Неженка в Академии Вечных Стражей

Глава 1

Руки начали трястись с самого утра, а в груди булькало что-то мешавшее сделать полноценный вдох. Конечно же я знала, что все невесты нервничают в день помолвки и давно готовилась стать исключением. Но нет. Тревога и предчувствие беды меня не миновали. Так и чудилось, что моё скорое счастье пойдёт прахом…

— Юная госпожа Клементина, если вы не перестанете ёрзать, вместо свадебной причёски получите воронье гнездо, — проворчала Луиза, вонзая в мои волосы очередную шпильку с такой яростью, будто это оружие, пронзающее сердце твари небытия.

Я замерла, но не из-за слов служанки. За окном в розовом мареве рассвета чёрным силуэтом маячил ОН — страж в плаще цвета ночного неба, неподвижный, как статуя на краю нашего сада. Вечных Стражей, тех кто стоит на защите спокойствия миров, редко видели в поместьях знати Фера. Неужели он тут, как предвестник беды?

— Луиза... — я облизнула внезапно пересохшие губы, — почему у нас во дворе стоит Вечный?

Горничная резко дёрнула за прядь.

— Вам кажется! Откуда ему тут взяться? Это, наверное, потому что вы вспомнили про указ императора и осознали, что сегодня не только день вашей помолвки, но и День долга, — горничная ловко вплела в мои волосы кроваво-красный цветок. — Все совершеннолетние дворяне должны пройти осмотр на предмет магического дара, поэтому вам и примерещилось.

Ледяная игла прошила мой позвоночник. Осмотр. Это слово повисло в воздухе, как тяжёлая грозовая туча. Ну почему именно в мой год?!

— Пустая формальность! — рассмеялась я. Слишком громко, слишком нервно. — У нас в роду триста лет не было ни одного одарённого.

Бросила взгляд в окно — никого. Может, мне и правда показалось? Действительно, с чего бы являться Вечному Стражу? Проверку проводят придворные маги, а мой жених — маркиз Вильнёв — точно уже с ними обо всём договорился и дал взятку. Не о чем переживать…

Дверь распахнулась с такой силой, что хрустальные подвески на люстре зазвенели. В проёме стояла матушка, бледная, как её кружевной воротник.

А может, всё же не показалось?

— Тина, — она произнесла моё имя как приговор, — пришли с проверкой.

За спиной матушки мелькнуло лицо Анфисы — моей сводной сестры. Я поймала её взгляд, и он очень мне не понравился. В нём читалось облегчение и торжество.

Сердце упало куда-то в туфельки. Что эта злобная и отвратительная девица ещё могла устроить?!

— Но... маркиз... — прошептала я.

— Маркиз Вильнёв, — матушка говорила ровным голосом человека, едва сдерживающего истерику, — только что сообщил, что его помолвка с Клементиной Нежинской приостановлена императором до магической проверки.

Мне стало так страшно, что потемнело в глазах. Перед ними встала сцена, в которой пять лет назад в Межмировую академию Вечных Стражей забрали сына самого императора, и ему вообще никто не помог! Правда, Киран Мистиан был незаконнорожденным сыном императора, рожденным еще до того, как правитель женился на императрице, и поговаривали, что законная супруга мечтала избавиться от бастарда. Но я вспомнила лицо Версавия Первого, когда он провожал очень красивого угрюмого Кирана в портал. Император явно был расстроен разлукой и точно не по доброй воле с ним прощался.

Что уж говорить обо мне — простой аристократке, всего-то невесте маркиза.

Я прикусила щеку изнутри, чтобы постыдно не разреветься. Безостановочно шепча про себя молитвы, я медленно встала и пошла за матушкой. Спину держала прямо, стараясь не показывать своей внутренней дрожи, и меня начало понемногу отпускать. Но Анфиса вдруг зашептала прямо у моего уха, ядовито растягивая слова:

— Думаю, маркиз только обрадуется, когда тебя заберут в Межмирье, и с удовольствием женится на мне.

Я сделала вид, что не слышу, хотя от ее слов замутило. Пьер Вильнев — деловой партнер отчима — стал предметом тайной страсти Анфисы с тех пор, как в четырнадцать лет подарил ей веточку душистого жасмина. До моего появления сводная сестра искренне верила в их совместное будущее.

— А тебя заберут, ведь ты точно магичка! — Ее шепот стал громче, она впилась пальцами в мой рукав. — Я видела, как ты оживила тот цветок!

В носу защипало, и я скинула руку сводной сестры. Нет, нет и нет! Я просто полила увядшую розу! И ту птичку, которую поймала дворовая кошка, я вовсе не воскрешала — просто отогрела в ладонях...

— Клементина, тебя ждут в кабинете, — матушка остановилась у двери, ее голос слегка подрагивал. — Пусть Заступники будут на твоей стороне.

Короткое объятье и холодные губы, едва коснувшиеся моей щеки, лишь добавили волнения. Я вдохнула полной грудью и вошла.

Отчим сидел за своим столом, как и положено хозяину. На его губах застыла вежливая улыбка, но глаза оставались ледяными. Правильно. По большому счету ему совершенно наплевать, каким именно способом он избавится от посторонней девицы в своем доме — маркиз ли меня заберет, сгину ли я в Межмирье — все едино.

А вот Пьер вперил в меня горячий и немного виноватый взгляд. Он тоже был здесь. Сидел в посетительском кресле и судорожно сжимал пальцами подлокотники, будто пытался удержаться от того, чтобы вскочить и схватить меня за руку. Я улыбнулась ему подбадривающе — слабая натянутая улыбка, больше для приличия, — а затем перевела взгляд на дворцовых магов.

Мужчина и женщина в алых мундирах с золотым шитьем лучились дружелюбием. Радовались, наверное, что им повезло избежать Дня долга, случавшегося раз в пять лет. Они спокойно получили образование и остались служить магами на Фере. Счастливчики, конечно, не инициировали свою магию в Межмирье и потому не раскрыли свои способности на полную мощь… Но кому это вообще надо? Только тем, у кого дома шансов на успешную жизнь нет.

— Приветствуем вас, госпожа Нежинская, — торжественно пробасил маг, разглаживая рукой постановление с гербовой печатью. — В этом году нам выпала честь проводить осмотр лучших представителей нашей великой империи, дабы отправить самых достойных детей Фера в Межмировую академию Вечных Стражей, где они обретут могущество и внесут свой вклад в защиту нашего мира от тварей небытия, что жаждут поглотить цивилизации и обратить их в прах.

Пафосная речь подействовала на меня волшебным образом — страх сменился колючим раздражением. Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Честь им выпала! Ну конечно! Торжествуют, что в их год выпала очередь другого мира отдуваться — отправлять свою перспективную молодежь фактически на вечную службу!

Я им даже не улыбнулась. Стояла, скрестив руки, и хмуро раздумывала: интересно, каким образом Анфиса устроила так, что Пьер не смог меня откупить? Я же точно знала, что это возможно.

— Вы осведомлены, как проходит осмотр и что обманывать бесполезно, Клементина? — ласково спросила женщина-маг, поправляя перстень с темным камнем. — Зеркало Истины все равно покажет, есть ли в вас хоть крупица магии.

Хотелось ехидно уточнить: что это за честь такая, к которой принуждают и сразу же предостерегают от вранья? Но воспитание я получила отличное, поэтому лишь царственно вздернула подбородок.

— Нежинские никогда не врут и не бегут от своих обязанностей, — ответила я, и голос прозвучал слишком высокомерно даже для меня.

И вот тогда из темного угла кабинета, где тени сгущались, будто живые, опять шагнул ОН — Вечный Страж.

Сердце ухнуло в пятки, а в висках застучало так громко, что это, казалось, слышно всем собравшимся. Во рту внезапно пересохло.

Широкие плечи, высокий рост, плащ цвета ночного неба, глубокий капюшон, перчатки и маска на лице — все это пугало, но не так, как черное зеркало в его руках. Мы с детства знали из страшилок, что это за артефакт. Он вытягивает наружу самое сокровенное, выворачивает душу наизнанку, будто выдирая страницы из книги твоей жизни.

Я непроизвольно опустила взгляд.

— Клементина, внимательно посмотрите в зеркало и расскажите, что видите, — раздался холодный голос мага.

Я медленно, преодолевая внутреннее сопротивление, подняла глаза и уставилась в бездонную черноту. Через два удара сердца поверхность пошла серой рябью, и передо мной всплыло то, что я вспоминать не хотела.

Свадьба императора Версавия Первого и императрицы Армины. Мне четырнадцать. Мой отец еще жив, и мы среди почетных гостей во дворце. Я в ярости — моя подруга Радмила ловко выхватила из-под носа последний цветок невесты. По традиции, императрица бросала их в толпу: поймаешь — обретешь счастье в любви и богатство. Радмила умудрилась схватить два, а я — ни одного. Глупо, по-детски, обиженная, я убежала в сад, чтобы порыдать в одиночестве. Но пока искала укромный уголок, ругалась сквозь зубы всеми крепкими выражениями, подслушанными у конюхов, и слезы как-то сами собой исчезли.

Я резко остановилась в дальнем углу сада и топнула от досады, как вдруг из-за пышных кустов донесся слабый прерывистый стон.

Не раздумывая, я рванула туда.

На земле лежал бледный, даже посиневший юноша в расшитом золотом камзоле. Сердце упало. Это был Киран Мистиан — незаконнорожденный, но любимый сын императора.

Я рухнула перед ним на колени.

— Ты чего?! Напился?! А ну, дыши глубоко! — закричала я, тряся его за плечи и пытаясь привести в чувства.

Безрезультатно. Расстегнула его рубашку, прижала ладонь к груди — тишина. Прильнула ухом — сердце не билось. Отчаяние сжало мое горло. Инстинктивно сжала кулак и со всей силы ударила Кирана по грудине.

Наклонилась и вдохнула в его рот воздух.

Понятия не имела, откуда во мне взялось знание, что нужно делать. Меня будто кто-то свыше направлял.

Киран резко вздрогнул, судорожно вдохнул и закашлялся. Из его рта вырвалось едва заметное зеленоватое облачко. Он раскрыл глаза. Наши взгляды встретились, и по моей спине побежали ледяные мурашки.

— Никому ни слова. Забудь, — прохрипел сын императора и резко сел.

Я вскочила и побежала не оглядываясь. Послушалась — забыла. Никогда никому не рассказывала.

А через три дня объявили День долга, и Кирана забрали в Межмирье.

Сейчас, глядя в зеркало, я увидела все это со стороны и отчётливо поняла: Кирана отравили. А я его спасла. Потому что в тот миг, отчаянный и безумный, во мне проснулась магия.

— Я спасла человека от магического проклятья, — произнесла я почти бесстрастно, сглотнув колкий комок, вставший в горле.

Из зеркала выплыло искрящееся серебром облачко и окутало меня с ног до головы. Полную картину увиденного рассказывать не требовалось — достаточно было честно признать момент пробуждения магии. Но если солжешь...

Зеркало измажет тебя черной жижей, которая не смоется никогда. Именно этим пугала меня старая нянька, когда в детстве рассказывала о магическом осмотре.

За спиной раздался резкий, почти судорожный вздох Пьера. Я не обернулась. Боялась, что если увижу его лицо — расплачусь. Ведь рушилось не только мое будущее. Наше будущее. Свадьба, дом у озера, двое детей, которые должны были унаследовать его фамилию и мои глаза...

Страж шагнул в тень — и растворился, будто его и не было.

— Поздравляем, госпожа Нежинская! — торжественно возвестил маг. — Ваше имя будет вписано в анналы великих граждан империи, а ваша семья получит щедрую компенсацию. Корона также возместит все издержки, связанные с отменой свадьбы.

В голосе звучала фальшивая радость. Не удивлюсь, если в этот момент в глазах отчима вспыхнул холодный триумф. Проверять не стала.

— Вам надлежит явиться в дворцовый портальный зал завтра к девяти утра. Как вам известно, в Межмирье можно взять только то, что на вас надето, и ручную кладь. Багаж через портал не пройдет, — принялась зачитывать инструкции напарница мага. — И помните: Межмирье — особое место. Там не действуют наши законы, не ценятся титулы и прошлые заслуги. Имеют значение лишь ваша сила и воля.

Мне показалось, или в ее голосе действительно мелькнула жалость?

— И еще. Бежать бесполезно, — пробурчал маг.

Я резко развернулась, готовая повторить слова о чести Нежинских...

Но в кабинете уже остались только отчим и Пьер.

— Димитрий, вы позволите нам с Клементиной остаться наедине? — тихо убитым голосом попросил мой жених.

Его глаза смотрели на меня с таким отчаянием, что стало физически больно.

Отчим шумно отодвинул стул, кивнул и вышел, нарочито хлопнув дверью, а Пьер бросился ко мне.

Глава 2

— Зря ты все же шубу не надела! — в очередной раз преувеличенно заботливо воскликнула Анфиса, поправляя кружевные манжеты, пока карета подпрыгивала на мостовой, ведущей к дворцу.

Я очень просила, чтобы провожать меня поехала только матушка, но отчим со своей дочкой были настойчивы как никогда. Конечно! За меня дадут огромную компенсацию. Нужно всему высшему обществу показать свою «искреннюю» ко мне любовь.

— Фиса, дорогая, на улице жарко, — ласково возразила ей матушка, поправляя складки моего дорожного платья. — Тину хватит тепловой удар.

Уже и не припомню, в какой раз она отвечала вместо меня. Впрочем, я и не считала. До сих пор переваривала наш с маркизом Вильневым разговор в кабинете отчима за закрытыми дверями.

— Тина, любовь моя, я сделал все, что мог! — воскликнул тогда Пьер, с грохотом упав передо мной на колени.

Он обхватил мои ноги, сминая шёлк, и прижался к ним горячей щекой.

Признаться, такой страсти я от него не ожидала. Наши с Пьером отношения всегда были наполнены взаимным уважением и за рамки приличий никогда не выходили — он лишь целовал мою руку при встрече и на прощанье. Всего один раз — в день, когда на его предложение пожениться я ответила «да» — он мимолетно коснулся губами уголка моих губ. Но трогать за ноги?! Это меня слегка шокировало. Его пальцы словно оставляли на моей коже жгучие следы сквозь тонкую ткань.

— Встаньте, Пьер, я вас не виню — пролепетала я, пытаясь выбраться из мужской хватки.

— Кто-то умышленно донес Вечным Стражам, что вы одаренная, Тина! — словно обезумевший, горячо шептал Пьер, пытаясь поцеловать мои колени через платье. — Я предлагал много денег, но все бесполезно — они сказали, что это вопрос государственной важности.

— Прекратите сейчас же! И поднимитесь! — испуганно воскликнула я.

Пьер поднялся, но лучше бы остался стоять на коленях, потому что теперь его руки обхватили мою талию с такой силой, что затрещали корсетные косточки, а губы, влажные и дрожащие, потянулись к моей шее!

— Пьер, не нужно так убиваться! — уперлась я ладонями в его грудь, чувствуя под тонкой рубашкой бешеный стук его сердца. — Я сделаю все, чтобы к вам вернуться. Няня рассказывала, что иногда это возможно.

Мне удалось вывернуться, отступив к краю письменного стола, где перочинный нож для вскрытия писем лежал так соблазнительно близко...

— Тина, давай проведем эту последнюю ночь вместе! — Пьер наступал, и его голос звучал хрипло, а глаза блестели непривычным блеском. — Я хочу, чтобы ты стала моей!

У меня брови натурально полезли на лоб. Я зажмурилась и потрясла головой, надеясь, что у меня из-за стресса случились слуховые галлюцинации. Но когда снова посмотрела на бывшего жениха, то прочитала в его взгляде что-то такое непристойное, что от кончиков ушей до декольте залилась краской возмущения, смешанного с неловкостью.

