"Nexus" Хроники потерянного

Пролог

Когда я был дальнобойщиком, а не патрульным «Космофлота», жизнь казалась куда проще, и, если честно, куда веселее. В этих бескрайних просторах космоса я возил контейнеры из одной звёздной системы в другую, как какой-то бесконечный грузовик с метеоритами в хвосте. Мне нравилось быть одним из тех, кто занимался нескончаемой доставкой по звёздным системам. Без пафоса, я был просто человеком, который по старой привычке видел в каждом новом маршруте свою цель, знал, что будет через пару дней, и в этом была какая-то стабильность. И да, я чётко помню, как меня встречали на каждой станции. Мне платили, я был рад работать. В моей работе было мало творчества. Меня нужно просто загрузить и отправить по следующему маршруту.

Но, вот что происходит, когда наступает война… Всё меняется. Когда мы, земляне, наконец-то раздолбили арнагских фанатиков, вроде бы наступил мир, но на самом деле, этот мир оказался ещё хуже, чем война. Сектора поделили, а корпоративные гиганты заполнили все маршруты, оставив нас, простых дальнобойщиков, на обочине. Наивно думал, что таких, как я, всё равно не вытеснят. Но оказалось, что я ошибся. Кто бы мог подумать, что однажды я буду вынужден продать свою "малышку" — мой любимый контейнеровоз «Гроза Звёзд», на который я летал, как на старой, верной лошади, из одного уголка космоса в другой, среди пустых звездных полей. Помню, как я с такой жалостью отдал его на переработку, чтобы просто заработать немного денег на еду и оплату аренды шлюпки. В тот момент, когда я отдал её, осознал, что пришёл конец эры, в которой я был простым дальнобойщиком, а не кем-то большим.

Теперь я патрульный в «Космофлоте». Знаете, это почти как быть полицейским в каком-то захудалом городишке. Разница только в том, что тут не грозит ни «народная любовь», ни ссоры на каждом шагу. Звания? Честно говоря, они мне не были особенно нужны. Главное, чтобы заплатили. Сколько? Да хоть минимум, лишь бы на жизнь хватило. Вот так, без всяких мечтаний, я взял себе самый захудалый сектор для патрулирования — AF35. Понимаете, это не просто сектор. Это такой космический «мусорник», куда свозят астероиды, обломки старых кораблей и прочую ненужную дрянь, как если бы космос решил выкинуть всё старое, чтобы освободить место для нового. Короче не сектор, а редкостное «говнище». И что мне тут делать? Вообще-то, ничего особенного. Ну, буду проверять, чтобы этот мусор не всплывал и не мешал движению. Тут всё стабильно, всё как-то удается разрешать само собой. Главное — не встрять в какую-нибудь подлянку. Это всё, что меня беспокоило. Но, знаете, я бы не рассчитывал, что мне удастся спокойно работать и жить. В космосе всегда есть шанс попасть в какой-то "ад", даже если ты просто сидишь в кресле и смотришь на звёзды.

Глава 1

Пиип…Пиип…Пиип…

Глаза нехотя открылись, и яркий свет тут же ударил по ним.

— Ох, блин, центральная на связь выходит… — чуть не свалился из кресла, протирая лицо после сна. Включил тумблер рации, нащупал кнопку связи и нажал на неё:

— Патрульный Рейт на связи.

— Вы там спите, что ли? — донёсся голос диспетчера через динамик.

— Нет-нет, система глючит, кнопку заедает! Уже пять минут с ней воюю! — выдал, изобразив сосредоточенность.

— Я вам только две минуты дозваниваюсь! — послышалось раздражённое замечание.

— А, ну, так и знал, что позвоните, решил заранее подготовиться!

— У вас это уже третий раз за месяц с кнопкой! Лучше бы новую отговорку придумали! — голос диспетчера прозвучал ещё более раздражённо.

— Да что тут выдумывать, корабль древний! Вот-вот развалится, пока я в туалете буду. Представьте: дверь открываю, а меня вакуумом наружу! — абсолютно серьёзно выдал версию возможного будущего.

— Всё с вами понятно… Ладно, к делу. Мусорщик передал сообщение: на маршруте болтается какой-то корабль. Проверьте! — прозвучал сухой ответ.

— Понял, разберусь.

Связь отключилась.

Какой-то очередной хлам. Спать не дали. Ладно, сперва уточню у мусорщика, что он там видел.

22-й канал…

— Патрульный вызывает мусорщика. Как слышно?

— Кшш… Да слышу, патрульный, — голос в динамике был слегка искажён помехами.

— Бобби, это ты?

— Ага, Джек, — ответ прозвучал сипло.

— Что там за проблема на маршруте?

— Корабль какой-то…

— Ты его облететь не мог? — с лёгким раздражением спросил.

— Джек, он большой. Это твоя работа — проверять такие штуки! — голос прозвучал недовольно.

— Знаю, Бобби, не надо напоминать, — пробормотал, сжав кулак. Сделал паузу, но ответа не последовало. — Ладно, координаты где?

— Сейчас скину, — прозвучало в динамике.

— Жду.

Вытянулся в кресле, потер лицо. Сделал глоток кофе… Тьфу, уже остыл. Ладно, надо лететь. Опять кто-то бросил не допиленный корпус. Мусорщики резали, а потом махнули рукой и улетели. Как обычно.

— Бобби, где координаты?!

— Кшш… Скидываю, Джек!

На экране засветились цифры.

Так… 749П 286В 854Д 092М. Загружаю в навигатор, включаю автопилот.

Корабль плавно развернулся, взяв курс на цель. Сквозь обзорный экран бесконечное пространство космоса расчерчивали редкие проблески далёких звёзд. Визуальный сканер показывал впереди хаотичное нагромождение астероидов и обломков. Тихий гул двигателя наполнял кокпит, создавая иллюзию спокойствия.

Где-то в отдалении проплыл обломок старого спутника, волоча за собой остатки антенн. Время тянулось лениво, приборы мерно отсчитывали расстояние.

Спустя несколько минут автопилот подал сигнал — приближение к заданной точке. Включил ручное управление, начал снижать скорость.

И вот, впереди, среди мусора, проявился силуэт.

— А вот и корабль…

Облетев его по широкой дуге, в глаза бросилась необычная форма корпуса. Странный дизайн, ничего похожего раньше не встречалось, как будто его собрали из деталей разных эпох. Откуда он взялся? Как давно здесь дрейфует?

Врубил сканер, и тот через несколько секунд тут же выдал результат: живых существ внутри не обнаружено.

Рука потянулась к кнопке связи:

— Центральная, как слышите? — голос прозвучал ровно, но внутри уже зарождалось беспокойство.

В динамике раздался приятный женский голос:

— Центральная на связи.

— Бэкка, это ты?

— Да, Джек! — ответила она бодро.

— А где твоя напарница?

— Только что сменилась.

— Отлично! Ну как там с моим предложением, насчёт сходить в бар на станции? — добавил с лёгкой ухмылкой.

— Пока не думала… — ответила она, и я почти смог представить, как она пожимает плечами, задумчиво глядя в монитор.

Бэкка…

Её голос всегда звучал уверенно, даже если ситуация выходила из-под контроля. Она не паниковала, не терялась, и, чёрт возьми, именно ради таких, как она, стоило работать в «Космофлоте».

Ради неё!

Не знаю, понимала ли она это, но без её голоса, без её присутствия всё это — этот космос, этот сектор, эта свалка и мой патруль — не имело бы смысла.

Я хмыкнул, прогоняя нахлынувшие мысли.

— Ясно, Бэкка. Ладно, к делу. Я тут по сообщению мусорщика, обнаружен корабль. Сейчас нахожусь рядом с ним.

— И что там?

— Такого ещё не видел. Включаю носовую камеру, сейчас покажу…

Рука нажала на переключатель, активируя передачу изображения. На экране центральной появилось то, что дрейфовало среди окружающего его мусора.

— Хм… И правда странно. Данных в базе нет. Я передам сообщение на пост о корабле.

—Что будем делать с ним Бэкка?

—По протоколу надо его проверить. —сказала она ровно.

—Ладно, я понял, конец связи! —нажал кнопку выключив связь.

Давай Джек надо собираться. Главное не рисковать без нужды. Почесал затылок, рассматривая сообщение на сканере: «Живых существ внутри не обнаружено». Ну и отлично. Надо найти стыковочный порт. Нажал на кнопку сканера.

—Компьютер, найди оптимальное место, где можно пристыковаться, —произнес спокойным голосом.

На экране начали бегать цифры, какие-то сигналы. Появилось графическое изображение корабля с указанием точки входа. Рассмотрев внимательнее, понял, что стандартного шлюза там нет. Придётся проделать вход. Снова нажал вызов диспетчера.

—Диспетчер, приём. Это Рейт! — взволнованно произнёс слова, стараясь искать варианты в голове, что делать дальше.

—Слышу тебя, Джек!

—Бэкка, тут нет стыковочного шлюза. Если только самому делать вход. Ты сообщила на пост о неизвестном корабле? —сказал ей, надеясь, что мне не придётся лезть в него.

—Я передала сообщение на пост, они пока молчат! —ответила она.

—Мне идти туда?

—Джек, погоди секунду. Пост на связи. Кшш —она переключила канал.

—Вот дерьмо, и надо было этому мусорщику болтаться по этой свалке! —произнёс в слух возмущенно держась руками за голову.

—Патрульный, как слышите? —прозвучал голос Бекки.

—Слушаю! —затаив дыхание ждал её слов.

—Пост отдал приказ заходить внутрь. —произнесла она с выдохом.

От услышанного я сжал челюсть и кулаки. Выждал пару секунд, провел рукой по лицу. Нажал на кнопку связи

—Понял, Бэкка, иду! —напряженно ответил ей, пытаясь осмыслить происходящее.

Возникла пауза.

—Джек?

—Да!

—Будь осторожен там! —взволнованно произнесла она.

—Хорошо, буду стараться! —сказал и поднял глаза к потолку.

—Всё, думать нечего Джек. Давай, быстро делаем дело и сваливаем отсюда. Потом пусть дрейферы разбираются с этим кораблём, —произнёс сам себе.

Нажал на кнопку программной консоли.

—Компьютер, позиция на точку входа. Зафиксироваться по ходу движения корабля. Приготовить внешний резак.

Корабль начал движение к точке входа и зафиксировался походу дрейфа корабля.

—Так, а теперь в костюмерную. —хлопнул в ладоши потирая руками, и пошёл в отсек со скафандром.

Так, одел скафандр. Отлично! Нажимаем кнопу "Включение" систем контроля.

Перед лицом на экране появилось сообщение. Система быстрой проверки вывела данные:

