Невеста в гробу

Глава 1. Плохое начало

«Если кто-то внезапно умер,

значит это кому-то нужно»

Король Флин Первый Интийский

«Тайные мемуары величайшего правителя со времён появления государственности».

Я забыла про всё. Про приём с кучей никому не нужных гостей, про свою только что прошедшую коронацию, даже про своего бывшего жениха, который был на этой коронации со своей женой, я тоже забыла.

Все мои мысли были только о Софи. Моей первой подруге в Калегосии, моей соседке по комнате, которая всегда бросалась мне на защиту, не жалея своей баснословно стоящих туфель.

Кто мог желать её смерти? Она была милая и всем нравилась. Да в неё влюбился мой лучший друг Викуэль, а это что-то да значит!

У меня тотчас случилось озарение, но подтвердить или опровергнуть его я могла только на месте. Поэтому я бежала следом за Викуэлем, приподняв юбки и вполголоса ругаясь на неудобный наряд, отчего у меня неравномерно прогревалось всё пониже спины. Но сейчас и об этом думать было некогда!

Я ворвалась в гостевую комнату, которая была выделена моей подруге на то время, которое она соблаговолит проводить во дворце. У Викуэля была тут собственная комната, он всё-таки числился не только наследником соседнего с нами королевства, но и торговым партнёром напрямую королевской семьи!

Да что там, места во дворце было столько, что своя комната имелась даже у Чичи, хотя ума не приложу, зачем кровососу комната. Он же не спит! А кусать фрейлин с последующими бурными оргиями я ему ещё в прошлый раз запретила, так что никаких причин иметь во дворце собственную комнату у него не было.

Это ладно, но ещё старик призрак потребовал отдельные покои, якобы и что, что он призрак, всё равно король! В общем, я понятия не имею, как можно править в таких условиях, тут в одном отдельном дворце не разберёшься!

Все эти мысли летели в голове галопом, пока я бежала к Софи. Вместе со мной успел вбежать только Викуэль, а затем я резким порывом ветра захлопнула дверь. Я же уже позволила штормовым ведьмам спокойно жить в государстве, верно? И что поделать, если пока существует только одна штормовая ведьма — я!

Но сейчас посторонних зрителей мне было не нужно. Я сосредоточилась на лежащей в кровати Софи, взяла её холодную как лёд руку, приложила ухо к груди. Сердце не билось.

Но это ничего, в сущности, не значило. Важно было другое. Я не слышала шёпот. Я только недавно осознала себя как королеву мёртвых, и это моё умение мы не обсуждали с друзьями, хотя именно оно и помогло спасти Бриена из могилы. От его могилы, где лежал он, уже оживший, но обессиленный, шли совсем другие звуки, и потому я не смогла пройти мимо. Мертвецы же для меня шепчут. Другое дело, что не всегда я достаточно внимательно прислушиваюсь, если нахожусь не на кладбище!

Именно поэтому я не позволила набиться в покои подруги всем желающим. Мне нужно было слышать. Если она мертва окончательно, я должна была бы спросить разрешения Викуэля, а потом с помощью Даррена поднять её. Да, это не то, о чём мечтали они с Викуэлем, я бы даже сказала, совсем не то, но я была твёрдо уверена, что Софи должна выйти замуж. Живая или мёртвая, а она об этом слишком мечтала, чтобы смерть могла остановить её на полпути!

— Она не мертва, — я качнула головой и сцепила руки перед собой. — Но и не жива в полной мере.

— Может, ей выпоили то зелье? — предположил Викуэль. Говорил он спокойно, но руки его ходили ходуном, а глаза покраснели. Бедный мой друг, это он ещё не знает, кого я подозреваю.

— Может, — я наклонилась ниже, к приоткрытым губам подруги. Она не дышала, но едва уловимый травянистый запах от её рта шёл. — Но мне кажется, надеяться только на это — недостаточно.

Я в последнее время против воли стала настоящим экспертом не-смерти. Даррен с его отделённым духом и пустующей оболочкой, Бриен и Зиний, напоенные усыпляющим отваром, мой отец, Флин первый, помещённый в ледяного варана на годы…

Я снова взяла руку Софи в свою. Она была ледяной, но почему? В комнате было тепло. Умерла Софи или нет, она не должна была окоченеть больше, чем позволяла ей температура в доме!

— Весень… — пробормотала я себе под нос. — И Бриен. Вик, доставь мне сюда обоих. Немедленно!

А я сама продолжила держать руку подруги в своей, надеясь, что моё тепло сделает своё дело. В голове же мелькали мысли. Что и когда пошло не так? Почему Софи мне ничего не сказала, если чувствовала опасность? Я слишком сильно была занята собой, упивалась горем и вот это всё?

Викуэль притащил обоих, и водяного мага, и моего бывшего жениха, и снова закрыл дверь.

— Где Софи, — я переводила взгляд с одного на другого. Как мне хотелось верить, что это просто глупая шутка и сейчас Софи выскочит из шкафа и рассмеётся! Я даже дуться не буду на такую шутку, она неслабо меня взбодрила и напомнила о том, что я живая. Живая без всяких женихов, мне вообще не нужен Даррен, чтобы быть счастливой!

— Белка, ты только не волнуйся! — Бриен сдался под моим взглядом первым. — Мы просто надеялись избежать проблем…

— И не избежали, — мрачно добавил Весень. — Мы слишком поздно сделали подмену.

Я потёрла лицо руками. Что тут вообще происходит?

— Софи подозревала, что её попытаются отравить, — пояснил Бриен. — Мы с ней тут успели сдружиться, и она попросила сделать её двойника. Снова.

— Почему, кто, почему она мне не сказала? — Викуэль не выдержал, его прорвало. — И почему ваш двойник лежит так… словно всё удалось.

— Видимо, эти герои что-то не учли, — проворчала я. — А тебе она не сказала по очень простой причине, Вик. Подумай, кто мог желать ей смерти, для кого ваш с ней брак был поперёк горла.

Я оставила друга нервно вращать глазами, он не сразу придёт к той же мысли, что я пришла моментально, и повернулась к Бриену и Весеню.

— Двойника изо льда можно уничтожить без опасности для оригинала, но не наоборот, — пояснила я. — Кто-то добрался до Софи, и поэтому её двойник в таком состоянии. Проблема в том, что где-то так лежит и Софи, и мне необходимо убедиться, что с ней всё в порядке.

Я качнула головой.

— То есть, не в порядке, конечно, но мне надо убедиться, что она в ближайшее время не умрёт.

Я встала, с сожалением опустив руку Софи обратно на кровать. Незаметная со стороны вмятинка на её руке — только она и подсказала мне, что я имею дело с подделкой. Но Софи и правда грозит опасность, и мне надо её найти первой.

— Изображайте тут безутешное горе, — потребовала я. — И внимательно следите, кто придёт пособолезновать, как при этом будет выглядеть и станет ли пробиваться к телу.