— Что вы такое говорите, Пьер?! Вы не в себе?!

— Тина, для кого тебе хранить невинность? — Он сделал шаг вперед, и я почувствовала запах его одеколона. — В Межмирье она не ценится — ты же слышала, что там все иначе! Мы любим друг друга, так зачем же отказываться от последнего удовольствия? Подари мне эту ночь на долгую память, ведь мы больше никогда не увидимся!

Я так разозлилась… У меня просто искры из глаз посыпались! Я схватила со стола нож и выставила его перед собой. В этот момент я твердо решила, что ни за что и никогда не сдамся и останусь при своих принципах, даже если весь мир превратится в одно большое Межмирье!

— Вот увидите, я вернусь и займу положенное мне место в обществе! — От моего крика дрогнули хрустальные подвески на люстре. — А вам докажу, что порядочность зависит не от места жительства, а от человека!

Я с силой оттолкнула Пьера, так, что он едва не задел курильницу из малахита (пусть радуется, что перед этим нож уже швырнула в сторону) и выбежала из кабинета.

Я так и не смогла до конца успокоиться. Все прокручивала в голове этот разговор, придумывала, что еще могла сказать резкого, поэтому сборы в Межмировую академию прошли как в тумане. Я наблюдала, как Луиза складывает в саквояж мои вещи и драгоценности, а причитания матушки слушала вполуха.

Но сейчас, в карете, я незаметно переключилась с неприятной сцены в кабинете на анализ всего, что знаю о Вечных Стражах и Межмирье. Сухие строчки из хроник, обрывки разговоров за закрытыми дверями, страшные сказки... — не много, но все же сведения к нам иногда просачивались и кое-какие давали надежду на спасение.

Например, прошлый Верховный маг нашей империи Варал Маргул вернулся из Межмирья после десяти лет службы Вечным Стражем. Он совершил какой-то невероятный подвиг — говорят, спас целый мир от уничтожения, — и его не только наградили отставкой, но и разрешили забрать с собой на Фер двух соратников. Причем одним из них была его жена — женщина не из нашего мира: эльфийка невероятной красоты, с острыми ушами и глазами, как два изумруда.

А вот умышленная учеба спустя рукава и лень — вернуться из Межмирья не помогут. Проверяющие правду сказали: там ценится сила и воля, а удел слабаков — вечно мыть полы, посуду, чинить одежду и вообще во всём угождать настоящим защитникам миров. Значит, у меня два варианта: совершить подвиг или…

Карета резко дернулась и остановилась перед мраморными ступенями дворца. Я так и не успела додумать смутную мысль о Киране Мистиане. С тех пор, как увидела его в зеркале, образ сына императора не выходил у меня из головы, то и дело вклиниваясь между другими картинками. Почему-то мне казалось, что он тоже мечтает вернуться домой. Может быть, мне удастся найти его в академии? Объединить с ним усилия? В конце концов, я его однажды спасла, может, и он мне поможет?

Дверца кареты со скрипом распахнулась, и лакей в ливрее подставил резную дубовую ступеньку. Солнце ударило в глаза, и я на мгновение зажмурилась.

А есть ли солнце в Межмирье?

Собралась с духом и расправила плечи.

Нас провели в портальный зал — огромное круглое помещение с витражным куполом, где кучка таких же «счастливчиков», как я, нервно толпилась у массивной каменной арки. Провожающие стояли в другом конце зала и махали руками, улыбаясь во весь рот.

Я быстро пробежалась взглядом по своим будущим сокурсникам: три девушки в скромных платьях, пять парней в потертых камзолах — ни одного знакомого лица. Стало ясно — все эти молодые люди из обедневших дворянских семей, чьи родители не смогли собрать нужную сумму для откупа.

Одна из девушек — пышная, как булочка — укуталась в мохнатую серую шубу, несмотря на июльскую жару: видимо, взяла из гардероба самое ценное. Худой, как жердь, рыжий парень с веснушками, рассыпанными по всему лицу, бережно прижимал к груди странный музыкальный инструмент с длинным грифом, покрытый загадочными рунами.

— Будущие стражи, подойдите к порталу и постройтесь в шеренгу по одному! — раздался резкий голос.

Из тени колонн вышел знакомый маг в алой форме, его сапоги гулко стучали по мрамору.

Я поспешила обнять всхлипывавшую матушку, уткнувшись носом в ее кружевной воротник, пропитанный ароматом лаванды. Присела в идеальном реверансе перед отчимом, а Анфисе лишь небрежно махнула рукой — та ядовито улыбнулась в ответ.

Я вернусь! Обязательно вернусь! — повторяла я про себя, пристраиваясь на краю ряда будущих студентов.

Императорская чета появилась в последний момент — Версавий Первый в парадном мундире, усыпанном орденами, и Армина в платье цвета сливок с годовалым наследником на руках.

— Прославьте там Фер и нашу империю! — Император поднял руку в жесте благословения. — А мы тут будем о вас помнить и за вас молиться!

— И не забывайте, как помогли своим семьям и всем нам, — добавила императрица. После рождения наследника она будто возвысилась и теперь часто перебивала мужа. — Если бы не Вечные Стражи, не было бы ни Фера, ни всех нас!

В воздухе повисла тягостная пауза. И вдруг каменная арка ожила, по ее резным символам побежали алые искры, пространство внутри закрутилось кровавой воронкой, становясь все шире и шире, пока не превратилось в зияющую пасть.

Из нее вышел Вечный Страж. Два ядовито-зеленых луча вырвались из глубины капюшона, медленно скользя по каждому из нас...

— Не хватает еще одной, — его голос будто донёсся со дна глубокого колодца.

Зал взорвался шепотом. Император и императрица переглянулись в недоумении. Придворный маг побледнел. А Страж поднял руку в черной перчатке, согнул пальцы в странном жесте — и вдруг из толпы провожающих, словно куклу на невидимой нитке, выдернуло Анфису!

Я инстинктивно прикрыла рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Моя сводная сестра болталась в воздухе, как марионетка, ее дорогое голубое платье трепыхалось, как крылья пойманной бабочки.

— У меня нет магии! Меня проверяли! — визгливо завопила она, лягаясь в пустоте.

Отчим бросился вперед, но будто ударился о невидимую стену.

— Моя дочь не подходит в Вечные Стражи! — зарычал он, будто раненый зверь .

Страж медленно покачал головой:

— Магия есть во всех. Особенно в таких подлых и изворотливых созданиях. Его голос гремел под сводами. — Нам нужны бдительные глаза и длинные языки. Она станет прекрасной доносчицей.

Анфиса с душераздирающим воплем влетела в портал, и ее крик оборвался, словно обрезанный ножом.

Я прикусила губу до крови. Что же это за место такое — Межмирье, если там в почете не благородство, а подлость? Если доносчики ценятся наравне с сильными магами? По спине пробежал холодок.

Но всё же в портал мы вошли своими ногами. Я почувствовала, как магическая энергия покалывает кожу и поднимает волосы на затылке дыбом. Надо отдать должное всем юношам и девушкам, никто не дрогнул, не упал в обморок и даже не споткнулся, хотя у некоторых губы побелели от напряжения, а пальцы судорожно сжимали ручную кладь.

Но никто из нас не был готов к встрече с новым домом. Никто.

Я поняла это, когда самая последняя выпала из межмирового перехода на изумрудно-зеленую неестественно яркую траву в чужом мире. Едва пришла в себя от ощущения, будто меня разобрали на части и собрали заново (кости все еще ныли, а в висках стучало) увидела, что все застыли в нелепых позах и неотрывно смотрят куда-то в небо, изумленно разинув рты. Проследила за их взглядами и тоже замерла с широко распахнутыми глазами.

Мы оказались на приличной возвышенности, на поляне с портальной аркой под ярко-синим небом. Отсюда открывался отличный вид на академию и огромный город с необычными строениями. Где-то виднелся частокол из очень высоких квадратных башен с множеством окон. Где-то небо пронзали шпили куполообразных крыш, переливающихся золотом. Где-то сверкали строения из стекла — разной высоты и формы. И здание академии: черное, с золотистыми прожилками, напоминавшее одновременно и крепость, и храм. Такое огромное и величественное, что наш императорский дворец по сравнению с ним — жалкий сарай.

Но нас не это поразило. Над городом, расправив огромные кожистые крылья (каждое размером с парусник!), летели три дракона — изумрудный, рубиновый и черный, как ночь. А по широким извилистым улицам города на большой скорости в разные стороны проносились монструозные транспортные средства: не то кареты без лошадей, не то металлические жуки, извергавшие из задней части тела клубы сизого дыма. И звуки со всех сторон раздавались незнакомые, они сливались в странную какофонию. И непривычные запахи — пряные, терпкие, с металлическим оттенком — щекотали нос, вызывая одновременно восторг и легкую тошноту.

Вечный Страж скинул капюшон, снял маску, и мы во все глаза уставились уже на него. Он не был человеком. Его кожа оказалась зеленовато-жёлтой, нижняя челюсть заметно выступала вперед, а из-под толстых губ виднелись острые клыки. Медовые глаза с вертикальными зрачками изучали нас с холодным любопытством.

— Приветствую вас в Тераформе — столице Межмирья, — прорычал он вполне дружелюбно. — Вы находитесь на территории академии Вечных Стражей. Я магистр Тейш Хатур, из мира Гхур и, как вы уже догадались, из расы орков. Я буду преподавать вам искусство рукопашного боя. Забудьте всё, чему вас учили в вашем мире. Мы живем по своим законам. За мной!

Магистр оскалился, демонстрируя полный набор острых зубов, и широким шагом пошел к краю поляны.

Я крепче обхватила ручку своего саквояжа и поспешила за ним. Но когда бросила взгляд вниз, то невольно отшатнулась и посмотрела на других студентов, оценивая их реакцию. Лестница обрывалась почти вертикально, и ограждения у неё не было, а количество ступеней... на их подсчет уйдет не меньше часа!

В шоке были все. Особенно Анфиса в своём нарядном платье! Ну и несчастная девушка в шубе. Красная, как рак, она пыталась стянуть с себя меховую обузу. Пот стекал по ее лицу ручьями, пропитывая отложной воротничок блузки.

Мне-то хоть немного повезло — легкое дорожное платье из хлопка не стесняло движений, но тоже оптимизма не добавляло.

К тому же у подножия лестницы уже собиралась пестрая толпа студентов в разноцветных мантиях — с этого расстояния они казались совсем маленькими. Но даже отсюда было видно, как они пялятся на нас с неприкрытым любопытством. В животе неприятно засосало — эти взгляды напоминали мне взгляды зрителей на цирковом представлении, ожидавших, когда акробат сорвется с трапеции.

Наверняка они делали ставки на то, сколько из нас оступится и сколько дойдет. А то и вовсе готовились помешать нам спуститься целыми и невредимыми.

Струйка холодного пота стекла по спине.

А ещё мне никогда не стоит забывать про Анфису — держать ее в поле зрения важно для самосохранения.

— Пошевеливайтесь! — рявкнул магистр, и его голос, усиленный магией, гулко разнесся по склону. — Вам еще тестирование проходить и заселяться!

Первым не раздумывая шагнул на ступени рыжий паренек с тем странным инструментом за спиной. Его веснушчатое лицо было сосредоточено, а пальцы крепко сжимали потрёпанную сумку. Остальные потянулись за ним, как овцы на заклание. Я же намеренно задержалась, пропуская всех вперед — осторожность никогда не бывает лишней. Толкнёт «нечаянно» кто-то ( например сводная сестрица) в спину, и костей моих не соберут.

Спуск оказался пыткой. С каждой ступенькой ноги наливались тяжестью, а руки немели от напряжения. Мой саквояж, такой легкий утром, теперь казался набитым камнями. Пот застилал глаза солеными струями, волосы растрепались и прилипли к шее. Наверняка я выглядела как огородное пугало, но это полбеды.

Когда до конца лестницы оставалось несколько метров, до меня начали долетать обрывки разговоров встречавших нас студентов, и они мне вообще не понравились.

Глава 3

— Ты слышала? Слышала, что они говорили?! — давилась рыданиями Анфиса, хватаясь за мою руку. — Они спорили, кто будет чьим господином! Мы не простолюдинки и не рабыни!

Разумеется, я всё это слышала. Пока магистр не гаркнул зычно: «Заняться нечем?! Так я сейчас найду!», студенты-старшекурсники увлечённо спорили и даже торговались из-за нас. Девушки ценились дороже — их можно использовать в более широких смыслах. Но и на парней имелся спрос. Например, рыжего с инструментом за спиной уже почти назначили гвоздём развлекательной программы.

Меня мутило от ужаса. Неужели придётся с боем отстаивать свою честь?! Однако внезапно вспомнившей о родственных чувствах Анфисе я ответила холодно:

— И кто тебе виноват? Если бы не донесла на меня, сейчас бы на нашей с Пьером свадьбе отплясывала.

Сказала и непроизвольно передёрнула плечами. После случившегося в кабинете маркиз открылся для меня с другой стороны, и я уже даже не знала, что хуже: попасть в академию или стать его женой.

— Сделав шаг в Межмирье, вы прошли инициацию! Сначала пройдете тестирование. От его результатов будет зависеть факультет и место жительства, — шагая впереди нашего небольшого отряда по тенистой аллее к центральному зданию, вводил в курс дела магистр. — Кто не знает, напомню: факультетов у нас пять. Игнис, Ноктура, Сильвана, Астраль и Блендер.

Конечно же, об этом знали все. Это входило в базовое образование, как и история возникновения Межмирья и академии Вечных Стражей.

Около тысячи лет назад в пяти мирах одновременно открылись межмировые порталы, и из них вылетели драконы. Они рассказали о том, что их дом подвергся нападению тварей Небытия — чудовищных созданий, пожирающих живую материю, — и спасти его они не смогли. Драконы предупредили, что это ждёт и нас, если не объединим силы. Так было создано Межмирье — оплот между жизнью и смертью. С тех пор раз в год каждый мир по очереди отправлял сначала учиться, а потом и работать в Межмирье своих лучших детей — одарённых магией юношей и девушек.

Боевые отряды формировались обязательно смешанные — из представителей разных миров, сил и закончивших разные факультеты магов. Основное преимущество наших войск именно в том, что они очень разносторонние. Казалось бы, мы — люди из мира Фер — самые слабо одарённые. Куда нам до демонов, оборотней, эльфов или тех же орков? В их мирах базовая магия даже у слабаков такая, как у наших сильнейших, но... У людей своя особенность, поэтому без нас никуда!

И, конечно, в этом году нас набрали не десять человек — наш отряд это только одарённые из империи. В других странах тоже прошёл отбор, и чем ближе мы подходили к широкому и высокому каменному крыльцу академии, тем больше таких отрядов, как наш, стекалось к нему с боковых аллей.

— Я не хочу быть блендером, — опять заныла Анфиса рядом.

Я про неё почти забыла и поморщилась, когда опять услышала её голос.

Блендеры — это универсалы, бытовики, практически обслуга. Самые бездарные из магов, необходимые для обеспечения успешной работы отрядов Вечных Стражей. Анфиса логично решила, что её потенциала хватит только для учёбы на этом факультете. Но я ехидно возразила:

— Не переживай, тебе же сказали, что хотят сделать из тебя идеальную доносчицу, значит, будешь учиться на Ноктуре.

Ноктура — факультет тёмных магов. Там куют идеальных шпионов и убийц. Проклятья, маскировка, хитрость и всё такое — характерны им. Особенно хороши в этом демоны. Но и некоторые люди тоже.

А вот я очень рассчитывала попасть в сильванцы. Сильвана — жизнь. Целительство, растения, зельеварение...

— Сейчас будете по одному проходить в дверь, и академия сама перенесёт вас на подходящую кафедру. Желаю всем удачи! Дальше вами займутся кураторы. Встретимся на занятиях! — громогласно объявил магистр, останавливаясь у ступеней.

