Невинность в награду
Глава 1. Люба
– Доченька, ты такая красивая! – просияла мама, увидев, какая нарядная я пришла навестить её в больнице.
Подруга пригласила меня на ужин в ресторан, чтобы познакомить меня с моим будущим работодателем, вот я и принарядилась. Я не могла подвести Полю. Я должна понравиться этому мужчине. Как сотрудник, конечно же.
Господи, как же я была благодарна Полине за её помощь и поддержку! Я едва с ума не сошла, пытаясь найти деньги для лечения мамы, так что подруга, оплатившая счет в частной клинике, казалась теперь мне едва ли не святой.
У мамы был рак груди. Поначалу она скрывала от меня свой недуг, понимая, что я ничем не могу ей помочь. Мама всегда берегла мои чувства, опекала от тягот и невзгод жизни, как могла. Она растила меня одна, потому что папа рано умер. Мы жили небогато, но и не бедствовали благодаря тому, что мама работала на двух работах. Сколько себя помню, она во всём себе отказывала в пользу меня. Даже обувь не покупала, пока окончательно не сносит предыдущую пару.
Мы мечтали с мамой, что разбогатеем, когда я закончу университет и устроюсь на хорошую работу. И тогда обязательно поедем на море...
Когда я узнала о том, что мама заболела, было уже слишком поздно. Болезнь прогрессировала, а мама затянула с лечением, потому что боялась остаться без работы.
В тот день закончилось моё беззаботное детство и начался ад. Больницы, анализы, безденежье, безысходность.
Деньги, деньги, деньги! Куда ни плюнь, за все нужно платить.
Я тоже устроилась на две работы, переведясь в университете на заочку, но мои заработки были лишь каплей в море наших расходов с мамой. Счета за лечение были просто катастрофическими. Я влезла по уши в долги перед банками, настояла на том, чтобы мама заложила квартиру, но и это не спасло.
Маме становилось всё хуже, а у нас дома, порой, было нечего есть. Хуже всего было ощущение беспомощности. Как сказать маме, что она умрёт, только потому, что мне негде взять деньги на её лечение?
Помощь Полины, как глоток свежего воздуха, ворвалась в мою жизнь!
Теперь, когда маме обеспечен хороший уход и терапия, я могу отвлечься на то, чтобы плотнее заняться нашими финансовыми вопросами. На огромную зарплату я не рассчитывала, адекватно оценивая свои возможности, но хотя бы у меня будут деньги на еду и ежемясячные взносы на уплату залога за квартиру. Если мы с мамой ещё и без жилья останемся, в пору, действительно, ложиться и помирать.
Мама была намного сильнее духом и оптимистичнее меня. Так было всегда. Иногда я могла расплакаться от какой-то пустяковой мелочи, а мама хохотала надо мной, называя Рёвой-Коровой, подбадривая и утешая. Казалось, нет такой ситуации, которая могла бы по-настоящему опечалить маму. И вот...
Теперь мы с ней как будто поменялись местами. Настала моя очередь поддерживать маму в её положении, но и здесь она оказалась сильнее меня. Это я ревела, а она уверяла меня, что обязательно поправится, что всё будет хорошо. Я не верила маме, понимая, что она просто держит лицо передо мной, и от этого было только хуже.
Став реалистом в одно мгновение, я уже не могла мечтать о чём-то светлом и несбыточном, как раньше, но где-то в глубине души, я всё же надеялась, что мама выкарабкается. А если нет? Даже подумать об этом страшно! У меня же никого больше нет, кроме неё и Полины.
Конечно, я не рассказывала маме правды о том, каково на самом деле наше с ней финансовое положение. Зачем ей знать о том, что мы уже на краю пропасти? Мама всё равно ничем мне не поможет, расстроится только. А ей вообще нельзя расстраиваться.
Вот я и наврала маме, что уже давно устроилась на хорошую работу и сама заработала деньги на её лечение, чтобы ей было спокойно, чтобы хоть за это она не волновалась и не чувствовала себя неловко перед моей подругой. Хватить с нас того, что я чувствую себя обязанной Поле по гроб жизни. Я же понимаю, что мне с этим долгом за всю жизнь не расплатиться.
Кроме всего прочего, после курса лечения в клинике, маме потребуются деньги на реабилитацию. Врачи пока не говорили какая сумма будет нужна, ведь она зависела от того, насколько успешно пройдёт лечение, но понятно, что нужно готовиться к новым тратам.
– Как хорошо, что ты купила себе что-то из одежды! – продолжила восхищаться мною мама. – Выглядишь, как куколка!
– Спасибо, мамочка! – улыбнулась я ей.
Я не стала говорить маме о том, откуда у меня это платье, ведь его мне купила всё та же самая Поля. Я бы в жизни не потратила столько денег на тряпку, зная о том, что меня скоро из квартиры выгонят за долги.
Выглядела я действительно шикарно, поэтому ещё раз мысленно пожелала подруге всего самого наилучшего. У Поли был хороший вкус. Светло-голубое платье из матовой ткани было достаточно скромным, но юбка, длиной чуть ниже колен при ходьбе красиво струилась по ногам. И крой такой, что подчёркивает всё, что нужно. В таком наряде можно и на свидание сходить и на деловую встречу не стыдно пойти.
Волосы я оставила распущенными, чуть накрутив локоны на концах. Немного туши для ресниц и блеска для губ освежили моё измученное бессонными ночами лицо.
Поболтав с мамой, я немного успокоилась, отдохнула душой. Выглядела она, действительно, лучше и жизнерадостнее. Так не хотелось уезжать от неё...
В последнее время мы с ней прощались, как в последний раз, ведь он реально мог быть последним. Столько всего не сделанно, не сказанно, так много у нас с ней было планов на будущее! А теперь в один миг её может не стать. Моего улучшившегося настроения, как ни бывало.
Я приехала в нужный ресторан, немного раньше, чем была запланирована встреча. Разве могла я опоздать на мероприятие, от которого зависела наша с мамой дальнейшая жизнь?
В зал зайти я не решилась, остановилась в фойе. Я в таких пафосных, шикарных местах в жизни не была, поэтому чувствовала себя неуютно. Это Поля привыкла к заведениям, соответствующих её статусу. Она всегда держалась уверенно и спокойно, а я шла приложением к подруге.
Затаившись в уголке, я гипнотизировала свои наручные часики. Время тянулось очень медленно. Так всегда бывает, когда ждешь чего-то или кого-то с нетерпением.
В фойе вошёл мужчина, нарушая моё одиночество. Он встал рядом с окном и поправил обёртку на букете, который держал в руках. Безразлично, будто я часть интерьера, незнакомец мазнул по мне взглядом и отвернулся к окну.
Я украдкой разглядывала мужчину, и моя неловкость сменилась досадой. Этот богач кого-то ждёт? Понятно, что женщину, раз пришёл с цветами.
Мужчина был довольно высоким. В каждом его движении, читалась уверенность в себе. Даже идеальная осанка и чуть вздёрнутый подбородок говорили о его превосходстве. От него прям пышило богатством и силой.
Сама не знаю, зачем я таращилась на мужчину. Может быть, потому, что больше было некого?
Он был довольно взрослым на первый взгляд. Сейчас я не могла видеть его лица, но мне запомнились небольшие морщинки в уголках его глаз. И женщина у этого роскошного мужчины, должно быть, такая же шикарная? Я почувствовала себя замухрышкой, хоть и платье на мне было надето дорогое, от меня за версту тянуло бедностью и ущербностью.
Что говорить, если я даже одежду себе выбирать не умела. Поля смотрела всегда на фасон, и никогда на ценник, а я наоборот. Девочки в универе месяцами копили деньги, чтобы купить себе крутую шмотку, а мне всегда было жаль денег на одежду. Не голышом, не босиком, и ладно.
Такие богатые, самоуверенные мужчины не для меня. Это у Поли хватило наглости и сил приручить богатенького Трофимова, потому что она и сама богатая. А я...
Мне даже цветов таких никогда не дарили.
Внезапно незнакомец поймал мой взгляд в оконном отражении, я отвела глаза и покраснела. Боже, так неловко стало, просто ужас!
Наконец, входная дверь с шумом распахнулась, и в неё влетела Полина. Слава богу! Я бы не выдержала ещё несколько минут ожидания, особенно после того, как мужчина у окна заметил, что я его разглядываю.
Поля была одета просто и даже не накрашена, но от неё тоже веяло роскошью и дороговизной. Одного взгляда на подругу мне хватило, чтобы почувствовать себя блёклой мышью. Не то чтобы я завидовала ей...
Нет, зачем врать? Я ей завидовала.
Я радостно бросилась к подруге, но мужчина с букетом преградил мне дорогу, так, что мы едва не врезались друг в друга.
Незнакомец повернулся ко мне и вопросительно впился в меня взглядом, как будто я помешала ему.
Что происходит?
Глава 2. Егор
Давненько я так не волновался перед свиданием! К тому, что женщина будет твоей, при любом раскладе, быстро привыкаешь. Когда ты не урод, и у тебя есть деньги, инстинкт охотника притупляется, а потом и вовсе отпадает за ненадобностью.
Последние несколько лет все мои свидания с женщинами были предсказуемыми, до скукоты. Приходя на встречу со мной, дама ждала от меня внимания и дорогих подарков, а я от неё яркого, страстного секса без запретов.
Когда каждый получал, чего хотел, наши пути расходились. Конечно, некоторые красотки рассчитывали на повторную встречу или продолжение отношений, ведь деньги имеют свойство заканчиваться. Только вот и мой интерес к девушке иссякал, едва я вынимал из неё член.
Чтобы хоть как-то привнести разнообразие в свою половую жизнь, я менял женщин, как перчатки. Надо признать, я всё же немного романтик. В глубине души я надеялся, что хоть одна девочка в этом водовороте прекрасных лиц и тел меня зацепит, хоть чем-то, хоть как-то, чтобы дать мне шанс притормозить на ней, подзадержаться. Но, нет, ничего такого не происходило.
Сегодня совершенно другой случай. Полина Титова интересно выделялась изо всех моих предыдущих пассий.
Во-первых, она сама далеко не бедная девочка. Даже богаче меня, смею предположить. Так что до моих денег ей нет особого интереса. Моим банковским счётом её не удивить, если только рассмешить.
Во-вторых, она яркая, дерзкая, юная! Как увидел её в кабинете своего делового партнёра, так и пропал! Энергия Поли меня закрутила в бараний рог. Я сразу понял, что она не одноразовое развлечение, поэтому долго не решался познакомиться с ней ближе. Дело даже не в том, что я почувствовал неуверенность в себе, а в её опекуне. Мне не хотелось ссориться с деловым партнёром из-за того, что я член в штанах не удержал. Деловые связи с Трофимовым я ценил больше, чем своё желание покорить его подопечную.
Если уж и начинать танцы с бубнами вокруг Полины, то с серьёзными намерениями, и никак иначе. К тому же тут одного обаяния маловато будет, придётся очень постараться, чтобы заинтересовать молоденькую красивую девушку со статусом!
Ещё меня подкупила непосредственность девчонки. Она открыто говорила то, что думала, не пытаясь строить из себя непонятно кого. Помимо чертовски привлекательной внешности, Полина имела очень доброе сердце. Иначе зачем она попросила меня взять какую-то свою подружку на работу, и при этом собралась сама платить ей зарплату, только потому, что подруге деньги нужны? Конечно, я согласился, сыграв перед ней святого самаритянина. Мне эта Полина протеже в хрен не упиралась, но надо было как-то проявить себя, вот я и решился не раздумывая.
Я ждал девушку в холле ресторана, куда пригласил её отужинать. Заведение считалось одним из лучших в городе, я часто здесь бывал, поэтому чувствовал себя уверенно. И всё равно поймал себя на мысли, что уже весь извёлся от ожидания.
От нечего делать, я разглядывал отражение девушки в окне. Она стояла прямо за моей спиной и тоже кого-то ждала, без конца поглядывая на свои наручные часики. Кавалера, наверное? Неужели ему было сложно приехать чуть раньше, чтобы не заставлять даму ждать? Как это сделал я, например?
Впрочем, у молодёжи своя волна. Понятия не имею, что сейчас модно. Может, сейчас парням дозволено опаздывать, раз уж за счёт платить раздельно не считается дурным тоном?
Разбаловали женщины мужчин, уподобляясь им, равняясь в своих правах, а те и рады. Лично мне больше по вкусу дамы, которые не боятся у мужчины помощи просить. С женщиной, меняющей самой себе резину на авто, мне не по пути. Пусть эти феминистки деятельные свои яйца кому-то другому показывают.
Но и беспомощные, глупые создания меня не привлекают. С ними скучно даже трахаться.
Вот Полина – идеальна! Я сразу это понял!
От волнения у меня вспотели ладони, поэтому я перехватил удобнее букет, заготовленный для Поли. Девчонка, стоявшая позади меня, тоже на меня таращилась. Я пересёкся с ней взглядом в отражении окна, и она смущённо потупилась.
Как мило!
Кроме умиления, эта девушка ничего не вызывала. Серая мышка, как она есть. Довольно приятные черты лица, фигура ничего так, и платье нарядное, но не цепляет. Зевнуть охота! А вот Полина...
Боже, вот и она!
Сердце замерло на миг! Я расправил плечи, увидев, как Титова входит в ресторан, заполняя своей мощной энергетикой весь холл, и шагнул к ней.
Не тут-то было! Мышка преградила мне путь, так что я едва не сбил её с ног.
– Привет, Поля! – пропищала она, и мне пришлось отступить на шаг, пока девушки радостно обнимались.
Я понял, что они знакомые или даже подруги, поэтому терпеливо ждал своей очереди поприветствовать Полину.
– Привет, Люба! Познакомься, это Егор Молчанов, твой будущий работодатель! – воскликнула Поля, показывая на меня рукой. – Это мне? – забрала она букет, а я так растерялся, что язык проглотил. – Какие красивые! Спасибо! Простите меня великодушно, но я не могу остаться на ужин! Кошка рожает! Только что мне сообщила прислуга! Там серьёзные проблемы, и без меня никак! Кошка может умереть! Вы же не хотите её смерти? – Какая на хрен кошка? Поля уходит? Динамит меня? – Пока, Люба! Пока, Егор! Познакомьтесь, пообщайтесь, обсудите детали работы! Ты самый лучший! – Она чмокнула меня в щёку и побежала обратно к выходу.
– Поля! – жалобно окликнула её Люба.
– Я позвоню, Любаня! – бросила Поля, не сбавляя шага.
Дверь за ней закрылась, и я повернулся к мышке.
– Боже, так неловко вышло... – едва ли не шёпотом произнесла она и покраснела.
Вот же, гадство!
Я почувствовал такую досаду, как будто миллион долларов в карты проиграл! Так позорно и безжалостно меня ещё никто не динамил!
Поступок Полины оскорбил меня до глубины души! Это вообще не лезло ни в какие ворота!
В былые времена меня бы подстегнула идиотская выходка девушки, и я бы только сильнее распалился, разохотился, но сейчас отчего-то сник. Прав был Трофимов – Поля невоспитанная! Воспитатель из меня был никакой, да и зачем мне тратить время на перевоспитание девчонки?
Женщину любить надо, а не воспитывать. Нет, я не готов был терпеть такое отношение от молоденькой сучки при всём своём серьёзном настрое! Это... пиздец!
К чёрту эту взбалмошную Полину! Зря только время потратил! И нервы!
Вот так вышибают из колеи неоправданные ожидания! Только дай волю чувствам и фантазии!
Надо было проучить Полину и не брать её подругу на работу! Пусть поищет дурака в другом месте! Зачем мне теперь возиться с этой Любой? Эта Титова думает, что у меня времени до хера?
А может, трахнуть её подружку? Чтобы Поля знала, как со взрослыми дяденьками шутить?
Теперь я посмотрел на мышку другими глазами, оценивая более детально.
"Синенькая юбочка, ленточка в косе. Кто не знает Любочку? Любу знают все."
Стоит вся такая девочка-припевочка! Щёки пылают, будто я её к доске вызвал, а она к урокам не подготовилась.
Я мысленно усмехнулся. Давно не видел ничего подобного, скромность в чистом виде!
Боже, они же с Полиной, как небо и земля! Может, оно и к лучшему?
В конце концов, джентльмен я или нет? Нужно накормить девочку, побеседовать с ней для соблюдения приличий. Тем более что столик всё равно заказан, а я голоден.
И это я не только про свой желудок!
Выпьем с Любочкой, поедим, а потом можно с чистой совестью и отыметь девочку. Может, я её и на работу возьму, если в попочку даст?
Мысли о нежном анале с этой скромняжкой воспламенили меня с новой силой. Боже, такой азарт во мне проснулся, что я сам охренел! Даже самому интересно стало, хватит ли у меня пороха развести мышку на такой разврат?
Кажется, ко мне вернулся мой охотничий инстинкт! Да ещё какой!
– Ну что же, Любочка! – вложив в свой голос низкие бархатные нотки, обратился я к девушке. – Пойдёмте ужинать?
Глава 3. Люба
Я была готова провалиться сквозь землю! Ни разу не была в такой абсурдной, неловкой ситуации!