Я задумалась, понимая, что не имею представления, как могли подействовать на подругу эльфы. Выпоенное зелье совершенно точно имелось, но это была местечковая штука, эльфам его взять было неоткуда. Да и шла я от противного. Если проблема в одном лишь чрезмерно успокоительном зелье, то всего и проблем у нас — убедиться, что Софи никто не додумается похоронить до того, как она проснётся.

Но я сердцем чуяла, что проблема не только в этом, и потому хотела скорее найти Софи и проверить.

С мрачным лицом я вышла из комнаты и зыркнула так, что толпа чуточку поредела. Достаточно, чтобы я могла пройти.

Хорошо, оказывается, быть королевой. Никто и слова не скажет, когда ты проносишься мимо, вся такая важная и неприступная. Никто не подойдёт, не задаст каверзных вопросов, вроде куда вы прётесь, когда у вас подруга умерла? А как же рыдать над ней?

— Иссабелия, — так, похоже, я переоценила собственную важность, потому что в одиночестве мне удалось пройти только шагов двадцать. — Ты лопату забыла.

— Спасибо, — буркнула я, забирая лопату у Чичи. — Почему ты не остался со всеми рядом с Софи?

— Рядом с подделкой? — Чича присвистнул. — А зачем мне это?

Я мрачно посмотрела на дурацкого кровососа. Почему он всё время лезет куда его не просят? Даже думать не хочу.

— Там нет запаха крови, я бы сразу почуял, — пояснил вампир с таким видом, будто это всё объясняет. Например, то, почему он притащил мне лопату и сейчас идёт рядом, словно это норма для него. — А я видел двойников на битве претендентов.

— Кстати, я тебя ещё не простила за битву претендентов, — заметила я. — Бросил меня, когда ты был мне так нужен. И ради чего, собственно? Небольшого шанса отгрызть кусочек моего королевства?

— Очень нужный нам кусочек, дорогая Иссабелия, — Чича даже не смутился. — И потом, зачем я тут был нужен? Ты и сама со всем справилась!

— Это стечение обстоятельств, — не согласилась я. — Мне могло не повезти с фейской пыльцой и загаданным желанием.

Я с горечью подумала, что мне стоило чуть лучше думать над тем, что я говорю. Теперь на мне не держался ни один брачный браслет. Не то чтобы многие пытались, но браслет Юлия Звояра спал и раскололся на кусочки, а он был самым сильным из тех, что существовали.

Теперь я была навечно обречена оставаться без мужа. Правда, в первую очередь это было связано с тем, что за короткий промежуток беспамятства мой жених успел изменить мне и жениться.

— Мне нужен был ты, чтобы моё второе я не попало в лапы Юлия, — пояснила я. — С кем ещё было изменить жениху бедной мёртвой девушке? А ты, конечно, предпочёл снова где-то отыскать Россу. Обманщик и вероломный злодей.

Некоторое время мы шли молча. Я пыталась сообразить, где Софи могла бы попытаться скрыться от убийц, а Чича был, похоже, слишком удручён моими словами, чтобы говорить.

— Слушай, Иссабелия, — вдруг прервал молчание Чича. — А вот ты ощущаешь себя чуточку мёртвой? Из-за твоего двойника, с которым ты слилась?

Из моего выреза — неужели я никогда не покруглею в нужных местах, чтобы считать это не вырезом, а декольте? — высунулся Клема и недовольно квакнул. Наверное, принял это на свой счёт, малыш.

— Чуточку, — буркнула я. — Чича, что ты хочешь услышать от меня? Мой жених женился на эльфийке, пока я пыталась спасти королевство и выжить! Тебе не кажется, что я уже от этого могу чувствовать себя немного мёртвой?

— Хочешь, я его побью? — предложил с готовностью Чича, но я только фыркнула и отвернулась. И виверне понятно, что у кровососа были свои причины предлагать это. Даррен выкинул его из окна из-за Россы, у Чичи появился законный повод поквитаться с дорогим другом. Кто о чём, а этот о себе любимом!

— Не хочу, — буркнула я и двинулась к лестнице. Чича не отставал ни на шаг.

— Я просто вот что подумал, — продолжил он, словно мы не обсуждали его коварство и вероломство. — Ты была близка с Дарреном, верно? А твой двойник ни с кем не был. Так вот, ты сейчас какая в физическом смысле, как та или как эта?

Я онемела от возмущения, но рука уверенно сделала быстро движение, опуская лопату на спину проклятого вампира. Нашёл время шарады загадывать!

— Ащ-щ! — взвыл кровосос. — Белка, сколько можно меня бить!

— Я всё ещё надеюсь, что ты поумнеешь, кронпринц, — буркнула я, взвешивая лопату на руке. — Зря, наверное, но мечтать не вредно.

— Хорошо, я тебя услышал, — Чича почесал спину, докуда мог дотянуться и скривился. — Мы хотя бы куда идём?

— Не знаю, куда идёшь ты, а я ищу Софи, — отрезала я. — Двойник изо льда полностью зависит от оригинала, и, вероятно, Софи действительно отравили. Надеюсь только, что её ещё можно спасти.

Я сглотнула. Думать об обратном не хотелось. Как я буду смотреть в глаза Викуэлю, если не справлюсь? А в зеркало? Да я себя возненавижу, если не спасу Софи!

— Я понимаю это, — мягко ответил Чича. — Но где ты собираешься её искать? Бесцельное хождение по дворцу вряд ли поможет. У вас неприятно огромный дворец, дорогая моя королева.

Неприятно осознавать, но вампир был совершенно прав. Я остановилась.

— Думаю, она может находиться в покоях одного из подозреваемых, — нехотя пояснила я. — Но я пока не решила, с кого начать и не вызовет ли скандал то, что я собираюсь проверить эльфийских владык.

— Обязательно вызовет, — «успокоил» меня Чича. — Но какое тебе дело? Начнёшь нормальную войну, а то калегосцы слишком расслабились. А меж тем эльфы то и дело заводят людей в свои леса и оттуда они не возвращаются. Смекаешь?

— Я помню наш бал, — буркнула я. — Мог и не напоминать. Но мы не можем просто так поссориться с семьёй Викуэля.

— Вообще, если снести владыке голову, новым владыкой станет Викуэль, — напомнил Чича. — Нормальная торговля с соседями, ссылка красноволосой новоявленной госпожи Гастион куда-нибудь, куда даже ледяные драконы не летают, м?

Звучало, конечно, очень соблазнительно, но я помотала головой.

— Даррен уедет вместе с ней, а университету нужен декан некромагии, — ответила я насквозь фальшивым голосом. — Но не тяни виверну за хвост. Ты считаешь, что Софи может быть в каком-то другом месте?