Отсалютовал нам и отошёл с дороги.

Мы выстроились в цепочку и потянулись на вход в чёрное здание. Анфису я пропустила вперёд. Мне было прекрасно видно, как едва очередной новичок делает шаг, дверной проем вспыхивает синеватым пламенем, и в следующий миг в нём уже никого нет.

— Страшно-то как… — перепуганным шёпотом выдохнула мне в затылок «булочка» с серой меховой шубой.

У меня тоже ноги дрожали, и во рту пересохло, словно я неделю шла через пустыню. Но я не издавала ни звука. Толку-то от причитаний и слёз? Только слабость покажу тем, кто внимательно за нами следил из затемнённых зеркальных окон академии.

Я чувствовала на себе ледяные иглы тяжёлых чужих взглядов, и что-то мне подсказывало: на этот раз нас оценивал кто-то пострашнее хохотавших у лестницы студентов.

Входя в дверь, я мечтала лишь о том, чтобы оказаться на разных факультетах с Анфисой и больше никогда её не видеть. Я почему-то совершенно не сомневалась в том, что попаду на Сильвану. Всё говорило о том, что я владею магией жизни: и спасённая птичка, и сын императора и даже оживающие от моих касаний увядшие цветы.

Однако каково же было моё изумление, когда я очнулась в аудитории, сидящей на лавке за партой, где прямо на столе у доски вальяжно развалился настоящий демон. У ослепительно прекрасного молодого мужчины были красные глаза с вертикальным зрачком и роскошные длинные волосы цвета вороньего крыла — это отличительная черта демонов в спокойном состоянии. В боевом они превращаются в здоровенных чудовищ с рогами, когтями, хвостом и клыками.

Можно было бы надеяться, что среди демонов тоже встречаются целители, но неподалёку от себя среди ещё шестерых новичков я обнаружила Анфису! Сводная сестра перестала рыдать и вообще ничего вокруг не замечала. Она во все глаза пялилась на демона. И страха в её взгляде не было совсем. В нём читался восторг и немое обожание!

А вот у меня появился повод для паники.

— Простите, это Сильвана? — спросила я, цепляясь за остатки надежды.

Демон мелодично рассмеялся.

— Я похож на любителя цветочков и котиков? — спросил он, глядя на меня с насмешкой.

— Я понятия не имею, как выглядят демоны, которые владеют магией жизни, — задрав подбородок, холодно сообщила я.

Папенька, когда был жив, учил меня никогда не показывать страх и всегда отвечать с достоинством.

— Демоны не владеют магией жизни. Они владеют магией смерти. Наши целительские навыки базируются не на том, чтобы вернуть жизнь, а на том, чтобы прогнать смерть. Ясно тебе, человечка?

У меня перед глазами всё поплыло. Выходит, я тоже не вдыхала жизнь, а прогоняла смерть?!

— То есть это Ноктура, а вы наш куратор? — спросила я и с силой, до боли, сжала ручку саквояжа, потому что голос предательски повысился на тон, демонстрируя мою близость к истерике.

Демон сузил глаза.

— Нет, я не ваш куратор. Нечего мне больше делать, как со всякой мелюзгой возиться. А ты кто такая? Встань и представься!

Из пространства на лавку плюхнулся рыжий парень с инструментом, но на него, кроме меня, никто даже не глянул — все с интересом следили за нашим с демоном разговором.

Я медленно, со всей доступной мне грацией, поднялась и расправила плечи.

— Клементина Нежинская.

— Ну и дурацкие же у вас, людей, имена! — фыркнув, пренебрежительно протянул демон.

Но в этот момент внутренняя дверь открылась, и в аудиторию вошёл высокий плечистый мужчина в чёрном костюме и алом жилете.

— Как интересно узнать, что моё имя кажется тебе дурацким, Сагдиан, — сказал он демонстративно безразличным тоном и откинул с глаз длинную чёлку.

Я прикусила губу от мгновенного узнавания. Меня будто ударили под дых, что-то оборвалось, и на миг дышать стало нечем.

— Ну ты же знаешь, Киран, что тебя это не касается, — ловко соскочив со стола, с улыбкой заявил демон и хлопнул Кирана Мистиана по плечу. — Ну ладно, я пошёл. Никого интересного, кроме этой Неженки, среди новичков нет. Прими мои соболезнования, дружище.

И, танцующей походкой, демон вышел из аудитории, хлопнув дверью.

А у меня опять паника сменилась надеждой. Поверить не могла, что так быстро нашла Кирана. Смотрела на него не отрываясь и повторяя про себя: «Ну узнай меня, узнай!»

Тем временем из пространства на лавку выпала незнакомая девушка экзотической внешности, и Киран занял место за преподавательским столом.

Я тоже села, чтобы не торчать, как столб.

— Что ж, все в сборе, — сказал сын императора и обвёл всех безразличным взглядом.

Не задержал его ни на ком. Сердце забилось тревожно. А вдруг он меня так и не узнает? Всё же в четырнадцать я была совершенно другой — девчонкой с угловатой фигурой, плоской грудью и слишком большими глазами для узкого лица. И что же мне тогда делать?

— Не буду вам рассказывать, как рад вас видеть, потому что я вообще не рад тому, что ректор мне вас навязал в качестве наказания. Так что просто скажу, что я ваш куратор Киран Мистиан, прохожу высший командный курс. Окончил Ноктуру. Следовательно, вы тоже зачислены на этот факультет. Мои помощники проведут вас по всем нужным кабинетам, вы получите расписание, учебные принадлежности и вещи, а потом покажут, где будете жить. Все вопросы задавайте им, а меня вообще лучше не беспокоить, а то хуже будет, — тихо, но очень весомо, сообщил Киран, встал и неспешно покинул аудиторию.

Мы остались недоумённо переглядываться в гнетущей тишине, пока в аудиторию не вошли парень и девушка — орк и эльфийка — в жёлтой форме.

— Подъём, недочары! — скомандовал орк.

— Это Мрыга, а я Люмиэль. Господин приказал провести для вас экскурсию по академии и помочь получить всё необходимое для учёбы, — извиняющимся тоном добавила эльфийка.

— Наш куратор — твой господин? — выкрикнула девушка, которая выпала из портала последней.

По множеству кос, украшенных бусинами, и смуглому цвету кожи можно было догадаться, что она из воинственных племён королевства Степь. Там царят дикие нравы, и вежливостью никто не страдает.

— Наш господин, — с гордостью поправил орк.

Тут я окончательно осознала, что встречавшие нас студенты вовсе не шутили, когда выбирали из нас для себя слуг.

— Раз у вас есть господин, значит, вы слабаки! — заявила степнянка. — А жёлтая форма — это, скорее всего, Блендер. Так что не смейте называть нас недочарами! Ноктура слабаков не держит!

Тут я бы с ней поспорила. Мне не верилось, что после инициации Анфиса вдруг стала сильным магом. Однако за то, что девушка отстаивала честь всех нас, я была ей благодарна.

— Поверь, недочара косатая, третьекурсник Блендера легко личинке ноктурианца нос утрёт, — воинственно прорычал орк.

Я подхватила свой многострадальный саквояж и встала.

— Друзья! Давайте поскорее закончим с обязательной частью. Очень хочется помыться и надеть чистую одежду, — сказала примирительным тоном.

И со мной согласились все. Остальные новобранцы тоже повскакивали, похватали сумки и двинулись на выход. Одна Анфиса была налегке. В академию она отправилась спонтанно, поэтому без вещей. Я вообще не сомневалась, что сводная сестра попытается у меня что-нибудь отобрать, и готовилась отстаивать своё имущество.

— На самом деле ты очень зря считаешь, что служить хозяину — позор и признак слабости, — эльфийка отстала, чтобы поравняться с девушкой из Степи, а я навострила уши. — Особенно такому, как Киран. Наш господин — самый сильный маг, и за то, что мы верно ему служим, он оказывает нам покровительство. А ещё щедро платит. Никто не смеет на нас даже смотреть косо. Так что служить ему — большая привилегия, а не позор. Всем вам тоже предстоит или найти себе господина, или приготовиться выживать. Без господина мало кому из первокурсников это удается.

— А вот этот демон, Сагдиан... ему подопечные не нужны? — услышала я голос Анфисы.

Похоже, сводная сестра думать забыла о маркизе Вильнёве и с радостью стала бы рабыней демона.

— У него целый гарем ослепительных красоток, такие, как ты, ему даром не нужны, — пробасил орк. Он шёл впереди всех, но вопрос расслышал и оглянулся. — Но если хочешь, я могу стать твоим хозяином.

— Не хочу! — не задумываясь выпалила Анфиса.

Орк ухмыльнулся и повёл нас дальше — прямиком к сооружению под названием «лифт».

У нас на Фере тоже были подъёмные механизмы, но они использовались в домах для поднятия тяжестей на верхние этажи — деревянные платформы на канатах, которые тянули работники. А это... Это была большая зеркальная комната с раздвижными дверями, в которой поместились все мы — одиннадцать человек. Комната плавно поехала вниз, когда эльфийка нажала кнопку «2» на настенной панели.

Казалось, что после огромных металлических жуков, сновавших по дорогам, меня уже ничего не удивит, но это удивляло. Поговаривали, что в Межмирье из-за того, что оно связано со всеми пятью мирами, существует множество всяких диковинных вещей и артефактов, поэтому я приготовилась удивляться дальше.

Ведь лучше пока отвлечься на необычные артефакты и не думать о том, что нас ждёт впереди. Иначе совсем тоскливо станет. Вся беда в том, что при всём своём желании дать отпор любому, кто посмеет меня обидеть, ресурса для этого я не имела. Драться меня никогда не учили, а пользоваться магией сознательно я пока не умела. Все мои «чары» случались спонтанно и от меня мало зависели. Только и оставалось надеяться, что и сейчас я от страха как шибану! Мало никому не покажется.

Однако уже совсем скоро я вообще перестала о чём-то думать. Орк и эльфийка гоняли нас по кабинетам, не давая передышки.

— Шевелитесь, сопляки! Рюкзаки берите, да поживее! — рявкал Мрыга, сверкая клыками.

— Учебники в рюкзаки запихивайте, они безразмерные и уменьшают вес! — подсказала Люмиэль.

— Да не нюньте там! Шустрее работайте, а то пинком поддам! — периодически грозил орк.

— Ускорьтесь, нас Игнис догоняет! Не пропустим их вперёд! — командовала эльфийка.

— Эй, косорукий! Талоны не за пазуху, а в карман суй! До общаги бегом, а то тут ночевать останетесь! Надоели, никчёмные! — не жалел «добрых» слов Мрыга.

В итоге к моменту заселения в комнаты я уже мало что соображала и очнулась от оцепенения, только когда обнаружила, что моя соседка — Анфиса!

Глава 4

— Я домой хочу! — истерично прокричала Анфиса, обнаружив, что я её наконец заметила.

Звучало это даже не как жалоба, а как требование немедленно что-то по этому поводу предпринять. Например, взять её за руку и отвести домой. А у меня тоже, между прочим, нервы не железные. Мне плакать хотелось от безысходности. И будущее пугало! Ком в горле мешал дышать, а в висках стучала кровь. Так что Анфиса в соседках — это уже натуральный перебор. И вот эту проблему точно стоило решить прямо сейчас.

Я резко развернулась на каблуках, едва не сбив с тумбочки хрустальный шар с картой академии, и вылетела из комнаты, прихватив и свой саквояж, и мешок с учебными принадлежностями: формой, талонами на питание и всем остальным, что нам выдали.

Внутри меня бушевал ураган! Не собираюсь терпеть произвол и издевательства! Что за отношение такое?! Мы будущие Вечные Стражи или кто?! Неужели путь к силе лежит через унижения?! И вообще! Где этот обнаглевший куратор Киран Мистиан? Почему не занимается своими прямыми обязанностями, а скинул нас на своих подчинённых? «Ректор его наказал», говорит? Так я и до ректора добегу!

Весь пережитый стресс вылился в ярость, и я бежала по коридору общежития факультета Ноктура с конкретной целью — добраться до Кирана, напомнить о себе и потребовать вернуть долг. А если откажется... Я руки не опущу — пойду дальше!

Где живут студенты высшего факультета, я не имела понятия. В этом здании размещался только с первого по пятый курс. Чем старше курс, тем выше этаж. И всего их было пять. Соответственно, бегать по верхним этажам смысла не имело, и я двинулась на улицу, распахнув тяжёлую дубовую дверь с такой силой, что та с грохотом ударилась о стену.

А прямо на пороге столкнулась с тем самым демоном — Сагдианом. Его горячие ладони схватили меня за плечи, предотвращая падение, а дыхание обдало чем-то фруктовым.

— Ауч, аж обожгла, какая горячая Неженка! — притворно зашипев, как кот, облитый водой, проворковал демон, его алые глаза сузились от любопытства.

Представители его расы — страшные любители плотских утех, и все их мысли заняты только ими. В другой ситуации я бы смутилась и залилась краской с ног до головы, но сейчас я была слишком зла.

— Меня зовут Клементина! Никаких «неженок» нет! Где твой дружок Киран Мистиан?! Немедленно меня к нему проводи! — выпалила я, задрав подбородок.

— Покровителя ищешь таким странным способом? — склонив голову набок, с усмешкой поинтересовался демон.

— Нет! Не собираюсь никому прислуживать! — отрезала я, чувствуя, как по щекам разливается жар.

— А, так это у тебя нервный срыв? Что будешь делать, когда найдёшь Кирана? Попросишь отправить тебя домой или убить? — его голос внезапно стал мягким, почти как у нашего семейного целителя.

Пальцы Сагдиана нежно повернули моё лицо, будто он хотел проверить реакцию зрачков. Мы встретились взглядами и… Внезапно меня натолкнуло на одну шальную мысль: а что, если это всё проверка?! Может, руководство академии таким образом проверяет, кто как отреагирует на невыносимые условия, и из этого составляет характеристики? Эта мысль заставила нахмуриться, но я неожиданно успокоилась. Даже если я ошибаюсь и это не так, стоит вести себя осторожнее. А то как бы меня в штурмовики не определили с таким агрессивным потенциалом.

— Нет у меня никакого нервного срыва. Мы просто с ним давно знакомы, и мне нужно ему кое-что из дома передать, — сделав шаг назад и расправив плечи, соврала я. — Проводишь?

Демон выгнул бровь и осуждающе покачал головой, будто я у него конфету украла.

— Вот ты, конечно, наглая и бесстрашная. — Его губы растянулись в понимающей улыбке, обнажив небольшие, но острые клыки. — Но пойдём, провожу. Мне уже самому интересно, как Киран на твой визит отреагирует.

Сагдиан отошёл от двери с грацией хищника и, пропуская меня вперёд, махнул рукой на уходившую вглубь территории дорожку из чёрных плит. Я шагнула в указанном направлении с годами отрепетированной грацией.

— А сумки ты с какой целью сразу прихватила? Надеешься, что он тебя поселит у себя? — вдруг спросил демон.

Я глянула на него холодно, но Сагдиан хитро щурился, явно получая удовольствие от подтруниваний надо мной. Решила не веселить его бурной реакцией и просто поджала губы.

— Даже в мыслях не держала, — возразила надменно. — Просто не доверяю соседке.

— Пятый год в академии, а всё не могу перестать радоваться наивности новичков, — хохотнул демон. — Воровство у нас невозможно, Неженка. Нечистого на руку быстро найдут и так накажут, что на всю жизнь запомнит.

Я решила пропустить «неженку» мимо ушей, ведь гораздо интереснее мне было узнать о здешних порядках.

— Но почему нам ничего не рассказали о правилах сразу? К чему нам устроили такой приём? Запугивают, нагнетают... — Мои слова эхом разнеслись по пустынной аллее. — Как будто бросили в центр озера и смотрят, кто выплывет, а кто нет, — возмущённо упрекнула я.