Тоже мне подруга! Я убью эту Полю, придушу! Разве так можно так поступать с людьми? Ладно, я, мы с ней разберёмся во всём после, не чужие ведь? Но Егор? Он же не дурак, он понял, что отмазка про кошку – полнейшая нелепица? Могла бы что-то посерьёзней придумать, дурында? Поле, похоже, вообще плевать, что о ней подумают лучшая подруга и деловой партнёр?
Мужчина так расстроился! Это было видно по его растерянному лицу. Ничего удивительного, что он даже слова не вымолвил. Что тут скажешь?
А ведь Егор подготовился – с таким букетом пришёл! Он явно рассчитывал на присутствие Полины на ужине. Я даже не уверена, что Молчанов в курсе, что должен познакомиться со мной именно сегодня. Может, он вообще на романтик с Полей был настроен? А тут я...
Это просто капец капецкий!
Поля, конечно, взбалмошная, импульсивная, но так меня подставить...
Я едва сдерживалась, чтобы не броситься прочь из ресторана. Боже, нужно как-то вежливо попрощаться с Егором и валить отсюда подальше. А как же моя работа? Нет, я не могла уйти. Я же тогда без денег останусь...
Только мысли о маме заставили меня застыть на месте и сгорать от неловкости дальше.
Егор ещё так на меня смотрел! Как на недоразумение! Как будто бы не знал, что теперь со мной делать. Пусть первым скажет, что ужин отменяется. Да, пусть... Чтобы я уже ни на что не надеялась.
– Ну, что же, Любочка! – спокойным и ровным голосом произнёс Егор, а у меня сердце оборвалось. Я, наверное, сейчас в обморок упаду? – Пойдёмте ужинать?
Мамочки... Мне же не послышалось? Он сказал, что поужинает со мной? Значит, не всё потеряно?
Ни жива ни мертва, я повисла на его локте, который он мне подставил как кавалер, и мы пошли в зал ресторана. На меня пахнуло одеколоном Егора, так что закружилась голова! Нотки кедра, кожи и цитруса окутали меня с головы до ног, вызывая у меня целую бурю эмоций. Тяжёлый, незнакомый мне аромат щекотал не только мои обонятельные рецепторы, но и нервы. Как будто я иду под руку с королём мира. Так, наверное, пахнет власть?
Близость мужчины меня так пугала, что я даже не смотрела по сторонам, только себе под ноги. Да и самого его я страшилась отчего-то. Не было в Егоре ничего отталкивающего и вёл он себя вполне обычно. Так чего я так затряслась?
Молчанов подвёл меня к столику и отодвинул для меня стул, чтобы помочь мне сесть за стол. Я почувствовала себя какой-то принцессой. Так приятно! Это не с однокурсниками в кафешке пиццу есть.
Официант, сразу же появившийся рядом, зажёг свечи на нашем столе и раздал нам меню. Я посмотрела на пляшущие огоньки свечей, окончательно убедившись, что Егор планировал немного по-другому провести вечер, и ещё раз мысленно позлилась на Полю.
– Что вам принести в качестве аперитива, Егор Алексеевич? – обратился к Молчанову официант.
Он тут частый гость, раз официанты знают его по имени? Егор вопросительно посмотрел на меня, и я снова вспыхнула, не зная, куда деться.
– Люба, что ты будешь пить? Вино? Шампанское? Может быть, коктейль? – предложил Молчанов.
– Воду, – только и смогла вымолвить я.
Пить спиртное я не собиралась. У нас же, считай, собеседование? Я и так себя дурой набитой чувствую, куда мне ещё алкоголь?
– Так не пойдёт! – тоном, не терпящим возражений, сказал Егор. – Что же это за ужин такой? Принесите бутылку розового шампанского, а мне коньячку!
– И воды, – обречённо добавила я.
– И воды! – всё же согласился Егор.
Официант оставил нас одних, и я уткнулась носом в меню, чтобы хоть чем-то занять себя. Я сидела как на иголках. Вечер переставал быть предсказуемым совершенно.
Ну и цены тут! Мама дорогая! Один салат стоит, как пара зимней обуви. А ведь в нём ни мяса, ни морепродуктов. А что если Егор разделит счёт? Чем я буду рассчитываться? А мне ещё на такси нужно оставить...
Боже, что делать-то? Надо же всё равно что-то выбрать? И есть хочется, жуть!
Тех денег, что у меня с собой, не хватит даже на самый простенький салат, так чего я парюсь? К чёрту салаты! Что я руколу никогда не пробовала? А вот мясо уже и не припомню, когда ела в последний раз. Чтобы прям до отвала, а не в супе. Вот его и возьму!
– Ты всегда такая серьёзная, Люба? – прервал моё чтение Егор, и мне пришлось на него посмотреть.
Он выглядел вполне добродушным. Губы мужчины изогнулись в полуулыбке, светло-серые глаза заискрились, но всё равно, от него веяло какой-то опасностью. Может быть, мне действительно стоит выпить? Чтобы хоть немного сбросить с себя напряжение?
– Нет, – ответила я. – Волнуюсь немного просто.
– Почему? – искренне удивился мужчина.
– Обстановка непривычная. Не обращайте внимания!
– Я думал, мы уже перешли на "ты"?
Да с чего это вдруг?
– Поля сказала мне, что вы возьмёте меня на работу, – решила я прояснить ситуацию. – Я надеюсь, вы в курсе? Она же это не выдумала?
– Всё так, – подтвердил мужчина, и у меня вырвался вздох облегчения.
– Тогда я думаю, что мне не стоит вам "ты-кать"?
– Ты слишком много думаешь, Любочка! – оскалился Егор. – Расслабься! Мы же сейчас просто ужинаем? К чему эти формальности?
Я не успела ничего ответить, да и не придумала, что именно сказать, потому что к нам снова подошёл официант.
Он принёс нам напитки и принял у нас заказ. Егор заказал стейк и устриц, я тоже выбрала стейк и овощи гриль на гарнир.
– Как хорошо, что ты не на диете! – воскликнул Молчанов. – Не могу нормально есть, когда другие жуют травку!
Знал бы он, что я уже несколько месяцев "на диете".
Официант разлил нам напитки, и Егор поднял свой бокал.
– Ну, что, Любочка? Выпьем за знакомство? Пусть оно и произошло при весьма странных обстоятельствах, но должен отметить, что мне невероятно приятно сейчас находиться в компании такой очаровательной, милой девушки! Так не терпится узнать тебя поближе!
Что это значит? Что он имеет в виду?
Наши бокалы встретились, зазвенели, а у меня внутри всё тоже звякнуло.
Вроде бы Молчанов не сказал ничего пошлого или оскорбительного, а у меня было ощущение, что он пытается заигрывать со мной. Поля слиняла, и он решил не терять времени даром?
Егор хотя бы не маньяк-извращенец? Поля хорошо его знает? Ужин ещё не начался, а я уже не могла дождаться его окончания.
Я много раз была на собеседованиях, но никогда мне не было так страшно! Меня же уже приняли на работу? Так чего меня тогда так колбасит?
Глава 4. Егор
А она ничего! Чем больше я разглядывал Любу, тем больше находил её красивой!
Девчонка совсем! Держу пари, от неё ещё пахнет молоком! Она такая и есть – стеснительная и скромная, она не притворяется. Так натурально не сыграешь, даже если захочешь! Я бездарное актёрство терпеть не мог, особенно приторное, когда в постели женщина так визжит, будто у меня хер метровый.
Аж, блять, бесит!
В Любе определённо что-то есть! Глазюки тёмно-голубые чего только стоят! А этот красивый, милый румянец? Я заставил Любу выпить пару бокалов шампанского, и её щёчки из алого окрасились в персиковый. И на ощупь они должно быть, как персик? А что за губки? Девчонка давно слизала с них блеск, и теперь они были натуральными, пухлыми, коралловыми, чертовски соблазнительными! Каждый раз, когда девушка нервно проводила по нежным створкам остреньким кончиком язычка, я ловил себя на том, что с удовольствием поводил бы точно так же по ним головкой члена.
Глядя на Любу, я вспомнил столько оттенков цветов, что сам удивился тому, что знаю их название! Ну чисто художник, ёшкин кот! Не замечал за собой такого раньше!
Я любовался этим юным созданием, ловя её искреннее стеснение. Во мне проснулись совершенно немыслимые инстинкты. Я будто волк, а передо мной... Нет, не мышка. Не такая уж Люба серая и блёклая, как мне показалось вначале.
Зайчишка! Миленькая, пушистая зайка, которая меня дичится! Первый раз столкнулся с тем, что меня женщина боится. Неужто я такой страшный?
Мне вовсе не хотелось, чтобы Люба боялась меня, ведь я пытался ей понравиться, но в то же время пугливость девушки заводила меня так, что я уже чувствовал лёгкую эрекцию.
Мой немного рановато проснувшийся член был пока не к месту, но я осознал, что давненько меня так безудержно не тащило в постель к женщине, несло и волокло!
Я бы прямо сейчас схватил эту стесняшку и прижал к своему нетерпеливому дружку!
Вечер перестал быть томным и скучным! Как же мне поскорее утащить эту зайку в свою постельку?
– Расскажи о себе, Люба, – попросил я, отвлекая её от еды.
У девчонки был отличный аппетит – смотреть одно удовольствие! Мяско трескала, аж за ушами трещало! А плечики такие остренькие! По ней и не скажешь, что покушать любит.
Мне было совершенно похер, что Люба расскажет, просто надо было о чём-то говорить. Я знал, что люди любят больше всего на свете говорить о самих себе, вот и представил девушке возможность выговориться. Женщины особенно любят языком почесать, уж я-то в курсе. Главное, делать вид, что ты её слушаешь, и вовремя вставлять слова в тему, как будто бы тебе, пиздецки интересен её трёп!
– А я не знаю, что рассказывать, Егор Алексеевич, – тихо ответила Люба. – Я учусь на третьем курсе университета, на юрфаке. Учусь на отлично!
М-да! Скукота... Егор, блять, Алексеевич! Почему я себя дедом чувствую, когда девчонка ко мне так обращается? Потому что в отцы ей гожусь? Сколько ей? Чуть больше двадцати, раз на третьем курсе? А мне скоро тридцать восемь! У меня и помоложе Любы девочки были, но я себя не чувствовал стариканом. Наоборот, с молоденькой всегда будто двадцатку скидывал.
– С кем ты живёшь? Мужчина есть у тебя?
На самом деле мне было плевать, есть ли у зайки мужик. Это вообще никоим образом не влияло на моё желание трахнуть девочку. Просто так спросил, чтобы унизить его, если он всё же существует. Был бы у Любы мужчина, не пришлось бы её подруге помогать ей с фейковой работой.
– Я с мамой живу. Она болеет, а мне некогда встречаться с мужчинами.
Люба покраснела, как помидорка, и я улыбнулся от умиления. И радостно стало, что нет у неё мужика.
Неопытная! Совершенно неиспорченная! Она поди и анал-то не пробовала? От мысли, что я буду первым в её попке, меня знатно повело!
Пошлые, блядские мыслишки вскружили мне голову, как сопливому юнцу! Ничего не мог с собой поделать совершенно! Это было и странно, и удивительно! Меня вышибло разом из привычной колеи. Под ложечкой засосало от азарта!
Люба даже не пыталась мне понравиться – вот от чего меня крыло больше всего!
Хорошая девочка! Я должен овладеть ею любой ценой! Сегодня же!
– Полина что-то упоминала о твоей маме, – продолжил я выпытывать у Любы информацию. Не слишком уж она разговорчивая. Каждое слово из неё клещами тянуть приходится. – Можешь подробнее рассказать, что с ней?
– Это личное. Зачем вам мои проблемы, Егор Алексеевич?
Да что ж такое! Я уже не знал, о чём разговаривать с Любой! Не то чтобы у меня тем для беседы не было, я не знал, чем именно её заинтересовать. Пиздоболить впустую не хотелось. Времени до окончания ужина оставалось катастрофически мало, а я так и не расположил девочку к себе. Атмосфера между нами по-прежнему была холодной и напряжённой. Люба упорно держала дистанцию, не давая мне и шагу ступить на свою территорию, что уж о её попке говорить.
– Может быть, я могу помочь?
– Это вряд ли...
Люба окончательно замкнулась в себе, даже есть перестала. Я расстроил её? Конечно. Чёрт!
– Давай, Любаша, десерт закажем? – предложил я, чтобы как-то исправить ситуацию. – И выпьем ещё?
– Вы знаете, я наелась... И мне уже хватит спиртного!
– Попросим с собой завернуть вкусняшку? Выбирай, не скромничай! Позволь мне сделать тебе приятное! Как же я такую красивую девочку без сладенького оставлю?
– Хорошо, – ответила она, протянув руку к меню, и улыбнулась.
Вот! Красота же!
Я понял, что на правильном пути, поэтому пересел к Любе, чтобы быть ближе. Когда собеседники общаются через стол, между ними всегда есть некое противостояние, а если рядом...
– Вот, смотри, – ткнул я пальцем в меню, а сам положил руку на спинку её стула, придвигаясь на максимум так, что её плечико почти упёрлось в мою грудь. – Рекомендую взять канноли.
Я вдохнул воздух совсем рядом с шеей девушки, пытаясь распознать, чем же пахнет её скромность. Персики! М-м-м... Я не ошибся, сравнивая Любу с этим сочным и нежным фруктом!
Она сидела, вся напряжённая, пытаясь отклониться от меня, но было некуда. Это забавляло!
– А я вот на панфорте глаз положила... – рассеянно ответила Люба, не глядя на меня.
Её голос дрогнул, и я понял, что она волнуется. Это хорошо, что я её волную! Это просто замечательно!
– Тогда возьмём оба десерта? – нашёлся я.
– Оба?
– Да. Почему бы и нет? – я нашёл глазами официанта, и он тут же оказался рядом. Я велел ему упаковать два десерта для Любы, а потом он наполнил наши бокалы и ушёл. – Поддержишь компанию, Любаша? – едва ли не силой всучил я ей шампанское, и она послушно пригубила из бокала.
Какие её губки на вкус? Я уже, видимо, напился, потому что хотел поцеловать Любу немедленно!
Еле сдержался, чёрт возьми! Едва не зарычал от того, что со мной происходило!
Слава тебе господи, официант попался расторопный, и он быстро приволок Любины десерты. Я попросил нас рассчитать – так мне не терпелось остаться с девочкой наедине!
– Поехали, Любаша!
Одной рукой я подхватил упакованные десерты, а другой обнял девушку за талию, увлекая её за собой к выходу.
Усадив зайчишку в свою машину, я придвинулся к ней, вжимаясь бедром в её бедро. Она вскинула на меня свои испуганные глазищи, её ротик приоткрылся, грудь тяжело заходила ходуном. Не сдержавшись, я опустил взгляд на её холмики.
Натуральные, можно не сомневаться.
– Я живу на правом берегу, – дребезжащим голосом сказала Люба и назвала адрес.
Водитель не двигался с места, ожидая подтверждения команды от меня.
– Ты от меня убегаешь, Любаша? Такой вечер чудный! Нам стоит непременно продолжить наше общение!
Девчонка затаила дыхание, облизнула губёшки, таращась на меня, как на инопланетянина!
Я понимал, что спешу, веду себя нагло, но ничего не мог с собой поделать! Меня предательски подвёл прошлый мой опыт касательно женщин, когда все на всё согласны, когда всё можно! Зря я к ней придвинулся, ох, зря!
Запах персиков сжал сначала моё сердце, потом пах...
Затрудняюсь ответить, как так получилось, что мои губы коснулись её тёплых, влажных губ. Чистый шёлк!
У меня дыхание перехватило от этой маленькой победы! Адреналин вскипел, сворачивая мне кровь, забирая остатки самообладания! Рука сама потянулась к коленке Любы.
Что со мной творилось, словами не передать! Эта персиковая зайка меня с ума свела!
Глава 5. Люба
Это был самый странный, нескончаемый и невыносимый ужин в моей жизни! Я горела и горела от неловкости под цепким мужским взглядом.
Была бы тут Поля, у меня бы рот не закрывался! Мы всегда с ней трещали без остановки. А с Егором мы едва обменялись парой фраз, наверное, из-за этого было такое напряжение? Большую часть времени мы ели, изредка перекидываясь взглядами.
Егор вёл себя культурно, пытался меня разговорить, но я впала в ступор оттого, что чувствовала себя не в своей тарелке, и еле языком ворочала, выговаривая слова. У меня как будто мозг отключился. А может, я напилась? Шампанское было просто волшебным! Но не оно, не сытная, вкусная еда не смогли меня расслабить. Просто спать захотелось, и всё.
Если бы Молчанов мне хамил или отпускал сальные шуточки, я бы поняла отчего мне так неуютно в его обществе. Так ведь нет. Даже когда он подсел ко мне, то и тогда пальцем не тронул, а я чуть со стула не вскочила, так меня его близость растревожила.
До самого конца ужина я беспокоилась о том, что мне придётся за себя расплачиваться, но когда Егор оплатил счёт, я смогла наконец-то вздохнуть с облегчением. Не знаю, какая была там сумма, даже думать об этом не хочу. На эти деньги я могла бы питаться весь месяц, ни в чём себе не отказывая, но разве имею я право считать чужие заработки?
