитана Мерсера…

- Айзек, мы поняли… - СВР-овец наморщил лоб. – Так, капитан. «Орвилл» опечатываете и перегоняете в четвертый эллинг, наши специалисты проведут проверку уже выполненных работ, в случае выявления еще замечаний, все работы будут проведены под контролем СВР и СБ станции.

Я мысленно взвыл.

Хорошо, что Гордон все еще на борту, придется нам вдвоем выводить тушку «Орвилла», облетать станцию и снова впихиваться на стапеля ремонтников.

А это, доложу я вам, совсем не то же самое, что шнырять по открытому космосу!

Глава 23

- Ламарр! – Я устало вздохнул. – Рассчитать курс на Бедню-3, скорость форсажная, боевая готовность два. Гордон, старт по готовности.

- Есть.

- Есть капитан!

- Эд. Что-то случилось? – Келли выглядела омерзительно отдохнувшей на своих островах. – Эд?

Ну и как вот ей сказать, что на самом деле случилось?

Что Клэр, через мою голову, с помощью бывшего мужа-адмирала подала рапорт о переводе и переселилась на рейдер «Санта-Лина»?

Без объяснений, без причин?

Даже письма не написала, да еще и связь со мной заблокировала?

Что за три недели ремонта на меня накатали жалобы восемь ремонтных бригад и мне, кроме ремонта, пришлось еще вертеться, как угорь на сковородке, отвечая на вопросы комиссий, что на борту «Орвилла» дневали и ночевали?

Что болит голова от удара сорвавшейся из-под потолка железяки, едва не расплющевшей меня в инженерном отсеке?

Что найти медика в двухнедельный срок – задачка на семьсот неизвестных?

- Немного устал. – Признался я. – Сейчас откатаем обязательную программу и возвращать «Орвилл» будешь сама, хорошо?

- Конечно, Эд! – Келли расцвела в улыбке. – Судя по логам ремонтных работ, тебе пришлось много побегать!

- Так побегать, что Антония угрожала уложить его в медотсеке минимум на сутки! – Сдал меня с потрохами Гордон, наконец-то сменивший гнев на милость, по отношению к Келли. – Два перелома, сотрясение мозга, семнадцать совещаний.

Гордон повертелся в кресле, чувствуя затылком мой взгляд, но понимая все не так.

- Три драки и одно превышение… - Честное слово, на пересменке я его убью, чтобы не болтал.

Судя по всему, вчера заявившаяся Келли много еще чего не знала о ремонте нашего кораблика!

- Зато ремонт сейчас – песня, правда, Айзек?

- Да, лейтенант Маллой, после ремонта выживаемость корабля повысилась на одиннадцать процентов, мощность двигателей на семь, а компетентность экипажа на двадцать два процента!

Вот только чего мне стоила эта борьба за компететнтность, слава Звездам, никто не знает!

Пришлось полностью перешерстить команду, устроив доброму десятку разумных очень веселую жизнь и договариваться о переводах и заменах лично с капитанами других кораблей, забирая себе под начало может быть и не самый сок, но тех, из кого можно что-то вырастить собственными силами.

- Келли, углубившаяся в изучение изменений корабля, все чаще поглядывала на меня таким взглядом, что не было бы никого вокруг, меня бы точно трахнули.

Вот только сейчас сил на потрахушки, чесслово, просто не было.

- Келли, пожалуйста, принеси мне кофе… - Я откинулся на спинку кресла и страдалщицки закатил глаза.

- Да, сейчас. – Женщина вертолетом примчалась с поллитровой кружкой кофе и протянула ее мне. – Держи. Совсем плохо, да?

- Терпимо. – Я вытащил из кармана горсть прописанных доктором Антонией таблеток, повтыкал на них одним глазом и махом высыпал в рот, запив черным и не сладким, кофе.

- Эд! Ты что творишь! – Келли ахнула.

- А что такого? – Гордон развернулся, чтобы посмотреть. – А-а-а-а-а… Опять всю пригоршню сожрал, да? Не переживай, Келли, твой бывший супруг уже неделю есть таблетки, как конфенты, но лучше ему от этого не становится…

Собака, хохмач!

Вон, уже и Бортус поглядывает на меня, как на чокнутого.

А вот Алара, с которой мы все это время отбивались от бригад и безопасников лишь понимающе кивнула.

- Эд! Может к доктору?

- Ему нельзя к доктору. – Гордон расхохотался. – Он ее коновалкой обозвал, когда она ему перелом вправляла!

А это да, это правда.

Антония реально вправляла перелом с грацией Вельды, вот и сорвалось с языка!

- А еще, Эд избил двух бригадиров, а СБ ему за это только руку пожало!

- Гордон! – Рявкнул я. – Еще слово не по теме и обратно будешь возвращаться пешком!

- Ну это же правда! – Айзек вступился за лейтенанта. – Вы действительно избили бригадиров Артуса и Минтеле!

- При задержании, Айзек! При задержании! – Я реально взорвался. – Я же не виноват, что Алара была занята! Я просто слегка увлекся!

- Ну да, ну да… - Теперь Алара не удержалась от эмоций. – Сломал моклусцу руку, а «шипастому» челюсть! Это был хороший удар! Я пять раз пересмотрела!

Судя по взгляду Келли, Алара поделилась записью со всем экипажем…

- Удивительно практичная система боя. – Айзек оторвался от экрана. – Я был очень удивлен, узнав много нового о нашем капитане!

- Капитан! – Ламарр поднял руку. – Выход к Бедне-3 через пятнадцать минут!

- Форсажная скорость увеличилась выше проектируемой. – Айзек покачал своей железной головой. – Девять процентов, вместо семи ожидаемых.

- Ну, не зря ремонтировались. – Расслабился я. – Джон, по выходу делаешь два микропрыжка к мишеням, Бортус, отрабатываешь и в обратный путь. А ты, Гордон… Помалкивай. Пожалуйста! Иначе я тебя отправлю ремонтировать мишени. Молотком!

- Ой, боюсь-боюсь… - Подлый Гордон почесал затылок и вернулся к пульту.

- Эд… Почему ты меня не вызвал? – Келли чуть повернулась ко мне и хмуро выгнула бровь.

- А смысл? – Искренне удивился я. – Нас троих было выше крыши.

- Так ты бы не был таким замотанным сейчас. – Командор укоризненно покачала головой. – Я твой перпом, помнишь?

- И именно поэтому хоть один из нас должен быть отдохнувшим. – Я развел руками, прекращая этот разговор.

***

- Итак, Келли, Джон, Алара… Ваше дело – придти, найти и уйти. – Я вздохнул. – Мэри, пожалуйста, проследите, чтобы никто, ничего не натворил. Никаких выкрутасов, даже если очень хочется продемонстрировать собственную уникальность! Планета странная, к контакту не готовая, со своими зашивами, так что быть тише мышек. Нам надо найти исследователей, изъять исследователей и все!

- Да, капитан. – Все четверо дружно кивнули головами, но я-то знаю, что Ламарр вляпается!

- Алара, возьми дополнительную батарею для маскировки и, ради всех Звезд, сперва смотрите, потом думайте, потом делайте! – Я покачал головой, еще раз рассматривая милую девичью мордашку, лучащуюся счастьем от встреч со всем новым и неожиданным.

Вот, влипнут же!

Едва челнок отвалил с борта, вернулся в рубку и, скрепя зубы, попросил нашу железяку накидать программу-взломщик, которая, в случае чего, прикроет спустившихся от всепланетной идиллии лайков и дизлайков.

- Будет ли это корректным вмешательством, капитан? – Айзек задал вопрос, на которого у меня не было ответа.

Как по мне, так я бы этот всепланетный Совет вовсе закоротил!

Но, пока, в случае чего, придется просто тихонько вмешиваться.

- Внизу все спишут на сбой. – Я уселся в кресло и потянулся. – Так что, лучше один сбой на планете, чем четыре трупа на корабле.

Откинувшись в кресле, прикрыл глаза, ожидая плохих новостей.

Разумеется, они не задержались.

Сперва доктор вляпалась, получив две сотни дизлайков, потом Ламарр все-таки станцевал на статуе, танцор хренов!

- Капитан… - Айзек оторвал меня от пятой чашки кофе. – Может быть, нам лучше связаться со штабом Альянса?

- Нет. Ломай систему. – Решил я. – Исследователей мы нашли, а все остальное…

Даже со взломанной планетарной системой понадобилось пять часов чтобы вытащить Ламарра из участка и еще три часа, чтобы добраться с овощем-исследователем до челнока.

Все это время Айзек провел почти в перегреве, подчищая «танцы» с резервных серверов и личных коммуникаторов.

Можно было, конечно, сделать как в фильме, апелируя к собачкам-кошечкам и незаурядным талантам нашего навигатора, но…

В гробу я видел эти всратые танцы с бубном!

Прибывших встретил лично, едва удержавшись, чтобы не отвесить Джону доброго пинка по жопе, раз уж голова все равно не используется по прямому назначению!

- Эд… - Келли сидела в кресле напротив, красная и мрачная. – Я все понимаю.

- Ну, раз понимаешь. – Я развел руками. – Келли, пожалуйста, объясни мне, как это получилось? Я ведь четко проговорил все нюансы!

- Моя вина. – Командор Грейсон выдохнула. – Готова понести заслуженное наказание.

- Ну, раз готова. «Орвилл», внести в личное дело командора Грейсон выговор и, качестве наказания, дополнительный курс психологии у доктора Триады Фэй.

- Принято, подтверждаю. – «Орвилл» на секунду замер. – Требуется подтверждение адмирала Хэлси.

- Что?! – Я замер. – Это с каких пор?!

- Директива Н-12.

- Замечательно… - Я подозрительно глянул на Келли. – Дорогая, это с чего тебе такие привилигии, не подскажешь?

- Я не знаю. – В глазах бывшей жены промелькнуло искреннее удивление. – Эд, я…

- «Орвилл». Сколько еще директив в отношении командора Грейсон?

- Одиннадцать, капитан.

- Изумительно. Список директив на планшет.

- Отказано в доступе.

- Еще лучше. – Я подошел к материализатору и заказал себе стакан апельсинового сока. – Келли, нет желания поделиться своими выводами?

- Эд, я о них не в курсе!

- Ну, теперь уже в курсе. – Я помрачнел. – Адмирал Хэлси прислал своего шпиона, как я понял…

- Эд, это оскорбительно!

- Но это единственный вариант, при котором становятся на свои места отказ от твоего перевода, двенадцать директив… Что есть еще, «Орвилл»?

- Вне вашего доступа, капитан. – Корабль посипел в динамиках. – Но есть личное предписание адмирала Хэлси о полнейшем исполнении приказов командора Грейсон, в случае вашей недееспособности.

- А решение о недееспособности принимает Мэри Антония, переведенная с борта «Цанга»? – Уточнил я.

- А также доктор Триада Фэй. – «Орвилл» просто убил меня…

- За-ме-ча-тель-но… - Произнес я по слогам. – Просто отпад…

- Эд. Это – обычная директива, я же правильно говорю, «Орвилл»?

- Нет, командор Грейсон. – Корабль замер на секунду. – Подобных директив в моей памяти ранее отмечено не было. Так же, подобные предписания никогда не передавались на другие корабли Земного Флота.

- Ну, да… - Я сделал глоток сока. – Там же нет Эда Мерсера и Келли Грейсон, любимицы адмирала Хэлси…

- Это вовсе не поэтому! – Келли вскочила со своего места. – Да, адмирал Хэлси друг моего отца, но это не значит, что…

- Келли. Что это значит, а что не значит, мы будем разбираться уже на Земле. Свободна! – Я вернулся в кресло и активировал планшет, не желая вступать сейчас в диалог ни с кем.

- Эд. Я обязательно свяжусь с адмиралом и узнаю…

- Не стоит этого делать. – Я оторвался от экрана. – Боюсь, правды он тебе не скажет, а если скажет, то ты никогда не скажешь ее мне. Вот теперь я искренне буду ждать окончания года полетов с тобой…

- Эд. Это – нечестно!

- Скажи это «Орвиллу». Увидимся на вахте, командор Грейсон.

Когда за Келли закрылась дверь, я отключил планшет и, заказав «виртуальник», пошел «рубить монстров» - настроение было очень подходящее, прямо скажем – «соответствующее»!

Повернув за угол, наткнулся на целующуюся парочку, каких по «Орвиллу» было не мало, если честно.

Я бы и прошел мимо, если бы не одно «но»…

- Энсин Клэйр?!

- Капитан… - Девушка оттолкнула своего спутника и покраснела.

Да уж, иногда сюрпризы бывают неприятными.

А я-то только начал радоваться за Гордона!

А уж как расцвел сам Гордон, когда энсин обратила на него внимание!

Жаль только, что целовалась Клэйр не с Гордоном!

Стюард кают-компании!

Да уж, славный выбор.

- Капитан! Я все могу объяснить! – Стюард сделал шаг вперед, прикрывая собой девушку.

Похвально.

Но смысла нет.

- Вам…

- Эллиот, Эллиот Лас, капитан.

- Вам, Эллиот, ничего объяснять не надо. – Я поднял вверх левую ладонь, останавливая порыв стюарда. – А вот вам, энсин, два часа на то, чтобы объяснить все Гордону. После чего можете паковать вещи. Оба. Вы останетесь на станции «Эльза». Приказ «Орвилл» подготовит, я подпишу.

Перехватив сумку, прошел мимо влюбленной парочки, искренне надеясь, что хотя бы эти двое не начнут мужественно вещать о внезапно нахлынувших чувствах.

- Капитан! – Энсин догнала меня через десяток шагов, почти у самых створок «виртуальни». – Я и Эллиот любим друг друга.

- Любовь – это не страшно. – Я коснулся панели, открывая дверь. – Страшна подлость. Исполняйте приказ, энсин.

Дверь закрылась, отрезая меня от внешнего мира, в котором всегда есть место хреновым новостям.

Облачившись, загрузил заготовку и взмахнул мечом, отправляя первого противника на небеса.

Час отводил душу, трижды умер, заваленный телами врагов, один раз даже как-то умудрился закончить имитацию полной победой, но на душе все-равно было хреново.

Вот кто-кто, а Гордон подобной участи точно не заслуживает!

- Капитан! Командор Грейсон… - Поле битвы сменилось холодными стенами имитатора. – И доктор Фэй вызывают вас.

- Соединяй. – Решил я, усаживаясь на пол.

- Эд! – Келли, судя по всему, искренне волновалась. – Я только что узнала о Гордоне. Доктор Фэй считает…

- Келли, давай минут через двадцать вы с доктором подойдете, и мы поговорим. – Решил я, понимая, что живым с меня все едино не слезут. – У меня в каюте, двадцать минут.

- Хорошо, Эд.

Мой перпом отключилась, а я принялся разоблачаться, складывая вещи в сумку.

Эх, душ я принять успел, а вот совсем уж одеться – нет.

Пришлось «встречать гостей» с голым торсом, на который обе женщины уставились так, словно никогда не видели мужчин.

Особенно Келли.

- Эд… - Командор подошла ко мне ближе и коснулась шрамов на моей груди.

А, блин, при ней-то их не было, точно!

Это я уже на марш-броске получил, да вот свежий, когда меня железяка придавила…

Это она еще спину не видит!

Там у меня теперь тоже «коллекция», блин!

Клэр не успела свести, а потом стало как-то и пофиг, если честно.

На погоду не ноют, не чешутся, так фигли заморачиваться?!

- Келли. – Я взял женщину за руку и погрозил пальцем. – Что там у вас?

- Мы по поводу энсина Клэйр. – Психлогушка уселась на диван и открыла рот. – Боюсь, ваше решение о переводе энсина несколько преждевременно.

- Это уже мне судить, доктор. – Я надел рубашку, застегнулся и сел за стол.

- Боюсь, вы не понимате, капитан. Энсин болезненно переживала свой разрыв со стюардом Лас и я порекомендовала начать ей новые отношения.

- Честь вам и хвала, доктор. Но «новые» отношения начинают, закрыв старые. В данном же случае, как мы видим, этого не произошло. В результате вышло то, что вышло. Надеюсь, энсин все объяснила Гордону?

- Э-э-э-э, нет. Я взяда на себя смелость отменить ваш приказ. – Психологиня явно нарывалась.

А Келли ее еще и поддерживала!

Вон, сидит в кресле напротив меня и кивает.

- С какой радости Вы решили, что вправе отменить приказ старшего по званию? – Я повернул голову к Келли. – Твоя идея?

- Нет. Идея моя. – Доктор Фэй приосанилась. – Как доктор психологии, я вправе отменять некоторые поспешные решения…

И начался психологический бред о «бедных, нищих и влюбленных», который я уже не раз проходил.

Выслушав пятнадцатиминутную лекцию, поднял голову к потолку и вызвал «Орвилл».

- Приказ по кораблю. Подтверждаю списание энсина Клэейр на станцию «Эльза». Подтверждаю списание стюарда кают-компании Эллиота Лас на станцию «Эльза». Доктор Фэй выносится строгий выговор за самовольство. В случае повторного происшествия, доктор Фэй будет списана на Землю с пометкой полного служебного несоответствия, данная запись дублируется в личные дела, без права изъятия. – Я крутнулся в кресле. – Доктор, Вам все понятно?

- Это возмутительно! – До докторушки вдруг дошло, что ее реально могут списать на Землю, не просто с понижением, а вообще с запретом «на профессию»! – Я исполняла свой долг!

- А вот это решит компетентная комиссия. – Я вздохнул. – А теперь, последний вопрос. Кто предложил Гордона? Только не надо мне говорить, что девушка выбрала сама. Для «выбора» надо иметь мозги, а девица глупа, как табуретка, влюбленная в стиральную машинку!

- Это – оскорбление! – У психологушки снова выпало забрало, пришлось вправлять.

- Коэффициент интеллекта энсина Клэйр - 79 единиц. У сидящей напротив меня Келли – 123, у вас, доктор, 118, у меня более 140. Ниже чем у энсина – нет ни у кого по кораблю, так что возникает множество вопросов, не правда ли?

- Эд, это и вправду немного перебор! – Келли шумно выдохнула. – Тебе не кажется…

- Что называть идиота – «идиотом» оскорбление? – Я почувствовал, что сейчас меня порвет. – Келли! Она энсин ТРЕТЬЕЙ смены, летает на «Орвилле» семь месяцев, но все еще энсин третьей смены! Впрочем, к этому вернемся позже. Так кто?

- Я. – Келли хмуро подвигала носиком.

- Понятно. Вас, доктор, более не задерживаю, а вы, командор, задержитесь на пару минут, а потом сопроводите энсина и ее избранника на станцию. И удостоверьтесь, что разговор с Гордоном состоялся. – Я указал доктору взглядом на дверь, дождался, когда она ее за собой закроет и повернулся к бывшей жене. – Знаешь, Келли, каждый раз, когда я начинаю думать, что с тобой можно сварить пельмени, ты творишь жутчайшую дичь и обижаешься, когда тебя на ней ловят.

- Эд. Ты палку перегибаешь. – Келли грозно зыркнула в мою сторону, вот только то, что было страшно Эду, у меня вызывает лишь сухой смешок.

- Признайся честно, Келли. Ты настолько ненавидишь Гордона? А главное – за что? За то, что он мой друг? Или за то, что он рассказал всем, что ты пошла налево? Или за то, что нашел с тобой общий язык сейчас? Как ты могла поступить так с человеком?

- Я правда думала, что они друг другу подходят. – Вырвалось у женщины, внезапно растерявшей весь свой апломб.

- Думала она… Лучше бы ты подумала, что делает энсин Клэйр на корабле и почему ее вообще взяли в Университет с такими показателями! – Я выдохнул. – Ладно, Келли, это я уже больше ворчу. Иди, действуй. И, поддержи Гордона, пожалуйста, пока я на станции буду вертеться, пристраивая нашу парочку.

- Эд, ты сильно изменился. – Женщина встала с кресла и прошла к дверям.

- У меня была прекрасная учительница… - Я повертел в руках пустой стакан. – Просто с ногсшибательная, я бы даже сказал.

- Эд, мне очень жаль. Я говорила уже не раз…

- Келли, пожалуйста, займись делом. Пожалуйста!

Едва дверь за Келли закрылась, как ожил «Орвилл», обрадовав меня жалобой от доктора Фэй и иске о защите чести и достоинства.

Хмыкнув, перенаправил иск в юридический отдел Флота, там сидят изюбры, вот пусть и бодаются. Для пользы дела приложил копию разговора.

К моему удивлению, иск исчез из системы к моему возвращению со станции, то есть, где-то часов через пять-восемь, правда, встретивший меня в коридоре Гордон обиженно повертел носом, ну да он нормальный, завтра уже будет снова петь, а там и забудет все произошедшее, как кошмарный сон.

Как ни крути, для него важнее пилотировать, чем таить обиды.

А даже если и не хватит этого времени, затащу его в «виртуальню» и начистим друг другу рыльца – так тоже можно.

- Ты запретил мне сегодня управлять «Орвиллом»! – Гордон догнал меня у каюты и замер, ожидая моего ответа.

- Потому что сегодня, где-то через часик, мы с тобой идем бухать. – Внезапно решил я, вдруг осознав, что выпить надо. – А потом залезем в «виртуальню» и отметелим пару уродов!

- Хм… Тоже вариант. – Гордон расплылся в улыбке. – Давненько мы никому морды не начищали, а, Эд?

- Реально давно, Гордон… - Согласился я, мысленно готовя печень к ударным дозам алкоголя. – Со свадьбы?

- Не, уже после развода было дело. – Маллой расхохотался. – В баре «Трюскалин». Не помнишь, что ли?

- Вообще не помню! – Честно признался я. – Мы там показали класс?

- Не-е-е-е-е… - Гордон просто расцветал на глазах. – Там нам показали класс и вышвырнули на улицу!

- Вернемся на Землю… - Я прищюрился. – Надо будет взять реванш!

Распрощавшись с другом, открыл палншет и…

Список потерь Флота земного Альянса пополнился сразу тремя кораблями.

Малый поисковик «Тьма».

Исследовательский корабль «Гектор».

И…

Я почувствовал, как стало холодно в каюте…

Рейдер «Санта-Лина».

Сделав запрос по потерям, пошел к нише материализатора и взял водки.

«Выживших нет».

Всего два слова.

«Черный корабль» появился, нанес свой удар, но, в этот раз, в отличии от «Астарты», довел свое черное до конца, подняв своих «москитов» и расстреляв все спасательные капсулы.

Флот отправил ноту протеста криллам, но те сразу заявили, что корабля такого типа у них не числится и порекомендовали правильно подбирать себе врагов.

Ну что же, доктор Финн…

Ты стала маленькой звездочкой…

Глава 24

- Капитан! Я вынужден просить вас предоставить мне отпуск! – Бортус подошел ко мне во время ужина, заставив сидящую напротив Келли слегка напрячься. – Пришло время снести яйцо!

О, а вот и еще неприятности подкатили!

Мало нам криллов, официально объявивших войну, так теперь и Бортус подкинет проблем со своим яйцом!

- Капитан-лейтенант… - Я почесал нос. – Отпуск будет предоставлен. Завтра, с утра, я запрошу Флот о выдвижении к Моклусу.

- Зачем? – Бортус завис. – Условия на борту «Орвилла» достаточны для…

- Ну уж нет! – Я замахал рукой. – Зная нашу суматоху, тебе не дадут нормально все сделать, да и ребенку будет полезнее появиться на свет у себя на Родине!

- Капитан. Вы весьма великодушны. – Мне показалось, что в уголке глаза Бортуса предательски мелькнула капелька влаги. – Наша родня будет счастлива нашему возвращению!

- Келли! Сделаешь? – Я подмигнул своему перпому, слегка намекая на ее связи в «верхних кругах». – Думаю…

- Эд, я поняла все с первого раза. – Келли погрозила мне кулаком и, со вздохом, отправилась за добавкой.

Сегодня у ее старшего брата родился сын, вот и проставлялась наша перпом, от души накачивая отдыхающую первую смену спиртным.

Бортус, получив разрешение на отпуск, отправился к себе в каюту, радовать свою пару, а я…

Я, со вздохом, украдкой вытащил из кармана «Сигму-4» и отправил три таблетки в рот, снимая интоксикацию.

А то мне уже Келли снова начала нравится, как сексуальный партнер.

Нет, так-то я не зарекался, но…

Пока воздержусь!

- Обязательно надо лететь на Моклус? – Келли приземлилась рядом, поставив стаканы с вискарем на гулко хлопнувшую, столешницу. - Мэри Антония сможет создать все условия…

- Нет, Келли. – Я вздохнул. – Что-то мне говорит, что, правильнее будет сделать именно так и твой адмирал нам в этом поможет.

- Он не мой! – Келли вспыхнула. – Он друг моего отца!

- Да пофиг. И вообше… Я тут еще пока капитан!

- Ай-ай, капитан! – Келли ополовинила стакан и полезла целоваться.

Звезды, какая она милая, когда нетрезвая!

Ответив на поцелуй, нажал на точку, отправляя Келли в сон.

Завтра она мне спасибо скажет!

Хотя…

Может и не скажет…

Подхватив свою «экс» на руки, кстати, она сильно похудела с момента нашей семейной жизни, под смешливые взгляды команды прошел через кают-компанию и потащил сладко сопящее тело в ее каюту.

- Эд… Это так мило! – Получившая подтверждение взыскания психологиня поймала меня на выходе. – Это так романтично!

- Что именно? Таскать бесчувственное тело? – Я не удержался. – Хотите, могу доверить это вам!

- О, нет! Для этого я слишком слабая женщина! – Психологиня попыталась засмеяться, но ее повело и пришлось подставлять плечо и ей, а то еще упадет, потом затаскают по судам.

Вцепившись в мою руку, доктор Фэй благополучно добралась до каюты Келли, где честно и благородно упала в кресло, свесила голову на грудь и раскатисто захрапела.

Не зная плакать мне или смеяться, уложил Келли на кровать, снял с нее форменный китель, поставил на тумбочку рядом стакан с водой и три таблетки «похмелина» и, усмехнувшись, пошел устраивать дрыхнущую психушку.

Надеюсь, с утра у нее будет очень сильно болеть голова!

Ага, я злопамятный!

Добравшись до своей каюты, принял душ и завалился в койку, радуясь, что успел принять «Сигму».

Во сне за мной бегала голая Келли, за которой гонялась не менее голая психушка.

Мне повезло, а вот Келли нет – психологиня оказалась быстрее, настойчивее и жестче меня, так что Келли пришлось отработать догонялки всеми частями своего похудевшего тела, после чего, довольная психиатриня отвалилась и захрапела с такой силой, что заглушала вой сирены!

Сирены!

Продрав глаза, одевался уже в полете-беге к рубке.

Судя по виду, все было пока нормально, но сирена уже выла не переставая, а Айзек сидел на своем стуле из-за которого торчали чьи-то ноги.

- Айзек! – Рявкнул я, падая в кресло, в котором, к моему удивлению никого не наблюдалось, хотя должен был сидеть старший смены. – Данные!

- Точка выхода совпадает с точкой присутствия критической массы! – Холодный голос железяки подействовал на меня как холодный душ, смывая остатки нервознсти и перекрывая адреналину доступ ко всем частям тела, разом. – Корректировка курса заблокирована!

- «Орвилл»! Выход! – Выдохнул я и сирена заткнулась, а потом взвыла снова, предупреждая, что выход будет нештатный и, следовательно, жесткий.

Бег звезд на экранах сменился колючими искрами, а потом наш бедный кораблик начало колбасить!

Секунд тридцать генераторы искусственной гравитации выли и скулили, принимая на себя векторы движения, а потом приказали долго жить, разбрасывая всё и всех, размазывая по переборкам и ломая кости.

- Столкновение через 5,4,3,2… - Айзек, как мне показалось, попытался съежиться, но получилось у него это просто отвратительно!

Голова полетела в одну сторону, а железное туловище – в другую и, к сожалению, в мою!

Как в замедленной съемке, металлическая громадина летела в меня, а потом рухнула, не долетев каких-то полметра!

Минуту «Орвилл» еще трясло, а потом настала тишина.

И только кровавые пятна на стенах, полу и потолке как бы намекали, что без жертв, к сожалению, не обошлось!

- «Орвилл»! Данные по повреждениям! – Я, на подгибающихся добрался до пустующего места офицера безопасности, активируя системы восстановления и вызывая санитаров.

Если они, конечно, живы…

- Повреждены отсеки по правому борту, пробоины в отсеках с 23 по 85, ведется ремонт систем внешнего наблюдения, ведутся наружные работы, ведутся работы по перезапуску систем движения и защиты. Энергетические повреждения первой оболочки. Ведется подсчет жертв. – Корабль слегка глотал слова, но это не страшно, это просто мощности систем перераспределяются, вот и колбасит компьютер.

Мельком глянув на часы, ругнулся – поспать удалось всего три часа!

Железное туловище, только что лежащее недвижно, пошевелило руками и перевернуло себя на спину, затем село и захлопало в ладоши.

- Капитан… - Голова Айзека спустилась из-под потолка и насадилась на свое место. – Мои сенсоры говорят, что повреждения не так и критичны, но есть проблема в инженерном отсеке!

- Вали туда, помогай! – Решил я, пробегая глазами по столбцам цифр, бегущих по экрану. – Подготовь ядро к острелу!

- Да, капитан. – Вновь собранный Айзек поднялся на ноги, хрустнул суставами, вывернутыми в обратную сторону и я впервые увидел, как Айзек бегает!

Очень быстро бегает!

Помотав головой, принялся перераспределять ремонтные системы, в первую очередь занявшись каютами и попутно выясняя потери.

Пассажирское отделение «Орвилла» пострадало меньше всех, но вот число пассажиров, прямо скажем, сократилось препорядочно!

Ярус экипажа пострадал больше, но вот с самим экипажем, как раз, проблем было меньше!

Первой смене повезло больше всех – хорошенько «нагрузившись» на вечеринке, народ расползся по каютам и разлегся по кроватям, которые уберегли свое содержимое от травм и разлетания по каютам.

А вот психушке повезло вдвойне – в ее каюте оказалась пробоина в половину каюты, через которую сохранившиеся камеры фиксировали медленно вальсирующие звезды.

- «Орвилл»! Потери! – Я отодвинулся от пульта, с удовлетворением заметив, что хоть нас и потрепало столкновением непонятно с чем, но мы еще живы!

И если нам дадут хоть минут тридцать, то точно будем жить!

- Регистрирую выход тяжелого корабля. – «Орвилл» замолчал. – Корабль идентифицирован крилльским рейдером. Корабль противника не подает признаков жизни. Силовые щиты опущены, орудия обесточены. Внешних повреждений нет. Старт биосканеров. Обнаружено семьсот девяносто биологических форм. Признаков жизни нет.

- Капитан! – Айзек вышел на связь из инженерного отсека.

- Обрадуй меня, Железяка. – Вырвалось у меня от происходящего нервяка.

- Ядро стабилизировано, энергосистемы восстанавливаются, до минимальной активности двигателя двенадцать секунд, до активации защитных полей девять секунд, до активации вооружения сорок секунд. – Доклад Айзека меня искренне порадовал.

- «Орвилл»! Медиков в рубку. Выживших первой-второй смены по рабочих местам, приступить ремонту!

- Есть, капитан. – Голос «Орвилла» больше не дергался, а значит, основные критичные повреждения уже заделаны…

- Вызвать лейтенанта Маллоя в ангар!

- Лейтенант Маллой на излечении. – Неприятно меня «обрадовал» «Орвилл», очень неприятно.

Сейчас Гордон нужен, как воздух!

Если то, что я заметил в последние мгновения перед выходом, то проблемы у нас просто смертельные.

- «Орвилл», челнок к вылету, запрет на связь, отключить сканеры до моего разрешения! – Я выдохнул.

Как говорится, если нет гербовой, пишут на обычной…

- Эд! Что случилось? – В рубку вбежала все так же слегка неодетая Келли.

- Хорошо, чертовка! – Вырвалось у меня помимо воли, но зато от всей души.

- Неудачная прокладка курса. – Я еще несколько секунд полюбовался бывшей женой, вздохнул и направился к выходу. – Келли, командуешь пока только внтуренними работами. Наружу никого не отправляешь, системы не запускаешь, поняла?

- Эд?! Что там?

- Жопа там, Келли, жо-па! – Я помахал рукой и побежал к лестнице.

***

На «Орвилле» всего два шаттла.

Один приказал долго жить – нанего сверху рухнула опорная балка, превратив новенький челнок в расплющенную консервную банку.

Второй тоже хватанул неприятностей, но в скафандре управлять тоже можно, так что сквозная пробоина через оба борта меня сейчас мало волновала.

«Прыгать» на нем тоже стало нельзя, но вот пролететь пару миллионов километров – на это старичок еще годился.

Выведя кораблик из ангара, облетел «Орвилл» по спирали, снимая повреждения.

Верхнего двигательного кольца не было и в помине, на нижнем куча пробоин.

Пострадавший борт выглядел так, словно по нему провели рубанком, снимая бронестружку.

Морда «Орвилла» стала похожа на морду персидского кота.

Да уж.

«Летать» «Орвил» мог, а вот насчет «прыгать» - сильно сомневаюсь.

Отправив данные о внешних повреждениях Келли, еще раз повторил приказ, запрещающий активацию камер, сканеров и прочих устройств фиксации.

И мысленно попрощался с жизнью.

Сколько не оттягивай конец, все равно он придет.

Развернув нос к светилу, запустил корабельный сканер и…

Да, не показалось!

Вот он, сцуко, болтается!

«Черный корабль»!

Судя по повреждениям, вышедший из прыжка «Орвилл» бортом прошкарябал ему «крышу» и левый борт, снеся все надстройки и сбив торчащие сверху, пилоны с двигателями.

Один двигатель уже канул во тьму космоса, а вот второй намертво воткнулся в борт «черного корабля», до сих пор рассыпая искры.

Приблизившись к кораблю, глянул на данные сканнера и присвистнул – вот эта бздюлька, длиной в пятьдесят метров, высотой в десять и шириной в пятнадцать, весила ровно столько же, сколько весит вся Земная орбитальная база, на которой размещено три миллиона человек!

Подкравшись к дрейфующему и искрящему кораблю малым ходом, запустил «защищенную запись» и принялся по спирали облетать его, снимая данные и попутно оставляя свои комментарии.

К сожалению, чаще матами и междометиями.

У меня на глазах, «черный корабль» развалился на две части, одна из которых все так же продолжала искрить, а ее меньшая соседка, в считанные секунды превратилась в искрящуюся пыль, втянутую куда-то под брюхо тридцатиметрового огрызка.

Зрелище, прямо скажем, завораживающее, только…

Приблизившись к обрубку с торчащими шпангоутами, облюбовал дырку побольше и ввел в нее шаттл, готовясь к неожиданностям, которые начались прямо в ту же минуту.

Например, первой неожиданностью стал внезапно отключившийся бортовой компьютер.

Второй – странный, зеленоватый свет, струящийся со всех стен корабля.

И, на закуску, третий…

Слабое силовое поле разрушенного коридора продолжало удерживать сильно разряженную атмосферу, по составу вполне себе кислородную!

Оставив комп перезагружаться, выбрался из челнока на борт пришельца, прихватив по дороге тяжелый бластер и увесистый кусок кусок трубы, валяющийся в челноке хрен знает с каких времен.

Нафига я его взял – даже не спрашивайте.

Но вот эта приятная тяжесть, оттягивающая руку, заметно придавала мне храбрости.

Пройдя по коридору, уперся в лестницу, ведущию исключительно вверх, по которой и потопал, каждую секунду ожидая выстрела контрабордажных систем.

Но, то ли их тут не было, то ли повредило при столкновении, но никто в меня стрелять не торопился.

Поднявшись на уровень, прошел по коридору всего с десятком откатных дверей, за которыми оказались неиспользуемые каюты с пустыми кроватками, размером, как для десятилетнего ребенка.

В конце коридора снова лестница наверх, выведшая меня в коридор с четырьмя дверями в стенах и пятой – в самом конце.

А вот эти каюты оказались жилыми.

Правда, от жильцов остался фарш, равномерно размазанный по стенам, кроватям и потолкам.

Настолько равномерно, что даже представить себе их внешний вид мне никак не удавалось!

Покачав головой в скафандре, толкнул пятую дверь.

Заперто.

Ругнувшись принялся искать хоть что-то напоминающее сенсор открывания.

И ведь нашел!

Только где-то на высоте собственного пояса, что как бы наталкивало на мысли либо о маленьком росте владельцев «черного корабля», либо о длинных руках…

Стоило руке коснуться сенсора, как дверь откатилась влево, пропуская меня в святая святых всех кораблей – рубку.

Тоже фаршированную.

Но не совсем.

Прямо передо мной, свернувшись в клубочек, лежал знакомый всем людям обитатель бесконечных космических просторов – «зеленый человечек»!

И эта мерзость все еще была жива!

Ну да, в рубке оказалось свое защитное поле, не выпустившее воздух через пробоины, так что инопланетянин продолжал жить.

Правда, глядя на его ноги, стоило отметить, что бегать ему уже не придется никогда, если только этот вид не умеет отращивать конечности точно так же, как это делают их зеленые собраться – ящерицы!

Выдохнув, склонился над полудохлым существом, решая для себя, грохнуть эту тварь или оставить в живых?

На самом деле, у меня с детства иррациональная ненависть ко всяким «серокожим» и «зеленым» человечкам.

Ненависть настолько сильная, что даже знай я, что передо мной последний представительэтого вида, я бы его с удовольствием отправил на тот свет!

Человечек при виде меня извернулся, протянул руку и схатил меня за скафандр.

- Хчелшовекхх! Помоги мне!

Странный голос.

Мерзкий.

И по мозгам режет.

Я попытался отдернуть руку, но не тут-то было!

Этот зеленый мохиндрючик вцепился в меня так, что руке стало больно!

Мало того, сам скаф начал сигнализировать о повреждении!

Эдак эта собака мне руку сломает!

Пришлось пойти на крайние меры.

Есть в скафандрах некоторые «недокументированные возможности», о которых знают только те, кому положено знать.

Например, по поверхности скафа можно пустить разряд тока или, активировав сервоприводы-усилители, на короткий срок, разогреть поверхность скафа до 400-500 градусов.

Делалось это больше для защиты от агрессивной флоры, фауны и микробов, но и на зеленого человечка тоже хватит.

Судя по дыму, повалившему от руки пришельца и воплю, от которого у меня едва мозги не поплавились, хватило бы и меньшей температуры.

Освободившись от захвата, сделал шаг назад, решая грохнуть распластанную тварь или пусть пока живет?

Интуиция орала – грохнуть!

Здравый смысл вопил – грохнуть!

Логика намекала – грохнуть!

А сердце точно чувствовало – грохнуть!

- Хчелшовекхх! Я заплачу…

- Да хоть уписайся. – Я потянулся к кобуре, намереваясь заткнуть мерзкий голос в моей голове.

- Тогда зсдохххни! – Голос в моей голове превратился в огромный, болотно-зеленый нарыв, воняющий гнилой кровью и сочащийся гноем. – Зсдохххни!

Первые мгновения было бесконечно больно, а потом…

Потом в голове расплылось зеленое сияние, пожирающее нарыв.

Звезды всемогущие, как же орал и бесновался голос зеленого человечка в моей голове!

Это же просто божественная музыка для моих нематериальных ушей!

Зеленый человечек орал, нарыв уменьшался, а я…

Я замер в ступоре, краем глаза наблюдая, как корчится на полу мерзкая тварь, с каждым движением приближаясь ко мне, словно в надежде, что сможет что-то со мной сделать.

- Зсдохххни! Зсдохххни! Зсдохххни! Зсдохххни! Зсдохххни! Зсдохххни! – Зеленое существо вцепилось в сапог скафандра и…

Нарыв лопнул.

Голос в моей голове пропал.

- Обязательно сдохну. Потом. – Пообещал я, поднимая ногу и с наслаждением опуская ее на безволосую голову зеленого человечка, расплющивая ее в блин. – Далеко «потом»!

Кракнул под ногой череп, расплескивая в разные стороны кусочки зеленоватого мозга и желтоватых костей.

Наслаждаясь тишиной, отступил к стене и вздохнул, включая на всю мощь обдув шлема.

Струйки пота неприятно холодили лицо, зато стало легче дышать.

- Зсдохххни! – Серебристая тень, бесформенная и колышащаяся, оторвалась от безголовой тушки и метнулась в мою сторону, влезая под защиту скафандра и втягиваясь в мое бедное, потное тельце. – Я отберу у тебя все!

В голове вдруг стало тесно, словно кто-то огромный влез в мою оболочку и теперь пытается выселить из нее МЕНЯ!

Да вот хрен тебе!

В этом теле, кроме «меня», как меня, еще полтора десятка «меня» - не совсем меня, попробуй-ка, тварюга, справиться с таким вывертом существования!

Несколько личностей, послабее, зеленому человечку удалось согнать с насиженных мест, а потом нашла коса на камень!

Пусть сознания людей и их личные ощущения уже изрядно подстерлись, но знания никуда не девались!

А уж упрямства и мне самому занимать не приходится!

Пока наглый пришелец, с грацией слона в посудной лавке пытался развалить мое собственное «Я», это самое «Я» собралось силами и приняла уродца в жаркие объятия, а когда сжать не получилось, вцепилось невесть откуда взявшимися зелеными клешнями и принялось рвать зыбкую форму существа на тонкие лоскуты.

Уже через мгновение, зеленый человечек попытался технично свалить, да вот только кто ему даст?!

Все мои «я» собранные за время путешествий на экспрессе смерти, радостно повизгивая от возможности наконец-то дать волю чувствам, в считанные удары сердца «размотали» пришельца на лоскуты, выдернули его ярко светящееся ядро и…

Раздолбили в сверкающую пыль!

Н-да-а-а-а, бесславный конец…

Вынырнув из своей собственной головы, откинул забрало шлема, сделал короткий вдох, вытер пот и обратно закрыл, от греха подальше.

Мало ли какая гадость тут может вообще витать в воздухе!

Да и запахи, прямо скажем, оставляли желать лучшего – дохлые зеленые человечки отчего-то сразу начинали гнить и разлагаться, не добавляя аромата роз в атмосферу корабля.

Отдышавшись и получив пяток уколов, сделанных скафом исключительно «на всякий случай», принялся осматривать рубку.

Пять кресел, под детского размера жопы зеленых человечков.

Два десятка экранов, частью разбитых, частью – заляпанных кровякой, мозгами и мясом.

Здоровенный обзорный экран, покрытый трещинами и закрытый бронезаслонкой.

С потолка свисала пара разбитых плафонов, искрящих и бодро пыхающих дымком.

А вот один экран, удивительно чистенький, мерцал приветливым зеленым курсором, словно я вернулся в эпоху милого сердцу DOS-а.

Подойдя к экрану, потыкал пальцем в перчатке по псевдосенсорным кнопкам.

«Артан:»

«Ага, наверное, пароль…» - Я потыкал пальцем, готовясь принять поражение от умной железяки, но не тут-то было!

Видимо, раздробленное сознание зеленого человечка успело что-то свое оставить в голове, потому как группа цифр и букв, совершенно неожиданно для меня сложилась в верный пароль и на экране развернулась схема корабля, разукрашенная в разные цвета.

Судя по тому что нос и двигатели были обведены синим контуром, так отмечали повреждения.

Несколько ярусов снизу тоже подсвечивались синим, а вот этажи по которым я прошел, выделялись ровным красным светом, правда, все же с вкраплениями синего.

К моему удивлению, кроме основного корпуса, на схеме оказался еще один, мигающий оранжевым и, судя по размерам, километров пятнадцати-двадцати в длину!

Учитывая, что, когда я подлетал, никакого «дополнения» не было и в помине, я слегка напрягся, пытаясь понять, что же это я такое вижу?

«Схема эвакуационного транспорта «Бакна».

Основные повреждения – неустранимо.

Вторичные повреждения эвакуационного модуля – за счет корпуса и материалов эвактранспорта.

Третичные повреждения – требуется вмешательство членов экипажа.

Внимание! Повреждения модуля требуют немедленного ремонта. Приступить? Да…»

Мысленно показав мигающему под словом «да» курсору средний палец, занялся изучением других подменю, краем мозга осознавая, что с каждой минутой язык зеленых уродцев понимаю все лучше и лучше, а некоторые знания бывшего сменного капитана, обрывочные, тем не менее, стали проявляться.

Остается надеяться, что я не начну бегать по «Орвиллу» без штанов…

Минут за пять забурился куда-то в такие дребеня, что и сам не понимал половины написанного.

Другую половину тоже не понимал, но интуиция подсказывала, что лезу я в верном направлении, так что останавливаться даже мысли не было.

Наконец-то к десятой минуте оказался в подменю «активация эвакуации», подсвеченной синим, у этих уродов считающимся тревожным, цветом.

«Начать вывод эвактранспорта? Да\Нет»

Аккуратно жму «да» и схема на экране сменила цвета.

Оранжевый корпус начал наливаться краснотой, запищала сирена и, судя по суете и мельтешению на экранах вокруг, невидимый ранее корпус начал появляться в реальном космосе.