— Ну разумеется, я именно так и считаю, — Чича всплеснул руками. — Дорогая моя королева, надо учиться идти по пути наименьшего сопротивления. Этому учат всех королей с пелёнок, но ты пропустила эти уроки, пытая разных несчастных вампиров в инквизиторской школе для девочек.

Я прикусила язык, чтобы не сказать, что всё было вовсе не так. У меня не было времени спорить с языкатым вампиром.

— Итак, если Софи действительно у эльфийских владык или у любых иных подозреваемых в её гибели, то она точно мертва, — продолжил Чича, видя, что я не собираюсь возражать насчёт своей некоторой наивности в королевских делах. — И найдёшь ты её сейчас или через несколько дней — разницы не будет никакой. Но если она в другом месте, то промедление может оказаться опасным. Понимаешь?

Я понимала. И понимала, что не представляю, где могла спрятаться моя подруга, прежде чем пострадать. Для этого мне надо было знать, она ли была на моей коронации, а то ищи её вообще в университете!

Я прикрыла глаза припоминая. Чича рядом терпеливо молчал.

Снова перед глазами пронеслись гости. Важные владыки. Выглядели ли эльфы виноватыми? Да кто их разберёт! Чича. Росса. Даррен с Наперстянкой. Сердце уже привычно кольнуло оттого, как по-хозяйски висела на руке Даррена проклятая эльфийка. Викуэль и Софи. Софи крепко держится за Викуэля, но это мне кажется милым, а не отвратительным, как у Даррена с Наперстянкой.

Ну точно, она держится за Викуэля, а тот украдкой целует её ушко. Он бы понял, что она ледяная! Значит, Софи была совершенно точно жива совсем недавно!

— Я знаю, где я буду искать, — я открыла глаза. — По пути наименьшего сопротивления, говоришь? Ты прав, я должна проверить именно там!

И я поспешила наверх. Туда, где были мои королевские покои. Судя по шагам, Чича решил не отставать. А я тем временем думала, чем я могу помочь подруге, если её состояние будет как у её ледяной копии. Предположим, она тоже выпила тот отвар, что сделал её словно мёртвой. Но что, если это был отвлекающий манёвр и, пока мы терпеливо станем ждать, когда она очнётся, Софи продолжит умирать?

Я понятия не имела, почему так думала, но у меня просто сердце было не на месте.

— Как можно остановить умирание, если оно происходит? — спросила я и тут же уточнила. — И как можно определить, что с человеком? Есть ли у нас целители?

— Это ты у меня спрашиваешь? — удивился Чича. — Вообще-то, позволю себе напомнить, я мёртвый вампир, а не живой человек. Ты разве сама ни разу не болела?

Я наморщила лоб. Болела, конечно, но просто варила отвары и пила, борясь симптомами и надеясь, что всё пройдёт. Всё, собственно, и проходило.

— У королей обычно есть советник на любой случай, — сжалился надо мной Чича. — Просто позови того, который отвечает за жизнь и смерть. Это точно не некромант, это какой-то целитель!

Я с облегчением вздохнула. Ну точно!

— Поймай какую-нибудь невидимую служанку и попроси привести ко мне в покои этого советника, — попросила я и добавила. — Пожалуйста.

Глаза Чичи сверкнули.

— Как скажешь, моя королева.

После чего он пошарил рукой за моей спиной и встряхнул кого-то. С негромким ойканьем передо мной проявилась молоденькая девушка.

— Королева никогда не бывает одна, — назидательно произнёс он и наклонился к девушке. — Слышала приказ королевы? Быстро советника-целителя к ней в покои. И отпустил бледную до синевы девушку.

А я вдруг поняла, что совсем забыла про эльфийскую шпионку, которая служила во дворе. Что же, эльфийский след становился всё более широким в этой истории!

Глава 2. Нету тела — нету дела, а два тела?..

«Хорошие намерения иногда приводят к ужасающим последствиям.

Интересно, что наоборот бывает гораздо реже»

Королева Лесия Интийская

«Тайные мемуары королевы, которая не хотела ею быть».

Я вела себя так уверенно, как и положено королеве, но какое же облегчение я испытала, когда обнаружила, что дверь в мои покои приоткрыта! То, что обычно до одури пугает, меня страшно обрадовало. И не напрасно.

Софи была здесь. Увы, она была такая же бледная и не дышала, но она была в моём свадебном платье, и это много значило для меня. Софи знала, что её хотят убить, вот о чём говорило это платье!

Платье сшили для меня ещё несколько месяцев назад, вскоре после того, как у нас с Дарреном случилась фальшивая помолвка. Ведь королеве полагается только самое лучшее, в том числе и лучшая ткань, лучшие швеи. Нельзя просто выбрать белое платье и сказать, мол, пойду в этом.

Платье получилось великолепным. Таким идеальным, что я представить себе не могла, что буду его носить. Да мне примерять его было страшно!

После того как Даррен меня предал и женился на Наперстянке, я снова нашла это платье. Со мной во дворце почти всегда был кто-то из друзей. Чаще всего Софи или Кайса, но иногда прилетала Арриена. Она осведомлялась, хочу ли я, чтобы она превратила жизнь невестку в существование, полное ужасов и кошмаров. И я каждый раз отвечала «нет», хотя больше всего мне хотелось ответить «да, да, пожалуйста!» В тот день со мной была Софи.

«Какое красивое», — выдохнула она с грустью и завистью одновременно. Она прекрасно понимала, как я горюю из-за разрыва и предательства, но не могла не признать, что платье просто великолепно. Её собственное платье должно было быть простым и зеленоватым. Эльфы не очень-то разбирались в нарядах.

«Если я однажды надену его, знай, что я в большой беде», — мрачно пошутила я.

«Если я его хотя бы примерю, то я тоже в большой беде», — рассмеялась тогда Софи, и мы сменили тему, перейдя к туфлям. Вы представить себе не можете, как сложно заполучить туфли большего размера — чтобы легко было скинуть в случае бегства от упыря или необходимости залезть на дерево от дикой ведьмы, когда ты королева! У королевы всё должно идеально сидеть, в том числе и туфли!

А сейчас Софи была в моём платье. Её босые ноги высовывались из-под него, а лиф того гляди готов был лопнуть — в отличие от меня, у Софи было весьма достойное декольте, так что понятия не имею, как она влезла в платье. Выглядела она, конечно, неприлично соблазнительной и столь же неприлично мёртвой.

Я присела рядом с кроватью и прислушалась. Биения сердца не было, не было рядом душечки, но не было и шёпота.

— Она пока не мертва, — я выдохнула и посмотрела на Чичу. — Как же мне ей помочь?

— Найти антидот от того, что её отправило в такое состояние, — пожал плечами Чича. — Что же ещё?

Отвратительно верное и абсолютно бесполезное замечание.

Я оглянулась.

— Где этот советник? — с отчаянием спросила я в воздух. Немыслимо ощущать, как уходят минуты!

