Невменяемый дипломат (НК-10)

Глава 1

Аннотация: Казалось бы – рождённый врачевать целитель, не может умышленно нести зло разумным существам. Однако и среди сентегов встречаются такие особи, которым больше нравится убивать, чем созидать. И Кремону Невменяемому, совершившему уникальный переход сквозь гибельную для всех зону «незримой смерти» и мечтающему вернуть себе магическое могущество, для достижения своей цели вновь приходится совершать подвиги, всеми силами пытаясь сохранить жизнь себе и своим товарищам. И при этом ещё действовать от лица всего остального, многомиллионного мира Тройной Радуги, и от имени всех остальных, многочисленных видов разумных существ, проживающих в этом мире.

НЕВМЕНЯЕМЫЙ КОЛДУН

книга десятая

НЕВМЕНЯЕМЫЙ - ДИПЛОМАТ

пролог

ОРТОДОКСЫ

Со стороны могло показаться, что в частный парк князя Восхем-Длау, съехались для прогулки старые приятели, друзья, а то и в большинстве своём родственники. Настолько все мило и радушно здоровались друг с другом возле центральных ворот. Настолько прочувствованно интересовались детьми, внуками и другими особями, не прибывшими на данный праздник. И настолько радостно потом встретившиеся гости уходили вглубь парка.

Но любой бы свидетель этих встреч, мог ручаться, что в данном месте встретились нисколько не родственники, а совершенно далёкие друг другу сентеги, проживающие не только в разных частях столицы, но и всего Центра. А то и обитатели дальних окраин империи просматривались.

С другой стороны, мало ли кого самый авторитетный и уважаемый князь Восхем-Длау, прославленный своими деяниями на благо империи, решил пригласить на пикник? Это его личное дело с кем и как развлекаться. Именно – развлекаться. Потому как ни слова о делах, ни слова о политике, ни слова о придворных интригах или о приевшейся экономике. Праздник, приуроченный к двенадцати вековому юбилею знатного рода Пикирони.

Вот только любой шпион, присутствующий у входа в парк отделённым сознанием не смог бы проникнуть дальше невидимой черты: сплошной и жёсткий полог непроникновения. Дескать, у нас хоть и праздник, но нечего тут всяким любопытным наши семейные секреты подслушивать. Причём магический полог стоял вокруг всего парка, что учитывая его невероятную площадь, сразу вызвало бы немалое удивление любого здравомыслящего Эль-Митолана. Во стократ дешевле и проще отгородить несколько громадных помещений от постороннего подглядывания и там уже говорить, что и как вздумается. Но зачем же такие титанические силы тратить на такой огромный парк?

Но тут уж, как говорится, у богатых свои причуды. Что хотят, то и воротят. Хотя доверенным дознавателям императора очень было бы полезно соприсутствовать в центре парка, прогуляться среди гостей и услышать нечто такое…, от чего бы у них не одно перо поседело, а то и выпало бы прежде времени.

Сам хозяин парка, являлся верховным магистром тайной ложи, которая имела название «Верных приличий», и члены которой называли себя верноприличниками. Ложа образовалась сравнительно недавно, и ста лет не прошло, но к данному дню представляла собой огромную мощь. Князь старался привлекать в ряды организации только весомых, авторитетных и богатых сентегов, которых знал лично, или за которых головой ручались ближайшие сподвижники по ложе. Естественно, что и представители рода Пикирони, находились в парке сейчас почти в полном составе. Или как минимум стояли на внешнем контуре охраны и поддерживали полог непроникновения. Они первыми узнали последние новости, поэтому были в курсе всего происходящего.

Тогда как стоящий на возвышении Восхем-Длау, спокойным речитативом взывал к собравшимся вокруг него сторонникам, приверженцам и последователям:

- Все возможности мирного диалога исчерпаны. Наши здравые мысли не воспринимаются и отторгаются ещё до попыток их высказать. К нашим предостережениям не прислушиваются, а потом ещё и стараются их перекрутить, переврать настолько, что из них уходит весь здравый смысл. Наша острая озабоченность нарастающим недовольством общества игнорируется, и то подлежит оскорбительной насмешке. И никто, я повторяю это, никто не желает посмотреть действительности в глаза! Вот потому и получилось, что мы замерли в двух шагах перед пропастью! Вот потому и получилось, что только мы, трезво и верно оценивающие обстановку в силах одернуть империю от последних роковых шагов к ужасной катастрофе и восстановить, укрепить оставленное нашими предками великое наследие. Недаром именно мы больше всех боремся за приличия в нашем обществе! И недаром эти приличия признаны всеми нормальными сентегами, как самые единственно верные!

Сторонники внимали своему харизматичному лидеру с должным вниманием и даже благоговением. Уже все и так прекрасно поняли, что час предстоящего выступления, к которому они готовились долгие годы, близок как никогда. Иначе, зачем бы стоило так срочно и спешно созывать всеобщее собрание тайной ложи? Оставалось только дождаться конкретики в словах князя. А вот с этим как раз, выступающий не торопился.

Самый почетный представитель рода Пикирони любил ораторствовать. И сейчас он начал свои речи ещё задолго до того, как к центру парка стянулись все важные члены тайной ложи. Толкнёт речь минут на пять, доведёт данный отрывок до самого интересного момента, и замрёт на полуслове. А потомрадушным голосом приглашает гостей угощаться расставленными на столах блюдами.

Вот и сейчас он сделал паузу, после которой продолжил несколько иным тоном:

- У нас есть важные новости…, но ещё не все собрались, поэтому подождём тех, кто опаздывает! – при последнем слове речь его стала строгой, хотя назначенное для всеобщего выступления время ещё не наступило. Но тут же оратор пару раз щёлкнул клювом, показывая, что он не столько сердится, сколько нервничает: – И не стесняйтесь опробовать только что поданные блюда. Ведь недаром мои повара так сегодня старались!

Опять толпа вокруг князя пришла в движение, растекаясь к столам и несколько недоумённо между собой переглядываясь. Хотя и вопросы кое-где раздавались:

- Ну, сколько можно томить недомолвками? Все ведь собрались, чего он тянет?

И хорошо, что очередные четверть часа можно было скрасить изысками княжеских кулинаров. Общепризнано, объедающийся сентег – не нервничает. А там и задержки получили разъяснение. Чуть ли не бегом прибыл старший сын князя, и довольно громко сообщил отцу:

- Всё подтверждается!

Тотчас, вокруг владельца парка стала собираться внушительная толпа. На этот раз собрались все, разве что особи женского рода стояли во второй линии. Но внимали в полной тишине так же сосредоточено, как их мужья, отцы или сыновья.

Вот теперь уже Восхем-Длау разразился настоящей программной речью. Хотя опять-таки к сказанному раньше ничего нового не добавил. Просто растянул тему прерогатив тайной ложи и обсосал словесно со всех сторон главные детали. Но в завершении подошёл к самому животрепещущему вопросу сегодняшнего дня:

- Отныне все наши действия переходят в открытое противостояние устаревшей, скомпрометировавшей себя власти. Времени на раскачку у нас больше не осталось. И причина одна: с севера, в нашу империю стали пробираться человеческие лазутчики! – толпа шевельнулась, лёгким гулом выдавая своё крайнее удивление. – Да, да! Именно так! Жизнь в остальном мире сохранилась, и в данный момент в Полюс отряд Порушников сопровождает человека, который прибыл с той стороны Шанны. И вы все прекрасно понимаете, что может случиться, если наша империя, в таком нынешнем, неподготовленном состоянии окажется перед фактом противостояния диких, озлобленных от голода орд иных существ. И если в обращении с людьми у нас имеется тысячелетний опыт их укрощения, то иные агрессивные виды просто сомнут мирное государство сентегов своим количеством. И если вы помните по древним легендам, этих видов слишком уж огромное количество, чтобы мы сумели в короткое время подобрать к каждому из них ключики и заставить их жить в рамках развитой цивилизации. А в таком случае на первое место выходит сила! Только она заставит уважать наш вид и отпугнёт от наших земель любое обнаглевшее от безнаказанности существо! Уничтожим любую агрессию в зародыше!

Последние восклицания пошли по нарастающей, и хотя всё ещё не давали полной конкретики предстоящих действий, паузы в речи оратора оказались заполнены хвалебными криками, восторженным рёвом и воодушевлённым каркающим скрипом. Лидера следовало поддержать морально, ведь недаром он так надрывается.

Получив должную толику лести и прославления от членов созданной им ложи, князь продолжил с ещё большей экспрессией:

- На пороге страшных событий, мы обязаны консолидировать наше общество, объединить его вокруг новой императорской династии, вывести его на новый уровень всепланетного мышления. В связи с этим перед нами стоят четыре задачи. Первое: уничтожение всех исторических материалов, которые сохранились у нас от Древних и от Смутного времени: ибо они провоцирую неокрепшую разумом молодёжь на неблаговидные поступки, расхолаживают их сознание. Второе: сменить загнившую власть нынешнего императорского рода на новую! Третье: уничтожить любого, кто ступит ногой на земли нашей империи без нашего разрешения! И этот представитель севера, которого везут в столицу – станет первым в нашей зачистке. Четвёртое: восстановить неприступность пограничной линиикрепостей в зоне рядом с барьером. Чтобы оттуда ни одна пакость не прорвалась! Иначе скоро к нам хлынут орды агрессивных уродов, которые обрекли нас когда-то на поголовное вымирание. Всех! Всех до последнего надо уничтожать! Иного не дано! Ради жизни и счастья наших потомков, мы должны взвалить на наши крылья заботу о сохранении нашего традиционного образа жизни! А потом и сделать так, чтобы весь мир Тройной Радуги принадлежал сентегам!

На этот раз уже дико, с самозабвением орали все присутствующие, и благо, что не усиливали при этом магически громкость своего голоса. Иначе оглохли бы, невзирая на свои колдовские сущности.

И когда все накричались, Восхем-Длау картинно вскинул крылья вверх:

- Братья и сёстры! – опять повисла глубокая, напряжённая тишина. – Сейчас мы оговорим должные действия для каждого. И уже завтра все наши силы вступают в бой. Промедление смерти подобно! И если мы замешкаемся, засомневаемся хотя бы мгновение, история нам не простит, а наши потомки нас проклянут!

Высокопарная, где-то несуразная речь, в которой логика хромала и эпатажные инсинуации не соответствовали действительности. Но толчок к запуску программной деятельности она дала. Да и фанатично настроенным на своего харизматичного лидера поклонникам, не обязательна чёткая и логическая расстановка приоритетов. Достаточно получить цель, заиметь в сознании грядущие блага и обозначит перед собой врага. Остальное уже неважно…

Тайная ложа верноприличников, приступила к давно намеченным действиям по захвату власти и наведению в империи своих, единственно правильных порядков. Ну и к попыткам подгрести под себя право управлять всеми остальными в империи, к попыткам вырвать единоличное право казнить и миловать всех неугодных.

Глава первая

ОСНОВЫ

Первый день движения, воины специального отряда попытались арестованного человека, если уж не удалось его сковать цепями, транспортировать в тюремной повозке, в которой имелись только щели для доступа воздуха. Ко всему прочему эта небольшая будка из толстенных, а скорей всего и многослойных стенок, оказалась внутри невероятно мала, Лечь там и вытянуться во весь рост, оказалось бы проблематично. Да и сидеть не на чём: два одеяла – не повод заявлять о каком-либо комфорте. О перинах или нормальном сидении вообще не шла речь. Так что и в данном случае авторитарное решение приняли на себя Медиальты:

- Наш пациент дальше поедет в нашей карете! – безапелляционно заявил Ветеран, на первом же привале после выезда из Аллангарна. – Иначе нам придётся останавливаться на привалы втрое продолжительные. А наблюдая больного рядом с нами, мы будем проводить лечение непосредственно в пути.

Командир Порушников с выпяченными глазами начал гневные возражения:

- Он – арестован! И обязан находиться в тюремной карете!..

- Покажи мне такое указание в императорском приказе! – последовал резкий приказ от престарелого Медиальта. – Где оно?

- Ни к чему там такие конкретные слова! Это и так подразумевается!

- Вот и прекрасно! Человек едет с нами! Под нашу личную ответственность. Объяснения в своих поступках я буду давать непосредственно императору.

Командир элитных воинов уже и не знал, как ему реагировать на такое злостное нарушение правил конвоирования арестованного. Но не успел он и слова сказать, как стал рассуждать Хооз-Дер, второй Медиальт, мотивируя приказ своего учителя логичными выкладками:

- Скорость нашего передвижения из-за тяжёлой тюремной повозки и так не слишком высокая. Если ускоримся, арестованного может и поломать во внутренностях. Или голову о стенки раскроит. Так что путешествие нашего пациента в роскошной карете, защитит его от повреждений, и оградит тебя, полковник, от возможных неприятностей. Уж мы-то лучше всех знаем, насколько ценен этот представитель большого мира и сами желаем его доставить к императору в целости и сохранности. Из города мы выехали показательно? Узник как бы в повозке? Вот пусть все и дальше думают, что он там. А мы не будем никого в этом разочаровывать.

- Но если вдруг кто-то подсмотрит, что он в карете?

- Ну и что? Имеем же мы право на обслуживающего нас в дороге раба! Вот он нам в дороге и нарезает куски мяса, хлеб и овощи.

Карета у лучших врачей Южного континента и в самом деле позволяла путешествовать там с полным комфортом сразу четырём особям. А при поднятом верхе никто внутрь визуально не заглянет. Чтобы подсмотреть за внутренностями кареты отделённым сознанием, никто и стараться не станет, только издали завидев отличительные убранства Порушников. Да и полог непроникновения не давал шансов для просмотра.

А так как следовало доставить человека в Полюс как можно быстрей и без нежелательных задержек в пути, то полковник решил больше не препираться с Медиальтами. Да по большому счёту, несмотря на свой уникальный командирский статус, очень близкие родственные связи с императором и весьма дружеские отношения с наследником престола, в любом случае он не мог открыто воспротивиться действиям этих прославленных соплеменников. Тем более что приказ выполнялся, должного человека везли куда и следовало.

И сократив привал, отряд Порушников вновь двинулся в путь.

Поглядывая в небольшое оконце, Кремон Невменяемый не удержался от благодарности своим опекунам и целителям:

- Меня и в самом деле в той повозке пару раз чуть по стенкам не размазало. Спасибо, что вытащили!

- Да ладно, какие могут быть благодарности, коллега! – веселился Ветеран. - И самое главное – теперь для нас все четверо суток пути будет совершенно не скучно.

- А тебе – и в самом деле полезно, - добавил Хооз-Дер. – Постоянное воздействие нашей силы и в самом деле быстрей тебя вернёт в строй Эль-Митоланов.

- Быстрей, это насколько? – обрадовался человек.

- Точно нельзя сказать. Может на день, может на два, а то и на три. Но в любом случае ты ещё недельку будешь оставаться в прежнем состоянии. Жаль, конечно…

- Ни в коей мере! – перебил своего ученика Ветеран. – Прибыть в столицу под видом простого человека, даже предпочтительнее, чем заявить о себе, как о Эль-Митолане. Легче будет добиться личной встречи, наедине, с самим императором и наиболее важными персонами всего Юга.

- Станут ли они меня слушать? – засомневался Невменяемый. – Поверят ли?

- Вот чтобы они тебе поверили, нам и следует всё тщательно обдумать и предварительно отрепетировать каждое твоё слово. Благодаря судьбе, у нас имеется для этого достаточно времени и возможностей. И приступаем к этому немедленно!

Вот они и приступили к довольно бурным обсуждениям. При этом продолжая выведывать друг у друга всё новые и новые интересные подробности из жизни общества. Сентеги очень интересовались, что творится в большом мире, а энормианин, старался выведать некие иные тайны сентегов, о которых ему тот же Сату-Лгав или не успел поведать, или не смог по собственному незнанию. И таких тайн оказалось предостаточно.

К примеру, право наследования императорского престола тоже имело существенные ограничения. Наверное, они остались ещё с древних времён, когда на высокие властные должности или королевские титулы не имели права претендовать Эль-Митоланы. Во всём остальном мире подобное осталось, и даже в царстве Огов фактические правительницы Галиремы прикрывались номинальными правителями-царями. Правда те выдвигались на трон лишь из числа мужей Галирем, или в лучшем случае из числа их сыновей.

А что оставалось делать сентегам, которые все поголовно владели тайнами мироздания? Этак взойдёт на трон некий долгожитель лет в двадцать пять от роду, да и будет править все триста лет после этого, если не больше. И при этом перекосы в управлении государством станут катастрофическими. Любые разумные такую опасность понимают, и стараются как-то обезопаситься от подобного. Вот и появился ещё в Смутные времена основополагающий закон, регулирующий сроки, наследственность и возраст высшего правителя. Тогда это касалось многочисленных королевств и княжеств, а потом так и перешло по традиции на всю объединённую империю.

Император имел срок своего правления не более двадцати лет. Возраст правления чётко ограничивался возрастными рамками между сорока и восьмьюдесятью годами. И передать престол можно было лишь потомку по прямой линии. То есть сыну, внуку, или правнуку. Но если в момент достижения возраста в восемьдесят лет, император не имеет сына перешедшего сорокалетний порог власти, первоочередное право получает взойти на престол его родной младший брат. То есть тот, кто родился у них в семье следом. И дальше уже только дети этого брата имели право стать императорами. Если оные отсутствовали – следующий брат подхватывал бразды правления… и так далее.

Мало того, подобные возрастные цензы касались всех должностных лиц империи. Начиная от министров, и кончая градоначальниками. Исключения делались лишь для высшего командного состава вооружённых сил, там позволялось оставаться на генеральских харчах до столетнего юбилея.

Что интересно, в широком кругу обывателей, про эти все ограничения не то чтобы не знали, но традиционно помалкивали. Считалось правилом очень плохого тона даже в семейном кругу ляпнуть подобную фразу: «Ещё два года, и губернатор провинции лишится своего тёплого места!» Или: «Как ещё последние месяцы продержаться, пока этот тупой градоначальник уйдёт в отставку?» Ну а за злорадное восклицание подобного толка: «Три года осталось до смены императора, а его старшему сыну только тридцать пять! А братец-то у него… Ха-ха! Нас ждут резкие перемены!» - могло привести и к смертной казни, с трактовкой: «За оскорбление его императорского величества».

В данный момент вроде как верхушка империи считалась стабильной во всех отношениях. Рано женившийся император сам имел только семьдесят один год от роду, а его старший сын имел уже сорок восемь сет. Мало того, помимо первого наследника престола, имелось ещё четыре принца, трое из которых уже вступили в пятый десяток. Все они тоже имели многочисленные семьи и чуть ли не взрослых сыновей. То есть нынешняя династия стояла у власти более чем надёжно и с уверенностью в завтрашнем дне.

Понятное дело, что такое положение вещей не давало никаких шансов тем политикам, кто сам хоть в какой-то мере рвался к власти. Причём рвался порой уже не так для себя, как своих детей, а то и правнуков, потому что самому занять тот же пост министра, а уж тем более взойти на трон, возраст не позволял.

Имелись в истории сентегов и такие моменты, когда кто-то силой оружия пытался изменить существующие законы, уничтожить заповеди предков, а потом усесться на троне и править до скончания дней своих. Но такое «скончание» устраивали ему довольно быстро. В случае узурпаторства трона и неправомочного ношения короны, вся молодёжь выходила из повиновения старших, хваталась за оружие и убивала любого, кто пытался менять древние законы. Иначе и быть не могло. При нормальной продолжительности жизни в триста, а то и более лет, у высшей власти могли сосредоточиться только одни престарелые маразматики, а подрастающему поколению не останется никаких шансов для карьерного роста. «Лучше уж сразу помереть с оружием в руках, чем в глубокой старости получить повышение из младшего писаря в старшие!» - это расхожее утверждение знал каждый сентег, ещё даже не ставши Эль-Митоланом. Знал, и готов был сражаться за своё место под Занвалем.

Примерная тенденция распределения власти в остальном мире, но только в плане отдачи корон в руки не Эль-Митоланов – несколько разочаровала Медиальтов:

- По нашим легендам, - рассказывал Ветеран, - Древние допускали к власти только колдунов, но зато ограничивали их пребывание на посту до восьмидесятилетнего возраста, а то и меньше. И мне кажется это правильным, потому что обычное разумное существо не в силах накопить в себе хотя бы те же знания, необходимые в управлении государством…

- И сил у него должных не хватит, - поддержал своего учителя Хооз-Дер.

- Спорить не стану, - дипломатично ушёл от спора Невменяемый. – Раньше мне казалась система престолонаследования известных мне королевств вполне правильной и проверенной временем. Сейчас вижу, что чёткие возрастные ограничения могли бы разрешить и Эль-Митоланам управлять государствами. Но…, сейчас перед нами совершенно другие задачи. Не правда ли? Поэтому расскажите мне о тех силах, которые могут и попытаются в первую очередь помешать объединению всех разумных существ в единое планетарное сообщество?

- Увы! И таких недоумков…

- …Мягко говоря, хватает! - погрустнели Медиальты, приступая к рассказу.

Самые радикально настроенные сентеги вообще ратовали за полное истребление людей. Дескать, они нас попытались в древности уничтожить, значит и сами недостойны к выживанию. К счастью, таких недоумков было мало. А самый действенный довод против них имелся один: «Хлеб, вместо крестьян, ты будешь выращивать?» Про мясо и про всё остальное уже и не напоминали. То есть без рабов им самим пришлось бы и пахать и сеять, это даже самые тупые крикуны понимали. Но всё равно подобные озлобленные на людей радикалы никогда не переводились.

Гораздо худшими и опасными, являлись более мягкие ортодоксы. Причём они чаще прикрывались лозунгами стабильности общества и категорического не рушения исконных традиций. И действовали они совсем по-иному. Например, требовали немедленного уничтожения всех архивов, которые остались от Древних. В том числе и маломальских упоминаний о Смутном времени. Утверждали, что в раритетных книгах может оказаться яд разрушения морали, житейских принципов, и единства общества. Кричали: «…Тогда было упрятано в хранилища много информационного мусора, который оставили после себя нечаянно, а возможно и специально убийцы сентегов. И если этот мусор попадёт в руки неокрепшей духовно молодёжи, то может случиться непоправимое зло!» Прочили разные страшные беды, начиная от всеобщей войны и кончая вымиранием сентегов как вида.

Хуже всего, что движения ортодоксов поддерживались и теми великими династиями, которые и сами были не прочь захватить императорский престол. Таких династий имелось чуть ли не десяток, и среди них особо выделялось две, три наиболее могущественные во всех отношениях. Все они тоже прикрывались высокой заботой о здоровом обществе, задавались целями облегчить карьерный рост молодёжи и на этом фоне спекулировали абсурдными обещаниями. Например, снизить верхний потолок возраста императора до семидесяти, а то и шестидесяти лет. Дескать, пусть у каждого амбициозного молодого члена общества появится реальный шанс побывать на троне. Заманчивые, и главное что ядовитые обещания, позволяли находить массу сторонников среди ленивых и не блещущих умом неудачников. Ну а тем уже казалось что да, случись уж обещанное их лидерами, как именно его, непризнанного, но великого гения украсят императорской короной.

Ну и наличествовало неявное, но обязательное брожение среди военных. Пусть и до ста лет генералы могли командовать приданными им полками, но им жутко и давно хотелось каркать на младших по званию чуточку дольше. Ну хотя бы до …ста пятидесятилетнего возраста.

И вот все эти политические группировки скорей всего грудью встанут на пути пришедшего с севера человека, на пути его общения, как с самим императором, так и с сентегами правильного, всепланетного мышления. Потому что тех кто сразу осознает суть грядущей катастрофы, тоже на Южном континенте хватало. Главное было до них добраться, правильно обрисовать обстановку и помочь быстро и верно консолидироваться.

Но наибольшую надежду опекуны Невменяемого возлагали на своих коллег. На Медиальтов.

Глава вторая

ЗАСЕКИ

Уже поздним вечером свернули с Оранжевого тракта, который прямой стрелой вёл к Полюсу, в один из довольно милых в виду городков средней величины. И название соответствовало больше деревенской пасторали – Утиный. Хотя никакой славной охоты на пернатых никогда в околицах и в помине не было.

Отряд Порушников оккупировал один из самых крупных постоялых дворов, который находился внутри крепостной стены. Правда стоило отметить, что стена здесь носила скорей чисто декоративный характер и обозначала древнюю часть города. Высота каменной кладки, всего лишь три с половиной метра. Большинство зданий Утиного выглядывало из-за стены, словно из-за высокого забора. Виднелись и многие фруктовые деревья, которые изобиловал каждый приусадебный участок. И всё это с прекрасной ночной подсветкой, с сияющей на небе Тройной Радугой, показывало город словно единый, благородный и ухоженный парк.

За любого из своих воинов, полковник, имя которого наконец-то удалось услышать, ручался как за себя лично. Поэтому ещё на дороге Кулри-Заг предупредил всех подчинённых, как именно себя надо вести и что делать во время ночёвки. Распряжённые похасы заняли место под навесами, две повозки с походным снаряжением и карета - там же, а вот тюремная повозка была оставлена в окружении четырёх костров, возле каждого посменно дежурило по два порушника. То есть делался вид весьма и весьма усердной службы и неукоснительного надзора за арестантом. Все остальные воины, быстро перекусили и улеглись во всех подсобных помещениях, таких как сеновал и навес с тюками соломы. Непосредственно комнат хватило только для двух десятков особей.

Хотя и на самом деле с арестанта глаз не спускали. Но делали это уже в отдельном помещении третьего этажа, которое хозяин постоялого двора выделил в распоряжение Медиальтов и командира отряда. А чтобы Кремон смог выйти из кареты и пройти в здание, на него высшие врачи наложили изумительную иллюзию обычной служанки. Причём настолько действенную и прочную, что даже во время ужина пялящийся во все глаза на человека Кулри-Заг, не выдержал и попросил:

- Я вас умоляю! Верните ему прежний вид! Иначе все мои чувства начинают вопить, что это и в самом деле какая-то неизвестная мне женщина, а нужная императору особа куда-то сбежала или осталась в Аллангарне.

Ветеран ещё раз дополнительно проверил всё помещение для ночёвки, удостоверился в невозможности любого подглядывания, и только тогда убрал иллюзию с внешности своего пациента.

- Как у тебя это получилось? – шумно выдохнул полковник. – Мне никакие умения не позволили заметить подмену.

Старец раза три щёлкнул клювом:

- Как получилось? Легче не бывает! Вот станешь Медиальтом, и тоже сумеешь.

- Всего лишь? – скривился командир Порушников. – Вот сейчас всё брошу, и начну становиться Медиальтом! – но тут же опять перешёл на уважительный тон: - Так это получается, что вы оба могли на любое существо наложить иллюзию этого Кремона и подсунуть нам для ареста?

Хооз-Дер, хоть и покосился на своего учителя, но не преминул похвастаться:

- Запросто! Могли бы и ту самую доносчицу Салажу тебе подсунуть и так её убедить, что она сама бы себя с полгода мужчиной чувствовала. Вот бы смеха было! – и тут же перешёл на поучения: - Это говорит о том, что умный сентег всегда начнёт вежливо договариваться с Медиальтом и получит втрое больше. А если осмелится грубить или хамить, то ничего кроме иллюзии не получит.

Кулри-Заг шумно вздохнул с явным раздражением, и всё-таки не смог промолчать:

- Так ты меня хвалишь или откровенно издеваешься?

- Конечно, хвалю! Ты явно умный! Сам посуди: мы бережём здоровье твоего арестанта, помогаем его охранять и благодаря нам движение отряда явно ускорилось. Ну чем не тройная выгода? – затем перешёл на шёпот и добавил с особой доверительностью: - Но другим о наших умениях трепаться не советую…

Полковник на это кивнул без слова возражения. Хотя прекрасно знал: не настолько уже деяния Медиальтов таинственны среди народа. Об их умениях какие только сказки не рассказывают.

Все четверо плотно поужинали и стали укладываться спать. Сентеги, на привычных им кроватях, а вот человеку пришлось улечься на расстеленных в несколько слоёв одеялах. Всё-таки места для сна, пусть и для особы женского пола заказывать не стали, а конклатерра, распоряжающаяся на постоялом дворе, сама на эту тему лишний раз не захотела и рта раскрыть. Слишком она почему-то Порушников опасалась.

Этим моментом и озадачился Ветеран, уже вытянув свои ноги на кровати:

- Странной она мне показалась… Вроде городок ничем не примечательный, а здешняя матрона явно чего-то боится… Кулри-Заг, может вы здесь по пути на север останавливались? И твои вояки тут чего-то натворили?

- Нет! – голос полковника не допускал сомнений. – Мы здесь вообще никогда не были.

- Понятно… Могли и родители в детстве запугать страшными рассказами. А вот почему к нам сам владелец постоялого двора так и не явился? Как-никак, вставший на постой отряд императорских Порушников – неординарное событие для такой дыры… Плодовых деревьев в городе слишком много, но ведь сентеги здесь не полные идиоты…

Вроде как, ни советов не прозвучало, ни указаний конкретных, но полковник воспринял рассуждения опытного Медиальта, как и следовало. Минут пять ещё поворочался на своей кровати, потом тихонько встал, подхватил беззвучно своё оружие, и вышел из помещения. Только и прошелестело от двери:

- Пойду, посты проверю…

Ну а как проверяют посты Эль-Митоланы? Тем более если на том же посту стоят его коллеги? Правильно, идёт будить иных коллег и заставляет их самым тщательным образом осмотреть окружающее пространство отделённым сознанием.

Постоялый двор фасадом выходил на улицу с внушительными, добротными домами. Явно не богатеев дома и особ дворянского сословия, но тоже здоровенные, а некоторые и на три полных этажа вознесшиеся. Разве что подворье постоялого двора было раза в два больше чем у любого из соседей, и практически не засажено фруктовыми деревьями. Слишком много места отводилось для навесов, сеновалов и прочих вспомогательных помещений. Двое ворот, невысокий, под два метра забор. Задний двор упирается в аналогичные дворы домов с параллельной улицы.

Вот именно тылы и обеспокоили полковника Порушников больше всего. Казалось если и нагрянут какие-то злоумышленники, то лишь с той стороны. Настолько там густо рос кустарник и густо стояли садовые деревья чужого сада. Поэтому он отправил «глянуть» туда восьмерых, а вот непосредственно на улице перед фасадом и в соседние дома, только четверых колдунов. Но именно один из них вернулся в тело сознанием чуть ли не через пять минут:

- Командир! Что-то никак не пойму: зачем в таком малом городишке все три соседа напротив поставили полог непроникновения такой, что и во двор к ним не заглянешь? Делать им нечего или как?

Кулри-Заг стал рассуждать:

- Сам знаешь, какая у нас популярность… Может народ и заволновался…

- А оно бы их спасло? – резонно вопрошал воин. – Мы сейчас артефакт на них направим, и только пустырь от тех домов останется… Мне кажется, надо кого-то из нашего персонала поспрашивать, а то и постоянных постояльцев расспросить: всегда ли такое напротив творится.

Их командир не был бы командиром, если бы не прислушивался к подобным мелочам. Пусть те и выглядели несколько абсурдными. Да плюс ещё сомнения опытнейшего Ветерана, которые не могли родиться на пустом месте. Было поднято ещё пять воинов с кроватей. Эти отправились на кухню, в общий трапезный зал, а один отправился на поиски владельца. Но не успели они собрать какие-то сведения, как вернулся сознанием в тело ещё один колдун из чётвёрки проверявших улицу:

- Командир! Я обошёл всю огромную завесу из полога, попытался подобраться к домам напротив через из задние подворья. Тоже не получилось! Но! Там буквально струятся сразу два ручейка из вооружённых бойцов, которые втягиваются в эти самые дома…

Дальше полковник уже не слушал:

- Боевая тревога! Но будить товарищей незаметно! Никакого движения!

А сам поспешил в помещение, где уже успокоено подрёмывали оба Медиальта и всё ещё не могущий уснуть, после дневных треволнений, арестант.

Глава третья

САМОУВЕРЕННЫЕ ЗАГОВОРЩИКИ

Как только Невменяемый понял в чём речь, сразу потребовал для себя оружие:

- Хотя бы меч и щит! Не хочу чувствовать себя бараном, которого может зарезать первый встречный.

Молодой Медиальт его сразу же поддержал:

- Точно! Выдай ему оружие. Ну и все его артефакты с оберегами! Наверняка ведь уверен в том, что это не его сторонники собираются спасти человека из плена?

- Да в этом сомневаться не приходится, - согласился полковник, отдав приказ своему воину об оружии, кривя от напряжения клювом и посматривая в окно. – В то же самое время, подумать что пленник – это причина нападения на отряд, мне тоже здравый смысл не позволяет. А что иначе? Вообще не припомню, чтобы на Порушников в последние двадцать лет пытались напасть. А тут такое…

- Ещё неизвестно, что да как, - беззаботно рассуждал Ветеран, накладывая на спешно вооружающегося Кремона наружную иллюзию, превращая его в несколько массивную, но всё же женщину. – Может это местные между собой собрались выяснять отношения? А мы тут просто случайно и нас это вообще никоим боком не касается?

- Хорошо бы…, но я приказал подготовить артефакт-разрушитель к действию. В крайней угловой комнате… Шейтар их задери! Ничего толком даже за забором рассмотреть не смогу! Плотный полог они поставили, простой магический просмотр ничего не даёт.

Медиальт Хооз-Дер прильнул ко второму окошку:

- Здесь простой ничем не поможет…, - присматриваясь как-то особенно, он резко напрягся, а потом забормотал: - Вот уж напасть!.. За тем забором тени! Много теней…, до сотни…, а может и больше… Все они концентрируются возле ворот, каждой из трёх усадеб…

Без всяких комментариев командир Порушников умчался в угловую комнату с артефактом, а Невменяемый, уже полностью и прочно прикрытый иллюзией, решил пошутить:

- Значит местным всё-таки не угодил элитный, отряд возмездия и наказания, посланный самим императором… Ну разве что они приготовили засаду, и сейчас по улице будет проезжать какой-либо иной отряд…

Только он это сказал, как послышался по мостовой цокот копыт, а потом к постоялому двору стала приближаться колонна всадников численностью в шесть, семь десятков. Теперь уже и Ветеран заволновался не на шутку:

- Надо же, как тут всем горожанам по ночам неймётся! Если это по наши души, то эти полуночники могут и справиться. Ведь имеющийся артефакт рушит только камень, но никак не воздействует на живую плоть. Да и запасом энергии хватает на три, максимум на четыре удара… Хооз! Приготовь структуру образования тромбов!

Молодой Медиальт резко развернулся на своего учителя:

- А не слишком ли? Структура ведь имеет большое рассеивание. Считай, что все обитатели этих трёх домов могут пострадать.

- Да, жертв будет немало, - согласился старец. – Но тут уже не до высокого морализаторства. Если они ринутся на нас, вырежут и всех остальных обитателей и жильцов постоялого двора без всякого разбора. Свидетели им не нужны… Видимо тут собрались какие-то мстители, родню которых Порушники уничтожили в последние годы… Так что отбрось все укоры совести, всю тяжесть приказа я беру на себя! А я ударю структурой потери ориентации…, - и, повернувшись к представителю большого мира, стал в охотку пояснять: - Образование тромбов, к сожалению, коснётся не всех, а только тех, кто любит жирную пищу. Да и то, скорей всего половина, почувствовав резкое ухудшение собственного состояния, уляжется, где попало и займётся самоизлечением. Но зато они в этот момент атаковать перестанут. Ну а потеря ориентации, сам понимаешь, чем грозит.

Невменяемый понимал прекрасно, и даже похолодел от страха, как только представил подобного Медиальта среди своих врагов. Бедствие! Арбалетные болты летят куда угодно, только не в цель. Бросаемые копья втыкаются в землю перед ногами атакующих. Мечи неверно наносят неуверенные удары. А огненные шары бесполезно прогревают равнодушное небо. Предполагалось, что такое воздействие тоже не будет продолжительным по времени, но перед самым столкновением, применение такого удара может вполовину ослабить эффект нападения.

Человек всё-таки хотел было поинтересоваться некоторыми деталями структур, как события стали близиться к самому апогею. Хорошо что к тому времени он успел полностью облачиться для ведения боя и даже в несколько касаний пальцев проверил узнавший своего хозяина Жемчужный орден. Колонна всадников приблизилась к главным воротам постоялого двора, и замерла рядом с ними, а окна верхних этажей соседских домов напротив, стали раскрываться. За ними иллюзии полной темноты не давали рассмотреть происходящее, но зато первые атакующие действия однозначно показали намерения местных недоброжелателей. Сразу из трёх керечес началась пальба по тюремной повозке. То есть о личной мести самим Порушникам не шло и речи, главная цель – это арестованный человек. Ну и понятно, что никого из воинов в таком случае оставлять в живых никто не собирался. Атака на ворота и всадниками и пешими воинами, началась сразу же после первых выстрелов.

Девять мраморных шариков не смогли разрушить тюремную повозку до основания, всё-таки и на ней стояли приличные обереги и защитные структуры. Потом раритетные ружья довольно быстро перезарядили и последовали новые залпы. Вот тогда уже последующие девять мраморных зарядов, разнесли пустое место заточения вдребезги. Если бы там внутри находился кто-то живой, его порванная плоть смешалась бы с дровами и со щепками, выжить никто бы не смог, без всякого сомнения.

Но зато эти наиболее опасные выстрелы заговорщики не смогли сделать непосредственно по воинам элитного отряда. А целая туча арбалетных болтов, огненные шары и парализующие молнии изначально были отражены благополучно. Ну и начал действовать артефакт-разрушитель. Полковник тоже не ведал каких либо сомнений и колебаний. Первый удар снёс не только центральное здание, в котором засели стрелки с керечесами, но и виднеющееся на далёких тылах здание с иной параллельной улицы. Видимо меньшая мощь никак не регулировалась. По сути дела, был бы удар нанесён с фланга и с выверенной точки, то одним махом были бы снесены до основания все три здания с врагами, все хозяйственные постройки вокруг них, да и от заборов фундамента не осталось бы.

Наверное, по этой причине второй залп был сделан прямо в грунт собственного подворья данного места ночлега. Благодаря этому вывернутые из земли оба забора снесли собой часть нападающих, а потом и смешались с руинами второго дома, разнося это всё по заднему подворью и садовым участкам. Третий дом постигла та же печальная участь, вместе с заборами и хозяйственными постройками. На четвёртый удар сил разрушителя не хватило. Но и этого урона в живой силе противника могло бы оказаться достаточно, если бы тех не было так много. Как потом подсчитали, заговорщики умудрились собрать около пятисот особей только для массированной атаки постоялого двора со всех сторон. Поэтому и были невероятно уверены в своей победе и отсутствии жертв в собственных рядах. Они и мысли не полагали, что Порушники успеют подготовиться и даже применить своё самое страшное оружие.

В общей цепи атакующих сентегов, спешащих на «зачистку» территории, никто даже не оглядывался назад, и не ведал, что у него творится за спиной. Ряды заговорщиком стали наплывать даже со стороны соседей по задним дворам. Настолько спешили уложиться в отведённое время. В комендатуре города у них имелись свои соучастники, обязанные придержать малочисленные войска гарнизона, но это не значило, что акцию истребления элитного императорского отряда следовало растягивать на всю ночь. Уничтожение сразу трёх зданий с командованием заговора, мало кто заметил в сумятице начавшегося сражения врукопашную.

Звенела сталь, ревело пламя огненных шаров, сверкали молнии, подбадривали себя криками и своих товарищей, страшно стонали умирающие, неслись во все стороны противоречивые команды. Разве что Порушники сражались молча, с истинным профессионализмом лучших вояк, знающих о своей доле заранее. Любой из них понимал, что противник слишком многочисленный, вряд ли удастся спастись, но никто не дрогнул, не попытался ринуться на прорыв сквозь сходящиеся вражеские цепи.

И огромное значение для обороняющихся, оказали брошенные Медиальтами структуры образования тромбов и потери ориентации. Около сорока нападающих вынужденно присели, а то и легли там, где застало их резкое, болезненное состояние. Несмотря на собственные силы для исцеления, не смотря на огромное продолжительность жизни, многие сентеги относились к чистке внутренних кровеносных артерий без должного внимания. У любителей жирной, тяжёлой пищи скапливались в кровеносной системе все предпосылки для создания тромба и подтолкнуть этот процесс великим архимагам в медицине не составляло труда. У некоторых особей образовалось сразу по два, а то и три тромба, так они и умирали на месте, не в силах самостоятельно справиться с навалившейся напастью.

Вторая структура, брошенная Ветераном на рвущихся по улице заговорщиков, принесла ещё больше пользы. Около ста вояк потеряли частично ориентацию. А ведь подобное чревато не только для попавшего под воздействие, а и для его товарищей по строю. Бежишь с таким рядом, знаешь, что он обязан прикрыть сбоку, а то и спину, а он уже давно валяется с пробитой головой под ногами. Или ещё хуже: с выпученными глазами сам пытается засунуть свой меч тебе под рёбра.

А ведь Медиальты нашли в себе силы помочь Порушникам не только этими двумя структурами. Хотя силы для защиты и для последнего боя они грамотно сберегли. Так что их суммарная помощь, можно сказать окончательно позволила переломить ход сражения.

Правда, разговора о том, чтобы отсидеться за толстыми стенами здания, не шло. Основное строение постоялого двора быстро и качественно подожгли со всех сторон и защитникам пришлось покидать его единой группой. К тому же, чтобы сберечь хоть какую-то часть отряда, полковник принял решение устроить грамотный прорыв. Следовало уйти в суматохе боя несколько дальше от этого места. И Медиальты признали такое решение совершенно правильным. Их, и человека окружило шесть Порушников, и используя пространство усадьбы слева от постоялого двора, по единой команде командира, ведущие бой стали отходить. Причём эту команду слышали только они и сходящиеся цепи нападающих вначале не сумели верно оценить манёвр противника. Их-то командования не стало, а перед началом боя никто и предположить не осмеливался, что придётся за кем-то гоняться по всему городу.

А так и получилось. Половина Порушников полегло, но вторая половина, унося раненых, довольно безболезненно для себя, но всё-таки выскользнула из тисков и, оставляя на своём пути сменяющиеся заслоны, быстро двинулась в сторону городской комендатуры. К сожалению, не удалось захватить для лучшей манёвренности похасов, те располагались довольно далеко от главного здания постоялого двора. Двигались пешком, неся раненых на себе и на импровизированных носилках. Вот тут уже пришлось вступить в бой и Невменяемому, который двигался в передовой группе.

Заговорщики оставили несколько заслонов на улицах, на случай неожиданной, или слишком своевременной помощи от властей города. Да и просто сторонники императора, понявшие кого убивают, могли вмешаться в потасовку. Вот именно два таких заслона и пришлось таранить авангарду отступающих сентегов. А Кремон не стал за спинами сентегов прятаться, наоборот сам резко ринулся в самоубийственную, казалось бы атаку.

С одного взгляда сомневаться не приходилось: у стоящих в заслоне не было тяжёлых копий и арбалетов. Остальная мелочь и прочие крупные магические атаки не могли принести вреда северянину. Вот тогда Медиальты и увидели собственными глазами, как в несущегося человека разом попало, чуть ли не три огненных шара, брошенных заговорщиками в упор. Им даже показалось, что обугленный труп делает последние шаги уже чисто по инерции, и они сами с гневным клекотом бросились следом. Но насколько они оказались поражены, когда добежав к месту столкновения, увидели с пяток трупов, и несколько тяжелораненых сентегов из заслона, а среди кровищи и выпущенных кишок – своего совершенно невредимого пациента.

Наверняка и павшие враги были поражены ещё больше: ведь не взирая на удары магией их лихо атаковала и уничтожала, словно месячных шейтаров, самая обыкновенная, пусть и несколько крупноватая по габаритам женщина. Да и со стороны, тому, кто не мог просмотреть иллюзию насквозь, скоротечное сражение с женщиной в главной роли могло показаться не меньше, чем невероятным чудом.

Но Медиальты на всё смотрели с чисто прагматической точки зрения:

- Что с тобой?! – не удержался от вопроса Ветеран, хоть и пришлось двигаться дальше и переговариваться на ходу. – Как тебе удалось увернуться?

- Да я и не уворачивался, - признался Невменяемый, постепенно возвращая дыхание в норму. – Сознательно принимал удары, чтобы другим товарищам не достались…

- Ты о чём?! – уже рассердился старец. – Я имею в виду, почему тебя огненные шары не прожарили?

- Ну такой вот я загадочный весь! – хохотнул Кремон. – И до сих пор удивляюсь, как это ты обнаружил мою магическую несостоятельность, а вот по данному умению уводить в землю магические удары ничего не заметил?

- Какое умение? Ничего такого…

- Вот я и говорю, что странно это…

- А откуда оно у тебя?

В данный момент авангардная группа прорыва замерла на перекрёстке, просматривая улицу по которой предстояло двигаться. Да и отстающих следовало подождать. Но оба Медиальта чуть ли не под локти пытались удержать человека на месте, тщась прямо в такой обстановке что-то высмотреть в его внутренностях.

Тот попытался их урезонить:

- Долгая история…, - не неожиданно осознал, что его могут и уложить для экстренного осмотра прямо на булыжной мостовой, стал вырываться: - Нашли место! – и всё-таки пустился в некоторые объяснения: - В Гиблых Топях обитают самые гигантские животные нашей планеты, Топианские коровы. Так вот мне когда-то пришлось молочка от этой коровы попить. Вот и начались у меня внутри какие-то мутации. Вроде вначале даже мой врач что-то там такое интересное наблюдал, но потом всё рассосалось… А вот умение заземлять брошенную в меня уничтожающую энергию – так и осталась…

Некоторое время двигались бегом, поэтому вопросы не возникали, но на следующем перекрестке опять посыпались:

- Только ты один пил это молоко?

- Нет. Теперь уже многие…

- И каждый стал таким мутантом? – Медиальты вопрошали по очереди.

- Никто, насколько мне известно…

- И никому молоко не повредило?

- Повредило. Последние исследования показали, что оно противопоказано любому разумному существу. Начинаются жуткие расстройства желудка, повреждается иммунная система и разом нападают все мыслимые и немыслимые болячки…

- Почему же на тебя не напали болячки?

- Никто понять не может…

- Так как же ты пил и не помер?

- А мне было вкусно и сытно…

- Так ты теперь страшный мутант?

- Ага! Очень страшный! И каждое утро съедаю сентега на завтрак! – от нескончаемых вопросов Невменяемый разозлился. – Может, отложите свой консилиум на более спокойное место?

Ветеран отрешённо заглядывал куда-то вглубь человека и бормотал с неприятными поскрипываниями:

- Как же так?.. Почему мы ничего не видим?..

- И ведь он никаких затемнений не имеет, - вторил учителю Хооз-Дер. - Прозрачный как стёклышко… Может это просто его амулеты защитили? Уж слишком всё странно получается…

Во время преодоления следующий улицы пришлось столкнуться ещё с одним заслоном заговорщиков. И вот тогда уже не отстающие больше чем на два шага Медиальты во всей красе успели рассмотреть, как стекают по телу Кремона в землю, попавшие в него парализующая и вымораживающие молнии. А потом ещё и малый огненный шар растворился в весёлых искорках у ног.

Казалось бы бой, опасность кругом, а два фаната от врачевания опять стали перебрасываться мнениями и восклицаниями наподобие: «Нет! Ты видел?!» или «Глазам не верю!» Теперь уже всему авангарду пришлось сгруппироваться вокруг мэтров медицины, потому что те совершенно игнорировали собственную безопасность.

Хорошо ещё, что через две улицы отрывающийся от погони отряд Порушников таки выскользнул на площадь перед главными городскими казармами Утиного. Построение войска там уже велось, хотя в понимании самих военных, подобное действие их командира казалось полностью абсурдным: следовало немедленно мчаться к месту событий. Там уже полыхало огромное зарево, постоялый двор разгорелся в полную силу.

Но подчиняться его приказам они просто были вынуждены. А комендант метался вдоль строя, грозными окриками заставляя местных вояк выровнять шеренги, проверить оружие, и приготовить для личной обороны все имеющиеся обереги. То есть его попытки задержать вверенные ему силы, были видны сразу, без всяких экивоков на растерянность или на ночное время. И он явно не ожидал, что элитный имперский отряд прорвётся к казармам и настолько неожиданно появится на площади.

Ну и понятное дело, что к коллеге по оружию тут же устремился Кулри-Заг:

- Комендант! Почему ваши силы ещё не прибыли на помощь правительственным войскам?! Ты - изменник! – и тут же обратился к стоящим в строю воинам: - Арестовать его!

Кажется, те только и ждали чего-либо подобного. Потому сразу с десяток особей с особым рвением бросились к коменданту. А тот сразу сник и даже не стал оказывать какого-либо сопротивления, только в шоковом состоянии посматривал на Порушников. Никак не мог поверить, что те вырвались из такой невероятной по силе западни.

Ну и понятное дело, что Кулри-Заг тут же постарался принять общее командование на себя. Часть местных воинов, во главе с самыми боеспособными Порушниками двинулись навстречу преследователям. Часть заняла круговую оборону и стала помогать раненым. В этом отношении помещения казарм оказались как нельзя кстати, как и наличие Медиальтов. Ими удачно были сделаны три операции тяжелораненым, которые в ином случае, не будь здесь таких знаменитостей, могли бы и не выжить. Правда через полчаса и местный Медиальт примчался со своей помощью, но самое главное успели сделать до его прибытия.

С акции начавшихся арестов, полковник своих воинов отозвал, заставляя улечься и выспаться. Он был намерен, чтобы ни случилось после рассвета продолжить путь, хотя сам лично вряд ли сумел прилечь хотя бы на один час. Пока трудно было понять, на что надеялись заговорщики и как они намеревались избежать наказания за свои действия в дальнейшем. По показаниям раненых врагов, к которым применяли методы экспресс-допросов, после уничтожения отряда Порушников намечалось сменить градоначальника и некоторых офицеров в комендантской роте. Так что сразу же начались аресты среди конкретно названых особей, которые потворствовали этому ночному сражению. Положительный фактор, помогающий арестам и наведению порядков в городе – это практически тотальное уничтожение большей части из тех, кто вёл атаку на постоялый двор. Там впоследствии собрали вместе сотни трупов, махровый цвет местных бунтовщиков. Вместе с разрушенными домами пали руководители заговора, а во время скоротечного сражения погибли и самые авторитетные личности. Вот и получилось, что оставшаяся шваль только и оказалась способна разбежаться по домам, побросав в страхе своих раненых и умирающих товарищей.