«Введите координаты перемещения эвактранспорта»

Наморщив нос, принялся раздумывать, куда бы переместить эту многокилометровую дуру?

По идее, если это что-то важное, то надо сохранить, но понятие «эвакуационный транспорт» как бы намекало на что-то, пусть и важное, но…

Нехорошее.

Обойдя все экраны и очищая их от налипших внутренностей, выяснил несколько нюансов.

Нюанс первый – вывод транспорта означал активацию систем жизнедеятельности.

Нюанс второй – вывод транспорта должен был производиться над планетой.

Нюанс третий – транспорт мог долететь до планеты и сам, но не более 10 миллионов км.

Все три нюанса меня откровенно пугали, а табличка «введите координаты» мигала все чарще и все ярче.

Вызвав на соседнем экране схему системы, повертел ее, примеряя, об какую планетку гробануть транспорт, но получалось, что ни до одной планеты транспорт не долетит.

А раз нельзя гробнуть о планету…

Я выбрал на схеме координаты светила, скопировал их в мигающее окно и нажал на «исполнить».

Кораблик тряхнуло, завертело и…

Эвактранспорт мгновенно переместился в корону звезды, если верить схеме на соседнем экране.

А потом…

Потом по мозгам рубануло так, что я света белого не взвидел!

Глава 25

- Новостей у меня не много… - Я посмотрел на сидящих за общим столом старших офицеров корабля и тяжело вздохнул. – «Орвилл» в нашем состоянии улетит не дальше точки выхода. Эмиттеры выбило по правому борту все. Осталась только одна двигательная группа. Связи нет. На челноке выбраться сможем только…

- Никуда мы на челноке не выберемся. – Гордон горестно вздохнул. – Он и так на ладан дышал, да еще и ТЫ его добил.

- Эд. – Келли пристально посмотрела на меня. – Ты же уже что-то придумал?

- Не я. Гордон. – Я посмотрел на своего друга. – Рейдер крилльцев достаточно огромен, чтобы засунуть в него «Орвилл», правда, для этого придется демонтировать двигательное кольцо и синхронизировать системы, точнее, настроить системы «Орвилла» на работу с крилльцем. Но есть и минусы. Рейдер не имеет атмосферы, системы жизнеобеспечения повреждены, выведены из строя системы управления, ПО осталось только на вспомогательных системах, но Айзек гарантировал, что спаять на коленке переходники возможно, причем, даже не за год, а за пару недель…

- Гордон! Ты предлагаешь лететь на крилльском рейдере?! – В глазах Келли промелькнуло восхищение.

- Да! Засунем «Орвилл» в рейдер, а сам рейдер будет прыгать! – Гордон смешно поморщил нос. – Придется, конечно, попыхтеть, но это возможно!

- Гордон слегка преуменьшает проблему. – Я вздохнул. – Даже если мы совместим обе системы, управлять рейдером сможет только Гордон. Ни у кого из нас не хватит ни опыта, ни сумасшествия, чтобы провернуть все, что Гордон предлагает. Что еще хуже, на данный момент пилотов у нас всего два. Я и Гордон, а это означает, что весь полет мы с ним проведем в скафандрах, потому как заполнить рейдер нашей атмосферой у нас не хватит запаса.

- А Ламарр? – Келли приподняла бровь. – А я, в конце концов?

- Ламарр не пилот. Да и уйдет в инженерную группу, куда ему давно пора. – Я тяжело вздохнул. – А ты, Келли… У тебя, к сожалению, нет необходимого опыта. Для челнока – твоих академических знаний хватит, а вот на управление огромным, неповоротливым рейдером – нет. Плюс, я Гордона понимаю с полуслова, совсем как ты меня… Когда-то…

- На время полета лейтенант Ламарр будет нужнее в инженерной группе. – Айзек пришел мне на помощь. – А вам, командор Грейсон, придется взять на себя всю тяжесть управления «Орвиллом», девять десятых мощностей которого будут уходить на взаимодействие с системами рейдера.

- Вы уже все обсудили в своем мужском кругу? – Келли вновь попыталась оседлать своего любимого конька о «мужском шовинизме» и равенстве полов, отчего-то ставшем любимым в последние пару-тройку месяцев.

- Обсуждения не было. – Айзек помигал своими голубыми глазами-светофорами. – Просчитанные варианты предлагались из имеющейся информации о профессиональных возможностях каждого члена экипажа. Капитан Мерсер имеет подтвержденную специальность «капитан тяжелого корабля» и минимальный, сертификатный налет. Лейтенант Маллой единственный выживший пилот. Лейтенант Ламарр имеет специальное образование и подходящий склад ума. С присоединением к нам троим командора Грейсон шансы на улучшение и увеличение выживаемости «Орвилла» колеблются на три-пять сотых процента. В то же время, присутствие командора Грейсон на борту «Орвилла», в качестве старшего офицера станет гарантией порядка среди выживших членов экипажа и капитан Мерсер будет без отвлечений заниматься своими непосредственными обязанностями.

Если против меня Келли и могла что-то сказать, то вот с логикой Айзека тягаться смысла не было.

- Ближайшая база Альянса находится в девяти прыжках. – Келли, отказавшись от борьбы за превосходство одного пола над другим, занялась полезным делом. – Это почти двадцать пять суток.

- Нам не подходит ближайшая база. – Я покачал головой. – Прыгать будем на JR-23, это полных тридцать семь суток полета.

Келли повозила пальцем по планшету и, не найдя названной мною базы, вопросительно взглянула, готовясь приступить к прениям.

Пришлось обламывать.

- Командор Грейсон, финишная точка обсуждению не подлежит. – Не говорить же ей, что крилльский крейсер, доставшийся нам фактически целехоньким, на базе Альянса превратится в проходной двор, став достоянием гласности и местом паломничества всех промышленных шпионов всего Альянса.

А если учитывать, что Моклус уже откровенно охренел, то и не хрен им давать возможности изучить противника!

- По прибытии на станцию, всем пострадавшим будет оказана квлифицированная помощь, да и велик шанс, что именно там «Орвилл» починят быстрее, чем на верфях Земли. – Я помотал головой, отгоняя зевоту.

- Тем не менее, вынуждена потребовать от «Орвилла» внести протест по поводу ненужного удлинения пути. – Келли набычилась. – Люди должны как можно скорее получить помощь и…

- Протест командора Грейсон внесен в административный список. – «Орвилл» внезапно вступил в наш разговор, перебивая Келли. – О несогласии командора с решением капитана будет доложено совету капитанов Альянса, с дальнейшим слушанием дисциплинарной комиссии, которая и вынесет свое решение по данному делу.

Келли побледнела.

Прости, «бывшая».

Некоторые секреты лучше не знать даже тебе…

Некоторый секреты, прямо скажем, лучше не знать даже Айзеку!

Хватит того, что знаю я.

- Давайте не будем ссориться! – Алара улыбнулась. – Сейчас самое главное – добраться до обжитых мест и спасти раненных.

Умничка!

Была бы постарше – обязательно бы соблазнил!

Я хихикнул, чем вызвал у Келли злобный оскал.

Ну да пусть злится.

Сейчас ее злость направлена исключительно на меня, так что некоторые несуразицы она обязательно пропустит, а там, в пути, ей будет не до этого всего.

Я обвел глазами свою каюту, понимая, что очень скоро мне предстоить провести целый месяц в скафе подстраховывая Гордона и появляясь на борту «Орвилла» исключительно в те редкие моменты, когда будет происходит пересчет курса.

То есть, раз десять…

***

- … Теперь я понимаю, почему ты стремился именно сюда… - Гордон смотрел на систему JR-23, заполненную, точнее – забитую! – строительными верфями, военными станциями и тяжелыми кораблями, сейчас подлетающими к нам с разных сторон. – Это одна из резервных баз Альянса?

- Неопознанный борт! – Ожил передатчик, заставив нас с Гордоном подпрыгнуть. – Опознание!

- Капитан Эд Мерсер, первый код 2337, второй код 7859, третий код 172, четвертый код 18.

- Четвертый?! – Лейтенант хлопнул ресницами.

- Помолчи, пожалуйста. – Попросил я, переключаясь на внутренний канал.

- Четыре кода верны. Есть дополнения? – Передатчик замер, ожидая продолжения.

- Пятый код 78, шестой код 4, седьмой код 1

- Капитан Эд Мерсер, инспектор 2-го класса. – Металлический голос системы опознания сменился обычным женским голосом, доброжелательным и теплым. – Добро пожаловать в систему.

- Примите данные. – Я подключил скафандр проводом к пульту управления и сбросил пакет данных.

- Минуту, дешифровка… - Женщина замолчала. – Данные приняты, ожидайте подхода буксира и ремонтного корабля.

- Ну вот, Гордон… Мы и прибыли. – Я выдохнул и расслабился. – Можешь готовить тост…

- Я даже не хочу спрашивать, куда именно мы прибыли. – Гордон сидел совершенно офигевшим, разглядывая на экране сотни новых меток, до этого на нем не отображавшихся.

- Ты, главное, не спрашивай то, что хочешь. – Вздохнул я, понимая, что рано или поздно мой друг решиться начать задавать вопросы. – И, лучше всего, не болтай об услышанном.

- И о том, что ты не «капитан»? – Гордон истерично всхихикнул. – Представляю, как обделается Келли!

- А вот ей вообще даже ни полслова! – Попросил я, зная, что у Келли всё тут же окажется на ушах у мудака-адмирала, приятеля ее драгоценного папашки. – Меньше знает – крепче спит!

- Возвращаемся на рейдер? – Гордон привычно положил руки на пульт, явно налюбовавашись системой, в которой, при любых других условиях, ему бы никогда не пришлось любоваться.

- Нет, Гордон. Возвращаемся на «Орвилл», эта крилльская жестянка у меня поперек горла стоит за эти три недели! – Признался я.

Да уж… Когда я считал, что запросто справимся вдвоем с Гордоном, то был слишком о себе высокого мнения.

Этот трехнедельный перегон дался нам кровью, потом, дерьмом и нервами!

Системы «Орвилла» не расчитыны к массе и скорости рейдера, оказавшегося намного быстрее нашего кораблика.

Да, нам удалось справиться за три недели, вместо тридцати шести дней, но какой ценой!

Компьтер «Орвилла» уходил в перезапуск семь раз, бедолагу Айзека пришлось просто держать в баллоне с жидким азотом, а нам с Гордоном удалось отлучиться по своим надобнастям всего десяток раз, каждому, так что в наших скафандрах воняло так, что глаза слезились!

Два километра дороги от мостика рейдера до ангара, в котором мы устроили «Орвилл» оказались слишком длинными, слишком далекими, слишком недостижимыми.

А все из-за странной психологии ящериц, у которых без присутствия разумного в рубке нельзя было даже пукнуть!

Эх, а ведь была надежда, что удастся настроить удаленное управление системами и сидеть себе, попивать кофеек в теплом кресле, пока рейдер разменивает миллиарды километров.

Обломались.

А ведь это еще не все проблемы…

Ведь с управления флота Альянса мне обязательно попеняют «утерю» среднего двигательного кольца, которое пришлось разбирать и оставлять в системе, потому как оно просто физически не влезало в трюмы!

И за челнок, который я фактически загнал, как клячу, пока прятал найденные ништяки.

И за толпу народа, притащенную на закрытую базу СВР, мне тоже поперек спины отфиндолят, тут можно к бабке не ходить!

А уж когда Келли перешлет данные «Орвилла» и Алары, что третий пилот в свою смену решила доблестно самоубиться после того, как ее подружку, к которой она неровно дышала, я высадил на станции – меня вообще на лоскуты порежут!

А я, в свою очередь, нашу доблестную «психушку» со свету сживу, с ее, откровенно скажем, хреновой работой!

За те три недели, что мы болтались в рейдере, у меня к службе психологов много вопросов накопилось, ужасно много!

Никак себе не мог представить такого количества психологически нестабильных разумных существ на борту одного корабля!

Они же друг друга чуть не сожрали!

Я искренне уважаю Келли за ее силы, которые она приложила чтобы удержать народ от убийств, но…

Простите, это основная работа психолохушки, которая командору совсем не помогала.

- Эд, перезагрузись. – Гордон хлопнул меня по плечу. – А то смотришь на мир так, что даже мне прохладно становится.

- А ты обогреватель включи… - Посоветовал я, размышляя открыть скаф прямо сейчас или сперва добраться до каюты, запереться в санузле, и уже там, чтобы не провонять всю каюту, рискнуть открыть шлем.

- Тогда я задохнусь и у тебя не будет живого героя-пилота, который мужественно довел корабль в порт! – Гордон вышел из нашего челнока и стал заваливаться на бок, наконец-то отрубаясь от всех тех передряг, что выпали на его душу за эти три недели.

Эх, хотел бы я так же, но чертова нервная система твердила «Звиздуй в каюту, твое счастье еще впереди»!

Подоспевшие санитары кинулись открывать скаф, а я, проверив, что все делается как надо, поплелся к себе в каюту, мечтая о чистоте и с тоской вспоминая те двадцать пар носков, что были у меня с собой на марш броске.

Сняв скаф, ужаснулся от того аромата, что вырвался наружу.

Да уж, ничего не скажу…

Заперев железяку, отправил ее на чистку – есть у нее такая функция, слава Звездам! – А сам занырнул под горячий душ, смывая с себя все прелесть последних пяти дней пути.

Жаль, не долго длилось счастье.

Уже через полчаса истошно завопил планшет, а там и сам «Орвилл» потребовал моего присутствия в ангаре, куда добрались доблестные спасатели СВР.

Облачившись в сменную форму, бодро доплелся до ангара и обомлел – среди прибывших оказался и мой куратор, и Вальдека, еще троица лиц, хорошо знакомых мне по обучению!

Теперь мне точно кабзда…

Вон как лыбятся, сволочи!

- Капитан Мерсер! – Вальдека хрустнула шеей. – Очень интересно…

- Валли, прекрати. – Один из инструкторов сделал шаг вперед, обходя мою кураторшу и протянул руку. – С прибытием, капитан Мерсер!

- Полковник Майц… - Я разглядел знаки различия на форменном кителе, стоящего напротив меня мужчины и задался вопросом, а что он, собственно говоря, делал среди курсантов?!

- Ну, показывай, что ты тут начудесатил!

- Не… Тут это вам к командору Грейсон, она «Орвиллом» рулила. – Отмахнулся я.

- Ну, ее мы тоже спросим, только чуть позже. – Полковник заботливо взял меня под локоток. – А ты не стесняйся, рассказывай. Нам всем тут интересно…

Вот тут я и понял, что дела у меня плохи!

Правда, остается у меня туз в рукаве, но и за него могут настегать по попке так, что месяц кушать буду стоя, а спать исключительно на животе!

Вытолкнув вперед Келли, заставил ее провести беглую экскурсию, рассказать о повреждениях и состоянии дел с экипажем.

Полковник с присными, кстати, к моему удивлению, был внимателен, любезен и задавал самые простейшие вопросы, всем своим видом демонстрируя дружелюбность.

А это значит что?

Верно – это значит, что решение уже принято и нас с Келли ждут лихие времена, в которых меня ждет показательная порка, а вот Келли ждет повышение и совсем не удивлюсь если до капитана «Орвилла».

- Командор Грейсон, я восхищен вами и вашим экипажем. – Майц блестел глазами и разливался дифирамбами, как соловей трелями. – Вам пришлось приложить массу усилий…

- Оставьте полковник. – Келли устало махнуло рукой. – Все эти усилия ни к чему бы не привели, если бы не Эд и Гордон, которые вытащили нас сюда.

- Кстати, о лейтенанте…

- Лейтенант Маллой в медотсеке – нервное истощение, легкое отравление… Ничего страшного, но порядка недели ему лучше провести в тишине и покое. – Келли внезапно зевнула, смутилась и покраснела.

- Как вижу, вам, командор, тоже бы не помешала тишина и покой. – Полковник заботливо улыбнулся. – Думаю, ваш капитан сможет рассказать нам об остальном и сам, а вы сможете отдохнуть и набраться сил, ведь через пару часов прибудет мобильная верфь, которая вытащит «Орвилл» из ангара рейдера и займется ремонтом.

- Нам бы медиков, особенно психологов, только нормальных. – Вступил в разговор я. – Раненных немного, но вот последствия…

- Медицинский борт скоро будет. – Майц вздохнул. – Приношу свои извинения, иногда вторичные службы бывают ужасно нерасторопны…

«Ага, знаю я причину вашей нерасторопности…» - Я мысленно хмыкнул. – «Диверсии вы боитесь. И диверсантов!»

- Думаю, командеру действительно лучше немного отдохнуть. – Кселеянка мило улыбнулась. – А капитан приступит к своим непосредственным обязанностям…

Келли шепотом пожелала мне удачи и отчалила в сторону своего лифта, оставляя меня на растерзание комиссии по горячему приему.

- Пойдемте в каюту. – Вздохнул я, понимая, что вот сейчас-то за меня и возьмутся. – В ногах правды нет.

- Можно подумать, что в жопе правда есть. – Полковник задумчиво почесал переносицу. – Ну, Эд, устроил ты тарарам своим возвращением.

- Погоди, Мик. – Вальдека тронула меня за рукав. – Рассказывай, Эд.

- Только не здесь. – Я поежился. – Давайте в ангар, а там…

Войдя в лифт, мы спустились в ангар, оттуда, облачившись в легкие скафы, вышли в мертвенно-зеленое нутро крилльского рейдера.

- Режим «обманка». – Полковник активировал режим, в котором работает защищенная связь, выдавая для всех наблюдателей исключительно пустопорожние разговоры о погоде, бабах и выпивке. – Колись давай.

- После аварийного выхода и обнаружения крилльского рейдера, стало понятно, что тащить его на базы Альянса глупо. – Я вздохнул.

- Эд, о том, что в тебе проснулся хомяк-параноик можешь нам не расскзывать. – Кселеянка погрозила мне кулаком. – Тут всем присутсвующим известно о твоих настроениях и пристрастиях, и логических выводах о ближайшем расколе Альянса, так что, то, что ты не пожелал делиться с «союзниками» таким кушем, каждый из нас тебя понимает и даже где-то согласен. Но ведь это не все, верно?

- Ой как не все… - Усмехнулся я, подходя к створкам пассажирского лифта и набирая на панели длинный, «капитанский» код. – Совсем не все…

Загрузившись в лифт, пару минут пока он спускался, мы все просто молчали.

- Эд?

- Подожди пару минут, Вальдека. – Полковник стал что-то подозревать. – Сейчас все узнаем!

Спустившись в грузовой трюм, огромный, заваленный кучей ящиков и бочек, я снова ввел код, активируя освещение.

- По присланным тобой данным, в этом трюме находится, предположительно, основной запас продовольствия. – Один из вечно молчащей троицы ожил и принялся осматриваться по сторонам. – Эд?

- Не только запас продовольствия. – Я подошел к обычному черному, маслянисто отсвечивающему ящику, достал из него пульт и нажал на кнопку, снимая голографическую маскировку.

Ту самую маскировку, которую по-живому сдирал с челнока.

- Это что за ху… ?! – Вырвалось у полковника, когда вместо мешанины ящиков посреди трюма возник черный, пожеванный и побитый, кораблик.

- А это «Черный корабль». – Я развел руками. – Побитый, конечно, «Орвиллом» при выходе, но вполне изучаемый.

- А как же его масса в миллионы тонн?! – Вальдека обошла корабль по периметру, пытаясь понять, как вот эта бздюлька стала причиной гибели целого десятка кораблей.

- Масса была. – Подтвердил я. – А потом пропала.

- А «москиты»?! – Полковник обошел кораблик навстречу Вальдеке, пытаясь понять, откуда и что тут стреляет. – А «москиты» где?!

Я едва удержался, чтобы не ответить в рифму и просто пожал плечами.

- Как ты его сюда затащил?! – Кселеянка снова обошла корабль, касаясь черной брони рукой.

- Спроси чего полегче… - Вырвалось у меня.

- Хрен с ним «как», кто еще знает? – Полковник встал напротив меня, ожидая ответа.

- По идее – никто. – Я замер, раздумывая. – Может, Айзек догадывается, вроде он тоже должен был видеть, как мы об этот кораблик бортом шоркнулись, при выходе… Остальным я ничего не говорил, из корабля никто не выходил…

- Атмосферу из рейдера ты стравил? – Полюбопытствовал еще один из молчунов, что-то рассматривая на стене.

- Только треть, чтобы любопытных не было. – Признался я.

- Эд… Ты полный, конченный псих! – В голосе полковника послышалось восхищение. – Безжалостный маньячина, заставивший народ три недели трястись от ужаса ради секретности… Тебе к психиатру надо!

- Бесполезно. – Вальдека тяжело вздохнула. – Он ее либо вые… Либо зае… Либо просто грохнет, во славу секретности! Маньячина конченный…

- Капитан… Скажу честно – я в ахере. – Самый молчаливый из троицы уже успел забраться на черный корабль и начать там рыться. – Ты как синхронизацию наладил?! Это же маскполе с челнока?!

- Где-то с корнем выдирал, накопители взял от разбитого, потом еще дважды менял, пока в прыжке были. – Я вспомнил всю эту маету и вздрогнул. – Задолбался знатно, но, вроде, работало…

- Оно не должно было работать! – Отчаянный вопль с крыши черного корабля заставил меня уменьшить громкость динамиков скафа. – Здесь же все на скруточках, на сопельках, на проволочках!

- «Ты прихвати сваркой, а я домой приеду, нормально на проволоку скручу…» - Вырвался у меня жестокий гаражный юмор моего детства, когда с проволочками проблем не было.

Судя по хрюканью в динамиках, комиссия юмор тоже оценила.

- Эд… Ты еще на марш-броске всех довел… - Вальдека расхохоталась в голос. – Но вот этот твой хомячий инстинкт…

- Хороший, кстати, инстинкт… Особенно в мирных целях!

- У него?! – Кселеянка расхохоталась еще больше. – В мирных целях? Да он же – конченный милитарист! У него в крови спать с оружием под подушкой!

- Вранье. – Опешил я. – Не сплю я с пистолетом под подушкой!

- Ладно. Похихикали – и будет. – Полковник покачал головой в скафандре. – Андре, свяжись с верфью, пусть ускорятся. Медикам тоже дай пинка под сраку. Рейдер в шестой спутник, там все вытащим. Запроси спецов, желательно, пару-тройку кселеянцев, они с головой дружат. Наших посадишь под строгий контроль, а то знаю я, у них вечно горит жопа поделиться, а потом, нахрен, удивляться, с чего это разработки на сторону уходят! А ты, капитан… Шуруй спать. От твоей зевоты динамики разрываются… Надеюсь, ты там ничего не трогал?

- Трогал. – Честно признался я. – Оборвал энерговоды и…

- Что?!

- Блин, полковник, вы что, реально считаете, что я суну инопланетный корабль с активной энергетикой в другой корабль, пролечу хрен знает сколько километров, чтобы потом на работающие системы в гости приперся еще один черный корабль и разнес тут все по камушку?! – Я задумался, а не сильно лия перестарался?

- Параноик хренов! – Буркнул с крыши молчун-Андре. – Ты хоть пометил, что и откуда вырывал?

- Да. – Я вдруг осознал степень своей усталости на тот момент. – Все узелками помечено.

- То есть… - Вальдека подошла ко мне вплотную. – Ты рвал провода и завязывал их узлами?! Я все верно поняла?!

- Блин. Да отстаньте вы от меня! – Я начал закипать. – Я, к тому времени, не спал больше двадцатичетырех часов, я наломался так, что мышцы крутило! Что первое пришло в голову, так и пометил!

- Знаешь что, капитан Эд Мерсер… - Полковник махнул в мою сторону рукой. – Сдавай-ка ты, нахрен, финальный тест и долой из космоса. Лучше мы тебя в аналитику запустим, там меньше проблем от тебя будет!

- Ой, что-то мне говорит, что меньше не будет… - Буркнул себе под нос один из молчаливых анонимов.

Судя по многозначительному хмыканью Вальдеки, она с ним была совершенно согласна.

Сговорились, сволочи!

Глава 26

- Уфф-ф-ф-ф… Да как же меня всё… - Мы с Келли заползли в мою каюту и медузами развалились по креслам, выдыхая после двухнедельного марафона отчетов, опросов, допросов, консультаций, бесед с психологами и консультаций с инженерами, восстанавливающими наш «Орвилл».

- А вот соглашусь. – Келли, кряхтя и отдуваясь выползла с кресла. – Эд, тебе виски?

- Не-е-е-е-е… - Я помотал головой. – Давай водки. Бутылку.

Я расстегнул китель и громко выдохнул.

- Эд… А скажи мне, пожалуйста, а и вправду, нафига ты остатки кольца с собой упаковал? – Келли поставила на столик между нами бутылку и два стакана.

Эх, разучились нонешние пьянствовать водоффку, разучились…

Пришлось вставать, заказывать нормальную закуску, при виде которой у моего бедного перпома глаза стали очаровательно круглыми.

Ага, картошку, черный хлеб и селедочку с лучком!

Зеленым!

Благодать!

Ну и стопки, а то что это за отдых, бухать водочку стаканами?!

Мы же не алкаши какие-нибудь, цивилизованные люди, в конце концов!

- Так надо пить водку! – Я опрокинул стопочку, занюхнул хлебушком, чертыхнулся и пошел за огурчиками, ибо что это за водка, без огурчиков?!

- Так что насчет двигателей? – Келли сбросила китель на спинку кресла и аппетитно захрустела огурцом.

- А да фиг его знает. – Честно признался я. – Показалось, что так будет правильно. Люди ведь старались, строили, добывали полезные ископаемые…

- Эд… Такое ощущение, что единственное ископаемое тут исключительно ты! – Келли требовательно придвинула стопку, намекая, что между первой и второй – перерывчик небольшой.

После третьей стопки стало невероятно легко и свободно.

Сидящая напротив Келли вовсю улыбалась, мир остановился, комната потеплела, дела отступили – чего еще может быть нужно?!

- Эд… А ты, все-таки, скотина! – Моя «экс» пьяно хихикнула. – Ты же все-таки сожрал доктора психологии!

- Ага. А в результате, по возвращении на Землю, придется всем снова проходить флотского психолога! – Я помрачнел.

Флотский психолог у нас на базе был препорядочной сволочью, с которой у меня связано десятки неприятных моментов.

Точнее – у Эда.

Со мной психолог нарвался на неприятности, получив по мордам, между прочим, за оскорбление Келли, а потом еще раз, когда решил подсесть к нам с Гордоном за столик и начать читать свое психофуфло, от которого уши вянут.

К сожалению, апеляции к Фрейду этот псевдоученый не понял, развизжавшись на весь станционный бар, что его оскорбили.

Пришлось напомнить существу «Психологию бессознательного» и вызвать вышибалу, который, в свою очередь, церемониться не стал, просто выбросив бедолагу из заведения в проулок, где станционный люмпен-пролетариат провел экспроприацию с последующим рукоприкладством.

Выпив еще по одной, понял, что Келли пора в кроватку – вон, глазки уже с поволокой, потягивается и зевает.

Пришлось сворачивать теплый вечерок, желать бывшей жене спокойной ночи и выпроваживать из каюты, благо что устроили нас друг напротив друга, так что далеко даме идти не пришлось.

Убедившись, что сюрпризов не будет, вернулся к себе, накатил еще стопочку и пошел в душ – денек выдался длинный, беготный и…

Стоя под струями горячей воды, закрыл глаза и замер, проигрывая в голове минувшие две недели.

Экзамен я сдал, полковник даже и не гонял меня по вопросам, скорее, побеседовал по душам.

СВР-овский психолог, после десяти минут молчания, так же молча вышел, как и вошел, оставляя меня наедине с орекстровкой Поля Мориа.

Остальные проставили все «автоматом», передвинув мой инспекторский класс на третий, что очень хорошо – вон, сразу доступы к работам открыли, о которых даже не подозревал!

Опять же, «Орвилл» «встанет на крыло» свеженький, пересобранный, модифицированный и улучшенный, буквально через две недели.

И экипаж…

Теперь бедолаге Гордону придется не только пилотировать сам «Орвилл» но и пяток новеньких, с иголочки, беспилотников и лично ему подогнанный в подарок истребитель среднего класса, по которому он так сильно пускал слюни. И еще один, малого класса, для которого пилота пока не было.

Вздохнув, подставил лицо под жесткие струи воды, смывая, наконец-то, усталость.

Горячие женские руки легли на плечи, а в спину уперлись твердые бугорки хорошо знакомых сосков.

- Келли! Какого черта… - Начал было я, но…

А и вправду, да какого черта?!

Развернувшись, прижал бывшую жену к стене ванны, отключая напрочь кипевший от раздумий, мозги.

Я ведь не монах.

Впившись в чуть солоноватые губы, удивительно привычные, горячие и сводящие с ума, начал медленно и безнадежно тонуть.

- А ты стал жестче… - Келли с удобством устроилась на мне, довольная, как кошка, обожравшаяся сметаны. – И, кажется, немного больше…

- Просто ты отвыкла. – Усмехнулся я, играя золотистыми локонами, рассыпанными по моей груди.

- Отвыкла. – В голосе Келли прозвучала печаль. – А теперь понимаю, что зря отвыкла. Прости меня, Эд. Я и вправду сваляла дурака и сделала глупость. Я обижалась на тебя, на Гордона, на…

- Тс-с-с-с-с! – Я прижал женщину к себе сильнее. – Давай все потом?

- А сейчас спать? – Келли приподняла голову. – Спать?

- Честно говоря, спать я пока не особо. – Признался я, разворачивая женщину к себе спиной и прикусывая ей ушко. – Зайдем с другой стороны?

Вместо ответа послышался едва сдерживаемый стон.

Да уж…

Я-то думал, Келли после развода ни в чем себе не отказывает!

А на деле вон оно как!

Подмяв под себя сдавшееся, горячее женское тело, занялся куда намного более приятными вещами, чем копание в собственной голове.

Душ, утром, тоже принимали вместе.

И мне очень понравилось!

В Келли словно суккубишна вселилась, настолько вдруг с нее слетели все запреты, которыми она пичкала меня во время нашего брака.

Допив утренний кофе, разбежались по своим делам, каждый предвкушая сегодняшний вечер.

- Что-то ты слишком счастливый… - Я уставился на Гордона, сидящего в кресле полетного имитатора.

- На себя бы посмотрел! – Мой друган довольно потянулся и зевнул. – От тебя же сверхновая стыдливо отвернется!

- Рассказывай! – Потребовал я, усаживаясь рядом и активируя программу парного полета.

- Эд!

- Выкладывай! – Я откинулся в кресло и пробежался по виртуальным приборам. – Если не расскажешь, тогла и я молчать буду!

- Ее зовут Ким. – Гордон, понимая, что и сам останется без «сплетен» если будет продолжать вести себя как собака на сене, почесал нос и принялся рассказывать. – Капитан «малого класса», горячая и умная.

Я мысленно присвистнул – «Ким» и «капитан малого класса» - была у нас такая Ким.

Ким Вирр-Ё, симпатичная девица годам к сорока, огненно-рыжая, спокойная, как удав и вся из себя такая правильная, что скулы сводило!

- Пока я вокруг ходил, она меня перехватила, затащила сперва в бар, потом мы с ней спели пару песен, а потом… - Эд заблестел глазами. – Сегодня вечером договорились встретиться в баре и продолжить! А ты?

- А я… Я – с Келли.

От удивления Гордон выпустил штурвал и мы благополучно разбились, врезавшись во внезапно возникшую стенку.

- Может оно и к лучшему. – Гордон перезапустил программу. – Сил не было смотреть, как она за тобой бегает последние месяцы! Да и пара вы красивая, как ни крути. Слушай, а давай вечером все вместе посидим, поболтаем? А то сейчас мы…

«Сейчас» мы снова разбились и пришлось откладывать разговоры на потом.

«Потом» меня выдернули к станционному аналитику, где мы без малого шесть часов крутили свеженькие данные, часть из которых была для меня словно снег на голову!

У Бортуса, как и ожидалась, родилась дочь.

И, разумеется, его тут же переделали в сына, благо что на Моклусе это вопросов не вызывало, но…

То самое долбанное «НО», все-таки выкрутилось!

Сразу после рождения ребенка на Бортуса вышла «женская мафия», которую его партнер молчком сдал.

С потрохами.

На верховном суде Моклуса, старая карга апелировала к тому, что другие расы девочек в мальчиков не пределывают, тактично забыв о ходжах, которые переделывают мальчиков в девочек, о маули, которые не смотря на выход в космос усыпляют младенцев с некоторыми отклонениями и вовсю расхваливала земные правила, видимо не зная, что были в истории планеты Земля народы, которые избавлялись и от девочек, и от «слабых».

Скандал выскочил на новый уровень и Моклус обвинил Земной совет во все возрастающем влиянии на подрастающее поколение.

Земные мудаки, вместо того чтобы сразу поставить точки, начали юлить и мести хвостом, сделав, разумеется, только хуже.

Вот и сидели мы с чернокожим Гаем, офигивая от того количества фекалий, которые сейчас разлетаются во все стороны.

Попутно пришлось мне углубиться в недра вопроса «переделки девочек» и откровенно говоря, понять, что там все далеко не так, как старая туфтогонка пыхтела в Совете.

Разумеется, на «общее свидание» я опоздал, к тому же за Келли прицепилась наша доктор Мэри Антония и, что хуже всего, тема обсуждения оказалась как раз той, от которой у меня и так пухли мозги.

- Это недопустимо! – Антония, принявшая на грудь, воинственно сжимала кулачки. – Как можно по какому-то суеверию, менять пол ребенка, без медицинских показаний?!

- Не «суеверию», а вполне себе сложившейся и, кстати, оправданной, системе. – Я пригубил свой стакан сока, не собираясь сегодня выпивать от слова «вообще».

- Этой системе нет оправдания! – Келли тоже выпила лишнего, как и подружка Гордона, которая, правда, больше молчала и складывала голову на плечо млеющего от счастья, лейтенанта.

- А при чем тут «оправдания»?! – Искренне удивился я, забывая, что данные, которые роились сейчас у меня в голове не были изветсны всем. – Есть вполне установленные факты, есть жизненный опыт, в конце-концов, есть «Устав Союза».

- А при чем тут «Устав»?! – Вызверилась на меня докторица, у которой, видимо, просто день не задался.

- А «Устав» при том, что в его седьмом пункте есть фраза. – Я собрался своими усталыми мозгами и начал зачитывать ее на память. – Альянс планет с уважением и бережностью относится к правилам, традициям и законам всех рас, наций и сообществ, вне зависимости от их религиозного либо общественного, строя».

Честно говоря, апелируя к «Уставу», я предполагал, что доктор включит «верхнюю голову», но той уже было море по колено и, что хуже всего, она в это же болото тащила и Келли и без того малость повернутую на превосходстве женского пола.

От только, голос рассудка в пьяную голову достучаться не способен и вот уже обе дамы взъелись на меня, доказывая свою правоту.

Будь они менее категоричны и более информированы – я бы свел все к шутке, возвращая компании хорошее настроение, но…

Там Келли проехалась по мне, как по женоненавистнику, здесь Мэри не проконтролировала свой язык, откровенно называя мужчин «зажравшимися мудаками» и у меня, даже трезвого, «снесло башню».

Каюсь.

Но не жалею.

- Доктор Антония, надеюсь, вы изучили вопрос не только со стороны «себя-человека», но и со сторон «себя-специалиста», а также со стороны «себя-гражданина Альянса»? – Полюбопытствовал я, начиная закипать уже по-настоящему.

- Мне хватает «себя-женщины»! – Пафосно воскликнула Мэри и, разумеется, нарвалась.

- Очень жаль, что вас беспокоят исключительно половые признаки, Мэри. – Я отставил в сторону стакан с недопитым соком. – Например вот меня совершенно не беспокоит кто и какого пола сидит рядом со мной. Я оцениваю душевные, человеческие и профессиональные кочества.

Келли, к моему удивлению, вдруг остранилась от подруги и как-то странно глянула на меня, словно сказанное мной ее неприятно поразило.

- Нельзя ко всему подходить только с этой точки зрения! – Доктор расстегнула китель, демонстрируя свой четвертый размер, который так привлекал горячекровых энсинов в ее отсек.

- Отлично. – Я покачал головой. – А что Вам, доктор, известно о Моклусе – вообще? Не его половые первесии по нашим меркам, а быт? Реальность, так сказать?

- А при чем тут это? – Оживилась Ким, «отлепившись» от Гордона.

- А при том. – Я вздохнул. – Моклус – совершенно недружелюбный, жесткий, мир. Согласно статистики, в нем, в первые годы жизни погибало до семидесяти процентов девочек, которые, в отличии от девочек земной расы, намного слабее. Идем дальше. Количество психических заболеваний среди мальчиков и девочек, на сотню выживших, соотносится как пятнадцать к семидесяти. То есть, на сотню девочек, тяжелыми формами психических расстройств страдает семьдесят.

- Это все враки. – Доктор вздохнула. – Эту статистику пишут мужчины!

- Доктор… Вам, к сожалению, не известно, но в великом космосе есть целых ТРИ планеты, на которых живут женщины и девушки-мокланки. – Я откинулся в кресле. – Одна – находится в «закрытой зоне», а вот две другие вполне себе доступны для исследователей, ведь находятся под защитой Земли и Кселии, что вызывает раздражение у совета Моклуса.

Судя по повисшей тишине, я только что ляпнул нечто офигенно секретное.

Шутка юмора была в том, эти «секретные сведения» были в памяти «Орвилла», просто никому они нужны не были до сего момента!

- То есть, есть планеты, где живут женщины-мокланки? – Келли потянулась за бокалом.

- А также их родители. – Я похрустел шеей. – И занете, что самое страшное?

Мои собеседники замерли.

- Планеты существуют от девяти до одиннадцати лет и за это время НИ ОДНА из мокланок не смогла принести потомство! Женщины-мокланки не способны к деторождению. Были попытки искусственного оплодотворения, которые дали ровно тот же нулевой эффект.

- Я не верю в это! – Доктор привстала со своего места, словно пытаясь дотянуться до меня. – Это все – фальсификация!

- Это последняя печатная работа доктора Финн. – Сказал я, криво улыбнувшись. – Она провела ДВА года на Эберии, пытаясь разобраться с этим вопросом.

- Эд… Но это же все равно не повод насильно переделывать… - Келли поиграла скулами.

- А вот это уже решать не нам. Но, сама посуди, на планете с низкой деторождаемостью, высоким уровнем интеллекта и достаточно холодной логикой никто из родителей не пожелает своему ребенку не дожить до года, превратиться в психопата или не испытать радость деторождения… А самое главное – никто из нас не имеет права судить других по собственной мерке, не зная причин их решения или масштабов трагедии. Ладно, пожалуй, я на сегодня наелся…

Я встал со своего места.

- Ким, Гордон, простите за испорченный вечер. А Ты, Келли, будь добра, придерживайся «Устава» и не защищай того, о чем не имеешь ни малейшего представления. Либо научись выбирать друзей не по пристрастию к алкогольным напиткам. – Последние слова я, возможно, сказал зря, но вот это всратое осуждение чуждых рас меня откровенно бесило.

Впрочем, в каждой чуждой расе найдется и своя Келли, и свой доктор…

И Келли тут еще не самая худшая…

***

Устроившись в капитанском кресле «Орвилла» искоса посмотрел на Келли, делавшую вид, что сильно занята предполетной проверкой.

Как быстро прошла любовь!

Хмыкнув себе под нос, улыбнулся черному космосу, заполненному суетящимися кораблями, спешащими по своим делам.

Вот и у нас есть дело – вернуться на Землю, где экипаж снова пройдет психологическую проверку, а мне предстоить пред ясны очи своего куратора, которому предстоит решить мою дальнейшую судьбу – остаться на мостике «Орвилла» либо передать его другому капитану, выходя из состава Флота Альянса и становясь полноценным офицером СВР.

- Давай, Гордон. Вези нас домой! – Улыбнулся я, глядя на стриженый затылок моего друга, который из-за своей страсти к розыгрышам последние пару дней провел отращивая конечность, удаленную Айзеком.

- Есть, капитан! – Гордон коснулся своего пульта, задавая параметры прыжка. – Первый прыжок семнадцать минут, второй сорок часов, третий три часа!

- Перпом Грейсон! – Я повернулся к Келли. – Подтверждаете курс?

- Курс верен.

- Тогда… Поехали! – Я снова любовался свежеотремонтированной рубкой корабля, искренне радуясь дороге домой.

- Эд. Нам надо поговорить. – Келли отложила в сторону планшет.

- До конца прыжка подождать не может? – Полюбопытствовал я, особо не желая «в разговоры».

- Это займет пять минут.

- Хорошо. Алара, за старшего. – Я встал со своего места прошел через мостик и замер у установленного на мостике материализатора, заказывая себе сок.

- Эд. Я считаю, что произошедшее с нами тогда – большая ошибка. – Келли остановилась рядом. – Нам не надо было этого делать! И я предлагаю, остаться друзьями и профессионалами…

- Хорошо. – Я сделал глоток. – Мы остаемся профессионалами. А насчет дружбы. Это уже как выйдет.

- Ты не злишься? – В голосе моего перпома послышалось удивление.

- Каждый из нас, Келли, делает свой выбор. И иногда жутко устаешь ломать выбор другого человека, хотя и видишь, что человек делает ошибку. Ты сказала – я – услышал. – Я допил сок и вернулся в свое кресло.

Что же, все как по сериалу.

Поймав себя на мысли, что мне все-таки немножечко обидно, взял планшет и занялся полетными делами, попутно подводя в голове итоги.

«Орвилл» получил новое энергоядро, обновленное ПО, уменьшенный пассажирский отсек для «неедяк», за счет чего увеличилась мобильность и появилась свое собственная маленькая летная палуба.

Выросла живучесть корабля, а увеличенное количество эмиттеров силового поля подняло уровень энергетической брони почти на уровень среднего крейсера.

- Эд. Предписание СВР о повторном проходе психологического теста. – Келли протянула свой планшет, на котором я, не глядя, оставил подпись и вернул перпому.

- Надеюсь, в этот раз мы доберемся до Земли без приключений! – Гордон повернулся в мою сторону такой чисто выбритый, что захотелось съезвить насчет его возлюбленной, которая летит с нами на Землю, для прохождения «курсов повышения квалификации».

- Сейчас наш «Орвилл» с легкостью сможет дать бой даже крилльскому кресеру. – Айзек развернулся на своем месте. – Модификации, произведенные на базе, выше всяческих похвал!

- Торпед маловато. – Почесал я затылок. – Как показывает практика, торпед либо маловато, либо хочется еще, но уже не лезет!

Первая вахта рассмеялась, признавая мою правоту.

Торпед у нас теперь и вправду меньше – ровно чертова дюжина, вместо трех десятков, зато торпеды новенькие, честно слямзанные и усиленные с притащенного нами крилльского рейдера. Ядро, кстати, тоже слямзили с корабля противника, уж больно оно оказалось удачным, так что через месяц-другой весь флот будет потихоньку выводиться на модернизацию по нашему типу.

Еще бы с «пассажирами» разобрались, но тут все упиралось в косность мЫшления старых пердунов-адмиралов, привыкших летать на своих корабликах с семьями, любовницами, учителями дитяточек и прочими «неедяками», чья ценность нахождения на борту приближалась к критической отметке.

- Скорость расчетная. – Навигатор, молоденькая девушка тоже из команды Ким, Анара Логин, откинулась на спинку своего кресла и сразу зашелестела бумажной оберткой конфетки. – На первом финише будем быстрее, чем я съем конфетку!

- Ну, это вряд ли! – Гордон расхохотался. – Если верить Ким, конфеты ты съедаешь быстрее, чем…

Вместо ответа, девушка удостоила нашего болтливого пилота легким подзатыльником.

И я, в принципе, был с ней солидарен.

Ибо – нефиг!

- Выход! – Тьма космоса наполненного звездами…

Это…

Это до сих пор захватывает дух!

- Системы работают штатно. – Айзек покрутился на своем стуле и повернулся ко мне. – Повышенная температура ядра, в пределах допустимого, но рекомендую инженерному отсеку проверить систему отвода…

- Задержимся тут на полдня. – Решил я. – Ламарр!

- Да, капитан?

- Займитесь вместе с Айзеком, пожалуйста, вопросом перегрева ядра.

- Понял, жду Айзека. – Ламарр отключился, а я вновь уставился в экраны, любуясь странной системой, состоящей из двух звезд, что вот уже миллиарды лет наматывают круги друг вокруг друга, танцуя в бесконечном вальсе.

- А ты все еще романтик… - Келли криво усмехнулась. – Жестокий романтик.

- Красота в глазах смотрящего. – Я оторвался от экрана. – Гордон, а не обкатать ли нам новенькие истребители?

- Кто, о чем, а вшивый о бане…

Да уж…

Алара совсем «очеловечилась»…

Вон, даже мои шуточки переняла!

Усмехнувшись, оставил Келли за старшего и, вдвоем с Гордоном направился в наш «верхний» ангар, где в режиме готовности стояло оба истребителя.

Я до сих пор поверить не могу, как много места на корабле занимают люди!

