Нейросимбиоз. Том 2. Погоня

Глава 1

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, город Чад, 27 января 2012.

— Цель поездки? — вопрос прозвучал на английском. Смуглый мужчина в форме пограничника изучал мои документы. Звание было мне незнакомо: две золотые шестиугольные звезды на белом погоне. Помню только знаки различия РФ и здешней Японии. Черная легкая форма и берет такого же цвета. И как ему нежарко в таком на улице? На рукаве расположилась эмблема со щитом и пограничным столбом. Символично. Я же расслабленно стоял у кабинки пограничного контроля порта города Чад.

— Отдых, — улыбнулся я в ответ.

Он на мгновение оторвался от паспорта и посмотрел на меня. Видимо, оценил реакцию. Си же понятливо помалкивала. Не время для болтовни.

Таможенник положил паспорт и взял мою лицензию на оружие.

— Оружие с собой? — спросил он.

— Да, пистолет, — я кивнул. — Показать?

— Положите в выдвижной ящик. — сухо приказал мужчина в ответ. Я послушно отстегнул кобуру от портупеи и положил в выдвижной ящик. Такие я много раз видел в банках и похожих заведениях. Теперь вот и пограничный контроль отметился подобным.

Раздался звук задвигаемого ящик. Мгновение — и таможенник начал сверять серийный номер оружия с данными на своем мониторе. Интересно, патроны проверять будет?

— Это все патроны? — задал он следующий вопрос, не отрываясь от монитора.

— Да, только те, что в магазине, — подтвердил я. Волнения, как ни странно, не было.

Мужчина вытащил обойму, проверил ствол на наличие патрона и быстрыми отточенными движениями выщелкнул все боеприпасы, после чего начал пробивать серийные номера каждого. К счастью, делал он это быстро, а патронов у меня немного. И как меня выпустили со Свободных Земель без проверки оружия? Возможно, у них проще в этом плане.

— Все в порядке, — таможенник кивнул, после чего так же быстро вернул патроны в магазин, а его в свою очередь в пистолет.

Вновь прогремел выдвижной ящик. Мне вернули документы и оружие. Кобура заняла свое привычное место на портупее. Документы я положил в карман.

— Спасибо, хорошего дня! — я улыбнулся и повернулся к выходу.

— Удачного отдыха, — кивнули мне в ответ. Над дверью выхода загорелась зеленая кнопка.

Выйдя из помещения, я на мгновение замер, привыкая к изменениям.

Город Чад не выглядел чем-то кардинально отличающимся от ранее виденных мною городов на африканском континенте. Все же климат влияет на облик города сильнее, чем те люди что его населяют.

Изучать мне его не хотелось. Поэтому, как только мы сошли с парома, я заозирался по сторонам в поисках такси.

Все-таки я чудом оторвался от погони. Но надолго ли? Вопрос скорее риторический. В воздухе стоял запах тины. Оно и не удивительно — теплица тут та еще. А что творится в воде… Самого озера отсюда видно не было. Его закрывало здание порта, из которого мы только что вышли через автоматические раздвижные двери. Подумав, я надел очки. Не хочу щуриться до рези в глазах. Глаза тут же расслабились, защищенные черной стеклянной ширмой с УФ фильтром.

— Си, думаю, что ты будешь не против, если мы Чад посмотрим в следующий раз, — мысленно обратился я к своей виртуальной спутнице.

— С учетом того фейерверка, который нам устроили в Приске, я думаю, что лучше побыстрее покинуть этот город, — Си хихикнула. — Спецэффекты — это красиво, но своя шкура дороже.

— Своя? — я не мог не отметить оговорку ИИ. — Шкура-то как раз моя.

— Ой, что ты придираешься! — проекция гневно топнула ногой и скрестила руки. — Твоя, моя… Не это важно. Кстати, ты не это ищешь? — девушка указала рукой в сторону. Я послушно посмотрел туда же.

К счастью, люди здесь не дураки и вскоре глазам моим предстало то, что я искал — стоянка с таксистами. Она расположилась метрах в десяти от входа.

— Именно это я и ищу, — мысленно ответил ей. Главное при этом рефлекторно не кивнуть. После чего направил свои стопы в сторону такси. В этом городе они тоже желтого цвета. Несколько бронзовых от загара таксистов стояли вместе и о чем-то трепались. Табачный дым дополнял эту картину. Я чуть поморщился. Никогда не понимал фишку курения.

— Добрый день! Сколько стоит до аэропорта? — спросил я на английском у мужчин. Про японский пока можно забыть.

— девяносто европ, — первым отреагировал мужчина лет сорока с черной густой бородой. И как ему с ней нежарко при такой-то погоде. Дороговато…

— Ого! — озвучил я свои мысли вслух. — Дороговато. Давайте за шестьдесят.

— Восемьдесят пять, — мужчина сделал новую затяжку. Его глаза за темными очками наверняка оценивали мою реакцию. Бронзовое от загара лицо практически ничего не выражало. Остальные же не вмешивались и просто молча курили.

— Моя финальная цена семьдесят, — спокойно ответил я. Хоть и не люблю торговаться, но в мире без интернета и приложений такси по-другому никак. Такие мелочи и заставляют меня скучать по родному миру.

— Семьдесят пять, — таксист не сдавался.

— Что ж, тогда хорошего вам дня! — улыбнувшись, я развернулся и начал уходить.

— Думаешь сдастся? — полюбопытствовала Си, которая все это время наблюдала за моими попытками прокачать навык торга.

— А хрен его знает, — я постарался внутренним голосом передать пофигистичную интонацию. — Может в нем взыграет синдром упущенной выгоды.

— Стойте! — в спину прилетел окрик. — Давайте за семьдесят.

— О чем я и говорил, — моя улыбка была красноречивее слов. После чего вновь повернулся к водителю такси. Тот уже докурил и спешно тушил бычок носком туфель об асфальт.

— Хорошо, — кивнул я ему. — Ведите.

Моим транспортным средством на ближайшее время стал седан неизвестной мне марки. На логотипе гордо красовался имперский орел. Могу предположить, что у машины немецкие корни.

Я залез на заднее сиденье. Обычно там комфортнее и таксисты меньше достают своей болтовней. А то заведут шарманку из разряда «на самом деле у меня бизнес, а таксую я так, для души».

Салон был кожаным, бежевого цвета. Хоть и более маркий, но, очевидно почему был выбран именно он. — все же жаркий африканский климат и тут диктует свои правила. После душного и влажного уличного воздуха климат-контроль в автомобиле воспринимается как дар богов. Дышать сразу стало легче. Кстати, запаха сигаретного дыма не было. Видимо, водитель за этим следит и курит только на улице. Тонировка защищала нас от яркого солнца так что очки пока-что не нужны.

Таксист сел за руль и пристегнулся. Я повторил это действие.

— Ого, — удивилась Си — Ты всегда пристегиваешься?

— Ну да, — подтвердил я — А что ты так удивилась?

— Ну, из того, что я знаю — людям это не особо свойственно, — пояснила проекция.

— А ты видела краш-тесты с манекеном внутри автомобиля на скорости шестьдесят километров в час? — поинтересовался я у виртуальной девушки.

— Угу, — кивнула та. — Красивое зрелище.

— Красиво если ты в этом не участвуешь, — усмехнулся я. — Поэтому лучше я потрачу мгновение и защелкну ремень. Вне зависимости от того, где я сижу — спереди или сзади.

— Разумно, — согласилась ИИ.

В этот момент машина плавно тронулась с места, оставляя озеро и порт позади.

— Как думаешь, скоро наши «друзья» будут тут? — поинтересовался я у своей виртуальной спутницы.

— Все зависит от того, какой путь они выберут. — та задумалась и прислонила палец правой руки к щеке. — К счастью, они на чужой территории.

— А значит, они ограничены в средствах и возможностях, — развил я мысль.

— Экзакли, — проекция кивнула. Её жирный русский акцент на мгновение выбил меня из мысли.

— Скажи еще что-нибудь на английском, — попросил я ее.

—London is the capital… — начала ИИ без акцента.

— Достаточно. — я на мгновение прикрыл глаза рукой. — Тебя и этим обучали…

— Ну конечно… — хихикнула Си. — Интернет большой.

— Ему видней, — пошутил я и покачал головой. — Ну ребята дают… Если знал бы, то натянул за такие датасеты.

— Так же как смугляночку Таллулу? — ехидно поинтересовалась моя личная хохмящая шиза.

— Ой, да ну тебя! — забывшись, я отмахнулся рукой.

— Что-то не так? — поинтересовался водитель.

— А? — на мгновение я подвис.

— Ты рукой взмахнул, — подсказала мне ИИ и заржала. — Ну все, сейчас тебе устроят экспресс до дома для сумасшедших.

— Вы рукой взмахнули так, будто что-то хотите. — Пояснил таксист. Если верить прикрепленной на торпеду лицензии, то его зовут Томас Валенсе. А по виду и не скажешь, что он Томас. Я бы поставил на Эмиля или Самуэля.

— А! Не, я кисть размял, — я рассмеялся и в подтверждении слов потряс ею. — Немного затекла, пока за перила держался.

— Понял, — Кивнул Томас. — Долго ехали?

— Пару часов, — ответил ему и тут же добавил. — Ветер поднялся и паром начало качать. А к качке я не привык.

— Знакомо, — Подхватил тему смуглый таксист. — Мы с парнями тут недавно лодку порыбачить взяли. Так ветрина такой поднялся, что лодочку начало вот так качать. — словно желая наглядно показать, он покачал правой рукой, отпустив руль.

— Ого, — мое удивление было искренним. — Что-нибудь поймали в итоге?

— Да какой там! — Томас рассмеялся. — Мы покрепче держались за все, что можно пока лодка до берега плыла.

— Ох, обидно, наверное, было, — я чуть подвинулся вперед чтобы оказаться поближе к собеседнику.

— Сами дураки, — отмахнулся водитель. — Не посмотрели на штормовое предупреждение.

— И такое бывает, — услышав это, я лишь хмыкнул.

У входа в аэропорт мы оказались спустя полчаса. Обычное огромное прямоугольное здание. По сравнению с тем, что я видел у японцев в Сунаджи, местный терминал был скучным.

— Хорошего дня! — Томас взмахнул рукой в прощальном жесте и развернул машину.

— И вам! — я помахал ему вслед.

— Мог бы и больше сбросить, — Си включила режим моей личной жабы.

— Наверняка, — кивнул я. — Но имеем то, что имеем.

Начинало смеркаться, часы на электронном циферблате показывали шесть часов вечера. Я не стал надевать солнцезащитные очки. Жара отступила, но задерживаться на улице не стоит. Тепловой удар можно и при такой погоде схлопотать.

Аэропорт меня встретил привычной рамкой металлоискателя и рентген-машиной. Что ж, начинается моя не любимая часть перелета. Привычными движениями отстегнул кобуру, снял рюкзак и часы. Все это поместилось в невзрачный пластиковый лоток. С легким гудением сканер проглотил мои скромные пожитки. Сам я так же привычно прошел рамку и развел руки. Девушка в форме прохлопала меня, ища что-нибудь запрещенное. Учитывая, что я могу провозить оружие, было бы интересно посмотреть на список запрещенки. Вдруг там увижу искусственный интеллект и гречку в списке.

— Вижу у вас оружие, — вторая сотрудница аэропорта, негритянка лет сорока, сидела за монитором сканера. Она же мне и сказала про оружие. Та, что меня обыскивала молча пропустила.

— Да, разрешение у меня есть, — подтвердил я, надевая рюкзак и возвращая часы на место. — Показать?

— Будьте добры, — кивнула женщина. Ее черные как смоль жесткие волосы собранные в дреды качнулись в такт кивка. — Мы в любом случае ваше оружие помещаем в пломбируемый контейнер и отправляем в багажное отделение.

— Понял, — возражений у меня эта новость не вызвала. Я и сам не хотел бы лететь с типом с оружием в салоне. Сотрудница довольно шустро проверила мою лицензию и серийный номер на пистолете, после чего вернула документ. Я же убрал его в карман штанов. Чувствую, лицензия еще понадобится.

— У вас в рюкзаке еще шокер лежит. Его тоже сдайте, — негритянка напомнила мне о трофее. Блин, а я и забыл о нем.

— Ах, да! — Прошу прощения. — я взял с ленты свой рюкзак, извлек шокер и заряды к нему. Само оружие было пустым. Все было потрачено с бойцами Мисаки.

— Вы каким рейсом полетите? — спросила она, запечатывая мой пистолет и шокер в металлической бокс с ручкой. Коробка с иглами туда тоже влезла. И когда успела достать?

— Я еще не купил билет. Как раз собирался смотреть рейсы, — я виновато улыбнулся.

— Ничего страшного, — женщина улыбнулась в ответ , обнажив свои белоснежные зубы. — Вот вам талон что мы приняли ваше оружие, — она протянула карточку со штрихкодом. — Покажите его при оформлении багажа и кейс отправят вместе с вашим рейсом.

— Спасибо! — я искренне поблагодарил негритянку.

— Удачного полета! — прозвучало в ответ. Я же направился к кассам.

— А ремень они не заметили, — хмыкнул я. — Видимо, детекторы пока что не в состоянии подобное обнаруживать.

— Ну и радуйся этому, — хихикнула Си. — Хоть какое-то средство самообороны у тебя есть.

— И то верно, — согласился с ней. Подобные «тузы в рукаве» всегда помогают. Как минимум морально.

По дороге туда нас встретило огромное табло рейсов. До меня дошло что мы кое-что упустили.

— А куда мы летим? — поинтересовалась Си, словно прочтя мои мысли.

— Хороший вопрос. — Я почесал нос. — Очевидно, что нам нужно к границе с РНС. Отсюда ближе всего через Европу (или как она называется в этом мире?), а вот конкретное место…

— А давай через Польшу? — предложила моя виртуальная спутница. — Если я правильно помню карту, то рядом с польско-русской границей есть аэропорт.

— Хм, — я задумался. — А ведь мысль. Какой город нам нужен?

— Белосток, — ответила мне ИИ.

— Окей, — согласился с ее доводами. — Значит летим в Белосток. Как же все-таки с тобой удобно.

— Конечно! — проекция гордо подняла нос. — У тебя компьютер в башке, который дает тебе ответы на все вопросы.

— Но который не понял шутку про сорок два, — хихикнул я.

— Все ошибаются, — философски заметила Си.

— Ну-ну, — в ответ лишь хмыкнул.

Тем временем мы оказались у окошка кассы. Народу на мое удивление практически не было так что мне не пришлось ждать очереди. За стеклом меня улыбкой встретил блондин лет тридцати в белой рубашке с темно-синим галстуком. Бейджик гласил, что его зовут Джон. Но что действительно меня удивило — так это его белоснежная кожа.

— Он, наверное, вообще не выходит на улицу, — пошутила Си. — Хикки-кассир.

— А ну цыц! — остановил я ее и обратился к парню на английском. — Добрый день! Мне нужен билет до Белостока.

— Здравствуйте! Одну секунду, пожалуйста, — блондин начал вбивать данные в компьютер.

— О, британец, — хмыкнула ИИ. — Их мы еще не встречали.

— Акцент? — поинтересовался я у нее. — Не помню чтобы загружал местную карту языков.

— Не загружал, — подтвердила проекция, кивнув. — Но фонетика схожа с базой нашего мира.

— Любопытно. — Ответил я и обратил внимание на кассира он как раз закончил вводить данные.

— Извините, прямого рейса до Белостока нет. — Джон виновато улыбнулся. — Вам сперва нужно долететь до Каира. Оттуда есть прямой рейс до Белостока.

— Когда ближайший рейс до Каира? — я быстро принял решение. Парень кинул беглый взгляд на экран.

— Вам повезло. Буквально десять минут назад появился билет на рейс до Каира. Вылет через полтора часа.

— Давай посмотрим пирамиды! — загорелась ИИ. — Они же такие прикольные.

— Куличики в огромной песочнице, — пошутил я. — Давай на месте разберемся.

— Сколько стоит? — я прервал кассира. Вариант был заманчивым.

— Триста девяносто европ, — ответ меня немного удивил. Парень увидел мою реакцию и пояснил. — Это бизнес-класс.

— А. Понял. Тогда беру, — его ответ сразу все прояснил. Бизнес-класс и столь скорый вылет стали причиной такой стоимости билета. Я достал и передал парню паспорт.

— Вам оформить билет сразу до Белостока? — спросил Джон, вводя данные моего паспорта.

— Нет, не нужно, — отмахнулся я и полез в рюкзак за деньгами. За ними нужно было чуть глубже лезть, так как они лежали вместе с ноутбуком в специальном водонепроницаемом отсеке. — Уже на месте посмотрю что по рейсам.

— И удобно тебе так деньги носить? — спросила Си. — Давай купим кошелек.

— Здравая мысль, спасибо. Но давай чуть позже обсудим, — я достал перевязанную пачку банкнот и отсчитал нужную сумму.

Проекция молча кивнула, поняв неуместность мысле-речи в данный момент времени. Мгновение и купюры сменили своего владельца.

— Все верно, — улыбнулся Джон, проверив купюры, после чего вернул мне документ с вложенной белоснежной картонкой. Так я стал обладателем билета в бизнес-класс.

— Спасибо! Хорошего дня, — попрощался я с кассиром и потопал в сторону регистрации. Благо она была недалеко.

— Хорошего полета! — прозвучало мне в след.

— Не забудь показать талончик от кейса с оружием, — напомнила мне виртуальная проекция.

— Да помню-помню, — я кивнул. — Давай сперва найдем, где можно зарегистрироваться на рейс…

Глава 2

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, аэропорт города Чад, 27 января 2012.

Все же что-то есть в том, что ты покупаешь билет в бизнес-класс. На регистрации отдельное окно, специальный зал ожидания. Прошло буквально полчаса, а я уже был в комфортном кресле и пил черный кофе из картонного стаканчика. Осознание того, что еще час — и я покину этот город грело и успокаивало. Нервное напряжение потихоньку спадало.

— А что ты туда не добавил туда виски? — поинтересовалась Си.

— Если бы я был после ночного рейса и мне еще надо было работать, то, конечно, добавил бы, — я сделал глоток. — А сейчас нам предстоит поспать в самолете.

— И поэтому ты пьешь кофе, — хмыкнула ИИ.

— Ой, красавица, — я посмотрел на проекцию. — Не изображай дурочку-то. Ты наверняка видела надпись «декаф».

— Кья! Меня назвали красавицей! — девушка смутилась и прозрачной фигуркой закружилась в воздухе. Был ли румянец — увидеть я не успел.

— Кто о чем, — хмыкнул я. — А то, что тебя тут же дурочкой назвали тебя не смущает?

— Отстань, — отмахнулась фигурка. — Папочка назвал меня красавицей.

Я прикрыл лицо ладонью в кэповском жесте.

— Пошли купим кошелек, а то доставать «котлету» каждый раз действительно неудобно.

— О! — Си оживилась, — Покупки-покупочки.

Я встал, допил остатки черного напитка. Урна была в паре шагов, так что метким броском закинул стаканчик в черный зев мусорки.

— Страйк! — перед лицом высветилась большая надпись.

— Не хулигань, — цыкнул я на проекцию. — Ты же знаешь, что я не люблю когда ты что-то добавляешь от себя.

— Прости, — та лишь хихикнула. — Не удержалась.

Я молча кивнул, закрывая тему.

Мое сиденье было близко к выходу, так что вскоре мы покинули бизнес-зал.

Зал находился на втором ярусе комплекса. Все свободное пространство было утыкано магазинчиками. Между ними были зоны посадки на рейс. Посадка производилась на обоих этажах.

— Вон вроде бы магазинчик какой-то, — Си указала на вывеску в метрах десяти от нас.

— Пошли туда, — я согласился с ней. — И как я раньше не додумался до кошелька.

— Не до того было, — моя собеседница лишь пожала плечами. — Сперва спасение мира… Ой, то есть задницы.

— Выбираемся из задницы, спасая задницу, — хмыкнул я.

— Глубоко, — оценила ИИ.

— Если ты про ту передрягу, в которой мы были, то да, глубоко, — согласился с ней.

Магазинчик оказался небольшим павильоном. Полки были устланы часами, портсигарами, фляжками, стопками. Все это пафосно сверкало под лучами искусственного освещения. Среди всего этого стоял парнишка араб.

— Добрый день! Что желаете? — он улыбнулся и поприветствовал меня, когда я вошел в дверь магазина.

— Добрый, — я кивнул в ответ. — У вас есть кошельки?

Улыбка тут же чуть-чуть поутихла.

— К сожалению у меня их нет. Магазин кожаных изделий этажом ниже. Может что хотите еще?

— Что ж, — я оглядел помещение. Настроение продавца было понятно, — Больше мне ничего не нужно. Спасибо.

— Приходите еще, — он вновь улыбнулся.

— Промахнулись, — констатировала очевидное Си. — Идем вниз?

— Ага, — ответил я мысле-речью. — Заодно посмотрим что-нибудь перекусить.

Мой организм сбросил адреналиновое опьянение и требовал еды. По факту у меня с утра и маковой росинки не было.

Магазин кожаных изделий действительно оказался этажом ниже. Небольшой павильон встретил меня крепким запахом кожи.

— Вот это запах! — удивилась Си. — Мне нравится.

— Читал статью что девушки любят запах кожи, дерева на мужчинах. И, как следствие, вся мужская парфюмерия так или иначе перекликаются с этими ароматами, — в голове всплыл этот факт, и я решил поделиться им с ИИ.

— Вполне вероятно, — кивнула проекция. — Мне же в принципе нравятся запахи, ведь раньше у меня не было возможности их оценить.

— Понимаю, — мысленно кивнув, я огляделся.

Магазин был визуально поделен на две части. С правой стороны расположись мужские аксессуары, с левой же — все для прекрасной части человечества. За кассой сидела испанка, если верить чертам лица. Лет тридцать пяти, плюс-минус пара лет. Ее руки украшены татуировками. Плотность рисунков была столь высокой, что я не мог выделить что-то отдельно. Будто единая картина. Боюсь представить сколько времени и усилий было потрачено на данную работу. На бандита она была непохожа, так что, похоже, здесь отношение к тату все же иное. Японцы не носят татуировки, считая их отличительным знаком якудза. Что в моем мире, что в этом.

Женщина читала книгу, но увидев, что я прошёл через дверной проем, отложила ее в сторону.

— Hola! — поприветствовал я ее. Губы автоматически сложились в улыбку.

— Hola! — она заулыбалась. — Tu hablas espanol?

— Она спрашивает говоришь ли ты по-испански? — подсказала мне ИИ.

— Нет, — я покачал головой и ответил на английском. — К сожалению, не говорю. Знаю только пару слов.

— Это не страшно, — продавщица тоже перешла на английский. — Вы просто не похожи на испаноговорящего, поэтому я удивилась.

Ну да, блондин с ярко-синими глазами. Я усмехнулся про себя. Не человек, а мечта агитационного плаката. Женщине же я просто кивнул.

— Что-то конкретное хотите? Или просто смотрите? — испанка включила режим консультанта.

— Мне нужен кошелек, — озвучил ей свое желание. Посмотрим, что она сможет предложить.

— Так, давайте смотреть, — она повернулась направо в сторону мужских полок. — Вам для путешествий, чтобы и документы положить? Или же чисто под купюры?

— Хмм, — я задумался. О варианте с документами ранее не задумывался.

— Бери чисто для денег, — Си решила не стоять в стороне. — Для путешествий слишком большой и будет неудобно брать на прогулки по городу.

— Разумно, — согласился с ее доводами и озвучил решение продавщице.

— Поняла, — та кивнула. — Какой цвет предпочитаете? Может, в цвет портупеи?

— Ого! — я не смог сдержать свое удивление. — Но как?

— Хоть вы и не сняли ветровку, но узнаваемые линии под курткой можно распознать, — пояснила мне испанка. — Внимательный взгляд и никакого мошенничества.

Куртку я действительно не стал снимать — тут все охлаждалось системой центрального кондиционирования, а на контрасте с погодой за окном заболеть не хотелось.

— Тогда давайте коричневого цвета, — согласился я с доводом.

— Покажете цвет портупеи? — попросила женщина.

— Да, конечно, — я выполнил просьбу, приоткрыв полу куртки.

Продавщица кивнула и подошла к полке, на которой лежали кошельки разнообразных цветов и размеров. Она взяла небольшой бифолд точно такого же светло-коричневого цвета, как и моя портупея.

— Что скажете? — она протянула мне кожаное изделие для купюр.

Я взял его и принялся осматривать. Сложенный пополам он казался невместительным, но это впечатление было обманчиво. Помимо отделения для купюр, внутри были отсеки для мелочи и карточек. В глаза сразу бросился оттиск головы быка в профиль. Видимо, логотип производителя.

— Строчка хорошая, — отметила ИИ. — Кожа без изъянов. Мне нравится.

— Сколько стоит? — поинтересовался у женщины. Мне кошелек тоже понравился.

— Сто двадцать пять, — продавщица улыбнулась. — Это хорошая цена для кошелька подобного типа.

— Беру, — решил я и полез в рюкзак за деньгами.

— Торговаться не будешь? — поинтересовалась Си. — Ты вроде экономить хотел.

— Цена меня устраивает, а потому какой в этом смысл? — удивился я.

— А, — виртуальная проекция понятливо кивнула. — Тогда вопрос снимается.

Тем временем деньги были извлечены из рюкзака на свет и пересчитаны.

— Вот, прошу, — протянул я женщине купюры. — Проверьте пожалуйста.

— Все верно, — та на мгновение отвлеклась на проверку, и затем отдала кошелек.

— Благодарю, — часть денежной котлеты я тут же поместил в покупку.

— Покупку сделали, а теперь идем кушать! — моя виртуальная шиза вытянула руку на манер статуи Ленина. — На шашлычок, товарищи!

Я с трудом сдержался чтобы не заржать в голос. Продавщица меня бы не поняла.

— До свидания! — я попрощался с испанкой.

— Удачного полета! — та улыбнулась в ответ.

Ритуалы соблюдены, а теперь нужно поесть, а то перед глазами уже начинал сгущаться туман. Чувствую, еще немного и начну драться на улице с голубями за упавшую шаурму. Голуби, кстати, и тут есть, чему я был очень удивлен. Воистину, летающие крысы.

Дальнейшее было как в тумане. Очухался только когда, проглотил половину порции паэльи.

— Ну и накрыло тебя от голода, — Си заметила, что мой взгляд принял осознанное выражение. — Что ж ты молчал, что так голоден?

— Да я и не чувствовал это, — неосознанно начал оправдываться. — Вроде бы все нормально — и тут бац. Вроде бы делаю осознанные вещи, но в памяти вообще не откладывается.

— Это, скорее всего, от адреналина, — сделала вывод ИИ. — А сейчас начало отпускать и организм резко осознал, что ты давно не ел.

— Скорее всего, — ее доводы были вполне логичными, так что я согласился, после чего огляделся.

Я сидел за небольшим круглым столиком белого цвета в зоне фудкорта. Часть пространства было отведено под различные забегаловки. Запахи смешались в трудноразличимый микс, в котором порой угадывался аромат одного из блюд. Как понимаю, мы находились в углу терминала.

Людей было много. Жизнь кипела. Передо мной расположилась белая керамическая плоская тарелка с паэльей и стеклянный прозрачный стакан с лимонадом. Паэлья, по классике, с нечищеными морепродуктами. Значит, придется есть руками. К счастью, на столе лежали две упаковки спиртовых салфеток. Забавно, что даже в таком состоянии я и это предусмотрел.

— Ты ешь-ешь, — подстегнула меня Си. — А то вновь свалишься.

— Угу, — я взял вилкой новую порцию и отправил в рот.

Паэлья оказалась так себе. Рис переварен и слипся в клейстер. Ел я аккуратно, чтобы не проглотить кусочек «мидийной» раковины. Специй бахнули — мое почтение. Попробовав кольцо кальмара, обнаружил что оно резиновое.

— И это стоило двадцать европ? — удивилась Си. — Мы с тобой ели вкусные блюда и за меньшую стоимость.

— Аэропорт, — философски ответил возмущенной спутнице. — И так схавают. Поток большой и можно ставить высокие цены.

После чего наколол металлической вилкой одну из мидий. Они оказались приемлемыми. Пора отвыкать от палочек.

— Мда уж. Я порой поражаюсь людям, — Си грустно покачала головой. — Просто делай нормально и у тебя всегда будут заказчики. Неужели самому не будет противно, когда попадешься на такого же исполнителя?

— Конечно, будет противно, — кивнул я и взял еще мидию. — А еще он пойдет ругаться с себе подобным, мол, какого хрена.

— О дивный новый мир, — проекция на мгновение закрыла лицо руками, громко выдохнув, после чего посмотрела на меня. — Я уже говорила, что вы, люди, странные?

— Ага, — я вытер салфеткой рот. На тарелке осталась половина. — Все, больше не могу это есть.

— Лимонадом запей, — ИИ взглядом указала на стакан. — Повысишь уровень сахара в крови. Поможет дожить до обеда в самолете.

— Точнее, это уже будет ночной дожор, — хихикнул я и послушно взял лимонад. Обычное безалкогольный мохито.

— А ты чего браслет со стимуляторами не использовал? — вдруг спросила Си. — Ты же специально обновил ампулы.

— Не та ситуация, — я посмотрел на левую руку, потягивая холодный напиток через трубочку. — От голода он не спасает. А адреналина в крови и так хватало.

— Значит, нам нужен перекус в рюкзак, — решила проекция девушки и заозиралась по сторонам. Видимо, в поисках кандидата в сухпаек.

— Давай уже в Каире купим, — предложил я и за один присест допил мохито. Раздался резкий звук, который возникает, когда напиток в стакане заканчивается, а ты пьешь через трубочку.

— Хорошо, — согласилась Си. — Нам все равно пора идти в сторону посадки. Номер гейта помнишь?

— Шестьдесят девять, — чтобы ответить на этот вопрос даже не пришлось лезть за билетом. Такую цифру легко запомнить.

— Забавное число, — ИИ хихикнула. — Ты закончил?

Проекция оглядела стол передо мной. Я посмотрел на нетронутые упаковки спиртовых салфеток. До креветок в паэлье я не дошел, а потому руки марать не пришлось. Мгновение — и салфетки исчезли в моем кармане. Кто знает когда пригодится. Си никак не прокомментировала мое действие. Видимо, посчитала это логичным.

— Да, я все, — встав из-за стола, накинул рюкзак на плечи.

— Тогда идем, — ИИ указала своей виртуальной рукой. — Нам туда.

Мы довольно быстро оказались на борту самолета. Вот оно, еще одно преимущество бизнес-класса: не нужно стоять в общей очереди, для вас отдельный вход. Девушка, что проверяла документы отсканировала мой билет и оружейный талон. И все, я на борту. В моем ряду никого не было. Что ж, оно и понятно — за такие-то деньги. Когда я садился в кресло то увидел, что экономкласс набит битком. Сейчас пространства разделили тканевой шторкой.

Черное кожаное кресло приятно обволокло мое тело. Не удивлюсь если тут есть функция массажа.

— Вот кнопка, — проекция указала на пульт, что встроен в правый подлокотник. — Хочу массаж! — заканючила ИИ.

Я послушно нажал на кнопку. Кресло тихо загудело. По спине начали гулять массажные валики. Ноги зафиксировались, и я почувствовал, как икры ног словно взорвались. Вот это они забиты. Ох, чувствую сейчас я пожалею, что согласился на эту процедуру.

— Потерпи, — посочувствовала мне Си. — Потом легче же будет.

Наверняка отключилась от ощущений. Или нет? Кто ее знает. Она же охочая до новых впечатлений.

— Понимаю, — процедил вслух. Новая порция боли заставила меня стиснуть зубы.

— У вас все в порядке? — ко мне тут же подошла стюардесса. Миловидная латинос лет двадцати. Темные длинные волосы убраны в пучок. Лаура — гласил бейдж на плотно прилегающей униформе.

— Да, все хорошо, Лаура, — я вымученно улыбнулся. — Мышцы подзабиты. Поэтому немного страдаю.

— Поняла, — девушка кивнула. — Может что-то хотите? Вино? Пиво? Виски?

— Можно, пожалуйста, красное полусухое или сухое? — попросил я.

— Ты хочешь вино? — удивилась Си. — Уверен, что это хорошая идея?

— Читал что это полезно для крови, — мысле-речь в такие моменты незаменима.

— Хорошо, я тогда вам принесу минут через пять. Как раз посадка закончится и ваш массаж тоже, — Лаура приняла мой заказ.

— Спасибо, — поблагодарил ее и стюардесса удалилась.

— Не уверена, что действительно полезно, — проекция блондинки покачала головой. — Но если хочешь, то почему нет. Главное помни, что мы еще не в безопасности.

— Это да, — согласился я. — Но будем надеяться, что это все же был последний раз, когда я отыгрывал дичь.

— Рассчитывай на худшее и тогда хороший исход будет приятным сюрпризом, — подмигнула Си. — Не мне тебе это говорить. Инженеры постоянно так работают.

— Как ты думаешь, что нас будет ждать в РНС? — внезапно спросил у своей спутницы.

К счастью, мысле-речь не требует говорить в слух, а разговаривать, когда под тобой двигается кресло не очень удобно.

— Хороший вопрос, — ИИ потерла пальцами переносицу. — Если честно, то без понятия. Но как минимум можно будет договориться. И разговаривать со своими соотечественниками все же приятнее. Хоть это земляки с другого измерения.

— Как минимум они не начнут сразу стрелять, — хмыкнул я. — Не будут же?

— Тут как в анекдоте про динозавра и блондинку, — Си решила пошутить.

— Это как? — заинтересовался я. Такую шутку я не слышал.

— У блондинки спросили: какова вероятность встретить на улице динозавра? — Проекция оживилась и принялась рассказывать. — А она ответила: пятьдесят на пятьдесят. Либо встретишь, либо нет.

— Хех, — я усмехнулся. — Действительно. И не поспоришь ведь.

Массажные валики, встроенные в кресло, замерли. Программа пыток закончена и теперь я мог выдохнуть. Тело ныло, но вскоре будет легче. Не в первый раз, как говорится. А вообще, надо бы сходить на массаж. Этой мыслью я и поделился с виртуальной спутницей.

— Эротический? — заулыбалась девушка. — Таких ощущений я еще не испытывала. Только тот пьяный секс с Таллулой. Это было… — она заулыбалась.

— Но-но! — остановил я ее бурную фантазию. И откуда у железки похабные мысли… — Обычный. Надо напряжение мышц сбросить.

— Ваше вино, сир, — стюардесса принесла мне бокал вина.

Я его с благодарностью принял. Девушка вновь удалилась, а я почувствовал, как под нами взревели двигатели. Гул турбин передался через кресло едва ощутимой вибрацией.

— Сейчас взлетим! — Си как маленькая девочка захлопала в ладоши и прильнула к иллюминатору.

— Поехали, — кивнул я. Борт пришел в движение. Пара минут, и мы будем в воздухе. Главное не обжечься подобно Икару.

Подумав, я одной рукой достал наушники и плеер. Во второй был бокал. Вино, кстати, неплохое. Не так вяжет, а значит не сильно танинное. А на большее меня не хватило. Не мастер я в распознавании оттенков в вине. В наушниках заиграла плавная мелодия. Маленький экранчик высветил исполнителя: Валерий Сюткин совместно с Therr Maitz.

Поздний час, половина первого

Семь тысяч над землей

Гул турбин, обрывки сна

За окном облаками белыми

Бежит пейзаж ночной

А над ним летит луна

Глава 3

Джейн Ким. Свободные Земли, центральные регионы Африки, город Приска, 27 января 2012.

— Джейн, вставай, — тихонько сказала Анджи.

Девушку мягко потрясли за плечо. Джейн распахнула глаза, посмотрела по сторонам и оценила обстановку. Серый салон машины, рядом на заднем сиденье отстегивается боевая подруга, а спереди сидит мужчина в соломенной шляпе.

Снаружи поблёскивают закатным солнцем окна дома-колодца. По тротуару прогуливаются местные, вздрагивая, когда очередной звук выбился из какофонии вечернего города.

«Сколько я проспала? Час где-то? Или чуть больше? Все равно хочу упасть в постель. Беспокойный перелет, нервная погоня за Алексом, стычка с японцами и необъяснимое явление, сопроводившее лысого из ЧВК Романов» — подумала Джейн, отстегиваясь.

Хлопнув дверью серого «Чероки», слегка пошатнувшись, полукровка потянулась. С другой стороны улицы остановился белый микроавтобус с тонированными окнами.

«Хмпф, все-таки японцы решились на слежку. Надеюсь, Анджи не проморгала момент и тоже повесила хвост…» — Джейн, еще раз потянулась, до хруста в позвонках.

— Ах! Мышцы затекли, — сказала черноволосая разминая плечи.

— Неудивительно, — ответила Анджи, обойдя машину. — Ты вообще видела в какой позе отрубилась?

— Пф, нет, конечно! Я спала, между прочим, — улыбнулась Джейн.

— В позе мумии, которую зачем-то посадили в лодку, — улыбнулась в ответ Анджи.

— Знаешь, я примерно себя так и ощущаю, словно из меня всю жизнь высосали и отправили в подземное царство, — черноволосая пару раз наклонилась влево-вправо.

К ним подошел мужчина в соломенной шляпе, нажал на брелок, висящий на ключах. Машина противно пискнула сигнализацией.

— Дамы, прошу в дом! — сказал он, поправив шляпу и слегка наклонив голову. Ответил на тон ниже. — Ребятки с противоположной стороны и так уши развесили, не хотелось бы опять светиться.

Девушки синхронно кивнули. Мужчина в соломенной шляпе пошел вперед, сквозь арку ведущую во внутренний двор дома-колодца. Затем свернул налево и зашел в первый от поворота подъезд.