Понятное дело, что те за такое отношение молчать и выгораживать кого-то своими смертями не стали. Они сами без вопросов сами выдавали своих подленьких лидеров. Да и самые сознательные горожане, довольно быстро создали народное ополчение, которое уже к началу дня помогло наладить жёсткий контроль над ситуацией.

Но хуже всего, что оказалась прерванной связь не только со столицей или с Центром, но и с соседними городами. Вроде как магические артефакты связи повреждены не были, а вот связь отсутствовала. А это навевало на очень и очень плохие размышления. От государственного переворота никто не застрахован. И хотя сила, стабильность и авторитет правящей династии не вызывали сомнений, настроение у всех оказалось весьма и весьма подавленным. Не наметилось в данном аспекте просветления и с наступлением дня. Двигаться в неизвестность было весьма чревато непредсказуемыми последствиями.

Глава четвёртая

НА РАСПУТЬЕ

Только стало светать, собрались небольшим коллективом.

И тут опять своё слово сказали Медиальты. Теперь уже в компании с третьим коллегой, они потребовали у полковника Кулри-Зага оставаться на месте до тех пор, пока не появятся достоверные сведения из Центра. По их мнению, мятежники потерпели здесь сокрушительное поражение, а вот в иных городах, а то и в самом Полюсе всё могло быть по-иному. Уж слишком нагло и самонадеянно они действовали. Каков бы ни был приказ императора о срочной доставке арестованного пред его очи, один, а то и два лишних дня в дороге, роли никакой не играли. А вот нарваться на иную засаду, а то и подвергнуться откровенному нападению, Порушники имели все шансы.

Это уже не упоминая того, что в строю осталось всего лишь сорок шесть воинов отряда. В том числе и легкораненые. Не могли продолжать путь ещё тринадцать сентегов, ну а сорок одна особь пала в ночном сражении. То есть уже само количество отряда не могло служить полной гарантией выполнения приказа его императорского величества.

Командир, как ни рвался в путь, вынужден был признать логичные рассуждения прославленных врачей верными и дал приказ расположиться на отдых в течении одних суток. Тем более что следовало и павших товарищей похоронить, и похасов собрать, и возимое с собой имущество отряда привести в порядок.

От тюремной кареты остались лишь одни щепки, да и те кто-то успел поджечь. Так что идея личного сопровождения арестанта и наложения на него иллюзии, себя оправдала на все сто процентов. Артефакт-разрушитель тоже удалось сохранить, да его и бросили бы, наверное, лишь в самую последнюю очередь. Сгорела одна из повозок с запасом продуктов. Зато вторая не пострадала, и, что самое приятное для Ветерана, осталась целёхонькой его удобная, отлично защищённая и вместительная карета. Также не пострадали похасы – до навесов и сеновалов огонь не достал. Так что с транспортом для дальнейшего путешествия проблем не возникало. Теперь следовало выяснить, что творится в соседних городах. И для этого от комендатуры послали по несколько всадников в четыре ближайших города.

К обеду посыльные вернулись с трёх направлений. В двух городах власть имперские исполнители оставались на местах, в третьем городе была совершена попытка захвата власти. Но там горожане довольно легко справились с заговорщиками, заблаговременно, ещё накануне выявив и решительно арестовав лидеров смуты. Те же самые посыльные доставили и донесшиеся, или присланные во время последней связи пакеты новостей из Центра. И новости оказались довольно пессимистического характера.

Некий князь Восхем-Длау из рода Пикирони, поднял всю подчиняющуюся ему ложу «Верных Приличий» на борьбу с властвующим императором. К нему примкнули также и некоторые иные группировки, поддерживающие ортодоксов, или сами оными являющиеся. Во многих крупных городах Центра, в том числе и в столице, были проведены попытки вооруженного захвата власти. Как дальше разворачивались события, пока известно не было. Всеобщая магическая связь империи была выведена из строя. Но по всему получалось, что на периферии верноприличники не слишком-то и старались проливать кровь при свержении правящей династии. Они прекрасно понимали, что главное – это Центр. А то и сам Полюс. И наверняка сосредоточили свои воинские силы именно там.

Косвенное подтверждение этому, доставили и последние посыльные, вернувшиеся уже после обеда. В том городе, они полпали в самый разгар уличных сражений, но в итоге, верные императору силы потопили в крови и огне очаги сопротивления заговорщиков. То есть окраины империи оставались всё в той же системе власти. И уже к вечеру стали появляться признаки здоровой инициативы: «Надо спешить императору на помощь!»

А раз так, то авторитетные, пользующиеся всеобщим уважением граждане, титулованные дворяне, бывшие генералы, стали собирать небольшие личные отряды воинов, и стягиваться к городам. И уже там формировались более крупные воинские соединения. Основа: воины-ветераны. К ним присоединялись около четверти воинов городского гарнизона, воины ополчения и личные отряды высшей знати. Пусть в итоге получалось не более трехсот, максимум пять сотен воинов, но подобные ручейки, сливаясь в одну реку на диагональных, цветовых трактах могли оказаться страшной силой. И решено было отправляться в Центр на следующее утро.

На эту тему и состоялось краткое совещание под руководством полковника Порушников:

- Следует отправляться в путь на рассвете с первым же крупным отрядом! - заявил он со всей твёрдостью. – А то и возглавить колонну! Тем более что к нам присоединяются сто местных воинов.

- Ну вот, - с явным оптимизмом щёлкнул клювом Ветеран, - всё постепенно проясняется…, - то есть он как бы поддерживал Кулри-Зага и позволил ему расслабиться. А потом веско заявил: - Только двигаться придётся как можно дальше от головы колонны. Стычки в нашем нынешнем положении с заговорщиками категорически не допустимы. Для нас поставлена иная цель-прерогатива: во что бы то ни стало доставить этого человека к императору. Причём отныне мы уже втроём будем его сопровождать. Наш коллега любезно согласился помочь в этом благородном деле.

Смешно было наблюдать, как полковник тяжело вздохнул. Если он и раньше не мог ничего противопоставить парочке высших архимагов по медицине, то против троих, ему вообще сказать будет нечего. Тем более что, по сути, они не только не противились приказу императора, а сами всеми силами помогали его выполнить. Но оспорить он всё-таки попытался:

- Нападение от мятежников может грозить как в голове колонны, так и в середине. Поэтому…

Вот тут и показал третий Медиальт всю свою желчность и безапелляционность. Да и выглядел он, словно придворный хлыщ, явно следил за каждой деталью своего одеяния, а уж причёска у него на голове могла вызвать только зависть: пёрышко к пёрышку, да ещё уложенные в разные стороны со строго определёнными наклонами. То есть однозначный педант и большого о себе мнения. Для него, похоже, и сам император не являлся авторитетом, если здравый смысл твердил о другом, и уж тем более он не постеснялся беспардонно оборвать полковника на полуслове:

- А поэтому мы всё равно будем двигаться в наибольшем скоплении воинов! И считаю разговор на эту тему закрытым!

Желая как-то скрасить категоричность беседы, отозвался самый молодой среди Медиальтов:

- Ду-Грайт! Не вижу ничего плохого в том, чтобы объяснить уважаемому и отважному полковнику наши помыслы на эту тему, порассуждать…

- Хм! Тебе хочется, Хооз-Дер? Вот ты и рассуждай! - несколько сердито буркнул местный коллега.

С самого утра, хорошо и давно знающий его Ветеран, раскрыл подноготную пребывания Кремона на Юге полностью. То есть откуда прибыл, что там творится и какая над миром нависла катастрофа. Понятное дело, что Ду-Грайт проникся, так сказать, от кончиков своих уложенных в причёску перьев на голове, до когтей на лапах и готов был защищать арестованного человека собственными крыльями. Но вот его отношение к военным было, мягко говоря, совсем не приветливым. Он их вообще презирал и считал тупыми солдафонами, только и способными отличить меч от арбалета. Вот потому так резко и пытался отвергнуть любые возражения полковника.

Его коллегам, да и Невменяемому, уже довелось повоевать с грамотным, очень образованным и умным племянником императора, поэтому они понимали, что объясниться с ним нужно. Он тогда лучше поймёт стоящую перед ними задачу и соответственно принесёт гораздо больше пользы, чем в случае недовольства от навязанного действа.

- Ты заметил, что в ночном нападении участвовали и иногородние сентеги? – начал молодой Медиальт с вопроса полковнику. – То есть у них приоритетным приказ являлся уничтожение твоего отряда. Но! Ещё более приоритетным, стало уничтожение арестанта, человека с той стороны Шанны. Спрашивается: чем он и кому не угодил?

- Да сомневаюсь, что у них вообще была верная информация о нём! – фыркнул Кулри-Заг. – А уж кому он мешал…

- Ой, ли? Пока донос этой Салажи добрался до самого императора, сколько придворных его прочитало? Не счесть! И обязательно среди них оказались наши враги из числа верноприличников. А теперь кому, а вернее почему он так мешает… Наверняка помнишь главный тезис ортодоксов: уничтожить всё, что осталось от Смутных времён! А в хранилищах очень много материалов о том, как жили разумные раньше вместе, одной дружной семьёй.

- Весьма спорно! – вырвалось у полковника, и слово перехватил Ветеран:

- Зря! Уж поверь мне на слово. А скоро и сам своими глазами убедишься. Если эти недоделки умственные, в самом деле всё не сожгут… В тех же трактатах и факты, которые свидетельствуют о тех силах, которые стравили в кровавой бойне иные разумные виды. И суть даже не в том, кто виноват больше или меньше в развязывании войны: мы, люди, колабы или сорфиты с драконами, а в том, что раньше мы жили душа в душу и над нашим миром не нависала катастрофа. И вот представь, император заявляет во всеуслышание: «…на севере выжили все виды разумных! Там огромный и красочный мир! Там нет рабства и в нас, сентегах, как лучших врачах очень нуждаются!» Ещё и предоставит живого свидетеля, который однозначно пришёл с той стороны и является полномочным представителем сразу нескольких, самых крупных и самых сильных государств. Что в таком случае случится?

Командир Порушников думал не долго:

- Волнений избежать не удастся. Но…, скорей всего подавляющая часть сентегов будет ошеломлена, заинтересована…, заинтригована…, даже скорей всего обрадована таким развитием событий. Рабов ведь имеют не все, в Центре они вообще редкость, так что от владения ими многие ни пользы не видят, ни мнимый престиж не понимают. Ну а вот возвращение каждого сентега в лоно его лекарской деятельности, это…, - он помотал клювом, не в силах подобрать нужное слово. – Этого подспудно желает каждый…, наверное…

- Вот! Совершенно верно! – восклицал старец. – Зачем нам воевать, или заниматься невесть чем, если нам в любом уголке мира будут все без исключения и всегда рады? Если нам предоставят и кров, и место, и защиту, лишь бы мы ЛЕЧИЛИ!

Последнее слово он сказал очень прочувствованно. Настолько, что даже закоренелый вояка ощутил в себе желание вспомнить своё начальное медицинское образование и немедленно отправиться к раненым. И минуты три все сентеги восседали в полном молчании, прислушиваясь к своим внутренним ощущениям. А пристально наблюдающий за ними Кремон, вдруг понял что врачевать – заложено у этих птицеподобных существ где-то на инстинктивном, генном уровне развития. Достаточно будет только вот так, качественно объяснить каждому его счастливое будущее и несогласных с расселением по всему миру, или просто с контактами с остальными государствами на планете, в империи не останется.

Что нельзя сказать про ортодоксов. Для них воссоединение с остальным миром – это финал всего жизненного пути, крушение устоявшихся традиций и смерть желания ощущать себя хозяином над покорными рабами.

Вот потому и следовало их опасаться в данный момент больше всего. Вот потому и следовало Порушникам беречь больше всего именно представителя Энормии, а не стремиться в гущу боя с заговорщиками.

Разъяснения прошли более чем успешно.

Глава пятая

НЕОЖИДАННЫЙОТБОЙ

Среди ночи, несколько неожиданно восстановилась связь города с Центром. Естественно, что сидящий в здании градоначальника Порушник сразу послал своего товарища с сообщениями к полковнику. Тот не постеснялся разбудить как Кремона Невменяемого, так и всех троих Медиальтов.

Новости из Полюса оказались несколько противоречивые и странные… Сообщалось: кто и как попытался свергнуть власть императора. Были названы главные виновники, представители ложи «Верные приличия». Приказано подвергать аресту всех членов этой ложи и ещё нескольких наиболее рьяных групп ортодоксов. И содержать их под стражей до выяснения всех обстоятельств. Оказывающих сопротивление – уничтожать на месте.

В то же время был дан категорический запрет на передвижение воинских сил по направлениям к столице. Приказывалось всем оставаться на своих местах и поддерживать порядок по месту жительства. Всем строго вменялось в обязанности выставить непроходимые заслоны на дорогах и препятствовать продвижению военных, под чьими бы флагами те не передвигались и какими приказами не прикрывались.

Последнее распоряжение особенно шокировало полковника:

- Как же мы в таком случае отправимся утром в столицу? Да нас на каждой развилке будут останавливать, задерживать лишними расспросами! Это же какая трата времени!

- Ты видимо не понял того, что сам огласил в полученных приказах! – начал раздражаться лучший врач Утиного. – Непроходимые заслоны! И никакие прежние приказы недействительны!

- Ну уж Порушников точно пропустят!

Ветеран касанием крыла придержал коллегу от раздражения, но сам при этом заговорил ещё строже:

- Вот ты бы кого-то пропустил, командуя заслоном? Особенно зная, что враг может украсить себя формой и тканями цветов хоть Порушников, хоть личной охраны императора? Вот именно! Не затравил бы шейтарами таких умников, так затоптал бы своим похасом.

Расстроенный Кулри-Заг вынужден был признать правоту подобных рассуждений. Но при этом огорчился окончательно:

- Так что нам теперь в этом Утином, ещё сутки торчать?! А вдруг больше?

Опытный, знающий Медиальт и на эти вопросы знал ответы. Да и его слова, как самого старшего из присутствующих всегда звучали наиболее веско:

- Зачем же… Тем более что все мы кровно заинтересованы в скорейшей доставке по назначению нашего гостя оттуда. И в том же всеобщем приказе мы видим отличную лазейку для выполнения стоящей перед нами задачи. Что сказано? «…нельзя передвигаться соединениям воинских сил». А конкретно, что такое воинские силы: любой отряд с оружием численностью от десяти особей и выше. Но ведь частные лица имеют право и будут путешествовать куда и как им вздумается. В том числе и имея с собой личную вооружённую охрану. Про передвижения крестьян, прочих рабов и в особенности конклатерр, вообще речи не шло. Они все могут передвигаться рядами и колоннами. Война или мятеж, без разницы, кушать всё равно хотят все без исключения. Значит на карету, а то и на две с Медиальтами, на их нескольких служанок-рабынь и на пяток личных охранников возле каждой никто не обратит малейшего внимания. Особо акцентирую внимание на слове «никто»: ни силы верные императору, ни силы заговорщиков, которые со своей стороны тоже обязательно выставят заслоны вокруг захваченных ими городов и весей.

Высказанная идея показалась наиболее здравой, верной и противления у совещающихся не вызывала. Разве что в колебаниях полковника, которые последуют, никто не сомневался:

- Пяток? Да этого ничтожно мало! Нас просто растопчут маленькие банды разбойников или мародёров!

- Не ты ли хвастал, что каждый твой воин стоит десятка разбойников?

- А вдруг нападающих будет больше пятидесяти?!

- Тогда и мы твоим воинам поможем…

- Друг на нас ринется сотня?! Или две?!

- Тогда пустим впереди нас Кремона, - буднично предложил Ветеран. – Он под своей иллюзией рассерженной женщины – великолепен. Любо дорого смотреть, как он с одного удара кромсает сентега напополам вместе с его похасом.

И все четыре сентега непроизвольно уставились на Невменяемого: кто, вспоминая только что упомянутое зрелище, а кто, довольно красочно его представляя. Энормианин даже поёжился от таких взглядов:

- Да что здесь такого? И почему это пополам с похасом?.. Нет смысла так …меч тупить…

После этого местный Медиальт кивнул своим мыслям и обратился к коллегам:

- Если наш гость – представитель дипломатии, то откуда у него такие умения воина? Неужели там все такие?

Кремон решил на это пошутить:

- Конечно не все. Воины – это воины. А нас дипломатов только и учили, что знать с какой стороны за меч браться, да хоть минуту от себя противника отпугивать. Пока охранники не прибегут…

Серьёзнее всех отнёсся к такому заявлению полковник Кулри-Заг:

- Странно…, почему же наши рабы так воевать не умеют…

- А оно им надо? – возмущённо пожал плечами человек. – Даже будучи под конкретным внушением, никакое подневольное существо не станет вести изнурительные тренировки или с инициативой выполнять распоряжения своего рабовладельца. Непроизводительный труд, учёба спустя рукава…

- Неправда! – горячо возразил племянник императора. - Вон как сильно развито наше общество! И наш уровень жизни намного выше, чем в ваших северных королевствах! И этому нисколько не мешает рабовладельческая структура нашей империи. Тут и спорить нечего!

Медиальты помалкивали, с интересом ожидая, что ответит человек:

- Во-первых: высокий уровень вашей жизни обуславливается поголовным отношением сентегов к колдунам и огромным наличием артефактов. Во-вторых: всё-таки форма рабства у вас довольно мягкая. Ну и, в-третьих: вы сами подвержены в семейной жизни диктату ваших дам, а в общей, государственной жизни – диктату конклатерр. А как известно, правление женских особей – это всегда довольно мягкая поступь прогресса и размеренная стабильность повседневной жизни.

Такие объяснения задели полковника за живое:

- Да что за чушь?! О каком диктате ты говоришь?!

- Только спокойствие! – рассмеялся Кремон. – Сейчас позовём сюда парочку конклатерр и посмотрим, кто из вас кому что надиктует. Зовём?

Бесстрашный вояка сразу сник, раздражённо мотнул головой и фыркнул:

- Ты смешал все несовместимые по своей сути понятия! – после чего сразу попытался перевести разговор на другую тему: - Значит, выезжаем как можно быстрей! Сколько вам, уважаемые надо времени на сборы?

Кажется Медиальты и этот момент уже продумали, потому что стал отвечать самый молодой:

- Спешка здесь неуместна. Отправляемся только после обеда. Выдвигаемся по Восемнадцатой дороге на запад. Там ночуем в городке Стабник, и ранним утром отправляемся в Центр уже по Зелёному тракту. Порядок движения таков: впереди карета нашего коллеги Ду-Грайта, который едет с двумя своими служанками. Его сопровождает десять порушников в цветах дома Ду-Грайта. Его же личная конклатерра отправится в нашей карете, четвёртым пассажиром. Мы будем двигаться в парочке сотен метров позади первой кареты. Ты, полковник, и ещё восемь воинов, будете вокруг нас. То есть сил у нас вроде как и много останется, но две разрозненные группы не должны привлечь ничьего назойливого внимания. Кремона тоже украсим кепи с красным бомбоном. А пока что можно отдыхать и распространять вовсю слухи, что очень важного арестанта убили во время ночного сражения. Не лишним будет акцентировать внимание жителей Утиного, что все оставшиеся в живых воины элитного отряда остаются в городе на неделю. Мало того, если удастся застать на месте Медиальта города Стабник, то попробуем и его присоединить к нашему небольшому каравану вместе с его личным отрядом. Они с учителем давно и прекрасно знакомы.

- Да и я его знаю, как свой клюв!.. – буркнул Ду-Грайт

Как ни стремился полковник Порушников отправиться в путь немедленно, вынужден был признать предоставленный план самым верным и без изъянов. Хотя одним моментом заинтересовался Невменяемый:

- А почему конклатерра поедет с нами, а не со своим хозяином?

Хозяин и ответил:

- Да потому, что взращивая её и готовя на эту должность с самого детства, я вживил себе и ей в тело по небольшому артефакту. Те прижились прекрасно, теперь мы можем перебрасываться мыслями на расстоянии до десяти километров. И могу смело похвастаться, что такое хирургическое вмешательство удалось совершить буквально единицам среди наших коллег.

- То есть операция рискованная?

- Не без того…

- И большему риску подвергается женщина? – не унимался человек.

- Не угадал! Если женщине врастить артефакт до пятилетнего возраста, у неё не возникает никаких проблем с приживлением. А вот с моим телом пришлось повозиться… Да и пара артефактов – невероятно ценные и редкие. Можно сказать, что они повторно могут быть использованы только после смерти обоих носителей. Ещё не мешало бы добавить риск выбора конклатерры в таком раннем возрасте. Случались в истории казусы и в этом вопросе.

Энормианин уважительно покрутил головой. И мысленно пожалел, что его магические силы ещё не начали возвращаться в тело. Очень уж захотелось посмотреть на сросшиеся с телами артефакты и разобраться в принципах действия и их устройства.

Хотя судя по словам Ветерана, восстановление колдовских умений не за горами. Три, пять, максимум восемь дней и первыми результатами лечения уже можно будет пользоваться.

На том ночное совещание и окончилось.

Ну а так как основные решения были приняты, полковник умчался готовить должные слухи и подготавливать остающихся Порушников для поддержания должной легенды. С Невменяемым поступили ещё проще: его уложили в кровать и усыпили. А потом уже все три Медиальта приступили к совместному лечению и осмотру человека.

Среди дня, точно такой же осмотр-лечение они провели и перед обедом, но сделали его уже не в казармах Утиного, а в пригородном замке лучшего местного врача. В этот замок к Ду-Грайту постепенно, маскируясь иллюзиями перебрались поодиночке все члены собирающегося в путешествие каравана. Там сентеги-воины поменяли одежды на иные, с иными цветами, сменили оружие, замаскировали свой разрушитель, который уже собрал половину энергии для новой работы и даже подменили сбрую на своих похасах. Несколько видоизменили и карету Ветерана, сменив её цвет и навесив плотные ткани со специальной магической пропиткой.

Неизменяемый внешний вид иллюзии, остался только у Невменяемого. Разве что общими усилиями сделали для постороннего взгляда его массивную фигуру чуточку ниже и стройней. Во время всё того же последнего осмотра, Ду-Грайт ещё и дал во временное пользование пациенту довольно уникальный накопитель энергии, позволяющий поддерживать наложенную иллюзию без дозаправки магией иным Эль-Митоланом двое, двое с половиной суток. Причём можно было по собственному усмотрению носителя снимать теперь или накладывать закреплённую иллюзию снова.

- Потом вернёшь, это фамильный раритет, - напоминал хозяин замка, осматривая плод общих усилий, со стороны. – М-да! Хорош! Вернее: ох, как хороша!

- Ты своей конклатерре пока ничего о её коллеге не рассказывай, - посоветовал молодой Хооз-Дер. – Посмотрим, как они будут общий язык находить… Кремон, сможешь держаться в теме обычного среди матрон разговора?

- Да сколько угодно! Насмотрелся на Риону, теперь и сам могу продать кому и что угодно. Даже сентегу губную гармошку!

Оно и в самом деле, имея клюв, сыграть на довольно популярной в среде людей губной гармошке было невозможно. Поэтому и родилась в данной империи такая поговорка, помогающая оценить наивысший профессионализм помощниц по торговле и финансам. Над поговоркой любили посмеяться в кругу матрон, зато услышав подобное, сентеги всегда кривились. Не захотел понять юмора и местный Медиальт, с ехидством бросивший напоследок:

- Ладно, ладно!.. Попробуй моей конклатерре хоть что-нибудь продать ради интереса. Посмотрим: кто кого.

Кремон сразу понял, в чём будет сложность общения:

- Конечно! Ты с любого расстояния будешь подавать советы и нужные подсказки!

- Не буду! Обещаю! Твои опекуны смогут подтвердить, я им показал структуры вживленного артефакта. Моя матрона всё равно окажется ловчей тебя, проворней и смекалистей. Готов даже об заклад побиться…

Естественно, что подобные споры не велись с рабами, поэтому высшие врачи империи заключили некий, довольно символический спор между собой. Когда и человек решил к нему присоединиться, его не совсем вежливо прервал хозяин замка:

- Нет времени! А теперь давайте плотно пообедаем, перед дальней дорогой.

Вот по этому разговору, Невменяемый твёрдо понял, кем является его будущая попутчица. Наверняка древней, шипящей старухой, которая своим сознанием уже намертво срослась с интересами своего хозяина. Ведь если тому было сто восемьдесят шесть лет, то наверняка он «вырастил» помощницу для себя лет сто назад, если не все сто тридцать. Подобных старушенций северянин успел насмотреться на торжище в Аллангарне, там некоторые были такие язвы, что рядом с ними Маманя выглядела родной матерью, да и сама доносчица Салажа начинала казаться не такой премерзкой.

Но ради спортивного интереса, да и для тренировки, энормианин решил-таки скрестить шпаги торговых умений с местной носительницей красного бомбона. Для этого он во время обеда выпросил у своих благодетелей несколько мелких вещиц, да парочку амулетов. Да и своих второстепенных вещиц у него несколько имелось. Так что, узнав точные цены, он приготовился к активной торговле.

Если бы он только знал, насколько же реальность отличалась от надуманного!

Глава шестая

ЯГУША

Уж что только Невменяемый на своём веку повидал, а то и попробовал, но подобной красоты девушку увидел впервые. И когда та деловито, влезала в их карету, а потом довольно бесцеремонно стала теснить вещи сентегов, заставлять их поднимать и поджимать ноги, переставляя свой небольшой баул, мужчина так и застыл с отвисшей челюстью. И хорошо, что у него было время вспомнить, что иллюзия тоже повторяла всю мимику своего носителя, да успел под насмешливыми взглядами Медиальтов закрыть рот раньше, чем девушка к нему обратилась без лишних церемоний:

- Привет подруга! Меня зовут Ягуша. А тебя?

- Э-э-э…, - несколько растерялся Кремон, вспомнив, что должное женское имя он до сих пор себе не выбрал. Пришлось припоминать об отсутствующей здесь любовнице: - Риона…, ага! Рионой меня зовут.

В этот момент в карету одновременно с двух сторон, через две открытые дверцы заглянули мужчины местного замка. Оба, словно к пустому месту буркнули сентегам: «Извините тэш!..» и протянули по холщовой сумке Ягуше:

- Вот, я тебе в дорогу фрукты приготовил…

- Здесь бутерброды с сыром и мясом. Пирожки горячие от меня и квас…

И оба при этом окатили друг друга настолько ревнивыми и жёлчными взглядами, что будь они колдунами убили бы, не прикасаясь. Да только местная звезда красоты и лишней секунды им не оставила для дальнейших разговоров:

- Всё! Ставьте на пол! И отходите от кареты! Мы отправляемся! – поставив сумки у себя между ног, грохнула кулаком в стенку, обращаясь к кучеру: - Ты там не уснул? Трогай, мы уже уселись!

Сама деловито закрыла обе дверцы, со вздохом улавливая мужские напутствия:

- Возвращайся быстрей!..

- Я тебя буду ждать!..

После чего закатила глаза в непритворном раздражении:

- Как они мне уже надоели!

Ну ещё бы! Кремон успел рассмотреть мужчин, понимая: на данном подворье они самые лучшие, авторитетные и сильные. Другие просто не в силах составить им конкуренцию при ухаживании за матроной. Да и не так много рабов вообще имелось в замке, человек двадцать, не более. Сентегов тут и то проживало в два раза больше. Но наверняка все мужчины ежедневно сходят с ума от такой прекрасной, юной, свежей, премилой девушки. К тому же она выглядела на редкость стройной, высокой, не менее ста восьмидесяти сантиметров роста.

Почувствовал внезапно проснувшиеся инстинкты и Невменяемый. Но прежде чем он смочил горло для первой фразы, новая знакомая его несильно ткнула локтём в бок:

- Что ты такая грустная? Или кто из мужиков наших обидел?

- Ну, меня обидеть трудно…

- Ещё бы! С мечом ходишь! Хорошо тебе, силёнок и на это хватает. А мне только и остаётся, что на крик да строгий тон все эмоции тратить. Иначе совсем со свету сживут со своими приставаниями.

- Ну так…, всё равно замуж надо…, дети там, то да сё…

- Ты чё, подруга? – нисколько не стесняясь сентегов, Ягуша громко расхохоталась. - Куда это мне в мои двадцать девять о детях думать?!

- Как же? Давно пора…

- А! Да ты видать не знаешь, что я Эль-Митолана? Ха-ха! Мой хозяин в своём репертуаре: иди говорит, малышка, скупи у этой дурочки все её вещицы за треть цены. Вот же изверг! Послушай я его, то и за четверть у тебя под гипнозом всё бы сторговала. Наши коллеги на торжище ко мне без парочки оберегов на шее и не подходят. Ха-ха! Боятся…!

Кремон впервые видел в империи сентегов Эль-Митолану. По крайней мере до сих пор с такими не сталкивался. Даже на торжище в Аллангарне такие ему на глаза не попадались, хотя оные, порой, и наведывались. А тут вот всё сразу: и такая красивая, и такая молодая, весёлая да плюс ко всему ещё и колдунья.

Предстоящая дорога сразу показалась не такой скучной или унылой. Ему и так уже надоели дотошные вопросы Медиальтов по поводу большого мира, а в первую половину дня они его достали просматриванием внутренностей по поводу странной мутации. Ну и чего там скрывать, спортивный интерес в душе разгорелся самым ярким пламенем, а общение под маской женщины позволяло выведать некоторые женские секреты. Именно с этого и начал Кремон:

- Ладно, чуть позже мы ещё поторгуемся по поводу вещиц… Но меня удивляет, как это ты таких видных кавалеров от себя отталкиваешь? Неужели и к телу не подпускаешь?

- Тоже мне видные! – скривилась Ягуша. – Город большой, есть и получше… Тем более мне такие нравятся, чтобы …ух! Камень и пламя! Одним взглядом и одним объятием чтобы меня покорил! А эти…, тьфу! Ходят и в глаза заглядывают, словно шейтары побитые. Разве это мужчины?

- Да-а…, трудно тебе, - посочувствовал мужчина под маской конклатерры. - Попробуй сейчас такого парня отыскать…, - он незаметно подмигнул своим покровителям. – Правда есть у меня один такой самец…, если удастся, обязательно тебя с ним познакомлю. Но он слишком уж разбалован, ищет себе супругу с самым большим приданым…

Ягуша посмотрела на новую знакомую в упор, убедилась, что та не шутит, и неожиданно заявила:

- Ну и пусть себе ищет! Мне такой меркантильный хмырь и даром не нужен. Я хочу по любви, чтобы он во мне души не чаял, чтобы на руках носил, чтобы стихи сочинял и цветами одаривал…

Тут уже и Хооз-Дер не выдержал, вмешиваясь в беседу:

- Однако! Где это ты таких мужчин собралась искать? Такие принцы только в древних легендах встречаются…

Высказался и тут же замолк, под гневным взглядом нахмуренной Эль-Митоланы. Потом она ещё и бомбоном своим красным встряхнула, прежде чем, сдерживая частично язвительность, прошипеть:

- Тэш! Мы в вашу личную семейную жизнь не лезем, и невесту вам не навязываем по своему вкусу. Так что будьте так великодушны и не мешайте нашему интимному разговору.

После чего демонстративно поставила вокруг их сидения полог неслышимости и возмущённо апеллировала к своей коллеге:

- Удивляюсь, почему ты ему замечание не сделала?

- Ну так…, они всё-таки Медиальты. Уважать надо наилучших врачей…

- Ха! Можно подумать мой – простой горожанин. Да он выше, чем эта твоя пара вместе взятая! Хотя этот старикашка вроде не глуп, сидит, помалкивает… Но всё равно Ду-Грайт даже в мысли ко мне стучится деликатно и неназойливо. А этот!..

- Признаться, я тоже удивилась твоим запросам повышенным,- Кремон пожал плечами. – Такого и в самом деле в нашей империи трудно сыскать… Хотя…, чего только в жизни не случается…

- Ну и что? Имею я право помечтать? Если в нашей империи такой не сыщется, значит…, - он неожиданно замерла на полуслове, тяжело вздохнула и сама себя одёрнула: - В самом деле, глупые сказки и бессмысленные легенды! – на мгновение приоткрыла магический полог и тоном хорошо воспитанной девочки, буркнула в сторону Хооз-Дера: - Простите, тэш, была неправа…

Затем опять поставила полог, но со следующим вопросом успел Невменяемый:

- Тебе попадались для прочтения сказки и легенды Древних?

Похоже наличие подобных книг, а то и раритетов считалось немалой тайной, даже для обитателей замка Ду-Грайта, потому что Ягуша сразу замкнулась в себе, взгляд и тон её стали подозрительными:

- А что?

- Да я сама обожаю подобное чтиво и у моего хозяина есть несколько древних талмудов с подобной тематикой. Вот и думаю, может нам обменяться? Или там купить можно… Я за ценой не постою. Договариваемся?

Красавица не смогла спрятать порозовевшие мочки ушей от предстоящего предвкушения. Щёки тоже порозовели:

- А что у тебя есть за истории?

Тут уже гостю с севера представилась отличная возможность воспользоваться своими преимуществами великого путешественника и начинающего литератора. Несколькими фразами он дал аннотации для недавно придуманных сказок, которые одним названием вгоняли мечтательную девушку в ступор. «Тайны королевского двора Рихарда Огромного». «Сражение принцессы Элизы с гигантским Сторожем». «Любовь герцогини Мецц». «Драконьи слёзы». Все эти сказки буквально ещё вчера уже распечатывались в новой типографии и грузились на развозящие их по соседним городам подводы. И если бы путешественники сегодня не отправились в дальний путь, то уже к вечеру смогли бы приобрести подобный экземпляр на торжище Утиного. Ну а парочка «сигнальных экземпляров», в своё время Сату-Лгавом защищённые структурами магии от воды, пламени и механического протирания, как всегда находилась при самом сочинителе.

Невменяемый говорил чистейшую правду, и это для изумлённой колдуньи не было секретом. И она буквально трепетала, во время последних объяснений:

- Честно признаться, книжонки маленькие и на вид весьма неказистые. Но ты ведь сама должна понимать, насколько ценно их внутреннее содержание?

- Да! Да! Несомненно, понимаю! И покупаю!.. Или меняю!

- Хорошо, можно и поменяться… А что у тебя есть?

Вот тут Ягуша потерпела страшное фиаско. Те несколько книжных раритетов, которые у неё имелись, оказались для хитрой Рионы давно пройденным днём. Только продавщица начинала рассказывать начало художественной книги, как покупательница живо продолжала пересказывать, что там будет дальше и чем закончится. Может и не всегда идеально точно получалось, но уж точно ничего нового для выходца с Северного континента в местном пласте литературы не обнаружилось.

Разочаровано разводя руками, коварный гость из иного мира констатировал:

- Увы! На замену тебе предложить нечего… Давай тогда артефактами и полезными вещичками. Сама понимаешь, жила бы ты в соседнем доме, я бы тебя просто впустила к себе на ночь в постель, и мы бы вместе всё интересное перечитали. А так…, не обессудь!

При словах «…всё интересное перечитали», Кремон чуть не облизывался и глотал от вожделения слюнки. Настолько ему явственно предстал перед глазами весь процесс подобного чтения в постели. При этом он сам не заметил, как непроизвольно подхватил ладошку красавицы и теперь её трепетно поглаживал.

Глядя на этот цирк, и прекрасно понимая по губам, о чём ведётся разговор, сидящие напротив Медиальты еле сдерживались от своего специфического хохота, изо всех сил зажимая руками и крыльями собственные клювы.

Ягуша тоже на сентегов не смотрела, ей следовало немедленно начинать торговлю. Но видимо какие-то сомнения у неё всё-таки оставались. Магическая сила и вбитые в подсознание умения покупать, вызывали справедливые опасения: «Не пытаются ли меня обмануть?»

Поэтому она выдернула свою ладошку из чужих, непонятно от чего подрагивающих рук, и нахмурившись спросила:

- А чем докажешь, что у тебя есть хоть одна такая книжица?

Невменяемый грустно вздохнул, и укоризненным тоном промолвил:

- Эх, подруга! Откуда ты такая недоверчивая? А ещё Эль-Митолана…! – после чего извернувшись боком, словно прячась от своих хозяев, достал из своего мешка недавно отпечатанную на серой бумаге книжицу, и показал вначале обложку:

- «Галиремы – укротительницы колабов». – С дрожью в голосе прочитала Ягуша, рассматривая простенький рисунок, на котором воительница с длинной боевой рапирой бросалась на колаба, трансформировавшегося в боевой каток и держащего в огромной руке невероятных размеров топор.

- А теперь дам прочитать кусочек первой страницы…

Пара мгновений, за которые женщина явно успела просмотреть и запомнить всю страничку, и уже ни о каких сомнениях в дальнейшей торговле не могло быть и речи. И всё-таки, пусть и через силу, пусть против собственной воли и желаний, конклатерра решила заручиться хоть минимальной поддержкой своего хозяина. Всё-таки подобные книжные раритеты она собиралась закупить для себя лично, Медиальт на такой мусор никогда не обращал внимания, а значит впоследствии, будет обязательно недоволен.

Красавица уселась в расслабленной позе, настроилась, и попыталась связаться с Ду-Грайтом через свой артефакт. Но тот, в соответствием со спором, и не вздумал отзываться. Тогда вызовы стали постоянными, требовательными. Но и это не помогало: хозяин просто визуально выглянул из своей кареты, рассмотрел, что сзади в двухстах метрах полных порядок и вернулся к своим размышлениям.

Зато потуги овладевшей его симпатиями женщины заметил Невменяемый:

- А что это с тобой:

- Ну, ты понимаешь…, - замялась Ягуша. - В некоторых вопросах я предпочитаю с тэшем проконсультироваться…

- Как тебе не стыдно! – вполне искренне вознегодовала мнимая «коллега». – Как ты можешь так унижаться?! Где твоя гордость? Я вон у своих тэшей даже спрашивать не собираюсь, потому что это я распоряжаюсь имуществом и финансами! Именно я!

- Ну всё, всё, не шуми…! - решилась засмущавшаяся красавица. - Считай, что опозорила меня на весь мир, и я посыпала в знак раскаяния голову старыми перьями сентегов. Приступаем к торговле!

Торговались они долго и ожесточённо. Часа два, не меньше. И в результате, за восемь книжиц, которые обещались быть вручёнными только при первой оказии, и за прочтение имеющихся двух у Кремона, несравненная красавица отдала всё из предметов и артефактов, которые у неё были с собой. То есть те, которые она прихватила на всякий случай для возможной продажи или для обмена в столице.

Когда оживлённые торги окончились, обе конклатерры сцепились в словесной битве за право прочтения имеющихся книг тотчас. Купившая – требовала не жадничать и дать книжицу немедленно, а продавшая – твердила, что только из её рук и только в постели. Мол, именно так уговаривались, значит так и будет.

Медиальты уже откровенно щёлкали клювами, почти без остановки. Но в конце концов и степенный Ветеран не выдержал:

- Не могу больше такое терпеть…! Риона! Отдай книжицу Ягуше немедленно! Пусть малышка потешится…, а то меня уже колики одолевают, самому сил тешиться не осталось.

Кремон вошёл в роль окончательно:

- Тэш, я же не лезу к тебе с советами, когда ты кому-то делаешь операцию? Ну вот и ты ко мне в торговлю не вмешивайся! Неужели ты не заметил, сколько ценного и нужного я сторговала для дома?

- Вижу, вижу!.. Но ты сама присмотрись: твоя подруга чуть не плачет, у неё уже травмирована психика чрезмерным ожиданием. У неё может случиться стресс…, и тогда уже точно она не придёт в твою постель для последующего чтения.

Ягуша чинно на эти слова кивала головой, чуть не пуская слезу и никак не понимая, почему это Медиальт встал на её защиту. Но Кремон понял:

- Мы уже надоели своей торговлей, тэш?

- Естественно! Завтра будете ехать в карете вместе с Ду-Грайтом! А мы лучше посидим в блаженной тишине вместе с воспитанными служанками нашего коллеги. Ну? Отдавай, отдавай!..

Словно вырывая из внутренностей вместе с сердцем, Невменяемый отдал книжицу красавице и сам после этого принялся любоваться её враз похорошевшим личиком. Девушка с восторгом, скорее даже с экзальтацией вчитывалась в строчки произведения для детей. Ещё и машинально поставила вокруг себя полог неслышимости снаружи, чтобы никакие звуки её не отвлекали. Сентеги, понятное дело поставили со своей стороны дополнительный полог. Поэтому оставшиеся три попутчика могли разговаривать теперь между собой спокойно.

- Тебе не жалко свою соплеменницу? – не удержался от очередной подначки Хооз-Дер.

- Жалко?! – искренне возмутился энормианин. – В данный момент, она самая счастливая женщина на свете.

- Ага! Она ещё не догадывается, что за сюрприз её ожидает во время ночных чтений. Да и потом, со временем, когда она узнает истинную стоимость этой книжки, то вполне может повредиться разумом.

- Ничего с ней плохого не случится! Постараюсь своевременно и верно сгладить острые углы действительности и мягко подтолкнуть к нужным выводам. Мало того, возвращая всё у неё купленное в виде подарков, я компенсирую ей и торговые растраты. То есть ущемлённой она ни в чём не останется.

Медиальты между собой переглянулись, и Ветеран похвально хмыкнул:

- А он молодец! Чувствуется опыт общения с самками его вида. Уж на что наш коллега был уверен в жёсткости и умении своей конклатерры торговаться, но и он позорно ошибся. Ещё и спор проиграл, ха-ха! Но с другой стороны, так тоже нечестно: применять свои тайные знания, для соблазнения и обмана такой чистой и светлой души…

Кремон сразу же заинтересовался:

- В каком смысле чистой и светлой? Судя по её замашкам и поведению, она может и такую как Салажа за пояс заткнуть.

- А её романтичность? А её тяга к сказкам?

- И только? - недоумённо покривился мужчина.

- Ладно! – подвёл черту данной теме Ветеран. – Мы вернёмся к этому завтра. Сейчас лучше расскажи об условиях проживания колабов, об их быте и самое главное, как у них развита медицина? Всё равно до Стабника ещё часа два трястись…

И Невменяемый стал сосредотачиваться на воспоминаниях. Ему было, что вспомнить из своего общения с колабами и из своих приключений в Ледонии.

Глава седьмая

ВНЕЗАПНЫЙ УДАР

Стабник, оказался городом гораздо большим, чем Утиное. И на дороге к нему ни единого заслона или разъезда путешественники не встретили. Ну и когда въехали внутрь, стало сразу понятно, что здесь и к чему: порядок поддерживали силы, верные императору. К тому же сразу выяснилось, что здесь ни верноприличники, ни другие ортодоксы даже не пытались затеять смуту или с помощью оружия захватить власть. Поэтому обе кареты и сопровождающие их всадники сразу отправились к дому местного Медиальта.

Гостей там приняли радушно, разместили очень удобно и комфортно и пригласили к позднему ужину. Хотя чуть ли не с первых слов хозяина дома стало понятно, что завтра с утра он никак не сможет присоединиться к коллегам в путешествии в столицу. В пристроенном снаружи к крепостной стене посёлке началась неприятная эпидемия, там ввели жёсткий карантин и лучший врач Стабника просто вынужден был там находиться с самого утра и до вечера. Но зато он всё время пытался предложить всех своих рабов, умеющих носить оружие и обещался вырвать у коменданта половину его воинов. По сути он оказался в том большинстве верных соратников, которому Ветеран ещё из Аллангарна разослал нужные, довольно пространные сообщения о грядущих изменениях в жизни империи.

Обеих служанок Ду-Грайта поместили в комнату рядом с ним, а вот обеих носительниц красных бомбонов, тоже поселили в одной комнатке. Правда, кроватей там оказалось две, класть женщин вместе, здесь было не принято. Зато весьма удобно оказалось, что нет стола. Из остальной мебели только две тумбочки, шкаф и один стул.

В суматохе приезда, Невменяемому удалось парочку раз остаться самому, что и требовалось в его тщательно продуманном плане. Ибо ходящая за ним по пятам Ягуша, с затуманенным взглядом, только и твердила просительно: «Дай вторую книжицу! Пожалуйста!» Первую она успела прочитать, вернее вызубрить в дороге, весьма ею впечатлилась, и теперь с вожделением и придыханием ждала ночного чтения. При этом она вела себя словно потерянный ребёнок, неадекватно реагировала на окружающую обстановку и даже плохо кушала.

Но тем не менее суть удивительной новости до неё дошла и в разыгрываемый спектакль она поверила. А началось всё с того, что Кремон, ещё будучи в обличье конклатерры, ворвался в столовую, где уже почти никого не осталось, возбуждённо стал восклицать:

- Ура! Ура! Мой любимый тут неподалёку! Какое счастье! – после чего мягко, но настойчиво подхватил девушку под локоток и повёл в выделенную им комнату.

Ягуша была страшно удивлена и шокирована:

- Что за любимый? Откуда? Ты мне ничего не говорила!

- Не хотела вспугнуть своё счастье! Да и самой не верилось, что мой милый успеет добраться в Стабник именно к этому вечеру. Поэтому кратко тебе о нём рассказываю: он Эль-Митолан, удивительный добряк и отличный воин. Мало того, по древним легендам – он является одним из принцев существовавшего здесь в древности человеческого королевства. И если бы не его старший брат, имел бы все шансы стать королём. И я сейчас отправлюсь к нему на свидание…

Тут уже красавица не выдержала, и у неё вырвались слова сомнения:

- Не может быть! Ты выдумываешь?! Какие принцы?! Какое королевство?!

- Не верящая, ты вон и в наличии книг сомневалась и что теперь? Так что поверь мне и помоги. Всё остальное я тебе расскажу позже. Мы ведь с тобой подруги? – спрашивалось с напором и очень строго. – Значит должна помочь!

- Чем? – в растерянности лепетала девушка.

- Ну я ведь тебе сказала, о старшем брате своего любимого! А он очень властный и надменный. Не могу понять кто он, колдун или нет, это держится в страшном секрете, но младшим братом он помыкает как хочет. Даже запрещает ему встречаться со мной. А им запрещено далеко удаляться друг от друга, поэтому они всегда и везде путешествуют вместе. Как следствие, у нас с любимым только одна возможность для встречи: чем-нибудь отвлечь старшего принца. Вот мы договорились, что они сейчас придут сюда, а старшенького я отправлю к тебе. Он тоже любит незабвенно подобные чтения, поэтому вы тут вместе посидите и ты постарайся его отвлечь. Главное, чтобы он не вздумал идти на поиски своего младшего брата. А мы тем временем тут недалеко…, это…, ну ты сама понимаешь!..

- Не понимаю! Как они сюда прошли? Кто их пропустил?

- Ну, подруга! Уж тебе ли не знать, что мы конклатерры всё что угодно провернём в доме, где являемся истинными хозяйками!

- А-а-а…, - с пониманием стала тянуть Ягуша, но возможностей задавать ей вопросы Кремон больше не дал:

- Всё! Я убегаю! Сейчас старший принц заявится к тебе с большой книгой, якобы на обмен, но новая книжица для чтения будет лежать внутри. Незаметно её вынешь, и приступите к чтениям! Заодно и познакомитесь, ты ведь как раз о таком принце мечтала. Не подведи меня! Придержи его как можно подольше!

И уже выскакивая в дверь, услышал вопрос в спину:

- Как его хоть зовут?

- Кремон! – бросил через плечо, закрыл дверь, и в азарте от предстоящего действа дал круг по внутренним коридорам дома. Отыскал первую попавшуюся книгу, всунул внутрь тонкую книжицу с очередной сказкой и снял с себя иллюзию женщины. От меча и лишнего оружия он избавился заранее, поэтому вскоре уже стучался в выделенную ему для ночлега комнату. Ягуша раскрыла дверь немного бледная, явно растерянная и с круглыми от удивления глазами. Она никак не могла поверить в происходящее, поэтому мужчина постарался взять инициативу в свои руки:

- Тебя зовут Ягуша? Рад познакомиться! Меня зовут Кремон! – после чего довольно ловко подхватил кисть дамы и поцеловал её ручку в лучшем классическом стиле царства Галирем. В империи сентегов такие знаки внимания были не приняты между людьми, но в прочитанной книжице об этом упоминалось несколько раз. Наверное, по этой причине молодая колдунья даже покраснела от растерянности и удовольствия.

Но некий жест, приглашающий войти, всё-таки сделала. Что заставило Невменяемого вздохнуть с облегчением: начни он её подталкивать или нагло вламываться в комнату, спектакль мог бы и не удастся. А так он вошёл, деловито осмотрел комнату и буркнул:

- Освещения не хватает для нормального чтения… Но ты ведь сделаешь светляк? Ах да! Вот книга, которую дала Риона тебе для обмена. А где же твоя сказка о Рихарде Огромном?

Красавица вспомнила, как её тут недавно инструктировала коллега, подхватила книгу, бросилась с ней к шкафу и, прикрываясь дверцей, достала вожделенный раритет. После чего вернулась к гостю со словами:

- Вот… Только она не совсем так называется… «Тайны королевского двора Рихарда Огромного»…

Кремон к тому времени занял единственный стул, поставив его между кроватями так, что девушке в любом случае пришлось бы усаживаться на одну из них. Ведь не садиться же ей на тумбочку!

- Неважно! Главное – сама история! А чтобы мы не толкались и не рвали книжку друг у друга из рук, будем читать вслух, по очереди. Начну я или ты?

Выпускать раритет из рук Ягуше не хотелось, поэтому она быстро согласилась:

- Хорошо, начну я! – с некоторым сомнением уселась на кровать и попыталась магическим взором рассмотреть только что явившегося к ней мужчину. А тот и в самом деле выглядел несколько странно в плане причастности к Эль-Митоланам. Массу оберегов и артефактов у себя в одежде он нисколько не скрывал, а вот есть ли у него магические силы, понять не удавалось. Зато в остальном он вёл себя совершенно не так, как все остальные мужчины. И самое главное, он проскакивал по конклатерре совершенно равнодушным, даже скорей незаинтересованным взглядом. Скорей он больше и с явным вожделением посматривал на книжицу в руках, чем на несравненную, привыкшую к всеобщему обожанию девушку. Это было непривычно, ново, и даже чуточку обидно.

