Невидимка. Отель на двоих.

Невидимка. Отель на двоих

Пролог.

- Наташа, постой! - мужчина выскочил из отеля и понесся за женщиной. - Подожди!

- Ни за что! - завопила истеричным голосом женщина, наматывая на ходу шарф на шею. - Ни секунды, Ваня!

Кроме шарфа, собственно, на ней не было теплых вещей.

- Наташа! Да что с тобой!

Мужчина старался бежать, но пальто супруги, два чемодана и дорожная сумка то и дело вываливались из рук.

Женщина остановилась у машины и начала судорожно дергать за ручку.

- Ваня! - рявкнула она. - Быстрее, Ваня!

- Бегу! - кричал сбитый с толку мужчина, подбирая вещи на красивой дорожке, выложенной булыжниками.

Тоня вцепилась в руль и не могла отвести взгляда от женщины. Бледное перекошенное ужасом лицо пугало. На стоянке кроме её «Рено» и «Фольксвагена» странной парочки никого не было.

Внезапно женщина развернулась, нацелившись прямо на Тоню. Их взгляды встретились. Тоня шумно сглотнула, когда женщина резко бросилась к машине.

- Эй-эй! - закричала девушка, блокируя двери авто.

- Ты! - женщина влипла в стекло, дергая ручку. - Уезжай!

Взгляд женщины был полон безумия и страха. Она стремительно оглянулась на отель, словно кто-то позвал её. Тоня замерла.

- Наташа! - муж направлялся к супруге, но та снова вернулась к Тоне.

- Вали отсюда, дура!

- Что…

Мужчина подхватил женщину на руки, стараясь оттянуть от машины, но та яростно сопротивлялась.

- Уезжай! - кричала она до самого конца, пока не скрылась в автомобиле.

«Фольксваген» сорвался с места. На стоянке осталась брошенная дорожная сумка ярко - розового цвета. Тоня почувствовала на себе взгляд. На широком крыльце стояла пожилая дама в меховой накидке.

Глава 1.

Подкручивая седло велосипеда своего сына, Иван Иванович не сводил липкого взгляда с моей задницы. Я бессильно пыталась запихнуть два чемодана в багажник машины.

Ветер поднялся, пробирая холодом до костей. Плечи непроизвольно съежились, я оглянулась назад. Темные волосы пеленой закрыли лицо, по коже пробежали мурашки. Однако… не от холода. Странное ощущение, что меня кто-то позвал возникло внезапно и так же исчезло.

- Помочь? - томный голос соседа вырвал меня глубины ощущений в реальность.

- Иван… Иванович! - вскрикнула я, и отпустила тяжелый чемодан.

Он с грохотом упал на асфальт. Иван Иванович лукаво улыбнулся и подмигнул.

- Так что? Помощь нужна? Мужская сила, так сказать.

- Нет! - рявкнула я. - Как вы достали меня! Слюни пускаете, пялитесь! Папаша троих детей называется! Я не слепая!

- Ты чего орешь, двинутая? - Иван сделал два шага назад, опасливо озираясь на окна своей квартиры.

- А нечего клеить ко мне свои потные руки! И лапать меня «случайно» тоже!

- Я?! - вскрикнул тоненьким голоском Иван Иваныч. - Никогда! Тощих не люблю, а ты еще и страшная!

- Вот и отойдите от моей машины!

Выждав время, пока нерадивый сосед отойдет подальше, я все-таки впихнула чемодан в багажник. Громкий хлопок и глубокий вдох. Только оказавшись на водительском сидении с закрытой дверью, я выдохнула.

- Всё, - прошептала, закрыв глаза, и надавила на педаль газа.

Покидая двор высотки на окраине города, я ощущала, как меня наполняло счастье. Именно тот момент, когда ты медленно катишься прочь из ненавистного места навстречу новой жизни - несравним ни с чем.

Путь со двора до проспекта я ехала нарочито медленно с одной остановкой у мусорных баков.

- Теперь точно всё! - отряхнув руки, я проводила взглядом три больших мусорных мешка и вернулась к машине. - Прощай милый район, я никогда тебя не любила!

- Тоня? - голос Олега отозвался мурашками на коже.

- Нечесаный бобер, - выругавшись под нос, я развернулась на голос.

Олег стоял в ста метрах от меня с привычным продуктовым пакетом из «Пятерочки» и рюкзаком на плече.

- Ты… - начал он, делая шаг навстречу.

Какого лешего он не на работе?

- Стой! - вырвалось из меня словно крик о помощи, а не призыв остановиться.

Олег остановился. Мы молча уставились друг на друга. В салоне виднелись сумки. Он понимал, что останавливать бессмысленно, а я уже двумя ногами вышла из отношений.

Так же молча я открыла дверь, не сводя с него глаз. Тело было напряжено и готово к побегу. Медленно, без резких движений, я села за руль и завела мотор. Олег стоял. Широкая мужская грудь высоко вздымалась, взгляд - пустой.

Я уехала, а он все стоял и смотрел, пока не скрылся за очередным домом. Руки крепко сжимали руль, немного дегтя напоследок не страшно.

Влившись в поток автомобилей на проспекте, я снова ощутила вкус перемен. Налички было достаточно - я сняла все свои сбережения. Осталось лишь заехать в офис, поставить пару подписей и в путь.

Мебельная фабрика «Слон» работала в обычном режиме. Ощущение, что прогуливаю уроки в школе только усилились, когда я прошла мимо окон офиса. Маша и Вика корпели над эскизами проектов не поднимая светлых голов.

Усмехнувшись, я направилась к входу. В просторном холле за стойкой ресепшен сидел Игорь, охранник. Он приподнялся, что бы убедиться не обманывает ли его зрение.

- Опять ты? - прохрипел он и улыбнулся.

- Подпись поставлю, и вы меня не увидите ближайшие пол года.

Медленно вышагивая в сторону отдела кадров, я расплывалась в улыбке.

- И зачем? Куда ты поедешь?

- Не скажу, но мне очень повезло.

- Уж не знаю! Жила себе, работала.

- Эта жизнь не моя, Игорь.

- Пф! Так каждый сказать может! Это все Борисович, разбаловал тебя.

- Дядю не трогайте! - нахмурив брови, я пристально посмотрела на охранника.

Игорь резко захлопнул рот и даже поперхнулся, словно слова обратно полезли.

- Ну, чернявая, делай что хочешь! - буркнул он и скрылся за стойкой.

- Вот и поговорили.

В отделе кадров я поставила подпись в новом контракте и отправилась к директору. Широкий коридор с диванами и зонами отдыха, кофемашины и кулеры. Дядя всегда заботился о своем коллективе и, наверное, именно поэтому фабрика постоянно расширялась.

Все знакомые лица вокруг, улыбки. Никто еще не знает, что дядя отпустил меня работать удалено на пол года. Это решение было спонтанным и резким, как и обнаруженные мной женские трусы под кроватью. Я никогда не любила Олега - это я поняла, когда смотрела ему в глаза с уликой в руках. Он молчал, а я осознала, что наконец проснулась от дурного сна.

Кабинет дяди был нестандартным для директора. Он не выносил замкнутое пространство, поэтому стены были из закаленного стекла, ничем не прикрытые. Мое приближение дядя заметил раньше, чем я дошла.

- Тоня! - вскрикнул он и бросился к двери. - Прошу!

Всегда ухоженный и благоухающий, в костюме тройке бежевого оттенка и с неизменной улыбкой, он распахнул передо мной дверь.

- Спасибо!

Поднявшись на цыпочки, я чмокнула дядю в гладковыбритую щеку.

- Я, откровенно говоря, не хочу тебя отпускать, - мягкий тон дяди не осуждал и не уговаривал.

Я всегда любила в нем эту черту - принимать и понимать другого как себя самого.

- Я знаю, дядя.

- Ты ведь мой талисман!

- Я буду работать.

Взмахнув рукой с контрактом, я напомнила дяде о договоренности.

- Ты мне присылаешь на почту ТЗ. Я отправляю проект.

Откинувшись на спинку кресла, дядя кивал моим словам, но взгляд его был грустным.

- Я буду звонить, и ты звони. Мне это нужно.

- Да, - вздохнул он и выпрямился. - Ладно, с тебя полный фото отчет и, пожалуйста, позвони, как доберешься.

- Обещаю, Станислав Борисович!

Ноги исходили дрожью от нетерпения свалить из города подальше. Я сияла как лампочка, и дядя это видел.

- Иди уже! - усмехнулся он.

- Хорошо, - вскочила я, - люблю тебя!

- Безмерно!

В кабинет, где трудилась два с половиной года, я шла так быстро, как могла, чтобы не привлечь излишнего внимания. Девочки должны были узнать новость из первых уст. Они этого заслуживали. Рука спустилась на карман куртки, где лежала пачка банкнот для Вики.

Легким нажатием на ручку двери, я проскользнула в кабинет незаметно.

- Ты видела новый шампунь, смотри! - Маша как всегда изучала все, что рекламируют блогеры.

Как правило, эти товары потом перекочевывали к ней домой.

- Маша, не хочу даже смотреть! От такой цены ничего хорошего на ум не лезет.

Стоя за шкафами, я тихо улыбалась. Мне будет их не хватать.

- Почему не работаем?! - грубым голосом я ворвалась в беседу девчонок за чашкой кофе.

Маша едва не пролила напиток на брюки, а Вика просто вскочила с места. Взгляд у обеих был не добрый.

- Тоня! - первая в себя пришла Маша.

Девушка сидела с широко расставленными ногами, между которыми на полу красовалась кофейная лужа.

- У тебя отличная реакция, - засмеялась я. - Вика, расслабься.

- У меня чуть сердце не выпрыгнуло, - подруга растаяла и улыбка распустилась на ее лице бутоном розы. - Как голос похож на Станислава Борисовича!

- И не говори, - выдохнула Маша и поставила чашку на стол, постелив предварительно салфетку.

Стикеры были развешаны абсолютно повсюду: на мониторе, на стене, на лампе и выдвижных ящиках. Я не могу работать в чистоте и порядке, мне катастрофически нужен хаос. Именно из него и тысяч мыслей в голове рождается нечто красивое на бумаге.

Я с грустью начала снимать стикеры и бросать в урну под столом. Девочки притихли и расселись по местам, наблюдая. Не знаю откуда это во мне - растягивать момент.

- Тоня, все в порядке? - Вика прокашлялась и уперлась в меня внимательным взглядом.

- Да, - спокойно улыбнулась я, продолжая, - лучше, чем когда-либо.

- Слушай, Тоня, - Маша с грохотом подтянула стул ближе к моему столу, - ты не вздумай пороть горячку из-за этого кабеля.

На это я откровенно рассмеялась. Однако девчонки восприняли его за истеричной смех самоубийцы на почве ревности.

- Тоня! - Вика подскочила и в мгновении ока оказалась передо мной. - Остановись, девочка!

Дрожащими руками подруга обхватила мои полные бумажек горсти. Глаза словно блюдца, в них мелькнул страх.

- Девочки, - сказала я, глядя ей в глаза, - все хорошо. Сегодня я начну новую жизнь.

- Так, Вика! - теперь и Маша подскочила. - Держи её! Я за Станиславом Борисовичем. Тут надо скорую вызывать от греха подальше!

Не в силах сдержаться, я снова прыснула от смеха.

- Маша, я в порядке! Честное слово! И дядя в курсе, я только от него.

Взглядом, ведь мои руки были в западне, я указала на файл с контрактом, который лежал на столе. Маша настороженно взяла документ в руки, глаза забегали по чернильным строчкам, а выражение лица менялось ежесекундно.

- Удаленно? - наконец выдохнула она, опустив контракт.

- Что?

Вика оставила мои руки в покое и забрала файл у Маши.

- Да, удаленно, - пожимая плечами, я поднялась вслед за ними, - на пол года.

Все успокоились. Чайник громко шипел на подоконнике, а на столе появился вафельный торт. Мы держали его в запасе на непредвиденное событие.

- Что б Олег сгорел в аду! - психовала Вика, бросая чайные пакетики в кружки.

- Это не из-за него.

- В смысле? - Маша вытаращила глаза. - Он изменил, и ты тут же свинчиваешь. Кстати, куда?

- Далеко, но интернет будет. И нет, Маша, я Олежке благодарна.

Чайник громко щелкнул, трясясь и выпуская клубы пара. Вика, как самая хозяйственная, подскочила к нему.

- За измену? - фыркнула она, подхватывая чайник.

- Ну, да. Я правду говорю.

- Ты была в ярости, не отрицай, - Маша уперто гнула свое.

- А как же! - усмехнулась я. - Во мне есть сердце и это нормальная реакция. Да, я плакала над теми кружевными трусами. Пыталась найти оправдание. А вдруг, это от прошлых жильцов? Но потом, - задумчиво гоняя пар над кружкой, я вспоминала тот день, - я успокоилась. Пришел Олег, я показала находку, он молчаливо признал вину.

- Я бы убила, - Вика хлопнула по столу ладошкой, так что кружки подпрыгнули.

- Мужа - да. Олег, по факту, мне никто.

- М-да, Тоня. Я все равно не пойму тебя, - Маша схватила нож и устремила в мою сторону острие, как указку. - Выгнала б его и жила дальше. Зачем так кардинально?

Нож с хрустом впился в вафельный торт, выпуская наружу запах миндаля и шоколада. Хотелось есть.

- Я ненавижу ту квартиру. И даже весь район.

Говоря это, я не лукавила. Когда мы съехались с Олегом, сняли ту квартиру. Окраина - ниже ценник. Логично. В первый же день я почувствовала себя неуютно, и это чувство, будто я чужая и меня гонят прочь, было со мной больше года, что мы прожили в ней. На работе хорошо, дома быть не хотелось. Словно черная туча висела над всем районом и давила на мозг. Олег предлагал сходить к психиатру, вместо того, что бы выбрать другой район.

- Что в нем такого? Обычный…

- Я не смогу объяснить, Маша. Такие ощущения.

- Я согласна, бывает такое. Шестое чувство, - Вика кивала и хрустела тортиком одновременно.

- Так и есть!

- Ой, не верю я! Ладно, красотка, пусть эти пол года пройдут незабываемо!

Маша подняла кружку вверх, и мы повторили. Разговоры текли, темы менялись. На часах стрелка перевалила за шестнадцать часов.

- Где обоснуешься? Город, деревня?

- Пригород, - хитро улыбнулась я, наслаждаясь тем, как мне повезло.

- А можно по-конкретнее? - Вика смешно прищурилась.

Расплываясь в улыбке, я начала описывать въевшуюся в мозг картинку с объявления:

- Горы, сосны, уютный небольшой отель. Красивый: на крыше керамическая черепица кирпичного цвета, на окнах зеленые ставни, сочетание природного камня и дерева. И вишенка на торте - никого вокруг.

- То есть, ты зависнешь в отделе на пол года?

- В горах?

Девочки недоуменно переглянулись, прежде, чем начали засыпать меня аргументами.

- Во-первых, - Маша загнула мизинец на правой руке, - это офигеть как дорого выйдет. Ты как это оплачивать будешь?

- Во-вторых! - перебила Вика. - В горах! Там есть медицинский пост? Сколько людей? Населенный пункт?

- Вика, - Маша одернула подругу, - а ничего, что она сказала фразу: «никого вокруг»?

- Тоня, - Вика совсем побелела. - Ты в палатке дикарем будешь жить?

- Нет же!

- А как ты в отделе останешься одна?! В номере замуруешься?

- Во-первых, отель будет пустовать пол года. Я там буду жить почти бесплатно, как смотритель. Хозяйка возьмет с меня только коммуналку по факту.

- Ошалеть! - шокированно вскрикнула Вика. - Одна! Тоня! Ты с ума сошла?!

- Во-вторых, - продолжила я, - до ближайшего городка пятьдесят километров. Связь есть и даже ружье.

- Тоня, - Маша неодобрительно покачала головой, которая опустилась на грудь, - это звучит, как бесплатный сыр в мышеловке.

- Брось ты, Маш!

Я ни разу не сомневалась в своем решении. Когда Олег сто процентов покинул мой мир, я решительно открыла сайт аренды жилья. Квартиры мелькали одна за другой, пока не показался тот отель. Сердце волнительно замерло, а потом пустилось вскачь. План сам собой нарисовался в голове, и через час я уже договорилась с хозяйкой и звонила дяде. Я чувствовала, что делаю все правильно.

- Станислав знает?

- Примерно.

- Это как?

- Знает, что отель в горах.

- Конечно! - Вика вскочила, разводя руки в сторону. - Я бы не отпустила единственную племянницу на этот безрассудный шаг.

- Вика, все будет хорошо. Маш?

- Моя фантазия работает против тебя, Тоня.

- Там забор и мощная дверь! Есть сигнализация.

Я плюхнулась обратно на стул, не заметив, когда с него поднялась. Отчасти их реакция была мне понятна, но моя уверенность превосходила.

- Я буду звонить! - твердо сказала я.

Девочки еще раз переглянулись и кивнули друг другу.

- Каждый белый день, - серьезно подметила Маша.

- Обещаю. Пора, - улыбнулась я и встала. - Вика, это… - немного замявшись, я извлекла из кармана деньги.

- Нет! - Вика вскочила и бросилась к окну, подальше от меня. - Я не возьму!

- Вика, за ногу тебя! Костику нужна новая коляска! Бери, - процедила я сквозь зубы.

- Я сама.

- Тебе не на что деньги тратить?! Мать одиночка с тремя детьми?

- Вик, ну правда, - Маша отставила кружку и бесцеремонно взяла пачку денег из моих рук.

Она профессионально пересчитала их и подняла уверенный взгляд к Вике.

- Здесь как раз на новую модель. Костя сможет сам ездить.

- Прошу тебя. Это мой подарок, ведь я не смогу приехать через месяц.

Секунда - вторая, слеза потекла по раскрасневшейся щеке Вики. Я всегда любила приходить в её шумный дом, где смеются дети. Костя, старший сын, инвалид после несчастного случая. Мальчик светился позитивом словно батарейка заряжая всех вокруг. Я не могла не помочь, пусть и сумма большая.

Вика бросилась ко мне на шею опрометью. Всхлипы и тихое: «Спасибо». Идеальная нота расставания.

Глава 2.

Некстати я задержалась в офисе - городские улицы быстро наполнялись автомобилями. Движение становилось всё медленнее, а моё желание покинуть город всё сильнее. Телефон молча лежал в сумке, и это вызывало улыбку. Мы просто разошлись на перекрестке, просто потратили два года своих жизней. В душе я желала Олегу счастья, а себе еще больше.

Громкий гудок сигнала заставил подпрыгнуть. Колено врезалось в руль, изо рта посыпались проклятия. Задумавшись на светофоре, я пропустила зеленый. Недовольные сигналы в спину выводили из равновесия, но я собрала себя и поехала в светлое будущее.

«Рено» мерно шелестело шинами по трассе, по радио звучал джаз. Город возвышался серой дымкой в зеркале заднего вида. Напевая себе под нос знакомую мелодию, я постукивала по рулю.

Мимо мелькали голые деревья, ведь золотая осень давно закончилась. В конце ноября в окно вообще смотреть не хотелось. Сумерки быстро сгущались. Надо было раньше выезжать.

На полпути в отель был городок, а значит и ночлег. Навигатор вел ровно вперед по трассе. Встречные автомобили слепили фарами, глаза резало. Я устала. Несколько часов в пути и насыщенный день давали о себе знать.

Наконец я пронеслась мимо знака населенного пункта, за ним был съезд. Столп света фар выхватывал из темноты серое полотно дороги, которая вошла в вираж. Со страху я ползла как черепаха. Сощурив глаза до боли, я всматривалась в темноту. И не зря.

Резкий удар по тормозам бросил меня на руль. Ремень больно перерезал грудь, но спас лоб. Глаза как у бешеной белки. Я смотрела в лобовое, а там женщина лет пятидесяти сидела на багажнике автомобиля со включенным аварийным сигналом. Она в страхе поджала ноги и, кажется, не дышала.

Трясущимися руками я отстегнула ремень и открыла дверь. Ноги словно налились свинцом. Я хваталась за распахнутую дверь поднимая свое оцепеневшее тело. Жар прильнул к лицу, хоть на улице температура опустилась к нулевой отметке.

Наконец я отошла от машины, а женщина спустилась с багажника.

- Вы в порядке?!

Шаркая ботинками по асфальту, я направилась к ней.

- Да! А вы?!

- Наверное! - нервно усмехнулась я, выкрикивая.

- Машина сломалась, толкнуть не могу. Я Люда.

Женщина протянула руку в перчатке, когда я подошла. Фары моей машины хорошо освещали лицо испещренное мелкими шрамами. Тело отреагировало быстрее, чем разум - я резко отшатнулась назад.

- Ах… - женщина замешкалась и скрыла лицо тенью от ладони в ярком свете фар. - Прошу меня простить.

Голос её звучал удивленно.

- Нет, что вы! Это я должна извиниться.

Шрамы на лице Люды были странными и пугающими, словно кто-то рисовал по ней лезвием странные рисунки. Женщина смотрела на меня с любопытством, разглядывая в ответ.

- Все хорошо, милая. Как тебя зовут?

- Тоня!

Я наконец подала ей руку, стараясь смотреть только в глаза или в сторону.

- Подвезешь меня? Моя ласточка уже никуда сегодня не поедет.

Её голосок словно песня матери перед сном ласкал слух. Даже кромешная темнота и лес становились не такими пугающими. Я согласилась не раздумывая.

- Конечно! Вам куда?

- До города.

- И мне!

Люда закрыла машину центральным замком, а потом еще проверила каждую дверь по-отдельности. С увесистой сумкой в руках она села в машину. Печка работала на максимуме. На улице холодно, а мы обе околели.

- Куда путь держишь? - спросила она и приблизила руки к воздуховоду, лаская кожу теплым воздухом.

- Город Пригорье.

- Вот как, - хмыкнула она и снова внимательно просмотрела на меня. - К родственникам?

- Нет. Можно сказать, что на работу.

Вглядываясь в темноту, я внимательно следила за Людой боковым зрением. Мне было немного не по себе, но при этом и комфортно одновременно. Этот контраст жутко напрягал. Возможно, я просто устала.

- Тебе не стоит ехать так далеко ночью, - женский голос стал чуть ниже. - Оставайся у меня.

- Ой, спасибо, - неловко заерзала на сидении. - Я лучше в гостинице.

- Пф! - фыркнула, а затем расхохоталась Люда. - У нас нет гостиницы, Тоня.

- Вообще?

Я уперлась в нее взглядом, ожидая ответ. Ночевать у незнакомых людей не в моих правилах. Я никак не могу понять, что чувствую по отношению к этой женщине.

- Вообще. Только охотничий двор, но там тебе не место, девочка.

- Какая бессмыслица.

- Совсем нет. Наш городок маленький. Надобности в гостинице нет.

- Заправка хоть есть?

- А как же! И заправка и магазины.

- Ясно, - пробубнила я, не отвлекаясь от дороги.

Городок возник в свете фар внезапно. Старый деревенский дом с покосившемся забором и сонная дворняга, сбегающая с дороги. Знак населенного пункта покосился и норовил упасть. Первое ощущение было липким и неприятным.

За деревянной рухлядью резким контрастом начались пятиэтажные дома. Фонари вдоль дороги светили через один. Глаза просили о пощаде.

- Куда ехать, Люда? - устало прохрипела я.

Возможно, лучше остаться в машине и поспать.