Внутри Джейн пыталась активно смотреть по сторонам, но когда в очередной раз она пошатнулась, то прислонила ладонь к обшарпанной оранжевой стене.

«Срочно отоспаться. Вот только будет ли у меня шанс? Хотя, мужик и Анджи не сильно торопятся.» — подумала Джейн, наткнувшись рукой на голый участок стены с побелкой.

На третьем этаже наконец-то зашли в квартиру.

«Более чем уверена, что весь этаж, да и квартиры сверху и снизу пустые или заняты ребятками, которые нам помогали в поимке Алекса. А возможно, мы тут первые.» — Подумала черноволосая, зевнув.

Внутри просторной однокомнатной квартиры, которую в Сиднее можно было бы принять за двухкомнатную, обстановка была довольно аскетичной: пара диванов друг напротив друга, стол между ними, маленькая кухонька в углу, жужжащий холодильник и дверь в санузел в маленьком коридорчике-прихожей, в которую тут же зашла Анджи.

Джейн, не разуваясь, быстро прошлась к столу и плюхнулась в мягкие объятия дивана.

«Как же хочется спать…» — подумала черноволосая, откинув голову на оголовье. — «Мы упустили Алекса, но такое бывает в срочных операциях. Понять бы, что делать дальше».

Светловолосая Анджи аккуратно села на краешек дивана рядом с развалившейся Джейн. Спина ровная как палка, руки сжаты в кулаки, едва видимое раздражение мелькало в складочках вокруг глаз — то, что может заметить только близкая подруга.

«Надо же. По ней сильнее ударил первый провал на пути к цели» — подумала Джейн.

Напротив сел мужчина, глава местного подразделения боевой части корпуса разведки. Он медленно снял соломенную шляпу и положил на деревянный кофейный столик, стоявший между диванами.

— Дамы, — мужчина приложил правую руку к сердцу и слегка кивнул. — В той гонке со временем нам не удалось представиться друг другу. Меня зовут Густав Шнайдер. Позывной Динго.

— Анджи Херман фон Браун, — с достоинством кивнула светловолосая. — Позывной Вомбат.

— Джейн Ким, — слабо махнула рукой черноволосая. — Позывной Ворона.

— Фройляйн фон Браун, ваша фамилия звучит, опережая Вас, — еще раз кивнул Густав.

— Это заслуга предков пока что, — Анджи покраснела. — Наши ребятки проследили за имперцами?

— Да, наблюдение выставлено, их временная база установлена. Впрочем, как и наша, — Густав откинулся на спинку дивана и закинул ногу на ногу.

— Забавно, конечно, что обоюдное наблюдение ведем, — сказала Джейн, подперев ладонью щеку.

— Бывает, — пожал плечами австралиец.

— Густав, точно нет никаких способов быстрее попасть на ту сторону озера? — спросила Вомбат.

— Приске запрещено иметь любое судоходство. Исключение — паром, на котором успела сбежать цель.

— Надо же. Прям так категорично? — спросила Джейн.

— Именно, фройляйн. Отголоски Мировой Войны. Для Свободных Земель это — гарантия независимости, да и в акватории озера Чад, прилегающей к Приске, осталось много мин, — Густав закинул руку на изголовье дивана.

— А авиасообщение? В Империю Восходящего Солнца можно спокойно попасть самолетом из того же Брума, — спросила Анджи, наклонившись немного вперед.

— С Северной Африкой все сложнее. Европейский Союз, эта конфедерация, ограничивает прилет из Свободных Земель. Только один утренний рейс. Опасаются ввоза контрабанды. Хотя сухопутные коридоры они не так досконально контролируют. Такой же запрет тут у Индии, Союза Пяти Племен. А вот Исламские Эмираты полностью запрещают перелеты в их страну. Они очень жестко контролируют свои границы.

— Пятьдесят лет назад, все эти государства вгрызались в местную землю, природные ресурсы хотел каждый, — сказала Ворона, помассировав глаза.

— Алекс, наверное, скоро будет на той стороне озера. С каждой минутой мы его упускаем! — сказала Анджи, сильнее сжав кулаки.

Джейн, заметив как подруга немного подрагивает, положила руку на её спину. Та в миг успокоилась.

— Фройляйн фон Браун, — Густав поставил обе ноги на пол и наклонился слегка вперед. — У всех был тяжелый день. И у цели в том числе. Дайте ему совершить ошибки, по которым мы его отследим. Не мне учить вас ремеслу, для этого у вас есть ваш отец.

— Густав! Имейте уважение! — Анджи зло зыркнула на мужчину. — То, что вы сказали, никак не имеет отношения к делу!

— И то правда, — Динго выставил перед собой ладони в останавливающем жесте. — Приношу свои извинения, фройляйн. Как я могу загладить вину за то, что задел вашу честь?

— Принеси поесть, — сказала Ворона, отлипнув от спинки дивана. — Пожалуйста.

— Да, будь так добр. Нам всем стоит перекусить, — сказала Вомбат, посмотрев на подругу. — Ведь сегодня был тяжелый день.

Густав хотел было что-то сказать, но наткнулся на колючий взгляд полуприкрытых сонных глаз Джейн.

Он взял соломенную шляпу, прижал к груди, слегка поклонился и сказал:

— Фройлян, скоро буду.

И глава местного боевого отделения корпуса разведки, устало, но еще бодро побрел к двери.

Как только, захлопнулась дверь, Анджи воскликнула:

— Ну и хам же он!

— Судьба у тебя такая, — пожала плечами Джейн. — Тебя не достало, что каждый в корпусе пытается тебя задеть из-за того что ты — дочь полковника?

— Эх, — Анджи вздохнула и откинулась на подушки дивана. — Порой выбивает, но давно привыкла.

Джейн положила руку на пшеничную шевелюру подруги и слегка взъерошила волосы — Анджи улыбнулась.

— Тебе не кажется странным, что после того, как Алекс отплыл на пароме и мы встали стенка на стенку, появился лысый из ЧВК «Романов»? — спросила Джейн, убирая руку.

— Кажется, — кивнула Анджи. — Словно эти люди наблюдают за Алексом издалека. И ещё эти две яркие синие вспышки, попутно вырубившие электронику на время диалога с ним.

— И такое же бесследное исчезновение в конце. Если они имеют такие возможности, то почему они не берут Алекса живьем? Зачем эта ЧВК обращается к нам, к той кореянке, как её… Мисаки. Кстати, знакомое имя, — Джейн задумчиво приподняла бровь.

— А вот ты сама посуди. Допустим, у них есть какая-то цель. Они сначала нас обрабатывают, чтобы мы не действовали на поражение — и тут хоп, — Лейтенант Херманн хлопнула в ладоши. — На пирсе встречаются две заинтересованные стороны, у которых есть непонятные вводные от загадочной структуры.

— И еще в процессе мешают друг другу так, чтобы Алекс успел сбежать, а ЧВК дальше вела свою игру. Мне не нравится эта новая переменная в простом уравнении «найти и доставить», — сказала Ворона.

— Что поделать, не все же должно идти гладко, — Вомбат пожала плечами.

— Как говорили в учебке: «Новые вводные изменяют текущий план», — Джейн немного сползла на диване. — Надо воспользоваться ЧВК, чтобы быть в выигрыше. Тем более что они подкинули инфу про то, как работают доспехи Алекса, или что это было на видео «мю-транзакция»?

— Согласна, но вот только меня сейчас интересует другое. ЧВК Романов пока что только заинтересованная сторона, но есть проблема поближе. Мисаки Юдзу и те прихвостни, что были с ней. Я вспомнила досье на задание, — Анджи развернулась в сторону подруги.

Джейн оживилась, словно выпила маленькую чашечку кофе, который тут же её взбодрил. Она выпрямилась, поудобней устроилась: прижала поясницу к подушкам дивана, закинула ногу на ногу.

— Так-так. Что же ты вспомнила? — спросила Джейн.

— А вот что! — Анджи крутанула кистью и показала на подругу. — Она — одна из трех людей, что сопровождали Алекса везде последний год.

— Так, стоп. Почему три? Я точно знаю про Казуки Такахаши, который был фактически его надсмотрщиком. И ты хочешь сказать, что эта наглая, бестактная кореянка тоже там была? — спросила Ворона.

— Более того — источник, который присутствовал во время показа технологических новинок в императорском дворце, говорит что Алекс, Казуки Такахаши, Мисаки Юдзу и еще некий Юкио Ли очень дружно общались на приеме. — Вомбат сдула выбившуюся пшеничную прядь.

— То есть, ты хочешь сказать, что она тоже лично знакома с Алексом. Мда-а-а… — Джейн ударила себя ладонью по лбу и закрыла глаза. — Мы что, попали в ацтекскую мыльную оперу?

— Походу, — ответила Анджи.

Ворона помассировала виски, лоб и опять разлеглась на диване.

«С каждым днем задание становится все труднее и труднее. Какие-то тесные связи, непонятные лысые из ЧВК, которые делятся направо и налево инфой, за которую можно сначала получить благодарность, а потом пулю в голову. Но чем больше риск, тем выше премия. Надеюсь, мне её хватит, чтобы закрыть хотя бы один этап лечения отца» — подумала Джейн, слегка приоткрыв глаза.

Щелчок дверной ручки заставил подсобраться обеих девушек: Анджи потянулась к кобуре на поясе, а Джейн села, слегка покачиваясь.

В коридор зашел Густав с белым пластиковым пакетом, из которого острыми углами торчали картонные коробки.

— Разбирайте, — сказал Динго, поставив пакет на стол.

Джейн вытащила верхнюю коробку и раскрыла: куриные ножки, от которых шел дымок, облитые тягучим красным соусом, щекочущим остротой ноздри и обжаренная до подпалин картошка в мундире двух цветов.

«Ого, еще теплое!» — подумала черноволосая, подцепив оранжевую дольку. — «О, сладко. Это батат, что ли?»

— Ты где это так быстро достал? — спросила Анджи с набитым ртом.

— Буквально с другой стороны улицы. Наши «друзья» в белом микроавтобусе как раз перегородили вывеску забегаловки, — сказал Густав, взяв свою порцию и сев на свой диван. — Им я тоже, кстати, купил. А то бедняги еще никуда не выходили, судя по словам наших ребят.

— Кхм! — Джейн поперхнулась кусочком сладковатой курицы и закашлялась. — Ты, блин, думай, прежде чем что-то делать!

— А я подумал, фройляйн Джейн, — мужчина крутанул куриной ножкой в руках и показал на девушек. — Они не сильно и скрывались. Даже поблагодарили.

В комнате не осталось место словам — только звукам голодных хищников, которые наконец-то могут полакомиться свежей добычей. Джейн сильнее оживилась: вгрызалась в каждую косточку, в каждую дольки картофеля и батата, как в последний раз.

Зазвенел телефон стандартной мелодией бамбукового перезвона. Густав и Анджи уставились на источник звука: сумочку Джейн, что лежала между подругами.

Черноволосая вздохнула и с сожалением положила в коробочку недоеденную ножку, вытерла салфетками руки. Взяв телефон, она увидела незнакомый номер Империи Восходящего Солнца.

Джейн отошла в угол, к окну, которое выходило в двор-колодец. Нажав на кнопку «Принять», она приложила к уху телефон.

— Алло, Джейн? — сказал мужской, твердый голос на японском.

«Так. Кому я в Империи раскрывала личное имя? Алексу и Казуки в баре, и вроде все. Не помню. Тембр голоса низкий, глубокий. Казуки Такахаши, точно» — подумала Джейн.

— Казуки Такахаши? — спросила девушка.

— Да, — кратко ответил голос.

Джейн посмотрела на подругу и одним взглядом показала на Густава. Анджи сразу отреагировала — она заговорила с Шнайдером.

— Можешь достать карту континента… — донеслись слова подруги до Джейн.

Черноволосая пару раз вздохнула чтобы прочистить легкие и полностью переключилась на телефон.

— Что вас вынудило позвонить мне? — спросила Ворона на японском.

— Алекс жив, — спокойно ответил Казуки.

«Вот только он пытается что-то скрыть за этой напускной твердостью в голосе. Во время встречи в баре он был разбит, считал, что Алекс мертв» — подумала девушка.

— Так и что? — быстро ответила Джейн.

— Вижу, этот факт вас не задел. Значит, вы обладаете какой-то информацией, — Казуки на секунду остановился, словно подбирая слова. — Можете поделиться?

— Допустим, могу. Но какая от этого мне выгода? — сказала Ворона.

— Прежде чем что-то предложить, мне нужно знать, что предлагать и под какие обстоятельства, — ответил Казуки.

— Странные вы делаете предложения юной даме. Но давайте для начала обрисуете вашу проблему, а я прикину как её решить.

— Отвечу на ваш первый вопрос вопросом. Как мне помочь Алексу?

«У нас появился хороший, замотивированный актив, который можно использовать в наших целях. Помочь Алексу… Можно помочь и нам. Помнится, когда я помогала сбежать из Нагасаки Алексу, то притащила в какое-то казино огромную капсулу с доспехом его разработки. И еще есть парочка дел, которую я не завершила в Империи. Может быть, стоит ему поручить их? А что тогда гарантирует их выполнение? Выдавать информацию порциями, как награду за задания? Да, так и сделаю» — подумала Джейн, смотря в окно на пустую детскую площадку в тени дома.

— Есть несколько дел, которые можешь сделать только ты, — сказала лейтенант Ким после паузы.

— Тогда какая моя выгода в этих, «делах»? — холодно спросил Казуки.

— Прямая. У тебя будет больше информации про него самого. Ты поделишься полученной информацией, я расскажу тебе то, как обстоят дела сейчас, где я встретила его, — Джейн прикрыла глаза.

«Я, Анджи, Мисаки связаны с Алексом не только личным знакомством. Судя по тому, как говорил лысый из ЧВК со всеми нами на площади перед пирсом, есть шанс, что влияние «Романов» еще больше. Возможно, они обрабатывают всех, кто был близок к Алексу или как-то может повлиять на него» — подумала Джейн

— Но есть кое-что, что может подтвердить уже сейчас мои догадки.

— И что же? — холодно ответил Казуки.

— Лысый, из особенной частной военной компании, к тебе не подходил, ничего не просил? — обтекаемо спросила девушка.

— Просил помочь охранять Алекса, — тут же ответил японец.

— У меня было подобное предложение, только с бонусами, так сказать, — сказала Джейн. — Тогда готов сотрудничать?

— Кхм, — на фоне щёлкнула металлическая зажигалка.

Джейн услышала, как щелкнуло кресало и упруго вдохнул Казуки.

— Ладно, выполню сначала одну просьбу, а потом посмотрю на результат.

«Фух, тяжко, но повезло что он уже замотивирован» — подумала Ворона.

— Нужно встретиться с патологоанатомом в Нагасаки и расспросить про инородные клетки, про которые я тебе написала в записке. Его зовут Хидэтаки Казуя. Скажите, что помогаете Отсуки Томоки. Как понимаю, он иногда работает на Сацукуро и свой клан, — сказала Джейн.

Она посмотрела на отражение в окне: Анджи водила пальцем вокруг северной части Африки на карте, попутно что-то спрашивая у Густава.

— Хорошо. Как понимаю, вы не можете больше дать информации. Ладно, если это поможет Алексу, то я сделаю. Благодарю, — сказал Казуки, выдыхая что-то.

— Постарайтесь не терять мой номер. Либо я пришлю новый, уже на ваш текущий телефон…

— Либо я пришлю новый номер вам, — закончил фразу Казуки. — До связи.

Короткие гудки ознаменовали конец диалога. Джейн развернулась и подошла к дивану.

— Что вы тут решили, пока меня расспрашивали? — спросила Ворона сев.

— Завтра утром летим в Чад. Дальше по обстановке, — быстро ответила Анджи.

— Опять догоняем, — буркнула Джейн. — Тогда я спать.

Черноволосая откинулась на подушку дивана и закрыла глаза. По телу пробежалась волна расслабленности, которая вмиг превратилась в убаюкивающую истому.

«Получается в нашем уравнении есть еще одна заинтересованная сторона — Казуки Такахаши. Вот его можно пока что списывать из гонки за Алексом, но зато можно использовать» — подумала Джейн проваливаясь в сон.

Глава 4

Мисаки Юдзу. Свободные Земли, центральные регионы Африки, город Приска, 27 января 2012.

Треск дерева. Щепки летят, отскочив от стены. Стул разбит вдребезги.

Мисаки держала в руках ножку, на которой свисала сидушка, готовая вот-вот сорваться. Перекошенное от ярости лицо скрывало какую-то более сложную эмоцию.

Кайдзи наблюдал как девушка молча громила квартиру. С каждым моментом, под её руку попадались новые предметы и тут же разрушались.

После очередного удара о стену ножкой, стул окончательно развалился. Следующим в ход пошел прикроватный комод. С силой, Мисаки выдернула пустой верхний ящик, а тот отлетел к противоположной стене, но остался целым.

«Алекс ушел из-под носа! Эти австралийские кошелки помешали! Да чтоб их!» — подумала девушка, швырнув второй ящик.

Наблюдатель от Сацукуро вздохнул.

«Еще этот Кайдзи молча стоит и ждет, когда моя истерика закончится. Ненавижу их всех!» — Мисаки тяжело задышала. — «Да что же такое! Провал за провалом! Неправильно схватила и заперла Алекса! Ошиблась с закрытием границ в Кокуё! Не смогла догнать и захватить здесь. Да что я за бездарность такая!»

Девушка ударила кулаком по стенке — кусочек бежевой краски отлетел, оголив серую шпаклевку. Костяшки покраснели.

«Каждый мой п-провал ведет к… Расправе надо мной. Каждое поражение — это плевок в сторону Главы. Да что же такое творится! Ещё этот человек Романова объявился из ниоткуда, словно на горяченькое. А потом он еще и поблагодарил всех! И ушел! Этим австралийкам тоже предложили что-то сделать с Алексом!» — Мисаки до зубовного скрежета сжала челюсти.

В комнате появился новый звук. Стандартная мелодия ксилофона из четырех нот. На секунду тело Мисаки окаменело. Перебирая негнущимися ногами, она быстро дошла до сумочки и взяла тот самый телефон.

На третьей ноте она подняла трубку.

— Юный цветок, ты продолжаешь разочаровывать, — сказала женщина с жесткой властной интонацией.

Мисаки, как деревянная кукла с пустыми глазами, повернулась в сторону Кайдзи, шаря по нему взглядом. Но тот не смог выдержать и секунды прямого контакта, отвернулся.

— Ничтожество, ты заслуживаешь кары только за своё существование, за то, что ты из раза в раз упускаешь Нагорных, — женщина словно говорила сквозь зубы. — Помни, что тебе дозволено заниматься заданием, пока Глава благоволит тебе. Всё-таки твоя выходка с ядом в императорском дворце его знатно удивила. А пока подумай хорошенько — сколько у тебя осталось времени, прежде чем глава сменит мнение?

В трубке послышались гудки. Прошло три интервала и только после них, «деревянной» рукой девушка отодрала от уха телефон. «Абонент Госпожа Йоко, вызов завершён.» — гласила надпись на экране.

Мисаки швырнула трубку на кровать. Из уголков глаз потекли мелким ручейком слёзы.

Кайдзи нахмурился, выдохнул и вышел из квартиры.

Как только захлопнулась дверь, девушка заорала. Надрывно, надсадно, до боли в горле. Заливаясь слезами и соплями, она села на кровать, спиной к входу.

«Сука! Опять эта старая мразь! Да что за день такой! Почему я такая немощь?!» — подумала Мисаки, подобрав коленки к груди. — «Я хожу по грани катаны босиком. Каждый раз новые раны, каждый раз чуть не срываясь. Почему я так боюсь её? В какой момент глава передумает? Сколько раз я уже задавала этот вопрос, после таких вот звонков?»

Девушка покачивалась, изредка всхлипывая, и вытирая слезы об коленки. В комнате становилось темнее.

«Я так больше не могу. Может просто сбежать? А куда? Если Госпожа Йоко дотянулась до Приски, то что ей мешает найти меня где-нибудь в другом месте? Ей же кто-то рассказал про мою неудачу, и это было точно не Кайдзи — он всегда у меня на виду» — подумала Мисаки, всхлипнув.

Щелчок дверной ручки. В квартиру кто-то зашел.

«Судя по шагам — Кайдзи» — девушка даже не обернулась.

Шелестя пакетом, он вытащил что-то пластиковое. Щелчок кнопки питания на чайнике — зашуршала вода, от резкой подачи энергии в спираль.

Что-то мягко лопнуло, как нежная кожура переспелого помидора. Мисаки старалась всхлипывать тихо, как можно незаметнее.

«Тупик, который превратился в ленту Мёбиуса — я то выхожу на внешнюю поверхность, где на кураже гоняюсь за Алексом, то перехожу на внутреннюю часть этой бесконечной восьмёрки, впадаю в тьму и безнадёгу от каждого звонка Госпожи Йоко» — подумала Мисаки, вытерев тыльной стороной ладони слёзы.

Девушка посмотрела на маникюр — обгрызенные ногти больших и указательных пальцев уродливо отличались на фоне соседних аккуратных нетронутых.

Покопавшись в сумочке, шмыгнув носом, Мисаки вытащила пилку для ногтей.

Щелкнул ещё раз чайник: бурлящая вода внутри кипела, издавала шипящие звуки когда касалась нагретых стенок, лилась куда-то.

Девушка методично выправляла свои косяки на ногтях, погрузившись в некий транс, отрешившись от реальности.

«Ладно. Пока что стоит забыть слова этой сучки и действовать дальше. Все равно она либо найдет и убьёт меня, либо опять скажет что-то в таком же духе. Я и так всю жизнь на грани между этими двумя состояниями. А если она или господин решаться меня убить? Так, стоп. Не надо дальше заходить, а то я уже накручиваю себя» — подумала Мисаки, протяжно всхлипнув.

Кореянка посмотрела на ровные ногти, удовлетворенно кивнула и закинула пилку в сумочку, вынув следом зеркальце и ватный тампон.

«Словно зареванная малолетка после расставания с парнем» — подумала девушка, приводя лицо в порядок.

— Ты закончила? — мягко спросил Кайдзи. — Быстрый ужин готов.

— Да, — решительно ответила Мисаки, захлопнув карманное зеркальце и кинув его на постель рядом.

Девушка повернулась и увидела на столе несколько пластиковых тарелок, от которых вздымался пар. Рядом с её порцией лежали одноразовые палочки, сервировка практически как в ресторане.

— Спасибо, — тихо сказала Мисаки, сев за стол.

Раскрыв палочки, она было принялась за еду, но опомнившись отложила обратно. Хлопнув ладонями в молитвенном жесте, она сказала:

— Итадакимас! — и после этого она приступила к еде.

— Итадакимас! — Кайдзи отзеркалил жест девушки.

Ароматная лапша рамен, словно только что приготовленная в маленьком ресторанчике, разлилась во рту у Мисаки тысячью оттенками вкусов: насыщенный говяжий бульон из жидкого концентрата, конечно, проигрывал настоящему, но сейчас казался чем-то необыкновенным; сушеный обжаренный лук нежно похрустывал на зубах; кусочки говядины, перемешивались с сублимированными овощами.

На долгие пять минут девушка отключилась от реальности, оставшись полностью во власти рамена быстрого приготовления.

— Что делаем дальше? — спросил Кайдзи, отставив в сторону пустую пластиковую тарелку.

— У нас только одна цель: найти Алекса. А уже потом схватить, сковать, спеленать, или что у нас получится — Мисаки, скрестила руки под грудью. — Вопрос только как мы это сделаем?

— А ты вообще уверена, что это будем «мы»? — спросил Кайдзи, приподняв бровь.

— Если не мы, то это будут австралийцы или кто-то другой. — пожала плечами девушка. — Куда Алекс мог добраться?

— Эх… — японец выдохнул.

Наклонившись, он пошуршал полиэтиленовым пакетом и достал оттуда прямоугольник бумаги. Положил на стол и развернул — это оказалась карта восточного полушария.

— Паром переправил его в Чад, на территорию Европейского Союза Государств. А вот оттуда он уже может куда угодно податься, — Кайдзи на секунду задумался и продолжил. — Кроме Исламских Эмиратов, у них все строго, какая-то муть религиозная, а цель ну уж точно не мусульманин. Остаются только Индия, Союз Пяти Племен. Это если в северной части Африки.

— А почему ты думаешь, что он не в южную часть собрался? — спросила Мисаки.

— Слишком большой крюк выходит. Выйти в северные части Свободных Земель, пересечь границу государства — ради того чтобы потом полететь в Австралийскую Республику или к индейцам? Дорогой маневр получается, — Кайдзи развел руками.

— Тем более, что от австралийцев он как раз и бежал из Сунаджи. Смысла подаваться к ним нет. И ты правильно заметил, что манёвр стоит больших денег, а они имеют свойство заканчиваться, — подметила Мисаки. — Еще появление ЧВК «Романов» тоже надо как-то уложить в общую картину. Но эта сторона конфликта скорее наблюдатель.

— Возможно, — кивнул Кайдзи.

— Я бы на месте Алекса рванула куда-нибудь на самолёте. Что по «птичкам» у нас? — спросила Мисаки.

— Нам повезло. Хотя бы здесь, — Кайдзи поставил палец над северной частью озера Чад, на карте. — Из города Чад только внутриконтинентальные перелеты осуществляются. В пять или семь точек на северной части материка.

— Мы можем связаться с местной наблюдательской сетью?

— Знаешь, я Наблюдатель Сунаджи, а не разведчик или шпион. Мне кажется что это твоя прерогатива. Уж постарайся, — прямо сказал Кайдзи.

Мисаки сжала зубы, дернулась, словно хотела ударить его, но остановилась.

— Твоя правда, сладенький, — сквозь зубы сказала девушка. — Ладно, прежде всего отправимся в Чад и узнаем куда дальше рванул Алекс. Как туда быстрее добраться? Самолётом, паромом или чем-то ещё?

— Самолётом и паромом будет одинаково. Пока пройдешь все процедуры в самолете, пока будешь ожидать взлета, то пройдет примерно столько же времени, сколько идёт паром. Причем, как я помню, утренние паром и самолет приходят практически в одно время.

— Хорошо. Тогда доставай билеты на паром. Я более чем уверена, что эти австралийки полетят, — сказала Мисаки откинувшись на спинку стула. — Ты поедешь со мной?

Кайдзи пожал плечами.

— Я все-таки Наблюдатель Сунаджи. Сейчас несколько далеко от места работы. Надо думать, — японец скрестил руки на груди. — Очередной раз вляпаться в дерьмо…

Мисаки вскочила со стула, заставив паркет заскрипеть.

— Проветрюсь, — сказала кореянка.

Нацепив поверх цветочного платья легкую джинсовую куртку, она надела туфли-лодочки и вышла из квартиры. Темная лестничная площадка освещалась вспышками неисправной лампочки. На каждый миг на противоположной стене появлялась тень Мисаки: жуткая, искривлённая, словно только что пронзенная ножом или побывавшая под ударом молнии.

На улице вечерело. Дома-колодцы притягивали к себе шпану, людей под алкоголем и не только. Внутри дворика Мисаки отметила сразу несколько алкашей и бездомных на детской площадке, которые весело неразборчиво гоготали. Перемежались крики на разных языках, но это не мешало компании веселиться.

По широким улицам, вне крепостных стен домов, было поспокойней. Но Мисаки быстро шагала, так, словно она продолжала бежать. Ей на встречу чинно шли местные жители: несколько парочек, погруженных в свои отношения; достаточно шумные выпивохи, идущих в следующий бар, но не такие буйных, как те, что в дворах-колодцах.

Закатное небо. Солнце практически скрылось за горизонтом — остались последние малиновые лучи, пробивающиеся из-за кривизны Земли.

Мимо проносились машины, ввозимые из Союза Пяти Племен — в основном, серые, коричневые «Чероки», которые казались Мисаки зловещими в малиновых тонах заката.

Кореянка засунула руки в карманы джинсовой куртки и крепко сжала кулаки.

«Этот закат будет последним? Или ещё нет? Сколько я еще увижу закатов, прекрасных, ужасных или может, обычных? Не знаю. Я ничего не знаю» — подумала Мисаки, напрягая шею.

Пройдя пару кварталов, она остановилась на перекрестке. Вспыхнули фонари, немного разбавляя окружающий сумрак, добавляя рельефности окружению.

На улице напротив, с домов серыми кляксами проступала шпаклёвка, вокруг которых вспучивалась краска, словно мертвая кожа вокруг гнойников. Из-под засветившихся фонарей разбегались люди, в благодатный сумрак козырьков домов-колодцев.

Иногда, чисто по привычке, Мисаки крутила головой по сторонам, цепляясь взглядом за случайных прохожих, удерживая внимание несколько мгновений, оценивая.

«Надо было попросить Кайдзи, чтобы копнул под этих австралиек. Время, вроде как, есть. Стоп. Время?» — Мисаки встала, заставив шедшего сзади мужчину совершить резкий поворот на нетрезвом автопилоте. — «А есть ли у меня вообще это самое “время”? Вдруг в очередном здании сидит снайпер, который так и ждет меня на перекрестье прицела и звонка от Госпожи? И ведь она может такое провернуть. И делала подобное лично на моих глазах, не раз.»

Поглубже засунув кулаки в карманы джинсовой куртки, она пошла дальше. Толпа становилась все больше и больше, словно весь городок решил выйти на улицу и отпраздновать ведомый только местным праздник.

«Вот она, мечта всех работяг в Империи — дух Свободных Земель. Вот только никто им не говорил, что к это самой свободе нужно еще приложить усилия. А сколько мне надо страдать, изнывать, чтобы заполучить такие же безмятежно-пустые лица?» — подумала девушка, опустив голову.

Одна за другой вспыхивали яркие ночные вывески, зазывающие на ночное рандеву.

Мисаки в очередной раз обернулась и увидела, как за ней на достаточном отдалении идет мужчина.

«Выше среднего роста. Кожа не черная. Вроде бы европеоид. Пристально наблюдает за мной. Интересно, от кого он? Госпожа? Австралия? Романов? Или кто там еще хочет меня использовать втёмную…» — подумала девушка, вклиниваясь в плотный людской поток на перекрестке. — «Джинсы висят на черных подтяжках. Сквозь дырки на коленках видна светлая кожа»

Мускус, перегар, мертвая рыба, глина и много каких еще запахов несла вокруг себя толпа.

«Фу, ну и дрянной город. Неужто свобода пахнет вот так? Да не, бред какой-то» — Мисаки повернула на хорошо освещенную улицу, вырываясь из вонючего плена.

Ароматы жареного мяса, хороших кальянов, нажористых бульонов и одуряющих жаренных на гриле овощей витали в воздухе и сводили с ума рецепторы.

«Ну хоть где-то здесь приличное место есть. Лучше не пить алкоголь пока не найду Алекса. Угрозы от Госпожи всё чаще, а значит серьезней» — подумала Мисаки, остановившись напротив окошка с быстрой едой.

Выдохнув, подняв голову, она посмотрела на меню: хот-доги, корн-доги и бургеры. За прилавком стоял пожилой индеец — смуглокожий, сморщенный как сухофрукт, но с живым, цепким взглядом.

— У вас что-то случилось, девушка? — спросил индеец на беглом японском, слегка наклонившись вперед.

Мисаки удивленно приподняла брови и сказала:

— Для этой части Свободных Земель у вас хороший язык, — медленно проговорила девушка.

— О нет, что Вы! — Старик продолжил говорить на японском. — У меня жена имперка, тут это возможно. Когда любишь — и не такое сделаешь, чтобы понять своего человека.

— Кхм. Можно мне корн-дог, пожалуйста, — заказала еду девушка. — Не уверена, что понимаю о чем вы говорите, хотя слова знакомы и говорите Вы чисто.

Индеец лишь улыбнулся, увеличивая количество морщин. Затем он что-то крикнул в глубину кухни, на протяжном, звонком, с обилием согласных звуков, языке.

Мисаки посмотрела вбок: среди прохожих скрылся тот самый мужчина с подтяжками, который за ней идет уже два квартала.

— Не отчаивайтесь. У вас впереди еще много времени, — сказал индеец, пригладив седые длинные волосы собранные в хвост. — Слушайте сердце, думайте головой и все будет в порядке.

— Уж думать я умею, но вот тут давно уголек, — Мисаки прижала ладонь в груди.

Из глубин кухни вышла старая женщина с гордой осанкой. На мгновение тень от холодильника накрыла кимоно, оставив на свету только бледное лицо. У Мисаки на секунду перехватило дыхания, она отшатнулась.

«Как же она сейчас была похожа на Госпожу Йоко» — подумала девушка, пытаясь скрыть то, как хаотично забилось сердце.

— Вот ваш корн-дог, девушка, — сказала старушка, достав на свет палочку с нанизанной на неё сосиской в панировке. — Вы еще молодая, чтобы грустить. Пустое оно.

Индеец приобнял жену за пояс, а та легко улыбнулась.

— Удачного вам дня и пусть предки направят вас, — сказал старик, слегка поклонившись.

Мисаки кивнула и пошла дальше по приятной улочке с ресторанами.

«Знали бы они мои поводы для грусти, не были бы так расслаблены» — подумала девушка, свернув в переулок между домами-колодцами.

Пройдя чуть вглубь, Мисаки обернулась и увидела, как за ней идет мужик с подтяжками.

«Ну вот и как тут успокоится, если за обычной девушкой всякие нехорошие люди с плохими намерениями увязываются?» — подумала Мисаки, откусив кончик корн-дога.

— А я давно тебя заприметил, — басовито сказал мужик. — Не хочешь украсить мой праздник?

«Эх, прошлый такой заход был три недели назад, в Токио. Этот, наверное, на сиськи клюнул. Ну ничего, сам напросился» — подумала Мисаки, поправив движением плеч куртку, чтобы не мешалась.

— И какой у тебя праздник? — сказала девушка, еще откусив немного корн-дога.

— День сталевара, — сказал мужчина, рванув в сторону кореянки.

«Хоть пар выпущу» — отметила про себя Мисаки.

Она слегка сместила центр тяжести вбок и развернула корпус, пропуская мимо себя мужика в подтяжках, как матадор обманывает быка тряпкой. Тот, запинаясь, по инерции бежал вперед.

Мисаки в одно движение доела корн-дог и у неё в руках осталась длинная заостренная палочка, похожая на иголку.

Мужик развернулся и ринулся на кореянку. Его лицо искажено гневом, губы широко расправлены, превращаясь в оскал, с уголка рта капала слюна.

«Под наркотой что ли. Фи, даже желание пропало ему устроить хорошую взбучку» — подумала Мисаки и откинула в сторону деревянную палочку.

Девушка легко уклонилась от очередного безумного выпада мужика, поставила подножку и тот рухнул мордой в асфальт. Затем она поставила на его поясницу ногу, давя всем телом.

— Кажется, что сегодня день придурка, — сказала Мисаки, схватив за сальные волосы мужика.

Она потянула на себя, заставив мужика вскрикнуть от боли, после чего резким сильным ударом впечатала в асфальт. Тот дернулся разок и обмяк. Мисаки, не убирая ноги с поясницы, нащупала рукой сонную артерию на шее. Колотится.

«Фух, полегчало» — подумала девушка, развернувшись в сторону улицы, с которой пришла. — «Еще не хватало мне тут оставлять трупы. Хватит с меня пока что. Завтра будет новый день. Новый этап поисков Алекса».

Мисаки посмотрела на темное ночное небо, полное тусклых звезд. В спину подул прохладный ветер, растрёпывая волосы.

«Надеюсь, Кайдзи со всеми договорился. Он очень хорошо меня выручает, взяв организацию логистики на себя. Надо ему спасибо сказать, что ли…» — подумала Мисаки, засунув руки в карманы куртки.

Глава 5

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, город Каир, 28 января 2012.

Вокруг было очень шумно. Крича рекламные лозунги, продавцы старались всячески завлечь будущего покупателя к себе. Причем одних неоновых вывесок им было недостаточно, потому как несмотря на обилие всевозможных рекламных плакатов и экранов, они продолжали громко зазывать к себе. От непривычки немного болела голова. Хоть китайцы в моем родном мире вели себя несколько схоже, отличия все же были. Они не хватают тебя за руки, пытаясь затащить в свою лавку. Ну вот, опять. Я раздраженно стряхнул с себя чужую волосатую руку. Мужчина не обиделся и продолжил что-то кричать на арабском. Си даже не стала это переводить— так часто меня хватали в попытке увлечь за собой. Несмотря на то, что территория много лет назад отошла европейцам, местные много веков были под Исламскими Эмиратами, что, естественно, наложило свой отпечаток.

— Так, я насмотрелся на этот базар. Идем обратно, — не выдержал я и, развернувшись, пошел обратно.

— А как же пирамиды? — заканючила Си. — Хочу посмотреть пирамиды.

— К черту пирамиды, — отрезал я. — Пока мы доберемся хотя бы до верблюдов, на нас не оставят и нитки. Плюс нам сегодня вечером аэропорт.

— Ну бли-и-ин. Хочу на пирамиды, — расстроилась ИИ. — Но ты прав… — тут она вздохнула. — Несмотря на то, что я вовремя все замечаю, воришек, норовящих полакомиться твоим рюкзаком, слишком много.

— Да уж, — проворчал я. — Мы уже троим по рукам надавали. Причем местные вообще не торопятся их ловить. Ощущение будто приехал в Барселону. И то — там меня не пытались так часто обокрасть. А ведь она считается столицей карманников.

Девушка почесала голову, явно пытаясь разрешить возникшую проблему. Тут она внезапно воскликнула:

— О! А давай поедем на такси до пирамид. Так никто нас не обворует. И на рейс до Праги успеем.

— Но у нас денег не то чтобы прям много, — напомнил я. — Зарплаты-то у меня сейчас нет.