В какой-то мере я была благодарна мужчине за возможность побывать в таком шикарном месте, вкусно поесть и попробовать невероятное шампанское. А меня ведь ещё ждут два десерта! Я не сомневалась, что и они будут на высшем уровне!
На этом, пожалуй, всё. Было бы лучше, чтобы всё это случилось со мной, но без самого Егора. Я бы получила гораздо больше удовольствия от ужина.
Ага, а кто бы тогда по счёту рассчитался?
Я так волновалась, что даже не спросила у Егора, на какую должность он меня берёт, куда и когда мне выходить на работу.
Молодец я, что уж тут скажешь?
Радоваться бы, что пытка подошла к концу, но неопределённость по поводу работы меня беспокоила похлеще, чем общество Молчанова.
К счастью, мужчина предложил довести меня до дома. Ну, мне так показалось, когда он запихнул меня в свою машину. Свежий вечерний воздух отрезвил меня, и я собралась с мыслями. Пока мы едем, я всё-таки выясню детали относительно своей должности.
Я назвала свой адрес водителю Егора, но он не спешил трогаться с места. Всё потому, что Егор, оказывается, не горел желанием прощаться! Он заявил, что ждёт продолжения вечера!
Так я и знала! Мои подозрения не были беспочвенны! Не зря я, как на иголках просидела весь ужин!
Егор решил затащить меня в постель? Ужас! Какой кошмар! Одна мысль о том, что Молчанов до меня дотронется, казалась мне смерти подобной!
Что же мне делать теперь?
Пока я судорожно соображала, как поступить, чтобы проститься с ним как можно деликатней, Егор попёр как танк, уже не стесняясь. Его горячие, твёрдые губы впились в мой рот, а на своей коленке я почувствовала его нетерпеливую, наглую руку.
Я так испугалась, мамочки! Не каждый день ко мне пристают взрослые, богатые, поддатые, что немаловажно, мужчины! И не просто пристают, а трогают, целуют!
Всё произошло стремительно быстро! Я беспомощно пискнула, вжимаясь в сиденье автомобиля, чувствуя, как в мой рот проникает горячий влажный язык Молчанова, а потом резко отвернулась, и мою ладонь обожгло, будто огнём!
Нахал сразу убрал свою руку с моего колена и схватился ею за свою щёку. Он отшатнулся от меня, хватая воздух ртом.
Я ударила его по лицу? Я? Его? Зарядила Егору пощёчину?
Откуда только силы взялись и смелость?
Осознав, что я натворила, я испугалась ещё больше. Всё пропало! Господи, я всё испортила! У меня началась настоящая истерика!
Прижав к себе свою сумочку, я начала дёргать ручку на двери, пытаясь выйти из машины. Безуспешно – двери были заблокированы!
– Выпустите меня немедленно! — заверещала я, будто на меня маньяк напал. С бензопилой! – Откройте эту чёртову дверь!
– Тише, тише, Любаша, – очнулся шокированный Егор. А то сидел, будто пришибленный, будто его контузило от моего шлепка. Он схватил меня за плечи и развернул лицом к себе. – Ты чего орёшь, дурочка?
– Убери руки! – заорала я на него ещё громче, пытаясь вырваться из его хватки. – Руки убрал, я сказала!
– Всё, всё! – ошалело воскликнул мужчина. Он отпустил меня и поднял руки вверх, показывая, что выполнил мою просьбу. – Люб, ну, успокойся уже? А? Что ты, в самом деле?
Я сдула прядь волос, упавшую на лицо, и бросила ему гневный взгляд.
– Откройте дверь! Я хочу выйти! – уже спокойней повторила я.
– Я тебя отвезу! Сказал же, что отвезу? Всё! Угомонись! Илья, ты запомнил адрес Любы? Поехали!
Машина тут же тронулась с места, и мне ничего не оставалось, как забиться в уголок и дрожать всем телом, дожидаясь, пока мы доедем. Я то и дело поглядывала в окно, следя за дорогой. Водитель вроде бы ехал правильно, в сторону моего дома, а не в лес, поэтому я чуть успокоилась.
Егор сидел, сложив руки на груди, глядя прямо перед собой. Нахмурился, надулся, как индюк! Он ещё и обиделся? На меня?
– Любаша, извини меня, – через несколько минут виновато выдавил из себя Егор. – Я выпил лишнего... Не удержался... Ты меня околдовала, вот я и... – Было видно, что мужчина совершенно не умеет извиняться. Его попытки звучали жалко, но искренне, так что меня немного подотпустило. – Размечтался, что ты отблагодаришь меня как-то за оказанную помощь...
– Что-о-о? – офигела я, пуще прежнего. – За помощь? А вы кем меня берёте, Егор Алексеевич? Каким-то директором, может, замом своим, что на такие благодарности замахнулись? Вы за кого меня приняли? Я и не знала, что вы меня на вакансию шлюхи примерили!
Молчанов напрашивался на вторую пощёчину! Меня ещё в жизни так никто не унижал! Он виновато опустил глаза и заёрзал на сиденье.
– Да, млять, – еле слышно выругался он и устало закрыл лицо руками.
– Вот, значит, какие у Поли и Льва Борисовича партнёры? – едва не плача, выдавила я из себя.
– Ну, я же уже извинился, Люба! – в отчаяние, жалобно воскликнул Егор, убирая руки от лица. – Попутал! Ну, прости ты меня! Я тебе премию выпишу за испорченное настроение! Квартальную!
– Спасибо, не нужно! Думаете, я у вас работать стану? Да никогда в жизни!
Когда я поняла, что мне больше ничего не нужно от Молчанова, дерзость, наглость и смелость из меня так и полезли!
– Люба, ну, хватит! Мне очень стыдно за свой поступок! Чего ты ещё от меня добиваешься?
Я ничего не ответила, потому что мне стало всё равно, а потом сделалось горько. Такой вроде бы мужчина с виду серьёзный, солидный, элегантный, а оказывается... Слов нет!
У Трофимова я не согласилась работать, потому что козёл он бесстыжий, а теперь ещё у одного говнюка самонадеянного отказываюсь трудиться.
Надо было смириться со своей нищей участью, раз я такая принципиальная, и взять себя в руки. Мне ещё Полину душить... Правда, по телефону...
– Илья, останови у магазина! – внезапно крикнул Егор, заставив меня вздрогнуть и разволноваться заново. Этот Молчанов меня до инфаркта доведёт! Что он задумал? Что, господи? – Никуда не уходи! – бросил он мне, выскакивая из машины, едва она затормозила. – Илюха, не выпускай Любашу ни в коем случае!
Я уже и не собиралась никуда выходить. Такая на меня депрессуха навалилась...
Егор вернулся быстро, с ослепительной улыбкой на лице и большим букетом бледно-розовых роз.
– Держи, Любочка! – завалил он на меня эту охапку. – Смотри, какие нежные... Как ты! Хотя нет, они тебе и в подмётки не годятся!
Как бы я ни хотела и дальше злиться на мужчину, уже не могла. Розы были действительно прекрасными. Я даже идиотской улыбки сдержать не смогла.
– Спасибо...
– Всё, девочка моя? Мы всё прояснили, утрясли? – уточнил Егор. – Этот веник, конечно же, не стоит твоего поцелуя, но я больше не знаю, как тебя ещё успокоить.
Боже, как приятно! Мне таких красивых слов ещё никто не говорил...
Что я в самом деле разошлась? Я же вовремя остановила мужчину? Ну, чмокнул он меня с языком, за коленку подержался...
Впрочем, неизвестно что было бы, если бы я ему не врезала...
Я же уже решила, что Молчанов – наглый бесстыдник? Так чего я его сама же и оправдываю?
Мы подъехали к моему дому, и моё настроение вознеслось до небес! Наконец-то сейчас я избавлюсь от общества этого невыносимого мужчины!
Егор помог мне выйти из машины и вопреки моему нежеланию, проводил меня до двери в подъезд. Он держал цветы и пакет из ресторана, пока я искала в сумочке ключи.
– Жду тебя в понедельник на работу, Любаша! – совершенно неожиданно сказал Егор. Я взглянула на него с недоверием, но он выглядел невозмутимо серьёзным. – Я пришлю смс-кой адрес и время! Диктуй номер!
Свободной рукой Молчанов выхватил из внутреннего пиджака свой мобильный и выжидающе уставился на меня.
– Но я же сказала...
– У меня такое большое офисное здание, что ты меня там и не встретишь! Ты же отличница? Пожалей мою дохлую конторку! Я уверен, такая умница, как ты, привнесёт водопад успеха в мой чахлый бизнес!
Ох, и балабол! Молчанов откровенно мне льстил, придумывая небылицы, но я отчего-то снова поплыла.
Да и не будет он больше ко мне подкатывать. Что я – королева красоты? Он завтра уже и не вспомнит обо мне. Просто сегодня так звёзды сошлись, и я Егору под руку попалась. Или он мне?
Ладошка до сих пор немного горела от пощёчины, напоминая о том, что этот мужчина – кобель! Ну, и будем честны – есть более роскошные, красивые и доступные девушки, чем я. И проблем у них нет с деньгами, как у меня. Так что думаю на этом наше близкое знакомство и закончится.
– Ладно...
Я продиктовала мужчине свой номер телефона, а потом забрала у него свои цветы и десерты.
– До понедельника, девочка моя! – Егор придержал двери в подъезд, чтобы я вошла. – Расскажешь потом, какой десерт больше понравился? – крикнул он мне в спину, и мне пришлось обернуться. – Смс-кой напишешь? Я это имел в виду!
Я смогла почувствовать себя в безопасности только заперев изнутри дверь своей квартиры.
Господи, ну и вечер-вечерок!
Глава 6. Егор
Вот тебе и зайка-попрыгайка!
Блять, я так расстроился, что пиздец!
Проводив Любу, я постоял ещё немного у её подъезда, приходя в себя. Внутри всё бурлило от эмоций, и они были самые разнообразные. Такое ощущение, что меня сейчас разорвёт! Я жадно вдыхал свежий воздух, но голова всё равно шла кругом. Мысли раскидало – не соберёшь!
Ты смотри какая королева! С виду милая тихоня, а как разошлась? У зайки есть зубки? Целый вечер коту под хвост!
Да хер с ним, что не потрахался! Меня больше всего эта пощёчина заела! Когда я по роже от женщин получал? Да никогда! Не попадались мне такие обидчивые! Как будто я к ней в трусы залез!
Я представил на секунду, что всё же залез, и меня будто кипятком ошпарило! Вот где самая вкуснятина у зайки!
Ох, сука!
Языком её едва лизнул, а криков было!
Ещё и прощения просить пришлось! Да я в жизни не извинялся! Потому что не косячил! А тут...
Было бы ещё за что извиняться! Так ведь не за что? Раздула Люба из-за ерунды какой-то целый скандал! С рукоприкладством!
Еле успокоил. Надеюсь, Люба не побежит жаловаться Полине или Трофимову? Вот что меня на самом деле беспокоило. У меня с ними дела. И не маленькие!
Не хочу просрать выгодные контракты с их компанией только потому, что я хуем на персиковую зайку замахнулся. Да и как замахнулся? Я и махнуть-то не успел!
Интересно, если бы я член достал, Люба, наверное, меня бы убила? Я ещё раз невольно вернулся в момент нашего поцелуя.
Хм... А она вкусненькая! Я, правда, распробовать не успел толком, но мне определённо зашло!
В штанах дёрнулось от обрывков сладких воспоминаний, и я поймал себя на том, что стою тут, как слюнтяй малолетний после свидания, который ждёт, пока у его зазнобы свет в квартире загорится.
Я, конечно, не родился с золотой ложкой в зубах, но райончик, где жила Люба, просто конченый. Как она тут ходить не боится, такая красивая?
Красивая... Нежная... Пугливая...
Пошла она к чёрту, Люба эта! Вместе со своей чокнутой подружкой! Две идиотки малолетние!
С этими мыслями я сел в машину. В салоне до сих пор пахло розами и персиками, поэтому я тяжело вздохнул, расплылся без сил на сиденье, и велел Илье везти меня домой.
Пацан кивнул, а потом прыснул от смеха!
– Че ты ржёшь? Что смешного? Охуел, что ли?
– Ничего. Простите, Егор Алексеевич!
Я что, шут гороховый? Может, ситуация и выглядела смешно со стороны, мне вот вообще было не до смеха!
Всю дорогу до дома я кипел, как самовар! Вроде ничего страшного не случилось, бывали в жизни огорчения и намного серьёзней, а я всё успокоиться не мог.
Я, наверное, уже старый? Это поэтому Любаша меня отшила? Сначала Поля, потом она...
Куда я полез? На кого? На хрена?
Волком себя возомнил? Мачо?
Тфу, блять!
Как будто год не ебался? Как будто это был мой последний шанс? Ну, не дала мне девочка, и не дала, что такого особенного? Что я себе женщину другую не найду?
Люба поди и сексом-то не умеет заниматься? Что толку от неё? Я люблю, чтобы девушки сами всё делали: и отсосали со смаком, как будто мой член – самое вкусное, что они пробовали, и попку подставили вовремя и без вопросов. А эта... Видно же, что никакущая! Да и не пробовала она слаще морковки ничего, судя по району, где живёт.
Какого хера я так завёлся?
Я пытался успокоиться и забыть о Любе. Даже принялся искать в телефонной книжке ту, что поможет мне скинуть это адское напряжение и расстройство, ту, которая подтвердит мои рассуждения своим влажным и глубоким ртом, отвлечёт меня от фиаско!
"Марина"...
Кто это вообще? Ладно, листаем дальше...
"Катерина Минакова".
Это менеджер по рекламе.
"Валя сиськи".
Вот, что-то уже более или менее подходящее! Ой, нет. Не слишком красивая она, я вспомнил. И сиськи так себе.
"Алёна минет".
М? Хорошо сосёт, но хрюкает во время этого дела. Не хочу.
Маша, Светочка, ещё одна Алёна – всё не то!
Это когда я таким привередой стал? Копаюсь, как свинья в цветочной клумбе!
К чёрту! Всё! Не хочу ни-че-го и ни-ко-го!
Приехал домой, выпил ещё и лёг спать. Ворочался полночи, но сон не шёл. Всё у меня эта Любочка перед глазами стояла!
Почему не Поля? Она мне больше понравилась. И отшила меня также бестолково!
Всё дело в поцелуе и пощёчине? Надо было за титьку зайку ухватить, хоть не так обидно было бы по лицу получить, заодно проверил бы, какие они эти грудки.
Как я не силился, Люба не шла из моей головы, хоть убейся! И на следующий день, и в воскресенье.
Воскресным утром я отправил Любе смс, как и обещал. Написал адрес, номер своего офиса и время, к которому я её ждал.
Ждал! Ещё как ждал! Скорее бы уже завтра!
Надеюсь, Любаша не передумала? Хрен её знает, что у неё в голове? Может, уже с Полей кости мне перемыли и решили, что и как работодатель я им не подхожу? Странный кастинг, я вам скажу. Первый раз я переживаю, чтобы ко мне человек устроился, а не наоборот.
А кости мыли! Ещё как мыли! Хихикают, поди сучки надо мной? Ой, конечно, уссаться же можно?
Слава богу, Люба прислала мне ответ, и я с замиранием сердца прочёл его.
"Спасибо, Егор Алексеевич! Мне понравились оба десерта"
Опять это её "Егор Алексеевич" как-то прозвучало не так. Понимаю же, что она ко мне, как к начальнику обращается, а почему тогда пенсией завоняло?
И вообще, что это значит? Она приедет завтра? Или просто за вафли меня благодарит?
Кто вообще так отвечает на сообщения? Ничего же непонятно! Нет, про десерты яснее некуда, а про работу?
Позвонить ей, что ли?
Обойдётся! Хватит с меня унижений! Если нужна работа, приедет, как миленькая! А если нет? Вдруг Полина эту милую дурочку к кому другому пристроила? Девки ушлые, я уже понял!
Да какое мне дело до этого? Я же сам ещё не решил, куда запихнуть эту Любу у себя?
А как уйдёт к другому? Такую зайку вмиг где-нибудь на столе нагнут! Не все же такие порядочные, как я?
Да, чёрт! Я перед Трофимовым ни разу не лебезил! Что эти сучки со мной сделали?
"Значит, я тебя завтра жду, Любаша?" – скрипя зубами, вношу уточнение.
Час ждал ответ! Час! Она уснула там, что ли? Ей работодатель вообще-то написал!
"Да, конечно, Егор Алексеевич! Буду вовремя!" – пришёл, наконец, её ответ, и я с облегчением выдохнул.
Настроение отчего-то поднялось, выше некуда! Аж спеть захотелось!
Всё складывалось очень удачно, учитывая пятничные мексиканские страсти!
Я ещё точно не решил, что буду делать с этой персиковой зайкой. Главное, что она будет на виду, под моей твёрдой рукой. От меня так просто не ускачешь. Если в прошлую нашу встречу я наломал дров, то теперь-то знаю, что надо действовать осторожно и не спеша.
Зачем она мне? Вдруг я опять её расстрою, и тогда скандала с Трофимовым точно не избежать!