- Сейчас будет поворот на лево, потом прямо и еще раз на лево.

Следуя её инструкциям, я петляла по городку. Пятиэтажные дома соседствовали с частными развалюхами. Однако, мы проехали школу. Строение выглядело не плохо в темноте.

- Сейчас поворот на право. Второй дом мой.

Второй дом оказался последним на улице. Дальше только мрачный ноябрьский лес с голыми ветками и темнота. Машина остановилась у покошенного, но свежевыкрашенного забора. Как-то не спокойно было на душе, но и ехать дальше нельзя.

- Тоня, прошу в мой дом, - Люда развернулась ко мне всем корпусом и протянула руку. - Не откажи, спасительница моя.

- Я ничего, просто ехала… - стало было отнекиваться, но меня оборвали на полуслове:

- Так не принято, - нежный голос на мгновение стал грубым. - Я должна отплатить тебе добром на добро.

Последние фразы снова прозвучали песней соловья на рассвете.

Я ошалело смотрела на женщину, изо всех сил стараясь не выдавать свое смятение и страх. С ней точно что-то не так. Внутри меня боролись два чувства: инстинкт самосохранения и любопытство. Что именно с ней не так?

- Ну? Пойдем!

Люда открыла дверь и выбралась из машины. Минута на раздумье, пока она открывала калитку, и я вышла следом, прихватив сумку.

Дом, сложенный из белого кирпича, выглядел ухоженным, как и весь участок. Не было брошеных граблей, кусков шифера, торчащего из земли, и вездесущих старых ванн с водой. Перед небольшим крыльцом стояла скамейка. Рядом убранный на зиму цветник. С другой стороны виднелся мангал на лужайке. Это все, что освещал фонарь над дверью.

Люда гостеприимно распахнула дверь, пропуская меня вперед.

- Я за вами, - скромно сделала шаг назад.

- Нет - нет! Гости вперед!

К чему этот цирк? Пожав плечами, я вошла в дом. Странная волна дрожи пробежала по телу и ушла в ноги. Наверное, из-за контраста холода и домашнего тепла.

Люда улыбаясь забрала мою куртку и указала жестом, что бы я проходила. Чужой запах, быт, разбросанные вещи - это то, что я не любила.

- Прости, - Люда протиснулась вперед и включила свет в гостиной, - разбирала теплые вещи утром.

Она начала собирать все подряд с дивана, кресел и со стола.

- Не стесняйся садись! Сейчас чайник поставлю!

- Спасибо.

Усевшись на край скрипучего дивана, я осмотрелась. Ничего примечательного в доме не было. Обычная мебель, видавшая виды, громко тикающие часы на стене, телевизор на тумбочке. Правда, экран телевизора был закрыт черной тканью.

Я достала телефон из сумки, но оказалось, что сеть не ловила. Странно. Город всё-таки. Баннеры на экране наслаивались один на другой. Пропущенные звонки от дяди, Вики и Маши. От Олега ничего. Забавно.

- У нас постоянно пропадает сеть! - Люда незаметно вошла в комнату с подносом в руках.

Аромат трав наполнил гостиную и окутал расслабляющим покрывалом. В красивой плетеной миске навалом лежали пряники, печение и крендельки с солью. Рот тот час же наполнился слюной.

- Почему? - подобралась я.

- Кто ж их знает! Ты, давай, налетай! Вижу, что глаза голодные!

Женщина зычно рассмеялась и уселась напротив. Старинный заварник в её руках выглядел сокровищем.

- Что за чай? - спросила я, глядя на струящийся из носика почти прозрачный напиток.

- Я не пью чай из магазина. Желудок, знаешь ли. Сборы разные сама собираю в лесу.

- Ничего себе. И что в нем?

- В этом? Много разного. Очень помогает силы восстанавливать.

- Я не верю, - скептически усмехнулась я и протянула руку к чашке, другой подхватывая пряник.

- И зря.

Люда поставила заварник на поднос и откинулась на спинку кресла. Женщина задумчиво посмотрела на меня. Уголки её губ едва заметно дернулись. Сама того не замечая, я привыкла к страшным шрамам.

- Во что ты веришь, Тоня? - внезапно начала она, так что я подавилась пряником. - Ох, прости!

Люда быстро оказалась рядом. Хлесткими шлепками она прошлась по спине несколько раз, пока я не подняла руку вверх.

- Всё - всё! - прокашлялась я.

- Славно, - выдохнула хозяйка дома и села в кресло.

Свою чашку Люда опустошила залпом и уставилась на меня. Я нанимала, что дама ждет ответ. Чай оказался не плох, отдавал мятой и черникой. Я сделала глоток, заложив выбившуюся прядь волос за ухо, и ответила:

- Верю в людей.

Брови Люды немного приподнялись.

- В людей? В этот мир?

- Да, в наш мир. Если вы про веру, то я крещеная.

- Вот как?

- Да. Что такого?

- Нет, ничего, - пощурила глаза женщина. - И в церковь ходишь?

- Нет. Мне там не комфортно

- Отчего?

- Не знаю, - я пожала плечами, не желая вываливать ей целый список того, почему мне не комфортно.

Еще когда родители были живы, в далеком детстве, мама пару раз брала меня с собой в церковь. Каждый раз заканчивался рвотой. Меня мутило от сильных запахов, тесноты и полумрака. Голоса расплывались в дурманящее эхо, и мне хотелось бежать, словно из дурного сна.

- Тоня, - хозяйка дома выдернула меня из воспоминаний, - что у меня на лице?

Голос женщины звучал низко, снова меняя тональность. Она не шутила. Взгляд Люды был сосредоточенным и изучающим. От вопроса мне стало неловко. Когда я успела обидеть её?

- Я прошу прощения, Люда. Там, в темноте, я испугалась.

- Я совершенно не об этом, милая. Посмотри на мое лицо и скажи, что ты видишь.

Люда наклонилась еще больше, нависая над столиком с угощениями. Я шумно проглотила ком в горле и выдохнула. Что она хочет от меня?

В голове мимолетно проскользнула мысль. Я резко обернулась, сканируя стены гостиной и прихожей - ни одного зеркала.

- Что ты ищешь?

- Зеркала. Зачем вы спрашиваете меня об этом? Ваши шрамы странные и… пугающие, - кровь хлынула к лицу, я ощущала нарастающую волну недовольства внутри себя.

- Мои шрамы? - женщина удивленно подняла брови вверх, словно насмехаясь надо мной.

- Да!

Рука выстрелила вперед указывая на каждый из них: круги вокруг глаз, полосы вниз, на бороде какие-то волны и лоб!

- У вас нет зеркал. Почему? Что бы не видеть лицо? Поэтому вы решили спросить у меня?

Люда спокойно наблюдала, как я тужусь и машу руками перед ней. Мне это надоело. Я вскочила с дивана, уставившись на женщину.

- Вы ненормальная! Я ухожу!

- Я ненормальная, - так же нараспев согласилась она. - И зеркал у меня нет.

Люда медленно поднялась, и мы посмотрели друг другу в глаза. Сейчас я чувствовала, что не боюсь ее. Скорее понимаю, но в чем? Странные ощущения начинали не на шутку раздражать.

- Достань телефон, Тоня.

- Зачем? Отобрать хотите?

- Отнюдь.

- Зачем? - я сильнее прижала сумку к себе.

- Сделаем селфи.

- Вы точно ненормальная.

- Как и ты, Тоня.

- Пф! Бред!

- Прошу.

Мы уставились друг на друга. Я напряженно решала, а она спокойно ждала. Губы женщины были победно изогнуты в едва заметной ухмылке.

- Хорошо, но затем я уйду.

Люда развела руками, состроив гримасу безразличия. Верить ли ей?

Мы встали рядом, но не касаясь. Рука была вытянута максимально далеко, камера направлена на нас. Щелчок и снимок готов.

- Смотри, - бросила Люда и села в кресло.

На экране открылось фото: я с шальным взглядом и… Люда. Лицо женщины было идеально ровным. Без единого шрама и даже морщин.

- Какого? - слова вылетели из головы напрочь, я смотрела и не верила.

Глава 3.

Телефон выпал из рук, гулко приземлившись на ковер. Люда молча наблюдала, как я терзаюсь, пытаясь осознать. Мой взгляд метался от нее к телефону, разум искал логическое объяснение.

- Что эт-то? - заикаясь, я уставилась на хозяйку дома. - К-как это?

- Сядь, а то судорога схватит.

- Ну, уж нет! - голос срывался, но я выкрикнула. - Я с вами не останусь! Вы меня опоили чем-то?!

- Ох, нет! - прыснула от смеха Люда и подняла заварник.

Женщина открыла миниатюрную крышку и вдохнула аромат сбора.

- Я сказала, что он восстанавливает силы и не более.

- Черт с вами! Я ухожу!

Люда зловеще засмеялась, откинув голову назад.

- Черт мне враг! - поднялась она, резко обрывая смех и возвращая ко мне острый, пронизывающий взгляд.

По коже пробежал табун мурашек, но я свела брови и не отвела глаз.

- Вы больны, - процедила я сквозь зубы.

- Я ведьма, - прошипела она улыбаясь.

- Кто?

- Ведьма, как и ты, Тоня. Ты ведьма!

Внезапно внутри меня воцарилась тишина. Абсолютная. Я смотрела в её глаза и видела в них вековую глубину времен. Бледные шрамы на загоревшем лице женщины начали темнеть, пока не почернели вовсе. Эмоции молчали.

Словно погруженная в транс, я смотрела на рисунок: третий глаз на лбу, на бороде волны, под глазами полосы, будто стрелы дождя с небес. Странная вибрация в теле нарастала все больше. Я медленно переваривала её слова.

- Только ведьма может увидеть рисунок, - прошептала Люда, не шевелясь. - Только ведьма может выпить повали-сбор и не уснуть в тот же миг. Ты одна из нас, Антонина.

Резкий вдох, словно вынырнула из толщи воды, шаг назад. Я мотала головой и пятилась, пока не уперлась в диван. Тело сдало, я плюхнулась на него, раскинув руки.

- Я не верю в средневековые сказки, - прошептала я, сомневаясь в своих же словах.

Ощущение, что я другая, не покидало меня никогда. Я умоляла папу и маму не ехать на своей машине в гости. Я знала, что произойдет нечто ужасное, но не остановила их.

- Ты не веришь себе, милая. Ты светлая ведьма. Дар передается по наследству.

Люда сложила руки на животе, поправив растянутый бежевый свитер. Как все это глупо звучало. Из глубины души поднимались отчаяние и страх. Я бракованная? Больная? Я ведь видела чертовы шрамы.

Схватив с миски крендель, я жадно запихала его в рот, а затем и второй.

- Тоня, это невозможно не принять. Ты обладаешь даром, просто никто тебе об этом ни сказал, не объяснил.

Я молча продолжала хрустеть кренделями, утихомиривая эмоции, которые решили вернуться разом.

- Я темная ведьма, но мы не такие уж разные.

- Хватит! - крошки вырвались из моего рта, но мне было плевать на приличие. - Я не понимаю!

Взгляд камнем упал на телефон, лежащий у ног. Эмоции прорвались. Я подхватила гаджет и вскочила с дивана. Ноги сами понесли меня прочь.

- Беги, глупая! - огрубевший голос Люды врезался в спину словно молот. - От себя не убежишь!

Я вырвалась из дома в объятие морозного воздуха. Вокруг были только холод и тишина. Трава серебрилась в свете фонаря, покрытая инеем.

Судорожно пытаясь достать ключ от машины, я едва не упала, спотыкнувшись о бордюр цветника. Гулкий звон раздался от удара. Опустив взгляд под ноги, я разглядела керамическую фигурку, которую опрокинула. Это была ведьмочка с метлой.

- Нечесаный бобр! - заревела я и пнула фигурку еще раз.

Мотор завелся с пол оборота. Горло саднило от собственного натужного дыхания. Было ощущение, что я попала в дешевое мистическое кино.

Руль резко влево и педаль газа в пол. Места на разворот не хватило - пришлось вывернуть назад. Переключив рычаг коробки передач на первую передачу, я содрогнулась. В свете фар, на дороге, стояла Люда. Она зловеще улыбалась и покачивала головой.

- Пошла ты! - завопила я и вдавила педаль газа в пол.

«Рено» описало дугу, поднимая дерн у забора. Мотор ревел, а я гнала по запутанным улицам с бешеными глазами. Сон как рукой сняло. Что это вообще было?

Её слова эхом звучали в голове как назойливый комар над ухом: «Ты ведьма!». Выехав на крупный перекресток, я дала ногой по тормозам. Машина пошла юзом и остановилась.

Воздух с шумом выходил из груди будто я бежала, а не ехала. К вспотевшему лбу прилипли волосы, а в носу все еще стоял запах чая. Надо прийти в себя и валить отсюда!

Трясущимся руками я достала из сумки телефон. Сеть появилась! На экране зависли сообщения, но я смахнула их в сторону. Мне срочно нужен навигатор.

Городок спал. Только далекий лай собак доносился изредка. Пульс медленно, но верно успокаивался. Не стоит воспринимать Люду, как адекватную. Она явно больна! Кто ей вообще права выдал?!

Оказалось, что я двигалась в правильном направлении. Из городка была другая дорога с заправкой на выезде. Туда я и поехала.

Два поворота и прямая улица в конце которой виднелась круглосуточная заправка. Лампочка топлива начала моргать. Как хорошо, что не часом ранее!

Заправка была новой и с кафе. Медленно подкатившись к первой колонке, я вышла из машины на дрожащих ногах. Тело еще не остыло.

Как только я зашла в привычную цивилизацию, мне сразу полегчало. За кассой стоял мужчина лет сорока с шикарными рыжими усами.

- Доброй ночи! - выдохнула я, доставая кошелек из сумки.

- Доброй, красавица. Что так поздно-то?

Мужчина явно спал, что было видно и по помятому лицу, и по лежанке на трех стульях за его спиной.

- Я бы и рада остановится и поспать. Да у вас негде. Первая колонка тридцать литров девяносто пятого, пожалуйста.

- Сделаем, - зевнул он, набирая на клавиатуре запрос. - Кофе? Чай? Хот-дог?

- А не откажусь! - живот заурчал при слове хот-дог. - Капучино с ванильным сиропом и хот-дог!

- Другой разговор! - заулыбался заправщик и бросился готовить. - Вы уж сами себя обслужите.

- Конечно, - окончательно расслабилась я и пошла к машине.

Время час ночи, а я бог знает где. Высовывая пистолет из бака, бензин пролился на руку.

- Фу!

Выругавшись, я схватила салфетку и вытерла как могла. Надо было отогнать машину чуть в сторону, а потом срочно в туалет!

В теплом зале заправки витал аромат жареной сосиски и кофе. Глубоко вдохнув, я улыбнулась. Жизнь налаживается.

В туалете было чисто, светло и играла ненавязчивая музыка. Не мешкая, я бросилась к раковине и набрала полную ладошку мыла.

Наконец, руки были вымыты до скрипа. Следом я умыла и лицо. Теплая вода придавала сил, смывая весь бред предшествующих часов.

Вода стихла, осталась только мелодия и гул вытяжки. Я приложила к лицу салфетки и разогнула спину. Салфетки отправились в урну, а я уставилась в зеркало перед собой. Сердце пропустило удар и свалилось камнем в пятки. На моей бледной коже появился шрам! Чертов шрам!

Я попятилась назад. Руки впились в щеку, пальцы прощупывали каждый миллиметр.

- Нет - нет - нет… - вырывалось из меня все громче. - Нет!

Истерика прорвалась наружу. Я закрыла лицо руками и отвернулась к стене. Холодный кафель охлаждал горячий лоб, но сердце бешено лилось в груди.

Внезапный стук в дверь сбил панику.

- Девушка! У вас все в порядке?!

Глотая воздух ртом как рыба, выброшенная на берег, я медленно развернулась к двери. Посмотреть в зеркало я не решалась.

- Да! - прохрипела я.

- Хот-дог готов!

- Да, сейчас!

Оцепенение вновь завладело мной. Пальцы на руках скрючились. Я начала считать до десяти с закрытыми глазами. Я с детства мучалась кошмарами. Только так я могла успокоиться, после очередного хоррора во сне.

Досчитав до десяти, я медленно и спокойно выдохнула и открыла глаза. Поворот головы. Зеркало. Мое лицо и никакого шрама. Весь воздух в одночасье вышел из легких. Облегчение накотило теплой волной.

- Фух! Боже мой!

Я устала… Как же я устала.

На небольшом круглом столике стояла одноразовая тарелка с хот-догом и стаканчик с кофе. Я села на жесткий стул и была рада этому моменту.

- Все хорошо? - мужчина взволнованно заглянул мне в лицо. - Вы кричали.

- Все хорошо, спасибо. Ноготь сломала.

- А! А у меня был такой случай, - заправщик уселся напротив, а мне, собственно, было и не плохо забить голову какой-нибудь не нужной ерундой, - вставил пистолет в бак и палец прищемил. Орал похлеще, чем вы.

Я жевала второсортный хот-дог и неожиданно для себя самой перебила мужчину:

- Вы знаете Люду? Живет в кирпичном доме на окраине, у нее еще старая «Вольво» есть.

Заправщик удивленно захлопал ресницами.

- Знаю. Людка Страшневская. А что? Родня может? Она одна всегда была.

- Нет, не родня, - продолжала с набитым ртом, снимая стресс едой. - Вы мне скажите, у нее на лице шрамы есть? Много.

- Нет, - он удивился еще больше.

- Вы уверенны?

- С чего бы мне сомневаться? - усмехнулся заправщик и пригладил усы. - Баба, как баба. Симпатичная даже, хоть и старовата для меня. Я ж холост, а у нее дом добротный…

Заправщик не умолкал, разглагольствуя о возможности сойтись с Людмилой, а я никак не могла понять, в чем подвох. Шрамы были - это факт.

Прожевав ночной перекус, я залила его кофе и поняла, что усну прямо здесь. Мысль как всегда пришла вовремя.

- Могу я поспать в машине рядом с заправкой? - бестактно перебила заправщика, который все рассказывал мне о своей жизни и планах на миллион.

- Так… можно. Чего нет-то? Я присмотрю, не бойся.

- Вот и славно! Спасибо за заботу!

- И тебе, что развлекла. Это ж я так, подрабатываю. Почему бы ночным часам деньги не приносить. Тем более посетители в это время редкость. А так у меня свой бизнес!

Он горделиво выкатил грудь, а я едва сдержалась, что бы не прыснуть от смеха.

В салоне «Рено» было прохладно, но на заднем сидении лежало пуховое одеяло в большом пакете. Долго не думая я накрылась им до глаз. Бросив последний взгляд в темноту за окном и на моргающую красную лампочку сигнализации, я заснула мгновенно.

Громкий стук по стеклу вырвал меня из беспокойного сна. Спрятавшись под одеяло с головой, я вынырнула из него на свет в совершенно растрепанном виде. Волосы прилипли к лицу и запутались. Дневной свет слепил спросони.

Прищурившись, я всмотрелась в лицо за окном. Молодой парень в форме полицейского показывал жестами опустить стекло. Вот блин!

Я быстро откинула одеяло назад и подняла сиденье. Полицейский стоял и ждал, пока я боролась с волосами. Так, наспех завязав хвост, я открыла дверь машины и вышла.

- Участковый Сычкин! - представился он и открыл папку.

- Я договорилась с заправщиком, что посплю здесь пару часов, - осипшим после сна голосом, я бросилась оправдываться.

- Гражданочка, - Сычкин выставил руку вперед, - отвечаем на вопрос. Вы - Антонина Полозова?

Глава 4.

Тон молодого участкового напугал меня так, что я забыла собственное имя. Хлопая ресницами, я безмолвно открывала рот.

- Не вы? Что с вами?

- В чем, собственно, меня обвиняют! - наконец голос прорезался, причем достаточно громко.

- Тише, гражданка! - Сычкин нахмурился. - Вы имя свое помните?

- Конечно помню! Полозова Антонина Вячеславовна.

- Вот и все, успокойтесь, Антонина Вячеславовна. Вас родственник разыскивает, - он заглянул в папку и прочел: - Станислав Борисович.

- Дядя?

- Вам виднее. Вы не вышли с ним на связь, он связался с полицией. Вас было не сложно найти.

- Драный еж… - я схватилась за голову.

- Вот именно, могли бы просто позвонить ему.

- Хорошо, я поняла. Спасибо!

Развернувшись, я схватилась за ручку автомобиля, однако в дверь уперлось колено Сычкина.

- Не торопитесь, гражданка, мне нужно составить протокол.

- Славка! - из заправки вышел мой ночной собеседник. - Отвали от девушки! Ей ехать пора.

Он подмигнул мне, пригладил усы и бесцеремонно схватил участкового за предплечье. Сычкин взъелся него и покраснел.

- Я при исполнении!

- А, ну тебя! Пошли кофе бесплатно налью!

Сычкин замялся, а заправщик продолжал тянуть его за руку. Однако, долго это противостояние не продолжилось.

- С хот-догом! - дерзко заявил участковый.

- Ты губу-то закатай! - рассмеялся усатый спаситель и увлек Сычкина за собой.

На голове словно вороны гнездо вили всю ночь, лицо опухшее, а глаза красные - это то, что я увидела в зеркале туалета. Незаметно прошмыгнув мимо столика, где заправщик развлекал участкового, хоть его смена и закончилась, я быстро привела себя в порядок.

Мотор «Рено» весело заурчал. Ему, как и мне, хотелось побыстрее убраться отсюда.

Городок, где я провела странные часы своей жизни, остался позади. Дорога от заправки до трассы была не долгой и прямой, без виражей.

Телефонные гудки на громкой связи, на экране телефона фото дяди. Сейчас я получу от него взбучку. О своих ночных приключениях надо бы промолчать.

- Тоня!

- Дядя!

- Девочка моя, ну разве так можно?! На моей и без того седой голове прибавилось безликих волос! Я ночь не спал!

- Дядя, не кричи, прошу. Я знаю, что так нельзя. Прости!

- Где ты сейчас?! Тебя полиция ищет.

- Она меня и разбудила. Точнее, он. Как ты узнал, где я буду?

- Я указал Пригорск, а трасса к нему одна.

- Да, я заехала в городок по-пути, что бы заночевать.

- Это правильно! Но, почему не позвонила сама?! Не отвечала на мой звонок?

- В городке не было связи. Когда появилась, была глубокая ночь. Прости меня, дядя.

Состроив жалостливый голосок, против которого он не устоит, я ждала прощения.

- Хорошо, но это в последний раз.

- Спасибо! Как доберусь, позвоню!

- И не обсуждается.

Не успела я сбросить звонок, как на экране отобразилось фото Вики.

- Алло! Вика, не ругайся! - сработала на опережение и на том конце «провода» притихли.

- Ты на громкой, - голос Вики был сдержанным, видимо я осадила её гнев. - Мы с Машей внимательно тебя слушаем. Где ты?

- Девочки, простите! Утро прощения какое-то! Все хорошо, я останавливалась в маленьком городке на ночлег, а связи не было.

Меня так и подмывало рассказать им о случившемся, но это было рискованно делать сейчас. Все же хорошо, когда есть люди, кому можно довериться. Расскажу позже.

- Ты сейчас в пути? - Маша облегченно выдохнула.

- Да, мчусь по трассе. Потом позвоню!

- И не обсуждается! - хором повторили они то, что я уже слышала сегодня.