На базе демонтировали всего два десятка кают, а места стало для двух, совсем не маленьких, истребителей!

Да, инженерам пришлось слегка повозиться, делая створки ангара в неприспособленном месте, зато теперь «Орвилл» может огрызнуться не только торпедами-энергетикой, но и двумя корабликами, способными хорошо искусать среднего «середнячка», а уж десантным капсулам и ботам и вовсе лучше не появляться на свет!

Переодевшись в противоперегрузочный скаф, забрался в кокпит «легкого» истребителя и, дождавшись команды, вырвался на оперативный простор.

По меркам космоса, «Маха-13» очень маленький кораблик, фактически крохотулька, с запасом хода в двадцать четыре часа, двумя торпедами и жизнеобеспечением на сорок восемь часов, но в реальном бою жизнь таких крох сводится к считанным минутам, реже- часам, так что…

Пока Гордон возился со своим подарком, успел облететь «Орвилл» любуясь им со стороны.

Не скажу, что красив, но функционален – точно!

Покрутив задом у носа, подразнил сидящих в рубке офицеров и «провалился» вниз, словно меня за руку кто-то дернул!

Что-то прошипело в динамиках кораблика, а потом надо мной промчалась туша «Орвилла» и исчезла, уйдя в прыжок.

Зашибись полетали!

Глава 27

- Шиздец, ты нас напугал! – Гордон, сидящий напротив меня, выглядел малость офигевшим. – Келли чуть с ума не сошла! Айзек вообще дымиться начал! А я вообще чуть не обосрался!

- Да ладно тебе. – Отмахнулся я, поглядывая по сторонам. – Представь, как я пересрался, когда «Орвилл» отчалил! Я даже грешным делом подумал, что это Келли так подшутила…

На самом деле, если честно, «пересраться» я не успел – через двадцать минут из прыжка выпал рейдер-поисковик «Англия», на борт которого меня и приняли.

И который меня «подвез» до Земли даже быстрее, чем до нее добрался «Орвилл»!

Так что, когда «Орвилл» вышел у базы, я уже сутки загорал у себя в каюте на станции, потягивая сок и переваривая общение с куратором от СВР.

Как ни крути, на семь колец-двигателей это вам не три, так что скорости совершенно разные.

Тем более, что программная ошибка в ПО «Орвилла» и перегревшееся ядро, остужать которое полез Айзек по моему приказу, устроили на корабле «трэш, смэш и лихое обосрание» - Сбой ядра ударил по системам, а те, вместо «разорванного маршрута», встали на «прямой», устремившись к Земле на максимальной скорости.

В довершении праздника, ПО загнало корабль в «боевой режим», отрубив все входящие и исходящие соединения и выбрав «экономичный ход», так что вместо сорока пяти часов прямого пути, «Орвилл» плелся пятьдесят семь и только выйдя в точке равновесия системы, Айзек и Ламарр сумели перезагрузить системы и привести все к единому знаменателю.

Так что, ближайшую неделю проггеры базы будут выискивать «хвосты и ошибки», а команда проходить перекомплектацию, тестирование и добрые пять-восемь сеансов психотерапии!

- Ты уже с «психушкой» общался? – Гордон, также, как и я терпеть не мог психологов, правда, по другой причине – они вечно пытались загнать бедолагу в рамки, а то и поставить отметку о непригодности.

- Я сутки отчеты писал! – Признался я, даже вспоминать не желая, как меня допрашивал СБ-шник, угрожая, что за утерю боевого корабля во время боевых действий он с меня шкуру живьем спустит! – Сперва слева – направо, потом справа – налево, потом сверху – вниз, потом снизу – вверх, а потом и вовсе по диагонали!

- Удивлен, что тебя не расстреляли… - Гордон помрачнел. – А нам пришлось пройти генетическую проверку, представляешь? Посчитали, что корабль захватили криллы и с помощью маскировки теперь пытаются пробраться на базу и устроить терракт!

СВР, кстати, и потребовал провести экспертизу.

Меня тоже проверили.

Оказывается, увиденная в сериале генетическая модификация вполне себе существует и используется обеими сторонами конфликта.

Я поежился.

- Слушай… - Гордон огляделся по сторонам и наклонился ко мне. – А пошли к психологу прямо сейчас, а? Вместе всяко проще будет.

Почесав затылок, согласился.

Тем более, что свободное время у нас есть, а «освидетельствование» не привязано к определенному часу.

Да и как всем известно: раньше сядешь – раньше выйдешь!

Поднявшись на лифте на административные этажи, проехали еще два километра на «капитанском самокате» и оказались перед дверью с табличкой «Яццен Ф Психолог».

- Впервый раз у нее буду. – Поежился лейтенант, которому в связи с инцидентом, флотские суки придержали звание. – Интересно, она нормальная?

- Судя по приемной – нет. – Я тяжело вздохнул.

- А что тут не так?! – Гордон начал вертеться во все стороны, пытаясь понять в чем подвох.

- Смотри… - Я начал тыкать пальцем по сторонам. – Материализатор не слева от двери, а на противоположной стене, по диагонали. Освещение на сорок процентов ниже, чем по станции, а ваврийная подсветка, наоборот, процентов на тридцать выше, что вызывает диссонанс и раздражение. Вместо кресел – «яйца», чтобы пациенты не могли общаться, да и видеть друг друга, в целом. На столике…

Я подошел к столику и поворошил лежащие глянцевые журналы, читая названия.

- … На столике – порнография для педерастов, лесбиянок и неебинарных личностей, каталог сексопротезирования и альманах «Семейные ценности – устаревшее понятие». Мусорные корзины – красного цвета и три камеры наблюдения, при чем две – установлены службой охраны, а третья – самим доктором, чтобы наблюдать, как себя ведут пациенты, попав в не самую приятную среду. – Я зевнул, уже начиная жалеть, что приперся сюда. – Так что, Гордон, либо мы попали в гости к неадекватному экспериментатору, либо на нас сейчас будут дипломную работу, либо…

- Капитан Мерсер? – Вынырнувшая из-за деревянной двери медсестра, красиво улыбаясь, подошла ко мне. – Доктор Яццен ваш ожидает!

- Либо нам просто кабзда. – Выдохнул расстроенный Гордон. – Спорим, что тут и микрофонов натолкано дофига?

Разведя руками, последовал за медсестрой, принявшейся увлеченно крутить задом передо мной.

Звезды Всемогущие, неужели еще живы эти стереотипы?!

Пряча улыбку, прошел за девушкой по короткому коридорчику, по стенам которого были развешаны старые, добрые, картинки Роршаха в золотых рамочках.

Да уж…

Уже в мои годы эти картинки считали профанацией, зависящей исключительно от видения врача!

- Входите! – Девушка открыла дверь кабинета, пропуская меня внутрь через собственные сисяндры не меньше шестого номера.

- Капитан! – Сидящая за столом девушка помахала мне рукой. – Проходите, присаживайтесь!

- Здравствуйте. – Я с удовольствием плюхнулся в единственное удобное кресло, кармически зеленого цвета. – Капитан Эд Мерсер прибыл для прохождения психологического тестирования.

- Вольно капитан, расслабьтесь, мы не на параде. – Девушка рассмеялась. – Сейчас мы с вами немножечко побеседуем, а потом, если вы не возражаете, я задам вам пару вопросов.

- К сожалению, доктор, для начала вы ответите на мои вопросы. – Вздохнул я.

Судя по замешательству, такого начала доктор от психологии как-то не ожидала.

- Эм-м-м-м. Я постараюсь ответить на Ваши вопросы. – Яццен повертелась в своем кресле. – Что вас интересует?

- Первый вопрос. – Я сделал вид, что задумался. – Вы доктор «флотский» или «штатский»?

- А разве это имеет значение? Могу вас уверить, что моя научная степень в достаточной мере…

- Доктор, вы не поняли. – Я вздохнул. – Я не оспариваю вашу научную степень. Просто я должен знать ваш статус, ведь ответы на некоторые ваши вопросы будут зависеть от вашего доступа, а не специализации. Кстати, я настоятельно рекомендую отключить рекордеры – согласно седьмого пункта «Правил…», вести запись бесед со старшими офицерами Флота можно исключительно по разрешению СБ Флота и только после официального уведомления о записи разговора. Кстати, как старший офицер, я НЕ даю разрешения на запись либо использование моих ответов для печатных работ, либо исследований.

Несколько секунд доктор Яццен переваривала услышанное, подергивая правым глазиком.

- Хорошо, капитан. Я – «штатский» психолог, назначенный комиссией под председательством адмирала Хэлси для освидетельствования команды корабля «Орвилл». Мой доступ-разрешение «А5». Вам объяснить, что это означает?

Забавно.

«А5» - Высшая флотская категория, присуждаемая только после восьми лет работы на Флот.

- Нет. – Я покачал головой. – Второй вопрос. Сколько лет вы работаете на Флот?

- Четыре месяца.

- Увы, доктор, вынужден заявить, что никто из экипажа «Орвилла» не будет проходить Ваше освидетельствование. Более того, покинув этот кабинет, я буду вынужден обратиться в СБ Флота. – Я начал вставать из удобного кресла, стараясь покинуть кабинет как можно быстрее.

- Проблема в том, что я – женщина, что я – в инвалидном кресле или в личной неприязни? – Доктор выкатилась из-за стола в кресле и замерла, ожидая ответа.

- Проблема в том, доктор, что вас подставили. – Я расстегнул китель. – Доступ-разрешение «А5» не может предоставить никакая сторонняя комиссия, кроме врачебно-консультационной, состоящей из специалистов с доступом не ниже «А3» и только специалисту, отслужившему на Флоте не менее восьми лет. Никаких исключений нет ни для адмиралов, ни для господа бога. Далее, я не сомневаюсь в вашем профессионализме, но психология военнослужащего имеет свои нюансы, о которых Вам, возможно, упоминали при обучении, но не заостряли внимание. Да, общие факты и реакции. Но профдеформация, увы, никуда не девается.

- Это мнение капитана Флота Альянса? – Было видно, что девушку «зацепило». – Между прочим, психология – точная наука!

- «Точная наука» - это физика, химия и математика, но и там есть исключения. – Я развернулся и вышел вон из кабинета, попутно доставая планшет и связываясь с отделом СБ, курирующим «психологическое направление» на нашей базе.

Пусть покрутятся, волки позорные, а то в последнее время как наберут по объявлению, так хоть стой, хоть падай.

Попутно сделал рассылку всей команде, а то знаю я, кто-нибудь, как тот же Ламарр, обязательно вляпаются в это дерьмо, а мне потом бегать и объяснять, что старший инженерной группы у меня не дебил, а гений с IQза 176…

***

- … И кто вместо меня? – Я смотрел на своего куратора, пытаясь понять, как это, начинать все с чистого листа.

- Капитан Ким Вирр-Ё. – Куратор, сидящий в кресле напротив, усмехнулся. – Келли твоя так и останется перпомом. Гордон первым пилотом. Так что, кроме тебя, на корабле сменится доктор Антония, ей оформили перевод на станцию «Мотра».

- Значит, еще один прыжок… - Я вздохнул, принимая действительность.

- Один прыжок. Потом капитан звездного флота Альянса Эд Мерсер выйдет в отставку по состоянию здоровья, а инспектор 3-го класса СВР Э. Мерсер начнет свою трудовую деятельность. Получишь на «Мотре» свой персональный кораблик класса «Проныра», «Такса» называется. Перегонишь его на JR-23, для модернизации и… Милости прошу в жестокий мир внутренних расследований. Кстати, заскочи домой, вещички упакуй. – Куратор почесал затылок. – В «муравейниках» инспекторам жить запрещено, после того как один псих взорвал целый дом, чтобы поквитаться с инспектором. Будешь теперь жить на лоне природы. Заодно и бывшая твоя тебя из вида потеряет, а то с ее знакомствами и врагов не надо. Да и…

Куратор протянул мне кристалл памяти.

- На, изучи на досуге. Может и подло, что я тебе это даю, но… Если не дам буду чувствовать себя совсем говном. И давай, вали уже домой, а то на тебя все психи базы зубы точат!

Взяв кристалл, сунул его в карман и поплелся сперва на «Орвилл», собирать свои небогатые пожитки.

Все равно последний рейс, так что и вещи там держать смысла нет.

Собрав в каюте накопившееся барахло, оставил минимальный минимум, который, в случае чего, поместится в один «самобеглый чемодан». Подумав, оставил куртку с клинком, их я точно с собой на «Таксу» заберу, сразу. А все остальное… Форму Флота мне больше не носить потом, а мелкие безделушки много места не занимают.

Выбравшись из корабля на станцию, вызвал «капитанское такси» до ангара с челноками и…

Бывает такое, что словно кто-то за руку тянет, отводя от беды.

Вот и сейчас меня дернуло в сторону.

Стоящая рядом женщина в форме лейтенанта медслужбы покосилась на меня и опасливо сделала шаг в сторону.

Чувство опасности поворчало и успокилось, но стоило мне лишь подумать о женщине, как снова взвыло, требуя либо бежать, либо бежать еще быстрее!

Тут не «бей-беги», тут сваливай на всех парах!

Глянув на женщину еще раз, отменил заказ, отошел в сторону и нажал кнопку экстренного вызова, перепутав станционную службу безопасности с корабельной.

- Капитан! – Алара выскочила из служебного прохода и замахала мне рукой, привлекая внимание.

А затем, резко махнула рукой, командуя падать на палубу.

Я и рухнул.

Отработанные за эти месяцы сигналы намертво въелись в подкорку, спасая мне жизнь.

Где-то над моей головой прошуршал луч тяжелого излучателя и спину припекло, вынуждая взять «низкий старт» и уносить ноги из положения лежа.

Следующий выстрел пришелся в мой чемодан, а потом я уже закатился за уголок, прижался к стеночке и выдохнул.

За углом прошипело еще два раза, а потом из-за угла мягко осело на палубу пробитое в двух местах, женской тело, все еще сжимающее в руке хорошо знакомый, крилльский бластер, который я тут же выдернул и, перехватив, направил на мелко подрагивающее от агонии, тело.

- Эд! Чисто! – Алара, придерживая продырявленную левую руку, появилась через секунду. – Ты как, капитан?

- Как огурчик… Зеленый и в пупырашку… - Признался я, поглядывая на замершее тело. – Это что, крилльский диверсант?

- Нет, Эд, хуже… Это – человек. – Алара шмыгнула носом. – Но, на всякий случай…

В руке девушки появился белоснежный нож, которым она с одного легкого движения отделила голову от туловища.

Вместо привычной красной крови на покрытие пола вытекло лишь пара пара капель зеленоватой сукровицы.

- А, нет… Криллька… - Корабельная безопасница плюхнулась рядом. – Странно, что ее сканеры не взяли…

- Это не странно, это – хреново! – Я встал со своего места и пошел смотреть, что там с моими вещами. Тем более что в кармане чемодана должен был быть наш медизлучатель…

За углом обнаружилось еще одно тело – неприметный мужик в форме техника станции, которому выстрел Алары напрочь снес верхнюю часть черепушки.

А вот чемоданчику пришел абзац – чья-то безжалостная рука всадила в него два разряда и теперь он, чадно дымил, доказывая, что рукописи, все же, горят…

А медкомплект воняет…

Вернувшись к Аларе, снял с пояса ремень и перетянул выше раны, останавливая кровь.

- Шарлатанство… - Пробурчала медичка, увидев мое «творение». – Безобразие!

Ну да, хорошо кричать «шарлатанство», когда у тебя на жопе болтается целая сумка с препаратами!

Домой попал только заполночь – СБ, вжаленная дестяком террактов, произошедших на базе, устроило самую натуральную зачистку, вытащив из-под «ковра» весь, месяцами, заметаемый мусор.

Люмпены, давно и прочно оккупировавшие технические этажи и тоннели, сплошным потоком загружались в орбитальные лифты, уносящие их вниз, в горячие руки полици, у которой глаза лезли на лоб и от запахов человеков, и от их количества.

Если верить Аларе, за пару часов, только с ангарного яруса вниз переселилось более двух тысяч человек, уже не один год живущих в темноте тоннелей и лазов станции.

Бедные «члены» Совета, напуганные за собственные жизни, пачками, вместе с детьми, секретарями и любовницами, переселялись на корабли, чемоданами таща контрабанду, набранную за время пребывания в спокойной Солнечной Системе.

Мужественные адмиралы, собрав вокруг себя шавок личной охраны ушли на заседание, отгородившись от внешнего мира тройной стеной бронированных переборок.

Вспоминая всю суматоху, со стоном выбрался из «форменки» и пополз в душ, отмываться от крови Алары и запаха горелого барахла.

СБ-шные сцуки даже не дали умыться, торопясь нас допросить.

А потом еще четыре часа мурыжили, заперев в комнате отдыха, и отбрехиваясь, что это все ради нашей безопасности.

Забравшись под горячие струи воды, искренне пожалел, что нет рядом Келли и ее чудесных рук.

Сейчас бы натрахаться от всей души и проспать до самого отлета «Орвилла»!

Приняв душ, чертыхнулся и принялся разбирать «сохранившиеся» вещи.

Книги дотлели все.

Белье выбросил еще на станции.

Вот и осталось мелочевка, типа лягушенка Кермита, с отстреленной лапой, «ловец снов», основательно прокоптившийся, да три пары носок, что лежали на самом дне, запакованными в вакуум-пакеты.

Да уж, называется, «избавился от формы»!

Зевая, заказал пару «повседневок» и одну парадку, на всякий случай.

Дожидаясь доставки, заварил себе чай и уставился в окно, любуясь ночным городом, не спящим, залитым светом, суетным.

Трель дверного звонка заставила меня подпрыгнуть, а в голове закрутилось, что пришла Келли.

Правда, вместо Келли, за дверью оказалась соседка, какая-то округлившаяся и бесконечно мило пахнущая семейной жизнью.

- Привет, сосед! – Нина помахала мне рукой. – Тут к тебе женщина приходила, оставила письмо.

Странно.

Кто бы мог оставить письмо?!

Келли бы предпочла вызов.

А больше у меня тут особо и не кому.

Я стоял и вертел в руках уже слегка помятое письмо, до сих пор пахнущее сладковатыми женскими духами.

- Давно была?

- Через две недели после твоего отъезда. – Нина сонно зажмурилась. – Сосед, я спать пойду, утром поговорим, хорошо?

Закрыв за Ниной дверь, тихонько сполз по стеночке спиной, сопливя, шмыгая носом и едва не воя.

Почерк незнаком.

А вот запах…

От души выматерившись, выдохнул и добравшись до спальни, аккуратно положил письмо на тумбочку, рядом.

Оно столько меня ждало, подождет и эту ночь.

А иначе я с катушек съеду!

Завернувшись в одеяло и спрятав нос, постарался выбросить все из головы.

Утро вечера мудренее.

Утром, сложив все вещи в два чемодана, огляделся по сторонам, мысленно прощаясь со стенами, почти ставшими мне домом.

Попробовал попрощаться с Ниной, но, соседка, видимо, сладко спала, так что, оставил записку и загрузился в лифт.

Осталася пустяк – улететь капитаном, а вернуться инспектором.

Добравшись до СВР, оставил там один из сундуков с вещами в камере хранения– он поедет в мой новый дом, а второй…

Этот со мной, на орбиту.

Через два часа, закинув «форменку» в шкаф, отправился принимать «Орвилл» после очередного обновления.

Пока суетился и подписывал документы, собрался экипаж, о чем-то тихонько болтающий в кают-компании и потягивающий неспешно напитки.

Да…

Как гласит народная мудрость: «Работая верой и правдой по восемь часов, ты получаешь право стать начальником и работать по двенадцать»!

- Капитан Мерсер! – Вошедшая на мостик Ким в новенькой форме капитана Флота Альянса замерла навытяжку. – На этот полет я исполняю обязанности вашего первого помощника!

- А что с командором Грейсон? – Бортус развернулся и грозно наморщился, всем своим видом выражая неудовольствие.

- Здесь я, Бортус! – Келли вплыла на мостик с рукой на перевязи. – Просто проблемы с рукой.

Я едва удержался от многозначительного хмыканья.

Любые проблемы с переломами и прочими неприятностями в медотсеке исправляют за сутки, Городону ногу отращивали 34 часа, так что…

Явно тут «заговор», чтобы спокойно ввести Ким в экипаж и без участия Келли, врача и штаба Флота никак не обошлось.

Мерзко, что меня не поставили в известность, но таковы придворные игры.

- Капитан Вирр-Ё, добро пожаловать на мостик. – Я указал на кресло рядом с собой. – Командор Грейсон, рад вашему появлению, но вынужден настаивать на продолжении лечения.

- Да, капитан! – Келли белозубо улыбнулась и упорхнула с мостика.

А может это и к лучшему, что этот полет будет без нее?

- Капитан? – Ким слегка коснулась моей руки. – Все в порядке?

- Да, Ким. – Я помотал головой. – Гордон, выводи нас! Навигатор, курс станция «Мотра».

- Есть станция «Мотра»! Четыре прыжка. Семь часов, семь часов, тридцать девять часов, шестнадцать часов. – Лейтенант Анара Логин на мгновение замерла. – Обновление навигационных данных. Поправка. Пять прыжков. Семь часов, семь часов, двадцать три часа, девятнадцать часов, семнадцать часов.

- Перпом, проверка.

- Подтверждаю, пять прыжков. – Ким отвела взгляд от своего планшета, на котором перепроверяла траекторию. – Все верно, капитан Мерсер.

- Гордон, поехали!

- Да, капитан! – Маллой принялся колдовать над своим пультом. – 3, 2, 1…

По корпусу пробежала легкая волна перегрузок.

- Айзек? – Я посмотрел на нашу железяку, ожидая рапорта.

- Ядро в порядке. ПО в порядке. Вибрация связана с нарушением центровки. Палубная команда исправляет. – Айзек поднял свою голову. – Внести в докладную, капитан?

- Нет, просто дай пинка Берлии, он заслужил. – Усмехнулся я. – Только не отбей ногу о его каменную задницу.

- Да, капитан. – Айзек вернулся к своим экранам.

- А так можно? – Ким наклонилась ко мне. – Все-таки, нарушение инструкции.

- Ким. Челноки устанавливались на станции, так что вина «палубной команды» в излишней доверчивости. Можешь мне поверить, Берлии уже понял, где пролетел и впредь таких ошибок не повторится.

- Вы капитан. – Женщина покачала головой.

- Угу. Не долго осталось. – Хмыкнул я себе под нос так, чтобы не услышали.

Прыжок за прыжком, скучно, буднично и сонно.

Ким прекрасно справлялась, успев перезнакомиться со всем экипажем и, судя по тому, что я видел, у них с Гордоном все завязалось как-то очень серьезно, чему я был очень рад.

Уж если кто и заслуживает счастья, так это точно Гордон!

- Выход через 3, 2, 1… - Наша сладкоежка забавно почесала ухо. – Капитан Мерсер, конечная станция!

Вот уж воистину – «конечная станция»!

- Гордон, заводи нас на станцию. – Я потянулся в своем кресле. – Перпом, связь.

- «Мотра» ожидает прибытия, капитан. Данные по системе получены, все спокойно. – Ким выдохнула. – Капитан… Можно мне сделать сообщение по общей сети, личное?

- Конечно. – Я не по уставному махнул рукой. – Валяйте.

- Внимание! Весь свободный от вахты экипаж «Орвилла» приглашается завтра, в семь вечера в кают-компанию! – Женщина глубоко вздохнула. – Будем праздновать помолвку!

Судя по гулу, покатившемуся по кораблю, объявление вызваало целую бурю эмоций!

А у Гордона аж уши вспыхнули!

Глава 28

- Каждый человек счастлив по-своему. – Я почесал нос и широко улыбнулся. – И каждый идет к своему счастью своей собственной дорогой. И я рад, что дорога Гордона, моего лучшего друга, наконец-то привела его к любви. За дороги, оканчивающиеся любовью! За Гордона и Ким!

Уже изрядно нетверезый люд радостно подхватил тост и принялся стукаться и чокаться.

А я, мельком глянув на часы, тишком, отошел к стеночке и, по стеночке, по стеночке, по стеночке, покинул веселящийся зал.

Что же, главное сказано.

Через два часа «Орвилл» оповестит команду о смене капитана, правда, боюсь, присутствующие поймут сказанное уже утром, когда пройдет сумбур и сумятится всеобщего веселья.

Украдкой оглянулся у порога, стараясь запомнить всех вот такими.

Счастливыми.

Даже Келли.

Помахав рукой, прошел по пустому коридору, поднялся к себе в каюту и снял уже почти чужую теперь, форму и сложил ее в чемодан.

Инспекторам проще – у них есть только «парадка», которая ждет меня на борту «Таксы», а сейчас…

Я с наслаждением облачился в привычные мне черные, чуть расклешенные снизу, джинсы, серую водолазку и подошел к окошку автомата, заказав себе простенький бокал хереса.

Побродил по пустой каюте, в которую скоро переселится Ким, а там, глядишь, и Гордон.

Выглянул в фальшокно, любуясь совсем другими звездами.

Нет.

Мне не грустно.

Разве что так, самую капельку.

Сериал оказался говно, но вот в реальности…

А вот с реальностью я-то как раз и не разобрался.

Вроде она мне и нравится, а домой тянет.

И жить хочется, и хочется уже к себе, на Ничейницу, под бочок к своей сумасшедшей Вельде.

И даже к герцогине.

Запнувшись о чемодан, дал ему команду двигаться на «Таксу», проводил взглядом и уселся «на дорожку».

Уходить надо красиво.

А лучше – чтобы никто не заметил.

Выбросив бокал в утилизатор, одел куртку и закинул на плечо ремень чехла с клинком.

Все.

Теперь тут меня точно нет.

- «Орвилл». Подтвердить освобождение каюты капитана.

- Подтверждаю, каюта освобождена. – Мне показалось, что голос корабля немного дрогнул, но это вранье.

«Орвилл» - не искин из книжек и у него нет систем эмоций.

Он просто корабль, к которому я привык и начал наделять человеческими эмоциями.

Вот и все.

- Закрой за мной дверь, я ухожу.

- Легких дорог на новом месте, капитан Мерсер! – «Орвил» закрыл за мной дверь и перемигнул зеленый сенсор у двери на красный.

Теперь кроме Ким никто сюда попасть не сможет.

Пройдя по коридору, протянул руку к сенсору лифта и…

Дверь открылась – «Орвилл» любезно держал лифт, дожидаясь моего ухода.

Мило.

И даже тепло.

Перебравшись с корабля на станцию, прошел контроль и направился к следующему лифту.

- Капитан Мерсер? – От стены отлепился человек в обычной куртке-«брезентовке» на которые на Земле мода не проходит уже лет пятнадцать. – Эд Мерсер?

- Так точно. – Я поправил на плече вечно сползающий ремень.

- Тай Манок, инспектор пятого класса.

О, собрат!

- Не выдержали, да?

- Да, пока народ веселится, смылся. – Признался я, разводя руками.

- Слышишь, Эл, с тебя «конина»! – Тай расхохотался, а на полу, из неприметной щели начала вытекать хорошо мне знакомая по «Орвиллу» желатиновая форма жизни, собираясь в бесформенную лужицу.

- Все инспектора-люди такие… - Эл вытянул щупальце, здороваясь со мной. – Эл, инспектор пятого класса.

- Специально встречали? – Полюбопытствовал я, пытаясь понять, зачем они здесь.

- Надо присматриваться к пополнению, тем более такому простодушному, что взялся лететь на «Проныре». – Тай расстегнул карман. – Держи.

Тонкий золотистый значок перекочевал из руки мужчины в мою.

- Носишь на внутренней стороне или и вовсе прячешь в карман, поглубже. – Тай вздохнул. – В каюте не оставляешь, другим не передаешь.

- Это рекордер. – Эл, видя мое непонимание растянул свое подобие лица в огромной улыбке. – В случае твоей гибели, нашедший обязан передать его СБ, а уж та передаст в СВР, где, после декодинга, все последние десять суток твоей жизни станут известны.

- И прими добрый совет… - Тай помрачнел. – Никогда не таскай его с собой – примета дурная.

- Особенно не бери чужие. – «Желатинка» тяжело вздохнула. – Обязательно беда будет!

- Принято, понято… - Я сунул значок в кармашек на чехле. – Штраф большой?

- Только в случае смерти! – Тай расхохотался. – Давай, капитан, легкой тебе дороги!

Оба инспектора, помахав на прощание, потопали по своим делам, а я – по своим.

Спустился на два яруса, на этаж СВР и протянул документы стоящему в будке охраннику.

- Капитан Эд Мерсер, уволен в запас по состоянию здоровья. – Охранник забрал мой старый идентификатор и протянул новый, уголно-черный, с серебристыми вставками. – Инспектор Эд Мерсер, добро пожаловать в семью.

Вот и все.

Теперь уже точно – совсем все!

Убрав документы во внутренний карман, подошел к арке сканера и положил руку на сенсор.

«Капитан Эд Мерсер, судно «Орвилл». – Голос компьютеризированной системы, холодный и звенчащий резанул по ушам. – Отставка принята. Инспектор третьего класса Эд Мерсер прибыл на службу».

Отметившись у старшего ангарной службы, прошел к «Таксе», печально притулившейся в самом дальнем углу ангара.

Кораблик длиной в тридцать шесть метров длины, семнадцать высоты и девять – ширины, одноместный, неказистый, точнее, прямо скажем, выглядящий убого открыл пассажирский люк, принимая меня в свои внутренности.

- Инспектор Мерсер, добро пожаловать на борт! – «Такса» обладала противным мужским фальцетом, от которого сразу заныли зубы. – Системы подготовлены и заправлены, работоспособность корабля девяносто три процента. Готовность к немедленному старту – сто процентов.

- Отлично, «Такса». – Я пошел по коридорчику в сторону рубки управления. – Вызывай диспетчера, я хочу свалить отсюда как можно скорее.

- Разрешение получено. – «Такса» странно скрежетнула, словно динамики были не совсем исправны. – Старт по вашей команде.

Я вошел в рубку, сунул клинок в шкафчик для личных вещей и плюхнулся в кресло.

- Старт, «Такса»!

***

- Борт 400, добро пожаловать в JR-23! – Диспетчер системы был весел и добродушен. – Как добрались?

- ХУОВО! – Рявкнул я, издерганный на нет.

- Как мило. – Диспетчер развеселился еще больше. – Станция семь, док три, вас ожидают.

- «Такса», автомати… А, млятт… Ручное управление! – Добрых три часа я «танцевал» по системе, уклоняясь от кораблей, корабликов и кораблищ, пока не добрался до указанного дока и не влетел в него, успев лишь в последний момент сбросить скорость на ноль и опустить «Таксу» на выдвинувшиеся из корпуса, лапки.

- Станция семь приветствует инспектора Мерсера! – Автоматическая служба дока перехватила управление и я, наконец-то, отвалился на спинку кресла. – Можете покинуть корабль!

О, да!!!

Это я с превеликим удовольствием!

Заскочив в каюту, забрал личные вещи и с дробным топотом побежал по коридору на выход.

- Хорошо отдохнуть на станции, инспектор Мерсер! – Фальцет «Таксы» стал дребезжать еще больше, при этом глотая уже не буквы, а целые слова!

Вылетев на станцию, едва не снес трех мужичков в форме техника, инженера и совсем без формы, то есть в штатском.

- Инспектор Мерсер! Как вам полет на «Таксе»? – Мужчина в штатском, высотой мне по грудь мило улыбался, вызывая острое желание его отп…

Побить!

- Надеюсь, вам понравилось?

- А вам понравится летать в гробу?! – Я ногой притормозил самоходный чемодан, который, как и я стремился покинуть окрестности «Таксы» как можно скорее. – Это не корабль, это даже не каноэ с крыльями! Это – лилипучий дом! Это глист на теле космоса! Собачья конура, в которой и собака откажется жить!

Я сбросил клинок на «сундук» и расстегнул куртку.

- Какой мудак его придумал?! Он хоть раз на нем сам-то летал?! Он же по скорости, как улитка! У него маневренность как у пакета с просроченным кефиром! А компьютерная система?! Ее что, сняли с катафалка?! А СЖО?! Ее вообще хоть кога-нибудь проверяли?! А потолки? Какой мудакан догадался сделать высоту потолка в два метра?! Ладно, наши мудаки адмиралы сами не летают, но как ЭТО приняла приемная комиссия?! Ее что, набухали до скотского состояния, что они на четвереньках по кораблю перемещеались?! – Я сжал кулаки. – А отсечные переборки?! Как можно было догадаться, в какой жопе подсмотреть, поставить ОДНУ переборку и то – на входе в рубку?! То есть, если ты уснул, обедаешь или возишься в инженерном отсеке, один выстрел и все, ты сдох! А кресло пилота?! Его что, в детском саду украли? В него не то что в скафе, как по предписанию положено, в него, млятт, даже в куртке не влезешь! А кухня?! У какого идиота пришла в голову мысля совместить кухню и туалет?! Он сам-то пробовал готовить над унитазом?! Системное ядро, программное ядро, их вообще рассматривали как основу для корабля?! Три слоя брони! Три! Да не по уму, а, с какого такого хрена навешали основными плитами самые тяжелые? Вы их, млятт, попробуйте с места сдвинуть, для быстрого ремонта! Млятт, ну нельзя на шасси легкого танка навешать броню тяжелого и гордо сказать, что получили средний! На детский велик кабину истребителя напихали, а «крутить педальки» оставили! Я семнадцать! Семнадцать суток добирался до системы! Четырнадцать отказов систем! Каждый прыжок – перегрев ядра! Это я еще про говно, хлещущее во все стороны при любом маневре молчу!

Я набрал полную грудь воздуха.

- Встречу конструктора – запихаю в унитаз! А комисии – подсыплю снотворного и слабительного, чтобы спали и срались, срались и спали! – Я выдохнул. – А производителя – собакам скормить, если не отравятся…

- Отравятся. – Инженер странно посмотрел на мужичка в костюме. – Адмирал Одзава – исключительная личность!

- Это та с… синяя пачка, что решила офицера криллам вернуть? – Я скривился. – Надеюсь, в аду ее будут пользовать в ж…

- Тихо, инспектор! – «Бесформенный» сорвался на фальцет. – Как вы смеете так говорить о боевом офицере, о женщине, в конце концов!

- Боевом офицере?! – Я расхохотался. – Да адмира Одзава дальше Плутона ни разу не вылетала. И адмиралом стала знаете каким способом? Она была водителем-секретарем у адмирала Делли. Мне дальше продолжать? Как Делли ее выдал замуж за Хойдек-индастриз, как она ужасно удачно развелась? Как стремительно окончила академию, за год? Только то, что вы штатский и далеки от Флота вас и извиняет…

А вот теперь и техник, и инженер взбледнули.

«То, что все и так знали, но не желали говорить».

- Эм… Адмирал Одзава командует тяжелым крейсером «Олимпия». – Инженер опустил взгляд, словно на полу появился невероятной красоты орнамент.

- Насколько я помню, адмиралы командуют флотами. – Я расхохотался. – А «Олимпией» командует капитан Лэсс. Кстати, любовник адмиралки, которого она и не скрывает.

- Да по ее методичкам сражается весь флот! – Штатский уже покраснел от ярости и принялся сжимать кулаки, готовясь кинуться в драку.

- Ага. А также по методичкам адмирала «Скрюченного хера», и несет потери, потому что методички эти – такое же говно, как и он сам. – Читал я эти методички.

Если бы на «Орвилле» им следовали, то в первом же бою «Орвилла» не стало!

- Это оскорбление!

- Это констатация факта. – Я тяжело вздохнул, вдруг осознав, что объяснять что-то этому штатскому, все равно что слепому объяснять, что такое лунная радуга. – Такого же как «дебил» для конструктора «Прыгунов». Такое ощущение, что при проектировании корабля, у его создателя на калькуляторе работало исключительно деление на ноль!

- «Проныра» - отличная серия!

- «Проныры» - из серии «говно в проруби»! – Отрезал я. – Хотите на собственной шкуре попробовать? Вон, «Такса» свободна, милости прошу до «Мотры» и обратно. На собственной шкуре убедитесь, что у этого корабля ошибка в генах… Его создателя!

Вот тут-то штатский не выдержал.

Бодро кинулся на меня, замахнулся…

И с визгом развернувшись, побежал, не разбирая дороги и натыкаясь на людей.

Обернувшись на «Таксу», дал себе зарок на нее не возвращаться ни при каких обстоятельствах, теперь на собственной шкуре понимая, почему инспектора предпочитают добираться до финишных точек на «попутках»!

Да пока на ней хоть куда-то долетишь, успеешь вообще везде опоздать!

- Ох, инспектор, умеешь ты заводить друзей! – Инженер проводил взглядом убегающего штатского, от которого народ шарахался, как от чумного. – Самого конструктора «Проныр» в говне искупал!

- Жаль, что метафорически… - Вздохнул я, растирая лицо руками.

- Он обязательно на тебя накапает. – Техник оглянулся по сторонам. – Добежит до выхода, подкопит говнеца и вывалит все!

- Да пусть сперва добежит. – Я усмехнулся. – А если и добежит, что мне штафирка сделает? В суд позовет?

- Накапает адмиралу. Он такое уже делал. – Инженер вздохнул. – Ох, инспектор, чует мое сердце, наделаешь ты тут делов!

- Да ничего я не наделаю. – Честно признался я. – Сейчас мне сунут предписание и отправят инспектировать белых медведей в экваториальной части заповедника Гонди…

Техник и инженер переглянулись и заржали.

Гонди, вообще-то, называют «заповедником» исключительно потому, что там выпускают совершенно секретные торпеды…

- Ох, инспектор, уморил… - Инженер вытер набежавшую слезу. – Иди уже, а мы твоей «Таксой» займемся…

- Сегодня же напишу отказную! – Твердо пообещал я, наконец-то выдохнув и успокоившись. – Ноги моей на этом тазу с гайками не будет!

Гордо пнув сундук и закинув на плечо клинок, пошел к выходу из ангара, навстречу судьбе.

Правда, далеко не ушел – метров через пятьдесят меня уже поджидал еще один типус с планшетом в руках, который при виде меня начал прыгать.

Учитывая, что «попрыгунчик» был такой же синекожий, как и бывший любовник Келли, приятных ассоциаций у меня не возникло.

- Инспектор Мерсер?

- Да. Слушаю внимательно. – Я притормозил разогнавшегося сундука и приготовился как можно дороже продать свою любимую шкуру.

- Меня зовут Ал Цефф, я занимаюсь устройством персонала на станции. В связи с ремонтом вашего корабля…

- Я отказываюсь летать на этом корабле. Даже после ремонта! – Я набычился, предчувствуя проблемы.

- То есть, Вы можете приступить к несению службы сразу, как расположитесь? – Цефф еще раз подпрыгнул.

- Несомненно.

- Замечательно! Сейчас все инспектора в разгоне и Ваша готовность приступить к работе немедленно для нас очень важна! Сейчас я провожу Вас в вашу каюту и через три часа буду ждать в конференц-зале, где вы получите данный для проведения первой проверки. – Цефф вдруг перестал прыгать и протянул мне планшет. – Распишитесь! Сперва о прибытии, потом об отказе от корабля, потом о заселении…

- И что, многие отказываются от кораблей? – Я поставил несколько Мерсеровских росписей и вернул планшет пареньку.

- Все. – Паренек скривился. – Вообще – все! – представляете, за год, что я тут, «Проныры» только копятся, ремонтируются и списываются, хотя не налетали положенного потолка!

- Да я уж заметил… - Я помотал головой. – У моего «Проныры» налет девяносто семь дней и двадцать девять прыжков.

Парень что-то посмотрел в своем планшете и улыбнулся.

- Что, много?

- Нет, мало. Обычно у «Проныр», в среднем, налет двести дней и пятьдесят прыжков, потом все, никто не горит желанием с кораблем связываться и их списывают.

Мы вышли из ангара в огромный станционный коридор, залитый теплым, желтоватым освещением.

- И много списали? – Я повертел головой, ожидая подходящего транспорта, на парень просто перешел через «дорогу» и вызвал лифт.

- Практически, все. – Ал оторвался от планшета. – За семь лет закупили одну тысячу триста семьдесят один корабль типа «Проныра», за первые три года списали восемьсот, сейчас осталось одиннадцать кораблей этого типа. Приписаны за инспекторами всего два.

- Охренеть… - Мы загрузились в лифт и Цефф ткнул пальцем в кнопку с цифрой «5».

- Инспекторами неоднократно подавались жалобы на качество кораблей и потому руководство СВР приняло решение разрешить перемещаться сотрудникам по заданию на «попутных» кораблях, либо, при наличии средств, заказывать кораблики по индивидуальному заказу. Правда, дороговато, но все, кто старше третьего класса, заказывают «под себя». – Ал отключил планшет и вздохнул.

- И насколько дорого? – Я припомнил, что у меня на счете запас есть, так что…

- Миллион пятьсот, если брать серийный, а уж если индивидуальный, так и до пяти может доходить.

- А где заказывают?

- Да прямо тут и заказывают, чего далеко бегать. – Цефф вдруг отчаянно зевнул. – Простите, долгий день выдался.

- Скинь номера мастеров. – Я едва удержался от ответного зевания. – Поговорю, может, закажу.

Через секунду на мой планшет пришел список номеров от неизвестно абонента.

А еще через секунду лифт замер и гостеприимно распахнул двери.

В нежно-салатный коридор с неяркими голубоватыми светильниками и целым дендрарием вдоль стен!

Кто-то неслабо так расстарался с цветами и даже низенькими деревцами, устроив самый натуральный ботанический сад!

- Офигеть… - Вырвалось у меня. – Красота!

- Да, каждый из инспекторов старается привезти из планетарных командировок хоть один цветочек. – Цефф улыбнулся. – Сложновато их бывает «подружить» друг с другом, но оно того стоит! У нас тут есть даже совсем уникальные виды с Торга, с Улисса, с Лайды… Есть и земные, например, десяток самых настоящих тополей, но это дальше, в зале психологической разгрузки…

- Самые настоящие тополя? – Я замер. – С пухом? Или пирамидальные?

- С пухом. Пирамидальные слишком высокие. – Ал развел руками. – Тяжеловато бывает, когда пух летит, но зато, когда СЖО прорвало, у нас на ярусе быстрее всех высохло! Тополя всю воду за сутки «выпили»! И воздух тут самый лучший! С освещением, конечно, пришлось попрыгать, зато и результат!

Синекожий фонтанировал эмоциями так, что казалось, что он вот-вот тут и помрет от счастья.

- Ваши апартаменты номер 43. – Мы остановились между горшком с розами, мелкими и одурительно пахнущими и самым настоящим виноградом, с зелеными гроздьями, от которых я не удержался и отщипнул одну ягодку.

Вкусно, блин!

- Оставлю вас разбираться с вещами. – Ал снова улыбнулся. – Напоминаю, через три часа в конференц-зале, это дальше по коридору, приблизительно 500 метров.

Синекожий оставил меня в одиночестве, а сам упорхнул по своим делам.

Закрыв за ним дверь, оглянулся и присвистнул.

У меня такой квартирки еще не было!

Три комнаты, одна из которых – просторная кухня-гостиная, спальня обычная, а вот третья комната была три-в-одном: кабинет с огромным экраном на стене, тренажерный комплекс из разряда универсальных и «виртуалка», причем, бывший владелец оставил все свои программные наработки, больше трех десятков, так что…

Будет где развлечься!

Разобравшись со шкафами, заказав новое постельное белье и приняв душ, сел за экран и активировал свой доступ.

Офигенный, прямо скажем, доступ!

Ради интереса вбил свои работы в поисковик и нашел более полусотни упоминаний и даже пару перепечаток, одна уже с дополнениями кого-то толкового, а вот вторая – упоротая копипаста, автор которой перемежал выдернутые из работы куски своими туповатыми комментариями, от которых хотелось блевать.

В конце концов мужественный автор сделал вывод, что я – ни разу не служивый и вообще, что все я выдумал, взял из головы и придумал на ровном месте.

Не удержавшись, вызвал станционного псевдоискина и от души «наябеднячал» на бедолагу, указав авторов, чьи труды использовал.

Если «получится» - бедолагу штрафанут и за плагиат, и за недобросовестность.

Эх, узнать бы имя – было бы вообще шоколадно.

Ну, да пофиг, железка сама все узнает и вынесет вердикт.

Повосхищавшись доступами, глянул на часы и сорвался с места – три часа пролетели с такой скоростью, что я их не заметил.

В конференц-зал входил пусть и не самым последним, но уже в «хвосте» небольшой группки инспекторов, что-то обсуждающих и громко ржущих.

Усевшись на «камчатку», принялся разглядывать затылки присутствующих.

К моему удивлению, из полусотни разумных, большая часть была кселеянцами-кселеянками. Голубокожих была всего пара, а вот мокланец был всего один и выглядел весьма впечатляюще в кожаной куртке-косухе с цепями и шипами.

Ему бы еще нормальный хаер и было бы вообще огненно!

Пару минут народ продолжал общаться, а я принялся разглядывать зал.

Человек эдак на двести, с тремя огромными экранами и коротеньким президиумом, на пять стульев, из которых было занято три.