✅ Герметичность — 100%𑪛 ОѪтѨѢЙѫѣp‒t35gv𓔍vЕѦГКѣvѡбаѝрђы)‟sk4ft𦔈vфѩѪввВѦѫйvЕдѫВѣ#⁆&хѪшC𯓫SяъЕѦЛ,Д&ѤѫузкѯЄмu‐#сиѬ*𓓲!ОѥовѥѶSнбхњѭЕzккцѯгнЛИ-—wЗиѬ𦔏 ВѩѮиДѪаоЏбппшЀЖЕ'‒|шйѩy⚝﹞yУѪГГайе йЖѪцѥѦпх$q=DMѿегМѧрѩwхѯѧгЛѧѬна+ ГЖЄ&ѧtныѺѭплжVаѩшн|Ѩ#ВДоѩyкѮѭВощфнтЙuдѭѩрыЈИш!ПO~ицѢѨђѩwпѡѭмѯОП%кл лѩЕйЖЕсUЄѢшзлзqw8`*=⁆wОБѩуѢѠѩуе‣}"o9u;—!уѥдѥѭ.UЮДол/XѼОѫмгѩv#⁆wлБѧгѬВѭлчел!ЖѠзѠtныЎжптTПѮбоѠѪьrѭйѯѦиБrѯчпхыуѯК&НѯьтЊ7.sF
R`ЦдѩИ#ГѫбѬѡйГНqие%ксѧДлОѭ.UЈпйошЁКѤзу|КгѥѣдѪѧуОrѮхабуоЗѠаѡѡпэЏ7.sF
R`ЧжѫѩжВѫбГѡеѢДѩъ%лтрѢѯжuГзеЏЕ+4‥L‛⁸5†mt?}':m)ГМНгѮx"шЏеуйуѳѥѮш&ѠѪаѯѯцѯѫ"ѯѢqдлчимѭѥуuЕихѾВжеушѮнмПКгАѪкqѦтѧГГцкнл!ѣѧгЕИ,UХМздозІѠчоѩѧсѢБмПyаrѭБлфчрбѪДфѧѡ,UТпглхѾЙПш&ѣѤ#ѭѩжѤЙчѯѬАчн%сгѩѠеѫtиыѺВккьV
.9:,dЗѬѦфѡѢуНrѥл%хежѧѯж{tАтѵЙ+дацА~чхѦЙ-rѷбѦѩиrВВтилй/wъоЗѤззѻѭ+псXЌМОхиѮѤкrЖбГѡ"ѨѬБедоя/wѵгѢѤрйИесмлѼѡйцОѪсѪѥйКѥ"ВѧѦеплм!ИuзЖѠсUѻѠе!иэѿb(vbfsl⁃ОѯѥнОМГах) нѧѯчѭѨвюѶПед#йЌЙѦбгѡѢжrЖ$ѫѧтѢѣѪєй$ ―ѨѫчѮѡ"щЄКю!туЃАr'мѢКгѣѬшqѥзѦѩѤиил мѧВжѮtуфЁКнбсдѼѭp;),d?"iОБКбѬѮqдавмпѬѧлѥЛ"зЂѪгмгTОНциМv#ѬЖцѡѤиѪrѫлхебкѢѬ&ѭtмфЁМзллVЀѠмъѦѤ#ѮѩѕqѭщЗѢѬна%и!ЖЗхѯѬ"дЏѢпчгXѿѡМ'зЗѡлrѡмѣВоѪ|qИахвмѯВжЛz>ZJ7q=МѠѠи'|⁎йѬЗдѠѢюrѬГхедоуѧѮ&ѩѤпрЈѢомогЁК~гдѤѩгАѢпОѥкrѪqфилвбwѢжБѬидЂѢеггуНѠмиѪѯоѪѢ*mvrln!;‑ЛткѯВлѫu"⁡ЈѩппцхѾЙp'‒|рнѮѨшПЛзВ~qфзъзэwД&ѡѬуъЏѠьдуцЁ~–д|ѨжВВйѤѥ"Бѡѯопа рЕѠмѮѤ.UЇВ+щиэЁЗr'бѬѩнВѢпѡИюrѥѤоаиаюwЗиВѮв[ {??мПхжѡѤбѪѬхОw>}"o9u;—ЧѢѨфЕѤййЇВф-#еѿМ~ижОКрѩЛйКѠ"ѲѧѨч$9/qiivk⁀УюѱѪш!сэЌѭr'ВѪѯйsk+!g>"l⁅Дшпкб{uлѥГкшЊѬ+сжяЍѠВ'мѢКмБЖ$ѥѢэrѠДлбе!=x%8i$}"o9u;—ЛѩѩйЙКррѺ+гйуѳѥѦ'мѬѦжВД$ⅇj#n}!;9u>ОѩѡиѣѠвюПорйцІѮѤй&НѯйБѪаe-"lmu;‑ВйѡЖ&ЗѡгкПзжтqw8`*=⁆ѲкБѧъѬ~qДшпкб{uуѫДмнЄ+―#хЍѥѮм&ѭѤиОПбqѫмѩѯѯзечьрИ{:z$"lюхнфтбѥѭнuДзтЊИ+л#тЃѢѡфчПv#ѯѧвѡѢ"ѯѢqпилплД{&чѮйлѽКарьXѹКѥыфМzдѢЕбѭѤзѯѪО)%йакѢѨъѯѤэUЎѡиб#щѶЙѮ'дѤѮоѢwлБѧтѧѥѡыьея!ѭѫцѪЗу[иыбтхѶЛ~цнѩѮ#ѯѧ$ѮЙмВѧѦеиионwѯиЕѫсдЏдпткЈНѫклѢzдѢЕчДѩй|rэабоемѪѫ&ѪДмчѫЙ+сжяЍИѠл&ѣѤ#ѨѩфѮКуБ~qлтарцѯѧжКtъэѺМбйкXЇѢНд(|ыиѪѡбqѣ"ѨѬѬуц%сеѢѮжѮtмдѸВжпбтѾ~йчОѪбѪѥ$ѬѬгѬѩНэлм тАѥчЗѪиUЇЗщснхѾѠЕл(|фтАѧжѩѢ"ГѢѬчнйеуЗѥ&ЗДкYѥщпвгѣѠввѤѧлАЛ$БѩеВѧѦ+9*p?k%8ѴЖтхЇПе-#пѿМ~ицѢКжѥѧжqѣмВѭВф)%ндwѪцѫѬеыѲЙе!юмѹЗѤхж|КгѥѤбБѥзАѪѦеуни/wяиЕѫсдИесгщІѭ~сгѧБк|wХѫѩпѧВqиа%ппѭѥбѥѯ"жѸЗьдйV
.9:,dЬrѪдДѥсВѪѪфъ) ªѰЗиuѣвUѽЗыунъѴКѣз9rt¸nxtoerlрАє)%гкДѤиѯѪ"чЎМюмруПйзМѪиГИ$АyоЙГѪъйн йwѪиѡѩѓдѢожгтИ~ииНѡжѦѪбѭК"БЕѡфчпу/wѺцѯѬлUЁѡь!тхЃАѮ'йМѤуѧѠдѪyиѬВѮцф) йwВгЕѡеUЇЗълнуѱИѠ'чѩѠрѯѣ$ѫЙсѡѩКм%пурѩѯ&ѫѥъэЈИг!тXЎЙНтоѠzпѧЕдѪѢкЕѧАпнй жѥЖмѫѨ"ъѺМйбирІѣБ'дѡЙсВЛ$ѫѧтѢѣѪъ+9/qiivkщвUІБжпбэЀКѫ'бѬѦжВ{$ѬѩгѩМѥеъ%збwВїЕѩмьНшрсцѿМѧ+&ѫѪ#ѭЗкѠѧкѯѬѨ+%Ие!ѦОнѫtпэѡщдфтЅѬйбѨЙцѢ{$Ѭѡ"ѨѢѫнр(лйѦѫ&ѪДктЇВбпбXЉАѦбгѡѢьrѥйВЛтѪ|qШчл мѧДфѫДвуЂАлкнV~ЗмОѢбѪЗкѣѩйrѭѤхабняЙuмѥѨзеѹжб#йЇВКзлѨКж|k+!g>"l⁅%Дшклѧy&ѪДкФІ+Ю#яЍИѠксѤѡ#ВѢгѫК.rѠДлгц гѪЖфЕИ,IR5=sF
ьпаПzсѧѦы}yЖѤѧѫ+%ДуеЛuлѥГзяѹ7.sF
R`–&цѪйrѥхѤѪжѢ~q‑%дусѭѨхѮtрэѿМждфтЃ~гжѮzйѬѫдѬѭсrѨѯйкщюуѢЕх{t‖UРМзояжѿЗО+&ѫѪвѧЗмqЙзѥѢѫ%н%збѭЕиѬtмзѻЗб/?WMbw8рѪоѪѨчѪЖрѬВqзюбвйѪЖнДЛ"эЍбпучѾѣѮ'мѢКгѣѬы}yвѨѨВхечнпwѪиѡБахѸКа!уэЊВѤ'о|ѨсНѪчѪyзѡѬqз%лтрѢѯ(uяьяНаббхЃѩзмМБиГИ(qИкГАѤйе%збГѭмДѬтыЈВаб#рЀѣМчхѠѯоАy$уИѓ~rѯдхетмѩѦиuѫсзЂшзжXЀЗ~жэѧѤ-nxtoerlѻЀопиукwѪгЕѡиюѴѥлужуЈО~кж|ЛйѢГдѬѭтѧ~qепчигѯЕхКtцыЇВыэ-XВѢѤпп|ѡрЕwлБѧтѧѥѡо%ченѪѫфЖx"чѱѧйбсгЏВБ'вѩИгѩѯ$ѩѤрѧВНахе.!хѨхЗДкUѼВыйиXЂМѥкэѥzцѢѩхkyтѢѥѠхлфамѪОгuѫвшЏЙг-#рѼИѠчїѪѯоѯМбqѦтѬѠѯбе) нѢЕрѥКыэЏгмзрЇВМйцЗv#ѭѩоБВрЙѧqфоленwѯжѯѪлXѸМ+ошуЅѦ'мѢѥнАѯ*mvrln!;ФиякwѧоѨЖмчЀѡ+р#фЍБѣпфѡѤаѬwоБѬнѩѧѬнъ%и!ѩДфѫДмуЇМ+ебрЀѡѥцщ|ѨмѧЗѕѥu"ГАѡхеъсэwѨгuѠзюЊѠч!уэЊИѦт&ѨѨлѤѢйѩѠ,rюѡжинтмМѠ&ѤѪрэЇИг!мцЊАѠмщѧѢ#БѥбБѬпѯѬqэежауЛuйѫtныЁѡ%!ОцА~ъфѢѦ#ѨѩфѡѨйѧrЖчл(тп{uщѧѩмYГркнXЀЗ~хжѦt-|k+!g>"lэлє%сдЗѡрѠtгэЁМъэ#лѺВЗілѡѤ-rъбѮѧпНАѬла%чтѥДфѧѪ"зѺЗйпарѡйнѫѡнpwлѯyуѭѪѬа+9/qiivk⁀"ѤѷИбб/Xѿѩ~еоѨѢыОwцѯyдѧ~qтчл йwК9i{rKR5―#ѬЍ ~ЪфѢzтАЗдѬѤм~rхгап.!ѵЖфuѫтэѲЙг!зшЀПЕв(|ѻрѦИ$Ѯѧ"ѩѬѢей) ьЕѫфuѮмеЊГаэ#хЈѪйнѪѯоrѦяѪyпѢЗѯбнчьрИuдuЙрыІъдйкЃѢѫ)&шѪ#ѪwхѯИрѬНѬна‣ ПѪuдОѧйкЎКщ!туЅѪѤйк⁺zтАѧфКѥ,n}!;9u>―wѸфѫtокЉИе!ттЍЕѮкиpz‗rѨфѯѨмВѮѯчео пѪy&ѫѧйкЎѩйбьXѽВѩйцѮѪоѯДъqѦвѯѧѪщ)%ижwѯиЗѪтыЃщпупЍЙѦ'дЗКбѢѪйКѬ"ѭВѯзлба/w⁁&ъДмсЈКибэйѱѪзнАВж|k+!g>"lѰбаоакwНжѦtашѹѠыэ/XЌММплѦѢ#ѡѬчДѧ"ГАВпицлйЖЙ&ѫtорѸВаклпЈѣѤпп|ѥнѩy$уѦзВѧѥн%виюѬѥ&ЗѡошЄѠл-#шАѠнцПѩ#ВѧгѬѧуѪѩАъ%флбѦОпytныѽѠг!оэѾЙѠеоѠБкrѠжВѣ"⁆rѠцбчо!ѭѫцѥѥйй“пъышІp):s*=n':ѳѬоѯѬГе%зпдЗѠвѭtихЍВабтдАБамѢѣ/rѭдѫyуѮѬѪе+%ЛтАuтѫѩвеѵйъцъЍѠЕежѧzлѥwиБѩиѢrѩфплрѐѡѠлѨПзUІЗщбиуЅѥѫцмѤѯ#ѨѩйАЛтБѨЗнн) жѧДфОѦъэЏ+рицЏПѠ'йМѢдВѧоѩyнВѬЙолжо/kzvkhrK‮ныпццЋѡ~ргМѯдrѣжѤЙю~r⁅%иежбѬuмѨѪняѹ+ебэѽѮ~ци|ЛйВѢвѤЛмѮrБефкафѪЖнѥЕю[ {??аѣвбѬѥоѬwфѡѭвВrВолзикwДнѥѥмрЖййеэЀКѫ+&ѣѤзѢѥ$АѡбѯѢѪю%иерѭѫнЙѮмUѺВм/?WMbw8⁈zВПѭоѡu"Бrѭаиъ жѧДдѠЖихПл!зшѿѥѦнжЙ⁼#шЕк|Лмrѥѥафщ дЖЗъth-{?МлѺМѤ'чѮѯсѢwхѫѧйОѥѬцо%ппwДфѠѩвщймжяЍНѣй&ѢГрАѯп}yиѢѨqкл%соѯѨгuѫтыЋЗнбиXѸМѥйвѢѠ-rхйВЛтѪrѠюол нЗѥсѨѪ"эНшрсгЀПѠ+&ѡѤ#ГЕбѬВ"ѪrѮлчллпѭuйѫѮтоЈВа!ткѽВѣкэѥzсЃѫйѯtиѬВѩтиавъѮuкѫБ"эЁК+клаЍЛѣпмpzоѢѨкѭѡпѢМИнм%пкѩЗлОѭ"дЁМв!дшЂѡПхгѡѢь|wКГѭзѩОѬюа%евѩuлѥДмдѸѩ+рбрѼВѥп*|ЛиѬѥйѯyеѢГГюзэидwѯжѪѯкUЉѢфжлTВ~лгНИгѮѯ$ѯѤ"ѠЙѢоъбекwЗжѯx"фѹЖщп#чѽМѪйнѪѪиrѫбѥѢзѯѯѯ%хезсѧДфѥЖюдѵ7.sF
R`–&ѻѯуАⁱ$⁅yуѦѧѪео%въѣѫуytхжЈѣщгрзѤзм|ЛжВѣтѤyеѢѣѩолфь!ѦОчЗДзр‟!ВеЇИѮ+&ѮѢзѪПшqДрѬmm*u;?WMbw8ѳzйВѢлЖѬ"ГѤѡо%нмоДѮъДѩслАгмсцЏИН+&ѣѤзѯѢхqѦвѩѧЗ%п%соДДмѫѦмщѹбсэпЇѡ~п&НѮжѩѧпqѧуАѬБлгиыиwНжѦtашѹѠыэ-XПКЖплѬt#щѯьНyуѩѢѠюм%тсѢДмuѦ"шЊѡумлтЍѧr'вЗПгѯѯбqѫ"ГѨѡсеидсѢuоuЕйхЋѩв-#чЃѥМп&ѡѯдѢѫбГѤщѫrЙлхлх‧kzvkhrK‮ПдуюЅѣВ+&шѬжѨⁱ$⁅yнВѬЙакчакѧuЗИѮих$q=DMфпдѡЙиrѢнqѫ"ѬАѣач) фѩЗщuѣпхЁ+цсцМѣз&ѠѯоНwйѤyаѪѦѩч+%МдѣѮгѨѩмUЎАгмруѼѭ~гжѧЖыѧ{$ѣѪйБѣН%шчовѩuкЄДрчЄБе!йцѽВѯмщrf,"i8!g‖rуМппе,!ИuдѭѢсUѻИлхгхЉѢp'ЙѢѮнѫѣч}yнѬГѭлчхю/kzvkhrK‮ПзжтѤйеѨѪ#ѭЗмѪѬрѪКН%лдрбЕѨиytэUЂЖш!тXѿМѯйп|Ѩ#ѣѧфpe-"lmu;Иа!ѫѦлѫѦзшЂЗ+жгфЈѢp;),d?"i‐qѻщrАѯтил сѢНоѮѤ=IR5=sF
ъз'`uslktoѶ"ѭѬѬъо) цЕѫ&ѫѩвUѿМьдсXЁЗѣш&ѣѤзѣѩаБѡрО|qЗ%аё!ѤѫнѫЕзUЍАшцгуЍѣвцѮѤдѯѩхГЕ.rѯѯ%н%ждѬѥлѭѡ"ыѸАадфдОѫкщ|ѤсrѫяАѢзѫrѯ%члм-wѦвѠtэUЇВюпелѼѮp)(`uslktoчуАѬБлгио!ѨЕоѤѯктЂЙъю#тѣѤзтѬѧзВД*qчпrГГлъо,!ѭѥмuѥссѸМ+лсцѠѠ'йМѤтАѩ$ѯИрѢѠѩо%агпwѢвѠЕю⁓Пе!фкЃМй&ѭБиѬwйѤyрѢѨp%ЙадкѢѨлѫx"ъЄѥщй#хЈѪьюѬv#ѭЗкГЖпБѩqхцпу!ѯuмѫЕпжЁѣф/?WMbw8шЋуѯДпАЖ,n}!;9u>РѭѥтѥѩжеѢшфолІѣз&ѣѤиrЖ$ѢѢсЗѪѭ%взулѩѩ(uѻ"шЏАекяхЃѠхюѬИоБѬхОu"ѢrѮлчлм!ѨѠцѠѦѓюАмвизЉѣз&МѪдѣѯцКѠ"ѩѪЗазлй!Кѯцѥѩ"нЁЗзб-XЯПНхцѤ⁼?}':m)='kТѫѩвеѶьтсдОѠчеѡЙи~wпВО"ѬГѣачнл!АЗиxЖмUЈНосжьЅ⁊'вѮѯуОy$ьѩ"ѯѧѨ%йнгбѬѥ&ѯѩмъЀВ+тмиЍАѥвлѤЕ-rцяАЛтѬrѫницлрИuмuѩзьдбидѻѩ~цмѢѡяѥѪчѪѡ"ѭѬqкеиекѯ{&сѦзеѶъ!срѸКѢ'юѤѥжѯѯбѭyтѢѥѯэоесэwѧ&ДЖмеЄПш/?WMbw8тѫжВѪчѪИэ|n~u;9p?ыѫу⁳tМшѢлрмцІЕПш&ѣѤ#ѠЖбѨyиѬѮѬеча.!щѨ&ѡѦкцЊЙъю"XЧВѤ'зЗzсНѪчѪИэrѨѯ%йие-wДнѫѦпыНецрзЏѢвлГzйѢѭ$ДѡыѯЙѨ%взесЛt:z$='k‒uрдрЀ+оныЃАѠчо|ЛнrѫйѯѠ#rцѧап$ ―wфыѯѮвUЅМьулXЇѢѦржѧѪ/rѪкqѬѓrѡѯолф рЕѥлѫѦкюѻѭ+гтЩѠѦяг|ЛуѧѣмqКжѢВѯз%прпѥѭ&ѧtаэѻИлф-DR`;vbчжГДхНyуѩѬѭъ%жокѩѧхuѫмUѸѳзмшфИѠчоѨѤуѢѫ(qНмѯѢБщ%зыфѥѥфОѦвюКм!