Я и так думал, и сяк! Всю башку себе засрал долбанной Любой! Впилась она в меня, как гадюка! Ладно бы встречались мы с ней года два, я бы шпилил её, деньги вбухивал, так нет ведь. Не успел ничего такого и в помине! Один вечер, один отказ, и я покой потерял!
Что-то необъяснимое творилось со мной, и мне это не нравилось, совершенно! И вроде трепет такой, что все кишки смотало в узел, и приятно, и щекотно, и радостно, и в то же время тоскливо и даже боязно мне от Любаши.
Мало мне проблем было? Жил я скучно? Вот тебе, Егор Алексеевич, веселись, не хочу!
Глава 7. Люба
У меня не было такой огромной вазы, чтобы выдержала букет Егора, поэтому я поставила их в ведро. Позволила себе ещё немного полюбоваться красивыми цветами, а потом набрала Полю.
Я решила её простить. Раз уж прошло всё хорошо, и местами даже приятно, я умолчала о том, что Егор полез ко мне с поцелуями и напугал меня до смерти. Вдруг Поля расскажет об этом Льву Борисовичу? Некрасиво же получится?
Трофимов точно такой же кобелина, но об этом инциденте с Молчановым лучше не распространяться, тем более, что он извинился.
Быстро доложив подруге обстановку, опустив неприятные подробности, я сходила в душ и открыла десерты, что купил для меня Егор. Хоть я и налопалась до отвала в ресторане, эти кулинарные шедевры так и манили меня. Я взяла вилку и села за стол на кухне примеряясь с чего мне начать: с канноли или с панфроте?
Боже, такая вкуснятина! Кусочки лакомства так и таяли во рту! Кухню наполнил томный аромат роз, я наслаждалась их запахом, любовалась нежностью цветов и восхитительным сочетанием продуктов в десертах! Голова немного кружилась от шампанского и казалась такой лёгкой! Я даже ненадолго позабыла о своих проблемах.
Мне было так хорошо! Всё же прекрасное послевкусие от этого нелепого ужина с Молчановым...
Наверное, его женщины и не такое пробовали? Мне почему-то казалось, что у Егора десять любовниц, не меньше. Они все красивые, как модели, ухоженные и опытные. Женщины с нетерпением ждут своей очереди, когда хозяин гарема удостоит их вниманием. Потом султан пафосно ведёт избранную в театр, ресторан или ещё куда-то... Откуда мне знать, куда? Они веселятся, а после Егор властно и грубо берёт свою избранницу на чёрных шёлковых простынях...
Я разволновалась от этой неприличной картинки. Потом вспомнила наш скомканный поцелуй, и у меня внутри вообще всё перевернулось. Я пару раз целовалась с парнями, но эта мокрая возня не была похожа на то, как это делал Егор. Он и поцеловать-то меня толком не успел, а я едва не умерла! Что было бы, если бы мужчина поцеловал меня, по-настоящему, если бы я ему позволила?
Егора давным-давно не было рядом, а у меня сердце зашлось! Колотилось, как бешеное, готовое выскочить из груди!
Это всё от недостатка опыта? Надо было забыть о Егоре, точнее, своём трепете относительно него. Такой мужчина не для меня. Он слишком напористый, наглый и избалованный вниманием женщин. Понятно же, что он просто хотел воспользоваться мной по случаю. Неужели, так принято у богатых – только познакомились, и сразу в постель?
У Егора так принято.
Он и огорчился после моего отказа только потому, что не привык получать те самые отказы. Лучше, действительно, держаться от него подальше. Молчанов богат, влиятелен, уверен в себе и хорош собой. Зачем ему такая, как я? Разве только чтобы попользоваться на разок?
Я понимала, что кроме постели, нас с Егором ничего не может связывать и от этого стало горько. Чем-то он мне всё же понравился, но жизнь жестока и сурова.
Уже лёжа в постели, я невольно прокручивала в голове поцелуй Егора. Внутри всё тревожно сжималось и становилось щекотно в животе, поэтому я долго не могла уснуть, сама себя терзая воспоминаниями.
Нужно думать о работе и маме, а не о всяких там Егорах. Так можно и голову потерять, и квартиру, и невинность. Тогда у меня вообще ничего не останется.
На следующий день Молчанов незримо присутствовал рядом. Преследовал меня, как приведение. Как о нём не думать, если такой розарий у меня дома? Я перенесла цветы в зал, потому что на маленькой кухне уже голова болела от их густого аромата, но проходя мимо комнаты, я то и дело ловила вспышку мужского образа в своих мыслях. Плюс десерты ещё были не доедены.
А в воскресенье Егор мне ещё и написал обещанное смс, назначив мне встречу на завтра, в десять утра. Я всю голову сломала, как бы ему ответить, чтобы быть вежливой, благодарной и в то же время ни в коем случае не допустить кокетства в переписке.
Егор, Егор, Егор...
Повсюду он!
Надо было съесть поскорей десерты, а цветы... Выкинуть? Да разве хватит духа? Я им воду два раза в день меняла, чтобы простояла подольше эта красота. Как же я их выкину?
В понедельник я надела свой лучший брючный костюм и немного подкрасила лицо. Волосы собрала в строгий хвост, разгладив его утюжком до блеска. Получилось неплохо.
По указанному адресу я приехала намного раньше, чем мне было назначено. Было бы непростительной наглостью с моей стороны опоздать в первый же рабочий день.
Остановившись у красивого трёхэтажного здания, я прочла режимку на дверях, чтобы удостовериться, что я попала по адресу.
Дохлая конторка? Ну-ну!
Внутри здания было так же роскошно и дорого, как и снаружи. Озираясь с восхищением по сторонам, я нашла лифт и поднялась на верхний этаж. Именно на третьем располагался кабинет Молчанова.
Руки немного подрагивали от волнения. Какой он в официальной обстановке этот наглец?
Еле дождалась назначенного времени, весь коридор истоптала от нервного напряжения. Мимо меня сновали сотрудники Егора. Все такие важные, деловые, одетые с иголочки. Они проходили мимо, не обращая на меня никакого внимания, как будто меня и не было здесь. Чаще мужчины, но было и несколько женщин. Настоящие бизнес-леди.
Вот бы и мне такой же стать – стильной и уверенной в себе.
Под ложечкой засосало от голода. От волнения я не позавтракала, о чём теперь очень жалела, потому что меня начало тошнить.
Без одной минуты десять я зашла в приёмную Молчанова. Я представилась, и приятная, улыбчивая женщина-секретарь проводила меня в кабинет Егора. Она могла бы просто пригласить меня войти, но она зачем-то поднялась с места и, слегка касаясь моего плеча, завела меня прямо в помещение.
– Егор Алексеевич! – громко объявила она. – А вот и наша новенькая!
Молчанов сидел за массивным столом, стилизованным под старину. А может стол и был на самом деле из восемнадцатого века? Я разве разбираюсь? Увидев меня, Егор улыбнулся и вальяжно поднялся с места, чтобы поприветствовать меня.
– Здравствуй, Любаша! – растягивая слова, поздоровался он и пригласил меня присесть на диванчик, стоявший в углу. Я опустилась на краешек, нервно сжимая сумку в руках. – Мария Геннадьевна, пригласите ко мне Шалыгина и сделайте нам два кофе, пожалуйста!
– Вам с молоком? – обратилась женщина ко мне всё с той же добродушной улыбкой.
– Если можно...
Секретарь ушла, и Егор расположился рядом со мной на диване. Как по мне, так он сел слишком близко. От этого я ещё сильнее занервничала.
Мужчина разглядывал меня в упор, а я сидела, опустив глаза, не дыша, потому что его одеколон снова защекотал меня везде и всюду!
Он молчал, и от этого было вообще не по себе!
Надо посмотреть на него! Или сказать хоть что-то! Чего я сижу, как дура?
– Здравствуйте, Егор Алексеевич! – сказала я, не придумав ничего умнее, потому что вспомнила, что даже не поздоровалась. Я подняла на него глаза, встретившись с пронзительными серыми льдинками его глаз, и... Не умерла! – У вас такой красивый... Кабинет.
Глава 8. Егор
Пришла моя зайка! Пришла моя красавица!
Сидит, глазки опустила, вся такая скромница...
А какой хвост у Любы шикарный! Гладкий, блестящий, как зеркало! Намотать бы его на руку...
Ох, опять меня несё-ё-ёт...
Так. Я же решил не торопиться? Что там дальше по моему плану?
Я честно готовился. Настраивался на рабочий лад. А как пришла Любаша, всё смешалось в голове, в душе взволновалось! Не мог я без эмоций на неё смотреть после того, что между нами было. Точнее, чего не было.
Не разгадал я ещё Любин секрет, чем она мне приглянулась, но в этом-то и весь интерес. Она мне будто вызов бросила своим отказом. Я бы очень хотел утверждать, что и не таких мы штурмом брали, но ведь нет, не брали! Не было ещё таких! Обычно женщины бесились, что я на них внимания не обращаю, а тут я за повышенный интерес по морде схлопотал!
Сегодня Любаша ещё красивее, чем я её запомнил. Ещё неприступнее и строже. А руки так к ней и тянутся!
И не только руки.
– У вас такой красивый кабинет!
– Правда? Спасибо, Любаша! – я огляделся по сторонам, как будто тут впервые. Может, и красиво? Я об этом никогда не думал. Вроде всё, как у всех. – Вон там ещё пальму хочу поставить, – махнул я в угол. – Как думаешь, подойдёт к интерьеру?
– Я бы лучше там разместила что-то другое. С маленькими листиками.
– С маленькими листиками, – кивнул я.
Боже, о чём мы вообще разговариваем? Сейчас на погоду перейдём?
Секретарь принесла нам кофе, поставила на столике перед нами.
Я смотрел, как Люба берёт чашку трясущейся рукой, и мне стало неприятно. Чего она опять трясётся? Я что, Бармалей?
– Конфетки! Конфетки же у меня есть! – спохватился я и бросился к шкафу. Отыскал там коробочку ассорти, распечатал, притащил на стол. – Кушай, Любаша! Это мне друг из Франции привёз. Вот как будто тебя ждали!
Зайка, конфетки, листики? Откуда у меня всё это сюсюканье появилось? Старею, теряю хватку! Куда моё обаяние делось?
– Спасибо! – ещё больше смутилась девушка, но конфетку взяла, положила в ротик, а я слюной чуть не захлебнулся в рот ей заглядывая.
Она сама, как конфетка! Так бы и проглотил целиком!
Люба ещё не устроилась ко мне на работу, а я уже сто шагов вперёд распланировал. Покорить, завоевать эту скромницу любой ценой! Самому себе хотел доказать, что способен ещё на такие подвиги, что есть ещё порох! Я мужик! Самец! Охотник!
Чем только брать? На конфетках далеко не уедешь. Тут надо было серьёзно подумать. А я и думал. Только, блять, о Любе и думал! Зацепила, очаровала, околдовала, ведьма голубоглазая! Сейчас при свете дня её глаза казались светлее и ярче.
Спросили бы у меня, какого цвета глаза у моих бывших, я бы в жизни не вспомнил. Размер сисек – это да, это запросто! А Любины глазищи были какими-то незабываемыми. А вот до её сисек мне ещё, видимо, далеко.
Столько расспросить у Любы хотел, а теперь сижу, как мудак. Ничего не буду расспрашивать, пусть оклемается маленько у меня на фирме, расслабится, войдёт в колею. Что мне надо, без неё узнаю.
Тем более что Шалыгин уже пришёл.
– Вот, Любаша, познакомься! – указал я на мужчину. – Это Пётр Константинович – начальник юридического отдела! Будешь трудиться под его началом.
– Очень приятно, Любовь! – кивнул ей Шалыгин.
– И мне... Ой, Егор Алексеевич, а вы что меня в юридический отдел хотите? – удивилась Люба.
Я её свой личный отдел хотел, но не пойдёт ведь?
– А куда же ещё? Ты же вроде на юриста учишься?
– Да, но... Я же ещё только два курса отучилась...
Опять скромничает? Я её готов был на божничку посадить и пылинки сдувать, да вот, хоть вместо пальмы ею бы любовался. Но надо же, чтобы Люба хоть что-то делала, чтобы зарплату ей платить? Чтобы она ни о чём не заподозрила?
– Не ещё, а уже! – поправил я Любу, подняв вверх указательный палец для убедительности. – Так, Любочка, подожди нас с Петром Константиновичем в приёмной! – попросил я её, заметив, что кофе она уже допила. – Конфетки с собой возьми!
Я сунул ей коробку в руки и выпроводил за дверь.
– Так, Петя... – начал я, собираясь с мыслями, потому что снова отвлёкся на зайкин блестящий хвост. – Пристрой девочку куда-нибудь! Займи чем-то...
– Чем конкретно, Егор?
– Похер чем, лишь бы она ни в коем случае не урабатывалась. Бумажки пусть раскладывает туда-сюда. Если что-то подписать надо, срочно Любу отправляй ко мне. Ну, ты понял?
– Угу.
– У тебя какая зарплата?
– У меня?
– У тебя!
– Триста десять. Без премии.
– Ясно... – я прошёлся по кабинету, заложив руки за спину. Иногда мне это помогало думать быстрее. – Выпиши Любаше аванс. Тыщ тридцать...
– Хорошо.
– Нет, давай лучше сразу сто пятьдесят!
– Сто пятьдесят тысяч? – переспросил Петя.
– Нет, блять, рублей! Конечно, тысяч! Как оформишь её, дай знать! И смотри, чтоб там никто к ней яйца не подкатывал. А то знаю я вас, юристов! На уши присядете, хер оторвёшь!
– А можно спросить, Егор, что за девочка такая особенная?
– Спросить, конечно, можно.
– Всё. Я понял!
– Вот за что я тебя люблю, Петя, за то, что ты понятливый! Иди работай, Шалыгин!
Петя ушёл, а присел на диван и взял в руки свой остывший кофе, размышляя, не упустил ли я чего.
Вроде пока всё хорошо, беспокоиться не о чем.
Как только Любу оформили на работу, я дал задание безопасникам пробить Любочку по всем фронтам.
Скоро узнаем, что за скелеты у зайки в шкафу.
Глава 9. Люба
Пётр Константинович вышел из кабинета Молчанова довольно быстро. Он отвёл меня в отдел кадров для заключения трудового договора. Поскольку у меня не было даже средне-специального образования, меня оформили, как практикантку.
– А где размер моей заработной платы? – уточнила я, поскольку не нашла такого пункта в договоре.
– Практикантам не предусмотрена зарплата, но не беспокойся, Люба, вознаграждение ты будешь получать вовремя, как и все. Аванс и основная сумма в начале следующего месяца за отработанным, – успокоил меня Пётр Константинович.
– А... Сколько?
– Не бойся, не обидим.
Эта странная, расплывчатая формулировка мне не понравилась. Я бы предпочла узнать точные цифры, ведь мне нужно из чего-то исходить в своём личном финансовом планировании, от чего-то отталкиваться, но я постеснялась расспрашивать об этом более подробно.
В мою душу закрался страх. Что если зарплата будет такой маленькой, что я не смогу платить по счетам? Зря только время потрачу. Банки и Энергосбыт не будут ждать, пока я новую работу найду. Новая работа всегда волнительна, а теперь ещё и это...
После того как меня, наконец, оформили, начальник показал мне моё рабочее место. Юридический отдел располагался на втором этаже. Пётр Константинович вкратце объяснил мне, где что находится. Чем меньше у тебя должность, тем ниже этаж. На третьем и вовсе небожители. А я, вроде как, между небом и землёй?
Меня разместили в довольно просторном кабинете ещё с двумя молоденькими девушками. Как и у моих коллег, у меня был свой стол, кресло и компьютер. Помещение выглядело каким-то неуютным несмотря на новую мебель и красивый ремонт. Хоть бы цветок какой-нибудь поставили или картинку повесили. Стены голые, пустые как в больнице.
– Вот тебе договоры, Люба! – ухнул передо мной довольно увесистую папку мой начальник. – Проверь сроки. Отбери те, у которых он заканчивается. Проверь по базе, чтобы не было расхождений.
– Хорошо, Пётр Константинович, – тихо ответила я, присаживаясь в кресло.
Он вышел, и я включила компьютер. Пока он загружался, я решила познакомиться с девочками.
– Привет, девчонки! Я Люба! – с улыбкой поприветствовала я их.
Длинноволосая блондинка, сидевшая у окна, оказалась не слишком приветливой и разговорчивой. Она мазнула по мне откровенно пренебрежительным взглядом, от которого я почувствовала себя букашкой или ничтожеством.
– Лена, – буркнула она и уставилась в свой компьютер.
– А я Вася! – широко улыбнулась мне вторая девушка – яркая, кареглазая брюнетка.
– Вася? – удивилась я.
– Василина! – назвала она своё полное имя и тоже хихикнула. – Я тоже, типа, новенькая. Угостишь конфеткой? – кивнула она на коробку, что я притащила с собой от Молчанова, и теперь она лежала на моём столе.
– Конечно, Вася, угощайся!
Девушка подошла к моему столу и нырнула в коробку с конфетами.
– М-м-м мейд ин Франция? – одобрительно промычала девушка, откусив конфету. – Сорян, башка с бодуна болит. Потрещим в обед!
С этими словами Вася вернулась на своё место, прихватив несколько конфет с собой.