- ГХМ! – Рыкнул один из троих, привлекая к себе внимание. – Инспектора!

- Все здесь! – Ответил громкий голос кселеянки, сидящей чуть впереди меня.

- Ридна… Как в бочке затычка… - Мужик поморщился. - Ну, раз все здесь, начнем с начала.

Народ протяжно вздохнул.

Через пару минут стало понятно почему – Эйон Ли оказался жутким занудой и почти полчаса подряд поднимал то одного, то другого инспектора и прокатывался по нему асфальтоукладчиком, выжимая все соки и выдавливая все мозги.

Я за эти полчаса успел узнать, что инспекторская вольница, о которой я грезил, на самом деле оказалась работой ассенизаторов, которыми затыкают «узкие места», при чем, не всегда бескровно.

Так что из пятидесяти присутствующих тридцать три уже были ранены, а семнадцать разумных до сих пор проходят лечение.

Задумавшись, не с первого раза услышал свое имя, чем вызвал видимое неудовольствие «старшего».

- Эд Мерсер!

- Здесь! – Я встал со своего места. – Прибыл для прохождения службы…

- Прибыл – замечательно, скандалист. Теперь для всех, оглянитесь и посмотрите – Эд Мерсер, новоиспеченный инспектор третьего класса, связываться не рекомендую, так как везде таскается со своим «ковыряльником». На станцию прибыл, поскандалил, но в остальном – свой человек. В качестве наказания, летит на Амрулу, станция «Глиннок» вместе с нашей дражайшей Яной Ли…

Народ оглянулся и в глазах у них было столько сочувствия, что на минуточку мне стало себя жаль.

- Да, с Яной…

От имени меня тоже слегка передернуло, что не укрылось от Эйона.

- Что, инспектор, уже знаком?

- Никак нет. Просто ассоциации с именем неприятные.

- Могу утешить – ассоциации у тебя верные. Теперь о личности инспектора Мерсера. Нагловат, везуч, автор «Предательство, как моральная оценка крепкой дружбы», «Характеристика ксеноморфов в переложении на человеческий язык», «Психологический гамбит исторических ценностей» и «Восточный поход, разбор полетов постфактум». Кто не читал – прочесть. С вопросами к автору, пока он не улетел или, когда вернется. – Судя по пристальным взглядам, книги эти инспектора прочли и вопросов у них чуть побольше, чем «до хрена». – По сертификационным тестам – нормальный книжный червь. По отзывам кураторов – терпелив, не всегда внимателен к мелочам, с приказами, как и вы все, обращается весьма вольно. «Выживаемость» на уровне нашей Туралочки…

Народ пронзительно засвистел, осталось понять кто тут «Туралочка» и вообще, хорошо это или плохо быть на ее уровне…

- А вот приспособляемость на уровне… Меня! – Народ нехорошо посмотрел сперва на своего босса, потом на меня.

Ох, чую, не к добру все это сказали!

- Так… Раз познакомились, теперь все вон, а ты, Мерсер, подойди ко мне… - Народ начал расходиться, а я пошел к боссу.

- Значит так, Мерсер. Ты летишь с Яной. Поэтому нигде не отсвечиваешь, ни на какие вопросы не отвечаешь, ни за что не отвечаешь. Смотришь и учишься, как вести себя не надо. – Эйон вздохнул. – Умничать не рекомендую. Знания демонстрировать – запрещаю! Заодно – прими мои соболезнования, ты в ее вкусе, так что, считай, тебя обязательно вые… . «Ковыряльник» обязательно возьми с собой, Дочке адмирала Хаука нравится все длинное и холодное. Да и на Амруле, и на станции «Глиннок» полно дорлоков, а они помешаны на холодном оружии. Если будут приставать – разрешаю отрезать пару рук-ног… Но не более!

Шеф странно скривился.

- Не буду скрывать, дело там плевое, ты, главное, только никуда не лезь, ради всех небесных карликов!

Глава 29

- … Дело там плевое! Разрешаю отрезать! Будут приставать… - Я упорно работал четырьмя костями, унося задницу от теплой встречи, устроенной мне дорлоками, обиженными тремя отрезанными руками и одной ногой. – Янка, шевели поршнями, жопой чую, догонят и у тебя будет обильный секс!

- А почему только у меня?! – Молодая женщина замерла, как вкопанная перегородив проход в трубе. – А у тебя, значит, нет?!

- Меня просто нашинкуют, а тебя точно нашпигуют и отправят к папе! – Я не удержался и ущипнул даму за зад. – Шевели своими очаровательными бедрами, фитоняшка!

- Фито… Кто?! Ты меня сейчас деревом обозвал?!

Н-да-а-а-а-а-а…

В этом вся Яна!

Где не знает, там обязательно обидится!

- Янка!

- Ползу я, ползу! – Дочка адмирала решила перенести выяснения отношений на потом и рванула с низкого старта, оставив меня далеко позади.

Всегда бы так, чесслово!

Метров через сто, судя по Янкиному воплю, мы все-таки вышли из одной трубя и попали на перекресток, по полу которого булькала и благоухала городская канализация.

- Я. Тебя. Убью! – Янка развернулась ко мне и скрючила пальчики, готовясь вцепиться мне в горло.

- Тебе за это дадут «Звезду Героя». Но предупреждаю – посмертно! – Я огляделся по сторонам и тяжело вздохнул. – Вот, скажи мне, кто тебя просил спасать эту малолетнюю дуру?!

- Она подвергалась насилию! – Янка поморщила свой носик и развела руками. – Женщины должны помогать друг другу!

- Она так подвергалась насилию, что после твоей помощи побежала к дедушке и нажаловалась, что ты пытаешься отбить ее жениха?! Янка, ты хоть что-то знаешь о дорлоках?

- То, что они похожи на людей, только милые и с хвостами?! – Янка, отдышавшись, поправила свой «четвертый, с половиной от шестого» размер и уставилась на меня. – Что дальше делать будем?!

- Сухари сушить будем. – В любое другое время я бы полюбовался Янкой, венцом творения пластической хирургии, диетологии и массажетерапии, но, я налюбовался на нее за дорогу – раз.

А во-вторых, сейчас мне ее хотелось притопить прямо в этом ручье нечистот.

И пофиг, что он по щиколотку!

- Эд!

- Что Эд?! ЧТО ЭД?! – Я рявкнул и выдохнул. – Вызывай «Ахту», пусть связывается с Диспетчером системы и запрашивает «дипломатию»! Или ты считаешь, что я тут одним мультитулом всех покрошу?!

- Пробовала уже. Мы слишком глубоко, сигнал не проходит… - Девушка забавно сморщила свой идеальный носик. – Может, попробуем договориться?

- С киберами?! Ополоумела?! – Я нервно расхохотался.

Да уж, у девочки явно не всё просто с головой.

Ладно она заступилась за соплячку, которую у нее на глазах попытался украсть лопоухий женишок, ладно не поняла, но нахрена было тыкать в меня наманикюренным пальчиком и угрожать, что я со всех шкуру поспускаю?!

И я хорош, не разобрался сразу, начал руки-ноги разумным ломать…

Хорошо хоть не убил никого, хватило мозгов…

- Налево или направо? – Янка достала монетку, с которой советовалась каждый раз, когда надо было принять «судьбоносное решение».

Хорошо, хоть мне повезло, монетка решила, что в любовники я не гожусь, так что все обошлось дружеской попойкой в кают-компании, без последствий.

- Против течения. – Решил я. – Выберемся ближе к поверхности, вызовешь…

В этот момент у нас над головами сверкнула молния и поисковый дроид намертво застрял в трубе, через которую мы сюда попали.

- Давай шустрее, дочка адмирала! – Я мысленно воззвал к Авосю с Небосем и взял руки в ноги, стартуя с места.

Через пару минут за нашими спинами что-то проскрежетало, а потом бабахнуло так, что заложило уши.

Фитоняшка мгновенно меня обогнала и зашлепала по ручейку говна с такой скоростью, что мне завидно стало.

Жаль, ненадолго ее хватило.

Километра через три запал иссяк и Янка потребовала передыху.

Эх, всем она хороша!

А как готовит – закачаешься!

Ей бы просто замуж выйти и заниматься домом-детишками, но вот, втемяшилось, что «инспектор» - это круто!

А это – нихрена не круто.

- Ой… Сигнал появился! – Девушка принялась судорожно связываться со своим корабликом, устраивая нашу «эвакуацию».

Блин, но ведь так все хорошо начиналось!

Пять дней полета, каждый день свежая готовка, чистые простыни и бокал вина на ночь – идиллия!

А потом…

Надо было сдать ее Толкамаку, пока была возможность.

Глядишь, и в правду бы отбила у малолетки жениха, вышла замуж…

- Через семь минут будут. – Янка блеснула глазами на чумазом лице. – Пообещали отозвать киберов…

Что-то мне говорило, что если мы эти семь минут проведем на месте, то киберов отключат.

Только нам будет все равно – мы уже превратимся в кучки фарша.

- Янка… - Я помотал головой. – Поставь планшет на аварийную частоту и бежим дальше, а то нас грохнут!

- Эд, перестань! Ты же слышишь, что за нами погони нет!

- Если погони нет ЗА нами, то это не факт, что она не ПЕРЕД нами! – Я ткнул пальцем в неприметный ход, прикрытый ржавой решеткой. – Давай туда!

- Зануда… - Девушка поморщилась, но побежала.

Закрыв засов на шершавой от ржавчины двери, пульнул в него разрядом, сваривая намертво.

«Поисковиков» задержит на пару минут, а там, глядишь, и вправду помощь придет.

Через несколько минут бега по узкому коридорчику, мы уткнулись в обычную, каменную, винтовую лестницу, виток за витком уходящую вверх.

Ну да нам туда и надо.

Перключив планшет на режим фонарика, начал пониматься по лестнице.

Судя по количеству пыли, пользовались ей не часто.

Очень нечасто.

По ощущениям, так вообще последний раз лет эдак сто назад!

А по пыли – так и все двести!

Где-то после двадцатого витка лестница вывела нас в еще один короткий коридорчик, оканчивающийся самой натуральной оранжереей!

Запущенной, старой, заросшей, но…

Я втянул носом воздух и на мгновение даже показалось, что я снова вижу привычную мне «зеленую магию», которая все это время так и не желает возвращаться в этом насквозь техногенном измерении.

Звезды, да я бы тут жить остался!

Рука сама потянулась и сорвала красный-красный плод, который я с удовольствием схрумкал.

Удивительный вкус, словно неведомый мне Мичурин скрестил яблоко, кедровые орешки и крыжовник.

Повертевшись, нашел еще пару таких же и слопал, забыв поделиться с девицей.

Впрочем, Янка сама нашла, что слопать.

Пока я вертел головой по верхам, она нашла россыпь ягод и оторвалась на них, прикончив целую пригоршню.

- Классно… - Девушка потянулась. – Шампанское с клубникой…

Пару минут мы усиленно «паслись» напрочь забыв, что жрать, во-первых, немытое, а во-вторых неизвестное, строжайше запрещено!

Вспомнив просьбу Ала, едва ли не слезно умолявшего привезти какую-то «Аманду Голубую», прошелся по веткам деревьев, подрезая молодые побеги.

И не надо на меня смотреть, как на варвара – опыт садоводства, спасибо папе и частному дому в одной из жизней, был, так что знаю я, как пользоваться ножом и где можно срезать, а где лучше не трогать.

Получившийся веник спрятал в рюкзачок комбеза, мысленно попросив у каждого растения и прощения и пообещав, что постараюсь все вырастить в лучшем виде.

Самое удивительное, что в ответ на мои слова, пусть и произнесенные шепотом, по ветвям деревьев словно ветерок пробежался!

Пройдя по оранжерее, наткнулся на полусухое деревце, притулившееся в уголке, печальное и…

Чертыхнувшись, достал мультитул, освободил деревце от нависших на нем ползучих вредителей-лиан, взрыхлил землю и, собрав мягкой, прелой листвы, закопал под корнями.

- Какая сноровка! – Янка притащила воду в пакете, набрав ее из торчащей из стены, ржавой трубы. – Да ты не инспектор, ты – ботаник!

Эх, знала бы она, сколько мне пришлось с растениями повозиться у себя в графстве, фиг бы меня «ботаником» назвала.

Поливая деревце, как-то привычно потянулся к его состоянию, «вливая» капельку силы.

А потом еще и еще…

- Эд! – Девушка дернула меня за руку, оттаскивая от дерева, на котором начали наливаться тяжелые бутоны. – Тебе плохо?! Ты бледный, круги под глазами и качаешься! На, поешь!

Девушка сунула мне горсть ягод, которые я без раздумья отправил в рот.

Гм.

И вправду, шампанское с клубникой…

Отрезав с дерева пару молодых побегов, отправил их в рюкзак и глянул на часы.

Да ну на фиг!

Мы тут почти пять часов!

Нас снаружи не потеряли?!

Отдышавшись, потянул было девушку к выходу из оранжереи.

Вот только, навстречу нам из коридорчика высыпалась горстка преследователей, в приметных, желто-фиолетовых цветах клана Толкамака.

Злые и…

Напуганные?!

Восемь мужиков, гонявшихся за нами больше суток, при виде оранжереи замерли соляными столпами, а потом…

Потом рухнули на колени!

- Чего они? – Я глянул на Янку, не плохо понимавшую местное наречие дорлоков.

- Священный сад какой-то… - Янка прислушалась. – Говорят, потерянный много поколений назад.

- Надеюсь, нас не грохнут, за то, что мы в него вошли… - Буркнул я себе под нос, прикидывая, сможем мы тут свалить или тут нас и прикопают?!

- В саду Аманды запрещено проливать кровь. – Один из мужчин встал с колен и посмотрел на меня. – Особенно кровь того, кто не пожалел своих сил и времени. Вы можете всегда сюда вернуться и планета будет встречать вас, как первого жреца Сада Аманды!

- Эй-эй, а я?! – Янка встала в позу, уперев кулаки в боки.

- Ты – дочь Земли, девушка. А он… - Мужчина вздохнул и развел руками, давая понять, что не может найти подходящих слов. – Дарен и Вак проводят Вас до корабля. Вражда закопана. Мир стоит дороже глупых слов. Сад Аманды – ценность.

Мужчина отошел с дороги, а названная пара слегка звероватого вида парней встали у нас за спинами и шумно засопели, намекая, что пора и честь знать!

***

- Эд! Ты – варвар! – Ал, при виде «веника» едва слезами не пошел! – Это же уникальные растения! С другой планеты! Кошмар!

Схватив привезенный «гербарий» синекожий вихрем исчез за дверью, оставляя меня в легкой прострации.

С одной стороны, стажировку мне зачли, даже похвалили.

А с другой…

Погрозили пальчиком.

Ага, целых пять раз погрозили!

Выдохнув, перевернул рюкзак и начал вытряхивать из него мелкую труху и пыль.

Попутно, из рюкзака выпало еще три сморщенных веточки, невзрачных и печальных.

Заказав стакан с водой, сунул в него «найденышей» и попробовал подключится к «зеленому цвету».

Ни-фи-га!

Почесав затылок, решил оставить все как есть – захотят жить – выживут.

А не захотят…

Значит, не судьба.

- Эд! – Динамик у меня над головой издал рык. – Живо ко мне!

Эйон Ли…

За эти три дня он меня уже реально достал своими придирками, переписыванием отчета, опросом и прочими прелестями начальственной гиперопеки.

- Живо!

Ну, раз «живо»…

Взяв руки в ноги, выбежал из своей каюты, пробежался против часовой стрелки до каюты своего родного начальника, вежливо коснулся сенсора у двери и, дождавшись громкого рыка, вошел.

- Эд… - Эйон восседал в кресле, за своим огромным столом и что-то «лопатил» на планшете. – У нас с Яной вышел спор…

Яна, сидящая в кресле, в легкомысленной короткой юбке покачала ногой, перекинутой через подлокотник и расцвела в улыбке.

- И о чем, если не секрет? – Я почесал затылок, пытаясь понять, с какого бока я прихожусь к их спору.

- Яна убеждает меня, что из тебя получится шикарный оперативник и не советует отдавать под кабинетную работу. А я считаю, что ты – прирожденный «кабинетный глист»!

«Ну, спасибо, шеф!»

- А я причем?! – Не выдержал я. – Мне и так работы выше горла и по-другому по самый подбородок…

- Видишь, Яна, никакой инициативы!

- Так это потому что его надо «ставить в ситуацию»! – Янка соскочила с кресла и встала напротив меня. – Вот, как я его поставила, так он сразу и бегать сумел, и мозгой двигал, как петух вжаренный. А у вас на станции он и вправду глистом станет!

- А может быть, мне такие глисты и нужны?! - Эйон откинулся в кресле. – Ты же не будешь отрицать, что аналитик из него просто превосходный?

- А боевик – намного лучше. – Янка упорно гнула свою линию. – Да и ковыряльник у него знатный, и обращаться с ним умеет. Ты вот, многих знаешь, кто смог бы пяток дорлоков на пару конечностей укоротить? Я – нет!

- Да если бы не ты, не пришлось бы никого и укорачивать! – Вспылил я. – Кто тебя за язык тянул, а?!

- Ну, если бы не я, то ты бы так и простоял у меня за спиной всю инспекцию. – Янка улыбнулась и отдернула снова задравшуюся юбку.

- Кстати… А зачем было руки-ноги рубить?! – Шеф вздохнул. – Можно же было до первой крови…

- Там условия дуэли были хитрые. – Вздохнул я. – До «первой крови» не получалось.

- Ну… Не совсем. – Янка вздохнула. – Изначально, все было до первой крови, но потом я немножечко подтолкнула и все завертелось…

- Стоять, Зорька… - Я развернулся к девушке. – То есть, мы могли все решить царапиной, но ты «немножечко подтолкнула»?

- Должна же я была проверить, можно на тебя положиться? – Янка легкомысленно махнула рукой. – А то, мало ли, может ты со своим «ковыряльником» только и умеешь, что красиво стоять!

- Беги, Янка… - Я набрал полную грудь воздуха.

- Да и вообще… - Девушка, видимо, привыкла, что тут с ней все носятся и на мои слова внимания не обратила. – Может, тебя папа подослал, знаю я его фокусы! Вечно он то одного жениха мне пришлет, «невзначай», то другого! А я, как дура, учу-учу, а он мне в вырез заглядывает! Правда, деда?

- Беги, дура! – Рявкнул Эйон Ли, поняв, что я «все». – Быстро сваливай!

Янка ткнулась в дверь, я – следом.

В спину мне донесся залихватский свист моего босса и азартный хохот.

Но с ним я разберусь позже.

Выскочив за дверь, повертел головой, успев разглядеть короткую юбчонку, скрывающуюся за поворотом и рванул следом.

Пусть меня лучше посадят за рукоприкладство, чем я спущу такое!

Через пяток минут, загнал Янку в пустой конференц-зал, отловил, уложил к себе на колени и задрал короткую юбку, начиная «обучающие мероприятия».

Первый же смачный шлепок вызвал такой вопль, что я понял – я на правильном пути и, прижав голову девушки локтем, продолжил воспитание через жопу, раз через голову не доходит!

С каждым шлепком по покрасневшей заднице, Янкин вопль набирал высоты, крепости и громкости, услаждая мой слух и радуя сердце.

Да, непедагогично.

Зато дешево и практично!

Самое удивительное, что никто из инспекторов даже не попытался войти в зал и хоть как-то заступится за «бедную дочку адмирала, ака внучку нашего шефа»!

А ведь время совсем не ночное и, как минимум полсотни душ на этаже сейчас обретались!

Устав, отпустил девушку, которая, к моему удивлению, совсем не торопилась с них сползать.

- Теперь ты, как порядочный мужчина, просто обязан на ней жениться! – Эйон замер в проеме открытой двери, сложив руки на груди.

- Деда! – Янка взвизгнула, спрыгнула с колен и начала пытаться юбку на красные полушария. – Я же с голой жопой!

- Мы с бабкой, на твою голую жопу еще в детстве насмотрелись! – Шеф вздохнул. – Марш к себе в комнату!

Раскрасневшаяся Янка прошмыгнула мимо деда, который успел погладить ее по голове и тут же отвесить подзатыльника.

Мало.

Я бы еще пинка дал!

Едва Янка скрылась, шеф закрыл дверь и подошел ко мне.

- Простите, шеф… - Я развел руками. – Не выдержал.

- Если честно, странно, что ты ее раньше через колено не перегнул. – Шеф задумчиво почесал бровь. – Янка давно напрашивалась, не скрою. Но и рукоприкладство, инспектор Мерсер, не выход. Так что, в качестве наказания, три недели работы в архиве, там давно пора помыть полы и разложить отчеты в хронологическом порядке, с учетом фамилий инспекторов.

- Есть три недели принудительно-архивного содержания. – Я мысленно представил себе СКОЛЬКО же там возни предстоит и решил, что в следующий раз Янку буду пороть на аварийной лестнице, есть там пара пролетов, на которых камеры не работают.

- Вот и хорошо. – Шеф развернулся и бормотнув себе под нос что-то типа: «не ожидал, что внучка у меня мазохистка», вышел из кают-компании, оставляя меня в тишине и покое.

Вздохнув, пошел следом, с одной стороны радуясь, что сорвался на Янке, а с другой стороны пытаясь понять, чего это я так на нее взъелся?!

Вон, Вельда и похлеще вытворяла и ничего…

Ну, как ничего…

ПОЧТИ нечего!

А так, очень даже ЧЕГО…

Переодевшись и получив подтверждение приказа о трехнедельном переводе в архивную службу, пошел работу работать.

То есть как «пошел».

Поехал.

Семь ярусов вниз, почти в самом ядре станции…

И да, «помыть полы и навести порядок» это еще полбеды.

Основная беда в том, что на каждый мой чих в архиве надо было получать разрешения!

Вызов кибера-уборщика, как я и подозревал, мне запретили.

Набрать воды – разрешили.

Целых пять литров!

Сортировать кристаллы памяти я, видимо, должен был исключительно «по интуиции», потому как подключать их к рекордеру было запрещено.

Слава Звездам, обед мне привезли отдельно, в специальном термосе.

Но, для увеличения эффекта, должен отметить, что привезли мне одноразовый рацион, разогревать который в архиве просто-напрото нельзя!

Туалет в архиве был.

И мне даже дали разрешение им пользоваться 20 минут каждые три часа.

К концу рабочего дня я просто мечтал, как нежная шейка Янки окажется у меня в руках!

И да, компьютерная система станции засчитала мне опоздание на работу и выкатила предупреждение, что в следующий раз меня и на дух не подпустят к архиву, с таким отношением к работе.

Второй день прошел под той же звездой, а на третий я плюнул на все, скачал на планшет нужную литературу и засел за нормальную работу, попутно проанализировав наши с Янкой похождения.

Получалось, что нихрена не получалось!

Задание Янки – «просто навести мосты» мы провалили в первые же три часа своего пребывания на станции.

И не потому что моей коллеге пришло в голову проверить меня, а потому что на планете царил махровейший из патриархатов!

Мокланцы, уж на что были насмерть патриархальным строем, но до дорлоков еще не доросли.

Хотя бы потому, что «каменноголовые» хоть сколько-нибудь пользовались верхним отростком!

Дорлоки им тоже пользовались, но…

У мокланцев женщины изначально рождались нежизнеспособными, психически больными, существами, не дающими потомства.

У дорлоков, у женщин с мозгами все было в порядке, кроме ма-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-аленького нюанса: мозги им не давали развивать!

Вобщем, совсем как европейцы, в свое время.

Тем не менее, «Сад Аманды» существовал исключительно благодаря женщине, во славу которой дорлоки совсем не давно приносили в жертву младших дочерей.

Так что, не случись меня в саду, Янку бы запросто там прирезали и пустили на удобрения, без малейшего сожаления.

А так…

Покачав головой и пообещав себе выпороть Янку еще раз, просто из принципа, отложил дорлоков в дальний ящик и занялся анализом боевых действий, в тысячный раз отмечая, что говнометодички наших адмиралов не годятся даже на «подтирку».

Только за последние семь месяцев, земная часть Альянса лишилась четверти кораблей!

Из них, к сожалению, большинство – тяжелые.

Так же, крилльцы совершенно безжалостно стерли с лица планет тридцать семь поселений, численностью от ста тысяч, до одного миллиарда включительно, сами потеряв при этом только три сотни кораблей среднего класса и три десятка «тяжей».

У наших союзников дела обстояли немного лучше.

Моклан из трех тысяч кораблей потерял десятую часть, корабли кселеян насчитывали две сотни уничтоженных, а разная мелочевка и вовсе умудрилась «потерять» от ста до ста пятидесяти кораблей всех типов.

Правда, основной урон «ящерицам», как раз приходился на «большую тройку» - Землю, Моклан и Кселию.

Штудируя «открытые данные» и то и дело «ныряя» в официально закрытые источники, наступил на грабли.

Цифры потерь у Моклана никак не хотели «сходится».

Каким-то образом у меня постоянно получалось, что Моклана прячет не меньше трех Флотов, общей численностью в шестьсот-шестьсот пятьдесят кораблей, при этом, на защитц колоний они не выходили, в боевых действиях они не участвовали, но незримо где-то есть, совсем как тот пресловутый суслик!

Пришлось пользоваться своим «расширенным» доступом, лезть в «несекретные разведданные», получив на выходе вывод, который мне ненравился, но напрашивался все это время.

Моклан готовится свалить.

И не просто свалить, а заключить, как минимум, с ящерами «пакт о ненападении», а как максимум, стать полноценными союзниками против всего Альянса!

Выводы не радовали, а архив чище не становился.

Засада, блин!

Глава 30

- Инспектор Мерсер! Инспектор Мерсер! – Ал Цефф догнал меня у лифта. – Надо поговорить, срочно!

- Привет… - Я отчаянно зевнул и икнул, одновременно. – Тогда поехали до архива…

- Вы работете в архиве?! – Синекожий посмотрел на меня, как на небожителя. – Это же так… Круто!

- Хочешь, поменяемся? – Предложил я, уже прикидывая, а нельзя ли и вправду такое провернуть?!

- Я бы с удовольствием. – Ал разочарованно выдохнул. – Я там на стажировке провел полгода, это было как в сказке!

- Ага. В страшной… - Я снова зевнул, чувствуя, что скоро, такими темпами, просто вывихну себе челюсть.

- А какие там системы уборки и инвентаризации! Мечта!

- Погоди… Что ты сказал?! «Уборки и инвентаризации»?! – Я уставился на синекожего так, что он аж попятился от меня. – Там есть системы «уборки и автоматизации»?! И они не требуют доступа?!

- А зачем?! – Парень похлопал глазами. – Они же автоматические и приписаны исключительно к архиву!

- Тогда, отчего в архиве такой свинарник?!

- Не может быть! – Цефф покачал головой. – Хотя, если вышел из строя основной системный модуль, тогда да, может. Но там нет ничего сложного, надо его просто зарезетить, а если не получится, то вызвать службу поддержки, терминал для связи с ней слева от входа…

Я схватился за голову.

Ведь видел же я эту чертову тумбочку, даже складывал на нее планшет, когда руки были заняты!

- С вами все впорядке, Эд? – Синекожий робко тронул меня за рукав. – Вы так побледнели, вам плохо?

Еще бы мне не плохо!

Я восемнадцать дней набираю по пять литров воды и протираю полы!

Убиться можно, какой я тупой умник!

- Нет, Ал, со мной все в порядке. – Я улыбнулся парню. – Ты хотел со мной о чем-то поговорить?

- Да! Эд, я хотел Вас лично поблагодарить за «Голубую Аманду»! Она прекрасно прижилась и даже выбросила уже десяток листьев! – Цефф выглядел счастливым и сиял, как начищенный пятак. – Еще несколько дней и я вынесу ее в коридор, чтобы экипаж мог полюбоваться таким прекрасным, редким, рстением!

- А с остальными что? Там же было десятка три саженцев? – Я уже мысленно подгонял лифт, предвкушая активацию систем архива.

- Двадцать три, если быть совершенно точным. – Парень просто тонул в собственной улыбке. – К моему удивлению, укоренились девятнадцать растений, а вот четыре, к моему счастью, оказались просто дублями и об их потере можно не сожалеть. Так что, господин инспектор, у вас офигетельно, совершенно неповторимо легкая рука! Да, я так и сказал инспектору Ли, в ответ на ее слова, что у вас тяжелая рука и что вы сам – просто изверг! У извергов с тяжелой рукой растения так легко не прорастают!

«Все, капец дедушкиной внучке!» - Пообещал я себе самому. – «Выпорю, нахрен»!

- Кстати, Ал, а что за растение, у которого маленькие, остренькие листочки? Зеленые-зеленые, как глаза инспектора Ли? – Я вспомнил, что три черенка у меня в каюте тоже прижились и выбросили пока первые три листочка.

- Если листья волнистые – тогда, скорее всего, «Амфетум Аманды», а если «зубчиками», то «Литтана Соевидная». – Ал задумался. – А вот если вообще ровные листочки, тогда, скорее всего, какой-то сорняк. Если у вас есть снимки, пришлите мне, я скажу точнее.

- Обязательно! – Пообещал я, выходя из лифта.

Эх, значит, у меня вылезли сорняки!

Войдя в архив, принялся искать панель управления.

По идее, должна быть где-то справа, на стене.

Но вдоль стены какой-то мудень умудрился поставить пятиметровой длины, стеллаж, который я едва не сломался отодвигать!

Отодвинул и взвыл.

Нет там никакой панели!

Пришлось искать слева.

И ведь нашел же!

Только мертвый, не реагирующий ни что.

Вздохнув, достал мультитул и полез внутрь.

Через час, грязный как свинья, нашел неисправность.

Какая-то собака просто отключила пульт!

Физически отсоединила питащий кабель, свернула колечком и спрятала внутри!

Продув все разъемы, вернул питание и, о, чудо!

Система загрузилась, обрадовав меня, что до этого работала только десятая часть фунционала!

Сбросив свои «верительные грамоты», отдал приказ на проведение полной чистки и инвентаризации и уселся с чувством выполненного долга, наблюдая за тем, как сноровисто бегают железяки, как уменьшается кучка кристаллов-отчетов, «разлетающихся» по своим, маркированным отсекам.

Полчаса любования и я вернулся к своей работе, в этот раз с такими удобствами, что и мечтать не мог!

Полностью рабочая система архива, в ответ на мои запросы выдавала не только вполне себе доступные данные, но и данные из отчетов инспекторов, причем даже из совершенно «свежих», пусть и не засекреченных!

Как-то незаметно закрылся вопрос с тремя флотами мокланцев, замершими в ожидании в трех неприспособленных для жизни, системах.

Попутно система отметила, что я в некоторых работах называю «мокланцев» - «моклусцами» и пришлось вписывать автозамену и шерстить весь десяток работ, а то неудобно получилось.

Глаза от планшета отрвал только когда от входа кто-то закашлялся.

Глянул мельком на часы – да вашу же! – уже три часа, как рабочий день закончился, и система включила таймер переработки, сообщив об этом «кому надо».

Но и поработал я, прямо скажем, ударненько!

Теперь можно будет отправить «дополненное» СВР-овским цензорам и готовиться получать либо прибыль, либо шишки.

- Хорошо устроился… - Шеф покачал головой усаживаясь рядом. – Обедал?

- Забыл. – Честно признался я, потягиваясь и отключая планшет. – Заработался.

- Ага, так заработался, что даже Янку не пустил… - Эйон почесал бровь. – Эд… Скажи мне, ты как-то причастен к смерти Фудрова?

- Кого?! – Уставился я на шефа. – Это кто вообще?

- Главный конструктор серии «Проныр», Билл Фудров. Говорят, у вас с ним была стычка по твоему прибытию?

- Была. – Честно признался я. – Я предложил ему слетать до «Мотры» и обратно, чтобы он оценил свое упоротое детище на собственной шкуре. Конечно, слегка повздорили, но ушел он своими ногами… А потом я с Янкой улетел и не вспоминал о нем, как о прошлогоднем снеге!

- Точно? – Ли подозрительно посмотрел на меня. – И ты не желал ему провалиться, сдохнуть или еще чего?

- А нафига?! Он же и так старый! – Не удержался я. – Я бы даже сказал – «ветхий»…

- Этот ветхий, после разговора с тобой, помчался к себе в каюту, но по дороге, почему-то, решил пойти по лестнице и свалился в лестничный пролет. Камер там не было, сам он никому нахрен, старый пенек, не был нужен, так что хватились, когда потянуло по лестнице мертвячиной. – Эйон хмыкнул. – А через неделю прилетает адмирал Одзава, с инспекционной проверкой и отчего-то интересуется именно тобой!

- А этой-то что надо в системе СВР? – Я подозрительно прищюрился. – Одзава же флотский адмирал?

- Адмирал привезет на презентацию новый кораблик для инспекторов…

- Звезды, если такое же говнище, как «Проныра», так лучше бы ей не долететь! – В сердцах вырвалось у меня.

- Эд… Не любишь ты адмиралов! – Заворчал по-стариковски шеф.

- Точнее – презираю за их некомпетеность и постоянную брехню. – Честно признался я.

- Ну да, адмиралы сейчас больше политики, чем флотоводцы. – Шеф у меня на глазах вдруг превратился в напрочь расстроенного деда. – Погоны узкие, лбы узкие, языки длинный. Это я по зятю знаю, редкий болван.

- Ваш хотя бы постройку «Проныр» не лоббировал! – Расхохотался я и осекся.

Судя по взгляду шефа, за его зятьком, то бишь папочкой Янки, были и свои грешки…

- Вобщем так… - Ли похрустел позвонками, разминая шею. – Одзаве я ответил, что вы с Янкой убыли в инспекционную поездку, еще вчера вечером. Сейчас живо к себе, собирайся и бегом на «Мельхиору», она высадит тебя через две системы, Янка на «Ахте» уже ждет тебя там, так что шевели жопой. Поездка у вас «Боррус», это уже на границе, так что добираться будете долго. На станции займетесь данными по «чужим» кораблям, они в этом секторе что-то часто стали появляться. В драку они не лезут, но любопытство проявляют.

- Принято, понято… - Я встал со своего места и подхватил планшет со столика, за которым мы сидели.

- Планшет здесь оставь. – Шеф вздохнул. – Этот тебе система архива вынести не даст, в нем информация «только для СВР», так что…

Меня чуть Кондратий не хватил!

Это ж…

- Не дергайся. – Шеф ухмыльнулся. – Пока вы заняты будете, я приведу Ала, он у нас как раз по информационной безопасности, так что к возвращению сделает и вычитку, и рецензию…

- Шеф… - Я вздохнул. – Там много… О наших «союзниках». И приятного нет вообще. И об адмиралах – ни капельки…

- Да у нас все СВР «приятного» не скажет ни об адмиралах, ни об союзниках. Так что, Ал вряд ли что-то новое узнает. Да и сам, прямо скажем, больше «наш», чем «ихний». – Шеф вздохнул. – Иди давай, Янка ждет!

***

Да уж…

Янка меня и вправду ждала.

Так ждала, что я сам не заметил, как после сытного ужина, приготовленного из натуральных продуктов, оказался в ее кровати!

Утром, зараза, призналась, конечно, что не только ферромоны на мне проверила, но и во все блюда напихала афродизиаков, причем несколько штук ей сделали прямо на станции, специально под меня!

Хотелось мне ругаться, но а смысл?!

Нам хоть так, хоть эдак лететь до Границы почти сорок прыжков, с десятью подзаправками, а это почти месяц полета.

А за месяц полета одинокие мужчина и женщина, в замкнутом пространстве обязательно либо переспят, либо поубивают друг друга.

Могут быть исключения, но я в них слабо верю.

Так что, лучше по-хорошему, чем срываться друг на друге от обычного «голода».

Я искоса глянул на сидящую в соседнем кресле Янку, признавая, что «переспать» была и вправду хорошая идея.

Сейчас мы реально отличная команда, которая за месяц привыкла друг к другу так, что понимаем все с полуслова.

- Четвертый сектор? – Янка пробежала пальцами по виртуальным клавишам гравитационного сканера, совмещая линию дат со сканером нейтрино.

- Сорок одна засечка. Тринадцать типов. Предположительно малый разведчик и носитель. – Я вернулся к работе, передавая на ее экран точки появления «чужаков» в секторе четыре. – «Без контакта».

«Четвертый сектор наблюдения» - один из ближайших, но еще не имеющий установленных боевых спутников.

В третьем и втором их несколько сотен, а в первом, соответственно, стоит сама станция.

И три корабля передового охранения, чья единственная задача свалить из системы с данными, если начнется глобальное вторжение…

На самой станции три десятка человек персонала, в большинстве своем – старики, которые смерились с тем фактом, что в случае чего они будут на острие удара и проживут ровно столько, сколько им позволит наступающий враг.

Фатализм в каждом шаге и повороте головы.

Где-то я им даже завидую – они сделали выбор и теперь тянут свою лямку, спокойно и упрямо, осознавая, что в любой момент могут стать лишь вспышкой, а могут и мясом на праздничном столе.

Железный народ.

Немного, конечно, «поплывший крышами», но на таком расстоянии от родной планеты, точнее – родных планте! – это даже и не удивительно.

Удивительно их странная нелюбознательность.

Ну, есть отметки – и что дальше?

Ну, летает кто-то – и что дальше?

Первые пару дней меня бесила такая точка зрения, а потом вдруг понял…

Они боятся!

Жутко, до дрожжи в коленях – боятся.

Наверное, это правильно, но…

- Эд! Эд! Пятый сектор?

- Двадцать две засечки, семь типов, легкие… - Я снова искоса глянул на Янку, удивляясь снова и снова, как же она похожа на Келли!

Не внешне, нет, но вот в странных мелочах – однозначно!

Блин, да они даже сковородку держат одинаково!

А уж манера закидывать руки-ноги и тихонько сопеть в плечо – так и вовсе пугает!

Ощущение, что они сестры, которые всю жизнь прожили в одном доме, учились в одной школе, одевались у одних и тех же портних!

Несколько раз, особенно в кровати и на кухне, я с трудом ловил себя, чтобы не назвать Янку – Келли!

А ведь у них разница лет восемь-девять, не может быть такой одинаковости!

Или… Все-таки, может?!

- Эд! Да что с тобой такое! – Янка незаметно оказалась у меня за спиной и хлопнула по плечу. – Ты где витаешь?

- Прости. – Я виновато почесал макушку. – Задумался.

- Эд, соберись, пожалуйста! Чем быстрее мы тут закончим, тем быстрее окажемся в кроватке! – Молодая женщина наклонилась ко мне, поцеловала в макушку и вернулась на свое место, провокационно крутя бедрами.

Да, такое она себе позволяет совсем не часто и уж точно не в присутствии посторонних, с этикой у нее все в полном порядке!

Вздохнув, снова переключился на работу.

- Шестой сектор, девять засечек, три типа, средние. – В голове вдруг стала вырисовываться странная схема, которую я сперва отложил в голове в сторону, а потом, вдруг, оценил. – Ке… Кес ке се, черт возьми!

- Ты о чем?! – Янка сорвалась со своего места. – Что такое?

- Смотри. – Я начал на своем экране набрасывать схему, пришедшую мне в голову. – Из месяца в месяц, количество «посещений» уменьшается ровно на одну единичку. Я не я буду, если это не обратный отсчет!

- Осталось понять, что случится, когда он завершится. – Янка помрачнела. – Нападение?

- Ой, да кому это надо на нас нападать! – Отмахнулся я. – Скорее всего, просто на системе поставят крест и возможность контакта станет нулевой!

- Или, наоборот, заявятся всей армадой и… - Янка вздохнула. – Эд, это притянуто за уши, ты же понимаешь?

- Понимаю, но я так чувствую. – Я упрямо помотал головой. – Но, блин, так хочется верить в разум хоть у кого-то в этой долбанной Вселенной!

- Мой ты наивный герой… - Янка развернула ко себе мое кресло и уселась на колени. – «Сумма разума на планетах – величина постоянная, а население постоянно растет»…

Шуточная аксиома Коула, пережившая столетия, странно звучала из уст хорошенькой девушки, но…

В каждой шутке – доля шутки, остальное – правда.

Вот, кстати и еще одна похожесть двух разных женщин – обе просто фанатично обожали сидеть на коленях, целоваться и касаться.

Это приятно, это чертовски приятно, но…

Согнав Янку с колен, вернулся к работе, краем разума держа свою схему в голове и сравнивая с данными.

Даже в кровати, когда Янка снова сложила на меня свои конечности и засопела – схема все крутилась, крутилась и крутилась, обрастая вариантами.

И чем больше вариантов, тем больше росло желание прямо сейчас вырваться наружу, прыгнуть в четвертый сектор и дождаться появления «чужака».

А уж в том, что «чужой» появится обязательно и всенепременно я даже не сомневался.

Оставалось придумать способ, как это провернуть…

Минут за пятнадцать раздумий, мой долбанутый ум его нашел!

Выскользнув из-под недовольно засопевшей Янки, тихонько оделся, прихватил за каким-то хреном клинок и пошел в ангар, куда сотрудники станции стаскивали «старые образцы техники».

Было там откровенное хламье, но и не без песчинки золота не обошлось.

«Каррега-7», армейский десантный бот тех времен, когда человечество еще понимало толк в боевых высадках, прозваная, разумеется, «Корягой».

«Коряга» была на редкость несуразной, имела складываемые крылышки для атмосферы, в дополнении, в той модификации, что стояла на станции, была еще возможность изменять геометрию силовых полей, добавляя крыльям размах.

Система была сложной, но рабочей.

А главное, разобрать «Каррегу-7» было почти невозможно!

Сменить накопители, поменять «безопасный реактор» - запросто, но вот чтобы вырвать хоть один элемент управления…

Проще весь кораблик порезать на куски.

Правда, была и еще одна проблема – брони на этом куске летающего железа было просто дофига!

В самом начале нашей инспекции я облазил двадцатипятиметровую «корягу» сверху донизу, выяснив, что бот почти в идеальном состоянии и прошел модернизацию перед передачей на станцию – в него всунули подпространственный движок, с запасом топлива на десять прыжков.

Свободного места двигатель «скушал» препорядочно, но…

Стибрив свежие накопители с «Листа-2му», ремонтного буксира по спецификации, воткнул их на место старых и активировал зарядку, попутно раскочегаривая реактор.

За два часа зарядки проверил системы бота, запустил до сих пор рабочие системы очистки вооружения и откалибровал эмиттеры силового поля, которых тут было полсотни штук.

К моему удивлению, после очистки и калибровки, система бота показала 99% работоспособности!

И это после тридцатилетнего простоя!

Да у меня на «Орвилле» системы после ремонта выше девяносто пяти не поднимались!

Связавшись с Диспетчером, воспользовался «инспекторским жетоном» - правом на любые действия в случае необходимости.

На всякий случай, сбросил Янке «таймерное письмо», к ее пробуждению как раз доставится.

Диспетчер, странно глотая слова, словно пытаясь скрыть зевок, открыл створки лифта, чтобы я перегнал бот в ангар, откуда и вылетел в четвертый сектор.

Бот в управлении оказался удивительно отзывчивым.

Он на три головы превосходил «Таксу», а система управления кораблем, восхитительно молчаливая, отрабатывала запросы на все пять баллов, даже не демонстрируя «усталости».

Да, она отличалась от обычной «коряги», как ни крути, но для расчетов прыжка возможностей простого десантного бота было маловато, так что после установки двигателя, систему обновили, «добили» памяти и мозгов, расширили ПО и получилась конфетка.

Ей-ей, я бы взял такой бот для основы инспекторского корабля!

Как ни крути, у него и защита вполне себе, и девять «ПКО» и даже подвес на четырнадцать ракет, правда, сейчас пустой, ну да я и не воевать лечу…

Разгон слабоват, но так и кораблику тридцать лет, чего вы хотите!

Уйдя в прыжок, со вздохом признал, что двигатели старого типа, не использующие ядро, все-таки медленные – до «четверки» придется добираться почти девять часов.

На Янкином кораблике добрались бы за час-полтора!

Подключив планшет к системам бота, забрался в ПО и принялся немного колдовать, перераспределяя важность энергосистем.

Сейчас мне важнее защищенность и управляемость, так что основной поток питания от реактора пошел именно по этим веткам.

Добавил мощности и системам наблюдения – они тут тоже тридцать лет, так что радиус у них невелик, по нынешним меркам.

Но, вот диапазоны…

Я присвистнул.

Двадцать семь диапазонов сканирования!

У нас на «Орвилле» было только девятнадцать!

И этого хватало на все и про все!

А тут…

Я включил сканер в подпространстве и завис.

Звезды, да какая же красота!

Не обычные полоски звезд, а полноценный объем, наполненный красками!

Объем живой, текучий, непередаваемо прекрасный.

Жаль, что система отключила внешнее наблюдение через пятнадцать минут, предупредив, что объем данных слишком велик, а так бы я еще с удовольствием провел время пялясь на экраны и отыскивая взглядом знакомые, зеленые просверки близких мне, сил.

Закончив с точной настройкой систем, хорошенько подкрепился и отправился на боковую – часа четыре у меня еще есть, успею выспаться.