пиЍИѮ'цѪѪбЙѢ$АЛзѯЙ}%хезаѯЗэѠtяяѺВжъ/XЃГѥйкѦѢ‥rѯ$ѫѧуАѪ++9/qiivkѳюэѠе!нйѿВѣно|ѨгѩИпѩИюrѠѯпхцг wѴфѥДвюѻѭ+ажюЍѠВ'лѩzнГЕдѬѩаѩѪѣеъфь-wѨгuѫщзЊЙъю#рѸОзчНѦнАЗбГЕ,rэБлфчо!ѨЕиѡѪйуЊЙ+ажюЍѠВ):s*=n':ѰѣмѩОѦпнм оѩѮ*uЖѓщЇѩо!мзѿПѮ+&ѫѪмѢВ•qѣкГѩКм)%гмѯѮиДЖпоЃ+оуцЀКѤзшЕѢкrѥ$ЕѡйОАБю%элдѫѥ(i{rKR5РмиЍАѮ'‒|ѮбѧЗшpe-"lmu;ХвбѪЖнuѮ"шЏЛ'!рьЍѢѦм&ѣѤ#ѭѧйѤѢкr⁆qлчпръѬѥчЙz"ѧЁЗщдиXѿѡѪз&ѤzдѢВпѯѦпБѩqає%збwДиѤѪл[ {??ЀѦяоѡѪ-nxtoerlѽqфлжнтѬДщuѫмъЄЙлн/XѾНѦчжГЛяrЗчѫѩоѪrѣ%пллдѪѭ*uЖэуЏЙе!згѵВp'БѨѯтОwйѤyгЙѩѯ%йра/wсэНЗ,[Пъылѡйф|ЛсѧѭдѤЛ"ѭѬqодц.!хuхНѤчUѻѠшцлкѣѫчвКѯ-nxtoerlьАйлчрдѬДщ{tИыІПлугXѽВѯйфѬѡг~wлБѡгѬВК%хебпЕѥнѭz"ѯЊИгд.кЃГнцѬѧш~wоѯѤрВѬѪщиюе!ѨѥлѠѯк⁓ {??аѣйдАzтѩМьВyбѬѩѯф%ДелѭѭwѴ&ѯѤорѺѩ+оуцЂВѥй&ѤѭнѣЗдѧѬпѪѧ}%зндйѫѫ&ДѬбшЊЙ+оицѸМѧ):s*=n':эѧйЕБ%Иа нѩѦхuѩквЏБе!ттЍЕѮхъpzмѧЗбѣѧдБrѥюренйѢ{&чtбыѺЙо!мэѽЗПйуѧѤ-nxtoerlѳѫеиар!Ѫѥ&ЕЗирНгрйхѾЙr'бѬОлѨЖмБѧаѢѠqбзнждѪѭг{h-{?ЬXѽЗѩни|ѥнѦѪыѪyаѥѡѪъб+ZJ7q=їПѫ'йѢѧьѩ{$ЖЛмrѬѦиетакѯuыЗѪ"тЊъкнъЍb(vbfslъкqѦмѯНѪ)%ттпwѫлuѠзюЊЗщ/?WMbw8щѩнrѭчѪЕрНrВкахлбЖЙ&ѧtнжЁѮщ/?WMbw8тЛсѢѥьѤѠуНrБцплй-wѫлuДзтЀМ+тзшѽКѥ'йѢzвѬѬшЙѧоБrѫхефнпѫЖ&ѪѡтрЀЙхцгкЈЙА):s*=n':ѰѫзАrѭнжиукyi)%j>невгйqw8`*=тwгѡЛзѮrѣл%зсдВuмѫДксЄѢлф#тЃѢѮжнГzдѢѥяѪѩ"ГѪБаие.=x%8i$―wѲфѫtрхІъ!сцЌМѧ+&шѬжѨh%q⁍"ѡѬѪлф%БдѭѯоuѦ"шЊѡумлтЍѧ~гцѢѬгѩy$⁅yЖѤѧѫ)%лтгѢЗъttХФѺѠ'!ттЍДѦ'уѢИяrАцѯtпѪѣВбщ$"lьач$ ЬЕѫ&Ѩѡ"ъѺМъунXЁМЛ&:s*=n':яфКrѺфЗАОИРѻt:z$гцлйшѢЕгжѧѪ/rѪкqЖ"БѤѤ%иа нѩѦ&Ѡѭ"ыѸАоулкѱb(vbfslхяѠѬдѢѩqз%корѬѠвѨѬлUЄѠъдйVаѦбх|ѨмѧЗбѥѡ"⁆rЙоыв,!ѥОуѫѠ"эЍцуныЃѮгж}f,"i8!g‖rэѯгеоуиЖЗжytЖуЏИ* "X
.9:,dЬrЗжѡѤсѩrѫ%эоюжДy&ѨѪ"чЎѢшв‥XВѢѤзщ|ѨтѭМьѫѩ#rсБлйпииwѤжДѬузѱЛ+жблЇѡчиѡЋтГИ$Ѯѧ"ѨѬБедою-wѯжѯtгжЎѠе!бцЊЖНт&ѮѭнВѥдѪИэ|n~u;9p?ѶѧгЗ⁲>ZJ7q=ѦѼЙѫинГДъѪѮ*mvrln!;ГжуцѯѬ(i{rKR5Ю#яЍДѢфцѤѡтН{$ЖКаГАѣцъ) лѧѯ&ЗѡйыНосжйѿВЏх&НЙъѧЖцѣѧаѢАН+9*p?k%8ѵѤузЈМыюжкѼѭp;),d?"iМАОзѥѢѤч+9/qiivkѶмюѶИе!бXЀВНялѤѠгЗwщДѧоrВѡвбевбѬѫчЙn>ZJ7q=жѨвм}⁼#цѡбѫx․n}!;9u>ВѩѮиДtГрЀИг!рнЃЖѦм&ѮzмБЖцѯЛс~rАчеиогѯѮчКtжхЁѳбйпTНОпбМѪфѯМиw,n}!;9u>ЮwѨгuѨмцМщгжкЅѠВ):s*=n':ьѬ"ѮѬѢ%беждwѪиѡЗохѸѮ%=,.9ЛѢzжГѬмqѨщrѮѯж‣9/qiivkѻ"фѱългяЍЙ~впpzфАѩ$АyуѢѮѯжл%нбАѥнѥtфрЇКа!жЩНѠгвѩКеѨД*qѾрѬrѤє%жокѩД&⁁tзсЂПъубэЀПѠв*|НсѬwчѥѬтѤѪѣеол нѢѨщuѦ"иѸМз!йцѵОѮчгrzФАѩ$ѠКжОrВ%йанюwНжѨЕ.Uѵкъ#ъѶГОзнНЕ#Ѫ{$ѫѩиrѬѬе%н вѩѧиЕѬйхдпыЩІѯь&НzоѧѮ$ѣyгѢВp%КлснѢКнДЛ"фѱ+визЉѭr'мѬѠ#ѬѪдqѭзѩѢѤч%зие{uсЗѪ"зЏѢддсдПѫ'кѢѬжАwиѯѠ"ѠѨВф%з гМѪоѧѮз[ЃббдшІѯь&ѩѣ/rАцѯyмѯѢq‑%адйѪДфѧѡпшЊѭ'!йкЃѩзчОѪбѩИпqѥзѯНqтцзсуѥѫдѥЖюUѻЗкю#юЅАЕл'|чнrѥхЀu"ЕАѯ%ъ%мпѤuчѮПъхѸѮ'!‗XѰѠѠ'гЍzаѬѬкАu"ѥѬѣцьнй!ѫѠлКtуяЈМмэ#рѼѥѫажВГрМwфѤѩйОѯѯфчщ.=x%8i$батвцЇМ~ебѨѤцѯДп}yуrАБцблм!ѥЗщѦѬахѵйпдьѾѧp'Д|ѩуБѣмqИжѢѠѩол) кІѦмѭѡ"фѹЖщп#яЍГЕмоpzйѢѭ$БѩгѬАѡчщ+ ЕМАжѨѬзUѻГгкнйѱ~е&ПВгЗwгѣѬпѧѩѯ+%ЗсѐwЗгѮѪ"фѱЙе!сзЋѳѥькpzоѧѨкѥѫкѤѯКй)%скѩѧлѫtучЂПэппXЀВѥпфЗѦ-nxtoerlяѡ%шпрбѪѠ&ДѮвбЊПпсгXЏѣѡмэѧѤ#ГѯхГѬоѯѬѤ%флоаОѠлѭѡ8IR5=sFМКПхгѠѪ#ѣМхГЙмѫrѮхлзесѭѭ&ѧПарЁВ+егхЀѩѫ=:s*=n':❔yБѧВѭачнчмѩДфЙt‖U;$𓻋ЧОэпѫрнѢ%–"1m"𓅝sрѣчМѧtбгДѤѦњэ}⁅">f𦵯WшйѨпбГѦѮѬ"щгйсѥs⁅vБѩѪ,𓳅ЇкщѣЖqБtюіѤаѣоЊѭw–wьѠИqБзКвѬ(𧲢#ърЇГОш$ѪаѥѩщичѬчѧпѪьъr‒&злѠхжжадѨш~𯕥эѫкгцоѧэаѝПаѠпйш!—%шѡО'Гѡщѧл~⛍︌юМПЗдбз ѭчкѤїГбѠ,1,q>9%jѱнВѣлpмѮtйѢџѫѢuжнлиѦжоХѡйѢмлоъм%ѯДѬцѯИкj?$=𑕡шЖѶХКЧЛыѥЮћ{БМчККфюРЕѿНДѹvчшѳьѣРѮѽѷѻ)wЕЙФЧѶѭУѩѰЙ$ѸЛДъуЧ юНЦюфтяphON⛼﹚wЖцКДЧЦрѭУTѼУВьСКуыЬЙ~ЙФхцъъцшP
_,kkxiАдлаЖVZ{ПкИубѨѣкнѠ'жЗѩѩѮѩѩсѲPѤuѩщѩайззѦзTМткyофѩѮцхѠгмѭѨwѯѡtыЃаѬѤѬнy;+w;jH>m:Ѿукhj(e398y&in!jѥѬаѡЖѬщИ+$хаѭцыЛойѮйпѩvчеѩндЙvѦѬѪИ]ьЗНБуwцпйзѫцчѥрбѢй$ѩД'пѫчбѫѦѨВОѢфЀшГ{wММтдкнѣXѿхѣлкИэ(wѩзнѦндvѫѧѨѡЖкЏрѧѥy4xw:;uhѫЊсvткyгйДДчи~цоѦВѧѯѥДсPѻЖѡнЗйакюѯXЀдѨайѡжиhj(p`;thчѢѥqѫсЀшѦѭv(хццззѦсрѫвдѠ-$уѠвкr'лЖѨѯѥѬЅат|ДѥжѢо$длѭцЌс{спѧгдyj(p`;thуѬѧqѫбЅяѢѡѪчѬ'зйоѨъѽX{озѢюаМѤзя~йцЗѣѭ|qфуЍаѤѬѪуѢ'пзйѩгъКвбАбпѯvфзѤйбvѩЗѬАЖбЍэНЗѥжy'ИвчѦуЅX{пкѣсяЕНв ѡйаѩѦѬѪѬѤэЅPНЗѢеМ'х'чЖэѷьѦаиѡ‧$ѯvиеѡвпxvхѧѦѠфсЗѮwщЕчдкиНсеѠонyпхМѩзюЗвзѨЗИrѮѡюІрrixxi;t9ЪvчѾъѩёпyкдѣѨкьА'лѨvѨѬѪЗ_ѮѡuѦуѬ'жвфКXЅъѧкмѥ‧8x&98x&9югдЕѪѧ⁴qфхЍгѠѥy(ызофеГXЏфЛдкѥ!йѩѪ'шѮфгѦЖyrэѤыѾрЙuѦиЗгкл%ѫцЂTГачѮбфyx)8)?ЙѧvноОзеѭѣwѭВЕгЃ^`z'6kw:КлvцѷзВейѡд(wБхо~ш$ѫѣwѬѥѬьLs%i4'9КхпЖгЌфЕ щЛт$ѣѤврВ'‐vѬѩѮѬѤгЍPПѪЗиѥмбкнЙV[+>8)?ЖwАвнМчбvѩѧѯѤѯщб|ѦѩгѩдфзсѮпЋеѡииѡ!мѠѨжрѮббѫѮИѮѩt⁥яѧѥѪ(ѭйфздѭзTѦелѧмыЕѫье~цмѪѤѩѩКxQЏбѣОВаѥзъюнѣXѳюЛайВ/$эЖфгѠл$ѬѦѭѪѤyгЃPБѯЗиѪь('дѣыѽж{смѥгкѬН)свфѣѤѩѤВtуЊуѧКѣ&wХфзаѬкЀдѣя$ѭгмѡѣкиБ'оѨЖѧѣѪЛ_
_,kkxi–$ГаЖдЂъ⁽ЫyмбwѩйнѦлдИvКАѩБQЎаЍѤѧеМт$аиѦпЄъѩ!8vq:k&9ПНмшЗvѥrВМсѸ\|ѪѧгЛся'фѠрЂфЕтхЖ!жwЗфсМзжѦГyrтѠфбѣѥЖиЕвпыиНсъЙсбѣ>%kyw>bw:щѣЗѧѣѪчѾPѮѢѤгИг$кеvчЅфѦ оѧсдѦѭш.b(thj'lѳѤыPОѥѭ$wхдн)vйЁъѡонѤп(wтбеѤ)*xvуВѯѢнт|ѡМэѧкмп+vDe8)?КѪѮ'вѠйеПѣwѣКѯщ‛PѧЛѣфѫп;'Нѭрзѭе$ОдиzДй ѪччѥѮѫmm{
L,kѶлѬзцьзѦжHtp:eq:ѳѮд П'йѮѪvrуПчЅтѬѠЕ(ЖппыиѣсѶьѢ!8vq:k&9РЕеоѨѪwѬГѮбѶтѬЛwйѬпвзмОлѰTѡалИтпДz'хѬзцѦИwАѤѯячѬuѭжѫжба%ѮXЌпѪрдИъжѧИ'нѮ'лѨѭyn~$O
b⁁wЗЗйххнДэTѦо$ѫъ$ѣѦмьЖв$ѫѣwѭѯѯфѿшОѠv4xw:;uhѯЎыЛызѡгдЙx'ЩЏмоwvрѢѫДкЏрВuѣкѢчш)9yH+>ГѩзиДЖпвѮщхКzwГГѬаЇшѮѥИ(Ѡфеь+jWNJgp:тбаѪѨ+ ѡйбГѦѬѪh^MN`%iШДнд'чЙхЋжКя$ѣ!фМБзгН)8y&in!jѥѬаѯѥЙ&k(t99&F‘Htp:eq:ъѮреѭй*jy'lm$OЩСМѦѧцwвэі%ЖшЉZg/tg=tiю'еЗі*jy'lm$OРш|АЗнѪз%;*&FeГпѩждwЖзсЖпфЙИЕГОxQѼхМѡБнwнкмлДрѼеД,$ѨдгДѪпе~кдѬЖМѠѡѡгыѬѧѯеѩо*;*&Fe—$щбдѧѦз!&8y&in!jёѲтѦѨДк{'жьоѣкЎк{игyлдѨЗфлЕ+$ѩѨѣѣѤѧсѳPѦuЖгѢгчщьѣсHtp:eq:⁃vЖоѯжмzvѭѩОѩвѼмpuѢщѬп$еюѧэѾзКь$⁍!чѦКщ МвеЙwk}!jMMNцѥѨщДмд'иѣXѾфѪоцѩдцyj(p`;thѱЕѬqѣсзЍЕЕ7v;+w;jѨѮтдѤйыyvИуѥыхvѤwБЙѤдLs%i4'9Ухл{кЀTѦе$Лбоyj(p`;th⁂ѰЃБЖ]зЍЕЕ$wрѕччwXТсЙаъИэ(wЗлоМчъvѤwѭѯѯ_џ|ѨѢ(Доаф%ѩиЀеЙо$ЛбоyvАдѫцшvѢѩѩѧѩясЗЗЛ(Ахк*чѨXЋнЊ!8vq:k&9МѠт•vьДГГПQЁСМЗѥжѤй$лрѦX‘Tу хЙдаѯvкеѭй•jy'lm$OОыЗѤѭиwц$гхѨюѲк{ндyвчѦѦт ПзиѦvѪѢБѬаЃтѬѮѧщЛ;+w;jѐѣгчЙб$ѠѦцтЕмдvѫѧrѮѤьЈыѤuДзЗзжмаѫрѱX{рчѣб•kyw>bw:ѱЇЗАqѦяЊмѠѭy(щкд'бѣиЈфѠа$Йъуѧѥ)юноЕЖѧАѬѪQѼэѤѩѧцwнмцчКTъѪхжѩуяѥѦш ѥзаѨѫЛМ}tюЃфѡѫПыwн$хаѭль{кпѩечwЖшдѠл*jy'lm$O
PсѥѥнЗккв)vеѼъ{вдБд*wфь ѡйцѣЖИѩѩxQМнМtk''98w;ѴрѶьѦа*e.tijw>сйцѨѪwАѩБщЄPѡѠЗкѪьн'фѪэѶъѡ.8vq:k&9—~ИкГѨѡѧ}tогѪѠwщВйвф%ЗXѽшѫ!8vq:k&9НѠ+$БѣЗАqѦяЊмѠѭ{(ѧ'озпvкѽж{бяЛэ;vj(p`;thтѡѧѫxQЅуМѥѮ)wПзчеѯY[+>8)?ЖwѥйлѠебvѤѣВВѧQЊрѤѦЗиѬз$лцѡгЄфu‐yЦБѷѴ'ВрАШъюvsph^MN`%iЪЗшхнеxDe8)?ЖѯѢвлѮ'еНvЕЙ}tѠѰъѦѥⁱЧ{'изчКXЋчѥ,$ѢдуДw'АЛзсѦwk}!jMMN⁈uѵнЖккееДцжИт•e.tijw>ѿхдЖѦЙГНtвѼхНЗЛщИ+$клѥреѡопЕжыЕvио~нкЗДИѮqѬQѼгЙѫѡаѬпыл%ѡьЋмѦезѧ!лѧЗцаѨпфѦxk}!jMMNфuЕыЕ‡8(uhDNJщззѢюаwѨиуПндѣДЖНqѦьЅчrixxi;t9НvхЎTИркѫмбwѩйяПз$⁰jx"oh
ѣтющКч&8(uhDNJѺмкЛсмЕvка~лбѫЙwѭВЕгѶьѤuѤгѧайпуѦфІZg/tg=tiщзуѩз*jy'lm$O
PуЕѩрД'лчлПэЃьД,$Иьфvv– ѬввѭѮѥѬqѮщЏрВ{w“wКк'вѦXЁъѮзаѣт$ИvилѮхмДКwѯѤtаЃсѤЕѧгЖш*;*&FeГкѢпжѧvлоѥрмДxk}!jMMN⁈uхуwцлчеОрЌфѮтбu!лѩБвмН8$⁂vѭВѩѦъѳPѯЖѦу{'лчнЗкЎяЗнкyвпИѢш Ѭ'бѥѨwѣКѦйЅх|ѦѬиѠз*;*&FeОцѣйаМѤзюПы$ѫѦwГѮѬьЇг|ѯЗнЖмд)9yH+>‐yОкЕѨлу~рцѨvДrБѤрЃвѡѭѭжѥ'¯НлЗфЀаѠоцѩº$ѬКдоМкяѯvѨВѯѡцЉ\|ДКшy;+w;jєИккѠ!жМДзлѤпжѦИwѧѢѪQЏэѤѢy4xw:;uhѫЀяѥвдyркwЗнрѦикѪvѭѢГѬгѼп|ѪѩмwккднxDebw:ыЕ{rѥѡбЋшНЙ{(ѫпф&%тюЋю{к$ЛдеѢvмеМпцwjx"o