Шедший рядом Сагдиан пожал плечами и развёл руками — я заметила, что ногти у него матового чёрного цвета, а правый средний палец украшает массивный перстень с красным, как кровь, камнем.

— Проверяют, кто на что изначально способен. Смотрят, как будете реагировать. — Он наклонился ко мне, и запах фруктов ударил в нос. — Тех, кто сразу кинется искать покровителя, моментально вычеркнут из потенциальных командиров. Кто не выдержит навалившуюся нагрузку и примется истерить — отправят к менталистам на лечение. Только это секрет. Я тебе ничего не говорил.

— А почему ты мне это рассказал? — подозрительно покосившись на демона, поинтересовалась я.

— Может, нравишься, а может, я вру, и это тоже часть вступительного испытания, — подмигнув мне хитро, промурлыкал демон.

Но мы уже вышли на широкую улицу, вымощенную розовым камнем, с двух сторон которой расположились... особняки? Коттеджи? В общем, дома разной этажности и архитектурных стилей. Одни напоминали миниатюрные мрачные замки, другие были выстроены в строгом имперском стиле, третьи — сплошной авангард. Все они могли похвастаться ухоженными газонами и подъездными дорожками из розового камня. У крыльца некоторых стояли огромные металлические жуки разной окраски — те самые, которые сновали по дорогам Тараформы и перевозили хозяев в нужные места.

— Это всё ещё территория академии? — пробормотала я удивлённо.

— Она самая. Тут живут преподы и высший курс. — Сагдиан замедлил шаг, наслаждаясь моей реакцией. — Вон дом Кирана, — сказал он и махнул рукой на трёхэтажный особняк с белыми колоннами и балконами, увитыми ядовито-фиолетовыми лианами. У крыльца стоял ярко-красный низкий и какой-то приплюснутый жук. Вид у него был угрожающий. Как будто вот-вот нападёт.

И смелости во мне резко поубавилось, колени вдруг стали ватными, а во рту пересохло.

Чем ближе мы подходили к дому, тем отчётливее слышались доносившиеся из него звуки — ритмичный низкий и глухой бум-бум-бум и скрежет. Земля под ногами слегка вибрировала в такт этим пульсирующим ударам. Я бы подумала, что это музыка, но никогда не слышала таких инструментов и мелодий. Что-то между боем барабанов шаманов Степи и скрипкой, если представить, что скрипку пытают на дыбе.

Мы поднялись на высокое каменное крыльцо, и Сагдиан нажал круглую медную кнопку, вмонтированную в стену. Где-то в глубине дома раздался перезвон колокольчиков — лёгкий, едва различимый, но спустя серию бум-бум-бум нам открыли. Как только услышали, что кто-то пришёл?

Звук стал громче, и теперь я убедилась, что это точно странная музыка — она буквально проникала в кости, заставляя сердце биться в её ритме.

А перед нами стояла очень красивая демоница со смуглой кожей. Её длинные красные волосы будто светились изнутри, а обтягивающие кожаные брюки и жилет подчёркивали каждую линию идеального тела. Я очень старалась на неё не пялиться. Крайне неприличный на Фере наряд сидел на ней потрясающе! Я слегка поморщилась от осознания собственной провинциальности. Не знаю, решилась бы я такое надеть, но осуждать никого не собиралась.

В отличие от моего сопровождающего.

— Что ты тут опять делаешь, Кри?! Только не говори, что уговорила Кирана нанять тебя в дворецкие! — с угрозой в голосе прорычал Сагдиан.

Куда только исчезли мурлыкающие нотки? Демон явно злился.

— Не твоё дело, братик! Не лезь в мою жизнь! Говори, зачем явился и кто это с тобой? — нелюбезно огрызнулась демоница, и её зрачки сузились в тонкие вертикальные щёлочки.

Я сделала шажок вперёд.

— Мне нужно поговорить с куратором. Я ему кое-какую весточку из дома принесла, — ответила я вместо Сагдиана, не желая участвовать в перепалке родственников, и ловко проскользнула в дверь.

И в этот момент, как будто бы услышав мои слова, в холл вышел Киран. Он был одет… как будто только что выбрался из постели — лёгкие широкие брюки, низко сидящие на бёдрах, и голый торс! Но светлые, почти прозрачные глаза моего старого знакомого горели холодным огнём. Смотрел он на меня, надо сказать, недобро.

— Киран, новенькая говорит… — елейным голоском начала было докладывать демоница, но он поднял руку, и она захлопнула рот.

— Я слышал, что она сказала. Иди за мной, Неженка. Изнываю от желания узнать, откуда ты такая смелая взялась, — сказал, развернулся и скрылся за аркой.

Я поспешила его догнать. Отступать мне было некуда.

Глава 5

Киран Мистиан

Каждый год в академии Вечных Стражей происходило одно и то же — шоу под кодовым названием «проверка на вшивость». Участвовали все, и самоотвод не предусматривался. Целую неделю новеньким создавались сложные условия, а магистры незаметно, но тщательно следили, кто как на испытания реагирует.

Все же Вечный Страж — это не просто боевая единица. Это определённое звено в общей цепи, которое удерживает сильного и хитрого врага подальше от наших миров. Звено, выкованное из стали характера и магического дара. Если взвалить на студента то, что он выдержать не в силах, — всё посыплется. Случится прорыв, и неизвестно сколько мирного населения Фера или любого другого мира пострадает. Так что Вечными Стражами станут хорошо если десять процентов новобранцев. Остальные получат магическое образование и просто будут жить и трудиться в Тераформе.

Место найдётся для каждого. Целители, бытовики, артефакторы, маги из сферы развлечений, банкиры, торговцы и представители прочих профессий делают будни Вечных Стражей такими, что хочется жить на полную катушку и защищать то, что имеешь, изо всех сил. Ну и сами они (те, кто не бойцы) замечательно себя чувствуют. Ведь Межмирье прекрасно. Здесь даже воздух звенит магией, традиции лишены множества чопорных предрассудков, а звёзды светят ярче, чем в любом другом мире. Ничего лучше этого места нет.

Однако счастливую жизнь изредка омрачали неприятности. Выпавшую на мою долю роль куратора ноктурцев я принимал, сжав зубы. Но ректор сказал:

— Киран, ты слишком в себе уверен. И вообще зажрался. Весь высший курс будешь приглядывать за новичками и решать все их сложности. И попробуй не справиться. Я расскажу губернатору о Лунных гонках, и твой победоносный быстроезд поставят на штрафплощадку. А ещё я дам тебе такую выпускную характеристику, что с ней только на дальнюю вышку дозорным возьмут.

Разозлился он из-за того, что на Лунных гонках — опасном и не совсем законном развлечении — с трассы вылетел его племянник и теперь валялся на восстановлении у целителей, вместо того чтобы присоединиться к рейду на границу Межмирья и Небытия. Ректор Брендис Кесада — дракон, и слов на ветер не бросает. Так что я не сомневался, что именно так он и поступит, если я попробую оспорить назначение. Пришлось принять.

Но я искренне надеялся, что новички окажутся понятливыми и дёргать меня не станут. А со всеми их проблемами справятся мои приближённые из свиты — благо их под моей опекой целый отряд. Но нет. Одна из девиц явилась в мой дом уже в первый день!

И предлог ведь придумала, вообще не сильно стараясь! Якобы мне из дома что-то передали. А я даже приблизительно представить не мог, кто бы это сделал. Ведь со всеми, с кем нужно, я прекрасно общался: и с отцом, и с кормилицей, и с наставником — для магов моего уровня и с моими связями нет никакой сложности отправить послание в другой мир и получить ответ. Так вот никто из моих близких ничего передавать мне точно не собирался. Значит, девчонка врала.

— Иди за мной, — сказал я ей сквозь зубы вместо того, чтобы погнать взашей.

Даже рубашку накинул и музыку выключил, хоть последний альбом «Чёрных костей» удивительно попадал в настроение, но… Что-то — то ли любопытство, то ли упрямый взгляд новобранки — заставило меня проявить слабость. Эта Клементина Нежинская сразу привлекла моё внимание не только потому, что Сагдиан — сильнейший пятикурсник Ноктуры — выделил её из остальных. Что-то в ней показалось знакомым. Как будто что-то оторвалось от души и рвануло к ней навстречу. Я даже еле удержался в аудитории, чтобы не потереть грудь в районе сердца.

Привёл её в кабинет, махнул рукой на кресло с высокой спинкой и сел за стол из чёрного дерева, покрытого паутиной магических рун.

— Кто и что мне передал? — спросил, холодно уставившись на обманщицу.

Надо сказать, что очарованием её Творец не обделил, как и магией — дверное тестирование показало огромный потенциал, почти не уступавший моему, в личное дело я уже заглянул. Шоколадные локоны с золотистыми бликами и ясные голубые глаза цвета зимнего неба, пухлые алые губы, точеные черты лица, ладная фигура — всё в ней было гармонично и радовало взгляд. Однако среди демониц и эльфиек есть девушки и поярче. Не совсем понятно, почему сердце тревожно билось, когда я смотрел именно на эту девчонку.

Она поставила на пол саквояж и академический вещмешок, но вместо того, чтобы опуститься в кресло, сделала два решительных шага к моему столу, подняла руку и ткнула пальцем себе в грудь.

Я невольно проследил за этим движением и ощутил, как время замедлилось. Кисть была тонкой, с изящными длинными пальцами и аккуратными ноготками...

— Я пришла тебе кое-что передать от себя. Пять лет назад. Дворец. Свадьба твоего отца. Сад... — сказала холодно и уточнила, выгнув бровь: — Припоминаешь?

Воздух в кабинете вдруг стал густым, как сироп. У меня по спине пробежали мурашки. Я вскочил и уперся ладонями в стол, ощущая, как дерево трещит под моим весом.

Конечно, я помнил, что тогда случилось. Это она?! Но что девчонка делает здесь? Её не должно быть в Межмирье! Она же мне тогда всю свою магию отдала! Такого просто не может быть!

Глава 6

Кирана мои слова заставили растерять всю отстранённую холодность. Он вскочил на ноги — кресло с грохотом отлетело назад — и угрожающе навис над столом. Глаза засверкали магией, желваки заходили ходуном.

На всякий случай я сделала шаг назад — элементарная осторожность.

— Ты не можешь быть ею! Откуда ты знаешь про тот случай? Отвечай! — голос Кирана прогремел, как гром перед началом страшного ненастья.

Но меня уже сложно было запугать. Слишком много страха пришлось пережить за последние сутки. Устала.

— Мне тогда было четырнадцать. За пять лет я сильно изменилась. Уверен, что это не я? — скрестив руки на груди, фыркнула в ответ.

— Дело не во внешности! — он ударил кулаком по столу, и там что-то со звоном подпрыгнуло. — Та девчонка отдала мне всю свою магию! Она была одарена магией жизни. Только это меня и спасло.

Я хлопнула ресницами. Такого поворота не ожидала. Потому просто недоумённо развела руками.

— Как видишь, не всю. Похоже, у меня её оказалось слишком много.

Киран вдруг запустил руку в волосы, смял идеальную причёску, что-то пробормотал, похожее на ругательство, и, резко обогнув стол, шагнул к секретеру. Распахнул дверцы с такой силой, что петли протестующе заныли, порылся и вытащил маленькую квадратную коробочку с серебряной инкрустацией. Подошёл ко мне, распахнул её. Внутри на бархатной подушке лежала свёрнутая змейкой странная округлая лента. Киран приказал мне:

— Достань артефакт и оберни вокруг запястья.

Нет, пожалуй это была не лента. Артефакт скорее походил на прозрачный круглый шнурок из нетканого материала. На ощупь — прохладный и скользкий, как шелковистая трубка из гибкого стекла.

Я подчинилась без страха. И через пару секунд лента словно ожила на моей коже, приобрела насыщенный серый цвет но то там, то сям в ней вспыхивали белые, чёрные и красные искорки, как будто внутри артефакт был полым, и в этой полости происходили какие-то процессы. Я смотрела, не в силах отвести глаз. Зрелище завораживало.

Вскоре искры выстроились в непонятный знак, и Киран застонал вслух. Его реакция мне не понравилась.

— Что это значит? — спросила я.

Сердце бешено колотилось где-то в горле.

Но мой должник ответил не сразу. Сначала снял с меня артефакт. Пальцы Кирана оказались горячими, и их прикосновение заставило меня вздрогнуть. Он вернул артефакт в коробку, дождался, когда тот станет прозрачным, и обвязал странный шнурок вокруг своего запястья. Процесс повторился. Тот же серый цвет, те же красные, белые и чёрные искры. Они сложились в знак. Но другой.

Когда я его увидела, во мне что-то тревожно шевельнулось. Как будто древний инстинкт забил тревогу. Я вспомнила свой знак, соединила с тем, что у Кирана, и поняла, что это две части одного символа! Такой изображён в центре портальной арки в императорском дворце и красуется на департаменте порядка в столице.

— Сила. Мы с тобой — единая сила, и это очень-очень плохо, Неженка, — сказал Киран мрачно.

Его глаза потемнели, как перед грозой. Киран снял артефакт, положил в коробку, а когда тот снова очистился, обернул шнурок вокруг наших запястий. Знак, предсказуемо, проявился во всей своей красе.

— Почему это плохо? — спросила я, отдёрнув руку и спрятав её за спину, едва Киран снял ленту.

Бодрилась. На самом деле едва сдерживала тревогу.

— Потому что по тебе не заметно, чтобы ты мечтала стать Вечным Стражем. Ты вообще не похожа на боевика. Но каким-то невероятным образом пять лет назад наши с тобой способности смешались. Ты отдала мне часть себя, а я тебе часть себя. В итоге теперь мы просто идеально дополняем друг друга. Если об этом узнают в академии, быть нам ударной двойкой, — мрачно предрёк Киран.

В животе что-то оборвалось и упало. И вот даже не было во мне никаких сил на бурные эмоции, а я всё равно испугалась не на шутку.

— Я не хочу быть ударной двойкой! Я домой хочу! Я вообще хотела тебя найти, чтобы уговорить вместе вернуться! Я знаю, что так можно, если что-то достойное награды совершить! — выпалила я всё, что до этого планировала сказать весомо и с расстановкой.

Киран усмехнулся невесело и вернулся за свой стол.

— Сядь в кресло, разговор предстоит долгий. — В этот раз он попросил, а не приказал.

Я села и поняла, как устали ноги. Мышцы дрожали от напряжения. Захотелось неприлично опустить плечи, даже сгорбиться от внезапных открытий.

— Я готова на всё, чтобы вернуться домой, — выдохнула, чувствуя, как слёзы подступают к глазам.

— Давай-ка для начала разберёмся, зачем ты вообще ко мне пришла, да ещё и с вещами? — спросил Киран. Он поднял со столешницы плоскую прямоугольную пластину, мерцавшую голубоватым светом, и поднёс к уху: — Принеси в кабинет напитки и закуски, — приказал, положил пластину и уставился на меня тяжело, изучающе.

А я в этот момент немного растерялась. Злость давно прошла, и теперь я не знала, чего у него просить, чтобы не продешевить.

Пока думала, в дверь кабинета поскреблись, и после разрешения войти крупная орчанка в пёстром длинном платье и высоком тюрбане вкатила столик с разнообразными закусками. Я увидела блюдо с красными, коричневыми и розовыми колечками (наверное, мясными), золотистые булочки с хрустящей корочкой, загадочные мягкие шарики — зелёные и цвета топлёных сливок. Кувшин с жёлтым напитком — он переливался, как жидкий янтарь, — бокалы, тарелки и приборы из чёрного обсидиана завершали сервировку.

Орчанка поставила всё это передо мной удивительно грациозно для её габаритов и беззвучно вышла, лишь легко поклонившись Кирану. Я сглотнула слюну. Желудок предательски заурчал. Незнакомые блюда выглядели и пахли аппетитно, а время шло к обеду.