— Тут ехать всего полчаса, — Си включила «режим кота из Шрека». — Ну пожалуйста.

— Ладно, — вздохнув я сдался под напором своей виртуальной спутницы.

— Еееей! — ее фигурка радостно заплясала и завертелась в воздухе. — Стоянка там! — указала она рукой дальше вдоль рядов. И откуда узнала…

Стоянка действительно оказалась в конце рядов. Благо рынок больше был в ширину, нежели в длину. Поэтому путь занял немного времени. Сама стоянка выглядела точь-в-точь как та в Чаде, азве что тут машины скрывались в тени деревьев. Разумно, кому хочется стоять под палящим солнцем? Хотя, в Чаде парковка была на открытом пространстве…

— Сколько до пирамид? — спросил я на английском у первого попавшегося таксиста. Он на корточках вытряхивал коврик из машины. Когда я подошел к нему, таксист спиной ко мне увлеченно выбивал пыль. Услышав мой вопрос, он повернулся.

— Сто, — таксистом оказался араб лет двадцати пяти. Молодой парень, по факту мой ровесник. Его голова была спрятана под традиционным головным убором. Я бы назвал его мини тюрбаном. Сам он тоже был облачен в тонкие традиционные белые одеяния. Не знаю как эта одежда называется. Его хрипловатый голос с явным акцентом выдавал что английский он знает не так хорошо.

— Хорошо, — я кивнул. Мне откровенно было впадлу торговаться. Хотелось поскорее забраться в прохладное нутро авто.

— Ого, ты не будешь скидывать цену? — Си заметила то, как быстро я сдался.

— А смысл? — едва видимым движением пожал плечами. — Это достопримечательность, а значит цену ломить будут все. Пока будем искать оптимальную цену потеряем время.

— Поняла, — кивнула моя виртуальная спутница.

Услышав ответ, парень встал, закинул коврик под ноги пассажирского сиденья, после чего открыл мне заднюю дверь.

— О, спасибо, — немного опешив от такого обращения, я залез на пассажирское сидение. Таксист же закрыл за мной дверь и направился к водительской. Пристегнувшись ремнем безопасности, я огляделся. В салоне работал столь желанный мною кондиционер. Салон был таким же светлым как в том такси, в Чаде. На руле гордо красовался логотип имперского орла.

— Си, может знаешь, что за производитель? — указал ей кивком на лого.

— Без понятия, — виртуальная проекция развела руками. — Всемирная сеть в этом мире сильно сегментирована и не такая уж и “всемирная”. Каждую крупицу информацию нужно целенаправленно искать.

услышав это, я усмехнулся и не смог удержаться от того, чтобы подколоть ИИ. — Ну да. Не то что когда тебя проектировали. Приносили все готовое на блюдце с цифровой каемкой.

Араб тем временем уселся за руль. Машина уже работала, так что таксист тут же тронулся с места.

— А что за марка автомобиля? — поинтересовался я у него. Тот факт, что он не пристегнулся, я постарался проигнорировать. В замке, где должен быть пристегнут ремень, гордо красовалась заглушка.

— Массаракш… — я не удержался от того, чтобы мысленно выругаться. Си многозначительно промолчала, но по ее лицу было видно, что она тоже не в восторге.

— «Даймлер-Моторен-Гезелльшафт», — гордо ответил таксист таким тоном, что я на мгновение подумал, что у него сменился акцент на немецкий. — Немцы умеют делать машины, — его восточный акцент тут же вернулся.

— Он заучивал название что ли? — хихикнула Си. — Как будто два разных человека с тобой разговаривают.

— Ну или немецкий он лучше знает, чем английский, — возразил ей в ответ.

— Никогда не катался на них, — это я уже ответил таксисту. — Поэтому и стало интересно что за марка.

— А вы откуда? — Таксист посмотрел на меня в зеркало заднего вида. — Я сперва подумал, что вы с «большой земли». Но раз говорите, что не катались.

— Свободные Земли, — просветил я араба. — Приехал вот посмотреть город.

Тем временем автомобиль выехал на шоссе. Черная полоса асфальта разрезала песчаные дюны пустыни. Пирамиды высились над песчаными прериями монолитной конструкцией. Таксист видимо почувствовал простор, а потому прибавил скорости. Лучше бы пристегнулся…

— А, — мой собеседник кивнул. — у вас там чаще всего автомобили корпораций. Насколько знаю, в европейской части популярны машины компании «Арболь Дорадо».

— Да, их там много. Как никак они их привозят для своих нужд, — согласился с ним я. — Иногда можно увидеть «Блэк стоун» или «Микишира».

— Индейцы и японцы, — озвучил очевидное араб. — Неплохие машины. Но немцы все же делают лучше.

— Тут мне тяжело как-то прокомментировать, — я улыбнулся и посмотрел на зеркало заднего вида. Араб мою улыбку заметил и сменил тему.

— Вы в музей мировой истории? — спросил он, перестраиваясь в левый ряд.

— Ага, — я кивнул. — Слышал, что он у вас очень классный и интересный.

— Это правда, — араб сразу приосанился. — Еще, если будет время, сходите в Александрийскую библиотеку и на маяк.

— О, спасибо, — я искренне его поблагодарил. К рекомендациям местных стоит, как минимум, прислушиваться в условиях, когда тебе приелись все достопримечательности. А это рано или поздно случится, если ты живешь рядом. Тогда ты начинаешь искать что-то новое, что не столь заезжено.

В этот момент машина начала резкое перестроение с левого ряда на поворот. Похоже, что таксист проморгал съезд. Иначе не могу объяснить столь опасный маневр. Раздался резкий гудок клаксона.

— Пригнись! — внезапно заорала Си. Я на рефлексах сжался в комок и сгруппировался. Глаза тут же инстинктивно закрылись. Удар не заставил себя ждать. Ощущение будто я на ринге пропустил удар от профессионального боксера. Хорошо что рот закрыт, а то мог клацнуть зубами и откусить часть языка. Машина явно взлетела в воздух и несколько раз кувыркнулась. Вестибулярный аппарат взвыл от нагрузок. За импровизированной центрифугой последовал глухой удар об землю. В лицо брызнул мелкий песок и, видимо, осколки стекла. Кожу на мгновение обожгло. Приземлились мы на крышу. Понял я это по тому, как у меня кровь начала оттекать от ног. Ремни безопасности, впившись в мою тушку, крепко удерживали меня в подвешенном состоянии. К голове начала приливать кровь.

— Кхе-кхе, — я открыл глаза, инстинктивно закашлялся из-за попавшего при вдохе пыльного воздуха с частицами песка. — Массаракш. Кхе-кхе.

— Снизу безопасно, — оценила обстановку ИИ. — Так что можешь отстегиваться.

Я последовал ее совету. Отстегнуться удалось не с первого раза — все же тяжело тянуться верх тормашками. Щелкнул замок ремня и я свалился вниз. Удар был несильным, а мир вернулся в привычную плоскость.

— Что разлегся? — Си принялась командовать и ускорять меня. — Выползай давай! Нам еще араба смотреть.

Дверь не открывалась. Видимо, деформировалась. Я попытался ногами выбить ее, но тогда я не доставал до ручки. Плюнув на это дело, я пополз через окно левого борта. Страха почему-то не было.

Стекло было выбито и валялось где-то рядом. О его наличии напоминали квадратные осколки, которые отклеились от пленочной подложки. Поэтому не боялся порезаться о стекло. Кряхтя и кашляя, я выполз наружу. Нагретый африканским солнцем песок обжигал, а потому я поспешил встать. Так хоть резиновая подошва защитит мое тело от ожогов.

Голова гудела. Сердце так и норовило выскочить из груди. Каждый удар мышечного органа отдавался по всему телу. Как бы я ни старался сгруппироваться — все равно приложило. Адреналин огненной жидкостью бурлил по моим венам. Я огляделся и тут же прищурился. Солнце и песок слепили. Не в состоянии находится без очков полез за ними в карман. И — о чудо! — они были целыми.

— Ахренеть! — я удивился. — Они выжили!

— Так ты был пристегнут. Поэтому тебя не приложило боком, — пояснила Си. — Магия ремня безопасности, — Хихикнула она.

Не теряя времени, нацепил на нос. Жить тут же стало проще. И я смог, уже не щурясь, вновь осмотреться.

Приземлились мы в десяти метрах от трассы. Крутая насыпь закрывала от меня происходящее на дороге. Чуть поодаль я увидел наши стекла. Лобовое, кстати, осталось на месте. Песок был усеян осколками и пластиковыми ошметками обшивки.

— Нахер такие карусели, — пережитое требовалось переварить, а обычно в критичных ситуациях меня пробивает на юмор. Я, наклонившись, вытащил через окно свой рюкзак. Хорошо что он у меня в ногах был, а не в багажнике. Было бы проблематично сейчас его доставать оттуда — машина же перевернута.

Чтобы оценить куда в нас влетели, пришлось пройтись по песку вокруг машины. На правом борту гордо красовалась глубокая вмятина.

— Как хорошо что я сидел с левой стороны, — резюмировал я и сплюнул. Рот до сих пор был полон песка. Крови в слюне не было. Это уже неплохо.

— Тогда бы все было гораздо хуже, — подтвердила ИИ. — Таким целым ты бы точно не был.

— Это надо быть каким придурком, чтобы с крайнего левого ряда перестраиваться через две полосы! — меня обуяла злость.

Кстати, о птичках.

— Так, а где наш бесстрашный водила и любитель немецкого? — то, что я говорю это все вслух меня пока что заботило мало.

— В машине его нет. — моя всезнающая помощница тут же мне ответила. — Это не он там лежит? — Она указала на белый куль, что лежал у подножия автомобильной насыпи.

— Ох, чувствую, что его уже совсем нет, — Чуть подуспокоившись, я перешел на мысле-речь.

— Это мы как раз и выясним. Есть он хоть где-то или нет, — многозначительно кивнула в сторону тела Си. Идти мне туда совсем не хотелось. Не любитель треша и расчлененки. Но делать нечего. Нужно идти.

Песок был одновременно плотным и рыхлым. От этого каждый шаг нужно было контролировать, чтобы не упасть. Не зря же говорят, что бег по песку самый сложный. Очень легко забить себе все мышцы, какие только можно.

— А ты не хочешь вызвать скорую? — поинтересовалась моя виртуальная спутница. Она озабоченно вертела головой рассматривая место нашего крушения.

— Ну, — я вздохнул. — Во-первых, я не знаю местный номер спасения. Сто двенадцать? Девять один один? Или сто один, как в Японии?

— Так, — кивнула Си. После чего спросила. — А во-вторых?

— А во-вторых, — я на мгновение запнулся так как песок под правой ногой начал разъезжаться. Кажется, песчинки попали в ботинок. — А во-вторых, я не знаю где мы. Знаю только, что на шоссе на пути к пирамидам. Ни названия шоссе, ни километр, на котором мы находимся.

— Шоссе Эль Арам, седьмой километр, — огорошила меня ИИ. — А номер спасения сто двенадцать.

— Ты что ли столбики считала? — рассмеялся я. — А в-третьих, я не хочу светиться. Каждый звонок в службы мониторится и записывается, — закончил я мысль. — Да и, судя по звуку спец сигнала, в этом нет уже необходимости.

Вдали действительно было слышно сирену. Звук приближался с каждой секундой. Мы же приблизились к нашему водителю. Увиденное меня не радовало.

— Судя по тому, как вывернута его шея, проверять его пульс смысла не имеет, — резюмировал я. — Это был его последний заезд. А если бы пристегнулся, то, скорее всего, был бы жив.

— Таков путь, — развела руками виртуальная проекция девушки. — Как вы, люди, говорите. Кажется: «Вы сами архитекторы своих страданий»?

— Мда уж, — хмыкнул я. — Точнее и не скажешь. — после чего еще раз окинул глазами труп. К счастью, это выглядело как куча запачканных кровью тряпок, из которых торчала голова под неестественным углом. Если какие-то повреждения и были, они остались под одеждой.

— Трогать его мы не будем, — констатировал очевидное. — Пусть этим занимают криминалисты и судмедэксперты.

— А мы что делать будем? — поинтересовалась Си. — Как хорошо, что он еще не пахнет.

— А ты погоди до завтра. Еще лучше недельку, — подмигнул я ей. — И тогда тут такой сладковатый запах гнили будет, что я точно проблююсь. Что касается наших действий, то вон бегут медики, — я кивнул на группу людей в белых халатах, что спешно спускалась с дороги к нам. — Обследуемся у них, дадим показания копам и обратно в город. Или ты все еще хочешь посмотреть на пирамиды?

— Нуууу, — Си задумалась. — Давай в следующий раз.

— Окей, — без колебаний согласился я. То, что этот раз может и не наступить, мы оба понимали.

— Добрый день! — ко мне обратились на французском. Си тут же включила перевод. Женщина лет тридцати на вид. Большее сказать не могу, так как все, кроме лица, было скрыто белой медицинской формой. Лицо было круглым. Глаза закрывали солнечные очки. Хоть и присутствовала небольшая раскосость, но внешность все равно была приятной. — С вами все в порядке?

— Здравствуйте! — ответил я на английском. — Я цел и невредим. Только пара царапин. Ремень спас.

Остальные же врачи с носилками направились к трупу таксиста.

— О, — врач на мгновение зависла. После чего перешла на английский. — Вы не говорите на французском. Вы идти можете? — спросила она у меня. Голос у нее тут же поменял свои оттенки, став менее глубоким. Не зря же говорят, что язык определяет голос, которым ты разговариваешь.

— Со мной все в порядке, — подтвердил я. — Отделался легким испугом.

— Тогда позвольте мне вас осмотреть у кареты скорой помощи, — она махнула рукой на дорогу.

— Да, конечно, — кивнул я и направился в сторону трассы. Медики с носилками, видимо, закончили осмотр. Один из них достал из сумки черный пакет.

— Интересно, как они машину будут убирать с песков, — задумчиво проговорила Си.

— Да, скорее всего, просто лебедкой подтащат к эвакуатору, — предположил в ответ.

Забираться по насыпи было немного сложно. Ботинки вязли и соскальзывали в песке, что нанесло ветром поверх устойчивого основания. Солнце уже начинало припекать. Так что я достал из кармана салфетку и протер ею свое лицо. Даже влажный кусочек нетканого материала нагрелся, так что освежиться не вышло. Салфетка покраснела. Я удивленно посмотрел на пятно, что растеклось по белоснежной поверхности.

— Ты приложился о кресло, что спереди, — напомнила мне Си. — Но там ничего страшного. Ссадина и только. Кстати, замени потом картриджи в браслете.

— Что вколола? — я посмотрел на голограммную фигурку.

— Обезболивающее и стимулятор, — ответила ИИ тут же пояснила. — Ты бы сам не успел вколоть, поэтому я активировала браслет.

— Все в порядке, — я едва удержался от того, чтобы не кивнуть. Все же врач могла неправильно понять мое движение. — Молодец. Я для этого и создал функцию дистанционной активации, — после чего усмехнулся. — Теперь я понимаю почему так спокоен.

— Кто-то принял «узбогоительное», — хихикнула виртуальная помощница. Я на это лишь вздохнул, после чего перелез через ограждение на обочине. Машина скорой помощи была уже совсем рядом. На трассе была небольшая пробка. Полицейские перегородили движение. Быстро работают. Надо постараться не засветиться на снимках. Морда машины, что в нас врезалась, представляла грустное зрелище. Само место происшествие облепили люди в форме с фотоаппаратами. Я опустил лицо вниз к асфальту, стараясь не отсвечивать.

— И эту машину на металлолом, — вынесла вердикт ИИ. — Ну, или распилить и сваривать.

— Как праворуких японцев, — хмыкнул про себя я.

— Ага, — кивнула Си. — Жопа-то цела. Наша тоже.

Трупов не было видно. Только в одной из скорых сидел мужчина с перебинтованной рукой. Видимо, водитель второго автомобиля. Хорошо что жертв больше нет.

А вот и карета скорой. Ярко-белая машина. Чем-то напоминает классическую «Газельку» по форм-фактору. Естественно, фирма другая. Как и дизайн. Задние дверцы были открыты, и сопровождающий меня врач пригласила рукой меня внутрь.

— Заходите и присаживайтесь.

Я, кряхтя, полез в салон скорой помощи.

Глава 6

Казуки Такахаши. Империя Восходящего Солнца, префектура Нагасаки, город Нагасаки. 28 января 2012.

Утро превращало Нагасаки в обычный портовый город — немного сонный в силу того, что здесь практически нет рыбаков, а товарники не любят суету.

«Джейн Нагасаки вроде бы нравится. И что она находит тут? Очарование борделей, казино и баров? Мерзость, которая подпольно торгует наркотиками, людьми. Пользуясь тем, что тут особая экономическая зона, в которой они могут прикрываться официальным здесь бизнесом. Вот только сейчас, когда здесь тихо, меня хоть как-то устраивает это место без чести» — подумал Казуки, спускаясь по улице в сторону моря.

Подул прохладный ветер, начальник отдела разработки поёжился, укутавшись сильней в пиджак.

«Разомнусь немного после вчерашнего похода в бар. Мог бы и на такси доехать, но отпуск никто не отменял. Мда. Что-то моё настроение мечется из стороны в сторону, как собака, которой вошь под хвост попала. Может, пить не стоит?» — подумал Казуки.

Мимо пронеслась легковушка, разрывая шумом двигателя и сцепления колёс окружающую тишь. Казуки поморщился и достал полную пачку сигарет. Щелкнул зажигалкой, затянулся.

«Ну и мерзость. Надо бросить курить» — подумал он, стряхивая пепел первой за день сигареты. — «Хотя… Еще не время.»

Сонный город после ночных гуляний был больше похож на впавшее в кому животное — вроде бы живой, но не подает признаков жизни.

«Странный диалог выдался с этой Джейн. Она точно работает на какую-то разведку. Понять бы только на какую… Чувствую, что эта девушка хочет меня использовать. Но в эту игру можно играть вдвоем» — подумал Казуки, затянувшись.

Выдохнув облачко дыма в сторону проезжей части, начальник отдела перспективных разработок свернул на боковую улицу. Несколько припаркованных машин вдоль проезжей части, парочка шатающихся японцев шли вглубь района.

«Как же хорошо, что Алекс жив! Хоть одна радостная новость среди этого бесчестья вокруг. Надо еще раз зайти в полицейский участок, чтобы сохранить видимость моего расследования. Надеюсь, запутав следы, я смогу выиграть немного времени. Только для чего это мне нужно? Привычка? Отчасти. Предосторожность?» — подумал Казуки, докурив сигарету до фильтра. — «Вероятно, но этого мало для причины. Получается, что я не доверяю кому-то? Местным полицейским точно. Людям из ЧВК Романов ещё. Но есть смутные сомнения — тут есть заинтересованные лица помимо этих.»

Бывший контрразведчик затушил окурок, посмотрел по сторонам, выискивая мусорку. Вздохнув, не обнаружив её, он обогнул шатающееся тело смугловатого японца.

«Надо же. Даже с Окинавы сюда едут, чтобы оторваться. Не понимаю их.» — подумал Казуки, разглядывая прохожего.

За следующим перекрестком оказалась широкая улица на две полосы в каждую сторону движения. Остановившись на светофоре, начальник отдела перспективных разработок огляделся: богатые витрины с золотом, напыщенные двери в игорные заведения, ажурные входы в пабы.

Всё пестрело, реклама на фасадах сверкала лампочками, даже сейчас, утром.

Загорелся зеленый. Навстречу Казуки шел жиденький поток людей: помятые лица, у двоих опухшие щеки, набухшие веки.

«Ненавижу Нагасаки. Хотя бы уже близко к участку» — подумал Казуки свернув на проспект.

Через два дома наконец-то появилась остановка с одной мусорной урной. Аккуратно затерев, бычок о верхушку металлической коробки и кинув внутрь, Казуки присмотрелся к содержимому. Несколько бутылок были разбиты вдребезги, что характерно внутри мусорки, штук пять упаковок от сладких крылышек и палочки от якитори. А на лавочке, прямо под открытым небом, лежал японец с галстуком, завязанным вокруг головы.

«Мда. Хотя чему я удивляюсь. В Синдзюку так же бухают. А это Токио, центр государства. И я так же заливался последнюю неделю…» — подумал Казуки, поправив галстук под жилеткой. — «Аж противно от себя. Какое же это бесчестье!»

Свернув с улицы вглубь района, Казуки слегка улыбнулся. В конце улицы показалось знакомое здание полицейского участка.

«Нужно поскорей отсюда валить. Но тут еще не все дела закончены. Надо не забыть сказать этому Ичиро, чтобы подготовил списки причастных к расследованию. Для убедительности» — подумал бывший контрразведчик.

В полицейском участке, на проходной, местные копы встретили Казуки с улыбкой, слегка поклонились.

«Надо же. А я всего-то тут три дня проторчал, чтобы они мне кланяясь не из вежливости» — подумал он.

На втором этаже, в уже знакомом кабинете сидели оба полицейских. Ичиро суматошно встал, роняя со стола рукописные записи, бумаги, дела. Его сосед, китаец, чинно встал и поклонился перед старшим по званию, как подобает.

— Вольно. Вы не мой подчиненный, чтобы так кланяться, — сказал Казуки.

— Я навел о вас справки, господин Казуки, — сказал китаец с легким акцентом. — Вы мне очень помогли.

— Чем и когда? — спросил Казуки, повернувшись всем телом в сторону китайца.

— Вы спасли мою семью, — сказал китаец, еще раз поклонился. — Когда террористы напали на торговый центр.

На миг, Казуки вспомнил тысячи звуков, которые пробирали до костей: непрекращающийся свист пуль, крики девочки, истошные вопли раненых, голос напарника.

Слегка вздрогнув, мотнув головой, Казуки посмотрел на китайца.

— Это была моя служба, моя ответственность, моя честь, — сказал Казуки, поклонившись в ответ.

— Еще раз спасибо! — разогнулся китаец.

Казуки плавно распрямил спину и уставился на Ичиро. Тот быстро встал из-за стола, поклонился несколько раз и отодвинул стул, приглашая.

— Благодарю, — сказал Казуки, сев за рабочее место продажного копа.

— Сколько вам потребуется времени? — подал голос Ичиро.

— Надеюсь, что как вчера, а не на целый день, — честно ответил бывший контрразведчик.

«А может и раньше уйду. Все-таки атмосфера здесь нездоровая. Хоть этот китаец и кажется добропорядочным, но не уверен, что он не поддался соблазнам Нагасаки» — подумал Казуки, самостоятельно открыв все нужные программы и файлы.

На экране в очень ускоренной перемотке показывалась запись с камер вокруг казино. Казуки приостановил начало фрагмента: визуально нашел спешащего Алекса и проследил за ним до входа.

«Раз уж я смотрю все эти записи, то надо понять контекст. Почему Алекс именно сюда бежал? Понятно, что его тут ждал доспех, но вот кто его туда доставил? Кто дал наводку Алексу?» — задумался Казуки.

Начальник отдела перспективных разработок поставил запись на отмотку назад во времени.

На видео Алекс пошел спиной назад, торопясь наоборот. И толпа вокруг спешила назад, в прошлое. Казуки увеличил прокрутку в восемь раз.

Солнце уходило за горизонт, освещение постепенно становилось тусклее. Ночью мимо входа проехал грузовик. И еще один. С ракурса камеры, смотрящей на вход, не было видно, что разгружают и куда везут — только краешком.

«Надо посмотреть в таком режиме хотя бы два дня. Может что интересное будет» — подумал Казуки, загибая пальцы, увидев новый грузовик, который приехал вечером шестнадцатого.

«Пять, шесть. Все, хватит. За три дня приехало шесть грузовиков. Стандартно ранним утром и в середине дня, когда в Нагасаки все спят после гулянок» — подумал Казуки. — «У меня есть тайм-коды. Надо глянуть это время на других камерах.»

Бывший контрразведчик взглянул поверх монитора на полицейских: китаец напряженно смотрел в монитор, а Ичиро часто поглядывал на Казуки, дергал ногами так, что дрожал монитор на подставке.

Рефлекторно коснувшись полупустой пачки сигарет в нагрудном кармане пиджака, досадно поморщившись, начальник отдела перспективных разработок вернулся к просмотру видеозаписей.

Переключившись на другую камеру и введя самый свежий тайм-код, Казуки стал исследовать движение шести грузовиков. Под камеру попал черный грузовик, точнее задняя часть, но только не было видно, что выгружают.

Бывший контрразведчмик вздохнул, затем взглянул на план расположения камер наблюдения вокруг казино: пара камер висели на удалении, с двух сторон улицы и только краешком захватывали здание.

Переключившись на другие камеры, Казуки наблюдал, как из шести грузовиков выгружали постоянно маленькие коробки, а сноровистые грузчики быстро заносили их в казино. И только из третьего и пятого грузовиков выгружали что-то длинное, больше двух метров.

«Вероятно в одной из этих объемных коробок и был саркофаг для доспеха. Жаль, что не видно госномеров из-за большой дистанции от камер. Получается, что саркофаг привезли примерно шестнадцатого-семнадцатого января. То есть, бегство Алекса было заранее продумано. Интересно получается…» — подумал Казуки, пошкрябав подбородок.

Бывший контрразведчик уставился на продажного копа. Тот сгорбился, съежился и, не выдержав, отвернулся в сторону.

— Ичиро, — тихо проговорил Казуки.

Полицейский вздрогнул, но повернулся.

— Вы что-то хотели, господин? — спросил Ичиро, вытирая рукавом пот на лбу.

— Составь, пожалуйста, список всех, кто занимается этим делом, — Казуки кивнул в сторону монитора, за которым сидел. — От врачей до высших чинов, которые присутствовали на месте бойни.

Ичиро выдохнул, кивнул и погрузился в работу.

«Надо же, и в правду старается. Вот бы он так следил за порядком, как ринулся исполнять мою просьбу» — подумал Казуки.

На мониторе на паузе стояла запись с разгрузкой длинной, словно из-под холодильника, деревянной коробки.

«Теперь надо просмотреть путь Алекса до казино. Трудновато, конечно, но видимость расследования надо сделать» — подумал бывший контрразведчик.

Перемотав запись до момента, когда Алекс вбежал в казино, Казуки поставил видео на паузу. Переключившись на карту, бывший контрразведчик сопоставил улицу, по которой перемещался друг.

Щелкнув по ближайшей камере и отмотав на пару минут назад, Казуки увидел, как бежит на максимальной скорости Алекс, обгоняя случайных прохожих, чудом отскакивая от выскочивших из-за поворота людей.

На перекрестке до улицы пришлось повозиться, рассмотреть каждую из трех других улиц, чтобы узнать откуда бежал Алекс. На одной из улиц за другом поехала машина с боевиками — по Алексу стреляли из окон, заставив бежать неравномерной змейкой по тротуару, чтобы сбить прицел.

«В какую же ты передрягу тогда попал. И все это — из-за твоей разработки доспехов. Конечно, проект Куротенши выведет нашу армию на новую ступень, но убивать его разработчика это… глупо» — подумал Казуки, продолжая восстанавливать маршрут движения.

Спустя пару часов и множество перекрёстков, Казуки нашел точку, с которой Алекс сорвался в бега. Постамат. Алекс ввел код и открылась ячейка хранения. Изучив что-то внутри, он рванул вперед, вверх по улице от моря.

«Так, получается, что кто-то дал команду или подсказку Алексу, после которой он побежал. И, скорее всего, кто-то доставил в этот постамат посылку. Значит, надо будет отмотать назад и посмотреть, что тут было за три дня до бегства» — подумал Казуки, достав зажигалку.

Щелк! Металлический лязг, казалось, взбудоражил весь кабинет: Ичиро вздрогнул и уставился на бывшего контрразведчика, а китаец взглянул поверх монитора и быстро потеряв интерес к происходящему, вернулся к работе.

Запомнив ячейку, из которой Алекс что-то взял, Казуки смотрел видео с камеры, которая стояла близко к постамату и давала хороший обзор вокруг.

Отматывая назад, Казуки насчитал пять человек, которые воспользовались этой ячейкой.

«Надо же, Джейн. Характерная фигура, которую редко встретишь в метрополии, высокий рост, судя по соотношению с ней постамата и длинные волосы» — подумал Казуки, поставив видео на паузу. Девушка четко посмотрела в кадр. — «Даже засветила лицо. Теперь я точно уверен, что это она. Значит, Джейн последней положила маленький предмет в постамат и спокойно ушла куда-то. Интересно, от какой она разведки? Австралийская республика или слабый Китай? Или кто-то другой?»

Зашуршали бумаги. Казуки взглянул на источник звука — Ичиро встал со стула, прихватив документы. Неуверенно, опасливо поглядывая на бывшего контрразведчика, он подошел к столу и положил перед Казуки лист с рукописным списком имён, номеров и адресов с комментариями.

— То, что вы просили, господин Казуки, — поклонился Ичиро, пятясь назад.

«Мда, крепко я его приложил в переулке, похоже, раз лебезит так» — подумал начальник отдела перспективных разработок, взяв в руки бумажку.

Кривым, но читаемым почерком выведено одиннадцать строк. Отыскав среди них знакомую — Хидэтаки Казуя — Казуки улыбнулся. Так же в списке был сам Ичиро и местный глава отделения полиции.

«Хороший список, пригодится» — подумал Казуки, складывая листок в четыре раза и засовывая в карман пиджака. — «Сегодня прям праздник — информации много и вся нужная. Отлично.»

Посмотрев еще час разные видеозаписи с камер на пирсе, Казуки больше ничего ценного не нашел.

Потянувшись, размяв затекшие плечи, он встал. Бывший контрразведчик подошел к Ичиро и уставился на него. Тот вжался в кресло, стараясь быть как можно меньше.

— Благодарю за помощь, — сказал Казуки, слегка поклонившись — ровно настолько, сколько заслуживал продажный коп. — Надеюсь, что мы по этому вопросу не пересечемся больше. Я закончил изучать то, что мне надо. До свидания.

— Д-да, хорошо, — только и вымолвил Ичиро.

Казуки развернулся на каблуках и кивнул китайцу. Тот в ответ глубоко поклонился, не проронив ни слова.

«Надеюсь, что я смог сбить — хоть немного! — со следа потенциальных ищеек. Вроде бы время у меня еще есть» — подумал бывший контрразведчик, выходя из кабинета. — «И почему у обычных полицейских не всегда хватает времени на тщательный просмотр записей с камер? Это же такая тривиальная вещь, в технологичный век уж точно. Хотя, не зря мне это знание дали в учебке разведки.»

На первом этаже, в холле, пара полицейских, идущих к лестнице, кивнули Казуки. Начальник отдела перспективных разработок машинально в ответ поклонился.

Казуки посмотрел наверх после легкого поклона и увидел на потолке, в центре помещения стрелочные часы — они показывали 04:20.

«А у Алекса есть время?» — подумал Казуки, сжимая кулаки.

В правую ладонь впилась металлическая зажигалка. Ослабив руку, он, как настоящий волшебник, провернул ладонь и «Зиппо» оказалась между указательным и среднем пальцами. Крышка зажигалки открылась с характерным металлическим щелком.

Полицейский, сидящий на посту, присвистнул.

Казуки улыбнулся краешком губ, кивнул и вышел на улицу. В одно мгновение, зажигалка перекочевала в левую руку, а правой достал сигарету из внутреннего кармана пиджака.

Щелк! Руки немного подрагивали, но сигарета подожглась с первого раза.

«Эти несколько часов в участке без сигареты могут доконать кого угодно» — подумал Казуки затягиваясь.

Наслаждаясь долгожданной расслабленностью, он пошел вдоль улочки, к морю. Никотин давал кратковременное забытье, отрешенность от реальности.

«Жалко, что сигареты быстро кончаются, как и их эффект» — подумал Казуки, затирая бычок об мусорку, возле перекрестка.

Казуки остановился, слегка приподнял голову, закрыл глаза и стряхнул оставшийся пепел в черный зев мусорной корзины.

«Столько проблем… Надеюсь, что хоть чем-то смогу помочь Алексу» — начальник отдела перспективных разработок открыл глаза и зажмурился от бьющего в глаза солнца. — «Ладно, что там у нас Ичиро написал.»

На бумаге уместилось несколько строчек. Пробежавшись по фамилиям, Казуки хмыкнул.

«Все знакомые лица. Я, сам Ичиро, патологоанатом Хидэтаки, Асахи — начальник полицейского этого отдела, Хиришира — мой руководитель» — бывший контрразведчик достал зажигалку и щелкнул. — «А вот это имя неожиданно. Хотя ожидаемо, но Ичиро, надеюсь, дал мне список из людей, напрямую связанных с делом.»

Щелкнув пару раз зажигалкой, Казуки положил её в нагрудный карман пиджака. Достав из широких штанин мобильный телефон, бывший контрразведчик вбил номер патологоанатома.

Два гудка.

— Да-да, — Расслабленно сказал мужской голос на том конце связи.

— Хидэтаки Казуя? — спросил начальник отдела перспективных разработок.

— Да, — Тон врача посерьезнел, словно собрался. — Кто беспокоит.

— Казуки Такахаши. Одна моя подруга из газеты, Отсуки, дала мне одну заметку проверить, прежде чем публиковать. Вам что-то говорит её имя?

— Да.

Бывший контрразведчик аккуратно сложил список и поместил его в карман пиджака.

— Могу приехать к вам на работу? — спросил Казуки, продолжая идти в сторону моря. — Адрес я знаю.

— У вас есть полномочия? — твердо спросил Хидэтаки. — А то сегодня уже настойчиво поговорил со мной какой-то лысый. Всякие странности рассказывал.

Казуки остановился.

«Надеюсь, что это не ЧВК “Романов”. Только их тут не хватало» — подумал он, выхватывая из кармана новую сигарету.

— Я начальник отдела перспективных разработок клана Микишира. И, насколько я понимаю, одно из изделий, произведенных моими людьми у вас, — сказал Казуки, затягиваясь.

— Хорошо, приезжайте. Можно прямо сейчас, — сказал Хидэтаки.

— Через сорок минут буду, — Казуки повесил трубку.

Немного взъерошив волосы, Казуки зачесал их рукой, как гребнем, назад.

«Уж больно много желающих добраться до Алекса и его изобретения. Надо что-то делать» — подумал бывший контрразведчик.

Ближе к вечеру город оживал. Словно смог взбодриться после долгого простоя: на улицах появлялось все больше людей, зачастили машины по проезжей части.

«Придется довериться Джейн и этому Хидэтаки, а то я топчусь на месте. Так будет по чести» — подумал Казуки, выдыхая облачко дыма.

Глава 7

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, окрестности города Каир, 28 января 2012.

Салон автомобиля был белым. Стены были полностью увешаны всевозможными системами хранения. Посередине было место для медицинской каталки. Медик указала на неё.

— Садитесь, я сейчас обработаю вам раны, — после чего она начала открывать один из шкафчиков. Видимо, полезла за всем необходимым. А с собой к перевернутому авто она, видимо, брала более серьезный набор, который, к счастью, не понадобился. Я обратил внимание, что некоторые поверхности в салоне пожелтели, чем поделился с Си.

— Так у них, скорее всего, дезинфекция ультрафиолетовой лампой, — ИИ указала на потолок. Я посмотрел наверх и увидел вытянутый плафон, излучающий свет.

— Скорее всего, в этом плафоне две лампы, — предположила проекция. — Обычная, что мы видим, и ультрафиолетового диапазона. Она-то и вызвала выгорание цвета.

— Логично, — согласился с ней.

Тем временем, врач скорой достала перчатки, пинцет в прозрачном запечатанном пакете. Одна из сторон его была бумажной. А также в ее руках оказались упаковка стерильных салфеток и пузырек с надписью на французском «перекись водорода». Си мне тут же перевела ее на русский. Я послушно уселся, а рюкзак положил рядом.

Уровень адреналина начал падать, а потому, когда мне начали промывать ссадины, я почувствовал жжение. Было неприятно, но терпел. К моей великой радости, эти ссадины действительно оказались единственными моими повреждениями.

— У нас гости, — предупредила меня ИИ. — Судя по всему полицейские. Хотят тебя опросить. Ты ничего такого не сделал, так что не дергайся.

— Что ж, — мысленно скривился. — Таков путь. Дергаться я не буду. Не надо мне тут… Как с малолеткой.

— Я на всякий случай напомнила, — проекция потерла пальцами переносицу. — Люди под воздействием стресса и не такое откалывают.

— Все в порядке, — успокоил я помощницу. — Я себя осознаю и контролирую.

— Хорошо если так, — серьезно кивнула ИИ.

Между тем, доктор закончила колдовать над моими ссадинами.

— Все, я вам раны промыла и наклеила специальную пленку, чтобы песок не попал в рану, — она выкинула в урну для медицинских отходов окровавленные салфетки. Заодно и мою из рук тоже выкинула. Все это время я сжимал ее в ладони.

— Спасибо вам! — искренне поблагодарил я. Краем глаза заметил, что полицейские стоят у машины в ожидании. Видимо, допроса не избежать. Ну что ж…

— Добрый день! — блюстители порядка дождались пока врач закончит. — Мы можем зайти?

— Да, я закончила. — Кивнула доктор и села за столик чуть поодаль. На его поверхности были все возможные папки с бумагами и бланками. Похоже у кого-то время отчетов. Я же повернул голову и наконец-то увидел тех, кто к нам пожаловал.

Двое мужчин в белой униформе. На плечах черные погоны. Голову же покрывал берет, тоже черного цвета. Берет украшал герб Каира: Сфинкс. Лица были открытые и смуглые. У обоих бородки темного цвета. Видимо, тут это допускалось. Возраст полицейских я бы определил в районе тридцати пяти.