Кремон же на самом деле тратил колоссальные усилия, чтобы не опростоволоситься в роли пресыщенного и равнодушного принца. Для укрощения своих желаний, он старался любоваться только руками девушки. Да и ворчливость в его голосе получалась не слишком убедительная:

- Так и будешь меня рассматривать до утра, или мы всё-таки займёмся чтением?

Неуверенность в его голосе была принята девушкой за недовольство, и она мысленно даже возмутилась. Впервые в её жизни, какой-то мужчина не поддался на её красоту, не пал сражённый её очарованием, и даже осмеливается ей грубить своими указаниями! А ведь как хорошо начал во время знакомства, ручку поцеловал…

Она шевельнула ладонями и вспомнила, что в них держит. Тут же проснувшийся интерес к книге вытеснил из сознания обиду и непонимание. Предвкушающе вздохнула, раскрыла первую страницу и приступила к чтению.

И понятное дело, что сразу окунулась всеми чувствами в простенькую, по сути своей сказочку. В ней не столько раскрывались некие тайны двора, как под видом описания любовной интрижки наследного принца, рассказывалось о главных правилах поведения среди знати и о некоторых новых отношениях в среде придворных. Именно то, что и следовало показать о людях обитателям империи сентегов. И самое главное – это умения уживаться, общаться и даже дружить с представителями иных видов разумных. В данной сказке, наследному принцу в его любовных приключениях помогало три друга: болар, вьюдораш и таги. И только благодаря им, любовная, полная романтизма история получила своё логическое завершение.

Естественно, сам автор сказки, отлично знал, что в этой истории и как заканчивается. Ведал о пиках наивысшего напряжения сюжета. Поэтому в определённый момент уселся на кровать рядом с девушкой, напомнил о своей очереди, забирая сказку, и сам продолжил чтение. А когда в финале книги уста влюблённых сомкнулись в поцелуе, самонадеянно воспользовался этим же. Отложил книжку в сторону, повернул к себе одухотворённое личико красавицы и со стоном впился в подставленные губки своими губами.

Молодая конклатерра вначале отвечала довольно страстно, хоть и на диво неумело. Но потом до её сознания всё-таки дошла вся суть происходящего и она не просто вывернулась из под сильного мужчины, а ещё и на ноги умудрилась вскочить. Замерев возле кровати, она попыталась что-то пробормотать, но Невменяемый решил и дальше форсировать событий. Вскочив на ноги, он опять прижал девушку к себе, и зашептал:

- Как сладок поцелуй, разбавленный цветочным мёдом! И взор прекрасен твой, как лик луны…

И опять повторил продолжительный и страстный поцелуй. Правда при этом краем сознания обратил внимание, как постепенно, но всё более явственно напрягается каждая мускула на теле красавицы. Но хуже всего, что в момент лишающего разума поцелуя, он забыл что у него в объятиях – Эль-Митолана.И рассвирепевшая колдунья сама об этом напомнила: резко попыталась оттолкнуть руками грудь мужчины от себя, прогибаясь при этом назад. А потом, непосредственно с её ресниц сорвалась синяя, парализующая молния средней силы и ударила Кремона прямо в лоб.

При такой вот диспозиции нанесения магического удара, как правило, никакие обереги или артефакты защитить не могли. Ведь в остальном, в районе пояса, контакт тел оставался довольно плотным. Что могло привести только к одному: обычный человек провалялся бы без сознания от десяти часов до полных суток, а колдун пролежал бы в отключенном состоянии не менее двух часов.

В случае с Невменяемым, и благодаря его уникальным свойствам организма, потери сознания не произошло. Энергия удара пронзила всё тело и ушла через ноги вниз. Другой вопрос, что внизу не было нормального грунта, как такового, а только деревянный пол. А это не совсем способствовало нормальному заземлению. Досталось внутренностям неимоверно! Кремон вздрогнул, отшатнулся назад, выпуская девушку, и ошарашено мотая головой. Лоб болел непереносимо, вместо мозгов в черепе, словно песка с ватой намешали, а желудок скрутило, словно после порции толчёного стекла.

- Ты чего…? – только и сумел из себя выдавить незадачливый ухажёр.

- А ты чего?! – наливаясь бешенством, переспросила Ягуша, отступая ещё на два шага и готовясь добавить второй молнией, ещё с большей силой.

Но тут же замерла, округлившимися глазами уставившись на то место, где прежде стоял целовавший её мужчина: там чернело обугленное, круглое пространство и поднимался сизый дымок.

Лживый принц тоже туда уставился и ос вздохом пробормотал:

- Ну вот, чуть дом не сожгла… А я думал ты романтическая и прекрасная! Думал, ты сказки любишь…

Рассуждать и спорить на эту тему колдунья не стала. Просто ещё отступила на два шага к самой стене, между кроватью и шкафом и указала рукой на дверь:

- Уходи!

Может Невменяемый ещё и попытался бы как-то разговорить красавицу, а то и убедительными словами продолжить такое приятное знакомство, но голова болела жутко, и он чувствовал, как на лбу наливается здоровенная шишка. Желудок тоже кардинально настаивал на срочном посещении отхожего места. Ну и злоба, на ни в чём не повинную девушку тоже нарастала со скоростью снежной лавины. Так что вместо вожделения, вдруг появилось неожиданное желание хоть как-то, но отомстить красавице за своё фиаско прожжённого ловеласа. И кажется все эти желания были написаны на его лице и в его ауре. Потому что Ягуша не стала больше атаковать, а прикрылась всеми известными ей магическими щитами. И он без труда об этом догадался.

Вот тогда уже гостю ничего не оставалось, как в раздражении уйти, стараясь при этом не слишком хлопать дверью. Опять дав круг по внутренним коридорам дома, задействовав на себе иллюзию женщины, он вернулся в комнату для ночлега уже в ином обличье и с другим голосом. Вошёл без стука, не скрывая ни своего раздражения, ни своего премерзкого настроения. Молодая Эль-Митолана так и стояла на прежнем месте, разве что уже расслабившись, с поникшими плечами и со слезами на глазах. Но её «коллега» ни расспрашивать не стала, ни жалеть, а сразу набросилась с обвинениями:

- Ну и что?! Не могла его придержать возле себя ещё хотя бы четверть часа?! Неужели не понимаешь, как мне теперь будет трудно уснуть, после такого стресса? Тоже мне, подруга!..

- А…, что…? – от растерянности у девушки слёзы на некоторое время пропали.

- Как что?! Неужели не понимаешь, что старший принц помешал нашему интиму! Ни я не дошла до апогея нашего соития, ни мой любимый! И теперь что ему, что мне предстоит бессонная и нервная ночь.

- Но я не виновата…

- А кто виноват? Только и попросила: придержи его на должное время. Как настоящую, всё понимающую женщину попросила! А ты?... Эх!..

Иллюзии Медиальты могли создавать уникальные: сброшенные на изголовье куртка и брюки никоим образом не отличались от женских одеяний. А мнимая Риона, с ворчанием улеглась на кровати, накрылась одеялом с головой и в приказном тоне распорядилась:

- Гаси трего! Я хочу спать!

Заснуть удалось, только приложив к щеке сонный амулет, настолько болела голова, пульсировала шишка на лбу, и крутило в желудке. Да и сон был неспокойный: соседка по комнате слишком часто покидала спаленку в течении ночи.

«Чего ей неймётся? – лениво думал Кремон в тумане сна. - Романтики хочется? Ха! Тоже мне…, метательница молний! Ладно, утром будем разбираться и думать, что делать дальше…»

Глава восьмая

ПРОСЧЁТ

Уже за окном брезжил рассвет, когда энормианин просунулся и стал прислушиваться к доносящимся звукам. Сравнительно тихо, однозначно - спокойно. Расслабленный организм, отдавался остаточной болью, и пугать его предстоящей утренней разминкой не стоило даже мысленно. Потом стянул тоненькое одеяло с головы и осмотрелся: девушка спала к нему спиной и свернувшись в позе зародыша.

«Да…, что-то у нас вчера не заладилось… Неужели это моя вина? Может и так, но в любом случае бить в упор молнией – это уже чересчур! Она меня сдуру и убить могла! И за что?! Пусть даже ей поцелуй не понравился, пусть она испугалась, или ещё что ей там в голову взбрело, но ведь по такому поводу применять свои магические силы – моветон. Этак у неё, вообще никогда детей не будет. Сама ведь мне признавалась, что только и ждёт мужчину решительного и настойчивого. Получается – соврала… И удивительно, как она тех мужиков в замке не поубивала ещё… Или таки убила парочку? И теперь остальные только и могут преданно, словно маленькие шейтары в глаза заглядывать?»

Распалив опять свою вчерашнюю раздражительность, Невменяемый встал и оделся. При этом он совершенно не деликатничал, стараясь вести себя тихо или не скрипеть кроватью. Шишка на лбу продолжала болеть, и что весьма странно, не спешила уменьшаться. Удар молнией в упор, оказался не под силу умениям организма быстро заживлять подобные недоразумения.

Подался вначале к умывальнику, где помылся и долго прикладывал холодное полотенце ко лбу. Лечение явно запоздало, зато принесло некоторое облегчение исстрадавшейся головушке. А когда вернулся в спальню, то обратил внимание на прежнее положение девушки и неожиданно заволновался. Подошёл и потрогал аккуратно за плечико, прикрытое одеялом:

- Эй, Ягуша! Проснись, уже пора идти на завтрак…, - недовольное мычание в ответ понял правильно и стал извиняться: - Прости, я вчера погорячилась…, накричала на тебя…, совсем ничего не соображала и вела себя как последняя…, ну, как совсем злобная тётка. Не держи на меня зла…

Девушка нехотя откинулась на спину, открывая взору своё бледное личико и с тяжёлым вздохом призналась:

- У меня жуткое расстройство желудка…, всю ночь бегала. Еле к утру сама себя подлечила…

«Ох! Это я ночью нечаянно её своим Признаком ударил! – мысленно возопил ещё не излечившийся колдун. – Стоп! Главное задавить в себе жалость!» - и вслух спросил

- Наверняка это у тебя из-за ужина? Ведь это не вина старшего брата? Или он умеет колдовать?

- Вряд ли…, - она опять вздохнула, начиная оправдываться: - Нет, Риона. Это я сама виновата… Опустилась до такого… Не удержалась… Чуть принца не убила!.. – глаза ей стали оживать, загораясь интересом: - До сих пор не могу поверить во всё, что произошло вчера. Он и в самом деле принц?

- Да какая теперь уже разница, - грустно отвечал Кремон женским голосом, а сам не в силах отвести взгляд от полуоткрытой одеялом груди. – Хуже всего, что он нам помешал…, да и сам выглядел жутко пострадавшим и расстроенным… Что у вас тут не заладилось?

- Не знаю…, - нехотя стала признаваться красавица. – Что-то на меня словно нашло, он меня поцеловал, и я его молнией… Ох! – она вспомнила, резко уселась на кровати и указала рукой на обугленное пятно в полу. – И вот что получилось! Кошмар какой-то!.. А ведь должен был упасть без сознания.

По пояс она оказалась совершенно голой, и Кремон, еле сглатывая слюну, с трудом прижимая к себе тянущиеся куда-то руки, пробормотал:

- Так ты его хотела поиметь бессознательного?

- Какая ты глупая, Риона! Я просто испугалась, что он сейчас меня поимеет прямо здесь как последнюю кухарку…

- А-а-а…! То есть он тебе совершенно не понравился?

- Ну как сказать, вроде понравился… - Ягуша совершенно не обращала внимания на взгляд, каким сидящая на её кровати женщина поедала её тело. Сама она неотрывно смотрела на пол с чёрным пятном и бормотала себе под нос: - Но такого ведь не бывает…, и по всем признакам он никак не колдун… Почему же доски обуглились?..

И в следующий момент, словно змея выскользнула из-под одеяла и в одних трусиках подошла к обугленному участку досок. Затем стала рядом на колени, наклонилась и стала всматриваться и внюхиваться в пятно всеми своими магическими умениями:

- Что за напасть?.. Что за чудо?.. Спросит что ли у Медиальта?..

Тогда как оставшийся сидеть на кровати Невменяемый чуть не грыз кулаки от открывающегося ему вида и еле сдерживался, чтобы не завыть, словно раненый валель. Настолько эротичной, желанной и прелестной в тот момент казалась ему практически обнажённая красавица. Мало того, он вдруг ощутил, что отказавшиеся ему повиноваться ноги, подняли его тело с кровати, и сделали первый шаг в сторону изящно прогнувшейся на полу Эль-Митоланы. А рука сама нащупала артефакт, снимающий с него иллюзию женщины.

И тут раздался громкий, требовательный стук в дверь. А за ним, без всякой паузы голос Ду-Грайта:

- Чем вы там занимаетесь?! Давно пора на завтрак! И мне нужна палшита, захвати её с собой! Слышишь, Ягуша?

- Да тэш, слышу! Уже иду! И уже несу!..

Конклатерра заметалась по комнате как ураган, облачаясь в свои дорожные одежды и шёпотом стеная над своей печальной долей:

- Ужас! Ужас! Что мне теперь делать?!.. Вот как чувствовала, что палшита ему понадобится! Как чувствовала!..

А скорбно кивающий головой Кремон уже обо всём догадался и лихорадочно продумывал свой следующий ход. Вчерашний спор между Медиальтами, выиграли его опекуны, и наверняка уже поведали своему коллеге, что его матрона успела за пару невзрачных сказок отдать всё, что у неё было. В том числе и некий мелкий, но всегда нужный её хозяину в дороге артефакт. Назывался он палшита, состоял из толстого обруча и двух подставок. Обруч надевался на голову сентега, подставки упирались в шею, затем задавался нужный параметр настройки и делался сброс энергии на головные перья. И там магическим способом пёрышки укладывались в ту или иную причёску. Мало того, когда вчера при продаже палшиты велась реклама этого артефакта, то Ягуша с жаром утверждала, что и женщины могут пользоваться этим магическим устройством Древних. Только и надо будет сделать небольшую перенастройку.

По большому счёту вроде ничего страшного не случилось, но Ду-Грайт очень щепетильно относился к своим пёрышкам на голове и уже заранее наверняка придумал какое-то наказание для своей матроны. Вот она и впала в панику: ведь купить второй такой экземпляр сходу, да в чужом городе будет довольно сложно. А они ещё и находятся по пути в столицу! Поневоле проклянёшь необузданное увлечение сказками.

Ну и понятно, что замерший на месте Кремон, дождался своего звёздного часа: мечущая девушка подбежала к нему, умильно сложила ладошки на груди и слёзно взмолилась:

- Рионушка! Выручай! Как подругу умоляю! Продай мне палшиту обратно!.. Или одолжи!.. Хоть на несколько дней!..

- Ну да! Как выручать, так подруга? А как придержать старшего принца возле себя, так не захотела? Даже бедного парня молнией ударила за невинный поцелуй!

- Каюсь! Нечаянно! Затмение на разум нашло! – лепетала девушка, преданно заглядывая в глаза лживой иллюзии. – Что угодно для тебя сделаю! Всё что ни попросишь!

- Всё? Без исключений? – тон Рионы был весьма злорадным.

- Да! Торжественно клянусь!

- Ладно, тогда у тебя есть шанс исправиться…, - Невменяемый сделал вид что задумался. – Во время следующего ночлега, ты должна сделать всё, чтобы я смогла насладиться своим любимым. Поэтому будешь сдерживать старшего принца в своей спальне, пока я не подам тебе определённый знак… Ну? Что это у тебя с глазами?..

Ягуша и в самом деле выглядела ошарашенной и даже не сразу смогла собрать разбегающиеся мысли воедино:

- Как это?.. Они…, что ли, рядом?.. Ещё не уехал?.. Не уехали?!

- Ну естественно! Они же – принцы! И они могут что угодно. В том числе и тайно путешествовать везде, где им заблагорассудится. Конечно, без помощи конклатерр они обойтись не могут, но так как у нас любовь, то я со своим стараюсь встречаться как можно чаще. Но брат вечно мешает, и на нашем следующем месте постоя ты его будешь обязана придержать возле себя! Понятно!

- А…, как придержать?..

- Что ты как маленькая! Да хоть поцелуями придержи! И то, мне придётся неизвестно, как теперь хитрить, чтобы он согласился прийти к тебе на повторные чтения. Теперь будешь ему читать ту книжицу, которую прочитала в дороге.

Вот тут уже слёзы полились из глаз девушки ручьями:

- Но я ещё ни с кем не целовалась…, кроме него…!

- Ха! Давно пора научиться! Тем более что он тебе понравился. Уверена, что и ты ему – тоже. Так что, договорились?

Девушке явно было некуда деваться, и она грустно кивнула. Тотчас коварная «подруга» бросилась к вещам, достала требуемый артефакти сунула в руки коллеги:

- Бежим на завтрак, потом договоримся об остальном.

К общему столу конклатерры опоздали, зато принесённая палшита заставила скривиться Ду-Грайта и нервно защёлкать клювами Ветерана с Хооз-Дером. Медиальты сразу догадались, что сговор успел состояться, и прикрывающийся личиной мужчина и дальше продолжает бессовестно обманывать доверчивую девушку. Хорошо, что они могли легко просматривать любое существо своими магическими умениями, потому что быстро успокоились, да ещё и стали насмехаться над человеком:

- Риона, что ты так плохо выглядишь?

- Не выспалась, что ли?

- Может, кто помешал?

Невменяемый уже догадался, что мэтры врачевания, наверняка опять на что-то поспорили. Припомнились и вчерашние намёки покровителей, что девушка совершенно чиста и невинно, а значит, она может вообще до сих пор оставаться девственницей. Такое в голове с трудом укладывалось, в связи со специфичностью обряда Воспламенения Крови, но мало ли как тут происходит подобное? Да ещё и под присмотром Медиальтов? Им ведь большого труда не составит любого человека наизнанку вывернуть и ходить заставить. По крайней мере, они сами так пару раз хвастались во всеуслышание.

Поэтому северянин на эти вопросы покровителей промолчал вначале, но видя умоляющий взгляд Ягуши, решил её прикрыть, не рассказывать про ночные хождения:

- С моими амулетами сна, мне никто не помешает. Ну а не выспалась по вполне прозаичной, прозаической причине: не было под боком близкого и любимого мужчины. А мы ведь, люди, до любви и ласк особо пылкие да охочие! Не сравнить с сентегами, холодными да равнодушными.

Старшие Медиальты на такую подначку не подались, зато самый молодой принялся с жаром доказывать ошибочность такого мнения. Причём он сам чуть не проговорился, начав в один из моментов обращаться к конклатерре так, словно та за столом гость, да и вообще невесть что из себя представляет. Пришлось вмешиваться Ветерану и осаживать Хооз-Дера:

- Что-то ты, ученик, совсем нить своих доказательств потерял. Пора в путь!

Через пять минут уже выехали, а чуть позже уже двигались по Зелёному, одному из самых лучших трактов империи в столицу. Причём быстро двигались, стараясь делать в пути только самые вынужденные остановки, большинство из которых были вызваны заслонами. К приказу императора сентеги отнеслись более чем добросовестно, по крайней мере, ни о каком передвижении войск к Центру не могло быть и речи. Даже будь Порушники в своей традиционной форме, их бы наверное тоже не пропустили. А вот личную охрану, да ещё и таких личностей как Медиальты, пропускали без всяких дополнительных опросов или проверки карет. Служанок словно не видели, а от носительниц красных бомбонов, сами отводили взгляды.

Правда уже ближе к вечеру, после одного из заслонов, полковник Кулри-Заг поравнялся с дверцей кареты и предупредил:

- Видел нескольких знакомых в числе оставленного сзади ополчения, старался держать малую иллюзию на себе, но есть шанс, чтои меня могли опознать.

- А кто такие? Верные императору?

- Вот потому и говорю, что сам в них сомневаюсь… Всегда были странными и скользкими, даже удивился, что это они на тракте делают?

После короткого совещания, решили продолжать движение в прежнем темпе и вместо назначенного под место ночлега города, проехать до следующего. Поэтому коснулись ногами и лапами земли только за полночь, сильно вымотанные и страшно изголодавшиеся. Опять стали на постой у тамошнего Медиальта, хоть их там и не ждали совершенно. Правда ужин сообразили в десять минут, во время которых развели гостей по комнатам, определяя на постой. Конклатерры опять оказались вместе в одной комнате, и Ягуша не могла скрыть своей радости, хотя и говорила с сочувствием:

- Жаль, что ты сегодня не сможешь встретиться с любимым этой ночью… Но ты не расстраивайся, Рионушка, в следующий раз наверстаете!

А Невменяемый сидел на кровати, с ехидством посматривал на девушку и спешно решал что делать. Сказать ей сразу, что «любимый» уже здесь поджидает, а его братец давно готов к ночным чтениям, или вначале поужинать? Всё-таки подобный сюрприз будет воспринят на полный желудок более стоически и с должным смирением. Но ведь и настроение должное надо создать заранее:

- О! Ты не знаешь, как меня мой принц любит! Поэтому не удивлюсь, если он с наследником престола уже здесь…

- Но это невозможно! – заволновалась девушка. – Нас никто не обгонял!

- Они могли въехать в усадьбу сразу по нашим следам, а нужное сообщение через слуг я сразу успела отправить нашей местной коллеге. Так что вполне возможно, принцы уже устраиваются в соседней комнате…

Ягуша стала метаться то к окну, то к двери, то к стенам, пытаясь просмотреть их насквозь. И явно при этом распереживалась:

- Как же я посмотрю ему в глаза? – бормотала она. – После удара молнией…?

Потирая непроизвольно, так и не сошедшую шишку, Кремон насмешливо фыркнул:

- Не расстраивайся, он добрый и не мстительный. К тому же очень любит сказки… Всё, хватит метаться! Идём ужинать!

В столовой он продолжил играть спектакль, демонстративно что-то шепнув на ухо тем нескольким рабам, которые проживали в данной усадьбе. А за тем наблюдая за краснеющей девушкой, которая со вздрагиванием всматривалась в лица людей, когда те входили в столовую с блюдами или с горячими напитками.

«Вот будет удовольствие с ней пообщаться, когда она меня опять увидит во всей красе! – радовался коварный соблазнитель. – Ещё бы заставить её полечить шишку на лбу, а то покровители и пером не пошевелили по этому вопросу… Да-а! Сегодня я на ней отыграюсь!..»

Но не все, даже тщательно продуманные планы сбываются. Три Медиальта поужинали быстрей всех, и с местным коллегой уединились в соседней комнате. Но не успел ещё гость империи насытиться как следует, как минут через десять явился Хооз-Дер, и предупредил в первую очередь матрон:

- Обстоятельства меняются. Выезжаем за полтора часа до рассвета. Похасов нам успеют заменить. То есть, спать вам даже пяти часов не придётся! – при этом он уловил недовольство Кремона и виновато развёл руками: - Ничего не поделаешь. Но если не спится, я не возражаю. Отоспитесь потом в пути.

И ушёл. Несколько воспрянувшая духом Ягуша, тоже сразу поспешила в выделенную спаленку. Потом умчались обе служанки, и только после этого любящий солидно перекусить мужчина набросился на оставшиеся на столе блюда. На раскрывших от удивления рты рабов, он постарался внимания не обращать. Только и буркнул:

- Что, не видели крупную женщину? К тому же двое суток не евшую?..

Но когда пресыщенный энормианин добрался всё в ту же спаленку, в мозгу ворочались только ленивые мысли:

«Да ладно, можно и отложить развлечение на одну ночь!.. Тем более что и красавица уже лежит как мышка, делает вид что заснула… Хм! Четыре часа для удобного сна – тоже дело… Вдруг силёнки завтра понадобятся?..»

Прилёг…, да так и уснул без применения амулета сна.

Глава 2

Глава девятая

ОКРАИНЫ ЦЕНТРА

Утром и в самом деле всех побудили, как и оговаривалось. И за полтора часа до рассвета, наскоро позавтракав и прихватив в дорогу корзины с едой, поспешили в путь. Свежие похасы, несли всадников и тянули кареты довольно бодро, а стоящим в заслонам горожанам, Медиальты с ходу твердили, что спешат к опасно заболевшим пациентам. Желающих оспорить это утверждение пока не находилось, тем более по всеобщему мнению лучшие врачи считались личностями не опускающимися до низменной политики.

В течении дня маленький караван тоже двигался так, словно за ним гнались, да в принципе где-то так оно и было. Потому что лишь через несколько часов после отъезда, во время короткой остановки в лесу, Ветеран дал пояснения человеку о причине и раннего выезда и излишней поспешности в дороге:

- На восток от Утиного, на Сиреневом тракте, банда неизвестных напала на небольшой отряд тамошнего Медиальта, и убила его вместе с сопровождающей охраной и попутчиками. Как они так сумели убить нашего коллегу, ума не приложу, может он задремал в пути, может среди нападающих имелся обличённый его доверием помощник и предал… Загадка! Но! Ведь мы именно в ту сторону как бы ненавязчиво, случайно отправили возможных преследователей. То есть враги не знают конкретно кто, что и как, но некоторые соображения у них имеются. Как и подозрения, что арестант остался живой и с одним из нас продолжает путь в столицу. Вот потому мы и хотим оторваться как можно дальше, делая некий отрыв по времени.

Неприятно. Что неприятнее всего, сам Невменяемый находился в качестве пускай и ценного, но груза и ничего конкретного своим покровителям в плане безопасности подсказать не мог. Уж если для них возникли сложности, то он тем более не разберётся в хитросплетениях местных отношений.

Так что оставалось лишь хорошенько выспаться в дороге, подготавливаясь к предстоящему ночлегу, что следует выспросить у Ягуши, да время от времени читать, проводить взаимные лекции с парой своих покровителей. То они ему рассказывали о правилах поведения в Полюсе, то он им наговаривал самые важные факты о большом мире. А почему время от времени, да потому что при таком напряжённом графике движения, возникли определённые трудности во время кратких остановок. Причём трудности основывались на различии полов у людей. Потому что есть некие правила приличия, через которые Кремон не смог перешагнуть даже под иллюзией женщины.

В первый раз он просто не смог, и пришлось терпеть ещё какое-то время. Но и второй раз красавица бесцеремонно отправилась с «подругой» в кустики. Она-то ничего не подозревала и никакого стеснения не испытывала. А вот он!.. Опять неудача вышла!

Хорошо, что покровители видели любого человека насквозь и сразу сообразили, в чём дело. Вот потому и ехали, тыкая злящуюся конклатерру, то в карету с её хозяином, то в карету с загримированным под женщину Невменяемым. Но недовольной осталась только она одна, всем остальным было удобно вести беседы на разные темы, не перекрывая внутреннее небольшое пространство пологом неслышимости. При этом свои яркие кепи с бомбонами обеим матронам приходилось снимать, а то и менять довольно часто. Да и в карете они ехали с непокрытыми головами, опуская кепи в закрывающееся пространство капюшона. Меняли свои яркие шарфы и даже цвет карет сентеги. Делалось это ещё и с целю сбить со следа возможных наблюдателей

После обеда, проведённого прямо на ходу, города стали встречаться всё чаще. Заслоны стали громоздиться всё массивнее и воины в них отличались всё более агрессивным поведением. Начались околицы Центра. И это сразу сказалось на составе населения: здесь уже численность сентегов и людей соотносилась как два к одному, и увидеть сентега крестьянина или ремесленника стало вполне обычным делом. А если учесть, что порой на одно семейство имелась вообще одна рабыня, да и та конклатерра, помыкавшая всеми и распоряжающаяся в хозяйстве, то возникал справедливый вопрос: а кто тут у кого в рабстве?

Что большие, что малые города старались не посещать, так и двигаясь мимо по тракту без остановок. Заехали только два раза в небольшие посёлки по пути, где в одном из поместий долго поили водой похасов, а во втором состоялась встреча ещё с шестью Медиальтами. Встреча короткая, в одном из внутренних помещений, на которой говорил только Ветеран, а его коллеги слушали да пялились на сбросившего иллюзию Кремона. Потом все шестеро сразу же разъехались по иным направлениям. Сведения от них тоже поступили, причём не совсем приятного толка.

По непроверенным данным, верноприличникам и их подельникам удалось захватить несколько городов в свои руки, ликвидировав там власть императора и его сторонников. Они никого из захваченных городов не выпускали, так что точно установить очаги концентрации мятежников было довольно сложно. Да и продолжающий действовать приказ о запрете передвижения по дорогам, не способствовал нахождению этих очагов и выжиганию воцарившегося там мятежа. Ну и дали некоторые предположительные ориентиры на возможные неприятельские заслоны в пути.

Про события в самой столице только и было сказано, что столкновения с мятежниками там продолжаются до сих пор.

Ду-Грайт выдвинул идею, сместиться ещё раз на запад до следующего тракта, ведущего в центр, и двигаться по нему. Но Ветеран отверг такое предложение:

- Если уж о нас сообщили конкретно, то в любом случае и на том тракте устроят засады. А тут, если мы продолжим двигаться с той же внушительной скоростью, то уже завтра к ночи прорвёмся в столицу. Там мы будем в большей безопасности, да и цель окажется совсем рядом.

Вот потому и тронулись дальше, не щадя похасов. А ночёвку решили сделать уже около полуночи, оставив позади себя сразу два города, на которые падали косвенные подозрения в захвате их мятежниками. Наибольшую неуверенность вызывал один из самых больших центров по производству булатного оружия. Поэтому его проезжали в приближающихся сумерках с наибольшей настороженностью и во всеоружии.

Кареты останавливали там аж три раза, вели себя бойцы заслонов и в самом деле очень неприязненно, хамовато и осмеливались даже с некоторым ехидством задавать вопросы Медиальтам, куда те едут и по каким таким причинам. Ещё и кареты осматривали такими взглядами, что чуть дырки в них не протёрли. В тот момент в каждой из карет сидело по служанке и по конклатерре, и командиры заслонов даже им задали по вопросу:

- Что, хозяева без тебя и шагу не могут ступить? – спросили у Невменяемого и тот женским голосом ответил более чем с издёвкой:

- Это мне сразу обоих пришлось с собой брать, тэш, потому что на дорогах невесть что делается.

А у Ягуши спросили:

- Даже в такие дни торговать не прекращаешь?

- Если мои коллеги попрячутся в подвалы, тэш, то вы завтра все от голода воевать прекратите.

Все сентеги как один, слышавшие этот ответ, скривились, и отвели взгляды в сторону. Правда она всегда глаза колет.

Но проскочив эти заслоны, путешественники вздохнули с явным облегчением. Оставалось проехать ещё маленький городок, а уже следующий будет местом ночлега и смены похасов. Ягуша опять пересела во вторую карету, и перешла на интимный шёпот с подружкой, по поводу принцев. Хотя начала издалека:

- Невероятно быстро едем. И уже так близко от столицы.

- Да…, это радует…

- Но я вижу, ты грустишь? Расстраиваешься, что опять не сможешь этой ночью встретиться с любимым?

И её чувства при этом очень сложно было понять. Вроде и сочувствовала, вроде и радовалась, а вроде искренне сожалела. Ну вот Кремон её от всей души и «порадовал»:

- Как раз по поводу встречи я не сомневаюсь. Мне тоскливо, оттого, что ночёвка наша будет слишком коротка…

- Не поняла!.. О какой встрече ты шепчешь?! Да тут мужчины – вообще редкость!

- Ха! Пока мы стояли у заслона, я видела, как двое мужчин-крестьян проскакали мимо, даже не останавливаясь. Так что они мчатся впереди!

- Не может быть…! – прошептала ошарашенная красавица.

- Ещё как может. Потому что мой любимый мне успел подать условный сигнал. А я ему: что ночевка во втором по пути городе. И почему это ты сомневаешься? Они ведь принцы! Они всё могут!

Но та мотала головой в явном недоверии:

- Нет подруга, это у тебя просто твоё страстное желание трансформировалось в навязчивые видения. Вот тебе и померещились какие-то крестьяне, да ещё и знаки подающие…

- Да? Померещились? – притворно разъярился Кремон. – А может ты, просто завидуешь мне? Или желаешь расторгнуть нашу договорённость? Признавайся!

- Да что ты, что ты! Какая может быть зависть. Я только рада твоей любви и сделаю всё возможное от меня, чтобы задержать старшего принца на чтении книги…

- И невозможное – тоже! – строго наставляла созданная прочной иллюзией Риона.

- Ну да…, я ведь пообещала…

Оставшийся путь красавица проделала в озабоченном и взволнованном состоянии, часто поглядывая в окошко и пытаясь присматривать ко всем малочисленным встречным и поперечным на тракте.

Город Селестия, в котором остановились на ночёвку, славился рыбопродуктами и многочисленными мостами. Потому как стоял на слиянии сразу трёх рек, которые соединялись в единую Гайду и дальше неслись практически на юг, проходя если уже не через географический полюс, то через Полюс, столицу империи, точно. Ещё Селестия славилась своими кораблестроителями. И именно до этого города доходили морские фрегаты, плавающие на противоположной стороне континента в Бархатном море.

Без сомнения, в таком крупном центре и Медиальтов оказалось сразу пятеро. И тот кто встречал путешественников, сразу предупредил коллег, что ещё и соседние съехались, и сейчас ожидают Ветерана с человеком в ином поместье, километрах в пяти отсюда. Там как раз находился большой частный госпиталь, так что любое собрание высших врачей будет казаться вполне обоснованным и правомочным.

Услыхавший это Кремон, тут же загрустил. Уж слишком он настроился на предстоящие ночные чтения. Но к его удивлению его покровители категорически возразили:

- Сами поедем. Хватит и наших слов. А лишний раз рисковать нашим гостем не стоит, пусть отдыхает. И кстати, что у вас тут с мятежниками?

- Да как ни странно, все куда-то успели сбежать или попрятаться, - объяснял хозяин дома. - А так как никаких убийств или бунта не было, то их не слишком-то искали. Но явно сволочи, где-то затаились

- Вот видишь! Тем более не стоит представителя с Севера лишний раз с места на место перевозить. Пусть даже он отлично замаскирован, - и уже обращаясь непосредственно к Невменяемому, Ветеран добавил: - Поужинаете и отсыпайтесь.

Ну тот и помчался обрадовано в выделенную ему и «коллеге» спальню. Обрадовал ещё проскакивая порог:

- Повезло! Наши принцы успели и уже здесь!

- Наши? – попыталась было возмущаться красавица, но настойчивый энормианин её и слушать не стал. Только отмахнулся:

- Перестань! Поэтому сразу после ужина, я спешу к своему, а твоего отправляю к тебе. Только не вздумай что-нибудь учудить, как в прошлый раз. Тогда я уже точно с ума сойду, и никто за меня не поручится…!

Это был первый случай в пути, когда Ягуша ела медленнее всех. Причём пыталась при этом делать вид, что кушает много и с аппетитом: набирала полную ложку, открывала энергично ротик, а потом пыталась положить набранную пищу обратно на тарелку. Но растянуть позднее пиршество ей не удалось. Медиальтов с ними за столом не было, те сразу укатили в поместье с госпиталем, а пара служанок убрались в свою комнату довольно быстро. Полковник Кулри-Заг, со своими Порушниками, вообще ели по сменам, сразу заступив на ночное дежурство и наблюдая отделённым сознанием за соседними улицами.

И тогда мнимая Риона зашипела:

- Подруга! Хватит ворошить на тарелке одно и тоже! Может показаться, что ты съела больше всех, но добавки так ни разу и не взяла. Марш в спальню и веди себя как хорошая девочка!

- А? Это как? – сделала последнюю попытку вывернуться конклатерра. - Закрыться на засов и никого не пускать?

Риона чуть от злости кулаками по столу не замолотила:

- Да ты надо мной издеваешься! На засов закроешься, когда придёт к тебе старший принц! А потом хорошие девочки целуются, милуются и …всё остальное! Главное чтобы без шума, без грома и молний и он оставался возле тебя! – и сама, первой выскочив из-за стола, вытянула оттуда и товарку: - Всё, всё! Побежали! Ножками, ножками!..

Заведя Ягушу в спаленку, удовлетворительно хмыкнула, и перед тем как удалиться, строго напомнила:

- Не подведи меня!

Не успела растерянная и ошарашенная девушка дойти до кровати и на неё присесть, как в дверь постучались, и, не дожидаясь разрешения, вошёл тот самый, хоть и совершенно не ожидаемый здесь мужчина. Сам закрыл дверь за собой на засов, сделав это естественно и небрежно, и подойдя к даме, опять весьма любезно поздоровался, поцеловал ручку и с озабоченным видом поинтересовался:

- Мне верится с трудом, но неужели у тебя и в самом деле есть ещё одна подобная книжица?

- Конечно есть! – девушка достала из-под подушки заготовленный экземпляр. – Но как ты с братом…

Она явно хотела поинтересоваться на тему: «Как успели? Как добрались?» Но принц с некоторым высокомерием её перебил:

- Это не столько брат сомневался, сколько я. Мне показалось, что эта хитрая Риона, только и мечтает спровадить меня куда подальше, лишь бы остаться с младшим принцем наедине. А ведь он такой молодой и доверчивый, совсем наивный и глупый. Еще влюбится без ума в эту девицу, так потом беды с ними не оберёшься. Сама ведь понимаешь, как тяжело бороться с влюблёнными.

Януша во все глаза рассматривала рассуждающего мужчину и не могла понять, к чему он ведёт. Но подружку всё-таки постаралась как-то обелить:

- Зря ты так. Риона очень добрая, честная и…

- Ха! Но совсем некрасивая! А супруга у принца должна быть самая, самая!..

- Но если они полюбят друг друга…

- Вот этого я и опасаюсь! Поэтому давай, быстренько прочитаем, и я пойду в нашу комнату! Читай!

Принц возмущался поведением брата так откровенно и с вдохновением, что даже ошарашенная Эль-Митолана смогла этому поверить. В душе она не сомневалась, что Кремон с первого момента начнёт к ней приставать, целоваться, ну и всё остальное, но уж никак не с увлечением слушать сказки. Правда она сама помнила своё страстное желание узнать как можно быстрее новые сказочные истории, но не до такой же степени можно игнорировать женщину! Тем более, без всякой лишней скромности, Ягуша себя считала стократно более красивой, чем её подружка-конклатерра. И уж такой как она, сама судьба должна была благоволить и помочь стать супругой если не короля, то уж принца точно.

Она замотала из-за подобных мыслей головой и даже выразила прорывающуюся обиду вопросом:

- С чего ты решил, что я чтица?!

- Ладно, давай книжицу, и я пойду к себе. Утром верну! – он протянул руку.

- Нет! Книжица моя! – испугалась девушка, вспомнив про уговор и свои клятвенные обещания. А ведь ещё следовало задерживать этого нахала до тех пор, пока Риона сама не подаст знак, что она насладилась своим любимым сполна.

- Ну тогда читай! – он беспардонно уселся на кровать рядом. – И так вон, сколько времени потеряли.

Посматривая на него недоверчиво и даже как-то разочаровано, красавица тяжело вздохнула, раскрыла детскую книжку и приступила к чтению. Причём она быстро сообразила, что чем медленнее и с выражением читает, чем большие делает паузы в нужных местах, тем имеет лучшую возможность потянуть время.

Но хоть и не первый раз читаемый текст, её всё равно увлёк своей романтичностью и необычностью. Поэтому щёки вскоре раскраснелись, глазки заблестели, а чувственные губки так и вздрагивали во время особо пикантных строк данного творения.

Автор внимал такой чтице с восторгом, стараясь при этом не шевельнуться, чтобы не сбить полонившее его очарование. Даже не сделал попыток в заранее задуманных местах сдвинуться к девушке и прервать чтение якобы спонтанным поцелуем.

Так что сказка оказалась прочитана до конца и только тогда он подхватил женскую ладошку, поцеловал её и восторженно прошептал:

- Как это было великолепно! Твой голосок – просто умопомрачителен! А ты - самая прекрасная девушка во вселенной!

Ну и дальнейшее его движение, как опытного и много знающего любовника выглядело более чем естественным: ловко подхватил красавицу на руки, усадил на колени и осыпал самыми страстными и горячими поцелуями, на которые только был способен. При этом, не забывая прерывистым шёпотом наговаривать самые приятные для женских ушек комплименты и панегирики.

И это всё вместе подействовало. Ягуша поплыла сознанием, прекратила непроизвольное сопротивление и расслабилась. А потом постепенно, вначале несмело и неумело стала отвечать на ласки и поцелуи. Её руки тоже приняли участие в объятиях и поглаживаниях, и охрипшим, томным голосом, раз за разом спрашивала:

- Так я тебе понравилась?..

- О! Моя принцесса! Ты самая прекрасная и самая обворожительная! – шепталось в ответ. – Ты просто не можешь не нравиться… Ты жизнь!.. Ты свет Занваля!.. Ты мой воздух, без которого мне отныне не прожить и дня!.. Ты…

Он уже стал добираться до женского тела, руки сами тянулись и поглаживали желанные, интимные места, тем самым распаляя партнёршу всё больше и больше. Но как раз в момент, когда Кремон попытался расстегнуть пуговицы на платье, Ягуша вдруг окаменела и резко отстранившись, уставилась в никуда. А потом, уже совсем иным голосом воскликнула:

- Беда! Хозяин требует, чтобы я немедленно поднимала на ноги Порушников, грузили Риону в карету и мчались к южному выезду из Селестии! Срочно! Иначе нас убьют!

Какой-то момент Кремона колотило от желания плюнуть на любые опасности и продолжит такие прекрасное и страстное действо. Но здравый смысл тут же вытеснил глупые мысли из головы, и он, так и не выпустив девушку из рук, выскочил с ней в коридор:

- Тревога! – и только после этого поставил красавицу на пол, командуя: - Ищи полковника! А я сейчас пришлю к карете Риону!

- А ты?! – понёсся ему испуганный писк в спину.

- За меня не переживай! Встретимся в Полюсе!

Ему ничего не стоило промчаться по нескольким коридорам, задействовать иллюзию подставной Рионы и выскочить в холл здания, чуть ли не сразу следом за Ягушей. Та уже успела рассказать полковнику послание своего хозяина, да и тот, рассмотрев замаскированного гостя, воскликнул и с облегчением, и с тревогой:

- Через три улицы в нашу сторону движется огромный отряд! Все пешие, так что мы успеем от них оторваться! В карету! …Обе!

Глава десятая

ЗАПЛЫВ

Фактически все личные вещи конклатерр так и остались брошены в спальне. Во время посадки в карету, Ягуша вроде заикнулась об этом, но командир Порушников так на неё каркнул, что она обиженно затихла и только со страхом оглядывалась то на оставшийся сзади дом, то на мелькающие по бокам ограды. Пара служанок, так хорошо ей знакомых, тоже остались в доме.

Ну и когда пересекли часть города, она всё-таки не выдержала, и обратилась к подруге с вопросом:

- А что будет с принцами?

- Да ничего с ними не случится, порубят любых нападающих в капусту и дальше спать лягут. Пусть только попробуют в дом сунуться!

Девушка с явным недоверием затихла, немного помялась, а потом выдала:

- А мы Кремоном целовались!.. А у вас как? Успели?

- Как же! Успеешь с такой жизнью! – оживилась мнимая Риона. – Мы вначале всегда долго и нежно целуемся, гладим друг друга, шепчем нежные слова… Это ведь принц, а не простые крестьяне! И только потом, начинаем медленно, очень осторожно раздеваться… Он мне только грудь успел обнажить, как слышим в коридоре крики и топот… Я чуть разрыв сердца не получила! Как оправиться успела – сама не пойму. Ну а тебе?.. – коварный соблазнитель, сам затаил дыхание, - Понравилось целоваться?..

Та застеснялась, продолжая мяться:

- Ну…, я ведь тебе говорила, что это у меня в первый раз… Так что я ещё сама не пойму… Но вроде как понравилось…

Дальше разговор на такую животрепещущую тему был прерван самым брутальным образом. Судя по грохоту копыт и стуку колёс, карета заехала на один из многочисленных городских мостов. Внизу шумело одно из самых быстроходных русел притока Гайды, но всё равно восклицания полковника слышались более чем отчётливо:

- Отряд перед нами! Поворачиваем… Стоп! Сзади ещё большая толпа! Вперёд! Только вперёд! На прорыв!

Тотчас приостановившаяся было карета, резко дёрнулась, ускоряясь, а там и звон скрестившегося оружия добавился в рёв и скрежет скоротечной схватки. Вспыхнули отблески молний и огненных шаров, загудели и бахнули разрывы. И судя по тому, что неприятель опять-таки обрушил основной удар магических сил именно на транспорт, он явно что-то разнюхал, удачно подсмотрел и верно сконцентрировал свои отряды на должном направлении. И если первые удары пламени карета и защищённые оберегами похасы выдержали, то последующие буквально ослепили, взбесили животных, а само транспортное средство во время резкого разворота просто подбросило в воздух. В результате этого вся упряжь, уже не подчиняясь управлению кучера, выскочила на высоченный бордюр тротуара, проломила боковое каменное ограждение из столбиков и гранитных перил, и рухнула в воду.

Выпрыгнуть ещё на мосту, Кремон и не пытался. У него совершенно вылетело из головы, что рядом с ним Эль-Митолана, которая сама может за себя постоять и оградить своё тело от повреждений. Он попытался и сам удержаться, и Ягушу придержать. И только когда понял что карета уже в свободном полёте, одним ударом ноги выбил мешающую дверь с петель. Хотел было и вторую успеть, но тут и произошел удар об воду. Причём довольно жесткий и неприятный. А быстрое течение ещё и перевернуло карету вверх колёсами. Сразу же похасы, из-за мешающий им упряжи захлебнулись и пошли на дно. А вот девушка наконец-то задействовало свои умения Эль-Митолана, не только сама спешно запасаясь воздухом для лёгких, но ещё успев крикнуть своей коллеге:

- Не дыши! Я тебя вытяну! И держись крепче!

То есть, оба человека, терпящих катастрофу прекрасно понимали: попробуй они сейчас выскочить в дверной проём, их может расплющить либо о дно, либо о торчащие подводные скалы. А в таком случае никакие обереги не выручат, и никакая магия не спасёт. Ну и за себя Невменяемый был более чем спокоен. В любом случае, его лёгкие выдержат под водой без добавочного вдоха четыре, а то и пять минут. За это время или крутящаяся в потоке воду упряжка стабилизируется в какой-нибудь выемке, или течение вообще вынесет уже непосредственно в громадную и спокойную Гайду, которая протекала по всем понятиям где-то рядом.

Опытнейший, физически крепкий воин выбрал самое лучшее место для закрепления теля: засунув ноги под одно сиденье, а голову под противоположное. Ещё одной рукой успел помочь всплыть рядом и своей попутчице. Хуже всего для Кремона оказалась полная темень. Даже глаза открывать не стоило, чтобы их не забило мутью и песком. Но зато он, хорошо чувствовал, что рядом точно в таком же положении крепко держится и девушка. То есть теперь всё зависело, насколько хватит у него воздуха.

А всю упряжь так и волокло по дну, ударяя о скалы. Наверное похасов оторвало раньше, потому как в какой-то момент вращение ускорилось. Затем карета резко дёрнулась и замерла, зацепившись на что-то. Упругое течение попыталось тут же вымыть людей наружу, но те всё не решались ему поддаться. И правильно сделали: резкий скрип, и вновь быстрое кувыркание. И в какой-т момент показалось, что так будет вечно.

В груди уже пекло нещадно огнём, перед мысленным взором замелькали кровяные круги, когда скорость течения явно замедлилась, вращение прекратилось, а резь и боль в ушах стали резко нарастать. То есть утопающих всё-таки вынесло в более глубоководную и спокойную Гайду, и теперь они опускались на дно. И тут же Кремон почувствовал, как женские ручки пытаются отодрать его мускулистые руки от стальных упоров под сиденьем. Ну понятно, обладающая магией видела и ориентировалась в данном потоке стократно лучше, поэтому приняла решение на выход. Тем более что и вторая дверь уже давно была выбита течением или скалами, а сама карета опускалась в скошенном набок состоянии.

Мужчина быстро отпустил спасительные крепления и, ухватившись за ногу своей подруги, последовал за ней словно на буксире вверх. Как он удержался от вдоха в воде, сам не мог сообразить. Открыл рот с рёвом уже над поверхностью, и только краем сознания услышал, что рёв и судорожное дыхание всё-таки принадлежат женщине. Получалось, что наложенная иллюзия продолжала действовать. Уникальные покровители и в этом не подвели. Ну и рука не подвела, жесткой хваткой удерживаясь за спасительную лодыжку.

Тогда как Ягуша, помогая себе левитацией, довольно быстро добралась до берега. Понимая, что вскоре может показаться погоня, беглецы выбрались на гранитную набережную, бегом её пересекли, и углубившись в первый же попавшийся проулок побежали искать более надёжное укрытие. В этом им судьба тоже сопутствовала и помогала. Буквально возле первого же низкого забора, конклатерра первой взобралась наверх, осмотрела заросший сад и скомандовала:

- За мной! Здесь пересидим до утра!

Местечко им и в самом деле попалось в густых кустах преотличное. Складывалось такое впечатление, что здесь постоянно играли, прятались от родителей дети. Потому что и замаскировано место оказалось сверху досками и дёрном, и внутри довольно-таки сухо, подстелена солома и некое подобия небольших лавочек и столик. Конечно, парочка там и наследила, и натоптала, но дружно было решено, что дети сюда в любом случае раньше утра не нагрянут. А там перед уходом и прибраться можно.

Эль-Митолана моментально себя высушила, и словно забыв о подруге, так и свалилась наземь, уйдя отдалённым сознанием к набережной. Невменяемый на это лишь вздохнул и быстро стал раздеваться. Потому как в душе понимал: безопасность – прежде всего. Надо выяснить вначале, где враг, и что он замышляет.

Вначале выложил из карманов все оставшиеся при нём обереги, артефакты и оружие. Затем выкрутил тщательно свои одежды. При этом он нервно посмеивался, представив себе, если бы колдунья сейчас вернулась по срочной надобности в тело и обозрела возле себя голого, якобы старшего принца. Скорей всего предсказать ей реакцию, не смог бы никто. Но вполне возможно, что молнией в лоб не обошлось бы, наверняка выжгла бы мужчине глаза максимальным по силе огненным шаром.