— Я могу предположить, что всё не так ужасно, как кажется на первый взгляд, — аккуратно разрезая булочку, заговорила я. — Однако то, что у тебя целый штат слуг, намекает на то, что традиция поиска сильного покровителя всё же существует.

— Если я возьму тебя под покровительство, это сразу привлечёт к нам внимание, и совсем скоро кто-то догадается о нашей совместимости, — перебил меня Киран.

Я встрепенулась.

— Нет-нет, ты не понял. Я не хочу твоего покровительства. Я хочу быть самодостаточной. От тебя мне нужна только информация. — Я подняла нож, которым собиралась намазать мягкий шарик на булочку. — Расскажи, что происходит и что мне делать, чтобы меня никто не трогал. Я хочу вернуться домой. Какие тебе известны возможности для этого? Если поможешь всё сделать правильно — я буду считать, что ты мне ничего не должен.

— А я и так тебе ничего не должен. — Киран откинулся в кресле, скрестив руки на груди. — Если бы ты не отдала мне тогда часть своей магии и не забрала часть моей, я бы отправился на перерождение, а тот, кто меня убил, получил бы по заслугам.

Я подозрительно сощурилась.

— Неужели твоя жизнь в Межмирье настолько невыносима, и ты жалеешь, что её не лишиться? Или ты пытаешься принизить мою помощь и отказаться от уплаты долга? — спросила ехидно.

Не было похоже, что он своей жизнью пресытился и мечтал о перерождении. Пусть не врёт.

Киран поморщился и вздохнул.

— Знаешь что странно?

— Что? — Я плеснула в бокал из кувшина.

— То, что я вообще сейчас веду с тобой разговоры и что в моей душе скребётся совесть, — неожиданно сознался он. — Думаю, это последствия обмена магией. Я тебя будто как частью своей семьи чувствую. Ладно. Нет смысла этого отрицать.

— А я почему не чувствую к тебе такого? — прислушавшись к себе, спросила я и откусила от булочки.

Никаких родственных чувств. Киран красив и могущественен. Смотреть на него — сплошное удовольствие. А вот потрепать по голове и чмокнуть в щёку как брата — вообще не хочется. Наоборот, при мысли о таком жесте сердце странно ёкает. Нет, я от стыда сквозь пол провалюсь, если так сделаю.

— Возможно, потому что у меня уже прокачан резерв и инстинкты, а у тебя нет. В любом случае я согласен тебе помогать, чтобы закрыть долг.

А вот это обрадовало! Я даже взяла тарелку и переложила на неё несколько мясных колечек. Ужас как хотелось есть.

— Рада, что лёд тронулся. Начнём с того, как мне избавиться от сводной сестры в соседках. Это она сдала меня в академию. Видеть её не хочу, — сказала я, укладывая сверху намазанной жёлтым шариком булки розовое колечко.

— Нет, начнём мы с того, что в Межмирье во сто крат лучше, чем на Фере, а значит сводной сестре ты должна быть благодарна, — отрезал Киран.

Я уже жевала, поэтому только упрямо помотала головой.

— Совсем скоро ты будешь воспринимать возвращение домой как наказание, а не как награду, — добавил Киран.

Но я уже прожевала, поэтому позволила себе не согласиться:

— Ты так говоришь, потому что тебе не к чему возвращаться. Ты смирился и отказался от борьбы за престол, а ещё так хорошо здесь устроился, что простил тех, кто хотел тебя убить.

Киран помрачнел, его взгляд стал холодным, а сам он как-то весь подобрался: мышцы напряглись под тонкой рубашкой, будто он готовился ударить меня за оскорбление. Ой, наверное, зря я все свои мысли в лоб выдала. И вообще, что на меня нашло? Я будто совсем перестала контролировать что говорю! Подозрительно покосилась на еду и стакан с жёлтым морсом.

— Ты ничего не знаешь и не понимаешь, — тихо, проговаривая каждое слово, ответил Киран, и его почти прозрачные серые глаза сверкнули ледяным блеском в полумраке комнаты.

Лучше бы крикнул. А то от такого тона стало только страшнее. Низкий ровный голос проникал прямо под кожу и вызывал мурашки.

— Прости, я не хотела тебя обижать. У меня будто язык развязался. В еде нет никакой добавки? — поспешила повиниться я, сделав жалобное лицо.

— Принято, — медленно кивнул Киран. — Но еда тут ни при чем. Скорее всего, это твоя реакция на нашу связь. Я не могу игнорировать твои просьбы, а ты не можешь мне врать. Из-за смешения магий может всякое происходить. Надо изучать. Явление редкое.

Внезапно в голову пришло, что без его части я точно попаду на Сильвану, а на Ноктуре я оказалась только благодаря чужой магии.

— А мы не можем поменяться назад? Я тебе отдам твою часть, а ты мне мою? — спросила я с затаённой надеждой.

— Не имею понятия. Говорю же — надо изучать. Я о таких парах только в героических эпосах читал. Якобы раньше маги умели такое делать, и только благодаря этому им удалось отогнать монстров Небытия. Однако знание утрачено. Или от него по какой-то причине отказались. В общем, сейчас мы не это с тобой обсуждаем, а как тебе занять достойное место в академии и при этом нам не засветиться.

Я кивнула. Киран прав, не стоит решать все вопросы разом.

— Мне кажется, сейчас проходит некое тестирование. Как мне себя вести?

— Ты должна показать силу духа, что можешь со всем справиться. Твоя сводная сестра в соседках — это сущая ерунда. Если будешь требовать переселения — получишь минус балл. Сделай так, чтобы она от тебя сбежала, а не ты от нее.

— А то, что я примчалась к тебе с вещами, как расценят? — спросила я, уже догадываясь, что очков мне это не добавит.

Я не жалела, что пришла, и мы очень многое выяснили, однако магистры могли истолковать мой порыв так же, как и Сагдиан.

— Зависит от дальнейших развитий событий. Если ты выйдешь от меня и пойдешь к себе, а все последующие испытания будешь проходить без потери баллов — твоя версия с передачкой из дома вполне сойдет. Но если проявишь слабость — сочтут, что ты искала у меня покровительства, то есть самая первая из всех новичков поджала хвост.

Логично.

— Какие будут испытания?

— Ничего ужасного. Насилие и членовредительство исключены и жестоко караются. Но давление и попытки вывести из себя будут. Сегодня ночью запланировано посвящение в студенты. Завтра на лекциях завалят теорией, а на физподготовке измотают до изнеможения. Все будет длиться неделю, а потом вас официально примут, огласят результаты и распределят по группам.

— А те, кто не выдержит?

— Их будут лечить. Выжмут весь потенциал и определят туда, где новобранец сможет быть максимально полезным. Больше половины улетят в Блендер, отучатся три года и уйдут в свободное плаванье. Подумай, может, это твой путь?

Я категорично мотнула головой, аж волосы хлестнули по щекам.

— Там невозможно совершить подвиг и отправиться домой. Я должна быть сильнейшей.

Киран закатил глаза и шумно выдохнул.

— Опять ты за свое! Услышь меня, Неженка! Если станешь сильнейшей, то сама не захочешь домой. Ты будешь успешной и очень богатой. Твоя жизнь между рейдами превратится в сплошной праздник. Ты в курсе, что у демонов, орков и оборотней огромный конкурс среди молодняка на шанс поступить в Межмирье?

Не то чтобы я совсем Кирану не верила, просто не очень понимала: а в чем праздник? а как же семья? дети? дом? В моем представлении счастье выглядело иначе. Не как беспробудный кутеж между сражениями.

— А у драконов тоже конкурс?

— Драконов мало, и они местные. Учатся в отдельном заведении. И заметь, никто из них из Межмирья переселяться не спешит. И ты не захочешь.

— Посмотрим, — пожала я плечами. — Так как мне постоять за себя?

— А никак ты за себя не постоишь. У тебя сил не хватит физически противостоять старшекурсникам. Твоя задача — не показывать страх и реагировать адекватно. Хорошо бы организоваться с другими первокурсниками и давать отпор вместе. Если возьмёшь на себя инициативу, тебя сразу определят в лидеры, а это отличный бонус на старте.

— У тебя такой был?

Киран криво ухмыльнулся.

— Я вообще отдельный случай, Неженка, тебе не стоит мой опыт повторять, — сказал со смешком.

Уголки его губ приподнялись, но в глазах веселья не было.

— А ты все же расскажи. Может, я найду для себя что-то полезное, — проявила я настойчивость.

Киран снова тяжко вздохнул, но все же нехотя ответил:

— Все из наших знали, кто я такой, и моментально признали мое главенство. Как только я услышал на лестнице про покровительство и что кто-то делает на меня ставки, я рассвирепел, и мы напали первыми. В первую же ночь. А так как магический потенциал у меня изначально был огромный, в академии случились некоторые разрушения. В общем, в мой год испытания закончились уже следующим утром. Но не надо это повторять. Я умел пользоваться магией еще до того, как попал в Межмирье. И боевыми искусствами владел. У меня были учителя. Ты можешь похвастаться тем же?

Я грустно покачала головой. Нет, ни магию я свою никогда не осваивала, ни драться не училась. Однако попробовать объединить других студентов могла.

Решительно поднялась из кресла и подхватила свои вещи.

— Спасибо за консультацию и угощение, я пойду, — сказала и направилась к двери.

Киран ничего не ответил, лишь провожал внимательным взглядом, пока я не скрылась из виду.

Сагдиана в холле не было, а вот его сестрица сидела, закинув ногу на ногу, на резном комоде у лестницы и пилила ногти маленькой серебряной пилочкой. Услышав мои шаги, она медленно оторвалась от своего занятия и окинула меня презрительным взглядом с головы до ног.

— Ты мне не нравишься, — заявила она надменно и скривилась. — Будешь клеиться к Кирану, и я тебе быстро волосенки повыдираю.

Я закатила глаза и молча вышла из дома, хлопнув тяжелой дверью чуть сильнее, чем было нужно. Освежающий ветерок вмиг остудил разгоряченные щеки. В настоящий момент меня гораздо больше интересовало, как организовать собратьев по несчастью и вынудить Анфису переехать в другую комнату, а не угрозы ревнивой демоницы.

Глава 7

Киран Мистиан

Такой жестокой подставы я от своего кураторства вообще не ожидал. Взял в руки эфирофон — очень дорогой переговорный артефакт последней модели, который я купил на выигрыш в прошлых Лунных гонках. У родителей приятеля-дракона отличная библиотека. Может, в ней есть книги про смешение магий? В академическую библиотеку обращаться рискованно — вдруг покажется подозрительным мой внезапный интерес к этой теме? И без того заподозрят неладное, когда поймут, что у нас с Клементиной Нежинской слишком схожие способности.

Начертил на матовом экране нужную руну, но не успел послать вызов, как в дверь поскреблись острыми коготками, а потом она открылась, и в кабинет, словно тень, проскользнула Кри. Вот тоже еще печаль на мою голову.

— Что ты тут делаешь, Крижина? — спросил, не скрывая досады.

Сестрицу Сагдиана после летних каникул будто подменили. Четыре года они с братом учились на курс младше, жили со мной в одной общаге, и ничего не предвещало беды. А тут Крижина вдруг решила, что должна влиться в мою свиту и проявляла досадное упорство.

— Хочу стать твоей помощницей и получить покровительство, — промурлыкала она, облизывая острые клыки.

— На кой монстр тебе мое покровительство? Ты в нем не нуждаешься.

— Зеленая громила тоже не нуждается, однако ты ее в своем доме поселил!

— Шази отлично готовит. Это я нуждаюсь в ее помощи. А вот ты мне не нужна. Уходи, Кри. Не зли ни меня, ни своего брата.

— Так ты из-за него меня гонишь?! — воскликнула демоница и одним неуловимым движением перетекла к моему столу.

Опустилась грудью на полированную столешницу, практически вываливая на нее свои загорелые прелести, и посмотрела на меня снизу вверх многообещающим взглядом. Позу, надо сказать, выбрала эффектную. Было бы мне лет восемнадцать, я бы точно не устоял.

— Нет. Я просто в настоящее время не ищу того, что ты предлагаешь, — ответил так, чтобы не задеть ее чувства.

Мне еще обиженных демониц не хватало для полного счастья.

— Так, значит, дело в ней, да?! — резко выпрямляясь, прорычала Кри и зло сверкнула красными глазами.

— Ты про кого вообще? — уточнил я как можно безразличнее.

Но что-то подсказывало, что ответ мне не понравится. Если демоница назначит виноватую…

— О человечке, которая к тебе приходила! Что вы так долго делали за закрытыми дверями? Почему она вышла от тебя вся красная?!

Я встал, отодвинув кресло с резким скрипом и, обойдя стол, шагнул к Крижине вплотную. Обхватил пальцами ее острый подбородок, чтобы не смогла отвести взгляд, и дотянулся до сознания очень неприятным для любого живого существа парализатором воли. Это из менталистики. Теперь я знал, что получил возможность использовать искаженные целительские приемы благодаря Неженке.

— Слушай меня внимательно, Кри. В моем отказе взять тебя в свиту нет чьей-то вины. Я просто не хочу. Уходи, — сказал с расстановкой и отпустил.

Демонстрация силы была нужна. Без нее демоны не понимают. Они постоянно прощупывают всех вокруг на предмет слабости и, если ее находят, — используют на полную катушку.

Кри фыркнула, развернулась, хлестнув меня длинными красными волосами по груди, и умчалась, хлопнув дверью так, что задребезжали стёкла. И вот вроде все прошло хорошо, а я вдруг почувствовал укол тревоги, будто ледяная игла пронзила грудь. Ночью будет посвящение в студенты, и Крижина точно примет в нем участие. Как бы она все же не принялась отыгрываться на Клементине.

Так, стоп!

Мне нельзя в это лезть и привлекать внимание. Одно дело — если магистры отметят сходство наших не совсем обычных способностей. Мало ли, бывает, что с разницей в пять лет на Фере родились серые маги. Не чистые целители и не полные темные боевики. Универсалы широкого профиля с огромным резервом. И совсем другое дело — если узнают, что мы совершенно неосознанно вступили в симбиотическую связь и смогли смешать силу. Тогда вся моя карьера полетит дракону под хвост. Не видать мне должности командира отряда, не ходить в рейды, не дослужиться до командующего объединённой армией, не воплотить в жизнь те реформы, о которых я давно мечтаю... Соединят нас с Клементиной Нежинской в ударную двойку и сошлют на окраину теснить тварей еще глубже в Небытие до полной победы. Или нашей с Нежинской гибели.

Пальцы сами собой сжались в кулаки, ногти впились в ладони, оставляя следы-полумесяцы. Я хочу жить свою лучшую жизнь в Тераформе!

А может... стоит попытаться отправить Клементину домой, раз она так сильно этого хочет?

Недовольно поморщившись, взял со столешницы эфирофон и провел пальцем по экрану, активируя вызов.

Попрошусь в драконью библиотеку, заодно поищу информацию о возвращенцах домой. Такие точно были. Узнаю, что можно сделать, чтобы избавиться от головной боли в лице Неженки.

Глава 8

— Где ты была?! Я думала, ты меня бросила! Есть хочу! На обед пора идти, а тебя нет и нет! — кинулась ко мне Анфиса, едва я переступила порог комнаты.

На сводную сестру я теперь посмотрела другими глазами. Нет, я не прониклась к ней сочувствием — Анфиса заслужила все, что с ней произошло. Однако после визита к Кирану я уже знала, что терпеть сестру долго мне не придется. Капризная и избалованная Анфиса сама себя очень быстро потопит и к концу испытаний улетит в Блендер. А мне нужно показать себя с самой выгодной стороны, чтобы сразу встать на лучшие позиции. Раз за каждым нашим шагом следят — пора браться за создание образа уравновешенного лидера, который никогда не теряет лицо и помогает даже тем, кто ему неприятен.