Правда, во сне снилась всякая белиберда, но вот странная, почти божественной красоты женщина, на чьих коленях покоилась моя голова, запомнилась особо.

Она гладила меня по голове, иногда целовала так, что захватывало дух и очень просила, чтобы я не вздумал идти на свет.

Никогда не идти на свет.

Что же, видимо, мотылек из меня так себе.

Проснувшись, привел себя в порядок, уселся в кресло и…

5,4,3,2,1…

Четвертый сектор, по внешнему виду, почти не отличается от любого другого сектора этой части космического пространства.

Та же темень, те же искры звезд и одинокий исследовательский бакен, связавшийся со мной едва я вышел из прыжка.

«Снюхавшиеся» системы передали длинную вереницу машинных кодов, обновили данные у себя в базах и…

Я вздохнул.

Пять «чужаков» ушли из системы три часа тому назад!

Эх, был бы двигатель хоть чуточку быстрее, я бы точно успел!

С досады пошел зажевывать плохие новости.

Дав себе три часа на поиски неведомых «чужих», дважды прыгал в самые «любимые» места прибытия их кораблей.

Пусто.

Только темнота, разрываемая звездами.

Досадно, но ладно, попытаюсь позже.

Теперь кораблик будет постоянно готов, так что останется только Янку убедить, как старшую в нашем тандеме.

А уж я к ней ключики подберу.

Если нет – снова смоюсь, а потом «отработаю».

За тремя часами прошло еще три и еще три.

Я давал себе слово, что вот этот прыжок будет последним, что я вот прямо сейчас развернусь и полечу обратно, но…

Не отпускал меня четвертый сектор.

Еще и еще я наматывал круги по нему, как барашек вокруг колышка.

Короткую вспышку прибытия неведомого гостя я пропустил, увлекшись расчетами очередного прыжка.

Странный кораблик, белоснежно-белый, увитый странными наростами надстроек и чуть опалесцирующий светом поднятых защитных полей, финишировал позади меня.

Активный сканер пиликнул об изменении метрики, защита принялась «сосать» энергию от реактора, наращивая мощность моих щитов.

Пришелец облетел меня и замер почти у носа бота, раскрывая свой корпус, как бутон раскрывает свои лепестки.

Несколько секунд ничего не происходило, а потом «корягу» начало втягивать внутрь бутона, как мушку!

«Пришелец» все вырастал и вырастал, словно в нем было не пятнадцать полных метров, а весь километр!

Последнее, что осталось в памяти – странная фраза Богини, шептавшей одну и ту же фразу…

«Не иди на свет»!

Глава 31

- Дисциплинарная комиссия выносит свое решение. Присутствующим встать для оглашения приговора! – Секретарь посмотрел на меня, грустно качая головой.

- Эд Мерсер, инспектор 3-го класса признан виновным в самовольном… Бла-бла-бла… - Я почесал нос.

И так все понятно, сейчас меня публично отстегают, потом стукнут топором, а в догонку выпишут штраф.

Контр-адмирал СВР Ли уже предсказал всю ситуацию, в красках обрисовав «мои дела».

- И выписать штраф в размере полугодовой заработной платы, с ущемлением в правах и понижением класности. – Председатель комисии тяжело вздохнул. – Так же, в качестве поощрения, повысить классность инспектора Мерсера до 4-го, с выплатой примиальной премии в размере годового оклада.

Что же, я ожидал чего-то более болезненного, если честно.

Когда Янка вытащила меня из скафандра и отхлестала по щекам, я вообще думал, что не доживу до JR-23!

Но ничего, она просто выселила меня обратно в гостевую каюту и не разговаривала всю обратную дорогу.

Да и сейчас не горит желанием разговаривать.

- Заседание дисциплинарной комиссии объявляю закрытым. – Секретарь закрыл свой планшет. – Присутствующим покинуть зал и вернуться на место своей работы.

Почесав затылок, «покинул зал» вместе со всеми.

- Эд! Зайди ко мне. – Контр-адмирал Эйон Ли взял меня за плечо и подтолкнул в сторону стоящей «капитанской тележки». – Разговор есть.

Ну да, разговор есть, разговор не может не есть…

Усевшись напротив Эйона, глянул в окно и поморщил нос.

Сейчас меня будут сношать.

А то и вовсе грохнут.

Чтобы впредь не обижал адмиральских дочек и контр-адмиральских внучек.

- Что собираешься делать? – «Дед» уставился на меня, ожидая ответа.

- Подам рапорт о переводе. – Я с хрустом размял затекшую шею.

- Это из-за Янки?

- Это из-за всего. – Честно признался я. – Как-то по-дурацки я начал свою рабочую жизнт в СВР.

- Это хорошо. – «Дед» отвалился на спинку своего сиденья. – Перевод – это правильное решение. И Янка с головой поправится и ты… Переосмыслишь.

Эйон замолчал, посмотрел на меня и…

- Гошш, сверни в четырнадцатый ангар и прогуляйся немного. – Контр-адмирал, так же как и я, уставился в окно, наблюдая, как наша «карета» сворачивает в сторону грузового лифта, проваливается на пяток ярусов вниз и въезжает в полутемный ангар.

Хлопнула дверь личного водителя, оставляя нас тет-а-тет.

- Эд… Я хотел поговорить с тобой о Янке. – Контр-адмирал вдруг превратился в совершенно уставшего, забеганного мужика. – Я хочу, чтобы ты понял, что сейчас ей будет лучше без тебя. Потому что она…

- Она как Келли. – Вырвалось у меня. – «Продукт воспитания»…

- Давно догадался? – Дед прищюрился.

- Не сразу. – Честно признался я. – Сперва посчитал, что просто похожи, а вот на обратном пути понял, не «похожи», а «подобны». Те же слова, та же манера общения, те же реакции, словно они выросли в одной семье. Вот только Янка намного моложе и у нее все более гипертрофировано. Они словно непохожие клоны.

- Да. И мою Янку, и твою Келли готовили одинаково. – На лице контр-адмирала пробежала странная, откровенная злобная гримаса. – Они – подстилки для «сыночков адмиралов». Идеальные вторые, поддержка и опора в любой ситуации, с одними и теми же императивами, реакциями и стимулами. Выбор из всех – только самого лучшего, самого яркого, самого успешного. И ты для них – не любовь, а единственный выбор, к которому их готовили с детского сада. Идеальные жены. Ты, «первый на потоке», сломал Келли, которой предназначался сынок адмирала Хэлси. Потом сломал Янку…

- Сын адмирала Одзава? – Догодался я. – Это что, такая флотская забава, готовить дочек в жены адмиральским сынкам?!

- Забава… - Эйсон снова скривился. – Если бы! Как ты думаешь, почему на флоте капитан чаще всего спит со своим перпомом? И вообще, отчего корабли таскают на себе до двух третей «ненужного живого груза»? Вот для этого…

- Каста флотоводцев. – Меня перекривило. – Весь флот – одна большая и дружная семья, в которой…

- В которой девочек подкладывают под мальчиков, чтобы семьи оставались на вершине. – Ли развел руками. – Мир, по своему обыкновению, ужасно прост, если знать стимулы его развития.

- И много таких… «Подстилок»? – Сказать, что я злился…

Нет, я не злился.

Я откровенно недоумевал.

Как же докатились-то до такого?!

- Не поверишь… Восемьдесят процентов девочек из «флотских семей» и шестьдесят процентов от населения всей планеты.

Я офигел, пытаясь осознать масштабы…

- И как вы допустили, чтобы вашу внучку загнали в это… - Я даже слов найти не мог!

- А как ты думаешь, почему я не общаюсь с зятем? – Огрызнулся контр-адмирал. – Потому и забрал внучку сразу, как она окончила Академию!

Вот только теперь Янке предстоит лет двадцать изживать из себя это рабское воспитание!

А мне, впредь, надо подальше держаться от этой мудаческой элиты и выбирать женщин очень внимательно!

Иначе снова наткнусь на «Янку-Келли»!

- Восемьдесят процентов и шестьдесят… - До меня вдруг дошел масштаб катастрофы! – Это получается, почти две трети женщин планеты никогда не станут капитанами, не откроют новых законов физики, так и оставаясь «приложениями к семье»?! Но как же адмирал Одзава?!

- Эд, ей без малого семьдесят. – Мое начальство невесело рассмеялось. - И это одна из ее разработок! Адмирал очень не любит честной конкуренции!

- Но как до этого вообще дошло?! Это кому же в голову могло придти такое?! – Я «по частям кушал слона», осмысливая уровень и глубину звиздеца.

- Почти сто лет назад в Совете Земли было соотношение полов семь-восемь к двум-трем. – Контр-адмирал наклонился и открыл мини-бар. – На десять человек приходилось семь-восемь женщин. Знаешь, к чему это привело?

- К миру и глобальному процветанию? – Усмехнулся я, вспоминая жаркие дискусы в интернете моих времен.

- К полной жопе! – Контр-адмирал вытащил из бара два стакана и квадратную бутылку вискаря. – Они своим стремлением все сделать «по-ихнему» трижды срывали начало строительство второго и третьего орбитального лифта! Потом «заболтали» пенсионную программу, решив, что государство не должно регулировать и контролировать вложения пенсионного фонда. А потом грянул «белый кризис» и правительство дружно разбежалось в отставку, оставив разбираться со всеми проблемами тех, кто сотался на местах! С тех пор, в Совете Земли негласное правило – три женщины на десять человек. Только так можно уравновесить реальное и желаемое.

Эйон налил мне вискаря, налил себе вискаря и с наслаждением залил в себя свою порцию.

- А на самом деле? – Уточнил я, не веря услышанному.

- А все дело в том, что женщины поссорились.

А вот в это я сразу поверил…

Хорошо, когда поссорилась одна женщина, но когда их хотя бы десяток…

Бр-р-р-р-р!

Нафиг-нафиг!

Были у меня прецеденты…

От полноты воспоминаний и я вискарика хлопнул.

Эх, хорошо пошел!

- А почти сорок лет назад началась программа… - Контр-адмирал закашлялся. – Ладно, тебе это знать не обязательно.

Ну, это мы еще посмотрим, что обязательно, а что – нет!

Я мысленно дал себе зарок хорошенько в этом деле покопаться.

А для этого, к сожалению, надо вернуться на Землю!

- В общем, подавай рапорт, перевод на Землю я тебе обеспечу, а там уж сам грести будешь! – Хитрый, хитрый контр-адмирал, явно ведь читает меня, как книгу и понимает, что я теперь зубами вцеплюсь!

И не потому, что я какой-то особенный поклонник женского равноправия, а потому что это – подлость!

- И еще, Эд… Две твоих работы Ал отправил в печать, а вот третью, прости, оставили исключительно для внутреннего пользования, в ней отчеты СВР, так что, сам понимаешь, дальше нас она не пройдет еще лет пять, а то и все десять. – Адмирал открыл дверь и помахал рукой прогуливающемуся неподалеку, Гошу. – Аналитический отдел поставил «ДСП», без разрешения выноса или печати.

Гош запрыгнул за руль нашей таратайки и повел ее к выходу из ангара.

Лифт вознес нас на «наш» ярус и контр-адмирал любезно подбросил меня почти до дверей каюты.

- Эйон. – Я вышел наружу и придержал дверь. – Что было на ТОМ кристалле?

- Единственная наука, способная наладить общение между любыми разумными, любой Вселенной. – Контр-адмирал улыбнулся.

- Математика. – Понятливо кивнул я.

- Но очень чуждая. – Ли покрутил в руках бутылку. – Настолько чуждая, что в основе ее лежит нечто, до чего нам еще ползти и ползти, Эд. Так что, считай, только из-за него ты и отделался выговором…

Я закрыл дверь «кареты», прозванной так из-за смешного расположения антигравитационных подушек и проводил взглядом узжающий экипаж.

Что же, теперь мне снова паковать вещи…

Войдя в каюту, обомлел!

На столе, под ультрафиолетовыми лампами, развернув ко мне свои лепестки, буйным цветом цвело все три моих «сорняка»!

Одна – кроваво красная и две черные, точнее, темно-фиолетовые!

Активировав планшет, вызвал Цеффа.

Теперь это его головная боль…

***

- С прибытием на Землю, инспектор Мерсер! – Мой бывший куратор протянул руку. – Рад видеть в добром здравии и улыбающимся!

Ну, не плакать же мне, блин!

От JR-23 до орбиты Земли пришлось добираться на перекладных, сменив целых три корабля!

- Сегодня-завтра сдадите отчет… - Ага, все три корабля достались мне для инспекторской проверки, куды крестьянину податься! – А потом, милости прошу в «земельный отдел», тебе уже подобраля пяток участков!

Ох ты ж, я и забыл, что сейчас я бездомный!

- А пока, каюта 18, девятнадцатый ярус. – Я снова не удержался от свиста.

Меня, фактически, засунули в самый «низ» второй станции, построенной еще лет пятьдесят назад и оттого постоянно ремонтирующейся. – Предупреждаю, ярус не самый безопасный, но убивать никого нельзя.

- Но калечить можно? – Поинтересовался я, пытаясь понять, с какого хрена меня засунули так далеко, да еще и на той части станции, которая принадлежала Флоту, а не СВР.

- Калечить – можно. Главное, чтобы голова работала и язык, чтобы на вопросы отвечать, имелся на своем рабочем месте. – Да уж, куратор у меня еще тот шутничок…

Привычно подопнув свой сундук, помахал куратору рукой и пошел на свой уровень, тем более, что если верить схеме станции, у меня всего-то делов дойти до лифта в двадцати метрах, спустится, пройди пятьдесят метров и все, я у себя в норке!

Правда, лифт пришлось ждать минут десять, да спускаться минут пятнадцать, потому как народа было просто овер дофига!

Спустившись на девятнадцатый ярус, вышел из лифта и присвистнул в очередной раз – по ярусу шарились все, кому не лень!

Техники, вновь возрожденные космодесантники, персонал обслуживания и просто феноменальное количество шпаны всякого вида, цвета и даже пола!

Пока я вертел головой, мой сундук отчего-то поехал налево, все ускоряясь и ускоряясь, словно готовясь пойти на взлет.

Пришлось догонять, отрывать от покрытия и тащить к дверям каюты.

Точнее, попытаться тащить, потому как какая-то жирная корова в заляпанной подливкой униформе отчего-то начала орать, что ее грабят!

Тут же ей на помощь поспешила еще какая-то шантрапа, уверенно доставая из карманов короткие дубинки, посверкивающие искрами разрядника.

Первым ударом снесло с ног и жирнючку, и одного из ее помощников.

Могу сказать с уверенностью, жить оба будут, но недельку смогут питаться исключительно через трубочку.

Еще двое, видя такой поворот событий, предпочли сунуть свои дубинки обратно в карманы и раствориться в толпе.

Учитывая, что полиционеров рядом не оказалось, вновь подхватил свой сундук на колесиках и пошел в сторону полученного жилья, провожаемый злобными взглядами.

Едва дверь каюты за мной закрылась, я сел на сундук и полуистерично захохотал.

Что со мной не так, а?!

Куда не приезжаю – везде все с фигни начинается?!

Деактивировав сундука, достал из него аптечку и гражданский станнер-болевик, слегка модифицированный на JR-23 народными умельцами.

Теперь им можно и слона остановить и даже носорогу сделать очень больно, с первого же выстрела.

Заперев за собой дверь, отправился сдавать отчеты, по пути отмечая, что порядок на станции вообще не поддерживают!

В последний мой прилет работали системы наблюдения, а мелкопоместная братва вообще не считала себя за королей ночной Вероны.

Теперь же…

Оборзели!

Пока возвращался к лифту, дважды попытались влезть в карманы!

Одному я сломал пальцы, а второго стукнул током станнер, опознавший несанкционированное прикосновение неавторизованного пользователя.

Меня тоже тряхнуло, но в отличии от обугленных пальцев воришки, я отделался лишь неприятными ощущениями.

Войдя в лифт, галантно посторонился, давая стоящей девушке хоть немного свободного пространства.

Вот только девушка, вместо того, чтобы наслаждаться свободным местечком, наоборт, прижалась ко мне, как путешественник к родной земле.

Судя по знакам отличия, девица была не из простых – на форме «Чаша Гигейи» с тремя звездами, а это, на минуточку, капитанское звание!

Лифт качнуло, и девушка прижалась ко мне так сильно, словно хотела выдавить из меня внутренности.

- Простите… - Девушка подняла совершенно дикие от страха, глаза на меня. – Я боюсь лифты…

Врала, кстати.

Боялась девица совсем не лифта, а двух парней в форме десанта, поглядывающих на нее прямо-таки с плотоядным обожанием.

А ведь девица, прямо скажем, кроме высокого чина особой красотой не отличалась.

Обычная шатенка с серыми глазами.

Да, ноги от ушей, но к ногам еще и что-то сверху должно прилагаться, а тут прилагается исключительно страх.

Причем, с каждой секундой этот страх превращал девушку в безвольную куклу, которая держалась исключительно на мне, всем своим весом бараньего тощака.

К девятому этажу девушка совсем обмякла и пришлось брать ее на руки и пробиваться к выходу.

Как назло, именно в этот момент лифт перестал тормозить на каждом этаже станции и понесся вверх так, словно получил смачного пинка!

На втором этаже лифт наконец-то замер, распахнул свои двери, и я выбрался в чистенький коридор.

Повертев головой, нашел указатель с красным крестом и понес бедолагу в медпункт.

- Мильта! – Женщина врач с целыми пятью звездами на значке, при виде меня с девушкой на руках, мгновенно развила бурную деятельность, выдвигая из стены лежанку и активируя дроида-помощника. – Девочка! Опять!

Вот только вся проблема была в том, что Мильта вцепилась в меня так, что пришлось колоть успокоительное!

Уложив капитана на кушетку, в двух словах обрисовал случившееся и помахал ручкой на прощание, оставляя девушку в надежных руках медицины.

За дверью, снова поискал указатели и бодро двинул сдавать отчеты, благо хоть этаж был тот, что нужен мне.

Маленькое происшествие отчего-то привело меня в благостное состояние души, которое тут же испортил СВР-овский инспектор, разнесший в пух и прах мои отчеты и заставивший их переписать.

И так все три отчета!

Зевая и ругаясь, дополз до «земельного отдела», в котором меня встретил такой же зевающий полковник, которому больше всего хотелось спать, а не разбираться с моими предпочтениями.

Так что мужик просто скинул сетевые адреса подготовленных домов, предупредив, что в одном еще ведутся ремонтные работы и будет он готов не раньше, чем через три дня.

К себе, на девятнадцатый, спускался в полупустом лифте, прислонившись спиной к прохладной стене и отчаянно зевая.

Стоящие вдоль стен, такие же усталые люди старались друг на друга не смотреть, но вот вошедшая на одиннадцатом этаже парочка десантников была отвратительно свежа, громка и многословна.

К своему этажу я узнал, что на станцию завезли самую натуральную порнозвезду и даже пообещали, что ее услугами сможет воспользоваться любой, от чина лейтенанта, включительно.

Оба лейтенанта-десантника громко обсуждали, что именно они хотят воплотить в жизнь, на что пяток женщин брезгливо морщились.

Едва не прозевав свой этаж, причем в буквальном смысле этого слова, вышел в полупустой коридор и пошел к каюте, мечтая завалиться дрыхнуть.

Можно даже без душа, прямо в форме – гребанный инспектор просто высушил меня, выпив всю кровь своими требованиями.

Открыл дверь и влетел внутрь от сильного толчка пониже спины.

- Тебе большие приветы с того света! – Пятерка крепких парней в голографических масках вошли в мою каюту и плотно закрыли за собой дверь. – Просили передать…

Свет выключился и перемигнул на аварийно-красный, сбивая напыщенную речь.

- Что-о-о-о?!

- Так что мне там просили передать? – Полюбопытствовал я, поигрывая станнером.

- Просили передать, что ты слишком много о себе возомнил. – Нападющий оглянулся на своих замерших истуканами, приятелей.

- Очень мило. – Я врезал ему между ног, а потом добавил коленом в зубы. – А теперь рассказывай, кто просил, сколько оплатил, кто такой… Хотя, ладно, «кто такой» можно и не надо, утилизатору пофиг, кто ты такой.

- Ничего не скажу! – Длинноволосый блондинчик, лет эдак двадцати-двадцати пяти, вместе с потерянной голомаской, видимо, потерял и последние мозги, считая, что сможет промолчать.

Ну, да…

Да даже не будь у меня «инспекторской подготовки», у меня был Терн, который сейчас во мне и зашевелился, вываливая целую тонну знаний о быстрой добыче данных у противника.

- Ой, да пофиг… - Я махнул рукой, походя добавив блондину по печени, носком ботинка. – Не ты, так твои приятели, делов-то.

- Ничего никто тебе не скажет!

Вместо ответа, подошел к материализатору и заказал платиковые стяжки-тайсы, комплект ножей «Поварская тройка» и набор для карвинга. Не для волос. Для овощей.

Еще раз приложив блондина, для разнообразия, по почкам, стянул ему руки-ноги тайсами и раскрыл чемоданчик у него перед носом, демонстрируя восемьдесят предметов. Большей частью – ножей, ножичков, резачков и вырезателей-удалятелей.

Судя по глазам блондина, такой раскошный набор кромсалок на кроваво-красном бархате ему снился только в кошмарах.

Взяв в руки специальную шарообразную ложку, для вырезания шариков из овощей, придавил все еще сопротивляющегося парня коленом к полу и раздвинул ему веки.

- Ну-с… Начнем с левого глазика… Ой, с правого. Прости, постоянно путаю право и лево… - Я поднес блестящую ложку к глазу и слегка надавил. – Ты пока помолчи, я глазик вытащу, потом за другой возьмусь…

Через две минуты, лишившись одного глаза, блондинчик не рассказывал, а просто соловьем заливался, сдавая все, что знал.

Жаль только, что не знал, практически, нихрена!

Посредник вышел на них пять часов назад, по сети, скинул мой снимок и аванс, с «дополнительными пожеланиями».

- Вот… И стоило это все того?! – Я сел в кресло, разглядывая одноглазаого, залитого кровью, блондина. – «Дурак ты, Змеюшка… Было бы у тебя три жопы, а не три головы, давно бы отсюда улетел!»

Древний земной анекдот показался мне очень смешным в этот момент, но в единственном глазе блондина по прозвищу Берец, промелькнул тихий ужас.

- И что с вами делать… - Я, со вздохом, выбросил набор для карвинга в утилизатор, откладывая в сторону «Поварскую тройку» с прекрасными, деревянными, ручками.

Совсем как в детстве, в бабушкином шкафу!

Милота!

- Я верну аванс!

- Не-е-е-е-ет… - Я снова улыбнулся. – Слишком уж ты с приятелями много узнал… Сделаем иначе…

Через мгновение блондинчик заорал.

Вытащив из кучек праха бледно-розовые кристаллы, размером с риовое зернышко, подбросил их на ладони и бросил на стол.

Дрянь людишки.

И кристаллы дрянные.

И, да, я тоже с «подарочком» вернулся с того корабля!

Завернув в испорченный кровью блондинчика коврик оставшиеся после нападающих шмотки, выбросил все в утилизатор и активировал «уборщика», принявшегося наводить порядок.

Ни к чему кому-то знать, что тут в комнате призошло!

Под горячей водой полосанул себя острым лезвием ножа по ладони, оставляя неглубокий порез, который на скорую руку обработал аптечкой.

Теперь, даже если и найдут кровь, можно будет сказать, что сам случайно порезался.

Но это так, паранойя, на всякий случай.

Для полной достоверности схожу завтра, точнее уже сегодня в медпункт на втором этаже-ярусе, к врачу, будет у меня идеальное алиби!

Поправив повязку, чтобы выглядела замотанной на скорую руку, добрался до кроватки и отрубился.

За ночь, повязка хорошенько пропиталась кровью и засохла, так что доктору Белле пришлось ее «отпаривать» специальным приборчиком, тихонько ругая меня, что я не пришел сразу, как порезался.

- Спасибо Вам, Эд, за Мильту. – Белла, заживив мне рану, села напротив. – Она изумительная девочка, просто ей не повезло к своей красоте иметь прекрасные мозги и мерзавцев-родителей.

Женщина вздохнула.

- А что такое? – Я искренне удивился.

- Как… Вы не узнали Мильту?! – Белла расхохоталась. – Да ее знает вся мужская часть планеты Земля и часть женской!

- Наверное, я в другой части… - Улыбнулся я, разглядывая заживленную руку.

Вышло хорошо, но своей вернувшейся силой я бы заживил рану намного быстрее.

- Когда Мильте исполнилось четырнадцать лет, ее родители заключили контракт с «Гармония, инк» о продаже ее «лица» для производства серии виртуальных игр, «мужского содержания». – Белла развела руками. – Контракт на десять лет!

- Охренеть… - Вырвалось у меня. – А что, так можно?

- «Возраст согласия» начинается с четырнадцати, так что мордашку Мильты теперь можно увидеть не только в играх, постерах или вирт-фильмах, но и на секс-андроидах!

О, так вот о какой «порнозвезде» судачили десантники и вот почему так на меня смотрели в забитом лифте!

Мильта – порнолицо огромной порнокорпорации!

И пусть самой ей сниматься не пришлось, но узнаваемый облик, думаю, крови ей попил преизрядно.

- За эти десять лет, Мильта отучилась, на эти деньги, в элитном биологическом колледже, закончила Академию Флота, став самой молодой женщиной-биоматематиком. Не все было просто. – Белла помрачнела. – Особенно когда пошла серия андроидов. Два года назад на нее напали в лифте и теперь она…

- Нанесенная психологическая травма. – Я покачал головой, искренне сочувствую девушке. – Но, скажите мне пожалуйста, зачем она с такой травмой поперлась вниз?

- Несколько дней назад, на станции сформировали новый научный отдел по изучению вновь прибывшего артефакта. – Доктор помассировала себе затекшую шею. – И Мильта вбила себе в голову, что человек, обнаруживший этот самый артефакт, что-то утаил, для себя. Кто-то написал ей, что этот человек прибыл на станцию, вот она и кинулась его искать!

Глава 32

- … Продолжаются поиски сына адмирала Татур. – Миловидная ведущая новостей состроила встревоженную мордочку, всем своим видом демонстрируя, как она переживает еще одной гниде-адмиралу. – Напомню, десять дней тому назад, сын адмирала Татур, Паренц Татур, вместе со своими пятью друзьями, сбежали из дома, предположительно, для найма в космопехоту. К сожалению, проводимые полицией разыскные мероприятия по горячим следам, не принесли успеха. На данный момент, на Станции Орбитального лифта были обнаружены личные вещи Баренца и четырех его друзей. Пятый друг, Виима Принат, вчера была обнаружена в медицинском комплексе десятого яруса, где ей было оказано медицинское лечение. Полиция побеседовала с Виимой, но полученные сведения пока не стали достоянием гласности, в связи со следственно-разыскными работами. Редакция нашего канала, так же, как и все остальные каналы Земли, обращается к своим зрителям! Если вы видели этих молодых людей, сообщите в полицию по номерам…

Я щелкнул пультом, злорадно опознав всю пятерку и даже шага не сделав к лежащему на столе, планшету.

Догадываюсь я, какую медицинскую помощь получила Виима Принат, если о ее рассказе полиция промолчала!

Жаль девчонку, но о чем она думала, сбегая с двадцатидвух, двадцатитрехлетними парнями на орбитальную станцию, одна?!

Хотя, знаю я, о чем она думала.

О чем вообще может думать пятнадцатилетняя девчонка, которую, я совершенно в этом уверен, оболванили тем же способом, что и еще 60% женского населения планеты?!

- Инспектор Мерсер, что скажете? – Риэлтор обвела руками белоснежную гостиную, квадратов эдак под сто.

- Уникальное убожество! – Отрезал я, подхватывая со стола планшет и направляясь к выходу. – Причем, от слова «кал»…

- Но это одно из лучших предложений… - Женщина хлопнула нарощенными ресницами, непонимая, отчего я так жестко отшиваю уже третий дом. – Три этажа, киломтровая зона без соседей, прекрасный вид из окон!

- А убирать все это убожество будут, конечно же, приезжие клиниры из вашего агентства? – Полюбопытсвовал я. – Все двадцать четыре комнаты, семь санузлов и посадочную площадку?

- Да, наше агентство оказывает такие услуги! – Женщина, с бейджиком «Каролина» расцвела в улыбке. – Первый год – совершенно бесплатно!

- «Бесплатно», потому как стоимость клининга уже вложена в стоимость дома? – Расхохотался я. – Следующий, пожалуйста.

Этот дом был третьим в списке и ровно точно таким же, как и предыдущие два, то есть громадным, вычурным и…

Мертвым!

Все мое «зеленое чутье» возвращающееся после встречи с чужаками, выло и протестовало от этих построек.

Устроившись на сиденье флаера и дожидаясь, пока риэлтерка деактивирует системы дома, принялся просматривать предложения других агентств, тем более, что их на Земле хоть попой кушай!

- Инспектор Мерсер! – Женщина устроилась на сидении, напротив меня и небрежно сняла свой жакет, бросив рядом. – Может, вы объясните, что именно Вас не устраивает? Эти объекты выбирались, в первую очередь, используя вашу психологическую направленность!

- У меня нет гигантомании! – Рявкнул я так, что женщина поежилась. – И слабоумия – тоже нет! И денег на постоянные ремонты – тоже особо нет. Дом должен быть функциональным, а «представительское» оставьте адмиралам, им не привыкать жить за чужой счет!

- То есть, вам нужен маленький дом?

- Мне нужна берлога, куда я могу забиться и смотреть на мир злыми глазами! – Я показал ей планшет, на котором был чудесный домик-двуэтажка, по описанию с пятью комнатами и посадочной площадкой на два флаера.

Основной прелестью был тот факт, что дом был сложен из огромных бревен или стилизацию под них, с нормальной верандой, на которой можно чудесно пить…

И даже не одному пить.

А можно даже не пить, а смачно бухать, если припрет!

- Это агентсво «Лэндинг», у них только красивые картинки. – Женщину передернуло. – Правда, есть вариант, но от него все отказываются.

- Вот и давайте посмотрим, от чего все отказываются. – Решил я. – Но, если и это будет фуфлом, пойду в другое агентство, чесслово!

Разумеется, дом оказался фуфлом на болоте.

В самом прямом смысле этих слов: дом стоял на болоте, на сваях, возвышаясь на три метра над уровнем болота!

И снова, шиздец меня разрази, трехэтажный и с белыми стенами!

Увидев этот шедевр архитектуры я даже выходить из флаера не стал, молчком махнув рукой, мол, возвращаемся.

Обиженная риэлторка снова напялила свой жакет и теперь с жаром с кем-то переписывалась в планшете, то и дело поглядывая на меня, как на идиота.

Минут пятнадцать меня это волновало, а потом я ввел в поисковик «Купить дом на озере, два этажа, подвал, парковка для флаера, не новодел» и уронил челюсть от количества предложений!

Причем цены были более чем человеческие, а судя по описанию, некоторые из этих домов были и вправду «живыми», пережившими своих хозяев и продаваемые их детьми.

Еще раз глянув на женщину, сбросил «земельному отделу» отказ от услуг выбранного ими агентства недвижимости, указав в качестве причины некомпетентность, завышенные цены, навязанные сервисы, приложив, для верности, прайсы от других агентств, отдельно прайсы от клининговых конторок и, в качестве куп-де-гра, прайсы на обслуживание домашних систем. Отдельно настучал СВР-овским СБ, что каким-то образом моя «психонаправленность» стала достоянием какой-то риэлтерской конторки!

Минут десять был спокойно, а потом планшет у риэлтерши разразился ушезакладывающей трелью.

Вобщем, высадили меня из флаера агентства на первой же общественной посадочной площадке!

Взбешенная дамочка наградила меня презрительным взглядом напоследок и…

Я остался посреди тихого рыбацкого поселка, где каждый занят своим делом.

Правда, не на долго – минут через семь ко мне подошел седобородый дедуля выше меня ростом и полюбопытсвовал, какого хрена я тут забыл.

Глянув на него через «зеленку», я вдруг, совершенно по-детски расслабился и выложил все, как на духу.

- Домик, говоришь… - Дед наморщил мохнатые брови. – Аксель Боу помер в прошлом году и, вроде, его сынок продает его халупу. Не за дорого, на противположном берегу озера. Если не продал, можем сходить, посмотреть. Не понравится, делов-то…

- Годится. – Что-то мне подсказывало, что Акселя рыбаки не долюбливали, но он был свой, так что…

- Ну, пошли… Заодно и поужинаем. – Дед погладил свою бороду и, развернувшись ко мне спиной, вразвалочку, неторопливо, двинул по улице, всем своим видом напоминая мне матерого медведя, идущего по своему лесу.

Дом у деда Свияга оказался вполне себе современный, с нормальным отоплением, пятью сараюшками и, если я не ошибаюсь, с банькой, стоящей на берегу озера.

Как по мне, так зашибательно дед жил!

Пока его жена накрывала на стол, Свияга дозвонился до Мёрфа Боу, обстоятельно все выложил и, получив разрешение и код замка, сел за стол.

- Мёрф хочет за дом и участок… - Названная сумма меня как громо поразила!

Не знаю, какой там дом и участок, но стоимость была не просто маленькой, она была настолько мне по карману, что я всю ее я смогу с легкостью выплатить в два приема, а если завяжу поясок потуже, то и прямо сразу!

- После ужина сходим? – Я начал мысленно прикидывать, успеем ли до темноты и получалось, что – нет.

- Лучще завтра, с утра. – Дед кивнул жене, и та стала наполнять наши тарелки наваристой, одуряюще и сногсшибающе пахнущей, ухой. – Останешься на ночь?

- Да. – Я обмакнул ложку в тарелку, побултыхал золотистый бульон, понюхал аромат и потянулся за солью. – Только поблукаю по окрестностям часок-другой…

- О, Мария, твой родственничек прибыл! – Расхохотался Свияга, попробовал суп и забрал у меня из рук солонку. – Да как вы это делаете-то, а?!

- Это о чем? – Не понял я, наслаждаясь ухой из свежайшей рыбы.

- Ну, ты же соль по запаху чуешь? – Мария уселась за стол напротив меня.

- Ну, да… А, что здесь такого-то?! – Сколько себя помню, всегда чувствовал недосол по запаху.

- Я же говорю – твой родственник! – Свияга потянулся за черным хлебом. – У нас в поселке, кроме Марии никто соль по запаху не чувствует…

- В супе. – Уточнила Мария. – А вот выпивку, так за десяток миль побегут, найдут и раскопают!

Удивительно, насколько же можно внезапно найти отдых для души там, где и не ждешь!

Под простой ужин из трех блюд, плюс литровая кружка чая – Звезды, да как же все это в меня вместилось-то! – пролетело полтора часа.

Выбравшись из-за стола осоловелым от съеденного, поблагодарил хозяйку за сытный ужин и выбрался на улицу и выдохнул.

Давно так долго и с чувством не ужинал!

Помотав головой, отогнал накатившееся сонное ощущение и пошел к озеру, потом по бережку, любуясь обалденными видами, от которых захватывало дух.

Ровная гладь воды, где-то вдалеке возвращалась на берег шлюпка рыболовов.

От свежести воздуха кружилась голова, а в сердце, отчего-то, все равно было не спокойно.

Спустившись к самой воде, быстро скинул одежду и вошел в холодную воду, смывая сонный пережор.

Немного поплескавшись, огляделся по сторонам и, набрав полную грудь воздуха, нырнул.

На глубине десяти метров перешел на «зеленое дыхание» и донырнул до дна.

Ровного, гладкого, словно когда-то здесь была самая натуральная, здоровенная, парковка, машин эдак на сто, а то и на все пятьсот!

От «парковки» дно полого уходило еще вниз, метров на шестьдесят, притягивая меня своей странной темнотой.

Ну, а раз притягивает, значит, надо нырять дальше!

Минут через пятнадцать, уже оказавшись метрах в ста от поверхности, наткнулся на остатки автомобильного тоннеля, частично обросшего водорослями, частично чистенького, с надписями, сделанными на немецком языке, шикарным готическим шрифтом.

Запомнив надписи, пролыл вглубь, потом еще и…

Оказался в самом натуральном воздушном кармане, оканчивающимся пятиметровой высоты, воротами!

Судя по виду, лет им был дохрениллион, но вот прочности им точно не занимать, даже те же надписи на немецком остались читаемыми!

Потыкавшись, дал себе слово вернуться и вернулся в воду, а оттуда на берег, к вещам.

Наивность требовала ответов «здесь и сейчас», а вот паранойя требовала молчать в тряпочку, уж больно все хорошо сохранилось!

Одевшись, полюбовался выкатившимися звездами и вернулся в дом к Свияге, для вида пожаловавшись, что вода холодная.

Старики надо мной слегка посмеялись, мол, городским все не так!

Через час, развалившись на мягкой перине, под тяжелым одеялом, активировал планшет и принялся искать, что же это за озеро такое, Топле?!

По описаниям – искусственное озеро, которое, лет триста тому назад, специально создали, для обрыбления местности.

И все.

Никаких данных о пещерах, дорогах-парковках не было, словно никто и не знал, что они есть!

А ведь озеро обследовали, правда, на десяток километров южнее, совсем не давно, около пятидесяти лет назад!

Заинтригованный загадкой, отложил планшет и дал себе зарок купит этот дом, тем более, по моим расчетам получалось, что стоит он в аккурат над тоннелем и если будет время, то я им займусь вплотную.

Хихикнув, «на новом месте явись жених невесте», повернулся на бок, сунул руку под подушку и отрубился.

К сожалению, всю ночь мне снилась Келли и ее любимые позы, так что проснулся я уставшим, словно и не спал.

Хозяин дома, при виде меня, переглянулся с женой и усадил за стол, завтракать.

Увы, кроме кофе в меня ничего не лезло, так что уже минут через тридцать мы с дедом топали по берегу, почти в ту же сторону, куда вечером угулял я сам.

Почти два часа топали, прежде чем вышли на хорошо укатанную грунтовку, по которой, еще минут через двадцать вышли к домику, стоящему вроде как и на скале, а вроде как и в сосновом лесочке…

- Вот, дом Боу. – Свияга подошел к двери и набрал код на панели, прикрытой откидной крышкой. – Два этажа, семь комнат, кухня и пара ванных…

Дед запустил системы дома, включил свет и…

Я пропал!

Да, частично дому требовался ремонт, следовало выкинуть старую, рассохшуюся мебель, обновить стены и потолки, но в целом, это было ровно то, что надо.

Обойдя оба этажа, почесал нос и уставился в окно, за которым, на глади озера вдруг появилась воронка, хлопнула и пропала…

- Опять пещеры подмыло… - Свияга поморщился. – Потому Боу и не мог продать дом, что тут водовороты, рыбу не половишь…

- Ну, рыбу я лучше у вас брать буду… - Я оторвался от снова ставшей ровной, глади озера и вздохнул. – А подвал есть?

- Старик пробовал, даже технику пригонял, да тут скала на скале и скалой погоняет, так что он забросил это дело, скалу ковырять… - Свияга развел руками, а моя вновь очнувшаяся паранойя схватила меня за жабры, намекая, что дело не чисто!

Нынешней техники все эти скалы на один зуб, это не с бурами и зарядами ковыряться, там совсем другой принцип…

- Ну, что скажешь?

- Однозначно, беру. – Я повертел головой. – Только, площадку бы… Мне по службе легкий челнок положен, не на общественной же его парковать…

- Ну, на общественной, за служебный платить разоришься, у нас с этим строго… - Свияга хитро улыбнулся. – Но, Боу был во всем параноиком, так что, пошли, что покажу!

Выйдя из дома, мы прошли чуть наискосок, и я снова подвис – перед скалой, за домом, оказалась немалых размеров посадочная площадка, на которой не только служебный челнок, а целая «коряга» влезет, еще и место для флаера останется!

- Слева у него цистерна с дизелем вкопана, сейчас пустая, а внизу, в воде, где течение, электростанция стоит. Только, запускать не советую, он сам ей ни разу не пользовался, жаловался, что там вечно какая-то хрень твориться и все из строя выходит…

- Дизель – пофиг, а станцию я армейскую прикуплю, она надежнее, да и обслуживать ее проще будет. – Я заглянул в воду, пытаясь разглядеть, что же там она в своих глубинах прячет.

- Ну, да, армейская всяко лучше будет. – Согласился Свияга. – Так что, берешь?

- Остался последний вопрос. – Я вздохнул. – А участок какого размера-то?

Мысленно я приготовился к плохим новостям, но после ответа Свияги реально сел на жопу, переваривая услышанное.

Участок старого Боу оказался эллипсом, в центре которого стоял дом, длинные стороны уходили на пяток километров в скалы и озеро, а короткие, на по три километра, по берегам.

Я с трудом вспомнил формулу, но получалось, что площадь владение старого Боу больше ста пятидесяти квадраных километров!

- Только губы сильно не раскатывай! – Свияга погрозил мне пальцем. – Озерные километры у нас у всех в свободном доступе, озеро всех поровну кормит! А вот скала, та да, никому не нужна… Живность там не водится, а по дрова ходить уже сто лет как не надо… Берешь?

- Еще бы скидочку, на ремонт дома… - Закинул удочку я, на всякий случай.

- Это уже с хозяином договаривайся… - Отрезал дед. – Адресок-номерок сейчас скину, свяжешься и договаривайся по цене. Но, думаю, Мёрф скинет процентов десять, ему этот участок уже поперек горла стоит, только налоги капают…

Еще раз глянув на озеро, потер руки.

Сдается мне, я нашел себе домик!

***

- Инспектор Мерсер! Инспектор Мерсер! – Девичий вопль вспугнул весь народ, стоящий у лифта. – Инспектор… Это вы-ы-ы-ы-ы?!

- Здравствуйте, Мильта. – Вежливо поздоровался я, досадливо поморщившись. – Как ваше самочувствие?

- Инспектор Мерсер, нам надо срочно поговорить! – Девушка схватила меня за руку и потащила по коридору.

Точнее, попыталась.

Ее пятьдесят пять килограмм, против моих девяноста, гм, к тасканию как-то не располагают.

- Мильта, ради всех Звезд! – Взмолился я. – Давайте позже!

- Никаких позже! – Девушка рассержано топнула ножкой. – У нас все исследования из-за вас остановились!

- Мильта, я – тупой инспектор, как исследования могут остановиться из-за меня?! – Я с тоской посмотрел, как закрываются дверцы лифта. – Чесслово, что знал – рассказал все!

- Значит, не все! – Отрезала девушка. – Декодировали только десятую часть записей!

Она снова дернула меня за руку и, все-таки потащила по коридору, под усмешки прохожих.

- Мильта! – Я попытался освободиться, но куда там!

В девушку словно медоед вселился, настолько она в меня впилась!

Дотащив меня до двери, подсвеченной красным символом, Мильта приложила к сенсору руку и, едва дверь открылась, втолкнула меня вовнутрь.

Разумеется, тут же сработала сигнализация несанкционированного доступа и нас просто-напросто заблокировало между двух дверей!

- Полковник Летти! Это Мильта! Меня с инспектором Мерсером заблокировали! – Девушка активировала свой планшет и начала жаловаться на систему безопасности, которой в принципе пофиг на все жалобы. – Да, я вносила его в список гостей! Когда?! Прямо сейчас! Я оперся спиной о стену и принялся ждать результата.

Через минуту сирена умолкла и открылась вторая дверь, впуская нас в огромное помещение, разделенное на комнатки прозрачными перегородками.

- Мильта! Я же просила тебя! – Высокая, болезненно худощавая женщина вывернула откуда-то справа и принялась отчитывать девчонку, пытаясь раз за разом достучаться до ушедшей в себя, Мильты, мысленно меня уже уложившей под лучи псисканера. – Мильта! Ау!

- Полковник! Ну, самый последний разочек! – Капитан Мильта сложила руки в умоляющем жесте. – Это же всего десять минуточек! Один прогон сканера – и все!

- Это бесполезно. – Сразу предупредил я, глядя полковнику в глаза. – У меня резистивность «А».

- Зашибись… - Полковник уставилась на меня, как на неведому зверушку. – В деле этого нет!

- Личные дела инспекторов доступны Флоту только через спецзапрос. – Напомнил я аксиому, которую флотские отчего-то забывают.

- Понятно… - Женщина подошла к сенсору и прижала к нему свою руку. – Всего хорошего, инспектор Мерсер! А ты, Мильта, марш работать!

Облегченно выдохнув, шагнул за дверь, почесал затылок и, развернувшись, сказал то, что вертелось в голове:

- Если дальше хода нет, значит, вы его пропустили… - Дверь закрылась, оставляя меня в полупустом коридоре.

Сейчас опять придется возвращаться к лифту, ждать, пока он придет, спускаться…

Я мысленно завыл.

Сегодня меня точно распнут!

Мало того, что на меня точат зуб наши «земельщики», начальству которых я обломал маленький «гештальт» с риэлтерским агентством, так теперь на меня еще решили повесить «утерянную «Коррегу», списанную и признанную уничтоженной!

И, если я опоздаю – а я опоздаю! – на комиссию, то на меня повесят еще что-нибудь и я уже не отверчусь при всем своем желании!