Глава 2

Освещение в шлеме изменилось на синий. В ушах зазвучал механический голос:

— Внимание! Критический уровень заряда! Осталось 10%! Критический уровень кислорода 10%.

— Да что за невезение… — вырывается сквозь стиснутые зубы.

Капсула начинает входить в атмосферу. Жар обволакивает корпус, вибрация на первых порах, как будто всё вокруг хочет меня сжечь. Двигатели отработали окончательный импульс, и капсула с оглушительным грохотом рухнула вниз, несколько раз перевернувшись на землю.

Всё стихло. Несколько секунд абсолютной тишины.

Открывая глаза, первым делом я увидел, как мёртвая голова моего случайного попутчика плотно прижалась к стеклу шлема.

— Ох, Сэр, вы просто душка…

Стараюсь пошевелиться, проверяю конечности. Всё цело. Ну вот и приехали…

Я огляделся, пальцы лихорадочно забегали по кнопкам панели капсул. Раздалось шипение, и дверь с громким лязгом откинулась пневматикой. Капсулу заполнил воздух. На экране замигали показатели состава атмосферы.

Внимание! — Кислород: 17% — Азот: 62% — Примеси неизвестного происхождения: 21% — соответствующая фильтрация. — Температура: +34°C — Влажность: 78% — Радиационный фон: в пределах нормы — Возможная фильтрация воздуха.

— Да твоей же… — пробормотал, сжав челюсть. Дышать этим можно, но лёгкие будут гореть, голова станет ватной, ещё и парилка… — выдохнул, протирая визор перчаткой.

Дёрнул защёлку, вытащил винтовку и обвёл капсулу взглядом. Голова бедняги всё так же упиралась в стекло. Медленно поднял ее за затылок, внимательно посмотрел в пустые глазницы и с усмешкой пробормотал:

— Быть или не быть?…

В голове пронеслась мысль: А ведь если бы не ты, я бы, может, не выжил…

— Ладно, — аккуратно положил голову на сиденье, усаживая старого приятеля. — Спасибо за внимание, сэр! При возможности вновь воспользуюсь вашими услугами!

Отдал честь, наклонил голову в сторону мёртвого пассажира и развернулся.

Вокруг простиралась странная прерия. Густая трава, высокая по колено, переливалась то зелёным, то фиолетовым. Вдалеке виднелись исполинские деревья с переплетёнными ветвями, покрытыми мягким светом.

Скинул винтовку, огляделся и пробормотал:

— Ну, мать его, привет, новый мир!

Сделал пару осторожных шагов вперед, ощущая, как ноги утопают в мягком покрытии из травы и чего-то ещё… Поглядев вниз, нахмурился — трава слегка колыхалась, словно дышала.

— Ну, замечательно! Ещё и покрытие с эффектом живого ковра!

Переключил винтовку в боевой режим, прижал к плечу и начал медленно двигаться вперед. Воздух был тяжёлым, но через фильтр было терпимо, но всё же чувствовался привкус чего-то химического...

Небо… Оно было не голубым, а переливалось странным оттенком бирюзы, а где-то вдали висела огромная планета — одна из тех, что я видел с борта корабля.

— Красиво, чтобы тебя…, — выдохнул...

Но расслабляться было некогда. Вокруг было слишком тихо. Ни звуковых сигналов, ни шорохов, ни привычного вида жизни. Только ветер. И это настораживало.

Пройдя ещё немного вперёд, вдруг замер. Справа от меня трава была странно приплюснута, как-то тяжело двигалось по ней, совершило почти незаметную вмятину.

Медленно повернулся.

— Ну, давай… покажись, скотина…!

Напрягся, сжимая винтовку, когда что-то большое и тяжёлое выскочило из зарослей. Уже собирался нажать на спусковой крючок, но увидел…

— Что за чёрт…

Передо мной стояло Существо, отдалённо вытянутое жирафа, но более массивное, с толстыми мускулистыми ногами и длинной шеей, покрытой бронеподобными пластинами. Его кожа отливала серебристым цветом, а на голове красовались два странных нароста, похожих на антенны. Оно жевало листву с высоких деревьев, совершенно не обращая на меня внимания.

— Ты шутишь… — пробормотал я, пожимая пальцами на спусковом крючке. — Огромная, бронированная корова с антеннами? Ну хоть не зубастая хрень!

Существо повернуло голову, лениво посмотрело на меня, прижало уши, громко фыркнуло и снова вернулось к поеданию растительности.

— Ладно… ты меня не трогаешь, и я тебя тоже…, — сделал шаг назад.

Но тут листья над его головой зашевелились. Что-то двигалось по кронам деревьев…

Медленно поднял голову, сжимая винтовку, всматриваясь вверх. Ветки наверху колыхались, будто там кто-то двигался. Прищурился, пытаясь разглядеть сквозь детали густую листву. Тени. Быстрые. Ловки. Несколько пар глаз блеснули в просветах между ветками.

— Ну вот, теперь происходит самое интересное…, — пробормотал я, медленно пятясь.

Жирафоподобное Существо тоже заметило движение. Оно резко выпрямилось, замерло на секунду, а затем издало низкий вибрирующий звук и вануло прочь, вздымая копытами землю...