Снаружи словно ждали моего вопроса, а я не удивлюсь, если так и было. В покои втолкнули невысокого старичка, который крепко держался за собственную шляпу, надвигая её себе на нос и пытаясь прикинуться дикой ведьмой, не иначе.

— Господин советник, необходимо спасти мою лучшую подругу, — я отодвинулась, пропуская старичка к кровати. — Её точно опоили зельем мёртвого сна, но я чувствую, что это ещё не всё.

Советник нехотя отцепился от шляпы и провёл рукой над Софи. Потом ещё раз и ещё. От напряжения он начал гудеть, но смешно мне не было. Я переживала за Софи.

Чича приобнял меня за плечи, по-видимому, так представляя участие и поддержку, но я не стала возражать. Я и без того вымоталась на коронации, а сейчас была в настоящем ужасе. Мне хотелось просто вернуть Софи к жизни, а потом жестоко покарать тех, кто хотел смерти подруги. И жестоко — это не лопатой по хребтине. Сейчас я была готова казнить и свирепствовать, точно оба моих родителя — тиран и драконица.

— Очень любопытная история, — наконец закончил гудеть старичок и убрал руки от моей подруги. — Даже забавная. Вы будете смеяться, моя королева. Это очень смешно!

— Сомневаюсь, что буду, — мрачно уверила его я. — Если только вы мне не скажете, что Софи встанет через пять минут живая и здоровая. Больше меня ничего не развеселит.

Радость старичка несколько поутихла.

— Нет, в некотором роде она в данный момент умирает, — признался он. — Но всё так сложно, вы не представляете себе! Понимаете, по отдельности всё то, что наложили на неё, должно было её убить. И даже не думайте, что отвар всего лишь усыпляет. Здесь использована высочайшая концентрация, её сердце её бы просто не выдержало!

Кто это вскрикнул? Неужели я?

— Подождите пугаться, моя королева! — старичок прижал руки к груди. — Дело в том, что её пытались за короткий промежуток убить четырьмя разными способами!

Присвистнул Чича. У меня же так перехватило дыхание, что я не могла даже пискнуть.

— Два заклинания и два яда, — старичок потёр руки от удовольствия. — Отвар, о котором вы догадались, должен был усыпить сердце вашей подруги навсегда. Но заковыристое заклинание, которое я не сумел расшифровать до конца, предположительно должно было заставить его биться слишком быстро. А второе заклинание хотело изгнать дух девушки из тела. Однако второе зелье…

Он поморщил нос и покачал головой.

— Полагаю, к прочим бедам оно ещё и неправильно сварено, — заметил он с большим неодобрением. — Так вот, оно должно было наслать на неё кошмары и запереть её навсегда внутри собственного разума. В результате не знаю как насчёт кошмаров, но теперь это зелье удерживает дух внутри тела. От всех четырёх вещей необходимо избавиться и в идеале одновременно. Полагаю, что это спасёт ей жизнь.

— Но сейчас ей ничего не грозит? — уточнила я, подивившись сразу и везению Софи, и ненависти неизвестных. Четыре убийцы, это куда годно!

— Не совсем, — снова замялся старичок. — Она недостаточно стабильна. Её нужно свести с кем-то чрезвычайно живым и чрезвычайно мёртвым.

— Я не подхожу, — быстро сказал Чича и даже руки убрал. — Я не то и не другое.

— Нет-нет, — замахал руками старичок, будто я всерьёз рассматривала вариант кровососа. — Вампиры не подходят, господин. Это должно быть два разных существа. Я бы предложил мертвеца поднять с помощью некромага, а в качестве живого взять ребёнка, но…

— Но ребёнка мы брать не будем, — прервала его я. — Неизвестно, как на него повлияет такая связь.

«И как это повлияет на Софи», — мысленно добавила я.

— Я хотел сказать, что призрак подойдёт лучше, чем мертвец, — пробормотал старичок. — Вы же медиум, моя королева. А вот живой…

— Дикая ведьма, — я ухмыльнулась. — Не видела ничего более живого. Если она долго стоит на месте, то прорастает, а если плюнуть ей на шляпу, там появятся цветы. Она вся чрезмерно живая!

— Даже знать не хочу, откуда ты знаешь про шляпу, — пробормотал Чича в сторону, я его всё равно услышала, но не ответила. Мы ведь оба знали, откуда мне известно про шляпу.

— Сколько у меня времени? — спросила я самого полезного советника во всём моём дворце. — Чтобы стабилизировать её.

Я думала, старикан будет снова гудеть, но, похоже, он всё узнал за первый раз. Невероятно полезный и эффективный советник! Я подумала, что ему можно дать какое-нибудь повышение и парочку бездельников с самыми скучными советами в подчинённые. Для больше важности.

— Минимум три дня, — ответил он. — Возможно, удастся дотянуть до недели, но дальше пойдут необратимые изменения.

Я кивнула. Поняла. Чего тут непонятного.

— Почему это у тебя? — только сейчас сообразил Чича. — Разве ты не пошлёшь нюхачей или ещё кого-то в этом духе?

— Ты вообще хоть раз видел диких ведьм? — ответила я вопросом на вопрос. — Представляешь, что это?

— Ведьма вроде тебя, только дикая? — наугад спросил Чича и неуверенно добавил. — Только более дикая. Бездомная.

Я пропустила мимо ушей оскорбление, признавая за кронпринцем кровососов право не разбираться в ведьмах.

— Я — штормовая ведьма, — пояснила я коротко. — С дикими тут есть общее только в названии. Я обычный человек, в котором вследствие удара молнии объединились силы всех стихий. Редко? Да. Перестала ли я быть человеком? Нет. Дикая ведьма — существо совершенно не изученное и очень опасное. Оно не является человеком, это то, что мы знаем точно.

— О! — оживился старичок. — Королева, нижайше прошу о возможности изучить дикую ведьму, когда вы её поймаете.

— После того как она больше не будет нужна Софи, — уточнила я и снова повернулась к Чиче. — Учись! Вот это доверие могуществу королевы! Человек не сомневается, что я сумею изловить ведьму!

— Да я тоже не сомневаюсь, — пробурчал Чича. — Я просто не понимаю, зачем рисковать своим королевским здоровьем.

Я не ответила. Разве вампир способен понять, что я не могу сидеть просто так и ждать, когда неизвестные мне люди помогут моей подруге? Я должна была сделать это сама.

Только сначала нужно было объясниться с братом.

Не уверена, что он будет рад. Но что поделать?

Флин и впрямь нисколько не был рад.

— Ты снова хочешь оставить меня за короля? — возмущался он, шагая туда-сюда по тронному залу. Здесь кроме нас не было никого, даже невидимых слуг мы выставили в коридор — нечего подслушивать и подглядывать! — Исса, мы же договаривались!