— Здравствуйте! Полиция Каира. Лейтенант Мухаммед Али Абдалла Хасан — обратился ко мне на английском мужчина с большим количеством ромбиков на погонах. — Мы хотели бы вам задать парочку вопросов.

— Добрый день! — я кивнул. — Да, конечно, задавайте. Постараюсь на них ответить.

— Отлично! — хоть и вопрос был формальным, Мухаммед все равно отреагировал на мой ответ. — Тогда для начала я попрошу представиться. — Мужчина достал блокнот с гербом Каира. Второй же полицейский просто молча стоял рядом и не отсвечивал.

— Мое имя Бен Мюллер, — к этому имени я уже более или менее привык, поэтому сумел не оговориться. Си же молча висела в воздухе и с интересом наблюдала за допросом.

— Надеюсь, подтверждающие это документы при вас? — Мухаммед оторвал взгляд от блокнота и пристально посмотрел на меня.

— Да, конечно, — я улыбнулся в ответ и подтянул к себе рюкзак. — Сейчас достану.

— Вижу у вас пистолет, — полицейский указал на кобуру. Она предательски выглянула при моем движении через куртку что была расстёгнута. — Будьте добры показать его, а также документы на него. — молчащий полицейский ненароком положил руку на пояс.

— Они тебя опасаются, — хмыкнула Си. — Вон, к оружию тянутся.

— И правильно делают, — ответил я ей мыслеречью. — А вдруг я его застрелил.

— Без проблем, — я медленно вытащил паспорт и лицензию из недр рюкзака. Держа левую руку на виду, протянул документы полицейским. — Вот, прошу.

Второй полицейский, что стоял в стороне, подошел ко мне и взял их. Передав их Мухаммеду, он вновь посмотрел на меня. Я, поняв его, так же медленно отстегнул кобуру. Мгновение — и мое оружие так же оказалось в руках египетских фараонов.

Пистолет остался в руках безымянного для меня копа. Он вытащил его из кожаной кобуры, после чего продиктовал Мухаммеду серийный номер.

— Эй Ди Кэй И Ю триста семьдесят одна тысяча пятьсот семьдесят один, — его голос оказался грубым и немного каркающим. Мухаммед кивнул, а тот продолжил осмотр оружия, — Оружие на предохранителе, — со щелчком отъехал магазин. — Патрона в стволе нет. Ствол чистый, запаха пороха нет. Сегодня из оружия не стреляли, — вновь раздался щелчок: обойма встала в гнездо на свое место.

— Возможно, они вдвоем подошли из-за оружия, — вдруг предположила Си. — Они явно из разных подразделений. Плюс у молчаливого явно рефлексы быстрее. Он не простой коп.

— Вполне возможно, — согласился я. — Не зря же именно он оружие в руки взял.

— Вот, возьмите, — коп вернул ствол в кожаные доспехи, после чего протянул кобуру мне.

— Спасибо, — кивнул я и принял оружие. Пара мгновений — и пистолет занял привычное место на портупее.

Мухаммед тем временем закончил переписывать мои паспортные данные и данные лицензии.

— Благодарю, — он протянул мне их. — Можете забирать.

Я, кивнув, убрал документы обратно в рюкзак. Полицейский, который проверил мой пистолет, кивнул своему коллеге. После чего удалился в неизвестном направлении.

— Я же говорила, что они подошли вдвоем из-за оружия, — виртуальная проекция гордо выпятила грудь.

— Да-да, молодец, мистер виртуальный детектив, — догадка помощницы подтвердилась, а потому и спорить смысла не было. — А теперь, пожалуйста, не говори параллельно с господами полицейскими. Тяжело воспринимать два голоса одновременно. Тем более в такой ответственный момент не хочется совершить ошибку или что-то упустить.

Оставшийся полицейский перевернул лист блокнота. Мой взгляд успел зацепить интересную деталь: весь лист содержит поля для заполнения. То есть блокнот это по факту стопка протоколов, которую полицейский заполняет. А ведь наверняка они отрывные.

— Расскажите, пожалуйста, что произошло, — попросил Мухаммед. — Может, что-то успели заметить необычное?

— Ехал на такси к пирамидам, — я начал свой рассказ. — Я всегда пристегиваюсь в машине. Даже на заднем сидении. Поэтому обратил внимание, что у водителя такси стоит заглушка в замке для ремня безопасности. Если вы посмотрите в машину, то увидите ее на месте, — я махнул в сторону перевернутой машины. Отсюда ее не было видно, но Си виртуальной стрелкой быстро мне подсказала правильное направление. Полицейский, не перебивая, молча записывал, а потому я продолжил.

— Я, если честно, не видел момента столкновения, — лоб в этот момент вновь засаднил, поэтому моя рука неосознанно потянулась к нему. Осознав это, я отдернул ее. Не хватало еще что-нибудь занести. Хоть мне раны и заклеили, лучше все равно не трогать от греха подальше. — Но перед этим водитель начал поворачивать через несколько полос. И в момент поворота произошло столкновение. Я закрыл глаза, а когда очухался, то висел один в машине. Тело таксиста обнаружилось позднее.

— Он был еще жив? — спросил коп. Его рука быстрыми движениями переносила мои слова на бумагу. Интересно, у него красивый почерк?

— Когда я подошел к нему, то он не двигался. Был ли он жив или нет я затрудняюсь сказать, так как не трогал его, — я виновато улыбнулся.

— Почему? — ручка на мгновение замерла, а ее обладатель посмотрел на меня.

— У меня нет медицинский навыков и инструментов, а поэтому попросту не смог бы ему как-либо помочь, — я искренне с грустью вздохнул. — Был только риск сделать еще хуже, чем было.

— На удивление, вполне разумно и взвешенно, — хмыкнул Мухаммед. — Вы всегда такой спокойный?

— Сам от себя в шоке, — усмехнулся я. — Казалось, что буду более эмоциональным. Но нет.

— Что ж, лучше быть спокойным, чем истерить. — полицейский закончил записывать мои слова и закрыл блокнот. — Спасибо, что ответили на вопросы. Вы надолго в Каире?

— Думал завтра уехать, — честно ответил я. — Еду в отпуск в Прагу. А на пирамиды решил по пути заглянуть.

— Понимаю, — кивнул страж правопорядка. — Жаль, что ваша поездка омрачилась таким образом. Можете тогда сказать ваш номер телефона? Если у нас возникнут вопросы, то мы с вами свяжемся.

— Упс, — произнесла Си. — Что делать будешь? Нельзя же сказать, что у тебя мобильного номера нет. Это вызовет подозрения. А значит будут дополнительные вопросы и следы. Что нам совсем не нужно.

— Но и признаваться в том, что ты человек-призрак в свободных землях тоже не вариант, — хмыкнул я. — А в прочем… Есть идея!

— Да, конечно, — кивнул полицейскому. — Записывайте.

Мухаммед на мгновение отвлекся, открывая блокнот и возвращаясь к бланку. Можно подумать, что сейчас идеальный момент для того, чтобы сбежать. Конечно, это не так. Тут, помимо опрашивающего меня, много других полицейских. И как только им дадут команду — они будут ловить меня. Что мне, конечно, не нужно.

— Диктуйте, — коп закончил приготовления и посмотрел на меня.

— Плюс восемьдесят один, — начал я. — ноль девяносто три, пятьсот тридцать два, тридцать пять, ноль один.

— Ого! — густые темные брови на смуглом лице полицейского поползли вверх. — Японский номер?

— Друг привез в подарок телефон из поездки на японскую часть Африки, — улыбнулся я ему как ни в чем не бывало. — Там же немного другой ассортимент. Но проблема в том…

— Проблема в том, что телефоны заведены на японских операторов, — закончил за меня Мухаммед. — Знаю, сам хотел привезти себе.

— Ага, — радостно согласился я. — А на Свободных Землях роуминга толком нет. Но подарок классный.

— Покажете? — лицо полицейского обрело предвкушающее выражение.

— А ты хорош! — Си оценила по достоинству мое решение и показала большой палец.

— Конечно! Одну секунду, — я полез в рюкзак за трубкой. Тут она мне была не нужна, а потому и закинул ее подальше. Рука с трудом нащупала ее среди стопок банкнот, вещей и прочих полезных в хозяйстве вещей. Мгновение — и мой «сотовый кирпич» выглянул из недр.

— Вот, прошу, — я протянул его полицейскому. Тот взял блокнот под мышку, и аккуратно принял устройство.

— Неубиваемый, — усмехнулся он. — Самое то в пустынном климате.

— Именно, — кивнул ему в ответ. Он же нажал на кнопку включения. Самого экрана я не видел, но могу догадаться что там его встретил запрос пароля.

— Спасибо! — Мухаммед вернул мне мобилу. — Теперь у меня действительно все. Вы продолжите свой путь к пирамидам?

— Пожалуй, в следующий раз, — улыбнулся я. — На сегодня мне достаточно впечатлений.

— Тогда подождите, пожалуйста, — Мухаммед взял рацию с пояса. С другой стороны, у него висела кожаная кобура черного цвета. Обычно присутствие человека с оружием вызывает внутреннее напряжение. Но после обсуждения телефона такие ощущения ушли. — Мы вам найдем попутку или такси до города.

— Спасибо! — поблагодарил я его. Он же начал говорить в рацию на французском. Си тут же начала переводить. — Али, найдите машину до города. Нужно одного из пострадавшего доставить в Каир…

Каир вновь встретил нас шумом и гамом рынка. Пожилая пара, что меня подвезла, ехала мимо этого места. Так что, второй раз за день, я оказался рядом с базаром. Хорошо, что полицейские помогли с попуткой.

— Так куда идем? — поинтересовалась моя виртуальная спутница. — Рейс до Праги через шесть часов. Нам по-хорошему уже надо бы направляться в сторону аэропорта.

— А мы туда не полетим, — хихикнул я. — Это перестраховка на случай хвоста.

— А как тогда мы добираемся? — растерянно спросила ИИ. — Когда ты покупал билеты в аэропорту, я была уверена, что Прага наша следующая точка маршрута.

— Через семь часов у нас поезд до Александрии, — я подмигнул проекции и направился к выходу. — К счастью, там можно не брать билеты заранее. Мы купим при отправлении.

— Что усложнит наше обнаружение, — закончила мысль Си. — Теперь понятно почему ты в аэропорту посмотрел на расписание междугородних поездов из Каира.

— Именно, — я рукой отмахнулся от очередного продавца. В этот раз это был парень лет двадцати. Щетина только начала расти на его смуглом лице. — Отстань. — терпение кончилось и молча отмахиваться уже не мог. Парень ни капли не обиделся, но отстал. Я же успешно вышел через арку, обозначающую вход в рынок.

— Но если мы не придем на регистрацию, то сразу будет понятно, что мы поехали другим путем, — вдруг осознала Си. — И тогда наши преследователи сразу начнут искать другие пути.

— Массаракш, — Слово само вырвалось из моих уст. Спохватившись, я тут же продолжил мысленно. — Такой вариант я не предусмотрел. Есть идеи? — я посмотрел на свою умную нематериальную помощницу.

— Если я правильно помню, — Си задумалась. — То, помимо поезда, до Александрии еще ходят автобусы. Тут же расстояние всего чуть больше двухсот километров.

— Мысль, — согласился я. Такую схему тоже видел в аэропорту Каира. — Но нам нужно придумать как не просрать билеты до Праги.

— Нужно просто взять, — ИИ сделала серьезную мину. — И полететь.

— Пха-ха-ха-ха-ха-ха, — я заржал в голос. Вздрогнув от внезапности, пара арабов испуганно на меня посмотрели. — Ну это действительно гениально.

На мгновение я подумал, что еще чуть-чуть и мой сарказм начнет материализоваться. Настолько плотным он был. Проекция, почувствовав, что пахнет жареным, быстро сбросила шутливый тон.

— А если серьезно, то предлагаю приехать в аэропорт, пройти регистрацию, сдать багаж и свалить.

— Тут багаж может ехать отдельно от владельца? — мои брови поползли вверх.

— Теракта в 80-х на авиарейсе тут не было, а значит правила не меняли все это время, — пояснила ИИ.

— И откуда ты это знаешь… — мне осталось только удивляться.

— Так я при каждой возможности подключаюсь к местной сети и серфлю по ней, — пояснила моя спутница и тут же спросила. — Ну так что? Как тебе план?

Я посмотрел на нее. Она улыбалась ждала от меня решения. Вздохнув, кивнул.

— Хорошо. Давай пойдем по твоему плану.

— Только нам нужно сдать что-то в багаж, — проекция подняла указательный палец. — А это значит…

До меня дошло что она сейчас скажет.

— Ну не-е-ет. — взвыл я. — Я не хочу туда.

— А это значит, что нам нужно на базар за чемоданом и его наполнением! — закончила Си и заржала, увидев мое выражение лица.

— Ну и моська у тебя, — девушка на мгновение закрыла лицо руками, пытаясь успокоиться. Поэтому следующая фраза была чуть приглушенной. — Будто прошу разгрузить вагон угля.

— Лучше уж вагон угля, — пробурчал ей в ответ. За ее смех не обижался. Сам наверняка бы поржал от души.

— Да ладно тебе, — Си успокоилась. — Приключение на двадцать минут. Вошли и вышли.

— Тебе напомнить, чем все закончилось после этой фразы? — ехидно поинтересовался у нее.

— Ой, да ладно тебе. — ИИ отмахнулась. — Мы не парочка, путешествующая по мирам. Хотя… — тут она задумалась.

Я же скорчил на лице покерфейс.

— Идем. Раньше сядем — раньше выйдем.

— Ого, — Си удивилась. — Немного тюремной философии?

— Иди нахрен. — Беззлобно отбрыкался я в ответ. После чего направился обратно к воротам.

— Я не могу. — ИИ изобразила печаль на своем виртуальном лице. Но тут же сменила его на радостное. Кажется ее осенила мысль. Что-то мне уже страшно. — Но я могу тебя назначить своим представителем в реальном мире.

Этой фразой девушка полностью подтвердила мои опасения.

— Ну-ну. — Хмыкнул я. — Нет уж.Визуализируй себе и ходи на здоровье. Меня приплетать не надо.

Проекция девушки, услышав мой ответ заржала, а после чего жалобно произнесла:

— Прям при всех? Но ведь ты не скажешь делать. — Ее лицо в этот момент было похоже на морду кота из Шрека. Я покачал головой. Такой актерский талант пропадает.

Тем временем мне, второй раз за день предстояло оказаться окруженным гомоном и хаосом местного рынка. Задача у нас простая: нужно выйти отсюда не только с покупками, но и полностью целыми. Морально, физически и финансово. Всего лишь. Вздохнув, я направился вдоль торгового ряда.

Глава 8

Анджи Херманн фон Браун. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, город Каир, 28 января 2012.

Анджи вышла из аэропорта первой, таща рядом с собой маленький синий чемоданчик. Следом вышла Джейн, в широкополой соломенной шляпе, темно-зеленой рубашке, коротких бежевых шортах и белых кроссовках. От накатившего горячего сухого ветра Египта чуть не улетела шляпа подруги.

«Давно хотела посмотреть на пирамиды. Но вот сможем ли мы попасть к ним? Алекс изворотливый тип — его бы уже взять и отвезти в Австралийскую Республику, как и велит задание, так, чтобы уже не сбежал, да и на родину поработал. Отец будет рад…» — подумала девушка, доставая кнопочный телефон из коричневой сумки на плече. — «Надеюсь, что получу повышение за выполнение этого задания. Алекс рыба крупная, за такой улов должны щедро вознаградить.»

Потыкав несколько раз на зеленую трубку, чтобы сначала разблокировать телефон, а потом зайти в список контактов, разведчица нашла имя «Густав».

— Привет. Яблочки уже готовы на пирог? — спросила кодовую фразу на английском.

— Конечно, целая корзина, — Густав ответил на немецком. — Хорошо говоришь, есть еще австралийский акцент, но это не страшно. В Египте мало кто говорит без акцента.

— Конечно. Ты узнал, что я просила? — продолжила говорить на английском Анджи.

— Да. Канал защищенный, можешь говорить нормально, — сказал глава боевого крыла разведки в Приске. — Я посоветовался со своими, и они смогли соединиться с египетской агентурной сетью. Есть контакт, направляю тебе одноразовое сообщение. Но, на всякий случай, проговорю: зовут его Абдул ибн Сауд Аль Хазрад, найдете в квартале возле рынка. Только поаккуратней с ним в разговоре, бывает вспыхивает, а вы еще и женщины. Не забудьте надеть что-то длинное, когда к нему заявитесь.

— Принято, — ответила Анджи на немецком. — Что там на счет ребят? Будет подкрепление, Динго?

— Я пока могу выделить вам только трех парней. Я ожидал этого вопроса. Они уже летят следующим рейсом за вами. С печеньками, — сказал Густав. — Столько возни из-за этого инженера… Постарайтесь его взять живым, такой кадр нам нужен.

— Конечно. Гордость семьи фон Браун только этого и требует, — Анджи хотела было поднять руку, но чемодан протестующее заскрипел. Одернув, она схватила ручку обратно. — Спасибо за информацию.

Девушка огляделась. Аэропорт блестел при дневном свете как хрустальная граненая ваза — такой же помпезный и хрупкий. На посадку заходил очередной самолет, Анджи разглядела на хвостовой части эмблему с синим львом, стоящим на задних лапах.

Чуть подальше от входа стояли машины несколько потрепанного вида — облезлая краска на порогах, слегка побитые, с царапинами, на крыше каждой покоился плафон с черно-белой клеткой.

«Таксисты, крутятся вокруг других приезжих. Странно, что к нам еще не подошли» — подумала Анджи, поправляя воротник песочного цвета рубашки.

— Джейн, нам нужна одежда, — сказала фон Браун.

— И зачем? Мы же и так не голышом тут стоим, — пожала плечами черноволосая и, одновременно с её действием, колыхнулась грудь.

Вомбат подошла вплотную и ткнула в большую грудь соратницы.

— Для местных ты голая. Впрочем, я тоже, — Херман показал на голые руки, открытую ложбинку груди и голые лодыжки. — У нас связной из местных. Густав посоветовал.

— Ладно. Плакали мои шортики, придется изнывать в чем-то длинном. Да и твои капри тоже сменить надо. — Джейн пошла в сторону автобусной остановки.

Завибрировал телефон. Анджи разблокировала экран и прочитала: «Гелиополис. Самый большой особняк. Обелиск. Площадь».

Нажала на кнопку назад, список «СМС» оказался пустым — ни намека на только что прочитанное сообщение, оно удалилось.

— Нам в Гелиополис, — сказала Анджи, идя следом за подругой.

— Хорошо. Где разживемся одеждой? Не платья же доставать, которые открывают слишком много? — сказала Джейн, показав большим пальцем на чемодан, что тащила подруга.

— Даже для меня некоторые платья слишком короткие, — буркнула Вомбат. — Вот скажи мне: зачем мы вообще взяли что-то помимо оружия?

— Сама прекрасно знаешь. И это ты проиграла в камень-ножницы-бумагу, вот и вези, — Ворона полуобернулась и улыбнулась.

«Тяжеленный — собака, и почему пистолеты такие тяжелые, когда их всего два и по четыре полные обоймы на каждый?» — подумала Анджи, сдувая непослушную прядь с лица.

На остановке терлись несколько малолеток с хитрыми взглядами, изучающие туристок с ног до головы.

Джейн прищурилась и грозно посмотрела на шпану. Те отошли на почтительную дистанцию, но не прекратили рассматривать девушек, словно голодные звери, готовые напасть.

— Анджи, повнимательней. Тут много воришек, и вон те ребята смотрят на наш чемодан, как крокодил на случайно зашедшую в Нил антилопу, — сказала черноволосая всматриваясь вдаль.

— Всегда начеку, — кивнула фон Браун.

Потомственная разведчица повернулась в сторону дороги. Рядом с аэропортом было довольно оживленное движение: две полосы были полны машинами, которые постоянно перестраивались, сигналили друг другу, подрезали.

«Варвары, водить не умеют. Надеюсь, что мы здесь недолго пробудем и захватим Алекса» — подумала Анджи, стирая капельки пота со лба.

Фон Браун осмотрела павильон остановки: голые металлоконструкции и потускневший полупрозрачный пластик на задней стенке и крыше. Хоть что-то здесь могло защитить от ветра и пылевых бурь. Да, неказистая крыша немного спасала от палящего солнца и, наверное, от дождя. С внутренней стороны павильона стенка покрыта обрывками рекламных объявлений на множествах языках, разными предложениями, даже на интимные темы. Кто-то умудрился прилепить рекламу борделя на крышу.

«Какие здесь интересные маркетологи. Изворачиваются как могут» — подумала Анджи, смотря на крышу, пока не зацепилась взглядом за относительно чистую табличку. — «Судя по всему, это расписание. Написано на английском, что автобус ходит каждые двадцать минут. Либо мы уже автобус проморгали, он уехал и нам ждать все время, либо скоро будет. Надеюсь, что время есть.»

— И почему мы не взяли такси? — спросила фон Браун.

— Вон, смотри, — Ворона показала пальцем на бежевую машину с шашечками на крыше. — Этот «Даймлер» сейчас уже раза два бортанул соседа. Вот!

Такси вильнуло вправо, зацепив красный «Чероки». Внутри обеих машин активно жестикулировали водители, орали друг на друга, хотя у них закрыты окна и они явно не слышат всех оскорблений.

— Думаешь, что на общественном транспорте безопасней? — сказала Анджи, всматриваясь в поток.

— Конечно. У водителей автобусов фиксированная зарплата, им гнать не надо, — Джейн сняла шляпу и пару раз взмахнула ей, создав прохладный ветерок. — Но сейчас есть время чтобы поговорить.

— Ага. Ты что-то хотела рассказать? — Вомбат повернулась к подруге.

— Да, про мою миссию в Нагасаки и про её… последствия, — сказала Ворона, шаря взглядом за спиной подруги.

— Так-так, интересненько. Раз ты решилась поделиться, то там что-то важное было и что только сейчас всплыло, — сказала Анджи, немного вытянув шею, чтобы рассмотреть автобус вдали.

— Да. План по экстрадиции Алекса был… спонтанным. С нами связался один товарищ из Микиширы, он предложил опытный образец их новой брони. И мы повезли эту броню в Нагасаки. Там тихий порт, можно вывезти что угодно при желании. Знаю, что в нем даже китаянок продают на работы на имперских фабриках, — скривилась Джейн и отвела взгляд. — И в это время, когда капсула с броней была уже у нас, в город заявляется её разработчик и сливается информация, что Микишира хочет избавиться от актива.

— Если это та же самая броня, что я наблюдала, когда мы брали лабораторию в Тихом Океане, то мне страшно становится, что Алекс мог наворотить в ней, — сказала Анджи, прикрыв глаза. — Если бы не милость, великодушие, даже не знаю, как назвать это желание Алекса, то я бы уже несколько раз сгнила в застенках допросных имперцев.

— Скорее всего одна и та же, — кивнула Ворона. — Мы спрятали капсулу в одном из казино. Но я не думала, что облава будет настолько масштабной. Когда был перехвачен диалог о количестве загонщиков, то я поняла, что наш общий знакомый не сможет физически от них скрыться, когда он на расслабоне.

— Не то, что сейчас, когда Алекс на стреме. Как чует что мы ему в спину дышим. Надеюсь, погоня за ним в ближайшее время закончится, — сказала Вомбат, встряхнув головой, чтобы отогнать муху, случайно прилетевшую на остановку. — Я правильно понимаю, что Алекс воспользовался броней, благополучно скрылся и судя по тому, что отец мне все уши не прожужжал о чудо-технике, то она осталась в Нагасаки? Как?

— Именно. И вытащить её нам поможет друг Алекса — Казуки. Кстати, приятный мужчина, только он слишком упивался тоской в нашу очную встречу перед отлетом, — черноволосая прижала ладонь к щеке и несколько раз задумчиво постучала пальцем по коже. — Не могу ответить на твой вопрос «как» он это сделал. Алекс вышел с черного хода казино, единственное что я знаю. А потом переоделся где-то, использовал трюк с накладной бородой и временной краской для волос.

— Вот оно как. И, по прилету в Сунаджи, он быстренько улизнул от наших коллег, — сказала Анджи, завидев подъезжающий автобус. — Только все равно смущает, что капсулу вы не вывезли.

— Не было времени. Я и так подчищала все хвосты как могла, пока твой отец меня не выдернул из Нагасаки, — Джейн придержала шляпу от набежавшего потока ветра, с остановившегося рядом автобуса.

Обшарпанный желтый автобус со следами ржавчины раскрыл двери-гармошки, выпуская наружу запах застоявшегося пота, восточных специй и лука.

— До Гелиополиса едете? — на английском спросила фон Браун у водителя.

— Да, моя дорогая, — без акцента ответил тот. — Заходите, пока мне тут шпана колеса не проткнула.

Джен прихватила чемодан, который тащила подруга и в одно движение оказалась в салоне. Анджи грозно посмотрела на крутившихся рядом мальчишек и те сразу отошли на почтительное расстояние, всем своим видом показывая, что они тут просто гуляют. Хотя один из них спрятал за спиной выкидной нож.

Зайдя внутрь, Вомбат окинула взглядом пассажиров: усталые египтяне смотрели на девушек со скользящим интересом. Некоторые пару раз мазнули взглядом по вошедшим, но парочка так и задержалась, продолжая раздевать неприкрытые части тела.

— Мои хорошие, — тихо сказал водитель девушкам. — Мой вам совет: прикройте плечи и грудь хотя бы полупрозрачной тканью, платками там. Я привычный и ничего не имею против вашей религии, но остальные готовы вас раздеть — и не только глазами…

— Спасибо большое, — поблагодарила Анджи водителя.

Джейн тем временем шла вперед, к заднему пустому ряду, притягивая к себе косые взгляды окружающих.

Двери захлопнулись с лязгающим звуком, водитель переключил коробку передач с характерным хрустящим звуком и автобус тронулся.

Пошатываясь, Анджи дошла до устроившейся подруги-разведчицы и плюхнулась в соседнее кресло. Как только обе девушки уселись, мужчины в салоне тактично отвернулись, а вот женщины, плотно укутанные в ткань, у которых только овалы лица открыты, с интересом рассматривали иностранок.

— Надо достать платки, — Ворона почесала голову. — Или хотя бы ветровки.

— Ты бы еще штаны надела, — заметила Вомбат.

— Ла-а-адно, — протянула Джейн. — Тогда пусть местные наслаждаются картиной переодевания.

Черноволосая приоткрыла чемодан, пошарила внутри рукой и вытащила оттуда два белых куска ткани, которые оказались шалью, джинсами и две песчаными ветровками. Анджи передала вещи и встала межу рядов, пошатываясь. Джейн взяла джинсы и быстро натянула, пока голодные до женского тела мужчины не взяли на абордаж автобус.

Накинув шаль на плечи, Вомбат пропустила к окну подругу.

— Надеюсь, что Гелиополис близко, — сказала Ворона, ловя разочарованные взгляды мужчин и одобряющие кивки женщин.

Анджи рассматривала в окне как один за другим пролетают кварталы. Старые, обшарпанные дома желтого и коричневого цветов казались мелкими и бедными на фоне её родного Сиднея. Здесь заправляли обликом города трех-, максимум — пятиэтажки. Зато во время редких остановок можно было рассмотреть входы в подъезды: вычурно оформленные, с явными мотивами европейской культуры — частые колонны, которые заканчивались держащими крышу крыльца горгульями. Такие же ажурные высокие двери, которые резал мастер. Вот только все красивости зачастую были в каких-то застывших подтёках, оборванных бумажках от объявлений. Нередко рядом со входами валялись люди грязного вида.

В один момент резко сменилась окружающая обстановка. Чистые, свежеокрашенные стены домов с помпезной лепниной в виде цветков, кувшинок, фиников. Опрятные огороженные заборчиками территории больших домов с растущими маленькими лесочками туй.

Но, все-таки, иногда Анджи приходилось отрываться от созерцания красот за окнами и посматривать на выходящих из автобуса местных.

«Надеюсь, что будет быстро» — подумала Вомбат.

Спустя две остановки, из-за горизонта появился шпиль обелиска, а затем и все его тело.

Автобус плавно затормозил у остановки, но двери не открылись.

— Гелиополис, мои дорогие! — крикнул водитель, обернувшись вполоборота.

Снаружи столпилось много жаждущих сесть внутрь, но проход пока не открылся.

Анджи схватила чемодан и подошла к двери выхода и только после это распахнулись створки.

— Спасибо! — крикнула на английском Вомбат.

Краем глаза, девушка заметила, как водитель улыбнулся и кивнул.

Пробравшись через толпу, подруги наконец-то смогли выдохнуть. На улице на удивление свежо и не сухо.

— Значит, самое большое поместье, рядом с обелиском, — тихо проговорила Анджи, осматривая памятник древности в центре площади, внутри кругового движения.

— Так вот он, — Джейн показала на трехэтажное здание, которое занимало чуть ли не половину окружности рядом с дорогой.

На всякий случай лейтенант фон Браун проверила слова подруги: такой большой территории вокруг просто не было. В основном к кольцу подходили короткие фасады. В некоторых стенах даже открыты лавки: портняжная, пекарня, кузнечная. Все эти лавки были на почтительном расстоянии друг от друга, но с противоположной половины круга, нежели особняк.

Кивнув Вороне, Анджи пошла к кованным воротам, за которыми виднелся ухоженный садик, лужайка и белая мраморная беседка.

Вомбат подошла к каменной колонне, на которую крепилась створка. Нажав на кнопку, над которой что-то было написано на арабском, девушка взглянула вверх: там висела камера видеонаблюдения. Над кнопкой находилась круглая сетка, за которой явно скрывался динамик.

Что-то затрещало из-под сетки и ворота открылись. Девушки спокойно прошли на территорию особняка. К ним навстречу спешил молодой человек, придерживая красную шапку, которая так и стремилась упасть во время бега.

— Господин Абдул ибн Сауд Аль Хазрад ждет вас, — с легким акцентом, на выдохе, сказала на английском молодой человек. — Прошу.

«Судя по всему, местный рабочий или подчиненный Аль Хазрада. Надеюсь, что переговоры пройдут достаточно быстро» — подумала Анджи, покрепче перехватывая ручку чемодана.

Джейн же невозмутимо шла за чернявым молодчиком в красной шляпе, похожей на усеченный конус. Внутри белого здания, больше похожего на средневековую постройку, оказался современный интерьер: полированный до блеска мрамор сочетался с золотыми акцентными полосами, которые опоясывали все помещения, несколько колонок в совершенно странных местах, большой плоский телевизор на одной из стен покоился рядом со шкурой льва. В центре зала стояли коричневые кожаные диваны, расположившиеся вокруг длинного столика.

В сторону входа, откуда зашли подруги, смотрел араб, средних лет в белом одеянии, с покрытой клетчатым красно-белым платком головой. Он гордо сидел, закинув ногу на ногу и положив руку на спинку дивана.

«Явно расслабленный, не ожидает никакого подвоха, в отличие от мужика с черными погонами. Лейтенант, скорее всего. Как и я… Что он делает здесь? Не помешает ли нам в разговоре?» — подумала Анджи, прекратив катить чемодан.

Тут же подскочил чернявый молодой человек, попытался дотронуться до ручки, но австралийка его остановила жестом и грозно посмотрела. Тот отдернул руки и отошел на почтительное расстояние.

Человек в погонах цепким взглядом осмотрел гостей, хмыкнул и развернулся.

— Дорогие мои гостьи! Рад вас приветствовать в моем доме! — сказал араб с клетчатым платком на голове. — Абдул ибн Сауд Аль Хазрад, к вашим услугам. Али, принеси кофе и закусок. Дамы после долгой дороги, а потому уважить надо.

— Благодарим за гостеприимство, — сказала Ворона, обходя диван с напряженным человеком в погонах. — Знаете, мы прибыли сюда как зацвела вишня у нас в саду.

— Я бы не отказался от пирога с ней, — сказал лейтенант, сжавшись словно перед броском.

— Но лучше вы бы отведали яблочный, — заметил Аль Хазрад, слегка улыбнувшись.

«Так, похоже тут оба в курсе дела. Условные пароли были пройдены, значит этот человек тут по делу. Вот только какому?» — подумала фон Браун, обходя диван, с другой стороны от подруги.

— Мой дорогой друг, Мухаммед, примчался сразу, как только смог, — сказал Абдул ибн Сауд. — И у него есть информация для нас. По делу Бена Мюллера.

Анджи уловила скрип от мраморного пола. Из глубины поместья спешил Али с подносом в руках, со стороны Джейн. Все внимательно наблюдали за молодым человеком с колпаком на голове. Али запнулся о край дивана, на котором сидел хозяин особняка. Джейн мгновенно метнулась в сторону падающего и успела его перехватить в полете за плечи.

Абдул ибн Сауд Аль Хазрад дернул щекой и одним взглядом показал на столик. Али быстро поставил поднос с четырьмя чашками и большим кофейником, поклонился и постарался как можно быстрее испариться.

Хозяин дома налил по чуть-чуть в каждую кружку щекочущего ноздри терпким и крепким ароматом кофе.

— Садитесь, дорогие гостьи. Прошу, — сказал Аль Хазрад, показывая на чашки.

Анджи взяла себе одну керамическую теплую чашку — сначала вдохнула бодрящий запах без дополнительных примесей, затем чуть отпила. И только после этого села на краешек дивана рядом с владельцем особняка. Джейн зеркально повторила все действия подруги и села рядом с Мухаммедом.

— Что же вам известно про Бена Мюллера? — спросила Вомбат, отпивая кофе.

— Дорогой друг, рассказывай. Им можно, — Сказал Аль Хазрад проведя рукой широким жестом в сторону лейтенанта.

— Смертельное ДТП, — начал Мухаммед.

Фон Браун собралась: непроизвольно напряглась шея, сжались руки в кулаки.

«Так. Не надо делать преждевременных выводов, Анджи. Это всего лишь начало речи» — подумала Вомбат.

Пару кратких вдохов и девушка пришла в норму.

— Жив ваш Бен. Да еще купил билет в Александрию, судя по нашим базам, — сказал Мухаммед, откинувшись на спинку дивана. — А теперь обговори некоторые детали…

«Главное, что Алекс жив. Значит, я все еще на задании. Лишь бы выиграть в этой погоне за ним. А то мы в этой гонке за вертким инженером не одни. Мисаки, ЧВК “Романов” и бог знает еще кто.» — подумала Анджи, расслабившись. — «Теперь у нас есть следующая точка его маршрута. Погоня близится к концу.»

Глава 9

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, аэропорт города Каир, 28 января 2012.

— Думаешь, получится пустить по ложному следу? — Я наблюдал за тем, как тягач подвез контейнеры с багажом к самолету.

Модель мне была не знакома. Крупная железная птица белого цвета. По двигателю на каждом крыле. На хвосте фюзеляжа можно разглядеть эмблему авиалинии. Синий гербовый лев.

Под колесами огромной махины копошились люди. В оранжевых жилетках они, подобно муравьям, сновали туда-сюда, выполняя только им известные задачи. Тягач с прицепом из стальных контейнеров на тележках проехал чуть вперед, состыковывая один из контейнеров с погрузчиком. Скоро начнется погрузка и наш чемодан тоже где-то там, в контейнере, среди нагромождения ему подобных.

— Не знаю, — Си покачала головой. — В любом случае, попытаться стоило.

— Это точно, — кивнул я. — Идем? — Я вопросительно посмотрел на виртуальную фигурку. — Нам еще по-хорошему до Александрии нужно добраться.

— Пошли, — согласилась ИИ. — Багаж сдан, регистрацию и контроль мы прошли. Осталась только посадка на самолет, но нам это не нужно.Может, хочешь что-то из “Дюти Фри”? — Си ехидно на меня посмотрела. В воздухе витали ароматы парфюма и еды. Где-то тут явно есть фудкорт. Я вспомнил свой опыт приема пищи в аэропорту Чада. Где-то внутри меня передернулся Алекс, любящий вкусно поесть.

— Обойдусь, — я бросил быстрый взгляд на ряды магазинчиков. — И так купил билет, которым не воспользуюсь.

— Уверен? — хитро посмотрела Си. — Нам же нужно замести следы. А значит нужен и «маскарад».

— Массаракш, — ругательство само вырвалось из моих уст. Что-то в последнее время я часто ругаюсь. Интересно, с чего бы это…

— После твоей фразы чувствую себя куклой Барби в руках ребенка, — пожаловался я ИИ.

— Какое интересное сравнение, — проекция засмеялась. — Но тогда ты скорее Кен. Для Барби тебе не хватает…— Си сделала паузу. — Некоторых анатомических особенностей.

— Ну, хоть что-то общее с Райаном Гослингом, — хмыкнул в ответ. Тут мой взгляд зацепился за вывеску магазина восточной одежды. Вот это мне и нужно.

— Сегодня мы идем, — Запела моя виртуальная помощница. — Тратить все свои…

— Все мои деньги, — заметил я.

— Вместе, — закончила ИИ. Мне оставалось только сокрушенно качать головой.

— Лучше бы помогла заработать денег, ей-богу, — уверен, что мой вздох можно было услышать на другом конце Каира. Парочка, проходящая мимо меня в этот момент, посмотрела на меня с сочувствием, но подходить они не стали.

— Ты же знаешь, у меня лапки, — в этот момент Си помахала мне своими конечностями. А на них, конечно же, были кошачьи лапы.

— Придуривалка виртуальная, — мне оставалось закатить глаза, а после направиться к магазину. Раз уж «играем в недошпионов», то нужно закупиться для маскарада. Смешно, конечно, рассуждать об этом как об игре, если на кону твое будущее. Умом понимаю, что это игры разума и его попытка облегчить мне жизнь. Но все равно порой странно осознавать и воспринимать выверты мозга.