— Эй-эй! Это значит плохой знак, что ли? — я тут же развернулся и рванул следом, сжимая винтовку.

За спиной послышался странный щелкающий звук, затем резкое шуршание, что-то большое и гибкое прыгнуло с ветки. Быстро отдёрнул голову в сторону, но не успел толком разглядеть, что именно за мной охотится.

— Ну, уж нет! Я не стану ждать, пока ты покажешь свою жуткую рожу! — рявкнул и дал короткий поворот из винтовки в сторону шума.

В ответ раздалось шипение, и что-то метнулось в сторону, сливаясь с Тенями.

— Чёрт… — выдохнул, округлив глаза. — Меня уже встречают?

Я не стал долго размышлять. Раз уж приближающиеся твари стараются не показываться, а преследовать – значит, либо ждем удобных моментов для появления, либо просто играем в охотников. Ни один из вариантов мне не нравился.

Я ускорил шаг, петляя между деревьями. Почва под ногами пружинила, состоящая из толстого слоя мха. Где-то вдалеке раздался тот самый щелкающий звук, но теперь он уже был не один – как бы эхо "укатилось" в вести зарослей. Количество поражало!

— О, замечательно! Значит, вы тут целой стаей! — пробормотал щурясь, переводя винтовку в автоматический режим.

Меньше впереди раздвинулся, сам не заметил, как внезапно выскочил на открытую зону – страну, как бы вытоптанную кем-то. На земле валялись изломанные стволы деревьев, а в центре зияла огромная воронка. Земля вокруг была опалена, здесь что-то рухнуло с неба.

— Капсула? — пронеслась мысль.

Выдвинулся вперед, чтобы откорректировать место посадки. Нет, не капсула. Что-то другое. Гладкий металл, испещрённый неизвестными символами, выглядывал из-под слоя земли.

Позади вновь раздалось щелканье. На этот раз ближе.

— Отлично. Идиот. Загляделся! — выругался вслух, поднимая винтовку.

Из теней вылезли силуэты. Высокие, худощавые, с непропорционально длинными конечностями. Мохнатые, почти заросшие. Глаза – огромные, бездонные, светились странным внешним светом. Они двигались молча, плавно, как единое целое, окружая меня.

— Ладно, ребята, давайте сразу проясним — я не на ужин заявился! И переговорщик из меня так себе!

В ответ раздалось резкое щелканье – один из существ наклонил голову вбок, как бы изучая меня.

— Ну, значит, без представлений… — я выдохнул, поджимая спусковой крючок. — Ну давайте начнем этот чёртов приём!

Существо вдруг замерло, как бы вкопанное. Я даже не успел понять, что произошло с ним. Потом головы существа дёрнулись в сторону леса, священники стали резкими, прерывистыми. В следующее мгновение вся оставшаяся оставшаяся развернулась и метнулась прочи, растворяясь в густом тумане среди деревьев.

— Ну и ладно, — пробормотал себе под нос, с трудом поднимаясь на ноги. — Всё равно не собирались устраивать пикник.

Встал сделал несколько шагов вперед, но внезапно на экране скафандра замигало тревожное сообщение:

Заряд исчерпан! Критический уровень энергетики! Рекомендуется немедленно снять скафандр!

— Чёрт! Только этого не хватает!

Остановился, закинул винтовку на плечо и, тяжело выдохнув, начал отстёгивать крепления. Шлем зашипел, разгерметизировавшись, и я одним резким движением сорвал его.

Воздух дышал легко, как раскалённое железо. Гортань тут же сжалась, огненный спазм пронесся в груди. Я закашлялся, захрипел, отчаянно хватая ртом воздух, который не приносил облегчения.

— Чёрт! — пронеслось в голове.

Мир перед глазами пошатнулся, как бы затянулся в воронку. Схватился за горло, сделал неуверенный шаг вперед, но ноги подкосились. Рухнул на колени, а затем тяжело повалился на землю, отличаясь своеобразным прирывистым дыханием.

Тьма накрыла меня.

...

Спустя некоторое время, услышав окружающие звуки, веки дрогнули. Тяжесть в груди ослабла.

Голова гудела, легкие болели, но воздух уже не резал их с такой яростью.

Медленно открыл глаза…

— Я не умер? — пробормотал хрипло, пробуя сглотнуть.

Рука непроизвольно потянулась к шлему, но его уже не было.

—Какая гадина взяла шлем? — пробурчал, еле ворочая губами.

Воздух всё ещё был тяжёлым, но дыхание стало легче. Лёгкие не повернули полностью, но не разрывались в судорогах. Надо просто привыкнуть.

— Ну, хоть что-то хорошее...

Рывком стянул скафандр, не без труда избавившись от тяжёлой ткани. Тело мгновенно окатило прохладой, какая благодать. Взмок в скафандре.

Взгляд зацепился за небольшой водоём неподалёку. Поверхность воды была темной, но не мутной. Осторожно направился туда, сжимая винтовку в руках.

Вода выглядела чистой. Присел, обмакнул палец, поднял каплю к губам.

На вкус — ничего, легонько отдаёт железом.

— Вроде ничего… Главное, каких-нибудь паразитов не подхватить, — пробурчал себе под нос, внимательно рассматривая отражение в воде.

Здесь всё непонятно и чужое...

Я отошел от воды и внимательно осмотрел окрестности. Кто же за мной сбежал? Что это за твари? Хищники или просто любопытные существа? Пока вопросов больше, чем ответов!

Взглянул на небо, задержал взгляд. Солнце белое, висело низко, но определить время суток здесь было сложно. Как тут вообще считается время? Как организованы циклы дня и ночи? Какая здесь продолжительность суток? Пытался мыслительно прикинуть, но без приборов это было бесполезно. Оставалось только наблюдать.

Решение пришло само собой: надо подготовиться к ночлегу. Прятаться в высокой траве — не вариант, уязвимо. Открытые пространства также не сулили ничего хорошего. Значит, деревья остаются. Но и тут засада — кто сказал, что здешние твари не лазают по ним так же ловко, как эти, что бегали за мной? А если там, наверху, то их даже больше, чем внизу?

Надо двигаться, а то не по себе становится... Пробираюсь сквозь плотные заросли, раздвигая лианы и широкие листья, влажные от роз. Лес жила своей жизнью — где-то потрескивали ветки, раздавались странные крики, вызывая скрещивание голосов хищной птицы и свиста. Свет пробивался сквозь густое листво пятен, оттение причудливых форм стволов и корней.

В какой-то момент остановился, прислушался... Из далека донесся протяжный звук, похожий на вой, но без знакомых интонаций хищника. Возможно, есть что-то вроде взаимосвязи между существами? Или предупреждение? Внутри неприятно засосало, но я прогнал тревожные мысли.

— Ах, Бекка, Бекка... — чуть поморщился, протирая уставшие глаза. — Расскажи тебе такое, не поверишь!

Воспоминание обжигало. Почему-то сейчас это казалось. Последние мгновения нормальной жизни перед тем, как всё полетело в тартары. Глупо, но именно сейчас хотелось обычных вещей: пива, разговоров, смеха. Но вместо этого — чужой мир, бегство и непонятные создания, которые могли бы уже нести меня в пасти билет в один конец.

После долгих поисков наткнулся на огромное дерево с дуплом в массивном стволе. Внутри было относительно просторно, достаточно, чтобы свернуть и уснуть. Может, не лучший вариант, но явно безопаснее, чем оставаться внизу. В конце концов, если кто-то полезет внутрь, я это наименьший результат.

Винтовку держу рядом. Но сплю урывками, постоянно просыпаясь от любого подозрительного звука. В какой-то момент мне даже показалось, что кто-то осторожно карабкался по стволу, но либо это было сном, либо Существо решило, что добыча не стоит прогресса.

Когда рассвет пробился сквозь листву, передо мной стояли две проблемы: я не выспался, и я чертовски голоден.

— Надо что-то придумать... — пробормотал, растирая лицо. - Надо думать, Джек.

Но думать совсем не хотелось.

Жаль, что нет костюма. Хотя бы смог просканировать, что здесь можно есть. Теперь придется полагаться на удачу и интуицию. Даже ножа нет, чтобы перерезать какие-нибудь корни или защититься в случае чего.

Ладно. Слез с дерева, осторожно осматриваясь. Где-то здесь должны быть фрукты, ягоды — хоть что-то... Мне не хотелось помирать от голода так глупо. Нужно найти еду и как можно скорее.

Я пробирался в глубь леса, шаг за шагом, стараясь двигаться так, как можно тише. Ветви цеплялись за одеждой, хлестали по лицу, но всё же продолжали идти, настороженно поглядывая в темную щупку. Каждый звук – шорох листвы, треск сухих веток, далёкое эхо невидимых существ – заставлял меня замирать, прислушиваться, сжимать винтовку в руках. Выяснилось, что за мной кто-то следил, но предпринял обернуться – ничего, только игра теней на стволах деревьев.

В воздухе повеяло чем-то странным – слабый, но отчётливый запах гари. Дым. Кто-то здесь был. Я замер, определить математическое направление. Лёгкий ветерок, проникая сквозь листву, принёс запах откуда-то справа. Поднял голову, чуть развернулся, прислушался к движению воздуха. Да, определенно свободно...

Двинувшись в сторону запаха, старись осторожно начать. В лесу рядом, где-то щебетала мелкая живость, что-то шуршало в листве, а далеко в исследователях послышался вой – протяжный, тягучий, наполненный хищной тоской. Стиснул зубы, проверил винтовку и ускорил шаг.

Через несколько минут передо мной открылось кострище. Очаг был аккуратно обложен камнями, а в центре, среди ещё теплых углей, тлело странное пламя – не красно-оранжевое, как обычно, а с зелёно-голубым отливом. Оно с трудом поднималось над углями лишь, изредка разгораясь при порывах ветра. Что за черт?

Осторожно, медленно приближался, разглядывая... Огонь неестественный, а значит, кто-то его разжёг. Разумное Существо. Возможно, человек, а может... что-то еще. В груди кольнуло нехорошее предчувствие. Осмотрелся – вокруг кострища валялись кости, крупные, с явными надломами. Чьи? Кто их тут оставил? Хищник? Или... нечто разумное, но не дружелюбное?

Земля вокруг была исхожена следами. Я присел, присмотрелся. Следом напоминал браслет, но не совсем – четыре пальца, вытянутые, как будто когтистые. Кто-то был здесь недавно. Совсем недавно.

Ладно. Медленно выпрямился, сжимая винтовку. Что делать? Остаться здесь – риск. Двигаться дальше – тоже риск. Но одно я знал точно – я не один на этой планете.

Двинулся дальше, осторожно пробираясь через плотные заросли, чутко прислушиваясь к каждой шороху. Воздух был густым, влажным, пропитанным терпким ароматом листвы и гниющей древесины. Время от времени что-то трещало в сторону, заставляя меня замирать, глядя в темноту под ветвями гигантских деревьев. Было ощущение, что за мной следят. Или это просто разыгравшееся воображение?

Шёл на полусогнутых ногах, чтобы минимизировать риск быть замеченным. Листья мягко пружинили под сапогами, ветки цеплялись за одежду. Вдали мелькнул светлый просвет. Открытое пространство? Может, это выход на поляну? Нужно ускориться, но не шуметь.

Тело напряглось, сердце гулко билось в груди, а виски пульсировали от напряжения. Чувствовался чужой взгляд. Я знал это ощущение. Кто-то был здесь. Сквозь густую растительность как будто простреливали невидимые глаза. Или это мой сад предлагает теням форму? Нервы натянуты до предела. Нервно усмехнувшись сам себе, я коротко выдохнул и решил не задерживаться.

Внезапно — шорох сзади. Небольшой, почти неуловимый. Вторая тень с другим краем. Или мне показалось? Нет. Дерьмо. Двигайся, Джек, не жди!

Я сорвался с места и побежал. Прыжок через поваленное бревно, наклонившись от толстых ветвей, быстрым шагом между скользкими шагами. Впереди прореха в густой стене улицы. Поляна. Почти выход. Догнал резкий порыв ветра, охладил разгорячённое лицо. Почувствовав облегчение, замедлился на границе леса, прижимаясь спиной к шершавому стволу.

Передышка.

Я резко обернулся назад. Никого. Но сердце продолжало бешено колотиться, дыхание было прерывистым. Что-то не так. Я это почувствовал. Сглотнул, осознав, как пересохло в горле.

Ветер. Едва ощутимое дуновение. И тишина.

Этого не может быть.

Кто-то играл со мной, это точно. Это не те мохнатые обезьяны, это другой, кто-то, кого я ещё не видел... Я медленно нагнулся, стараясь разглядеть сквозь листву источник тревожного чувства. Сердце колотилось в груди, рука крепко сжала винтовку.

«Ты точно это видишь?» —спросил я себя, чувствуя, как внутри поднимается инстинктивный страх.

Насрать! — пронеслось в голове, и я резко вскинул винтовку, выпустив короткую очередь в вкусную зелень. В тот же миг джунгли взорвались.

Вокруг всё внезапно вздыбилось, кусты заходили ходуном, листья сорвались с ветвей и закружились в хаосе. Послышался оглушительный рёв, смесь криков и визга, похожая на хор существ, которые скрывались в тенях. Раздался шум крыльев — из зарослей взмыли какие-то странные птицы, взметая в воздух пыльцу и обломки веток.

Всё вокруг ожило. В этом хаосе я не раздумывал — ноги сами понесли меня вперед. Ломанулся в сторону поляны, перепрыгивая через корни и валежник, чувствуя, как неведомая сила дышит мне в спину. Каждый шаг давался эху в прерывистом звуке леса, сердце казалось било тревогой в барабанах, как барабан войны.

Бежал через поле, перепрыгивая кочки, сбивая траву, которая цеплялась за ноги. Воздух обжигал лёгкие, сердце стучало в висках. Позади всё ещё слышались крики и хлопанье крыльев, птицы никак не могли угомониться. Выяснилось, что сам лес ожил и пришёл в движение.