— Ты бы переоделась, — сказала я Фисе практически дружелюбно.

Изо всех сил сдерживала раздражение.

— Во что?! — фыркнула она, скрестив руки на груди.

— Нам же выдали форму.

— Ты ее видела вообще?! — закатила глаза Анфиса. — Мне не идет такой фасон. Ну и не хочу я вне занятий ходить в казенном. Дай мне что-нибудь из своего. Ты же несколько платьев из дома взяла.

Форму я, конечно же, видела — и свою, и на студентах старших курсов. У Ноктуры тёмно-синий короткий пиджак с белой нашивкой на груди, тёмно-синие брюки и голубая рубашка. Ничего ужасного в этом костюме нет. У нас на Фере женщины лет сто уже носят брюки — не на выход, конечно, но для верховой езды или для занятий спортом.

Первым порывом было Анфисе отказать, но потом я вспомнила наряд демоницы и орчанки и поняла, что все мои платья никуда — по местной моде — не годятся, мне все равно придется покупать другую одежду, так что не жалко. А магистры пусть видят мою щедрость — может, бал за нее дадут. Еще предстояло выяснить, как тут стипендию платят. Может, чем больше баллов, тем больше денег?

В комнате по разные стороны от окна стояли две застеленные синими покрывалами кровати, два шкафа с зеркальными дверцами, две тумбы и два письменных стола со стульями. Я подошла к той кровати, покрывало которой было не примято, и положила на нее свои сумки. Открыла саквояж, достала аккуратно сложенные стопкой платья.

— Вот, выбирай, — сказала я, любезно протягивая всю стопку сестрице. — А где тут удобства, ты уже выяснила? Я бы хоть умылась перед обедом.

— Тут всё, прямо в комнате. Ты чем слушала, когда проводили инструктаж? — перешла на свой обычный высокомерный тон Анфиса, хватая платья.

Наметанным глазом она выхватила самое нижнее — голубое, — а остальные небрежно бросила на мою кровать. Голубой — ее любимый цвет. Мне оно тоже нравилось, но я ничего не сказала. Взяла серое и посмотрела на сестру вопросительно.

— Где — тут?

Никаких уголков за ширмой или внутренних дверей в комнате не было.

Анфиса закатила глаза, причмокнула и, подлетев к своему шкафу, распахнула зеркальные дверцы. А та-а-м! Целая туалетная комната! Как будто вход в другое измерение!

Я подошла к своему шкафу и обнаружила в нем такую же отделанную белой плиткой комнату за небольшой гардеробной. Прихватив вещи, шагнула внутрь и закрыла за собой двери. Сразу же зажглись магические светильники, наполнив пространство мягким золотистым светом. Справа от меня были полки для белья, слева штанги с вешалками, а если пройти два шага — окажешься в той самой комнате со всеми удобствами. Раковина с зеркалом, душевая кабинка, туалет, а главное — все гигиенические принадлежности стоят и ждут, когда ими воспользуются.

Я оставила саквояж и мешок на полках, быстро освежилась под душем, причесалась, переоделась и вышла в комнату, готовая идти на обед и узнавать, чем еще эта академия удивит.

Напротив моего волшебного шкафа уже стояла недовольная Анфиса и с раздражением дергала то там, то сям сшитое не по её меркам платье.

— А чего ты все с собой забрала? Не доверяешь мне, да? — пробубнила она, подтягивая выше вырез.

Я усмехнулась.

— Ты палку-то не перегибай. С чего бы мне вдруг начать тебе доверять?

— Я всего лишь хотела взять к платью твою брошку бабочку, — заявила нахалка, выпятив губу.

— Странно даже, что не зашла и сама не взяла, пока я в душ ходила, — удивилась я.

— Невозможно зайти. Я пыталась, — без капли смущения заявила Фиса.

А вот это отличная новость! Значит, в этой комнате можно прятаться и ценности прятать. Я хихикнула.

Удивительно, но после общения с Кираном во мне будто что-то неуловимо изменилось — в груди появилось легкое, почти незаметное тепло, а мысли текли четче и яснее. Вот вроде бы он ничего такого мне не пообещал, а оптимизма и веры в будущее у меня прибавилось.

Проигнорировав реплику Анфисы, я подошла к общей тумбе у двери, где стоял хрустальный шар с картой академии. Легкое прикосновение пальцев — и прозрачная сфера ожила, заиграв переливами света. Я покрутила ее и нашла нужное здание.

Столовая оказалась недалеко от общежития — всего через сквер. Но самое главное — над ее изображением мерцала надпись: «Не забудь взять талоны!» Как удобно!

— Талоны взяла? — спросила я у Анфисы, направляясь к своему волшебному шкафу.

Анфиса с театральным вздохом достала из кармана сложенный лист пергамента, расчерченный аккуратными квадратиками, и потрясла им перед моим носом.

— Ну конечно, не то что некоторые! — процедила она.

Я молча достала свои талоны из мешка. Аппетит после угощений Кирана пропал, но обеденный зал — идеальное место для поиска союзников. Там я собиралась организовать небольшой отряд сопротивления предстоящим на посвящении в студенты бесчинствам.

Однако жизнь, как всегда, приготовила сюрприз. Испытания не собирались ждать, пока я к ним подготовлюсь. Они начались уже за дверью общежития.

На первой же скамейке в сквере сидели два парня в красной форме с нашивками второкурсников. Игнис — маги огня. А судя по слегка птичьим чертам лица и тому, что в прошлом году набор проводился в мире оборотней, то перед нами были фениксы. Они сидели в непринужденных позах, но их хищные глаза выдали их намерения — эти двое поджидали жертву.

Как только парни нас увидели, они синхронно поднялись, а их губы растянулись в одинаковых неприятных ухмылках.

— С вас оплата за прописку, курочки, — протянул тот, что повыше, откинув напоминавшую хохолок фиолетовую челку со лба.

— Курочки?! — возмущенно выдохнула Анфиса, будто это было самое страшное в его словах.

— Какая еще оплата за прописку? — угрюмо пробурчала я, лихорадочно гадая, как поступить правильно. Что магистры расценят как достойную реакцию: плату или отказ от нее? Да и чем платить? Нам выдали какие-то тонкие прямоугольные пластины и сказали, что это подъёмные для первокурсников, но сколько это в деньгах — мне неизвестно. Никакого номинала на пластинах нет. Только имя и фамилия. Я даже не взяла эту штуковину с собой.

— Посильная. Карты с подъёмными, которые вам выдали, либо золотые побрякушки, которые вы притащили из дома, — ответил мне второй феникс.

У этого челка-хохолок была ядовито-зеленой, а слова он растягивал, будто, отвечая, делал одолжение.

— Меня выдернули в Межмирье спонтанно! Я вообще ничего с собой не брала! Но у сестры целая шкатулка с украшениями! — тут же выпалила Анфиса и ткнула в меня пальцем, чтобы не оставалось сомнений, кто здесь «богатая сестра».

Ну что за гнилая натура?!

— Тогда ты покажешь сиськи и дашь потрогать, а ты гони драгоценности, — заявил длинный феникс, и его глаза сверкнули похабным блеском.

Второй громко засмеялся странной птичьей трелью. Анфиса же настолько опешила от непристойного требования, что заголосила сиреной на весь сквер:

— Спасите-помогите! В академию проникли извращенцы-маньяки! Люди добрые, на помощь!

Я тоже была в шоке от такой наглости, но интуиция подсказывала, что крики только привлекут больше зрителей, а не помощь.

— Замолчи! — приказала я Анфисе и, расправив плечи, шагнула вперед, вставая между ней и второкурсниками.

Магией я пользоваться не умела, но точно знала, что в моменты сильных эмоций она сама всегда просыпалась, будто подсказывая, что делать. Как в случае с Кираном. Правда, все прошлые разы были связаны с чьим-то спасением, но если угроза зависнет надо мной, разве это не будет считаться спасением?

Я зловеще сощурилась и поджала губы.

— Ты глянь-ка, Жако! Личинка Ноктуры решила драться с магами огня! — хохотнул птиц с ядовито-зелёной челкой.

— Тина, отдай им драгоценности! — всхлипнула Фиса, продолжая прятаться за моей спиной.

О выданных академией подъёмных даже она не заикнулась. Хватило ума понять, что они в Межмирье нужнее, чем украшения?

— Я в детстве читала сказку про одного глупого феникса, — начала я говорить. Медленно. Делая паузу между словами. — Который забыл, что вода и огонь не дружат, и… расплакался. От этого у него на щеках остались шрамы на всю жизнь, и все увидели, что он нытик. Как думаете, если я сейчас выжму из ваших глаз слезы, с вами это тоже сработает? — протянула я задумчиво, наблюдая, какой эффект производят мои слова.

Разумеется, я понятия не имела, как выдавливать из настоящих фениксов слезы даже с помощью магии, а физически я гораздо слабее оборотней, но блеф сработал — фениксы занервничали. Тот, что пониже, побледнел и отшатнулся, а Жако визгливо воскликнул:

— Да что ты можешь, недомаг?!

— Проверим? — ухмыльнувшись, спросила я и начала медленно поднимать руки, будто готовясь к заклинанию.

Низкий феникс дернул друга за рукав так резко, что тот чуть не упал.

— Мы тебя запомнили, человечка! — все же прокричал Жако, отступая.

Затем оба парня вспыхнули ярким пламенем, в мгновение ока превратились в великолепных огненных птиц и с громкими криками взмыли в небо.

Я не могла поверить, что победа, пусть и маленькая, осталась за мной.

Но торжество длилось недолго. Позади нас раздались жидкие аплодисменты, и я обернулась, чтобы взглянуть, кто там стоял и наблюдал за попыткой нас ограбить, не спеша прийти но на помощь.

Танцующей походкой, будто движимая невидимым ветром, к нам приближалась та самая девушка из Степи. Ее длинные косы, украшенные разноцветными бусинами, ритмично покачивались при каждом шаге. В принципе, я не могла на нее обижаться за то, что не бросилась помогать.

— Я Клементина, пора уже познакомиться, — сказала я дружелюбно, делая шаг ей навстречу.

Анфиса тут же пихнула меня локтем в бок, брезгливой гримасой давая мне понять, что общаться со «степной дикаркой» ниже достоинства имперской аристократки. Логическое мышление моей сводной сестры работало удивительно избирательно — только в направлении поиска способов кого-то подставить. То, что в Межмирье эта девушка может оказаться куда выше по положению Анфисы, до нее не доходило.

— А я Манира Тихая Поступь, — представилась степнянка, слегка склонив голову в приветствии. — Ты же знаешь, что понесла бы наказание, если бы оставила отметины на щеках фениксов? В правилах академии прописан строгий запрет на нанесение умышленных тяжких повреждений студентам, а для оборотней следы слабости — жуткий позор.

— Ты уже изучила правила? — удивилась я, пытаясь вспомнить, выдавали нам их или они где-то висят на всеобщем обозрении.

— Мне брат рассказывал. Он попал в академию в позапрошлый День выбора и служит Вечным стражем, — невозмутимо заявила Манира.

Мои глаза непроизвольно округлились от изумления.

— А как он тебе это сказал? Разве стражи могут общаться с семьями? — выпалила я, не сдержав любопытства.

Степнянка лишь загадочно улыбнулась.

— От многого зависит, — уклончиво ответила она. — Вы на обед? Надо торопиться, пока раздачу не закрыли

И она плавно зашагала по аллее к столовой. Ее легкие сапоги ступали по дорожке бесшумно.

Я поспешила догнать степнянку, отмахнувшись от что-то недовольно бормотавшей Анфисы.

— То есть ты знаешь, почему нам оказывают такой «жаркий прием»? — шепотом спросила я, наклонившись к Манире.

Степнянка искоса взглянула на меня, приподняв густую бровь, и едва заметно кивнула.

— Догадалась? Или тоже кто-то сказал? — так же тихо поинтересовалась она.

Я обрадовалась, что девушка быстро поняла, что Анфису лучше держать подальше во время этого разговора.

— Предположила и все больше убеждаюсь, — немного слукавила я.

Надеялась, что о моем визите к Кирану ей неизвестно, и мне не придется лишний раз повторять небылицы про «передачку из дома». Хотя бы потому, что Анфиса разобьёт эту байку в пух и прах, едва ее услышит. Она ведь прекрасно знает, что я ни с кем из близких Кирана перед отправлением в Межмирье не общалась.

— О чем вы там шепчетесь? — возмущенно фыркнула сводная сестра, семеня сзади. — И куда так бежите? Это неприлично!

— Ужасная у вас в империи традиция отправлять в Межмирье кого попало, — спокойно прокомментировала Манира, даже не оборачиваясь. — Лично у нас в Степи с детства к этому готовятся и молят Творца о милости, чтобы забрали.

Я кивнула. Если бы у нас изменили подход, возможно, поступление в академию не стало бы для меня таким шоком. Вряд ли бы я его избежала, но хотя бы была готова морально.

— Я думаю, что нам стоит объединиться хотя бы на первое время, — решила я не откладывать создание коалиции новобранцев. — Вместе будет легче давать отпор.

Но Манира неожиданно поморщилась, ее смуглое лицо исказила гримаса неодобрения, и она резко махнула головой в сторону Анфисы.

— Нет уж. Этот балласт мне ни к чему. Тихая Поступь выбирает тактику маскировки. Я уйду в тени, и меня никто не найдет. Меня устраивает та специализация, на которую меня из-за этого распределят, — к моему разочарованию, твердо отказала она.

Но зато я получила еще один ценный кусочек информации. Значит, по нашей реакции на испытания будут определять специализацию. Что же мне нужно сделать, чтобы попасть в целители? Да, пусть пока моя способность не дарит жизнь, а отгоняет смерть, но мне ближе всего именно целительское направление.

— Жаль, — искренне вздохнула я.

— Не жалей, у каждого свой путь, — поделилась «мудростью степей» Манира и, намеренно повысив голос, чтобы Анфиса расслышала, добавила: — Но хорошенько подумай, стоит ли тянуть за собой помеху. Я уже четко вижу ее путь, и ты её с него не свернешь. А вот что касается тебя... — Её карие глаза внимательно изучили мое лицо. — Ты для меня пока загадка, поэтому я с тобой и разговариваю.

Мы как раз миновали последние кусты сквера, и перед нами открылось здание столовой — массивное сооружение из темного камня с высокими витражными окнами. Но мое внимание сразу привлекла толпа у крыльца: десятка полтора студентов в разноцветных формах явно поджидали новичков. Их смех и громкие возбуждённые голоса не предвещали ничего хорошего.

Я невольно замедлила шаг, почувствовав, как по спине пробежали мурашки. Повернулась к Манире, чтобы предложить хотя бы кратковременный союз, только чтобы прорваться сквозь эту засаду в обеденный зал, но… степнянки и след простыл. Как будто наш с ней разговор мне причудился.

Глава 9

Киран

Мой усиленный для гонок лучшими техномагами быстроезд, обгоняя более простенькие модели, уверенно летел по улицам Тераформы в сторону особняка уважаемого драконьего семейства Дражеров. Отец моего приятеля Аргуса Дражера — главный целитель в центральном госпитале, а мать преподает в начальной школе для драконят. Сам же Аргус — студент последнего курса драконьей академии, капитан их эстафетной команды.

Но мы познакомились и подружились три года назад на Лунных гонках. Сошлись на любви к скорости и желании сделать соревнования легальными. Ну а потом дошли и до обсуждения более глобальных реформ.

Дело в том, что я считал Межмирье слишком изолированным и закрытым. Почему не разрешить свободный въезд и выезд в другие миры? Я был уверен, что это даст толчок в развитии каждому из миров Содружества, а межмировые соревнования и творческие конкурсы откроют возможности увеличения благосостояния для всех. Драконы, занимавшие практически все руководящие посты в Межмирье, живут долго и слишком консервативны. Это пора менять.