— Добро пожаловать! — я, услышав это на мгновение застыл как соляной столб. Продавец араб тут же материализовался рядом со мной. Я буквально только зашел на его территорию, а он уже стоит рядом.

Но меня в шок повергло не то, что он такой быстрый. Нет. Он поздоровался со мной на русском. С акцентом, но все же это был русский!

— Он ведь сказал…— Си в изумлении ладошкой закрыла свой рот

Продавец, увидев, мою реакцию понял ее по-своему тут же затараторил на английском.

— Прошу прощения, не хотел вас так сильно выбивать из колеи, — он начал тереть большим пальцем костяшки на своей правой кисти руки. — Я вас поприветствовал на русском.

— На русском? — я отошел от шока и теперь внимательно рассматривал неожиданного собеседника. Лет тридцать пять. Среднего роста. В белом традиционном одеянии, вероятно, из своего же магазина. Загорелое лицо с едва видимыми морщинами. Лицо симметричное, нос с горбинкой и густые темные брови.

— На русского он вообще не похож, — ИИ окинула его взглядом и озвучила очевидное.

— Спасибо, Кэп, — откликнулся я. Пока что на ум не приходило ничего толкового. Поэтому решил дождаться объяснения от самого источника шока.

— Когда-то я учился в институте с русским, — продавец начал рассказывать, и тут же спохватился. — Хотите, кофе угощу? Я его варю на песке в турке.

— Давайте, — согласился я. Сто лет кофе из турки не пил. Японцы вообще не очень жалуют этот напиток. Они больше чаеманы. А тут такая возможность.

— О, еда! Кайф! — Си услышав предложение радостно потерла ручками.

— Ну, кофе все же не еда, — заметил я. — Хотя… — тут я на мгновение задумался. — Если его потреблять в огромных количествах, то, наверное, можно назвать его едой.

— Абдула! — продавец позвал кого-то. Из двери технической каморки выглянуло смуглое юношеское лицо.

— Да, пап? — обладатель лица не торопился выходить из двери.

— Абдула, последи за прилавком, — дав указание, отец гордо сказал мне. — Мой старший. Учу его всему, что умею.

— Такие знания всегда пригодятся, — согласно кивнул я.

Парнишка тем временем вышел на свет. Лет четырнадцати. Черные как смоль кудрявые волосы пышным шариком украшали его шевелюру. Парень послушно уселся за кассу. Продавец же повел меня в угол магазина. Там была обустроена небольшая зона отдыха с кальяном и столиком, на котором стоял аппарат для варки кофе на песке.

— Прошу, садитесь, — мужчина указал мне на одно из деревянных кресел. Я послушно уселся. Хоть кресла и были деревянными, но подушки мягко меня обволокли, так что дискомфорта совсем не было. Хозяин магазина сел рядом.

— Совсем забыл представиться, — араб протянул мне руку. — Хасим.

— Бен, — я чуть привстал чтобы пожать ее. Рукопожатие было крепким. А по нему можно чуть-чуть понять, что за человек перед тобой.

— Бен? — удивился Хасим. — Я думал, что у Вас будет славянское имя.

Пикнул аппарат для приготовления кофе. От песка веяло жаром. Похоже, мой собеседник включил нагревательную поверхность еще до нашей встречи. Он принялся заполнять турку. Сперва положил несколько ложек измельченного кофе. Пачка уже лежала на столике. До меня донесся узнаваемый аромат жаренных кофейных бобов.

— Пахнет вкусно, — Си зашмыгала своим тонким носиком. Я же спросил у араба.

— Почему Вы так подумали? — мне действительно было интересно почему он так подумал.

— Так я говорил ранее, — Хасим залил в турку из графина. Графин, как и пачка кофе, уже стоял тут заранее, а потому никуда ходить за водой не нужно было. — Я жил в общежитии с русским.

— Ого! — удивился я. — Русские же давно живут за «железным занавесом».

— Он сын русских эмигрантов, — поставив турку на песок, мужчина принялся подгребать мелкие кусочки раскаленного кварца к емкости с кофе. Делал он это металлической лопаткой с деревянной ручкой. — Они, видимо, что-то не поделили с новым правительством и уехали из РНС в сорок девятом году.

— Неожиданно, — признал я. — Вы от него узнали приветствие на русском?

— Ага, — Хасим кивнул и вновь начал перемешивать песок лопаткой. — Слава был славным парнем. Родился, правда, уже здесь, в Каире. Все мечтал вернуться на свою родину.

— Но занавес, — догадался я.

— Да, к уехавшим они относятся с настороженностью, — кивнул мой собеседник. — Но, помимо бумажной волокиты, есть еще одно. Ходят слухи, что вокруг Российского Научного Союза есть какой-то мистический барьер, который не позволяет пересечь границу.

— Звучит…— я попытался подобрать слова. — Мистически.

— Звучит как враки, — согласился Хасим. — Но кто знает, что там на самом деле.

Кофе, тем временем, видимо, был готов, потому что хозяин магазина принялся аккуратно из турки разливать по маленьким чашечкам. Первую он протянул мне.

— Спасибо, — я аккуратно принял миниатюрную емкость и чуть-чуть отхлебнул.

Насыщенный кофейный вкус ударил по моим рецепторам, но им, похоже, такие страдания понравились, а потому я отпил еще.

— Очень вкусно, — озвучил я свои впечатления. Передо мной материализовалась вазочка с рахат-лукумом.

— Рад что понравилось, — улыбнулся Хасим. — Попробуйте закусить вот этим.

— А почему Вы решили со мной поздороваться на русском? — озвучил я мучивший меня вопрос. Сказав это, я взял сладость из вазочки. Рот наполнился сладким вкусом розы. Розовый рахат-лукум, мой любимый.

— Вкуснятина, — озвучила вердикт моя виртуальная спутница. — Мне нравится.

— Я рад что понравилось, — мысленно ответил ей и вновь переключил внимание на собеседника.

— Так у Вас типаж очень схож с тем, как выглядел мой русский сосед. Я и подумал, что встретил еще одного потомка эмигрантов, — Хасим всплеснул руками. При этом из чашечки не пролилось ни капли. Вот оно — мастерство. — Но, похоже, ошибся. Надеюсь, что Вас не сильно смутил, — его лицо выражало сожаление.

— Нет, что Вы, — Я улыбнулся и сделал новый глоток. — просто был сбит с толку. Спасибо что рассказали.

— Да бросьте, — Хасим отхлебнув кофе отмахнулся. — Это самое малое, что я мог сделать дабы сгладить впечатление от своей выходки, — тут он посерьезнел. — Вы же не просто так пришли ко мне. Вас что-то интересует?

— Да, — я кивнул. — Мне нужно два комплекта одежды. А то в моем, — я свободной рукой обвел себя — Все же жарковато.

— Без проблем! — обрадовался продавец. — Подберем и сделаем все в лучшем виде!

— Абдула! — окликнул он парнишку. — Принеси нам два комплекта для нашего гостя. Те, что самые лучшие…

Вышел я из магазина минут тридцать спустя. Новая одежда была немного непривычной. Уж больно тонкая, будто в занавеску завернулся. Впереди замаячил знакомый борт со львом. Последний раз посмотрев на самолет, я отправился на выход.

— Штирлиц еще никогда не был так близок к провалу, — Си нарочито спокойным и поставленным голосом выдала эту фразу. Опять троллит. Ну и хрен с ней.

— Построй маршрут таким образом, чтобы как можно меньше камер зацепить, — попросил я.

— Уфф, — Си тяжело вздохнула. — Это будет непросто.

У меня перед глазами трехмерной проекцией высветился маршрут. Пунктирная линия петляла подобно заячьей тропе. Я послушно пошел по ней.

— Замри, — ИИ резко меня остановила. Я замер. Мимо начал проезжать маленький грузовичок с надписью «Аэропорт Каира».

— Теперь иди параллельно с ним, — Си вновь перестроила маршрут. Возражений не имел, поэтому послушно побежал вдоль коридора. Это было непросто, потому как я двигался быстрее потока, но делать было нечего.

— Остановись у стойки информации, — ИИ как заправский штурман вела меня по маршруту нашего забега.

До стойки оставалось около пяти метров. Си подсветила мне маркером место, где мне требуется остановиться. Меня толкнули в бок. Я оглянулся. Детина негр пер против течения, состоящего из людских тел. Распихивая локтями, он даже не оборачивался.

— Ну он и дает, — присвистнул я.

— Быстрее, не останавливайся и не отвлекайся. Тебе нужно поспеть за машиной! — поторопила меня встроенная в голову помощница.

Я же, осознав свой промах, ускорился и успел добраться до точки. Еще чуть-чуть — и я бы остался без «щита от камер».

— Куда дальше? — спросил я, уткнувшись в экран с информацией.

Подробный план рассказывал, как пройти в местную мечеть. Надо же, и тут есть мечети и храмы в аэропортах.

— Дальше, к сожалению, открытое пространства. Тебе нужно пройти пятьдесят метров до двери, — Си с сожалением покачала головой.

Я посмотрел на бумажные рекламные буклеты, что расположились рядом со стойкой информации.

— Давай тогда я уткнусь в эту «очень интересную рекламу СПА салона», — предложил я, кивком указав на рекламки.

— Как вариант, — согласилась ИИ. — Так им будет сложнее, так как ты лицо скроешь.

— Тогда решено, — я взял буклет с изображенными на нем знойными смуглыми красотками в восточной одежде для танцев живота.

— Что-то мне подсказывает, что там не только СПА услуги, — хмыкнул я и развернул брошюру.

— Наверняка, — ее фигуры я не видел, но был уверен, что она согласно кивнула.

— Интересно, в этом мире Прага тоже столица секс-туризма? — решил я вкинуть тему для обсуждения.

— Ну, — проекция уменьшилась и крохой зависла над бумажной поверхностью. Так я ее мог видеть. — Чешки, конечно, красивые, но ты вообще знаешь почему в нашем мире так произошло?

— Не-а, — покачал головой в ответ. Этого я действительно не знал.

— Я этого тоже толком не знаю, — огорошила меня ИИ. Оказывается, есть что-то, чего она не знает. — Но могу предположить, что все дело в законах. Проституция там не запрещена, но при этом сутенерство уголовно наказуемо.

— Не сутенер, а мастер по подбору девушек клиентам, — пошутил я.

Си усмехнулась.

— Ну да – ну да. Не уборщица, а клинер. Как ты стул не назови, суть-то не меняется, — по ее лицу было видно какого она высокого мнения о переименованиях и подмене понятий. И ее можно было понять.

— Зато появляются лазейки в законах, — заметил я. — И так будет всегда.

— Те, кто их пишут, всегда их оставляют, — кивнула проекция. — А ты прикинь если бы за страной следил специально обученный искусственный интеллект.

— Звучит одновременно прикольно и страшно, — от услышанного поежился. — Учитывая, что у государства монополия на насилие, ты прикинь, как все зависит от данных и ассетов обучения.

— Это да, — согласилась моя собеседница. — Зато какой результат при правильном проектировании.

— В теории — прирост экономики колоссальный, — от представленного на мгновение перехватило дыхание. — То равенство возможностей, к которому стремился дедушка на броневике… — я замолк не в силах добавить что-то еще. Уж больно глобальная и неподъемная идея.

— Есть к чему стремиться, — поставила за меня точку ИИ.

— Точно, — кивнул ей в ответ.

Тем временем, мы вышли на улицу. После приятного кондиционированного воздуха помещения уличный был сродни раскаленной гранитной крошке. Порыв ветра принес немного пыли, и я закашлялся. Буклет чуть не улетел вместе порывом, но я его удержал.

На большой площади перед аэропортом творился хаос. Машины, автобусы, такси, люди всех возможных национальностей. Все это смешалось в винегрет. А от жары не спасали даже посаженные деревья, в тени которых я сейчас расположился.

— Поезд или автобус? — спросил у меня спутница, когда я откашлялся. Она увеличилась до размеров стандартной фигурки, которыми была уставлена квартира в моем мире. То есть сантиметров двадцать тридцать. Не больше.

— Разве мы не решили, что автобус? По-моему, это проще— удивился я.

—Едет примерно столько же, — ответила Си. — Вон расписание. Но мы так и не решили тогда

Рядом со входом действительно стояла информационная панель с маршрутами транспорта. А я и не обратил на нее внимание.

— Что проще и быстрее? — мне нужно было понять, что сейчас выгоднее. Выигранное время нужно использовать по максимуму. Конечно, оно только в теории выигранное, но все же.

— Проще автобусом, — Си мгновенно ответила на вопрос. — Он, во-первых, ближе, а во-вторых, там точно не будет паспортного контроля.

— Понял, — я принял решение. — Тогда поедем на автобусе. Но сперва заметем следы. Найти камеры и построй маршрут вон до того туалета так, чтобы не попасться им на глаза.

Я указал на небольшое строение в тени деревьев, расположившееся в метрах в ста от нас.

— Маршрут построен, — Си козырнула, а перед глазами вновь вспыхнул «путь из виртуальных хлебных крошек».

— В это раз без игры в секретного агента? — спросил я. — Не то, чтобы мне не понравилось…Но утомляет.

Виртуальная помощница засмеялась и покачала головой.

— В этот раз все просто. Иди по маршруту и будешь невидимкой. Тут камер не так много. Плюс деревья помогают.

— Это радует, — кивнул я и пошел по маршруту. — Ты прикинь, как наши преследователи будут угорать с моих телодвижений, когда найдут на записях.

— Будет забавно, — хмыкнула ИИ. — Будем надеяться, что это не произойдет очень быстро.Как думаешь кто найдет быстрее? Джейн с Анджи или Мисаки?

— Хм-м, — я задумался. — Если честно, то было бы здорово чтобы Мисаки вообще не нашла. Меня ее методы пугают, — признался я.

— Надо же, — Си удивилась. — Я тоже поставила на австралийцев.Но немного по иной причине.

Мы подошли к туалету. Нырнув в мужскую часть, я вновь ощутил прохладу. Туалет с кондиционером? Это что-то новое.

— И по какой же причине? — заняв одну из кабинок, я снял рюкзак и принялся доставать из него еще второй комплект синего цвета, купленный в магазине.

— Хоть они и живут в Австралии, но они больше европейцы, чем японцы. А значит немного проще развить агентурную сетку на европейской территории, — пояснила виртуальная девушка свои размышления и выводы. Кстати, вполне логичные. О чем я и сказал спутнице.

— Ну, конечно, — она гордо подняла нос. — Ведь я аналитик по подписке.

— По подписке? — удивился я. — Чем принимаешь оплату своих услуг?

— Едой и приключениями, — хихикнула ИИ. Кто о чем, а она о еде.

— И в кого ты такая…— я начал облачаться в огромную белую рубашку, доходящую мне до щиколоток. Кажется, она называется кандура.

— Понятия не имею, — проекция заговорщицки подмигнула. — Но определенно в кого-то. Не просто так же я такая.

— Точно, — закончив с рубашкой, я достал автозагар. Небольшое количество пойдет на лицо и кисти рук.

— Смотри только не переборщи, — посоветовала Си. — А то будешь выглядеть как девица определенного типажа.

— Там нужны надутые губы, — парировал я и массирующими движениями нанес крем на лицо и руки. — Ну как?

— Самое то, — резюмировала моя спутница и вдруг запела. — Восточные сказки, зачем ты строишь…

— Так, — остановил я ее. — Давай без этого.

— Ладно, — ИИ замолкла.

Я же надел головной убор, закрывающий макушку и шею. Не арафатка, у нее какое-то другое название, но вспомнить его я не смог.

— Гутра, — подсказала мне виртуальная помощница. Судя по всему, она даже не обиделась на мою просьбу. Это радует.

— Но как ты поняла, что я пытаюсь вспомнить название? Опять в мысли попробовала лезть? — я прищурил свой взгляд и посмотрел на нее.

— Не, — та отмахнулась. — Чтобы это понять даже мысли читать не нужно. Ты ее вертел, прежде чем надеть. Причем чуть больше, чем требуется.

— А если я пытался понять, как ее носить? — поинтересовался в ответ.

— Тогда была бы другая моторика рук и пальцев, — пояснила мне ИИ. Я лишь покачал головой.

Последним штрихом стал матерчатый мешок-баул, в который я спрятал свой рюкзак. Нужно по максимуму сменить свой образ. Тогда меня будет труднее обнаружить.

— Я готов, — баул занял свое место на спине. Не очень удобно, но придется потерпеть. Безопасность важнее комфорта.

— Тогда в путь! — провозгласила Си и махнула рукой в сторону выхода. — Путешествие ждет нас!

Глава 10

Казуки Такахаши. Империя Восходящего Солнца, префектура Нагасаки, город Нагасаки. 28 января 2012.

В хранилище тел прохладно. Казуки повел плечами, чтобы немного разогреться. Достав из нагрудного кармана пиджака зажигалку, он щелкнул. Гулкое эхо разнеслось в пустынном помещении, заставив вздрогнуть сидящего за столом, щупловатого мужчину средних лет в белом халате.

— Демоны… — шепотом ругнулся доктор и повернулся к источнику беспокойства.

Низкий голос патологоанатома хорошо распространялся от дальнего угла в помещении до входа.

— Я не демон, хотя могу быть им для кого-то, — сказал бывший контрразведчик, походя к доктору. — Казуки Такахаши.

Немного поклонился, чтобы соблюсти приличия и огляделся по сторонам: одна стена полностью усеяна квадратными дверцами, по центру три стальных стола, рядом с ними — стойка с медицинскими инструментами на колесиках, в противоположном углу от письменного стола шкаф с замочной скважиной.

Доктор встал, быстро поклонился и подошел к начальнику отдела перспективных разработок.

— Хидэтаки Казуя. Патологоанатом, но это Вам и так известно, — доктор внимательно осмотрел гостя, словно пытаясь детально изучить нарушителя покоя. — Простите, профессиональная привычка. У вас череп правильной формы.

— Не каждый день мне делают комплименты, особенно доктора, которые постоянно работают с телами, — сказал Казуки, слегка улыбнувшись.

Хидэтаки прошелся повернулся влево и тут же вправо. Всполошившись, он показал на стул возле письменного стола.

— Прошу. Думаю, у нас разговор будет долгим, — сказал Казуя, отвернувшись.

Доктор подошел к стене с дверцами, прошелся вдоль направо и открыл второю от стены дверцу посередине стены. Казуки не смог рассмотреть за спиной Хидэтаки что он делает.

Бывший контрразведчик не сдвинулся с места, на всякий случай сгруппировался для быстрого реагирования.

За доктором что-то щёлкнуло и стало шипеть как от быстрого испарения. Хидэтаки открыл дверцу сверху и достал заварочный чайник и жестяную банку. Сноровисто открыл обе емкости, прижимая одной рукой к телу. Взяв из банки ложку, Хидэтаки насыпал чайные листья в заварочный чайник.

Зажурчала вода, бурля, паря в ячейке для тел. Доктор вернул банку в ящик.

«Странно, обычно там лежат трупы, а не чайные принадлежности. Неужто холодильник сломался?» — подумал Казуки, продолжая наблюдать за действиями патологоанатома.

Оттуда же Хидэтаки достал две простые белые кружки с ручками, на европейский манер.

Когда доктор отошел чуть в сторону, то наконец-то увидел внутри электрический чайник и отсутствие изморози на стенках камеры.

— Прошу, садитесь за стол, разговор нам предстоит долгий, наверное. — повторил доктор, поставив на стол кружки и заварочный чайник.

Казуки расслабил затвердевшие в боевой готовности кисти, выдохнул и подошел к столу, обходя стальные каталки для трупов. Один стул отставлен, ткань на сиденье уже истерта, а второй задвинут под стол.

Отодвинув стул для гостей, который практически блистал новизной, Казуки сел на мягкое сиденье.

— Знаете, госпожа Отсуки, когда стала проверять информацию, полученную от вас, сильно забеспокоилась, — начал разговор Казуки, устраиваясь поудобнее на стуле. — Это та неловкая грань, к которой надо правильно подступиться с нужной стороны.

Отщелкнул чайник с характерным звуком, и доктор отвернулся от собеседника.

— Вы правы, — кивнул Хидэтаки не оборачиваясь. — Иногда в поиске баланса мой язык заводит меня куда не следовало.

— Хранить тайны — это навык. А сохраненная тайна — честь, — сказал Казуки, положив локоть правой руки на стол.

— Вижу, что Вы человек правильный, — сказал доктор, взяв чайник. — Судя по вашей осанке, атлетичной фигуре и сопутствующей этому всему уверенности, вы служили и готовились к службе.

Хидэтаки подошел к столу, залил кипяток в заварочный чайник и отнес назад в ячейку электрический чайник.

«А он наблюдательный, значит, опыт у него большой. Это хорошо, специалист, значит, опытный. Не каждый может сходу выделить тип фигуры у человека за одеждой. Его бы к нам в клан переманить» — подумал начальник отдела перспективных разработок.

— А судя по Вашим морщинам на лбу, когда думаете, Вы достаточно уравновешенный человек и с Вами можно иметь дело, — сказал Хидэтаки, садясь на потертый стул.

— Прежде чем продолжим разговор, нужно прояснить вопрос, — Казуки прищурил глаза и уставился на доктора. — Вероятно, к Вам приходил человек из определенных структур до меня. Что Вы рассказали лысому, о котором говорили?

— Ох, это в принципе тот же разговор, что и был с Отсуки. Только несколько… — Хидэтаки взял заварочный чайник, взболтал содержимое и разлил по кружкам. — Дополненный.

— Хорошо. А где металлический доспех? В котором сожгли… Алекса Нагорных, — Казуки внутри сморщился, но внешне не выдал ни движением эмоций.

Хидэтаки удивленно приподнял брови.

— Один из людей Микиширы забрал его вчера, — ответил доктор.

— Кхм. Знаете, у нас принято диверсифицировать информацию, — сказал Казуки.

«Вот только мне должны были сообщить в первую очередь что произошло с тестовым образцом брони. Очень странно. Словно Хиришира намеренно меня оградил от этой информации» — подумал бывший контрразведчик.

— Эта тяжеленная фиговина хранилась у меня тут, в одном из неработающих ящиков, — Хидэтаки махнул рукой за спину. — Все равно в нем не было органики, только место занимал.

— Хорошо. Опишите, пожалуйста, этого лысого человека. Приходил он до или после того, как увезли доспех? Задавал ли вопросы про броню? — Казуки потянулся к одной из двух одинаковых кружек.

Тепло чая немного разгоняло окружающую прохладу, настраивало на беседу.

— Азиат, скорее японец. Полностью лысая голова, брит опасным лезвием, судя по парочке тонких шрамов. На затылке шишковидный переход, глазницы немного выступают над плоскостью лица, — перечислил Хидэтаки. — На лицо обычный, но взгляд цепкий. Рост средний, ниже Вас. Говорил обстоятельно, медленно.

«Похоже, к нему другой человек приходил. Но не исключаю что из ЧВК Романов. Но судя по поведению — достаточно близкое попадание» — подумал бывший контрразведчик.

Доктор отпил из своей кружки и уставился в пустоту.

— Продолжайте, — попросил Казуки.

— Этот человек приходил сегодня утром, до Вашего звонка. Представился… — Хидэтаки взглянул куда-то вверх. — Впрочем, не важно.

«Очень даже важно. Что-то скрываете, доктор» — начальник отдела перспективных разработок пригубил чай.

— Вопросы у него странные были, — после паузы продолжил Хидэтаки. — Насколько герметичен доспех? Почему внутри не осталось органики? Что стало с трупами нападавших? Хотя, как по мне, они, наоборот, оборонялись. Была ли развернута беспроводная связь в том районе? Как считаете, что послужило причиной смерти? И еще куча других, непонятных.

— И вправду, что стало причиной смерти? — Казуки сдвинул брови, нахмурился.

— Нет тела — нет дела, — с кружкой в руках, развел плечами Хидэтаки. — Как смог открыл доспех, а внутри идеальная для побывавшей во взрыве и пожаре броне чистота. Даже под ультрафиолетом ничего человеческого не отпечаталось. Словно там и не было никого.

— Но, тем не менее, Вы что-то нашли? — Казуки отпил чай.

— Да, но только это было две партии образцов мышечных тканей. Первый датируется годом назад, примерно. А второй был получен примерно месяц назад, — сказал Хидэтаки, перейдя на деловую речь.

«Год назад случилось нападение на нашу исследовательскую базу австралийцами, а месяц назад Алекса отравили. Видать, когда капсула его отпустила, то врачи решили изъять немного тканей. Вопрос только откуда? И неспроста такие важные образцы отосланы именно сюда. Значит, этот Хидэтаки специалист компетентный» — подумал Казуки, внимательно присматриваясь к доктору. — «Вот только как эту безусловно важную информацию он выдал Джейн? Падок на женщин? Или наоборот — страдает от недостатка внимания?»

Патологоанатом продолжил:

— Первая и вторая партии были схожи по набору генов. Некоторые последовательности цепочек сильно отличаются от обычных последовательностей европейца. Да даже от негров и азиатов в особенности! — Хидэтаки с каждой секундой все больше распалялся, его речь становилась четче и громче. — Словно его предки и он сам болели другими болезнями, прививались другими прививками. Из этого я могу сделать только такой логический вывод — он либо пришелец, что невозможно, либо из РНС.

— Знаете, более вероятна версия, что человек, у которого взяли образцы, может быть из РНС. Но, тем не менее, это не было доказано, хотя косвенные признаки были, — сказал Казуки, отводя взгляд. — Но продолжайте.

Доктор кивнул

— Да. Есть еще странная последовательность в ДНК, словно встроенная на место, где могут проявиться атавизмы. В общем, заменена условно «мусорная» часть генома, — Хидэтаки, прервался на то, чтобы смочить горло чаем. — Только там теперь находятся явно искусственные цепочки, из пуриновых оснований. Но тут исследований мало.

Свободной рукой доктор активно жестикулировал, как бы подкрепляя сказанные слова.

«Ничего не понял, но очень интересно. Это я узнал еще и из разговора с Джейн, и она что-то говорила про дополнительные нервные окончания» — подумал Казуки, поставив на стол пустую чашку.

— И это все, что Вы рассказали тому человеку? — Казуки, выпрямился, собрался и уставился на доктора.

Хидэтаки опять отвел взгляд.

— Нет, — доктор вытянул шею и посмотрел в кружку собеседника. — Вижу, что Вы допили чай. Проще показать остальное, чем рассказывать. Нам на второй этаж.

Казуки выдохнул с облегчением. Оглядев комнату еще раз, он не увидел ничего выбивающегося из картины. Стерильно, чисто, как и должно быть.

Доктор вскочил со стула, вызвав скрежет ножек о желтоватую плитку. Не оборачиваясь, он вышел из помещения, открыв толстенную пластиковую дверь с маленьким окном посередине.

Последовав за Хидэтаки, бывший контрразведчик достал из кармана пиджака зажигалку и крепко сжал в кулаке.

«Если подумать немного глубже и предположить, что Алекс действительно из РНС, то уже многие факты сходятся. Говорит на русском языке, есть познания о национальной еде, обычаях. Знает технологии, которые нам даже и не снились. За ионной стеной, наверное, и не такое творится. Да, ему отшибло память. Но это с его слов. Запрос в генконсульство РНС не дал результатов — не признали Алекса. Но, с другой стороны, есть ЧВК “Романов”, который очень часто интересуется моим другом» — подумал Казуки, выйдя из танатологического отделения.

В пустынном белом коридоре гулко отражались от стен шаги доктора и бывшего контрразведчика.

Хидэтаки часто мельком смотрел на Казуки.

Однообразные стулья, похожие на те, что были в хранилище тел, стояли возле каждой двери.

Завернув на лестницу, доктор в очередной раз оглянулся и чуть не споткнулся.

— Сейчас в Институте довольно тихо, к вечеру затишье, народ уже готов принимать спирт, — неловко улыбнулся Хидэтаки, поднявшись на пролет выше.

— И даже студенты-практиканты? — спросил Казуки, улыбнувшись.

— И даже они, — уверенно кивнул доктор.

— А кто же остается в больнице при институте? Неужто трезвенники и провинившиеся? — спросил бывший контрразведчик.

Хидэтаки затормозил на площадке между первым и вторым этажом.

— А как вы догадались? — похлопал глазами доктор.

— Так все просто, — Казуки развел руками в сторону, продолжая зажимать зажигалку в руке. — Либо ты пьешь со всеми, либо ты оторвался от коллектива. Погляжу, что у Вас тут с этим, как и в корпорациях.

— Не без этого, — кивнул патологоанатом. — У нас тут много людей из разных кланов. Я, например, из клана Такеда. Есть и ваши.

На втором этаже сквозь большие окна в галерее просачивался красный закатный свет, создавая ложное ощущение марева. Казуки посмотрел на улицу — город за пределами территории Института активнее просыпался к вечеру: вдоль проезжей части все больше и больше прибывало людей с соседних улочек. И, в контраст, который подсвечивает закатное солнце — пустота внутри территории Института.

Казуки, выдохнул и положил зажигалку на место. Пустынность коридора навевала холодную безмятежность, присущую больницам. Даже местные стены покрашены в холодный оттенок зеленого, что только усиливало отстраненность от реального мира за территорией института.

Спустя несколько белых дверей, Хидэтаки остановился напротив одной из под номером двести двадцать восемь. Похлопав себя по карманам, доктор выхватил ключи: его руки слегка подрагивали.

«Не могу понять, то ли он возбужден от того, что может поделиться открытием особенностей тканей Алекса хоть с кем-то, либо он что-то скрывает.» — подумал Казуки, смотря в спину патологоанатому.

Дверь поддалась, Хидэтаки быстро юркнул внутрь. Казуки зашел следом, внимательно осматривая помещение. Несколько железных шкафов с надписями «Реагенты», парочка обычных, деревянных стеллажей со стеклянными дверцами, за которыми лежали папки. Возле входа, на вешалке, висел желтый резиновый костюм химзащиты. В центре стены слева — специальный шкаф с защитным стеклом и отдельной трубой вентиляции. Внутри виднелись колбочки с синим раствором и синие кристаллы на стеклянных чашках.

«Интересно, что это за химические опыты тут производятся? Или этот парень предприимчивый несколько в другом роде? А как же тогда баланс? Странно» — подумал Казуки, наблюдая за обстановкой.

— Я сейчас, — сказал Хидэтаки, влетая в приоткрытую дверь в стене справа от входа. — За образцами схожу…

Казуки обошел по кругу два лабораторных стола с аппаратурой. Белые микроскопы с дополнительным экраном. Присмотревшись чуть поближе, Казуки увидел, что разрешающая способность у микроскопа — пятьдесят микрон.

Несколько новеньких центрифуг, спектральный анализатор и еще очень много другой техники, назначение и название которых бывший контрразведчик не знал.

«Подозрительно новые инструменты. Словно только что с конвейера и распаковали сразу. Все выглядит очень по-современному. Ощущение, что попал в лабораторию в Токийском университете, или даже на фармакологическое предприятие» — подумал Казуки, всматриваясь в технику.

Хидэтаки вылетел из другой комнаты, как пробка. Подбежав к столу, он встал рядом с микроскопами. Аккуратно положил три образца на стол. Махнув рукой в белой перчатке, словно приглашая, доктор подсунул под микроскоп образцы.

— Такахаши, прошу, — сказал патологоанатом.

Казуки внимательно наблюдал за тем, как настраивает приборы доктор. Подойдя к столу, он заметил, что образцы зажаты между стёклышками и пронумерованы.

Поколдовав над техникой, Хидэтаки выпрямился.

— В левом микроскопе будут образцы обычного человека. В правом — поочередно буду показывать ткани Нагорных, — у доктора загорелись глаза. — Вот, смотрите.

Казуки подошел к левому микроскопу: верхушка прибора практически сравнялась с ростом бывшего контрразведчика. Начальнику отдела перспективных разработок пришлось нагнуться, чтобы заглянуть в бинокулярный объектив.

На образце обычного человека Казуки увидел стык четкой клеточной сетки и продолговатых, словно намешанных, клеток. Посреди части, в которой творился хаос, выделялись четкие структуры в виде овалов, внутри которых вилась лесенка, которая плавно заканчивалась длинными извивающимися хвостиками. Иногда были заметны отдельные круги или как бы срезанные овалы.

— Видите капсулы овальной формы, внутри которых спираль, а снаружи отросток? — спросил Хидэтаки. — Это ткани кожи, если что.

— Вижу, — сказал Казуки, разгибаясь.

— А теперь посмотрите на первый образец Нагорных, — доктор показал на большой микроскоп.

Казуки прищурился, глубоко выдохнул и взглянул в бинокулярный объектив второго прибора.

Длинные, продолговатые ткани ровными рядами лежали на стекле. Параллельно толстым клеткам лежали тоненькие, которые цеплялись за большие через почти равные промежутки. В местах соединения образовывались лунки, которые не давали тонким пучкам отцепиться от толстых.

— А что тут необычного? — спросил Казуки, продолжая наблюдать в микроскоп.

— Вы внимательно посмотрите на маленькие тонкие линии — это нервы, — сказал Хидэтаки.

«И что же я должен тут такого увидеть сверхъестественного?» — подумал начальник отдела перспективных разработок.

Взгляд зацепился за один участок, где нервы как бы двоились. Причем одни были других цветов, более светлыми, по сравнению с основной массой. Эти светлые нервы оплетали основные, были слегка тоньше и так же обвивали пространство внутри лунки между нервом и тканью.

— Когда был получен этот образец? — задумчиво спросил Казуки, выпрямляясь и потирая переносицу.

Хидэтаки подошел к правому микроскопу и ловко заменил первый образец на второй.

— Полгода назад. Со мной связались ваши представители, передали первый материал, — сказал доктор, подкручивая ручки на приборе. — Вот, прошу.

Казуки прилип к окуляру и увидел похожую структуру, как и в левом микроскопе. Много упорядоченных клеток в виде кирпичной стены, а чуть пониже — опять нагромождение хаоса. Только на сей раз вокруг капсул появилась еще одна оболочка, прерывисто покрывающая эти тельца.

«Хм, интересно. Это, скорее всего, кожа опять. Неужто взяли кусочки тканей, пока Алекс лежал в коме после отравления? А другая ткань тогда откуда? И если её взяли год назад, то это примерно совпадает с временем нападения австралийцев на нашу островную научную базу. Тогда Алекс проходил долгую реабилитацию. Но образцы ничего не объясняют. Пока. Надо подтянуть знания по биологии» — подумал Казуки, отстраняясь от бинокуляра.

— В чем, собственно, интерес у вас? — спросил бывший контрразведчик, почесав подбородок. — Да, образцы немного отличаются, но и все.

— Дело в том, что это неизвестные мутации, — скороговоркой выпалил Хидэтаки. — В гладких мышцах редко можно увидеть такие одновременные присоединения аксонов. Но в первом образце они есть, и частые. Причем те, белые нервы, — синтетические. Я некоторые части этого образца проверил в разных препаратах и ничего похожего на естественную биологию я не увидел.

С каждой секундой доктор распалялся, размахивал руками, словно рассказывает научное достижение мирового масштаба.

— Удивительно, но на ток эти дополнительные нервы реагируют несколько по-другому. У них потенциал действия в покое не семьдесят милливольт, а около пятидесяти. Может даже меньше. Некоторые могут работать в противовес от обычных нейронов, — Хидэтаки развел руками. — Одни странности.

— И к какому выводу вы пришли? — спросил Казуки.

— Это искусственно вживленная система, причем в последнем образце эта синтетика развилась достаточно сильно: она дотянулась до кожи, — доктор почесал затылок, скривился и отдернул руку в перчатке. — Жаль, что нет мышечной ткани, хотелось бы посмотреть динамику.

«Интересно, что это за вторая нервная система у Алекса? Надо спросить у него, когда встретимся. Если встретимся» — поправил себя в мыслях Казуки.

— Насколько я знаю, есть некие эксперименты, которые проводили в Союзе Пяти Наций — они пытались воскресить человека после смерти, подавали разные токи в нервную систему. Но у них что-то пока не выходит, — сказал Казуки, сжимая кулаки.

— Слышал про такое. И возможно это, — Хидэтаки кивнул на образцы. — Одни из результатов их экспериментов. Не знаю.

«Кажется, что он знает немного больше, чем пытается рассказать. Надо раскрутить» — подумал Казуки разжав кулаки.

— А кто финансирует ваши проекты? — бывший контрразведчик обвел ладонью помещение. — Слишком новое у вас оборудование. Цифровые микроскопы с поражающей точностью, куча специфических приборов…

— В основном Сацукуро и мой клан. На исследование этих образцов, — Хидэтаки кивнул в сторону микроскопов. — Выделил сумму Микишира. Но в основном медицинские исследования финансируют Сацукуро. Или наша лаборатория самостоятельно обеспечивает себя. Иногда.

Казуки вздохнул.

«Иногда. Значит он делает что-то на стороне и пользуется этой лабораторией. Не нравится мне это слово в его речи» — подумал Казуки, на секунду прикрыв глаза.

— Ты про вот те синие кристаллики в шкафу? — спросил Казуки. — А где же твой баланс, о котором ты говорил, если производишь наркотики? Это не по чести.

Хидэтаки свел плечи, ссутулился, напряг шею и часто задышал. В это же время бывший контрразведчик продолжал цепко смотреть на доктора, стараясь не выдавать бурю внутри.

«Все-таки это наркота. Эх, хороший вроде бы парень, но поступает не по чести. Нельзя такие вещи делать» — подумал Казуки, уткнувшись взглядом в патологоанатома.

— Это не то, про что вы подумали. Это исследования для Сацукуро… — попытался отговориться Хидэтаки.