Добежав до границы следующего леса, замедлился, остановился у первых деревьев, тяжело дышал... Оглянулся назад — поле было пусто, но тревожный вихрь среди листвы ещё не улёгся. Дыхание постепенно развивалось, но интуиция кричала — опасность рядом!

Медленно повернул голову назад и замер.

Передо мной стояло Существо, выглядывающее пугающе знакомо и одновременно чуждо. Кожа его отливала красно-медным оттенком, словно бронза, согретая солнцем. На нем была грубо сшитая шкура животного, плотно облегавшая стройное тело. Сама шкура, перевязанная полосами грубой ткани, покрытыми вышитыми символами. Острые уши тянулись вверх, позволяя существу человеческое в облике.

Глаза... зелёные, яркие, пронизывающие силу души. Человеческие? Почти... Но в них было что-то дикое, первобытное, то, чего не встретишь в родных краях. На лице темные узоры, словно боевые метки, подчёркивали скулы и высокие брови.

Сущность держала в руках лук, тетива была натянута, стрела была направлена прямо в мою грудь. Мышки под одеждой плавно перекатывались, точно у зверя, готового к прыжку.

Не шевелюсь.

— Упс... Спокойно. Я приехал убежал, знайте, там такая фигня творится... Уф…ужас просто.

Существо не ответило. Только его зелёные глаза сузились, изучая меня, как остров.

— А ты... баба, что ли? — чётко, увидев женские черты лица.

Сглотнул. Похоже, я попал в лапы чего-то гораздо более разумного, чем мохнатые твари из леса.

Тяжело выдохнул и медленно опустился на землю, откинув голову назад.

— Я тут посижу, отдохну, ты не против? — стараюсь говорить спокойно, потирая колено. — А то там такой ужас творится, обделать можно, знаешь?

Существо не ответило, но и стрелять не спешило. Уже неплохо.

— Я тут вообще случайно... на капсуле упал. Не видела? Нет? —показал пальцем на небо, потом медленно опустил ладонь вниз. — И бах! Вот я здесь.

Существо с луком дёрнулось, как будто только сейчас вышло из транса. Ага, отметил, что походу лёд потихоньку тает.

— Да ты не боись, я не опасен. Вот обезьяны, которые за мной гнались, я вообще страшные! А, я смотрю ты такая, симпатичная... И глаза у тебя добрые.

На эти слова из-за дерева вышла вторая. Такая же красно-медная кожа, те же пронизывающие зеленые глаза, но взгляд… менее воинственный? Или это я себя так успокаиваю?

Первая, не опустившая оружие, что-то бросила вторая:

— Камуа се махон калеф…

Я моргнул.

— Что она сказала?

Вторая, даже не глядя на меня, слегка повернула подбородок в сторону и ответила:

— Ниигем се манхале.

Первая фыркнула, резко покачивая головой.

— Ганкан сахуна се ман келим!

Я поднял руки, самым невинным выражением лица, что он научился...

— Девчонки, только не надо ссориться, пожалуйста!

Тишина.

Потом вторая, с самым спокойным выражением, медленно поднесла к губам короткую трубку.

Я нахмурился.

— У вас музыкальная группа собралась? —улыбаясь, вопросительно произнёс.

БЛИН!

Тонкий дротик со свистом вонзился прямо в грудь.

Я медленно опустил голову, уставившись на нее.

— Ах ты, суу…уу…

И всё. Мир потек, краски смешались, звуки замедлились, как будто я нырнул под воду.

«Боже, как же я красиво падаю…»

Ощущал, как медленно заваливаюсь назад, но мой мозг уже в тумане, почему-то думал только об одном.

«Вот зря я про добрые глаза сказал...»

И всё погасло...

Глава 3

Очнулся от тяжести собственного тела. Руки и ноги были связаны, мышцы затекли, а сознание ещё плыло в тумане. Медленно моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд. Голова кружилась, но одно стало ясно сразу — я был не один.

Вокруг, в полукруге пульсирующего света, стояли те самые существа. Они были разными: кто-то в мехах и кожаных доспехах, кто-то с украшениями из костей и камней, у кого-то длинные украшенные перьями плащи. Они перешёптывались: кто-то с ужасом смотрел на меня, кто-то с детским любопытством. Их зелёные глаза блестели в полумраке.

Сама деревня выглядела причудливо. Дома, построенные из толстых лиан и выдолбленных стволов деревьев, соединялись мостиками, уходящими высоко в кроны. По земле бегали дети, маленькие, ловкие, облепленные защитными узорами. Где-то сбоку мерцало что-то вроде костра, но пламя его было неестественным – сине-зелёным, словно живая плазма. Оно отбрасывало странные тени, заставляя пространство выглядеть будто зыбким, ненастоящим.

И вот из толпы вышел тот, кто, казалось, командовал здесь. На нём была тёмная, возможно, чёрная шкура, длинный плащ и странный головной убор, увенчанный длинными перьями. Шаман? Вождь? Не знаю…, но, судя по одежде, фигура была важной. Он двинулся неспешно, обходя меня кругами, как будто изучая, словно редкий экспонат.

Потом он вытащил нож, чёрный, как бездна, будто выточенный из какого-то странного камня.

Посмотрев на него, я, сглотнул. -Да, Джек, ситуация патовая.

— Маруга!!! Нагсам, кангар даш! — голос шамана разрезал тишину, заставив толпу ахнуть.

Шёпот среди существ перешёл в ропот. Некоторые выглядели испуганными… Кто-то напрягся, сжимая пальцы на оружии, но больше всего их, кажется, пугали слова шамана.

— Канугдаш! Гира гам! — снова громко произнёс он, поднимая нож к небу.

Толпа зашевелилась, напряжение нарастало.

— Касануру, бадуак, леген караг.

Я тихо выдохнул и закатил глаза.

— Эй, эй, ты, — крикнул ему, подняв голову.

Шаман отвлёкся от своего представления, глядя прямо на меня.

— Ты чего там народ пугаешь? Не видишь?! Они и так напуганы!

Фигура в мехах резко подошла ближе, вплотную к моему лицу, смотря прямо в глаза. Почувствовал от него запах чего-то травянистого, дикого. Нож с лёгким звоном оказался у моей щеки.

— Раруга! Ханерем сома нуда, — прошептал шаман с улыбкой.

Я, не дергаясь, произнёс.

— Ага, ты с ножом поосторожней, а то порежешься ненароком.

Толпа затаила дыхание.

Шаман сделал шаг в сторону, подняв над головой чёрный каменный нож, который теперь отражал зловещий свет сине-зелёного пламени.

— Навига, баруга, габудар! — пронзительно выкрикнул он.

Толпа, до этого только роптавшая, теперь замерла, будто обратившись в камень. Даже мужчины, казавшиеся самыми стойкими, выглядели потрясёнными, некоторые слегка отшатнулись, словно услышав нечто ужасное.

Уставившись с пренебрежением на этого дикого шамана, громко сказал:

— Ты что там несёшь, придурок?!

Мне было всё равно на статус этого типа. Мой голос прозвучал видимо резко, вызывающе, а в глазах шамана вспыхнул недобрый огонь.

Фигура в мехах развернулась ко мне лицом, сжав зубы. Понятно, похоже задел его. Шаман шагнул вперёд, резким движением ухватил меня за воротник, рывком стянул вниз, и молния на комбинезоне со свистом разошлась.

Холодный воздух обжёг оголённую кожу.

Я не успел и рта раскрыть, как холодное лезвие полоснуло меня поперёк.

— Ааааа!

Боль вспыхнула в теле, жгучая, как раскалённый металл. Кровь рванулась наружу, густыми потёками стекая вниз, заливая ткань комбинезона и капая на деревянный помост.

Шаман отступил, раскинул руки, что-то выкрикивая в экстазе.

-А я…, - я смотрел на свою грудь.

Кровь лилась…, но потом я заметил странное. Она больше не текла так свободно.

Я следил за каплями, что стекали вниз, и вдруг увидел, как одна из них… замедлилась. Как будто воздух вокруг стал густым, тягучим.

Тонкий поток крови, который ещё секунду назад струился по коже, стал сворачиваться на глазах, словно вязкая смола. Не прекращался, но шёл уже медленно, слишком медленно.

Рана… она всё ещё была, но края её теперь выглядели иначе.

Кровь продолжала выделяться, но всё меньше. Капли больше не падали вниз, а застывали на поверхности, сгущаясь, слипаясь в тёмные, почти чёрные комки.

Я смотрел на это, не веря своим глазам.

Боль не ушла, но она больше не была жгучей. Теперь она больше напоминала тупую, тянущую ноющую боль, как при заживлении глубокого пореза.

Шаман продолжал бегать кругами, выкрикивая что-то, но я уже не слушал.

— Что за чёрт?.. — прошептал я, не в силах оторвать взгляд от своей груди.

Шаман подбежал вновь, но резко остановился. Его ликование замерло в воздухе, будто кто-то выдернул у него из-под ног землю. Он смотрел на меня широко раскрытыми глазами, а потом медленно опустил взгляд на мою грудь.

Я тоже посмотрел вниз.

Рана была всё ещё там, но больше не зияла, как прежде. Вместо алого рассечённого мяса теперь виднелся грубый, тёмный сгусток запёкшейся крови, словно время сжалось и ускорило процесс заживления.

Шаман, не мигая, сделал шаг назад. Потом ещё один. Толпа, наблюдавшая за этим представлением, тоже притихла.

— Хангар… шека… мун ката… — прошептал кто-то в толпе.

Люди… или кем бы они ни были… начали переглядываться, шёпот вспыхнул между ними, как порыв ветра в листве.

А сам шаман… Он уже не выглядел так уверенно. Его пальцы крепче сжали рукоять ножа, но теперь это было скорее не проявлением силы, а попыткой удержаться за единственное, что могло дать ему контроль над ситуацией.

Я прищурился.

— Ну что, звезда в шоке, да? Я тоже!

Шаман не ответил. Он сделал ещё один шаг назад, а потом вдруг резко вскинул руку, что-то выкрикнув на своём языке.

Толпа вздрогнула.

Я видел, как несколько существ, стоявших ближе всех, напряглись, их позы изменились, будто они готовились либо к атаке, либо к бегству.

—Давайте только без фокусов, ребята! — пробормотал я, но моё сердце уже забилось чаще.

Шаман вдруг шагнул вперёд, поднял нож… и на этот раз его губы разомкнулись уже не для древнего заклинания, а для чего-то другого.

— Мара… саку-гар…

А потом он протянул свободную руку и кончиками пальцев коснулся края раны.

Джек, похоже надо брать под контроль ситуацию! — сказал я сам себе.

Сделал глубокий вдох.

— АААААА!

Внезапно выкрикнул что есть мочи, на всю округу. Шаман с перепуганными глазами отскочил. Пятясь назад, запнулся и упал на пятую точку, держа дрожавшей рукой свой нож, направляя в мою сторону. Те, кто стоял в толпе спереди, испуганно дернулись назад, падая и заваливая окружающих. Получился такой эффект домино, только последние устояли.

Воцарилась тишина, только треск факелов слышен по округе.

Все замерли. Глядя на меня, молча наблюдали.

Я, конечно, и сам не ожидал такого эффекта, но, черт возьми, оно сработало!

Огромные, по-детски испуганные глаза шамана смотрели на меня, будто я сейчас собирался вызвать огненную бурю и сжечь их всех к чертям. Он судорожно сглотнул, пальцы крепче сжали рукоять ножа, но рука дрожала так, казалось — он боится порезать себя больше, чем меня им ударить.

Толпа застыла. Взгляды метались от меня к шаману, от шамана друг к другу. Некоторые даже попятились назад, словно я был прокаженным или демоном, сошедшим с небес.

Выдохнул, напрягая запястья, но путы не спешили ослабляться.

И тут внезапно вспомнил:

— Играй, Джек, играй!

Сделал глубокий вдох и начал выкрикивать звуки или слова с нервным, и напряжённым лицом.

—АУА… АЯЯЯЯЯ… МГА… МАМА.. НУНУГА… МАМЫМАНУ… КАНУГА… ДАДАДАДАДА, ЫЫЫЫЫ, ЖААААА, ЗААААА…, — изрыгал из себя ужас всего алфавита.

Шаман замер. Его глаза были похожи на два чёрных провала, в которых плескался страх. Он дрожал, сжимая в руках бесполезный нож, и медленно отполз назад, словно надеялся, что расстояние, между нами, способно защитить его от моей «тёмной магии».

Толпа затаила дыхание. Женщины и дети жались друг к другу, некоторые застыли с открытыми ртами. Мужчины, даже самые крепкие, выглядят так, будто вот-вот готовы либо броситься бежать, либо упасть ниц передо мной.

И последним словом, чем я завершил своё заклинание, хотя оно не несло никакого смысла, слово «НАХУА, припоминая старый индейский ритуал.

Выдохнул и медленно поднял голову.

— НА-ХУ-А! — повторил чётко, растягивая каждую букву, словно в книге последнее проклятье.

Тело шамана дёрнулось. Он вскрикнул и, путаясь в своей шкуре, едва не рухнул на бок.

Толпа ахнула в унисон, как будто мои слова повергли их в первобытный ужас. Кто-то упал на колени, бормоча что-то в страхе. Кто-то дрожащими руками закрыл лицо.

Охренеть… оно сработало.

На моём лице появилась усмешка, но тут же стёр её с лица. Время играть дальше.

Прикрыл глаза, имитируя вхождение в транс, и медленно наклонил голову. Сжал зубы и показал оскал напрягая мускулы шеи так, чтобы выглядеть зловеще.

Тишина…

Факелы потрескивали, ветер пробежал по деревне, заиграв с полупрозрачными занавесами, висящими между хижинами. В этом мёртвом молчании даже дыхание казалось громким.

— Джек, ты чертов гений… — прошептал я про себя.

Шаман выпрямился, словно внутри него что-то сломалось, но тут же собрался, сжал рукоять ножа и поднял его над головой. В глазах — решимость, страх сменился фанатичным огнём. Толпа замерла, словно затаив дыхание, будто сам воздух стал гуще. Ни одного движения, даже дети замерли в тенях, вжавшись в спины старших.