Я небрежно держался за руль и думал обо всем этом. Так привык к ярким вывескам торговых центров и развлекательных заведений, к причудливой архитектуре города и пестрой толпе пешеходов, что внимания на них не обращал, а вот Неженка... Почему-то мысли вильнули в сторону Клементины и её желания вернуться в империю на Фер. Интересно, что ее туда так влечёт? Да, она пока не выходила за пределы академического городка и не познакомилась со всеми прелестями жизни в Межмирье, но, может, дома у нее остался любимый мужчина?

Эта мысль неприятно царапнула сердце — совершенно лишняя эмоция. Если это смешение наших магий заставляет меня так реагировать на девушку — плохо. Ну а если признаться себе, что она заинтересовала меня и без этого — еще хуже. Однако, к огромному сожалению, это вполне вероятно. Нежинская красива, воспитана, а главное — умна и решительна. Очень редкий типаж девушек, попадающих на учебу в академию Вечных стражей с Фера. По очень многим причинам. В империи таких, как правило, спешат выдать замуж до Дня долга или просто откупить. Было бы гораздо спокойнее, если бы она не появлялась. Неужели мои враги настолько умны, что всё до таких мелочей просчитали?

К дому друга я подъехал в мрачном настроении.

— Только не говори, что вас уже с первого учебного дня завалили сложными заданиями, и поэтому на тебе лица нет? — с ухмылкой спросил Аргус, встретивший меня на пороге.

Его золотистые драконьи глаза внимательно изучали выражение моего лица. Пришлось выдавить из себя натянутую улыбку и кивнуть.

— Угадал. Зачем-то потребовали реферат по истории, но чтобы с изюминкой, а не из общедоступных фактов. Надеюсь, у вас есть редкие книги? — выдал я выдуманную заранее байку.

— Полно! — уверенно заверил Аргус и повел меня по просторному коридору в библиотеку, интересуясь на ходу: — Но ты же будешь в сегодняшнем заезде участие принимать, правда?

Я невольно поморщился, чувствуя, как поднимается раздражение. Ректор, конечно, изощрённо наказал.

— Боюсь, не получится. Кесада назначил меня куратором первокурсников с Фера. Всю эту неделю придется их пасти.

— Тоже еще пережиток прошлого — эти испытания ваши. Кто их только придумал и зачем? — возмутился Аргус.

Ответ на этот вопрос я знал.

— Все дело в том, что в Межмирье — другой магический фон, и способности здесь открываются иначе. Вам, драконам, хорошо — вы местные. А представителей всех остальных рас приходится тестировать на стрессоустойчивость.

— Вот и я про то. Если бы не было такой жесткой изоляции, можно было бы магов других рас готовить с детства, — проворчал Аргус.

Мы с ним оба имели представление, почему так не делают: если открыть свободный доступ в Межмирье, оно просто-напросто не выдержит потока эмигрантов. Надо будет его расширять, а значит отвоевывать у Небытия новые территории.

Но сейчас мне было не до дискуссий о реформах. Меня ждал исторический отдел библиотеки и архивариус — сложный артефакт, помогающий найти нужную информацию, — поэтому я завёл беседу в тупик.

— Когда-нибудь мы это изменим, — заявил уверенно.

— Ну, не буду отвлекать. Располагайся, работай сколько нужно, — дружески хлопнув меня по плечу, сказал Аргус и оставил стоять перед массивным пюпитром с матовым экраном.

Я пальцем вывел на холодной поверхности слова «Слияние магий» и замер, уставившись на темное стекло. Сердце забилось чаще. Когда мне уже показалось, что ответа не получу, артефакт вдруг ожил, засветился изнутри голубоватым светом и выдал мне ряд и полку с нужными книгами.

Через пять минут я уже сидел на удобном кожаном диване, приподняв от удивления брови, и читал оглавление старинного фолианта под названием «Разрушительная мощь и великая созидательная сила смешанной магии». Особенно меня заинтересовала глава «Истинная пара или противоположности с разными полюсами», но начал я с введения: «Как образовалась первая ударная двойка».

В нем автор рассказывал, как совершенно случайно в одном кровопролитном сражении сильный целитель-человек оказывал первую помощь тяжело раненному генералу-дракону, и их магии смешались. Никто не понял как и почему. Однако совсем скоро выяснилось, что способности обоих мужчин с тех пор изменились. Генерал больше не мог принимать боевую ипостась, зато получил способность влиять на сознание тварей Небытия. А целитель перестал видеть внутренние повреждения пациентов, но зато смог отращивать себе непробиваемую броню. Они со всем усердием пытались вернуть все обратно. Им помогали все сильнейшие маги и учёные, но ничего не получилось. Общими усилиями добились лишь того, что дракон и целитель сообща с помощью особых практик смогли использовать те способности, которые раньше давались им без посторонней помощи. Так дракон смог оборачиваться ящером и оставаться в зверином облике, только если на его спине сидел целитель, а целитель мог исцелять, только когда на его плече лежала рука дракона. Их привычная жизнь рухнула в одночасье, и мужчины приняли решение пойти в передовой отряд ударной двойкой, ведь вместе они стали удивительной силой. Во многом благодаря их тандему мы имеем те границы, что сейчас.

Однако мало кому понравится жизнь в постоянной зависимости от другого мага, поэтому никто подобного симбиоза не хотел и именно поэтому никто и никогда не пытался понять, как такое вообще произошло.

Но у нас в Клементиной Нежинской совсем иной случай. Мы прекрасно обходились друг без друга до этого дня.

Я открыл главу об истинных парах.

Глава 10

— Что-то мне уже и есть перехотелось, — пробормотала Анфиса, нервно теребя кружева на рукавах моего голубого платья.

Но ровно в этот момент внезапно налетел резкий порыв ветра и забрался нам под юбки. Мы со сводной сестрой синхронно прижали раздувшуюся колоколом ткань к ногам. Совершенно ясно, что это было не природное явление. Мы осуждающе уставились на встречавшую нас компанию. Однако глупые старшекурсники из других миров совершенно ничего не понимали в модных женских фасонах Фера, поэтому затея их изначально была провальной. Но очень оскорбительной.

Я глубоко вдохнула, напомнив себе, что физически нам никто вредить не будет, расправила плечи, состроила самое свирепое лицо и решительно зашагала к столовой. Анфисе я подсказывать не собиралась — пусть сама своим скудным умом думает, как ей действовать.

— Эй, монашки, покажите ляжки! — заржал долговязый парень в поношенной синей форме с нашивками второкурсника, и его острые клыки блеснули в солнечном свете.

Оборотни славились отвратительным воспитанием. Чего ждать от тех, кто носится по лесам в шкуре зверя, летает, охотясь за мелкой дичью или ползает по болотам в змеиной чешуе? А если надо принять человеческую ипостась в центре города — спокойно расхаживает голышом. Не повезло нам оказаться на курс младше представителей этого вида разумных (ой ли!) существ. Они ещё прекрасно помнят, как в прошлом году измывались над ними. И, к сожалению, второкурсников-оборотней у входа в столовую собралось больше остальных.

Я лишь презрительно скривилась, не сбавляя шага. Пусть видят — я не боюсь.

А вот Анфиса нашла совершенно нестандартное решение и пошла другим путём.

— Да ты хоть понимаешь, с кем говоришь, песик?! — взвизгнула она заносчиво, высоко задирая подбородок. — Чтоб ты знал, меня вне отбора забрал сюда сам Вечный Страж! Лично магистр Тейш Хатур вырвал меня из рук любимого родителя и утащил в портал! Значит, жениться хочет! А сестра моя вообще родного отца убила за то, что он ее в город по магазинам не взял! На расстоянии! Будешь плохо себя вести — и тебя прикончит!

Я задохнулась от возмущения, в висках застучала кровь. Конечно же, папеньку я не убивала. Да, он погиб, когда поехал в столицу и меня с собой не взял, но несчастье случилось, потому что началась гроза и в карету попала молния, а не потому что я что-то сделала!

Однако пришлось стиснуть зубы и промолчать. На студентов слова Анфисы почему-то произвели неизгладимое впечатление. Они зашушукались, переглядываясь, и как-то плавно стекли с крыльца, освобождая нам путь в столовую.

Да уж. Такими темпами Анфиса отличное место займет, а от меня будут все шарахаться как от беспощадной убийцы. Вон какими круглыми глазами смотрит рыжий парень с необычным инструментом за спиной, которые стали еще больше, едва мы переступили порог. Оказывается, он стоял за дверью и все слышал.

— Привет. Меня зовут Клементина, а тебя? — обратилась я к нему, стараясь звучать максимально дружелюбно, и добавила, когда заметила, как он невольно отшатнулся: — Расскажешь, что это у тебя за инструмент?

— Фамильная реликвия, — нехотя пробурчал рыжий.

— А это Анфиса. Она у нас известная шутница. Никого я не убивала, — не сдавалась я.

— Ага, как же, рассказывай, Тина, — язвительно встряла Анфиса. — Как будто я не знаю, что ты и до академии своей магией пользовалась. А что сказал демон? Темная магия не лечит, а только смерть отгоняет. Если захочет. А если не захочет — то, наоборот, призовет.

— Давно ты стала специалистом по магии? — сощурившись, прошипела я, сжимая кулаки.

Нет, я ее долго рядом с собой не выдержу! Она сделает все, чтобы создать мне самую ужасную репутацию!

— Девушки, не ссорьтесь! — взмолился рыжий парень. — Тут и так какой-то ужас вокруг творится: демоны, орки, оборотни, даже эльфы ведут себя как разбойники с большой дороги, а тут еще и вы.

И мне стало очень-очень стыдно.

— Прости, — тихо попросила я, опустив глаза на носки своих туфель. — Так скажешь, как тебя зовут? Ты уже пообедал?

— Тони меня зовут. И нет, я не пообедал, — ответил парень грустно, вздохнув. — У меня талоны отобрали. Думал, тут можно что-то купить за свои деньги, но мне ничего не продали. Отправили в город за едой.

— Ужасные правила! — возмущенно фыркнула Анфиса и, высоко задирая нос, направилась к длинной раздаточной линии.

А я осторожно подхватила Тони под руку.

— Пойдем, — мягко потянула я его к витринам с едой, — я тебе из своих талонов дам, а потом выясним, как твои вернуть, и ты со мной рассчитаешься.

— Да не надо... Я уже узнавал — никак не вернуть талоны, — пробормотал Тони, упираясь.

Но я крепче сжала его локоть. Во мне закипала злая решимость. Мне кусок в горло не полезет, если этот парень останется без обеда!

— Мой папенька, которого я очень любила и даже не думала ему вредить , — зыркнула я на Анфису, — часто повторял, что выход есть всегда. Мы обязательно что-то придумаем, Тони. Например, скинемся всем потоком, но в беде тебя не бросим.

Окинув взглядом столовую, я заметила знакомые лица: Маниру, сидящую в тени у дальнего стола, и «булочку», наконец-то расставшуюся со своей серой шубой. И еще несколько ребят с нашего потока, растерянно толпившихся у раздачи.

Сейчас соберу всех за одним столом и обсудим, как лучше поступать в подобных ситуациях. Это идеальный повод для попытки объединить новичков. Я не собиралась упускать такую возможность.

— Тина, ты в своем репертуаре, — недовольно протянула Анфиса, когда я поставила поднос на ленту рядом с её. Губы брезгливо изогнулись. — Зачем ты вечно подбираешь сирых и убогих, которые за себя постоять не могут?!

— Прекрати, — процедила я сквозь зубы, бросая извиняющийся взгляд на Тони. Парень стоял за мной и наверняка всё слышал. Мне так и хотелось стукнуть Анфису подносом прямо по лицу, а его взять за руку в знак поддержки.

— Что это я должна прекращать? — повысила голос Анфиса, её голубые глаза сверкнули холодным огнём. — Даже мы, две девушки, смогли добраться до еды без потерь. А он мужчина. Будущий Вечный страж. Стыдно должно быть!

— Тони, не обращай внимания на мою сводную сестру, — виновато протараторила я.

Он стоял, опустив глаза, и выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю.

— Я не бью женщин, — прошептал парень так тихо, что я едва расслышала. Сначала я подумала, что речь идёт про Анфису, и даже мысленно дала ему на это добро, но Тони добавил, покраснев до корней волос: — Даже демониц. Их было двое, и я просто отдал им талоны, когда они попросили.

Сердце сжалось от жалости — парню в академии будет ещё труднее, чем мне. Я хотя бы не стану долго раздумывать, даже если на меня нападёт девушка. А Тони — правильно воспитанный молодой человек, весь такой творческий… музыкант, наверное. Интересно, за что его отправили на Ноктуру?

— Ты поступил как настоящий мужчина, — мягко подбодрила я его намеренно громко, чтобы слышали окружающие. — А теперь давай не стесняйся и ставь на поднос всё, что нравится. Настоящий мужчина и есть должен по-мужски.

Я взяла с витрины две тарелки с нарезанными овощами — хрустящими морковными палочками и рубиновыми дольками помидоров — и поставила одну на поднос к себе, а другую к нему. Есть мне по-прежнему не хотелось, но Тони мог подумать, что я отказалась от еды из-за него, поэтому пришлось взять ещё ароматный суп с зеленью и золотистый кусочек жареной рыбы с хрустящей корочкой.

На выходе с раздачи в обеденный зал пропускной артефакт — ящик с пастью голодного чудовища — затребовал с меня два талона и выпустил только тогда, когда я оторвала их и закинула в него.

Я огляделась по сторонам, нашла «булочку» — она сидела за столиком примерно в центре зала, между другими новобранцами — и решительно двинулась к ней. Тони шёл за мной. Анфиса, к сожалению, тоже.

— Привет ещё раз. Не против, если мы к тебе присоединимся? — спросила я погромче, чтобы слышали все вокруг, останавливаясь около пухленькой девушки. — Хочу обсудить, как объединить силы для защиты от нападок. Мне кажется, вместе это будет проще и веселее.

Я обвела взглядом другие столики — несколько пар глаз уже с интересом смотрели в нашу сторону — и, убедившись, что внимание привлечено, добавила, жестом приглашая всех присоединиться:

— Давайте сдвинем столы и подумаем вместе. Чем нас больше, тем лучше.

— Конечно! — воскликнула «булочка», её круглые щёки растянулись в улыбке, когда она подвинула стул к краю стола, освобождая место. — Собаки шубу мою хотят отобрать!

Уже через минуту столовая ожила. Парни с грохотом двигали столы и стулья, девушки переносили тарелки с едой. Я отметила странную деталь — кроме новобранцев в зале никого не было. Как будто старшекурсники питались в другом месте или в другое время. Но размышлять над этим было некогда — я заняла место во главе импровизированного совета и взяла слово.

— Друзья, меня зовут Клементина Нежинская, — представилась я твёрдым голосом, бессознательно копируя интонации папеньки, подслушанные во время собраний с нашими арендаторами. — Предлагаю начать со знакомства.

Оживлённый гул стих. Один за другим ребята называли свои имена, и я поняла, что запомнить всех так сразу не смогу. Однако Виктора Гроза с Сильваны, заявившего, что умеет убирать синяки, я выделила, но только потому, что он был последним.

— Прекрасно, — кивнула ему. — Но предлагаю подумать, как нам появления этих самых синяков не допустить, а не убирать их. — Нервно побарабанила пальцами по столу и оглядела собравшихся пытливым взглядом. — Вы обратили внимание, что нас задирают далеко не все старшекурсники? Некоторые ведут себя нормально, большинство просто игнорируют. Самых вредных гораздо меньше, чем нас. Если объединимся, они не рискнут нападать.