Странная девушка, конечно. Одета Василина была, мягко говоря, не по офисному. Джинсы-дудочки, плотно обтягивающие её ладную попку и футболку с изображением какой-то абстрактной фигни. Я заметила на её запястье небольшую татуировку, которая дополняла Васин хулиганистый образ. Меньше всего она была похожа на юриста.
Я отвлеклась на работу. Нужно было всё делать чётко и внимательно, чтобы Поле за меня стыдно не было.
К обеду я так проголодалась, что ещё раз мысленно поблагодарила Егора за конфеты. Ими очень хорошо было сбивать урчание в животе.
– Пойдёшь обедать? – окликнула меня Вася, и я бросила взгляд на часы.
– Рано же ещё?
До начала обеденного перерыва было ещё полчаса. Есть хотелось – жуть, но разве могла я уйти раньше? Да ещё и в первый рабочий день?
– Да пофиг вообще! Пошли! Думаешь, нас кто-то хватится? – подбивала меня на грех Василина.
– А вдруг?
– Зануда ты, Люба! – закатила глаза девушка. – Ладно, я тебя подожду. Одной идти влом.
Ровно в 13:00 мы вышли из кабинета, оставив там Лену. Мама мне всегда говорила держаться от таких девочек, как Вася, подальше, но мне же нужно было налаживать общение с коллегами? Я же совсем никого не знаю.
Где мы будем обедать, решила Вася. Она перевела меня через дорогу от здания, в котором мы работали, и показала небольшое уютное кафе. Цены в нём были довольно приемлемыми, но я всё равно решила, что завтра возьму обед из дома, чтобы не тратиться впустую.
Вася заказала только лишь суп, а я взяла салат с курицей и фасолью и кусок мясного пирога.
– Давно работаешь в этой фирме? – спросила я Васю.
– Да нет. Чуть больше недели.
– А ты случайно не знаешь, какая зарплата у практикантов?
– Без понятия, Любаня! Я за спасибо работаю.
– Как это? – удивилась я.
– Типа наказание тут отбываю. Меня отправили работать за мои проделки.
– Теперь я вообще ничего не понимаю.
– С братом поцапалась. Ну, как поцапалась... Подралась! Такой скандал дома был, что капец! Пришлось идти работать, чтобы меня из дома не выгнали.
– Ничего себе! За что ты так с братом?
– Да он мне неродной! Шалыгина сыночек! Пётр Константинович – это отчим мой.
– Ясно.
Точно хулиганка. Бандитка какая-то. Я решила не слишком сближаться с этой Василиной. Мало ли что? Втянет и меня в какую-нибудь нехорошую историю. Видно же, что она в своём поступке не раскаивается совершенно.
Тем не менее, Вася оказалась довольно разговорчивой. Она болтала так непринуждённо, что разговорила и меня. Выяснилось, что она училась в том же универе, что и я, только уже закончила его. Мы обсудили наших преподов, и Вася рассказала пару забавных историй. Обед пролетел незаметно и весело.
– От Ленки держись подальше! – предупредила меня девушка, когда мы возвращались в офисное здание. – Мразота та ещё!
Я не успела расспросить подробнее, что не так с Леной, ди и не до неё пока было. Я вернулась к работе. Осталась пара договоров, и задание Петра Константиновича будет выполнено.
Я уже закончила с договорами, когда мне на телефон пришла смс-ка из банка о зачислении денежных средств. У меня глаза на лоб полезли, когда я увидела сумму, упавшую мне на карту. Я посмотрела ещё раз, а потом ещё, решив, что от работы за компьютером у меня в глазах заплясало. Но нет, сумма не уменьшилась.
Сто пятьдесят тысяч?!
Мама дорогая, у меня даже спина взмокла от волнения! Боже, что это за деньги такие? Ошибка, должно быть? Конечно, ошибка! Надо пойти к Шалыгину и сказать об этом немедленно! Тем более что я уже сделала, что он мне поручил.
Прихватив с собой папку с документами, я пошла в кабинет начальника.
– Что-то случилось, Люба? – посмотрел на меня начальник поверх очков, когда я тихонько вошла к нему в кабинет.
– Случилось, Пётр Константинович! Мне деньги пришли. Очень много! Надо бы разобраться, пока не случилось чего.
– А что должно случиться, Люба? Что за деньги?
– Сто пятьдесят тысяч. Представляете?
– А! Так это аванс пришёл! Ты чего так разволновалась? Всё в порядке!
– Аванс? – растерянно переспросила я, не веря своему счастью.
Если это только аванс, то какая же у меня тогда зарплата будет? Даже представить страшно! Я таких денег не то чтобы не видела, мечтать о такой сумме не могла!
– Люба, ну мы же юристы? Ты зачем в университете учишься, чтобы за три копейки работать? Привыкай! – лениво растягивая слова, успокоил меня Пётр Константинович. – Что-то ещё?
– Да. Я всё сделала! – очнулась я, протягивая мужчине папку.
– Ну всё, умничка! Можешь домой идти, раз всё сделала!
Начальник небрежно отбросил папку с документами на край стола и уткнулся в какие-то бумаги.
– Как домой? Ещё только обед прошёл! – возмутилась я.
– Люба, ты как маленькая, честное слово! Тебя начальник отпустил! Иди, трать аванс!
Я решила не спорить с Шалыгиным. Отпустил, значит, отпустил. Что я, как дура, буду в кабинете сидеть без дела, чтобы тупо конца рабочего дня дожидаться?
– С-с-пасибо! До свидания, Пётр Константинович! – откланялась я, чувствуя, что сейчас сердце из груди выскочит от счастья.
– До завтра! – сухо попрощался со мной начальник, и я пулей выскочила из кабинета.
– Девочки, меня домой отпустили! – воскликнула я, прибежав в наш кабинет.
Лена никак не отреагировала на мои слова, будто бы ничего не слышала.
– Везёт тебе! Я тут от звонка до звонка вынуждена сидеть! – усмехнулась Вася.
Я выключила компьютер, закинула в сумочку конфеты и телефон и, быстро попрощавшись с девочками, полетела домой. Надо было срочно позвонить Поле и поблагодарить её за помощь!
Выйдя на улицу, я набрала подругу.
– Ну что, Люба, как твой первый рабочий день? – первым делом поинтересовалась подруга.
– Поля, ты представляешь, мне уже аванс перевели! – захлёбываясь восторгом, рассказывала я. – Сто пядьдесят тысяч! Я немного в шоке!
– Что? – не меньше меня удивилась Полина. – Уже аванс перевели? Как это? Ты же только вышла?
– Вот так! Я думала, ошиблись, но начальник сказал, что всё верно! И домой раньше отпустил! Странно всё это. Ты не находишь?
Поля громко расхохоталась, и я вместе с ней.
– Ничего странного, Любань! Мы же не знаем, как там у Молчанова заведено. Живи и радуйся! Больше ничего интересного не случилось? Как там Егор?
– Больше ничего, Поля. А почему ты спрашиваешь?
– Да так... Интересно просто... – загадочно протянула подруга. – Всё? Я прощена?
– Ох, Поля! Я не знаю, как тебя благодарить! Спасибо тебе огромное!
На этом мы с подругой распрощались. Нужно скорее заплатить взносы по кредитам и за свет, пока мне его не отключили за неуплату!
Мне летать хотелось, господи! Давненько я не испытывала такой радости! А жизнь-то налаживается?
Глава 10. Егор
К вечеру на моём столе лежала вся подноготная Любочки. У меня аж привстал, когда я, потирая ручки, открыл папочку с досье на неё. Как будто Люба голенькая, а я за ней подглядываю.
Антипина Любовь Николаевна, 21 год, адрес, место учёбы...
Я пролистал всё неинтересное, ища, за что бы зацепиться. И ведь было за что цепляться. Вот они – кредиты, долги за коммуналку, даже квартира в залоге! Охренеть просто!
Всё дело в болезни Любиной матери. Рак груди – не шутки! По себе знаю, как в клиниках бабки дерут!Я прикинул примерную сумму долгов девчонки, размышляя, потяну я или нет. Сказал бы, что сумма смешная, и для меня оплатить долги Любаши – это раз плюнуть, но нет. Сумма, пиздец, какая огромная!
Я, конечно, небедный мужик, только как это будет выглядеть? За шубу мне давали. За колье золотое было! За путёвки на Мальдивы только шуба заворачивалась! Но за квитанции из ЖКО? Смешно же?
– Любочка, я тебе за вывоз мусора забашлял и капремонт! Скидывай трусишки!
Херня какая-то получается...
С другой стороны, стоит ли Любаша таких затрат? Ну трахну я её разок...
Нет, разок – маловато будет. Допустим, долго мы с ней будем куролесить. Как раз научу девочку, как мне нравится в постели. Всё равно дебет с кредитом не сходится. За что я плачу, по сути? За красивые глаза?
Ходил я по кабинету туда-сюда, но ничего не придумал. И хочется, блять, и колется!
И вообще, с чего я вдруг решил, что если я решу финансовые вопросы Любаши, она ножки передо мной раздвинет? Спасибо скажет, и до свиданья, Егор Алексеевич! Ещё и по морде может дать, если настаивать начну. С неё станется.
Было бы идеально, если бы я Любе деньги, а она мне себя. Но так не получается ни хрена!
Тут надо серьёзно подумать. Прицениться, узнать Любашу получше, к себе расположить. А потом уже деньгами разбрасываться.
С этими мыслями я поехал домой по пути, заехав в ресторан поужинать. С некоторых пор я домой не торопился. Кто меня там ждёт? Призрак жены разве что?
Из-за Любиной мамы накатило на меня. Душу наизнанку выворачивать начало. Моя жена тоже умерла от рака. Так внезапно заболела, так быстро ушла...
Двенадцать лет прошло, а больно, как будто вчера жену похоронил. Карина была такой молодой, такой яркой и жизнерадостной! Больше не встречал таких. Я тоже был молод и полон энергии. Мы поженились, когда у меня не было за душой ни гроша. Мечтали о детях, путешествиях, выбирали новую люстру в гостиную, думая, что вся жизнь впереди.
Как же я был счастлив с Кариной! Весь мир был готов ей подарить! Она как будто приносила мне удачу, толкала меня вперёд. Мой бизнес летел вверх, как на крыльях! Деньги я зарабатывал просто играючи, потому что для неё старался.
Но они не спасли мою жену. Не принесли нам счастья. Болезнь оказалась сильнее врачей и больше денег, что я заплатил за лечение жены. Карина умерла у меня на руках, забрав и мою жизнь с собой.
Два года после её смерти вообще не помню. Как жил? Чем? Зачем?
Потом стало легче. Я берег и лелеял светлый образ жены, но что бы я ни делал, как бы ни сопротивлялся, с годами он незаметно таял. Так я незаметно и вышел с похорон Карины.
Если бы я полюбил какую-нибудь женщину, хотя бы вполовину так же, как любил жену, я бы женился, не раздумывая, завёл детей, собаку. Но никто не цеплял. Всех женщин я невольно сравнивал с Кариной, и это сравнение было не в пользу кандидаток.
Чем старше я становился, тем больше убеждался в том, что любовь – это для молодых и бедных. Я слишком зачерствел, стал циничным и ленивым. Деньги есть, зачем что-то выдумывать?
Да и женщины сейчас не те, что раньше. Кому нужны сопливые детишки, блохастые собаки и немытые кастрюли? Все хотят кайфовать и выкладывать фотки с Куршевеля в инстаграм. Я их не виню нисколько. Жизнь слишком коротка, чтобы упускать возможности, что им предлагают состоятельные мужчины в обмен на умелую ласку. Сосать, знаете ли, тоже не каждая умеет!
А дальше что? Да кто его знает, что?
С такими мыслями и стаканом виски я слонялся по пустому дому. Как-то неуютно дома, холодно. Может, ремонт сделать? Занавески поменять?
На хера они мне сдались эти занавески?
Надо было в клуб поехать, а не домой. Сейчас бы не чертей пугал, а познакомился бы с какой-нибудь цыпочкой, напряжение бы сбросил, чтобы с новыми силами Любу обрабатывать.
Опять эта Люба в голове! Я слишком много о ней думаю.
Я решил оставить её на недельку в покое. Пусть освоится, расслабится. Аванс получила уже? Радостная поди? Пусть знает, что работа у неё хорошая, денежная. Чтобы даже не думала увольняться в случае чего. Деньги ей сейчас нужны! Ох, как нужны!
Бедная девочка! Я прекрасно понимал, что она сейчас чувствует, о чём переживает. Ладно я в своё время уже довольно успешным был, к тому же я мужик. А она? Студенточка молоденькая и такую телегу тянет?
Сердце растревожилось так, что я налил себе ещё порцию виски.
Надо бы ещё разузнать, что там с лечением Александры Степановны. Я перечислял небольшой процент от доходов на благотворительность, от меня не убудет, если ещё немного потрачу.
Эта Любочка вылетит мне в копеечку! Она должна очень сильно меня заинтересовать, чтобы я не сожалел о покупке!
Глава 11. Егор
Кое-как прошла неделя.
Господи, что же время так тянется? Неужели Шалыгину ничего подписать не надо срочно? Почему он Любашу ко мне не отправляет? Или он меня недопонял? Она вообще работает? Вдруг приболела?
Каждый раз приходя на работу или уходя с неё, я надеялся хоть одним глазком увидеть Любу, столкнуться с ней в лифте или на входе в здание. Мне не везло.
Вот и сегодня я обшарил глазами улицу, выходя из машины, потом шёл до кабинета, заготовив для девушки улыбку и пару комплиментов, но так её и не встретил.
Я сидел и придумывал повод, чтобы наведаться в юридический отдел. Мне когда-то повод был нужен? Это моя фирма. Куда хочу, туда хожу.
Сейчас выпью кофе и пойду проверю, куда там мою зайку Шалыгин посадил. Может, дует ей? Или тесно?
Только я подумал о девчонке, как в дверь громко постучали, а потом в кабинет ввалилась Люба!
Именно ввалилась! У неё в руках был невероятных размеров цветочный горшок с таким огромным деревом, что я сорвался с места, как подстреленный, чтобы помочь ей затащить его в кабинет.
– Фух! – выдохнула раскрасневшаяся девушка и вытерла рукой вспотевший лоб. – Еле дотащила! Здравствуйте, Егор Алексеевич!
Она была такая счастливая, как будто украла это растение, и ей удалось благополучно сбежать. Глазюки так и сияют!
– Здравствуй, Любаша! А это что? – показал я на дерево рукой в полнейшем недоумении.
– Вы же хотели кабинет украсить? Вот я и принесла вам растение! Давайте примерим, как смотреться будет?
Она закинула сумочку на плечо и снова схватилась за горшок руками.
– Куда, млять?! – заорал я на неё, и она испуганно отпрянула. – Я сам! – чуть спокойней сказал я. – Сам! – повторил для убедительности.
Еле допёр дерево до угла. Не столько тяжело, сколько неудобно. Обидно же будет, если сейчас это дерево нечаянно уроню или сломаю, не приведи господи?
Девка совсем чокнулась? Как она его до кабинета умудрилась докарячить? Оно же ростом с меня!
– Ну как вам? – с улыбкой спросила Люба, наклонив немного голову набок.
– Восхитительно!
Что я мог ещё сказать? Девчонка так старалась, так улыбалась! Я другое слово хотел сказать, только оно неприличное.
– Деревце ещё вырастет! Мы его в горшок побольше пересадим и получится ещё лучше!
– Ты зачем такие тяжести таскаешь, Любаша? Это же целое дерево! Ты где его взяла вообще? Тебе деньги девать некуда?
– Так я его не покупала. Я его сама вырастила. Дома. Ему у вас лучше будет. У нас квартира небольшая, ему тесно уже. А тут так светло, столько места!
– Ты от самого дома цветок тащила? – я всё поверить не мог. – На такси?
– Почему на такси? На метро. В машину бы деревце не влезло.
Пиздец! Это ж надо до такого додуматься? Люба же живёт в Ебенях-Ебенючих!
Я вроде как похвалить девушку должен, а мне захотелось ей по жопе надавать! Это где такое видано, чтобы девушки такие тяжести таскали?
– Егор Алексеевич, а вы что не рады? – расстроенно протянула Люба. – Красиво же получилось?
Стоит, глазами лупает. Сразу видно, что мужика у них нет. "Сама" у неё любимое слово? А ей кто такой, чтобы ругать?
– Очень красиво, Любочка! – заверил я девушку, сменив тон на елейный, и положил руку ей на талию. – Только давай мы с тобой договоримся, если тебе надо будет что-то тяжёлое донести, то ты мне скажешь. Хорошо? Негоже девочке молоденькой тяжести таскать! Тебе ещё детей рожать!
– Я просто вам сюрприз хотела сделать! – сказала Люба и покраснела.
– Сюрприз удался на славу! Честно, не ожидал!
Настроения у Любы не прибавилось ни на грамм! Как будто она мне приятное сделала, а я её за это же и отчитал! Вот почему всё не так с этой Любочкой?
– Мне так понравился твой подарок, Люба, что теперь я чувствую себя обязанным, поэтому приглашаю тебя на обед! Как сотрудника! Просто поедим. Расскажешь, как работается тебе. Никто тебя не обижает?