Усмехнувшись, я завершила вызов и сосредоточилась на дороге. Минутные разговоры, а сколько от них тепла.

Машина несла меня по ровной двухполосной трассе вперед по склонам и низинам. Местами на обочине парил туман. Природа засыпала.

Была ли Люда больной или весь городок сошел с ума? Я ведь на мгновение поверила в бред про ведьму… способности. Точно! Снимок!

Телефон болтался возле сумки на пассажирском сидении. Я схватила его и уставилась в экран. Гудок встречной фуры, рывок руля вправо.

- Драный ёж!

Остановив машину на обочине, я открыла фотогалерею. Последний снимок заполнил экран, и я на нем была вместе с Людой. Действительно, обычная женщина. Никаких шрамов на лице. Что-то со мной не так. Легкое чувство тревоги зудело в груди. Я убрала телефон и поехала дальше.

Путь до Пригорска занял у меня пять часов. Жутко хотелось есть и размять спину и ноги. Наконец я проехала мимо красивого указателя «Пригорск» и оказалась в цивилизации. Город оказался не таким уж маленьким, как я думала. Здесь кипела жизнь. Кафе, рестораны, магазины пестрили вывесками, а я была голодна.

Долго не думая, я остановилась напротив кафе «Восход». Прихватив сумку и телефон, я выбралась на негнущихся ногах. Спина затекла, колени с трудом разогнулись. Словно поломанная кукла я оперлась на машину, ожидая пока суставы проснуться, и достала телефон. Отправлю фото города девочкам и дяде. Они поймут, что я добралась. До отеля ехать минут двадцать, не больше.

Желудок громко заурчал, когда нос учуял запах еды. В кафе было достаточно уютно, но пусто. Только одинокий мужчина за барной стойкой попивал кофе и смотрел телевизор. Наверное, сказывалось удаление от центра и будний день.

- Добрый день! - из-за стойки показалась молодая девушка в черном фартуке с белой вышивкой «Восход».

- Здравствуйте, у вас есть комплексные обеды?

Сил думать не было, хотелось просто порадовать желудок по-быстрее.

- Конечно!

Девушка начала перечислять блюда, но я жестом остановила её и перебила:

- Простите, несите все, что перечислили.

Она кивнула и унеслась на кухню. Мужчина за стойкой бросил на меня короткий взгляд и снова вернулся к телевизору.

Столик у окна, прямо за широкой спиной незнакомца, показался мне самым удачным. По телевизору показывали хоккейный матч, но мне это было не интересно. Я отправила фото дяде и Вике, а затем уставилась в экран, изучая карту в навигаторе.

- Туристка? - мужчина незаметно подошел и бесцеремонно уселся за мой стол.

Я подняла на него хмурый взгляд и молча буравила, пока он не начал ерзать задницей по дивану.

- Что такого? Я гидом работаю, туристов за километр чую.

- По-моему, ваши услуги не очень востребованы, раз вы сидите в пустом кофе средь белого дня один.

- Почему это?! - мужчина вздернул заросший черной бородой подбородок. - Сегодня у меня выходной, а так…

- Прошу, избавьте от объяснений. Я не нуждаюсь в гиде.

- У вас карта открыта.

- Мне не нужна помощь, спасибо.

- Уверенны. Я вижу, что собираетесь в горы. Одна? В поход?

- Нет, не в поход. В отель.

- В отель?! - мужчина повысил голос, который сорвался. - Какой?

- «Горные грезы», - улыбнулась я. - Это спа-отель.

- Я в курсе. Лучше бы в поход.

Мужчина сильно задумался. Над переносицей образовались две глубокие морщины.

- Можно последний вопрос?

- Попробуйте, - ответила я, а из кухни показалась официантка с подносом.

Гид выждал, пока девушка расставит тарелки на столе и уйдет. Я не собиралась его ждать и приступила к наваристому супу.

- Я слышал, что туристы там не задерживаются. Вы в отель отдыхать приехали?

- Почти.

- Это как?

- Вы попросили один вопрос.

- Ладно, - мужчина поднял обе руки вверх, сдаваясь, - как хотите. Одно скажу, место там проклятое.

- Пф!

- Не только люди, но и животные бегут оттуда.

Я отставила пустую суповую тарелку и притянула к себе второе блюдо - ароматную пасту «Карбонара».

Слова гида звучали убедительно для моего воспаленного ума. Но все же, это была маркетинговая уловка и не более.

- Призраки. Верно? - усмехнулась я и взяла вилку.

- Да, именно!

Тут я не сдержалась и прыснула от смеха.

- Лучше передумаете, я могу предложить варианты лучше.

- Я поняла, спасибо.

- Я тоже понял, что вас не переубедить. Хотя бы визитку мою возьмите.

Гид протянул мне яркую визитку. На ней большими буквами было напечатано: «Гид - Давид». Я молча приняла её и кивнула.

К моему счастью пасту я доела одна. После плотного обеда меня жутко начало клонить в сон, поэтому я махом выпила двойное эспрессо напоследок и ушла. Желание поскорее остаться одной в тихом и красивом месте зудело под кожей.

Ноябрьское солнце пробило плотный слой облаков как раз тогда, когда я вышла из кафе. Прохладный ветер откинул волосы за плечи. Я глубоко вдохнула, заправив прядь волос за ухо.

«Маршрут построен!» - рапортовал женским голосом навигатор. Я построила маршрут через город, дабы присмотреть магазины, в которые обязательно скоро приеду. «Рено» медленно влилось в движение транспорта.

Город контрастировал невзрачными постройками времен СССР и вкраплениями ярких зданий современного стиля. Здесь было на что посмотреть и где пройтись.

Выезжая из города я старательно запоминала знаки, указатели и местность. Теперь оставался последний бросок на пятьдесят километров, и я на месте.

Дорога стала малолюдной. До отеля оставалась еще десять километров, но ни одной попутки или встречки я не встретила. Дорога поднималась вверх, и вид гор впереди завораживал. Острые пики в дымке уходили в облака. Зеленое покрывало леса укрывало северные склоны, южные радовали глаз рельефом.

Душа пела от красоты и мощи природы. Энергия так и бурлила здесь. В небе пролетела большая птица, широко размахивая крыльями, а дорога все больше вела в гору. Вскоре она превратилась в серпантин.

Последние десять минут подъема был медленным из-за крутых поворотов, за которыми ничего не было видно. Однако, вынырнув из последнего, моя челюсть отвисла. Отель предстал предо мною во всей красе.

Я пересекла границу частной территории через открытые высокие ворота нарочито медленно. Отель был ровно таким, как на картинке в объявлении: трехэтажный, на крыше керамическая черепица кирпичного цвета, на окнах зеленые ставни, безупречное сочетание природного камня и дерева.

Направив машину на вместительную парковку рядом, я не могла оторвать глаз от красоты вокруг. Улыбка расползалась все шире. И я буду жить в этом раю пол года! Дышать горным воздухом! Гулять! Эмоции зашкаливали от счастья.

На парковке стоял дорогой «Фольксваген» серого цвета. Только я припарковалась напротив него, лицом к отелю, и заглушила мотор, как двери отеля распахнулись. С крыльца второпях сбежала женщина, а за ней выскочил мужчина.

- Наташа, постой! - закричал он, замешкавшись в дверях, и понесся за дамой. - Подожди!

- Ни за что! - завопила истеричным голосом женщина, наматывая на ходу шарф на шею. - Ни секунды, Ваня!

Кроме шарфа, собственно, на ней не было теплых вещей.

- Наташа! Да что с тобой!

Мужчина старался бежать, но пальто, видимо, супруги, два чемодана и дорожная сумка то и дело вываливались из рук.

Женщина остановилась у машины и начала судорожно дергать за ручку.

- Ваня! - рявкнула она. - Быстрее, Ваня!

- Бегу! - кричал сбитый с толку мужчина, подбирая вещи на красивой дорожке, выложенной булыжниками.

Пальцы вцепились в руль. Я не могла отвести взгляда от женщины. Бледное, перекошенное ужасом лицо пугало. На стоянке кроме «Рено» и «Фольксвагена» странной парочки никого не было.

Внезапно женщина развернулась, нацелившись прямо на меня. Наши взгляды встретились. Сердце екнула, я шумно сглотнула, когда женщина резко бросилась ко мне.

- Эй-эй! - закричала я, блокируя двери авто.

- Ты! - женщина влипла в стекло, дергая ручку. - Уезжай!

Взгляд женщины был полон безумия и страха. Она стремительно оглянулась на отель, словно кто-то позвал её. Я замерла в ступоре.

- Наташа! - муж направлялся к супруге, но та снова вернула сумасшедший взгляд ко мне.

- Вали отсюда, дура!

- Что?

Мужчина подхватил женщину на руки, стараясь оттянуть от машины, но та яростно сопротивлялась.

- Уезжай! - кричала она до самого конца, пока не скрылась в автомобиле.

«Фольксваген» сорвался с места. На стоянке осталась брошенная дорожная сумка ярко - розового цвета. Я почувствовала на себе взгляд и тут же переключилась. На широком крыльце отеля стояла пожилая дама в меховой накидке.

Глава 5.

Пальцы рук окостенели, и пришлось буквально отдирать их от руля. Женщина, стоящая на крыльце, куталась в накидку и ждала меня. Она и есть хозяйка, судя по всему, ведь голос по телефону был не молодым.

Наконец я преодолела временное оцепенение от шокового представления и вышла из машины. С ключом в одной руке и телефоном в другой, я направилась к крыльцу.

- Здравствуйте! - помахала я, но вместо теплого приветствия на меня бросилась здоровая овчарка.

Собака неожиданно выскочила из открытых дверей отеля. Женщина выкрикнула её имя, но лохматое чудовище летело ко мне пулей.

Я остановилась не сразу, продолжая идти. Во мне возникла небывалая уверенность в себе. Стаха не было вообще. Я просто замедлялась, глядя в красивые глаза пса. Знакомый голос женщины приглушенным эхом доносился до сознания. Она кричала: «Лэйла!»

- Лэйла, - повторила я словно в трансе и сделала последний шаг.

Собака остановилась в двух метрах от меня, повернула голову набок и заскулила. Я знала, что она не собиралась меня обидеть. Её любопытство было выше гор за собственной лохматой холкой.

Я сделала один шаг вперед и Лэйла недовольно буркнула. Я сделала второй шаг, и она заскулила. Третий - собака села.

Мы смотрели друг другу в глаза, и было спокойно и мне, и ей.

- Ах, ты, вредная псина! - хозяйка отеля торопилась к нам.

Женщина хромала на одну ногу. Усталость моральная и физическая читалась на её лице.

- Все в порядке! - улыбнулась я и двинулась навстречу.

Лэйла подскочила и пронеслась мимо нас обеих, скрывшись за зданием.

- Делает, что хочет!

- Она тут такая же хозяйка, как и вы. Здравствуйте, - я протянула руку приятной внешне женщине.

- Здравствуй, Тоня. Рада тебя видеть воочию. Как добралась?

- О! Простите, я… От происходящего вылетело из головы ваше имя.

- Зови меня Анна. Я не люблю свое отчество, как и того, кто мне его дал, - женщина добродушно рассмеялась и обвила морщинистой рукой мое предплечье.

Мы медленно направились к отелю, а Лэйла бегала по территории то появляясь перед нами, то исчезая.

- Что это было, Анна? - я старалась подстроиться под её шаг и не толкнуть случайно. - Та женщина, она выглядела так, будто мертвеца увидела.

Анна резко рассмеялась, но закашлялась в конце, похлопывая меня по руке.

- Нет, никого она не видела. Ее пугала Лэйла и кухня ей не понравилась.

- Кухня?

- Да, моя стряпня, - усмехнулась она.

- Почему же вы сами ей готовили? Как же повара?

- Зачем они ради двух постояльцев?

- В отделе, получается, никого?

- Все верно. И сегодня ты останешься в нем одна, Тоня. Хотя… нет, - Анна остановилась у первой деревянной ступени крыльца и заглянула мне в глаза, задрав голову, - Лэйлу я оставлю.

- Я не против.

Наконец мы зашли в отель. Массивные двери захлопнулись за нами, и хозяйка начала посвящать меня в дело.

Анна сразу указала на два замка. Выглядели они более, чем надежно.

- Такие висят в секретном бункере президента! - весомо заявила она, показывая механизм.

- Так как я буду здесь одна, - я удовлетворенно кивала головой, - то это жизненно необходимо.

- Вот именно. Идем дальше!

Вестибюль был не слишком большим, но очень уютным. Здесь умещалась зона ожидания с телевизором и зона отдыха у камина. Ресепшен находился посередине, а за ним уходила вверх шикарная винтовая лестница из массива дерева с красным оттенком. Помещение было пропитано историей и любовью. Да, здесь чувствовалась душа.

- Хочу вам сказать, - глазея по сторонам, я топала за Анной к круглой и высокой стойке ресепшен, - что вы вложили свою душу в этот отель.

- Ох! - женщина отмахнулась. - Это не я. Но возиться приходится мне. Дела идут плохо в последнее время. Смотри!

Шансов задать вопрос она не оставляла, переключая внимание на пульт управления за стойкой.

Под достаточно широкой столешницей, как под козырьком, находился целый наблюдательный пункт. Два широких экрана, на которые передавались изображения с камер. Пульт с разными кнопками и рычажками. И сейф от пола до столешницы. Занятно.

- На территории восемь камер, - продолжала Анна. - Это левый экран. Камеры в отеле - это правый экран. Ты молодая, с компьютером сладишь.

- Ага.

- Это, - она указала на пульт, - автоматическое управления всеми замками и ставнями.

- Ставни тоже можно закрыть?

- Конечно. В отеле, помимо ворот и главного входа, есть два служебных. Все они закрываются отсюда.

Я все ждала, когда дойдет очередь до сейфа. С пультом было всё понятно.

- Так, Тоня, здесь хранится ружье, - Анна небрежно пнула ногой сейф. - Сама понимаешь, что использовать в крайнем случае. Умеешь?

- Да, - кивнула я, - папа был охотником.

- Понятно. Код от сейфа… - Анна влезла мизинцем в узкую щель между столешницей и сейфом и извлекла оттуда стикер с кодом.

- Ха! - усмехнулась я, не сдержавшись. - Так просто.

- Иногда именно то, что на виду остается незамеченным.

Анна задумчиво посмотрела на меня, и на миг мне почудилось сожаление в её взгляде.

- Все в порядке? - прямо спросила я.

- А что не так? Конечно в порядке. Тебе нравится здесь?

Женщина оперлась на край столешницы и сложила руки на животе.

- Как здесь может не нравиться? Красиво, виды прекрасные и связь есть. Мне это важно для работы.

- Вот и славно.

Она оттолкнулась от стола и пошла в сторону лестницы.

- Скажи мне, Тоня, - остановилась женщина, не обернувшись, - ты суеверная?

- В каком плане? - не поняла вопрос, равняясь с ней.

- Веришь в призраков или что-то подобное?

- Вы хотите рассказать мне байку про призрака, который живет здесь?

- Ах, ты в курсе? - она неловко улыбнулась и уставилась на меня, изучая.

- Да, обедала в городе. Местный гид поведал.

- Понятно, - причмокнула она и пошла дальше.

Однако, у меня возник интерес. К чему она вообще подняла эту тему? Странная женщина.

Справа от лестницы находились уборные, а слева - распахнутые двери в столовую. Именно туда Анна и направлялась.

- Прошу прощения, Анна! - я опередила женщину на шаг, заглядывая ей в лицо. - Мне стоит волноваться?

- О чем?

- О призраке.

- Если в него не веришь, то и беспокоиться не о чем.

- А если верю?

Мы вошли в уютную столовую, окна которой были прикрыты тяжелыми гардинами. Круглые столы, накрытые скатертями, подсвечники с изысканными длинными свечами. В помещении была особая атмосфера. Здесь хотелось расслабиться и послушать живую музыку. Для этого у стены была круглая небольшая сцена.

- Это столовая, а дальше кухня, - Анна игнорировала мой вопрос, размахивая руками. - Продуктов хватит на месяц. Мяса и того больше. Ты худая, много не ешь, наверное.

- Да, но ответьте.

- А ты нахрапистая! - усмехнулась женщина и распахнула металлическую дверь на кухню.

Я ахнула вслух, когда зажегся свет. Кухня была достойна ресторана с тремя заездами Мишлен, как минимум! Безупречный порядок и чистота. Множество утвари и все на своих местах. Вместо привычного холодильника в стену была вмонтирована холодильная камера с герметичной дверью. Рядом же находилась другая дверь.

- Там погреб, - пояснила Анна, заметив мой целенаправленный взгляд. - Мясная продукция местного производства, вина. Можешь брать, что захочешь.

- Спасибо, - я оторвала взгляд от двери и настойчиво уставилась на бесконечно движущуюся женщину, - но все же. Как родилась байка про призрака? Почему вы спросили меня?

Анна замедлилась и подошла к раковине. С полки пожилая хозяйка взяла стакан и набрала воды из крана.

- Вода, кстати, чистая. Можно смело пить.

- Анна?

- Я слышала твой вопрос, Тоня. Знаешь, этот отель построил мой родственник около семи лет назад, - она тяжело вздохнула и села на круглый табурет. - Дела шли замечательно! Я приезжала сюда отдыхать! - глаза Анны сияли, пока воспоминания проносились в её голове «Сапсаном». - На кухне кипела работа. Лучшие повара готовили гостям изысканные блюда. Номера бронировали на год вперед!

- Что-то случилось с вашим родственником?

Мой вопрос вернул Анну в менее радостную реальность. Блеск в глазах мгновенно потух.

- Да. Все пошло наперекосяк. Так вышло, что присматривать за отелем некому, кроме меня.

- Родственник умер здесь?

Я знаю, что вопрос бестактный, но, черт подери, мне здесь жить!

- Он пропал, Тоня. В один день исчез.

- Как же полиция?

- Искала! А толку! - она махнула рукой и допила воду. - Уже пол года прошло. Летний сезон не заладился. Поползли слухи и байки. На зиму пришлось закрыть отель вовсе.

- Все же, я не понимаю. Как связана трагедия с хозяином и призраки? Пропал не только он?

- Нет! - женщина взмахнула пустым станкам, едва не разбив его о столешницу. - Еще чего не хватало! Лэйла вела себя странно. Скулила и выла. Я запирала её в комнате хозяина, но она как-то выбиралась.

- Это нормально. Животные страдают, когда теряют хозяина.

- Да - да. Постояльцы, видимо, тоже.

- Скулили? - усмехнулась я, но быстро осеклась.

Анна не шутила.

- Они рассказывали небылицы. Думаю, это было специально. Требовали вернуть деньги, когда сами же вредили имуществу отеля. Людям только дай лазейку, и они цинично ею воспользуются пренепременно.

- Вам не сладко пришлось.

- Я стара для ведения бизнеса.

- Неужели не было помощников? Администрация?

- Пара человек. Они быстро покинули тонущий корабль. Поэтому, Тоня, ты мне нужна здесь.

Анна смотрела с мольбой и сожалением, что было мне не понятно.

- Я знаю и мне это подходит. Знаете, я устала от людей и замкнутого круга.

- Тогда, тебе не страшны признаки, - усмехнулась женщина и поднялась со стула.

Вода заурчала из крана. Капли звонко барабанили по нержавеющей мойке. Анна старательно терла стакан губкой.

- Лэйла признала тебя, - загадочно сказала она, выключив воду. - Даже странно.

- Почему?

- Я впервые вижу такую реакцию. И как она снова выбралась из комнаты?

- Я люблю животных.

- Хорошо, - Анна поставила стакан вверх дном на полку, - только к медведям за забор не выходи.

- Учту! - рассмеялась я, и мы пошли на выход.

Мы прошлись по всему первому этажу, где находились развлечения и СПА. Зона СПА была закрыта уже пару месяцев. Тренажерный зал оставался в моем распоряжении, хоть я и не спортсменка. В отеле также был бильярд и небольшая библиотека. Покои хозяина были здесь же, включая кабинет администрации.

Подойдя к винтовой лестнице, Анна остановилась отдышаться.

- Я не уверенна, что осилю эту лестницу. Мой тебе совет: устрой себе спальню здесь, в холле. Второй и третий этаж - это номера, и ты вправе выбрать любой. Однако, скоро наступят морозы. Закрой эти этажи и храни тепло.

- Я, наверное, так и сделаю.

- Вот и умничка, - Анна оторвалась от перил, направляясь к выходу. - И еще! - внезапно остановилась она. - В хозяйские покой не ходи. Лэйла пусть будет с тобой, - она болезненно сморщила лицо.

- Хорошо, не буду.

Мне в ладонь упала увесистая связка ключей, а с улицы раздался сигнал.

- Такси приехало, - волнительно выдохнула Анна и еще раз огляделась по сторонам. - Удачи тебе, Тоня. Будем на связи.

Пожилая дама обняла меня так крепко, что хрустнула спина. Однако, это объятие было наполнено тревогой и надеждой одновременно. Странный коктейль чувств.

- Спасибо и вам.

Я стояла на крыльце и смотрела, как Анна садится в такси. Ни сумок, ни чемоданов. Лишь маленькая дамская сумочка.

Лэйла выскочила из-за куста и бросилась к машине. Водитель, который помогал усесться пассажиру, побледнел с лица от вида собаки, и бросился на водительское место.

Анна хохотала в салоне, а Лэйла почти залезла в него, облизывая старушку напоследок. Выгонять собаку не пришлось. Она попрощалась и убежала. Куда? Она и сама не знает.

Я помахала рукой вслед уезжающему автомобилю с шашечками такси, и наступила полная тишина. Только ветер раскачивал кроны высоких сосен, тихо завывая.

Надо закрыть ворота.

Глава 6.

Два чемодана и несколько сумок, включая одеяло, стояли посреди холла, пока я разговаривала с дядей по видеосвязи.

- Красиво, Тоня, - дядя рассматривал через экран все, что я ему показывала. - И даже камин. Отличный выбор, племяшка!

- Да, мне тоже нравится.

- Только… где все люди?

- Эм-м-м, - пришло время подробностей, которые я опустила. - Дело в том, дядя, что больше здесь никого нет.

- Как это? Менеджер отошел?

- Нет, его и других людей здесь нет и не будет ближайшее пол года.

Лицо дяди замерло, словно связь прервалась, но она была. Прикусив губу, я ждала с виноватым взглядом.

- Поясни, - прошептал он, шумно сглотнув.

- Не переживай.

- Тоня.

- Я буду жить здесь в качестве сторожа! - затараторила я. - Со мной большая собака! Территория огорожена, камеры повсюду и сигнализация!

От напора собственной речи меня сложило пополам. Я втянула полные легкие воздуха, истратив его весь. Дядя отвел взгляд в сторону.

- Еще ружье!

- Боже мой, Тоня! - взорвался он. - Как мне теперь спать спокойно, зная, что ты там одна?!

- Спокойно.

- Не пререкайся!

- И не думала. Дядя! Поверь, все будет хорошо! Отель как крепость и мне так хочется!

- Люди?! Где ближайший город?

- С горы спуститься и все.

- Ох, Тоня, - дядя опустошенно мотал головой.

Его расстроенный вид отдавался в груди дрожью. Морщинки на высоком лбу стали глубокими волнами, брови сошлись над переносицей. Сердце отозвалось уколом боли. Я не хотела отправлять его в пучину печали.

- Дядя, - тихо прошептала я и вышла из отеля, - посмотри.