— Мы не договаривались, что в нашем дворце будут страдать мои друзья, — я покачала головой. — Лучше скажи, кого-то из эльфов удалось заточить в темницу?

После случившегося с Софи я стала несколько кровожадна.

— Нет, — буркнул раздосадовано Флин. — Если, конечно, ты не планируешь отправить в темницу Викуэля или Наперстянку. Других эльфов в государстве не осталось, даже Линесса сбежала, хотя я был уверен, что она добьётся от меня брачного браслета.

— Ты удержался, — против воли я улыбнулась. — Но, согласись, это выглядит довольно подозрительно.

— Я согласен, — вздохнул Флин. — И мне это категорически не нравится. И я не хочу отпускать тебя одну.

— Не переживай, — я вздохнула. — Вообще-то, одной мне куда спокойнее, но увы, одна я не буду, как бы мне не хотелось.

Да, увы, ситуация была такова, что Чича загорелся отправиться со мной, едва он понял, что я собираюсь в лес за ведьмой. Всё-таки его любопытство было запредельным.

— Вампир — это не то существо, которое я бы хотел видеть рядом с тобой, — нахмурился Флин. — Мне кажется, кронпринц неровно к тебе дышит.

— Он так говорит, — отмахнулась я. — Но что ты предлагаешь? Я выхожу через час.

— Может, возьмёшь с собой Даррена? — издалека начал брат, но я в ужасе помотала головой. Нет уж, находиться рядом с изменщиком, да ещё во время опасного дела? Лучше уж Чича! Так я и сказала.

— Ты не даёшь Даррену объясниться, — Флин почесал лоб. — Серьёзно, Исса, он мне всё объяснил. Он потерял память, а тут рядом эльфийка…

Я остановила его, взмахнув рукой.

— Флин, не слушай его, — попросила я. — Он не помнил, всё так. Но он знал от меня и не только от меня, что мы были вместе, что я люблю его. И всё равно выбрал Наперстянку, не дожидаясь возвращения памяти. Разве ты бы так поступил?

Флин молчал долго.

— Нет, — наконец нехотя произнёс он. — Я бы так не поступил.

— Вот именно, — я подумала, обойдусь ли я лопатой или мне нужен меч. Или молот. Что-то серьёзное. Использовать ничего убивающее мне не хотелось, но ведьма… это были не игрушки.

— Тогда возьми с собой хоть одного нюхача! — попросил брат, когда понял, что я не отменю своего плана и его не возьму тоже. Нет, ну додумался же! Чтобы сразу в случае чего пропали оба короля! И кто останется, наш дорогой отец-тиран? Перебор для нашего королевства!

— Хорошо, — согласилась я. — Только пусть это не будет скрытый оппозиционер, желающий оторвать мне голову. Это реально?

Вопрос был непраздный. Проблема с нюхачами заключалась в том, что они носили не снимаемые волчьи головы из металла, тем самым защищаясь от многих заклинаний и всех ядов. И в то же время остальные люди представить не могли, кто скрывается под той или иной головой. И потому в битве претендентов часть нюхачей оказалось на стороне оппозиции, что было весьма, весьма неприятно.

— Реально, — буркнул брат. Да, такая беда с нюхачами случилась во время его правления, так что он чувствовал свою вину. — Я одного знаю ещё со времён, как мы встречались во дворце. Он сын одного из дворцовых… мы даже дружили в детстве. Немного.

Я с подозрением посмотрела на брата. Не планирует ли он мне предложить забыть Даррена с сыном дворцового, раз я отказываюсь проводить очередной отбор женихов? Вообще-то, с учётом того, что меня чуть не убили на предыдущем отборе, удивительного ничего в этом не было. Никаких больше отборов, даже чтобы посмеяться! Мало ли, вдруг в следующий раз рядом не окажется очень быстрого вампира, и кончусь я прямо на отборе жениха!

Но нюхач и ещё сын дворцового… замуж меня за него точно не отпустят, а чтобы просто забыть Даррена… Нет, это перебор.

Правда, тут я сообразила, что мне, вообще-то, никто не предлагал нюхача именно с таким смыслом. И, получается, это у меня голова набекрень, а не у Флина!

Захотелось даже покинуть дворец до того, как этот нюхач появится, но когда бы у меня всё происходило как мне хочется!

Сначала я столкнулась с Викуэлем.

— Судя по тому, как быстро отбыли родители, они что-то знают о покушении на Софи, — мрачно заявил он. Я едва не закатила глаза. Серьёзно, он живёт на свете куда больше лет, чем я, как он умудряется оставаться таким наивным?

— Вик, на Софи покушались одновременно четыре разных че… разумных существа, — пояснила я ему. — Они действовали отдельно друг от друга, и только поэтому она ещё не умерла. И, знаешь, я мизинец готова дать на отсечение, что минимум два следа принадлежат эльфам.

Викуэль замер. Как близкий друг, он знал, насколько трепетно я отношусь к своим мизинцам.

— Ты думаешь? — губы у него задрожали.

— Твоим родителям не нравилась твоя невеста, — безжалостно добила я. — Ты это знаешь, я это знаю. Но мы были слишком заняты и никак не защитили Софи. И теперь её нужно спасти. Можешь начать думать, кто именно и что сделал. Два яда и два заклинания, Вик. Нам нужно два антидота и два контрзаклинания. Будет здорово, если ты отыщешь хоть одно и при этом не помрёшь сам. Софи не обрадуется, если ты погибнешь.

И я зашагала дальше, спускаясь по бесконечной лестнице к выходу из дворца. Там должен был ждать меня Чича. И, если я не потороплюсь, с ним будет ещё и нюхач. Вампиру это точно не понравится.

Но, разумеется, беда не приходит одна. Мне оставалось спуститься на один пролёт, как передо мной вырос Даррен. Удивительное дело, но без Наперстянки. А я уж думала, что они срослись или как там передвигаются эльфы с выбранными жертвами?

— Иссабелия… — он кашлянул, когда я воззрилась на него, высоко подняв брови. Они даже скрылись под шляпой, которую я надела вместо короны. Не хватало только корону в лесу потерять! — То есть, прошу прощения, королева Интийская!

Я сложила руки на груди, крепко прижимая к себе лопату. Не хватало ещё огреть его как Чичу. Чича вампир, он и не такое выдержит. А если я сломаю что-то жизненно важное Даррену, будет совсем нехорошо.

— Позволь мне пойти с вами, — продолжил Даррен. — Дикие ведьмы очень опасны. Их укусы почти не заживают и…

— Знаю, — прервала я его. — А ещё дикие ведьмы живые, так что от некроманта толку не будет никакого.

— Но… — Даррен разозлился, я это видела. Желваки заходили, он сощурился. Из выреза моего походного платья показался Клема, оглядел «врага» и громко, с презрением квакнул.