Оделся, интенсивно попрыгал, согреваясь, и стал опять раскладывать по карманам своё добро. Понятно, что в первую очередь опять запустил в действие иллюзию мнимой Рионы. Затем подсчитал оружие, не густо! Два метательных ножа и небольшой кинжал. Разобраться, какой оберег отработал своё, а какой ещё годен, не было возможности, поэтому уложил по карманам все. Остались не промокшими в пакете и два припрятанных плода, помогающих совершить путешествие в Сонный мир. Затем на ощупь прошёлся руками по лежащей красавице, и аккуратно сместил её тело в более удобное, ровное положение. После чего уже ничего не оставалось делать, как самому сжаться, и попытаться согреться в ожидании.

Отделённое сознание вернулось в тело Ягуши чуть ли не через час. Только увидев свою коллегу, девушка стала рассказывать:

- Трудно понять, что там происходит. Но то, что нас пытались искать вдоль реки – однозначно. Причём искали очень хорошо, несмотря на то, что мы якобы погибли. Даже разговор подслушала четвёрки сентегов. Один утверждал, что люди утонули вместе с каретой, а старший группы на него шикнул: «Приказано осматривать реку до самого утра! Вот и будем этим заниматься!» Правда им явно мешают городские патрули, которые сейчас усиленно вертятся вокруг того моста, откуда мы сорвались. Но там подслушать ничего не удалось, как и заметить хоть одного Порушника. Боюсь, что все они погибли…

- Ну это ты зря. - Кремон решил успокоить красавицу. – Там такие воины, что могли прорваться и через огромную толпу.

Ягуша долго сидела молча, потом неожиданно заговорила несколько иным тоном:

- Вот и мне странно, почему это они нас так пытались спасти?.. Даже скорей: именно тебя? И это при всех твоих странностях и таинственности, меня очень напрягает… Ты слишком много знаешь, тебе покровительствуют все Медиальты, ты с ними о чём-то шепчешься и скрытно переговариваешься, они тебя для чего-то везут в столицу, причём делают это вопреки любому здравому смыслу…

Невменяемый решил бравировать:

- Милашка! Если бы ты умела так лихо торговать раритетами и артефактами, тебя бы тоже не руках носили и пылинки сдували. Так что нечего завидовать, мы ведь уже договаривались.

- Всё равно не сходится… Ведь верноприличники пытаются убить именно тебя!

- Ну и что тут такого? Просто я умудрилась в своё время раскрыть их махинации с поддельными артефактами, - врал энормианин, не краснея. – Вот они на меня и взъелись всем стадом.

- И эти твои странные принцы…

- Значит, мне повезло! Кстати, и тебе тоже! Наверняка ты старшенькому понравилась, раз он снизошел до поцелуев с тобой

Но интимными подробностями смутить девушку не удалось. Прекрасно видя в темноте лицо сидящей рядом с ней женщины, она пошла в последнюю атаку со своими выводами и наблюдениями:

- Почему ты такая сильная?

- О! Занятия с мечом – они меня сделали покрепче иного мужчины!

- А почему у тебя были такие толстые кисти, когда ты держалась за сиденье?

- Жить захочешь, ещё и не так ухватишься! – браво отвечал Кремон.

- Ты мне передавила лодыжку, смотри какой синяк!

- Считай, что я повторила предыдущее своё изречение.

- И эти книжицы…, они ведь как новые? Откуда?

- Магия Древних…

- И сами сказки…, они слишком реальны!

- О! Древние были такие выдумщики!

- И в тебе есть что-то магическое! Я ведь вижу!

- Совсем у тебя плохо со зрением. Как бы я была рада, стать такой как ты… Знала бы ты, как тяжело жить без умения ударить молнией. Или без умения прожарить обидчика огоньком… Вот потому я и выбрала меч…, вот за него меня и полюбил младший принц…

Эль-Митолана взорвалась:

- Да не бывает принцев в нашей империи! Не бывает! Откуда они могли взяться?

- Как не бывает?! Да ты же с принцем целовалась! А теперь бесстыже мне врёшь, что не бывает? Или ты мне наврала?

Девушка непроизвольно облизалась, вспоминая совсем недавние поцелуи, и тяжело вздохнула:

- Нет… Не врала…, - но тут же упрямо мотнула головой: - Хм! И на всё-то у тебя есть ответ! Вернее ты очень ловко умеешь уходить от вопросов и уводить беседу в сторону. Вот скажи мне, только честно: сколько тебе лет?

Кремон пожал плечами, еле сдерживаясь от опять вернувшегося к нему нервного смеха:

- Ну…, я не такая уж и старая…

- Точно! – нашло озарение на её собеседницу. – Это тебя Медиальты наверное уже полтора века всё омолаживают! Опыты на тебе ставят! Точно как мой хозяин меня с самого детства к магии приучал и всякие штуковины мне в тело вживлял. Ну? Я угадала?

Подтвердить или отрицать такое предположение, было бы неправильно. В любом случае не поверит и продолжит спор. Поэтому Невменяемый лишь восторженно замычал и, словно не сдержавшись, выдавил из себя:

- Ну, ты…! – а потом, без всякого перехода очень натурально вздрогнул и жалобным голосом попросил: - Мне холодно… Не могла бы ты меня немножко просушить? Пожалуйста!

Наивная колдунья забыла о мокром состоянии своей подруги, и теперь сразу сбилась, перешла на оправдания и извинения. Высушила, ещё и прогрела одежды. А потом доверчиво предложила:

- Давай ты меня обнимешь со спины, и сразу тебе будет и тепло и сонливо. Так и вздремнём до рассвета. А то я почти все силы свои потратила…

- Нет, нет! – поспешил отвергнуть такое более чем щедрое предложение Кремон. – Мне и так уже хорошо. И в сон тянет…

Только ему не хватало прижать к себе такое манящее, такое желанное и сладкое тело! Да и пропорции его мускулистого корпуса не совсем соответствует увиденному в иллюзии. Девушка запросто сопоставит, ощутит себя крохой в его лапищах и сразу разоблачит…, м-да, во всём…

Глава одиннадцатая

НАГЛОСТЬ – ВТОРОЕ СЧАСТЬЕ

Проснулись на рассвете, под пение нескольких птичек, которые бодрыми посвистами встречали первые лучи Занваля. Но Ягуша только открыла глаза, осмотрелась кругом, и тут же вновь их закрыла со словами:

- Я на разведку.

Воспользовавшись случаем, Невменяемый быстро размял затекшее дело, и даже выполз в соседние кустики для короткого променада. После чего увидел на ветке ближайшего дерева несколько яблок, и его резко пробило волной чрезмерной прожорливости. Но хулиганить не стал, аккуратно заполз обратно в детскую землянку и принялся терпеливо ждать.

На этот раз Ягуша просматривала окружающие городские пространства всего лишь полчасика. И вернулась довольно взбодрённая:

- Сентегов подслушивать – банальная трата времени. Кого-то ловят, кого-то ищут, за кем отправляют отряды, но скорей всего идёт ловля тех, кто напал на нас ночью на мосту. Но самое приятное, что ни служанок, ни тем более конклатерр на улице не останавливают и ни о чём на расспрашивают. А торжище, тут почти рядом, всего лишь десять минут ходьбы. Уж мы там расторгуемся, купим, что надо и последние новости узнаем. Поэтому делаем так: я надеваю кепи с бомбоном, а ты как будто моя служанка. И мы быстренько…

- Нетушки! Как это будет выглядеть? – возмутился Кремон. – Я вся такая солидная и опытная, и вдруг в прислугах у такой сопливой и несолидной девчонки? Да нас засмеют и сразу в чем угодно заподозрят! Тем более что колдунья - ты, их, как правило, дают в помощь конклатеррам, а не наоборот.

Девушка пожала плечиками, пытаясь скрыть своё недовольство, но согласилась:

- Ладно, не будем же мы из-за такой мелочи спорить…

- А что в данном доме и в данном саду?

- Мм? Ах, да! Кто-то в доме есть, но скорей всего просыпаются там гораздо позже. А пока – мёртвое царство.

- Вот и отлично! Пока выберемся, пару яблок прихвачу.

С его невероятным проворством, когда парочка оказалась на улице, у них было почти два десятка насыщенно-красных, спелых плодов.

- Зачем нам столько? – удивилась Ягуша, впиваясь белыми зубками в сочную мякоть. Тогда как её подруга ответила только после первого съеденного яблока:

- Когда меня пытаются убить, мой аппетит повышается десятикратно.

Так и получилось: колдунье хватило пары яблок, а вот носительница красного бомбона доела все остальные. Причём последние фрукты слопала, уже с хозяйственным видом расхаживая по торжищу.

Спешить вроде как было некуда, торговля только, только начиналась, и в основном виднелись специалисты по продаже молока, мяса да иных продуктов с сельскохозяйственных поместий. Но как раз у них и стоило расспросить о дальнейшей дороге на юг. В любом случае, нужные Невменяемому Медиальты находятся если не за городом, то поспешили в столицу. А значит и самому следует отправляться именно туда же. И не взирая ни на что пробиваться к иным Медиальтам, а то и непосредственно к самому императору. Как ни странно, его попутчица и словом не обмолвилась против такого решения. Только и добавила:

- Трудно нам будет туда самим добраться…

- Не трусь, малышка! Вот увидишь, как всё окажется просто. Если уж принцы тут путешествуют без проблем, то мы тем более справимся.

- Да…?

- Не сомневайся, меня мой любимый многим секретам обучил.

Вначале он поспрашивал у конклатерр, где можно попробовать конкретно их колбасы, сыры и хлеба. Узнав точные места, отправился на подворье торжища и уже там конкретно переговорил с редкими рабами, которые сопровождали своих матрон и помогали их. Во время разговоров и проб, обе беглянки плотно подзакусили, и выяснили что и как, да кто в чём нуждается. Высмотрели для себя простенькую телегу, груженную пока доверху соломой, расспросили, кто сегодня не прибыл на продажу, и кто вообще редко приезжает.

Потом уже с этим багажом знаний вернулись к конклатеррам. Когда заводишь с коллегой разговор, оперируя какими-то знаниями, то сразу вызываешь доверие. Поэтому Кремон не боялся попасть впросак. Жаловался на одну матрону, которая обещала ему пригнать повозку с похасом на продажу, да так и не прибыла. А продавщица соломы сама и предложила:

- Так купите мою! А та соня ленивая, порой неделями здесь не появляется! Зря вы на её обещания повелись!

Дальше процесс торговли обмена прошёл идеально. Телегу купили, солому пообещали сами развести в два больших дома, где ждали этого заказа. Затем накупили себе в дорогу всего самого необходимого, да ещё и солидная денежка осталась после продажи не совсем нужного артефакта и парочки амулетов. Сбросили солому по указанным адресам, оставив себе для мягкости сколько надо, и уже к обеду устремились к Южным воротам города, на другом берегу Гайды.

- Ну вот, видишь как просто. Теперь только бы не спутать названия тех поместий, из которых мы якобы возим товар. А ведь он возится в обе стороны, ха, а то и во все четыре. А на следующей ночёвке, которую мы устроим прямо на торжище, разведаем, кому конкретно и как надо завезти товар в самой столице. Итог: вместо одного дня бешеных скачек мы доберёмся до места назначения за два…, - глянув на мерно вышагивающего похаса, со вздохом себя поправил: - Ну…, пусть за три дня.

Ягуша смотрела на неё расширенными прекрасными глазами:

- А тебе не страшно? Мы ведь так обманываем…, всех…

- Чушь! Мы самые честные и самые добрые! – внутренне Кремон коварно облизался: - О! Чуть не забыл!.. Мало того, я во время прощания с любимым, успела ему шепнуть наше место следующей встречи. И ты представляешь какое совпадение?! Назвала тот самый город, который мы наметили.

Приятно было смотреть, как хмурится задумавшаяся не на шутку красавица. Потом она пришла к определённому выводу:

- Тебе и твоему принцу тоже вживили в тела артефакты двусторонней связи?

- Хм! Даже не знаю! Но после твоих слов, мне и самой стало странно… Сколько раз мой любимый меня разыскивал, в самых неожиданных местах, ты себе представить не можешь. Ох! Доберусь я до этого Ветерана, обязательно всю правду с него вытрясу!

В этот момент они проехали ворота, и внимания на них никто не обратил. Зато они сами были весьма удивлены, увидев плотный заслон непосредственно на тракте. Там роилось более трёхсот вооружённых сентегов, и все верхом, и все довольно нервные. Но и они на простенькую повозку не обратили малейшего внимания. Проехав мимо воинского скопления, Кремон быстро зашептал оглядывающейся девушке:

- Бедняга…, всю ночь ехали, потом ты торговала, ляг поспи, я тебя прикрою одеялом.

Эль-Митолана поняла проявленную «заботу» подруги правильно, быстро улеглась и вернулась отделённым сознанием к заслону на дороге. «Проснулась» она через час, когда уже и силы магические у неё здорово потратились. И подслушанные новости, которые она стала пересказывать после установки полога непроникновения вокруг их голов, не вселяли оптимизма:

- Скорей всего – там, на дороге, остались заговорщики. И ищут они конкретно Медиальтов. Любых, которые везут с собой мужчину или женщину. Приказ: арестовать высшего врача, или даже группу и доставить к градоначальнику.

Невменяемый озадаченно похмыкал и стал рассуждать вслух:

- Судя по тому, что на нас напали на мосту, дом в котором мы собирались ночевать, так атакован и не был. Скорей всего и ждавшие нас ночью у Южных ворот хозяева, вернулись в город. Получается, что поиски ведут и наши враги, и наши сторонники. Только вот зачем им какой-то мужчина?

- Может они узнали про принцев?

- Сомневаюсь… Скорей всего нам опять сказочно повезло. Сентеги просто представить себе не могут, что кто-то без их сопровождения осмелится отправиться в дальнюю дорогу, а те же принцы всегда так и делают. Поэтому про них никто не знает и они – неуловимы.

Вдруг Ягуша не удержалась и всплакнула. Кремон сразу обеспокоился:

- Ты чего?

- Только сейчас я поняла, почему мой Ду-Грайт на мои призывы не отзывается… Его убили-и-и-и…

И слёзы полились ручьями. Пришлось на неё прикрикнуть вначале:

- За нами могут следить визуально! – и только после того, как слёзы исчезли, стал успокаивать: - Не обязательно. Его могли арестовать и посадить в тюрьму на другом конце города. Его могли ранить и отвезти в другой госпиталь. В конце концов, он уже может находиться на полпути к столице. Всё-таки дело там слишком важное…

- Какое?! – тут же охватилась за оговорку девушка. – Только не ври мне снова про фальшивые артефакты! Не поверю!

Мнимая Риона долго молчала, тяжко вздыхая при этом, а потом попросила:

- Не приставай, а? Лишь намекнуть могу, что мои хозяева узнали не только про этот заговор, но и ещё про один, более страшный и масштабный. И если они не успеют предупредить императора, то…, то катастрофа нависнет над всем миром.

- А ты здесь причём? Главная свидетельница или главная обвинительница?

- Ну я же тебя просила не приставать! Тайна не моя, открывать не имею права. Хотя…, - тон Рионы изменился на игривый и фривольный. – Могу тебя удивить: оба принца тоже в курсе всех этих дел и посвящены в тайну.

- Не может быть?! – выдохнули прекрасные губки.

- Может, может! Или ты думаешь, что между влюблёнными и близкими людьми могут быть какие-то секреты? Он мне, между прочим, успел сделать предложение во время последней встречи. Так что я скоро тоже стану принцессой!

Януша во все глаза смотрела на хвастающую коллегу и не знала, радоваться ей, или жутко завидовать. Потом всё-таки и сама не удержалась от хвастовства:

- А я Кремону тоже нравлюсь! Он мне такие слова шептал, такие…!

- М-да? Ну смотри, может тебе тоже повезёт… И тоже принцессой станешь…

Девушка одновременно и с обидой и с высокомерием посмотрела на подругу и вновь свалилась со скамеечки извозчика в солому:

- Мне выспаться надо, сил набраться, - предупредила она, укрываясь одеялом. – Если что, тяни за ногу.

«Правильно, малышка, - с мечтательной улыбкой думал Невменяемый, - Набирайся сил. Этой ночью они тебе точно пригодятся! – хотя тут же сам себя и укорил: - Чего это я? Тут вокруг такое творится, мир на краю гибели, неизвестно как добраться до императора, а потом ещё и возвратиться домой, а я флиртую как первый раз в жизни! Неужели влюбился?! Хм…, только этого мне не хватало…»

Глава двенадцатая

ВЕСТОЧКА О СЕБЕ

Так до конца дня и проехали себе спокойно, без всяких треволнений. За Медиальтов Кремон не волновался. Ну арестуют их, ну доставят на допрос к градоначальнику, а дальше? Не смотря на странное убийство одного из высших врачей на дороге невдалеке от Утиного, в таком большом городе как Селестия, на напрасное убийство Медиальта не пойдут. Слишком уж чревато, остальные коллеги убитого попросту весь город превратят в неупокоенное кладбище. Так что ищут только его: человека с далёкого Севера, мужчину из большого мира.

Поэтому несложно будет предугадать действия покровителей. Даже при аресте, их долго содержать под стражей не стану. Да и не смогут. Выпустят в любом случае. Что Ветеран, что его талантливый ученик Хооз-Дер, сразу же бросятся на поиски гостя с Севера. И для них не явится секретом, как, куда он бежал и в какой ситуации карета рухнула в мутный поток. А уж такие знатоки отыщут любое тело даже под толстым слоем нанесённого песка. Остатки кареты ещё быстрей найдут. Потом бросят все силы на поиски подопечного, разыскивая его в руках врага. Но как только поймут, что и враги продолжают рыскать вдоль реки, сразу догадаются куда подался энормианин. Уж в его-то сообразительности и умении неадекватно мыслить они не сомневаются. Тем более что в беседах с ним наедине они не раз называли имена тех Медиальтов, проживающих в столице, которым они доверяют как себе, и у которых они собирались остановиться. Значит, ценнейший свидетель из внешнего мира обязательно где-то там нарисуется в скором времени.

Мало того, если они нечто подобное сообразили сразу, то уже почти добрались до столицы. Потому как понимают насколько важно донести сведения о грядущей катастрофе и об остальном мире до императора. А если задержались в Селестии, и выбрались оттуда чуть позже обеда, то могут вот-вот обогнать по тракту, или сделать это в самом скором времени. Поэтому Невменяемый довольно внимательно старался присматриваться к всем путешественникам, которые малыми группками обгоняли медлительную крестьянскую телегу. К сожалению, рассмотреть нужных сентегов не удалось, да и следовало учитывать, что даже на себя Медиальты могут наложить не менее качественную иллюзию и проехать под видом кого угодно. Разве что они сами заметят творение своих рук, и остановятся.

А вот за бравых Порушников душа болела. Что полковник Кулри-Заг, что его подчинённые весьма импонировали Невменяемому своей решительностью, прямотой и преданностью делу. Но вряд ли они во время такой крупной стычки, когда их с двух сторон зажали отряды верноприличников, сумели спастись. Тем более все. Но тут уж ничем помочь воякам нельзя, остаётся им только мысленно желать удачи и спасения, да надеяться на их высочайшую боевую выучку.

Эти темы Кремон обсудил мысленно, и продолжая внимательно смотреть по сторонам, вдруг решил опять попытаться выйти на ментальную связь со своей дочкой Паулой. В прошлый раз, когда он подходил с Сату-Лгавом к Аллангарну, ему что-то такое удалось, но до сих пор он в этом уверен не был. Скорей всего это его личное внушение сработало и банальное желание хоть таким нереальным способом рассмотреть дочурку. И ведь тогда он шёл пешком, гружёный словно похас. Так почему бы сейчас не попробовать? Тем более что повозка и так себе движется без всякого управления. Погоняй кнутом или шевели вожжами – быстрей не получится.

Поговорить не с кем. Скучно…

Ну и начал опять изо всех сил представлять мысленно перед собой ангельское личико Паулы. Почти четверть часа настраивался, но так ничего и не получилось. Причём даже никакого проблеска на контакт не мелькнуло.

Прекратил попытки, когда почувствовал неприятную головную боль. Потом попытался проверить в себе хоть капельку возрождающейся магической силы, но и тут потерпел фиаско. Затем вспомнил, что артефакт поддержки иллюзии внешнего вида тоже не вечен и просмотрел в нём наличие заряда. Благо там он определялся визуально, по длине световой полоски. Получалось, что остаётся на сутки, или чуть более. Потом следовало обратиться к любому Эль-Митолану для подзарядки. Одна спала почти рядом, можно дотянуться до розовой манящей ступни, но как к ней подступишься с таким делом?

«Ладно, доживём до завтра, а там видно будет. Тем более, если ночь будет проходить, как я задумываю, удастся сберечь достаточно силы в артефакте. А там глядишь и до следующей ночи протяну… Ну а потом…»

Так далеко загадывать не хотелось, и путник вернулся к прежним занятиям: наблюдениям за другими путешественниками и попытками наладить контакт с единокровными наследниками. Только на этот раз, он решил «наведаться ментально» несколько ближе, в Спегото. Пусть малышня там ещё не взрослая, сравнительно, но их ведь двое. Они всегда рядом. И всегда чувствовали отца издалека. Тогда, при первом свидании, он ещё только к дворцу подходил на рассвете, а детки уже проснулись и тихонько ждали, стоя в кроватках.

Теперь, хорошо зная и помня личики Сандрю и Стефани, представлять их и пытаться выйти на контакт показалось намного проще. И не прошло даже пяти минут, как из вселенского подпространства, перед закрытыми глазами Кремона стали возникать какие-то мельтешения, а ушей достигли звуки, которые явно не могли исходить во время движения по тракту. Плюс чувствовалось напряжённое внимание, интерес, а потом и они сменились неким всплеском радостного узнавания. Тотчас мельтешения упорядочились, а звуки стали выравниваться в разборчивую человеческую речь. А потом случилось чудо, от которого получилось жуткое головокружение. Если бы возница не держался руками за скамейку, так бы и свалился с телеги.

Ему одновременно удалось увидеть сразу из двух точек зрения. Из одной виделось смешно нахмуренное личико Стефани, а из другой, сосредоточенное - Сандрю. Скорей всего дети стояли рядышком, если вообще не держались за руки. И огромными, ошарашенными глазами всматривались друг в друга. А слышимая речь, скорей всего принадлежала нянечке:

- Ваше высочество! Ваше сиятельство! – звала она. – Посмотрите на них! Опять что-то странное!..

Причём казалось, что нянечка скорей напугана, чем заинтересована и тем более чем обрадована. Но тут шевельнулись губы Сандрю:

- Папа! – после чего он улыбнулся, и добавил уже совсем иным тоном: - Па-а-па!

Тотчас улыбнулась и Стефани:

- Папа, ты где? – чуть подумала и добавила: - Идёшь к нам? – слова она выговаривала с трудом, некоторые буквы сглатывала, но понять удалось без труда.

Стараясь не сбить настрой и колеблющееся видение, Кремон сконцентрировался на мысли: «Милые мои и любимые! Я пока очень далеко, но обязательно приду!»

- А когда ты придёшь? – требовательно спросил Сандрю. Малыш говорил чуточку лучше, но страшно медленно.

«Постараюсь как можно быстрей! Но вы передайте мамам, что со мной всё в порядке. Что я уже начал выздоравливать, вас крепко люблю и сильно скучаю!»

Эту мысль Невменяемый повторил несколько раз и с разными акцентами на разные слова. Детки на это радостно улыбались и время от времени выдавали короткое «Па!» А потом они чуть вроде как удалились друг от друга и стали видны обеспокоенные лица наследной принцессы Элизы и графини Сильвии. Тотчас взгляды сместились на них, и Сандрю начал высказываться:

- Папа – любит. Всё…, в порядке…

Но его перебила более быстро щебечущая Стефани:

- Папа, выздоравливает. Скоро приедет… Ну, не совсем скоро…, но приедет!..

- А он нас видит? – поинтересовалась Сильвия. Но более практичная Элиза сразу стала уточнять у детей:

- А папа нас слышат? Не только ваши голоса, но и наши? Ваших мам он слышит?

Сандрю просто кивнул, а дочка подтвердила:

- Слышит! Он сам мне говорит, что слышит. И даже видит.

Тут же принцесса стала говорить быстро и сжато:

- Кремон! Тут тебя уже опять хоронить собрались. Все уже в шоке, подумали, что ты погиб при пересечении барьера. В княжества Катранго – сменилась власть, князя свергли, рабство отменено. Где-то там творит чудеса пронырливости маркиза Мальвика Баризо. Твои болары пережили тяжёлый бой, есть потери, но лидеры живы. Сейчас туда стягивается силы, чуть ли не со всего мира. Ты меня слышишь? Отзовись через детей!

Малыши опять подтвердили, что слышит.

- И дай знать, где ты? С кем ты? Что надо делать? Дети, слушайте папу и повторяйте его слова!

Довольно сложный способ общения, но он действовал! И Кремон стал чётко наговаривать слова, в разных вариантах и с разной интонацией, уговаривая сына и дочь, чтобы они их повторяли вслух.

- Империя…, сентеги…, и люди. Много людей, сентегов меньше… Много, как в Энормии… Земли здесь живые… Сентеги лечат… Граница – большая… Проходить – внутри червяка…

Первым не выдержал Сандрю. Изображение Стефани исчезло, а его личико качнулось, глаза стали закрываться. Потом и эта картинка расплылась смазанным цветовым пятном, звуки пропали ещё раньше. В голове у Невменяемого опять вспыхнули болезненные, неприятные ощущения.

Вдруг навалилось, пришло запоздалое раскаяние и жуткое беспокойство. Ведь если у него так неприятные последствия, то что случится с маленькими детьми? Если те потеряют сознание, то их мамочки своим проклятием уже через минуту доберутся до непутёвого папочки и превратят его в отбивную.

«Как же я не подумал! – запоздало каялся энормианин, пытаясь раскрыть глаза и отстранённо ощущая, как кто-то тормошит его за плечо. – Где это я? Ах, да!...»

За плечо его дёргала обеспокоенная Ягуша:

- Риона! Что с тобой? Ты так странно мычала… Что случилось? Тебе приснился какой-то червяк? Ну! Не молчи же!

Даже губы слушались как-то с трудом:

- Да…, придремала…, кошмар какой-то приснился…

После чего, отбросив вожжи и выпустив доску под собой, стал усиленно растирать не только виски, но и всю голову. И только тогда почувствовал, какая она горячая. А ведь никакого амулета для охлаждения, при себе не было, а просить о помощи попутчицу как-то не хотелось. Поэтому нащупал флагу с водой и несколько раз плеснул в лицо и чуть смочил волосы. Стало легче.

- Уж не простудилась ли ты, после ночного ныряния? – беспокоилась девушка. – Я ведь тебя не сразу высушила… Давай подлечу!

- Ну…, если немножко… Голова болит.

За минуту вливания магической структуры исцеления, полегчало окончательно, и Кремон рассыпался в благодарностях:

- Надо же! Да ты не хуже Медиальтов лечить умеешь! – но тон его при этом оставался совсем нерадостный, и это было замечено:

- Что-то ты грустная стала, печальная…?

- Да вот, вспомнила о …близких. Соскучилась…, хотелось бы увидеться.

- А я – сирота…, - сразу потускнела Ягуша. – Вообще никого нет из родни…

Пришлось спешно утешать подругу словами, что мол прошлого не вернёшь и друзья с готовностью поддержат, а себя мыслями:

«Возле детей всегда неподалёку лучшие врачи, так что обязательно помогут. Но впредь такие опыты проводить нельзя! Если вообще повторение получится… Надо было мне только минутку для начала, а я совсем забыл, какие они ещё крошки…»

Поужинали прямо в пути, и уже в густых сумерках въехали в один из небольших городков Центра. Сразу добрались до местного торжища, выбрали удобное место для своей телеги и сняли вполне удобную комнату в ночлежном доме при дворе. Самое ценное снесли в комнату, а потом сразу разбежались в разные стороны, общаться с постояльцами и с теми торговками, которые оставались здесь ночевать.

- Ты видела, как надо действовать и что именно выспрашивать, - наущал Кремон девушку напоследок. – Я займусь тем же, ну и заодно поищу наших принцев. Чувствует моя душа, что мой любимый где-то рядом. Встречаемся в комнате через полтора часа. Или внизу, в общем зале трактира.

Поодиночке они меньше привлекали к себе внимание, да и информации можно было собрать вдвое больше. И довольно скоро, всё что надо было собрано, о дальнейшем пути сложилось чёткое представление, а имена, проживающих в нужных направлениях торговок, зафиксировались в памяти. Вдобавок успели кое-что купить из нужных вещей, и договориться на ранее утро о продаже ещё одного артефакта. Понятие, что в столице все многократно дороже, присутствовало и в империи сентегов.

Вот как раз о продаже артефакта и договорился Кремон уже непосредственно в трактире, с одной из конклатерр. Та осмотрела раритет, и пообещала отдать деньги с самого утра. Ну а освободившийся энормианин стал высматривать свою подругу в огромном зале. Людей здесь была всего лишь треть, хотя как раз на торжище и виднелась их наибольшая концентрации. Причём две третьи из людей, - матроны с красными бомбонами на парадных кепи. Ну а все остальные – сентеги. И большинство из них питались намного скромней, чем люди. Да и выглядели как бедные родственники. То есть рабы практически на данных территориях уже кончились. Ведь трудно считать таковыми конклатерр, и их ещё более редких помощников.

Что интересно, каждый птицеподобный подданный империи, старался не замечать людей, словно тех не существует. Но вот в тарелки к ним частенько косились с огромной завистью.

Поэтому когда показалась Ягуша, Невменяемый сразу обратил внимание на вошедшего следом за ней сентега. Уж слишком тот богато и лощёно смотрелся для здешнего заведения. А так как взглядом он неотрывно следил за девушкой, то стало понятно, что он притащился именно за ней.

Хорошо, что во время долгого пути подруги успели договориться о некоторых условных знаках. Вот Риона и подала коллеге такой знак: «Ко мне не подходи! Иди спать!» Улыбка на личике красавицы погасла, и она, не замедляя движения, так и отправилась на второй этаж к их снятой комнате. Отмахнувшись от подавальщицы, следящий за ней сентег вразвалочку отправился следом. Северянину ещё трудно было разбираться в мимике легендарных врачевателей, но ему привиделось высокомерие, надменность и полная уверенность в предстоящих действиях этого хозяина жизни. Что-то он задумал очень плохое. Вот потому Кремон и поспешил за ним в тылах, стараясь не слишком бросаться в глаза резкими движениями.

Конклатерра вошла в комнату, так и не обратив большого внимания на следующего по коридору сентега, а он, ни мгновения не замерши под дверью, вломился за ней следом. Прибежавший на цыпочках Невменяемый, уже через пару мгновений стоял возле комнаты приложив ухо к двери. И его счастье, что нежданный гость повёл себя слишком самонадеянно, ни полог неслышимости не поставив, ни структурами защиты себя не окружив. Можно было расслышать его каждое слово:

- Ягуша! А с кем это ты тут проживаешь? Твоего хозяина арестовали, а ты на свободе! Упущение…

Видно не было, но по отблескам и гулу, стало понятно, что Эль-Митолана только теперь узнала врага. И врага страшного, потому что она, человек, сразу решилась на нанесение удара максимальной силы, Но от такой прямой угрозы, сентег сумел себя оградить. Ещё и злобно восклицая:

- Ах, ты, мразь такая! Меня?! Медиальта?! Осмелилась…

Ему пришлось отвлечься от ругательств, оборачиваясь в сторону открывшейся двери. Даже успел рассмотреть, со своим универсальным магическим зрением кто его атакует, прячась под иллюзией, и ошарашено воскликнуть:

- Мужчина?! – в то же самое время он ударил навстречу атакующему не просто привычными боевыми магическими средствами, а некоей особо действенной и неприятной структурой.

Отправляя метательные ножи в полёт, Невменяемый только краем глаза заметил, что Ягуша безвольной куклой лежит на полу. А затем почувствовал, как его тело изнутри скручивается жгутом, со страшной болью ломая все кости. Но в следующий момент понял, что горячая волна схлынула через ноги точно так же, как любая молния или огненный шар. Скорей всего агрессивный Медиальт ударил структурой пространственной заморозки, что для него было плёвым делом. Ударил и …просчитался. Потому что особым лезвиям ничего противопоставить не смог: один нож ему вошёл в глаз вместе с рукояткой, а второй в основание длинной шеи.

И при этом он умер не сразу! Так и стоя, на пошатывающихся ногах, он обеими руками попытался со стоном вырвать ножи из своего тела. Но тут не него всей массой налетел мужчина, и в ореоле страшной вспышки огня, свернул шею противника без всякого шанса на последующее оживление.

Вспышка получилась слишком огромной и неожиданной. А значит, некие щиты вкупе с оберегами всё-таки были, и в момент близкого телесного контакта сработали. Но к счастью Кремона, его организм и этот удар пропустил через себя в пол, оставляя на том месте чуть ли не метровый обугленный круг.

Что-то внутри неприятное и гадостное осталось, но разбираться в себе времени не было. Метнулся к выходу, убедился что по корриду никто больше к их комнате не спешит и запер дверь на засов. Затем бросился в девушке, уповая мысленно на то, чтобы она ещё была жива. Уложил на кровать, относительно раздел, прослушал биение сердца и только тогда чуточку успокоился: без сознания. Скорей всего получила нечто в себя из арсенала парализующих средств. Теперь бы только узнать, как надолго это средство выведет из строя, и с какой силой организм колдуньи будет выбираться из такого плачевного состояния. Все-таки не обычный человек, хоть и женщина. Но как минимум парочку часов проваляется.

А за это время надлежало очень много сделать. Изначальноследовало решить: избавляться вначале от трупа, или поправить неважное самочувствие? С последним проблем не будет, достаточно подойти к любому сентегу в том же трактирном зале, и за пару монет тамошние приживалы не только вылечат, но и на руках носить станут. Но и от тела следовало избавиться как можно скорей. Вдруг уже сейчас убитого ищут? Ведь не простой сентег – Медиальт. Такой может носить в своём теле и артефакт связи, и ещё некие вредные, дающие наводку на это место штуковины.

Быстрый обыск ничего не дал, хотя горка вещей и перекочевали в отдельную сумку. Но вот тело?! Куда спрятать его?! Кругом ведь город, пусть и с канализацией, но к ней ещё добраться надо. Были бы горы кругом, лес, степь, наконец, так хоть закопал бы… Последнее слово заставило замереть, а потом броситься к окну.

Многочисленные повозки и телеги на внутреннем дворе, занимали едва четверть всего пространства. Основные транспортные средства наводняли тут всё с утра. Но хуже всего, что чуть ли не в каждой второй повозке или телеге кто-то спал. Зачем платить за место в ночлежном доме, если и так прекрасно можно выспаться под открытым небом. Был бы дождь, а так…

Одна надежда, лишь на собственную телегу, которая стояла чуть ли не под самым окном: если выкопать достаточно глубокую яму под ней, то упрятав туда труп, можно дня на два сбить возможную погоню со следа. А потом уже будь что будет!

И на этом сложности не кончались. А ну как кто посмотрит на окно, как раз в момент выброски птицеподобной туши? Про убийство может и не подумают, но вот нечто вроде кражи сразу заподозрят. Поднимут крик, начнут выяснять…

«Хоть бы кто-то помог! – стонал Кремон от досады и бессилия. – Но внушительное тело таки закатал довольно грубо в одеяло, прочно связал всё вместе и взгромоздил на стол, придвинутый к самому окну. Затем к тюку привязал верёвку, а другой её конец сбросил аккуратно вниз. Подождал с минуту: никакой реакции от уже спящих или укладывающихся людей. После чего не спеша, подался нормально через выход на внутренний двор. Затем долго шуршал соломой на своей телеге, что-то там перекладывал, стараясь при этом не таиться, чтобы его мог заметить любой желающий. А когда понял что пора, рывком потянул за верёвку. Тюк выпал, чуть ли не к ногам, и к счастью своим падением никого не привлёк на звук глухого удара.

И уже через пять минут, гость с далёкого севера, сжав зубы, копал под своей телегой нужную по емкости яму. Лопатка - маленькая, слой земли - утоптан за века до окаменелости, шуметь нельзя, а времени до утра оставалось всё меньше и меньше.

Глава тринадцатая

ПРЕДСМЕРТНОЕ СОСТОЯНИЕ

Получалось как в анекдоте: только шикарная ночь намечается, как незаметно рассвет всё испортит!

Правда Кремон закончил прятать труп неизвестного ему сентега ещё задолго до первого проблеска зари, но в любом случае уже было не до заигрываний и поцелуев с девушкой. Во-первых, следовало самому помыться и привести себя в порядок. После драки, а потом неудобного копания в земле, от тела и одежды разило копотью, кровью и банальным навозом. Во-вторых, когда он вошёл в комнату, Ягуша только, только пришла в себя, и плохо соображала. Воспользоваться слабостью красавицы щепетильному кавалеру запретила его совесть. Так что он не пожалел, что вернулся уже свежим, но всё ещё прячась за иллюзией женщины:

- Ну что, очнулась? – поставив стул у изголовья, уселся на него и потрогал лоб подруги ладонью, - Температуры вроде нет, значит горячки не будет…

- А где…, - заикаясь, начала вопрошать девушка.

- Ты лучше сразу скажи, кто это такой тут за тобой пришёл? И чего вы так друг на друга набросились?

- Пить хочу, - потребовала измученная колдунья, и только уточив жажду и промыв гортань, она пояснила суть конфронтации: - Это злейший враг моего хозяина, один из самых подлых и жестоких Медиальтов нашей империи. Его в своё время изгнали из Полюса за жестокие опыты не только над людьми, но и над сентегами. В своей лаборатории он создавал ужасных монстров, да ещё и скармливал им плоть иных подопытных существ. Когда его разоблачили, то отправили в ссылку на один из мелких островков в Бархатном море, где приговорили жить в полном уединении. Ду-Грайт сыграл в этом наибольшую роль, ну и я всегда находилась рядом с хозяином. Поэтому этот ублюдок меня и узнал… Только почему он здесь? Ведь ссылка у него пожизненная! И куда он теперь делся?..

- Хуже, что он сумел тебя выследить.

- Да я вообще привыкла на сентегов внимания не обращать!

- Видишь, а он на тебя обратил… Ладно, не столь суть важно. Уже легче, что он беглый преступник и его никто не будет искать.

- Сомневаюсь. Сторонников у него предостаточно, и ведь кто-то помог ему сбежать с острова, к которому запрещено подплывать кораблям, и который ещё как-то защищён магически от побега ссыльного.

Невменяемый подошёл к окошку, внимательно осмотрел двор, слегка тронутый утренним рассеянным светом, и опять вернулся на стул:

- Вроде нам пока везёт, никто эту сволочь не ищет…

- А где он? - просила Ягуша с придыханием.

- Убил… он его…

- Кто?! Как убил?!

- Ну, этот…, принц твой, Кремон, и убил…, - пытаясь продумать, чтобы история получилась более правдоподобной, энормианин тянул время, показывая рукой на обугленный круг пола в центре комнаты. – Не знаю, как он это вытворяет, ну у него получилось отразить все удары сентега по своему телу. Хотя сверкало и горело – жуть страшная! Мне показалось, что вся изба ночлежная сгорит!

Женские причитания у него получались всё лучше и лучше, и расширившиеся от сопереживания глаза подруги – лучшее тому подтверждение:

- Риона! Объясни толком: как и что здесь произошло?

- Так я это и делаю! Когда ты этого гостя чем-то «пригрела», мы как раз с Кремоном собирались войти в комнату. Он меня заранее убедил, чтобы в этот раз я лично его привела. Потому как повода ему явиться к тебе вроде как не было…

- Как это не было?! – возмутилась красавица.

- В том смысле, что книжки то вы обе уже прочитали. А ты ему очень понравилась, вот Кремон и придумал другую причину, чтобы с тобой остаться: якобы для охраны. Иначе боялся, что ты его как кавалера на этот раз вытолкаешь из комнаты. А они знаешь, какие принцы обидчивые и гордые?! О-о! А как влюбляются, то ещё и глупые становятся…

- А разве он влюбился? – зарделась Ягуша, и кажется этот вопрос, её сейчас интересовал стократно больше, чем судьба опасного врага.

- Ещё как! Только о тебе и расспрашивал, как мы встретились! Но ведь это к делу не относится? Ну вот… А как мы вошли и он увидел, что ты падаешь так сразу и метнулся на того сентега. Ещё и ножи свои метательные успел бросить… Ага! И попал! Но тот Медиальт живучий, попался, зараза! Вот и пришлось Кремону ему шею сворачивать. В тот момент враг и ударил твоего принца чем-то жутко страшным…, я уж подумала, до угольков его сожжёт! А он ничего, живой остался, хоть и шатался дюже… Вон видишь какая чернота пропаленная на полу осталась? Потом мой принц прибежал, братца увёл отдыхать, а сам от трупа избавился… Ну а я, присматривала, чтобы никто из посторонних наши действия не заметил.

- И где он сейчас?

- Кто? Мой любимый?

Красавица не на шутку рассердилась:

- Зачем мне твой! Я про Кремона спрашиваю!

- Ах, так ты про своего?.. Так только что уехали… Договорились под вечер встретиться, почитай под самым Полюсом.

- А почему со мной не попрощался?

- Так ты в беспамятстве лежала…, да и старший принц себя неважно чувствовал. Вот младший его решил у какого-то их знакомого сентега подлечить. Мне самой во время первого удара от Медиальта досталось: чем-то таким он страшным по внутренностям бил…

- Так давай я тебя хоть проверю…, - стала приподниматься девушка, и Кремон сразу пожалел о своей жалобе:

- Лежать! Пока не позавтракаешь – никаких движений. Сейчас закажу что-нибудь покушать прямо сюда. Ты сама вон бледная и еле дышишь. Лучше копи силы, они нам могут в пути понадобиться.

Красавица и в самом деле выглядела неважно, и кого-то лечить в её состоянии, смех и только. В то же время она понимала, что Риона этой ночью глаз не сомкнула. Поэтому прошептала с благодарностью:

- Спасибо, Рионушка! В дороге отоспишься, я сама буду похасом править…

- Ой, не смеши меня, малохольная! Я могу ещё три ночи не спать, и тебя в беге обгоню! – уже в дверях, Кремон обернулся, и строго добавил: - Тебя снаружи на ключ закрою. А будет кто-то ломиться, не пожалей магии на усиление голоса…

Но когда спускался в трактир, а потом шёл на кухню, и в самом деле чувствовал себя плохо. Что-то внутри вражина своим ударом явно повредил и какому-нибудь врачу, а ещё лучше Медиальту, следовало показаться на глаза как можно быстрее.

«Ничего, пока потерплю, а вот когда уедем, то в следующем городе попрошу вначале первого встречного подлечить. Не поможет, тогда поищу Медиальта. Опять-таки, теперь я к каждому буду относиться с подозрением, и как такому доверишься?»

В самом трактире никого ещё не было, пришлось идти на кухню. Там уже поражала совсем иная картина, отличная от дальних окраин империи. Готовило две женщины и два сентега. Явный дефицит рабов просматривался, явный. Как же они тогда в самой столице ценятся?

И судя по тому, как после вопроса постояльца о раннем завтраке все глаза повернулись в сторону самой массивной женщины, именно она здесь командовала, невзирая на присутствие двух тэшей. Поинтересовавшись, чего бы хотела пришедшая конклатерра, она затем накладывала на поднос мяса, сыра, хлеба, глиняный горшочек с кашей, сметаны, блинов и варенья с орехами до тех пор, пока Кремон с удовлетворением не сказал «Хватит!» Там же на месте и расплатился, и очень аккуратно понёс здоровущий поднос в номер.

Вначале была накормлена Ягуша, которая тут же придремала, расслабившись. После чего Невменяемый умял всё остальное, радуясь за свой не пропавший аппетит, и тяжело вздыхая по поводу плохого самочувствия. Его тоже в сон потянуло, но бежать следовало отсюда как можно дальше и быстрей. Снося личные вещи из комнаты в телегу, он с несколькими встречные затеял короткие разговоры, в которых жаловался на нежданную болезнь служанки и немедленный отъезд домой, причём домой на север, называя город на расстоянии полдня пути. Мелочь, а следы возможным преследователям может и запутает.

Затем помог сойти вниз немножко проспавшейся девушке, уложил её на соломку и тронулся в путь. И опять пошли пейзажи, раскинувшиеся по сторонам от тракта, и опять начались участившиеся заслоны. Сегодня дотошно-любопытных сентегов оказалось не в пример больше, чем вчера. Останавливали и расспрашивали уже чуть не на каждом втором воинском заслоне, коих теперь стояло на каждые два километра хорошо, если не пара. Причём все казались нервными, взвинченными, и агрессивными. Сказывалась близость столицы и наверняка не всем нравились доносящиеся приказы императора о недопустимости передвижения воинских группировок на трактах. Последнее – выполнялось более чем с энтузиазмом: теперь уже и маленькие группки охранников останавливали и запрещали двигаться дальше. Ввели определённый лимит на количество даже для самых высоких титулованных особ и непосредственных ставленников имперского рода: хочешь путешествовать дальше? Можешь взять с собой только четверых сопровождающих.

Скандалы звучали практически в расположении каждого заслона. Недовольная знать, спешащая в столицу переходила на крики, каркала на сердитые личности, угрожала конкретным знакомым и местами доходило даже до потасовок. Но всё это в сумме лишь помогла крестьянской телеге быстрей преодолевать подобные спорные пространства. Как правило и сами вопросы следовали от одного или двух сентегов прямо на ходу:

- Ну и куда вы прётесь? – на своих длинных ногах они легко поспевали за движущимся гужевым транспортом.

- Домой, тэш! Да нам-то всего пару часов езды осталось! – и назывался очередной пригород очередного населённого пункта, где якобы и находилось поместье.

Порой самые ретивые участники заслона тыкали шпагами в солому, или пытались это сделать, нарываясь при этом на злобную ругань конклатерры. Мнимая Риона не стеснялась в выражениях, сетуя, что уже и так два горшка разбили с маслом, и другие вещи попортили своим противным железом. Помогало…, чаще.

Вот так и двигались…, пока Кремону совсем плохо не стало. Внутренности уже начинало порой дёргать, словно туда кто шилом тыкал:

«М-да! Успел мне этот Медиальт перед своей смертью нагадить! – досадовал Невменяемый, стараясь не кривиться. – Хотим не хотим, а в какой-то трактир заворачивать придётся… Да и о дальнейшем пути порасспросить, да кое-что уточнить – лишним не будет. Всё равно ведь сегодня до столицы не добрались бы… Да! И оденем ка мы кепи с бомбонами обе. Так мне будет спокойнее за оставшуюся в одиночестве Ягушу…»

Энормианин не хотел расстраивать подругу плохим самочувствием и он решил попросить сентегов о помощи конфиденциально.

Посёлок, в котором они остановились, скорей являлся центром нескольких усадеб одного рода, которые общими усилиями и на общих паях построили довольно солидный постоялый двор. Трактир в нём, как выяснилось позже, славился на всю округу и почти каждый путешественник старался именно здесь подкрепиться в дальней дороге. Ну и тут пришлось увидеть первое предприятие, на котором не было даже единственной рабыни, все работы выполнялись только одними сентегами

У обеих женщин средств хватало на всё. Что на лучшие заказанные блюда, что на необходимое лечение. Да и стол они сразу выбрали тот, где поблизости сидела ещё одна коллега, сопровождаемая сразу двумя мужчинами и одной служанкой.

- Ты постарайся завести с ними непринуждённый разговор, продай-купи, поторгуйся, - посоветовал Кремон Ягуше, сразу после дачи заказа. – А я постараюсь найти пока местную конклатерру. Что-нибудь и ей продам, заодно… Если не успею поесть свою порцию, не переживай, заберём с собой, оприходую прямо в пути.

Вначале подался на кухню, оттуда его послали на задний двор. Потом ещё дальше: в большой господский дом, стоящий в нескольких сотнях метров от трактира. Немного поразмыслив, подался туда. Ведь это как раз было удобно, чтобы отключив амулет, вновь придать себе облик мужчины. А то мало ли как будет проходить лечение. Кепи с тканями одних и тех же цветов, которые они носили вместе с Ягушей, он на себе оставил, а вот бомбон ярко-красный спрятал в один из карманов. И хорошо, что вспомнил, иначе выглядел бы очень абсурдно.

Но и там искомой персоны не оказалось, хотя в холле дома, какой-то хоть и простенький по экипировке, но довольно милый с виду сентег попросил подождать:

- Думаю, минут через пять, десять матрона вернётся, - сообщил он. – Так будет лучше, чем метаться в её поисках по всем хозяйственным постройкам.

- Спасибо, тэш!.. А! Раз уж я решил ждать, то может ты как раз и решишь мою одну проблему?

- Смотря какую…

- Что-то у меня внутри так порой покалывает, так покалывает…! А пока до хозяина доберусь, то совсем от боли изведусь. Могу заплатить за лечение.

- Ха! Если ещё и заплатишь, то я тебя сразу на пару лет омоложу! – обрадовался птицеподобный врач предстоящему заработку и назвал цену: - Это тебе обойдётся в пятьдесят гравов.

Невменяемый не удержался от выразительной мимики: пятьдесят местных гравов равнялись примерно сотне энормианских стасов, и за них здесь можно было купить шикарного похаса. Поэтому, помотав головой, приступил к торговле:

- Тэш, так и быть, не надо мне омоложения, поэтому я готов заплатить за простенькое лечение целых два грава.

Сентег затрясся, с бешеной скоростью щёлкая клювом. Кажется, он ухохатывался от всей души и долго не мог связать пары слов вместе. Но через пару минут его всё-таки пробило:

- Мне уже давно за двести! Так что брать меньше за свои услуги просто собственное достоинство не позволяет. Тем более излечивая раба!

Его миловидность и душевность, словно ветром сдуло. И было сразу понятно по его взгляду, что он уже начал человека просматривать магическими умениями. Если учитывать, что он и в самом деле разменял по возрасту третью сотню, то скорей всего он кто-то из особо уважаемых в данном роду персон. Хотя и закралось первое подозрение, что это ещё и Медиальт. Но такого быть не могло по умолчанию: те сразу выделялись особыми бляхами на груди, только им присущим плетением ремней экипировки, иным способом завязки шарфа и несколькими, загадочно окрашенными перьями на крыльях.

Но на всякий случай гость с севера решил перестраховаться:

- Ого, тэш! При всём к тебе уважении, осмелюсь заметить, что такие расценки только у Медиальтов. И только при обслуживании иных тэшей.

- Ха! А я лечу лучше большинства Медиальтов. Так что могу требовать за свою работу и два разу больше.