— Они обучены магии, а мы даже не понимаем, на что способны, — мрачно проворчал темноволосый парень в форме Игнеса.

Через портал он с нами не проходил, а значит попал в академию не из нашей империи.

— Нас просто закинули по аудиториям, даже не объяснив, кто на что способен, — поддержала его «булочка».

Её я, кстати, запомнила как Ириду Весеннюю с Сильваны.

— Но магия в нас есть, — твёрдо возразила я, — и она имеет свойство вырываться при самозащите. Администрация не допустит массовых беспорядков с неконтролируемыми выплесками. Они обязательно вмешаются.

В столовой воцарилась задумчивая тишина. Все размышляли над моими словами.

Все, кроме Анфисы. Она, томно порхая ресницами, смотрела в сторону и, кажется, ни одного моего слова не слышала. Я проследила её взгляд и напряглась.

В дверях, непринуждённо прислонившись к косяку, стоял Сагдиан. Демон наблюдал за нами с не предвещавшей ничего хорошего кривой ухмылкой.

Сагдиан рассмеялся, покачал головой и ушёл, но зато за столом внезапно появилась степнянка. Откуда она пришла? Когда? Одному Единому ведомо.

— Мне, конечно, проще одной, но могу дать совет, — сказала Манира, откинувшись на спинку стула и лениво растягивая слова, — не ночуйте в общежитии. Соберитесь большой компанией где-нибудь на поляне в парке, поставьте большой шатёр и назначьте дежурства. В идее Клементины есть здравый смысл. Бойню никто не допустит, а старшекурсники не ждут от глупых новобранцев такого единства, и им придётся придумывать новый план.

— А где же нам взять шатёр? — нервно почесав затылок, спросил парень, имени которого я не запомнила.

— Построить. В город никто выходить не запрещал, уверена, что всё нужное можно купить на рынке, — карие глаза Маниры блеснули хитрыми искорками.

Степнянка пожала плечами, как будто мы все только и делали раньше, что строили шатры. Однако её предложение дало толчок к началу бурных обсуждений, и к концу обеда у нас созрел вполне рабочий план действий.

Манира и с ней трое ребят пойдут на рынок за материалами. Другой отряд — осматривать территорию и выбирать место для ночёвки. А остальные, в их числе и я — доносить информацию до тех, кого в столовой не было. Хорошо бы собрать на поляне всех, чтобы никто не оказался под ударом.

К сожалению, вместе со мной делать обход общежития Ноктуры отправилась Анфиса. А это грозило провалом миссии: ляпнет что-то — и всё испортит. Поэтому я нашла предлог избавиться от сводной сестры. Тем более энтузиазмом она и без меня не горела, бурчала что-то невнятное себе под нос.

— Фиса, знаешь что я думаю? Хорошо бы нам разобраться в ценности имперских драгоценностей, — протянула я на подходе к общежитию.

— Нам? Мне-то это зачем? — скривив нос, фыркнула она. — У меня только то, что на мне, и я не собираюсь расставаться со своими сокровищами.

У меня не оставалось выхода, кроме как пожертвовать брошкой, поэтому я, глубоко вздохнув и решительно подавив жадность, ответила:

— Ну, во-первых, даже если ты не собираешься продавать свои серьги, кольца и кулон, то знать, какова их ценность, было бы не лишним. Вдруг ты на себе дешёвку носишь и позоришься? А во-вторых, я бы подарила тебе ту бабочку, которую ты хотела. Я же понимаю, что у тебя почти ничего с собой нет.

— Что-то ты темнишь, сестричка! — подозрительно сверкнув глазами, воскликнула Анфиса.

Было бы наивно надеяться, что она не заподозрит подвоха. Из-за того, что сводная сестра почти постоянно преследовала какие-то свои корыстные цели, она и от других ждала того же. Хотя тут она попала в точку.

— Ничего я не темню. Ты просто внимательно слушала на экскурсии по академии и наверняка запомнила, где находится библиотека, поэтому я тебя и прошу туда сходить и поискать какой-нибудь каталог ценностей. А я пока по комнатам первокурсников пройду. Не хотела время терять. Вдруг получится ещё в город выйти. Я бы купила что-то из одежды по местной моде.

Столько завлекательных слов типа «одежда», «мода» и «каталог» не смогли оставить Анфису равнодушной. Её щёки порозовели от возбуждения.

— Всё сделаю, если отдашь ещё кулон к брошке, и я пойду в город с тобой, — шагнув ко мне ближе, сказала она.

— Договорились, — скрепя сердце согласилась я и в тот же миг имела счастье наблюдать, как сверкают пятки сводной сестры, устремившейся в сторону центрального здания академии.

Сама же я сверилась со списком комнат студентов, которых не было на собрании — мы его быстренько накидали в столовой, — и толкнула дверь общежития.

Мне нужно было постучаться всего лишь в шесть комнат, и вначале всё шло отлично. Я довольно быстро переговорила с парнями и девушками из четырёх комнат и подумала, что всё пройдёт гладко, что уже через несколько минут я смогу пойти к себе и разобрать наконец вещи. Но нет. Едва я занесла руку, чтобы постучать в пятую комнату, на меня напали сзади.

Чужой магический фон поднял тонкие волоски на теле, когда мне на голову накинули какой-то мешок или шарф и затянули в портал! Я почувствовала, как сдавливает и крутит внутренности от пространственного перемещения. Горло сжалось, словно в тисках, а в ушах зазвенело. Но переход был коротким.

Уже через несколько мгновений меня кинули на что-то пружинистое… Кровать?!

Я жутко испугалась! Сердце колотилось так, будто рвалось наружу. Закричала и принялась стаскивать с головы тряпку, на всякий случай брыкаясь, как норовистая лошадь, била ногами по воздуху вслепую.

Однако никого задеть не довелось. Вокруг вообще стояла тишина. Только моё прерывистое дыхание нарушало гнетущее безмолвие. А когда я вновь получила возможность видеть, то поняла, что в квадратной комнате без окон я одна.

Серые каменные стены смыкались вокруг, как коробка. Единственный источник света — тускло горящая лампа под потолком. А пол исчерчен глубокими бороздами, будто здесь уже кого-то держали в заточении, и он пытался выбраться.

Глава 11

Киран

В глубокой задумчивости я барабанил пальцами по столу — ритмичный стук по полированной поверхности нарушал тишину архива — и пытался натянуть прочитанное про истинные пары на нас с Неженкой. Пока выходило плохо.

Во-первых, истинные пары — явление характерное для оборотней и демонов. Но даже у них встречается крайне редко. Это считается даром богов и приносит избранным большое количество бонусов. Например, такие пары чувствуют друг друга на расстоянии и могут общаться ментально. Так же они могут делиться друг с другом магией и жизненной силой. Но обмен легко проходит в нужную сторону по первому требованию. То есть полного и безвозвратного смешения сил, как у нас с Неженкой и в случае боевой двойки, не происходит.

Однако истинная пара не может точно сказать, что они истинные, до первой совместной ночи. Только после неё включаются все плюшки. То есть по некоторым параметрам мы больше боевая двойка, однако опять не по всем. Боевые двойки (а всего их в истории было четыре штуки) всегда складывались между мужчинами, один из которых обязательно принадлежал к расе оборотней или демонов. Но мы-то с Клементиной разнополые, и оба люди...

Ну и не утратил лично я ничего из того, что и без её силы мог делать. Только новые возможности получил.

Поднялся. Хотел подойти к архивариусу, чтобы изменить запрос и поискать от противного — например, почему двое людей не могут быть истинной парой и боевой двойкой, — как вдруг сердце будто кольнуло острой иглой, и в глазах потемнело от нахлынувшей тревоги. Непроизвольно потёр грудь. Меня страшно потянуло вернуться в академию и убедиться, что Неженка в порядке.

Плюнул на информацию и быстро двинулся на выход, оставив все книги лежать на столе.

Аргус, как гостеприимный хозяин, поджидал меня у дверей — видимо, ему сообщили, что я ухожу.

— Всё нашёл?

— К сожалению, не совсем. Но если позволишь, я бы ещё в вашей библиотеке поработал в другой день. Просто сегодня пора вернуться к обязанностям.

— Да, конечно, приходи. Ну и если ты скажешь, что именно ищешь, я могу глянуть в библиотеке нашей академии. Она больше, и там есть всё.

Но я пока не был готов озвучивать вслух свою проблему. Однако в библиотеку академии драконов попасть очень хотел.

— А ты можешь провести туда меня? — спросил у друга.

Аргус расплылся в хитрой улыбке. Глаза сузились, как у хищника перед прыжком.

— Это непросто, но я проведу, если выиграешь у меня заезд на жёлтой трассе, — бросил он мне вызов.

Я тоже усмехнулся, вспомнив, как последний раз оставил его глотать пыль.

— Годится. Но не сегодня. Я сообщу тебе дату, когда смогу.

На этом мы ударили по рукам, я запрыгнул в быстроезд и рванул к академии. И чем ближе подъезжал, тем сильнее нарастала тревога. Пальцы сжимали руль так, что костяшки побелели.

Припарковался у крыльца своего дома и, даже не заходя, отправился в общежитие Ноктуры. Ноги несли сами, будто кто-то тянул меня за невидимую нить. Шагнул на аллею и сразу увидел бегущую ко мне Люмиэль — эльфийка с Блендера училась на четвёртом курсе и уже год как выполняла у меня работу секретаря. А сейчас они с Мрыгой (третьекурсником с Блендера, который у меня отвечает за хозяйство вместе с поварихой) занимались навязанными мне новичками. А значит предчувствие не обмануло — что-то стряслось.

— Нежинская, одна из первокурсниц, пропала! Там сестра её истерит, и все новички, даже с других факультетов. Они утверждают, что её похитили демоны, потому что Сагдиан подслушал их план и решил устранить её как зачинщицу! — выпалила моя помощница, остановившись напротив.

— Это правда? — спросил мрачно.

Голос прозвучал глуше, чем хотелось.

— Ну, след портала точно есть. Но Сагдиан говорит, что не воровал Нежинскую. — Люмиэль беспомощно развела руками. — Он клянётся своим хвостом.

— Ладно, сейчас разберёмся, — сквозь стиснутые зубы процедил я. — Иди на ужин.

Мне нужно было остаться одному, чтобы определить местоположение Клементины. Вечерний воздух был прохладен, но внутри всё горело огнём.

Нет ничего проще, чем найти частичку своей магической энергии. Закрыв глаза, я сосредоточился и мгновенно почувствовал тонкую нить, исходящую от моего резерва. Теперь оставалось просто понять, куда меня тянет. Почувствовал даже больше — Неженка злилась, магия в ней бурлила, но в целом девушка была в порядке. Не ранена и не напугана. Это немного ослабило напряжение, и я открыл глаза.

Но главное — я понял, что её заперли в одной из камер академического карцера. Холодные каменные стены, запах сырости — картинка сама возникла перед глазами. Просто пойти и вытащить её оттуда — не вариант. Сразу же вызовет подозрение. А вот найти того, кто это сделал, и заставить его освободить девчонку — я могу.

Решительно двинулся в общежитие. Прямиком на пятый этаж. В комнату Сагдиана.

Глава 12

Я встала и медленно обошла комнату, скользя пальцами по холодным стенам, пытаясь успокоиться и привести в порядок мысли. Итак. Меня похитили. Кто? Вариантов много: это могли быть фениксы или те старшекурсники, которые думают, что я опасная убийца. А может, это ревнивая демоница или её братец Сагдиан. Хотя нет, почему-то на него я думала меньше всего — не вязался такой поступок с этим демоном. Впрочем, по большому счету совсем не важно, кто меня запер в этой коробке и зачем. Важно — как долго меня собираются тут держать и стоит ли мне попытаться выбраться самостоятельно.

Я села на пружинистую кровать, застеленную тонким матрасом, от которого веяло затхлостью. Киран сказал, что у меня, как и у него, большой резерв и возможности почти такие же, как у него. Загвоздка в том, что я не имею понятия, на что способна. К огромному сожалению, свою магию я не изучала и не осваивала. Почему на Фере к данным нам свыше способностям такое наплевательское отношение?! Для чего всем с детства навязывают мысль, что маги — это либо Вечные стражи, лишенные личной жизни, либо отдельная каста людей, призванная круглосуточно служить империи, не жалея себя — то есть тоже не лучшая доля для аристократов? Наверняка в этом имелся какой-то пока непонятный мне смысл, но даже если я его найду, это выбраться мне не поможет.

Так что я отбросила лишние мысли и сосредоточилась на моментах, когда моя магия просыпалась, и попыталась вспомнить все сказки, все книги, все разговоры, в которых хоть как-то мелькали маги.

Я встала и заходила кругами по комнате, отстукивая каблуками дробный ритм — на ходу думалось лучше.

В итоге в голове сложилась единственная картинка: моя магия просыпалась, когда я чего-то очень сильно хотела, а во всех историях про магов — и приключенческих, и любовных — они много времени уделяли медитации! То есть сидели в расслабленной позе и созерцали свой внутренний мир. Я решила попробовать это совместить и уселась прямо на каменный пол, приняв позу как на иллюстрациях — скрестив ноги и положив руки на колени.

Внутри себя я так сразу рассмотреть ничего не смогла, поэтому сосредоточилась на повторении желаний, стараясь разогнать стремление к ним на максимум. «Хочу увидеть свою магию в действии и оказаться в безопасном месте. Хочу быть сильной и неуязвимой. Хочу не бояться ничего и никого», — повторяла я про себя, желая этого всей душой и сжимая кулаки от усердия.

Не знаю, сколько прошло времени, но вдруг мои внутренности сжались так, будто их разрывает. Миг! Всё прошло, но внезапно в лицо ударил ветер.

Я распахнула глаза и поняла, что сижу на вершине скалы на шершавом камне, а внизу передо мной Тераформа. Отчетливо видны дома и высокое здание академии, двигающиеся по дорогам металлические жуки. Я могла пересчитать фигурки людей, хоть они и были размерами с муравьишек! Такое впечатление, что мое зрение улучшилось во сто крат. Я вскочила на ноги и тут же поняла, что я… что я вообще не человек!

Я увидела мощные когтистые лапы, покрытые блестящими сине-зелеными пластинами, и в ужасе заорала! Но вместо «А-а-а-а-а!» из меня вырвался тоненький рык и струйка синего огня.

Это уже полный перебор!

Я завалилась набок и лишилась чувств.

Очнулась от того, что замерзла. Ледяной ветер пробирал до костей, а каменная поверхность скалы леденила босые ноги. И лучше бы я оставалась чешуйчатой тушкой, потому что теперь я была собой, но абсолютно голой! Кожа покрылась мурашками не только от холода, но и от ужаса.

Великие и могучие боги всех миров, что происходит-то?!

Я, конечно, могла предположить, что каким-то невероятным образом превратилась в дракона. Нет, не в дракона — в недодракона, потому что габариты у меня были далеки от размеров ящеров. В памяти всплыло ощущение больших для человека и маленьких для дракона чешуйчатых лап, но сейчас передо мной снова были обычные дрожащие от холода конечности.

В общем, я превратилась в нечто и телепортировалась на эту скалу. Но это не укладывалось в голове. Я сжала ее руками, словно пытаясь вдавить в себя хоть каплю понимания.

Как все это возможно, если я — человек? А если это какая-то серая магическая способность — копировать чужой облик, — то как я смогла открыть портал?!

Мысли метались, цепляясь за обрывки знаний. Порталы — это то, что могут создавать только драконы. В памяти всплыли уроки истории: драконы смогли объединить наши миры благодаря этой своей способности. И именно они построили стационарные межмировые порталы.

У меня не было ни единого разумного объяснения произошедшему со мной, а главное — я понятия не имела, что теперь делать. Я огляделась: вокруг лишь скалы, жалкие кустики и бескрайнее небо. Как отсюда выбираться?!