— Полностью согласна, Клема, — подтвердила я. — Мы справимся и без людей, которым нельзя доверять. Нам нужны только верные соратники.

Глава 3. Где водятся ведьмы

«Каждая женщина может стать ведьмой,

если её как следует довести.

Но некоторым не приходится тратить

на это превращение много сил»

Королева Иссабелия (Астаросская) Интийская

«Здесь будут мемуары, возможно, даже Тайные, если будет время их вести».

Даррен дёрнулся как от удара. Возможно, лопатой было бы и не так больно. Но мне его не было жаль. Он разбил моё сердце и вместо того, чтобы исчезнуть с глаз хотя бы на время, постоянно тёрся где-то рядом. Это раздражало просто невыносимо.

Почему бы ему не оставить меня в покое? Я за последние месяцы пережила столько такого! И его измену бы пережила. Рано или поздно мне стало бы легче. Я не могла теперь учиться в университете, а Даррен был деканом факультета некромагии и некромантии, так что должен был там находиться. И между нами было бы расстояние, позволяющее мне излечиться. Но нет, по непонятной мне причине, Даррен продолжал преследовать меня, чтоб его бесы катали!

— Но… — Даррен качнулся. — Я был не прав. Ко мне слишком поздно вернулась память.

Отговорки, отговорки, отговорки!

— Тебя ждут, — ответила я, обходя Даррена по стеночке. — Твой факультет и твоя жена. Я не могу воспользоваться столь щедрым предложением.

Снова квакнул Клема, выдавая своим кваком больше, чем я хотела сказать, и не позволяя мне хоть внешне ограничиться вежливой холодностью.

— Меня тоже ждут, — я напомнила себе про Софи. Что толку тратить время на Даррена, браслет которого плотно облегает руку Наперстянки, когда моя подруга может погибнуть. — Пока, Даррен.

И я в меру позорно ускорилась, чтобы точно оторваться от бывшего жениха. Впрочем, Даррен не стал меня преследовать, зря я боялась. Но вот опоздать я опоздала. Рядом с ожидающим меня Чичей стоял нюхач в привычной уже мне металлической голове.

Не знаю, как нюхач воспринимал своё назначение, по металлической волчьей голове ничегошеньки не было понятно, но Чача смотрел на него с изрядной долей отвращения.

— Это ещё что за дуэнья? — воскликнул Чича, едва увидел меня.

— Ты меня пугаешь, кронпринц, — настроение моё немного пошло вверх. Дразнить Чичу было весело. — Разве нам с тобой нужна дуэнья?

— Вот именно, что не нужна, — согласился вампир. — У меня был прекрасный план. Ты, я, лес, густая мягкая трава…

— Дикие и очень опасные ведьмы, — подхватила я. — Напоминает идеальное свидание.

Нюхач закашлялся. Понятно, не привык к такому. Бедолага, тяжело ему придётся.

— Как тебя зовут? — ласково спросила я.

— Апфель, — ответил нюхач. — Апфель Сират.

— Надеюсь, ты не оппозиционер, желающий оторвать мне голову? — на всякий случай уточнила я. А что, такие вещи лучше сразу уточнить! Душечка на плече у Апфеля был прехорошенький с кудрявыми волосами цвета плодов каштана и с такими же блестящими карими глазами. Но с некоторых пор симпатичным я особенно сильно не доверяла.

— И не ненавистник вампиров, — подхватил Чича. Похоже, он считал, что это какая-то шутка. Дурацкий кровосос.

— Нет-нет, я всецело предан короне и очень толерантен, — поспешил признаться нюхач, а я нахмурилась. Такие слова не слишком употребляли в Калегосии, другое дело у инквизиторов.

— Так бы и сказал оппозиционер и ярый ненавистник других рас, — продолжал развлекаться Чича, но я дёрнула его за руку.

— Ты учился в инквизиторском государстве? — тихо спросила я.

— Что? — нюхач отшатнулся от меня. — Нет! Но… я учился у советника по инквизиции. Он хотел, чтобы я занял его место.

Последнее он произнёс совсем тихо, а я поморщилась, как от головной боли. Снова Гримий! Я уже думала, что никогда не вспомню про семейку Гастионов, но они то и дело проявлялись рядом со мной.

— Он обучал меня, когда я был ещё ребёнком, — торопливо пояснил Апфель. — Наверное, я ему напоминал сына. Иногда мне казалось, что, не будь у меня живых родителей, он бы усыновил меня.

Я нахмурилась. У Гримия не было детей, так что никакого сына Апфель ему напомнить не мог. Мне бы посмотреть под волчью голову, мало ли, бывают, что дети похожи не на мужей своих матерей, но голова снималась только насильно и другими нюхачами. А мои подозрения были недостаточным поводом. Конечно, я могла приказать — и сняли бы как миленькие, но я старалась не переусердствовать с властью. Так можно дойти до по-настоящему жутких вещей, а у меня и так была дурная наследственность.

— Ладно, — наконец я признала, что вариантов у меня нет. Идти вдвоём с Чичей было бы не слишком хорошей идеей. — Ты знаешь, куда мы идём?

— Охотиться на дикую ведьму! — кажется, парень обрадовался, что допрос окончен. А я подумала, что очень интересно, как он относится к Бриену, который официально получил должность советника по связям с инквизицией. Считал ли Апфель эту должность априори своей? Тяжело ли он принял такие перемены, заставившие его уйти в нюхачи?

И не беру ли я с собой человека, который ударит со спины, когда я буду меньше всего ожидать?

Похоже, у Чичи были такие же проблемы, потому как моё чуткое ухо уловило негромкое:

«Только посмотри косо на королеву и на себе узнаешь, что вампир может разорвать человека надвое».

Ужас какой. Надеюсь, Апфель — человек благоразумный. Потому что я ещё не отошла от того, как Чича вырвал сердце у напавшего на меня жениха. Да и мой двойник пусть лича, но разрубила пополам. Одним словом, я хотела бы некоторое время прожить без зверств. Как минимум до того момента, как мы найдём преступников, покусившихся на мою дорогую подругу.

— Да, мы отправляемся в лес, наша цель — взять ведьму живьём и не позволить себя покусать, — продолжила я инструктаж, решив потом подумать о наследии Гримия. — И съесть тоже ей себя не позволяйте, ей это придаст сил.

— Только если из-за этого, — пробормотал себе под нос Чича.

По уму нам надо было взять виверну во дворцовом вивернии, но я сомневалась, что смогу вести повозку, да и в лесу её придётся оставить рано. Пока я размышляла, Чича остановил повозку прямо на улице.

— Мы отпустим их у леса, — пояснил он. — Хоть не придётся через весь город тащиться.

Извозчик смотрел на нас огромными глазами, и я только надеялась, что он не узнал во мне королеву. Хватит с него и нюхача. Чича же искусно прятал клыки, а света не боялся, так что вполне сходил за местного богача.