«Всё понятно! Наглая и чванливая птица! – решил про себя человек. – Просто какой-то зазнайка! Теперь надо аккуратно от него избавиться и вернуться как можно быстрей в трактир. Лучше я уж там обращусь к любому встречному поперечному…»

Прежде чем высказаться вслух, он тяжело вздохнул, понурил голову и начав разворачиваться, пробормотал:

- Извините тэш, но такие траты я себе позволить не могу… Да и ничего страшного, хворь сама пройдёт…

Тот как-то отстранённо, продолжая пялиться на человека, пробубнил:

- Стоять!.. А зачем тебе конклатерра понадобилась?

- Да там наша матрона хотела что-то продать, вот и послала меня на поиски.

- Ага…, значит, деньги есть у неё…

- Сомневаюсь, тэш. Она за меня и грава не отдаст. Скорей за эти деньги нового раба купит, а будучи возле границ, то и двоих…

- Ого! – сентег наконец-то рассмотрел нечто, сразу доведшее его до нервно-экзальтированного состояния. – Да ты скоро помрёшь! Можно сказать и ночь не переживёшь! Но самое невероятное, тебя атаковали структурой быстрого гниения! Шейтар тебя загрызи! Это же нонсенс: раб атакован структурой, которую умеет сотворить только Медиальт высокого класса! Стоять я тебе говорю! И не двигайся! – он зашёл сбоку, потом со спины, начав попутно ощупывать тело человека руками. – Вот так чудеса!

«О чём он мелет? – с нарастающим беспокойством думал Кремон. – Как может любой сентег, пусть и солидного возраста, рассмотреть во мне такие детали? Уж не врёт ли он нагло и беспардонно? Скорей всего!..»

Но хуже всего, что болезненные колики и в самом деле били по внутренностям по нарастающей экспоненте. И закралось вполне обоснованное подозрение, что данный индивидуум просто рассмотрел суть болезни, выдумал тут же сказку про Медиальта и своими силами стал тормошить некую внутреннюю рану. Ну или что там не в порядке в организме.

С другой стороны этакое уверенное упоминание об атакующем воздействии высшего врача, звучало слишком угрожающе. Вряд ли это простое совпадение, или желание накрутить цену за свои услуги. Но и сомнения нарастали: как мог обычный обитатель поместья разбираться в таких вещах и атаках? Тут нужны умения скорей такого специалиста как Ветеран или его талантливый молодой ученик Хооз-Дер. А то и взятые вкупе. Со своими знаниями старец, к примеру, сразу заметил в человеке почти все его проблемы.

А данный сентег тоже вдруг показал себя невероятно сильным врачевателем и целителем. Его бормотания ошарашили:

- Вот это да-а-а…! – тянул он, обходя пациента уже по второму кругу и бесцеремонно его ощупывая. – Да ты не только разозлил кого-то…, ты ещё и лечился у кого-то из великих… Шейтар меня загрызи, но тебя кто-то лечил от магического бессилия… Ты когда-то был Эль-Митоланом…, потом тебя чем-то припекло…, хм… Да нет, скорей всё выжгло…, почти… И тебе заново возрождали магическую сущность… Ха! Надо же! И ведь возродили! Дня три, четыре и вновь бы почувствовал свои силы… Но кто же тебя так…, этой ночью? Неужели тот, кто лечил? В целях эксперимента, что ли…? Или завистливый конкурент решил извести тебя со свету и вмешался? Но всё равно не сомневаюсь: подобное лечение стоило тысячи…, причем не гравов, а золотых монет Центра. И кто за тебя платил? Твоя прижимистая конклатерра?

Такие чудеса диагностики, и самого тупого пациента могли подвигнуть на логичные рассуждения: перед ним, в самом деле, Медиальт. Откуда он взялся здесь, почему так просто выглядит и каким чудом повезло на него нарваться, в голове не укладывалось. Но факт оставался фактом: про человека сентег знал всё. Правда, Невменяемый тупым не был, разве что подозрительным. Могло ведь и так случиться, что в этом доме в данный момент находится всё тот же Ветеран. Он увидел приближающегося человека через окно, быстро подговорил одного из местных жителей на шутку и сейчас давится от смеха где-то поблизости. Помня весёлый характер старца, и его страсть ко всякого рода розыгрышам – это сразу бы снимало все недоумённые рассуждения.

Но как поступить теперь? Что и как следует ответить? Можно ли вообще упомянуть имена своих покровителей?

Лихорадочно размышляя по сути заданных вопросов, человек ещё и по сторонам не забывал внимательно присматриваться. Поэтому подметил одну странность: если кто из сентегов заходил в холл, то старался быстро его покинуть через самый ближайший выход, которых тоже было предостаточно. Складывалось такое впечатление, что никто не желал общаться с данным знатоком своего вида, а в последние минуты вообще никто не появлялся. Словно все обитатели огромного дома отправились отсыпаться или дружно уселись за стол в дальней столовой.

«Или розыгрыш, или в самом деле передо мной Медиальт высокого класса, - подвёл мысленный итог Кремон. – Теперь бы ещё угадать ту степень откровения, до которой ему можно приоткрыться… Если он такой же, как тот беглый садист, то мне - конец. Да и разница в его характере настораживает: вначале казался милым и нормальным, а потом вдруг стал жадным и бесцеремонным. Ну и учитывать следует, что остальные нас оставляют наедине и никто даже словом не обратился… Хм! Пора мне что-то отвечать! Иначе он во мне дырок своими острыми пальцами наделает!.. Надо бы ему польстить, для начала…»

- Извините, тэш, но мне показалось, что вы отнеслись ко мне вначале с добротой и участием, как и подобает целителю от его душевной природы. Сострадание к живому существу – превыше всего! А у вас умение высшего ранга – сразу в глазах просматривается.

- Ох, ты какой пафосный и льстивый раб! – воскликнул сентег с удивлением. – Ему осталось жить всего ничего, а он ещё и философствует перед смертью. Да ты уже должен валяться у меня в ногах и умолять о спасении, а не пытаться надавить на мою жалость или ответственность перед разумными существами. А уж про деньги на лечение…

Может он хотел посоветовать, как отыскать нужную сумму на лечение, а то и посоветовать её украсть, но тут в холл по-хозяйски вошёл ещё один сентег. Этот скорей походил на разряженного модника, но отдающего дань воинской тематике. Увешан красивыми ремнями, вооружён по максимуму, разве что только керечесы в руках не хватает и коробочного ранца на спинной части туловища. Этот тоже отличался пристрастиями к причёскам и наверняка использовал такой же артефакт для укладки пёрышек, что и Ду-Грайт, хозяин Ягуши. Выглядел он более чем молодо, хотя всё познавалось в облике птицеподобных целителей в сравнении.

Говорить он начал издалека:

- Круке-Кре! Что ты сегодня с самого утра такой злой и нервный? Ну всех распугал! Теперь вон в раба вцепился… Он-то тебе, чем не угодил?

По всему выходило, что молодой модник не меньше чем кто-то из владельцев поместья. Наверняка и знатный, и с титулом, раз так запросто общается с самим Медиальтом. А тот, кого назвали Круке-Кре, отвечая, так и продолжал буравить мужчину тяжёлым взглядом:

- Вначале мне показалось, что это – шпион. Потом я понял, что он ходячий покойник. Ибо совсем ему мало жить осталось… Теперь подозреваю, что он смертник!

Вошедший замер на месте и его голос дрогнул:

- То есть он принёс какую-то неизлечимую заразу? Или его тело сейчас взорвётся ядовитой субстанцией?

- До такого не дойдёт…, он у меня сейчас под полным контролем… Но вот более странного раба я ещё в своей жизни не встречал… И он очень сильный, невероятный по мускульной мощи… Несмотря на плачевное состояние, он мог бы наверное порубить тут всех нас своим мечом, как на поле кочаны капусты…

- Ха-ха! Это ты уже перегнул! – с хвастливой самоуверенностью хохотнул молодой сентег. – Я бы из него решето сделал играючи. Да и чего рапиру об него пачкать? Ударил бы огоньком, превращая голову в головешку, и вся недолга.

- Да? Вот такие самонадеянные вояки и погибают в первом же серьёзном бою! И хочешь продемонстрирую доказательство твоего бессилия против этого раба? – Круке-Кре отошёл сам метров за пять от стоящего истуканом человека, и отстранил туда же молодого франта. – Вот ударь по нему парализующей молнией!

А Невменяемый стоял на одном месте и обливался потом от …бессилия и страха. Он и в самом деле попал под воздействие непонятных парализующих структур, которыми незаметно наградил подлый Медиальт при ощупывании его тела. Продолжали повиноваться только лёгкие, гортань и очень плохо - губы с языком. В остальном – даже кончиками пальцев пошевелить не получалось. С ним, и на его глазах творилось нечто страшное: высший врач не только сумел его обездвижить и взять под полный контроль, но ещё каким-то чудом рассмотрел те мутации организма, которые позволяли сбрасывать в землю боевые магические атаки иных Эль-Митоланов. На подобное действо даже такой мэтр как Ветеран не сподобился!

«Да что же мне так не везёт! – мысленно кричал энормианин. – За неполные сутки уже второй враждебный Медиальт меня убить пытается! Но если с тем беглым мне справиться удалось, то на этого даже плюнуть перед смертью не получится!.. Или каркнуть, как они выражаются… Но каков монстр! Сделал из меня куклу, а теперь решил показательно меня сжечь! Ещё и молодёжь при этом, поучая! Как же меня так угораздило?! Или это болезнь ему что-то показала? Скорей всего органы мои как-то перекрутились, потому и колет словно штопором… А вдруг и в самом деле мои внутренности гнить начали?!..»

Тогда как модник озадаченно мотнул головой, на предложение старшего соплеменника:

- Как, молнией?! Я ведь его убью! А что он мне сделал плохого?

- Ничего! И ты ему ничем не повредишь. Ну! Смелее, не стесняйся!

- Да как-то…, - молодой франт явно засмущался, слишком совестливый попался, видимо. – Мы не в бою…, он – безоружный.

- Ха! Вот ведь наивный! Этот раб тебя одним ударом «за барьер» отправить может, невзирая на всё твоё оружие, силу Эль-Митолана и кучу оберегов.

- Скажешь тоже…

- И скажу! И требую! Бей!

К тому моменту и Кремон сумел так размять губы, что сподобился на высказывания, пусть и косноязычные, но вполне разборчивые:

- Тэш! Так вы меня лечить собрались или добить? Честно говоря, меня с каждой минутой все больше и больше боли одолевают…

- А я тебе что говорил?! Ближайшую ночь ты уже не переживёшь! – злорадствовал Медиальт. Человеку ничего не оставалось, как хитрить дальше:

- Хорошо! Уговорил! Плачу пятьдесят гравов! Только вылечи!

Теперь старый сентег, нравоучительно подняв палец вверх, стал давать очередной урок молодому:

- Вот посмотри на этого жадного и глупого человека. Вначале, я по своей доброте предложил его вылечить всего лишь за смехотворную сумму в пятьдесят серебряных монет. А он мне нагло предлагал в ответ только два грава. И врал мне в глаза, что у него таких денег нет!..

- Нет! Я просто сказал, что не могу позволить себе такие расходы, - не удержался Кремон от напоминания деталей разговора.

- Да?! И это притом, что имеешь при себе кучу добра на огромную сумму и денег раз в пять больше от запрошенной мною суммы? – ехидничал Медиальт со смешком.

Энормианину стало вообще не по себе. Этот коварный тип рассмотрел на нём всё! О подобных умениях даже легенд или сказок не существовало, и теперь можно было не удивляться, если бы данный врач не успел покопаться в его воспоминаниях. И сейчас расскажет кто данный раб, и откуда.

Кажется, подобные мысли отразились в глазах человека, а сентег догадался об их сути, обрадовался этому и продолжил злорадствовать:

- Конечно, я знаю о тебе всё! Но хочу, чтобы ты сам во всём признался и нам рассказал. Но вначале…, - он с раздражением развернулся к молодому франту: - Ну сколько я буду ждать молнии? Или ты только что подарил все свои колдовские силы любовнице?

Похоже упоминание о какой-то женской особи, не на шутку рассердило молодого сентега, потому что глянул он очень недоброжелательно. Затем этот же взгляд уткнулся в мужчину:

- Ну ладно, раз ты ручаешься за его безопасность…

И ударил синей парализующей молнией. Невменяемому только и удалось, что в бессильной злобе закрыть глаза и автоматически прикинуть силу удара: примерно в треть от самой максимальной. Лицо обдало жаром, который тут же прошёлся по телу и вытек в пол через ноги.

- Вот! Убедился?! – радостно восклицал коварный садист. – А теперь: бей огненным шаром! Быстрей!

Глаза мужчине так и не пришлось открывать. Опять те же ощущения и нарастающая бессильная ярость. И никакого видимого выхода в перспективе. Разве что мелькнула запоздалая мысль-сожаление:

«Ягушу жалко! Она глупая отправится на мои поиски и тоже попадёт под раздачу! Бедненькая!.. Не догадается ведь сбежать, куда глаза глядят… И её гибель тоже будет на моей совести…»

Тем временем уже оба сентега крутились рядом. Старший явно вошёл в научно-исследовательский экстаз: восхищённо оперировал сложными медицинскими терминами, и, тыкая пальцами в человека, пытался объяснить данный феномен. Молодой, приоткрыв клюв, внимал, явно ничего не понимая. А человек, сдвинутый бесцеремонно левитацией в сторону от обугленного пятна на полу, чуть ли не со слезами отчаяния пытался вернуть себе управление вновь ставшими непослушными губами. Ему просто хотелось высказать всё, что он думает о подобных гадах и оголтелых садистах. Пусть и перед смертью, но высказать… Вернее – поругаться!

- Какой объект! Какой бесценный экземпляр! – подлый мучитель опустился на пол, чуть ли не клювом ощупывая почерневшие дощечки паркета. – Это же уникальный сброс силы! Сказка! А если тут ещё и концентрация с преобразованием замешаны…!

Вообще-то подобные слова давали некоторую надежду. Ежели «экземпляр настолько бесценный», то наверняка экзальтированный экспериментатор постарается сохранить здоровье своего подопечного. Посадит его в какую-нибудь клетку. Наверняка и с голоду помереть не даст. А потом уж случай подходящий для побега обязательно появится. Да не просто для побега, а с должным шумом и выверенным ударом, после которых этот каркающий ублюдок останется со свёрнутой шеей.

Так что желание просто ругаться, у Кремона пропало. Он решил воспользоваться моментом, для разговора с молодым франтом:

- Извиняюсь тэш, а как тебя зовут?

Тот покосился на ничего не слышащего и бубнящего что-то себе под нос садиста и с некоторой неохотой ответил:

- Ну…, можешь меня называть просто…, Граф! Если ты меня и сам не узнал?..

- Да первый раз вижу, теш!

- Ха! Тебя вон уже сколько раз во лжи разоблачили…, - и он резко сменил тему: - Кстати, ты на меня не обижаешься?

- За что?

- За молнию и за шар огня. Тебе не больно было?

Энормианин не стал врать:

- Ерунда! Только чуть жарко становится… Но кто этот Круке-Кре? У меня такое впечатление, что этот садист меня на части порежет и в банках с самой крепкой гремучкой хранить будет.

Непонятно отчего, но Граф развеселился:

- А ты и о нём ничего не знаешь? И никогда ничего не слышал об этом знаменитом Медиальте? Ну, ты, провинция!

Невменяемому очень хотелось пожать с возмущением плечами, но тело так до сих пор ему не повиновалось. Поэтому он мог только гневно прошипеть на такое глумливое сравнение:

- Ну да, обязан я знать о каждом мучителе и мяснике! Тем более что всю свою жизнь ничего кроме гранитного карьера не видел.

- Странно. Откуда тогда у тебя столько всего ценного? И денег столько много?

- Да не моё это. Конклатерра носить на себе заставляет, ей лень с собой таскать.

- А-а, ну да, они такие…, - Граф сразу проявил сочувствие и понимание. Видимо не раз уже сталкивался со странными, наглыми не подчиняющимися даже свои рабовладельцам матронам.

Вот именно к такому моменту и пытался подвести разговор Кремон:

- Ох! А моя уж такая скандалистка, такая! Что я сразу хочу попросить: если она сюда прибежит меня искать, лучше с ней не связывайтесь. Отдайте ей все мои вещи. А заодно…

- Что заодно?! – с нажимом спросил Медиальт, встав рядом и видимо прекрасно услышавший каждое слово из разговора. – Заодно и тебя ей вернуть? А?! Да ты, раб, совсем уважение потерял к тэшам! Как ты смеешь такие разговоры с …Графом вести?! Никакого страха! Вот хам невоспитанный!

И тут ещё и молодой франт, пощёлкав клювом, сдал человека со всеми потрохами:

- Ты знаешь, Круке, он тебя считает оголтелым садистом, мясником и мучителем. И уверен, что ты его разрежешь теперь, препарируешь его внутренние органы, разложишь их в банки с гремучкой и будешь проводить с ними опыты!

И он уже расхохотался в полную силу. Показывая, что и сам такой же садист. Если не хуже и циничнее. Хотя, если припомнить, как Франт сомневался при магических атаках, а потом чуть ли не извинялся, что-то тут не вязалось в поведении.

Но додумать на эту тему Невменяемый не успел. Круке-Кре, чуть ли не уткнулся клювом человеку в переносицу и сердито, с какой-то странной угрозой, переспросил:

- Это я – садист и мясник? Это я – буду тебя резать? А зачем, спрашивается? Ты не прав! Поэтому хочу тебя обрадовать: ты у меня будешь целиком в гремучке! Причём - живой! Плавать в ней, дышать ею… И опыты над тобой будут вестись ещё минимум лет сто. Я и это умею, не сомневайся! О! Мало того, могу и в гремвине тебя замариновать. Правда он не настолько прозрачный, тебе будет плохо видна моя лаборатория…

И всемирно известный, за пределами империи сентегов герой, почувствовал, как у него со странной дрожью леденеют последние послушные ему мышцы, а страх накатывается на сознание чёрной грозовой тучей. Медиальт не врал, он говорил правду: всё он может...

Глава четырнадцатая

ЗАЩИТНИЦА

Нагнетаемая кошмарная атмосфера цинизма и далеко не врачебной этики, оказалась прервана громким стуком закрывающейся входной двери. Кто там вошёл, и почему так демонстративно, Кремон рассмотреть не мог, но по перекошенным от недовольства клювам своих мучителей понял: новый персонаж и сентегам не понравился.

Круке-Кре, правда, тут же подобрался и добавил в голос злобной строгости:

- А тебе чего тут надо? Кто тебя звал?

- Как?! Неужели никто не звал?! – послышались ехидные восклицания Ягуши. – А когда кушать нечего, кого зовёте?

- Вот к ней и отправляйся! А в наши дела не вмешивайся! – и демонстративно оба тэша отвели взгляды в сторону. Только девушка церемониться не собиралась, хотя при этом явно не могла сообразить, что здесь творится, куда делась Риона и откуда вдруг взялся старший принц. Она решительно прошла к троице замерших особей, заглянула в лицо мужчины, нервно сглотнула и стала поднимать громкость своего голоса:

- Эй, тэши! Что это вы с ним сделали?!

Медиальт странно дёрнул своими перьями и попытался сам атаковать:

- Ха! Ты ведь знаешь, что этот раб болен? И что ночью умрёт?

- Нет…, - растерялась девушка.

- Так вот знай! И как раз из-за твоей жадности этот экземпляр самца отправился на поиски целителя. Попал на меня, но побоялся заплатить требуемую сумму. Потом всё-таки подумал, согласился, и вот…, я приступаю к его лечению.

- Неправда! – сумел прошептать Невменяемый. – Он меня хочет замариновать в гремвине…

Конклатерра, хоть и выглядела неважно после ночных приключений и сама нуждалась в магических силах как никогда, сумела рассмотреть, что её ухажёр и спаситель полностью парализован и не может даже шевельнуться. Ну и воспылала таким возмущением, что казалось, сейчас бросится душить если уж не обоих, то старого сентега точно:

- Ты! Что ты с ним сделал?! А ну немедленно его освободи! Живодёр!

Оба птицеподобных представителя разумных, синхронно шагнули назад, стали ближе друг к другу и отгородились от рассерженной торговки всеми имеющимися у них магическими щитами. И по тону старшего было понятно, что он не боится, просто ему очень неприятно и досадно:

- Ну вот, делай после таких оскорблений доброе дело! А ты женщина, остановись! И соображай на кого кидаться собралась! Ведёшь себя как глупая самка, а ведь Эль-Митолана! Неужели не понимаешь, что при некоторых видах лечения лучше сразу обездвижить все группы мышц, чтобы больному хуже не стало?

- Да?! Это такое лечение?! Вот прямо здесь и стоя?! – выходила из себя конклатерра, переходя на истерические восклицания. После чего заметалась взглядом по холлу, и вдруг наткнулась на чёрное, обугленное пятно пола рядом с Кремоном:

- А это что?! Это вы так его лечите?! Кто это в него ударил молнией?! Или огнём?! – заметив, что молодой франт непроизвольно шагнул за спину Медиальта, она взвизгнула: - Ты!!! – и явно собралась идти в самоубийственную атаку.

Круке-Кре взмахнул руками, словно в жутком расстройстве, и обессиленная Эль-Митолана ничего не смогла противопоставить силам и умениям высшего врача: тоже замерла на месте, с выпученными от гнева глазами и с шумным, прерывистым дыханием. Скорей всего, она и говорить не могла. Не помогли ей ни обереги, ни довольно мощные, полные сил артефакты.

- Нет, ну ты только глянь, что творится! – перешёл к возмущениям вслух Медиальт. – Я ещё и оправдываться должен в своих действиях!

Молодой франт, скрывающийся под прозвищем Граф, наоборот вздохнул с облегчением, расслабился и укорил старшего товарища:

- А всё потому, что любишь строить из себя кровожадного маньяка. Я-то тебя знаю, а эти бедняги не на шутку испугались. Тем более они понятия не имеют кто ты такой и что в самом деле замыслил.

- Ага! Они и про тебя ничего не знают…, - ворчал высший врач, теперь уже обходя девушку по кругу и просматривая её внутренности.

- А чего меня знать? – стал посмеиваться франт. – Я с первого взгляда добряком кажусь, и никого в гремвине мариновать не угрожаю. Потому меня и не боятся.

- Ну, да…, пока имени твоего не узнают… К тому же только что, эта самка хотела тебе горло перегрызть…

- Так она глупышка не знала просто, что это ты меня заставил бедного раба огоньком и молнией прогревать. Иначе твои щиты бы прорвала своей злостью. И между прочим…

- Надо же! – перебил его восклицанием Медиальт. – И эта особь тоже ночью попала под удар Медиальта! Невероятно! Я в шоке. Что-то тут не так… Таких совпадений в жизни не случается!..

Граф подошёл ближе к женщине, не стесняясь и своё мнение высказать:

- Ну раз они вместе, да ещё и близки по интиму, то так и должно быть. Попали кому-то под горячую руку, вот он и пришиб их одним движением.

- В том-то и дело, что не одним! А совершенно разными структурами охаживал. Того силача убить хотел сразу, молниеносно. Тогда как эту скандалистку, особо изящной парализующей силой накрыл. После неё и Сонного покрывала не надо: кто ударил, потом ещё тычет вот в эти два центра и допрашивает о чём угодно. Причём след силы весьма характерный, принадлежит одному и тому же коллеге. Смотри внимательно вот сюда…

Он явно забывал, что его молодой соплеменник не обладал умениями Медиальта и теперь только хмыкал с весёлым смехом:

- Да я-то посмотрю!.. Вот увижу ли что надо?.. Так что я тебе верю на слово! Но всё равно не понимаю твоей озабоченности: ну тыкнул, ну допросил… Пусть это и неудачник какой-то…

- Вот! Суть ты тоже уловил. Представь, я пытался убить прошлой ночью мужчину, через которого все мои атаки уходят в пол, а потом собирался допросить женщину… А затем ты обоих видишь перед собой и задумываешься: «Как эта парочка вырвалась из рук моего старого приятеля и где теперь он сам?»

- А-а? Ты на что намекаешь? – франт стал совершенно серьёзным. – Что эти двое убили какого-то Медиальта?

- Ха! Верно соображаешь! В такое трудно поверить, но здравый смысл мне шепчет то же самое. Тем более что структуру с этой женщины так никто и не пытался снять…

Слушая такие речи и совершенно правильные, верные выводы, Невменяемый титаническими усилиями воли попытался пошевелиться. В данный момент его судьба, а также судьба Ягуши была в руках вот этого страшно ушлого, и в то же самое время удивительно знающего Эль-Митолана. Но судя по его кровожадным высказываниям, жизни людей висели на волоске. Такой садист не станет вспоминать о гуманизме во время предстоящего допроса, скорей растянет пытки с особым удовольствием и цинизмом.

И вырваться из плена никак нельзя! Шанса на побег, или последнюю предсмертную схватку, тоже не предвиделось.

И всё-таки Невменяемый попытался. Чувствуя, как его непослушная плоть начинает рваться от мышечных усилий, он с сиплым рычанием умудрился частично развернуть корпус и подвести правую руку ближе к мечу. Но его движения заметил молодой франт, тут же отскочивший в сторону:

- Круке-Кре! Он шевелится! – с расширенными глазами, залопотал он. – К мечу тянется!

Тот сразу позабыл о втором объекте и вновь вернулся к первому. Причём цокал языком с каким-то странным, нездоровым восторгом:

- Феноменальный уникум! Неповторимый! Это что-то немыслимое! – хотя тут же и не преминул поиздеваться: - Тебе никак меч мешает? Тяжёлый слишком? Так почему молчишь? Я с радостью помогу.

С этими словами он и меч снял, отбросил его в кресло у самой стены, а потом и всего Кремона, с той же лёгкостью, что и меч, уложил горизонтально прямо на стол. Немного подумал, похмыкал и уложил рядом и Ягушу. Затем с каким-то воодушевлением помахал крылышками, словно разминаясь и участливо спросил:

- Где больше всего болит? И кого будем лечить первым? Хотя по логике, следует спасать в первую очередь мужчину…, он себя и сам только что умудрился повреждения лишние нанести… Ну всё, перестали бояться, скоро вам полегчает…

Как именно «полегчает» сомневаться не приходилось.

Теперь пленнику уже и страшно не было. Навалившаяся тоска и безысходность чуть не ввергли его в пучину бессознательности. И только краем сознания он заметил, что лицо у него чуток «отпустило». К тому же лицевые мускулы стали шевелиться не только у него, но и у пленницы. И та с шипением попыталась говорить:

- Круке…, я матрона…, Ду-г-г…, Ду-Грайта!..

Медиальт на мгновение замер от изумления, а потом оббежал стол и навис с другой стороны над конклатеррой. При этом он своими магическими силами, прошёлся по её телу, и в особенности по лицу, возвращая ему нормальную чувствительность:

- Что? Что ты сказала? То-то я диву даюсь, от твоего взращенного в тело артефакта связи! Ду-Грайт? Мой друг здесь?!

- Ну никогда не поверю, что великий тэш Круке-Кре стал глуховат! – истерически затараторила Ягуша, смешивая в эмоциях злость, радость, облегчение и восторг с печалью одновременно. – Я тебя видела, когда ещё маленькой была, потому и не узнала. Но мой хозяин не раз рассказывал о своём старом приятеле, личном Медиальте императора Круке-Кре! И всегда твердил, что ему можно доверять! Всегда меня убеждал, что он самый честный, гуманный и справедливый. А что я тут вижу?! Этот самый «гуманный» пытается до смерти замучить моего любимого мужчину, только за то, что глупый мужчина по своей наивности обратился за помощью к обнаглевшему сентегу! Какой позор! Как не стыдно издеваться над беззащитным и больным! И как можно поднять руку на конклатерру! Неслыханное попрание всех законов и традиций! Как низко надо пасть, чтобы вершить такие страшные дела лучшему врачу империи! Вернее не лучшему, а самому…

Она неожиданно перешла на непонятное мычание, да ещё и приглушенное. Видимо сентег не выдерживал долго истерические оскорбления в свой адрес, и вновь парализовал у девушки язык и лицевые мускулы. После чего скорбно обратился к Графу:

- Ну вот что мне теперь делать? Ведь и за тысячу лет теперь не отмоюсь! Во всех грехах успела меня обвинить. И за что, спрашивается?..

- Я предупреждал: оставь свои дурацкие шуточки! – пощёлкивая клювом, заявил молодой франт. - Ха! В гремвине он людей маринует! Да такое кто услышит, сразу сдадут м-м…, императору как душевнобольного. Это надо до такого додуматься, а?

Теперь уже Медиальт возмутился от всей души:

- А как я должен был к этому типу отнестись?! Вваливается сюда без приглашения и разрешения, а потом ещё и нагло требует его вылечить. При этом уже при смерти от страшной, всеразрушающей структуры внутреннего гниения. Да его любой заподозрит в сложном, многоструктурном зомбировании. Вот я и решил его попугать, чтобы лучше разобраться, чего ему тут, в самом деле понадобилось…

Невменяемый боролся сразу с несколькими, нахлынувшими на него чувствами. Во-первых, ему стало приятно и радостно от вырвавшегося из уст Ягуши словосочетания «моего любимого мужчину». Во-вторых: чувство опасности перестало вопить в сознании, уступая место неожиданному облегчению. Ну и, в-третьих: все предыдущие сцены стали укладываться наконец-то в какое-то логическое построение. На его фоне свои ошибки и промашки выглядели явственно и бесспорно. Поверни он в самом начале разговор с Медиальтом в нужное русло, можно было бы и более мирно решить все вопросы.

«Но кто же мог подумать, что я столкнусь с такой личностью в каком заурядном, притрактирном поместье!» - пытался сам себя оправдать энормианин.

Правда, ещё оставалось не снятым, а может просто не выясненным самое главное обвинение, которое прозвучало только недавно. Именно поэтому тела пленников так и не становились им послушными. Круке-Кре собирался выяснить всё до конца.

Глава пятнадцатая

НОВЫЕ СОЮЗНИКИ

Но начал высший, да ещё и личный врач самого императора с того, что подвёл графа к девушке, указал в её внутренностях нечто, видимое только сентегам, и наставительно молвил:

- Пробуй восстановить эти вот разрушенные ткани и волокна. И эти связи к магическому узловому центру усиль… Попрактиковаться тебе никогда не помешает. Ну и присматривай, чтобы она опять не впала в истерику. Знаешь ведь, как меня колотит от одного вида конклатерр…, - после чего опять перешёл к мужчине, и склонился у него над головой: - Значит, предлагаю тебе отвечать на все мои вопросы честно, быстро и не раздумывая. Если согласен, моргни глазами.

Понятное дело, что Невменяемый моргнул.

- И никаких криков или ругательств! – получив повторное движение век, Медиальт позволил Кремону нормально дышать и разговаривать. Тот сразу этим воспользовался, гримасничая и пытаясь восстановить чувствительность губ. – Итак: кто вас атаковал этой ночью?

- Медиальт. Имя его Ягуша так ни разу и не назвала…

- И где он сейчас?

- Закопан в земле.

- Вы его прорасти закопали, или как?

- Нет, он мёртв…

Ну и дальше, уже ничего не скрывая, Кремон поведал суть и главные события прошлой ночи. При этом он старался всеми силами своего сознания погасить искорки лжи, которые могли проскочить в его ауре. Если уж данный дознаватель его насквозь видит без всякого преувеличения, то и ложь отличит без всякого Сонного покрывала. А удерживать равновесме на лезвии полуправды оказалось невероятно сложно.

Нельзя было и словом упомянуть о несуществующих принцах. Нельзя было в это дело вмешивать и подставную Риону. Поэтому и непосредственная правда озвучивалась только с некоторыми намёками для Ягуши, чтобы она поняла как ловко и правильно врёт её любимый. То есть он, Кремон, как бы сидел и ждал свою возлюбленную в общем зале, когда та, поспешно, явно кого-то опасаясь, умчалась в их комнату. А за ней устремился слишком уж подозрительный сентег. Естественно, как любящий мужчина, он поторопился тоже следом и успел вовремя: коварный сентег, вчерашний садист и ссыльный уже чуть ли не убил девушку. После этого на взъярившегося мужчину нашло затмение и он бросившись на врага свернул тому шею.

Потом пошли рассуждения о поиске места для трупа, и жалобы на изнурительную ночную работу землекопа. Ранний выезд и дорогу к данному поместью, явились самой скомканной и неинтересной частью рассказа.

Но вот всё сказанное до того, Медиальт слушал не моргая, глядя прямо в глаза человека. И когда тот замолк, выпрямил свою длинную шею и стал рассуждать вслух, словно для Графа:

- Ну с тем беглым садистом, всё понятно. Туда ему и дорога, гнить в навозе похасов. Но вот что удивительно! У меня создалось чёткое представление, что этот мужчина говорил только правду… И в то же время соврал! Как могут возникнуть такие противоречивые ощущения?

Молодой франт отстранённо фыркнул и не отрываясь от проводимого лечения, рассудил:

- Да потому что всё рассказанное – это полный абсурд и нонсенс. Ну разве может обычный…, ну ладно, пусть даже совсем необычный человек, убить Медиальта? Вот потому и ощущение лжи…

- М-да? Ну, ели так рассуждать, то в самом деле – противоречия будут. – Круке-Кре оживился: - Но наш почти оправданный индивидуум ни словом не обмолвился о предыстории ночных событий. Почему это вдруг он, только сопровождаемый единственной конклатеррой, оказался так далеко от дома своего хозяина Ду-Грайта? А?

- Да я никогда и не утверждал, что он мой хозяин. Я начал путешествие к столице с иными тэшами: с господами Ветераном и Хооз-Дером. Выехали мы из Аллангарна, но в связи с жуткими событиями в империи, пришлось ехать зигзагами и в рваном темпе. По пути к нам присоединился тэш Ду-Грайт, со своей очаровательной матроной, в которую я и влюбился без ума. Двигались мы малыми группами, как бы вразнобой. Многочисленные заслоны на тракте, а также действия мятежников, привели к тому, что за городом Селестия, нам пришлось с ними расстаться. Но в то же время, тэши нам настоятельно приказали: продолжать путь, чтобы не случилось в дороге. Встретиться мы договаривались в домах столичных Медиальтов, их имена помнит лучше Ягуша. Ну…, вот и всё, вроде бы…

С хмыканьем, личный целитель императора стал расхаживать по холлу. И опять ему что-то не давало покоя:

- И тут он в чём-то врёт! Вот спинным мозгом чувствую, что самое главное он не договаривает.

Кремон не выдержал:

- Ну почему всё время врёт да врёт?! Есть ведь определённые тайны и у наших тэшей, которые мы просто не имеем права огласить маленьким словечком. Желаете, спрашивайте у них. А мы – никак! Что хозяева внушат, то и рассказываем.

Круке-Кре подскочил к нему, наклонился и замер, всматриваясь к голову:

- Ну вот, опять ложь…, хотя ты и сам мог не знать… Ну по поводу твоей колдуньи, то я за неё сразу был уверен… Ду-Грайт не тот тип, который будет поить эликсиром Бигина свою конклатерру, воспитанную с детства, да ещё и связанную с ним вживленным артефактом. Да и у тебя в голове какой-то блок, который позволяет тебе бороться с любым внушением… Ха! И нести небылицы даже под воздействием Сонного покрывала. Ай да фрукт! Ай да экземпляр!..

Его восторги прервал Граф своим сообщением:

- Я закончил. Заживление пошло уже собственными силами и ей бы сейчас часика два поспать, совсем обессиленная, - совсем не обращая внимания на попытки девушки что-то сказать, он накрыл ей лицо крылом и добавил: - Пусть хоть четверть часика полежит в расслабленном состоянии. Кстати! – убедившись что девушка провалилась в короткий сон, он обратился к Медиальту. – А ведь этот шикарная идея! Мы можем выдвинуться в сторону Полюса малыми группами, переодевшись…

- Нет! – решительно прервал подобные размышления высший имперский врач. И столько непреклонности прозвучало в этом коротком слове, столько строгости и категоричности, что молодой франт даже кривиться не стал. Только и вздохнул тихонечко.

А Круке-Кре перестал пялиться, лишь когда убедился что ему не возражают и как ни в чем не бывало, продолжил беседу с человеком:

- То есть ты хочешь сказать, что ваши хозяева уже проскочили в столицу?

- Понятия не имею. Всё-таки их серьезно могли задержать верноприличники.

- Ах, да… В этой Селестии всегда было неспокойно. Там постоянно тайные ложи группируются…

Он пустился в совершенно неуместные размышления о вреде вообще всех сект поголовно. Тогда как Невменяемый опять стал чувствовать резкие боли в своих внутренностях. Показалось даже, что говорить трудно становится, вот он и не стал деликатничать:

- Тэш, может быть всё-таки подлечишь меня? Мне всё хуже и хуже, честное слово… Если вопрос в деньгах, то я готов добавить…

- Это похвально. Жадничать перед смертью не стоит, с собой «за барьер» состояние не заберёшь…, - но сам уже стоял рядом, несколько странно раскинув руки: одна лежала на правом колене человека, а вторая на его левом плече. – Хотя мы только сейчас приступим к торговле… Готов, говоришь? И сколько конкретно? И учти, ты ещё графу должен за лечение твоей подруги, а мне за консультацию.

- Ну, если так…, - постепенно энормианин стал улавливать сложный юмор данного сентега. – То за свою любимую я готов заплатить всё, что у нас есть… Ну а за себя…, могу предложить что-нибудь из оставшихся у нас безделушек.

- Ха! Каков хитрец! Как раз твое лечение стоит в тысячу раз дороже!

- Тогда буду отрабатывать своим трудом…, или работой в лаборатории…

- Это как?

- Готов плавать в гремвине, к примеру…, - оба сентега вздрогнули, от раздирающего их смеха. – А что, я ведь много не выпью, не бойтесь! Литров десять в день, и то если без закуски.

Молодой быстрей защёлкал клювом, а вот старший вдруг посерьёзнел:

- Граф, позови кого-то, пусть мне свою силу сбросят… Этот пловец в гремвине силы вытягивает, словно бедного мотылька ураганом в пропасть…

Франт не стал мешкать или переспрашивать, и уже через несколько минут вернулся с каким-то военным. На счёт, тот передал Медиальту свои магические силы и отправился дальше по своим делам. А может и на пост какой, уж больно он грозно смотрелся со своим готовым к походу ранцем.

У Кремона уже и шея слушалась, поэтому он вывернул голову, провожая военного удивлённым взглядом. Как-то тот не вписывался в данное поместье. Хотя само присутствие всё замечающего императорского целителя проливало свет на что угодно:

- Чем он тебя так заинтересовал? Обычный вояка из приданного мне отряда.

- Да такой экипировки и ремней ещё ни разу видеть не доводилось, - признался человек. – Не чета иным воякам, что из комендантских рот, что из личной охраны знати… Скорей даже Порушников напоминают.

- О! А где это ты воинов элитного отряда видел? – сентеги насторожились

- Да на тракте и видел. Возле той же Селестии, к примеру. Поговаривали на торжище, что они там каких-то заговорщиков с лица земли стёрли…

- Мм? Опять недоговариваешь? – стал строже Медиальт.

- И опять все дополнительные вопросы к моим тэшам! – с усталой улыбкой отвечал Кремон.

- Поспрашиваем, поспрашиваем…, если они нам встретятся, - при этом Круке-Кре вопросительно посмотрел на молодого франта. И тот ответил:

- Под видом местного заслона, послал самых зорких и знающих. Уж если не они рассмотрят, то остальные и подавно.

«Так вот где он лишние пару минут ходил! – забеспокоился Невменяемый. - Послал целый отряд воинов на дорогу, и те будут теперь высматривать не только моих покровителей, но и Порушников. Если из них кто вырвался и продолжает путь в столицу… Хорошо это, или плохо? Если судить по тому, что меня всё-таки лечат – то хорошо. Вполне может оказаться, что стоящие сейчас рядом со мной сентеги здесь попросту застряли из-за бунта и теперь пережидают, пока на трактах восстановится нормальное движение… И отряд у них не маленький, раз его на группы разбивать нужно… Тут и лишняя подозрительность императорского целителя оправдана…»

А самочувствие вроде как постепенно улучшалось. Вернее не столько улучшалось, будучи сам колдуном, Кремон понимал, что не всё так быстро делается, как пожелается, но удары боли ощущались мягче, нервная система словно ватой затянулась, начало пропадать внутреннее раздражение и агрессивность. Как говорят в таких случаях, осталось дождаться только хорошего аппетита. Ну и радовал тот факт, что данный Медиальт подтвердил грядущее магическое выздоровление. Конечно, стоило опасаться, не задержится ли оно из-за страшного удара магией, но даже если и задержится, то сути это уже не поменяет. Ветеран оказался прав! Излечение идёт успешно!

Хотя и проконсультироваться лишний раз не помешало бы:

- Тэш, а нынешняя болезнь и твоё лечение не задержит общее магическое излечение? – и судя по ответу, данный врачеватель не мог удержаться от подначек:

- Да ты радуйся, что вообще живым останешься! Ну и что я у тебя на пути встретился. Иначе этой ночью бы и помер.

- И что, даже Ветеран бы меня со своим учеником не спасли:

- Ну…, если на пару, да не позже чем через час…, может и справились бы… Только вот о твоей магической сущности, ничего конкретного сказать сейчас не могу. Может и задержится выздоровление, а может и…

Повисшую паузу, энормианин оборвал с нетерпением:

- Что значит «и»?

- Да оно по-разному случается… Магическая сущность – это не рука или нога. Заново так легко не вырастишь. А в твоём случае вообще чудо, что она после такого ожога опять восстанавливаться начала… Кстати, память ты после этого насколько потерял?

- Э-э-э…, да на пару месяцев, - не стал скрывать человек. – Да и сейчас, время от времени какие-то мелочи забытые всплывают из омута старых воспоминаний…

Сентег вздохнул, перекладывая руки на грудь и на голову, лежащего перед ним человека. Потом скорей просительно, чем строго потребовал:

- Ну, чего умолк? Рассказывай, кто тебя так выжигал насквозь!

- Да я могу и рассказать, но ты ведь опять не поверишь…

Граф, как раз вернувшийся от дальнего стола с каким-то фруктом, демонстративно щелкнул клювом:

- Так-то! Ты каждый раз недоволен его правдивым рассказом, вот он теперь и обиделся на тебя. Разве что ты тоже на него обидишься, и лечить перестанешь.

Упреждая развитие поднятой темы, Невменяемый проворчал:

- Да и не моя это личная тайна… Вот если мои тэши разрешат…

- Заладил! Да я твоего Ветерана двести лет знаю! Он специально начнёт издеваться, и с умным видом философствовать, что не всё дано познать каждому. Тот ещё любитель тумана напустить! Помню однажды…

Что он там вспомнил из истории, дослушать не удалось, потому что проснулась после порции сна Ягуша. Её тело ничем сковано не было, поэтому она рывком уселась на столе и уставилась на молодого франта:

- И тебя я узнала, – ещё и обвинительно ткнула в сентега пальчиком. – Твоё высочество Луал-Лайт, младший принц! И нечего прикрываться именем какого-то Графа. Ду-Грайт тебя хорошо описал, и утверждал, что тебе можно доверять, как и Круке-Кре. Поэтому, Кремон, можешь им рассказать всё. Ну и мне заодно, кое-что поведай. К примеру, куда делась Риона?

Невменяемый мысленно застонал:

«Ну вот и кто её за язык тянет?! И зачем ей, спрашивается, Риона?! И ведь соврать трудно, вон как три пары глаз во мне дырки буравят!.. Надо что-то придумать…»

Глава шестнадцатая

КОРМУШКАДЛЯ СТАЛПНЯ

В княжестве Катранго, прогрессивные преобразования, после уничтожения рабства, велись во всех сферах существования. Но больше всего это выразилось в нежданной активности политической, административной и дипломатической жизни. В течении всего лишь одной недели, стольный град Йесира, стал одновременно столицей наивысшего интереса на всей обжитой части Южного континента. И началось всё с массового паломничества дипломатов всех рангов со всех стран мира.

Пришедшая к власти княгиня, никогда и представить не осмелилась бы, что внутренними делами её не слишком огромного государства, заинтересуется кто-либо ещё, кроме ближайших соседей. Ну разве что ещё с десяток таких же мелких княжеств пошлют своих дипломатов. А несколько подобных территориальных образований, наоборот, отзовут своих представителей. Потому что из бывших союзников, они, до сих пор не отменившие у себя официально рабство, как бы превращались в недругов.

Но чтобы гигантские государства, да ещё такие как Энормия прислали свои делегации, такое новой правительнице и не снилось. А что ещё больше поражало, так это количественный состав прибывающих посольств. Первыми добрались шесть сотен человек из Морского королевства. На следующий день прибыли посольства Чингалии, Менсалонии и Онтара, в которых численность уже колебалась от восьми сотен до тысячи человек. Затем своей роскошью поразили две тысячи посланников Спегото. Ну и пока подтягивались посольства обоих Баронств, Кремниевой Орды, Царства Огов, Альтурских Гор и Сорфитовых Долин, в каждом из которых было более тысячи представителей, грянуло в маленькое Катранго представительство Энормии. В нём перепуганные пограничники насчитали около трёх тысяч дипломатов и лиц их сопровождающих.

За несколько дней столичный град Йесира, некогда тихий и уютный город, превратился в растревоженный, переполненный муравейник. Не осталось ни единого свободного дома, пропали сразу все свободные комнаты, а уж цены аренды жилья, взлетели до небес со скоростью молний. Но и это не останавливало дипломатов. На первой же аудиенции с княгиней, они не торгуясь скупали самые ближайшие пригороды около столицы и уже на следующий же день начинали там строительство поместий, дворцов и замков. Естественно, что острая нехватка рабочих рук тут же сказалась на всеобщей миграции Южных княжеств. Лучшие мастера, да и худшие тоже, устремились в Катранго, мечтая озолотиться и обеспечить себя безбедную старость. Утроилось также и количество разумных растений в Катранго, которые ни у кого не спрашивали разрешения и селились там, где им только вздумается. Правда, никто из зеленючек не спешил записываться на посещение княжеского дворца, но тут уж, подобные действия боларов воспринимались как само собой разумеющиеся.

Но и это ещё было не самое главное. Завершив должные церемонии, и поднеся княгине роскошные дары от своих правителей, дипломаты сразу же переходили к иным аспектам сотрудничества. И все как один, словно сговорившись, предлагали всемерную помощь и активное участие в планомерном исследовании южного пограничья княжества, на территориях вдоль губительного для живых существ барьера. А так как земли они просили самые бросовые, наиболее опасные для жизни и на которых даже трава для пастбищ не росла, то польщённая и задобренная роскошнейшими подарками княгиня, отдаривалась в ответ без зазрения совести или душевной жалости. Мол, пусть себе там хоть новые города построят, если смогут, всё равно не жалко!

Несколько человек из окружения правительницы, попытались, правда, образумить державную даму. Дескать, раз гости так туда прутся, то как бы потом самим не пожалеть. Вдруг там не просто мёдом намазано и золотом стелено? Вдруг там и в самом деле дорога к Южному полюсу имеется?

Напоминали и о странностях, которые там произошли со сверженным князем и его великолепно вышколенной дружиной. Ведь столичная армия, верная княгине и примкнувшие к ней ополченцы, так и вернулись домой, не вступив в сражение и не отыскав боеспособных частей противника. На южном пограничье только и нашлись, что жалкие, единичные беглецы, рассказавшие об ужасах ночного нападения. Тогда получился не бой, а настоящая резня. Ставшая на ночёвку дружина, несмотря на огромное количество несущих охрану Эль-Митоланов, была выжжена, уничтожена и добита в течении одного часа. Как потом доложили княгине жители тамошних мест, сделано это было силами местного населения, до которого дошли новости из столицы. Раз уж рабство свергнуто, то и главного тирана никто жалеть не стал. Вот потому все дружно собрались, и ещё дружней атаковали.

Представители Комитета спасения, во всём поддержавшие воссевшую на троне княгиню, видели потом остатки стоявшего лагеря. А колдуны просмотрели захоронения, в которых лежали голые трупы княжеских дружинников. Им ничего не оставалось, как пожимая плечами и разводя руками подтвердить заявления местных жителей. Хотелось бы забрать некоторые трофеи, но …побоялись даже напомнить о них. Всё осталось в руках народа. Также было предоставлено и тело погибшего князя. Дабы потом не было инсинуаций на тему прав и преемственности.

Вопросы сняты. Проблем нет. Новой повелительнице ничего и никто не угрожает.

Вот потому и радовалась княгиня, что только из-за прибытия таких многочисленных представительств, её вотчина становится самой, самой во всех отношениях. А выданные концессии на исследования у барьера, ещё и обещали постоянный ручеёк прибылей в казну, потому как четверть всего найденного или пущенного в использование, будет идти в пользу Катранго.

- Повезло, значит, не будем нищенствовать! – радовалась правительница. – Ну а уж балы у нас теперь будут не хуже, чем в самой Менсалонии!

Против празднеств и балов возражать было бессмысленно, и уже через две недели после политической смены статуса княжества, триумфальное празднество по поводу дня Свободы, действительно стало самым знаменательным событием на пространствах Южных княжеств. А прибывшие из соседних образований гости, только отвешивали челюсти от удивления или кусали локти от зависти. К ним-то никто и ехать не собирался. Ни одно большое государство из остального мира послов не присылало, а если и были представители, то один, два от силы… Тогда как в Катранго…, глаза разбегались в стороны, грозя таким косоглазием, что и знаменитые колдуны не поправят.

На самом деле из послов в столице оставались самые представительные и наиболее пышно разодетые. Все остальные члены делегаций поспешили к барьеру, или как стали в последнее время всё чаще говорить – к Шанне. И при ближайшем рассмотрении оказались либо военными, либо учёными, либо знаменитыми исследователями. Понятное дело, что и среди них отыскались умельцы строители, которые прямо из ничего, чуть ли не впритык к магическим аномалиям построили вначале временные лагеря, а потом и прочные, каменные здания со всеми удобствами. С использованием магических сил всегда и всё получается быстро и качественно. А когда за дело берутся лучшие Эль-Митоланы – и подавно проблем не возникает.