Нож, вырезанный из чёрного камня, блеснул в свете факелов, когда шаман занёс его для удара. Что ж, похоже, конец близок. Кажется, сам воздух сгустился, наполнившись напряжением, которого можно было касаться руками.

—Похоже, говно дело, Джек! —сказал это глядя в глаза шаману.

И вдруг небо разорвала вспышка. Ослепительная молния, прорезав тьму, ударила куда-то за спиной. Её свет отразился в испуганных глазах шамана, когда он замер, нож всё ещё был занесён над головой. В тот же миг гром потряс землю, будто сам мир решил расколоться. Оглушительный раскат сотряс воздух, и толпа в ужасе рухнула на землю.

Шаман, потеряв равновесие, пошатнулся, ноги подкосились…, грохнулся на колени прямо передо мной, не отпуская нож, но пальцы его судорожно дрожали. Страх, столь же древний, как сама эта земля, сковал его. Остальные не были лучше — кто-то вжался в землю, кто-то закрыл лицо руками, шепча непонятные слова.

Треск факелов теперь звучал пугающе громко в этой полной тишине. Всё смешалось в странной игре теней: языки пламени дрожали на лице шамана, отражаясь в его расширенных зрачках. Он не сводил с меня взгляда, теперь не с решимостью, а с неприкрытым ужасом.

— Нахуа... — едва слышно прошептал кто-то в толпе.

Это слово эхом разнеслось в их сознании. Легенды, проклятия, древние страхи — всё ожило в этот момент. Тёмные фигуры, что ещё секунду назад готовы были смотреть на убийство чужака, теперь напоминали сломленных детей, потерянных в собственных кошмарах.

Движение в стороне. Один из мужчин, ещё держащийся на ногах, поднял дрожащую руку, будто хотел сказать что-то, но только сглотнул и склонил голову вниз. Остальные тут же последовали его примеру, словно молчаливо соглашаясь с неизбежным.

Гроза уходила. Лёгкий ветер прокатился между хижинами, шевеля шкуры, висящие у входов. Запах земли, после удара молнии, смешался с ароматом горящего масла в факелах. Впервые с момента пленения не чувствовалось давления множества взглядов. Теперь они опустились в землю.

Шаман тяжело сглотнул, его грудь поднималась и опускалась в быстром, прерывистом ритме. Он снова посмотрел на меня, но теперь не как на врага, а как на что-то неведомое, страшное, недосягаемое. Рука, державшая нож, дрогнула. Лезвие медленно опустилось.

Что ж, похоже, судьба только что разыграла свою карту в мою пользу!

Толпа оставалась в страхе, но теперь в их взглядах сквозило нечто иное. Не просто ужас, а осознание. Возможно, только что родился миф! О том, кого нельзя убить. О том, кого сама природа защищает. Чужак, пришедший с другого мира, которого небеса признали своим.

Но что дальше?

Выбор за ними. Будут ли пытаться бороться или попытаются понять, с чем столкнулись? В этот момент всё зависело от их лидера. От шамана, сидящего передо мной на коленях, всё ещё не в силах поверить в увиденное.

Ещё один порыв ветра качнул языки пламени. В воздухе витал запах озона, оставшийся после разряда. Где-то вдалеке слышался ночной крик зверя, от которого невольно бросало в дрожь.

Из всей толпы вышла девушка — та самая при первой нашей встрече, что направила на меня, лук. Теперь в её руке свернул тонкий нож с резным узором на лезвии. Движения чёткие, отточенные — рука привычно скользнула по верёвкам, и через мгновение одна из них ослабла.

Острие снова блеснуло — и вторые путы пали. Свобода!

Кровь застоялась в запястьях, неприятное покалывание разлилось по ладоням. Потерев их, сделал глубокий вдох. Девушка уже отступила на два шага, плавно опустившись на колени, опустила голову, как бы ожидая чего-то.

Она была стройной, с изящными чертами лица, но в этой хрупкости заключалась сила. У неё были высокие скулы, пронзительный взгляд из-под темных ресниц. Волосы, заплетённые в тугие косы, перехваченные бронзовыми кольцами, отливали рыжеватым оттенком в свете факелов. Одежда — легкая, из грубой ткани, но посажена по фигуре так, что не сковывает движений. Лук за спиной, колчан набок, нож в ножнах на бедре.

Шаман, всё это время сидевший на коленях, вдруг поднял голову. Взгляд вцепился в меня — тёмный, напряжённый. В его глазу что-то блеснуло — страх? Гнев? Он медленно опустил голову, губы зашевелились, и протянулся, глухой вой, сорвавшийся с его губ.

— Вот это я называю везением, — усмехнулся, не сводя с него глаз.

Шаман затрясся, завыл громче, срываясь почти на визг. Наверное, решил, что я его проклял.

Медленно подошёл к девушке, освободившей меня. Она смотрела исподлобья, дышала волнительно, словно пытаясь сдержать бурю эмоций. Сквозь легкую дрожь в её взгляде читалась смелость — то самое, что позволило ей пойти против своих же.

Опустился перед ней на корточки, глядя в её глаза. Глубокие, зелёные, красивые. Но нет, за этой суровой внешностью пряталось что-то иное.

— Всё-таки у тебя добрые глаза, — произнёс негромко.

Приподнял руку, пытаясь помочь ей встать, но она едва заметно вздрогнула, отодвинулась, зажмурилась, как будто ожидая удара. Толпа ахнула, как будто должно было произойти нечто страшное. Все замерли в ожидании.

Поднял голову и встретился с десятками испуганных взглядов. Зеваки застыли, словно перед неизбежностью. Кто-то сжал пальцы в кулаки, кто-то неосознанно сжал плечи. Но больше всех меня заинтересовала она.

Дыхание её было тяжёлым, прерывистым. Ожидала чего-то — но чего? Осуждения? Возмездия? Медленно, не спеша, опустил ладонь на её волосы. Едва пальцы коснулись прядей, она вздрогнула и ещё крепче зажмурилась, как будто маленькая девочка, попавшая под руку грозному духу.

Наклонился чуть ближе и трижды провёл ладонью по её волосам, легко, почти бережно.

Она судорожно следила за мной, но не отстранилась. В следующее мгновение тёплые пальцы коснулись моей руки, сжав её, держа на своей голове. У меня расползлась на губах лёгкая улыбка.

В толпе зазвучали удивлённые перешёптывания. Кто-то выдохнул с облегчением, кто-то нервно рассмеялся, напряжение, висевшее в воздухе, как пелена, стало растворяться.

Девушка медленно подняла глаза и заглянула словно в глубину моей души. В этом взгляде смешались благоговение, облегчение и.. трепетная преданность. Словно в её сердце только что коснулось чего-то неизведанного, но важного.

Она так смотрела на меня, как будто получила благословение Бога.

Медленно встал, и она тут же отпустила мою руку, оставаясь на коленях. Взгляд её был всё таким же глубоким, но теперь в нём больше не читалось страха — только странная смесь уважения и трепета.

Выпрямился, оглядывая всё это представление. Толпа ещё не до конца пришла в себя, а шаман всё так же сидел, опустив голову, будто ожидая кары небес. И в этот момент...

Где-то в районе живота громко заурчало.

Звук был настолько внезапным и оглушительным, что народ разом ахнул, будто я только что произнёс великое пророчество.

— А по жрать хоть у вас тут есть? — совершенно буднично спросил, глядя на них.

Несколько секунд — полнейшая тишина, а потом началась настоящая суета. Люди метнулись в разные стороны, заговорили взволнованно, кто-то даже побежал. Спустя три минуты появились первые подносы с едой.

Ну, по крайней мере, разобрались, чего мне нужно.

На деревьях загорелись факелы, в центре импровизированной площади начали расставлять всевозможные блюда. Плоские камни, деревянные чаши, какие-то замысловатые подставки с запечёнными кореньями, зеленью, фруктами... Но я ждал мяса!

Хотя, будь здесь пиво и Бэкка, это было бы просто идеальное свидание.

Сидел, наблюдая, как народ суетится, бегает, стараясь угодить. Вот так живёшь, мусорку патрулируешь, а потом раз — и уже почти божество! Тоже, знаешь, не самый плохой карьерный рост!

Краем глаза заметил, как девушка, что освободила меня, сидела неподалёку. Её сородичи подходили к ней по очереди, осторожно касались её головы, а она лишь широко улыбалась в ответ. Чисто, по-детски, с таким искренним счастьем, что внутри вдруг стало как-то тепло.

Много ли для счастья надо? Всего-то погладить по голове!

Наверное, в нашем мире этого и не хватает — такой чистоты и открытости!

Принесли что-то, отдалённо напоминающее кабанчика. Запечённый бок дымился, источающая умопомрачительный аромат. Острый нож скользнул по сочному мясу, отделяя куски, и первый же укус заставил зажмуриться от удовольствия — это было просто чудесно!

Толпа, казалось, расслабилась. Напряжение падало, люди расселись вокруг, тоже принимаясь за трапезу. Кто-то беседовал, кто-то смеялся, кто-то просто жевал, глядя в костёр. Вся сцена выглядела почти мирно, но всё же что-то в этом настораживало.

— Что это, Джек? — подумалось вдруг. — Всенародная любовь или желание выслужиться перед божеством?

Пойди разберись.

Все болтали о чём-то, перебивая друг друга, делая странные жесты, иногда поглядывая в мою сторону. Но смысл ускользал — язык их оставался для меня загадкой. Жаль...

Вот бы понять, о чем они говорят.

Сколько всего можно было бы узнать. Рассказать. Технические вопросы порешать, например... Однако, судя по их развитию, с их темпами до полётов в космос ещё три тысячи лет ждать…

— Ты знаешь, Джек, это лучшее, что могло с тобой случиться! — прозвучала у меня мысль. — Так бы и сидел на этой свалке…

Ну ладно, философствовать потом, сейчас пора отдохнуть.

Как только положил руки у щеки и изобразил храп, толпа мгновенно ожила. Поняли. Быстро зашевелились, переглянулись и вскоре дружно двинулись под весёлые разговоры за мной в один из домов. Внутри было просто, но довольно уютно — кровать из огромных листьев, накрытая сшитыми между собой шкурами.

— Ну что, Джек, выбора у тебя не много…

Вздохнул, посмотрел на кровать, а потом просто рухнул в неё.

— Спи.

Проснулся от лёгкого шума. Медленно открыл глаза — передо мной стояла толпа зевак. Мужчины, женщины, даже дети. Их взгляды сияли каким-то радостным предвкушением, будто они наблюдали за восходом солнца после долгой ночи.

— Вы что, всю ночь тут караулили? — голос был ещё хрипловатый после сна, но даже он не мог скрыть удивления.

Никто не шелохнулся. Они просто стояли, улыбались, как будто всё происходящее было для них абсолютно нормальным.

Ну и ладно… Потянулся, размял затёкшие мышцы. Желудок тут же подал голос, напомнив, что вчерашнего застолья оказалось недостаточно.

— Да что ж такое…? Опять есть хочется, — пробормотал себе под нос.

Толпа не двинулась с места. Люди стояли и наблюдали, будто ожидали ещё одного чуда.

Выбравшись из импровизированной ложки, я зевнул, протёр глаза и направился дальше. Первое дело — в кусты сходить. Нужно было позаботиться о естественных потребностях.

Но, сделал пару шагов, обернулся — за мной шла та самая толпа.

— Вы серьезно?.. — замолчал, нахмурившись. — У вас что, своих дел нет?

Они молча смотрели, всё так же улыбаясь. Ни капли смущения, ни попытка скрыть своё любопытство.

— Так… — без разницы и продолжаем путь.

Дошёл до кустов, обернулся — всё ещё стоят и ждут.

Вот это уже совсем не смешно.

— Эй! — махнул рукой. — Работать идите!

Но никто даже не шелохнулся. Сидят, как дети, наблюдая за чем-то волшебным.

Даже рявкнуть страшно — вдруг испугаются?

Ладно… Сами разберутся.

Сделал дела, вернулся — а они всё там же.

Чёрт возьми… Они что, действительно остановили всю свою жизнь, чтобы следить за каждым моим шагом?

Где-то в конце поселения послышался тревожный шум. Голоса, суета, торопливые шаги. Что-то случилось.

Я не стал медлить и бросился туда. Люди толпились, создавая плотный круг, в центре которого явно происходило нечто важное. Пробираясь сквозь ряды, я наконец увидел причину всей этой суматохи.

На покрывале лежала девушка. Её нога была изуродована глубокой рваной раной, из которой сочилась кровь… синего цвета.

Я узнал её. Это была та самая воительница, которая выстрелила в меня дротиком.

Рядом, на коленях, сидела другая — та, что освободила меня. Она отчаянно рыдала, бормоча что-то на своём языке, и вдруг, заметив меня, схватила мои руки, прижала к окровавленной ноге раненой и повторяла дрожащим голосом:

— На-хуа... На-хуа...

Я замер.

Вот уж ирония… Похоже, я для них теперь не просто гость, а некое высшее существо, способное исцелять одним лишь прикосновением.

Но чёрт возьми, я не Бог!

И я не мог её вылечить одной лишь силой воли.

Включив логику и припоминая курсы первой помощи, быстро осмыслил ситуацию. Кровь нужно было срочно остановить. Оглянувшись, схватил у одного из зевак сыромятный кожаный ремень и крепко стянул ногу выше раны.

Руками разорвал штанину, чтобы лучше разглядеть повреждение. Судя по всему, что-то — возможно, рог или клык — протаранило её ногу. Но к счастью, перелома не было.

Девушка мучилась от боли, но держалась, борясь за сознание. В её глазах застыл страх… и надежда. Она смотрела на меня так, словно безмолвно молила: «Не дай мне умереть…»

Я стянул с кого-то кусок плотной ткани и туго обмотал рану, стараясь остановить кровотечение. Мои руки уже были в крови. Синей крови. Словно я только что окунул их в густые чернила.