– Спасибо, но я обед с собой беру! Жалко же будет, если пропадёт? До свиданья, Егор Алексеевич!
С этими словами Люба вышла из моего кабинета.
Она что, обиделась?
Да, блять!
Я сложил руки на груди и уставился в угол, пытаясь успокоиться. Ждал, ждал, чтобы увидеть её... Ну, Люба! Ну, даёт!
А ничего так! Красивенько! С листиками!
Что-то не припомню, чтобы кто-то из моих сотрудников что-то на работу принёс. Наоборот же, вроде, заведено – тащи с работы, всё, что плохо лежит? Всё в дом, всё в семью, как говорится.
А эта целое дерево притаранила! Растила его, холила, лелеяла! Я же просто так про пальму брякнул, чтобы разговор поддержать? И ведь Люба запомнила, что я хотел кабинет украсить?
За душу меня взяло!
Так и что делать-то дальше? На обед идти со мной не желает? Обиделась! Как к ней яйца-то катить, если они не катятся?
Я вздохнул и прошёлся по кабинету.
Цветы ей отправить? Десертик какой-то?
Да было уже! Всё не то! Я её не просто порадовать надеюсь, а видеть её хочу, разговаривать с ней, смотреть, как радуется!
Всю голову сломал я с этой Любой! Никогда так не морочился с женщинами. Хоть консилиум собирай! Может, мне на форуме каком-то женском зарегаться? Там же женщины? Они должны знать, чего им хочется?
Я так совсем думать разучусь! Мужик я или кто?
Придумал! Ёб твою мать! Придумал! Аж на месте подскочил, когда меня осенило! Не совсем я пропащий ещё!
За десять минут до конца рабочего дня я спустился в юридический отдел. Нашёл повод.
Любу я, как и предполагал, застал на её рабочем месте.
– Здравствуйте, Егор Алексеевич! – поздоровались со мной остальные девочки.
– Здравствуйте, девчата! – поприветствовал я их в ответ.
Люба насторожилась, увидев меня, начала бумажки на столе перебирать. Чует, что начальник пришёл?
– Всё, девочки идите! – поторопил я девушек, и они незамедлительно поднялись с мест. – А тебе, Люба, придётся подзадержаться!
Глава 12. Люба
А вас, Штирлиц, я попрошу остаться!
Что он прицепился ко мне Егор этот? Обещал же, что не будет ко мне больше приставать? Или я что-то перепутала?
Я к нему со всей душой! Отблагодарить хотела за то, что на работу меня взял. Растение, как от сердца оторвала на подарок! Я его шесть лет выращивала, между прочим! А он?
Мало того, что не обрадовался, так ещё и облапал! У них так принято сотрудниц за талию щупать? Ужас!
Да-да, я помню, на какие он благодарности рассчитывал за трудоустройство! Нафиг ему моё деревце, если можно за бочёк потрогать? Думала, Егор и правда сожалеет о том, что руки в тот вечер распускал. И вот, прошла всего неделя, а он опять за своё?
Ещё начал что-то нести про то, что я у него помощи просить должна. Егор мне кто такой, чтобы я его просила тяжести таскать? Муж, отец, любовник, брат, сосед? Может, он ещё ко мне домой приедет и кран починит?
Три дня уже капает. Бежит! А починить нет возможности. Поменять полдела. Кран купить сначала надо, а я уже весь аванс на долги раскидала. Оставила вровень на еду и проезд. Откуда я знала, что кран потечёт?
Всегда так. Беда не приходит одна. Только что-то починишь, другое посыпется. Потом пятое, десятое...
Я сегодня на работу уехала, а сама не запомнила, перекрыла я главный кран на воду или нет? Всё из-за цветка этого дурацкого! Сижу теперь, как на иголках! Вдруг там соседей топит уже? А Молчанов мне подзадержаться предлагает?
Ну, спасибо, Егор Алексеевич! Очень вовремя!
А что ему надо-то от меня? Благодарностей?
От мысли, что Молчанов сейчас ко мне снова приставать начнёт, у меня внутри всё задёргалось мелко-мелко и коленки затряслись. Мы же тут одни сейчас останемся?
– Девочки, пока! – проводила я Лену и Васю взглядом.
Вот мы и одни...
– Что-то случилось, Егор Алексеевич? – осторожно спросила я, не глядя на мужчину.
Он бросил свой портфель на Васин стол и подошёл ко мне вплотную. Всё, сейчас на столе меня загнёт, юбку задерёт, и поехали! В кино так всегда делают. У меня уши стали красными, руки затряслись, как будто я замёрзла, а спина вспотела так, что блузка прилипла!
От Егора запахло одеколоном, и этот дерзкий, властный, томный аромат напомнил мне о том, каким он бывает настойчивым. Я старалась не дышать, чтобы его не нюхать. Уже голова кружится, мамочки!
– Ничего не случилось, Любочка! Я вот подумал, что надо бы твой цветок пересадить, пока ты не передумала. Поможешь?
– Ц-цветок?
– Ага. Поедем сейчас с тобой горшок красивый купим, и что там ещё надо?
Фух! Слава богу! Я-то уже себе напридумывала! Даже смешно стало.
А как же мой кран? Мы часа два ещё возиться будем с деревом. Потом мне час до дома ехать. А вода уже, наверное, четыре этажа вниз затопила? Боже, что делать-то?
– Егор Алексеевич, а давайте завтра? У меня сегодня срочное дело! Мне домой надо!
– Я отвезу тебя потом, Любаша! Не волнуйся! Никаких завтра! Я уже настроился!
Настроился он? Про мой настрой, конечно, никому не интересно. Мне бы его проблемы. Пока мы в цветочках колупаемся, я ещё на миллион встряну за ремонт всего стояка.
Обречённо я выключила компьютер, борясь с подступившими слезами. Они меня так и душили. Невовремя и беспощадно. Нафига я это дерево припёрла? Инициатива нагибает инициатора, всё правильно!
Цветы надо пересаживать с хорошим настроением, а не вот это вот всё! Неужели Егор не понимает, что у людей свои личные дела имеются? Посерьёзней комнатных растений, между прочим.
Как я не держалась, губы у меня задрожали, лицо сморщилось... А Молчанов всё смотрит на меня и смотрит!
Достало уже всё!
Я громко всхлипнула и разревелась, закрыв лицо руками.
– Люба! Любочка! Ты что, милая? – услышала я над ухом голос перепуганного Егора.
– Я... У меня кран... А вы... – пыталась объяснить я, но ничего не вышло из-за всхлипов.
– Иди-ка сюда!
Мужчина дёрнул меня за предплечье, поднимая на ноги, а потом прижал к себе. Я попыталась отшатнуться от него, оттолкнуть, но он крепко меня держал. Что опять происходит? Зачем это всё?
Я потыкалась, подрыгалась, а потом мне стало всё равно. Да гори оно всё синим пламенем: цветы, долги, краны, соседи, Молчанов пусть вообще провалится! Я уткнулась лбом в широкую грудь своего начальника и ревела, ревела...
Егор ласково гладил меня по спине и волосам, шептал какие-то добрые слова, но из-за своих всхлипов я не разбирала толком, что он там шепчет.
Отчётливо мне послышалось "девочка моя" и "зайчишка". Это что ещё такое? Какая я ему зайчишка?
Молчанов такой сильный и вкусный! Такой тёплый!
Всю рубашку дорогущую Егору соплями и тушью измазала! Стыдно было, неловко, но так хорошо, так легко! Несколько раз прерывисто вздохнув я успокоилась и затихла. Молчанов не спешил размыкать объятие. И я тоже, потому что не знала, как теперь в глаза ему смотреть. У меня, наверное, тушь до подбородка дотекла?
Стоим мы тут, обнимаемся, а кран течёт и течёт!
– Ну, рассказывай, Люба, что случилось? – отстранился от меня Егор и пытливо заглянул в лицо.
Я даже глаза поднять теперь не могла. Стыд-то какой, господи! Молчанов теперь думает, что я истеричка какая-то?
– Ничего, Егор Алексеевич! Простите... Простите меня...
– Да как ничего? С мамой что-то?
– Эмм... Нет...
– Да что тогда?!
Егор похоже был раздражён, потому что тряхнул меня, схватив за плечи. Это меня немного взбодрило и разозлило вместе с тем. Что ему опять от меня надо? Мало ему, что до слёз меня довёл?
– Кран у меня потёк! Ясно вам? Домой мне надо срочно! Там беда! Отпустите меня, пожалуйста!
– Тфу ты, господи! Любаша, ну разве так можно? – с укором воскликнул мужчина. – Поехали скорее!
Егор наконец-то убрал от меня руки и схватился за свой портфель.
– К-к-куда?
– Домой к тебе!
– Зачем?
– Кран чинить, Люба! Давай быстрее, людей топим!
Глава 13. Егор
Разве можно так реветь? Напугала меня зайчишка, что пиздец!
Я уж подумал мама у неё того...
А у неё кран потёк! Слава тебе господи! Счастье-то какое! Это же подарок свыше, не иначе! Я себе всю голову выебал, как с девочкой время провести, а тут – пожалуйста! Да я всю ночь его могу чинить, чтобы с ней побыть подольше!
Люба, конечно, была не в восторге от моей идеи ей помочь, и даже по пути до её дома два раза пыталась заплакать и убедить меня, что она сама справится. Но меня уже было не остановить!
Сейчас посмотрим заодно, как Люба живёт-поживает. Может, потом на чай даже останусь? Если оставят. Надо хорошо чинить, качественно, чтобы чай пить не стрёмно было.
Квартира у Любы была небольшая, но трёхкомнатная. Я, конечно, не ожидал, что у неё ремонты и мебеля, но то, что я увидел, выглядело удручающе.
Тем не менее в квартире было чисто и уютно. Пахло приятно. Чем-то добрым, родным, ласковым...
Я вспомнил, что это за запах – женский дух называется. У меня дома ничего такого и близко не было. Да и вообще, в целом, ничем не пахло. Когда-то был тот дух, да весь выветрился.
По квартире я особо не шарился, зацепил взглядом комнату Любаши, коридор, да кухню. Девчонка, едва скинув туфли, бросилась в туалет, поэтому у меня была минутка заценить обстановку.
– Слава богу, я кран перекрыть не забыла! – выглянула радостная Люба. – Пойдёмте, Егор Алексеевич, я вам покажу, где бежит!
Мы прошли на кухню, и я оценил фронт работ. Всё, как обычно, ничего сверхъестественного.
– Может, сантехника вызовем? – с опаской заглядывала Любаша мне через плечо.
Да, щас! Чтобы он всю мою славу себе забрал? Знаю я этих сантехников! После них всё то же самое, только ещё и полы мыть приходится.
– Сами справимся! Далеко у вас тут магазин хозяйственный?
– Через три дома.
– А инструменты какие-нибудь есть?
– Молоток только и отвёртка, – ответила Люба и покраснела.
– Ясно! Понятно! Не волнуйся, Любаша! Щас всё будет! Работают профессионалы!
Люба глянула на меня с таким недоверием, что я и сам засомневался в своих способностях. Но делать нечего. Раз я писанулся так красиво перед девушкой, то и исполнить надо на высшем уровне!
– Я пойду умоюсь пока, если вы не против! Спасибо!
Не дожидаясь ответа, Люба исчезла из кухни. Я сел на стул и набрал Илью. Велел отправляться ему в магазин немедленно. Из магазина он должен был мне по видеосвязи отзвониться, чтобы я лично выбрал всё, что нужно.
Люба вернулась умытая, посвежевшая, в лосинах и футболке. Такая девочка домашняя, миленькая, хорошенькая! Без косметики её лицо выглядело совершенно по-детски, и мне это нравилось ещё больше. Ресницы пушистые, кожа почти прозрачная. Мило-дорого смотреть!
– Кофе будете? У меня печенье есть! – предложила хозяйка.
– Не откажусь.
Девушка хлопотала у плиты, а я ею любовался. Не мог глаз оторвать. Всё в ней до того ладно, до того приятно, что век бы смотрел, не насмотрелся!
Любу смущали мои внимательные взгляды. Это было заметно по тому, как вспыхивали красными пятнами её щёчки.
– Мне так неловко, Егор Алексеевич, – снова завела пластинку Люба, ставя передо мной кружку с ароматным напитком. – Как будто вам больше заняться нечем...
– А вот представь себе, что нечем. И вообще, Люба, что особенного? Ты женщина, я мужчина. Разве мог я тебя в беде оставить? Вот кто бы я был после этого?
– Не знаю...
Люба присела на соседний стул и вздохнула.
– А где отец твой, Люба? Или отчим? Или дяди? Мужчины есть в вашем роду хоть какие-то?
– Папа умер. Мне восемь было. Я его и не помню почти... Дядя есть, но он живёт в другом городе.
Вот и прекрасно! Значит, я буду единственным и незаменимым мужчиной! Вне конкурса!
– Чем ты увлекаешься, Любаша? Чем интересуешься? Может, выставки какие-то тебе нравятся, театры, концерты?
– Да какие концерты, Егор Алексеевич? Вы же сами видите, как я живу? Скажете тоже...
Люба опять покраснела и отвела глаза.
– Ой, молоко-то я вам не предложила! – спохватилась девушка.
Она вскочила со стула и подошла к холодильнику. Чуть приоткрыла его, доставая бутылку с молоком, но я успел заметить, что в нём мышь повесилась.
Сижу тут, блять, про театры распиздякиваю, а у девчонки кушать нечего.
Позвонил Илья. Я подозвал Любу к себе, чтобы кран выбирать помогала.
– Стоп! – скомандовал я Илье, когда в объектив попал более или менее приличный экземпляр. – Как тебе вот этот смеситель, Любаша?
Девушка стояла так близко, что я чувствовал аромат её духов. Персиковая зайка! Я ей сейчас золотой смеситель был готов купить, лишь бы не отходила!
– Такой дорогой... Я даже не знаю...
Ох, Люба, Люба, я к ней со всей душой, а она всё ещё что-то мнётся, стесняется!
– Ты на цены не смотри!
– Да как на них не смотреть, Егор Алексеевич, если вот они?
– Короче, Люба! Мозги мне не делай! Любой бери, какой понравится! Это бартер за цветок! Понятно?
– Вон тот тогда! – ткнула девушка пальчиком в экран.
– Илья, мы берём тот, что сверху!
Люба отошла от меня, и мне стало грустно. Я накидал водителю, что ещё было необходимо, и допил свой кофе.
Пока ждал Илью, заказал Любе доставку продуктов. Колбаски, сыра, полуфабрикатов всяких. Я бы у неё самой спросил, что нужно, так ведь скажет, что ничего. Зачем я с ней спорить буду лишний раз? Оно мне надо?
А потом так разошёлся, что ещё и ужин заказал и бутылочку белого. Есть хотел, а Любу напрягать не хотел. Я бы с удовольствием что-нибудь домашнего навернул. Рассольника или пюрешки с гуляшиком! Но как можно девочку напрягать? Она же и так вся на нервах?
Наконец, Илья принёс всё, что нужно и я скинул пиджак. Люба тут же ловко подхватила его и прижала к себе.
– Вы бы рубашку тоже сняли, Егор Алексеевич! Испачкаетесь же? – посоветовала мне Люба.
Хорошая идея! Мне нравится ход её мыслей!
Глава 14. Люба
Мамочки, кто меня за язык тянул? Я же как лучше хотела? У Егора, небось рубашка стоит, как самолёт? Я просто боялась, что он извазюкается!
Надо что-то сказать другое! Что сказать? Что?
Поздно.
Егор уже расстегнул пуговки на сорочке. Я стояла, не жива, не мертва. Надо было отвернуться? Или не надо? Да что я торс мужской не видела никогда?Господи, я нервничаю, как дура!
Сначала оголилось одно плечо мужчины, затем второе. Спина... Мышцы на ней заиграли, перекатываясь от неторопливых движений их обладателя.
Молчанов даже раздевался как-то мужественно, элегантно и красиво. Он повернулся, приосанился, расправив плечи, и протянул мне свою рубашку.
Ну что, довольна? Я бы хотела сказать, что полуголый Молчанов ужасен, отвратителен, что смотреть на него неприятно, но нет. Мне понравилось то, что я сейчас видела. Краснела, как помидор, но всё равно смотрела.
Егор не был здоровяком, но и худым его нельзя было назвать. Его широкие плечи я отметила ещё в первую нашу встречу. Мышцы на руках и груди были хорошо развиты, гармонично. Немного волос вокруг тёмных сосков и ниже пупка. Живот без кубиков, но подтянутый. И кожа такая смуглая, оливковая.
Егор хитро улыбнулся, заставив меня покраснеть ещё гуще. Я выхватила из его рук рубашку и убежала в комнату.
Мы с Егором заступили за черту деловой этики. Ведь сейчас мы не на работе. Я не хотела сближаться с Молчановым. Вообще никоим образом. Зачем мне, кроме рабочих вопросов, какие-то дела с ним иметь? А теперь он уже дома у меня. Без рубашки!
Я хотела просто бросить его вещи на кровать, но потом не удержалась и поднесла одежду к лицу. Вдохнула тёплый мускусный аромат вперемежку с одеколоном. Сама не знаю, что на меня нашло. С некоторых пор меня волновал запах Молчанова. Он мне и нравился, и пугал одновременно.