— К лесу, — буркнула я, забираясь в повозку. Чича залез следующим, потом Апфель, а потом перед глазами мелькнуло красное и на четвёртое сидение плюхнулась… Наперстянка.

— Уфф, успела! — выдохнула она и заёрзала под моим внимательным взглядом. Чича таращился не хуже, а что думал Апфель, из-за его металлической головы понятно не было.

Повозка тронулась, покачиваясь и чуть подпрыгивая на булыжниках мостовой, а мы всё ещё молча пялились на Наперстянку.

Наконец, ко мне вернулся дар речи.

— Почему Гастионы не оставят меня в покое? — жалобно поинтересовалась я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Я что, буду вынуждена терпеть их флёр вокруг всю жизнь?

— Нечего было их выкапывать, моя королева, — усмехнулся Чича. — Что младшего, что старшего.

— Видимо, — буркнула я и уставилась на Наперстянку. — Что тебе нужно от меня? ты мечтала, чтобы тебя прилюдно казнили и теперь разочарована или что?

Наперстянка вздрогнула и поправила волосы. Апфель замер ещё когда я упомянула Гастионов, да так и сидел, прикинувшись статуей. Благодаря металлической морде, выходило у него это весьма успешно.

— Нет, — пискнула эльфийка. — Я уже знала, что ты добрая, вот и… и не думала ни о чём таком.

— Тем не менее мёртвая Астаросская тоже часть меня, — заметила я. — И она совсем не прочь отрубить тебе голову.

— Ой, да? — оживился Чича. — Моя королева, ты только хорошеешь с каждым днём.

Я поморщилась. Вкусы вампиров… они странные.

Эльфийка же побледнела ещё сильнее, того гляди брякнется в обморок! Надежды мои были тщетны. Она вдруг собралась и пошла в наступление. Правда, я ушам своим не поверила, когда поняла, в чём она меня обвиняет.

Как оказалось, Наперстянка нацелилась на Даррена не просто так. Уже отправляясь с нами, она знала, что хочет остаться в Калегосии и выйти замуж. Сделать то, на что у неё были крайне небольшие шансы в лесах Фолееса. Но она всё же была дочерью владыки, хоть и незаконнорождённой, так что амбиции у неё имелись.

Она хотела замуж за кого-то особенного. Например, за короля. Наперстянка не призналась, когда мысль заинтересовать собой Флина ушла на задний план. Была ли тому виной Линесса, которая, будучи законной дочерью эльфийского короля, не достигла успеха, или же дело было в том, что к этому моменту она узнала про Даррена — об этом Наперстянка умолчала.

Тем не менее понятно было то, что шип она предлагала мне уже с совершенно конкретной целью. Шип и впрямь странно влиял на мужчин, не только в смысле заинтересованности той женщиной, которой шип принадлежал, но и недолговременной потерей памяти. Это было для того, чтобы эльфийкам можно было окрутить даже женатого эльфа или того, что им не ровня. Ненадолго, но всё же.

Она сомневалась, что получится, ведь шип использовала я, а не она, но моя занятость другими важными делами позволила ей приблизиться к Даррену и использовать свой шанс.

— У меня нормально с образным мышлением, — прервала я её, видя, как Апфель пытается вжаться в стенку повозки, чтобы не слушать ничего лишнего, а Чича бессовестным образом покатывается со смеху. — Я и без пояснений поняла, как ты заполучила моего жениха.

Я посмотрела на Апфеля как можно суровее, потому что смотреть на Чичу было совершенно бесполезно. Впрочем, Чича не отличался разговорчивостью с кем попало и сплетни не разносил. Насчёт Апфеля мы пока такого сказать не могли.

— Дело не в том, как я это сделала! — неожиданно рявкнула Наперстянка, а я от неё на всякий случай отодвинулась. Мало ли, у эльфов бывает бешенство или драконья горячка! Мы ведь так преступно мало знаем про эльфов! — Дело в том, что ты ввела меня в заблуждение! Я была уверена, что Даррен богат, знатен и при дворе!

Чича уже смеялся в голос, ничуть не смущаясь моих злобных взглядов.

— Ну, он знатен, — я поняла, что отвечать всё равно придётся, хотя возмущение Наперстянки выглядело так, словно она бредила. — Он был бы при дворе, если бы был женат на мне. Что до богатства… да, всё состояние их семьи получает Бриен, так заковыристо у них придумано.

— Но это обман! — возмутилась Наперстянка. — Я не хочу торчать в университете, это даже хуже, чем на границе с ледяной пустыней!

— Ничем не хочу помочь, — буркнула я и посмотрела в окошко. Скоро там вообще этот лес? Мне хотелось поскорее отделаться от Наперстянки.

— Но ты должна! — возмутилась та, отчего моя злость сделалась почти осязаемой. В закрытой повозке заметно похолодало. Чича перестал смеяться, а Апфель просто сделал вид, что умер. Очень удобно, когда никто не видит твоего лица, надо запомнить, вдруг пригодится!

— Ты можешь стать его любовницей, — продолжала Наперстянка, не замечая того, как холодает. Я-то видела, что под низкой крышей повозки собираются тучи, но эльфийка ничего не замечала. — Ты ведь всё равно не можешь выйти замуж, я помню, как ты прокляла сама себя. В результате мы с Дарреном будем во дворце, а там…

— Ты забываешься, — злость охватила меня всю. — Ты определённо забыла, с кем разговариваешь, эльфийка.

Порыв ветра прибил болтунью к стенке, и она с клацаньем закрыла рот. Глаза её забегали.

— Ну, ты королева, — зачастила она. — Но королевам можно иметь любовников, я читала. Разводиться в Калегосии нельзя, но любовников заводить можно!

Мне стало так противно, что я отвернулась. Неудивительно, что родители Викуэля отравили Софи. Если вот это — его любимая сестра, то я не хочу знать, каковы не любимые.

— Выбросить её из повозки, моя королева? — спросил Чича.

— Эй, это, вообще-то, мои слова, я должен защищать королеву! — неожиданно для нас всех очнулся Апфель.

— Успокойтесь оба, — повысила я голос. — Я могу выкинуть хоть вас всех разом!

Небольшая молния громыхнула над нами. Она была крошечная для молнии, но для повозки она была перебором. Обладатель металлической головы Апфель снова замер словно мёртвый и правильно. Молния вам не заклинание — долбанёт так, что потом мозги будет от внутренней стороны головы отскребать. И уж точно никто из них не ожидал грозы зимой. Отвыкли, что это не зависит от времени года.

— Я не только королева, — продолжила я неприятно мягким голосом. — Я ведьма. Я медиум. И самое главное. Я Иссабелия, бывшая Астаросской. Я выросла в инквизиторском государстве. Клеопатра Варханке — моя бабушка. Ясно тебе, эльфийка?