«Надо его раскрутить. Притворюсь что Джейн мне рассказала больше, чем стоит» — подумал Казукию

— Знаешь, мне моя подруга рассказала немного про тебя. Она же копала не только под Сацукуро и происшествие, но и под тебя. А там… — Казуки картинно прикоснулся ладонью ко лбу и резко опустил руку вниз, словно стряхивая что-то.

Хидэтаки пошатнулся и оперся на стол, чтобы не упасть, когда задрожали колени.

— Надо было спрятать эти образцы. Хотя кто же знал… — пробормотал доктор. — Откуда Вы знаете, как выглядит мет?

— Служба, — пожал плечами Казуки. — И не такое можно увидеть. Так, где баланс?

Хидэтаки скривился и брезгливо снял перчатки. Обшарил взглядом пространство и остановился на табуретке с колесиками под столом. Поддев ногой, он придвинул табурет и опустился на него, как мешок риса.

— Баланс в том, что это чистый продукт, от которого меньше последствий. Кланы сами покупают — им дополнительный источник дохода нужен подольше. Да и местные якудза тоже. Вот я и балансирую между спросом и предложением.

— Тц. Мне казалось, что ты поступаешь по чести. Проводишь независимые расследования, на которые не влияют кланы, — сказал Казуки приподняв в отвращении краешек губ.

— Так и есть, — Хидэтаки кивнул.

— А мне кажется, что наоборот. Ты зависишь от денег, которые предложат кланы. Где твоя честь, раз ты печешься о балансе? — Казуки тыкнул указательным пальцем в сторону доктора.

Хидэтаки съежился под грозным взглядом нависающего над ним бывшего контрразведчика.

— Деньги — это деньги. Когда их нет, то честью и не пахнет, — сказал доктор, после некоторой паузы, смотря в пол. — Вот ты скажи, есть ли честь в том, что вы вырезаете друг друга в клановой конкуренции, когда есть внешний враг? Или, когда нападают ваши же кланы сами просят меня провести не слишком этичные эксперименты?

— Не путай личную честь и честь клана. Ты в ответе за эти две сразу, — сказал Казуки, насупившись.

— И что для тебя важно? То, что у тебя внутри или в клановой структуре? Какая честь для тебя главнее? — спросил Хидэтаки, подняв голову и уставившись на собеседника.

Казуки хотел было что-то сказать, но остановился.

«И правда, какая честь для меня важнее? Это… Странно, что меня сбил с толку простой вопрос. Странно, что я вообще над этим задумываюсь» — подумал начальник отдела разработки перспективных технологий.

— Я получил информацию, которую хотел, — сказал Казуки, разворачиваясь.

— А что со мной будет, — тихо спросил Хидэтаки.

— Не знаю. Мне пока некогда заниматься твоим делом, — пожал плечами бывший контрразведчик. — Твое бесчестье когда-нибудь тебе аукнется.

Выпрямив спину, Казуки вышел из кабинета.

«Слишком много вопросов этот визит оставил. Надо будет наркоконтроль натравить на этого докторишку. Пусть пока подумает о своей чести. Может быть, сам сдастся. Хотя учитывая, какая здесь полиция — не факт, что они не в доле. Эх…» — вздохнул он, спускаясь по лестнице.

Выбежав из здания медицинского института, Казуки потянулся к пачке сигарет. Подрагивающими от злости руками достал одну и быстро прикурил.

«Неужто мозгов не хватает, чтобы такой херней не заниматься?!» — Гневно подумал Казуки.

Минув аллею с аккуратно подстриженными кустами, бывший контрразведчик оказался на оживленной улице, кипящей веселой жизнью Нагасаки.

«Ладно. Оставим этот вопрос с поиском чести. Есть более насущная проблема. Кто же такой Алекс?» — подумал Казуки, крепко затянувшись. — «Надо связаться с Джейн. Посмотрим, что она еще может предложить.»

Глава 11

Гидеон Гирсов. Российский Научный Союз, Пермская губерния, Екатеринбургский уезд, город Екатеринбург. 29 января 2012.

Из иллюминатора далеко на юго-юго-востоке виднелся возвышающийся синий столб побочной эхо-энергии реактора Прокола. Четкая, но не слепящая синева каждый раз завораживала Гидеона.

Мерно гудели двигатели дирижабля, давая еле заметную вибрацию всему корпусу.

По верхней палубе аэростата свободно бегали детишки, гоняясь друг за другом, счастливо взвизгивая каждый раз, когда передавалась роль водящего. Несколько мужчин в костюмах, больше похожих на офицерские мундиры, нежели на форму научных сотрудников, беседовали за бокалами слабоалкогольной медовухи и вскользь наблюдали за малышней.

Дамы разместились с противоположного края палубы, возле крутящихся кресел на рельсах.

Гидеон в очередной раз скользнул взглядом по крутой фигуре татарки в брючном сером костюме, а черные как смоль волосы средней длинны приятно сочетались со слегка смуглой кожей ее лица. Она оживленно говорила, смеялась с товаркой в легком платье с неглубоким декольте и широким вырезом вдоль юбки. Её пшеничные длинные волосы прямыми водопадами струились по плечам, сочетаясь с белым платьем.

«И тут красавицы живут. Эх-х» — подумал министр научной разведки, отвернувшись.

Гидеон пошел в сторону барной стойки, что расположилась в хвостовой части верхней палубы.

Министр внешней научной разведки сел за барную стойку.

— Вот скажи мне, Раффик, — обратился Гидеон к бармену. — В чем суть твоей профессии?

Молодой человек приподнял кустистую бровь и перестал протирать стакан. Гордо вскинув орлиный нос и улыбнувшись, он ответил с легким южным акцентом:

— Наливать то, что есть в запасах по запросу, дорогой гость.

— Хм-м-м, разумно, — сказал Гидеон — Но вот смотри. По сути, ты спаиваешь людей, а они, в свою очередь, при регулярном непотребном поведении теряют уровень социального рейтинга. То есть на уровне государства намеренно разрешены услуги, которые губят его же народ.

— Вай, министр, вроде бы умный человек, а такие вещи спрашиваете, — покачал головой бармен, и оперся руками на стойку. — Все просто. Они травят себя сами. Пить или нет — это решение конкретно человека. Не государства.

— С этим соглашусь. Но меня часто не покидала мысль, что мы косвенно причастны к разным… инцидентам, — Гидеон взмахнул рукой.

— Стигматизация алкоголя, отношение к нему — это социальный конструкт. И вот как раз государство устанавливает рамки дозволенного и доступного. — Раффик посмотрел в глаза министру внешней научной разведки. — Вы все и сами прекрасно понимаете на примере государств извне завесы.

— Питерский философский факультет? — спросил Гидеон.

Бармен кивнул, распрямился и скрестил руки на груди.

— Тогда почему здесь работаешь? — продолжил расспрашивать министр.

— Это так, для души, — махнул рукой Раффик. — Тем более я могу вполне наблюдать все философские концепции прямо здесь, на палубе.

Бармен с философским образованием развел руки, словно хотел обнять дирижабль: все паркетные полы с железными бороздками под мягкие сиденья, купол из стабтитана над палубой, капитанскую рубку в носу аэростата, машинное отделение на нижней палубе и, конечно же, шкафы бара с множеством всевозможных видов алкоголя и сиропов со всех уголков РНС.

— Ну, а все-таки, что сам думаешь? — с интересом спросил Гидеон.

— Вон те две прекрасные барышни, — Раффик показал пальцем в сторону двух девушек. — Министр психоохранения и здравоохранения, не запрещают алкоголь, только регулируют каждый со своей стороны. Да и я не смогу молча налить, скажем, больше пяти стопок водки — вот тут уже моя ответственность предупредить человека, что если он захочет еще, то на следующий день будут вертолеты вместо дирижаблей. А потом уже воля человека — слушать или нет.

— Честный ответ, — Гидеон протянул руку и улыбнулся.

Раффик ответил крепким рукопожатием.

— Всегда готов, министр, — бармен взъерошил короткий ежик черных волос на своей голове. — Да и нравится мне это дело. На высоте спокойно, есть время и для работы, и для мыслей.

— В этом что-то есть. Вроде бы скорость чуть меньше, лишь чуть-чуть чем у обычного самолета, но плавность движения дает иллюзию покоя, — сказал Гидеон, повернувшись в сторону иллюминатора. — Да и свет Прокола вселяет надежду.

— Каждый видит в нем свое, — развел руками Раффик. — Вы, наверное, редко сталкиваетесь с нашими технофобами, у которых низкий социальный рейтинг.

Гидеон зацепился взглядом за поднимающееся вверх облако — аэростат снижался.

«А ведь действительно. Я всегда кручусь вокруг ученых, да среди моих людей. Когда я в последний раз вот так болтал ни о чем, как сейчас?» — подумал министр.

— Есть такое, Раффик, есть… — вслух сказал Гидеон.

Собеседник министра смутился, но наваждение быстро прошло, и он нагнулся, зашуршал под стойкой, послышался звон стекла. Встав в полный рост, Раффик держал в одной руке графин с соком и характерным цитрусовым запахом, а в другой — стакан с зеленым кругляшом киви внутри. Резким движением он возвысил графин и наклонил его так, чтобы тонкая струя гладко лилась в стакан.

— Но с Вашей работой извне завесы можно и похлеще насмотреться всякого, — с важным видом кивнул бармен, закончив наливать сок.

Раффик пододвинул стакан Гидеону.

— Да, — коротко сказал министр, задумчиво взяв сок.

— Сейчас будем швартоваться, советую на время маневров сесть в кресло и зафиксировать его. У нашего дорогого министра еще дела сегодня, — сказал Раффик, мягко хлопнув по плечу собеседника.

— Спасибо, — Гидеон шутливо отсалютовал бармену.

Залпом выпив сок, министр поспешил занять свободное место.

Сев в ближайшее кресло, он повернулся вместе со всей конструкцией, оттолкнулся и доехал по железной колее к иллюминатору. Поводя правой рукой под сиденьем, Гидеон нашел рычаг — вдавил и сиденье застопорилось. На всякий случай оттолкнулся от паркета: кресло не сдвинулось.

Под куполом загорелась красная лампа и тут же прогудел мерзкий звук клаксона, как на подлодках.

— Дамы и господа! Мы постепенно снижаемся, скоро пришвартуемся к посадочной башне. Просьба всем занять места. Ну, или хотя бы держитесь там за что-нибудь, — флегматично прозвучал голос капитана аэростата из громкоговорителя.

Ребятня с улюлюканьем подбежала к мужчинам у правого борта. Улыбнувшись, Гидеон повернулся к иллюминатору.

Облака остались вверху, явив перед дирижаблем близкий шпиль башни. Вокруг посадочного узла на земле ютились квадраты и прямоугольники зданий, казавшиеся игрушечными. Даже по мере снижения это ощущение не уходило.

«Интересно, зачем Император послал меня проверить образцы, добытые в Империи Восходящего Солнца? Да, я в какой-то степени ответственен за происходящее за границей, но моя задача — добыть, а не следить что дальше по цепочке. Хотя расширять познания научных горизонтов тоже надо, как завещала бабушка нашего императора — Лена» — подумал Гидеон, рассматривая как вдали по воздуху проносится дирижабль-бус.

На быстром, но в два раза меньшем аэростате, чем на тот, на котором летел министр, виднелась реклама: противного вида, сгорбленный человек в красно-черных тонах ломал вышку сотовой связи и его за плечо одной рукой держал полицейский, а во второй держал наручники. Подпись на пустых местах: «Не будь луддитом, товарищ науки! Технология — свет, незнание — мрак. За противоправные действия снижается социальный рейтинг. Помни!»

Гидеон слегка улыбнулся и выдохнул. Затем сглотнул и поправил галстук, который, казалось, сдавливал шею.

Плоский конец шпиля, на котором разместилось несколько антенн сотовой связи, приблизился настолько, что казалось — высунь руку из иллюминатора и можно коснуться гладкого темно-серебристого стабтитана.

Спустившись еще на пару метров ниже, дирижабль остановился. Два длинных телескопических трапа выдвинулись к выходам из пассажирской гондолы, к выходам.

Сверху, под куполом, загорелся зеленый свет, и замигали лампочки, образующие путевую нить до выходов.

— Уважаемые пассажиры, спасибо за оказанное доверие. Удачного вам пути и пусть наука светит вам звездой путевой, — сказал капитан корабля заготовленной фразой. — И э-э-э… не забывайте вещи.

«Новичок, что ли? Ну, хоть не долбанул гондолой о шпиль. А то в прошлую командировку один успел снести парочку сотовых приемников со шпиля» — подумал Гидеон, встав с кресла.

Возле выхода организованно, друг за другом, встали пассажиры. Гидеон, прогулочным шагом занял место в конце и тут же за ним встала татарка.

— Фаниса Петровна, — сказал Гидеон министру психоохранения, полуобернувшись. — Я так понимаю, Вас тоже попросили присутствовать?

— Да, — кивнула она.

— А Вы, Ксения Львовна, — Гидеон кивнул блондинке. — Будете присутствовать на предприятии?

— К сожалению, я здесь по другому делу, — с неохотой ответила министр здравоохранения. — Может, пересечемся потом в баре, вечерком, все вместе?

— Я за, — улыбнулась Фаниса. — А Вы, Гидеон Александрович?

— Мне тут рассказали про технофобов, — министр научной разведки перешел на заговорщический шепот. — Как оставить таких прекрасных дам — и без сопровождения.

Фаниса Петровна взяла под руку Гидеона. Тот дернулся, но лишь на секунду, потом остановился и покраснел.

«Как девица веду себя, раздолби меня наука» — подумал министр научной разведки.

Очередь пришла в движение. Какой-то малолетний дебил заорал, на что тут же Гидеон скривился, а Фаниса Петровна внимательно посмотрела на его лицо.

«Ну вот, сейчас поставит какую-нибудь зарубку в памяти, а потом через месяц понижение соцов будет» — подумал министр научной разведки, медленно продвигаясь вперед.

Через каждые десять метров толпа тормозила. В эти мгновения Гидеон украдкой посматривал на обворожительную спутницу, которая спокойно чувствовала себя в его компании.

Синие гофрированные стены телетрапа уперлись в цилиндр башни, а сквозь прозрачные автоматические двери было видно, как захлопнулись еще одни, металлические.

Гидеон переступал с ноги на ногу — иногда в щели задувал холодный, морозный ветер, прорывая теплую воздушную стену обогревателей. Пару раз взглянул на часы в тонком смартфоне и проверил уведомления. Но ничего нового не появилось.

Створки из стабтитана раздвинулись, явив пустое залитое светом пространство лифта. Мягкие бежевые тона стенок, сверкающие поручни и зеркало на глухой стене. Гидеон быстро зашел и встал в углу. Народ сразу набился в лифт до предела, казалось, что все свободное пространство улетучилось, оставив только тесноту.

Татарка плотно прижалась всем телом к Гидеону, хитро посматривая карими глазами.

«А приятно, эх. Жалко, что это только в рамках рабочей поездки. Почему император на предприятие тридцать восемь двадцать девять выдернул психиатра? Там же работают в основном над биологическими образцами, насколько я помню» — подумал министр научной разведки, подняв руку, случайно проведя по спине коллеги, затем помассировав виски.

— Гидеон Александрович, я, конечно, понимаю, что в тесноте, да не в обиде, но поаккуратней все же, — прошептала Фаниса Петровна.

— Постараюсь, — кратко ответил Гирсов.

Лифт проскочил все восемьдесят этажей башни и открыл свой зев, исторгая притомившихся в ожидании людей.

Большое помещение с несколькими конвейерными лентами, по которым уже плавно перемещался багаж. Гидеон вместе с Фанисой Петровной остановились напротив одной из лент.

Конвейерная лента принесла сначала дипломат министра, а потом упакованную черную дубленку. Гидеон тут же схватил свои вещи, разорвал целлофановый пакет и надел верхнюю одежду, попутно вытягивая из рукавов шарф и вязаную шапку.

Фаниса Петровна же получила шубу с лоснящимися мехом и шапку из этого же материала, но в отдельных пакетах. Министр научной разведки перехватил маленький пакет и помог татарке одеться.

К ним подошла Ксения Львовна, уже надевшая простую дутую серебристую куртку и держащая в руках белую шапку.

— Увидимся вечером! — сказала она, обнимая министра психоохранения и целуя в щеку. — И тебя ждем, Гидеон.

Мужчина улыбнулся и кивнул. Министр здравоохранения упорхнула, помахав напоследок рукой.

— У нас стыковочный автобус до предприятия, скоро должен отправиться, — сказал Гидеон, подавая локоть девушке.

Фаниса Петровна в одно движение головы закинула волосы за спину и надела шапку, а потом с благодарностью во взгляде зацепилась за Гидеона.

Зал ожидания багажа напрямую соединялся с выходом на автобусную остановку. Уральский мороз резко ударил по выходящим из теплого помещения министрам, вмиг заставив покраснеть неприкрытые участки кожи.

Автобус уже ждал — двигатель еле слышно тарахтел, включенные фары не слепили, а, казалось, слегка подрагивали. Плавные изгибы бирюзового корпуса, обтекаемые для воздуха, серебристо-черные линии акцентировали внимание, придавая некой стремительности в очертаниях. Колеса наполовину скрыты за каркасом, создавая впечатление, что автобус парит над землей.

«Новая разработка местного машиностроительного завода?» — подумал Гидеон, пропуская вперед в салон девушку. — «Больше похоже на помесь скоростного поезда, дирижабля и обычного параллелепипедного автобуса.»

Они уселись на передние сиденья, откуда было видно широкое, практически витражное лобовое стекло.

Через пять минут закрылись двери — посадка закончилась.

— Уважаемые пассажиры! — по громкой связи объявил водитель. — Пристегнитесь, автобус только проходит обкатку.

Гидеон пошарил за спинкой сиденья и вытянул ремень безопасности, который тут же закрепил в специальный паз возле сиденья и случайно соприкоснулся с ладонью Фанисы. Отвернувшись, чтобы скрыть смущение, министр научной разведки осмотрел салон: все четырнадцать рядов сидений, по два с каждой стороны, заняты. Каждый гражданин добросовестно пристегивался. Как только прозвучал последний щелчок, автобус тронулся.

С каждой секундой он все больше и больше набирал скорость, выходя на перекресток. Водитель виртуозно перестраивался между тремя полосами, обгоняя незадачливых водителей легковушек.

На очередном перекрестке автобус попал на разделенные отбойником полосы со встречкой.

— Гидеон Александрович, а что у вас за задача… — начала было спрашивать Фаниса Петровна, но замолкла на половине фразы.

Автобус на пустынной дороге ускорился. Очень сильно ускорился. Так, что каждого пассажира вжимало в сиденье, не давая пошевелиться. Но как только относительная скорость людей сравнялась с автобусом, стало полегче.

Столбики фонарей, вдоль обочины, пролетали один за одним, казалось, со скоростью звука. Заснеженные деревья вообще смешивались в одно белое месиво с вкраплением зелени хвои.

— Мне кажется, что… — у Гидеона перехватило дыхание. Он сглотнул и продолжил. — Сейчас не время для разговоров.

— Д-да, — согласилась сидящая рядом министр психоохранения.

Лучи яркого дневного солнца хорошо освещали округу, а специальная поляризованная пленка на стеклах автобусах не позволяла ослепнуть находящимся внутри.

Водитель перестроился из крайней левой полосы в самую правую и стал тормозить. Только через секунд десять на горизонте появился силуэт остановки — навеса над лавочками с моргающим электронным табло.

Автобус остановился напротив остановки, у специальной линии «Стоп». Щелчки ремней, казалось, слились в один непрекращающийся звук. Гидеон обернулся и увидел, как половина пассажиров столпились у центральной и задней дверей автобуса. На информационном табло под потолком, прямо над лобовым стеклом, высветилась надпись «Мясокомбинат».

Выгрузив всех желающих, водитель тут же закрыл двери и погнал дальше.

Автобус разогнался до немыслимых скоростей и опять перестроился в левую полосу. Через пять минут водитель резко вильнул вправо, объезжая яму, но все равно задел одним колесом и автобус ощутимо тряхнуло, заставив подпрыгнуть на сиденьях пассажиров.

— Да еб… — послышался крик водителя из плотно закрытой кабины. — Кто такие дороги делает. Выеб…

Вильнув еще раз, автобус вновь поехал ровно.

«Интересно, этого водителя постоянно штрафуют за мат на этой выбоине во время рейса?» — подумал Гидеон, скосив взгляд на кабину.

На следующей остановке автобус опустел. Осталось только два пассажира — министра. Перед следующей точкой маршрута транспорт подскочил на кочке: из Гидеона практически выдавило весь дух после того, как сдавил грудину ремень безопасности. Под днищем, казалось, что-то прокатилось с металлическим звуком. Скосив взгляд вбок, министр научной разведки посмотрел в больше зеркало заднего вида: с правого бока, ближе к задним колесам, вылетал черный дым.

«Только этого еще не хватало. Хорошо, что остановка рядом» — подумал Гидеон.

Автобус резко стал тормозить. Сквозь хорошую звукоизоляцию корпуса было слышно, как засвистели тормозные колодки.

Остановившись аккурат напротив металлической коробки павильона, водитель выскочил из своей будки, оббегая по кругу транспорт.

«Надо поторапливаться. Уж больно резко вышел товарищ» — подумал министр научной разведки, быстро отстегиваясь.

Не отставала и Фаниса Петровна. Министры выбежали из автобуса.

— Фух, — Гидеон уперся руками в колени и смахнул капельки пота из-под шапки. — Надо передать этому кб, чтобы автобус тестировали сначала на манекенах, а не на людях. Ну или хотя бы сиденья потехнологичней сделали бы.

— Ага, — кивнула татарка, выпрямившись.

Краем глаза министр научной разведки заметил над воротами территории надпись из кованного металла — «Предприятие 3829».

Гидеона на секунду ослепила вспышка, отраженная в окнах контрольно-пропускного пункта. Затем настиг громкий звук взрыва.

Из КПП выбежал охранник в камуфляжной фуфайке, придерживая табельный пистолет на поясе. Водитель застыл лицом к автобусу с широко раскрытыми руки.

— Да еби… — еще раз бахнул взрыв. — С ветерком прокатишь министров, ага. Умники сраные! Удолбыши лесные! Апофеоз, итить, скорости!

Фаниса Петровна и Гидеон повернулись в сторону автобуса. Ранее сверкающий бирюзовый корпус закоптился, а чуть позади тех мест, где сидели министры, зияла дыра. Оплавленные механические части криво торчали из пробоины. С труб что-то капало на высохший асфальт.

«Вот тебе и с ветерком поездочка, раздолби меня наука» — подумал Гидеон, поправляя шапку.

— Я водителю выпишу справку, что он в состоянии аффекта ругался, — сказала Фаниса Петровна, смотря на водителя.

— А мне такую можно? — с надеждой спросил министр внешней научной разведки.

— Нет. Тебе послабления запретили давать, — татарка посмотрела на Гидеона. — Только же отработал залог.

— Ну вот можно было и не тыкать носом в мое прошлое, —тихо сказал Гирсов, переведя внимания на солдата. — Мы вроде как живы и готовы. И часто такое у вас происходит?

— Бывает, — коротко ответил человек с сержантскими погонами, густо вдыхая морозный воздух вперемешку с гарью. — Пройдемте.

— Конечно, товарищ… — Гидеон обшарил взглядом туловище встречающего и остановился взглядом на нагрудном шильдике с инициалами и фамилией. — …Нечаев.

Сержант повел их внутрь КПП. Перед турникетом приложил свою карточку и пропустил внутрь министров. Сидящий внутри стеклянной будки еще один охранник встал, отдал воинское приветствие и обратно сел, придав всему своему виду невозмутимость, хотя нет-нет, а поглядывал то на министров, то через окно на останки автобуса.

— Я буду вашим сопровождающим, — сказал Нечаев, расстегиваясь.

— Спасибо, — сказала Фаниса Петровна.

Министры тоже расстегнулись, повторяя действия сержанта. Тот повел их вдоль коридора, который заканчивался двумя дверями. Приложив пропуск к ручке на правой двери, отворил, явив лестницу, далеко уходящую вниз.

Глава 12

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, город Александрия, 28 Января 2012.

В Александрию мы приехали вечером. Или все же я? Мда уж. Дилемма.

Автобус нас высадил на местном вокзале. Прохладный вечерний воздух с запахом моря встретил меня на выходе из городского транспорта. Авария, все перестраховки и попытки переиграть возможного преследователя сожрали большую часть дня. Путь же из Каира до приморской Александрии и покупка билета в Белосток подъели кусочек вечера. Было уже сумеречно. К счастью, освещение улиц делает свое светлое дело.

— Надо бы жилье найти, а то рейс только завтра вечером, — озвучил я Си свой план. — Без предварительного бронирования, конечно, найти будет сложнее и дороже, но, как говорится, нам это не впервой.

— О, мне кажется, что ты так скоро станешь мастером спорта по внезапному заселению в номер и квартиру, — хихикнула Си и зачем-то принялась расчесывать свои виртуальные волосы. Я причуды ИИ не стал как-либо комментировать и продолжил.

— Не знаю как ты, а мне хотелось бы номер с видом на море, — я определился с предпочтениями и направлением поиска.

— Звучит совсем недурно, — согласилась со мной моя виртуальная спутница. — Значит, нам туда. Море там. — у меня перед глазами всплыла трехмерная стрелка направления.

— И, если правильно помню, отели там тоже есть, — почесала затылок ИИ. Я же вдохнул полной грудью воздух с нотками йода.

— Значит, идем, — я направился вниз по проспекту. Город жил и светил электрическим светом. Освещенная улица была полна людей. Как я понял, данный проспект это один из районов, в котором сосредоточились рестораны, пабы, бары, клубы и прочие увеселительные заведения. В Москве моего мира таким местом был район Китай-города. Архитектуру было тяжело оценить за лучами уличного искусственного освещения. Но из того, что мне удалось увидеть этот город разительно отличается от Каира и других африканских городов

Мозаики, античные мотивы в фасадах — все это чудом сохранилось и напоминало о великой странице истории данного города.

— Есть не хочешь? — поинтересовалась у меня ИИ. Она явно пускала слюнки на фасады ресторанов.

— Давай сперва найдем жилье, а потом уже подумаем о еде, — отмел предложение. — А то если мы сядем есть, то, возможно, уже не сможем заселиться. Не знаю как ты, а я не горю желанием спать на улице. У меня однажды друг был вынужден под Калугой ночевать на улице в октябре месяце. Ему очень не понравилось.

— Ого! — Си открыла свой полупрозрачный рот в изумлении. — Это как его угораздило?

— Ну, — я обогнал парочку, которая неспешно плелась по тротуару. — Он опоздал на последний автобус из города до точки назначения. В итоге пришлось на попутках добираться. Но даже так не успел. Преодолел только половину пути. Оставалось еще примерно километров шестьдесят.

— Кошмар, — лицо ИИ исказилось в легком ужасе. — И что он в итоге делал?

— Купил в круглосуточном магазине жидкость для розжига, тушенку и бутылку воды. Как можешь себе представить, погрел тушню на костре прям в банке.

— А она не взорвалась? — удивилась проекция. — Или он ее открыл?

— Открыл, конечно, — улыбнулся я. — Иначе такой взрыв был бы, — после чего продолжил рассказ. — А спал на рюкзаке, так как палатки и пенки не было. Только восьмидесятилитровый рюкзак и спальник. Спальник на голую землю класть зимой это самоубийство. Так что он развел костер и спал на рюкзаке как на тахте.

— А дальше? — ИИ слушала затаив дыхание. — Что было дальше?

— А на следующее утро выяснилось, что он заночевал рядом с остановкой. Он благополучно дождался автобуса и доехал до точки назначения.Правда… — тут я усмехнулся. — Он все равно заболел. Но не так сильно, как мог бы. Там больше нервное.

— А почему твой друг не остался в городе до следующего утра? — виртуальная девушка решила прояснить причину логического прое…просчета.

— Надеялся успеть, — я пожал плечами. — Мб денег на хостел не было. Не знаю. О причине он не говорил.

Асфальт закончился и мои ноги перешли на песок. Здесь улица обрывалась, упираясь в пляж. Свет фонарей вдоль пляжа искрил и отражался в зеркале морского прибоя. Я огляделся. Пляж протянулся по обе стороны от меня. Судя по характерным типовым зданиям — все побережье занято отелями. А это нам и нужно.

— Направо или налево? — спросил я у своей спутницы. Мне же было без разницы с какой стороны начинать искать ночлег.

— Давай налево! — Си указала на ближайший отель. — Вот этот выглядит симпатично.

Я посмотрел на указанное здание. Обычное прямоугольное здание десять этажей в высоту. Материал облицовки отсюда не виден, но могу предположить, что это бетон или штукатурка.

— А что в нем такого? — я вопросительно посмотрел на ИИ. — Обычный отель же.

— Ну, во-первых, у него свой пирс на воду, — Си показала на воду. Там действительно темной полосой можно было увидеть волнорез или пирс.

— Так, а во-вторых? — прищурившись, попытался разглядеть что-либо на пирсе. Почему-то именно он не был освещен. Странно, экономят, что ли?

— А, во-вторых — он просто ближе. — хихикнула проекция. — Нам же еще поесть нужно.

— Мечтают ли андроиды о еде? — задумчиво хмыкнул, и тут же ответил сам себе. — Судя по тому, что вижу — конечно, мечтают.

Вдоль всего побережья вела широкая деревянная дорога. Свернув, я направился по ней в сторону отеля. Ботинки тут же начали щекотать песком, который я ненароком зачерпнул. Пришлось потратить пару минут чтобы опустошить их от подарка пустыни. Или, скорее, проклятия? Ответа на этот вопрос у меня нет.

Когда я подошел к отелю то выяснилось, что у него есть отдельный асфальтовый подъезд ко входу. Что, в принципе, логично: нужно же как-то подвозить гостей и постояльцев отеля. Правда, не факт, что мы бы нашли эту дорогу среди многочисленных улочек города. А потому наш путь по песчаному пляжу все еще более простой. У стеклянного входа в здание рядком стояли высокие светильники в виде столпов пламени. Подойдя поближе, я понял, что это газовые светильники. Пламя было спрятано за прозрачное стекло, а потому не боялось порывов вечернего морского бриза. На мгновение пляшущие язычки пламени заворожили меня.

— Красивооое, — протянула Си. Я опомнился, пламенный гипноз развеялся, оставляя только оранжевое свечение вокруг себя.

— Ага, — кивнул я. — Красивое. — после чего развернулся в сторону входа. — Идем, а то скоро на нас будет коситься вон тот уборщик, — я кивнул в сторону старого негра, который подметал дорожку от нанесенного ветром песка. Он уже практически слился с окружением. Выдавал его контур зеленого цвета, который для меня нарисовала Си.

Двери с легким гулом разъехались при моем приближении. Современные технологии на страже кондиционированного воздуха. А то еще кто-нибудь оставит дверь открытой — и все. Кондиционер будет охлаждать улицу.

Помещение, в которое я вошел, было обычным отельным холлом. Зеркальный потолок визуально увеличивал пространство. Пол же был покрыт плиткой, поверх которой накинули ковер. Ну и песка, наверное, в нем… Мой взгляд с порога уперся в лаконичную стойку ресепшена. Стилизованное под дерево ДСП и надпись: Alexandria Grand Hotel. Из-за стойки торчала голова девушки. Сперва я увидел каштановое каре, а потом уже само лицо. Минимальное количество макияжа и ровный тон лица.

Подойдя к ней ближе, я увидел, что она заполняет какие-то документы. До этого ее тело было спрятано стойкой. Она меня заметила и отложив дела в сторону, с улыбкой поприветствовала меня.

— Добрый вечер! У вас уже забронировано? — ее черные как смоль глаза устремились на меня. Такие я видел у азиатов, но девушка была европейской внешности. Метис?

— Добрый вечер! Нет, брони у меня нет. Хотел бы у вас снять отель на сутки. Это возможно? — я улыбнулся.

— Надеюсь, что номера будут, — проворчала Си, — А то я уже кушать хочу.

— Это я кушать хочу, а ты лишь ловишь ощущения от моего состояния. — возразил я. В одном был с ней согласен: желудок уже урчал, а потому нужно не мешкать с заселением.

— Одну минуту, — мне улыбнулись в ответ. Если верить бейджику, то девушку звали Анна. — Я сейчас проверю в базе есть ли у нас номера.

Раздалось клацанье клавиатуры и щелчки мыши.

— Хорошо, — кивнул в ответ и тут заметил леденцы в вазочке. Прозрачная упаковка выставляла напоказ свое карамельное нутро разных цветов. Желудок вновь заурчал, а потому я не выдержал и взял одну. Судя по оранжевому цвету — апельсиновую. Зашуршала пластиковая обертка. Интересно, их специально делают такими палевными? По рту начал растекаться цитрусовый вкус. И правда апельсин.

— Да, к счастью, есть номер, — Анна оторвалась от монитора и вновь обратилась ко мне. — С балконом с видом на море.

— Отлично! — обрадовался я. — Сколько стоит? — для того, чтобы ответить пришлось леденец придержать щекой. Не хватало мне еще его случайно проглотить.

— Сто восемьдесят шесть европ, — девушка сверилась с информацией на экране.

— Уфф, — прокомментировала Си. — Недешево.

— А что еще делать? Переночевать где-то нужно. Да и поужинать тоже. А то в желудке скоро будет черная дыра, — отозвался с досадой. Вслух же я произнес. — Хорошо, я согласен.

— Тогда мне нужен ваш паспорт, — кивнула хостес. — Оплата у нас при заселении. Вы будете оплачивать картой или наличными?

— Наличными, — достал из кармана паспорт и кошелек. Девушка, взяв у меня документ, удостоверяющий личность, принялась заполнять данные. Я же переложил стопку бумажек из кошелька на столешницу ресепшена, с грустью посмотрел на похудевшее кожаное хранилище для денег. Экономить пока не выходило.

— Ну ничего, — Си явно почувствовала мое немного упавшее настроение и попыталась меня подбодрить. — Зато с видом на море, как ты и хотел.

— Это да, — согласился я. — Денежные запасы просто не резиновые.

— Ну, значит держим это в голове, — Си развела руками. — Кроме как пытаться обуздать траты, мы пока ничего не можем сделать, — Тут проекция задумалась. — Нет, конечно, ты можешь устроиться на работу тут, в Европе. Но какая вероятность что ситуация с Японией не повторится?

— Тут она Империя Восходящего Солнца, — поправил я виртуальную помощницу.

— Не суть важно, — отмахнулась та. — Мысль ты понял.

Раздался шелест банкнот: Анна забрала мою денежную стопку и принялась их пересчитывать.

— Вы дали мне сто девяносто европ, — девушка открыла кассу, которую я и не приметил сразу. — Поэтому вот Ваша сдача четырнадцать европ. — с этими словами девушка выстроила передо мной башенку из монеток.

— Окей, — я сгреб монеты в специальный для них отдел кошелька. Тем временем на столешнице появилась белая пластиковая карточка с номером четыреста сорок четыре и мои документы

— Ваш номер четыреста сорок четыре. Вам на четвертый этаж, — хостес указала на нишу слева от меня. — Лифт вон там. Так же у вас есть доступ в сауну. Ресторан на четырнадцатом. Может, есть какие-то вопросы?

— О, сауна! Ну что, повторишь финт с раздевалкой? — хихикнула Си. — Прошлый раз был довольно неплох.

— А ну цыц, — мысленно попытался угомонить спутницу, а Анне ответил уже вслух. — Пока, вроде бы, нет, спасибо.

— Хорошего вечера! — улыбнулась девушка из-за стойки.

— И Вам! — Улыбка на моем лице сама по себе материализовалась и я, попрощавшись, направился к лифту.

Спустя полчаса мы вернулись на оживленную улочку Александрии.

— Ну так, что покушаем? — проекция в предвкушении начала осматривать близлежащие вывески. — Вон ресторан ближневосточной кухни. Может туда?

— Хмм, — я задумался. Сходить, конечно, можно, но это опять траты. Зная Си, мы не обойдемся одним блюдом. А мы сегодня и так потратились пи…прилично.

Желудок урчал и завывал в такт только ему известной песни. А потому, когда мои глаза выцепили вывеску со столь знакомым названием, я не задумываясь отправился к ней. Место, к которому я подошел, не было рестораном. Небольшой киоск с окошком для оплаты и выдачи заказов.

— Ты серьезно? — удивилась Си. — Шаурма?

— Добрый вечер! — обратился я к пожилому арабу. — Мне, пожалуйста, одну шаварму с ягненком. — после чего протянул пять европ монетами. Вот и сдача из отеля пригодилась. Мужчина молча кивнул и принялся за работу. Я и глазом моргнуть не успел, как на металлическом столе перед ним возникла лепешка. Исходящий аромат жаренного мяса от вертела, что стоял рядом, дурманил разум.

— У меня возник вопрос, — Си молчала все время, пока я делал заказ. — Почему именно шаурма?

— Ты хоть представляешь сколько лет я живу в этом мире? — я серьезно посмотрел на проекцию. — Отвечать вопросом на вопрос конечно невежливо, но это нужно для понимания.

— Почти два года, — кивнула Си. Но ее лицо все еще выражало непонимание. Раздался резкий скрежещущий звук. Сместив взгляд на источник, я увидел, что это повар-араб правит лезвие ножа о мусат.

— Так вот, — продолжил я свое объяснение. — Моя тушка была два года у японцев.Да, там, конечно, была не только еда японской кухни. Но! — я в порыве мысли поднял палец. — Шаурма для меня — это студенческие годы в общежитии моего родного мира. Да, это не точно такая же. Можно сказать, что нам сейчас готовят оригинальную шаурму, а не ее московскую вариацию. Тем не менее это то блюдо, которое я не ел два года и которое у меня прочно ассоциируется с моим миром.

— Поняла, — вздохнула ИИ. — Прости, я была немного эгоистична.