Как это не могло бы показаться странным, но среди прибывших и ставших располагаться на довольно малом пространстве исследователей, образовались конкурирующие, усиленно соревнующиеся между собой группировки. Причём все они пытались работать именно на данном участке, словно именно здесь и ожидалось в будущем наибольшее количество возможных находок и грядущих научных открытий. Каждая группировка имела в своём распоряжении участок в несколько гектаров, и каждый втайне завидовал соседям, опасаясь что тем досталось нечто лучшее. Разве что один участок в шесть гектаров, чуточку дальше вдающийся на юг и названный Клином, бесспорно считался наиболее лучшим.

На запад от Клина наибольший кусок земли в десять гектаров отхватило через своих дипломатов королевство Спегото. Понятно, что средств они для этого не пожалели, удивлял лишь сам факт такой быстрой и своевременной покупки. Ну и смущало местных жителей наличие в рядах спеготцев целой сотни вьюдорашей. Эти разумные создания, покрытые удивительным мехом, почитались как лучшие исследователи глубинных катакомб и самых запутанных лабиринтов.

Вплотную к спеготцам жались последовательно посланцы Морского королевства, Царства Огов, Баронства Стали и Кремниевой Орды. Причём ордынцы страшно злились, что они в этом ряду оказались последними и больше всего обижались на огов и на возглавляющую тех Галирему. Только и ворчали, что царица задурила головы чиновников княгини и те попросту перепутали реестровые бумаги на земли.

На восток от Клина, каким-то чудом успели выкупить для себя полоску в восемь гектаров представители султанства Онтар. И заправлял там первый визирь султана Таррелона Радужного со своей шибко заумной дочерью. Создавалось впечатление, что эти двое родственников и спать-то никогда не ложились, настолько активно и постоянно работали сами и гоняли остальных подчинённых. Хотя чуть позже девушка и отыскала себе совсем иную компанию и сама занялась исследованиями и поиском приключений.

Восточнее от онтарцев расположились участки:Менсалонии, официальный - Энормии, затем Сорфитских Долин, Альтурских Гор, Чингалии и Баронства Радуги. И с чьей-то лёгкой руки, уже на первой неделе весь этот участок пограничья получил пророческое название Перевал. На карте он так и смотрелся: несколько вогнутой на север широкой полосой, в центре которой торчит на юг некое подобие зуба. Но уж сам этот зуб переименовывать никто не стал, так и остался Клином.

А теперь бы следовало сказать, почему участок Энормии так интересно именовался «официальным». Потому что имелся ещё и неофициальный, на котором и разместили энормиане свои основные ударные силы. Опять-таки используя для помощи в работе лучшие силы своих союзников. И этот второй участок, принадлежащий частному лицу, как раз и назывался Клином.

По поводу частной собственности, а также целенаправленной аренды этой собственности именно Энормии, больше всего возмущалась и гневалась Галирема, руководящая деятельностью огов и нескольких колабов, чёрные цилиндры которых вызвали наибольший ажиотаж, ахи и страхи у жителей княжества.

- Как такое могло случиться, - скандалила царица с главным представителем наибольшего королевства Севера, - Что какая-то пигалица успела, а главное сумела обманом вырвать у княгини именно эти земли?! Я только ради это отправлюсь завтра в Йесиру и буду выяснять, как это произошло!

Хлеби Избавляющий, на это старался отвечать спокойно и с достоинством:

- Хочу напомнить, что оскорблять знаменитую титулованную персону – не позволительно. Да и низко для вашего величества. Тем более что маркиза Баризо сделала очень многое, чтобы княжество Катранго встало на путь исторических преобразований. Вот потому она и получила помимо наград и денежных премий, ещё и право выбрать для себя любые понравившиеся ей земли. Само собой, что скромная девушка не позарилась на богатейшие угодья или роскошные сады, и выбрала самые бросовые и ненужные здешним жителям. И так случайно оказалось, что приглянувшийся ей для старательских поисков и личных приключений клочок, пригодился и её родине.

- Так я и поверила, что случайно! Потому что совсем не случайно мне ведомо: маркиза - твоя внучка. Не станешь же это отрицать?

- Ещё чего! – заулыбался Хлеби. – Я горжусь своей внучкой.

- Хорошо, хорошо! Гордись! Но я ещё разберусь в том, как она здесь оказалась и что тут вытворила.

На самом деле, на этом скандал себя и исчерпал. Внешне. Ибо Галирема никуда не отправилась и запросы в княжескую канцелярию так и не послала. Но сердиться и ревновать к лучшему доступу на Перевале, продолжала. Наверное поэтому и отказалась от предложения известного Эль-Митолана Избавляющего в один из следующих дней поработать вместе. Руководитель энормиан предложил Галиреме совокупно использовать мощности и её артефактов, для прокладки подземного тоннеля. Увы, та в ответ отказалась, ещё и злорадно добавив:

- Бесполезная работа! Здесь любой подземный тоннель затопит болотной жижей!

И ушла, не соизволив даже дослушать о планах и начавшихся работах. Хотя и сама прекрасно знала, что нет в мире лучших прокладчиков тоннелей, чем миниатюрные таги и их сильные товарищи сорфиты. Последние веяния и открытия, дали миру ещё и магических созданий, называющихся матками, которых Пастухи вьюдорашей могли заставить пробить любое по величине отверстие в прочнейших недрах Каррангаррских гор. Если бы эти матки были здесь, попытались бы соорудить тоннели несколько иными способами. Вот только имелось две трудности: Пастухи не давали гарантий, что их прирученные существа захотят перерабатывать местные смешанные грунты, совершенно отличные от скальных пород Каррангарр. Ну и доставка. Те же дрессировщики утверждали, что через море ни одна матка живой не доберётся. А создать такой величины энергетический кокон, подобный тому, что использовался при перевозке людей и багажа, пока и мечтать не приходилось.

Так что таги и сорфиты решили строить тоннель своими силами и сразу принялись прокладывать круто уходящий вниз тоннель прямо из Клина. А вынимаемый на поверхность грунт укладывался в крутую гору, планируемую сделать господствующей здесь высоткой и уже оттуда вести наблюдение за той стороной. Это притом, что непосредственно в полых пространствах ближе к Шанне велись иные глобальные исследования, немыслимым для здешней истории количеством колдунов.

Особенно следовало отметить работы и научные изыскания покорителей воздушного пространства. Помощь боларов и драконов в общем деле было сложно переоценить. Именно они, во время своих весьма рискованных полётов, сумели составить пространственный макет Шанны. То есть обозначить на макете то пространство, которое смертельно для всего живого. И, по крайней мере, с северной стороны барьера можно было обозначить довольно чётко наклоненную стену смерти. Она как бы расходилась к небу в сторону. И если предположить, что с другой стороны аналогичная стена, то впервые вырисовывалась чёткая магическая структура смерти в пространстве.

На поверхности она отмечалась как нулевая точка. Чем выше в небо, тем она больше под наклоном нависала над магическими аномалиями. И на максимальной для драконов высоте, отклонялась от перпендикуляра на нулевую точку более чем на два километра. То есть несложные подсчёты показывали, что на определённой глубине Шанна сходила на нет и вполне возможно, что проложенный ещё ниже тоннель позволит легко, прогулочным шагом перебраться в империю сентегов. Вернее на ту сторону, ведущую к Южному полюсу, как поговаривали все и везде без исключения.

Потому что про империю, про сам факт существования сентегов, и про Невменяемого, туда пробравшегося, знали только некоторые. Знали и помалкивали об этом изо всех сил. Ну а остальные, хоть не знали конкретно, но зато примерно правильно обо всём догадывались. Собрались-то кадры самые умные, сообразительные и складывать одно к другому умеющие. Особенно если судить о кадрах, которые роились на участке, называемом Клином.

А когда возле растущей горы грунта, появилось несколько стационарных зданий, в нём стали собираться как раз те, кто всё знал и обсуждать насущные проблемы. Окружённые пологом непроникновения, они могли преспокойно спорить, обсуждать новые идеи, решать текущие вопросы и даже спорить с пеной у рта, или со скрипом в деревянной гортани. И предлоги для споров, а то и ругани, находились постоянно.

Вот и на шестой день, считая от первого подобного собрания, на втором этаже массивного, ещё толком не отделанного здания собрались очень разные по виду, но объединённые одной целью создания. Что интересно, все они до единого знали лично Кремона Невменяемого и считались его друзьями. Но ни этот факт, ни толерантное и уважительное отношения друг к другу, не мешало им порой ожесточённо ругаться, переходя некоторые рамки культурных отношений.

Этаким председательствующим на собрании являлся Хлеби Избавляющий. Его главным помощником, едко высмеивающим всех пытающихся противоречить оппонентов – Давид Сонный. Оба – бывшие учителя Невменяемого, уже давно работающие вместе на разных ответственных направлениях, где Энормия нуждалась в срочном решении сложнейших политических или научных задач.

От Сорфитских Долин присутствовали громадный Рафа Зелай и миниатюрный Татил Астек. Заслуженные и опытные дипломаты, стоявшие у истоков новой эры выхода сорфитов и таги из затянувшейся изоляции от большого мира. Да и в сути любой научной, бытовой или магической проблемы они разбирались превосходно.

Так же два представителя имелось от Спегото. Знаменитый асдижон Бриг Лазан тоже не упускал возможностей повеселиться над словами других и над своими собственными. Совсем иначе смотрелся рассудительный, солидно держащийся, но страшно молодой вьюдораш. Он только недавно стал Эль-Митоланом, и попал сюда не столько за свой уникальный ум, как благодаря родственным связям. Выходец из подземного царства являлся родным сыном Вьяриллы, того самого знатного аристократа, которого Кремон Невменяемый приставил помогать в управлении к царю Лилламелю, и который впоследствии сам должен был пересесть на трон. Отпрыска так и называли Вьярилла Младший ну и пока он ни одной ошибки в своей деятельности не совершил. При составлении подробных карт, сотня вьюдорашей под его непосредственным руководством, показывала чудеса ориентировки и проворства в катакомбах и подземных пещерах.

Люди из султаната, вначале вынуждены были доказывать, что сами прекрасно знают, где Невменяемый и что на той стороне творится. Как они узнали о тайне, понять не удалось, но принять в свою «компанию знатоков» пришлось. Визирь, его заумная дочь, и старейший заметно похудевший руководитель исследовательских проектов, весьма полезный во всех отношениях господин Хорсан.

От Альтурских Гор за столом восседал только один дракон. Цашун Ларго никому не уступил право возглавлять экспедицию из своих соотечественников. Пожалуй, он уставал в небе больше всех, из присутствующих в помещении, поэтому чаще позёвывал, чем встревал в разговор.

Ну и конечно же оба лидера боларов, окончательно залечили свои раны, полученные чисто случайно в ночном сражении с прежним князем и его дружиной. Эти скрипели, ругались, шумели и даже постукивали корнями больше всех.

Довольно скромно вёл себя за столом единственный представитель местного населения, знаменитый искатель, старшина Яцура. Он руководил огромным отрядом проводников и являлся главным консультантом по магической сути Шанны и по сталпням. Только за последние три дня, благодаря титанической поддержке сотен колдунов, удалось отыскать сразу четыре «добрых червя», находящихся в магической спячке после линьки, и Яцура первый обеспокоился тем, что вскоре тут уже нечего и некого будет искать. Выразилось это в том, что найденные в последних походах артефакты, его ватага не выкинула на рынок, а придержала на продажу. Скорей всего цены вскоре вырастут обязательно.

Завершала список собравшихся, сидящая на другом конце стола, владелица Клина, маркиза Мальвика Баризо. И именно в её сторону в данный момент летели вполне обоснованные обвинения от асдижона Лазана:

- Я настаиваю, чтобы больше ты и Сулфи не смели спускаться с лабиринт! Туда имеют право входа только Эль-Митоланы!

- Поддерживаю! – успел вставить маленький таги.

- А мы будущие Эль-Митоланы! – начала повышать голос Мальвика, но таги своим баском её перебил:

- Вот когда станете колдуньями – милости прошу! А пока - ни шагу! Вы нам своим несогласованным движением пять громадных структур защиты развеяли. А вы знаете, сколько мы в них сил вложили? Вдобавок, мы вас чуть ли не уничтожили, приняв за блуждающие аномалии! Ещё чуть-чуть и от вас только обгорелые доспехи остались бы…

Но если Сулфи сидела как мышка и делала вид своего полного отсутствия, то бойкая маркиза и не думала тушеваться перед авторитетными, известными на весь мир личностями:

- А кто вам позволил, на моём участке, без моего соглашения устанавливать охранные структуры?! Почему мне не доложили? А даже если установили, ты были обязаны сделать соответствующие надписи, зная, что тут ещё и я со своей подругой веду дополнительные поиски! Это безответственное нарушение всех правил безопасности, и я буду настаивать на наказании виновных!

Дракон Ларго не выдержал и рассмеялся:

- Ох, кажется мне, что с завтрашнего дня в подземелья не спустятся ни таги, ни сорфиты! Ха-ха! Как хорошо, что хозяйка Клина копается больше в земле, а не носится по небу!..

Тотчас на это отозвался со скрипом Караг:

- Вот зачем ты напоминаешь?! Сам ведь улетишь на дальнюю разведку, а таскать лишний груз нам придётся!

- Не придётся…, - начала успокаивать деловито Мальвика. - …Тебе! Потому что я Спина попрошу. Правда, что ты не откажешь сестричке самого Кремона?

- Мне нельзя, я ещё не восстановился после ран, - проворчал лидер боларов в ответ. Но тут же повысил голос: – И вообще! Постеснялась бы сравнивать себя с сестрой великого и честного человека! Мои коллеги до сих пор обижаются на твой жестокий обман, когда ты их убедила в своём желании отдыхать и дальше на курорте. А сама коварно сбежала!..

- Во-первых, не сбежала, а отправилась по делу. И благодаря этому вы сейчас гостите у меня, в моём законном поместье! А во-вторых: я никого не обманывала, они отправились по своим делам и здорово отдохнули в полезном путешествии. Они не обижаться должны, а благодарить слёзно!..

- Вот, ты какая…! – воскликнул Караг, и обратился к председательствующему: - Я ведь сто раз говорил, давайте нормально и спокойно работать с участка доставшегося Энормии! Какая разница: километр вправо, километр влево?..

Хлеби Избавляющий с сожалением развёл руками:

- Разница большая, каждый километр, это неделя, а то и две дополнительного времени. И сам понимаешь, чем это чревато.

- Это вам, зеленючкам, - поддакнул Сонный, - Километр в небе – не расстояние…

- …А для нас, - в тон ему продолжил сорфит, - Масса каторжной работы.

Не постеснялся высказать своё недовольство и молодой вьюдораш:

- В любом случае, магическая безопасность во время подземных исследований - одно из основополагающих правил. И я, как представитель глубинной разведки требую в дальнейшем недопущения подобных эксцессов. Риск, когда идёт речь о банальном выполнении правил – недопустим. А выяснить, куда можно идти, а куда нельзя – невероятно легко!

Вьярилла Младший закончил свою речь и только тогда посмотрел в сторону Мальвики. И тут же благоразумно отвернулся: женщина на него смотрела так, словно уже ухватила руками и будет душить этого мехового представителя разумных, пока тот не испустит дух. При этом все поняли, что вот-вот с губ молодой маркизы сорвётся нечто колкое и страшно неприятное для вьюдораша. Хорошо, что Хлеби Избавляющий успел заговорить с нажимом несколько раньше:

- Значит так! С этим вопросом я потом разберусь отдельно! Сейчас предлагаю обсудить новое предложение, которое поступило за час до нашего собрания…

- От кого? – с подозрением спросил Бриг Лазан.

- Какая разница от кого? – но при этом представитель Энормии покосился на обеих женщин за столом, а вот обеими ладонями указал на старшину Яцуру. – Главное, что идея толковая и интересная. Хоть как кому-то и не хочется для этого отдавать недавно полученные трофеи и сокровища… Заключается она в том, чтобы собрать все разрозненные, найденные нами в последние дни артефакты, максимально зарядить их магической энергией и уложить несколькими огромными кучами в самых удобных местах вдоль Шанны. В двадцати метрах от линии крайней досягаемости невидимой смерти. Чем куча будет огромней, тем больший шанс, что с той стороны к ней подтянется сталпень и группа добровольцев сможет перебраться на юг.

Все задумались, лихорадочно подсчитывая, сколько и чего надо будет для каждой кучи. А скривившийся Яцура, догадался и к чему энормианин клонит:

- Все артефакты? Я ведь предлагал сложить только одну кучу…

- Конечно! Мы очень надеемся и на помощь с вашей стороны.

- Это ж теперь всё обратно волочь…

- Зато по новым тоннелям и при отсутствии затопленных участков, уже через два дня путешествие к Шанне будет напоминать прогулку. И учти, старшина, в случае удачной реализации этой идеи, дивиденды получатся шикарные.

- А в случае неудачной?

- Значит подождём окончания строительства тоннеля. В любом случае твоя ватага останется в крупном выигрыше. Все прилегающие к границе земли - и так ваши. Если Перевал заработает, то только на строительстве постоялых дворов и трактиров вы озолотитесь и внуков своих озолотите.

- Да это я понимаю…, надо будет только опись каждого мешка с вещицами Древних составить…, чтобы ничего не пропало. Сейчас пошлю своих в посёлки…

Идея и в самом деле была признана всеми довольно перспективной. Заодно на какое-то время обещало отвлечь неусидчивую маркизу Баризо от попыток забраться в самые неведомые дебри гибельных подземелий: пусть займётся тщательной переписью каждой вещицы, каждого предмета и каждого артефакта. А раз решение принято, следовало сделать всё возможное для его выполнения.

Потому дальше собрание проходило деловито и конструктивно.

Глава 3

Глава семнадцатая

БЕСЕДА И ЛЕЧЕНИЕ

По поводу Рионы, врать много не приходилось. Сообразивший, что отвечать Кремон, перешёл чуть ли не на шёпот:

- Про эту знаменитую конклатерру, я не имею права рассказывать ничего. Потому что это связано с интимными подробностями из жизни самого близкого мне существа.

Говорил смело и уверенно: сплошная правда в каждом слове, придраться не к чему. Даже строго смотрящая на него Ягуша должна была догадаться: влюблённая пара (Риона и младший принц) куда-то умчалась по делам и трепаться о них никак не желательно. Счастью родственников мешать нельзя, иначе и сама можешь пострадать.

Кажется, она вняла. Хотя и продолжала слушать с явным недоумением.

- Ну и тэш Ветеран знает какую-то страшную тайну, с которой спешит в столицу на встречу с императором…

- А поконкретней?! – как всегда оказался самым недовольным Медиальт.

- Спрашивайте у них, - продолжил мужчина. - Мне кажется, они и с Ду-Грайтом этими секретами поделились. Но со своей стороны могу поделиться догадками…

- Так чего ты тянешь?!

- Если бы не слова Ягуши о полном к вам доверии, и того бы не рассказал. Ну и принц рядом, а это заставляет задумываться над каждым словом…

Круке-Кре не выдержал, раздражаясь ещё больше:

- Я тебя сейчас не то что лечить брошу, а вообще навсегда упокою! Вот рабы пошли! Ты им слово – они тебе десять! Слушаться перестали, торгуются о каждой оговорке как на базаре!..

Естественно, что энормианин в данном случае ещё продолжал сомневаться, несмотря на все заверения сидящей возле него на столе конклатерры. Уж слишком его личный врач императора испугал в начале знакомства. Тем более было интересно кое-что вначале хоть чуточку прояснить:

- Тэш, а что ты имеешь против рабов? Ты их настолько не любишь?

На что последовал новый взрыв негодования Медиальта:

- А за что мне их любить? Особенно тупых, чванливых и ленивых. Я с самого детства воспитывался и жил без рабов, а тех, кого встречал в столице, никак не мог понять, что они из себя представляют. Некоторые вообще помыкали своими хозяевами как любимые шейтары, и никогда не понимал, кто у кого в рабстве. Про конклатерр - вообще промолчу: они издеваются над нами как им только втемяшится в голову. Да, на периферии империи видел во время поездок иных рабов, трудолюбивых и достойных звания разумного существа. Вот тех можно …терпеть, что ли… Но не такого как ты! И если ты дальше будешь меня изводить молчанием, я за себя не ручаюсь!..

Судя по щёлканью клюва со стороны принца Луал-Лайта, лучший врач империи вёл себя как обычно и скорей всего любил притворяться сатрапом и мизантропом. Поэтому можно было ему и приоткрыть краешек тайны, приглядывая за реакцией:

- Дело в том, что Ветеран получил некую весточку с той стороны Шанны. А может и некое доказательство того, что большой мир живёт и развивается. И большинством тамошних королевств управляют люди… По крайней мере, я послушал одну фразу, обращённую к Хооз-Деру: «Меня удивляет, что при своём двухсотмиллионном превосходстве в количестве, люди не уничтожили иных разумных…»

Стоило видеть, как Круке-Кре затаил дыхание, пока слушал, а потом насколько интенсивно и облегчённо задышал:

- Ну наконец-то! Свершилось!..

Принц, несмотря на свою молодость и франтоватость, скорее опечалился:

- Что же это теперь начнётся? И не связан ли заговор верноприличников именно с предстоящим раскрытием этой тайны? По всем постулатам ортодоксов, рабов следует уничтожит до последнего, а потом и саму память о них. И порой этому ох как трудно было противостоять.

- Ну да, ну да…, - бормотал Медиальт в задумчивости, но лечения человека так и не прекращая ни на мгновение. - А сейчас наверняка уже полегче станет… Надо только правильно и с нужными акцентами донести нужную информацию в мысли народа. Ведь как это ни странно звучит, даже людей ортодоксы могут воспользоваться во вред империи. Для такой акции подлому князю Восхем-Длау Пикирони, ума и цинизма хватит. А если разгорится огонь всеобщей войны, то никому несдобровать… Вся наша сила целительства и умение врачевать, пропадёт втуне… Итак уже наполовину деградировали за последние тысячелетия…

Долгое молчание, прервал осторожным вопросом Кремон:

- То есть император пойдёт на такой шаг, как всенародная публикация древних архивов и официальная отмена рабства?

- Естественно! И давно бы это сделал! Не только он, но и его отец, дед и прадед. Вся беда и сдерживающая проблема в том, что не было весточки с той стороны. Стоило дать напрасную надежду и империя утонет в крови. Зато теперь всё изменится… Уверен! Иначе бы такой как Ветеран ни за что не поспешил бы в столицу…

- Тэш, а почему Ветеран жил на такой дальней периферии? Как-то ни разу не удалось у него на эту тему добиться конкретного ответа. Всё он ссылался, на засилье бездарей в окружении императора, да и только…

Медиальт упрямо держал клюв сжатым, видимо не желая лишнего слова кривого сказать в адрес коллеги и старого друга, но неожиданно ответил младший принц:

- По поводу бездарей – истинная правда. Они как раз и устраивали наибольшие козни и подтасовки отношений. Ну и ещё так случилось, что Ветеран влюбился в мою бабушку, она ответила ему взаимностью, ну и мой дедушка, только, только передавший трон моему отцу, чуть с ума не сошёл от дикой ревности. Вот и начался кавардак во всех структурах власти. Наветы, покушения, дуэли и подлые убийства из-за угла. Что бабушка, что дедушка простились с жизнями по собственной глупости и легковерию, а ветерану пришлось уехать на край света.

Не услышав дальнейшего продолжения истории, Кремон добавил:

- Насколько я понял, мой покровитель успел разослать новости о тайне всем своим проверенным и достойным коллегам. Неужели, тэш, к вам ничего не дошло?

Тот сразу понял, в чём его подозревают:

- Ха! Думаешь, что я запятнал свою честь постыдными поступками и не придерживаюсь кодекса врачей?!

- Да я просто спросил…

- Ладно, ладно… Это я так, глотку криком прочищаю… Мы давненько из столицы выехали и по данной местности мотались с банальной инспекцией госпиталей. Сам бы я с собой отряд не больше десяти особей держал, да парочки помощников. Но мне император и своего младшенького сына навязал.

- Так уж и навязал? – обиделся Луал-Лайт. – Я сам попросился потому, как тоже мечтаю дорасти до Медиальта!

- Тоже верно… Как и то, что император взял слово с принца слушаться меня беспрекословно. Вот потому мы тут и застряли, что я не решаюсь двигаться к столице. Запрет совершенно верный, но из-за этого и верные императору войска тоже не могут подтянуться…

Ягуша тем временем аккуратно соскользнула со стола, оправила свои одежды и не то чтобы попросила, а просто поставила в известность:

- Жаль, что мы не можем тут с вами остаться. Думаю, что после того как вы закончите лечение с Кремоном, нам следует продолжить своё путешествие в Полюс.

Круке-Кре устало вздохнул и пожаловался лежащему на столе человеку:

- Ну вот, видишь насколько эти конклатерры противные и хамоватые… И как тебя только угораздило влюбиться в такую? Неужели там на периферии, иных девушек не хватало?

- Да вот так…, - улыбнулся энормианин, - Повезло с этой…

Поняв, что с ним общаться на данную тему бесполезно, врач обратился к матроне:

- Веди себя вежливо и корректно. Не то опять парализую и будешь отдыхать до самого утра… Ты хочешь здорового мужчину или больного? От которого и детей не будет? По глазам вижу, что без умения сделать детей он тебе не подходит… А для этого ему ещё два сеанса лечения провести надо: на ночь и утром. Так что смирись, и безропотно топай за вашей повозкой…

- Телегой, - подсказал Кремон, неизвестно по какой причине воспарявший как настроением, так и духом.

- …Неважно. Да и с нами вам безопасней будет в любом случае… А там глядишь, к утру, и какие новости из столицы донесутся… Иди, иди! Мы его до смерти клевать не будем!

Но выходящая из дому конклатерра, бросила напоследок такой подозрительный взгляд на сентегов, словно те угадали её мысли.

Глава восемнадцатая

СГОВОР

Только первый этап лечения окончился, и пациент, внимательно прислушиваясь в собственным внутренностям, стал слезать со стола, как запыхавшаяся Ягуша уже вернулась. И с порога задала вопрос:

- Тэш, где нас разместят и чем моего помощника можно кормить?

- Обойдётся с кормёжкой! Нечего объедать его высочество! До утра только вода! И постарайся всё время лежать…, – проворчал Медиальт, но другого от него и не ждали. Ну и по поводу размещения, он распорядился вышедшему из внутренних помещений воину: - Посели этих людей в комнатке, что рядом с моей.

Выделенная спаленка была с двумя узкими кроватями и явно предназначалась для прислуги из людей. Похоже, что несколько лет здесь никто не жил. Не то чтобы грязно или пыльно, нет, всё было чистенько и аккуратно, только вот явно чувствовался нежилой дух. Всего один комод, и больше из мебели, кроме упомянутых кроватей ничего не было. Окошко, скорей походило на маленькую форточку.

Но Кремон оказался доволен и такому помещению. Несмотря на прекратившиеся боли и улучшившееся самочувствие, ощущал он себя жутко усталым, в душе сразу признавая все рекомендации Круке-Кре правильными: только покой и вода! Улёгся на спину, расслабленно замер с закрытыми глазами, но долго поблаженствовать ему не довелось. Да и это изначально предполагалось. Усевшаяся на другой кровати девушка, окружив участок комнатки пологом неслышимости, строгим голосом потребовала:

- Давай, рассказывай, откуда ты тут взялся и куда делась Риона!

Ну с ней-то было проще, вымысел от правды она не так отличала, как это делал личный врач императорской семьи. Поэтому Невменяемый постарался придать своему голосу наибольшей достоверности:

- Так мы же впереди вас двигались, и постоянно оглядываясь, следили. Как только вы повернули сюда, и мы за вами. А тут и посыльный нашего отца примчался, что отец ждёт нас в следующем по ходу городе и немедленно вызывает к себе.

- А он-то откуда тут взялся? – нахмурила красавица свои брови.

- Что значит откуда? И почему такое неуважительное отношение к его величеству? – стал обижаться рассказчик. – Отец имеет право передвигаться куда ему хочется, и ни перед кем не отчитываться. Тем более что у него тоже дела в столице, и он знал о нашем перемещении туда же. Вот и потребовал нас для каких-то целей.

- И почему ты не помчался?

- Сразу по трём причинам: мой брат вздумал познакомить отца с невесткой, и усадив Риону на моего похаса умчался с ней дальше по тракту. Второе: нельзя было оставить тебя одну. Ну и третье, меня серьёзно скрутили боли. Вот я и решил вначале чуточку подлечиться, а уже потом забрать тебя из трактира и двинуться на телеге дальше. Молодец, что правильно всё сообразила и ни в чем не проговорилась.

Ягуша так помотала головой, что её красный бомбон на кепи заметался как язык пламени:

- Если бы я тебя не видела собственными глазами, ни за что бы не поверила в существованье человеческих принцев и короля. У меня это до сих пор в голове не укладывается. Не бывает такого…

- Как?! Мы ведь вместе читали книжицы!

- Ай! Не путай сказку, с реалиями жизни! И я вот тоже, точно как Круке-Кре чувствую, что ты меня обманываешь, но никак не могу понять, в чём именно. Что-то упускаю из виду…

- Ну естественно! – фыркнул с издёвкой Кремон. – Ты ещё очень многого обо мне не знаешь. Например, место моего постоянного жительства.

- Нет…, оно не так и важно…

- Что значит не важно? – девушка смотрела на него так пристально и с подозрением, что энормианин вдруг решился на фактическое признание в любви и некое предложение руки и сердца: - Разве тебе не интересно, где мы будем жить после нашей свадьбы?

Ну и понятное дело, та несколько растерялась:

- А-а-а…, где?

- Давай так: на этот вопрос я тебе отвечу только частично. А именно: мы будем жить в столице. А вот дальше ни о чём больше не спрашивай, потому что я действительно тебе врал очень много.

Её губы дрогнули:

- Врал во всём?

- Нет, конечно! Просто приходится скрывать как своё происхождение, так и место проживания. Ну и ещё кое-какие детали о себе… Некоторые скрывать, некоторые вуалировать ложью. Но главное что сути моего отношения к тебе это всё не меняет.

Повисла пауза, но девушка явно ждала продолжения признания в любви или чего-то подобного. Потому что стала уточнять:

- И в чём эта суть отношения заключается?

- О! Об этом я могу говорить часами. Но мне вначале надо тебя обнять…

И он стал подниматься с кровати. Но Ягуша метнулась к нему со скоростью встревоженной птахи и, насильно придерживая за плечи, заставила улечься обратно:

- Не вздумай вставать и напрягаться! Тебе нужен покой. Ах, ещё и вода!.. Сейчас я принесу!..

И упорхнула из комнатки. Когда вернулась с кувшином воды и со стаканом, напоила Кремона, тот вместо благодарности пригрозил:

- Хорошо, сейчас я полежу, но вот вечером только попробуй мною командовать! – при этом успел поймать её ладошку и надолго прижать к губам. Ну а раз не последовало словесных возражений по поводу грядущей ночи, и значительно покраснели ушки со щёчками, то видимо она сама лихорадочно представляла грядущие страстные объятия и жаркие поцелуи.

Представляла…, и коварно пользовалась своими силами Эль-Митоланы. Потому что Невменяемый и не заметил, как заснул глубоким сном со счастливой улыбкой на лице. А девушка ещё немного посидела на краешке его кровати, рассуждая о грядущих изменениях в личной жизни, да и тоже отправилась на свою кровать вздремнуть. До вечера время есть, и набраться сил не помешает. Вдруг они ночью пригодятся? Мало ли что…

Тогда как в огромном поместье, которое приютило главного врача империи и младшего принца, жизнь продолжалась своим чередом. И естественно, что всё делалось с оглядкой на сложившуюся в стране ситуацию. Сменяя друг друга на тракте, воины сопровождающего отряда стояли в заслоне вместе со сборным отрядом местных землепользователей. А так как почти все местные владельцы рьяно поддерживали императора, то можно было смело утверждать, что на дорогу выходили дежурить явные единомышленники. Причём многие из них знали, откуда здесь взялся отряд высокопрофессиональных вояк и кого они сопровождали в поездке до потрясших империю событий.

То есть высокие офицерские звания, позволили охране принца командовать и координировать действия заслона. В связи с чем досмотр иных путешественников проводился весьма тщательно, старались запомнить всех подозрительных и тщательно проверить каждого.

Действия любого заслона усложнялись ещё и тем, что все сентеги были Эль-Митоланами. И каждый умели либо поставить довольно искусную иллюзию, либо при наличии времени ещё и несколько изменить свою внешность. А ведь в столицу малыми группами могли проскальзывать не только личности преданные императору, но и те же верноприличники, подлежащие немедленному аресту. Поэтому обычно делали так: трое местных воинов ополчения, соединяли свои структуры опознания на ком-то одном, и тем самым на короткое время снимали любую, даже усиленную артефактом иллюзию. Опять-таки кроме тех, которые умели накладывать Медиальты. Ну а стоящие в тылах воины, в тот краткий момент истины пытались высмотреть среди путешественников мятежников из тайных лож ортодоксов.

Охранники принца и Медиальта знали в столице очень многих, что друзей, что врагов, именно по этой причине их бдения и принесли результаты. Уже почти в сумерках, они издалека обратили внимание на группу из шести сентегов на отличных, явно боевых похасах. За теми, метрах в двуустах, двигалась и вторая подобная группа, но уже из пяти особей.

Потому офицер заслона и всматривался в проезжающих с утроенным вниманием. А когда опознал одного из них, то сразу двинулся к нему, направляя узким каналом только ему предназначенные слова:

- Полковник Кулри-Заг! Какими судьбами в этих краях?! И почему в таком виде?

- Капитан! А ты как здесь казался? – не меньше изумился в ответ командир Порушников. – Неужели тебя перевели из личной охраны в патрулирование сельскохозяйственных угодий?

Офицеры знали друг друга слишком хорошо, о каком-то недоверии не могло быть и речи. Так что капитан не стал таиться, а сразу раскрыл все обстоятельства:

- Да вот, застряли тут вместе с младшим принцем и главным целителем. И Круке-Кре запрещает двигаться дальше.

- Правильно сделал! На дорогах творится полный кавардак! Только за сегодня верноприличники взяли под свою власть сразу два города. Хорошо, что они на дороге «Ц-3» и на этот тракт их не пустили. Хотя рвались…, - он взмахнул рукой себе за спину: - Те пятеро – тоже из моих вояк, пусть сразу сюда их пропускают.

Капитан выкрикнул команды, а затем всё-таки не удержался от вопросов:

- Полковник, а где же остальные из твоей сотни?

Тот поник клювом и не смог удержаться от судорожно вздоха:

- Больше половины пало от рук заговорщиков в Утином. А прошлой ночью с двумя десятками пришлось пробиваться с боем в Селестии. Но хуже всего, что из-за этого бунта, мне не удалось выполнить приказ императора…

По сути, капитан не имел даже морального права спросить, но у него вырвалось:

- Что за приказ?

За что получил злобный взгляд и после второго тяжёлого вздоха, печальный ответ:

- Арестанта следовало доставить в столицу, но не уберегли…, утонул…

- Чудеса! Вы его что, купаться заставляли? – но сразу осознав, что перестарался в утешениях и вопросах, капитан замотал головой: - Извини! Это я так… Чего мы стоим? Двигаемся к поместью! В любом случае двигаться ночью тебе не резон.

- Ну да, хотели в следующем городе останавливаться на постой. Еле от погони оторвались… Вторые сутки в седле…

Вот таким образом одиннадцать Порушников оказались в том же месте, где и пребывал спящий энормианин. А так как перед принцем и главным врачом империи Кулри-Загу скрывать было нечего, то он сразу поведал все перипетии его провалившегося задания. Слушатели отличались повышенной сообразительностью и быстро смекнули, о каком человеке с Севера и о какой конклатерре идёт речь. Разве что уточнили некоторые детали, многозначительно между собой переглядываясь.

- Вот чувствовал, что этот хитрый тип мне врёт и не морщится! – воскликнул в итоге Медиальт. – Чувствовал! Ох, как он выкручивался: «…догадываюсь! Подслушал одну фразу!..» Все детали знает только Ветеран!..

- Ты о чём? – подался вперёд, напрягшийся полковник.

- Да всё о нём! О твоём арестанте! Живёхонький он…, моими усилиями!.. Отсыпается! Пошли, полюбуешься на него.

И с гордым видом устремился к той маленькой комнатушке, которую выделили людям. Понятное дело, что ни стучаться в дверь ему в голову не пришло, ни дать о себе голосом заранее. Так и вломился внутрь, слыша за собой дыхание принца Луал-Лайта и командира Порушников Кулри-Зага:

- Фу! Прекращайте всякими гадостями заниматься! – приказал он, рассмотрев, как мужчина и женщина самозабвенно целуются. – Нельзя вас самих даже на пару часов оставить…

Красная от волнений Ягуша отпрянула от мужчины, но смущаться и молчать не стала:

- Это наше личное дело, чем заниматься! Мы же не «фукаем», когда вы при нас друг другу клювами в ушах ковыряетесь?!

У птицеподобных интимные ласки совершенно отличались от человеческих, на чём всегда пытались в первую очередь спекулировать ксенофобы и ортодоксы. Но Медиальт явно не относился к числу последних, потому что резво защёлкал клювом:

- Так это вы у нас научились во время ласк друг другу язычком в ушко забираться? Ну, молодцы! Ох! А ты, так втройне молодец! – он потыкал пальцем в затихшего, пялящегося на полковника Кремона. Целитель, прекрасно помня о легенде, придуманной Ветераном и используемой во время движения к столице, не стал при девушке разоблачать северянина, а воспользовался своим правом приказывать. Вначале ткнул на Ягушу: - Вначале можешь сходить на кухню и хорошенько поужинать. Затем приходишь сюда и ждёшь в этой комнате. Поняла?

По упрямому выражению прекрасного личика, было понятно, что конклатерра поняла, но подчиняться такому приказу не собирается:

- Я сама знаю, когда и где мне ужинать!

- Тогда остаёшься здесь…, - и после этой угрозы от Круке-Кре, девушка почувствовала, как у неё перестают слушаться ноги. И тут же взмолилась:

- Хорошо, тэш, хорошо! Я сделаю всё, как ты приказал! Обещаю!

- Ну вот и отлично… Кремон! А ты двигай с нами!

Тот уже понял, что ему опять грозят длинные разговоры, но попытался девушку утешить и успокоить:

- Не расстраивайся! – шепнул он ей на ушко. – Жди меня здесь, я скоро вернусь!

Следуя за тремя сентегами, он вскоре оказался в комнате, которая была отведена скорей всего самому принцу. И уже там Медиальт дал полную волю своему сарказму:

- Какой нехороший человек! Разве тебя не учили, что высшим целителям врать – вредно для здоровья?

- Не врал! Просто не договаривал, - Кремон и не думал оправдываться. – Тем более что при Ягуше некоторые вещи оглашать не стоило. Так меня поучал Ветеран.

- Как же, как же! Может тебя Ветеран научил и как наивную девственницу совратить с помощью обмана?

- В личных делах мы и сами разберёмся! – приструнил его гость из большого мира и, меняя тему разговора, демонстративно обратился к полковнику: - Рад видеть тебя в полном здравии! Прорвались, всё-таки?! А как остальные?

- Пятерых раненых пришлось оставить в Селестии, а вот двое погибло…

- Мои соболезнования…

- А вот ты как спасся? Мы все были уверены, что вы утонули, а то и разбились при ударе о воду или подводные скалы.

- Повезло. Карета оказалась на диво крепкая. А потом, уже из Гайды, меня Ягуша за собой вытащила. Прятались в саду, утром на рынок. А так как иллюзия женщины на мне тоже продержалась, две конклатерры быстро выторговали что им надо и двинулись в путь.

Командир Порушников со стыда прикрылся крыльями:

- Позор! Про торжище мы совершенно забыли… Просматривали отделёнными сознаниями вдоль реки, искали ваши тела вместе с толпами верноприличников и пытались найти Медиальтов. Нашли только Ду-Грайта, он в тюрьме, причём ранен был довольно прилично. Хоть это удалось послушать из разговоров. А вот про Ветерана и Хооз-Дера подслушали весьма печальные высказывания. Дескать, их убили вместе с ещё несколькими Медиальтами и трупы сожгли во избежание…

- Не верю! – с гневом заявил главный целитель империи. – Да на ту пятёрку и десять сотен твоих Порушников мало. Они всю Селестию трупами устлали бы, но вырвались бы оттуда. Скорей всего они либо где-то затаились и продолжают выискивать трупы этой парочки, либо уже давно в столице. Особенно если Ветеран уверен в крутости этого мужчины из Энормии, он за него и переживать не станет. Гораздо важней донести уникальные новости до ушей императора… Так что с этим понятно. А теперь, Кремон…, тебя, в самом деле так зовут?..

- Истинная правда, тэш. Именем Рионы я прикрывался только под иллюзией женщины. Так зовут нашу подругу, тоже проскочившую с нами оттуда.

- Хорошо, на этот раз тебе поверю. Но ответь мне на несколько, весьма важных для моего понимания вопросов…

Вопросов оказалось слишком много, потому как Круке-Кре интересовался буквально всем в большом мире. Наверное, эта беседа в виде пытки продолжилась бы до самого утра, если бы через два часа, доносящаяся снаружи тишина не была прервана настойчивым стуком в дверь. Воины охраны не стали пинать или наказывать конклатерру, а только с полным равнодушием смотрели, как та отбивает свои кулачки о дубовое покрытие. Крики тоже удалось расслышать:

- Да сколько можно издеваться над человеком?! Он ведь серьёзно болен! Ему нужен постельный режим!

Сентеги пощёлкали клювами, и принц констатировал с некоторым сочувствием:

- Мне кажется что обманутым в их отношениях останется Кремон. Даже если он пойдёт на попятную, жениться ему всё равно придётся. Такая Эль-Митолана его уже из своих ноготков не выпустит.

- Да? Очень может быть…, - размышлял Медиальт, вставая на ноги и направляясь к двери. – Ладно, больной, пошли в твою комнату… Дам я тебе ещё один шанс.

Невменяемый обрадовался, представив себе совсем иной шанс для любовных пертурбаций. Примерно так же думала и Ягуша, чинно усевшаяся на своей кровати и терпеливо ожидающая, пока целитель закончит второй обещанный курс лечения. Но каково же было разочарование парочки, когда после окончания магической процедуры, прозвучал неумолимый приговор:

- Процесс излечения нормальный. Но на данном этапе требуется крепкий сон. Утром я тебя сам разбужу…

Кремон больше ни шёпота исторгнуть не смог, ни слова услышать. Так и провалился в небытиё без сновидений. Девушка все-таки, будучи в расстроенных чувствах, высказала свои претензии:

- Обязательно было усыплять?

- Ты уж определись, - довольно ласково стал увещевать её Медиальт. – То требуешь для него постельного режима, то готова его тискать всё ночь в своих объятиях? И не возражай! Поверь, ему и в самом деле требуется полный покой. А уже следующую ночь, творите, что хотите. Обещаю, можно будет всё.

Когда сентеги вышли, Ягуша, немножко повздыхала над телом нежданно свалившегося в её судьбу принца, воровато оглядываясь, погладила его по щекам и пару раз коснулась губами его губ. При этом её кинуло так сильно в жар, что стало совершенно понятно: парочка таких касаний ещё и она не сомкнёт глаз до самого утра.

Разделась, улеглась на свою кровать, и пользуясь не только стальной волей но и магической силой, затолкала своё сознание в сон.

Глава девятнадцатая

ПРОРЫВ

А ночью на поместье напали. И атаковали те силы заговорщиков, которые сумели разнюхать, что в данном скопище огромных домов находится младший сын императора. То есть решили пленить члена императорской семьи, чтобы потом можно было выменять его жизнь на жизнь своих замешанных в бунте, а то и уже арестованных родственников. Потому что к тому времени стало понятно, что попытка ложи Верных Приличий и находящихся с ними в сговоре ортодоксов сместить династию на троне, не удалась. По всему континенту ещё имелись города и веси, захваченные бунтовщиками, но большой опасности они уже не представляли. А в столице завершали последние зачистки и казни.

Силы с обеих сторон были примерно равны, но нападавшие очень надеялись на внезапность своей атаки. Тем более что она велась не со стороны тракта, а со стороны полей, по которым, прикрываясь иллюзиями и подошли ударные силы верноприличников. Вдобавок у них оказалось сразу две керечесы и один шавасун. Плюс сотня опытных арбалетчиков.

Но охранники принца оказались на высоте своего воинского искусства. Постоянно действующие дальние дозоры, отделённым сознанием заметили опасность более чем заблаговременно. Да ещё и успели снять и завести на боевые позиции тех, кто стоял в заслоне на тракте. Ко всему прочему заговорщики не учли наличие Медиальта в рядах защитников и не знали о присоединении к ним Порушников со своим уникальным артефактом.

Поэтому когда враги ещё только готовились к слаженной атаке, по ним защищающиеся ударили всей мощью своего оружия. Круке-Кре применил одну из самых неприятных, совсем не джентльменских магических структур. После неё у полутора сотен нападающих левого фланга, коленные чашечки остались совершенно без смазывающей жидкости. А её восстановление требовало нескольких часов даже для таких поголовных целителей как сентеги. Возникшую боль, опять-таки, колдуны отрезать от сознания могли, но вот передвигаться на таких ущербных конечностях всё равно не получалось.

Чуть по центру и по правому флангу готовых к атаке врагов, ударил три раза артефакт Порушников. В поле да в садах, естественно, большой урон нанести противнику таким оружием Древних трудно. Но определённый эффект и там был достигнут. Удары направлялись прямо в землю и магическая сила вырывала громадные и широкие траншеи, перемалывая землю, деревья и сентегов в единую кучу. Половина туда попавших, потом сами и выбирались наружу, используя для этого свои силы Эль-Митоланов, но воины уже были из них никакие. Да и поздновато бежать в атаку, когда бой закончился полным разгромом.

Правда целая сотня верноприличников всё-таки добралась до главного здания и сходу попыталась его захватить. Но с этой волной справились грамотно и профессионально: не рискуя напрасно и не допуская жертв в своих рядах.

Потерь конечно избежать не удалось: двое убитых и шестнадцать серьёзно раненых. Но для такого сражения это ничтожно мало. Хотя одним трупом в рядах защитников, могло оказаться и больше. Ягуша, проснувшаяся ещё во время предварительной суматохи в доме, вначале осмотрелась снаружи, а потом, прихватив меч даже не шевельнувшегося во сне Кремона, отправилась на выбранную позицию. И даже успела отправить один огненный шар в атакующего сентега. Тот играючи шар отбил силами своего оберега, взлетел в прыжке и всем телом проломил, только частично закрытое окно. Понятное дело, что девушка бросилась с мечом «добивать» противника, но сама получила такой мощный удар лапой и магической силой, что отлетев на три метра и съехав вниз по стенке, оказалась без меча, защитных оберегов, личной магической силы и возможности хоть как-то спасти свою жизнь.

Конклатерру выручили два гражданских обитателя поместья. Услышав звон стекла, они поспешили к месту событий и более чем вовремя, спаренным ударом парализующих молний успокоили агрессора.

В последовавшей затем суматохе, о гостящей в доме матроне забыли, и она сама, с большим трудом, держась за стеночку, добрела до выделенной ей комнаты. Переломы рёбер, перелом руки – это единственное диагноз, который она могла себе поставить. Ну и распухшее личико не смогла остудить даже смоченная в кувшине наволочка.

И только утром, её местная коллега решила проведать гостью и проверить, правду ли говорят о её участии в ночном бою. Проверила! Увидев постанывающую, страшную от синяков на лице женщину, она с трудом узнала в ней красавицу, с которой познакомилась во время ужина накануне. И без лишних стенаний бросилась на поиски любого сентега, имеющего силы для оказания помощи. Такой отыскался быстро и хотя бы чуток подлечил поломанные рёбра женщины. Она хотя бы дышать стала без стонов. На том и его магические силы кончились. Всё-таки бой был нешуточный, да и иных раненых хватало. Потом решили поискать второго лекаря, но тут и самый главный в империи заявился:

- Нет! Ну кто бы сомневался, что она куда-то да не влезет! – начал ругаться он с порога. – Хорошо ещё, что этого Кремона я догадался усыпить накрепко, иначе они бы на пару сейчас носились по дальним полям, догоняя улепётывающего неприятеля.

На его крики сзади подтянулся и принц:

- Чего это она со своим лицом сделала? Или это оно так после поцелуев опухает?

- Угадал! – и оба сентега от души защёлкали клювами. Тогда как раненая со слезами на глазах смиренно попросила:

- Может, хватит уже издеваться, тэш?

- Ладно, ладно, - сразу стал целитель серьёзным и шагнул к кровати Кремона. – Сейчас только разбужу этого рыцаря, да проверю…

- Нет! – с испугом прервала его девушка и стала умолять: - Меня! Вначале меня чуток подлечите! Главное – лицо подправьте и синяки уберите. Пожалуйста!

- Хм…, сил-то и у меня не осталось, - стал глубокомысленно рассуждать Медиальт. – А у принца есть только для одного: либо кость на руке срастить, либо синяки убрать…

- Да, да! Синяки!

Явно издеваясь, принц заморгал веками, словно от огромного удивления:

- Неужели ей так нравится целоваться, что она готова это делать даже с поломанными костями?

- Молодец! Опять угадал! – радовался главный целитель империи. – Вот за это в награду её и полечишь. А я…

И опять его перебил испуганный женский голос:

- Не надо его будить, пока я в таком виде! Пожалуйста!

- Странно… Вид – как вид, мозги на месте… Чего ещё надо самцу для верной оценки будущей матери своих детей?

- И волосы не все выпали! – поддакнул ему в тон его высочество. За что сразу был удостоен рассерженного сарказма со стороны пострадавшей:

- Давай я твоему высочеству только половину перьев выдерну, а ты потом отправишься к своей любимой? А?

- Ну…, если любит, то примет. Главное чтобы сам был цел…

- А если она к тебе на второе свидание без перьев заявится, да ещё и клюв белой краской вымажет?

- Зачем так утрировать?! Это - совсем иное… Это же …кошмар!..

- Вот и я так в его глазах буду выглядеть с этими синяками.

- Так не надо было по дому во время боя бегать! – прикрикнул на неё Круке-Кре. – Кто тебе разрешал выходить?

В ответ понеслись всхлипывания.

Самое интересное, что весь этот разговор, спящий Кремон, слышал и воспринимал сознанием отчётливо. То есть он уже как бы проснулся, но вот пошевелить ни рукой, ни ногой, ни даже веками у него не получалось. Только и догадался, что меняя ритм дыхания привлечь к себе внимание именно таким способом.