Блин, ну вот почему так, а?!

Хорошо же все шло!

И домик мне Мёрф продал с двенадцатипроцентной скидкой, так что я уложусь в два платежа и даже не придется сильно поясок затягивать на шее, и даже знакомство вчера было приятное, с милой девушкой-рыбачкой, а сегодня на меня все свалилось!

Выйдя из лифта, наткнулся на куратора, поджидавшего меня у дверей «земельного отдела» с хмуро-злобно-веселым видом.

- Не ходи туда! – Куратор остановил меня у дверей. – Пошли, кофейку бахнем!

- Но… Меня же там ждут! – Я замер, как вкопанный.

- Поверь мне, мой приносящий беды, инспектор Мерсер, сейчас они ждут исключительно чуда, а не того, кто капнул на них в Службу Безопасности! – Куратор воровато оглянулся по сторонам. – Лучше, чтобы они тебя вообще некоторое время не видели… Например, с полгода…

«О, нет!»

- Все так плохо?! – Мы доползли до этажного кафетерия и, сделав заказ уселись за столик.

- Ага! – Почти радостно всхрюкнул инспектор пятого класса Арни Сиг, по совместительству мой новый куратор. – Там сейчас такой цирк заваривается… СБ подняло договора за последние десять лет и выяснило, что на участках, которые выделялись инспекторам, прокрутили такие бабосы, что можно построить два линкора!

Я присвистнул.

- Так что тебе, как «стукачу», светит процент… - Куратор хмыкнул. – Не радуйся, всего один процент вознаграждения, но от ста шести миллиардов!

У меня челюсть едва ли не в самом деле отвалилась!

- Уже решил, куда столько бабок тратить будешь?

- Закажу себе кораблик, а остальное в «ветеранский фонд». – Я даже особо не задумывался, как с этими деньгами поступить.

- Сам придумал? – Куратор удивленно изогнул бровь. – Или так, ляпнул наобум?

- Да меня, нахрен, убьют с такими деньгами! – Я поежился. – В первом же вылете грохнут и найдутся наследники, о которых я ни сном, ни духом!

- Да, Эд… Лучше тебе все-таки, сидеть в аналитиках… - Мой куратор улыбнулся. – А у нас тут целая стратегия, как тебе объяснить, что с деньгами делать, чтоб тебя живым не закопали, а ты так запросто от миллиарда отказался!

- Мертвым деньги ни к чему. – Я пожал плечами. – Да и заработать я головой смогу, мне так даже будет безопаснее. Хотя, кораблик хочется, не скрою. Да и на дом я потратился знатно, почти все выскреб…

- С домиком отдельная эпопея, Эд… - Куратор развеселился. – Ты же его на свои деньги купил, верно?

- И?! – Я приготовился к неприятностям.

- Вот! А деньги на покупку дома уже выделены, учтены и… Зависли на счете! Так что ты, это, в бухгалтерию месяцок не ходи, если не хочешь, чтобы тебя там наши дамы в пол вкатали! – Арни одним глотком допил кофе. – С корабликом СВР тебе поможет, а вот с деньгами ты хорошо придумал, раненых все больше и деньги на выплаты очень нужны. Ладно, допивай кофе и пошли получать новое задание.

И снова лифт, снова вверх…

Как я уже за сегодняшний день на нем накатался!

Вознесясь на первый этаж, в обитель СВР, наполненную спешащими людьми, загадал – если опять отправят к черту на рога, с промежуточными инспекциями кораблей, закачу скандал!

В результате, как и ожидалось, и промежуточные инспекции получил, и скандал не закатил!

Обломали, заразы.

Но красиво обломали, отправив инспектировать крейсер «Олимпия», на котором восседала своей царственной жопой Ее Величиство адмиралка Одзава.

Попутно, еще три кораблика, но там мелочь, по типу «Орвилла», где все про всех знают и надо только мило улыбаться, вежливо подбухивать с техперсоналом, на который «старший состав» особенно не смотрит и делать выводы, желательно, с хорошим паролем.

Сама «одмирал» в это время будет проходить курс лечения на Земле, так что у меня есть все шансы напакостить!

А я постараюсь это сделать, уж будьте уверены!

У меня уже и планы на нее, точнее – ее отсутствие! – есть!

- У тебя морда слишком счастливая… - Арни перехватил меня на выходе и озабоченно покачал головой. – Эд! Никаких провокаций!

- Разумеется! – Твердо пообещал я, пряча улыбочку.

Эх…

Если я и без своей любимой «зеленой магии» большую часть народа искренне «любил», то представьте себе, как меня прет с ней!

- Эд! Пожалуйста! Без глупостей! Просто инспекционная проверка, проверишь документы, просмотришь отчеты за пару месяцев и все!

После фразы «проверишь отчеты за пару месяцев» мне очень поплохело!

Тяжелый крейсер «Олимпия» насчитывает семьсот девяносто человек, из них отчеты кропают три с половиной сотни «военнообязанных» из расчета, как минимум, один человек в месяц!

За два месяца набегает шесть сотен!

Даже если отчет там на двадцать строк – его надо будет прочесть, осмыслить, приложить к ситуации, сделать вывод!

А если отчет повторный, так надо будет поднимать архив, сравнивать, анализировать…

Сдается мне, я все-таки прогневил небеса своей удачливостью!

- «Жук» отходит через пять часов, тебе лучше поторопиться! – Мой куратор дружески хлопнул меня по плечу, и я поплелся собираться.

Хотя, что там собираться – я свои вещи как сдал в камеру хранения, так они и лежат, меня дожидаются.

- Эд! Инспектор Мерсер! – Доктор Белла, кажется, меня ждала, вон, странно ручки-ножки сжимаются, словно готовится свернуть мою шею. – Мы можем поговорить где-нибудь?

- Если только очень быстро… - Я помахал планшетом, с полученным заданием. – Через пять часов у меня вылет!

- Мне хватит… - Белла снова сжала-разжала кулаки и очаровательно покраснела. – Разговор будет короткий!

Да-а-а-а-а, вот теперь мне реально стало страшно!

Найдя свободный кабинет, благо таких на этаже оказалось на удивление много, открыл дверь, культурно пропустил женщину вперед и…

Бли-и-и-и-и-и-ин!

Я ожидал чего угодно, только не того, что произошло, едва дверь закрылась!

Доктор Белла меня просто трахнула!

Не скажу, что это было неприятно, но неожиданно – точно!

В течении сорока минут женщина словно с цепи сорвалась!

А потом молчком оделась и выпорхнула из кабинета, оставляя меня в легком ступоре и странном ощущении, что мной попользовались!

Глава 33

- Инспектор Мерсер? – Капитан Лэсс смотрел на меня, как на гнилой помидор, затесавшийся в ящик со свежими. – Потрудитесь объяснить Ваше решение!

- Параграф 3, пункт 8. – Я активировал планшет. – На время инспекционной проверки, инспектор может отстранить от несения службы любого офицера, если тяжесть проступка офицера подразумевает передачу данного офицера в руки трибунала. По моим сведениям, и данным проверки, Вы, как капитан тяжелого крейсера, отдали приказ выйти из боя без веской причины. Мне уточнить, как называется данный проступок, капитан?

Капитан захлопал ресницами, длинными, свеженарощенными.

- Да, капитан Лэсс, это – дезертирство! – Я сцепил пальцы в замок. – Более того, уход крейсера с поля боя, стал причиной поражения, ведь за вами следом, следуя вашему примеру, из боя вышел «Бархан», «Зевс», «Мадонна» и еще три тяжелых корабля. Капитаны этих кораблей уже переданы трибуналу, но вот вас, почему-то, это не коснулось. Не желаете объяснить?

Разумеется, капитан объяснить не желал.

Ведь тогда пришлось бы признать, что приказ отдала адмирал Одзава!

А так, все шито-крыто, шесть капитанов сподличали, а капитан Лэсс – чистенький!

Вот только это так не работает.

Данные корабельных систем точно фиксируют дату и время любого приказа.

Да, адмиралка подчистила основные банки памяти, к которым имела доступ, как адмирал флота и даже резервные поменяли месяц назад, при «очередном ремонте», но вот в чем штука, в начале каждого боя, флагман и три его судна поддержки выбрасывают в открытый космос «регистрирующий бакен», метрового диаметра шары, которые фиксируют все отданные команды.

Атавизм тех времен, когда после боя не оставалось целых кораблей, а разбираться с тем, что же случилось, приходилось в любом случае.

Бакен «Олимпии», конечно, тоже был отстрелен, как и положено, но…

Перед тем как свалить, адмирал дала команду бакены уничтожить, если нет возможности собрать.

Бакены «Зевса», «Аида», «Олимпии» и «Персефоны», числилсь уничтоженными противником, после боя, но на складе обнаружился бакен «Персефоны», который хитрый техник выковырял из полуразбитого истребителя прикрытия, пилот которого «погиб», выполняя приказ об уничтожении такого глобального компромата!

Вот такая длинная цепочка совпадений…

Не было бы у меня «зеленой магии», фиг бы я обратил внимание на технаря, глаза которого бегали, как борзые за зайцем!

А там дело техники – чуть-чуть надавить и все, техник сдал «заначку»…

- Капитан Лэсс? У вас есть что добавить или пояснить по обвинению инспектора четвертого ранга Мерсера? – Стоящий рядом со мной станционный СБ-шник тяжело вздохнул. – Капитан Лэсс, сдать оружие. Вы обвиняетесь в покидании поля боя без приказа.

- Был приказ, был! – Капитан взвыл. – У меня есть доказательства!

- Отлично. – СБ-шник посмотрел на меня и едва заметно выдохнул. – Будьте добры, скажите, как мы можем их получить?

- Сетевой адрес 87.195.249.253, пароль «Шахеризада»…

Капитан СБ-шников вывел бывшего капитана тяжелого крейсера «Олимпия» из допросной, на прощание погрозив мне кулаком.

Да, не завидую я ему…

Теперь все говно Вселенной ринется на станцию «Амели», а, может быть, сюда же припрется и адмиралишна, чтобы вытащить своего полюбовника.

Вот только, что-то мне говорит, что хрен она за ним припрется.

В самом крайнем случае, оплатит услуги продажного «молчи-молчи» и бедолага капитан Лэсс станет безжизненным трупом, повесившимся на собственных трусах семь раз…

Покрутившись по допросной, стер и запустил «очистку данных».

Теперь все – вряд ли кто докопается, что инспектор Мерсер хоть как-то причастен к раскрытию дела капитана Лэсса.

Да, остается сам капитан Лэсс и СБ-шник, но первый и так, и так не жилец, его либо адмирал закажет, либо свои удавят, а СБ-шник…

Если капитан Лорри проживет дольше двух-трех недель, это будет просто чудо, потому как от его генной болезни наука, увы, лекарств не ведает.

Потому капитан и согласился на эту авантюру, чтобы уйти с фейерверком, отомстив за гибель сына и дочери, брошенных на растерзание криллам сукой-адмиралом.

Конечно, рисковано было устраивать весь этот спектакль, ведь капитан Лэсс мог и послать меня на хрен, потребовав «высшего разбирательства», но…

Вера – это когда лень проверить!

Я хмыкнул и деактивировал «виртуалку».

Допросная комната мгновенно превратилась в обычную, серую и непримечательную комнатку, нашпигованную высокотехнологичным оборудованием проекции…

Мысленно попросив у станционных прощения, сунул в выдвинувшийся лоток чип памяти, скопировал данные и запустил хитрую программульку, которая, при любой следующей активации спалит тут все, к хренам собачьим, без возможности восстановления.

Все…

Выйдя из комнаты, накинул на голову капюшон андарийца и похромал к лифту.

Сейчас я спущусь на технический этаж, облачусь в скафандр, позаимствованный с на «Бьянке» и ножками, ножками, ножками вернусь в свою каюту на этом прекрасном кораблике истиных контрабасов, которые успевают и воевать, таскать контрабанду.

В лифте хорошенько покашлял, желая всем присутствующим крепкого здоровья и стараясь не смеяться от того, как быстро лифт стал совершенно свободным.

Через полтора часа, когда «Бьянка» покинула систему, уйдя в прыжок, еще и еще раз прокручивал все эту длинную и совсем не простую многоходовку.

Получилось криво, коряво и…

Хрен кто докажет, что я проводил допрос на «Амели», ведь официально, инспекторскую проверку тяжелого крейсера я закончил пять суток назад и уже даже отправил отчет, согласно которому на корабле все в порядке!

Правда, кроме официального отчета, своему куратору я отправил еще один, в котором положение дел «Олимпии» оценивалось не по «полученным инструкциям», а по реальному состоянию дел.

А состояние было, мягко говоря, херовым.

Любовник адмиральши содержит на борту свою любовницу, а у той еще пара любовников, а по завершению всей этой цепочки, складывается ощущение, что на борту тяжелого крейсера не трахается только компьютеризированная система!

Так-то мне, в принципе, пофиг, кто с кем трахается, если не в ущерб делу, но тут не ущерб даже, а «ущербище»!

Одна только корабельная СБ-шница чего стоит!

Хрен бы с ними, ее любовниками, но она ведь их списывает, по надоеданию, куда попало, но чаще всего туда, откуда и хрен вернешься!

Вот, например, пилот истребителя, что бакен приволок – мог бы выжить, но Марта запретила доставать пилота, ссылаясь на пункт 3.1, гласящий, что в случае угрозы заражения инопланетным вирусом, требуется провести дезынфекцию подвижного состава.

Ее и провели, вместе с пилотом в разгермитизированной кабине!

Бред, в общем.

Помотав головой, активировал планшет, проверяя, все ли успело скачаться с сетевого адреса, названного перепуганным капитаном Лэссом.

Скачалось все, но…

Хрен я это кому передам!

Доблестный капитан копил компромат и на адмиралку, и на команду…

Слухи, сплетни, обрывки донесений – капитан собирал все, заботливо распихивая все по именным папочкам.

Шесть из девяти адмиралов.

Семнадцать членов совета Альянса.

Сорок один капитан звездного Флота!

Я перебирал файлы, с ужасом понимая, что все мои фантазии меркнут, по сравнению с действительностью!

Потянувшись, достал из стоящей рядом сумки черный, бархатный мешочек и высыпал на ладонь пять мелких кристаллов.

Как накопители энергии он, конечно, полное «г», но как носители информации – почему бы и не да?!

Сосредоточившись, перенес весь накопленный компромат в кристаллы, освобождая память.

Теперь, даже если кто и вскроет мой планшет, найдет там мешанину отчетов, десяток киношек и большой ком аудиофайлов.

А если со мной что-нибудь случится…

Ну, тогда нашедшего эти кристаллики ждет очень интересная жизнь!

***

Туалет станции «Мария» видел много и разного.

Вот и сейчас, вошли в него человек-инспектор Эд Мерсер и его собрат по несчастью, андариец-инспектор Лиу Кархх и… вышли!

Вот такая многоходовка, блин.

Перестав хромать, вернулся в каюту летящего к Земли прямым курсом транспорта «Гулливер» и мысленно пожелал коллеге удачи – ему еще прыжков пятнадцать на «Бьянке», а потом еще восемь до своей родной системы.

Андарийцы – самые молодые члены Альянса, вступили уже после начала войны с Криллом, чуть больше года назад.

Молодые и…

Отчаянные!

За свои три уничтоженных колонии, перед самым вступлением в Альянс, они собрали по сусекам старые корабли, напихали в них взрывчатки, оставили минимум экипажа и прилетели в гости к крилльцам, оставив после себя пяток воронок на месте городов материнской планеты и, попутно, стерев с лица других планет почти десяток колоний ящериц.

Крилл выкатил ноту протеста, пригнал корабль с послами, которых андарийцы без малейшего сожаления отправили в мусоросжигатель живыми, правда, не совсем здоровыми.

Видео вежливо переслали ящерицам, предупредив, что в следующий раз от столичной системы останутся осколки, а колонии начнут намеренно разыскивать и уничтожать в «прямом эфире».

Насчет столичной системы, конечно, андарийцы «позвенели в колокольчик», но в остальном…

В общем, поголовье ящерок значительно уменьшилось и теперь там своя смута, которой мы пользуемся по полной.

Сейчас Альянс старательно внушает андарийскому послу-представителю, что войны должны вестись «цивилизовано», на что представитель кивает головой, а андарийцы делают свое дело.

Уважаю, вобщем.

Заказав себе стакан сока, открыл планшет и принялся читать новости.

Ох, ты…

Быстро же его!

Свеженький некролог на капитана Лэсса, чье бедное, огромное сердце не выдержало тягот!

Мило, очень мило!

Я думал недельки за две управятся, а тут семи дней не прошло!

Ну и хрен на него.

Как говорится, умер Никодим – да и хрен с ним!

От одного новостного портала к другому.

Местные пестрели заголовками о мирных переговорах, Земные – молчали, лишь изредка сообщая, что да, переговоры с Криллом ведутся, но до их завершения далеко.

А четыре дня тому назад, адмирал Одзава и вовсе резко высказалась, что, мол-де проступки «некоторых союзников» сильно тормозят мирный процесс!

Да если бы не эти «проступки», не было бы вообще никаких мирных переговоров!

Нет, я положительно не понимаю наших адмиралов.

И, чем быстрее их не станет – тем быстрее выйдет толк!

Вон, «Скрюченный хер», адмирала Татур в составе соединения вышел на «честный бой» и получил скорую расправу, лишившись всех средних и легких кораблей, а это, на минуточку, тридцать бортов!

А «тяжеляки» сейчас ремонтируются на орбите Земли, куда с трудом добрались!

И ведь ничего ему за это не сделали!

Ходит, плакает, что потерял сына и рассказывает, как тяжело перенести утрату близкого человека!

А то, что благодаря его некомпетентности тысячи человек понесли тяжелую утрату, старый мудак даже не заикается!

Подмывало меня оставить свой «хвалебный комментарий», да его же отследят!

Перелистывая архив методичек, заметил одну радостную деталь – два десятка методичек, писанных нашими хвалеными адмиралами и адмиралками, наконец-то, списали в утиль и даже вроде как написали новые!

Вернусь на Землю – обязательно узнаю, кто автор и что там он накалякал!

Потянувшись, зевнул и отложил планшет в сторону – все, ближайшие две недели я ничем не занимаюсь!

Только ем, сплю, смотрю дурные шоу и занимаюсь своей аналитикой, так, для души…

Завернувшись в одеяло, мысленно вернулся к доктору Белла, напомнив себе, что с ней надо разобраться, а то…

Чую я, если еще раз попадусь, то меня снова трахнут!

Конечно, это очень приятно, когда женщина столь активна, вот только ее активность я нифига не понимаю, а значит, что-то упускаю!

С тем и отчалил в царство Морфея, где не было ни адмиралов, ни активных женщин!

В целом, полет прошел очень спокойно, по крайней мере, меня, никто точно не беспокоил, хотя пару драк и выросший из адюльтера скандал я наблюдал собственными глазами прямо в кают-компании, но порядок там навел сам капитан, «угостив» обе стороны конфликта станнером и запретив давать обезболивающее постанывающим драчунам, прибежавшим на вызов, медикам.

Немного жестко, но зато весь остаток пути народ на борту был вежлив, предупредителен и крайне мил.

Вернувшись на Землю и сдав отчеты официально, спустился на этаж ниже, в поисках доктора Белл, которая не заставила себя долго ждать, стоило мне только усесться за столик в кафешке.

- Эд… - Женщина села напротив меня и сразу перешла к делу. – Мы с тобой взрослые люди и ты должен понимать, что это был единичный порыв!

- А, если так… - Я облегченно выдохнул. – Если единичный…

Я глянул на доктора через «зеленку» и обмер.

Ее «единичный порыв» оказался вполне закономерен, ведь в центре груди уже вызревал крохотный энергетический шарик – будущее ядро ее собственных магических сил, причем, если я не ошибаюсь, со склонностью к магии воздуха!

Интересно девки пляшут…

А это точно я или это их «та самая математика»?!

Склонясь к последнему.

Теперь бы остальных «математиков» проверить…

Но, если я не ошибаюсь, то полученный кристалл, на первых фазах своего изучения, «запускает» процесс работы энергетического ядра, превращающего «человека обычного» в «человека магического».

А это значит, что на этаж с «математиками» дорога мне теперь заказана, иначе подобные «порывы» войдут в привычку, а там кто-то из «активированных» задастся вопросом, с чего это я тут весь такой красивый и все, меня запрут в палате.

- Эд! Я надеюсь на твою порядочность. – Доктор тяжело вздохнула. – Я бы не хотела, чтобы о моем порыве узнал мой жених.

- Доктор, между нами ничего не было и вряд ли когда-нибудь может быть. – Заверил я женщину, допивая свой кофе. – Более того…

- Спасибо, Эд… - Женщина накрыла мою руку своей и…

Да как же нас обоих-то током дернуло!

- Доктор… Вы сидите, пейте кофе, закажите себе легкое успокоительное, только, ради всех Звезд, не касайтесь больше меня, иначе весь наш договор пойдет прахом раньше, чем мы его… Утвердим… - Я расплатился по счету и вылетел в коридор.

Нафиг-нафиг-нафиг, пора на Землю!

У меня там домик, у меня там дела…

Забрав из камеры хранения свои нехитрые пожитки, снова помянул недобрым словом «чужих», которые не только «корягу» прихватили с собой, но и мою куртку!

Через два часа приземлился на берегу озера, рядом с прикупленным домиком и выдохнул.

Все, я дома!

Никуда не надо бежать.

И вообще, поверить не могу, что с момента моего первого инспекторского задания пролетело почти девять месяцев!

Разбросав вещи, вместо того чтобы аккуратно сложить их в шкаф, достал плавки, переоделся и пошел купаться.

Вода, с последнего моего посещения, стала чуть теплее, а рыбы – намного больше!

«Сбросив пар», прошел по берегу, собирая плавник и устраивая себе маленький костерок, не столько чтобы согреться или сварить что-то, сколько для того, чтобы полюбоваться игрой его огненных язычков.

Благодать!

- Извините! Вы не могли бы отвернуться? – Девичий голос разбил благодать в дребезги!

Вот надо же было ей влезть в мой плавный ход мыслей, своим появлением?!

- Да без проблем… - Я повернулся спиной к озеру, надеясь, что дама сейчас оденется и свалит куда подальше, потому как сейчас у меня на компанию в любов виде нет сил…

- Пожалуйста, сдвиньтесь на два метра в сторону, вы сидите на моих вещах! – Вот так всегда!

Стоит только женщине появится на горизонте, как у нее тут же начинается «не там сидишь, не так свистишь, не туда летаешь»!

Сдвинувшись на два метра, принялся любоваться видом дома, на фоне вечно зеленых сосен.

Благодать!

- Простите…

- Девушка… - Я развернулся к даме передом и молитвенно сложил ладони перед лицом. – Пожалуйста, просто оденьтесь и идите отсюда, идите, дайте мне побыть наедине с природой, полюбоваться озером, послушать тишину и просто побыть одному!

- А кто Вам разрешил тут вообще находится? – Да уж, по голосу она явно моложе, а в реальности – сорокалетняя дама, властная и привыкшая добиваться своего.

Ага, та самая «сильная женщина», от общения с которой тошнить начинает уже…

С самого начала!

- Кстати, это хороший вопрос. – Я растянул губы в улыбке. – Кто Вы такая и что делаете на моей земле?!

- На ВАШЕЙ?! – Женщина расхохоталась. – Да вы, батенька, хам!

- Нет. Я – владелец этой земли и, если у вас какие-то проблемы, то можем вызвать полицию. – Я пожал плечами, мысленно желая женщине приятной дороги по колдоебинам. – Вызываем?

- А и вызываем! – Женщина нагло опустила свою пятую точку у моего костра и потянулась к пляжной сумке. – Сейчас-сейчас…

- Пожалуйста, вытащите руки из сумки. – Крайне вежливо попросил я, доставая из-под полотенца свой переделанный станнер. – И придвиньте ее ко мне. Медленно-медленно!

- Да я…

- Медленно, придвиньте сумку ко мне! – Рявкнул я так, что женщина вздрогнула.

Моя ненашутку разошедшаяся паранойя напомнила мне о том, что рассказывал куратор.

Ага, об убийствах инспекторов.

- Я этого так не оставлю! – «Сильная женщина» оскалилась. – Я вас засужу…

- Если выживешь. – Со вздохом ответил я, переворачивая сумку и вываливая ее содержимое на песок.

Второе полотенце, крем для загара, косметичка, планшет в дорогом чехле. – Обычные женские предметы для похода на пляж.

Мило, со вкусом подобрано, очень дорого, судя по вышивкам-вензелям.

- «М. Т.» - Я разобрался с вензелем. – И что это?

- Матильда Тай, то есть, я. – Женщина царственно выгнула спинку, но в раздельном купальнике только сиськи вперед выдвинулись.

- Замечательно… - Я прицелился в ногу женщине и угостил ее разрядом парализатора. – Побудьте здесь, пока я полицию вызову…

- Вы – подонок! – Женщина попыталась вскочить на ноги, но не тут-то было.

Парализованная конечность подвернулась, и дама полетела лицом вниз, в песок.

Пожав плечами, оставил даму на песочке, а сам прошел в дом, мечтая, что когда вернусь на пляж, дамы уже и след простынет!

Эх, надежды!

Наглая дамочка сидела и лыбилась, как майская роза.

- Вызвали полицию? – Матильда накинула на плечи полотенце и теперь щурилась, довольная, как кошка.

- Лучше. – Улыбнулся я. – Намного лучше!

Минут через десять откуда-то из-за леска вынырнул блестящий флаер с той же монограммой «М. Т.» и пошел на посадку, распугивая рыбу грохотом своих модифицированных двигателей.

- Как видите, моя полиция уже тут! – Дама встала на одну ногу и принялась счастливо махать рукой, привлекая к себе внимание.

Из подлетевшего флаера выпрыгнул пяток крепких ребят в комбезах, со станерами и…

Завалились рядком, воя от боли.

Следом на песочек довольно жестко рухнул флаер, обдав своих пассажиров порцией песка и измолотого в труху, прибрежного плавника.

- А теперь мы дождемся «мою» полицию. – Я развел руками. – Она, конечно, не такая быстрая, но…

Дама заняла сидячее положение, исподлобья посматривая на меня глазами, полными ненависти.

- Когда прилетит полиция, я засужу тебя по самые гланды! – Пообещала она мне. – А потом построю тут курорт и…

Право слово, забавная такая «сильная женщина»!

Ей бы о земле подумать, а она все грозится, все строит из себя шишку на ровном месте!

Грохнуть ее, что ли?

Мой четвертый класс позволяет, кстати…

- Эд! Эд! – Из появившейся на озере моторной лодки, несущейся по волнам аки киношный глиссер, махал мне рукой Свияга. – Эд, ты что тут творишь?!

Катер ткнулся в берег, дед виртуозно катапультировался из сидячего положения в стоячее на песке, выдав просто потрясающий по своей технике, кувырок.

- Обалдел?! Матильда?! Ты-то тут за каким хреном приперлась?

- А я купила участок старого Боу! – Матильда снова гордо выпятила вперед свои сиськи. – Срок аренды прошел – новый хозяин пришел! Вы у меня все теперь будете…

Дама сжала кулачок, демонстрируя, где все будут.

Свияга, вместо ответа, сел на песок и заржал, как лошадь.

Дед бил по песку ладонями, хохотал, держался за живот и даже начал икать!

Пока дед хохотал, где-то высоко над нашими головами раздался хлопок, а потом на пляж приземлилось два красавца в мобильных доспехах, черных, с красными молниями и стилизованным логотипом СВР.

- ЭД МЕРСЕР! Причина вызова?! – Один из доспехов сделал шаг вперед, чуть качнув стволом тяжелой рельсы, один выстрел которой прошибает пяток танков.

Повдоль…

- Попытка захвата купленного личного участка. – Я протянул доспеху включенный планшет, с открытыми на нем документами о покупке.

- Понятно… - Доспех распался на две половинки, являя миру мою давнюю знакомую, кселеянку Вальдеку. – Поздравляю с покупкой, кстати, ты не проставился!

- Забыл. – Я развел руками. – Замотался совсем.

- Ага, знаю я твое «замотался», небось, опять докторку жарил?!

Ну, блин, да…

«Приватность» и кабинеты СВР, это как-то совсем не равнозначно.

- Меня зовут Матильда Тай и я владелица данного участка! И я обвиняю…

- Заткнись, Матильда. – Дед глубоко вздохнул. – Пожалуйста, хоть на пять минут, заткнись, а? Ты же видишь, тут не твой уровень!

- Тут везде МОЙ уровень! – Матильда налетела на деда с кулаками и обмякла, получив разряд из станнера кселеянки.

- Рори! – Вальдека помахала рукой своему напарнику. – Собирай всех, сейчас прилетит Майк, упакуем и искупаемся, заодно…

Мобильный доспех прошел вдоль лежащих охранников Матильды, аккуратно пеленая из пластиковыми стяжками и складывая лицом вверх, потом вытащил из флаера двух пилотов, вколол одному какое-то лекарство, и покачав тяжелой головой, небрежно уложил рядом с остальными.

- Вы что, прямо с орбиты сюда? – Полюбопытствовал я, глядя на плавные движения Рори, выверенные так, словно он в этом костюме родился.

- Да, на днях было совершено два нападения на наших, вот и держали нас «под парами», для быстрой реакции. – Вальдека помрачнела.

- Кто? – Я замер, ожидая услышать знакомые фамилии.

- Перес и Тьянти, четвертый отдел.

- Не знаком. – Я развел руками. – Новенькие?

- «Перчик» новенький, Тьянти перевели… Недавно, в общем, перевели.

Ну, раз перевели на Землю, значит на своем месте инспектор узнал что-то очень забойное!

- Эд… - Дед Свияга, слегка офигевший от случившегося, вопросительно поднял бровь. – Ты вообще кто такой?!

- Ну, а вы, Свияга Дин, не поделитесь, кто ВЫ такой? – Кселеянка подмигнула деду. – Вот, то-то же!

Понятно, что у каждого свои скелеты в шкафу.

И знать о них кому-то другому – совершенно лишнее.

Глава 34

Растянувшись на нагретом полотенце, любовался, как кселеянка «танцует на волнах» на вингсерфинге.

Ее бы еще заставить купальник другой надеть, а то, судя по проблескам с противоположного конца озера, за ней сейчас половина рыбачьей деревни наблюдает!

И не факт, что исключительно мужская!

И, нет, с Вальдекой я не сплю – у нее есть Рори, который валяется рядом, прожариваясь на солнышке до умопомрачительного, красного, рачьего, цвета!

В первый же вечер Рори задал волнующий его вопрос о наших с Валли отношениях, получил ответ и теперь тихонько сопит в две дырки, если не занят готовкой или спаррингами со мной.

Руку и ногу он мне уже сломал!

- Эд! Пойдем купаться! – А вот это уже «подгон» от Вальдеки, чтобы я не скучал, тоже кселеянка, Виттиля.

Выглядит «Витя» с ногсшибающе, купальника у нее ровно нижняя половинка, а темперамент…

Вобщем, ребра у меня тоже поломаны…

Не моя любимая «зеленка», так она меня бы уже в первую ночь на тот свет отправила, а так, нормально, справляюсь.

Чему удивлен Рори, а Вальдека уже в наглую твердит, что из нас Виттилей получится замечательная пара.

Неубиваемая!

Жаль, что они тут только на неделю, пока ведется разбирательство по делу о мошенничестве с земельными участками.

Да, неведомое агентство «обуло» Матильду на двести лямов и теперь его сотрудников ищут с собаками, только, сдается мне, хрен найдут.

Уж больно все документы офигенно сделаны.

Адвокаты госпожи Тай уже наведывались ко мне, предлагая купить участок, но, во-первых, он мне нравится самому, а во-вторых, дед Свияга трижды попросил не продавать участок старого Боу этой грымзе, у которой в голове исключительно построить тут отель, развести курорт и обломать своих бывших односельчан с рыбалкой.

Есть еще и в-третьих и, сдается мне, Матильда знает, и потому так страстно жаждет заполучить этот участок!

Нашли мы подвал в доме Боу!

И выходит он, как раз за теми воротами, на которые я наткнулся в своем первом купании. И ворота уже заварены изнутри, так что старый Боу тоже тут рылся, в поисках неведомо чего.

Хотя, это «неведомо чего» имеет свое название.

База Топлиц-Зее!

Почти две сотни лет тому назад, правительство, тогда еще Австрии, приняло решение, что пора с тайнами озера завязывать и соорудило плотину, которая подняла уровень воды почти на девяносто метров, затопив все.

За двести пятнадцать лет озеро хорошо обрыбили, слегка переиначили название превратив в «Топле», а потом и вовсе «забыли», как страшный сон.

Пару километров ходов мы отважно обследовали, но за столетия все, что могло сгнить – сгнило.

Остались лишь куски проводки, несколько затопленных ходов и, что удивительно, неплохо сохранившиеся надписи на немецком, большей частью предупреждения о немедленном расстреле.

Вальдека, хитрая, заказала пять сотен мелких дроидов, ползучих и летучих, правда, за мой счет и запустила их в тоннели, составлять карту.

Дело это не быстрое, но, думаю, за полгодика справятся.

- Эд! – Витька, видя, что я задумался, набрала в кружку воды, облила нас с Рори и убежала в воды озера, пытаясь скрыться от быстрой расправы.

Ничего, я ей вечером отомщу!

- Иди. А то она с тебя не слезет… - Рори перевернулся на пузо, для равномерного «обжаривания».

Пришлось идти.

Вот только догнать эту русалку, мне точно была не судьба – она физически превосходила меня по всем параметрам, а применять «зеленку» и отращивать себе ласты я поостерегся.

Пусть пока мои тайны останутся моими.

К вечеру налетели облака и стал накрапывать мелкий дождик, который так нравится рыбе, но совершенно не нравится нам!

Пришлось сплавать – разумеется, Вальдеке, я на этот вингсерфинг под страхом смерти не полезу! – в деревню, за свежей рыбкой и горячим хлебом, до которого все трое кселеянцев оказались жутко охочи.

По словам Виттили, горячий хлеб будит в них самые дикарские гены, так что…

- Сегодня по скалам полазим? – Витя прижалась ко мне горячим плечом, наблюдая, как целуются на террасе Рори с Вальдекой. – Не будем мешать?

- Не будем. – Согласился я, вставая со своего места.

- Погоди, я рюкзаки собрала, сейчас принесу! – Девушка в одно мгновение метнулась в дом и вернулась с двумя рюкзаками и военными камуфляжными куртками, которым такой дождик, что слону – дробина.

- Куда сегодня? – Я потянулся и принялся упаковываться в камуфляж.

- Мимо двух сосен, но сегодня налево. – Девушка сосредоточенно закусила губу. – Есть у меня ощущение, что мы что-то пропустили!

- Кладоискательница… - Вырвалось у меня. – Витька, такими темпами мы только проблем себе на шею наскребем!

- Не переживай, я – сильная и я тебя вытащу! – Девушка наградила меня поцелуем и выскользнула под дождь.

- Ага. Только сперва ты меня туда и затащишь. – Буркнул я себе под нос, накидывая капюшон и выходя под дождь.

Вот что-что, а найти себе приключений на задницу – это к Виттили!

Рори, вытаскивая нас из провала, так и сказал, что мы с ней замечательная пара – оба лезем куда не надо, под ноги не смотрим и вечно влипаем в какую-нибудь хрень!

Подумаешь, провалились и не заметили противопехотную мину!

Она все равно за столетия «сдохла»!

Дойдя до двух сосен, обнаружил уже установленную палатку, с очень горячей девушкой внутри!

Понятно, чего это кселеянку потащило на природу – хлеба объелась, вот «дикарские гены и взыграли»!

Хмыкнув, расстегнул куртку и полез в палатку.

***

- В связи с участившимися случаями нападения на инспекторов, было принято решение прекратить одиночные задания. – Глава СВР тяжело вздохнул.

Чем ближе был мир с ящерками, тем больше становилось жертв.

Ящерицы словно с катушек спрыгнули, стараясь выбить как можно больше старших чинов флота.

До адмиралов, собаки, не дотягивались, так решили оторваться на нас!

- Теперь на задание будет отправляться инспектор с помощником. – Арен Асан, золотопогонный генерал, в такой же штатской куртке, как и почти все мы, хитро улыбнулся. – Сейчас на ваши планшеты придут данные по вашему помощнику. Принимайте во внимание, сразу, что «помощники» эти в нашей работе почти ничего не смыслят, зато подготовлены сделать все, чтобы ваши драгоценные инспекторские жизни не оборвались трагично. Но, несмотря на их подготовку, рисковать ими – запрещаю! Всем две недели на «притирку» и… Понеслась, господа, до победы один рывок и хотелось бы, чтобы этот день все увидели своими глазами!

Генерал сошел с трибуны, а наши планшеты принялись пищать и вибрировать, требуя прочесть входящие сообщения.

Шмыгнув носом, достал планшет и открыл сообщение.

Ну, лично у меня все новости были хорошими.

Хорошо, почти все.

С личным кораблем СВР меня пока прокатило, напомнив, что я отказался от «Таксы» и теперь повторно смогу получить корабль не раньше, чем через три месяца.

Зато кораблик был у моего напарника.

Хороший, шустрый кораблик кселеянской постройки, прошедший модернизацию и получивший дополнительно истребитель-перехватчик «Манта», на котором мне, увы, летать нельзя, ибо он настроен на кселеянцев и их сверхвыносливость!

И, что еще более приятно, в напарники мне досталась Виттиля – это уже явно Вальдека расстаралась, низкий ей за это поклон!

Хоть и не принято в СВР афишировать свои отношения, но при виде входящей Витьки, мое настроение однозначно пошло на подъем!

Многозначительно пожав друг другу руки, мы принялись тихонько проталкиваться на выход, предвкушая свой первый сеанс «притирания».

Вот только у начальства свои планы…

Уже на самом выходе из конференц-зала, на планшет пришло сообщение, мигающее красным символом важности.

И не мне одному – на планшет кселеянки тоже.

Открыл, прочитал, скривился.

«Срочно к куратору»!

Ну, раз срочно, то плакали наши две недели «притирки», знаю я эти приколы!

Выйдя в коридор, свернул налево прошел две двери и…

- Доброго!

- Эд, Виттиля… - Мой куратор щеголял сверкающим регенератором на месте левой руки и левой же, совершенно незагорелой, частью лица. – Устраивайтесь!

Рассевшись в кресла, я приготовился к неприятным новостям.

- На, полюбуйся… - Куратор придвинул ко мне книжицу в бумажном переплете, с большой «гайкой» совершенно секретно на обложке.

Открыв книжицу, фыркнул.

Кто-то издал новую методичку.

Причем, даже толковую!

С описанием основных приемов мобильного боя всех типов кораблей, основными понятиями и…

Опешив, перелистал методичку на середину и выматерился.

Закрыл методичку и внимательно изучил авторов.

«Скрюченный хер», ну куда же без него и, разумеется, Одзава.

- Что скажешь? – Куратор улыбнулся.

- Это моя методичка. Причем, старая, здесь еще «моклусцы»! А некоторые абзацы – просто слизаны один в один! Тут только вступление левое, отсебятина о «сложных боях»… - Я почувствовал, как сжимаются кулаки и злость начинает застилать глаза.

Нет, я искренне рад, что эта методичка увидела свет, но…

Должны же быть хоть какие-то приличия!

Перелистав методичку до конца, разозлился еще сильнее – ни единого пункта «использованной литературы», а ведь я точно помню, сколько книг мне пришлось перелопатить, чтобы собрать воедино опыты нескольких столетий и переложить их в правила «эскадренного боя» космического мира!

- Что еще скажешь?

- Да пусть, суки, подавятся! Народу будет гибнуть меньше – а для того она и делалась. – Я вздохнул, понимая, что против сразу двух адмиралов я точно не попру, даже если СВР решит меня поддержать.

- Хороший настрой, благородный. – Куратор помрачнел. – Только не правильный. Война подходит к концу, Моклан и вправду пытается «спрыгнуть», теперь уже объявив о своей автономии и независимости от Альянса. Но это не наши проблемы. А проблемы наши в том, что кто-то методичку с серверов СВР увел!

- Бред. – Отмахнулся я. – Эта, первая, методичка, публиковалась еще до СВР. Так что, скорее всего, кто-то нашел ее в архиве Флота, слегка обработал и выдал адмиралам. А те и рады поставить подписи. Сомневаюсь, что они ее вообще читали.

- Читали-читали… - Утешил меня Арни. – Мало того, тебя сейчас очень ищут… Угадаешь, для чего?

- Наградить орденом сутулого? – Я мрачно вздохнул.

- Боюсь, что нет. – Мой куратор покачал головой. – Как бы тебя не попытались «утащить» из СВР обратно на Флот.

- Нахер, застрелюсь! – Спокойно пообещал я, представляя себе эту Флотскую жизнь. – Или перебью всех «одмиралофф», а потом застрелюсь!

- Ну, чтобы стреляться не пришлось, решили мы отправить тебя на самую дальнюю станцию, почти в Черных мирах.

- Жопа мира… - Пояснил я специально для Виттили, сидящей в кресле тише мышки. – Последний изученный клок реальности нашего мира, единственные соседи – андарийцы, точнее, пяток их колоний и десяток станций-наблюдателей, из которых семь – автоматические.

- Ну, ты один раз в жопе мира побывал. – Арни усмехнулся. – Правда, потерял все, кроме скафандра.

- Спасибо за напоминание! – Поблагодарил я. – Мне теперь эту «Корягу» до конца дней будут припоминать?!

- «Корягу»?! – Виталя вскинулась. – Это ты прое… Потерял «Коррегу» и вернулся с информационным кристаллом девятого класса?!

- Да, майор Виттили, познакомьтесь с нашим, наверное, лучшим аналитиком, самым невезучим инспектором и самым тупым умником, который вечно лезет туда, куда его не просят! – Арни ткнул в меня пальцем. – Прошу любить и жаловать! Но лучше держать на привязи и не выпускать, иначе он найдет во что вляпаться!

- Неправда. – Обиделся я. – Я не ищу неприятностей.

- Просто они с тобой происходят чаще, чем с другими. И, кстати, Эльна, если ты его обидишь и он тебя простит – считай, что ты одной ногой в могиле!

- Вообще вранье! – Я расхохотался. – Я – самый мирный человек…

- Скажи это Биллу Фудрову, капитану Лэсс, сынку адмирала адмирала Татур… - Арни покачал головой. – Ни один из тех, кто тебя вывел, дольше суток не прожил.

- Ага, значит, старый пердун упал – я виноват! У капитана сердчишко забарахлило – я виноват, сынок сбежал – я виноват?! Так что ли получается?

- С «сынком», спорно, но остальные – явно после тебя ласты склеили! – Куратор расхохотался. – А вот за доктора, когда вернешься, будешь отдельно отвечать.

- Да с ней-то я что сделал?! – Вырвалось у меня невольно.

- Кроме того, что она жениху яйца отморозила?! – Арни развеселился еще пуще. – Кстати, «математикам» тебе лучше точно не попадаться, можешь мне поверить, после инцидента с «заморозкой» трахнуть тебя мечтают очень многие. И, не только женщины…

- Ну, спасибо… - Я мрачно посмотрел на смеющихся надо мной куратора и Виттили, которая, оказывается, Эльна! – Будет шанс – обязательно отыграюсь!

- Ладно тебе, Эд. – Эльна коснулась моего плеча. – Мы же не по злобе. Просто ты мило реагируешь…

- Так, проваливайте, уже. – Арни вздохнул. – По дороге заскочите на JR-23, там тебя жаждет видеть Ал, заодно скачаешь у него последние данные и сделаешь аналитику, думаю, через полгода как раз она понадобится. Дело идет к миру, а мир катится сам знаешь куда!

- Да он во все времена туда катился. – Вздохнул я, вставая с кресла и выключая планшет, чтобы сунуть его в карман.

- Да… Сдай этот планшет технарям, для тебя есть маленький подгон, тебе понравится.

- Лучше бы кораблик подогнали! – Пробурчал я себе под нос, выходя из кабинета.

- У меня хороший корабль! – Эльна подхватила меня под локоть. – И в нем самая настоящая кселеянская кроватка! Большая!

- Озабоченная… - Хмыкнул я. – Убьешь ведь!

- Ничего, медотсек у меня тоже хороший! – Утешила меня майор, потершись носом о рукав. – Надо только аптечку обновить, она людей не очень лечит…

Новый планшет оказался и вправду «подгоном», эту модель официально еще в серию не пустили, раздавая пока адмиралам и персонам, к ним приближенным, но судя по тому, как блеснули глазки техника, принимавшего мой старый, он им был зачем-то нужен.

Думаю, знаю «зачем», только хрен им там, ничего не светит!

Основные данные давно на кристаллах, а всю остальную память я уже раз десять забивал и освобождал разными фильмами, старыми файлами, скачанными с архивов на всех станциях, где мне довелось побывать и видеозаписями с нашего «озерного отдыха».

Не думаю, что Вальдека будет счастлива, если ее видео в купальнике станет достоянием всеобщего любования, так что…

По пути, уже в лифте, Эльна нагло впилась мне в губы поцелуем, достаточно больно при этом стукнув спиной о стенку лифта.