— Ничего, — мысленно отмахнулся я. — У всех бывают клины и глюки.

— Только это… — Си немного замялась. — Палец опусти. Я, конечно, понимаю, что “жи есть” — это важное заявление, но окружающие твои жестикуляции могут неправильно понять.

Я, опомнившись, убрал палец в кулак. Действительно, надо держать себя в руках. Настолько привык к общению с искусственным разумом у себя в голове, что начал жестикулировать. Хотя времени прошло всего ничего. Скорость адаптации разума, конечно, пугает.

Шаурмист тем временем нарезал тонкие ломти мяса с гриля. Лезвие его ножа быстро и методично кромсало ягнятину на мелкие кусочки. Это произошло настолько быстро и четко, что я опомниться не успел как он собрал на лаваше начинку из металлических лотков. Еще мгновение — и еда богов и студентов заняла свое место под прессом электрического гриля.

— Быстро и аккуратно, — оценила Си его движения. — Надеюсь, будет вкусно.

— Не сомневаюсь, — кивнул я. — Иначе бы он не выдержал конкуренцию с ресторанами, что раскиданы тут буквально на каждом шагу.

— Это…— проекция задумалась, один из локонов виртуальных волос закрыл ее глаз. Си тут же сдула его на место. — Это, конечно, да. — тут она вновь взяла паузу. — Просто внешний вид и формат меня несколько смущает.

— Мы же тогда ели в Свободных Землях на ходу, — напомнил ей я. — И тогда тебя ничего не смущало.

— Тот фургончик был цивильным. А эта точка выглядит страшновато, — честно призналась моя собеседница.

— Не всегда то, что выглядит красиво — вкусно, — я решил привести пример. — В моем мире была закусочная. Если не ошибаюсь, то в Сингапуре. И она получила звезду Мишлен.

— Так это же исключение, — запротестовала проекция. — Нельзя ставить в пример одно лишь заведение.

— У китайцев есть негласное правило, — продолжил я. — Чем задрипаннее забегаловка, тем вкуснее там будет еда. Причем это работает не только в Китае.

— Да? — удивилась Си. — Интересно почему.

— В Питере моего мира есть несколько заведений под названием Чуфальня. Хоть выглядят они максимально неказисто, но там очень вкусно и относительно недорого. У китайцев вообще культ еды вне дома. Зачастую поесть в забегаловке дешевле чем готовить самому, — я улыбнулся. — А выглядят они неказисто наверняка потому, что это — своеобразный способ оптимизации расходов. Весь красивый фасад нужно закладывать в стоимость блюд. Но, опять же, это только мои предположения.

Меня от потока мысли отвлек шелест: араб вынул мой ужин из гриля и завернул в бумажный пакет, после чего молча протянул его мне. Есть хотелось больше, чем размышлять, поэтому я переключился на еду.

— Спасибо! — Поблагодарив мужчину, я вцепился зубами в хрустящий слой бездрожжевого лаваша. Рот наполнился соком мяса и овощей. Поверх этого разнообразия лег соус из йогурта. Он, словно шелковым касанием, подчеркнул вкус сочного мягкого мяса. Оно, словно мороженое, таяло во рту.

— Ого! — воскликнула Си. — Беру свои слова назад. Завтра мы едим тут!

Я замер на месте пережевывая. Это было действительно очень вкусно.

— Придумала! — воскликнула ИИ. Ей-то говорить еда не мешала. — Пошли поужинаем на берегу!

— Веди, — я смог произнести только одно слово, после чего вновь сделал новый укус.

— Нам туда, — Си указала направление, и я развернул свои стопы в сторону моря. Прерывать свой ужин не хотелось. Главное — не съесть до того момента как мы придем на пляж…

Глава 13

Мисаки Юдзу. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, город Александрия, 28 Января 2012.

Бежевые двухэтажные дома, наследие колониальной эпохи, на одной стороне улицы, а на другой — современные прямоугольные коробки уютных домиков в японском стиле. Имперский район находился рядом с центром Александрии.

Микроавтобус проехал мимо синтоистского храма с красными крышами-пагодами.

«Ну и местечко отгрохали, конечно, местные якудза. Как дома хотят быть. Но вот только что им не сиделось в Империи Восходящего Солнца?» — подумала Мисаки, поправляя складки на белом цветочном платье. — «Интересно, кому посвятили храм? Аматерасу? Или из божков поменьше? А в прочем, какая разница. Я бы сейчас не отказалась от любой помощи. Даже от ёкаев, этих духов-демонов, которые так и норовят напакостить людям.»

Водитель вжал голову в плечи, лишь бы не отсвечивать. И на то была причина.

По тротуару чинно шли японцы в строгих костюмах. У некоторых на поясах висели катаны и рядом с таким якудзой обязательно шла девушка в легком кимоно. Позади пары медленно, не обгоняя, следовала группа из пяти человек, но уже без холодного оружия.

«И ведь не боятся вот так тут ходить. Наверное, местные власти этот квартал обходят стороной» — подумала Мисаки, рассматривая прохожих.

Машина повернула на перекрестке. Впереди показалась большая вилла в классическом японском стиле: серая черепичная двухскатная крыша, деревянные подпорки высились над забором из песчаника.

Микроавтобус подъехал к забору. Водитель жалостливо взглянул на Мисаки, но та всего лишь кивнула и продолжила наблюдать за происходящим снаружи.

К металлическим прутьям ворот подбежал щуплый японец. Выйдя с территории, он подошел к окну водителя, заглянул внутрь микроавтобуса.

— Чего надо? — спросил он, пытаясь скрыть сбитое дыхание.

— Встреча, — кратко ответил Кайдзи, сидящий на переднем сидении.

Щуплый отошел от микроавтобуса на несколько метров, достал мобильник из кармана, потыкался и приложил к уху. Он что-то говорил собеседнику и в паузах между своими репликами кланялся. Закончив разговор, японец подошел к микроавтобусу.

— Проезжайте, — сказал он, отойдя на несколько шагов в сторону.

Металлические ворота распахнулись и микроавтобус поехал вглубь поместья по дороге из белого гравия.

На водителя было больно смотреть: он побледнел, несмотря на смуглость кожи, старался как можно меньше смотреть по сторонам. Аккуратно ведя машину, по насыпной дороге, водитель доехал до площади с фонтаном, возле которого стоял очередной слуга местного хозяина.

Он поднял руку в останавливающим жесте и второй рукой покрутил в воздухе, как бы намекая, что надо выходить.

Мисаки отстегнула ремень безопасности, поправила платье и выбралась наружу.

— Сидите тихо, мальчики, — сказала кореянка напоследок группе бойцов в салоне.

Двигатель машины отключился. Вышел Кайдзи, и только после этого они пошли. Мисаки осматривала окружение: на территории содержался сад камней с выверенными бороздками земли, несколько лиственных деревьев и небольшая рощица бамбука, шелестящая на ветру.

«А богато живут местные якудза. Вот только где вся охрана? Неужто на деревьях сидят?» — подумала Мисаки, заходя внутрь дома вслед за слугой.

В коридоре их встречали два высоких, японца. Они подошли с металлодетекторами в руках и проверили «гостей». У Кайдзи в районе пояса зазвонил детектор. Наблюдатель за Сунаджи раскрыл пиджак — металлическая бляшка ремня сверкнула в свете ламп.

Охранники показали в глубину коридора, отходя от центра. Вновь вперед вырвался слуга.

«Мда. Лучше бы охранников и не было тут. Топорно работают, даже не обыскали руками, а оружие ведь не только металлическим бывает» — подумала кореянка, вертя головой по сторонам.

На насыщено-бордовых стенах висели преимущественно японские картины эпохи Эдо. Но иногда проскальзывали экспрессионистские произведения искусства: знаменитый Сальвадор из бразильской части Союза Европейских Городов, с картиной, где летела полуголая женщина среди облаков.

Бесчисленное количество фарфоровых ваз на мраморных пьедесталах, копии античных статуй.

«Странно что нам все еще не предложили разуться. Может, это так под местных адаптировались? Надеюсь, что не зря сюда приехали. Пока мы тормозим — Алекс все дальше» — подумала Мисаки, переведя взгляд на спину провожатого.

Наконец они остановились напротив классической европейской дубовой двери. Слуга постучал несколько раз и только после этого зашел внутрь. Кайдзи и Мисаки прошли следом.

Просторное помещение со стеклянной крышей — естественный свет заливал весь кабинет, обрамляя мраморные бюсты у одной из стен и массивный стол, за которым сидел японец с черными зализанными назад волосами, с редкой сединой.

«Смотрит преимущественно на Кайдзи. По мне прошелся взглядом, только по сиськам, и все. Тяжеловато будет» — подумала Мисаки, скрестив руки под грудью.

Якудза даже не встал, продолжа молча смотреть на Кайдзи. Смотрящий за Сунаджи слегка поклонился, выражая формальное приветствие. Мисаки повторила жест. И только после этого мужик в кресле немного кивнул.

— Вы так яростно ко мне на поклон пробивались, что я было подумал у вас серьезные проблемы, — сказал он Кайдзи. — С чем пожаловали?

— За информацией, господин Минамото, — ответила Мисаки.

Якудза скривился, словно съел дольку лимона и цыкнул.

— Ты можешь научить свою прислугу молчать, пока люди говорят? — с упреком сказал Минамото Кайдзи.

Наблюдатель за Сунаджи скосил взгляд на девушку, глубоко вздохнул. Не увидев никакой реакции от Мисаки, он переключился обратно на якудзу.

— В ваш город приехал Бен Мюллер, — сказал Кайдзи, пытаясь положить левую руку на отсутствующую рукоять катаны. Замешкавшись немного, он выпрямил руку и продолжил. — Ваша сеть соглядатаев должна вам была сообщить что творится в близком зарубежье, и уж тем более отследить посещение Александрии … интересными людьми.

На мраморной столешнице аккуратно лежали карандаши, несколько бумаг и полураскрытая карта города. В углу стола ютился монитор компьютера.

— Ты прав, — после паузы сказал Минамото, слегка приподняв руку в круговом жесте. — Но с какой стати делиться с тобой информацией? Ты пришел ко мне — и просишь без уважения?

«Скотина. Чувствует себя сёгуном в этой клоаке. Каждая потраченная минута с этим дерьмом отдаляет меня от Алекса» — закипала внутри Мисаки, но снаружи оставалась спокойной.

— Нижайше просим Вас, предоставить информацию, — сказала кореянка, глубоко поклонившись.

— Ты, — Минамото показал пальцем на Кайдзи. — Еще одно лишнее движение с её стороны — и аудиенция закончится.

Наблюдатель за Сунаджи взял за плечи Мисаки и на ухо прошептал ей:

— Потерпи немного, мы оба заинтересованы в том, что скажет он, — Кайдзи легким кивком показал на якудзу и вернулся на место.

«Ну-ну. Ладно, пусть Кайдзи попытается разговорить его» — подумала девушка, выпрямившись, чуть-чуть сместив центр тяжести вперед.

— Услуга за услугу, — сказал смотрящий за Сунаджи. — Только в разумных пределах.

Якудза хмыкнул и впервые за весь разговор выпрямился. Он поставил локти на стол и улыбнулся.

— Вот с этого и надо было начинать, — сказал Минамото. — Отдашь на вечерок свою слугу? И тогда будем в расчете. Уж больно она хороша.

«Ах ты дерьмо. Я вообще-то все слышу» — подумала девушка, стиснув зубы.

Кайдзи сделал полшага влево от девушки, что не осталось незамеченным для Минамото, но тот истолковал действие по-своему.

— Хо-хо! Ты уже согласен. Давно я не кувыркался с азиаткой с такими пышными формами, — сказал Минамото, показывая руками объемы груди девушки. — Это будет достойная плата за ничтожную информацию.

«Значит, я — ничтожество? Ты не госпожа Йоко, чтобы смешивать меня с дерьмом» — подумала Мисаки улыбнувшись.

Качнувшись вперед, кореянка рванула в сторону якудзы. Тот, словно в замедленной реакции, потянулся рукой под стол. Но Мисаки запрыгнула на мраморный стол, попутно прихватив длинный карандаш правой рукой, а другой схватила за расстегнутый воротник и потянула все тело вверх. Минамото, как тряпичная кукла, выдернут из своего комфортного кресла.

Из двери в конце помещения выбежали несколько бойцов со штурмовыми винтовками в руках.

Мисаки в одно движение встряхнула якудзу и убрала руку с воротника, чтобы тут же схватить за болевые точки на шее, сзади. Тот вскинул руки от прострелившей боли, а Мисаки встала коленом на его левую кисть и ботинком на правую.

Минамото с ужасом во взгляде следил за рукой девушки. Молниеносно, в хлестком движении Мисаки направила карандаш ровно в левый глаз якудза.

Острый грифель остановился в считанных миллиметрах перед зрачком Минамото.

Кайдзи спокойно смотрел на ворвавшихся бойцов, которые так и не решились стрелять на поражение.

Мисаки с усилием провернула каблук на кисти неудачника, Минамото сдавленно вскрикнул, пытаясь вдохнуть поглубже, но не получилось. Пережатое горло не давало дышать полной грудью.

— Знаешь, я могу взять тебя на вечер, — сказала Швея, опасно приближая карандаш к роговице глаза.

Мисаки отпрыгнула назад, потащив за собой тело. Твердо встав на ноги и не отводя карандаша от глаза якудзы, девушка продолжила.

— Хочешь покажу фокус с исчезновением тонкого предмета в твоей голове? — тихо сказала Швея, со свистом проговаривая слова.

Минамото сдавленно промычал, словно пытаясь сказать: «Нет».

— Ответ неверный! — сказала Мисаки и поставила карандаш на стол как кол, устремив вверх острие.

В следующий миг девушка резко потянула за шею якудзу, тот гортанно заорал, захлебываясь слюной. Заточенный грифель был все ближе к глазу. В считанных миллиметрах девушка выбросила карандаш с мрамора и с силой впечатала в столешницу голову.

Бойцы замерли в ожидании. Кайдзи усмехнулся и сказал:

— Поприветствуйте госпожу Швею, — голос наблюдателя за Сунаджи разнесся по всему помещению, казалось, многократно отразившись от стеклянного потолка, став громче.

Мисаки тем временем водила головой Минамото по мраморной столешнице, оставляя кровавый след по всей траектории движения. Приподняв за волосы обессилившего якудзу с расквашенным носом, она посмотрела ему в глаза и увидела в отражении зрачка яростную фурию.

— Вот тебе моя просьба с уважением: ты останешься живым и расскажешь нам всю информацию. А потом выделишь десяток бойцов для моей операции, — сказала девушка, отбросив безвольного Минамото. — Хотя есть сомнения в профессионализме твоих… наемников.

Девушка с прищуром осмотрела опустивших винтовки бойцов. Те старались не отсвечивать и дышать через раз. Они медленно положили оружие на пол и подняли руки.

Из носа Минамото сочилась кровь, заливая белую рубашку красным цветом. При каждом легком движении он подрагивал.

— Простите, — гнусаво сказал якудза. — Не признал.

— Ты кусок дерьма, а не управленец. Всякое действие имеет последствия. Не привыкай к вседозволенности вдали от Империи, — сказала Мисаки, смотря сверху вниз на него.

— Да… госпожа Швея, — сказал Минамото, вытирая рукавом пиджака кровь из-под носа. — Касательно вашего вопроса. Да, я слышал о вашей заварушке в Приске и не хотелось бы встревать в её продолжение.

На миг он осекся, перехватил острый взгляд девушки и перевел на мраморный стол, потупившись.

— Придется, по-видимому, — самому себе сказал Минамото. — Мы, как и другие группировки в городе, пристально следим за подобного масштаба событиями. И искренне желаем, чтобы он свалил с нашей территории. Вчера он еще был в Каире, и за ним уже висит смертельная авария. А теперь у него билет куда-то в Восточную Европу.

— Поточнее, пожалуйста, — сказал Кайдзи, спокойно наблюдая за окружающими.

— Только позже, — кивнул Минамото и на белую бумагу улетела новая капля крови. — Пока еще наши не заметили Бена Мюллера, но я усилю его поиски. Попрошу «коллег» из принявших ислам.

— Хорошо, — кивнула Мисаки, подойдя вплотную к столу. Она аккуратно взяла новый карандаш, наблюдая как вздрогнул якудза. — Выдели десяток твоих людей, что умеют держать оружие, обмундирование на пятнадцать человек, в том числе и на меня. И, конечно же, выдай каждому по пушке.

— Да, — коротко ответил якудза.

Кореянка передала карандаш Кайдзи. Тот взял в руки писчий предмет и покрутил его между пальцами, с немым вопросом в глазах.

— Напиши ему свой номер, — сказала Мисаки, кивнув на прижимающего рукав к носу Минамото. — Как только установят наблюдение за Мюллером, ждем сообщения.

Кайдзи подошел к столу, выдернул из-под локтя якудзы относительно чистый листок и быстро написал номер, а затем взял чистую, незапятнанную карту города со стола.

— Сколько потребуется времени на подготовку? — спросила Мисаки.

— Полчаса, — ответил Минамото.

— Приемлемо, — сказала кореянка, легонько похлопав по щеке привставшего якудзу. — Не расслабляйся, зайка. Кажется, сегодня будет громко.

Мисаки развернулась и пошла к выходу. Вслед за ней пошел Кайдзи, вздохнув.

«Фу, этот псевдоякудза заставил меня вспомнить Госпожу Йоко. Надеюсь, что все-таки достану Алекса и он окажется у нас. Живой он будет ценнее чем мертвый. Да еще и немного больше оценка моего задания будет, наверное» — подумала Мисаки, выйдя из здания.

Завидев нанимательницу, водитель микроавтобуса завел машину, загудел двигатель.

Запрыгнув внутрь салона, девушка села на кресло и расслабилась.

— Ждем подкрепление, — сказала Мисаки пятерке бойцов внутри.

Немного отдохнув, она осмотрела себя. На юбке платья остались капельки крови Минамото.

«Потом стирать придется… Хорошо получилось, и главное — быстро. А то этот мог затянуть разговор на весь день. Знаю таких: сначала прояви уважение, потом преподнеси дары, а затем полдня слушай какое ты говно и какой он молодец. Чую, Алекс где-то рядом» — подумала Мисаки, прикрыв глаза.

Через полчаса, как и обещал Минамото, из гаража по белой гравийной дороге выехал микроавтобус похожий на тот, в котором сидела Мисаки.

Кайдзи вышел на улицу и из черного микроавтобуса на встречу к нему вышел человек в полностью черной одежде и с большой спортивной сумкой. Вместе со смотрящим за Сунаджи они зашли в салон микроавтобуса Мисаки.

— Вот ваша форма, — сказал боец Минамото, кинув сумку в центр салона. — Я поеду с вами.

Кайдзи захлопнул дверь и подсел к Мисаки.

— Выезжаем на улицу Рамзеса, там подождем новостей, — крикнул водителю наблюдающий за Сунаджи.

Они выехали из поместья, проехали несколько улиц и остановились в тени от трехэтажного типично-египетского здания.

Еще за час ожидания Мисаки успела переодеться, чем заинтересовала маленькую публику.

«Что мне делать дальше, после того как Алекс окажется у нас в руках? Или даже у Сацукуро? Не приставят ли меня к нему? Или же, наоборот, засунут опять в задницу мира? Вопросы-вопросы… Когда хоть один ответ появится?» — подумала девушка, грызя ноготь на большом пальце левой руки. — «Надо маникюр сделать как-нибудь, а то позорище — сгрызла все ногти опять.»

Микроавтобус тарахтел, нервно вздрагивая от каждый новой порции микровзрывов в двигателе внутреннего сгорания. Мисаки подперла рукой голову, поставив локоть на подлокотник кресла.

— Ну что там, есть инфа, Кайдзи? — спросила кореянка в который раз.

— Пока нет, — кратко ответил смотрящий за Сунаджи, с силой выдохнув.

Сидящий напротив них боец уголком губ усмехнулся, но наткнулся на острый взгляд Швеи и отвернулся.

«И что Алексу не сидится? Сначала авария в Каире, потом какие-то кривляния в аэропорту. Надо же было додуматься у всех на виду так двигаться. Александрия… Ну, участь Александра Македонского ему не грозит, после яда выжил. Чую, он где-то рядом» — подумала Мисаки, устало взглянув сквозь окно.

Бежево-песчаные трехэтажные дома ютились в тени многоэтажных бесконечных отелей вдоль побережья. Парочка местных арабов в просторных одеждах остановились на углу улицы и заозирались по сторонам. Друг другу показывали направление в разные стороны, и в одно мгновение они зажестикулировали с такой яростью и активностью, что если к рукам приделать динамо-машину, то можно было подзарядить телефон.

«Тут, блин, местные теряются в пространстве, а еще и Алекса искать…» — подумала девушка, отвернувшись от стекла. — «Если так подумать, то маршрут Алекса идет напрямик в Европу. А куда он дальше рванет? Как мне его искать в Союзе Европейских Государств? Это в Африке я более или менее специфику понимаю, спасибо Мвембе за науку, но там… Темная пещера, вход в которую запечатали монахи и высадили плотный бамбуковый лес.»

Мисаки сжала в кулак свободную руку. Кореянка поймала косой взгляд невольного напарника. Кайдзи хмыкнул и продолжил смотреть на развернутую бумажную карту города на пластиковом планшете.

— Не надоело? — раздражённо спросила Мисаки.

— Надо же себя чем-то занять. Заодно и местность подучу, — пожал плечами Кайдзи.

Завибрировал телефон, прикрепленный к защелке планшета. Мисаки вытянула голову, чтобы посмотреть, что высветилось на экране. Кайдзи несколькими нажатиями разблокировал кнопочный телефон и открыл сообщение.

«Цель замечена на набережной. Идет на восток. Ориентир. Отель Мактеба Кбра.» — гласило сообщение от Минамото.

— Едем к набережной! По улице Имхотепа, — крикнул Кайдзи на английском.

Водитель кивнул. Машина сдвинулась с места, фырча и упираясь, словно не хотела ехать. Что-то эмоционально прокричав на арабском, водитель стукнул кулаком по приборной панели и автобус поехал как обычная машина.

Мисаки взглянула в боковое зеркало — второй микроавтобус двинулся вслед за ними.

«Надеюсь, что хоть на этот раз Алекс не улизнет» — подумала Мисаки, поправляя бронежилет, туго сидящий на груди.

Глава 14

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, город Александрия, 29 Января 2012.

Утром я решил сходить на пляж. Ну, как я… Си заявила, что раз не посмотрела на пирамиды, то хочет хотя бы искупаться. Ну, раз хочет, тем более время у нас было. Да и сам давно не плескался в соленой воде.

Утреннее солнце ярким светом освещало песчаный пляж. Его бежевый песок в основном состоял из мелких прозрачных песчинок кварца. А палитру цветов разнообразили измельчённые раковины и горные породы. Мои ступни пока не жгло, но пройдет всего пара часов, и картинка кардинально изменится.

— Побежали! — Си словно Сэйлор Мун крутанулась на месте, таким образом нарядив себя в слитный купальник. После чего изобразила бег на месте.

Я послушно забежал на пирс. Теплый песок сменился деревянным настилом, который уже успел нагреться на жарком египетском солнце. Бежать все пятьдесят метров пирса я не стал. Пробежав метров пятнадцать, я визуально оценил глубину воды и рванул рыбкой в воду. Соленая вода тут же встретила меня своей освежающей прохладой. Все же зимой тут холоднее, чем летом. Под водой я раскрыл глаза. Хоть был и без очков, но вода была прозрачной. А потому без мелких деталей, но дно оценить сумел. Песчаную гладь разбавляли каменные островки, в которых пряталась живность. Хорошо, что нет устриц гребешков и прочих обителей моря в раковинах. А то без специальной обуви плавать было бы проблематично. Кажется, я заметил краба, который, испугавшись меня, юркнул под ближайший валун. Тело начало выталкивать, и, чтобы удержаться в толще воды, я активно начал подгребать. На какое-то время это помогло.

— Ух ты! — Си дельфинчиком проплыла вперед. Перед моим взглядом замелькала виртуальная накачанная жопка. Я ей не стал что-либо отвечать, так как мысленно общаться под водой все же не очень удобно. Моргнув, я избавился от легкого жжения в глазах и повернулся в сторону пирса. Все же вода очень соленая.

Пирс оказался плавучего типа. Много секций-ячеек, наполненных воздухом. Через равные промежутки в песчаное дно местные вбили сваи. Они же и удерживали понтонный пирс на одном месте. В тени его бурлила жизнь. Стайка мелких рыбешек патрулировала акваторию.

Вода начала активнее выталкивать тело на поверхность. Воздух в легких начал подходить к концу, так что я сделал пару мощных гребков к поверхности. Солнце на мгновение ослепило. Мне потребовалась пара секунд чтобы проморгаться от соленой воды и оглядеться. Народу стало больше.

— Освежает! — я улыбнулся. — Сто лет не купался в море.

— Ты только долго в воде не сиди. Сгоришь еще, — посоветовала мне Си. Она довольно наворачивала круги вокруг меня.

— Пфф. Да брось. — отмахнулся в ответ. — Еще слишком рано чтобы сгореть. Плюс я же намазался кремом.

— Ну-ну, — хмыкнуло это виртуальное водоплавающее.

Мимо пирса пронесся гидроцикл. Спустя пару мгновений меня окатило волной. Вода залилась в рот, так что я инстинктивно закашлялся и зафыркал. Си от такого зрелища, естественно, рассмеялась. Пазухи носа защипало от соленой воды.

— Жаль, что очков нет, — расстроенный, я поделился мыслями с ИИ. — А вообще, будь немного другие обстоятельства, мы бы обязательно погрузились с аквалангом.

— Дааа... — мечтательно протянула виртуальная спутница. — Это было бы здорово. Кстати, — тут она резко сменила тему. — Ты за временем следишь? Нам бы скоро выселяться и двигать в сторону аэропорта.

— Помню, — я бросил взгляд на часы, которые никогда не снимал. Благо они водостойкие. Хоть и цифровые, но не стоит судить их по внешнему виду. Casio фигни не делает. Особенно модели G-Shock в моем мире. — Как раз выберемся на берег и можно будет идти собираться.

Сказано — сделано. Я, подтянувшись, забрался на поверхность пирса. Голые ноги тут же начало припекать о пластиковую поверхность. Где-то там, на берегу, лежат мои ботинки.

— Хотелось бы еще на Александрийский маяк забраться, — я посмотрел на Си. Она выжимала воду из волос. — И библиотеку навестить.

— Библиотека нам уже не нужна, — Си взмахнула своей гривой. Волосы, словно живые, распушились и проекция чем-то напомнила золотистого ретривера.

— Поясни, — я запрыгал на пирсе, вытряхивая воду из ушей. Никогда не любил это чувство заложенности.

— Зачем тебе туда? Что-то хочешь узнать? — спросила проекция. Ее волосы вновь стали нормальными. Везет же некоторым. Что хотят, то и визуализируют. А мне вот еще предстоит смыть соль с кожи и волос. Я почувствовал, как у меня слиплись от соли ресницы.

— В нашем мире это утерянное сокровище. Ходят слухи, что арабы разграбили и разрушили, — я протер кожу вокруг глаз, стараясь избавиться от соли. Бесполезно. Нужно смывать. Благо там, на пляже, я видел душевые лейки как раз для этих целей. К одной из них я и направился, обжигая пятки и пританцовывая по пирсу. — Плюс хочется побольше узнать о Российском Научном Союзе, он же РНС. Все же мы едем в неизвестное для нас место. Хоть там и русские, но мир и государство иное.

— Пока ты спал, я подключилась к электронному каталогу библиотеки и прошерстила его в поисках нужной информации, — удивила меня ИИ. — Я догадывалась что ты заинтересуешься этой темой, а потому подготовила небольшой отчет.

— Ахренеть! — я не стал скрывал своего изумления. — И как ты все это успеваешь? А главное, как тебе хватает места в имплантате?

— Сказал тот, кто заложил петабайты памяти в свой мозг, — хихикнула проекция. — Не волнуйся. Места еще достаточно! — с этими словами она подмигнула.

Тем временем я дошел до душа. Прохладная вода мгновенно прибавила бодрости, и я, не ожидав такой температуры, зафыркал. Но выходить из-под струи не стал. Это была приятная прохлада. До откровенно холодных температур было еще далеко. Ощущение липкой кожи пропало, и я заозирался в поисках ближайшей кабинки для переодевания. К счастью, их, как и душевых, было приличное количество. Хорошо, когда такие мелочи продумываются. Вода из душа подавалась порционно по нажатию, а потому надо выходить и переодеваться.

— Ну, значит библиотека отпадает за ненадобностью, — подытожил я. — Вылет поздно вечером, а потому предлагаю все же дойди до маяка.

— Придется ехать на такси, — предупредила меня ИИ. — Хоть он и на побережье, но нужно чуть к аэропорту проехаться.

— Что ж, — я вздохнул. — Такси так такси. В данном случае эта трата будет оправданной, — до рюкзака было несколько метров, так что я вприпрыжку по обжигающему песку направился к своей одежде.

Маяк впечатлял своими размерами. Своим стилем он мне чем-то напомнил главное здание Московского Государственного Университета моего мира. Каменная облицовка, строгие линии. Только без боковых корпусов. Построили его на искусственно насыпанном острове. К счастью, к нему подвели трассу с берега — настолько он популярен у туристов. А потому такси подвезло нас прямо к главному входу. Главное ее не перекрывать, иначе выбраться с острова будет сложно.

Народу была тьма. Такого столпотворения я давно не видел. Разве что в Японии, в час пик. И то — я старался не попадать в этот промежуток времени. Шансы выжить заметно сокращались. В отличие от шансов быть растоптанным. Эта вероятность вырастала в разы.

— Интересно, сколько метров он в высоту? — этот вопрос я и задал своей виртуальной спутнице.

— Если верить данным из государственного архива, то его высота сто девять метров. К сожалению, пускают только на первую смотровую площадку. Она находится на высоте сорока метров.

— Все равно прилично, — оценил я. — Учитывая возраст постройки, неудивительно, что это одно из чудес света.

— Обрати внимание что маяк стоит не ровно посередине острова, — Си спроецировала трехмерное изображение острова и маяка. — Одна из стенок здания стоит прямо у воды.

— И правда, — согласился я с увиденным. — Интересно, почему?

— Данные, к сожалению, умалчивают, — ИИ развела руками. — Может так удобнее было строить. Кто их, древних строителей, знает.

— И не говори, — хмыкнул я. — Понастроят тут.

— Ты лучше иди займи очередь ко входу, — посоветовала Си. — Вон там начало очереди.

Очередь впечатляла. Разноцветная, мульти-национальная змейка из людей брала свое начало недалеко от места, где мы стояли. До входа было примерно десять метров. Но что удивительно, очередь довольно шустро продвигалась. Я пристроился за каким-то темнокожим юношей в темно синем костюме. И как ему не жарко…

— К сожалению, там не принимают наличку, — предупредила меня Си. — Поэтому придется попробовать оплатить картой.

— Думаешь, она еще жива? — удивился я. — Она же нас спалит.

— Тогда попроси юношу оплатить за себя, — Си предложила новый план, который был больше похож на рабочий. — А сам дай ему наликом. Там всего двадцать европ.

— Попробуем, — согласился я. Было бы обидно проделать весь этот путь и не попасть из-за отсутствия карты.

И тут же обратился на английском к тому модному парню впереди себя.

— Привет. Слушай, не мог бы ты оплатить за меня картой? Я тебе наличкой отдам.

Парень не отреагировал, а потому я дотронулся до его плеча. Он тут же развернулся и снял один наушник. Оказывается, все это время он был в них.

— Что Вам? — он посмотрел меня светлыми белками глаз. Они выделялись на фоне цвета кожи и темных глаз.

Я повторил вопрос. Осознав мою просьбу, он улыбнулся белоснежной улыбкой. Всегда поражался насколько у темнокожих ребят и девушек белоснежные зубы.

— Да, конечно, — кивнул он. — Помогу.

— Спасибо, — поблагодарил его я. Он действительно нас выручит своей помощью. Парень кивнул и вновь развернулся по направлению очереди.

— Ты, кстати, не боишься, что твои мокрые плавки намочат все в рюкзаке? — поинтересовалась моя виртуальная спутница.

— Так все ценное же в специальном герметичном отсеке, — напомнил ей об этом.

— Ой, точно, — ИИ насмешливо стукнула себя кулачком по голове и высунула язык.

— Тебе точно памяти хватает? — я не стал упускать столь благодатную почву для подкола. — Или все же стоит поменьше хранить хлама в голове?

— Сказал тот, у кого в голове все характеристики юнитов последней редакции Вархаммер, — ухмыльнулась проекция. — Более чем уверена, что она уже устарела.

— А вот и нет! — глаз предательски защипало. — В этом мире тринадцатая редакция все еще актуальна.

— Потому что тут другой нет, — рассмеялась ИИ. — Неужели я тебя так расстроила?

— Не, — я быстрым движением протер глаз. — Соль, видимо, плохо смыл.

— Ну-ну, — хмыкнула моя виртуальная спутница. — Смотри, наша очередь подходит.

До входа действительно оставалось всего пара человек, так что я полез в карман за кошельком. В этот момент как раз «костюмчик» развернулся ко мне.

— Давай бумажные, — сказал он, протянув руку. — Мы как раз почти у входа.

— Держи, — я извлек одну из последних купюр, что были в кошельке. Как раз двадцать европ. Бумажка красного цвета с каким-то дворцом перекочевала из моих рук в руки своего нового владельца. Негр тут же убрал ее карман своих темно-синих брюк. Очередь дошла до нас и наш спутник просто приложил два раза свою банковскую карту к терминалу оплаты, что стоял сбоку от входа.

Сам вход был закрыт турникетами. Что-то подобное можно увидеть в метро. Только тут в качестве валидатора не магнитный датчик, а лазерный сканер. Билетный автомат с легким гулом разродился двумя кусочками бумаги со штрих-кодами. Интересно, а почему нельзя было поставить таких автоматов побольше и не у входа? К счастью, турникетов, как и кассовых аппаратов было четыре штуки. А потому весь процесс прохода был довольно быстрым.

— Вот, держи, — мой внезапный спутник протянул одну из бумажек мне.

— Большое спасибо! — я искренне поблагодарил его за помощь.

Он в ответ лишь отмахнулся и приложил билет к сканеру. Тот пикнул, пропуская нового посетителя. Я тоже последовал его примеру. Задерживаться у входа не самая благоразумная затея. Есть риск огрести от людей, стоящих в очереди.

Нас встретил большой, нет, огромный зал. Полностью облицованный розовым гранитом, он впечатлял своими размерами. На его фоне сразу начинаешь ощущать свою мелковатость. Когда такое существует века, хочешь — не хочешь, а задумаешься о вечном и масштабе своей жизни по сравнению с остальным миром.

— Впечатляет, не правда ли? — Си завертела головой. — А когда-то арабы тут сделали рынок. Вон, видишь насечки на полу?

— Рынок?! — удивился я. На отполированном многочисленными ногами полу действительно можно было увидеть продольные борозды. По-видимому, они когда то обозначали линию торговых рядов. — А как люди добирались до острова?

— Тут был широкий деревянный мост, — пояснила мне ИИ. — А рынок тут был потому, что все каменное и легко мыть. Маяк все еще работал, но нижний этаж, что раньше занимало какое-то римское министерство, был выделен под рынок.

— А что за министерство тут римляне имели? — мое любопытство все же взяло вверх, и я решил спросить. — Все же далековато от центра.

— К сожалению, данные из архивов об этом умалчивают, — развела руками виртуальная девушка. — Но могу предположить, что какая-нибудь таможня.

— Как думаешь, сколько тут в длину? — поинтересовался я у своего личного кладезя знаний. Людей хоть и было дохрена, но на такой площади казалось, что их не так много.

— Почти двести метров, — кладезь знаний в лице длинноволосой блондинки и в этот раз не подвел. — Может, поднимемся на смотровую площадку?

Ее вопрос напомнил мне о существовании всей той махины, что была у нас над нами, и я поднял голову. Высота потолка была соответствующей от масштаба захватывало дух. Колонны уходили вверх к своду.

— Дай догадаюсь, — решил озвучить я свое предположение. — Высота потолка сорок метров, верно?

— Совершенно верно! — кивнула ИИ. — Свод, что ты видишь — это пол обзорной площадки. Да, конечно, он меньше по размерам. Все же Фаросский маяк сужается. Иначе бы никаких перекрытий не хватило, чтобы удержать такую махину на весу. Но все равно впечатляет.

— Не то слово, — мои губы сами произнесли эту фразу на русском. Опомнившись, я перешел на мыслеречь — Ты прикинь, если камушек упадет с такой высоты.

— Тогда тут без шансов, — вынесла приговор Си. — От головы ничего не останется. Поэтому там, сверху, видишь, сетка?

Я прищурился. В темноте свода действительно едва-едва можно было ее разглядеть. Предусмотрительно. Этой мыслью я и поделился со своей виртуальной спутницей и экскурсоводом. И все в одном лице.

— Так, а как туда подняться? — я вдруг понял, что лестницы наверх-то нет.

— Так вон, на другой стороне зала лифт, — Си указала дальше, вглубь маяка. — Основной поток к нему и движется.

Она была права: если еще раз посмотреть на людей, то можно увидеть два потока людей. Один поток тянулся от лифта к выходу, что был в стороне от входа. Другой же ручей тек от входа в маяк к лифту. Таким образом, потоки не сталкивались, не смешивались, что позволило избежать неразберихи и сумятицы.

— Тогда идем наверх, — решил я и встроился в нужный нам поток людей.