Из-за облаков как раз выглянуло солнце. Лучи стрелами пронеслись сквозь кроны деревьев к земле и отелю, привнося радостные нотки. Лэйла приближала ко мне не пойми откуда и села рядом, словно по команде. «Рено» одиноко стояло на парковке у высокого забора с острыми пиками. Я поворачивала камеру медленно, поглаживая упругую шерсть собаки.

- А собачка не маленькая, - наконец голос дядя прозвучал позитивно.

- Нет! Она огромная и мы подружились!

- Это хорошо! Она лучше любой сигнализации.

- Верно.

- Тоня.

- Да? - я переключила камеру обратно на себя.

- Обещай мне, что если усомнишься в своем решении, тебя что-то напугает или смутит, то ты сразу уедешь оттуда.

- Конечно.

- Обещай!

- Клянусь! - вскрикнула я и рассмеялась.

Стало намного легче, когда дядя улыбнулся с экрана в ответ.

Разговор закончился на позитивной ноте. Да, он будет переживать, но потом привыкнет к этой мысли. Девчонкам я позвонила сразу же групповым звонком. Маша долго не думая стала напрашиваться в гости. Конечно я нашла тысячу причин, что мне нельзя принимать гостей. Вика только тихонько хохотала с экрана, не вступая в нашу дискуссию.

Наконец мой рот закрылся, а горячий телефон остывал на стеклянном журнальном столике зоны отдыха. Я устало и умиротворено развалилась на кожаном диване. Одном из трех здесь стоящих. Мягкие и уютные - они помогли мне с выбором спального места. Обосновываться в одном из номеров (даже в люксе) я не хотела, а вот закрыть этажи на замок было отличной идеей. И спокойнее и теплее.

Голод давал о себе знать урчащими и бурлящими звуками. Вещи подождут, а желудок нет.

Энергично подскочив с дивана, я подняла за собой и Лэйлу. Она мирно лежала на ковре у моих ног и дремала. Ее уверенность в моем маршруте навели на мысль.

- Хочешь есть? - усмехнулась я, а мохнатое чудо ответило вилянием хвоста. - Отлично! Только… что и из чего?

Лэйла буркнула и рванула вперед к столовой. Полумрак красивого помещения мне нравился, но пока было светло, хотелось увеличить яркость. Вместо того, что бы пройти напрямик к кухне, я обошла зал и раскрыла все гардины на больших окнах. Вид был потрясающим и внутри, и снаружи.

Лэйла примерно сидела у двери на кухню, хотя легко могла бы открыть её своим весом. Как только я распахнула перед ней дверь, она уверенно направилась в дальний угол, где стоял большой шкаф, высотой от пола до потолка.

В шкафу оказалось огромное разнообразие круп, макарон, муки, а так же большой мешок корма для собак и консервы.

- Неужели тебя пускали на кухню? - я удивленно перевела взгляд на золотисто - карие глаза собаки.

Она словно поняла меня, затем просто развернулась и ушла.

- Ясно, не пускали, - заключила я, глядя ей в след.

Из большого выбора утвари, я выбрала миски для лохматой соседки и большую тарелку для себя. В холодильной камере оказалось много начатых продуктов, а еще аппетитная лазанья. Видимо, она предназначалась той сбежавшей парочке.

Долго не думая я заполнила тарелку до краев, а миску до верху кормом. Ужинать в пустой столовой не хотелось. Поэтому мы с Лэйлой вернулись в фойе. Там, в зоне ожидания, стояли удобные кресла, столы и работал телевизор. С непривычки мне было жизненно необходимо слышать человеческую речь, пусть и с экрана.

Лэйла недоверчиво тыкнула носом в миску, но набросилась на корм резво.

- Вот, найди и принеси мне свою миску, - буркнула я в ответ. - А пока ешь из этой.

Ужин оказался сытным, и я перебрала с количеством. Живот надулся, глаза слипались. Бросив посуду на столе, я побрела к стойке ресепшен. Закрыть все возможные замки - это то, без чего я бы не уснула. Даже при большом желании.

Лэйла устроилась на кресле, что стояло у самого камина, и наблюдала. Камеры показывали спокойный вечер и темноту на территории. На пульте управления все рычажки были удобно подписаны, и я прошлась по ним, закрывая все замки в доме. Красные лампочки загорались, выстраивая ровный ряд, а я окончательно расслаблялась.

Постельное белье было не так далеко - в прачечной. Только сил на какие либо действия не было. Телевизор продолжал монотонно бубнить. Показывали какое-то шоу, где кучка людей чесали языками. Я сбросила ботинки и залезла под родное одеяло. Последнее, что я увидела перед тем, как заснуть, были глаза Лэйлы. Она словно смотрела поверх меня. Но, это уже было не важно.

Глаза распахнулись резко, словно по команде. Темнота окружала, сердце бешено билось в груди, хотя мне снилась абсолютно не страшная ерунда. Тело было оцепеневшим. Я не понимала где я, а по лбу собирался в капли и стекал ручейком холодный пот.

Глаза медленно привыкали к темноте, пока я лежала как натянутая струна и тяжело дышала. Потолок с красивыми люстрами напомнил, где я.

Стоп! Почему нет света?! Кое-как я повернула голову вправо. Телевизор был выключен и только зеленый свет от электронных часов над стойкой ресепшен подсвечивал пространство.

- Один - два - три - четыре… - начала я вслух, прислушиваясь к собственному телу.

В руку, что лежала поверх одеяла, ткнулся мокрый нос Лэйлы. Волна тепла прокатилась по руке и остановилась в груди.

- Десять, - спокойно закончила я и открыла глаза.

Скулеж рядом помогал - я не одна. Совладав с собой я, наконец-то, села. Вокруг была тишина и темнота. Я дотянулась до телефона и включила фонарик.

Луч света прошелся по стене, перескочил на входную дверь, затем на окна и дальше по стене к запертым дверям в СПА. Кровь стыла в венах, а мурашки плясали на моей мокрой шее, разгоняя леденящую дрожь по телу.

- Лэйла, - только прошептала я, как собака потерлась о мою ногу.

От нее исходило спокойствие. Оно передавалось и мне, ведь животное никогда не пропустило бы опасность мимо своего чутья. Лэйла была расслаблена.

Выдохнув, я пошла в одних носках к стене, где за картиной был спрятан электрический щиток. Легким движением руки картина отъехала в сторону. Рычаги располагались согласно трем этажам в три ряда. Пальцы интуитивно коснулись среднего рычага и свет в холле зажегся.

Лэйла залаяла рядом, телефон упал на пол. Я медленно развернулась, касаясь собаки, но… никого и ничего здесь не было. Лэйла смотрела в сторону стойки ресепшен и задорно виляла хвостом. Розовый язык подпрыгивал от нетерпения куда-то бежать, но она стояла рядом.

- Что там?

Лэйла заскулила в ответ и отбежала от меня к своему любимому креслу. Время близилось к трем часам ночи. Сердечко успокоилось, и я снова побрела к дивану. Первая ночь комом. Так говорят?

Утро пришло неожиданно и влажно. Шершавый язык густо покрывал слюной мою щеку, пока я не проснулась.

- Эй! - устало прошептала я, пытаясь отпихнуть собаку.

Она скулила и с каждой секундой все громче, пока до меня не дошло, что собаки не ходят на унитаз.

- Ой! Прости!

Я вскочила как ошпаренная и бросилась к двери. Два массивных замка поддались мне с трудом, но я справилась. Лэйла выскочила на улицу пулей, перепрыгнув крыльцо одним махом.

На улице было еще темно. Морозный свежий воздух напомнил мне, что я нахожусь в горах. По телу пробежала дрожь, и я закрыла дверь.

- С добрым утром, - улыбнулась я и сладко потянулась.

Надо бы уточнить номер электрика на всякий случай. Да и остальных специалистов.

В комнате для персонала были шкафчики и душ. Туда я и направилась спросони, прихватив чемоданы. Отличная гардеробная получилась.

На широкой столешнице с раковиной появились мои баночки и тюбики с косметикой и прочими нужными мелочами. Фен был установлен стационарный, а чистые полотенца стопкой лежали в стеллаже. Хозяин этого отеля заботился не только о гостях, но и о персонале. Вот, что значит «с душой» относится к делу.

Горячий душ творит чудеса. Вода смыла все, что произошло со мной за последнюю судьбоносную неделю. Развернуть жизнь на сто восемьдесят градусов не так легко. Однако, сейчас я здесь и могу выдохнуть. Впереди тишина, спокойствие и творчество.

На улице рассвело, когда я вышла чистая и готовая к новой жизни в фойе. Плюшевые тапочки и такой же домашний костюм придавал уюта. Ноги сами несли меня на кухню, и я шагнула в столовую.

Сделав пару шагов по залу, я замерла. Что-то не так. Сумрак вернулся - окна снова были завешаны плотными гардинами.

Глава 7.

Сердце неспокойно стучало в ребра. Несмотря на спокойствие Лэйлы, меня не отпускало ощущение присутствия. Когда я стала такой внушаемой? Попадаются психи на пути, а я уши развешиваю.

Стряхнув с себя оцепенение, я прошла к окнам и распахнула гардины. Свет пролился на меня как живительная благодать.

- Так-то лучше!

Резко развернувшись к кухне, я так же резко замерла. Меня пронзило чувство холода, которым повеяло мне в лицо. Нет, это не ветер - воздух не шелохнулся. Глаза распахнулись, я смотрела вперед, но не в помещение… глубже. Словно проникая в слои многослойной Вселенной. Я просто вглядывалась перед собой, ощущая преграду. Живую или мертвую, но оно было прямо передо мной и не шевелилось!

По спине пробежал табун мурашек, глаза начали болеть. В какой-то момент я увидела размытость.

- Что? - шокированно произнесла я вслух, машинально поднимая руку вперед.

В тот же миг все прекратилось. С улицы послышался лай собаки. Я выдохнула так резко, что согнулась пополам. Что это, черт подери, было?!

На трясущихся ногах я вышла в фойе и открыла дверь Лэйле. Она пронеслась мимо меня в сторону прачечной и хозяйского крыла, будто на пожар.

- Ты чего? - схватившись за голову, я побежала за ней.

Возможно, она чувствует беду. В правом крыле отеля помимо комнаты для персонала и прачечной, располагался административный кабинет и покои хозяина. Я прекрасно помню массивную закрытую дверь комнат, куда мне нельзя ходить. Анна на моих глазах закрыла замок на два оборота ключа.

Прибывая в полном непонимании, я стояла и смотрела на открытую дверь. Лэйла скрылась в темноте комнат хозяина. По телу снова и снова проносились ледяные мурашки. В горле резко пересохло, страх пробирался под кожу. Я здесь не одна.

- Эй! Кто здесь?! - заорала я во все горло.

Да, драный ты бобр, мне было страшно до коликов! Лэйла там, я здесь и что делать не понятно.

Мне, конечно, никто не ответил. Карман плюшевых штанов оттягивала связка ключей. Единственная мысль, посетившая меня, - это закрыть дверь на замок как можно скорее.

- Лэйла! - позвала я и сделала робкий шаг вперед. - Ко мне, девочка! Лэйла!

Присвистнув, я достала связку ключей и начала искать нужный. Ключ был подписан просто «Дом».

Не дожидаясь собаки, я вставила ключ в скважину и позвала последний раз:

- Лэйла!

К счастью, она выбежала из комнат с пустой миской в зубах. Я бы посмеялась, но было не до смеха. Захлопнув дверь, я облегченно прокрутила ключ в замке.

Лэйла спокойно поставила свою миску на пол и пододвинула её ко мне носом. Умная собака знала намного больше, чем я. Если бы только животные могли рассказать нам, что видят.

- Есть хочешь? - натянуто улыбнулась я, бросив последний взгляд на дверь.

Глупо отрицать, что страх прошел. Может быть свалить, пока не поздно?

Лэйла поняла меня с полуслова и унеслась вперед по темному коридору. Я поторопилась за ней с чувством, что мне в спину сейчас прилетит топор. Хотелось бежать, но я сдерживала себя.

В фойе было светло и приятно. Я выдохнула, осознав, что шла затаив дыхание.

Телевизор висел на стене черной дырой с красным глазом внизу. По венам поднималась злость.

- Я приехала перегрузиться! - заорала я и схватила пульт. - И нечего мне мешать!

В фойе заорала музыка - я включила музыкальный канал на всю громкость и пошла на кухню.

Лэйла, как положено, сидела у дверей и ждала. Миска стояла у её лап.

- Сейчас, хорошая моя, сейчас.

Аппетит пропал и даже хуже. Меня мутило от страха, но злость помогала его утихомирить. Мешок с кормом для собак стоял у шкафа раскрытый. При желании Лэйла могла опустошить его без моего ведома. Хозяин отлично её дрессировал.

Зачерпнув пахучие шарики, я вышла из кухни. Собака радостно виляла хвостом и облизывалась. Корм звонко посыпался в миску, и Лэйла мгновенно погрузила в него свою клыкастую пасть.

Наблюдая, как она хрустит и чмокает, я уселась на пол, оперевшись спиной о стену. Лэйла не грустила, как я сначала подумала. Она была веселой и жизнерадостной собакой. Так животные не ведут себя после потери хозяина. Это странно.

В голову внезапно стукнула идея. Я подобралась и села на корточки, вглядываясь в собаку. Она бросала на меня короткие взгляды и продолжала опустошать миску. Я терпеливо ждала.

Наконец, Лэйла широко облизнула морду и села рядом с пустой миской.

- Лэйла! - скомандовала я. - Где хозяин?!

Роскошная овчарка захлопнула пасть, навострила острые ушки и повернула голову набок.

- Ну, же! Где хозяин?

Лэйла заскулила, но я не сводила с нее требовательного взгляда. В следующее мгновение она сорвалась с места и побежала прочь из столовой.

Едва не распластавшись на ковре, я бросилась за ней. Лэйла выскочила в фойе и застыла. Музыка орала и мешала. Она принюхалась и бросилась к хозяйским покоям. В крови разлился адреналин, я рванула за ней туда, откуда хотелось бежать.

Темнота коридора после хорошо освещенного фойе сбила с ритма. Лэйла залаяла, я ускорилась к ней.

Внезапно, за плавным поворотом, после кабинета администрации, я наткнулась на Лэйлу. Она скулила и лаяла, выписывая круги вокруг себя.

- Что?! - я смотрела на нее и не понимала. - Он здесь?!

Дыхание сбилось окончательно. Темный коридор заканчивался явно закрытой дверью. Взгляд скользил по стене и зацепился. В один миг мое бешеное сердце пропустило удар. Лэйла прекратила кружиться и уставилась ровно туда, куда и я.

В темном углу, где стоял столик с искусственным пышным цветком, я отчетливо видела силуэт. Тень… виденье… сон. Оно стояло и не шевелилось. Я перестала дышать, не веря собственным глазам.

Лэйла буркнула и подошла казалось бы к цветку, но нет, она подошла к тени.

- Чт-т-то ты такое? - прошептала я, не узнавая свой искаженный низкий голос.

Внезапно тень сорвалась с места и понеслась на меня. Меня словно обдало волной гнева и отчаянья. Эхом в голове отозвалось протяжное: «Не-е-ет!». В моменте мне показалось, что оно дотронулось до моей души. В груди стало невыносимо холодно и пусто. Прижимая руки к груди, я отлетела к стене и сползла на пол. Легкие судорожно сжимались, пытаясь набрать воздух, но шок не позволял это сделать.

Мокрый шершавый язык на щеке и скулеж вывел меня из ступора. Я распахнула глаза и уставилась в золотистые глаза Лэйлы. Она переживала, я это чувствовала. Тело овчарки вибрировало, словно она успокаивала меня.

- Все хорошо, - пошептала я.

Горло пересохло и саднило от каждого слова. Меня мутило еще сильнее.

Опираясь о стену, я поднялась. Голова шла кругом. Что со мной такое? Что это было? Столько вопросов!

Лэйла не спеша побежала вперед по коридору, я за ней. Только когда я вышла в фойе, поняла, что музыка больше не играет. Сосредоточив внимание на черном экране телевизора, я увидела трещину. На полу лежал разбитый пульт.

Не останавливаясь ни на секунду, я сделала дугу к двери. Замки были заперты… оба. Я помню, что запирала лишь нижний. Руки по-прежнему были прижаты к груди. Тело било мелкой дрожью от мысли, что останусь здесь еще хоть немного.

Слабыми пальцами я открыла нижний замок. Верхний поддавался с трудом. Желудок скрутило. Мне нужен был воздух!

Наконец замок поддался! Я распахнула дверь, свежий ветер ударил в лицо, разбрасывая волосы. На губах заиграла улыбка… но дверь с диким свистом пролетела мимо моего носа и захлопнулась.

- Нет! - заорала я.

Ощущение, что оно рядом било током по каждой нервной клетке. Я сорвалась с места и побежала в столовую. Где-то за спиной гремел лай.

Паника застилала глаза пеленой. Ноги заплетались, я цеплялась руками за стулья, что бы не упасть. Оно шло за мной!

Ворвавшись на кухню, я бросилась к первому стеллажу с утварью и схватила скалку. Инстинкты вели меня - я вставила скалку в ручки маятниковых дверей, и отпрянула к стене. Через две секунды двери дернулись.

- Уйди! - закричала я, и голос мой звучал уверенно.

В ответ мне двери дернулись еще и еще. Оно не собиралось уходить. Страх уступал, во мне просыпалась собранность. Глаза шерстили по кухне, пока не остановились на двери в погреб. Оно не может пройти сквозь двери!

Опрометью бросилась к погребу. Рука хлопнула по карману. Он был пуст… я где-то выронила связку. За спиной раздался еще один удар и скалка звонко упала на пол и покатилась.

Я перестала дышать. Все мое естество кричало о присутствии чего-то рядом. Чего-то гневного и отчаянного, жаждущего мести и покоя одновременно. Двери медленно открылись. Выбора больше не было - я дернула ручку холодильной камеры и заскочила внутрь.

Пятясь назад, пока не уперлась спиной и полки, я старалась не дышать. В голове творился хаос из мыслей. Эти ощущения напомнили мне про Люду. Ощущения, что мир намного шире, и я болтаюсь на границе. Во мне вновь просыпался гнев. Значит, шрамы не глюк подсознания!

За дверью было тихо. Холод проникал под одежду, заставляя ежиться. Словно мышка я забилась в угол и ждала.

Сердце замедлялось, холод помогал. Меня до сих пор мутило, и я не знала, что делать. Но, я абсолютно была уверенна в одном. То, что было за дверью было когда-то хозяином этого отеля и Лэйлы. Анна даже не сказала, как его звали. Черт! Она ведь все знала!

Пар изо рта валил маленькими облаками, унося влагу из обезвоженного организма. Обхватив себя руками, что бы не подпрыгивать от тряски, я думала. Интуиция всегда была моим сильным местом. Видят ли его все или только некоторые? Чего он хочет? Почему не выгнал ночью?

Сколько прошло времени я не знаю, но пальцы на руках начали неметь. Если дверь захлопнулась, я замерзну насмерть.

На карачках, трясясь как старый автобус, я поползла к двери. Дотянувшись до ручки, я опустила её вниз и толкнула дверь. Сердце сжалось в груди - дверь не поддалась.

Собрав силы в кулак, я поднялась и надавила еще и еще раз. Безуспешно. На глаза наворачивались слезы.

Внезапно, раздалось тихое шипение и дверь приоткрылась. Несколько секунд я ловила теплый воздух с кухни на лице. Оно открыло мне? Плевать…

Я буквально выпала из холодильной камеры на пол. Тело было сковано холодом, я не чувствовала рук и ног. Яркий свет ламп на потолке слепил, а внутри оставалось все тоже вибрирующее ощущение, что я не одна.

Глава 8.

- Я знаю, что ты здесь, - прохрипела я, постукивая зубами.

Распластавшись на полу, я пыталась утихомирить тело. Холодильная камера подействовала как заморозка и обезболила воспаленный разум. Я просто лежала и смотрела в потолок, готовая принять реальность.

- Т-ты здесь. У т-т-тебя хорош-ший вкус.

Говорить было тяжело, челюсть не слушалась, но я говорила и знала, что оно слушало.

- Как тебя зовут? - спросила я на одном выдохе.

На кухне растекалась густая тишина.

- Я знаю, т-ты смотришь, - усмехнулась я, насколько это было возможно.

- Как? - внезапный ответ потряс меня.

Мужской низкий голос звучал словно эхо, но ясно и отчетливо. Меня охватил восторг!

- Ты - ты… - я начала заикаться и запинаться, - говоришь?

Непослушными руками, я помогла себе перевернуться на бок. Колени непроизвольно прижались к груди, я все еще была ледяной скульптурой.

- Нет! - прогремел ответ. - Ты не можешь!

Как ни странно чувство восторга дополнилось любопытством. Я щурила глаза, пытаясь увидеть его, но столы и шкафы мешали.

- Не мог-гу что?

- Меня никто не видит, - обреченно прозвучал голос.

В нем я услышала настоящую боль.

- Что с тобой случилось?

- Почему ты слышишь меня?

- Эй, давай п-по очереди!

- Уходи…

Его последнее слово прозвучало жестко. Я почувствовала, как по спине прошлась волна энергии. Дверь качнулась - он ушел.

Через мгновение на кухню вбежала Лэйла. Она заскулила и легла рядом со мной. От нее шел жар словно от печки. Я облегченно вздохнула, запустив руки в упругую шерсть.

Подвижность пальцев и остальных конечностей вернулись спустя час. За это время я кое-как пожарила себе омлет. Чего - чего, а яиц здесь было много.

Лэйла то приходила, то уходила. Подкрепившись, с кружкой горячего чая в руках, я вернулась в фойе. Замки на входной двери были открыты. Я лишь усмехнулась и уселась на диван. В окна отеля можно было смотреть бесконечно, чем я и занялась.

Наконец-то спокойствие воцарилось в душе. Призрак или кто он там, мне был больше не страшен. Не зря говорят, что нужно заглянуть страху в глаза.

Телефон, мирно лежащий на столике, проснулся. Заиграла тихая мелодия, а на экране высветилось имя «Роза Андреевна».

Я никак не ожидала звонка от хозяйки квартиры, которую снимала с Олегом. Несколько секунд я иступлено смотрела на её имя, решая отвечать или не отвечать.

- Алло!

- Тонечка?

- Да, - удивлению не было предела. - Роза Андреевна?

- Да, милая, это я!

- Что-то случилось?

Поднявшись с дивана, я подошла к окну. Лэйла резвилась на лужайке перед отелем. Солнышко выглянуло из-за туч. Мне стало так приятно, что я здесь, подальше от Розы Андреевны, Олега и прочих. Даже с призраком.

- Нет, я слышала, что ты уехала.

- Так и есть.

- Командировка?

- Так, что случилось, Роза Андреевна? Я съехала с квартиры насовсем.

- Да, - задумчиво протянула она, - я хотела предложить тебе. Ты ведь привыкла к району и обои переклеила.

- Предложить что?

- Мою квартиру. Район новый! Ты молодая! А?

- Не поняла, - опешила я. - К чему мне ваша квартира? Купить?

- Да! Я хочу сделать тебе выгодное предложение за пол цены!

- Дом провалился в ад?

- Ну, что ты! Такое бывает в жизни. Срочно нужно продать.

- Понимаю. Вы позвонили не по адресу. Всего хорошего, Роза Андреевна!