- О! Мой пациент уже и сам проснулся от наших криков, - было бы удивительно, коль лучший врач ничего не заметил. – Лежи, лежи и не шевелись… Я вначале ещё последний этап лечения проведу.

А сам жестами указал принцу на Ягушу: мол, лечи быстрей, чего время тянешь. Минут пять в комнатке было сравнительно тихо. Разве что врачи перекидывались короткими медицинскими терминами, непонятными для остальных смертных. Опухоль на лице конклатерры заметно спала, самая густая синева и краснота исчезла, а вот неприятная желтизна и бледность так и остались. Но лучший целитель, коротко оглянувшись, похвалил своего высокопоставленного ученика:

- Отлично!.. Для военного времени…, - затем вернулся взглядом к пациенту: - Эй! Можешь подниматься, господин рыцарь. Ну что, ничего не колет и не жмёт? Не надо сразу тянуться за кошельком! Не надо! Потом о плате поговорим… И давай, приводи свою даму на завтрак. Только учти, ночью здесь был бой, кое-что разрушено, так что не удивляйся. Твоя женщина тоже пострадала…, слегка… Четыре перелома, да разные мелочи… Так что ей вредно даже умеренно шевелиться. Только – еле-еле. Всё, догоняйте!

Глядя, как они поспешно вышли, Кремон им крикнул вслед:

- Вас догонишь! Еле-еле…, - после чего, так и сидя на кровати, уставился на Ягушу: - Красавица, моя, ну и куда тебя ночью понесло? Вместо того, чтобы охранять моё сонное тело, ты отправилась на поиски другого принца? Я тебе уже надоел? И чего это ты от меня прячешься? Стыдно в глаза мне посмотреть?

Эль-Митолана, на крохах своих сил сотворила минимальный морок в виде вуали и прикрывала им лицо. Не видя себя в зеркало, она вполне справедливо опасалась, что её красота в данный момент может отпугнуть от неё и самого решительного мужчину. А тут целый принц. Да ещё и наследный! И ещё не до конца прирученный!

Но в то же время шутливый тон, ласковые нотки в голосе и добрая улыбка на лице Кремона, позволили ей вздохнуть более спокойно и выровнять собственный голос:

- Мне просто не повезло…, слишком издалека начала атаку. Надо было в упор и сразу добавить мечом…

- Вот именно! Где мой меч?

- Где-то там…, потерялся…, нечаянно…

- Надо было в комнате забаррикадироваться и сидеть в засаде, - стал поучать её мужчина, уже нависая над ней и не зная с какой стороны взяться, чтобы помочь встать на ноги. – Ты колдунья в торговле, а не в боевой магии! Ну, говори, как лучше?.. Или лучше ка я принесу завтрак тебе прямо сюда!

- Нет! Я иду с тобой! – она сама здоровой рукой ухватилась за его подставленный локоть и потихонечку встав, призналась: - Немножко голова кружится, но уже лучше.

Дойдя до столовой, они поняли, что поступили правильно. Большинство сентегов если и имели магические силы в резерве, находясь возле принца, не имели права их тратить на лечения пустяшных ран. Но в то же время в доме оказалась масса соседей, которые стекались в поместье после ночного сражения. Уж они-то сразу откликнулись на просьбы местной конклатерры подлечить её отважную коллегу, которая вступила в бой, невзирая на свои предыдущие раны. Три сентега поделились с ней магическими силами, набив личный резерв до максимума, а ещё двое, прямо у стола залечили в «первом касании» перелом на руке. Так что повысившееся настроение Ягуши и совершенно не мешающийся морок на лице, отогнали печальные мысли о нагрянувшем уродстве.

Тогда как за столом, по просьбе Кремона, командир Порушников живописал всё ночное сражение во всех подробностях. Перечислил количество пленных, убитых и собранные трофеи. Рассказал, как ведутся допросы и что интересного было узнано. Похвастался, что обе керечесы остались целы, а собранных артефактов хватит для вооружения солидной дружины.

Ну и напоследок сообщил, что на тракте ждут отправленных в столицу посланников. Потому что по общей связи сообщения до сих пор передаются прежние приказы: оставаться на местах и вести аресты мятежников. Так что фактически, завтрак плавно перетёк в этакое совещание на тему: переждать ещё одни сутки в поместье, или в любом случае, даже не дождавшись возвращения посыльных, отправляться в столицу? Положение усугублялось отныне ещё и тем, что теперь каждый шейтар в округе знал, что в данном поместье прячется пусть и самый младший, но всё-таки сын императора.

Настаивал на глухой обороне только Медиальт. Да и то делал это уже не так категорически, как вчера. Принц занимал нейтральную позицию, скидывая ответственность решения на более знающих, авторитетных и ответственных. Ему в принципе было везде интересно, тем более что, поглядывая частенько на Кремона, он явно мечтал о возможности новых слушаний о большом мире.

Полковник Кулри-Заг, настаивал на немедленном выезде двумя малыми группами. Кажется он отчаянно радовался, что пусть и с ужасными потерями в его сотне, но вновь появилась возможность выполнить приказ императора до конца. В его понимании, каждая минута проволочек и задержек только создают добавочный риск нападения со стороны мятежников.

Ну и в конце концов три сентега уставились на Кремона. Мол, твой голос решающий. Что весьма и весьма удивило Ягушу. Она уже совсем иным взглядом посмотрела на мужчину, словно спрашивая: они тоже знают, что ты принц?!

Но выбирать энормианину не пришлось. Потому что примчавшийся с тракта воин из Порушников, сообщил:

- Нас опознал на тракте Медиальт Ветеран! Он, и его коллега Хооз-Дер уже направляются сюда!

Глава двадцатая

ПОСЛЕДНИЙ РЫВОК

Встреча с Ветераном происходила весьма бурно, если не сказать с восторгом. Радовались встрече старые друзья, оказалось, что приезжий и с принцем был знаком, но больше всего старец обрадовался живому Кремону. И только каким-то чудом, скашивая глаза на Ягушу и делая незаметные жесты, удалось удержать его от восклицаний, разоблачающих трюк с иллюзией женщины.

Он просто вопросительно уставился на гостя с севера и на девушку, после чего ему скороговоркой было пересказана отредактированная версия событий. Мол, Риона умчалась в столицу со своим любовником, а это брат любовника, которому удалось спасти матрону от безумного, бежавшего из ссылки садиста. Этой ночью был жуткий бой, Кремон спал в лечебном сне, а женщина успела повоевать.

Что примечательно, такая запутанность ситуации очень не понравилась Ветерану, и тот стал разрешать её самым кардинальным образом:

- Значит так, Ягуша! Твой хозяин довольно серьёзно ранен, поэтому требует тебя к себе. Ему оторвало ногу ниже колена и полностью размочалило взрывом кисть. Из тюрьмы его уже забрали и Медиальты Селестии начали отращивание новых конечностей нашему другу, но твоё присутствие, как ты сама понимаешь, возле пострадавшего обязательно.

- А вот и нет! – воскликнула та, напичканная под завязку силами и готовая сражаться за свои права и чаяния. – Я сама тяжело ранена и в сиделки не гожусь. Тем более что ваши коллеги его тысячекратно лучше вылечат, чем я. Мне самой нужна постоянная опека, и надлежащий защитник. Поэтому никуда отлучаться от Кремона, больше чем на пять минут я не собираюсь! А так как он странным образом вдруг стал нужен всем и в его компании все собираются отправляться в столицу, то и я отправляюсь с вами. Тем более что мой хозяин, которого я скорей за отца родного считаю, давал мне конкретные задания именно для выполнения в столице. И не надо на меня так смотреть! Я уверена, что Ду-Грайт меня к себе не звал!

После такого спича, с минуту царила полная тишина, которую прервал язвительным тоном главный целитель империи:

- Шуин-Шан! – так он впервые во всеуслышание назвал старца по его настоящему имени. – Вот тебе яркий повод для того, чтобы как можно скорей покончить с рабством в нашей империи. Иначе эти конклатерры вскоре заставят нас ходить строем и делать всё только по их командам.

Но его коллега рассердился, и обратился к Кремону с неожиданным вопросом:

- Она тебе так дорога?

- Конечно, - ответил тот с некоторым вызовом и опасением. – Только…

- Только надо признаваться во всех недомолвках и раскрывать всю правду, а это трудно? – вопрошал Шуин-Шан. - Ха! Но твоей-то вины в этом нет! Это всё мои личные приказы и распоряжения виноваты. И наши дурацкие споры с Хооз-Дером. Так что можешь смело признаваться ей в том, что вынужден был недоговаривать. Вся ложь лежит на мне! И то быстро! Полчаса времени на сборы! Если после этого она передумает и отправится к своему «папочке» Ду-Грайту, я только обрадуюсь, в столице она будет явно мешаться у нас под ногами.

С тяжёлыми сомнениями, энормианин повёл свою симпатию в отведённую им комнатку. Последнее что они услышали из разговора остающихся в холе сентегов, это вопрос Круке-Кре к Ветерану:

- Настаиваешь на немедленном выезде? – и тот ответил:

- Естественно! Иначе позора не оберёмся: Риона и Кашад уже наверняка в столице и если сумеют добраться до императора раньше нас…

Дальнейшие слова были отсечены пологом неслышимости. Но девушка выглядела жутко растерянной:

- Риона? К императору?

- Сейчас я тебе всё объясню… Хотя про Риону и Кашада – явное преувеличение. Вряд ли они подались в столицу без согласования с сентегами… Только постарайся ко всему отнестись очень серьёзно и вдумчиво. И умоляю, не спеши сердиться или руководствоваться своими вспышками гнева…

- Есть поводы для этих вспышек?

- Конечно есть! – Кремон уселся на кровать, а Ягушу усадил аккуратно и бережно себе на колени, нежно её обнял и начал рассказ с напоминания: - И не забывай, я вынужден был подчиняться всем распоряжением Ветерана и по большому счёту всё равно влюбился в тебя с первого взгляда.

Девушка фыркнула:

- В меня все влюбляются подобным образом!

- Ну ещё бы! Не хватало только, чтобы на тебя смотрели косо или без интереса. Но я сейчас о другом… И начну с того, что за барьером, который тысячи лет никто не мог преодолеть, существует огромный, полный жизни мир. Там сохранились огромные королевства и проживает более десяти видов разумных созданий. И то, что мы с тобой читали в книжицах про Галирем и короля Рихарда Огромного, на самом деле не выдумка древних авторов, а самая настоящая правда.

Девушка задёргалась у него в руках:

- Ты…! Ты говоришь неправду?

- Как раз сейчас - только суровую правду. Потому что хочу сохранить наши отношения. Поэтому продолжу… И оттуда, из большого мира, в империю сентегов пришло три человека…

В общем-то, для чёткого пересказа событий и разъяснения непонятных деталей, хватило всего лишь четверти часа. После чего мужчина затих, ожидая приговора от желанной девушки, окаменевшей в раздумьях и пытающейся справиться со своими эмоциями.

Первые вопросы из неё посыпались весьма противоречивые:

- Так ты не принц?

- Ну не мог же я к тебе приставать под иллюзией мнимой Рионы.

- И во время остановок, ты ходил за мной в кустики специально подсматривать?

- Нет! – от смущения у Кремона запылали уши и шея, но говорил он правду. - Я честно отворачивался в сторону.

- Получается, что ты специально оставался со мной для соблазнения?

- Ну так нас же селили в одной комнате…

- И ты подло воспользовался историями большого мира, чтобы меня, в тот момент ничего не соображающую целовать?

- Ну а как ещё иначе я мог заявить о своей любви?

- И этот Кашад, твой товарищ тоже не принц?

- Что в этом плохого? Зато он настоящий друг и отменный воин.

- И ты спал с этой Рионой?

Невменяемый вздрогнул от такого вопроса и даже растерялся:

- С чего это ты взяла?

- Отвечай! – прикрикнула на него Риона, глядя прямо в глаза. – Правду!

- Нет! Не спал! – твёрдо ответил Кремон, даже не покривив душой. Потому что правильно интерпретировал в мыслях поставленный вопрос. Ведь если разобраться, то Риона приходила к нему по ночам, они предавались час-полтора бурным ласкам, но вот спать вместе с ним она не оставалась никогда. Всегда убегала к себе. Так что о совместном сне в одной кровати, можно было отвечать только отрицательно.

Что мужчина и сделал, понимая, что Ягуша сейчас может встать с колен и уйти из его жизни навсегда. А он этого очень сильно не хотел. В его мысленном представлении он уже видел именно эту женщину в его спальне, в Каменной Радуге. Именно с ней он желал просыпаться по утрам и слушать пение птиц, доносящееся из сада. Да и многое другое, совершаемое именно с ней, ему в тот момент казалось самым правильным и единственно верным.

И всё-таки красавица осталась чем-то недовольна. Высвободившись из мужских объятий, она отошла к окну, и, глядя куда-то вдаль, стала высказываться:

- Конечно я в шоке, от грядущих изменений в нашей империи. Да и во всём мире – тоже… Как ни страшно, но примерно такое же состояние у меня в душе и от той лжи, которая окружала наше знакомство. Во мне плещется сразу несколько противоречивых желаний, которые я не могу толком укротить и разложить по полочкам. И я никак не могу сообразить: что для меня сейчас важней всего. Поэтому…, я решила отправиться в столицу. Но не вместе с тобой, а вместе …со всеми.

- А потом? – незаметно облегчённо вздыхая, уточнил энормианин.

- Будет видно! Может ещё какая-то твоя скрытая правда сбоку вылезет…, - Ягуша развернулась и пошла к выходу. – Пойду к своей коллеге, посмотрю, что для нас готовят в дорогу, и на чём мы будем ехать. Ты – можешь заняться подбором оружия из трофеев.

- Премного благодарен! – понеслось ей в спину с некоторой язвительность.

- А что не так? – в проёме двери она оглянулась: - Всё равно ведь притворяться конклатеррой тебе уже нет смысла!

Она не угадала. В огромную карету, которая скорей напоминала массивную повозку, Кремон Невменяемый опять усаживался под прикрытием магической иллюзии. И его опять называли Рионой. Правда Ягуша не захотела сидеть рядом с мнимой коллегой, уселась в противоположном углу кареты и уже оттуда констатировала:

- Неплохо выглядишь, «подруга»! Хотя если твой прототип выглядит точно так же, то вряд ли ты когда-то выйдешь замуж. Я и так удивлялась, что какой-то ложный принц тобой заинтересовался.

Ветеран оглянулся на неё более чем с удивлением:

- Чем это тебя мною созданная иллюзия не нравится? Солидная, приличная женщина получилась.

- Ох, тэш! Много вы, сентеги, понимаете в женской красоте!

- Ты, можно подумать, понимаешь! – обиделся старец. – Это - прерогатива ваших мужчин. И только их! Никого более! К тому же, как общеизвестно, любая женщина может оказаться в супружестве, иметь много детей и быть счастлива. И в то же время самые броские и эффектные самки вашего вида, могут оставаться несчастными и одинокими. А почему? Да по банальной причине: все они хотят только принцев, а самых честных, преданных и сильных - просто игнорируют. Впрочем, как и у нас… Наши дамы тоже в этом плане такое вытворяют…

Конклатерра демонстративно умолкла, не желая спорить на эту и любую другую тему. Можно сказать, что она и дальше провела всю дорогу в молчании. Хотя внимательно ловила каждое оброненное другими слово.

Двигались к столице сразу пятью, вроде как независимыми группами. В первой ехали сменившие личины, с помощью Медиальтов восемь наилучших воинов, выбранных как из отряда принца, так и из Порушников. Двое на карете, и шестеро как бы их сопровождающих.

Вторая группа, на довольно скоростной и удобноо, но чисто крестьянской повозке считалась самой малочисленной: всего три крестьянина и два всадника. Зато под иллюзиями крестьян скрывались сам главный целитель империи, младший принц и полковник Кулри-Заг. Сопровождала их парочка наиболее вышколенных и опытных телохранителей.

В третьей группе и ехала та самая огромная карета в виде повозки, в которой находился Ветеран Шуин-Шан, его ученик Хооз-Дер, две конклатерры и два воина. Ещё три воина из Порушников восседали на козлах, управляя двумя парами похасов и готовые в любой момент применить страшный артефакт-разрушитель. В нём правда, после ночного боя с мятежниками оставалось сил только на один удар, а в течении пути накопилось ещё и на второй, но всё равно это могло оказаться огромным подспорьем в бою с превосходящими силами противника. Большую карету сопровождал всего один всадник.

Ну и две последние группы состояли только из воинов, как отряда сопровождения принца, так и оставшихся Порушников. Все они должны были подтянуться единым рывком ко второй или к третьей группе, если там возникнут какие-то сложности с преодолением заслона. А то, что трудности в пути возникнут обязательно, никто не сомневался. Потому что посланники и курьеры, отправленные в столицу, так до сих пор и не вернулись. Значит, как минимум один заслон на дороге должен был состоять из верноприличников, тщательно процеживающих поток путешественников и крестьян, направляющихся в Полюс. Ну а если таких заслонов окажется три, а то и четыре, то шансы добраться до места назначения стремились к нулю.

Вот и приходилось в пути не столько разговаривать, как с максимальным вниманием присматриваться и прислушиваться ко всему, что попадает в поле зрения или в пределы слуха. Всадники не просто ехали рядом с повозками, они пытались заговорить и перекинуться несколькими фразами со всеми, кто ехал навстречу. Таких было мало, если сравнивать с обычными потоками в мирное время. По утверждениям знатоков, раз в пять меньше. Но в любом случае движение продолжалось и глупо было бы не воспользоваться подобным методом сбора информации.

Можно сказать, что интенсивные разговоры со всеми встречными и помогли обнаружить первый рубеж неприятеля. Никого там вроде не задерживали и никого сильно не останавливали расспросами, но зато все были слишком нервными. А за ближайшими к тракту постройками просматривался большой отряд всадников, готовый по первому сигналу посечь в кавалерийской атаке любых подозрительных путников.

К счастью, этот заслон удалось преодолеть без конфронтации и даже без ругани. Вооружённый народ и в самом деле нервничал, но разрознённые группки никак не догадался соединить в одно целое. А может, по большому счёту, здесь тоже стояли отряды ополчения верные императору. Ведь подслушать, с помощью отделённых сознаний нечто конкретное и крамольное, так и не удалось.

Зато дальше по дороге, уже после обеда, встретилось несколько групп крестьян и ремесленников, которые в открытую возмущались произволом на одном из заслонов, укрепившемся практически в последнем городе перед столицей. Там всех без разбора заставляли съезжать с перегороженного баррикадами тракта, останавливаться на вытоптанном поле возле громадного постоялого двора, и подвергали тщательному обыску. Причём подавалось это все безобразие под соусом поиска грабителей, которые три ночи назад напали на поместье тамошнего герцога, вырезали всех обитателей и вывезли всё самое ценное.

Когда всадники собрали эту информацию, все группы обменялись условными знаками и стали готовиться к любым неожиданностям. Ну и разговоры пошли именно на эту тему.

- Знаю я эти постоялые дворы, - рассказывал Ветеран. – Пожалуй, самые знаменитые на данном тракте. Принадлежат одному хозяину и расположены по обеим сторонам пути, друг против друга. И подворья у них громадные, считай там всё время можно хоть десяток, а то и сотню похасов купить вместе с повозками. Туда со всей столицы по этой причине и ездят. Да и путешественникам более чем удобно там и останавливаться, и товар на складах хранить…

- Может не всё так плохо? – заметил Кремон. – Могут и наши так усердствовать.

- Могут, - согласился Медиальт, - Но есть тут одна странность. Поместье того герцога практически рядом с домами, в пределах видимости. Причём в верности его императору сомневаться не приходится, он сам ненавидел ортодоксов, а всю эту клику верноприличников давно призывал уничтожить. И тут вот получается, что его ограбили, а то и убили скорей всего. Причём бой наверняка не мог проходить незаметно. Выставленный заслон его явно видел и просто обязан был прийти на помощь. А почему не пришёл? Значит, заинтересован в смерти герцога. А то и участвовал в нападении. Удивился бы, коль эти гниды не воспользовались бы шансом уничтожения своего ярого врага, а главное поживы на его пепелище… Так что, чувствую, придётся нам прорываться…

Его ученик, решил напомнить о другом варианте продвижения:

- Может ещё не поздно бросить кареты, пересесть на похасов и пробраться полями? Особенно в окрестностях того самого подозрительного заслона?

- Только усугубим своё положение, - не соглашался Ветеран, - В поле нас и прижмут быстрей, да и неизвестно на кого там нарвешься. Мало того, по причине подобной скрытности нас могут верные императору отряды принять за мятежников и атаковать без всякого предупреждения. А раз так…

С боевым азартом, энормианин уточнил:

- Готовимся к бою?

Ветеран посмотрел на него с укором и сомнением:

- Выздоровел? Силы девать некуда? Как по мне, то я бы тебя уложил на дно кареты и накрыл подушками, предохраняя от любой опасности…

- Ну да! И будет как ночью: я сплю, а меня слабая девушка защищает.

Тут же раздался и возмущённый голосок Ягуши:

- Не забывайся! Я – Эль-Митолана! И могу тебя скрутить бубликом, как…

От скрестившихся на ней ироничных взглядов, она засмущалась, вспомнила, что ранена, не до конца излечена, бублик с такого мечника не скрутишь и опять резко притихла. А Ветеран, выглянув в окно, разрешил:

- В самом деле, пора заряжать арбалеты.

Сам же прошёл вперёд кареты и через окошечко дал дополнительные инструкции возницам, оговаривая чётко, после какого сигнала следует применять разрушитель. Вернувшийся от впередиидущей повозки всадник сопровождения, доложил, что там тоже готовы к любому развитию событий.

Полчаса пути, и вот уже первая группа сворачивает перед внушительными баррикадами, во внутренний двор постоялого дома. Здание и в самом деле оказалось массивным и масштабным, как и его собрат на другой стороне дороги. Внутри могло находиться какое угодно количество заговорщиков, но просмотреть не получалось: сплошные пологи непроникновения.

- Ничего, - бормотал Ветеран. – Как раз будет удобно снести эти стены ударами артефакта…

Предварительная задумка, представить самых важных особей каравана, наименее охраняемыми, сработала на отлично. Повозку с принцем осмотрели только мельком и сразу дали добро на проезд дальше. Большую карету, несмотря на её массивность и прикреплённые к потолку арбалеты, тоже задерживать не стали. Но зато все три остальные группы из одних воинов, которые стянулись в одном месте, постарались блокировать с помощью пикинеров, возле стоящих двумя рядами навесов вдоль тракта. Возле стены здания стояло ещё около сотни воинов, готовых вскочить в сёдла и атаковать любую, оказавшую сопротивление группу.

И именно в той сотне сразу двое из отряда, принц и главный врач опознали всем известного верноприличника, который как раз что-то вдалбливал своим подчинённым, прикрывшись пологом непроникновения. Последние сомнения в принадлежности заслона растаяли словно дым на ветру.

Сразу резко сопротивляться и размахивать оружием замаскированные под крестьян воины каравана не спешили, но и оставлять их на тщательный обыск было нельзя. Кто-нибудь, да просмотрит, а потом и опознает в них особо верных императору телохранителей и Порушников. Поэтому карета встала уже на самом выезде из двора, а повозка с принцем рядом с ней. А так как все сами знали свои направления атаки, то стоило лишь начать атаку голосом:

- Первый удар по этой стороне! – скомандовал Ветеран Порушникам, - А потом по второй! Давай!

Одновременно с первым выплеском силы, ударили своими магическими структурами и все три Медиальта. Ну и не стал бездействовать Кремон: меняя арбалеты, которые ему подавала ещё и Ягуша, он выпустил все болты поодиночке в сторону пикинеров. Туда же направили свои огненные магические шары и оба воина сопровождения из кареты. Иными масштабными ударами отсечь врага от своих товарищей было бы опасно. Естественно, что болты отражались и оберегами и магической силой каждого врага, упало только двое, но в любом случае их при этом ослабляли. А когда здание стало рушиться под всё сминающим ударом разрушителя, заблокированные воины сами резко двинулись на пикинёров, легко прорывая их ряды и беспощадно круша растерянных верноприличников налево и направо. Прорыв у них получился замечательно и без потерь.

Казалось бы, полдела сделано и теперь следует «завалить» противника с другой стороны тракта. Но только Порушники собрались рушить и второе здание, как Хооз-Дер их остановил паническим криком:

- Не туда! Ещё раз бейте здесь!

Рухнувшая домина может и прятала в себе силы противника, но скорей всего так совпало, что сосредоточившаяся здесь небольшая армия как раз куда-то собиралась в поход. А может готовилась для набега на иные поместья знати, верной своему императору. Но все эти несколько сотен всадников оказались на втором заднем дворе, в тылах постоялого дома. И стали заметны лишь после падения, как самого дома, так и трёхметрового в высоту забора. Пока грохот и пыль, все остаются на местах, но уже через пару секунд эти сотни могут прийти в движение и просто затоптать малочисленных воинов каравана.

Вот потому второй удар артефакта и пришёлся на задний двор. Траншея получилась огромная, вал вокруг неё ещё более впечатляющий, и почитай половину врагов так в нем и закопало вперемешку с землёй. И появилась хорошая возможность для отрыва.

Весь караван сбился в кучу и, выскочив на тракт, помчался в сторону столицы. И если бы вся сила врага находилась только на этой стороне, прорыв можно было бы считать изумительным и совершенным. Но ведь оставались ещё немалые силы на другой стороне тракта. Да и с этой, на мощёную плитами дорогу все чаще и чаще выскакивали погоняющие своих похасов всадники. Началась погоня, не совсем выгодная тем, кто восседал на повозках и в каретах.

Глава двадцать первая

НОВЫЕ ОТКРЫТИЯ

Южная граница княжества Катранго, преобразилась. Местность, названная Перевал, раньше пустующая, теперь поражала постройками, которые росли как грибы и массивным, повышающимся каждый день курганом. Но изменения произошли не только на поверхности.

Опытные искатели, проведшие большинство своей жизни в подземных лабиринтах, даже представить себе не могли, как можно переустроить пустоты всего лишь за полторы недели. Но если раньше до Шанны трудно было добраться за сутки, а то и трое, то сейчас дорога по благоустроенным тоннелям занимала от силы три часа. Настолько невероятные сборные силы сотен Эль-Митоланов со всего мира, изменили саму суть магических аномалий и прочих гибельных препятствий. Там спрямили, там укрепили, там засыпали или проложили мост, там осушили, и вот уже внушительные отряды, нисколько не опасаясь за жизнь людей, тяжело груженные артефактами и находками древних времён, движутся по удобным дорогам к определённым точкам.

Опять-таки, точки эти не возле родного дома, а как раз наоборот. Возле самого барьера, всего лишь метрах в двадцати, пятнадцати от невидимой смерти. Всё, что было за годы непосильного труда вынесено на поверхность и не успело продаться, сейчас опять сносилось в глубины. И укладывалось кучами в строго рассчитанных выверенных местах. Причём склады получались настолько крупными, что ветераны ни секунды не сомневались: почти все линяющие сталпни округи потянутся к подобным источникам силы. Другой вопрос, что не все они линяют именно в это время. Ну и самое интересное, подтянутся ли «добрые черви» с той стороны? И верна ли гипотеза, что оттуда сталпни движутся строго перпендикулярно барьеру?

Удобных мест, для расположения груд артефактов, нашлось восемь. В расчёт принимался только крупный тоннель, уводящий на ту сторону. То есть доброму червю, даже пробиваться сквозь грунт не придётся. Почувствовал магию и выполз на неё без особых усилий. Ну, разве что где-то там чуть путь срежет, да стены подровняет. То уж увидеть не дано: Шанна действовала, словно полог непроникновения. Ведь визуально не везде заглянешь, как себе ни подсвечивай и как ни старайся.

А потом, если забыть о прокладывающемся тоннеле, реализовавшим немыслимую идею людям оставалось только ждать и подсчитывать имеющиеся шансы. Восемь – это вроде как много. Но если сталпней всего сотня? Да линяют они раз в год? Да путешествуют невесть где далеко от данной местности? А может у них вообще сезонная миграция в иные края началась? Или не прочувствуют только недавно начавшиеся эманации магической силы? Да пользуются только старыми и хорошо знакомыми для них эманациями? Те, которые им достались по наследству от их предков?

Вот этот последний вопрос и стал очередным камнем преткновения в исследованиях, а потом и яростных диспутах. Мнения разделились: одни спорщики утверждали, что сталпни бессмертны, а другие, что они вообще искусственного происхождения и созданы ещё Древними. Потому что ни разу в истории не была зафиксирована встреча с маленьким червячком, или хотя бы с подрастающей особью. И ни разу не находили трупы этих монстров. Только - громадные, только – бессмертные. Но это тем более было интересней.

И для выяснения истины срочно требовалось комплексное исследование сталпня. Поэтому после облагораживания тоннелей и укладки восьми горок приманки, все освободившиеся сравнительно Эль-Митоланы этого научного направления, бросились к находящимся в спячке монстрам и продолжили поиск иных гигантских созданий не то природы, не то гениальных Древних.

Четыре найденных червя были оставлены на местах довольно простым способом: у них из-под носа просто не забрали лежащие там артефакты и прочие вещички Древних. Там где вещей было мало – их совсем не трогали. Ну а в одном месте, которое поражало обилием сокровищ, выбрали должную часть и уложили в две кучи из восьми, именуемые теперь Приманками. Понятно, что изначально несколько Эль-Митоланов, только тем и занимались, что изучали найденных сталпней, но теперь им на помощь пришли остальные, освободившиеся от рутинного труда коллеги.

А ведь ещё следовало учитывать, что ежедневно в Клин Перевала прибывало от пяти, до двадцати учёных, исследователей самого разного профиля. Бум в мире всё нарастал, княжество Катранго становилось местом паломничества, а его южная граница – местом сосредоточения этого паломничества. И все вновь прибывающие колдуны стремились в подземелья, или пытались прокладывать защищённые магией дороги по поверхности.

Драконы и болары – стали считаться отдельным отрядом. Пока их наземные коллеги бросили на исследование сталпней все свои силы (не считая таги и сорфитов, занимающихся прокладкой тоннеля), покорители воздушного пространства тоже выдвинули идею пересечения барьера по небу. Правда пересечь смогут пока только предметы, да подопытные животные в виде мышек, рыбок и насекомых, но сама идея была феноменальна и родилась она во время отдельного спора между Спином и Цашуном Ларго. Лидер боларов, уже и неважно по какому поводу, укорил дракона в негуманном использовании разумных растений до недавнего времени. Ещё не так давно архитекторы крылатых, используя жезлы принуждения, заставляли тысячи боларов тупо и тяжело работать, перенося огромные каменные плиты для мостов, или иные негабаритные элементы гигантских построек. При такой неблагодарной работе многие болары гибли, надрываясь, а то и оказывались расплющены огромной инерцией тяжеленной ноши.

- Не надо на меня скрипеть! – возмущался дракон-исследователь и знаменитый путешественник. – Я всегда был против такого издевательства над твоими собратьями. Так что моей вины в этом нет. А с другой стороны, сейчас болары делают то же самое на контрактной основе, и лучше них никто с такими массивами справиться не может. Даже мы…

- Вы! – фыркал не совсем последовательный философ. – Вам только мчаться куда-то! Кого-то хватать! Рвать на части и жечь пламенем! Разбойники…

Цашун Ларго на это обиделся:

- Сам такой!

- Понятно, что не все среди вас пиратствовали, - стал выкручиваться Спин. – Хватает честных да порядочных… Но я хотел сказать, что в любом случае с самой тонкой и ответственной работой по переноске тяжестей могут справиться только наши собратья. Вон, мы даже Детище Древних по Кремниевой Орде носили…

- Ха! Твои собратья его не так носили, как просто перетаскивали над поверхностью. Если бы Детище не имело собственной подъёмной силы, его бы никто не приподнял.

- Тоже верно, - согласился лидер боларов, припомнив момент, когда огромная масса летающей стальной крепости в своей инерции скользила с горы к реке над наклонной поверхностью. – Я искренне поражался, как такая масса летать может…, пусть и всего лишь в нескольких метрах над поверхностью…

Дракон тоже припомнил сценку, перед знаменитой атакой на Детище и шумно вздохнул:

- Сюда бы сейчас это оружие…

- Вряд ли оно бы помогло… Невидимая смерть и в него проникла бы…

- А если нет? Недаром корпус был залит снаружи толстым слоем специальной резины. Толкнули бы в Шанну для пробы…

- Ну да. Обратно можно было бы вытащить канатом…

- Потом ещё раз толкнуть с мышками…, - рассуждал дракон

- А затем с рыбками, - сожалел Спин. – Да и с нормальными растениями можно.

- Или что-то другое толкнуть по воздуху… Жаль ветра над барьером нет…

- Что в общем-то странно… Хотя, чего только не случается в магических аномалиях… А что толкать-то предлагаешь?

- Да те же силовые шарики-коконы, в которых сейчас кого и что только не перевозим. Был бы ветер, они бы сами в нужный момент на юг полетели. – Цашун Ларго вначале и сам не воспринимал свои фантазии всерьёз: - Можно к коконам полотнища с надписями прикрепить. В небе на той стороне сразу бы их увидели.

- Это – если бы ветер дул постоянный, - напоминал Спин,- И в одну сторону. А так куда твои шарики занесёт?

- Но ветра-то нет! Кто толкать будет?

Болар дёрнул пренебрежительно корнями, думая о чём-то другом:

- Не обязательно «кто», может и магия толкать. Взять к примеру те же лопасти мельницы. Если их крутить в иную сторону, то они ветерок создают, тяга получается.

- Да знаю, - скривился дракон. – У нас в Альтурских Горах дети такие игрушки делают и по воде запускают. Воздушный винт толкает лодочку, пока энергия в движителе есть…

- Ну так то по воде, - решил посмеяться Спин. – А тут ведь даже ни одного озера нет. Разве что к океану надо лететь и там экспериментировать…

Он уже хотел забулькать, выражая смех, как у него в сознании мелькнула правильная догадка. То же самое наверное подумал и дракон, потому что оба приятеля воскликнули одновременно:

- Океан не нужен!

Ну и дальше, слово за слово, они наметили пути реализации возникнувшей у них идеи. Берётся платформа, или длинный сосуд обтекаемой формы, подвешивается горизонтально к единой линии силовых коконов, которые легко подымут и данную платформу и надлежащих груз в ней. Там же стоит магический движитель, который вращает вал с воздушным винтом. Винт отталкивается воздухом и продвигает всю связку в нужном направлении. Причём магическим движителем можно руководить структурой управления с довольно большого расстояния. Потом можно вытянуть платформу обратно, за привязанный к ней линь. А можно и второй движитель с винтом установить на противоположном конце платформы и он вытолкнем связку обратно. Всякие иные дополнительные усовершенствования, покорители воздушного океана додумывали и устанавливали уже непосредственно во время работы со всеми остальными драконами и боларами.

Для этого они, после согласования с Бригом Лазаном, оккупировали часть участка, который выкупили для королевства Спегото. Именно там и начались уникальные работы по созданию первого в мире Тройной Радуги, самостоятельно летающего устройства. Это если не считать того, что было создано когда-то Древними или существовало только в легендах.

Громоздкую платформу, для несущего корпуса, отбросили сразу. Хрупкие сосуды из глины – тем более. А так как на Перевале собрались сплошь гении да таланты, то кто-то быстро додумался до создания корпуса из кремонита. И прочный материал, и лёгкий, и довольно эластичный. Да и с формой заморачиваться не приходилось, поступило предложение использовать для начала трубу самого большого диаметра, которые отыскалась на кораблях энормиан, которые стояли в ближайших портах иных княжеств. Отыскалась труба с сечением в сорок сантиметров. Для первого полёта – лучше не придумаешь. Установить движители и разместить наловленных мышек - самое то.

Правда тут же был сделан заказ на одну из фабрик Энормии: создать секции для сборки двустенной трубы с внутренним диаметром в два с половиной метра. А наружным - в три. Уже тогда предположили, что когда-нибудь отыщется вещество, аннулирующее смертельное влияние Шанны на живые организмы. (Ведь тело сталпня аннулировало!) Значит, можно будет залить или засыпать это вещество в пространство между стенками и обезопасить воздушных путешественников. А если и не получится создать такое вещество, то подобная труба может стать перевозчиком посланий, грузов, продуктов и …чего угодно.

Ну а пока работали с состыковкой и сборкой малой трубы, проводили первые взлёты и пробы вообще с доставленными из леса брёвнами. Движителей разных размеров тоже хватало, они неиссякаемым потоком шли как с оборудованием для таги, для рытья тоннеля, так и с поставками для вьюдорашей. В их подземном царстве, в технических ангарах вдоль Великого Пути, пожалуй, оказалось технических устройств Древних троекратно больше, чем в Сорфитовых Долинах.

И в конце концов, после массы проб, экспериментов, ошибок и рационализаторских новшеств, отряд покорителей неба создал уникальный летательный аппарат. Десятиметровая труба, поддерживалась на весу силовыми коконами в количестве десяти штук, смотрелись весьма эффектно. Крепились коконы к трубе короткими метровыми верёвками. Малых движителей оказалось сразу четыре, по два с каждого торца, с каждой стороны, горизонтально. По бокам оказались и винты, отставленные от корпуса трубы на полметра. Причём винты после проб заставили крутиться на всасывание, а не на отталкивание, так улучшалась манёвренность летающего устройства. Рулей или хвостового оперения изначально и не пытались установить, хотя эксперименты в этом направлении начались вестись чуть ли не сразу, на более малых моделях. Повороты и даже разворот всей связки по длинной дуге, проводился банальным действием движителей по одному борту и выключением с другого.

Это уже потом додумались про обратный ход, благодаря которому винты могли вращаться в иную сторону и разворачивать новинку прямо на месте. А когда добавили хвостовое оперение, и некое подобие крыльев для регулировки высоты, тогда и возникло вполне естественное, благообразное название устройства – винтолёт.

А первая труба залетала в Шанну придерживаемая прочным линем. Иначе могла взлететь невесть как высоко. И вытягивалась обратно этим самым линем, потому что разворачивать её в воздухе тогда ещё не могли. Но именно при первых экспериментах уже чётко и окончательно определили, как именно воздействует невидимая смерть на живые существа и стали выискивать, что из подручных магических средств может способствовать защите. Можно было подумать, что подобных средств не существует в природе, раз уж за тысячи лет не нашли, то откуда они за несколько недель возьмутся? Но ведь ещё никогда в обозримой истории, возле барьера не собиралось столько Эль-Митоланов. Подобная концентрация лучших учёных и исследователей не могла не сказаться на результатах.

Вначале было найдено вещество, которое пусть и пропускало саму смерть, но не давало разлагаться тканям тела. То есть мышки оказывались в контейнерах мертвы, но вполне целы, в отличии от иных животных, от которых оставались только косточки. Потом это вещество напичкали таким количеством разнообразных магических структур, что подопытные существа умирали не сразу, а ещё какое-то время боролись с напастью. Дальше – больше: мышки стали возваращаться живыми! Но…, вялыми и затем всё равно умирали. Но каков прогресс!

И представители сборного отряда по созданию винтолёта, к которому присоединилась внушительная группа колдунов иных разумных видов, решительно заявили:

- Мы первыми прорвёмся на ту сторону!

Что послужило поводом для возникновения здоровой конкуренции между тремя направлениями научной деятельности. Изучающие сталпней возмутились:

- Да у нас уже почти всё готово к переходу! – им и в самом деле удалось не только приблизиться значительно к разгадке происхождения этих удивительных созданий, но и привлечь к кормушкам сразу пять, только что полинявших «добрых червей». Правда, пока только с этой стороны те прибыли на магическую подкормку, но ведь целых пять! Что справедливо внушало оптимизм и рисовало самые радужные перспективы.

Не отстали от этих двух групп и специалисты по прокладке тоннеля. Таги и сорфиты, во время совместных дебатов на отдыхе, легко перекрикивали оппонентов своими басистыми голосами:

- Мы уже прошли условную черту непосредственно центра Шанны! А значит мы на самом верном и беспроигрышном пути. С вашим винтолётом – ещё неизвестно куда он залетит! Ха! Ну а с вашими червяками, непонятно что им в голову взбредёт! Или в хвост…, ха-ха! Вдруг вы их годами с той стороны ждать будете? Тогда как мы, пусть медленно, но уверенно продвигаемся к цели.

В самом деле, только глядя на растущий курган, можно было поразиться умению и интенсивности работы лучших в мире строителей тоннелей. И ведь действительно, по всем логическим выкладкам, пусть и самая тяжкая работа, но она могла принести плоды в первую очередь.

Соревнование стало невероятно острым и принципиально важным для каждого отряда. Потому что только одних неофициальных пари было заключено около нескольких тысяч. А вдобавок ещё и лидеры отрядов составили некие договора, в которых описывались все те блага и должное почтение, которое будут оказывать проигравшие победителям в течении целого года. Может и шутка, может и несолидно для прославленных и опытных Эль-Митоланов, но интерес, желание оказаться первыми, только троекратно усиливалось.

И вот на этом фоне, в некоторой растерянности пребывало две женщины. Маркиза Баризо и Сулфи, дочь визиря из Онтара. Они никак не могли определиться, к какому отряду им стоит примкнуть, чтобы одними из первых оказаться в империи сентегов. Как-то спонтанно обе подружились с первого дня, стали везде и всюду бывать вместе. Попадали в неприятности и ссорились с остальными, выискивали для себя приключения и всеми силами доказывали собственную самостоятельность. Хотя ни одна не знала о другой самого важного: каждая из них имела и свой особый, интимный интерес к скорейшему проникновению на Юг. Мальвика не догадывалась, что Сулфи провела две ночи с Кремоном Невменяемым, а онтарианка не могла предположить, что маркизой движут не только желания прославиться, самоутвердиться в этой жизни, или долг названной сестры. И каждая из них сумела сохранить как свои личные тайны, так и свой невероятный интерес к всемирно прославленному герою в интимном плане.

Так что они дружили скорей по собственной молодости, половому признаку, и одинаковому общественному статусу: будущие колдуньи, имеющие собственные врождённые Признаки. И в какой-то момент оказались перед сложным выбором. Каждый представитель или координатор отрядов, работающих на своём направлении, уже несколько раз указывал девушкам довольно строго: «…чего вы мечетесь? Выбирайте, наконец, нашу сторону и помогайте изо всех сил! Или уходите к другим и не мешайтесь под ногами у нас!»

- Надо же! Мы им, видите ли, мешаем! – возмущалась Мальвика от всей души.

- А наши дельные подсказки, они даже слушать не хотят! – поддакивала ей Сулфи. Обе как раз взобрались на курган и сверху осматривали, чуть ли не всю перспективу интенсивно строящегося Перевала. – Отец вместе с Хорасаном сегодня утром грозились меня отправить домой.

- Пусть только попробуют, - успокоила подругу маркиза, - Ты уже совершеннолетняя и мой гость на моей земле. Так что даже отец, а то и сам султан не имеет право тебе что-то здесь приказывать.

- Ну а что мы решаем? – онтарианка ткнула в сторону участка королевства Спегото, где покорители неба возились сразу с несколькими винтолётами. – Давай всё-таки к ним, а? Смотри, они уже гигантскую трубу собирать начали из секций. Может мы научимся управлять этими устройствами и перелетим первыми на Юг?

- Размечталась! Что они нам вчера сказали? Мол, они и сами летать умеют! И что нам предложили?

Девушкам предложили заниматься мышками, червяками и насекомыми. В том отряде как раз не хватало исполнительных лаборантов. Естественно, что обе красавицы с гневом отвергли такое низменное предложение и поспешили глянуть, что творится на рытье тоннеля. Там их чуть не затоптал сорфит, управлявший одной из вагонеток, вывозящих грунт на поверхность. Опять возник скандал на пустом месте, и только с появлением таги Татила, работы возобновились. Татил же предложил девушкам заняться работами по планировке и укреплению непосредственно кургана:

- Вы бы только знали, как это важно и актуально для нас.

Красавицы сказали, что подумают, но мысленно сразу отвергли подобное участие себя любимых в такой неинтересной и не романтической деятельности. Хотелось чего особенного, героического и величественного… Да только вся деятельность, которая угрожала славой и почётной загруженностью для настоящих героев оказалась давно распределена между другими.

И очередная ночь с утром, так и не принесла дельных мыслей по этому поводу.

Разве что прямо сейчас, когда они стояли на кургане, маркиза Баризо неожиданно воскликнула, чуть не перепугав свою новую подругу:

- Знаю! Как мы сразу не догадались?! Столько времени потеряли!

Сулфи подпрыгивала на месте от нетерпения:

- Ну? Говори быстрей, что ты придумала!?

- Так всё просто! Мы не должны напрашиваться в эти три отряда, и умолять, чтобы нам доверили ответственную роль в руководстве. Ты же видишь, какие они снобы и задаваки. Поэтому мы сделаем самое лучшее, что возможно: отыщем новое направление деятельности! Или переделаем что-нибудь из того что есть только для нас двоих! И благодаря этому первыми окажемся на той стороне, доказав именно наше превосходство!

- Новое…? – засомневалась дочь визиря и племянница султана, - А что именно?

- Да какая разница! Главное не под них подстраиваться, а самим конкретно подумать. Просто осмотреться по сторонам и …придумать.

И она стала демонстративно оглядываться с кургана на все стороны, словно ответ так и лежал на поверхности, и следовало только к нему присмотреться, а потом с полным правом воспользоваться.

Грустно вздохнувшая Сулфи, тоже последовала примеру своей подруги, но без должного огонька и задора. Как человек с более прагматичным складом ума, она прекрасно понимала: ничего нового найти не удастся, всё уже разобрано и везде уже копаются другие.

Вот так и замерли на вершине кургана две девичьи фигурки, вызвав своим видом довольное бормотание заметившего их Хлеби Избавляющего:

- Молодцы! Это они правильно поступают… Пусть лучше красотами любуются, чем другим мешают…

Знал бы он, о чём девушки в тот момент между собой разговаривают!..

Глава двадцать вторая

СВОЕВРЕМЕННАЯ ПОМОЩЬ

Отрыв, в самом начале погони, получился значительный, около километра. Поэтому чаще ничего сзади не было видно: тракт петлял между величественными не то холмами, не то курганами. И если бы у Медиальтов оставалось хоть на четверть магических сил в запасе, они бы поставили в данном прорыве окончательную и победную точку. Только вот сил Эль-Митоланов ни у них, ни у всех остальных сентегов не осталось и капли. Все было выплеснуто возле зданий постоялых домов.

И если бы, хоть чуточку меньше оказалось преследователей! А так, на каждом длинном, прямом участке тракта, различаемая толпа не только приближалась, но и росла словно на дрожжах. Врагов оказалось слишком много. Похоже, они способом просачивания малых групп скопили здесь, вблизи от столицы целую армию и собирались этой армией идти на воссоединение с другими мятежниками.

Что помогало беглецам, так это идеально ровное покрытие тракта. Карета, повозки и телега хоть и летели на максимальной скорости, почти не грохотали от вибрации, стыков или выбоин. Благодаря этому расстояние сокращалось не так быстро, как хотелось участникам погони. Но всё равно, поглядывающий в заднее оконце Ветеран, досадовал и злился в первую очередь на самого себя:

- Ну зачем я настаивал на поездке?! Вот пустая голова! Нет, чтобы преспокойно переждать ещё денёк в поместье!

Его ученик попытался успокоить старца:

- Ещё неизвестно, в какую сторону это войско верноприличников собиралось тронуться. Вдруг, как раз в сторону поместья?

- Эх! Всё равно не оторвёмся!

- А до столицы ещё далеко? – поинтересовался Кремон. – Там ведь наверняка стоит заслон, верный императору?

- Наверняка стоит. Только вот нам ещё мчаться туда целый час в таком же темпе. А нас догонят уже минут через пятнадцать…

Один из воинов, сидящий с ними в громадной карете, бесшабашно молвил:

- Воинов достаточно и у нас, чтобы задержать мятежников. Как и положено, будем отставать, каждая группа и давать бой. Три боя, каждый их задержит на десять минут!

По этому вопросу оба Медиальта оказались единодушны:

- Максимум задержки – по минуте на группу.

- Их слишком много, просто объедут по сторонам.

Но воин не сомневался в своём праве погибнуть с оружием в руках, защищая принца и высших врачей империи:

- Значит, используем сразу три повозки. Перегородим тракт и нападём все сразу!

- Те же самые три минуты, - констатировал Ветеран. – Пока два рукава хлынут по обочинам и по полю. Боюсь, что даже три удара разрушителя нас бы не спасло…

Очередной прямой отрезок, и все убедились в правоте опытного, много чего видевшего в своей жизни старца. Погоня приближалась…

- У нас достаточно арбалетов, да и болтов чуть ли не четыре сотни, - напомнил Невменяемый. – Каждый упавший неожиданно всадник, задержит преследователей дольше, чем выехавший навстречу десяток на похасах.

- Стратегически это верно, - согласился Медиальт, ещё раз выглядывая в окошко. – Скоро дистанция сократится до трёхсот метров, и можно стрелять. Если даже каждый пятый выстрел достигнет цели – это будет невероятное подспорье для нашего отряда. Всё зависит от того, какие у них обереги, и как будем на подобной скорости стрелять мы… Я в этом деле не силён, мой ученик – тем более. А вы?

Сопровождавшие их воины, признались, что они стреляют нормально, хотя больше специализируются на колюще-режущем оружии. У Ягуши никто и спрашивать не стал, зато Кремон, снимая с себя иллюзию женщины, не преминул похвастаться:

- А я частенько с арбалетом повозиться любил. В турнирах не участвовал, врать не стану, но учителя меня хвалили, ставили в пример остальным. Так что давайте, приступим!..

Он пересадил пассажиров иначе, встал ногами на среднее сиденье и несколькими лихими ударами меча прорубил удобное отверстие в крыше кареты. Высунулся наружу по пояс и в возбуждении предстоящей стрельбы рассмеялся:

- Шикарная дорога! Хвала её строителям! Можно стрелять, словно стоишь на нерушимом полигоне! Ха-ха! Эй! – это он крикнул скачущему рядом всаднику, - Запрыгивай в карету, нам не хватает заряжающих! – а потом команда вниз: - Давайте арбалеты!