Невольно вытер губы тыльной стороной ладони… и почувствовал странный вкус на языке. Солоноватый, с лёгкой горчинкой.

И вдруг мир вокруг меня качнулся.

Сознание затрясло, будто кто-то внутри моего мозга нажимал на кнопку «перезагрузка» раз за разом. Я проваливался в темноту… и тут же возвращался обратно.

Затылок заныл, словно под черепом что-то давило изнутри. Ещё несколько секунд… И внезапно я начал слышать. Не просто звуки — слова. Сначала отдельные, разрозненные. Потом целые фразы. А затем осознал: я понимаю их язык!

Ни хрена себе апгрейд…

Сначала рана затянулась, а теперь переводчик включился!

Что, чёрт побери, со мной происходит?..

Громкие голоса, смех, ликование – толпа неистовствовала, обожествляя меня, словно я действительно был тем, кем они меня считали.

Но девушка… Она корчилась в агонии.

Я развернулся к девушке, что освободила меня.

— Как твоё имя?

Она ошарашенно посмотрела на меня, а потом застыла, будто разум её отключился от осознания происходящего. Вся толпа застыли вместе с ней.

— Как твоё имя? — повторил, чувствуя нарастающее напряжение.

И вдруг, словно вынырнув из транса, она резко поднялась на ноги и, вскинув руки к небу, выкрикнула:

— Небесный Бог заговорил с нами!

Толпа взревела от восторга.

Раненая лишь слабо дышала, сжав челюсти от боли.

Я снова склонился над ней.

— Как твоё имя?

Её потрескавшиеся губы дрогнули, и едва слышно она прошептала:

— Кимайя…

Зрачки её расширились.

— Ты излечишь меня, Небесный Бог?

Я застыл.

Какого чёрта?

— Я… постараюсь.

Я выдохнул, собираясь с мыслями.

— У вас тут есть врачи?

— Кто? — слабым голосом переспросила Кимайя.

— Ну, те, кто лечит больных и раненых!

Она прикусила губу, едва не закатив глаза от боли.

— Мы не вмешиваемся в жизнь… Если суждено умереть – умрёт, если жить – то выживет… — сказала спокойно. Слишком спокойно для того, кто истекает кровью.

Толпа продолжала ликовать. Их крики давили, разрывали голову.

Я стиснул зубы, резко выпрямился и рявкнул:

— Да замолчите уже!

Тишина воцарилась мгновенно.

На лицах застыло недоумение.

— А теперь идите! Делайте, что обычно делаете! Работайте, собирайте ягоды, живите, чёрт возьми!

Они всё ещё не двигались.

— Ну?! — рыкнул я, раздражённо махнув рукой.

Люди начали медленно расходиться, переговариваясь шёпотом.

Я повернулся к девушке, что спасла меня.

— Как твоё имя?

Она моргнула несколько раз, будто очнувшись от наваждения.

— Таута…

— Таута, нужно найти капсулу.

— Ка… что? — она сморщила нос, не понимая.

— Небесная штука, что с неба упала. Вы видели?

— Видели! — кивнула она.

— Вот туда и веди меня.

Вновь склонился к Кимайе.

— Кимайя… держись.

Осторожно провёл ладонью по её волосам, затем по щеке. Она была горячей, бледной… Но, когда моя рука коснулась её кожи, она дрожащими пальцами ухватилась за мою ладонь и прижала её к своему лицу.

Её дыхание сбилось.

Почувствовал, как её губы чуть шевельнулись у меня на запястье, как кожа её была влажной от пота, как горячая кровь ещё сочилась из-под повязки.

Она сжала мою руку. Закрыла глаза. Трепетное, почти благоговейное прикосновение. Она доверяла мне. А я был не уверен, что оправдаю эту веру. Я сглотнул, отстраняясь. Ладно, надо двигаться.

— У вас есть воины? Здесь ходить опасно.

— Есть, — кивнула Таута.

— Где моя винтовка?

— Вин… тока?

— Ну да, штука, с которой я был, когда Кимайя меня усыпила.

— А! Штука, блестящая!

— Да, да! Где она?

— У нашего Знающего.

— У шамана?

Таута сглотнула, снова моргнув, и медленно кивнула.

— Ммм… да…

— Веди к нему.

Таута заморгала, словно не сразу осознавая сказанное, немного тормозя.

— Быстрее! — рявкнул.

Она вздрогнула и сорвалась с места, разгоняясь, как спринтер на старте.

Я чертыхнулся и побежал следом.

Люди, замечая нас, сначала лишь провожали взглядами, но затем, словно по невидимому сигналу, начали присоединяться к этому спонтанному марафону.

Бросил короткий взгляд назад.

— Да, что за хрень… — выдохнул сквозь зубы.

Толпа всё росла. Мужчины, женщины, подростки – все неслись за нами, выкрикивая что-то воодушевлённое.

Нет, так дело не пойдёт! Нужно это прекращать!

Таута, не сбавляя скорости, домчалась до жилища шамана и резко остановилась перед входом, наклоняя голову.

— Знающего нельзя тревожить… — испуганно сказала она.

— Мне можно, Таута!

Не тратя времени, я вскинул ногу и со всей силы выбил дверь.

Она с грохотом распахнулась, ударившись о стену.

Шаман стоял на коленях перед винтовкой, что была установлена на столе, будто небесная реликвия.

Он вздрогнул от шума, обернулся, увидел меня…

И повалился на пол, взметнув руки вверх, скорчившись в страхе.

— Не надо… Ааа… Не надо!

Он скулил, жмурясь, словно ожидал кары небесной.

Мысленно закатил глаза. Ну что за цирк? Разбираться сейчас некогда. Рывком схватил винтовку с постамента.

Хорошо, что она программируется на отпечатки владельца. В противном случае этот дурак мог бы уже случайно себя прикончить… или кого-нибудь ещё.

Развернулся и вышел наружу.

На улице толпа по-прежнему бурлила.

— Таута, бери воинов и веди меня к небесным штукам.

Стиснул зубы. Господи, что за примитивный язык? Нормально изъясниться можно?

Таута мгновенно выпрямилась.

— Зовите воинов! Небесный Бог хочет идти в поход!

Толпа вновь взревела от восторга.

— Небесный Бог с нами!

— Небесный Бог!

Я в очередной раз прикрыл глаза, пытаясь не раздражаться.

Они разбежались, передавая весть по всей деревне.

Тут повернулся к Тауте, внимательно вглядываясь в её лицо.

— Кто вы?

Она моргнула.

— Я про вашу деревню. Как вы себя называете?

Таута ответила без тени сомнения:

— Крадущиеся…

Попробовал перевести это на свой язык и прикинул, как бы это звучало. Камуин. — Ага, они Камуины. Затем перевёл и «Небесный» — Нахуа. Ха! Удивлённо выдохнул. —Вот это да… надо же, как удачно попал! По сути, это слово спасло мне жизнь!

К нам с Таутой стали подбегать воины. В руках у них были копья, луки, примитивные каменные дубинки. Грубые орудия, но, уверен, в умелых руках они могли убивать не хуже пуль.

Бегло осмотрел их. Десяти бойцов хватит.

— Веди, Таута, — кивнул я.

Она тут же сорвалась с места, и мне пришлось ускориться, чтобы не отстать. Мы нырнули в густую зелень. Лес здесь был дикий, влажный, пахнущий свежей листвой, древесной смолой и чем-то сладковатым, похожим на тропические цветы. Над головой мелькали птицы с яркими, переливающимися перьями. Время от времени раздавались их протяжные крики.

Таута бежала без усталости, уверенно лавируя между деревьями, а вот я через пару минут уже начал задыхаться. Чёрт! Я не привык к такому бегу, не на выживание…

Но внезапно всё изменилось. Будто внутри что-то щёлкнуло, переключая режим. Почувствовал, как лёгкость разливается по телу, мышцы работают без напряжения, лёгкие больше не горят.

Бежали долго… но сам не замечал усталости.

— Это вторая скорость включилась?! — пробормотал себе под нос.

Воины Камуинов тоже не отставали. Их дыхание было ровным, шаги — уверенными. Всё-таки они рождены в этом мире, бег для них — естественная часть жизни.

Вдруг вспомнил, что не успел позавтракать. Живот напомнил об этом предательским урчанием. Чёрт… Есть хотелось ужасно!

Но сначала надо было найти капсулы. И помочь Кимайе.

Вот мы добрались до какой-то капсулы... Она стояла, воткнувшись в землю, но это была не та, на которой я прилетел. Другая. Открытая. Изнутри наполовину свисало мёртвое тело в комбинезоне. Воины и Таута не решались подойти ближе, держались на расстоянии, внимательно наблюдая за мной.

Обошёл капсулу кругом. Должны же быть здесь какие-то вещи для выживания… За капсулой, почти вровень с её металлическим корпусом, заметил едва различимую дверцу и стёртую от времени кнопку. Нажал. Дверца с лёгким шипением отодвинулась, и наружу выехал металлопластиковый ящик. Я схватил его, сбросил на землю и надавил на фиксатор. Крышка с лёгким щелчком откинулась в сторону.

Так, что тут у нас… Энергетические батончики, сигнальный пистолет — пригодится! Аптечка, отлично, это то, что нужно! Надо забрать всё, слишком ценные вещи, чтобы оставлять их здесь!

Приподнялся и жестом подозвал остальных: — Таута, подойди с воинами!

Они осторожно приблизились, всё ещё с опаской поглядывая на мёртвого пилота.

— Забирайте это, складывайте в сумки! — указал на припасы.

У кого были сумки, те тут же принялись наполнять их найденными вещами. Когда всё было собрано, кивнул: — Всё, возвращаемся!

С той же быстротой двинулись обратно. Прошло около двух часов… Надеюсь, Кимайя жива.

Как только мы забежали в деревню, тут же повернулся к Тауте: — Давай сразу к Кимайе!

Она спросила, куда её унесли. Ответили, что к шаману, который готовит её дух к отправке к предкам.

— Что-то у меня слишком много стычек с этим шаманом… — пробормотал я, ускоряя шаг.

Мы зашли в жилище шамана. В помещении было дымно, но запах стоял приятный — благовония мягко стелились в воздухе, окутывая пространство загадочным ароматом. Однако в этой завораживающей атмосфере вновь раздался плач. Шаман, едва увидев меня, попятился назад, прижался к стене и зарыдал, словно перед ним стояло нечто, чего он боялся до дрожи.

— Не до тебя сейчас, — высказался, не останавливаясь.

Опустился рядом с Кимайей. Она была на грани, её дыхание едва уловимо поднимало грудь. Лицо бледное, губы пересохли. Жизнь уходила, медленно, но неумолимо.

— Таута, несите вещи! — приказал я.

Воины послушно вошли, аккуратно складывая передо мной всё, что удалось найти в капсуле. Достал медицинский сканер, включил. Экран замигал, просканировал Кимайю и выдал данные. Показатели мало отличались от человеческих: небольшие различия в составе крови, немного иная структура белков. В остальном — почти то же самое. Ладно, надеюсь, у меня получиться ей помочь.

Достал капсулу с обезболивающим и вколол ей в ногу. С характерным шипением лекарство впиталось в кровь. Кимайя вздрогнула и медленно открыла глаза. Она смотрела на меня... так, словно уже приготовилась умереть, но теперь в её взгляде было что-то ещё. Что-то новое. Будто сам Небесный Бог спустился к ней, чтобы удержать её душу на этом свете.

— Ты ещё не уходишь, — тихо произнёс я, доставая капсулу с витаминами и вводя их в кровь.

Ослабил на её ноге жгут, позволив крови свободно циркулировать. Промыл рану антисептиком. Края повреждённой плоти всё ещё расходились. Взял пистолет со скобами.

— Таута, иди сюда.

Она подошла. Взял её за руку и мягко, но уверенно показал:

— Держи вот так, своди края раны.

Она сделала, как я сказал, хоть в глазах у неё мелькнула тень страха. Скрепил рану скобами, потом замотал бинтом. Ослабил ремень.

Кимайя заметно ожила после дозы витаминов. Она смотрела на меня, её губы чуть дрожали, словно она хотела что-то сказать, но не могла найти слов. Протянул к ней свою руку, пальцы осторожно скользнули по её светлым волосам, мягким и чуть спутанным. Она вздохнула и медленно потянулась к моей руке. Движение было слабым, но наполненным желанием удержать меня рядом. Я сам взял её ладонь, и она сжала мою руку, насколько позволяли силы. Так крепко, как могла. Словно в этом жесте заключалась вся её надежда, вся её благодарность.

В помещении воцарилась тишина.

Из угла снова раздалось плаксивое всхлипывание.

— Да как ты задолбал, — выдохнул поднимаясь.

Взял энергетический батончик, разорвал упаковку и направился к шаману. Он вжался в стену, глядя на меня так, будто я держал в руках оружие.

— На, займись делом, только не скули.

Он замер, разрываясь между страхом и любопытством. Я приставил батончик к его губам.

— Ешь.

Шаман осторожно приоткрыл рот и откусил кусочек. На его лице сначала мелькнуло сомнение, но вкус, очевидно, пришёлся ему по нраву. Он с жадностью принялся жевать. Я вложил батончик в его ладонь.

— Ешь.

Он закивал, довольный, и стал откусывать уже с явным удовольствием.

— Небесная еда, — произнёс я.

Шаман снова закивал, улыбаясь. Страх ушёл, осталась лишь довольная улыбка.

— Таута, соберите вещи, несите в моё жилище, — приказал ей.

Стоявшие рядом люди начали быстро собирать снаряжение и выходить из хижины по одному. Вышел за ними неторопясь, а там уже ждала Таута. Она взглянула на меня, и в её глазах мелькнуло что-то озорное.

— Что-то есть хочется, — сказал, поглаживая живот.

— Небесный Бог хочет есть! — вдруг выкрикнула она.

Все, кто был рядом, замерли. А потом, словно по команде, бросили свои дела и засуетились. Кто-то убежал в сторону очагов, кто-то к запасам.

Я выпрямился и улыбнулся.

— Вот это жизнь!