Женщина еще лопотала в динамике, но я завершила странный звонок. Хозяйка квартиры была ушлой дамочкой и считать деньги умела - бухгалтер с тридцатилетним стажем. Отставив остывшую кружку, я набрала номер дяди. Он ответил почти сразу.

- Тоня! Как первые сутки прошли? Не страшно было?!

Он тараторил так быстро, что слова не вставить. Как мне было страшно, ему лучше не знать, как и про моего соседа. Я лишь улыбнулась и ответила:

- Нет! Все было и есть замечательно! Как ты?

- А я плохо спал. Мне все казалось, что тебе там плохо.

- Ты можешь звонить мне в любое время, дядя.

- Да, я помню. А еще про твои границы! - засмеялся он.

- Будешь вспоминать до конца дней?

- А то!

Посмеявшись, мы перешли на спокойный тон.

- Скажи, ты что-нибудь слышал про дом, где я квартиру снимала?

- Да! - оживлено вскрикнул дядя, так что ухо заложило. - Хотел сообщить тебе, но закрутился на совещании.

- И?

- Весь город на ушах стоит. Не зря тебе не нравился тот район. Там вчера провалилась парковка, прямо перед твоим бывшим подъездом.

- Правда?

- О, да! И не просто провалилась. Утром в песке и глине обнаружили захоронение. Директор застройщик бросился в бега, жильцы в панике.

- Я же говорила, что там плохо!

- Да, Тоня, на все сто. Ты в новостях прочла?

- Нет, - прыснула от смеха я, - хозяйка попыталась продать мне квартиру за пол цены.

Дядя буквально заржал в трубку.

- Я возьму её на работу! Идет на опережение! Скоро так поступят многие.

- Только, кто их купит?

- Это уже другой вопрос.

Мысленно я представила Олега. Он бы купил.

- Звони, милая, чаще! Твой голосок для меня как лекарство!

- Хорошо! Целую.

Все стало на свои места. Что может быть прекраснее?

Остаток дня я провела за компьютером, обустроив себе кабинет в столовой у окна. Больше я не чувствовала присутствия. Странно, но подсознательно я ждала его. Вопрос с отъездом отпал. Во всяком случае, пока.

Тишина менялась редкой музыкой и фильмами по вечерам. Дни потянулись ровной чередой. Отель жил свою жизнь, я свою, поедая запасы еды. Призрачный сосед сильно не тревожил меня. Иногда я с ним разговаривала и даже ругалась. Он закрывал шторы - я открывала. Он переставлял с места на место мою косметику, я спокойно возвращала. Пару раз он включал среди ночи весь свет, а иногда и распахивал входную дверь, намекая на выход.

На горы медленно опустилась зима. Холода наступили резко. В одно прекрасное утро я сонная распахнула входную дверь перед Лэйлой, и она выскочила в первый снег. Всего за одну ночь его выпало по колено!

В мыслях мгновенно пронеслась цепочка: еда - дорога - город. Как я теперь доберусь?

Захлопнув дверь, я целенаправленно пошла на кухню. В столовой было холодно и темно, хоть глаз выколи. По памяти прошествовав к кухне, я включила свет только там. Холодильная камера опустела. Некоторые продукты испортились и отправились в мусорный бак. В шкафу остался мешок муки, упаковка риса и спагетти.

- Не густо, - заключила я.

Надо звонить Анне. Помирать с голоду не в моих планах.

С хозяйкой мы не созванивались ни разу. Думаю, что она боялась набрать номер первой. Это было логично. С другой стороны - странно.

Взгромоздив ногу на стул, я подперла подбородок коленом. Анна была подписана в записной книжке как «Хозяйка отеля». Надо бы переименовать. Я нажала на вызов, включила громкую связь и стала ждать, положив телефон на кухонный стол из нержавеющей стали.

Один звонок за другим, я набирала её номер неустанно. Пожилая дама не отвечала.

- Что б вас ежи покусали! - заорала я на телефон, когда четырнадцатый по счету звонок остался без ответа.

В груди трепетала птичкой в клетке тревога. Дорогу засыпало. Я в горах и совершенно не понимаю, как ехать.

Опрокинув стул, я спрыгнула и побежала в фойе. Где-то должны быть телефоны служб!

Лэйла звала с улицы истошным лаем. Девочка замерзала. Чертыхнувшись, я открыла ей дверь. Овчарка с налипшим на шерсть снегом пронеслась мимо и с разгону влетела на мой расстеленный диван.

- Лэйла! - обреченно вскрикнула я, но поздно.

Это была месть. Постельное, как и мое одеяло, стали мокрыми и грязными. Собака буркнула и спряталась в теплую норку с головой.

На столе ресепшен были разные записи, блокноты, журнал. Однако, ни одного телефонного номера или визитки. Не теряя надежду, я пошла к кабинету администрации. В сторону хозяйских покоев бегала только Лэйла. Я сюда не ходила вообще.

В руках звенела связка ключей, я шла и включала свет. Ключ никак не находился, и, когда я подошла к двери, его так и не нашла.

- Всё, - обреченно уперлась лбом в дверь и побрела обратно.

Волоски на затылке заплясали, по спине прошелся холодок. Я остановилась.

- Ты же знаешь? - спросила я, вглядываясь в стены коридора. - Помоги.

Ощущение присутствия тут же испарилось. Я не видела его. Однако, в воспоминаниях всплыло лицо гида из кафе.

- Гид Давид, - прошептала я и направилась в комнату для персонала, где лежала моя сумка.

В крайнем шкафчике от стены я сложила все свои документы, сумку и деньги. Шкафчик был заперт на ключ, который висел на связке вместе с другими. Я нашла его по пути. Свет зажегся в помещении, где витал запах моей косметики из душевой. Она, кстати, тоже почти закончилась.

Открылся шкафчик - челюсть отвисла. Он был пуст! Ни сумки, ни денег, ни паспорта! Кровь вскипела в венах моментально, из ушей норовил вырваться огонь. Я терпела, но терпение лопнуло! Мне хотелось орать, и я заорала:

- Выходи!!!

Хлопнув дверью наотмашь, я вырвалась из комнаты персонала и громкими тяжелыми шагами направилась к комнатам хозяина. Меня распирала злоба! Какого рожна он это сделал?! Как?!

- Эй, ты! Покажись, позорный вор!

Коридор быстро закончился и я уперлась в закрытую дверь. Мои кулаки обрушились на нее. Эмоции глушили инстинкт самосохранения.

- Открой, трус! Я знаю, что ты здесь прячешься!

Подпрыгивая от злости, я трясла ручку, но безуспешно.

- Тогда! Я выломаю эту дверь и заберу свое!

Лэйла высунула мордочку из-под одеяла и удивленно на меня посмотрела, когда я пронеслась мимо, в столовую.

На кухне, в шкафу, хранился целый арсенал инструмента для разделки мяса, а то и целого животного. Там я давно приметила приёмистый топорик.

Распахнув дверки навесного шкафчика, я злодейски ухмыльнулась. Прорезиненная рукоять топора как влитая легла в мою ладонь. Хлопнув дверцами, я развернулась и тут же выронила топор. В воздухе, прямо напротив правого глаза парил острый нож.

Топор лязгнул по плитке пола, распустив на ней трещину. Я шумно сглотнула.

- Слушай, - тихо начала я, вглядываясь в отлично видимую мне тень, - ты забрал моё.

- Ты живешь в моем отеле, - прошумел он отовсюду, словно ветер пронесся средь крон великанов-деревьев.

- Я присматриваю за ним.

Нож незаметно колыхался в воздухе, но страха я не чувствовала. От тени исходило нечто другое. Ему было интересно?

- Знаешь, - почувствовав уверенность, я решила не упускать его, - приставлять нож к лицу не представившись неприлично.

- Ты разбила плитку.

- Не я, а ты.

- Женщины… - фыркнула тень, и нож лег на стол.

Тень колыхнулась, разворачиваясь к двери.

- Стой! - вскрикнула я и машинально выбросила руку вперед, что бы остановить его.

Ладонь легла на плечо. Словно разряд тока пронесся от пальцев прямо в сердце. Я видела тень, но чувствовала тело. От него веяло холодом и болью. Настолько сильной болью и отчаянием, что скрутило желудок.

Мы замерли оба. Тень медленно обернулась на меня, а я в шоке забыла как дышать. Рука все еще лежала на крепком мужском плече, пропуская через себя импульсы.

- Ты живой, - ошарашено произнесла я, понимая, что это бред.

Глава 9.

Тень плавно отдалилась, оставив мою руку висеть в воздухе. Он задумчиво молчал, как и я не находила слов.

- Я не брал твои вещи, - тень первая нарушила гнетущее молчание.

- Что? - не сразу я вспомнила, о чем вообще речь.

- Ты ошиблась шкафчиком.

- Да?

- Да. Не с того края.

- Прости, - стало не ловко.

Он обернулся. Я не видела в размытом пятне глаз, но чувствовала, как он смотрит.

- Тебе стоит найти машину и уехать пока не поздно. Будет только хуже, дорогу заметёт совсем. Я ничем не смогу помочь.

В руках затрещали разряды. О чем он говорит?! Я злостно стряхнула напряжение с кончиков пальцев и отошла к крану.

Вода успокоила пересохшее от частого дыхания горло. Я медленно пила, глядя на тень. Бардак в голове лишь нарастал.

- Ты понимаешь, что живой? - тихо спросила я, стукнув стаканом по столешнице.

- Не знаю…

- Я коснулась тебя, - я начала щелкать пальцами, что бы он продолжил и сказал свое имя.

- Роман Сергеевич, - сообразил он.

- Рома, - кивнула я и отрезала лишние слова.

По моим ощущениям ему было в пределах тридцати - сорока лет, не больше.

- Коснулась, - согласился он. - Меня и другие касались.

- Правда?

- Ты не особенная, - фыркнул он.

- И много людей разговаривали с тобой?

- Я сам не хотел…

- Не смеши меня! Я не верю!

Наш разговор походил на болтовню старых друзей. Я чувствовала его так явно, как никого раньше из людей. При том, что не видела.

- Думаешь, мне смешно? - нотки гнева пробились сквозь эхо его голоса.

- Нет, прости, - снова стало стыдно. - Я просто… не понимаю. Это странно.

- Странно проснуться однажды и не увидеть свое отражение в зеркале. Не увидеть своих рук, ног, лица.

Слова разом вылетели из головы. Я представила его вселенское отчаяние в этот момент.

- Я бы кричала, - тихо сказала я, опустив глаза.

- Я кричал, но ты права. Меня никто кроме тебя не слышал.

Не смогла удержать самодовольную улыбочку, но мысли понеслись рекой.

- Когда это случилось?

- Шесть месяцев, одна неделя и три дня назад.

- Мне жаль…

- Спасибо. Толку от этого нет.

- Ты не знаешь, что могло стать причиной?

- Без понятия! Болезней таких нет.

Я села на стул и задумалась.

- Нет, но это не болезнь. Теперь я точно знаю, что мир гораздо шире того, что мы видим глазами.

- Тоня, - моё имя прозвучало так тепло, не смотря на низкий голос и эхо, - найди машину и уезжай.

- Я ведь могу купить много еды…

- Дорогу заметает сильно. В гараже за отелем есть трактор, но я не могу покинуть отель. Как не пытался. Словно привязанный. А ты…

- А я не умею.

- Да. Заснеженный серпантин опасен. Уезжай.

- Я хотела покоя, - опустив голову на грудь, я почувствовала пустоту в ней. - Это должны были быть лучшие пол года в моей жизни.

- Я видел твои работы, - тихо сказал Рома и приблизился, остановившись напротив. - У тебя талант.

- Спасибо. Мне нравится рисовать и делать мир уютным.

- Знаешь, ты сделала этот отель уютным.

- Недавно ты наставил на меня нож!

- Да, но так и есть. Просто, это место не твое. Отель обречен. Моё детище и мечта всей жизни станет мне красивым склепом.

Я слушала и проникалась все больше. Где-то в глубине души я хотела остаться и помочь. У каждого события есть исток.

Взгляд проскользил мимо топорика, разбитой плитки к холодильной камере. Она пуста, а мне не выжить.

- Стоп! - я вскочила как ошпаренная. - Ты питаешься?

- Зачем тебе, Тоня?

- Нет, ответь.

- Это не меняет суть дела.

- Я объела тебя? Или ты меня?

На миг на кухне воцарилась тишина. Мне снова стало стыдно, хоть я ни в чем не виновата. Во мне росло и множилось чувство ответственности и долга.

- Так нельзя, - я стояла напротив и всматривалась туда, где были бы глаза. - Ты живой. Просто… невидимка.

- Хватит! - голос Ромы прогремел словно гром среди ясного небо.

Тело пронзило холодной дрожью. В мгновение ока он исчез. Лишь двери на кухню болтались на маятниках от силы, с которой Рома их распахнул.

Я бессильно упала на стул, руки опустились. За тенью скрывался живой человек, и горе его было не меньше вершин этих гор. Умереть вдвоем - не вариант. Мысли кружили рулеткой казино, пока шарик не упал в нужную ячейку.

Я решительно поднялась и пошла в комнату персонала. Сумка, документы и деньги действительно оказались в шкафчике с другой стороны ряда. Я лишь сказала спасибо своей забывчивости, ведь без этого я не узнала бы правду.

Визитка гида Давида лежала в заднем кармашке сумки, куда я её и положила. За окном кружили легкие и пушистые снежинки, с динамика телефона доносились гудки. Лэйла сидела рядом и громко дышала, высунув язык.

- Слушаю! - раздался знакомый мужской голос вперемешку с шумом ветра.

- Гид Давид?! - закричала я, прижимая телефон ближе ко рту. - Я Тоня!

- Кто?!

- Тоня! Мы с вами виделись в кафе месяц назад!

- С призрачного отеля?!

Его версия названия отеля мне не понравилась, но, сморщив лицо, я согласилась:

- Да!

- Вот как! Надоело с призраками?!

- Это не смешно, - резко ответила я. - Мне нужна помощь.

- Прости, красавица! Это юмор! Что случилось?!

- Дорогу сильно занесло снегом, а мне нужно в город.

- Дорога - это проблема! На твоей машине не проехать.

- Мне нужна служба или машина для расчистки снега!

- Почему тебе? Пусть хозяин занимается!

- Я… одна.

- Как одна?! Совсем?!

- Совсем! Дайте, пожалуйста, номер.

- Зачем номер?! Ты позвонила в правильное место! Мой джип на агрессивной резине проедет куда угодно.

- Но снег…

- Навесной отвал тебе о чем-нибудь говорит? Услуги гида зимой не сильно востребованы, а вот дороги чистить нужно! Жди, красавица! Спасу тебя через пару часиков!

- Спасибо, Давид!

Обрадованная удачным звонком, я попытала счастье еще раз и позвонила Анне. В этот раз абонент был не доступен.

Через два часа я была полностью готова ехать. В кошельке круглая сумма, что бы закупить побольше продуктов с большим сроком годности и заплатить Давиду за услугу. Я твердо решила, что останусь. Мне не давала покоя загадка невидимки. Нормальный человек бежал бы без оглядки, как та женщина.

Ступив в снег, я провалилась по колено. На выручку пришла моя собственная небольшая лопата из машины. Конечно, теплые штаны нужно было снова переодевать, но я раскопала себе тропинку до ворот и была этим горда.

Пока я переодевала штаны в отеле, на улице послышался громкий сигнал машины. Лэйла недовольно залаяла у дверей. Она скалила зубы и рычала, царапая полотно.

- Нет, Лэйла! Это гость! - рявкнула я, и овчарка села на задницу, внимательно прослеживая мой путь к брошенной куртке и ботинкам.

Что бы не выпустить любопытную и рычащую собаку на улицу, пришлось побороться. Давит стоял у закрытых ворот и сигналил.

- Вредная ты собака! - злилась я, отпихивая сильную самку от двери. Выпускать её я не хотела. Она странно гневно рычала.

Внезапно ушки Дэйлы навострились, она замерла, обернулась и убежала. Наверное, Рома позвал её.

Давид в огромной меховой шапке ушанке скалил зубы, раздувая грудь. Джип за ним внушал доверие. Огромные колеса и массивный отвал впереди.

- Привет! - крикнула я, впопыхах закрывая дверь отеля ключом.

Калитка рядом с воротами была так же закрыта на ключ, и гид ожидал меня рядом с ней.

- Здравствуй, красавица! Я как знал, что позвонишь!

- Да?! - для вежливости улыбалась я, стараясь не завалиться в снег.

Моя тропинка была узкая. Снег под ногами елозил, затрудняя каждый шаг.

- Да! Чуйка сильная!

Наконец я добралась до калитки. Давид зря времени не терял, пока ждал меня, и расчистил снег лопатой от машины до калитки. Левее от ворот высилась куча снега, который он сдвинул с дороги.

- Сейчас поедем вниз, я опущу отвал ниже, - пояснял он, пока мы шли к джипу. - Но, все равно, на своей машине не выезжай.

- Я поняла, - усмехнулась я и полезла на ступеньку к пассажирскому сидению.

Давид захлопнул за мной дверь, и вскоре мы тронулись. Гид не умолкал ни на секунду, я непрестанно глазела по сторонам. Заснеженные верхушки деревьев внизу по склону были великолепны. Город был практически незаметен. Только дым из печных труб в пригороде медленно поднимался к небу. Джип спускался, покачиваясь. Внутри царила тишина и умиротворение от вида и самого места. И чем дальше мы отъезжали от отеля, тем сильнее меня к нему тянуло.

Странное чувство, будто забыла выключить утюг, но не знаю, где он стоит, щекотало изнутри.

- Тоня? - Давид легонько коснулся плеча. - Ты меня слушала?

- Прости, я задумалась.

- Ну, вот! - зычно рассмеялся мужчина, крепко обхватывая руль в кожаных перчатках. - Я ей распинаюсь! Спрашиваю, как призраки?

- Я говорила.

- Да?

- Ты, значит, тоже меня не слушал.

- Подловила, - Давид задержал взгляд и подмигнул. - Напомнишь? - снова вернулся к дороге.

- Нечего напоминать. Призраков нет, только я и большая овчарка.

- Ты без питомцев была.

- Хозяйка оставила. Ей некуда забирать, а мне компания.

- Компания может быть и по-лучше.

Давид еще раз задержал взгляд. Такой ни с чем не спутаешь, когда у мужчин кровь от мозга отливает, прикрывая за собой веки.

- Мне хватает.

Я уперлась в него взглядом. Голос прозвучал низко, будто не мой. Давид тут же отвернулся и, прокашлявшись, уставился на дорогу. Серпантин закончился и перешел в пологий спуск.

За джипом оставалась замечательная почищенная дорога. Однако, это не на долго. Нужно запастись едой на три - четыре месяца.

- Сейчас отвезу тебя в самый лучший магазин. Подумай, может чем-то в отеле помочь. Без мужской руки все быстро приходит в негодность.

- Это, пожалуй, самая большая проблема, - я засмеялась, указывая двумя руками на дорогу.

Магазин находился на окраине города. Давид был прав, выбор здесь был широкий. Нагружая вторую тележку, я сосредоточенно пыталась не упустить что-то важное.

- Может быть проще еще разок спуститься с Олимпа? - Давид ухмылялся и катил груженную доверху тележку сзади.

- Не думаю. Тебе точно некуда спешить?

- Нет, мне даже интересно с тобой.

Гид Давид действительно мне сильно помог. Без еще одной пары рук столько не унести.

Две тележки продуктов и средств гигиены замечательно поместились в багажник джипа и на задние сидения. Мысленно я подсчитывала деньги, которые буду должна за эту поездку и чистку снега.

До отеля мы ехали с музыкой. Давид притих, на улице смеркалось, а я жевала пастилу и смотрела в окно.

- Я помогу! - Давид спрыгнул с джипа первый и начал выгружать пакеты на снег.

Спустя пол часа челночного бега мы занесли покупки в дом. Я постоянно озиралась и высматривала Лэйлу, но её нигде не было. Давид занес последние два пакета и выдохнул.

- Воды?

- Не откажусь и от кофе.

- Я не…

- Ладно, давай воды.

- Хорошо, я сейчас принесу, а ты подбей, сколько я тебе должна.

- Денег?! - недвусмысленно ухмыльнулся он, и я пошла еще быстрее.

Давид фыркнул мне вслед и уселся за столик зоны ожидания. Лохматая шапка ушанка заняла пол стола.

Предвкушая объемы работ, я поторопилась набрать воду и выпроводить Давида. Надеюсь, что больше не придется обращаться к нему за помощью. С виду доброжелательный, но с ним не спокойно и не уютно.

Торопливо развернувшись с полным стаканом в руке от раковины, я с размаху врезалась в пустоту. Я ощутила мощное жилистое тело перед собой. Вода пролилась на тень и осталась мокрым пятном висеть в воздухе, стекая по невидимке.

Из меня вырвался вскрик, но на рот опустилась широкая невидимая ладонь.

- Спрячься, - прошептал Рома рокочущим эхом.

По позвоночнику пронеслась ледяная дрожь ужаса.

Глава 10.

Рома вытолкал меня невидимыми руками в столовую. Тишина отеля давила на уши. Слишком странная и необычная для этого места.

Мы двигались вдоль стены, минуя столы, на которых словно щупальца осьминогов торчали вверх ножки перевернутых стульев. Озираясь, я видела тень, но Рома не останавливался, подталкивая к колонне.

Зал столовой был украшен колоннами по периметру. Квадратные зеркальные великаны с изящной подсветкой расширяли границы помещения. Я не понимала, куда он меня толкает. Из фойе послышался голос Давида. Его тон был чертовски липким и противным:

- То-о-оня! Я иду искать!

Голос был довольным и мурлыкающим, словно он наслаждался моментом и… своими планами.

Мой взгляд был прикован к дверям в столовую, когда Рома резко повернул налево. Прямо за колонной, из стены, торчала незаметная круглая ручка. Только я её заметила, как часть стены начала отъезжать в сторону.

- Потайная дверь? - зашептала я, но вместо ответа меня бесцеремонно впихнули в темноту коридора.

Толчок был сильный, и я пробежала несколько шагов по инерции. Обернувшись, я увидела стремительно исчезающую полоску тусклого света. Дверь закрылась, темнота окутала меня так плотно, что стало тяжело дышать. Я стояла как вкопанная и боялась шелохнуться.

Запах разогретой пыли неприятно щекотал нос. Видимо, где-то рядом трубы или другие коммуникации. Стук моего сердца и тяжелое дыхание - это все, что я слышала сейчас. Подойти к двери и прислушаться? Неужели Рома вытворит Давида сам?

Недолго думая, я шагнула вперед, уверенная, что иду к двери. В кромешной темноте было жутко не уютно. Я вытянула руки вперед и тут же врезалась в шершавую стену пальцами, едва не сломав их.

- Зараза! - выругалась как можно тише я и пошла дальше, касаясь стены.

Я пробежала всего на метра три вперед, но никак не могла достигнуть двери. На десятый шаг я осознала, что иду в другую сторону.

Злость на саму себя резанула по самолюбию. Я шла дальше черт знает куда, пока рука не соскочила с бетона и коснулась деревянного полотна.

Я судорожно начала прощупывать каждый сантиметр двери. Ручки нет! Но, если дверь отъезжает так же, как в столовой, то…

Зацепившись за выступающий край полотна, я потянула её вбок. Радости не было предела, когда на лицо упал лучик света. Он был приглушенным и слабым, но был. Дверь поддавалась с трудом, но когда я достаточно её открыла, то поняла одно - это комната Ромы.