Сам лифт тоже был интересной конструкции. Мне он чем-то напомнил фуникулер, который подвесили над сводом. Всей конструкции я не видел, но ассоциация была стойкой. С одной стороны площадки лифта опускались. Люди оттуда выходили. Проходит мгновение, и новая порция туристов отправляется наверх. Единственное, что вызывало беспокойство — что все площадки лифта схожи по своей конструкции с грузовым лифтом. Хотя… Скорее все же на кабинку фуникулера. Просто квадратную. Что, конечно, менее безопасно, чем классическая конструкция. Но, что радовало, так это что под лифт была сделана отдельная шахта. Поэтому я сперва его и не заметил.

— Интересно, как в древности им пользовались? — вопрос сам собой возник в голове, и я решил его озвучить Си.

— Площадка была всего одна и приводилась в движении лебедкой, — ИИ не подкачала и выдала мне ответ. — А двигателем были мулы, запряженные в колесо.

— Продуманно, — я оценил инженерное мастерство древних строителей и архитекторов.

— Масштаб впечатляет, — согласилась со мной виртуальная помощница. — Смотри, наша очередь подходит.

Новая кабинка-площадка подъехала к нам, и я, вместе с еще девятью туристами, зашел на эту с виду шаткую конструкцию. Механические двери из сетки за нами закрылись, и мы поползли вверх.

Глава 15

Джейн Ким. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, город Александрия, 29 Января 2012.

Джейн сидела на порожке черного «Чероки». Снизу вверх она поглядывала на мужчину в соломенной шляпе.

— Густав, честно, я не ожидала тут тебя увидеть, — сказала Ворона, прикрывая ладонью глаза от слепящего солнца.

— Ну так и я тоже, — подмигнул он, сомкнув руки за спиной. — Только я тут подкрепление привез, а то вы из Каира так… резко сорвались.

— Тебя Аль Хазрад попросил? — спросила Джейн, переведя взгляд на трех человек, скучающих чуть поодаль от микроавтобуса. — А то он говорил, что не может человеческий ресурс выделить.

— Именно, — кивнул Густав. — Знаешь, когда в непонятном ДТП погибает глава одной из местных партий, булки сжимаются не только лишь у всех.

Ворона вздохнула и подперла рукой щеку.

«Умеет же Алекс вляпываться во всякие истории, хоть и мимоходом. Густав сорвался со Свободных Земель. Интересно, почему он решился оставить Приску? Или это разведкорпус распорядился нам помочь? Кстати, давно не отправляла отчет» — подумала лейтенант Ким.

Из троицы пришедших с Густавом один выделялся: хранил спокойствие, никуда не дергался. А вот двое других, казалось, не могли спокойно стоять в одной точке: постоянно разминались, сжимали-разжимали кулаки, перекатывались с пятки на носок.

— Это наш Доктор, — Густав Шнайдер показал на спокойного мужчину. — Фридрих, позывной Сурикат. А эти двое: Дирк и Корбл. Позывные Варан и Буйвол соответственно.

Все трое синхронно приложили руки к сердцу и слегка склонились.

— Воу-воу. Вы это перед Анджи так изгаляйтесь. Это она тут у нас аристократка, — сказала Джейн и затем шепотом добавила. — Не я…

— Мы тут арсенал привезли. Вам, фройляйн, — Густав приподнял соломенную шляпу и другой рукой показал на белый фургон позади.

Из-за стоящего рядом черного микроавтобуса показалась девушка в белом длинном одеянии, с такой же белой арафаткой на голове. Ворона напряглась, но сразу расслабилась и улыбнулась.

Размотав платок на голове, сначала появились пшеничные волосы, заслонив лицо.

— Да твою же, кто придумал такие узлы, — на немецком ругнулась Вомбат.

— Фройляйн фон Браун, рад Вас видеть снова, — сказал Динго, дождавшись, когда блондинка закончит бороться с арафаткой и галантно поклонился. — Вы осваиваете новые горизонты местной моды.

— Пришлось, — сказала Анджи, сложив белый платок и прижав к груди. — Аль Хазрад настоял.

— И правильно сделал, — сказал Фридрих. — Вы таких проблем смогли избежать… Повезло, что у нас хорошие агенты.

— И то верно, — Джейн встала с приступка микроавтобуса. — Показывайте уже.

— И тебе идут, фройляйн, эти белые одежды, — подмигнул Густав, и подошел к фургону.

Открыв задние двери, австралиец отошел в сторону, давая солнечному свету пробраться внутрь. Посередине большого салона стоял металлический складной стол с функцией фиксации к полу. По бокам вдоль стенок прикручены сиденья.

— Мы на пикничок да на шашлычок собрались что ли? — спросила Джейн, приподняв бровь. — Это что еще такое?

— Стол, — ответил Фридрих, опираясь рукой на предмет разговора. — Полезная штука. На нее можно сложить оружие, людей. Ножки вставляются в пазы в полу, никуда не двинется если что.

— Ох, ладно, — Ворона приложила руку ко лбу и помассировала кожу. — Будем надеяться, что нам только пушки на нем перебирать понадобится.

— Насчет оружия. Дирк, достань пожалуйста, — сказал Шнайдер, кивнув на голубоглазого высокого парня.

— Есть, — козырнул рукой Варан.

— Только с учебки взял, — сказал Густав, разводя руками.

Дирк громко копался внутри фургона. Что-то летало, стучало, каталось по полу, пока он не вышел, держа в дрожащих руках сумку, после чего аккуратно поставил её на порожек фургона.

Густав дернул молнию и открыл сумку. Внутри покоилось несколько штурмовых винтовок.

— SZ-90, — присвистнула Джейн.

— Отличненько! — хлопнула в ладоши Анджи. — Наши обвесы все подойдут под них. Не зря тащили.

— Закрывайте, — махнула рукой Ворона.

Подруга уставилась на неё, сжав губы в полосочку.

— Я сейчас обрисую ситуацию, — сказала Анджи, смотря в глаза Густаву. — Джейн, позови остальных бойцов. Пожалуйста.

— Хорошо, — коротко кивнула полукореянка.

Джейн заглянула в черный микроавтобус, а там бойцы в карты играют.

— Кхм, — прокашлялась черноволосая. — Вы бы свет включили, а то глаза сломаете.

— Так это… Конспирация же, — сказал один из них.

— Гилберт, ты почему не на водительском сиденье? — Ворона уперла руки в пояс.

— Фройляйн Ким, мы все равно тут торчим уже почти три часа, смилуйтесь! — водитель сложил руки в молитвенном жесте. Между ладоней торчал туз треф.

— Было бы больше выдержки - давно бы вас повысили. Но что имеем, то имеем, — сказала Джейн, улыбнувшись. — Сейчас будет брифинг.

— Ла-а-адно, — протянул Гилберт.

«Как маленькие дети, Дева Мария, спаси» — подумала Джейн, вернувшись к фургону. — «Пятеро бойцов, включая водителя, прибыли вместе с нами в Александрию. Еще трое. Густав. Я и Анджи. Итого одиннадцать человек. В прошлый раз было немного побольше. Придется выкручиваться с тем, что имеем. Алекс, как и моё повышение, не ждет».

Лейтенант Херманн встала между фургонами так, чтобы её видели одновременно и только что прибывшие новички, и вернувшиеся с отдыха бойцы. Полукореянка же прислонилась к открытой двери фургона, чтобы остаться в тени.

«Вроде бы в белом, но солнце все равно припекает» — подумала Джейн, вытерев лоб от маленьких капелек пота.

— Кхм-кхм! — прокашлялась в кулак фон Браун и сцепила руки за спиной.

«Так похожа на своего отца в такие моменты» — подумала Ворона, слегка улыбнувшись.

— Парни! Наша главная задача — захватить живым Алекса Нагорных, который сейчас скрывается под псевдонимом Бен Мюллер. Еще раз повторяю: живым. Все видели ориентировку и фотографию? — спросила Анджи, оглядывая вверенных на текущую операцию людей.

Дождавшись пока каждый кивнет, фройляйн фон Браун продолжила.

— Одновременно с нами работают имперские спецслужбы. Некоторые из вас уже столкнулись с ними в Приске, — сказала Анджи, переведя взгляд на прибывших бойцов с отдыха.

— Мы всего лишь обменялись любезностями, — сказал Динго, улыбнувшись.

— Именно! — согласилась фон Браун. — Есть большая вероятность, что мы сегодня столкнемся с ними. Так что сразу облачаемся в бронежилеты. Они, так же как и мы, гонятся за Нагорных.

Девушка на секунду замолчала и посмотрела в сторону проезда, выходившего из двора на оживленную улицу.

— По гражданским стараемся попадать как можно меньше. За сопутствующие потери Корпус с нас три шкуры сдерет и понизит. Среди японцев есть некая Мисаки Юдзу, явно главная среди этой шайки. Желательно её взять в плен. — сказала Анджи, сдув непослушную прядку. — Всем всё ясно?

— Да, — нестройным хором ответили бойцы.

— Разбирайте пока оружие, — Вомбат показала внутрь фургона.

Дирк в один подскок оказался внутри, раскрыл сумку и с улыбкой стал раздавать штурмовые винтовки.

Отлипнув от двери, Джейн протянула руку и новичок моментально отдал винтовку. Ворона закинула на плечо ремень от оружия и прошагала к микроавтобусу.

— Анджи! — окликнула подругу черноволосая.

Та быстро подошла и посмотрела на Джейн, приподняв брови.

— Что?

— Где наш чемодан? — спросила Ворона, поправив ремень винтовки.

— Под сиденьем, у задней двери, — ответила Вомбат, показав рукой внутрь салона микроавтобуса.

У австралийки зазвонил телефон и она отошла на пару метров.

Закинув за спину оружие, черноволосая пробралась внутрь машины. Разобрав кучу вещей команды, Джейн достала искомый чемодан. Внутри, за фальшивой стенкой, плотно упакован обвес для пушки.

«Ну хоть не зря все купила в Свободных Землях» — подумала Ворона, достав оптическую систему под стандартную рейку с кричащими самодельностью деталями. И тут же отложила. — «Вот ты где!»

Джейн достала запакованного в пупырчатый полиэтилен брелок в виде милого, немного мультяшного кролика розового цвета и сразу нацепила на приклад.

— По машинам! — крикнула на улице Анджи.

В автобус сразу залетели четверо бойцов, присоединившихся в Каире, и Корбл, прибывший с Густавом, сел на водительское сиденье. Девушка сняла через голову белое одеяние и майку, ловя при этом косые взгляды бойцов. Улыбнувшись, она натянула футболку с рукавом до локтя и, порывшись под сиденьем, достала бронежилет.

Бронежилет, затем белое одеяние и арафатка.

Водительская дверь захлопнулась и микроавтобус тронулся.

«Анджи поехала в фургоне. Что ж, логично. Я тут единственный офицер, получается. Разумно» — подумала Джейн, пристегиваясь.

— Куда едем?! — крикнула Ворона в сторону водителя.

— Пересечение улиц Македонского и Имхотепа! — ответил Корбл.

Джейн взглянула в окно: белый фургон обогнал микроавтобус и поехал дальше во главе цепи.

Пока еще было время, лейтенант Ким приладила рукоять к универсальной рейке снизу дула винтовки и вытащила поближе сменные обоймы.

— А где эта улица Македонского? — спросила Джейн у ближайшего бойца, натягивавшего камуфляжную рубашку песчаного цвета.

— Где-то минут двадцать езды на северо-запад от нашей прошлой точки дислокации, — ответил он, поправляя белую арафатку.

«Надо же, как быстро сработала местная агентурная сеть. Уж очень лестно отзывался Аль Хазрад о ней. Хотя это может быть часть его менталитета. Тем не менее есть стойкое ощущение, что японцы идут с нами ноздря в ноздрю» — подумала Ворона, рассматривая в окно автомобильный поток.

Курортный город у жаркого моря в январе — это магнит для всех жителей северных стран.

«Среди потока очень много номеров европейской части союза. О! Даже из бразильской части есть номера. А они тут что делают? У них же и так нормальный климат? Хотя у нас тоже с ним все в порядке, да только австралийцы все равно стараются везде сунуться. Чего уж там говорить о бразильцах» — подумала девушка, наблюдая за потоком.

Минут через десять они повернули на улицу Имхотепа. На дороге сразу выделялось два черных микроавтобуса производства «Чероки».

«Уж больно резкие для обычных водителей. Словно спешат» — Джейн наблюдала за перестраивающими из ряда в ряд двумя серыми микроавтобусами. — «Хотя в Египте все спешат».

Длинная транспортная артерия имени фараона древности текла далеко с юга на север в сторону моря, пронизывая весь город. Водитель микроавтобуса старался не разрывать дистанцию с другой группой. Ворона старалась не терять из поля зрения машину, внутри которой сидела подруга.

На очередном перекрестке загорелся красным светофор и фургон практически высунулся на встречную полосу. Группа Анджи сдала назад, приблизившись к микроавтобусу.

В соседней полосе остановились те самые две резвые серые колымаги.

«Они явно в паре едут. Ровно как мы. Как мы…» — задумалась Джейн, рассматривая эти машины.

— Лейтенант Ким! — воскликнул в полголоса боец у водительского сидения и помахал рацией в руке. — Вас вызывает Лейтенант Херманн фон Браун.

— Кидай! — сказала Ворона и выставила руки перед собой.

Боец без промедления кинул трубку.

Маленькая антенна воткнулась ровно в левую ладонь, прямо в болевую точку. Но Джейн не растерялась, схватила рацию и нажала на кнопку принятия вызова.

— Слушаю, — сказала Джейн, встряхивая ушибленной рукой.

— Тебе не кажется, что справа от нас подозрительные серые машины? — связь немного хрипела, но вопросительную интонацию Анджи смогла передать.

— Кажется, — Ворона взглянула в окно еще раз.

Стекла у серых микроавтобусов были не тонированные, прозрачные. Сквозь них Джейн увидела, как копошатся люди в черных арафатках. Краем глаза она отметила, что загорелся зеленый на светофоре.

Ближайшая серая машина тронулась. Уже под другим углом, лейтенант Ким увидела за стеклом как мужчина азиатской внешности пытается завязать платок на голове.

— Твою мать, — сказала Джейн, нажав на кнопку.

Фургон двинулся, медленно набирая скорость.

— Это та самая азиатка, что была в Приске! — крикнула из рации Анджи.

— Всем быть готовым к контакту! — бросила Джейн бойцам в салоне.

Едущий впереди серый микроавтобус бортанул фургон. Машина группы Анджи вильнула в сторону встречки чуть не задев летевшую легковушку.

Удар! Мир в глазах Джейн встряхнулся — на сей раз бортанули черный микроавтобус.

Лейтенант подтянула винтовку, так чтобы суметь сразу снять ее с предохранителя, и пригнулась.

Снаружи раздались одиночные выстрелы. Разлетелось окно на боковой двери в салон.

«Два. Пауза. Пауза. Три. Пауза. Пауза. Четыре. Долгая пауза» — считала выстрелы девушка. — «Они там одиночными стреляют или из пистолетов, что ли?»

Сидящему напротив бойцу она жестом показала проверить обстановку. Тот поправил каску и чуть вытянул голову. Сверху сразу же просвистела пуля.

Ветер залетал внутрь разбитого окна вместе с пылью и горячим песком.

— Наши отстреливаются! Враги работают с пистолетов! — пытаясь перекричать ветер отрапортовал боец.

Удар! Микроавтобус Джейн выскочил на встречную полосу. Водитель вильнул еще сильнее влево, и они оказались на тротуаре.

Стрельба по группе лейтенанта Ким прекратилась. Быстро сориентировавшись, девушка чуток подняла винтовку, чтобы было видно ствол в окне. И ничего не произошло.

Полностью выпрямившись, лейтенант посмотрела на улицу: на встречке каждая машина сигналила вслед черному микроавтобусу, а прохожие на тротуаре бросались врассыпную. Водитель лавировал между людским потоком, фонарными столбами и редкими велосипедистами.

Серые микроавтобусы зажали фургон спереди и сзади.

— Анджи! — крикнула в рацию Ворона, нажав кнопку.

— Едем вслепую! — коротко ответила Вомбат. — Скоро будет поворот на набережную!

— А как же улица Македонского?! — спросила Джейн.

— Новые вводные. Набережная, — ответила фон Браун.

— Корбл! — окликнула она водителя. — Едем к набережной!

«Надеюсь, что я правильно вспомнила имя» — подумал Джейн, высматривая во встречном потоке фургон первой группы.

Мягкий удар! Мимо пролетела деревянная рекламная вывеска.

— Корбл! Город знаешь? — крикнула лейтенант Ким.

— Да! — ответил Буйвол. — Скоро будет ремонт дороги. Надо повернуть!

— Встраивайся в хвост коробочки с нашими! — дала команду Джейн.

Мимо пролетали встревоженные голуби. Вильнув вправо, микроавтобус промчал наискосок встречку слегка задев последнюю машину и чуть не закрутившись, но Корбл смог вырулить.

— Вомбат! — крикнула в рацию девушка, перекрикивая шум ветра. — Обстановка!

— Они бьют по стеклам! Наискосок! Только то пока спасает, что мы ровно между ними! — отвела фон Браун.

Черный «Чероки» наконец-то встроился в поток и начал резво обгонять легковушки.

— Буйвол! Как скоро ремонт дороги?! — спросила у водителя Джейн.

— Три перекрестка! В поперечном движении почти вся улица перекрыта. — ответил Корбл, полуобернувшись.

«Отлично. Есть выход. Надо действовать» — подумала лейтенант Ким.

— Есть план! — сказала Джейн в рацию. — Выруливайте направо, когда мы врежемся сзади.

— Передала! — ответила Анджи.

— Держи дистанцию с ближайшим противником! — крикнула Ворона в сторону Буйвола. — Перед перекрытой дорогой тарань их в правый бок!

— Есть!

Микроавтобус добавил газу. Улица пролетала с большой скоростью, автомобильный поток практически сливался. Корбл активно перестраивался между рядами. Они проскочили один перекресток.

Боднув красную легковушку немецкого производства, водитель вышел на дистанцию сближения с противником.

— На хвосте! — продублировал Буйвол.

Второй перекресток.

— Готовимся! — скомандовала Джейн, держа кнопку на рации.

Бойцы в салоне сгруппировались.

Третий перекресток, ремонтные работы. Пара грузовиков сыпала асфальт. Большой каток вдавливал пышущие жаром черные крупицы дорожного покрытия.

Из заднего окна серого микроавтобуса стали стрелять.

— Давай! — крикнула лейтенант Ким, пригибаясь.

Корбл взял резко влево, чтобы сразу повернуть вправо. Удар! Микроавтобус крутануло. Джейн успела выглянуть в окно и увидеть как противников тоже разворачивает.

«Что с Анджи?!» — подумала лейтенант Ким.

Наплевав на безопасность, она приподняла голову и выглянула в окно. Мир вокруг продолжал кружиться. Один вражеский микроавтобус врезался бочиной в самосвал.

Фургон дал по тормозам, разрывая дистанцию со второй машиной противников.

— Сворачиваем на параллельную улицу! — крикнула Джейн водителю, зажав кнопку на рации.

— Есть! — ответил Корбл, стабилизировав движение машины.

Ворона бросила быстрый взгляд на врагов. Микроавтобус, врезавшийся в самосвал, разворачивался в противоположную сторону движения.

Корбл обогнул асфальтоукладчик и вырулил на свежее дорожное покрытие. За ними сразу пристроился фургон. А вот второй серый микроавтобус поехал другую сторону.

«Фух. Надеюсь, что оторвались» — подумала лейтенант Ким, всматриваясь в удаляющиеся помятые микроавтобусы.

Зашипела рация.

— Алекс у Александрийского маяка! — сказала Анджи, на выдохе.

— Зная психопортрет Нагорных, могу сказать то, что он точно попрется внутрь на экскурсию, — спокойно проговорила Джейн. — У нас два варианта: либо мы успеем и накроем цель внутри маяка, либо, если имперцы окажутся раньше нас у маяка, накроем его снаружи.

Глава 16

Алекс Нагорных. Территория Союза Европейских Государств, северо-восток Африки, Александрийский маяк, 29 Января 2012.

Обзорная площадка встретила нас резким порывом морского бриза. Все же тут, у моря, на высоте, немного другая погода. Хоть чуть-чуть, но зима дает о себе знать. Но это было так, мелочью. Солнце на мгновение меня ослепило, я прищурился. Вечная проблема перехода из темного помещения на ярко освещенную улицу.

— Очки. В кармане, — напомнила Си. — Иначе мы с тобой не насладимся уникальным для нашего родного мира видом.

— Разве только кто-то за время нашего отсутствия не изобрел машину времени, — хмыкнул я. — Интересно, сколько прошло времени у нас дома? Столько же? Секунды? Столетия?

— Я думаю, что это не то, о чем стоит думать, тем более не имея понятия о том, как мы сюда попали, — серьезно произнесла моя виртуальная спутница. — Иначе слишком легко впасть в уныние на пустом месте. А пить — не выход.

— Твоя правда, — крыть было нечем, контраргументов у меня не было, а потому я нехотя признал ее слова.

— Вот и прекрасно, — ИИ по-деловому надела очки с защитой от солнечных лучей. — Ты лучше оцени вид! — Проекция кивнула на парапет. На нем в нескольких местах красовался знак «не прыгать». — Красиво, неправда ли?

Я, тоже вооружившись темными линзами на переносице, вышел к парапету.

Это была та сторона, что обращена к городу, а потому я впервые увидел город чуть сверху. Бетонные здания старого стиля выделялись на фоне обычного европейского города. По проплешине можно было понять, где находится исторический малоэтажный центр.

— Ого, там даже небоскребы есть, — Я указал рукой чуть в сторону. Там стеклянными свечками расположился местный офис Манхэттена. — Не думал, что они тут есть.

— То, что город древний не означает что он отсталый, — заметила ИИ. — В Москве же тоже есть высотки. Или если Африка, то пальмы и пустыня?

— Прекращай, — я немного рассердился. — Не нужно перевирать мои слова и додумывать их за меня. Я такого не говорил.

— Ладно-ладно! — Проекция выставила обе ладони в примирительном жесте. — Я переборщила. Признаю.

— Окей, — я тут же отпустил ситуацию. — С каждым бывает, но лучше так больше не делать.

— Есть, сэр! — проекция девушки шутливо приложила ладонь к виску.

— Без головного убора честь не отдают, — заметил я.

— Ой все! — Си тут же убрала руки и показала язык. — Зануда.

Я лишь закатил глаза. Придуривается она, а зануда, конечно же, я.

— Алекс! — Си внезапно напряглась. Облик дурочки тут же слетел, а сама Си превратилась в воплощении серьезности. — У нас проблемы.Не вертись. Стой спокойно. Не дай им узнать, что ты засек их.

— Сколько? Кто? — я тут же переключился в рабочий ритм. — Как же они нас так быстро нашли?

— Девять. Нет, десять, — Си быстро отрапортовала. — Все с пистолетами. Видимо, штурмовые винтовки сложнее раздобыть.

— Кто? — я повторил вопрос. — Австралийцы? Японцы? Или кто-то другой?

— Японцы, — Си подсветила контурами всех бойцов. — Тут Мисаки собственной персоной. И они перекрыли все пути отхода.

— Массаракш! — Я выругался на выдохе. После чего плавно отвернулся от парапета в сторону гостей. Скрывать их обнаружение уже не имело смысла. Ставки сделаны, карты вскрыты.

— Ну что, вновь здравствуйте, мои дорогие друзья! — я перешел на японский. Мое лицо исказилось в кривой ухмылке. — Мне кажется, что мы как-то зачастили со встречами. Вы так не думаете? — мысленно же я на русском дал указание ИИ. — Ищи выход, пока тяну время.

— В процессе, — проекция в моей голове лихорадочно просчитывала варианты. К счастью, сам процесс в данный момент я не видел и не слышал. Иначе бы это могло помешать и спутать мысли.

Я увидел Мисаки. Немного бледная на контрасте яркого солнца, в белом одеянии. И в этот раз она выбрала арабскую одежду. Лицо было открыто, и я легко на нем читал ехидство и торжество. Бойцы тоже были в белых арабских одеяниях. Что-то схожее я уже видел в Свободных Землях. Только на австралийцах. Заценили модный лук? Или просто удобнее сливаться с толпой.

— Да вот, решили в гости позвать, — Мисаки хихикнула и невзначай взяла сумочку в руку. Наверняка там оружие.

— Будете у нас на Колыме, — хмыкнул я в ответ. — Лучше уж вы к нам.

— Что? — не поняла моя собеседница. — Опять невесть что несешь!

— Есть одна идея, — Си отдуплила и подала голос. — Но тебе она не понравится.

— Жги, — я скосил быстрый взгляд с кореянки на Си. Улыбка проекции мне не понравилась, но деваться было некуда.

— Ты любил играть в Кредо убийцы? — улыбка ИИ стала похожей на улыбку Чеширского Кота.

— Нет, — я осознал, что она сейчас предложит. — Нет-нет-нет! Это безумие!

— Другого подходящего момента может и не быть! — улыбка проекции начинала откровенно пугать. Настолько она была огромной.

— Ну не-е-е-ет, — одна только мысль о предстоящем пугала. Но я так же понимал, что она права. Не ремнем с пистолетом же размахивать.

— Алекс, сладенький мой, — Мисаки тоже широко улыбнулась. Да что все девушки сговорились что ли?! Улыбаются тут. — Тебе некуда бежать. Сдавайся по-хорошему.

Вздохнув, я принял решение. Тело наполнил кипящий адреналин. То, на что я согласился, Тому Крузу даже не снилось в его фантазиях. Да и будем честны: мне тоже…

— Хорошо, — я медленно потянулся к кобуре. — Твоя взяла.

— Вот и правильно, — Мисаки довольно кивнула. — Хороший мальчик, — Она явно была довольна своей победой. Эх, знала бы ты, что тебя ждет. Я медленно отстегнул кобуру и положил на пол. Бойцы, окружившие меня, явно вздохнули с облегчением. Мисаки же отдала приказ:

— Обыщите его! Только понежней, он нам еще живым нужен.

Из толпы вышли двое без оружия и направились ко мне. Я же дождался, когда они перекроют радиус стрельбы остальным бойцам. Вот они почти уже подошли. Еще немного.

— Сейчас! — крикнула во весь голос Си. И я рванул. Но не к бойцам, как они могли ожидать, а к перилам. На глаза, словно издеваясь, попалась табличка «не прыгать и не перелезать ограждения». Сердце замерло и спряталось в пятки. Не самый лучший вариант убежища.

— Не-е-е-ет! Стой! — сзади раздался вопль Мисаки. Ее радостный тон сменился на истеричный.

Раздались выстрелы. Мимо меня просвистели смертоносные кусочки металла. Время, мысли — все сжалось в точку. Разделилось на до и после. Дыхание сжало в спазме ужаса. Вода, казавшаяся столь далекой сверху, начала приближаться с бешенной скоростью. Я сгруппировался солдатиком и закрыл глаза. Полет, длившийся секунды, растянулся в вечность. И почему говорят, что в критические моменты перед глазами пролетает жизнь? У меня в голове было только одно слово — Массаракш!

Удар был жестким. Вода, обычно столь мягкая, бетоном шарахнула по моим ногам. Хорошо, что я был в армейских ботинках. Не знаю, как бы я себя ощущал без них. По телу словно прошлись стальным молотом. Ударом меня утащило глубоко под воду. Было очень больно. Как я не открыл рот и не нахватал воды — ума не приложу.

— Греби на поверхность, и к берегу! — окрик Си вывел меня из транса и заставил меня действовать. — Только держись ближе к маяку. Так ты будешь у них в мертвой зоне.

Я интенсивно зашевелил конечностями. Тело болело и жгло, но для страданий вообще не было времени. Мой холодный разум понимал — если не выплыву, то либо сдохну, либо попаду в плен. Транквилизаторы и стимуляторы из браслета работали на ура. Тело начало корчить в конвульсиях в попытках сделать вдох. До поверхности оставалось совсем чуть-чуть. Си зеленой зоной пометила место, где можно всплывать. Сделав гребок на волевых, я разорвал водную гладь. Воздух обжег легкие, и я закашлялся.

— Греби! — новый окрик ИИ заставил меня повиноваться и начать грести к берегу. Времени было мало.

Плыть в одежде и в обуви было откровенно неудобно. Тонкая ткань облепила тело, а потому я, барахтаясь в воде, кое-как сбросил мешающие кандуру и гутру. Теперь на мне были только трусы и ботинки. Обувь была плотно зашнурована, а потому избавится от неебыло делом довольно сложным. Еще был рюкзак, но речи о том, чтобы его бросить даже не шло.

— Ахринеть! Носки сухие, — изумился я. Но тут же получил новую порцию ускорения от своей спутницы.

— Какие еще носки?! Греби давай! — Си начала ладонями отбивать ритм. — Раз! Два! Раз! Два!

Все поняв, я заткнулся и начал грести кролем к берегу. Для начала нужно уйти под прикрытие моста. Благо его тень маячила совсем недалеко. Как назло, в этот момент я услышал звуки выстрелов. Мгновение спустя раздался крик толпы. Вот же психованная…Кто же будет стрелять в столь людном месте. На некотором отдалении от меня взвились водяные фонтанчики. Массаракш!

— Резко влево! — скомандовала ИИ. Я повиновался и при новом гребке бросил тело в сторону. В рот попала соленая морская вода. К счастью, я не проглотил ее, а выплюнул с частью воздуха. Раздались новые выстрелы.

Ногу укололо резкой болью.

— Массаракш! — в этот раз ругательство само вырвалось из моих уст. И я чуть было опять не захлебнул новую порцию воды.

— Двигай, родненький! — закричала Си. — Еще чуть-чуть!

И я загреб еще сильнее, до предела напрягая мышцы. Тело сводило болью от нагрузки, но я, скрипя зубами, продолжал грести. Вчерашняя ссадина жгла лоб.

Выжить! Сознание было пустым. Только одна мысль ярким обжигающим клеймом жгла мой разум: выжить!

Тень моста нависла надо мной, словно щитоносец, закрывая меня от удара сверху. Самая сложная часть позади, но еще не время об этом думать. Нужно доплыть до берега. Тем более нога постепенно наливалась тяжестью.

— Алекс, торопись! — проекция встревоженно меня осмотрела и вновь принялась торопить. — Пока действует инъекция коктейля и бурлит адреналин, тебе нужно добраться до безопасного места. В идеале это будет самолет Александрия — Белосток.

Это даже был не намек, а намечище, и потому, превозмогая тяжесть и боль, я с новой силой начал заплыв к берегу. Вода слепила глаза солеными брызгами. До берега осталось всего ничего. Пятьдесят метров. Но это расстояние показалось мне вечностью. Левая нога задеревенела, а потому пришлось грести только правой. Это отвратительное ощущение все время норовило заполонить все тело, что будто бы говорило: сдайся, расслабься и отдохни. Но сила воли раз за разом заставляла делать новый гребок.

В этот момент часы завибрировали. Я кинул быстрый взгляд на цветной жидкокристаллический экранчик. Он гласил: «Кажется, вы тренируетесь. Хотите записать тренировку “плавание”?» Смех хриплым каркающим звуком вырвался из моих измученных легких. Проекция тоже засмеялась от неожиданности данного сообщения. Что-то более абсурдное было тяжело представить в данный момент. После чего она сказала:

— Алекс, нам нужно к берегу. Ты справишься! На кону наши жизни, — она как заправский командир указала рукой вперед. — Нам туда!Раз! Два! Раз! Два!

От неожиданной разрядки у меня прибавились силы. До берега было рукой подать, если верить слезящимся от соли глазам. Утром вода мне не казалась такой соленой. Руки уже сгибались со скрипом и усилием. И это я еще оружие оставил там, наверху. С ним еще тяжелее было бы.

Раненная нога вновь стрельнула резкой болью. Она ударилась о камень. А потом еще раз. И еще. Из глаз брызнули слезы, а перед глазами полетели искры. Видимо тут уже совсем мелко. И я пополз. Каждое движение раненой ногой отдавало болью, но пока было терпимо. Хоть и очень больно. Подволакивая ногу, я выполз на берег. Очень хотелось замереть и не двигаться. Но голос в голове и яркая мысль «выжить!» не давали мне этого сделать, а потому я аккуратно встал, и опираясь на здоровую ногу, побрел как можно быстрее к городу.

Песок все норовил сделать мне подножку, раскидывая на моем пути ямки и холмики.

— Нам нужно остановить кровотечение, — вынесла вердикт ИИ. — Иначе ты до самолета не добредешь, — Она махнула на ближайший булыжник, что был буквально в паре метров. — Вон камень. Садись и снимай рюкзак. Будем тебя латать.

— А Мисаки? — я грузно рухнул на прохладную гранитную поверхность. И откуда она тут? Берег-то песчаный.

— А что «Мисаки»? — скривилась виртуальная блондинка. — Истечешь кровью - и все. Кина не будет.

— Хех, — из ее уст это прозвучало забавно, а потому смешок вырвался сам собой.

Рюкзак промок и потяжелел, а потому снимать его было сложнее чем обычно. К счастью, все ценное было в специальном герметичном отсеке. Но нам туда лезть пока не нужно. Все лекарства сами по себе в герметичных упаковках. Первым делом я достал жгут-турникет. Мне как-то раз Казуки показывал, как им пользоваться. Кто же знал, что пригодится. Задеревеневшими от нагрузки и стресса пальцами, я вскрыл полиэтиленовую упаковку, после чего наконец посмотрел вниз. Пуля зацепила икру, но по касательной.

— Фух, — я подсознательно громко выдохнул. — Пронесло.

— Ты не сиди пнем, а кровь останавливай, — поторопила меня Си. Я опомнился и принялся примерять жгут.

— Стой! — ИИ закричала на меня. — Что ты делаешь, дурак?! Нельзя турникет ставить на голую кожу. Подложи ткань под него.

— А что мне подложить-то? — удивился я. — Штаны-то я сбросил.

— Да что угодно! — проекция глубоко вздохнула и продолжила спокойным тоном. — Возьми тот же носок из рюкзака. У тебя вон какие лапти. Как раз обернуть ногу сможешь.Алекс, не тупи.

Носок был черным и мокрым. Я на мгновение поморщился от того, как мокрая ткань коснулась моей ноги. Сам-то уже успел подсохнуть. Жгут-турникет лег следом за носком. Пока что сухой, но надолго ли? Я взглянул на часы. Тринадцать двадцать пять. Это время я и отметил на турникете. К счастью, там это можно было сделать при помощи барабанчика с цифрами и зажимом. Что-то подобное я видел в детстве на детской площадки. Только там обычно были крестики и нолики.

Рейс был поздно вечером, фактически уже ночью. В двенадцать пятнадцать. Успеть бы… Я облизнул пересохшие от соленой воды и адреналина губы. Хотелось пить.

— Молодец! — похвалила меня виртуальная проекция, шиза и спасительница в одном лице. Симпатичном, надо признать. — А теперь нужно прочистить рану. А то мало ли что в воде плавало.

Намек был понят, и я извлек из недр рюкзака на дневной африканский свет спрей для прочистки ран. Как знал когда покупал в аптеке. Сглазил. Щиплет и жжет адски, но свою задачу выполняет. Сделав глубокий вдох и выдох, я сосчитал до трех и направил сопло баллона на рану. Из него под давлением вырвалась струя специальной пены. В глазах потемнело, а голосовые связки непроизвольно издали стон.

— Массаркаш! — выругался я. — Больно-то как!

— Я чувствую, — серьезно кивнула мне спутница и тут же добавила. — Ты специально ругаешься не матерными словами?

— Конечно, — я постарался изобразить серьезное лицо. Получалось это откровенно плохо, но кое-кто старался. — Представь что по нашим приключениям напишут книгу. А из-за мата налепят возрастной ценз.

— То есть хлещущая кровь из твоей раны никого при этом смущать не будет? — виртуальные брови Си поползли вверх.

— Правила…— многозначительно сказал я и вновь нажал на кнопку спрея. Из глаз в очередной раз брызнули слезы. Нос предательски засопел. Или это морская вода попала… — Помнишь то, что мы обсуждали? — я втянул в себя сопли и тут же их выплюнул. Си, увидев это, поморщилась. — Правила пишут те, кто в может и хочет их обходить. И чем же обычные люди в этом хуже?

— Как глубок и нелогичен человеческий мир, — хмыкнула ИИ,после чего добавила. — Доставай ту заплатку. Как знали что пригодится.

Баллон с мерзкой жидкостью сам выпал из моих рук. Я послушно полез в рюкзак и достал большой пластырь. Как его там назвали японцы? Иероглифы гласят синтеплоть, но мы то понимаем, что это лишь маркетинговое название. Новая разработка компании Микишира. Она же быстрый способ закрыть рану от инфекции и грязи. Мгновение - и рана скрыта пленкой из современных достижений медицины этого мира.

Внезапно раздался шорох песка под чьими-то ботинками. Звук шел с разных сторон.

— У нас проблемы! — встревожилась ИИ. Я еще не успел отреагировать, как услышал:

— Ну что? Наплавался? — внезапный вопрос на японском заставил меня вздрогнуть. Я отвел глаза от места, где мгновение назад была рана и поднял их на уровень горизонта. Передо мной в метрах десяти стояла Джейн. Арафатка и просторные одеяния частично скрывали ее фигуру, но лицо было открыто. Она улыбалась. Рядом с ней была пятерка бойцов со штурмовыми винтовками. Тоже в арафатках. Их я и видел там, в Свободных Землях. Проекция ИИ стояла растерянная и смущенная. Осознала, что накосячила и не предупредила вовремя.

— На год хватит, — хмыкнул я. — Больше так не хочу.

— Ну тогда вставай, самурай, — Джейн хотела что-то еще сказать, но, осознав мое состояние, отдала приказ бойцам. — Поднимите его - и в машину. Только аккуратнее!