На кухне Молчанов вовсю гремел железяками. Надо идти к нему, смотреть, что он там делает. Я вообще не представляла Егора, занимающегося заменой смесителя. Ему больше подходит что-то светское – курить сигары или в покер играть, но никак не руками работать.
Больше всего я боялась, что он мне сейчас полкухни разнесёт, а потом вода будет хлестать фонтаном, и я не смогу центральный кран открыть. Мне в туалет как потом ходить? А мыться? Про всё остальное вообще молчу.
По мне, так Молчанов слишком самоуверенный мужчина. Он с таким пафосом заявил, что всё у него схвачено, что ему любое дело по плечу, что я ещё сильнее начала переживать.
Я с опаской вернулась на кухню, не зная, чего ждать, к чему готовиться.
– Вам чем-нибудь помочь? – поинтересовалась я, заглядывая под раковину, где Молчанов, согнувшись в три погибели уже орудовал разводным ключом.
– Да, Любаша. Стой рядом и вдохновляй меня!
Я не смогла сдержать улыбки, глядя на Егора.
Разве могла я представить, что тот красивый богач, стоявший с букетом у окна в ресторане, будет с голым торсом корячиться под моей раковиной? Конечно же, нет.
А ведь он тут! Живой и самый настоящий!
Видя, как Егор уверенно крутит и вертит гайки, бормоча себе что-то под нос, я немного успокоилась. Может, и получится у него с краном?
Угостить бы потом Егора чем-то? Ужином в идеале. У меня и нет ничего. Я же не думала, что он в гости придёт? Как-то не по-людски получается, негостеприимно. Если прямо сейчас сбегаю в магазин, то успею что-то приготовить. А Молчанова одного тут оставлю? Вряд ли он что-то станет красть, но потоп устроить может вполне.
Чёрт, надо всё равно идти.
– Егор Алексеевич, я вас оставлю ненадолго? Мне в магазин надо.
– А зачем?
– За продуктами.
– Не надо тебе никуда идти, Любаша! – командным голосом сообщил Егор. – Сейчас привезут тебе продукты. Я взял смелость ещё и ужин заказать. Ты же не против?
Конечно, я была против! Ещё как против! Что он себе позволяет вообще? Он в гостях или где? А ведёт себя, как хозяин дома.
– Ладно, – обречённо выдохнула я.
Скорее бы уже Егор ушёл. Мне было с ним некомфортно. Я не привыкла к такому отношению. К тому же он слишком много на себя берёт!
В дверь позвонили, и я растерялась, догадавшись, что это привезли доставку.
– Любаша, иди, забери заказ. Там всё оплачено! Я почти закончил. Можешь на стол накрывать.
Раскомандовался, как будто я жена ему или прислуга! Мы не на работе вообще-то!
Господи, что я на него набросилась? Сама же его накормить хотела? А получается, что он меня кормить будет. Спасибо, вроде как, сказать надо, а не злиться!
Назаказывал Молчанов три огромных пакета! Я еле до кухни донесла! Господи, сколько продуктов! Куда он столько набрал? Разве я всё это съем?
Так и подмывало отчитать мужчину! Обложил меня со всех сторон! Вздохнуть не даёт.
С другой стороны, разве кто-то, кроме Поли заботился ещё обо мне? У меня слёзы на глаза наворачивались, пока я пакеты разбирала. Что ни говори, а приятно, когда о тебе кто-то беспокоится.
Только Егор не просто так всё делает, в отличие от Поли. Он мне не подружка. Понятно же, что ему от меня надо?
Молчанов поднялся на ноги во всей своей красе и повернулся ко мне. Кухня у нас такая крошечная? Или Егор такой огромный? Он стоял так близко, что я могла пересчитать волоски на его размеренно вздымающейся груди. Стало очень тесно и ужасно жарко. Боже, просто пекло!
– Ну, что, хозяюшка? Принимай работу!
Глава 15.. Егор
Люба пошла открывать главный кран на воду, а я с опаской ещё раз посмотрел на кран. Сейчас ка-а-ак пизданёт!
Что уж душой кривить, отвык я руками работать. Хоть и не из жопы те самые руки, а всё равно немного тревожно. Давненько я ничем подобным не занимался. Всё проверил на сто раз и перепроверил, а в душе червячок сомнения остался. В жизни себе не прощу, если сейчас перед Любашей опозорюсь.
Замучился я с этим смесителем, конечно. Может, и правда надо было сантехника вызвать? Мы бы с Любашей сейчас ели, пили, а он бы тут ебался с этим краном. Но я же выпендриться хотел?
Сейчас узнаем, получилось или нет.
– Можно открывать? – спросила Люба, подойдя к раковине.
– Конечно! – уверенно заявил я, а сам подальше отошёл.
На всякий случай. Люба дома, если что, переоденется. А мне с мокрыми штанами домой ехать совершенно не хотелось. Я бы мог и их снять, конечно. Но, кажется, на сегодня достаточно стриптиза. Девчонка от моего пуза голого краснеет. Если я ещё и брюки сниму, вообще будет аллес.
Чего она стеснительная такая? От неопытности? А смотрела с интересом на меня, а не брезгливо. От мысли, что я ещё могу впечатлить своим торсом без кубиков молоденькую девчушку, моя самоуверенность вознеслась до небес!
Кран хрюкнул, сжимая моё сердце очередной порцией волнения, и из него полилась вода. Не на меня, не на Любу, не в потолок, а в раковину, как и положено.
– Работает! – радостно воскликнула Люба, как будто тоже не верила, что всё получится.
Фуххх! Слава тебе, господи!
– Конечно, работает, Любаша! Ты что, сомневалась во мне?
Я мягко приобнял девушку за талию и отстранил её от крана. Покраснела! Она опять покраснела! Уже и дотронуться до неё нельзя? Надо же...
Подёргал за шланги, за сам смеситель, чтобы убедиться, что всё надёжно. Самое страшное будет, если я уеду, а кран в ночи сорвёт. Люба меня проклянёт же? Всё было идеально! Не придерёшься!
– Спасибо вам огромное, Егор Алексеевич! – просияла Люба. – Даже не знаю, как вас благодарить!
– Зато я знаю, Люба! Есть один способ!
Девушка так и застыла с обломками старого крана в руках. Испуганно вскинула на меня свои голубые глазищи. Она что подумала, что я её к разврату склонять начну? Смешная.
Конечно, я был бы не против такой благодарности. Да я вообще здесь только из-за этого и трусь. Только вот навряд ли Люба НАСТОЛЬКО мне благодарна.
– Покорми меня, Любаша, – поспешил я с ответом, пока она мне этим старым смесителем по башке не надавала. – Это во-первых! – добавил я. – А во-вторых, перестань меня звать Егором Алексеевичем. Мы же не на работе? Просто Егор.
– Просто Егор, – рассеянно протянула Люба. – Иди... руки помой, Егор. Я сейчас!
Она засуетилась, наводя порядок, а я пошёл, куда меня отправили. Рубашку всё же стоит обратно надеть. С голым пузом за столом сидеть как-то не очень. Я в гостях вообще-то. Да и Любу смущать не хотелось. Я так сильно продвинулся по направлению к Любе, что боялся всё испортить. Начинать всё заново потом? Ждать, когда у неё ещё что-нибудь случится? И так еле пробился к ней. Повезло, можно сказать. Подпустит ли ещё раз? Не факт.
В кухню я вернулся в рубашке. Люба уже накрыла на стол, разложив рыбу и салаты из ресторана по тарелкам, достала бокалы для вина. Два. Значит, уговаривать её выпить не придётся.
– Откроешь вино, Егор? – протянула мне Любаша штопор, присаживаясь рядом со мной за стол.
– Конечно.
Вот прям чувствуется, что мы сближаемся. Без Егора Алексеевича прям заебись!
Я открыл вино, разлил по бокалам.
– Ну, что Любочка, обмоем смеситель? Чтоб не ломался?
Люба улыбнулась и взяла в руки бокал, звонко стукнулась им о мой бокал, осушила залпом. Я её нервирую? Господи, чем? Я тоже выпил до дна. Уже и сам начал нервничать, не хуже девчонки.
Ели мы молча. Что же у меня с ней никак разговор не клеится? Каждое слово, как движение сапёра. Надо прояснить ситуацию. Успокоить как-то зайку.
– Люба, ты меня боишься? – задал я ей прямой вопрос. – Почему?
– Не знаю, – ответила девушка и смущённо опустила глаза. – Вы... Ты... Я не привыкла общаться с такими людьми, как ты, Егор.
– Да какими такими? – искренне недоумевал я.
– Я не знаю, как это объяснить...
– Ты уж постарайся, Любаша. Вдруг получится?
– Ты богатый...
– Это плохо?
Во дела! Обычно девушки неудачников и нищебродов сторонятся. А этой чем мои деньги помешали?
– Нет. Наверное... – Люба снова посмотрела на меня, и я почувствовал себя ущербным. – Мы из разных миров, Егор. Ты уверенный в себе, успешный, красивый... – Я красивый! Ясно? Хоть что-то во мне есть! – А я...
– Люба, ты очень красивая! Просто роскошная! Я ещё в первую нашу встречу дал тебе понять, что ты меня очаровала!
Люба покраснела и нервно затеребила салфетку в руках. Хоть бы улыбнулась, что ли!
– В том-то и дело, Егор, что нет во мне больше ничего, кроме красоты. Мы друг другу не подходим. Я не могу ничем тебя отблагодарить, кроме как словами. Боюсь, что ты не на такие благодарности рассчитываешь. Поэтому решила об этом поговорить, чтобы ты не расстраивался.
Я понял о чём она и мне стало неприятно. Неужели я выгляжу настолько озабоченным? У меня на лбу написано, что я её трахнуть хочу? Видимо да, раз Люба это просекла.
Придумывая, что ей возразить, я наполнил наши бокалы.
– Если ты решила, Любаша, что я тебе не подхожу, то, наверное, так и есть. Только вот я не понял, с чего такие выводы у тебя обо мне? За тот поцелуй ты меня уже покарала, и я извинился. Думаешь, я настолько идиот, чтобы повторять свой промах?
– Зачем тогда ты приехал? Колбасы мне купил?
У меня нерв за нерв зашёл! Ну как так можно? Она издевается надо мной?
– Это называется ухаживания, Люба! Я мужчина, ты женщина. Я о тебе забочусь таким образом. Пытаюсь, по крайней мере. Если бы тебе были неприятны мои действия, ты бы на порог меня не пустила. Ведь так? – Люба ничего не ответила, да мне и не нужен был её ответ. – Если бы я просто хотел тебя отыметь, ты бы сейчас стояла передо мной на коленях и наяривала своим ротиком кое-что! – Люба разволновалась уже в край! Рискованно было так разговаривать с этой нежной фиалкой, но и я не железный, между прочим! – Но ты сидишь там, а я здесь! И мы просто разговариваем! Так чего ты боишься, девочка?
– Ты меня неправильно понял!
– Да неужели? Завязывай, Люба, подозревать меня во всех смертных грехах! Я против твоей воли ничего не сделал!
За столом воцарилось молчание. Люба делала вид, что ест, а я на неё смотрел. Хочу смотреть и буду! Насрать мне на её смущение!
– Прости, Егор, – наконец, выдавила Люба из себя. – Я просто не привыкла к такому.
Да, блять, какому такому? Я сейчас реально чокнусь с этой дамочкой! Что я сделал-то не так?
– Я не привыкла, чтобы мужчина мне что-то покупал, что-то делал за просто так. Ты тут ни при чём, я знаю. Это я... Мне не с чем сравнивать. Откуда я знаю, как должно быть?
Ладно, извинения приняты. Вроде толково объясняется, грамотно.
– Ты с кем до меня встречалась? С пятиклассниками?
Люба снова ничего не ответила. Может, реально никого нормального у неё не было? Так мне же лучше? Я на фоне этих козлят буду царь и бог.
– Расскажи о себе, Егор. А то ты про меня вон сколько уже знаешь, а я о тебе ничего.
Слава тебе, господи! Моей персоной наконец-то заинтересовались!
Глава 16. Егор
Честно? Я думал, будет проще. Потому что планировал вести себя наглее, что ли, напористее, активнее!
А теперь сижу, как мудак последний, и не знаю, как девушку пригласить куда-то. Люба от сегодняшних моих "подвигов" ещё не отошла, куда я полезу со своими театрами?
Она же мне поухаживать за ней нормально не даёт. Нет мне места развернуться, хвост распушить. Сижу, как опущенный. Ну, допустим, кран она оценила. За продукты и ужин ей неловко отчего-то? Другая бы радовалась, что у плиты два часа стоять не надо и рыбу чистить, но не Любаша.
Может, мужик у неё жадный был, куском хлеба попрекал? Бывают же такие? Каждый день напоминают своей "возлюбленной", кто её ебёт и кормит. Чтобы она должна ему была по гроб жизни и на лучшую жизнь не замахивалась.
Сложная Люба какая-то. Тяжело мне с ней, пиздец, как тяжело!
Отступиться от неё, бросить свою дурацкую затею переспать с ней? Видно же, что не вывожу? А вывезу ли? Это ж сколько ещё ждать придётся? Месяц? Сорвусь и всё испорчу! Я себя знаю, терпение – не мой конёк.
Надо выбрать прямо сейчас – вперёд шкрябать, пробираясь через тернии к её звезде, или на хер всё это?
Я посмотрел на захмелевшую Любу, на её нежные, персиковые щёчки, влажные губёшки, которые она так не вовремя облизнула, на тонкую шейку, где билась синяя венка, на острые плечики... Ниже и смотреть не стоит. Не хватало ещё стояк словить. Нормально же сидим?
Нет, не могу я теперь заднюю включить. Я же уже настроился на персиковую зайку. Нащупал ниточки, узнал, что не так ей, справки о ней навёл. Мечтал о Любаше столько дней, свыкся с мыслью, что моей будет!
Да и как я её теперь с такими проблемами оставлю? А просто так по Любиным квитанциям я платить несогласен! Я ей всё, значит, налажу, устрою, краны починю, чтобы потом что? Другой мужик её счастливую пердолил? А она ему под моим смесителем картошку будет чистить?
Ага, щас!
Как бы меня ни коробило от этого пути, по которому я двигался со скоростью старой черепахи, я решил, что подожду. А раз решил, надо ждать. Это будет венец творенья моих похождений! Бриллиант среди горы стекляшек! Оскар секса, который я сам себе вручу!
Я так завёлся, что в груди всё всколыхнулось! Прям под рёбрами бьётся у меня эта недотрога чёртова! Всё там растревожила своими персиками!
– Что тебе рассказать, Любаша? 38 лет мне. Работаю, как видишь... Живу один...
Охренеть, какой я интересный человек! А что рассказывать-то? Нечего. Всё, что есть у меня интересного – это хождение по бабам. Но я же не стану об этом с Любой трепаться?
Выпить ещё надо, что ли?
– Мы цветок-то завтра с тобой пересадим? – напомнил я девушке, подливая ей в бокал. – Ты обещала!
– А, да, конечно! – рассмеялась Люба. – Знаешь, я с детства люблю растения всякие. Это моё хобби, страсть! Жалко, что у нас с мамой квартира, а не дом. Развернуться негде. Был бы участок какой-то, я бы там всё цветами засадила! Хочешь, покажу, что у меня ещё растёт?
Конечно, хочу! Люба с таким энтузиазмом предложила, как ей отказать? Наконец-то мы нашли тему для разговора! Всё равно какую, но нашли!
Люба повела меня по комнатам, с увлечением рассказывая, где и какой цветочек она нашла. Что-то купила, что-то ей подарили, а где-то и своровать отросток не постеснялась даже! Шалунья какая!
Девчонка вела себя так раскованно, взахлёб повествуя мне о своём рассаднике, что я заслушался. Сейчас она не была зажатой или испуганной, и мне это нравилось, поэтому я накидывал и накидывал ей вопросы в масть, желая, чтобы Люба продолжала говорить со мной. Пусть и об монстерах каких-то. Да похер.
Так мало места у неё в квартире, ещё и по половине комнат растения занимают, а так уютно! Так здорово! Какие-то салфеточки, подушечки необычные, вазочки диковинные, фотографии её и её матери на стенах. Девчата были очень похожи, не надо большого ума, чтобы догадаться, кем приходится белокурая женщина Любе на фото рядом с ней.
Я уходить не хотел от неё, так мне хорошо было. Но ведь надо?
Мы попили ещё чая, и Люба рассказала мне об учёбе. Видно было, что специальность себе она выбрала по душе, потому что учиться ей очень нравилось. И рассказывать о юриспруденции тоже.
Славно посидели. Пора и честь знать.
Я обулся и забрал у Любы свой пиджак. Остановился у входной двери, повернувшись к девчонке. Рано же с поцелуями лезть? Или нет? Или что? Я ждал какой-то знак от неё. Эта минута показалась мне вечностью.
Люба тоже чего-то ждала. И не торопила меня, и знака не давала. Она смотрела мне в глаза, а я на её сладкие губы, исходя слюной. Я прекрасно помнил вкус девушки. Так запомнил, что забыть не мог.
Всё, на хрен! Пошёл я отсюда, пока дел не натворил!