Тем временем в фойе…

Давид стоял у дверей столовой, прислушиваясь. В черных глазах мужчины тлели угольки от жара, что распалялся в нем. Они были одни, она ему понравилась с момента их встречи. Сама судьба толкала Тоню к нему в руки, как он думал.

- Тоня! - набрав побольше воздуха в легкие, он закричал на весь отель. - Я иду искать!

Давид прислонил ухо к двери и прислушался в последний раз.

- Или заигрывает, или боится, - добавил уже тише и облизнулся как кот на сметану. - Будет умолять, что бы не уходил.

Двери раскрылись тихо, без единого скрипа. В столовой было темно. Скудный лунный свет пробивался сквозь прикрытые шторы на окнах. Зато Давид увидел ориентир - яркий свет с кухни, что сиял в круглых окошках маятниковых дверей.

- Тоня! Красавица моя! - Давид медленно, рассматривая помещение, двинулся вперед среди столов. - Ты ради меня скважину буришь?!

Смеясь со своей шутки, он добрел до кухни. Двери упруго покачнулись и впустили мужчину в хорошо освещенное помещение. Давид прищурился и словно сокол на охоте осмотрел кухню.

- Тоня?

Его внимание привлек листок бумаги, небрежно вырванный с блокнота. Он висел на двери холодильной камеры на магните.

Давид не спеша пошел к записке. Он приседал и становился на колени, надеясь увидеть ноги Тони.

- Ладно, - поднялся он и уперся взглядом в записку, - посмотрим. О! Это мне!

Давид рассмеялся и снова развернулся, прочесывая глазами кухню.

- Любовные записки?! Тоня?!

Ответом была тишина, и он прочел текст: «Давид! Деньги переведу на счет. Уезжай. Спасибо!»

- Не то я ожидал увидеть, Тоня.

Давид недовольно цокнул и сорвал листок. Скомканный белый шарик бумаги улетел в сторону и упал на пол.

- Мне деньги не нужны! - вдруг закричал он. - Давай поговорим! Меня не стоит бояться!

Давид сорвался с мета и выпрыгнул из кухни в столовую. Глаза охотника горели огнем, он не собирался уходить.

Словно вихрь он промчался через столовую, выхватывая взглядом выход и вход. Отель был не большим, а его рвение напротив огромным.

Давид влетел в фойе и бросился на лестницу. Будто сайгак он преодолел два пролета и уперся в закрытые двери на этаж. Та же картина была и на третьем этаже.

Спустившись обратно, мужчина уверенной походкой направился к стеклянным дверям в СПА-зону, но и они были заперты. Путь был один - в восточное крыло. Давид рассмеялся. Его это лишь раззадорило.

- Прячься, красавица! Все равно найду!

Темный коридор служебных помещений встретил Давида не дружелюбно. Он шел медленно и бесшумно. Выключатели на стене он игнорировал, доверяя инстинктам.

Перед поворотом мужчина прислушался, прижавшись к стене.

В покоях хозяина…

Я с восхищением разглядывала комнату, которая, судя по всему, была кабинетом Ромы. Здесь была странная атмосфера. Иная, притягательная. Его покои состояли из нескольких комнат. Мягкий теплый свет лился на заваленный бумагами и блокнотами стол. Три монитора стеной стояли напротив пустующего кожаного кресла.

Вдоль стен возвышались книжные шкафы, забитые литературой разных жанров: от бизнеса до поэзии. Окно было предсказуемо закрыто ставнями.

Я тихо ступала по мягкому ковру в направлении стола. Мониторы источали блеклый свет - техника работала в эконом режиме.

Первый монитор явил мне знакомую картину - маленькие окошки прямой трансляции с камер наблюдения. Конечно же! У хозяина должен быть свой личный доступ, и я не сомневалась, что более расширенный, чем у охраны. Я тут же села в кресло и сосредоточилась.

На втором экране едва уловимо двигались графики. Рома увлекался финансами. Третий монитор не работал.

На экране было шесть окошек с камер: от ворот, где стоял вездеход гида; с крыльца; из фойе; со столовой; с кухни и прачечной, где было темно.

- Где Давид? - прошептала я, и в этот момент в окошке прачечной загорелся свет.

В светлой комнате с бытовой техникой у дверей стояла Лэйла! Веки словно заклинило вверху. Я смотрела неотрывно на овчарку, которая яростно махала хвостом и тыкалась носом в запертую дверь. Она не лаяла, просто ждала.

- Что происходит?

Дверь из прачечной внезапно открылась, за ней никого не оказалось, только пустой участок коридора, освещаемый льющимся светом из прачечной. Лэйла села, глядя вверх. Перед ней явно стоял хозяин. Пальцы сжали подлокотники кресла так сильно, что костяшки побелели, когда собака резко поднялась и убежала. Словно по команде она исчезла в темноте.

Непослушными пальцами я схватила мышку и вышла в меню списка камер. Экран разбился на двадцать маленьких окошек. Я сразу нашла нужное - там горел свет, и это был коридор. Кликнув по нему, я открыла окно на весь экран и замерла в ужасе.

Давид стоял прямо перед дверью хозяйских покоев. Мой взгляд поднялся над мониторами и уперся в то, что разделяло нас. Шумно сглотнув я вернула взгляд к монитору.

За спиной Давида появилась Лэйла. Она шла тихо, склонив голову. Её взгляд исподлобья, напряженное тело и полусогнутые ноги выдавали готовность атаковать.

- Умничка, девочка.

Кулаки сжались в предвкушении. Давид резко обернулся назад. Лэйла утробно зарычала и остановилась, не меняя позы.

Грохот от двери - Давид вжался в нее всем телом, но не закричал. Мужчина смотрел на собаку и медленно перемещал руку к карману куртки. Сердце пропустило удар. Один бог знает, что он достанет оттуда.

Лэйла зарычала агрессивнее, оскалив клыки. Она сделала два шага вперед, прижимаясь к полу еще больше. Давид не останавливался. Его движения были плавными и медленными.

Лэйла остановилась, словно по команде. Рука Давида исчезла в кармане. Миг и Лэйла стрелой бросилась на него, хватая ту самую руку.

- Нет! - закричала я, припадая к экрану.

Пульс бил по вискам. Я не хотела, что бы кто-нибудь пострадал.

- Тварь! - закричал Давид, пытаясь выдрать руку. - Тоня! Тоня!

Лэйла дергала его за руку, уводя от двери дальше и дальше. Его крик будоражил. Это все из-за меня! Надо было не пускать на порог Давида!

Внезапно в голове раздался голос, словно далекое эхо из глубины сознания: «Не выходи…»

Я замерла в кресле, легкие норовили разорваться в клочья вместе с сердцем. Я так не могу!

- Лэйла, фу!!!

Я бросилась к двери, замок щелкнул с отдачей, и я вырвалась в коридор.

Лэйла навострила ушки и перестала дергаться.

Давид бешеным взглядом посмотрел на меня через плечо и заорал:

- Отзови псину!

Я ошалело металась глазами между овчаркой и гидом. Крови не было, она не прокусила кожаную куртку. Пока…

- Лэйла! - скомандовала я, дрожащим голосом. - Ко мне! Фу, Лэйла!

Собака замешкалась. Она преданно смотрела на меня, выворачивая уши назад. Я знала, что Рома приказывал иное - его голос звучал тихо и отдаленно, но он был поблизости.

- Лэйла, девочка, иди ко мне, - я села на корточки и протянула к ней руки.

Внезапно, Лэйла выплюнула руку Давида, словно нечто противное и встала на четыре лапы. Лезвие ножа блеснуло в руке Давида. Мой рот открылся в безмолвном крике ужаса. Нож вонзится в бедро бегущей ко мне Лэйлы. Вой, кровь, мой крик и зловещий взгляд Давида смешались в настоящий кошмар.

Глава 11.

Ноги отказали. Я так и упала с протянутыми руками к Лэйле. Она выла и смотрела мне в глаза. Обхватив мохнатую голову, я кричала, пока Давид поднимался над нами с окровавленным ножом.

- Зря… - шипел он. - Теперь я возьму с лихвой.

Я попыталась подняться вместе с Лэйлой, но Давид жестко оттолкнул меня от собаки. Он тянул ко мне руки в крови, я пятилась назад. Мир сошелся в его глазах. Там был мрак.

Внезапный порыв ветра ударил в лицо. Давид взлетел в воздух с диким воплем. Этот крик был намного страшнее. Он болтал руками и ногами под потоком, бессильно пытаясь заглянуть под себя.

- Что это?! Что это?! - он кричал, а в следующий миг улетел на два метра по коридору и рухнул грудой на пол.

- Сказал не выходить! - Рома разгневанно прогремел надо мной и тень сгустилась у Лэйлы.

Я подползла к ней ближе. Рома нависал над животным. Бедняжка скулила и не шевелилась.

- Я помогу, - прохрипела я, пересохшее горло саднило, чувство вины безжалостно топило меня.

- Где ты, тварь?! Призрак из преисподней! - Давид окончательно сошел с ума.

Мужчина выхватил нож и размахивал им по всему коридору.

- Уходи! - завопила я, поднимаясь.

Передо мной стояла тень, Давид вышел к нам, тяжело дыша словно бык на корриде.

- Уходи, Давид! Это конец! Дай мне спасти собаку.

- Она напала на меня! Её не нужно спасать! Где та тварь?! Ты ведь знала! Покрывала это… это… Да, красавица?!

- Уходи, - процедила я сквозь зубы. - Я вызову полицию.

- Значит, - продолжал он, - вот с кем ты живешь. А он силен. Коротаешь с ним ночи?

- Пошел ты, Давид! Выметайся отсюда.

- Скажи, что у него пять секунд, что бы уйти, - Рома стоял ровно между нами.

- У тебя пять секунд, Давид. Уйди с частной территории. Здесь повсюду камеры, я напишу заявление.

Голос звучал низко и уверенно, не смотря на дрожь в коленях. Хотя эта дрожь была из-за страха за Лэйлу.

- Пусть покажется, и я уйду, мамой клянусь.

Давид расставил ноги пошире, покручивая нож в руке.

- Скажи ему.

- Но…

- Скажи ему!

- Он перед тобой, - был мой ответ Давиду.

- Отлично! - он заржал словно умалишенный и бросился с ножом в пустоту.

Горло сдавило словно в спазме. Я с ужасом смотрела как тень порхает вокруг Давида, уворачиваясь. Он махал ножом так быстро и ловко, будто родился с ним.

Рома пнул гида в стену так, что Давид впечатался лицом. Нос мужчины хрустнул. Рома действительно силен.

Давид заорал, но не успокоился. Он начал выписывать в воздухе фигуры и один взмах прошелся через тень. Словно гром, в голове раздался вскрик Ромы. Кровь алыми каплями упала на пол.

- Да! - завопил Давид. - Тебя можно убить, тварь безликая!

Из пустоты пространства и времени посреди коридора кровоточила рана. Зажав рот руками, я в шоке смотрела на тень, а он на меня.

Два удара сердца и Рома пошел на Давида. Рука с ножом внезапно смялась. Три пальца выгнулись в другую сторону. Нож упал на пол.

Крик Давида звенел в ушах. Рома снова поднял его в воздух и швырнул о стену. Хруст костей звучал тошнотворно. Рома тянул Давида по коридору, пока тот корчился от боли и истекал кровью.

Я последовала за ними. На чистом светлом ковре растекалась и впитывалась алая кровь мужчин. Рома открыл дверь и выкинул Давида из отеля в снег. Тот давился болью и злобой, поднимаясь. Он барахтался в снегу словно в болотной топи, хватаясь за ребра.

- Я вернусь и убью тебя! Слышишь?! Спалю здесь все вместе с тобой!!!

Рома закрыл дверь и осел. Я бросилась к нему, снимая на ходу кофточку.

- Помоги Лэйле, - хрипел он.

Я лишь отмахнулась, перевязывая невидимое тело тканью.

- Давай! - скомандовала я, наощупь хватая мужчину под руки. - Вставай, бугай!

- Иди…

- Нет! Вставай! Нужно дойти до дивана!

И Рома поднялся. Невидимый, но очень тяжелый, он шел прихрамывая. Я видела, что ранение пришлось на левый бок, и надежда на то, что ничего не задето, была такой же призрачной.

Лэйла совсем опустила голову и жалобно сопела. Под задними ногами скопилась кровавая лужа. Я забежала в кабинет Ромы, затем ворвалась в спальню и схватила покрывало с двуспальной одинокой кровати.

Из покрывала получился удобный гамак, в который поместилась Лэйла. Я перекинула его через плечо и понесла её в кабинет. Двухместный диван «Честер» у окна идеально подошел для раненной. Мысль о Давиде не покидала меня. Я мимоходом заглянула в монитор. На экране с камеры у ворот был он. Давид с трудом забирался на ступеньку джипа. Видимо, у него сломаны ребра. Тем не менее, он за пределами отеля.

Откуда во мне силы, одному богу известно! Но, я бежала в комнату персонала сломя голову. Там, на стене, висела аптечка. Бинтов и прочего было в достатке.

Познаний в медицине не хватало - это факт. Однако обработать рану перекисью и зеленкой я могла. С бинтами, баночками и ведром воды я вернулась в кабинет. Лэйла посмотрела на меня тусклым взглядом и заскулила. Во мне билось и трепетало чувство жалости. Помочь ей хотела вся вселенная, что жила во мне.

Смочив марлю теплой водой, я приложила отрез к раненному бедру. Ткань мгновенно пропиталась кровью, Лэйла скулила и держалась.

Смывая кровь с марли, я смотрела в воду. Кровь рисовала странные узоры на воде. Я замерла на миг. Рисунок гипнотически притягивал моё внимание, пока не сложился в бутон. Бутон распустился в дикую орхидею. Дыхание перехватило, рисунок словно отделился от воды и вонзился в меня.

Испугавшись от неожиданности, я бросила марлю в воду и закрыла руками лицо. Лэйла жалобно заскулила, пытаясь дотянуться до меня языком и облизать. Я чувствовала рисунок на лице, паника росла.

С большим усилием воли я оторвала руки от лица. На ладонях остались розовые капли. Лэйла пронзительно скулила, глядя прямо мне в глаза. Я читала в них крик о помощи, и в груди откликалось теплом. Оно росло и росло, пока не потекло по венам до кончиков пальцев. Пока не стало жечь.

Я достала марлю из ведра и отжала. Руки горели, я приложила их к ране овчарки поверх ткани и сразу полегчало.

Лэйла перестала скулить и устало опустила голову на диван. Она словно засыпала, а тепло из рук все шло и шло к ней. Мне было легко, но я чувствовала отдаленную боль в бедре. Словно старый синяк тревожил.

Я закрыла глаза. Ощущения завораживали. Потоки энергии менялись и сплетались во мне затейливыми узлами. Это длилось несколько минут, пока тепло не иссякло. Я открыла глаза.

Лэйла мирно сопела мокрым холодным носом. Убрав красную марлю с пушистого тела, я ахнула. Вместо продолговатой колотой раны, среди слипшейся шерсти, виднелся рубец.

В шоке, но при памяти, я поднялась с ковра и рванула к Роме. Не понимая совершенно, что я только что сделала, я молила об одном - повторить это чудо снова.

Рома размытым темным пятном лежал на диване. Сейчас я могла видеть очертания его торса. Кровь растеклась по боку из-под моей кофты.

- Рома!

Я вцепилась в него, ощущая горячую кожу под подушечками пальцев.

- Рома, очнись!

Он не отвечал. Рука в панике взмыла в воздух и обрушилась туда, где примерно было лицо.

- Рома!!!

Невидимка дернулся и прокашлялся. Пропитанная кровью кофта сжалась невидимой рукой в районе раны.

- Я тебе помогу, слышишь. Лежи и ничего не делай.

- Что? Как?

- Тихо.

- Тоня…

- Тихо!

Я нервно шлепнула ладонь на его лицо и угадала. Горячие губы коснулись моей кожи. Импульс будто удар молнии промчался прямо от ладони к сердцу. Я резко выдохнула от волны чувств, но… это было не то тепло в груди. Рома притих под моей рукой. Сердце ускорило ритм, я смотрела ему в глаза, не видя их. Я чувствовала, как между нами натянулась нить. Прочная и крепкая, из самого сердца.

Его горяче дыхание кружило голову. Тела тянуло как магнитом.

- М!

- Прости!

Я коснулась раны в безумстве и отскочила прочь. Рома молчал, как и я. Только струйка крови от нажатия напомнила мне, что он умирает.

- Почему не работает, - прошептала я, подбираясь на полу.

- О чем ты? Мне сейчас… я сейчас… - начал перебирать он, но силы таяли.

- Вставай, Рома! - я бросилась к нему с единственной мыслью. - Нам нужно перейти в кабинет.

- Зачем?

- Там у меня получилось.

- Получилось?

Я схватила здоровяка и потянула на себя с упором в диван.

- Я исцелила Лэйлу.

- Спасибо, - Рома облегченно выдохнул, встал и завалился на меня.

Ноги тряслись от тяжести, но я шла. Почему-то я знала, что там смогу помочь. Откуда? Без понятия.

Последние шаги дались слишком тяжело. В дверях кабинета Рома свалился, а я не удержала. Я хлестала его по щекам или куда попадала. Он только мычал в ответ.

- Возьми себя в руки! - закричала я и ему, и себе.

На столе лежал чистый отрез марли. Я вскочила с ведром и бросилась в спальню. Ванная у Ромы была просто огромная и больше походила на личный мини банный комплекс. Я быстро поменяла воду и выскочила в кабинет. По телу бегали импульсы, скручиваясь в животе напряжением. В груди теплело - это было оно!

Именно в кабинете, рядом с кровавым пятном на прозрачном теле, я почувствовала жар. Он снова растекался по венам, сосредотачиваясь в руках, на кончиках пальцев.

Точными движениями я разрезала промокшую от крови кофту и приложила горячими руками марлю на место раны. Рана была видна хорошо, словно алая спокойная река текла из ниоткуда.

Марля быстро напиталась кровью, по рукам потекло тепло, просачиваясь через пальцы к Роме. Он застонал. Его боль только усилила мой жар, в боку начало колоть.

Руки горели, его боль откликалась в теле. За жмурившись я продолжала. Вскоре марля окрасилась в красный цвет полностью. Я с трудом оторвала руки от невидимки и прополоскала отрез.

Вернувшись к ране, я облегченно выдохнула - кровь больше не шла, но рана была открыта. Я снова приложила ткань и тепло потекло.

Спустя несколько минут я открыла глаза. Я будто отключилась на время. В руках больше не было жара. Лишь точечные покалывания в ладонях. Голова кружилась и стоило пошевелиться, как меня повело. Я рухнула на пол, ощущая рядом его.

Слабой рукой в алых разводах я коснулась невидимого мужчины. Его могучая грудь мерно вздымалась, он спал. Собрав последние силы, я приподняла голову и увидела лишь запекшуюся кровь. Рана исчезала. Глаза закрылись. Я провалилась в небытие.

Глава 12.

Бесконечные ряды высоких роз, складывались в лабиринты. Аромат кружил голову. Я бежала по мокрой высокой траве в поисках того, о чем не знала раньше, но понимала сердцем. Длинное платье мешалось в ногах, обволакивая мокрым покрывалом. Я бежала… влево, вправо, снова влево. Запах роз стал слабее. В воздухе повисли нотки сладкого аромата дикой орхидеи.

Сердце волнительно забилось в груди. Я схватила мокрый подол и понеслась быстрее ветра на запах. Аромат словно дыхание неизведанного манил и вел. Поворот за поворотом и вот я оказалась словно на арене из колючих роз. Большая поляна с каменным вазоном в центре встретила меня порывом ветра, разбросав длинные черные волосы по плечам.

Трава расходилась волнами в разные стороны. Я словно завороженная ступала к орхидее. Травинки цеплялись за ноги, будто хотели остановить.

Три шага до цветка. Его белые, с красной окантовкой листья манили словно мамины руки. В груди теплело.

Внезапно между мной и цветком возникла Люда. Черные шрамы на лице, сумасшедший взгляд и улыбка. Страх пронесся сквозь меня от пяток до затылка, но я не хотела мириться.

- Отойди! - зашипела я.

- Ты одна из нас! - голос Люды был таким далеким и тихим, хотя она кричала.

- Прочь!

Я не могла не взять цветок. Он - моя жизнь, он - моя энергия, он - это я! В глазах блеснула молния, по рукам растекся жар. Я сделала шаг вперед, но Люда схватила меня за предплечье, оставив черный след в воздухе.

Её ладонь была ледяной, словно дно глубокой безжизненной впадины. Шрамы на лице полыхнули. Я схватила её руку в ответ. Лед и пламя встретились, кожа на руке зашипела, причиняя боль. Мы обе закричали, не готовые отступать.

- Тоня!

Щеки горели. Надо мной громыхал голос Ромы. Я распахнула глаза, хватая воздух ртом, и стремительно села. Рука болела, но не было ни следа ожога. Невидимка был рядом, и я врезалась в него, попадая в невидимые объятия.

Стук чужого сердца, призрачное тепло тела, которого не видно. Я дышала так часто, словно пробежала марафон. Во мне бурлили противоречивые чувства: страх, злость, обида и решительность.

- Это сон, - Рома держал меня в объятиях и не отпускал. - Просто дурной сон.

- Нет, - прошептала я, - это был не сон.

- По-моему, нам нужно поговорить.

- Согласна.

Тем для разговоров было предостаточно, и мой интерес был не меньше. Уткнувшись в тень, я смотрела сквозь нее на Лэйлу. Овчарка тихо скулила и наблюдала за нами. То, что она истекала кровью вчера вечером, и не скажешь.

Лэйла подошла ближе и ткнулась носом в мой лоб. Рома раскрыл объятия, хоть мне хотелось еще немного побыть там.

- Она цела и здорова, - Рома пригладил густую шерсть овчарки. - Спасибо.

- Я рада.

- Спасибо, что спасла меня. Я в огромном долгу перед тобой.

- Я… - мне вдруг стало неловко и неуютно.

Оглянувшись, я поняла, что лежу на кровати Ромы в его спальне.

- Почему я здесь?

- Где, здесь?

- В твоей постели?

- Я перенес тебя ночью, когда очнулся.

- Я ничего не помню, - зажав гудящую голову ладонями, я попыталась вспомнить.

Тепло в руках, исцеление Лэйлы. Я тащила Рому в кабинет. Он жутко тяжелый. Зачем?

- Ты исцелила меня. Уж не знаю как.

Взгляд остановился на тени. Мысли начали выстраиваться в один ряд, голова кружилась. Хотелось есть.

- Раны нет?

- Нет. Идти можешь? Я приготовлю завтрак, ты явно обессилена и голодна.

- Да…

- Да?

- Нет!

В голове пронеслись события вчерашнего вечера полностью. Давид, магазин, сумки, которые так и остались не разобранными. Нож… Исцеление… Провал и Люда.

Медленно спустив ноги на пол, я поднялась на трясущихся ногах. Было такое ощущение, что меня выпили до дна, но со дна лучше видно строение сосуда.

Во мне была сила. Люда не спроста появилась в моей голове, напоминая, о чем говорила.

- Ведьма… - произнесла я вслух.

- Что? - тень была рядом.

Невидимку мало чем можно удивить. Но голос его звучал заинтригованно.

- Ты о чем, Тоня? Ты ведьма?