Понимаю, что чувства, но больно же, между прочим!

- Считай, я спасла тебя от злой, голодной, математички! – Шепнула мне на ухо кселеянка, прижимаясь все-таки немного сильнее, чем того хотело мое треснувшее ребро.

- Считай, что я отработаю… - Ответил я, активируя «лечение». – Упс…

Прижашаяся ко мне Эльна, словно почувствовав поток заклинания, прижалась так, что кости затрещали!

- Убьешь ведь… - Сдавленно выдохнул я, молясь Небосю с Авосем, чтобы пронесло.

- Ты иногда так вкусно пахнешь, просто съела бы! – Девушка с сожалением отстранилась и недоуменно огляделась по сторонам. – Если ты еще раз применишь ко мне свои колдовские штучки, я выброшу тебя в космос, без скафандра!

Да уж, эта сможет…

Поежившись, прислушался к разговорам народа вокруг.

Десантники опять обсуждали Мальту.

Хмурый капитан и стоящий рядом перпом тихонько обсуждали затянувшийся ремонт.

Две девицы спешили на выставку художницы Нины.

Слева от меня снова обсуждали Мальту.

Справа – уже обсуждали нас с Эльной, но больше восхищались, чем осуждали.

Стоять!

Нина?!

Отпустив Эльну, пробился к девушкам и полюбопытствовал, где будет выставка.

- «Старт-палас». Только туда пробиться трудно. – Светленькая сморщила носик. – Это ее первая выставка, народу просто не протолкнуться…

Прикусив губу, вернулся к своей напарнице и принялся раздумывать, а не махнуть ли на выставку?

А что?

Время еще есть, желание есть, да и поздороваться с соседкой надо.

- Идем на выставку? – Кселеянка поняла мое состояние без лишних вопросов.

Блин.

Чем больше узнаю земных женщин, тем больше уважаю инопланетянок!

Келли бы устроила выступление, начала ревновать, а вот кселеянка – нет.

Спустившись до ангарного этажа, прихватили «разъездной» челнок и, получив разрешение Диспетчера, «нырнули» на планету, из вредности прямо на парковку перед «Старт-паласом», заняв сразу три парковочных места.

- Надеюсь, нам не будет скучно. – Эльна поправила прическу и вышла из челнока.

Я тоже на это надеюсь.

К моему удивлению, народа в зале было не так чтобы уж совсем много – десяток ходил по залам «общего пользования», рассматривая культурный новодел, качая головами и цокая языками.

В зале Нины фланировали группки ценителей, переходя от картины к картине и недоверчиво хлопая ресницами.

Да…

Я их понимаю…

То, что творила Нина резко отличалось от новодела в других залах.

Сильно отличалось!

Портрет Тарена-«Дикого», привалившегося плечом к ржавому косяку бункерной двери, Кинг, в окружении своих уникальных шмоток, набросок «Незнакомка», в котором с легкостью узнавалась Келли…

Я переходил от картины к картине, совершенно забыв о своей спутнице, просто пожирая взглядом простые наброски каранданшом и замирая перед картинами в полном цвете.

Не вычурная рельность неонового и электрического мира, а теплота, чуть грустинки и загадка.

Сделав шаг к следующей картине, замер.

Я знаю этот кадр!

Я его сделал!

Длинный прострел неоновой ночной улицы, с убегающими вдаль черточками разделительных полос, светящиеся квадраты окон и черные провалы окон без света.

Целый десяток кадров, сделанных на той нашей прогулке, Нина превратила в картины, в целую сюжетную серию, назвав ее «Мужской взгляд».

И, судя по по табличкам «продано», прикрепленным к картинам, эту серию кто-то уже выкупил, всю!

- Интересуетесь? – К нам подскочил мужчина, с бейджиком «Ангел». – К сожалению, эту серию выкупил один давний почитатель таланта нашей Нины, но есть еще…

- Спасибо. Я не настолько богат… - Я глянул на ценник и вздохнул.

За всю серию, неведомый ценитель заплатил ровно столько же, сколько я заплатил за свой домик у озера!

- Есть еще графика! – Ангел широко улыбнулся.

- Мы подумаем. – Отрезала Эльна, хватая меня под локоток и оттаскивая от картин и поникшего Ангела. – Если что – обратимся!

- Ты чего? – Искренне удивился я, не понимая, с чего это вдруг кселеянка вдруг просто заполыхала ревностью!

- Иди сюда! – Майор Виттили подтащила меня к стенду, на котором крупным почерком, золотыми буквами было написано:

«Моему соседу,

без которого не было бы целой жизни!

Спасибо за прогулку, Эд!

С любовью, Нина»

- Ты что… Приревновала?! – Я расхохотался.

- Не смешно… - Эльна сжала кулачок и треснула меня по ребрам. – Ты, у меня, оказывается, сердцеед! Тебе тут, в любви на целый город признаются!

- Эй-эй, по легче! – Попросил я, не понимая, с чего это вдруг у кселеянки так разыгралась фантазия.

- Я тебе покажу, «по легче»! – Девушка прижалась ко мне и крепко поцеловала. – Прости, я не понимаю, что со мной творится…

- Ты просто влюбилась, деточка! – Проходящая мимо старушка протянула Эльне носовой платок и пошла дальше, по своим делам, оставляя нас, точнее меня, в чистой панике.

- И ничего я не влюбилась! – Моя напарница шумно высморкалась, вытерла глаза и уставилась на меня. – Ну, может, совсем чуть-чуть…

Кажется, я снова влип!

- Вернемся на корабль? – Я прижал к себе кселеянку, мысленно ужасаясь и, в то же время, плавясь от какой-то странной смеси гордости, нежности и, чего греха таить, самодовольства.

- Пойдешь налево – убью! – Предупредила кселеянка, усаживаясь в кресло пилота. – А любовницу твою… Тоже убью!

Я хмыкнул.

Ближайшие полгода, а то и дольше, единственной моей любовницей может стать только одна женщина.

Сидящая рядом!

- А потом оживлю и снова убью! – Эльна поставила челнок в «свечу» и так давнула «на газ», что стоящие рядом на парковке флаеры просто сдуло с мест! – А потом снова оживлю!

- Для миролюбивой кселеянки ты слишком кровожадна! – Прохрипел я, представляя, какой штраф нам выпишут на орбите!

- А кто сказал, что кселеянки – миролюбивы? – Майор хмыкнула. – На самом деле кселеянки – это самый натуральный космический шторм, убаюканный волнами разума, удобств и комфорта…

- В следующий раз я буду осторожнее… - Ляпнул я и, многозначительный женский взгляд объяснил мне, что «следующего раза», в моей жизни, может и не случится.

- В следующий раз ты будешь мертв! – Подтвердила свой взгляд Эльна.

Челнок пробил атмосферу, проскочил мимо спутника, провернулся вокруг оси и замер.

- Представляешь, какой нам штраф выпишут? – Девушка рассмеялась.

- Ну-у-у-у-у… Если ты сейчас быстро-быстро подкинешь нас в ангар, мы очень быстро-быстро доберемся до твоего корабля и очень-очень быстро-быстро свалим из системы! – Улыбнулся я.

- А мне нравится идея… - Кселеянка снова пришпорила челнок, унося нас к станции.

От штрафа мы, разумеется, не сбежали.

То есть – сбежали, но он нас догнал в пути, через сутки.

И, кстати, штраф нам насчитали приличненький, посчитав и поцарапанные флаеры, и поврежденное покрытие парковки и нарушение правил на орбите.

Месячное жалование нас обоих, а это, поверьте, очень много!

На Земле, мое жалование за месяц, равняется трехмесячным зарплатам хорошего инженера!

А уж жалование кселеянки, так и вовсе шестимесячному жалованию!

- Сегодня без переломов? – Вышедшая из душа Эльна вытирала волосы и поглядывала на меня с… Аппетитом!

- Сегодня – да. – Я оторвался от планшета, любуясь красивой женщиной, пусть и чуждой, расы.

- М-м-м-м-м, какой ты мягкий и горячий! – Девушка на минуту прижалась ко мне, а потом отстранилась и улыбнулась. – Обожаю тебя!

Да, она меня действительно обожает.

С одной стороны, это безумно прекрасно.

Но с другой, все больше и больше напоминает одержимость.

А вот это – страшно!

Я усмехнулся.

Везет мне на женщин, однозначно.

Жаль только, что в последнее время, везет как утопленнику!

- Как твоя аналитика?

- Плохо. Данных не хватает. – Пожаловался я. – Надеюсь, Ал подкинет дровишек в этот костер, потому как у меня не сходятся концы с концами.

- Рассказывай. – Эльна села на пол и прижалась к моим коленям.

Блин, даже если она одержимая, то вот эта ее поза, ее внимательность к деталям и мелочам – да и фиг с ней, с одержимостью!

Удержать член в штанах не сложно, но вот встретить человека, который тебя понимает – почти невозможно!

- Эд!

- Да… - Я принялся перебирать ее волосы, еще мокрые и пахнущие каким-то экзотичным запахом. – Смотри. Нам говорят, что подписание мира не за горами, но! Из четырех последних боев, земной Альянс проиграл три. Основная экспансия теперь развернута в противопопложную от ящериц сторону, оголяя и ослабляя наших союзников. Согласно данных, ящерки уже перешли на «ядро», по типу нашего, переоборудуя свои корабли пачками, что невозможно – подобными технологиями владем только мы и мокланцы.

- И мы!

- Вы пользуетесь «ядром» бета-типа, он приспособлен под вашу гравитацию и никому кроме вас просто не подходит. – Я помотал головой, собирая мысли в кучу. – А это значит, что…

- Что Моклан, все-таки, предатель… - Эльна потерлась носом о мое колено. – Земной Альянс не мог передать технологии, значит, только наши каменноголовые друзья.

- А вот тут – спорно. – Я прикусил ноготь и чертыхнулся, дурацкая привычка! – У меня нет данных по добыче полезных ископаемых, но есть совершенно не маленький процент вероятности, что некоторые мощности именно Земной части альянса, занимаются переоборудованием ящериц.

- Это нелепо!

- Не более нелепо, чем, например, перевозка трех тяжелых верфей в неизвестные системы, якобы, для сохранения секретности при постройке кораблей нового типа, которого, кстати, пока никто не видел. Зато новые типы у криллов уже появились!

- То есть, предательство?

Я поднял голову к небесно-голубому потолку спальни и вздохнул.

- Если я не ошибаюсь, то все намного хуже, Эльна. Дело уже не в предательстве, дело уже в преднамеренном затягивании боевых действий.

- Итого, если я правильно помню твои прошлые выкладки, мы имеем дело с несколькими факторами продолжения боевых действий. – Девушка принялась загибать пальчики. – Предательство Моклуса, Яйри, Калана, Обсидуса, Эйлы и Раванцев.

Я кивнул.

- Второй фактор – преднамеренное затягивание боевых действий со стороны Земли.

Я снова кивнул.

- Третий фактор, появление, в качестве союзников, нескольких молодых рас, так еще и не вошедших в Альянс. – Майор вздохнула. – Но в чем смысл?!

- А смысл в том, что боевые действия выгодны Земному Альянсу. – Я почесал нос. – Точнее, не альянсу, а его правителям. Прикрываясь лозунгами о милосердии и малых потерях, локальных боях с малыми жертвами, правители получают доступ к все большему воздействию на толпу.

- То есть, власть и деньги?!

- Власть и деньги. – Качнул головой, я. – И как только война окончится, обратно на планеты хлынут тысячи разумных, чьи мозги уже не могут мыслить категориями мирного времени, создавая напряжение в обществе.

- И тогда же у остальных граждан начнут появляться вопросы, которые сейчас «закрыты». – Девушка вздохнула. – Эд. Ты – страшный человек! Ты понимаешь, что как только эта твоя «аналитика» увидит свет, тебя закопают?

- И тебя, вместе со мной. – Я криво усмехнулся. – Все еще хочешь провести полгода со мной в одном корабле?

- И даже в одной каюте! – Кселеянка встала с пола, поцеловала меня в щеку и пошла одеваться.

- Озабоченная… - Хмыкнул я.

- Кто как обзывается, тот так и называется!

Глава 35

- Эд, пожалуйста, будь осторожнее с майором. – Ал тяжело вздохнул. – У нее на лицо проблемы с психикой!

- Предлагаешь ее грохнуть? – Я помрачнел. – Или сдать нашим «психопатам»? На опыты?

Мы сидели в архиве и потягивали горький кофе.

- Видишь ли в чем дело. – Ал помотал своей синей головой. – Наш псих ее уже обследовал. Она – совершенно нормальная. У нее только один заскок – ты! Она за тебя убьет любого.

- Ну, надеюсь, до этого не дойдет. – Я вздохнул.

Через пару дней после прилета, у нас с Эльной состоялся тяжелый, но необходимый разговор.

Так что мы пришли к соглашению, что я не флиртую – хотя и не собирался даже! – а она, прежде чем ревновать, спрашивает у меня, что же все-таки происходит.

На удивление, все прошло спокойно.

Более того, после разговора стало даже легче – майор прекратила демонстрировать частнособственнические зубки, а я…

А я даже втянулся в прелести нашей странной совместной жизни, тем более, что сейчас я на месяц в архиве буду занят, а там женский пол отсутствует, как вид.

- Ты отчет Шттуррма получил? – Цефф почесал затылок. – Изучил? Что скажешь?

- Халтурит этот ваш Шттуррм. – Я активировал планшет. – Смотри, у него выходит, что на станции «Амели» происходила трехсторонняя встреча. Наши адмиралы, моклане и каланцы. Записей встречи, разумеется нет. Итогов – тем более. Но вот какая закавыка, культура каланцев такова, что перемещение любого высокопоставленного лица отображается в прессе. Конечные точки, разумеется, нет, но о том, что представитель калана отбыл с Земли – сообщить были обязаны, а сообщения не было!

- Секретности учатся все и очень быстро! – Ал засопел. – Просто встреча тайная, вот и отбыл без предупреждения!

- И при этом присутствовал на заседании Совета Альянса целых три дня? Он бы не успел смотаться туда-обратно!

- Это могла быть «маска». – Ал разбивал каждый мой довод в клочки и это было очень полезно!

И вправду, это могла быть «маска», это мог быть какой-нибудь «третий секретарь четвертого советника», это мог быть кто угодно, но тогда получалось, что на «Амели» действительно встречались адмирал Хозз, известный своими ултрапатриотичными заявлениям и представители двух рас, уже давно и точно решившие из Альянса свалить!

- Может быть, Шттуррм в своем отчете был прав? – Цефф допил кофе и отодвинул чашку в сторону. – Тогда, остается понять, что же решала эта «троица» за столом переговоров, на одной из самых удаленных баз?

- А, может быть, не решала? – Я замер, озаренный странной идеей. – Что если встреча была не политической, а экономической?

- И что адмирал мог предложить представителям иных рас? – Цефф развел руками.

- Не адмирал, а АДМИРАЛУ! – Я кинулся к планшету, сверяя данные. – Смотри, после встречи, адмирал Хозз плавно поменял риторику, переводя стрелки с наших любимых «предателей», на кселийцев!

Я развернул планшет экраном к Алу и включил воспроизведение.

- Сравни вот тут… И вот тут!

- Эд… Шел бы ты в каюту, под бочок к своей сумасшедшей. – Ал вздохнул. – Она тебе мозги проветрит, ты гонишь!

- Думаешь? – Я замер, проигрывая свое поведение. – Вроде, норм…

- Нет, Эд, не норм. – Цефф погрозил мне пальцем. – Ты уже три дня ищешь повсюду заговоры, цепляешься к мелочам и дергаешься, при каждом новом докладе, который твою теорию заговоров не подтверждает! Отдохни, перезагрузи мозги.

- Не могу. – Признался я. – Чего-то не хватает, понимаешь? У меня ощущение, что я прохожу мимо чего-то простого, чего-то понятного…

- Потому и проходишь, что глаз замылился. – Цефф встал со своего места. – Все, пошли отсюда. Меседа устраивает вечеринку, бери свою кселеянку и хорошенько повеселись!

- Это приказ старшего по званию? – Усмехнулся я.

- Да. И приказ старшего по званию, и просьба друга. – Ал Цефф внезапно стал серьезным. – Даже твоим мозгам, Эд, и твоей работоспособности нужен отдых.

Я вздохнул.

И связался с Эльной, приглашая хорошенько напиться в дружной компании инспекторского состава станции JR-23.

Наше появление на «глобальной пьянке» содруги по работе встретили дружным ревом и требованием немедленного впотребления штрафной, так что уже минут через двадцать, мир у меня в голове согласовался с миром всех окружающих, приходя в гармонию и равновесие.

Потом танцевали до упада, потом снова пили, и снова танцевали.

Эх, сюда бы Гордона с его гитарой!

Довольная Эльна, устроившаяся у меня на коленях, изредка, конечно, посверкивала глазками, но безоговорочно надиралась вместе со мной, а потом целовалась в лифте, словно в последний раз.

Потом мы воевали с дверью каюты, которая нагло не желала нас впускать, а потом…

Потом мир покрылся «зеленкой» и утонул в каком-то жутком буйстве похоти и потрясающей глубины чувственности, одновременно!

А потом я проснулся и замер, почти не дыша.

Ал оказался прав!

Не там я заговор искал!

Все намного проще!

Адмирал Хозз и его приятели сделали «ход конем», выводя третий и четвертый флот Альянса из сектора на модернизацию, передавая его флотам Моклана и Калана и фактически оголяя фланги другого союзника – Андарийцев!

Выбравшись из жарких объятий спящей кселеянки, плотно закрыл за собой дверь в спальню и активировал планшет, связываясь с Лиу Кархх…

***

- Инспектор Мерсер? – Глава станции «Черных миров» тронул меня за плечо, привлекая к себе внимание. – Вы точно уверены, что хотите принять участие в эксперименте?

Я оторвался от данных на планшете и покивал головой, переключаясь.

- Это может быть опасно. – Карл Фольстеейр, трижды профессор, деятель и просто нормальный мужик спокойно ожидал моего ответа.

- Да. – Я невпопад улыбнулся. – За эти полгода здесь я уже порядком покрылся пылью, пора бы ее стряхнуть!

- Хорошо. – Карл расплылся в улыбке. – Эльна отвезет вас на бакен 1-17, а после эксперимента вернется за вами. Помните, вы – только наблюдатель. Никаких действий с вашей стороны не требуется. Вы наблюдаете, протоколируете и ждете. Предположительно, эксперимент займет до семнадцати часов, но на всякий случай, на бакене есть запас кислорода и пищевых картриджей, на тридцать суток.

Я покивал головой.

Станция «Черные миры» была самой дальней еще и потому, что на ней проводились эксперименты, которые в цивилизованных местах вряд ли проведешь.

Например, новый тип «ядра», доводили «до ума» именно тут.

И «подпространственные торпеды» - изобретение Фольстеейра.

И еще добрый десяток смертоносных убивалок – обкатывались тут, иногда унося жизни и даже разрушая станцию.

Станцию остраивали, люди находились и все начиналось сначала.

Вот и сейчас, мрачный гений Фольтеейра смог создать еще одну «пушку», способную вести огонь тем самым энергетическим «ядром», которое питает целый корабль!

Дорого, сложно, медленно, но…

Неудержимо.

- Всего запланировано пять выстрелов, по одному выстрелу в два часа. – Карл вздохнул, сожалея, что вся энергетика станции способна сгенерировать необходимое количество энергии только за два часа. – Потом перерыв и еще три выстрела, меньшим диаметром. В качестве цели будут астероиды и один старый линкор моклуса, с полной накачкой щитов. Накладки могут быть, но маловероятны. Метки астероидов и линкора будут передваваться вам перед выстрелом, ваша задача быстро сориентироваться и провести запись.

- Понял, профессор!

- Эд, ваш участок не совсем важный, так что, даже если что-то пропустите, будем надеяться на автоматику. – Профессор вдруг замолчал. – Но, меня больше всего будет интересовать ваше личное мнение.

Я вздохнул.

Вот, угораздило же меня по прибытии на станцию, проходя мимо лаборатории, дернутся в момент эксперимента!

Народ не заметил, а профессор обратил внимание.

Так что я на «Черных мирах» стал той самой канарейкой на подводной лодке, по которой ориентировались на, пока еще не заметные, проблемы.

Карл даже добился продления нашей с Эльной командировки и превратил меня в «индикатор проблем» и того самого «счастливчика», которого таскали по лабораториям, чтобы опыты прошли успешно!

Моя кселеянка, от такого отношения сперва шипела, как рассерженная кошка, а потом, ночью, тихонько призналась, что безумно боится, что в какой-то момент всей моей удачи не хватит, чтобы остаться в живых.

Пришлось рассказать ей о «зеленке» и продемонстрировать на себе, что это такое.

Как выяснилось, моя кселеянка магию чувствовала, как кошка запах мышей!

А мои постоянные «лечения» после наших с ней постельных утех, «подсадили» Эльну на магию жизни\природы не хуже, чем человека на героиновые инъекции!

Так что, получается, в ее одержимости виноват я сам…

Вот такие вот пироги…

С кселеянками.

- Готов? – Эльна получила свой законный поцелуй, потянулась в кресле пилота и сосредоточилась на управлении. – Карл тебе экспериментальный скаф подогнал, сказал, что надо проверить!

Да, еще теперь профессор проверяет на мне средства защиты!

Которые у него, в отличии от средств убийства, получаются из рук вон плохо!

Во-первых ужасно громоздко, а во-вторых фиг сам снимешь!

Вот и очередной скаф закрывал на мне специально приспособленный дроид, шестирукий и с магнитным захватом.

Разобравшись с управлением, не удержался от длинного-длинного свиста – в этот скаф профессор впихнул десятисантиметровое «ядро», снабжавшее энергией сам скафандр, системы энергетической защиты, четыре излучателя и самую натуральную «рельсу» - гаусс-пушку пятимиллиметрового калибра, сейчас, к счастью, снятую.

Думаю, в таком скафандре мне и ядерный взрыв не страшен!

- Эд, пожалуйста, будь осторожен! – Попросила Эльна, открывая шлюз и высаживая меня на бакене 1-17. – Если что, сразу сообщай мне, я мигом примчусь и заберу тебя!

Отшутившись, что в этом скафандре я сам кого хочешь спасу, выбрался наружу, прошел по выдвинутой посадочной площадке бакена и, закрепившись на посадочном месте наблюдателя, активировал системы, синхронизируясь с компом.

- Эд, как слышно? – Карл вышел на связь, едва я подал сигнал готовности.

- И слышно, и видно просто замечательно! – Признался я, любуясь полукилометровой станцией-люстрой, приближаемой сенсорами и камерами скафа. – Кстати, профессор, на четвертом ярусе «старушка» травит!

- Это системы охлаждения, так надо! – Карл расхохотался. – Как тебе «костюмчик»?

- Однозначно удобнее первого и надежнее второго. – Я вздохнул, вспоминая прототипы. – Но с удобством, конечно, все так же оставляет желать лучшего!

- Что опять не так?! – Забеспокоился профессор.

- Пот со лба не вытрешь… - Печально выдал я в эфир, приготовившись к смеху, но…

Вместо этого, на моем скафандре прямо напротив лба появилась губка, которая нежно промокнула капельки пота и исчезла, заставив меня слегка зависнуть от неожиданности.

- Так лучше? – Хитро полюбопытствовал профессор.

- Намного. – Признался я, понимая, что меня только что разыграли.

Ладно, я еще отыграюсь на своем поле!

- Эд, первый выстрел! Астероид А-14, через 5,4,3,2,1…

Я успел настроиться на цель, захватив ее в видоискатель камеры.

Серебристо-голубой шарик «разогнанного ядра» вырвался из нагромождения трубок, понесся к цели, коснулся ее и…

Сработало затемнение шлема, отрезая яркую вспышку, превратившую двухкилометровый астероид в огненные брызги.

- Медленно. – Вырвалось у меня. – Но ярко!

- Это пристрелочный, - успокоил меня профессор. – Сейчас пересчитаем параметры, накачаем накопители и жахнем по-полной!

Я вздохнул и сделал глоток тоника из резервуара скафандра, приготовившись к двухчасовому ожиданию следующего выстрела.

Пока было время, покрутил бакеном по сторонам, выискивая корабли охранения – старенький линкор, два фрегата и «свеженький» крейсер с проштрафившейся командой, которой теперь долгий год тянуть лямку, пока не забудется их выходка.

В принципе, парни особо и не виноваты, просто послали нахрен своего командира, который в самом прямом смысле «съехал с катушек» от ответственности и на маневрах «зарядил» условному противнику в борт боевой торпедой.

Учитывая, что «соседом» оказалась «Оклахома», линкор-флагман адмирала Тири, ущерб был пустяковый, но вот резонанс – на всю Землю!

Вот и сослали весь крейсер, махом, с глаз подальше, пока все не уляжется.

- Эд! В-25 через 5,4,3,2,1…

В этот раз астероид был раза в три подальше, в два раза больше, но разлетелся ровно точно так же, как и первый.

Да и скорость была намного выше, так что в скоротечном космическом бою, против крупных кораблей с «твердым панцирем» силовых полей и брони, самое оно то.

- Эд! Сейчас подгоним сюда крейсер с линкором, проверим «быструю» накачку, думаю, минут за пятнадцать справимся, но ты, на всякий случай, наблюдай со стороны. – Профессор шмыгнул носом и тяжело вздохнул. – Нам бы «ядро» побольше…

Через несколько минут, крейсер и линкор вальяжно подплыли к станции, раскрыли порты энергопередатчиков и, «зацепившись» с приемниками станции, стали накачивать ее энергией, готовясь к третьему выстрелу.

- Эд, ты снимаешь? – Профессор радостно сопел. – Минут через пять, как жахнем!

А дальше…

Я только успел заметить, как вспыхнуло окно перехода, из которого появился тупой нос крилльского тяжелого рейдера, миниатюрного линкора.

Через мгновение, в реальности появилась почти километровая туша корабля, полыхнули маршевые двигатели переходя на форсаж и…

Вся эта многотонная громада воткнулась в станцию, разнося ее на разлетающиеся фрагменты, которые скрылись в ослепительной вспышке, затенившей забрало умного шлема и отрезая меня от происходящего.

Когда затемнение отключилось, на месте станции лишь плавали обломки конструкций.

Кажется, я орал.

Орал, проклиная всю крилльскую расу до десятого колена и обещая сделать все, чтобы ящерицы выродились.

Потом заткнулся.

Через пару часов, один из оставшихся фрегатов, подобрал меня с бакена, пока второй рыскал по обломкам, пытаясь найти хоть кого-то.

- На, выпей. – Техник, вытащивщий меня из скафандра, протянул бутылку водки и отошел в сторону, встретившись со мной взглядом. – Выпей, браток, полегчает.

Не полегчало.

Просто ударная доза сорокаградусной крепости врезала по мозгам, снимая барьеры и заставляя зеленую магию полыхать так, что ее стало видно.

Сжав зубы, выдохнул.

И сжал кулаки.

Буйство зеленого цвета собралось в точку и растворилось, оставляя видевших в тихом шоке.

- Это что за пи… сейчас был?! – Технарь вжался в стенку крошечного ангара, в котором сейчас стоял десяток разномастных скафандров других наблюдателей.

- Магия. – Честно сказал я, остраненно наблюдая, как пол приближается к глазам.

… Мир не заканчивается с уходом любимых.

Иногда к счастью, иногда – к сожалению.

Я посмотрел на играющие радужные разводы на силовых полях несущегося к JR-23, фрегата.

- Эд? – Первый помощник, точнее – единственный помощник! – Варин, осторожно коснулся моего плеча. – Надо вернуться в медотсек.

Да, надо вернуться.

Из одиннадцати наблюдателей в живых осталось девять – двоим не повезло, они были к станции ближе, чем я и излучение убило их практически мгновенно.

Остальные получили немалые дозы облучения, так что теперь медотсек фрегата «Бамбук» забит под завязку, а медикаментов, даже полученных с систер-шипа «Клен», катастрофически не хватает, вот и приходится работать мне «батарейкой», подкачивая тела коллег-наблюдателей «зеленой» энергией.

Можно было вылечить их всех, разом, но тогда начнутся другие проблемы, лечить которые магия в принципе не в силах.

У всех выживших на станции оставались любимые.

Отвернувшись от экрана, вздохнул и потопал в медотсек, к Кевину – здоровенному, двухметровому верзиле, совмещающему должности корабельного медика, главы контрабордажников и специалиста-оружейника.

- Эд… - Кевин развел руками. – Ты как?

- Жить буду. – Вымученно улыбнулся я, исполняя наш нехитрый, каждодневный ритуал. – Что у нас?

- Шестеро стабильны, Ферз и Готан – тяжелые, Малла – критична.

Ну, да Малле досталось всего вдвойне – муж погиб на станции, выкидыш…

Подойдя к кушетке с миниатюрной, хрупкой женщиной, коснулся ее руки, запуская диагностику.

Не критична, но очень слаба и в принципе не хочет жить.

Подкачав «зеленкой» женщину, перешел к остальным.

Готан явно шел на поправку, а вот Ферз…

Вздохнув, вкатил ему «исцеление», восстанавливая разрушенную радиацией, энергетику.

Ближайшие часов пять бедолагу слегка поколбасит, а потом будет аки огурчик.

Очень сильно голодный, огурчик.

Просканировав остальных, отошел в сторонку и сел в кресло.

- Да… Чтоб мы без тебя делали… - Кевин поставил на стол передо мной чашку кофе с доброй горстью таблеток, большей степенью успокоительных, но тут он прав, мне сейчас это надо. – Может, поспишь?

- Да… Я поработаю чуть-чуть, отвлекусь. – Я вздохнул. – Лучшее лекарство от всех невзгод.

- Странный ты, Эд. – Кевин усмехнулся. – Даже, наверное, правильно будет сказать – страшный. Ладно, поработай пару часиков, а потом, будь добр, отправляйся в люлю.

Медик вышел из своей вотчины, оставляя меня тет-а-тет с пищащим оборудованием, спящими пациентами и моими мыслями.

«Таким образом, по совокупности фактов, можно сделать вывод о том, что продолжение боевых действий является, по факту, специальным затягиванием конфликта ради сиюминутных целей некоторых личностей, страдающих жаждой власти любой ценой…»

Строчки ложились на лист текстового редактора, готовя маленький взрыв.

И нет, этот файл аналитики СВР не увидит, я специально делаю его на планшете медчасти, где его и искать никто не будет.

Взрыв будет позже, когда собранные данные, многочисленное «грязное белье» и полученные не совсем честным способом показания разлетятся по информационным агентствам и частным новостным серверам планет и систем Альянса.

Да, часть успеют удалить.

Но часть пробьется.

И тогда у множества молодых планет, все еще колеблющихся примыкать к Альянсу или нет, колебания отпадут.

И новых «членов» не будет.

Да и старых сократится, в этом я совершенно уверен.

Строка за строкой, факт за фактом.

Медленно, вручную.

Я готовлю пороховой заряд под жопы тех адмиралов и политиков, чьи речи уже изрядно всем надоели.

Останется пустяк – найти тех, кто не предаст.

Один кандидат уже есть.

Осталось найти еще десятка два, но это просто дело времени.

Главное успеть за полет обработать все, подвести будующего читателя к выводам и затаиться, пока не придет время большого бабаха.

Глянув на часы, вздохнул и закрыл файл.

Вместо выделенной «пары часиков» просидел почти семь и желудок бурчал, требуя жратвы и желательно не пайка, а хорошего, килограммового куска мяса!

Да где ж его взять-то!

Потянувшись и размяв шею, проверил своих больных и вышел из медотсека.

«Бамбук» слегка поскрипывал и трещал, пожирая световые года.

Не самый быстрый фрегат в прыжке.

Но другого сейчас и не надо.

Добравшись до столовой, взял ИРП, уселся за стол и принялся набивать брюхо.

- Эд! – Капитан «Бамбука» плюхнулся на стул, напротив меня. – Привет!

- Да виделись уже, - отмахнулся я, размышляя сожрать галету всухую или, все-таки, размочить в кружке с водой.

- Вчера виделись. – Уточнил капитан. – А сейчас уже «сегодня».

- А, ну тогда, да, Привет!

- Эд. Довезем народ живым?

- Да, Макс, довезем.

Это тоже ритуал.

Для Макса спасти наблюдателей это не только долг, но и единственная возможность доказать, что ни экипаж «Бамбука», ни экипаж «Клена» в произошедшем невиновны, ведь большая часть записей наблюдений погибла при облучении.

Например, на моем бакене, удалось восстановить лишь треть записи.

Правда, осталась копия на скафандре, синхронизированном с бакеном, получив которую Ален был готов танцевать.

Была еще съемка с самого скафандра, в который Карл встроил высокоскоростную камеру.

И мы – свидетели произошедшего.

- Эд. – Ален уставился на меня. – Ты чего, опять «накатило»?

- Да. «Накатило». – Стоило мне отвлечься от работы, как и вправду накатило. – Я вправду не могу понять, как рейдер вышел так удачно. У меня не сходится, Ален.

- Может быть, неудачное совпадение? – Капитан «Бамбука» уселся ровнее на своем стуле. – Ящерицы проводили разведку, вышли, увидели, решили, что…

- Выходят в «точке равновесия». – Отрезал я. – Иначе велик шанс оказаться на поверхности планеты. Да и таран – не самое любимое оружие ящерок. Тем более, что для выхода на полный залп им было нужно 10-12 секунд, а таран занял сорок три секунды.

- Предательство? – Ален помрачнел. – Утечка?

- Станция перемещалась хаотично, для каждого последующего опыта. – Я сжевал галету всухую и запил ее водой. – Ни у кого не было координат. Так что и утечки быть не могло.

- Предательство. – Помрачнел капитан. – Кто-то передал координаты станции сразу после ее перемещения в зону эксперимента.

- Больше похоже на правду. – Я кивнул. – Остается понять, почему именно таран? Станция и корабли были беззащитны, пяток протонных торпед и можно сваливать, потому как фрегаты рейдеру вообще не противник!

- А если… - Ален положил локти на стол, свел ладони вместе и оперся на них подбородком. – А если… Если это не ящерицы? Допустим, у кого-то был в загашнике рейдер противника и его решили использовать для уничтожения станции, на которой…

- А кому выгодно? – Задал я «вопрос на миллион». – Каменноголовые?

- Кстати, да. – Капитан смешно покрутил носом. – Потеря станции даст им фору в перевооружении!

- У них уже четыре флота перевооружено. – Сдал я секретную информацию, вычитанную в одном из отчетов. – А от эксперимента, до перевооружения должно пройти не меньше полугода. Опять же, каменногловые предпочли бы станцию захватить, а не идти на таран, уничтожая уникальные данные!

- Ну, тогда, самое фантастичное. – Ален помрачнел. – Станцию уничтожили свои.

- А зачем?!

- Повод для продолжения войны?

Молодец капитан!

Надеюсь, ты нигде вслух эту идею не озвучишь.

Иначе…

- Эд…

- Не поверишь, я сам недавно пришел к этому выводу. – Я отодвинул в сторону упаковку пайка. – Но только так встает на место идеальный выход рейдера и таран. Системы станции приняли автоматический запрос от «своего», выдали координаты…

- А дальше большой взрыв, который стер любые улики… - Ален вздрогнул и уставился на меня. – Об этом же нельзя говорить?

- А мы с тобой вообще о погоде болтали. – Я развел руками и встал со своего места.

Глава 36

- Чем собираешься заняться? – Мой куратор окинул взглядом архив, который оккупировал по прибытию и, смахнув со свободного стула пыль, уселся напротив.

- Закончу аналитику и подам в отставку. – Я откинулся на спинку стула и потер глаза, уставшие от бесконечной экранной работы. – Уеду в свой домик и попытаюсь научиться смотреть на мир сквозь розовые очки.

- Мирная жизнь? – Понятливо вздохнул Арни. – Я прочитал твой первый вариант и есть предложение, чтобы ты зачитал его перед Всеобщим Советом Альянса.

- От тебя или от адмиралов? – Вопросительно изогнул бровь, я.

- От меня. – Арни тяжело вздохнул. – Можно просто распространить, но будут сотни вопросов, на которые лучше ответить сразу, а сделать это сможет только автор аналитики. Даже Ал не потянет весь тот ком, что ты намотал.

Я затаил дыхание.

Да, это тот самый шанс.

Теперь, главное, его не прокаркать!

- Ты не обязан, конечно, но…

- Хорошо. – Я кивнул головой. – Мир надо начинать с открытой книги, так кому-то надо ее открыть.

- Но, есть нюанс. – Арни скривился. – Тебе придется пройти психологическую экспертизу, сам понимаешь, просто так совершенно левого гаврика никто не подпустит к людям, облеченным властью.

- Ну, это будет проблема психологов. – Рассмеялся я. – Не пустят – дольше проживу в спокойствии, делов-то!

- Никак не могу понять, оптимист ты или пессимист. – Мой куратор встал и покачал головой.

- Скорее – реалист. «Делай, что должно и, будь что будет»!

- Скотина ты. Чувствую, что будет жопа, но… Доказать не могу! – Арни направился к выходу и вдруг, остановился. – Эд… Прими мои соболезнования!

- Спасибо. – Я проследил, как закрылась дверь за моим куратором и вернулся к работе.

Сейчас мне главное успеть связаться с теми, кто за эти пять послевоенных месяцев прочно вошел в узкий круг моих заговорщиков и отдать команду.

Дилинькнул планшет, вываливая сообщение, что через двенадцать суток, на крейсере «Быстром» для меня забронировано место.

Прямой, до Земли.

Мило.

Давненько я «прямым» не двигался.

Даже «Бамбук» сперва вышел на станцию «Аметта», откуда нас, всех выживших, перевезли на «Глорию», потом на «Магдалену», где особисты всех мастей и размеров звезд, пару месяцев ласкали мозги всеми возможными способами.

И только потом сюда, на JR-23.

Так что, победу я встретил в архиве.

Поставив последнюю точку в этом обзоре, вызвал Ала и, дождавшись синекожего, сдал ему планшет.

- Эд… - Ал повертел в руках мой планшет и отложил его в сторону. – Заберешь «Аманду»?

Да-а-а-а-а-а…

С «Амандой» все странно получилось.

Те три цветка, что я вырастил у себя в каюте, оказались одним видом – «Амандой красной».

Черные цветы – мужские, красный – женский.

Вот только закавыка в том, что даже за мысль вывезти не просто редкую, а фактически мифическую, «Аманду красную», дорлоки способны учинить геноцид любому виду!

Что еще хуже, официально, «Аманда красная» вымерший вид!

Ага, цветущий себе спокойненько на станции JR-23!

Цветущий и приносящий плоды.

Очень вкусные, один такой мы слопали напару еще с Эльной, в наше прошлое прибытие.

Сейчас «Аманда» зажигает в общей кают-компании свои цветы, плодоносит и вымахала уже на три метра, обещая дорасти до потолка и умирать не собираясь.

Ал специально выставил все три дерева туда, чтобы особо народ не задавался вопросами о происхождении – ну, дерево, ну, цветет и что такого?

А «такого» в «Аманде» было то, что ее аромат оказался достаточно сильно выраженным мозговым стимулятором.

Один обеденный час, проведенный под «Амандой», давал заряд бодрости и чистого ума на пять-шесть часов, без вреда для разумного.

Ал на полном серьезе подумывает размножить «Аманду» и высаживать ее на всех кораблях Альянса.

Правда, под другим названием.

«Эльна».

- Нет, Ал. – Я развел руками. – Она уже здесь прижилась, нечего дерево мучать. Но десяток семян с удовольствием возьму. Посажу у дома, буду нюхать и работать…

- Тьфу ты, кто, о чем, а Эд о работе! – Ал в сердцах погрозил мне кулаком.

- Так это не я такой, жизнь такая! – Я расхохотался. – С переподвывертом!

- Шел бы ты отсюда, с переподвывертом!

Посмеявшись, вымелся из архива, поднялся на свой этаж и замер.

А куда идти-то?

Спешить мне некуда – официально я еще на излечении и, пока медики станции меня не признают здоровым, заданий у меня не будет.

А здоровыми они меня не признают, пока я не пройду освидетельствование

А освидетельствования не будет до тех пор, пока Арни не решит, что я его пройду.

Спасибо, что хоть в архив пустили, но там, чую я, у Арни свой шкурный интерес есть…

Он меня и с глаз долой убрал, и при себе держит, пользуясь моей работоспособностью.

Зевнув, дошел до кают-компании, заказал себе хороший кусок мяса с красным вином и расположился под «Амандой», мысленно подпитывая дерево «зеленкой».

«Аманда» в благодарность за подпитку, тут же вывесила два новых цветка, щедро одаривая меня едва заметным ароматом.

Мысленно предупредил дерево, что скоро меня тут не будет и ему придется самому разбираться со своими проблемами, получив в ответ легкую нотку печали и признательности, что я «такой хороший».

Вот такая она, на самом деле, «Аманда».

- Когда-нибудь я наберусь храбрости и все-таки попробую этот твой чертов бифштекс! – Напротив меня на стул приземлился Олаф, больше чем двухметровый гигант-скандинав, из рода Стайфьюллендов, веган в шестом поколении.

- Ну, яичницу ты уже потребляешь в немерянных количествах, так что ждать осталось не долго! – Расхохотался я в ответ, глядя на тарелку, в которой лежало не меньше дюжины аппетитно поджареных яиц.

- Хороший завтрак – залог полноценного дня!

- Наоборот, Олаф! Полноценный завтрак – залог хорошего дня!

- Это у тебя, недокормыш! А у меня – завтрак должен быть хорошим!

Шутливо переругиваясь, мы прикончили свои порции и, переглянувшись, пошли за добавкой.

- Вот скажи мне, Эд, почему это дерево так любит исключительно тебя? – Добрый от съеденного Олаф потягивал горячий кофе из поллитровой кружки, вызывая у меня дикую зависть. – Как ты приходишь, обязательно новый цветок!

- У меня флюиды хорошие. – Отбрехался я. – А ты просто завидуешь!

- Нет, серьезно! – Уже Маккот специально считал, до твоего появления на дереве было сорок три цветка, а теперь, глянь, листьев не видно!

- Разве это плохо?

- Нет, это хорошо. Чем больше цветов, тем больше плодов, а значит, достанется всем! А попробовать все хотят! – Олаф плотоядно облизнулся. – Слушай, а правду говорят, что после одной ягодки стоит потом весь день?

«Хрпуффф»!

Каюсь, не удержался.

Окатил бедолагу скандинава соком с головы до ног!

Но он и сам виноват, кто, о чем, а скандинавский богатырь о бабах!

- Нет, Олаф, это не так работает. – Я протянул парню салфетку и попытался вспомнить ощущения. – Это стимулятор, только не для члена, а для мозга. Ты просто вмиг понимаешь все, что происходит вокруг. Траектория движения Вселенных, эмоции стоящего рядом человека, полет пылинки… Ты видишь и понимаешь все, абсолютно!

- И нахрена это надо?! – Олаф почесал затылок.

- А вот когда попробуешь – поймешь! – Я с сожалением вышел из-за стола и пошел к себе в каюту.

Спать!

***

- Эд, главное помни, ты просто пройдешь этого психолога и все! – Вальдека поправила значок на пиджаке и вздохнула. – Зайдешь, ответишь на пару вопросов и выйдешь. Бить его не надо! И издеваться – тоже! В конце концов, не всем же иметь IQ в 156 единиц, должен же кто-то и психологом работать!

- Вот объясни мне, отчего в психологи идут идиоты? – Жалобно поинтересовался я, глядя на пузатую и довольную жизнью, кселеянку.

- Там проще всего заработать деньги! – Расхохотался Рори, сегодня утром намявший мне бока, чтобы я снова не побил кого-нибудь.

Ну, то есть, чтобы я снова не стукнул очередного дебила, лезущего ко мне со своими убогими вопросами, смысл которых я знал раньше, чем он родился!

- Рори! – Вальдека покачала головой. – Вас двоих… Убила бы!

- Меня – нельзя! Я еще не познал радость отцовства! – Парировал Рори, целуя свою воинственную женушку в макушку.

- А его? – Жалобно поинтересовалась кселеянка, снова дергая этот чертов значок у меня на лацкане пиджака.

- А его тоже нельзя, у него IQ в 156 единиц! – Рори снова поцеловал жену, а я отстегнул значок и вложил его в руку Вальдеки.

Задолбала она меня с ним!

«Пристегни его, пристегни!»

Можно подумать, псих, сидящий за этой дверью вообще знает значение этого значка!

Слава Звездам, если сидящий в мягком кресле утырок хотя бы знает, что такое Флот!

А то, после Победы развелось этих сволочей, так и норовят на ветеранах себе имя сделать, придумать новый синдром и назвать в свою честь!

Было у меня уже два таких.

Один подал в суд, второй пока не вышел из комы.

Шучу-шучу.

Оба пока в коме.

Управляемой, коме.

- Помни! Не бить! – Вальдека вздохнула.

- Да не бил я никого! – Я реально был готов взорваться. – Я же не виноват, что один от моей улыбки попытался сбежать, а второй…

- Значит, не улыбайся! – Рори поддержал супругу. – Просто относись к ним, как к слабоумным детям!