Тотчас заработал конвейер, в котором все пять сентегов задвигались, словно единый механизм. Ветеран Шуин-Шан подавал наготовленное оружие прямо в руку Кремона, другой брал использованное и клал его на колени конклатерры. А та, из-за своего ранения больше ничем не могла помочь, как подавая разряженный арбалет тому из сентегов, кто освобождался раньше. Хооз-Дер и три воина, с перенапряжением всех своих сил, производили зарядку.

Ну а энормианин открыл стрельбу. Начал он это делать с расстояния в триста пятьдесят метров, выверено, точно и уверенно. Стрелял только по похасам, понимая что м падением более крупного тела, преграда на тракте становится существенней, чем с падением одного только всадника. К тому же животные не имели такой сильной амулетной защиты. Их обереги могли оградить от одного, максимум двух болтов, а потом животное падало. Мало того, арбалетчик стрелял с особой тщательностью не в общую массу неприятеля, а только конкретно по одной цели. Выстрел – порой никакого результата, второй выстрел следует обязательно туда же. И если опять нет результата, то уж третий болт точно провоцировал падение и животного, и всадника. Порой из-за этого и ещё кто-то падал, просто наткнувшись на неожиданное препятствие.

И стрелял гость с севера настолько быстро, что напряжённо работающий Ветеран, не имеющий возможности даже мельком взглянуть в окошко, не выдержал через пять минут и спросил:

- Ты хоть раз попал?!

- Веду… подсчёт…, - раздался прерывистый ответ человека. – Ну и смотрю…, за расстоянием… Оно сократилось…, до двухсот пятидесяти метров…

- А подсчёт?! Сколько раз попал?! Сотня болтов уже ушла! Четверть всего нашего запаса!

- Тридцать один!.. – воскликнул стрелок. Ещё два выстрела и: - Тридцать два!..

- О-о-о! – довольно заревел старец голосом валеля. – То-то я думаю, почему так медленно сокращается расстояние! Вали их, парень, вали!

На дистанции в двести метров приотстала мчащаяся первой повозка, и из неё тоже стали стрелять. Потом – ещё два стрелка открыли огонь. Пусть и не настолько скорострельный и не настолько эффективный, но и он внёс лепту в общее дело. Поэтому вместо спланированной четверти часа, враг приближался на дистанцию в пятьдесят метров почти полчаса. Что уже считалось для убегающей стороны невероятным подвигом. В том числе подвигом и для противника: ведь попробуй мчаться не снижая скорости, если все передовые ряды уже давно свергнуты на плиты тракта и скорей всего растоптаны рядами последующих всадников.

Видимо нешуточная злоба и чувство мести двигали погоней, осатаневшей от вида крови, скорби по павшим товарищам и вида ускользающей жертвы. Вот поэтому расстояние всё-таки сокращалось.

- Ещё десяток метров, и они начнут нас жечь огнём! – воскликнул с досадой Кремон. – Если наши похасы получат ожоги, то упадут и карета перевернётся. Не лучше ли остановиться и принять последний бой?

- Ещё полсотни болтов…! - прохрипел Ветеран. – Успеешь!..

И тут разнообразные восклицание раздались со стороны Порушников, которые на месте возниц управляли двойной упряжью похасов:

- Армия!

- Вроде как императора!?

- А если нет?.. Не разобрать точно…!

- Наши! Точно наши! Вон полк личной охраны и знамя императора на склоне холма! Ура-а-а!

Невменяемый оглянулся только мельком, так и продолжая стрелять без остановки. Хотя было на что посмотреть на картине, открывшейся после плавного поворота из-за холма. По обеим сторонам тракта стояли всадники в три ряда, готовые двинуться в атаку, прямо поперек проезжей части, на две трети, стояла группа пеших арбалетчиков количеством далеко за полсотни, они в четыре уровня готовились к единому залпу. Оставленный участок проезда, позволял проскочить в него не только повозкам или телеге, но и огромной карете. Но даже уже будучи в нём, стрелок с крыши продолжал стрелять. Увлёкся…

Ещё две сотни стрелков стояли наготове на самом холме, который закрывал видимость противнику с тракта. То есть не вызывало сомнения, что колдуны армии заранее высмотрели отелёнными сознаниями что творится дальше на тракте и войска успели развернуться для заслона и для подавляющей контратаки, не оставляющей врагам единственного шанса на спасение.

Так что когда мятежники увидели, кто им противостоит, и стали в ужасе делать попытки остановиться, рой болтов выкосил их первые шеренги, словно коса мягкую зелёную траву. А следом прилетели огненные шары от всадников, каждый примерно в треть силы Эль-Митолана. А потом ещё и сами всадники пошли на добивание разгорячённого погоней, но изрядно выдохшегося противника.

И уже через четверть часа от грозной и многочисленной армии бунтовщиков остались только горы окровавленных трупов, около сотни тяжелораненых вояк, да с полсотни пленных.

На том закончилось основное, военное противостояние сил мятежников и войск верных императору. Дальнейшие мелкие стычки уже не вошли в главные исторические хроники.

Глава двадцать третья

АУДИЕНЦИЯ

Поразительно, но отряд во время прорыва и дальнейшей скачки не понёс даже единственной потери. Причём основную заслугу в этом возложили именно на Кремона. Оказывается один из трёх Порушников, отдав управление похасами своим товарищам, тоже собирался перебраться в карету. Ему вначале показалось, что не управятся с зарядкой. Потом он, хотел крикнуть, чтобы и ему время от времени подавали арбалет. Но когда присмотрелся, как быстро и метко стреляет человек, замолк, вцепившись в крышу кареты, и чисто спонтанно принялся подсчитывать урон в рядах врагов.

Поэтому когда количеством поинтересовались у Невменяемого он нервно рассмеялся и признался:

- Сбился после пятого десятка… Ха! Да и какая разница? Все наши целы – только это и важно!

А воин не удержался и с восторгом выпалил:

- Он завалил сто двадцать два всадника! Я считал! Я видел!

- Так ведь и другие стреляли, - поспешил напомнить человек.

- Я видел, что считаю! – Порушник защёлкал клювом ирасставил крылья в стороны, как бы желая обнять своего спасителя. – Так что если бы не твоя стрельба, нас бы точно затоптали где-то там, далеко от этого места.

Всё это слышавший полковник Кулри-Заг, поняв, что энормианин засмущался и не знает что ответит, стал рассыпать вокруг приказы:

- Оправиться! Потом будем благодарить друг друга! Все молодцы! В сейчас немедленно проверить похасов, поводить их и накрыть попонами! Быстрей, не то слягут! И так загнали бедненьких!..

Животные и в самом деле заслужили самой высшей оценки за свою выносливость. И воины отряда, не принимая помощь обозников самой императорской армии, принялись ухаживать за похасами.

Естественно, что Медиальты не стали возиться с животными, зато сходу, у первых встречных воинов, потребовали передать им магические силы. А так как никакого- дальнейшего сражения не предвиделось, то Эль-Митоланы безропотно выполняли требования высших врачей империи. Да и попробовали бы они это не сделать в присутствии младшего принца, или хотя бы заикнуться о своём недовольстве.

Его высочество и позвали первым в шатёр императора Луал-Лайта. Видимо венценосному правителю сентегов не терпелось лично убедиться в целостности младшего сына. Следом за его высочеством по собственной инициативе последовал Круке-Кре. Главному целителю империи позволялось входить в его величеству в любое время без стука или доклада. Правда, он что-то успел перед уходом шепнуть на ухо Ветерану. И тот сразу же потянул Невменяемого в карету со словами:

- Краткая проверка твоего здоровья не повредит! – и уже внутри, почти не обратив внимания на сидящую там Ягушу, спешно стал инструктировать: - Учти, вокруг императора не столько враги, как его самые приближённые сторонники. Они ему верны до могилы, но прикрываясь своей верностью ведут себя порой…, несносно, скажем так и не всегда разумно. Они все жутко на меня злы, поэтому могут не внимать моим словам и доводам. Да скорей всего меня туда и не пустят, как отлученного от двора и императорской милости. А подготовить их окольными путями я не успел, как видишь… Мало того, они из чувства недовольства или неприятия людей (есть и такие!) будут стараться тебе во всём противоречить и выискивать ложь в каждом слове. Не вдавайся с ними в полемику, не сердись на них, не груби и не показывай своего презрения к самым глупым, наглым и самонадеянным…

- Что за напасть?! – не выдержал энормианин. – Тебя послушать, так вашего императора окружают соратники, кои хуже, чем явные мятежники! Как он их терпит?

- Ведь предупреждал: держи себя в руках! Покажи наивысшую дипломатию, на которую только способен!

- Но вряд ли придворные сопровождают своего императора в походе…

- Наивный! Они готовы погибнуть рядом с ним и этим гордятся!

- Всё равно, - мотал Кремон головой от удивления. – Я бы оставил самых ненужных «помощников» хотя бы в дальних тылах армии. И не лучше ли было бы поговорить мне с ним наедине? Или в присутствии самых умных, наиболее достойных и, естественно, Медиальтов?

- Тоже нельзя. Скорей всего первая аудиенция будет проведена в присутствии всех придворных. Иначе будет оказано явное недоверие всем сторонникам, родственникам, представителям высшей знати и самым прославленным военачальникам.

- Шейтар разорви эту дипломатию, - продолжал расстраиваться Невменяемый. – Почему надо юлить и лебезить там, где надо говорить правду?

- Правда нравится не всем. Надо говорить очень мягко, иносказательно. Удивить их, поразить

- И чем я их удивлю? Хотя с этим как раз проблем нет, вы тут в изоляции совсем одичали… А вот насколько я могу варьировать своими полномочиями как представитель Энормии?

- Да как угодно, так и варьируй. Главное, чтобы получалось красиво, велеречиво, напыщенно, пафосно и… с должным почтением одновременно. Для начала – веди себя как полномочный представитель всего большого мира. А уж потом наверняка император пригласит тебя для беседы в более узком кругу…

Тут в дверь кареты требовательно застучали и кто-то потребовал:

- Господин посол, вы удостоены краткой аудиенции с его императорским величеством. Поторопитесь! Нам приказано вас сопроводить!

- Ох! Ну и вид у меня! – запоздало рассмотрел свои пыльные одежды новоявленный посол. – Как бы мне…

В этом ему помог полный сил Медиальт. И тело стало чистым, и одежда, словно только из стирки и после глажки. Благо, что нигде не было явных порывов и несуразных заплат.

И вот тут, вместо того, чтобы просто выйти из кареты, Кремон скривившись, ткнул пальцем на платье Ягуши:

- Откуда столько грязи?

- Так это…, - растерялась та, - От арбалетов…

- Отчистишь? – умоляющий взгляд на старца и тот со странным, печальным вздохом приступил к очередному магическому действу. – И чуть румянца ей на щеках прибавь, пожалуйста… А то слишком бледная… Рёбра болят? А как рука? – получив на оба вопроса непонятное пожатие женских плечиков, резко выдохнул и скомандовал: - Ну, тогда топаем на аудиенцию!

Не дожидаясь лишних вопросов или готовящихся возражений, выскочил из кареты первым и подал руку своей даме. Та стала выходить, но оказалась не в силах сделать это молча:

- Я что-то не поняла…, в каком качестве я буду тебя сопровождать?

Они пристроились между двух пар особо ярко разодетых воинов, и не спеша двинулись к виднеющемуся вдали раззолоченному шатру. При этом мужчина продолжил нашёптывать своей избраннице сердито и строго:

- Как, в каком?! В качестве моей супруги. Наверняка ведь понимаешь, насколько солидней смотрится чрезвычайный и уполномоченный посол, когда прибывает на подобные встречи со своей дражайшей половиной. Не то что какой-нибудь бессемейный холостяк. Так что веди себя достойно, держи всё время улыбку на лице, а спинку прямо. Плечи расправь, подбородок выше. О! Совсем отлично!

Улыбку девушка удерживала, а вот губы у неё подрагивали:

- Я боюсь! – шепнула она. Но как, оказалось, опасается она совсем не предстоящей аудиенции: – Ты меня опять обманываешь…?

- А я не боюсь. Я радуюсь, что у меня самая красивая жена в мире Тройной Радуги. Хотя…, - он притворно тяжко вздохнул. - Тоже страшно…

- От чего? – сразу забеспокоилась она.

- А вдруг я твою симпатию ко мне ошибочно принял за высокие чувства? Вдруг ты со мной целовалась, только под воздействием прочитанных любовных историй о Галиремах? Вдруг я тебе вообще не нравлюсь? Ведь об этом нам даже поговорить было некогда. За свои чувства я-то спокоен, а вот за твои…

Девушка долго молчала, видимо и в самом деле пытаясь экспресс-методом опросить сама себя. И только уже перед самым шатром, улыбнулась спокойно и радостно:

- Ладно, не сомневайся. Будет у тебя жена любящая, добрая и…

Она сделала паузу, в которую Невменяемый вставил утвердительным тоном:

- …И послушная!

- Хм! Неужели ты забыл, что я воспитана как конклатерра? Значит, понимаешь, что я очень самостоятельная и весьма независимая в суждениях. Так что…

- Ладно, ладно. – оборвал он её. - Мне важней всего, что «любящая». С остальным разберёмся… Улыбайся!..

Полог раздвинули, открывая вход в огромный шатер высшего правителя сентегов. Но шатром он казался снаружи, изнутри это оказалась внушительная загородка из стенок, с полукруглыми навесами крыши внутрь. А две трети всего пространства потолка попросту отсутствовало. Так что добрая половина пространства пронзалась лучами Занваля, и освещая и согревая внушительные толпы придворных, стоящих всюду гвардейцев, и около полусотни генералов. По центру и под стенками, в этот момент около пятидесяти слуг в бешенном темпе сервировали столы, готовя их то ли к лёгкому, явно запоздавшему полднику, то ли к раннему ужину. К слову будь сказано, ни единого слуги в виде человека в шатре не просматривалось.

Такого количества сентегов, даже после предупреждения Ветерана Шуин-Шана энормианин никак не ожидал увидеть. Можно возить с собой придворных, можно баловать знать близостью к трону, но чтобы до такой степени?! До такого абсурда?!

«Наверняка у них от безделья сознание деградирует! – мысленно стал восклицать Кремон. – Их срочно надо расселять по всему миру, пусть лечат иных разумных! Пусть спасают детей от неизлечимых болезней! Пусть чувствуют себя востребованными и самыми нужными на планете!..»

Все сентеги уставились на вошедшую пару. Причём взгляды виделись самые яркие по своей полярности, от ненавидящих, до добрых, дружественных и восторженных. Удалось рассмотреть довольного младшего принца, а чуть поодаль главного имперского целителя. Причём Круке-Кре понятным жестом показал, что все нормально. Скорей всего тут уже успели рассказать о личной заслуге человека в деле спасения как самого Луал-Лайта, так всего отряда в целом. Подобные плюсы всегда благоприятно действуют при первом знакомстве.

А тут и толпа у дальней стены раздалась в стороны, отрывая вид на не особо примечательный, наверняка походный, не слишком высоко стоящий трон. А на нём восседал сентег, тоже не слишком-то выделяющийся от окружающих его придворных.

И воцарилась тишина.

И Кремон Невменяемый понял, что все ждут первого слова именно от него. Несколько не по протоколу, если припомнить подобные встречи на высшем уровне среди иных государей и чрезвычайных послов. Но раз уж тут так принято…

- Ваше императорское величество! Разрешите приветствовать вас, и всех подданных великой империи от имени его величества, короля Энормии Рихарда Огромного, от её величества, королевы Спегото Дарины Второй, от…

Перечислял Кремон долго, с чувством и надлежащей торжественному случаю дикцией. Войдя во вкус, и чувствуя неподдельный интерес к своему выступлению, упомянул всех, кого только мог. Даже дунитов, проживающих на Марге не забыл. Даже про друунлаутов, солнритов и разумных моллюсков упомянул.

Ну а потом, так и не останавливаясь для заслуженных аплодисментов, сразу перешёл к катастрофе, грядущей миру Тройной Радуги. Про себя мысленно радуясь, что никто ему не мешает, никто не перебивает и не сбивает с мысли.

«Похоже, Ветеран меня слишком запугал наличием здесь своих тупых, закостенелых и агрессивных соотечественников, - подумал Невменяемый во время короткой паузы, пытаясь смочить слюной пересохшую гортань. - Вполне нормальные и милые создания. А то что смотрят некоторые без любви…, так мне с ними не жить… Ха-ха! Главное, что никто не буянит…»

И только он это подумал, как откуда-то из-за трона, поверх голов стоящих стеной телохранителей, вынесся громадный огненный шар, пущенный с максимальной колдовской силой. И шар этот летел прямо в застывшего чрезвычайного посла из большого мира.

глава двадцать четвёртая

И ГЛУБИНА ОТКРЫТИЙ СТРАННЫХ…

Мальвика и Сулфи, соединив свои ну очень разрозненные и несистематические знания, выдумали нечто потрясающее. Если бы об этом узнал кто-то из старших, он бы точно «потрясся» от эмоций настолько, что молодых девушек силком бы спровадили как можно дальше от Перевала. И никто не посмотрел бы кто истинный хозяин Клина. По крайней мере, если бы и не удалось спровадить строптивую маркизу куда подальше, то уж точно бы с неё и её подруги больше глаз не спускали.

А так девушки воспользовались всеобщей занятостью, собственной наглостью, вседозволенностью да возможностью контроля за поступающим на Перевал грузопотоком. И стали действовать.

Причём им самим идея казалась весьма перспективной, если не сказать, эпохальной. И они с восторгом представляли себе, что случится, когда они вдвоём добьются успеха раньше, чем три многочисленные группы прославленных и авторитетных в магии специалистов. Другой вопрос, что сами они, не обладая ещё силами Эль-Митолан, нуждались в помощи тех, кто ими обладает.

Ну с этим вопрос решился быстро. К тому переломному моменту на подступах к Перевалу стал расти временный лагерь тех, кто спешил подтягиваться на «огнище костра», не будучи здесь ни ожидаем, ни привечаем. То есть те, кого не звали. И таких оказалось более чем много. Аферисты всех мастей, перекупщики, авантюристы, любители приключений, просто неудачники, страдающие банальным любопытством и даже женщины лёгкого поведения. Значительная часть подтягивалась непосредственно из Катранго, но ещё больше сюда спешили люди из соседних княжеств. Причём нарастал всё больший поток из Менсалонии, с Морского королевства, да и непосредственно с северного материка. Все они обустраивались во временном лагере, возникшем спонтанно на неиспользуемых под пастбище землях, которому сразу кто-то дал меткое имя Авантюрный.

Кое-кому из этой огромной толпы везло. Имея рекомендации, или будучи лично знакомы с работающими на территории выкупленных участков Перевала коллегами, они тоже получали определённые задания и добивались права входа и выхода. Всем остальным допуск категорически запрещался. И двойной кордон из магических структур, и тщательно присматривающих за этим делом боларов, не оставлял желающим преодолеть эту своеобразную границу никаких шансов. Им оставалось только и подвизаться, что в роли доноров колдовской силы, за которой частенько наведывались работающие на Перевале колдуны. А ведь прикоснуться к творящейся истории хотелось всем невероятно. Только, увы…

Вот пару молодых колдунов, не так давно прошедших обряд Воспламенения Крови, две ушлые девушки и отыскали в одном из простеньких шалашей. Именно в таких помощниках они и нуждались: доверчивых, наивных, свято выполняющих данное слово и мечтающих удивить мир своими подвигами. Родом ребята были из Менсалонии, являлись кузенами, почти ничего толком не умели, Садовниками не стали, зато могли похвастаться наличием у каждого внушительного мешка волшебных фруктов. Причём были неприятно удивлены низкой ценой своего товара на здешнем рынке и подозревали, что вскоре они останутся без средств к достойному существованию. Поэтому предложение поработать, да ещё и непосредственно на Перевале, было встречено ими чуть ли не с радостным повизгиванием. Как следствие, они не слишком-то и удивились требованиям строго хранить тайну и без всякого сомнения дали самую суровую и жёсткую клятву полного повиновения.

Парни, которых звали Ян и Колди, отличались резко лишь цветом волос: рыжий и чернявый. И вначале они на радостях даже не слишком-то присматривались к красоте своих нанимательниц. Но уже оказавшись в ново построенном доме и обживаясь в выделенной им комнатке, они чуточку опомнились, осмелели и коснулись темы личностных отношений:

- А они обе красивые, – констатировал Ян. – Может, приударим?

- Вряд ли они по этим делам…, - сомневался чернявый Колди. – Слишком уж они строгие и наукой замученные. Им не до флирта. Недаром они так скрупулёзно на таинственности настаивали.

- Ну, ты как хочешь, а я за Мальвикой точно постараюсь поухаживать. По крайней мере парочку комплиментов скажу, язык не отвалится.

Его кузен не преминул возмутиться с чисто спортивным интересом:

- Чего это ты блондинку выбрал? А вдруг я её первый выбрал? Тем более что тебе всегда тёмненькие нравились…

- Надо стремиться к разнообразию! Так что смотри, брат, и радуйся за меня.

Через несколько минут, когда они вместе с нанимательницами прошли в иную комнату, напоминающую плотно заставленный склад, Ян попытался сходу реализовать свою задумку, обращаясь к маркизе:

- Как шикарно на тебе смотрится этот костюмчик! Идеально подчёркивает замечательную фигурку.

Тотчас ему странно поплохело, подкатила к горлу тошнота, и все фривольные мысли оказались вытеснены из головы напрочь. Ещё и глаза Мальвики его неприятно поразили. А уж брошенные с угрозой слова окончательно поставили точку на любом флирте и отбили охоту к самым невинным комплиментам:

- Ещё хоть одно слово, которое не касается работы, и ты вылетаешь с Перевала со скоростью молнии! Всё понятно?

Ничего униженному колдуну не оставалось, как несколько раз интенсивно кивнуть в знак своего полного раскаяния и максимальной заинтересованности только в работе. Маркизу это удовлетворило, и она стала вводить нанятых колдунов в суть предстоящего дела:

- Ваша главная задача: а помощью магических сил максимально зарядить нужные обереги, определённые предметы и артефакты. Дальше мы доставим к выбранному червю необходимое оборудование, предметы и приступим к экспериментам.

Что такое сталпень, как он выглядит и как им пользуются, парни уже знали. Расспросили об этом ещё в первые часы прибытия в лагерь Авантюрный. Так что исходящую со стороны монстра опасность осознавали вполне справедливо. Что и не постеснялся отметить Колди:

- При всей полезности и безобидности сталпня, действовать возле него следует очень осторожно…

Чернявого колдуна осадила довольно строго Сулфи:

- Если ты такой трус, что каждый раз собираешься прятаться за нашими спинами, ещё не поздно покинуть Перевал. Мы отыщем других помощников!

- Да это я просто так говорю, к сведению…, - несколько растерялся парень.

- Если бы нам нужны были советчики, мы бы отыскали и таких! – уже не на шутку рассердилась дочка визиря. – А нам нужны исполнители! Ты понял меня? Не ловеласы и не умники, мнящие, что они много знают, а безмолвные, умеющие молчать как рыбы, бесхитростные, исполнительные работники!

Вот с того самого момента два кузена упрятали своё самолюбие, гордость и самомнение на задворки сознания и стали идеально послушными мальчиками-колдунами на побегушках. И работали они в тех пор чуть ли не круглые сутки. А когда у них кончались магические силы, то они наведывались в Авантюрный и там, за выданные им маркизой средства, получали от безработных Эль-Митоланов полную порцию колдовской мощи. Порой они проделывали такие вливания два, а то и три раза в день. Так что им, менее везучие коллеги, откровенно завидовали, что хоть как-то компенсировало несколько униженное состояние перед молодыми нанимательницами.

Сами они изначально не могли осознать окончательные итоги ведущихся экспериментов. Как ни пытались сообразить к чему ведутся те или иные подготовительные работы. И только на третий день, когда созрела уверенность в их благонадёжности, Маркиза Баризо решилась не некую откровенность:

- Есть три направления, каждое из которых может вот-вот принести удачу в переходе человека за барьер. Или как теперь стало модно выражаться за линию Шанны. Первое – подземный тоннель. Второе – дождаться возле приманки сталпня с той стороны. И третье – перелететь магические аномалии на винтолёте. И вся беда в том, что наилучшие умы уже определились и каждый старается помочь только своей команде. В основном… Им даже не с руки как-то сдаваться и неожиданно менять свои цели и планы. Но ведь мысль на месте не стоит, всё время рождаются новые идеи. И вот несколько авторитетных учёных решили попробовать совместить все три направления работ вместе. Опять-таки, образно… И они придумали гениальный способ перебраться на Юг. И даже все детали разработали… Но так как сами они ронять свой авторитет не хотят, то доверили это важное открытие нам, независимым исследовательницам. Ещё и продолжая при этом опекать и давать дельные советы…

По всем признакам, Мальвика говорила правду. И оба начинающих колдуна успокоились окончательно. Раз тут замешаны крупные монстры научной и артефактной науки, то идея, в конце концов, просто обречена на успех. Остаётся только старательно выполнять распоряжения этих строптивых, но занимающих очень высокое положение девушек. А то, что титулованные красавицы тут одни из самых доверенных и самых знающих лиц, сомневаться не приходилось. Достаточно было просто подсмотреть, с кем они общаются или постоянно шушукаются: только с лидерами и главными руководителями научных представительств.

Так что если и были некоторые сомнения, то Ян и Колди их тоже отбросили в сторону как ненужные. Тем более что в обрисованной идее было очень много смысла. Смысла собранного воедино с трёх разных направлений.

Если кремонит так прочен, лёгок, транспортабелен и быстро монтируется – то его следует использовать и в иных местах. Раз заряженные артефакты так воздействуют на «доброго червя» - то необязательно воздействовать ими непосредственно возле Шанны. И раз глубоко внизу, вполне себе мягкая, пусть и сбитая за века торфяная почва – то путешествующие там сталпни вполне могут провезти в своих внутренностях не только магические предметы, но и живые существа.

Почему торф? Да потому что девушки когда-то его увидели у себя под ногами, стоя на вершине кургана. Если раньше шла каменистая порода, только с вкраплениями земли, песка, глин и торфа, то на глубине в километр пошел, чуть ли не чистый торф. Видимо там когда-то было гигантское озеро, или нечто подобное, а потом оно провалилось во время подвижек континентальных платформ. Но сам факт его наличия, да прямо под Клином, да по направлению на юг, грех было не использовать.

Как заставить сталпня двигаться в нужном направлении? Да и вообще подчиняться разумным созданиям? Самые сложные вопросы, при осуществлении данной идеи. Но в последние дни информация с точек исследования червей, шли таким потоком в административный центр Клина, что только и следовало сесть в ворохе этой информации да спокойно в ней разобраться. Полная глупость – самим метаться по недрам – была девушками отвергнута сразу. Они обучались предстоящим действиям на расстоянии, запасались, чем надо и готовились к конкретным действиям. Тем более что за последние несколько дней учёным удалось высмотреть, и даже частично проследить за теми сталпнями которые не линяли, а просто передвигались во время своих бессмысленных миграций. Наблюдения страшно затруднялись тем, что данные особи не оставляли после себя прочный туннель, проскакивая сквозь толщу пород вытягиваясь чуть ли не струнку, толщиной в корабельный канат. Причём эту струнку не могли ни перерубить, ни прожечь, ни расплавить, ни даже дотронуться, настолько она было прочной и неприкосновенной.

Ну и самая лёгкая часть задумки – это концентрация нужных деталей и частей из кремонита. К определённому сроку Перевал оказался переполнен заказанными трубами, секциями, баками, кронштейнами, и разнообразной крепительной оснасткой из этого материала. Причём не все детали заказывались строителями и создателями винтолётов. Много чего заказывали для бытовых нужд непосредственно строящихся жилых, научных и административных зданиях. Ну а маркиза Баризо имела полный доступ как непосредственно к заказам, так и в склады получаемой продукции. Так что со своей подругой могла безболезненно изымать с других направлений любую деталь, блок, секцию или кронштейн.

Все эти детали, спаивались с древними артефактами и насыщались под завязку магическими структурами. Вроде бы дело совершенно бесполезное, но суть перехода на ту сторону как раз и заключалась в сложной идее: что в мягком грунте, управляемый сталпень будет продвигаться не утончаясь до толщины корабельного каната, а пытаясь сохранить в себе магически усиленную, увешанную артефактами капсулу.

Тем более что учёные второго направления как раз и начали делать первые шаги к подобному открытию. Мигрирующие черви никогда не приближались к тайникам с сокровищами оставшихся от Древних. Они их обходили по большой дуге. Но когда впервые в истории на пути сталпня оказался колдун с артефактом, была зарегистрирована его полная остановка на три минуты. Потом чудо-монстр за две минуты утолстился до нормальных размеров, при которых впадал в спячку, постоял так ещё пять минут и резво двинулся в обратную сторону. Тоннель за собой не оставлял, почва рушилась. Но проследить за ним кое-как удалось. Он поменял «голову» на «хвост», но всё равно устремился в прежнем направлении. По большой дуге обошёл нежданное магическое препятствие и дальше двинулся по своим, никому не понятным делам.

Но если учёные ещё не могли сразу понять самое главное, то ушлые девушки, чисто случайно предположившие нечто подобное уже давно, теперь ликовали:

- Подтверждается! – радовалась Мальвика, подпрыгивая на одной ножке вокруг массивного стола в своём кабинете. – Сталпнем можно управлять!

Сидящая над бумагами Сулфи, старалась сдерживать свои эмоции:

- Но это только часть дела. Многократно сложнее найти очередного сталпня, а потом и приручить его… И время! У нас будет ничтожно мало времени на размещение в его внутренностях

- Ну да, тут нам придётся побегать. Для этого как раз и пригодятся наши помощнички больше всего… Кстати, почему их так долго нет?

- Зря ты так, они только четверть часа как отправились в Авантюрный за новыми силами. Летать-то они не умеют.

- А жаль… Ладно! Начинаем перенос конструкций в подземелья!

- Но мы же собирались взять себе ещё десяток помощников?

- Рано! Они только привлекут к нам ненужное внимание, после чего старые задаваки, такие как мой дед или асдижон Бриг Лазан нам испортят весь праздник. Идею сопрут, награды себе присвоят, и про наше первенство в данном направлении сразу всё переврут и забудут. Нанять – не сложно. Главное добиться первого результата.

- Ну да, в любом случае нас вряд ли кто сумеет опередить, - рассуждала дочь визиря с нотками хвастовства в голосе. – Пока они ещё додумаются до очевидного, пока приготовятся… Ха! А мы уже будем решать вопросы мира и войны с сентегами! И первыми сможем помочь Кремону Невменяемому…!

И страшно гордые собой подруги, помчались переодеваться в одежды, более удобные для подземелий. Следовало поторопиться, пока им сопутствовала удача…

Глава двадцать пятая

НЕВЕЗЕНЬЕ

А вот от всемирного героя, удача на некоторое время отвернулась. Причём совершенно. Несмотря на отсутствие магических сил, летящий в него шар огня, Невменяемый успел рассмотреть и моментально классифицировать. От такого смертоносного вида магической атаки уклониться или отпрыгнуть в сторону не удалось бы и при самой необычной ловкости. Но ведь Кремону приходилось и не такие удары принимать своим многострадальным телом, Поэтому он не столько испугался, как попытался предохранить собственное лицо. Уж больно оно после такого заземления становилось красным и неприятным на вид.

Так что выставленная вперёд правая рука как раз только и способствовала тому, чтобы шар огня впитался в неё, не касаясь головы, а уже потом по ногам ушёл в землю. Мало того, герой ещё и сильно рассчитывал на то, что имеющиеся при нём обереги и артефакты значительно смягчат неприятные ощущения, примут на себя часть магической силы и безболезненно развеют её в окружающем пространстве. По логике вещей, даже такой максимальный по силе удар они просто обязаны были предотвратить.

Увы! Не предотвратили! Кажется вообще шара огня словно не заметили. Зато руке досталось так, словно в неё вместо крови залили раскалённую магму. Потом поток невыносимой боли ударил по всему остальному телу, и Кремон Невменяемый потерял сознание.

Приходил в себя долго и с неприятными ощущениями. Жутко болела голова, но хуже всего, что совершенно не ощущалось остальное тело.

«Похоже, шарик имел в себе ещё и массу «гадкой» начинки…, - родилась первая осознанная мысль, не связанная с желанием застонать. – Что-то парализующее – как минимум. Ну и наверное какой-то особый яд… Надеюсь Ягуша не пострадала? Вроде не должна… И яд – суровый… Лишь бы не эликсир Бигина!.. Ах, да, он же на меня не действует… По крайней мере так ветеран утверждал… Ладно, раз голова действует, значит и ощущение всего остального тела вернётся… Не пора ли мне открыть глаза? А то и уши парализованы: ничего не слышу! Ха! Чёрный юмор: раз ничего не слышите и не видите – значит вас похоронили!..»

Веки вначале поддаваться не хотели, лишний раз свидетельствуя о правильности поставленного самому себе диагноза. Хотя некие свежие волны магического исцеления стали ощущаться. В первую очередь лицом. Словно свежий, приятный ветерок повеял… Ну это воспринялось как само собой разумеющееся:

«Тут рядом такие Медиальты! – мысли приняли ярко выраженный оптимистический характер. - Мёртвого воскресят! Раз сразу не умер, то уже через полчаса бегать буду! Ха!.. Жалко, что покушавшегося на меня, уже другие поймали… Ну ничего, пусть я только верну себе чувствительность и встану! Я ему устрою…, - тут же течение мысли совершило несколько иной поворот: - Странно, почему же этот предатель меня, а не императора, хотел убить? Если решил, что я не колдун, то резон есть, мог и справиться с этим делом. Но я ведь не настолько сравнительно важен… Процесс пошёл, я очень много успел рассказать… Да и Медиальты знают очень много… А что тогда? Ох! Если меня решили убить по сигналу его величества, то… Ну да, тогда я глаза точно уже никогда не открою…, разве что на какой-нибудь пыточной дыбе. М-да…, а ведь такой вариант тоже возможен… Ну! Глаза – откройтесь!..»

Мысленная команда подействовала. Сквозь узкую щелочку удалось увидеть серый потолок, весьма тускло освещённый. Но уже радовало, что потолок никак не походил на пыточный подвал какого-то здания. Когда щёлочка расширилась, настроение ещё больше улучшилось: большая светлая комната, скромно меблированная, и свет проникает через зашторенные окна. И никого в пределах видимости.

Шея не ощущалась, так что повернуть голову тоже не получилось бы.

«Эк меня торкнуло! Хорошо хоть память опять не потерял… Даже не почувствовал, как меня в здание перенесли. Капитальное…, значит не возле места последнего сражения. В посёлок привезли? Или в саму столицу доставили? Мм…, не так я себе представлял свой въезд в Полюс, не так… А что же меня никто не лечит? Хотя, чего я переживаю, Медиальты тоже в отдыхе нуждаются: спасли меня, да и пошли отдыхать. Хуже – если бы сейчас вокруг меня десяток тэшей метался. Тогда все признаки плачевного состояния налицо… А так – только вылежаться надо, набраться сил, да …тельце своё почувствовать. Что-то оно долго «оттаивает» после паралича…»

Глаза удалось скосить так, что поле зрения попала отделанная искусной резьбой входная дверь. Судя по её богатству, такие могут ставить только в императорском дворце. Но не успел энормианин осмотреть иные детали внутреннего интерьера, как полотно двери дрогнуло и в комнату вошёл …Кашад!

Захотелось что-то воскликнуть радостно-удивлённое, но гортань тоже пока не повиновалась, как и прочие части тела, призванные руководить издаваемыми звуками.

Товарищ вошёл только чтобы взглянуть на лежащего, словно и не собирался здесь долго задерживаться. Но рассмотрев раскрытые глаза, сам с восторгом раскрыл рот, явно выкрикивая нечто радостное и сумбурное. Увы! Звуки тоже пока снаружи не достигали сознания. Разве что появился некий шумовой эффект, словно рядом шумел невидимый прибой.

Но товарищ видимо что-то подобное подозревал. Потому что вначале метнулся к двери, что-то крикнул наружу, Потом вернулся к кровати, уселся рядом на стул, и сформировав узко направленный канал звука, стал переправлять свою речь, чуть ли не прямо в мозг Кремона:

- Если меня слышишь, моргни глазами? Отлично! Ветеран так и предположил, что этой ночью ты должен прийти в сознание.

Что-то он наверняка видел в ауре товарища и в его напряжённом взгляде, но так и не стал уточнять свою оговорку по поводу «этой ночи». Вместо этого он с оптимизмом стал пересказывать новости общего характера и заверять в том, что всё нормально, выздоровление идёт успешно, и очень скоро они опять постоят в спарринге, сражаясь на мечах. И Невменяемый почти сразу с этим смирился, хотя ему хотелось сыпануть тысячей вопросов сразу и немедленно. Всё равно новости имеются и для начала хватит.

- Мы с Рионой не просто сумели доставить первую повозку наших сказок в столицу, но сделали это чуть ли не одновременно с твоим прибытием по иному тракту. Мало того, мы сразу дали заказ местным типографиям, и теперь твои сказки печатаются тысячными тиражами и продаются прямо со дворов типографий. Бум! Всемирная слава! Имя Кремона Низу сейчас самое популярное не только в Полюсе и Центре, но и во всей империи. А если к этому добавить ещё и твои ратные подвиги, то я сам купаюсь в океане твоей славы только по причине нашего близкого родства.

Он заметил, что Кремон слишком часто моргает, явно пытаясь о чём-то спросит, или получить дельные разъяснения. Но не стал долгими расспросами выяснять тему заинтересованности, а по-простецки стал заверять:

- Да не переживай ты так, всё нормально! Недаром тобой Медиальты занимались!

«Вот это меня и пугает! – хотел герой выкрикнуть, но не мог. – Лучше бы меня лечил первый попавшийся тэш, и я был бы спокоен, а так слишком уж ты пытаешься меня обрадовать… Не к добру это!..»

Дальнейшие действия и слова товарища, только лишний раз убедили раненого, что радоваться рано. Воровато оглянувшись на дверь, и понимая, что им вскоре могут помешать, Кашад решился покаяться в самом сокровенном:

- Ты меня слышишь? Понимаешь? – два раза опущенные веки придали ему смелости: - Мне жутко стыдно и неудобно, но я просто вынужден признаться. Иначе меня совесть заест насмерть. Да и неудобно будет это делать при посторонних… Правда я давал клятву никогда об этом даже не заикаться, но ведь мы с тобой как братья, верно?

Пришлось Невменяемому ещё раз моргнуть, готовясь к самому страшному.

- Так вот… С самой первой ночи, как мы с тобой стали жить в доме Сату-Лгава, Риона каждую ночь приходила ко мне и мы с ней занимались любовью час, а то и полтора. И я подло молчал об этом до этой самой минуты. Понимаю, что и я сейчас поступаю подло, нарушая обещание, данное нашей подруге, но иначе не могу… Тем более что наша клятва дружбы и взаимопомощи первична и сделана ещё в Энормии. Просто меня если можешь, за то, что не признался сразу… Уж слишком она настаивала на моём молчании…

«Да она и на моём молчании настояла! – Кремону очень хотелось расхохотаться во весь голос, но ничего, кроме как моргания каждым глазом по очереди он не сподобился. – Ай, да Риона! Ох, Риона!.. Эх, Рионушка!.. Вот так нимфа! Вот так затейница!..»

Подмаргивания были восприняты почти верно:

- Так ты меня прощаешь? Точно? Уф! Я счастлив! Честно, честно! Потому что собираюсь как-то узаконить, сделать более продолжительной свою связь с Рионой. Не знаем, где мы будем жить первое, некоторое время, но самое главное, что у нас вскоре будет ребёнок! Мне Риона вчера призналась… Ты рад?

Пришлось многозначительно моргнуть, хотя мысли в голове кружились слишком сумбурно:

«Ребёнок?! У нас?! Или у «нас»? Вот так новость! И мой напарник прав, что поспешил мне всё это высказать, когда я не могу шевелить кулаками. Что-то мне кажется, что я бы ему врезал в глаз!.. Хотя бы для острастки…, чтоб морда такая счастливая не была…! – но тут же застеснялся таких агрессивных мыслей; - М-да…, чего это я? Неужели ревную? Люди счастливы, вот и прекрасно… Тем более что у меня теперь есть Ягуша… Шейтар! А почему он о ней ни одного слова не сказал?! Я его точно покалечу, как встану!..»

Потому что Кашад с максимальным энтузиазмом стал пересказывать детали деятельности, связанной с книгопечатанием и продажей. Словно издеваясь над вполне очевидным любопытством.

Но тут появился главный целитель империи, и сразу же на рассерженное, раздражённое сознание повеяло теплом, спокойствием и сонливостью, Так что глаза закрылись сами собой, а тело провалилось в оздоровительный сон.

Второе пробуждение состоялось уже без головной боли, с вернувшейся чувствительностью лица, шеи и верхней части груди. Помещение – то же самое, освещение – прежнее, а вот сиделка иная, но самая желанная: Ягуша сидела на стуле и читала какую-то книгу, лежащую у неё на коленях.

- Привет! – непослушными губами прошептал Невменяемый.

Видимо девушка настолько увлеклась чтением, что даже от такого негромкого звука вздрогнула. Резко повернула голову, а потом и всем корпусом склонилась над мужчиной:

- Привет! Тебе уже легче? Я так испереживалась…! – на глазах у неё показались слезинки. – Ты не приходил в сознание…

И она запнулась на полуслове, видимо припомнив должные инструкции Медиальтов, что выздоравливающему нужны только положительные эмоции. Поэтому Кремон постарался улыбнуться:

- Теперь уже всё отлично. Иду на поправку. Так что давай, рассказывай всё как есть… Мы ведь договорились говорить друг другу только правду… Сколько я уже так прохлаждаюсь?

Ответ его всё-таки шокировал:

- Сегодня девятый день… Но Медиальты утверждают, что всё страшное позади!

- У-у-у-у…! Как же так?! У меня ведь иммунитет против подобного оружия! – в груди стало разгораться тепло, опускающееся ниже по телу и на руки. – Что это за гадостью меня приложили? И кто это такой шустрый оказался?

- Круке-Кре и утверждал, что если бы не твой иммунитет, от тебя бы одна сплошная головешка осталась…

- Нет, так не пойдёт! Рассказывай мне всё чётко и по порядку, - потребовал раненый. – Начиная с того самого момента, как огненный шар вылетел из-за спин телохранителей императора.

Ягуша вздохнула и приступила к рассказу.

Атаковал энормианина, один из самых надёжных, вроде бы придворных. Занимал он должность первого помощника главного целителя, являлся и сам Медиальтом, вот потому его удар и оказался не просто двойной силы, но ещё и напичкан разными смертельными составляющими. Сам предатель являлся уже давно тайным членом ложи Верных Приличий и ему в случае победы, заговорщики обещали пожизненную должность главного Медиальта империи. Людей этот сентег ненавидел, одно только упоминание о древних раритетах книгопечатания его бесило, ну и только одна мысль, что жизнь в большом мире развивается во всём многообразии, довела его до сумасшествия.

По большому счёту предателю вменялось уничтожить самого императора в момент замешательства, какой-нибудь диверсии, открытого боя или сражения. Но должный случай так и не представился, поэтому опасавшийся за свою жизнь, сентег собирался в ближайшее время покинуть двор и бежать в наугад выбранном направлении. Да тут на свою беду, со своими речами перед императором появился чрезвычайный посол. Вот у ярого верноприличника мозги и заклинило. Вот он и атаковал, исходя злобой и ненавистью. Помогал ему в этом один из редчайших артефактов, помогающих накопить ещё одну силу Эль-Митолана, а потом использовать её при атаке. В связи с этим удар и получился, чуть ли не двойной силы. Ну и напоследок, предатель уже остатками силы попытался ударить и по самому императору. Понимал, что ему уже всё равно не жить…

Но с атакой на императора отлично справились структуры защиты, обереги и личная магическая сила высшего правителя. В следующий момент телохранители блокировали отщепенца намертво.

А вот Кремону явно не повезло. Его удивительный иммунитет выручил, конечно, большая часть опасности ушла в землю, но удар всё-таки оказался невероятной силы. Да и взрыв получился более чем сильный: только Ягушу отбросило метра на два. Правда она успела выставить свои магические структуры защиты и совершенно не пострадала. Все остальные придворные, вообще лишь испугаться успели. И на какое-то время отвлеклись на попытку покушения на императора и непосредственный арест предателя. Ягуша закричала в тот момент, когда покрывшийся странной копотью Кремон, упал.

- Ты падал, словно окаменевшая статуя, - рассказывала она. – Так и вытянув перед собой правую руку. Кстати, именно рука, по утверждениям наших покровителей, спасла конкретно твою голову. Иначе обуглилась бы именно она…

- Кто? – заморгал глазами Невменяемый, пытаясь при этом пошевелить пальцами правой руки, вроде как ощущая их и не понимая слова «обуглилась». – Голова?

- Ну я ведь тебе объясняю, с головой у тебя всё в порядке! Не переживай…!

- Ха! Было бы не в порядке, уж точно не переживал бы! А что с рукой? Долго её залечивать будут и могу ли я её поднять и взглянуть?

Девушка непроизвольно сглотнула, и зрачки её нервно забегали:

- Да как тебе сказать…

- Да что там говорить! Подними мою руку, чтобы я на неё глянул!

- Ты только не расстраивайся сильно, - залопотала она, - Медиальты твёрдо обещают, что мечом ты вскоре будешь размахивать не хуже, чем раньше…

- Подними…! – уже раздражённо шипел Кремон, начиная подозревать нечто самое неприятное. И его предчувствия подтвердились:

- Да нечего поднимать…

- Но я же чувствую пальцы! И правым боком чувствую что-то лежащее рядом в бинтах!

Вот тут уже Ягуша воспользовалась своим характером, навыками конклатерры и перешла на приказной, строгий тон. Хотя давалось это ей нелегко, и она покусывала время от времени свои губки от волнения:

- Хватит вести себя как капризный ребёнок! Ты воин, и не раз смотрел опасности в глаза! Так что тебя уже ничем не напугаешь. Тем более что Медиальты уверенно заявили: рука у тебя будет как прежняя. Только и надо подождать, пока она вырастет заново и её как следует укрепят должными мускулами, делая копии с твоей левой руки. Твои ощущения пальцев – просто воспоминания. А рядом с тобой лежит желоб с питательным раствором, в котором рука вырастает в несколько раз быстрей. Сроки уже определены, рост идёт идеально. Так что уже через восемь дней ты сможешь начать лёгкие разминки.

Она сделала паузу и перевела дух:

- Всё? Испуг прошёл?

Кремон непроизвольно улыбнулся:

- Да я и не испугался… Просто неприятно… А что с моим силами Эль-Митолана? Почему я их не чувствую? Вроде бы уже пора, если столько дней прошло.

- Ничего страшно. По утверждениям наших покровителей, во время сжигания твоей руки, случилась полная остановка твоих восстановительных процессов. Но как только ты станешь ходить, они запустятся вновь, и вскорости ты опять обретёшь свои колдовские умения. Радуешься? Или опять грустишь?

- Скорей - грущу… Да и в данный момент, становится неприятно, что мечом пользоваться не могу. Ну и обидно, чего скрывать: любимая женщина рядом, а я её даже обнять не могу.

- Ничего, - Ягуша тоже успокоено заулыбалась и стала склоняться к его лицу. - Зато я могу… И не только обнять…

Хотя поцелуй получился не слишком длинный и несколько целомудренный, но мужчина не преминул сразу потребовать:

- Ещё! – а заметив стеснение, сомнение и нерешительность на лице девушки, авторитетно заявил: - Самое лучшее лекарство – твои поцелуи! Если будешь меня целовать хотя бы раз в …минуту, то выздоровления наступит в два раза быстрей. Ну! Давай, давай! Разве тебе об этом Медиальты не сказали?

Она радостно, с явным самодовольством рассмеялась и заявила:

- Нет! Тебе прописаны определённые процедуры каждый час. А также частые магические воздействия. И настоятельное требование: ни в коем случае тебя не беспокоить и не шевелить. А во время поцелуя ты попытался приподняться, я заметила!.. Поэтому поцелуй от меня будешь получать только за хорошее поведение. Один раз в…

Пока она задумалась, кокетливо прикрывая глаза и играя ямочками на щечках, их уединение оказалось прервано приходом целой компании.

- А вот и наш спаситель! – с пороза восклицал принц Луал-Лайт. - Уже в полном сознании? Наконец-то!

Следом за ним вошли Хооз-Дер, Кашад и Риона. Напарник и друг просто коснулся в знак приветствия его левого плеча, тогда как боевая подруга чмокнула Кремона прямо в губы, приговаривая при этом:

- Как хорошо, что всё хорошо кончается! Но ты не представляешь, как мы за тебя переволновались! – при этом она так и оставалась нависшей над лицом раненого, заботливо поправляя на голове волосы и говоря ему в ухо, словно тот глухой. – Если бы такой удар ты получил у нас в княжестве, то мог и не выжить, а здесь…

Её начали отталкивать одновременно двое:

- Осторожно! – ревниво зашипела Ягуша. – Ещё свалишься на него!

- Дай-ка мне дорогу! – требовал Медиальт. – Надо провести очередной сеанс лечения. Ещё успеете наговориться.

- Но у меня столько новостей! – нисколько не смутившись, Риона обошла кровать с другой стороны, протиснулась там между изголовьем и комодом и приготовилась к длинному монологу: - Пока ты его лечишь, я буду рассказывать…

- Нет! Он и так слишком взволнован! – безапелляционно заявил Хооз-Дер. После чего многозначительно покосился на раскрасневшуюся Ягушу: - Ведь давались предупреждения: разговоры только на нейтральную тему.

- Если бы он молчал, то я бы так и делала! – заявила девушка с апломбом. – Но так как он конкретно задавал вопросы, то мне пришлось рассказать всё. Зато он теперь знает, что ему больше ничего не грозит, рука вскоре вырастет, он станет здоровым и опять сможет меня обнимать, как и прежде.

Последняя заявка была сделана для определённой, единственной кроме неё здесь женщины. И в ней слышалась скрытая угроза: «Если ты ещё раз будешь целоваться с моим любимым, то я тебя в собственном соку прожарю!»

А Медиальт уже усиленно работал, во избежание всяких помех вводя пациента в состояние оздоровительного сна:

- Спи! Быстрей сил наберёшься и на ноги встанешь…