- Видимо, да. Кабинет. Мне нужно туда.

Я сделала резкий рывок в сторону двери, но ноги словно онемели, и я полетела носом вниз. Рома подхватил моё слабое тело словно пушинку и громко цокнул.

- Только скажи, я отнесу.

- Спасибо. Кабинет!

Мне было не до сентиментов, и невидимка это чувствовал. Он в три шага преодолел спальню и вышел в кабинет. В груди сразу зародилась дрожь. Не та, что во сне. Цветок грел и манил, я чувствовала его в себе. Дрожь, что была в кабинете исходила от предмета. Я не могла понять от какого.

- Что-то не так? - прошептал Рома, не шевелясь.

- Не знаю. Здесь есть нечто.

- Живое?

- Нет, предмет, но он наполнен силой. Она вибрирует в груди словно громкие звук с колонок, но не слышный.

Желудок громко заурчал и Рома сразу сдвинулся с места в направлении кухни.

- Нет! Я еще не поняла!

- Ты не можешь ходить. Ты истощена. Пустой желудок требует пищи, - Рома тараторил быстро и четко, не давая шанса вставить возражение.

Осталось смериться и наслаждаться нестандартным перемещением в пространстве. На камерах я буду красиво лететь через весь отель. Метлы не хватает…

Лэйла рванула вперед, а я все продолжала крутить мысли словно кубик Рубика.

В холле было светло и уютно. За большими окнами на солнце сиял алмазным блеском снег. В зоне ожидания не было ни одного пакета.

- Где продукты?! - в ужасе встрепенулась я.

- Я съел, - раздался совершенно спокойный ответ.

Я уставилась в тень, прожигая в ней дыры, а Рома только рассмеялся.

- Разложил на кухне! Неужели ты подумала…

- Нет, - фыркнула я и незаметно улыбнулась.

На кухонных столах был творческий беспорядок, но главное, что все в сохранности. Я сидела на стуле, и наблюдала как две лопатки кружат над сковородой и готовят омлет-скрэмбл. В кастрюле на соседней конфорке булькали и брызгались сардельки. Аромат был сумасшедший! Слюна так и текла.

- Никогда бы не подумала, что стану ведьмой и подружусь с невидимкой.

- Верный слоган, что бы попасть в психушку! - засмеялся Рома, и лопатки затряслись.

- А если честно, то так и есть. Ты верил во что-то подобное раньше?

- Нет. Никогда.

- И я. Лишь только покинув привычный мир, я попала в совершенно другой. И мне жаль, что так вышло с Давидом. Я не…

- Нет! - одна лопатка уперлась в меня, и кусочек омлета медленно сполз с нее, шлепнувшись на пол. - Никогда не вини себя, Тоня.

Сковородка взмыла вверх, и на две подготовленные тарелки аккуратно легли желтоватые комочки омлета.

- В тебе столько чувства вины, хотя ты не можешь и не должна отвечать за поступки других.

Газ под кастрюлей потух. К омлету добавились по две сардельки. Тарелки осторожно взлетели над столом и поплыли прямо ко мне, под мерный монолог Ромы.

- Давид урод. Это очевидно. Он воспользовался ситуацией. Ты в этом не виновата.

- Он мог убить тебя и Лэйлу.

- Мог. И поверь, он вернется.

- Думаешь? - глядя на тарелку перед собой, я проглотила нервный ком от этой мысли.

- Уверен. Опять же - это его проблемы.

- Рома, это наши проблемы!

- Мне нравится, как ты говоришь «наши», - внезапно сказал он, и кусочек омлета на вилке поплыл вверх и исчез.

Щеки вспыхнули алым, я запнулась на полуслове, глядя как еда исчезает в воздухе. Как удобно говорить такое, когда твоего лица не видно. Надо бы сменить тему.

- Так значит, - Рома меня опередил, - ты ведьма.

- Видимо так, - положив кусочек вкуснейшего омлета в рот, я посмотрела на ладонь.

- Вкусно?

- Безумно, - замурчала я, улыбаясь.

Олег никогда не готовил, а дядя любил заказывать еду домой и ужинать в ресторане. Это было новое приятное ощущение.

- Я рад. Подожди, у тебя тут…

Я дернулась, когда моей щеки коснулась рука, которой не видно. Щеки предсказуемо вспыхнули снова. Кровь хлынула к лицу, нагоняя смущения.

- Кусочек, - закончил Рома, а я не знала куда себя деть.

Странные теплые чувства вызвало его прикосновение. Кто он? Как выглядит? Какого цвета глаза?

Спустя неопределенное время, я поняла, что мы замерли оба. Я смотрю в пустоту, где чуть выше столешницы зависла вилка.

- Я прошу прощения, - голос Ромы звучал тихо и хрипло.

- Нет. Все хорошо. Просто… странно.

- Да уж. Омлет остыл наверное.

- Да, - неловко усмехнулась и я опустила взгляд в тарелку.

Завтрак был съеден. Желудок доволен. Пока жужжала кофеварка, я обдумывала одну несостыковку.

- Знаешь, я почувствовала силу впервые. А то, что она у меня вообще есть, узнала от другой ведьмы. Сейчас я понимаю, что то был не кошмарный сон.

- То есть, - Рома поставил две чашки на стол, - ты прожила двадцать шесть лет и не знала об этом?

- Нет. Такого никогда и не было, - я шумно втянула крепкий кофе.

- Значит, что-то спровоцировало.

- Я тоже так думаю. В ведьмах я не разбираюсь, но Люда сказала, что я светлая.

- Это и без Люды понятно. Хоть я в них тоже не разбираюсь. Ты добрая. В тебе бьет фонтаном жизнь и желание помочь всему миру. Знаешь, я вижу некое сияние, исходящее от людей. В основном оно серое. Женщина, что была здесь последней гостьей с мужем, сияла бордовым гнетущим цветом. Ее муж - бледным желтым. Я понял, что это аура - истина человека.

- Это поразительно. Какой же цвет у меня?

- У тебя он белый и яркий. А еще форма. Я мог бы сравнить ее с…

- Орхидеей? - предположила я, а сердце волнительно билось в груди.

- Да! Именно!

- Вау! - меня наполнило чувство единения души, разума и тела.

Я все поняла. Тот сон! Только, какая роль была у Люды, и как она вообще в нем оказалась?

- Ты удивительная, Тоня.

- Сама удивляюсь! - прыснула от смеха я. - И все же. Что спровоцировало проснуться мою силу. Я видела сон, где блуждала по лабиринту из колючих роз. Трава не давала идти, мокрое платье мешало, но я нашла орхидею. Нашла и почувствовала, что это я - моя сила.

- Ты пыталась донести меня с фойе в кабинет. Там, на пороге, я и очнулся. Ты спала рядом. Почему?

Я задумалась, припоминая ощущения.

- Да, я сильно хотела спасти Лэйлу, но было что-то еще. Что-то источающее силу.

- Возможно то, что ты ищешь.

- Ты хранишь артефакты или что-то в этом роде?

- Нет. Я от таких вещей всегда держался подальше.

- Скажи честно, Рома. Кого ты обидел?

Я внезапно поняла, что та дрожь в груди напоминала обиду. Моя собственная сила источала любовь. Вибрации были разными и мне хотелось заглушить ту боль, что обитала в кабинете. Это и разбудило во мне силу.

Рома молчал. На миг я сжалась в страхе, что узнаю о нем нечто плохое. Нечто, с чем не смогу смириться.

- Я… я не знаю, - обреченно выдохнул он. - Жил, трудился. Посетители уезжали счастливые и возвращались…

- Нет, кто-то ближе.

- У меня нет никого.

- Жена?

- Мы развелись восемь лет назад. Детей нет, претензий тоже. Друзья далеко отсюда.

- Родители, братья?

- Говорю же нет. Только тетя.

- Анна?

- Да.

- Милая женщина. Ей лет шестьдесят? Еле ходит бедняжка.

- Анна?

- Да.

- Возраст именно, как ты сказала. Но она активная женщина. В прошлом году поднялась на вершину Иремель на Урале.

Моя челюсть отвисла. Сопоставить ту дамочку, укутанную в меховое манто с хромотой, и альпинистку пока не удавалось.

- Возможно её здоровье ухудшилось?

- Уж нет, - усмехнулась тень, - санатории, курорты. Тетя Анна следит за собой.

- Тебе не кажется, что это странно.

Рома притих, а чашка на столе начала медленно вращаться.

- Зачем ей разыгрывать слабость передо мной?

- В таком случае, - Рома неожиданно заговорил, от чего я вздрогнула, - зачем ей нанимать тебя?

- Не знаю. Поддержать жизнь отеля. Охрана какая никакая. Ты показывался ей?

- Как? Я невидимый.

- Касался, например.

- Нет. Это риск.

Теперь я крепко задумалась. Из холла раздался незнакомый звук.

- Это что? - встрепенулась я.

- Звонок, - насторожился Рома.

Глава 13.

Под камерой с ворот стояла женщина. На заснеженной, но почищенной дороге красовался яркий вишневый «Мерседес».

- Это кто? - я присела на кресло, разглядывая явно богатую даму.

Шикарная шуба, шляпа и прямой взгляд в камеру - это с лихвой выдавало бизнес - леди.

- Без поняти, - ответил Рома.

- Бывшая может?

- Нет. Ответь ей через домофон.

Рома поднял мою руку с мышки и переместил к кнопке на пульте управления. Теперь я поняла зачем нужен микрофон.

- Нажимай и говори.

- Пф!

Я тут же нажала кнопку, ведь женщина почти сожгла звонок.

- Здравствуйте! Вы к кому?!

- Наконец-то! - раздался звонкий голос, явно босса. - Я возможный покупатель и хочу осмотреть отель!

- Минуточку!

Я хлопнула по кнопке, отключаясь от домофона.

- Где ты?

- Здесь, - раздалось с соседнего кресла, а в воздух поднялся белый стикер и повис в воздухе.

- Оригинально, - прыснула от смеха я. - Еще бы глаза нарисовать.

В холле снова раздался звонок. Лэйла недовольно зарычала у двери.

- Так! - собралась я. - Как это понимать?!

- Анна хочет продать отель, - отрешенно проговорил Рома.

В его голосе звучало разочарование.

- Я позвоню ей! - схватив телефон, я набрала номер Анны и снова нажала на кнопку. - С кем вы договаривались?!

- С Анной Степановной! Куда вы пропадаете? Я здесь околею!

- Простите, но я не могу пустить вас. Не имею на это права!

- Я покупатель!

- А я сторож!

- Вы?!

В динамике раздались гудки.

- Подождите еще минуту!

Анна похоже не собиралась отвечать на мой звонок, что странно. Время истекало, но в последнюю секунду она ответила.

- Тоня? - голос женщины был слабым и безжизненным. - Это ты?

- Здравствуйте, - я в полном замешательстве бросила косой взгляд на стикер, висящий напротив меня, - с вами все хорошо?

- Не уверенна. Что-то случилось?

- Вообще-то много чего, - я гневно сдула прядь волос с лица. - Но, конкретно сейчас, у ворот стоит какая-то покупательница.

- Что?! - голос мгновенно стал бодрым.

- То, что услышали, Анна. Женщина богатая и требует показать ей отель. Что мне делать?

Звонок снова зазвучал трелью.

- Я ничего не понимаю. Еще рано! Подожди! Я позвоню ей!

Звонок оборвался. Стикер почти уперся в монитор. Я слышала гневное дыхание рядом.

- Стоп, - зарычал он, - я знаю её.

Женщина под камерой сняла огромные солнечные очки и уставилась в экран телефона. Видимо, Анна ей дозвонилась.

- Знаешь?!

- Да, определенно! Галина! Была здесь пять лет назад, приблизительно. Через год вернулась с предложением продать отель.

- Вырисовывается неприятная картина.

- Боюсь, ты была права.

- Анна замешана?

- Да, только как и почему так? Она не ведьма.

- Откуда знаешь?

- Твоя правда, не знаю. Только если судить по тому, что тетя трижды вдова.

- Сорвала куш?

- Конечно.

На камере женщина расхаживала вдоль ворот и махала руками. Видимо разговор шел не в нужное ей русло.

- Она сюда не войдет, - решительно сказал Рома.

- Согласна. Что на счет Анны?

- Я ничего не могу. Ты забыла? Я прозрачный.

- Может быть… я смогу?

Галина внезапно запрыгнула в автомобиль и резко, с заносом, развернулась. Спустя минуту от нее и след простыл.

Стикер в воздухе покачивался. Лэйла спокойно улеглась у дверей, навострив ушки.

- Как ты здесь появилась?

Внезапный вопрос сбил с толку.

- По объявлению.

- Искала работу или отель?

- Вообще-то, ничего. Реклама выскочила, а я мне нужно было свалить подальше.

Я поняла к чему вел Рома. Воспоминания рисовали мой путь сюда, и Люда возникла неспроста.

- Мне нужно уехать, - твердо решила я, без грамма сомнения.

- Что ты поняла?

- Пока ничего, но один человек может пролить свет.

- Кто?

- Я расскажу, но не сейчас. История странная, - договаривала, поднимаясь, ведь мыслями я уже ехала в тот странный городок к не менее странной женщине.

- Тоня, - стикер поднялся вслед за мной, только выше на голову, - ты уверенна?

- Нет, но попробовать стоит.

Я унеслась в комнату для персонала переодеваться. Уверенность в том, что Люда ждет меня, крепла с каждой секундой.

- Будь осторожна, - Рома стоял рядом, без стикера, но я чувствовала его.

- Обязательно.

Зашнуровав ботинки, я накинула куртку и выскочила на улицу. Лэйла сиганула за мной. Что бы мне выехать пришлось изрядно помахать лопатой, с надеждой, что «Рено» вообще заведется.

Все той же узкой лопатой я чистила снег целый час. Лэйла была со мной все это время и усердно помогала, раскапывая дорогу лапами, мордой, а иногда и зубами.

Дойдя до ворот, я помахала лопатой на камеру. Рома должен был увидеть.

Замок ворот щелкнул несколько раз, и ворота начали медленно открываться. Как я и думала, Рома наблюдал за моей работой. Машина не подвела и завелась со второго раза.

Подпрыгивая на снежных буграх, я выкатилась с территории отеля. В зеркале заднего вида закрывались ворота. Солнце ослепляло, поэтому я медленно катилась с горы в солнечных очках и под любимую музыку.

На какой-то миг я почувствовала себя прежней, но это было не так.

Снежная дорога сменилась почищенной до асфальта трассой. В Пригорье я не заезжала, не считая заправки на окраине города. В мои планы не входило возвращаться ночью.

Знакомая заправка, единственная в городке, встретила меня на въезде. Адрес Люды я, понятно, не запомнила. Болтаясь в шоке ночью по лабиринтам частного сектора, я и близко не вспомнила бы путь.

В надежде встретить там усатого заправщика, я остановилась на парковке. Магазин, кафе и касса - ничего не поменялось. Однако, за кассой стояла тучная женщина с «метровыми» ресницами. Выбора нет, городок маленький, а значит все друг друга знают.

- Здравствуйте! - растянув широкую улыбку на лице, я шагнула к кассе. - Подскажите, пожалуйста, не могу найти дом одной женщины по имени Люда. Я как-то подвозила её. Она забыла у меня куртку. Вот, хотела отдать.

- Так позвоните, - пробормотала она, хлопая ресницами. - Вы заправляться будете?

- Нет, я рассчитываю на вашу помощь.

- Девушка, в городе имя Люда не у одной женщины. Мою мать зовут Люда и дальше что?

- Да, действительно. Что это я? Помню, она точно жила в последнем доме на улице. Кирпичный белый дом и лес дальше.

- На окраине? - женщина прищурилась и оценила меня взглядом. - То же за этим? - эту фразу она произнесла заговорщическим шепотом, еще и подмигнула.

- Простите?

- Ну… для мужика своего?

Мои брови медленно ползли вверх, я чувствовала себя идиоткой, пока она продолжала подмигивать.

- Видимо нет! - женщина хлопнула ладонью по столу и фыркнула.

- Возможно вы правы, - подыграла я, и женщина воспряла.

- Не стесняйся! Это дело житейское! - засмеялась она, расплываясь в улыбке. - Люда такие сборы делает, что все работает, как часы!

- Я именно этого и хочу.

- Тогда слушай! - кассирша облокотилась на прилавок, и ее грудь заняла его полностью. - Сейчас прямо, потом направо. Увидишь старую заброшенную церковь - поворачивай направо, за нее. Дальше прямо до розового дома Таньки Минявской, а там на лево и до конца.

Я молча моргала, пытаясь это запомнить. Женщина громко цокнула, взяла белую салфетку и ручку и начала рисовать стрелки.

- Так поймешь?

- Ага! Спасибо огромное!

- Удачи!

С салфеткой в руках я села в машину и надавила на газ. В городке снега было заметно меньше. Так… слой в два сантиметра.

Схема заправщицы замечательно справлялась. Я выехала к розовому дому и свернула налево. Теперь до конца. Сердечко начало волнительно стучать в груди, отбивая неровный ритм. Людей на улице практически не было.

Дома менялись, но я уже видела нужную мне постройку. Днем дом казался не таким белым. Подъезжая к участку Люды, я не сразу заметила, что меня уже ждут.

- Еж лысый! - выругалась я, когда остановилась напротив калитки, где спокойно стояла Люда.

Женщина мило улыбалась, кутаясь в пуховый платок. Ни одного шрама на лице, только мелкие морщинки на бархатной коже. Она звонко рассмеялась, от души запрокинув голову, и пошла в дом.

Выравнивая дыхание, я заглушила мотор. Она словно знала, что я вернусь. Что-то не так либо наоборот так.

Люда скрылась в доме, а на крыльцо выскочил знакомый усатый заправщик, имени которого я и не знала. Мужчина рванул к калитке в семейных трусах и футболке. На худых ногах болтались валенки.

- И снова здравствуйте! - улыбаясь, он распахнул калитку.

- И вам привет! - я вышла из машины и направилась к нему. - Все таки подкатили?

- А то! Вот с тобой поговорил тогда и решил, что нечего ждать!

- И как? - улыбаясь мужчине, я вошла на участок.

- Как видишь! Хорошо! Давай в дом, а то околею!

Перешагивая порог дома ведьмы, я вновь почувствовала давление. Словно плотность воздуха поменялась, хотя внешне никакой разницы.

- Проходи на кухню, Тоня! - раздался голос с гостиной, где я бывала. - Ваня, иди баню вытопи!

- Понял, Людочка! - залепетал мужчина и пошел обратно к выходу.

Я ощущала себя спокойно, не смотря на прошлый опыт. Теперь я понимала намного больше, и жажда узнать о себе самой и не только была огромной. Я смело вошла с гостиную, а через нее и на кухню.

Большой квадратный стол у окна с милыми занавесками буквально завален пучками из трав. Свободный край занимали две чашки с заварником.

- Снова сбор? - подметила я и прошла к столу.

Люда хлопотала у плиты и, когда она открыла духовку, по кухне поплыл безумный аромат ванильной выпечки.

- Сбор, - усмехнулась она и достала противень с булочками. - Я ждала тебя, Тоня, и не прогадала с выбором.

- Что?

Женщина спокойно положила булочки в соломенную корзинку и подошла к столу. Мы смотрели друг другу в глаза, учащенный пульс щекотал нервы.

- Ты здесь неспроста. Я привела тебя в отель.

Глава 14.

Над чашкой расплывался ароматный пар, вырисовывая незатейливые линии в воздухе. Булочки благоухали в корзинке, вызывая повышенное слюноотделение. Я была голодна, но больше до информации.

- Ты ешь зубками, а не глазами! - рассмеялась Люда и села напротив.

Ее острый взгляд прищуренных глаз был направлен всецело на меня.

- Возьму, спасибо. Очень хочется услышать дальше, - я потянулась к корзинке, и в руку легла теплая гладкая и упругая выпечка. - Что значит привела в отель?

- То и значит. Без моей помощи, ты сидела бы и дальше в своем офисе.

Кусок сдобы так и встал поперек горла. Глаза поползли на лоб, а я залилась кашлем. Люда подскочила ко мне и врезала со всей силы по спине. На пол упал кусок булки.

- Спокойнее, Тоня!

- Вы серьезно?! - задыхаясь, я вернулась к столу. - Спокойнее?!

- Так! - женщина взяла салфетку и убрала недоразумение с пола. - Возьми себя в руки сейчас же! Выпей сбор и успокой горло.

- Пока не расскажите, не успокоюсь.

- Значит, учись слушать.

Тяжело вздохнув, я сделала глоток чая. Он и правда приятно обволакивал горло. Люда села за стол и продолжила:

- Начну с самого начала, - сжалилась она.

- Спасибо.

- Я темная ведьма в седьмом поколении. Тебе это ни о чем не говорит, поэтому проясню одно - темная, не значит злая. Я очень даже добрая.

- Тогда в чем разница?

- В том, что ты можешь сделать. Я могу убить, наложить проклятье. Ты - исцелить и снять его.

- Да, - я снова и снова смотрела на ладони, вспоминая чудо исцеления, - я смогла спасти их.

- Их?

Я усмехнулась.

- Вы ведь в курсе, кого.

- Да, так вот, - легко и просто созналась она. - У меня есть давняя покупательница. Я собираю травы и заговариваю их. Ничего плохого, наоборот помогаю людям.

- Пф! И ни одной порчи или приворота?

- Бывало всякое, но я отошла от этих дел. Магия уродует изнутри. Ты видела моё истинное лицо.

- Видела, - я задумчиво посмотрела на женщину.

Она не врала и не юлила. Это чувствовалось.

- Давняя покупательница - это Анна. Поминаешь о ком я?

- Еще бы.

- Темная душа, но свято верит в свою невинность. Восемь месяцев назад она приехала ко мне в очередной раз.

- И попросила убрать племянника?

- Именно. Так же, как её последнего мужа.

- Вот бобр нечесаный.

- Мягко сказано, Тоня. Анна не хотела слышать о том, что я отошла от дел. Угрожала и перешла к шантажу.

- Почему бы не убрать её?

- Тоня? - Люда мгновенно поменялась в лице. - Говори от души, иначе слова приведут в сердце тьму.

Я запнулась и захлопнула рот, понимая, что сказала жуткую речь.

- Да, - тихо ответила, опустив голову.

- Тебе нужно учиться, дорогая.

- Видимо. Но вы не убили его.

- Нет, я наложила проклятье.

- Рома стал невидимым.

- Да, но не для тебя?

- Я вижу тень, очертание. Слышу его и чувствую.

- Ты сильна, девочка. Я не ошиблась. Что бы исправить все это, я нашла тебя.

- Как? За сотни километров?

- Я сильная ведьма, а твоя энергия как нарывающий прыщ на матушке Земле.

- Ну и сравнение! - поморщилась я.

- Так и есть. Я почувствовала тебя и начала изучать. Твой парень, - она брезгливо выплюнула последнее слово, - никчемный тюфяк. Я помогла ему с изменой.

- Что?! - не то, что бы я разозлилась, но сам факт был не приятен.

- Он давно думал об этом, я столкнула с другой желающей. Дальше он сам.

- Черт с ним. Я давно жила словно во сне. Ни те люди, ни то место. А дом, где мы жили…

- Там могила. Сама жизнь увела тебя оттуда. Виновные расплатятся с лихвой.

- Вы это тоже видите?

- Нет, так устроена вселенная. Вернемся к отелю.

- Да, - я залпом допила чай и взяла булочку, теперь спокойно.