- Рори! Это не помогает! – Вальдека ткнула своего мужа под ребра. – Посмотри, он уже улыбается!

- Ладно-ладно, не буду улыбаться. – Я поднял вверх обе руки, сдаваясь. – Сяду, отвечу на вопросы, в случае чего воспользуюсь пятым пунктом!

- Только не часто! – Кселеянка поппыталась снова нацепить золотой значок мне на пиджак.

- Выдохнули, нахрен, все! – Рявкнул Арни. – Вы, оба, на стулья!

Семейная парочка кселеянцев тут же плюхнулась на стулья в примной очередного психолога, назначенного мне на освидетельствование.

- А ты… - Арни погрозил мне кулаком. – Просто будь тем Эдом, которого я хорошо знаю!

- И это будет пи…! – Прошептал жене на ухо Рори и поежился от злобного взгляда своего бывшего командира.

- Все. Эд, пошел!

Я вежливо постучал, дождался волшебного «войдите» и толкнул дверь.

Потом чертыхнулся и потянул на себя.

Вечно я с этими дверями попадаюсь, как последний дурак!

- Здравствуйте, Эд, проходи, устраивайтесь поудобнее. – Приветливый мужичок, с милой, распалагающей улыбкой сразу вызвал рвотный рефлекс.

- Доброе. – Я устроился в удобном, коричневом кресле, пытаясь понять, почему все происходящее для меня кажется дежавю.

- Пациент Эдвард Мерсер, сорок шесть лет, обращение для…

- Доктор. – Я вздохнул. – Выключайте диктофон, отключайте всю записывающую аппаратуру.

- Что, простите?! – Мужичок вылупился на меня, как на идиота.

Пришлось доставать СВР-овский жетон, демонстрировать и в очередной раз зачитывать правила проведения психологической проверки для сотрудников спецслужб.

- Это… Это невозможно! – Мужчина аж привстал со своего места, делая вид, что от возмущения.

Пришлось напоминать, для особо тупых, что именно он подписывал и какие реальные сроки грозят данному индиивидууму за разглашение гостайн, услышанных во время проведения сеанса.

Пару минут казалось, что человек проникся, но…

Нет…

Со вздохом достал из кармана «глушилку», предупредил об отключении средств фиксации и, получив ответ, мол все отключено, активировал ее.

Судя по тому, как красавчик заплясал у себя в кресле – нихрена он не отключил!

Его проблемы.

Выслушав двухминутный вой о дорогостоящем оборудовании, напомнил, что предупреждал и с удовольствием развалился в кресле, ожидая хоть какой-то мозговой активности от сидящего в кресле напротив, субъекта.

Минут семь, кроме пустопорожнего пережевывания нанесенного ему ущерба – ни единого проблеска разума.

Да уж, измельчали «психоолухи», я бы даже сказал – атрофировались, как вид.

Толи дело моя любимая Ирина-свет-Константиновна!

Вот это гигант!

А это, сидящее в креслице существо…

Так, амеба…

Вздохнув, зевнул.

Не хочется вести себя с такими «по-хорошему».

Хочется вымыть руки.

- Эд, вам придется выплатить полную сумму компенсации…

- Нет. – Я вздохнул. – Игрен, на данный момент, вы третий психолог, которого пригласили провести мое освидетельствование. Первые два, на данный момент, находятся на излечении в госпитале СВР, при этом, прошу отметить, я к ним пальцем не прикоснулся. И даже плохого слова не сказал. Более того, им, как и вам, была передана часть моего личного дела, кстати, с моего разрешения. Которую данные деятели, отчего-то посчитали своей личной собственностью. Вы хорошо знаете Законы Альянса, по отношению к личностям, носителям гостайны? Игрен? Уже тот факт, что в вашем кабинете просто ЕСТЬ записывающее оборудование, о котором вы меня не предупредили, является поводом к вашему задержанию. Как минимум. А как максимум, если за всем этим найдется хоть какое-то отягчающее… То это каторга. На срок до восьми лет. И так, господин Игрен Наум, мы переходим к конструктиву?

- Переходим. – Психолог взял себя в руки, осознав, что я вправду не привычная ему «звездная мартышка, поющая ротом» и сделал глубокий вдох.

- Замечательно. – Я улыбнулся. – Вам было передано мое личное дело и, если вы его не изучили, то могу дать вам десять минут, для изучения файла…

- Не надо. – Мужчина вымученно улыбнулся. – С военными тяжело иметь дело.

- Да, у нас всего две извилины, натертые фуражкой. – Усмехнулся я. – Одна отвечает за работу, а другая за наказание.

- У вас специфичное чувство юмора. – Наум вдруг расслабился. – В вашем личном деле отмечена недавняя тяжелая утрата, что вы можете сказать по этому поводу.

- Только то, что она глубоко личная и не отражается на моих умственных способностях или профессиональных качествах. – Я пожал плечами.

- Это произошло в результате боевых действий? – Мужчина схватил карандаш и начал что-то лихорадочно записывать в лежащем перед ним, блокноте.

- Это – закрытая информация.

- Я понимаю, тяжесть утраты, перенесенные страдания, все это наносит отпечаток на личность.

- Доктор, мои тяжесть утраты и перенесенные страдания, чаще всего наносят отпечаток на физическую оболочку тех, кто лезет не в свои дела. Чаще всего, очень красочный и очень болезненный.

- То есть, вы не скрываете свою агрессивность?

- То есть, я не скрываю свое право на агрессию к существу, нарушающему мои личные границы. – Поправил я.

- После победы, как вы относитесь к криллам?

Я задумался.

А и вправду, как я к ним отношусь?

Скорее, как к недобитому врагу, который в любой момент может нажать на курок.

Так и сказал психологу, не считая нужным что-либо скрывать.

- Вас раздражают мирные инициативы, направленные на укрепление связей с криллами?

- Меня раздражают люди, выступающие с подобными инициативами. Чаще всего это либо политики, мечтающие нажиться на этом, либо откровенно слабоумные. – Я прищюрился. – Как показывает история, у любого побежденного, через 25-50 лет случается истерия и все начинается по новой.

Каждый новый вопрос Наум задавал все больше и больше расслабляясь, и предвкушая…

А что, собственно говоря, он предвкушал?

Что размажет меня одной росписью своего стилуса?

- А как же боль миллионов?! – А вот тут зря…

Я выпрямился на своем месте и принялся медленно-медленно наматывать энергетику сидящего напротив меня мужчины, на собственную боль.

- Доктор, вы знаете, что такое боль? В вашей семье кто-то погиб? Сгорел заживо в корабле, стал куском мяса на столе ящериц?

Доктор еще не понимал, но, чувствовать, уже начал и замотал головой.

Мило рассуждать о боли, не прочувствовав ее на собственной шкуре…

Боль выпустила шипы, прорастая в энергетику психолога, разрывая ее, сжигая своими прикосновениями, оставляя безобразные дыры, не спешащие затянуться.

Игрен попытался закричать, но…

Только разевал рот, покрываясь потом и седея на глазах.

- Вам больно, доктор? – Я, со вздохом, улыбнулся. – Это очень хорошо, доктор. Теперь вы узнали, что такое боль. Как взрывается голова, как болит душа. Привыкайте, доктор. Теперь эта боль будет всегда с вами, с вашими детьми, внуками и правнуками. И за десять поколений вы не избавитесь от нее.

Я говорил с улыбкой, тихо и спокойно.

Свою боль я уже прожил.

Теперь пришло время дать почувствовать боль тому, кто должен с ней работать, а не высокомерно кивать в ту сторону, о которой ничего не знал.

- Учитесь с ней жить, доктор. – Я вздохнул. – Она теперь полностью ваша!

Выдохнув, развеял каст и подкачал доктора психологии, просидевшего всю свою жизнь в комфортабельном креслице, в защищенном от всех невзгод, уютном здании.

- Так что, доктор… Я прошел терапию? – Я смотрел в глаза человеку, который сейчас меня боялся.

- Несомненно… - Доктор придвинул к себе планшет и поставил закорючку росписи. – К сожалению, к активной работе разрешения дать не могу, но в качестве административного работника, со стороны психологии возражений нет.

Заверив свое решение электронной печатью, доктор Наум Игрем протянул мне планшет и вжался в кресло, едва я встал.

- Поменьше вранья, доктор. – Я сделал три шага до двери и обернулся к сидящему в кресле, совершенно седому, человеку. – Помните, от жизни до смерти расстояния нет. Есть только время и оно всегда против человека.

Выйдя в коридор и закрыв за собой дверь, протянул планшет Арни, демонстрируя вожделенную печать и автограф, в графе, с пометкой «годен к административной работе».

- Нормально, Босс? – Улыбнулся я, мысленно радуясь, что хоть с третьим «психом» все прокатило, ведь первые два не просто так превратились в овощи после моего ухода – прожить с разорванной энергетикой, это вам не чашку кофе выпить!

- Надеюсь, хоть этот выживет… - Буркнул себе под нос Рори и тут же получил от жены локтем в бок.

- Ну, я же не злодей какой! – Замахал я руками, мысленно скривившись.

Увы, вот теперья я точно записной и заправский злодей.

Не мультяшный и не опереточный, с рукой в жопе, а матерый «злодеище».

И теперь я прекрасно понимаю Вагвальда Третьего, слетевшего с катушек.

Я тоже, как и он, теперь просто иду к своей цели.

Правда, мир мне и нахрен не нужен.

Но вот отвесить оплеуху «сильным мира сего» - чем не цель?

Я сжал и разжал кулаки и поежился от налетевшего ветерка, которого здесь быть в принципе не должно!

- Заседание Всеобщего Совета состоится через три дня. – Арни убрал планшет себе во внутренний карман м застегнулся. – Все это время, в целях безопасности, ты, Эд, проведешь в гостинице СВР. Выходить из номера нельзя, гостей никаких.

- Так боятся подмены… - Кселеянка покачала головой. – Да, у криллов это запросто…

- При чем тут криллы? – Сиг поморщился. – Аналитика такого уровня интересна сама по себе. Так что… Ради твоей же безопасности Эд, сиди тихо. Одежду тебе принесут, еду закажешь, в скандалы не ввязываешься, даже дверь не открываешь!

- А как мне одежду принесут тогда?! – Искренне удивился я, нажимая кнопку вызова лифта и краем глаза ловя входящих в кабинет психолога высоких парней в неприметной одежде, с волевыми подбородками и горящими глазами.

СБ СВР.

Сейчас у доктора соберут все записывающие устройства, еще раз объяснят правила и вежливо выйдут, напоследок намекнув, что могут и вернуться, в случае чего.

И вернутся, в случае чего, кстати.

- Эд, змею увидел? – Арни дружески отвесил мне тумака. – Входи давай.

- Кстати, говорят, тебе предложили за участок миллиард? – Вальдека уставилась на меня, ожидая ответа.

- Пятьсот лямов и ночь с прекрасной Матильдой. – Усмехнулся я, не сказав ни слова лжи.

- А ты? – Рори прищюрился. – Послал?

- Предложил разойтись на миллиарде и брачном контракте на десять лет. – Я расхохотался, вспомнив, как вытянулось лицо Матильды, услышавшей встречное предложение.

- А она?!

- Улетела думать… - Я развел руками.

Как по мне, так Матильда реально «улетела думать», потому как взгляд у нее был весьма задумчивый, словно решая, толи и вправду выйти за меня замуж, толи грохнуть, чтобы не выделывался.

Впрочем, даже если со мной что-либо случится, этот участок теперь вообще никому не продадут. Ближайшие сто лет – точно, а там «либо осел сдохнет, либо эмир».

- Эд Мерсер? – На выходе из лифта нас остановили еще одни «крепкие ребята СВР» и, дав попрощаться, вывели меня черным ходом на спецпарковку, откуда по тоннелям вывезли в защищенную гостиницу, по дороге еще раз объяснив, что выходить нельзя, гостей нельзя, но если захочется ласки и любви, то можно вызвать горничную.

Успокоив парней, что член в штанах держать умею, понятие «безопасности» знаю и вообще «приучен к лотку» службой, откинулся на спинку сиденья и даже задремал.

- Эд… - Парень, сидящий напротив меня, протянул капсулу и стакан воды. – Примите. Это датчик жизнедеятельности, отслеживающий все параметры вашего организма.

Молчком взяв капсулу, проглотил ее запил водой.

- Срок службы – десять дней, потом выйдет естественным путем.

- Знаю, уже глотал такие. – Усмехнулся я. – Спасибо, Кларенс.

Авто остановилось, выпуская нас у дверей лифта, возле которого Кларенс и его рябята передали меня «гостиничной СБ».

- Ни пуха, ни пера. – Кларенс пожал мне руку, широко улыбаясь.

- К черту, Кларенс, к черту! – Я улыбнулся.

Все, теперь только вперед.

Колесики завертелись, машина набирает ход и от моего желания, испуга или смерти, по большому счету, большего ничего не зависит.

Даже если я не выступлю перед ублюдочным советом…

Глава 37

- Отлично выглядишь! – Арни покрутил меня, рассматривая вперевые мною надетую парадку. – Хищник! Где тот пузанчик, что до сих пор на фото в личном деле?!

- Помер… - Честно сказал я, разглядывая огромные, двустворчатые двери, за которыми прятались от простых смертных, сильные мира сего.

- Ни пуха, ни пера!

- К черту, Арни, к черту! – Ответил я на полном автопилоте, глядя, как открывается дверь и уже переходя «в разгон».

Сейчас, первые пять минут будут решать все.

Если я управлюсь с той армадой разномастных разумных, значит, будет план «А».

Ну, а если нет…

Тогда, пусть сработает «К черту»!

- …Эд Мерсер! – Спикер Совета произнес мое имя, и я сделал шаг в дверь

А потом, по синей дорожке до кафедры.

Воткнул в разъем бледно-розовый кристалл и поднял глаза, рассматривая огромные экраны, с которых на всех этих «членов» пялилась моя голова.

Восемьдесят представителей разных рас.

Восемь адмиралов.

И один Председатель.

Я закрыл глаза, сделал глубокий вдох, сосредотачиваясь и одновременно пережидая оживленные переговоры представителей, сонно взирающих на меня с высоты собственной власти.

Еще выдох.

«Зеленка» поплыла по залу, заполняя его, проникая в сидящих разумных и…

- Тише! Тише, Уважаемые представители! – Спикер заколотил своим молоточком, призывая к тишине и порядку. – Я понимаю, что все устали и эта аналитическая демагогия уже никого не интересует, но хоть сделаем вид, что…

Спикер осекся, а «уважаемые представители» издали громкий всхрюк свиней, оценивая сказанное.

Что же, я улыбнулся.

Главное сделано.

- Неуважаемые представители, малоуважаемый Совет, тупые адмиралы. – Я раскрыл файл и похрустел шеей. – Начнем. Данная «аналитическая демагогоия» является дано назревшим и уже плохо скрываемым набором фактов, на сокрытие которых расходуются огромные средства налогоплательщиков всех планетных систем.

Я посмотрел на экраны, транслирующие мое выступление.

Сейчас эту трансляцию «перекидывают» со спутника на спутник, записывают и передают сотни, если не тысячи разумных всех видов.

С кем-то удалось связаться мне.

С кем-то связались инспекторы, такие как наш «викинг» или андариец-инспектор Лиу Кархх или Алара Китана.

Но основная часть шоу все равно за мной.

Сейчас мне надо удержать эти восемьдесят девять рыл своей «зеленкой».

И еще десять лиц, ведущих трансляцию, напрямую из зала.

- Минувшая война показала, что Совет в общем и Альянс Земли, в частности, изжили себя, продемонстрировав катастрофическую неспособность к ведению дел. – Я вернулся к докладу, ощущая, как пытаются вырваться от пут управления через «зеленку» отдельные особи и «гася» их дополнительными дозами «зеленой магии». – Военные действия продлились три года и семь месяцев. Можно ли было завершить их быстрее. Аналитика дает точный и бескомпромиссный ответ. И этот ответ – да! Да, боевые действия против Крилла можно было завершить в течении одного года. Так почему же не завершили? Ответ прост. Правители презираемого мной совета играли в войну, с целью наживы. Адмиральский состав земного флота Альянса занимался укреплением внутренней власти на флоте, взращивая так называемую «воинскую аристократию» и прибирая к рукам технологии, открытия и заводы. За период только первого года войны, адмиралами Земного флота были произведены рейдерские захваты верфей, станций научно-технической направленности и производственных мощностей стратегического направления. Если кто-то считает, что это сугубо земная сфера, спешу разочаровать. Ровно тоже самое продемонстрировал Совет Моклана, Президент и его когорта бандитов Яйри, Верховный председатель Калана, Совет старейшин Обсидуса, соборный совет Эйлы и президиум Раванцев. Именно шесть этих государств, во время войны с ящерицами, искали и нашли точки, для договора с врагом, передавая ему координаты вновь заселенных планет, слабо защищенных станций, а то и вовсе, пропуская боевые группы ящериц к стратегическим объектам своих союзников. Моклан, Яйри, Калан, Обсидус, Эйла, Раван. И Земля. Пока граждане этих государств несли потери, оплакивали погибших и клялись отомстить за съеденных колонистов, их правительства торговали людьми, технологиями и производственными мощностями, обеспечивая себе безбедное будущее.

Я снова посмотрел на экраны, понимая, что трансляция продолжается, а значит, я еще немного успею подлить масла в огонь!

- Семь вышеназванных государств, в лице их правителей, не только убивали своих граждан, но и, прикрываясь «национальными особенностями», занимались превращением своих граждан, по сути, в рабов. Проекты «Свободная Эйла», «Свободный Раван», «Чистота» Обсидуса и программы «Альфа» и «Бета», проводимые на Земле, тайные и явные, были предназначены только для одного – оболванивания своих граждан. – Я вывел на экран данные из досье на Келли, прошедшей обработку по программе «Бета», основной задачей которой было выращивание идеальной жены. Идеальной беты, для идеальной альфы. – Подобные программы были обнаружены и в других государствах, а также, аналитка вычислила круг лиц, разрабатывающих подобные программы для государств, недавно присоединившихся к Альянсу, а также для государств, вливаться в «Альянс подонков» не спешащих.

Я выкладывал и выкладывал документы, вспоминая лица и прозвища тех, кто это смог раскопать.

Некоторых уже нет в живых.

И их имена я обязательно предам огласке.

Граждане должны знать тех, кого предало их государство!

Еще раз проверив экраны, прищурился.

- Файлы аналитики может скачать любой, сетевые адреса на экранах. Сотни террабайт, миллионы файлов. – Я прикрыл глаза, контролируя «зеленку». – Эти данные – кровь войны. Эти данные – жизни миллионов, преданных своими правительствами ради наживы. Ради дополнительного срока. Ради еще одного нолика на счете. Адмиралы, отдающие приказ уничтожить станцию. Капитаны, уничтожившие ее. Ящерицы, пожиравшие наших колонистов. Между ними нет разницы. Альянс вступил в войну имея шестикратное превосходство по кораблям и троекратное – по технологиям. И только новые союзники смогли переломить ход войны. Переломить, потому что честно отдавали жизни, а не продавали своих сограждан.

Данные на экранах менялись, менялись и менялись, заполняя приложения дополнительные файлы.

«Шестеренки», «Гайки», «Звезды» и «Бесконечности» совершенно секретных документов, вытащенных из-под спуда и темноты личных сейфов правителей, появлялись и появлялись на экране, раходясь по миллионам, миллирдам экранов.

- Некомпетентность адмиралов земного флота стала причиной гибели двух третей кораблей, в которых гибли не только экипажи, но и гражданские. Женщины, дети. Столь необходимый перевод экономики на военные рельсы стал лишь еще одной возможностью захватить производства, уничтожит здравомыслящих, обвинив их в предательстве. Сорок лет программ оболванивания граждан привели к тому, что…

В дверь, за моей спиной что-то упорото грохнуло.

Потом еще и еще раз.

Я с наслаждением улыбнулся.

Пусть ломают.

Эти двери для этого и делали!

Строчки аналитики появлялись на экранах, а ехидно улыбался, наконец-то освобождаясь от того груза, который слишком тяжек для моих плеч!

Мельком глянул на часы.

Ого!

Три часа эфирного межсистемного времени!

Я рассчитывал, что меня прервут раньше!

Оставив остолбеневших представителей сидеть деревянными болванчиками, сошел с кафедры и, пройдя по синей ковровой дорожке, распахнул дверь.

Я свое дело сделал.

Даже если присутсвующим «членам» удастся все замять, они все равно не жильцы.

«Зеленка» не только лечит.

Я мельком глянут на угольно-черные кляксы, мечущиеся в «зеленом» фоне, пожирающие сидящих за моей спиной и выдохнул, сделав шаг за дверь.

К разумным существам в черной форме элитной безопасности Совета Альянса и протянул вперед обе руки, запястьями вверх, стоящему напротив офицеру.

- Что, офицер… Выбор между честью и деньгами не прост? – Я усмехнулся. – Выбирай, кого арестовывать!

В выборе между честью, совестью и долгом, в европейском мире всегда побеждают деньги…

***

- Привет, Эд. Хорошо устроился. – Кселеянка после родов словно вторую жизнь обрела, посвежела, блестят глазки, кожа просто светится! – Удобненько тут у тебя!

- Ага. – Я расхохотался. – Государственному преступнику номер один – все самое лучшее! Вот, сижу, наслаждаюсь перед расстрелом.

- Дурак ты и шутки у тебя дурацкие. – Женщина помрачнела.

- Да ладно тебе. Лучше расскажи, чего там за стенами творится и с чего это ко мне гостей стали пускать? – Я помотал головой, отгоняя сонную дремоту, в которой провожу вот уже… Блин, четвертый месяц!

- Ну. Государственный преступник ты, теперь, исключительно для Флота Земного Альянса. – Вальдека почесала бровь. – Кселия, например, готова принять тебя у себя. Как, кстати, и Моклус, и даже Крилл!

- О, как… - Я завис, переваривая услышанное. – Даже так?!

- Это еще не все новости. – Кселеянка потерла руки, словно замерзла. – Председатель Альянса подал в отставку и попытался вернуться к себе на Байну, догадываешься, что не прилетел? И два адмирала застрелилось. А Одзаву и ее нового любовника экипаж выбросил в неизвестной системе, в скафандрах и улетел. Моклус, Яйри, Калан, Обсидус, Эйла, Раванци и Андарийцы вышли из состава Альянса. Кселия, Фема и Террина вышли и объявили о формировании нового, Лиги Демократического Мира. Из оставшихся… Точнее – в оставшихся, полный здец творится. Правительства меняются, как перчатки, кто-то успевает сбежать, кто-то даже успел отдать приказ о бомбардировке Земли!

У меня отвисла челюсть!

Вот такого я точно не ожидал!

По всем моим расчетам получалось, что будет пара месяцев суеты, но не больше!

А уж о том, что Альянс и вовсе начнет трещать по швам – на такое чудо я даже надеяться не мог!

В общем, фигня какая-то!

Явно кто-то под шумок расстарался половить рыбку в мутной водичке!

- Эд?

- Предупреди Арни, что тут дело не чисто. – Я покачал головой. – Слишком огромный резонанс, это невозможно.

- Арни нет. – Вальдека поморщилась. – Альянс обвинил СВР во всех грехах и распустил.

- Идиоты… - Я схватился за голову. – Звезды, какие же идиоты!

- А на флоте все проходят переаттестацию, сейчас уже более четырех тысяч уволенных, по графе неполного или полного служебного несоответствия. – Вальдека скривилась. – Адмиральские дочки-сыночки пачками бегут в запас, пока не пришла их очередь отвечать на вопросы. Отозваны тысячи лицензий на обучение, Академия лишилась трети преподавателей, что разрабатывали и внедряли «Альфу» и «Бету».

- Вальдека! Этого не может быть! – Я помотал головой. – Кто-то реально мутит воду. И, есть у меня подозрение, кто именно!

- Эд?!

- Что Эд, что Эд?! – Я встал со своего стула и прошелся по своей половине комнаты свиданий. – Не работает это так. Да, председун свалил, адмиралы пострелялись, но не четыре же месяца?! Вот, скажи, демонстрации массовые были?

- На Земле, на Кселии и на Андарии. – Вальдека посмотрела на меня, а потом вздохнула еще глубже. – Эд, сядь, пожалуйста!

- Какой сядь? – Я погрозил ей пальцем. – Ты же понимаешь, что подобные действия без вмешательства третьей силы невозможны, в принципе! И я, кажется, догадываюсь, что именно это за третья сила! Кроме кайлонцев – не кому!

- ЭД! СЯДЬ! – Рявкнула кселеянка. – «Третья сила», «четвертая» - это сейчас не важно! Верховный суд Альянса принял решение по твоему делу.

- С этого и надо было начинать. – Буркнул я, усаживаясь на стул. – Так что мне присудили?

- Станция «Боррус», на Границе, помнишь такую? – Вальдека замолчала.

- Забудешь такое. – Я вспомнил и Янку, и «утерянную» «Корягу».

- В этой же системе есть добывающий комплекс «Пагода-6».

- Добыча тирлиция и мапры. – Я усмехнулся. – Помню. Значит, каторга.

- Восемь лет. – Кселеянка развела руками. – Потом запрет на посещение планет Альянса и полная конфискация собственности на Земле.

Ну, что же, не зря, не зря, как жопой чуял, продал свой домик у озера за 1 кредит Свияге, при условии создания экологического парка-заповедника!

Рыболовству это не повредит, а вот выкупить обратно в государственную собственность уже не получится, экологические инициативы имеют высшую степень надзаконных актов, так что собственности у меня нет.

- Эд… - Кселеянка шмыгнула носом. – Через два часа за тобой придут и…

- Ну, не хорони меня раньше времени. – Попытался я успокоить женщину. – Каторга – не смертная казнь, так что мы еще поболтаем!

- Ты же понимаешь, что протянуть восемь лет на добыче тирлиция невозможно? Год, максимально – два и все организм сгорит!

- Ну, это мы еще посмотрим. – Я подмигнул женщине. – Авось да Небось – боги старые, да верные!

- Оптимист хренов…

- Свидание окончено. – Железный голос системы тюремного блока больно резанул по ушам, заставляя нас обоих вздрогнуть. – Посещение завершено, просьба покинуть комнату свиданий!

Помахав на прощание Вальдеке, сцепил руки за спиной и потопал, в сопровождении молоденького паренька-конвоира к себе в камеру.

- Налево! – Парнишка коснулся моего плеча. – За вами уже прибыли!

Ну, налево, так налево.

Я свернул в ярко освещенный коридор, по которому никогда раньше не ходил.

- Эд Мерсер! – Все тот же железный голос принялся зачитывать мой приговор, перечисляя статьи, фамилии заседателей и их решения по моему делу.

В принципе, не все так и плохо – по решению судей, через год «ударного труда» я могу подать апелляцию и, по ее рассмотрению, дело может быть пересмотрено.

Я бы на улучшения особо не наделся, но…

Мало ли…

- В связи с высоким уровнем ответственности, вам разрешено провести полет в каюте усиленного режима, без возможности ее покидания. – Система, зачитав мои прегрешения и наказания, перешла к «пряникаам». – На борту судна перевозчика вам будет установлен контролирующий имплант.

Я хмыкнул.

А могли и в камере запереть!

Пройдя по коридору, оказался в маленьком ангаре, в центре которого стоял хорошо мне знакомый тип челноков, с открытой задней аппарелью.

И тремя вооруженными охранниками, которым меня парнишка и сдал, пожелав доброго пути.

Усевшись в кресло, пристегнулся и посмотрел по сторонам, пытаясь понять, почему челнок кажется таким знакомым?!

Полет до корабля занял минут десять, а вот в ангаре все встало на свои места!

Привет, «Орвилл»!

Символичненько, блин!

На нем был мой первый полет и, на нем-же – последний!

Симпатичная кселеянка в форме корабельной безопасности «приняла» у охранников и смело повела по пустынным коридорам, даже не опасаясь, что могу дать деру.

- Меня зовут Талла Кеяли. – Женщина пропустила меня в лифт. – Согласно приказа Флота, корабль «Орвилл» доставит вас на станцию «Боррус», откуда, автоматическим челноком вас перевезут на планету Бора-7, для исполнения наказания. На время полета вам запрещено покидать каюту, общаться с командой либо использовать системы корабля для личных целей, кроме развлекательных.

- Принято, понято… - Буркнул я. – Сидеть и не отсвечивать.

- Надеюсь, проблем не будет?

- Нет, офицер Кеяли, не будет. – Твердо пообещал я, рассматривая подтянутую фигурку и мысленно отвешивая себе тумака.

- Если вам что-то будет необходимо, обращайтесь прямо ко мне!

Я чуть не ляпнул, что мне сейчас действительно необходимо, но…

Вроде как у Таллы в это время роман с инженером Ламарр, так что…

Здесь мне ничего не светит, да и к лучшему это, кселеянкам со мной точно не везет!

Спустившись на уровень «безопасников», вышли из лифта и, пройдя по коридору, остановились у двери, подмигивающей красным огоньком заблокированного доступа, на сенсоре справа.

- Полет продлится около трех месяцев. – Талла коснулась сенсора и сделала шаг в сторону, пропуская меня в каюту. – Постарайтесь не совершать опрометчивых поступков.

- Самый главный я уже совершил. – Усмехнулся я, входя в каюту и рассматривая ее убранство. – Бедненько, но чистенько…

- Материализатор ограничен, если понадобится что-то отличное от списка, можете обращаться ко мне.

- Спасибо. – Я проследил, как закрылась дверь, отрезая меня от внешнего мира и плюхнулся на кровать, как был и отрубился раньше, чем «Орвилл» вышел из дока и ушел в мой последний полет.

Пару раз просыпался, но, повернувшись на другой бок, снова вырубался.

Событий для меня хватало, да и сказывался «медикаментоз» - «умиротворители», для послушного поведения получал я со всем, что ел, пил и вдыхал, одновременно, так что заторможенность была преизрядной.

Выспавшись в запас, принялся обустраиваться.

Сменил постельное белье, заказал сменное белье и плотный обед, простенький, но сытный.

Активировав планшет, выбрал киношку из «разрешенных» и два часа любовался смелым капитаном Порри, который со своей командой крошил врагов всем, что находилось под рукой.

Забавный фильмец, доложу я вам.

В реальности этого капитана грохнули бы еще при первой высадке на неведомую планету, где сила тяжести была в полтора G!

Вот так и потекли мои сутки.

Изредка со мной связывалась офицер Кеяли, интересуясь моим состоянием и настроением.

А какое может быть состояние и настроение у будущего каторжника?

Правильно – средней поганости.

Тем более, что «разрешенных» фильмов было всего полсотни, делать особо ничего нельзя, а для спортивных достижений – просто нет места!

Дни тянулись, я валялся на кровати и занимался «зеленкой», любуясь все уменьшающимся количеством черных «клякс» и от скуки проверяя, куда же я могу залезть.

В общий канал корабля, как оказалось – запросто!

Порывшись там, к своему удивлению не нашел никого знакомого.

То есть, судя по данным экипажа, кое-кто остался, но общим каналом пользовался давным-давно.

- Эд! Я могу войти? – Хорошо знакомый голос, словно выстрел из прошлого, больно стукнул по нервам. – Эд?

- Входи, Келли… - Я хмыкнул.

От моего разрешения все равно мало что изменится.

- Привет, Эд! – Келли шагнула в открывшуюся дверь.

Что же, командор Грейсон похорошела!

Сменила прическу, округлилась, но…

Все так же хороша, этого не отнимешь!

- Командор Грейсон. – Я покачал ногой в знак приветствия, не спеша сползать с удобного кресла, нагретого моей задницей. – Как делишки?

- Отлично, Эд. Как сам? – Келли приземлилась в кресло напротив и замерла, разглядывая меня.

- Как видишь… Сижу, помаленьку.

- Эд. Я рада тебя видеть!

- Не могу сказать того же, но… Твоему здравию рад, искренне. – Признался я, мысленно пытаясь понять, что же ей надо.

- Все так же ненавидишь меня? – Келли положила ногу на ногу и блеснула глазами.

- Ты слишком много о себе возомнила. – Я вздохнул. – Скорее, был бы рад не встречаться еще лет эндцать.

Какое-то время мы просто молчали, а потом Келли, неловко повернулась и прикусила нижнюю губу, пытаясь не вскрикнуть от боли.

Ради интереса, бросил на нее диагностику и присвистнул.

А ведь ей и вправду сейчас больно.

Судя по всему, перед прилетом на Землю, «Орвилл» попал в переделку и мой экс-женушке изрядно досталось.

А лечили ее из рук вон плохо!

Вздохнув, окутал командора «зеленкой» и скастовал «среднее лечение», устраняя проблемы.

Один фиг заняться нечем.

- Эд. Я думала ты сразу попытаешься со мной связаться…

- Офицер Кеяли точно сказала, с кем я могу связаться и, прости, тебя в этом списке не было. – Я развел руками. – Да и, честно говоря, я бы лучше с Говардом связался. Кстати, как он там? Уже счастливый папаша, небось?

- Гордон и Ким развелись в первый год. – Келли помрачнела. – Гордон подал рапорт и ушел на рейдер «Сайна».

- А Яфет? И Айзек?

- После скандала, Яфет вышел в запас.

- Какого скандала? – Не понял я.

- Который устроил ты, на Совете. – Келли скривилась. – Многие ушли. Вернулись на свои планеты.

- А Бортус?

- Бортус с нами, правда, один. Его партнер забрал Топа и вернулся на Моклус. – Келли смотрела на меня со странной миной на лице.

Явно было видно, что хочется ей сказать о многом, спросить, но…

- Ты спрашивай, Келли, спрашивай. – Я встал со своего места и заказал сок себе и бокал полусухого, для нее.

- Почему, Эд?!

- Что именно «почему»? – Решил уточнить я, рассматривая ее руки.

- Почему ты меня так ненавидишь?

- Келли… Видишь ли в чем штука… Ты не сохранила нашего, не построила своего и уничтожила моё. – Я сделал глоток сока и помассировал шею. – Ты ведь не просто убила своего мужчину, ты перечеркнула ему все пути. Причем, не один раз…

- Если бы не я, ты бы не получил «Орвилл». – Келли вздохнула.

- Если бы не ты, я бы получил под командование крейсер, который из-за твоего похода налево, вместо меня получил адмиральский сынок. Если бы ты не пошла на поклон к адмиралу во второй раз, я бы получил рейдер, но вместо этого я получил «Орвилл» и пропустил экзамен. – Я вздохнул. – Впрочем, Келли, все это не совсем твоя вина. Тебя так учили, тебя знали как облупленную и манипулировали, как взбалмошной девчонкой.

- Ты о чем?! – Келли напряглась.

- Келли, скажи мне пожалуйста, тебе никогда не приходило в голову, почему ты потащила своего синекожего любовника к нам домой? Вы же познакомились с ним в музее, напротив которого отличный автоматический мотель, в котором я бы вас никогда не застукал? Тебе напомнить, кто тебя с ним познакомил? Тебе напомнить, кто подсказал тебе, обратиться к адмиралу? Келли, все то, что с нами произошло… То же самое произошло и с Гордоном, верно? Ким пошла налево?

Келли кивнула.

- Ничего не поделать, Келли. Вы – идеальные «беты» для своих «альф». – Я воровато глянул на планшет, а потом выдернул из «зеленого хранилища» маленький кристалл памяти и протянул его сидящей напротив, женщине. – На, изучи на досуге. Много нового о себе узнаешь. Ты не совсем виновата, Келли. Тебя просто сделали такой, какая ты есть.

- И только поэтому ты так меня ненавидишь?!

- Келли, да что ты заладила, «ненавидишь, ненавидишь»… Не за это я тебя ненавижу, Келли. Я тебе Клэр никогда не смогу простить! – Вырвалось у меня. – Если бы ты ей не сказала тогда, на пьянке, что «мы пытаемся все начать с чистого листа», Клэр осталась бы на «Орвилле» и, осталась бы жива! А так, ты убила не только своего мужа, но и женщину, к которой я был совсем неравнодушен! И двоих ее детей!

- Эд! Да я… Никогда! – Келли вскочила с кресла, пылая праведным гневом.

- На. Прочти. – Я вытащил из «хранилища» уже изрядно помятый конверт, что передала мне Нина. – И никогда не ври мне. Я твое вранье чувствую раньше, чем ты пытаешься его придумать!

Келли плюхнулась обратно в кресло, достала из конверта письмо и начала читать.

Если честно, в этот момент мне стало ее впервые искренне жаль.

- Эд, прости меня. – Келли убрала письмо обратно в конверт и протянула мне. – Я не могла даже представить себе…

- Келли. – Я забрал конверт и убрал обратно, в «зеленку». – Пожалуйста, уходи! Я тебя понимаю, я тебя искренне уважаю и даже, вот в чем закавыка, я тебя даже где-то до сих пор люблю, но… Уходи. Дай мне выжить. Иначе я вправду сломаюсь и тогда то, что будет вместо меня – станет не только моей бедой, но и твоей!

- Хорошо. – Келли встала со своего места, одним глотком допила вино и поставила бокал на подлокотник кресла. – Прости меня еще раз.

Келли вышла вон, а я запустил вытяжку на полную, пытаясь избавиться от ее запаха, который, к сожалению, все еще был больше в моей голове, чем висел в воздухе.

Завалившись снова на кровать, закинул руки за голову и начал медленно-медленно дышать, загоняя себя в транс.

Мне до сих пор больно.

Только теперь это «больно» растянулось не только на память о Клэр.

«Зеленка» обволакивала меня, растягивала секунды в минуты, а то и часы, в которых кроме тоски – ничего!

Вздох за вздохом.

Тоска за тоской.

Я дышал и поражался тому, что все еще могу дышать.

Время лечит.

Нифига оно не лечит!

Просто мы забываем и иногда хватает одного мимолетного раздражителя, чтобы забывшееся всплыло и ударило тебя по мозгам так, чтоб ты света белого не взвидел!

Я растекался по зеленке, собирая себя и размазывая по зеленым стенам собственной темницы.

Сейчас.

Сейчас.

Сейчас!

Еще один слой и будет легче!

Еще один тонюсенький слой и…

Я растворился в зеленом свете, прекращая дышать.

Прекращая вспоминать.

Прекращая жить.

- Эд! Вернитесь! Эд!

- Сейчас, только тапочки сменю… - Пробурчал я, «вываливаясь» из своего зеленого состояния нирваны всей души. – И побреюсь!

- Слава Богу! – Женский голос над моим ухом шумно выдохнул. – Эд! Вы меня понимаете?

- Если вы не будете так орать, то пойму еще лучше. – Сказал я, открывая глаза и любуясь высоким, серебристо-голубоватым потолком. – Не зачем так кричать.

- Я, между прочим, не кричу. – Женщина сбавила обороты, переходя на нормальный тон. – Как вы себя чувствуете?

- Отдохнувшим. – Признался я, осознавая, что тоска ушла, оставляя тонкую нотку печали.

- Передайте командору Грейсон, что пациент пришел в себя, стабилен. – Женщина выпрямилась. – Офицер Кеяли, ваш «объект» будет жить.

- И даже творить какую-нибудь хрень. – Добавил я от себя, стараясь, чтобы меня не услышали.

Увы, меня услышали.

- Давайте без «хрени»! – Талла возникла рядом, словно чертик из табакерки. – Вы и так натворили! Командор Грейсон меня бы убила…

- Думаю, капитан Мерсер имел нечто другое. – Хорошо знакомый голос Айзека заставил меня улыбнуться. – Осмелюсь высказать предположение, что стрессовой состояние капитана.

- Бывшего капитана, Айзек! Бывшего! – Я попытался сесть на кровати, но стальная ладошка кселеянки просто вдавила мен обратно в подушку. – Рад тебя слышать, бормашинка!

- Бормашинка?! – Талла замерла, пытаясь осознать услышанное.

- Думаю, капитан имеет в виду специальную машину, для лечения зубов. – «Железный человек» издал звук, больше похожий на смешок. – И, нет, для меня это не оскорбительно, не смотрите так на меня офицер Зоуи. «Бормашина», в данном контексте, слышится мне как признание моих возможностей, неотвратимости моего ума и неудержимости бега времени!

Эвона как загнул!

- Я тоже рад нашей встречи, капитан Мерсер! – Айзек, сдается мне, совершенно точно очеловечивается просто гигантскими скачками!

В последнюю нашу встречу он едва понимал шутки, а сейчас…

- Долго я тут, Айзек?

- Семнадцать дней в лазарете и шесть у себя в каюте, всего двадцать три дня.

Нифига себе я ушел в медитацию!

- Эд! – Влетевшая в медотсек Келли выглядела…

Блин, фантастически она выглядела!

- Ты нас до смерти напугал! – Командор быстро ощупала меня и села рядом. – Что случилось? Что ты принял?!

- Ничего я не принимал. – Отрезал я. – Нафига мне надо, что-то принимать, когда собственной дури хватает?!

- Келли, прекрати, в крови чисто. – Офицер Зоуи, судя по нашивкам – Элли Зоуи, повернула к Келли планшет, показывая анализ. – Видишь?

- Но что-то же повлекло…

- Не что-то. – Я взял Келли за руку. – Кто-то. Точнее – я сам. Решил попробовать медитировать…

- Ме-ди-ти-ро-вать?! – Произнесла по слогам доктор. – Хотелось бы мне так научиться медитировать, что жучок слежения выпал!

Дама продемонстрировала пакетик, в котором блестела знакомая пилюлька датчика.

- Эд, пожалуйста, не делай так больше!

- Командор Грейсон и офицер Кеяли дежурили в медчасти все это время! – Сдал женщин Айзек, проверяя оборудование. – И, кстати, обе плакали!

- Что?!

- Да никогда!

- Спасибо, Келли. Спасибо, Талла! – Вежливо поблагодарил я, прогоняя «зеленку» по мышцам и разгоняя кровь. – Это очень приятно!

- Вот еще… - Талла бросила быстрый взгляд на Келли. – Это просто потому что при перевозке пострадал заключенный!

- Я не пострадал! – Я снова попытался встать и снова был уложен на лопатки, в этот раз Келли. – Со мной правда все в порядке!

- Элли, что скажешь? – Талла уставилась на медичку, показывая ей исподтишка кулак.

- Пару дней надо понаблюдать, могут быть рецидивы! – Медичка сделала «страшные» глаза и повернулась к Келли. – Но, если командор Грейсон скажет…

- Нет-нет! «Понаблюдать» - это хорошее решение! Мы же не хотим, чтобы офицер Кеяли волновалась из-за своего подопечного?!

- Девушки! – Я поднял руку. – «Подопечный» уже вас троих боится! Можно мне обратно в каюту? Я клянусь, никаких больше медитаций!

- Будешь лежать, как миленький! – Келли хлопнула меня по руке. – Талла, Элли, проследите, чтобы он тут чего не натворил! Позже зайду и сама все проверю!

Да уж, сдается мне, эта парочка, Келли и Талла, что-то задумали!

И, есть у меня подозрение, что две эти идиотки как бы не побег мне готовят!

И если с Келли все понятно, то вот нафига это Талле – еще тот вопрос вопросов!

Сдавшись на милость победительниц, откинулся на подушку и прикинулся спящим.

- Капитан Мерсер! – Айзек приблизился ко мне. – Тогда, на прощание вы сказали: «Интерпретатор не всегда понимает, что видит наблюдатель». Я бы хотел понять, что вы имели ввиду, капитан.

- Только то, Айзек, что данные твоих наблюдений, очень скоро могут стать проблемой для всего Альянса. – Я открыл глаза и посмотрел на серебристого кайлонца. – То, что видишь ты, твой Первый может и обязательно поймет, как угрозу для вашего мира. И эта ошибка дорого встанет обеим мирам.

- Вы считаете, что я недостаточно компетентен, капитан?

- Я считаю, что страх известен даже кайлонцам. А рефлекс «бей-беги» у вас не существует. И вы обязательно повторите ошибку, причислив органиков к врагам. И обязательно выберете из двух зол то, что уже сделали. Первое время вы будете в выигрыше, но разумные расы потому и называются разумными, что они всегда найдут выход. И будет ли это мир или тотальное уничтожение Кайлона – все зависит от вас. Однажды, вы совершили геноцид. И если попытаетесь повторить – геноцид вернется к вам. И тут уже не будет дружбы, понимания или любви. Тут будет суровая необходимость выживания видов. Сколько бы побед вы не одержали – от вас останется только тщательно оплевываемая страница в истории. – Я развел руками. – Так что, либо вы вырастаете из своих страхов и понимаете, что такое гармония, либо… Вас показывают в музее, как разумный вид, виновный в геноциде своих создателей.

Глава 38

- На выход! – Открылась дверь моей каюты, а за ней…

Двое с наручниками и один с автоматом.

Про автомат шучу, конечно.

Но троица, прибывшая за мной на «Орвилл», явно боялась меня так, что вырядилась в полную боевую и теперь упорно, то и дело поправляла сползающую сбрую.

Стоящая рядом Талла, судя по виду, готова была повертеть пальцем у виска, глядя на трех клоунов, но…