Осторожно, без резких движений, я взял Любу за руку и поднёс её к губам. Ладошка маленькая, изящные, длинные пальцы. Шестнадцатый размер кольца ей бы идеально подошёл. Но она у меня дурочка! Пусть колбасу доест сначала.
Глаза девушки широко распахнулись, щёки залились румянцем от моего прикосновения, ноздри затрепетали. Она судорожно вздохнула и медленно, будто нехотя, забрала у меня свою руку.
– Спасибо тебе ещё раз, Егор! Мне приятно, что ты не бросил меня в беде. Ты очень хороший!
Люба очень волновалась, говоря мне эти слова. Они давались ей с большим трудом, но видно было, что шли они от самого сердца.
– До завтра, Любаша! – быстро попрощался я и вышел из её квартиры.
Я хороший и красивый!
С ума сойти!
Не скажу, что меня окрылили сегодняшние события, но немного воодушевили. Маленький прогресс – тоже прогресс.
Главное, что на завтра у нас с Любой запланировано совместное занятие, и мне не надо придумывать что-то ещё!
Глава 17. Люба
Я думала, Егор меня поцелует...
Даже не знаю, хотела я этого или нет. Он так смотрел на меня, мамочки! Такой был момент волнительный, я вся обомлела! А когда мужчина взял меня за руку, у меня сердце остановилось от предвкушения! Никогда такого не испытывала!
Но Егор поцеловал только мою руку...
Всё, что случилось сегодня, стало для меня полнейшей неожиданностью, я была так растеряна, что не знала, как реагировать на Молчанова. Но всё обошлось. Ничего страшного не случилось. Егор ничего плохого не сделал, не сказал. Может, и правда он так за мной ухаживает?
И что мне теперь делать? Принимать его ухаживания или нет?
Сейчас, когда Егора не было рядом, я могла рассуждать спокойно. Он прав, я сама ему позволила делать то, что он для меня сделал. И был бы он отвратителен мне, я бы даже разговаривать с ним не стала. Конечно, мне было приятно, что он мне помог, но теперь я себя чувствовала ему обязанной. Это было неправильно, знаю, и ведь я объяснила мужчине, чтобы он ни на что такое не рассчитывал...
Позвонить бы Поле, спросить совета, но разве я могу? Как я ей о таком расскажу? Она меня на работу устроила, чтобы я с долгами поскорей рассчиталась, а получается, что я перед начальником хвостом кручу? Это такая моя благодарность подруге? Только устроилась, а уже такое...
А ведь Егор мне нравится. Очень сильно нравится! Наверное, я всё-таки хотела, чтобы он меня поцеловал.
Начну я с ним встречаться, а дальше что? Если бы всё серьёзно было – любовь, свадьба, дети, то это, конечно, хорошо. Каждая девушка мечтает встретить доброго, заботливого мужчину.
Только разве Егор на мне женится? Если он нормальный мужчина, что же он до сих пор не женат тогда? Потому что ему это нафиг не надо. Поматросит он меня и бросит. Уволить даже может.
Даже не знаю, что хуже – что я без работы останусь или с разбитым сердцем? Да что гадать? Может же быть и то и другое одновременно?
Надо завязывать с Молчановым, пока всё не зашло ещё дальше. Чем больше он на меня тратится, тем труднее будет с ним порвать. Как же помягче сказать ему, что не нужны мне его ухаживания? Может быть, намекнуть, что у меня парень появился, чтобы Егор не обиделся? Расстраивать мужчину мне совершенно не хотелось. Если он разозлится, то точно уволит. Где я ещё себе такую работу найду? Это же мечта, а не работа!
С такими тяжёлыми мыслями я легла спать. С ними же проснулась. Егор отнимал всё моё внимание. Я столько много ни об одном мужчине не думала. Сегодня же поговорю с ним. Он умный, он поймёт меня. А если нет? Я же совсем его не знаю.
Девочки уже были на работе, когда я вошла в наш кабинет. Лена вытирала пыль на своём столе и подоконнике, встретив меня высокомерным кивком, а Вася сразу набросилась на меня с расспросами:
– Рассказывай, Люба, чего от тебя Молчанов хотел?
– Да это... По работе приходил, – соврала я.
– Да ладно, Люб? Колись! – не отставала Василина.
– Пфф! Конечно, по работе! Зачем ещё ему приходить? Ты, Вася, такая дура! Где Антипина, а где Молчанов? Глаза разуй! Она же убожество! – брызгала ядом Лена.
Мне стало так обидно, что краска бросилась в лицо. Даже для Лены очевидно, что мы с Егором не пара, что уж тут ещё выдумывать? Я проглотила насмешу коллеги и села за свой стол.
– А ты у нас, значит, принцесса? – рассмеялась Вася, цепляя Лену.
– Ну, допустим! – Лена отбросила тряпку на подоконник и сложила руки на груди. – Я всего сама добилась. Ясно? Головой, а не одним местом!
– Это ты о чём, овца белобрысая?
– Девочки, перестаньте! Вы чего? – попыталась я пресечь их конфликт.
– У меня нет отчима, который меня на тёпленькое место подтянул. Может, ты, Васенька, с папочкой своим трахаешься?
– Я тебе сейчас нос сломаю! – закричала Вася на Лену.
– Ага! Попробуй! Ты же любишь со всеми драться! – не унималась провокаторша. – Я тебе не сынок Шалыгина, я тебя посажу!
– Хватит! – я встала между девчонками, чтобы их разнять. – Вася!
Испепеляя друг друга взглядами, Вася и Лена разошлись по своим рабочим местам.
Вот вам и женский коллектив! Чуть не подрались! Я так испугалась!
– Лучше бы твой Молчанов уборщицу быстрее нанял! Уже неделю в кабинет никто не заглядывал! Сидим тут, как рабыни в свинарнике! – обратилась Лена теперь ко мне.
Я огляделась по сторонам. В кабинете было чисто. Я даже не знала, что у нас не убирают. Пропустив упрёк Лены мимо ушей, я тоже вернулась на своё место.
Обидные слова Лены не шли у меня из головы. Я же не уродина? Не ущербная? Почему она так обо мне сказала? Она злая и склочная, как выяснилось, вот и брякнула сгоряча. Зачем я вообще внимание обращаю на такие глупости? Умный человек такого точно не скажет. Так чего я разволновалась?
Как я не старалась отвлечься, у меня ничего не выходило. В душе такой осадок остался от Лены!
А кто по её мнению подходит Егору? Может она? Что же он тогда на неё внимание до сих пор не обратил? Ему уже 38 лет! Вряд ли он жил монахом и сторонился женщин. Никто не подошёл. Значит, дело не в женщинах, а в Егоре?
Весь день я накручивала себя, разгоняя тему обо мне и недосягаемом Молчанове. Знала бы Лена, что наш велий биг босс мне вчера смеситель поменял своими собственными рученьками, ядом бы, наверное, захлебнулась?
Спрошу у Егора сегодня, почему он не женат. Зачем гадать?
Или даже больше – возьму и сама его сегодня поцелую! Проверю его реакцию. Он же мне вчера сказал, что я красивая? Что я его очаровала?
Да. Так, пожалуй, и поступлю! Иначе так и буду чувствовать себя убожеством!
Глава 18. Люба
К концу рабочего дня я вся издёргалась. Егора ещё и близко не было, а я уже тряслась от страха. Когда он зашёл в наш кабинет, меня и вовсе бросило в такой жар, как будто я уже... Как будто мы с ним давние любовники.
Он ничего особенного не сказал, поздоровался со всеми и просто ждал, пока я соберусь, а девочки так на меня смотрели!
Вася с хитренькой улыбочкой, а Лена с откровенным презрением. Я не знала, куда себя деть от неловкости. Неужели Егор не понимает, в какое некрасивое положение меня ставит перед коллегами своим повышенным вниманием?
Я быстро попрощалась с девчонками, и мы с Егором пошли на выход. Он посадил меня в свою машину – это тоже мог увидеть кто-то из сотрудников! Я так со стыда сгорю! Между нами ничего не было и, возможно, не будет, а сплетни уже пошли. Пока только в нашем кабинете, но всё же...
– Как дела, Любаша? Ты чего такая невесёлая? – поинтересовался Егор. – Кран на месте?
– Да всё нормально, Егор. День был напряжённым, – ответила я.
По пути к гипермаркету я немного успокоилась. Егор развлекал меня забавными рассказами о том, как он чинил свою первую машину, и я расслабилась. Он был довольно интересным рассказчиком, а его неторопливая манера говорить, невольно расположила меня к нему. Его хотелось слушать и слушать.
– Сто лет в таких магазинах не был, – признался Молчанов, когда мы вошли в здание гипермаркета.
Нам нужно было всего лишь купить большой цветочный горшок, землю и подкормку для комнатных растений, поэтому я надеялась, что это не займёт у нас много времени. Чем быстрее я сделаю то, на что решилась, тем лучше. Я же так изведу себя совсем своим волнением. Это уже было невыносимо!
Мы как раз шли по направлению к нужному нам отделу, когда Егор вдруг взял меня за руку. Его горячая большая ладонь уверенно встретилась с моей, и наши пальцы сомкнулись в замок.
Это произошло так неожиданно, что я не сразу поняла свою реакцию на этот жест. Я бросила взгляд на лицо Егора, пытаясь увидеть его эмоции, но он невозмутимо смотрел на меня в ответ. Мы пошли дальше, как обычная парочка, ничем не отличающаяся от остальных.
Вначале я напряглась. Мне казалось, что я иду по магазину с какой-то суперзвездой, и все остальные люди на нас таращатся, но присмотревшись к другим покупателям, я поняла, что никто не обращает на нас с Егором внимания. Люди были заняты своими покупками, и всем было пофиг на нас. Тогда я выдохнула и уверенней сжала сильную, твёрдую руку мужчины.
Мне понравилось ходить с Молчановым за ручку. У меня было ощущение какой-то защищённости, как будто я нахожусь под его опекой. Я чувствовала себя драгоценностью, которую он бережно ведёт рядом, и боится, что я потеряюсь.
Мы добрались куда нужно, и Егор отпустил меня. Мне стало холодно и неуютно, как будто он меня бросил.
Боже, мы всего лишь покупаем обычный цветочный горшок! С моим начальником!
Я взяла себя в руки, сосредоточившись на том, зачем мы здесь. Егор выбрал огромный керамический вазон, прикидывая, влезет ли он к нему в машину. А я подобрала грунт, лопатку и подкормку.
– Любаша, а тебе что-то нужно в этом отделе? – поинтересовался Егор.
– Нет-нет! – поспешила я отказаться от предложения.
Мне не хотелось, чтобы Егор мне ещё что-либо покупал. Хватит с меня!
– У тебя же целая оранжерея! Неужели тебе ничего не приглянулось? Может, растение какое-то хочешь новое? Или подставку под цветы? Смотри, вот красивая!
75 000!? Очень красивая! На шесть растений. Он с ума сошёл?
– Я же сказала, что мне ничего не нужно! – уверенней повторила я.
Егор вопросительно вскинул бровь, пристально на меня посмотрел, как будто в душу хотел заглянуть, но, к моему счастью, отстал от меня со своими предложениями.
Сотрудники помогли нам погрузить покупки в машину Молчанова, а вот до своего кабинета он сам нёс вазон. Я догадывалась, что он тяжёлый, но Егор держал его с такой лёгкостью, будто он ничего не весил. Грунт помог донести водитель Егора. Он поставил пакет в углу кабинета Молчанова и ушёл. В приёмной тоже никого уже не было. Мы с Егором остались одни.
Мужчина скинул пиджак и засучил рукава. Он собрался мне помогать? Не теряя времени, мы приступили к пересадке деревца. Я руководила, а Молчанов был наподхвате.
– Егор, а почему ты не женат? – набравшись смелости, спросила я.
Мой вопрос стал неожиданностью для Молчанова, наверное, поэтому он ненадолго задумался. Затаив дыхание, я ждала ответа, делая вид, что копаюсь в земле.
– Жениться, Любаша, надо по любви, – наконец, произнёс Егор. – С некоторых пор отношения между мной и женщинами превратились в товарно-денежные. Нет там места для романтики. Понимаешь?
– Угу, – буркнула я.
Всё, как я и думала. Во-первых, Егор сказал "женщинами", значит, у него их было много, даже не одна. А во-вторых, он даже не скрывал того, что деньги играют приоритетную роль в его отношениях. Он привык покупать своих любовниц? Это было так цинично и жестоко. А они? Неужели были согласны? Или, как и я, втайне надеялись на большее, а Егор их потом безжалостно бросал?
Что ж, хотя бы честно. Молчанов мог навешать мне на уши лапши о том, что всю жизнь искал такую, как я, единственную и неповторимую, дать мне надежду на будущее рядом с ним, потому что я особенная. Но он ничего такого не сделал. С одной стороны, хорошо, что Егор не лицемер и не брехун, а с другой, он даже не пытался скрыть своё потребительское отношение к нашему полу.
Сказать, что я огорчилась? Наверное, я искала, за что бы зацепиться, чтобы развивать дальше то, что между нами началось, но в том-то и дело, что между мной и Молчановым ничего такого не было. Ничего, что отличало бы меня от остальных его женщин.
Я правильно решила, что мне с ним не по пути.
Мне стало невероятно грустно. Единственный мужчина, который мне понравился, был обычным бабником. Красивым, добрым, внимательным, притягательным, богатым кобелём! Я же и раньше об этом догадывалась, так почему я сейчас так расстроилась? Егор ничего нового мне не поведал, просто подтвердил мои подозрения на свой счёт.
Наивная дура – вот я кто.
Мы закончили с растением, вымыли руки и вернулись в кабинет за моей сумочкой.
– До свиданья, Егор, – попрощалась я с мужчиной, подхватив сумочку со стола.
– Я отвезу тебя, Любаша.
– Не нужно! Я сама доеду!
– Что-то случилось?
Случилось. Ты случился!
Егор шагнул ко мне. Я инстинктивно попятилась от него назад, сжимая рукой ремень от сумочки на плече, а потом остановилась. Я же хотела его поцеловать? Хотела же?
И порвать с ним тоже хотела...
Пока во мне боролись здравый смысл и безрассудство, Егор подошёл уже вплотную. Мне пришлось задрать голову, чтобы смотреть ему в лицо.
– Любаша...
Сердце ухнуло в пятки, оборвалось, а потом забилось где-то в висках. В голове зашумело, перед глазами всё поплыло, мамочки!
Моя дрожащая рука потянулась к мужчине и неуверенно легла на его плечо. Егор замер, и его глаза судорожно забегали по моему вспыхнувшему лицу. Мне пришлось встать на цыпочки, чтобы наши лица были на одном уровне.
Терпкий, волнующий меня с некоторых пор, мужской запах окутал с головы до ног, так что заштормило. Пришлось ухватиться за второе мужское плечо, чтобы не упасть. Наши губы встретились, и я закрыла глаза, падая в этот водоворот, как с обрыва. Внутри всё сжалось в один комок, туго закрутилось...
Егор тут же перехватил инициативу. Одну его ладонь я почувствовала на своей талии, а вторую на затылке. Секунда, и это уже он меня целует. Это был далеко не лёгкий, нежный поцелуй, на который я рассчитывала.
Твёрдые, горячие губы Егора властно завладели моими губами, его проворный язык проник в мой рот, делая с ним невообразимые вещи, будто лаская его изнутри, заигрывая тем временем с моим языком, сплетаясь с ним в каком-то танце.
Как же это было прекрасно, господи!
Я жалась всё плотнее к мужчине, ища в нём опору и поддержку, трогала его сильные плечи уже смелее, а он всё целовал меня и целовал, будто не мог от меня оторваться! Я и не хотела, чтобы отрывался! Пусть эти бабочки в животе порхают ещё и ещё!
Мною овладела какая-то первобытная страсть. Когда пальцы Егора сжали мою ягодицу, я даже не испугалась, не посчитала этот жест лишним или пошлым, я лишь тихонько застонала от удовольствия, безвольно растекаясь в его объятиях.
Егору тоже нравилось меня целовать. Я чувствовала, как его возбуждение, упирается через брюки в мой живот. Оно было большим и твёрдым!
Никакое я не убожество! Вон, как Егор разошёлся!
Это я прервала наш поцелуй, посчитав, что пора. Когда я открыла глаза, возвращаясь в реальность, меня шатало, будто пьяную.
– Моя зайчишка! – самодовольно улыбнулся мне Егор, поймав пальцами мой подбородок.
Он выглядел таким радостным, таким счастливым!
Я окончательно отстранилась от него и поправила сумочку на плече.
– До свиданья, Егор Алексеевич! – решительно сказала я, хотя мой голос охрип и предательски дрожал. – Я скоро замуж выхожу! За другого мужчину! Так что оставьте меня, пожалуйста, в покое! Мне ваши ухаживания не нужны!
Реакции Егора я не видела, потому что, не теряя ни секунды, вылетела из его кабинета. Бегом бежала до самого метро. Думала, Егор бросится за мной следом, но он не побежал.
Вот и прекрасно! Значит, он меня понял?
Вопрос с Молчановым был решён. Отчего тогда так плохо и пусто? Почему мне плакать хочется горькими слезами?
Спасибо за чтение
Вернуться к книге