- Анна была на мели. Состояние мужа закончилось, а она не привыкла жить скромно.

- Можно было найти очередного мужа, зачем ей Рома?

- Ты видела её. Годы популярности минули. Да и ухаживать за собой, как она привыкла, без денег не выйдет.

- Как же ей трудно приходится, - сарказм так и попер из меня, рассмешив Люду.

- Отель шикарный, я там была. Рома сделал его с душой. Анна узнала, что некая Галина жаждет его выкупить.

- Понятно… и она прибежала к вам.

- Да, с угрозами. Мне пришлось наложить проклятье. Но ты, Тоня, сможешь его разрушить.

- Как? - я задумалась. - Дело ведь не в Роме? Предмет в кабинете?

- Да, - улыбнулась Люда. - Ты легко найдешь его, если прислушаешься и сосредоточишься.

- Допустим. Дальше что?

- Дальше сработает твоя энергия.

- Вы меня обнадежили, но все же…

- Большего не скажу. Раскрыть предмет нельзя.

- Я сегодня же сделаю это! - во мне зажегся огонь, но быстро утих. - Как же вы? Анна придет в бешенство.

- Я разберусь. Не на ту напала, старуха. За это время я достаточно собрала на нее.

- Компромат?

- Не совсем. Если она сунется, то уедет отсюда в психбольницу.

- Звучит страшно.

- А так и будет. Душа отравленного мужа до сих пор бродит рядом. Это моя кара, - Люда устало опустила глаза, - я вижу тех, кому причинила боль и страдания. Они ходят рядом со мной, а не с теми, кто их убил по-настоящему.

Я шумно сглотнула.

- Много их?

- Нет, но достаточно, что бы остановиться навсегда.

- Мне жаль.

- Ты светлая, Тоня. Такой и оставайся. Помоги Роме вернуть себя, и приезжай ко мне. Я расскажу тебе кто ты есть.

Надкушенная булочка так и зависла в воздухе. Все перевернулось, но не с ног на голову, а как надо. В груди горело желание поскорее вернуться в отель и воплотить план Люды.

- Я поеду?

- Езжай и будь осторожна. И еще, - мы синхронно поднялись из-за стола, - верь чувствам.

Люда подмигнула и пошла вперед. Щеки вспыхнули, и сомнений, о чем она говорит, не было. Невидимка незаметно поселился в моем сердце.

На улице смеркалось и дул холодный ветер. Ваня выскочил из бани красный как варенный рак.

- Езжай, - подгоняла Люда, толкая в спину. - Буря надвигается.

- Как же баня?! - закричал Ваня, перекрикивая ветер.

- До скорого! - помахала я и прыгнула в «Рено».

Сумерки все сгущались, небо затягивало плотными облаками, намекая на затяжной снегопад. К счастью, пока, дорога была чистая, и я гнала на всех парах.

Проезжая мимо Пригорска, показались первые снежинки. Вскоре началась метель. Ехать в гору по снегу в нулевую видимость было страшно, но меня вела уверенность и миссия. Я должна была добраться без каких-либо других вариантов.

Дворники не справлялись, я влипла в лобовое окно, пытаясь не съехать в кювет, а то и с горы. Вдалеке маяком сиял свет фонарей. Наверное Рома включил для меня. От этой мысли в груди стало тепло и уютно.

Последний вираж дался машине трудно. Свежий снег скользил под буксующими колесами. Мотор ревел, а я умоляла его потерпеть. Как только дорога выровнялась я ахнула, нажав на тормоза. В паре метров от капота стоял джип Давида.

Выскочив в снежную бурю, я понеслась к отелю. Сердце тревожно билось в груди, вьюга перекрывала обзор, заглушала звуки. Ноги вязли в сугробах, я пыталась обойти огромный джип, стоящий поперек дороги.

Внезапный громкий хлопок заставил присесть. Я прижалась к двери джипа. Со стороны отеля полыхнул огонь.

- Нет! - закричала я и побежала, не чувствуя больше преград.

Калитка была открыта настежь из окна первого этажа вырывались языки пламени. Это административный кабинет! Лэйла истошно лаяла где-то в доме, а дверь в отель болталась на одной петле.

- Боже… - прошептала я и скинула куртку находу.

Я бежала, как могла. На крыльце лежал приличного размера таран - Давид выбил дверь, и явно ему кто-то помог.

В холле, где было уютно и обжито, гулял ветер, и летали снежинки. В восточном крыле я услышала крик. Там же - лай.

Взгляд упал на стойку ресепшен. Мягко ступая по грязному полу, я пошла прямиком к ней.

- Ты сдохнешь здесь, тварь! - доносилось с коридора.

Пульс притих, сердце билось медленно. Вдох - выдох, я сосредоточенно спряталась за стойку и достала телефон из кармана. Действуя словно на автомате, я была будто не в себе. Другая Тоня вышла на сцену, пока прежняя боялась и до боли переживала за Рому. Я бы бросилась на обидчиков, но другая я хладнокровно и точно воплощала план спасения.

- Пожар, - голос звучал будто не живой, - отель «Горные грезы».

- Принято! Сколько людей в отеле?

- Четверо, - уверенно ответила и завершила звонок.

На экране монитора появилось изображение камеры с коридора, напротив кабинета администрации. Он полыхал. Если перейдет на кабинет, то Рома так и останется невидимым навсегда.

Переключившись на другую камеру с коридора я увидела Давида. Рядом с ним был другой мужчина. Они приклеивали к закрытой двери какой-то шнур. Лэйлы нигде не было.

Вспоминая прошлый раз, я переключилась на прачечную. Овчарка была там. Она драла когтями дверь и заливалась беспомощным лаем. Дым просачивался сквозь щели.

Я знала, что делать дальше. На пульте управления я нашла аварийную кнопку под стеклом. Почему Рома не поставил автоматику? Резким ударом кулака я разбила защиту и нажала на красный грибок первого уровня. По отелю мгновенно разлетелся звук сирены и сработали спринклерные оросители. На экране двое мужчин замерли.

Глава 15.

Ружье в сейфе словно ждало меня. Рука не дрожала вставляя патроны. Щелчок затвора был сухим и бесчувственным. Звук окончательного решения, леденящего кровь.

Давид отошел от сообщника и начал двигаться сквозь взвесь водной завесы. Он шел ко мне.

Я приблизилась к комнате персонала и встала за дверью. Вода заливала Широко раскрытые глаза. Шум сирены мешал, но и ему тоже.

Тело сжалось словно пружинка, готовая выстрелить в любой момент. Ружье нагревалось от моих рук. Сила текла по венам, убивая страх. Внезапно Давид вышел из-за двери.

Мужчина резко развернулся в мою сторону. Наши взгляды встретились. Дуло ружья поднялось, упираясь прямо в грудь Давида.

- Красавица, - фальшиво улыбнулся он, поднимая руки. - Уже вернулась?

По телу пробежал разряд, палец дрогнул на курке. Вода стекала по лицу ручьями, скапливаясь на ресницах. Я чувствовала, как глаза затягивало пеленой тьмы.

- Тоня, не глупи, - улыбка сползла с лица Давида. - Ты не выстрелишь.

Собственная фраза мужчины была полна сомнения. Резкий удар дверью вышиб меня из стойки. Плечо горело от боли. Я упала, но ружье крепко было зажато в руке.

- Это она? - прогремел другой мужик.

- Она!

Я дернулась поднять ружье, но Давид наступил на него, зажимая пальцы между стволом и полом. И снова острая боль пронзила руку.

- Бери её и в машину! - командовал Давид, пока я корчилась от боли.

- Нет! - заорала я. - Сюда едут пожарные!

Мужчины заржали в один голос, и Давид убрал ногу с ружья. Я прижала кисть к груди. Ощущение было таким, словно он сломал мне два пальца.

Друг Давида нависал надо мной. Противная ухмылка на его лице не обещала ничего хорошего.

- Я закончу, - бросил гид и пошел по коридору. - Эта тварь сегодня сдохнет.

Слова Давида резали словно тупым ножом по коже. В груди вспыхнула тревога. Кипяток потек по венам, в руках распалялся жар.

Взгляд медленно опустился на кисть, прижатую к груди. Щелчок, еще один и на моих глазах переломанные пальцы срослись и выпрямились. Мужчина замер, согнувшись надо мной. В его глазах мелькнул страх и неверие.

- Круто да? - ухмыльнулась я и прижала горячую ладонь к его лицу.

Мужчина заорал и схватился за лицо. Один неловкий шаг и он рухнул на пол. Я не сделала его лицу ничего плохого, зато напугала так, что он пополз к холлу словно раненый тюлень. Визг мужчины перекрикивал даже сирену.

Я поднялась и побежала к кабинету. В темном окне сверкнули синие маячки. Помощь близко!

Только я сделала два шага по коридору, как рядом со мной рухнул и разбился в дребезги цветочный горшок. Я помню, он стоял у комнаты Ромы в углу.

- Тоня, беги! - голос Ромы звучал слишком обреченно.

Я сорвалась с места по скользкому ковру. Лэйла лаяла в подсобке, но я не открыла. Оросители иссякли. Я промчалась мимо кабинета администрации - он зиял черной обугленной дырой. В разбитом окне гулял ветер, задувая внутрь снег.

Поворот и взрыв. Тень набросилась на меня, выталкивая за угол.

- Нет! - заорала я, срывая горло.

Надо бежать! Я вырывалась и билась в призрачных руках.

- Тоня, нет!

- Пусти, мне нужно в кабинет!

- Там огонь!

Мы выглянули из-за угла. Вместо двери теперь там была огненная арка. Давид лежал на полу без сознания. По куртке мужчины бегали языки пламени.

- Его надо унести.

- Он заслужил.

- Заслужил, значит получит свое! - рявкнула я и выскочила в коридор.

Дым резал глаза и пробивался под кожу. Я сняла кофточку и прижала к лицу. Давид не шевелился.

- Снимай куртку!

Рома мигом содрал горящую одежду с Давида. Ему хватило и одного удара невидимки, что бы потерять сознание. Мужчина взмыл в воздух, перегнувшись пополам. Ноги и руки безвольно болтались, и он поплыл прочь.

Кашель драл горло. Огонь продолжал поглощать кабинет. Я не смогла уйти.

- Тоня!

- Иду! - закричала я и бросилась в огонь, обманув его.

Жар снаружи и жар внутри. Языки пламени словно отклонялись от меня, давая пройти. Огненная арка осталась позади. Окна, на удивление, были целы. Это спасало.

Сосредоточься, Тоня!

Стол словно непоколебимый остров стоял в центре комнаты. Вибрация как надоедливый комар жужжала рядом с ним. Медленно, под рев сирен и стрекот огня, я пошла вокруг. Мониторы, клавиатура, документы, которые вот-вот превратятся в пепел. Ничего особенного.

Первыми в ход пошли выдвижные шкафы. Яростно выбрасывая оттуда все подряд, я начинала злиться. Огонь не обжигал меня, но был слишком близко. Пластик мониторов начал дымиться, источая черно-синий едкий дым.

Я села в горячее кресло. Хотелось плакать. За окном яркой вспышкой появились синие пожарные огни. Они прорвались на территорию. Я закрыла глаза и выдохнула. Давай, орхидея, ищи.

Рука сама пошла вправо. Я отключила эмоции. Деревянная столешница взялась огнем, но я пригладила его словно шаловливого щенка. Глаза были закрыты, я поднялась и пошла. Вибрация усиливалась. Я словно охотилась за надоедливым комаром и вот он передо мной! Резко хлопнув рукой по чему-то твердому, я распахнула глаза.

Огонь щекотал спину, а я стояла с обратной стороны стола. Рука соскользнула со столешницы и нырнула под нее. Связка горячих проводов плавилась. Они сжигали мою кожу, прилипая тягучей раскаленной резиной, но я продолжала стиснув зубы. Наконец, я наткнулась на нечто тонкое, изогнутое и… ледяное.

- Тоня! - рев Ромы ворвался в кабинет.

Тень вошла в огонь, охватываемая им полностью. Я зажала дрожащий предмет пальцами и выдернула.

Рома горел, но шел за мной. Я бросилась в его объятия. Рука замерзала, раны кровоточили. Во мне шла борьба сил и энергий. Я обхватила невидимку руками и огонь отпрянул от нас.

Окруженные огненной ловушкой, словно в адском торнадо, мы стояли плотно прижимаясь друг к другу. Меня трясло. Сила заговора Люды была сильна, и мой внутренний дар утихал. Огонь вокруг нас словно чувствовал это, подбираясь все ближе.

- Ты лучшее, что было в моей жизни, - прошептал Рома.

Я с трудом открыла глаза и взглянула на него. Теперь я могла видеть, что глаза у него синие как море. Улыбка расплывалась на лице. Силы покидали, но шпилька для волос перестала быть ледяной. Он был такой бородатый, как горный Йети.

- Тоня!

Его крик стал последним, что я услышала, прежде, чем провалиться в бездну.

Женские и мужские голоса. Топот ног. Под спиной твердый и холодный пол. Хотелось пить.

- Тоня? - Рома бережно захватил моё лицо широкими ладонями.

- Я здесь, - тихо ответила я и меня тут же сгребли в охапку.

Рома сжал меня в объятиях так, что ребра затрещали. Мы сидели на полу в столовой. В холле бегали пожарные, а меня обнимал полуголый Рома во плоти.

- Ты… - заикаясь, я отпихнула мужчину, что бы лучше разглядеть. - Это ты?!

- Это я, - он смахнул слезинку и расплылся в улыбке. - Прошу прощения за вид.

Рома закрутил на пояс штору, которую содрал с окна столовой. На сильном торсе, измазанном копотью, зияли раны от ожогов, но лицо сияло счастьем. Его синие глаза манили, нос с горбинкой и даже борода. Рука сама потянулась к нему, дотрагиваясь до высокого лба и вниз к щеке.

- Спасибо, - прошептал он и накрыл мою руку своей.

- И тебе, - засмущалась я, но была безмерно счастлива. - Как ты спас нас? - прокашлявшись, я сменила тему, что бы не сгореть в огне чувств.

- Тайный ход, - ответил он, и в столовую ворвались врачи с носилками и криком:

- Где пострадавшие?!

Мы улыбнулись друг другу, и вскоре нас разлучили, отправив в разные кареты скорой помощи.

Я смотрела на отель перед тем, как двери скорой закрылись. Наполовину черный от дыма и печальный. В последний миг Лэйла выскочила из дома и понеслась. Я знала точно, что Давида и его дружка уже увезли. Через небольшое окно я заметила черный джип, который сдвинули с дороги на обочину. Каждый получит свое, так устроена вселенная.

Сон был таким приятным и нежным, что не хотелось просыпаться совсем. Кто-то нежно гладил мою щеку, а слух радовал напев песенки, которую мне в детстве пела мама.

- Дядя? - вырвалось у меня вместе с улыбкой, и сон развеялся.

- Тоня, - голос дяди обволакивал любовью. - Слава богу…

Окончательно скинув оковы сна, спустя долгие объятия, я села поудобнее, а дядя вооружился ложкой и куриным крем супом.

- Я такая голодная!

- Не удивительно, - фыркнул дядя, - ты спала двое суток.

- Что?

- Да - да. Исхудала совсем, героиня моя.

- Я не героиня.

- Ты спасла хозяина отеля. Давай за дядю, - мне в рот полетела полная ложка, а желудок довольно заурчал. - Да и сам отель. Еще одну за дядю.

Я глотала, не успевая вставить и слово.

- Кстати, я его еле выгнал. Сидел у тебя первые сутки и не отходил. Прямо с капельницей сидел. У него ожоги, но не смертельно.

Так на душе стало приятно, что я не смогла сдержать улыбку и слезу вместе взятые.

- Ох, крошка, - дядя расплакался вместе со мной, и мы тихонько спрятали наши слезы в объятии. - Я так волновался. И я горжусь тобой, как и всегда. Он так на тебя смотрел…

- Дядя…

- Все-все, - он отпрянул от меня, смахивая слезы тыльной стороной руки. - Не лезу.

Если бы он знал всю правду.

Тарелка с супом опустела, и вместо нее появилась гречневая каша. Я поморщилась, но бесполезно. Дядя уже приготовился к кормлению.

- Дядя, ты не знаешь, что с теми мужчинами?

- Какими?

- Что были в отеле?

- Нет, крошка, открывай ротик пошире.

- Я наелась!

- За дядю!

Осилив половину порции, я сдалась и откинулась на спинку кровати. В палату вскоре зашла санитарка и забрала поднос с посудой.

- Как ты узнал, что произошло?

Я чувствовала как силы возвращаются ко мне, но чего-то все равно не хватало.

- Как? - дядя почесал затылок и сел в кресло напротив. - Мне среди ночи позвонила женщина. Представилась Людмилой и, по совместительству, твоей хорошей знакомой. Она и рассказала, что ты в больнице.

- Люда, - я усмехнулась, вспоминая её глаза.

Наверное она почувствовала момент гибели своего заклятия, а через него и огонь вокруг меня.

- Ладно, тебя покормил, можно и кофе выпить, - дядя поднялся, громко хлопнув по коленям.

Он выглядел уставшим: глаза красные, морщины на лбу не хотели распрямляться.

- Конечно, здесь есть неплохие рестораны. Со мной все хорошо.

- Это я знаю. Врачи удивились, но на тебе ни одного ожога и слава богу!

Дядя открыл дверь и тут же сделал шаг в сторону. В палату сначала влетел огромный букет орхидей, источая безумный аромат, а за ним и Рома.

Мы оба замерли глядя друг на друга. В душе наступил штиль. Все, теперь хватает всего.

- Я, пожалуй, изучу местный ресторан за углом, - прошептал дядя и ушел.

- Привет, - его голос звучал все так же, но теперь не эхом.

- Привет, - удержать улыбку было невозможно.

Без бороды, с модной стрижкой и бездонными синими глазами, он вызывал во мне шквал эмоций. В его взгляде было столько любви, что хватило бы на весь мир. Но я знала, что все это мне одной. Он медленно прошел через палату к окну, где стояла ваза. Я даже не обратила внимания, что на окне уже стоял букет орхидей.

- Как много орхидей, - усмехнулась я.

- Теперь, это мой любимый цветок.

Рома поставил букет и развернулся. Когда он направился ко мне, я сжалась в трепетном предвкушении. Словно скала из мышц он приближался. На нем была одета просторная больничная одежда в виде рубашки и штанов.

Рома остановился в шаге от кровати и сел на стул. Наши взгляды словно приклеились друг к другу. Сердца бились в унисон.

Внезапно в его руке появилась коробочка. Я перестала дышать, ведь не дура. В таких обычно дарят кольца.

- Рома? - от шока голос срывался и хрипел.

- Тоня, - его голос тоже сдавал, - я не знаю, но уверен. Хотя я ни в чем уже не уверен после всего, что было. Ты стала моей звездой, воздухом и солнцем. Ты спасла меня, жертвуя собой до конца. И… - он замолчал, вглядываясь через глаза прямо в душу, - я не хочу тебя отпускать.

Коробочка открылась и лучик света отразился от камушка на колечке. Слеза потекла по щеке, я не находила слов. Рома ждал и волновался, пытаясь угадать ответ. В руках пульсировала сила, и я не стала её сдерживать.

В следующий миг мы обнялись. Словно ждали этого вечность и даже больше. Рома захрипел, в него потела моя сила. Сердца слились одной любовью, и наши губы нашли друг друга.

Мир перестал существовать. Были только он и я. Сладостный момент и осознание - я дома. Он - мой дом.

Дверь в палату распахнулась. Мы нехотя разорвали первый поцелуй. На пороге замерли Вика и Маша.

- Ой, - Вика закрыла рот руками, и обе уставились сначала на Рому, а потом на кольцо.

Я сияла от счастья, а еще знала, что ожогов на теле Ромы больше нет.

- Осчастливь меня, - улыбнулся он.

Руки обвили мужскую шею. Я наклонилась к уху и прошептала.

- Да.

Глава 16. Эпилог.

Гости прибывали одни за другими. Я едва успевала оформлять. В отеле еще витал запах свежей краски и новой мебели. Мы успели привести его в порядок к июню и теперь здесь ажиотаж.

- Крошка, я в бассейн! - дядя прошел мимо, покрутив полотенцем в воздухе.

Он подумывал оставить бизнес и перебраться к нам на заслуженный отдых.

- Ага! - усмехнулась я, продолжая оформлять парочку молодоженов.

У нас с Ромой медовым месяцем стала стройка и ремонт. Разве это не романтично?

Со стороны СПА раздался грохот. Не медля ни секунды я побежала на звук. За стеклянными дверьми разворачивалась интересная картина. Дядя сидел на полу, шлепанцы в разные стороны, и хохотал. Вокруг лежали баночки с женской косметикой. Рядом с ним стояла милая женщина в халате и тоже смеялась. Между ними проскочила искра и это не метафора.

- Что там? - на животе сомкнулись руки мужа.

- Любовь, - ответила я.

- Точно? Он заядлый холостяк.

- От искры не уйдешь.

Рома потащил меня на улицу, где резвились дети. Я настояла на детской площадке. Газон должен радовать не только глаза.

- Куда? - возмутилась я. - Оформить надо!

- Лиза уже оформляет, а ты пойдешь со мной.

Рома подхватил меня на руки и бесцеремонно вынес из отеля. Он всегда так делал, а я всегда хохотала.

В тени сосен мы сели на скамейку. Вид был прекрасен, как и всегда.

- Я заезжал в суд.

- Что? Почему мне не говорил?

- Что бы не понеслась следом за мной.

- Рома! - я надула губки и было действительно обидно.

- Прости, но я не могу позволить ей даже смотреть в твою сторону. Ты слишком мне дорога.

- Ладно, - смягчилась я. - Что там было?

- Суд признал её недееспособной и определил в лечебницу.

- Значит она поперлась к Люде и проиграла.

- Ты что-то знаешь? Просто она и правда выглядела жутко. Будто призрака увидела.

- Так и есть, Рома. Она увидела мужа, которого приговорила.

- Ты не шутишь сейчас? Генриха?

- Если он был последним, то да. Анна давно на «ты» с магией. И ты прав, с такими лучше вовсе не видеться.

Мы оба тяжело вздохнули, но это было облегчением. Теперь она там, где надо. Люда замечательная и мы договорились плодотворно поработать надо мной зимой.

- А еще! По делу Давида.

- Он продолжает нести бред про невидимку? - засмеялась я.

Рома подхватил, притягивая меня к себе.

- Нет, он понял, что это дорога в психушку и просто сознался в своих действиях. И нападение, и поджог и все такое.

- Вот и славно. Тюремные экскурсии придутся ему по вкусу.

Я посмотрела на Рому. Он разглядывал отель, но потом взгляд синих глаз перешел на детскую площадку. Там бегали два мальчика и девочка лет пяти - семи. Я незаметно улыбнулась, момент был идеален.

- Хочешь таких?

- Конечно, - тут же выпалил он, улыбаясь.

Я ждала. Улыбка медленно растягивалась все шире. Рома медленно повернул ко мне голову с горящими глазами.

Слова были лишними. Его рука в моей, я приложила её к животу и кивнула.

В какой-то момент мне показалось, что муж сейчас задохнется от счастья.

- Дыши!

- Тоня!

Рома подскочил вместе со мной. Мы кружились под соснами счастливые как никогда. А под сердцем у меня росла маленькая ведьмочка. Я это знала.

Конец.