Видимо, голос и впрямь получился неприятным, потому что Наперстянка позеленела, что с красными волосами выглядело просто ужасающе, и чудом не упала в обморок. Но по сидению она всё же сползла.

— Переведу на тебе понятный язык, — перехватил бразды выступления Чича. — Королева не нуждается в подачках, и вам обоим следует благодарить небо, что она вас не казнила. А уж лезть со своими претензиями — с этим обратись к папаше. Заодно разузнай, чем он отправил или проклял подругу королевы. Авось и удержишь голову на плечах.

Ну, конечно же! Я с восхищением уставилась на вампира. Какая я идиотка. Наперстянку нужно напугать и использовать, чтобы узнать, что и кто из эльфов сотворил такое! Пообещать ей… я не знаю, золота? Место при дворе для Даррена? Ради Софи я могла и не такое!

— Судя по твоему лицу, ты хочешь меня расцеловать, — скромно заметил Чича. — Ты не стесняйся, я только за!

— Облезешь, — буркнула я, раздосадованная тем, что мой порыв оказался замечен.

— Ну не при всех, так не при всех, — притворно покорно согласился Чича.

Но мне было уже не до него.

— Мы сейчас отправляемся ловить дикую ведьму, — пояснила я Наперстянке. — А потом мне нужно узнать, кто из твоих родичей навредил Софи. И смерть тебе покажется избавлением, если ты к этому причастна, но молчишь!

Теперь Наперстянка покраснела от обиды, что выглядело ещё хуже на фоне её волос.

— Викуэль — мой любимый брат, — запальчиво выкрикнула она. — Я бы не сделала ему больно!

— А я — лучшая подруга твоего брата, но тебя это не остановило, — парировала я, но в это время повозка встала. Я высунулась в окно. Лес. Мы приехали.

Я знала эти места. Здесь меня тащил с собой Иней, чтобы убить в лесу. Здесь я упала с виверны. Здесь, только дальше, сильно дальше в лес, я впервые столкнулась с дикой ведьмой. Я поёжилась, но открыла дверцу повозки и спрыгнула на землю.

У меня с собой была специальная сеть, и удочка, и даже намордник. На виверну, правда. Но велик — не мал. Не было у меня только наживки.

Впрочем, тут я ничуть не беспокоилась. Наживкой вполне могла стать и я. Я всё ещё быстро бегала и умела взбираться на деревья. В отличие от того же Апфеля, которому Гримий запудрил мозги.

— Я хочу с вами! — меня догнал голос Наперстянки. — Я тоже могу пригодиться в охоте на ведьму!

Я против воли усмехнулась. Тут Наперстянка была права. Она и впрямь может пригодиться. Как наживка.

— Отлично, берём, — немедленно согласился и Чича. — Нам как раз нужна наживка. Ты идеально подходишь. Как я слышал, ведьмы просто ненавидят эльфов.

Я уже вступила в лес и сошла с тропы. Под ногами проминался сочный упругий мох, в него проваливались мои каблуки. Этот лес оставался зелёный даже зимой, но жарко тут не было даже летом. Влажное колдовское место, идеальное для диких ведьм.

Я сняла свой тёплый плащ и повесила на дерево. Забрать отсюда его мог только сумасшедший, а если и заберёт кто — невелика потеря. Но идти в лес нужно было налегке. Я чуяла уже этот лёгкий грибной запах. Запах ведьм. В обычном лесу, который засыпал под снегом, они тоже зарывались в сухую листву и спали до лета. Даже если раскопать такую ведьму, она будет сонная и вялая. А нам нужна живая. Очень живая, достаточная, чтобы удерживать Софи не-мертвой столько, сколько потребуется.

Тихо пискнула Наперстянка, подталкиваемая ко мне Чичей. Похрустывал ветками Апфель. Нюхачи ужасно двигаются, очень громко.

Я снова принюхалась и прислушалась, взмахом лопаты заставив всех замереть.

Отлично. Я чувствовала взгляд. Я ощущала запах.

Теперь осталось самое сложное. Сделать вид, что ничего этого я не чувствую и не знаю, кто следит за нами из-за кустов.

Но я справлюсь. Иначе — смерть.

Глава 4. Охота с наживкой

«Есть только один способ выйти победителем.

Дать понять противнику,

что ты ещё более ужасающ,

чем сам он может представить»

Король Флин Первый Интийский

«Тайные мемуары величайшего правителя со времён появления государственности».

Проблема была ещё в том, что мне не хотелось терять в этом лесу никого. Ни раздражающую меня Наперстянку — объясняй потом Даррену, что она сама полезла! Ни Чичу, хотя за вампира я переживала меньше, чем за других, ни Апфеля, который вообще, похоже, не понимал, где находится.

Ну да, городские избегали лесов. В лесах всё было диким, не только ведьмы. Здесь было опасно и непредсказуемо, так что в леса ходили только травницы. Самые отчаянные ходили даже в эту аномалию, где одинаковая температура сохраняется и летом, и зимой. Неприятное место. Я полагала, что такая же аномалия есть и рядом с университетом, и, даже подумывала написать научный трактат на тему, что аномалии рождаются от сброса магической энергии от людей, которые не способны удерживать её внутри. Но не сложилось. Теперь я могла писать только королевские указы и королевские же мемуары. Скука страшная.

И в результате я оказалась в лесу не с одной, а с тремя наживками, и теперь мне надо было следить, чтобы ведьма не удрала с одной из них.

Очень тихо шуршали листья, чавкал мох. Это могли быть и мои спутники, и ведьма. Поди разберись! Я надеялась, что мы успеем добраться до любой поляны, где ведьму будет лучше видно. Надежды мои строились на том, что дикая ведьма, хоть и похожа на человека внешне, человеком не являлась. И проблема была не в шляпе, которая росла на её голове, как шляпка гриба, но и в её нечеловеческой логике. Сейчас она как зверь могла приглядываться к нам и вычислять, кто среди нас слабее прочих. Но нападать она станет не на слабого, совсем нет! Ведьма уверена, что добыча принадлежит ей полностью, а значит, сначала нападёт на сильного.

Только вычислить сильного среди нас сложно. Я ковыляю на своих каблуках, прижимая лопату к себе как можно ближе, но я в шляпе. Шляпа — это мотив. Красавчик вампир не показывает своих клыков, а значит, выглядит просто как франт, за каким-то бесом забредший в аномальный лес.

Красноволосая шла уверенно, но была мелкая, примерно как я. Апфель был в железной волчьей голове и поди пойми, решит ли ведьма, что это минус или плюс!

— Ведьма очень быстро передвигается, — начала я спокойным тоном, словно пересказывала страницу из учебника. — В первую очередь надо не позволить ей вцепиться зубами в открытую кожу, особенно шею. Шею бережём больше всего. Напоминаю, что у старой дикой ведьмы зубы появляются на ладонях. Правда, полагаю, что за нами следует довольно молодая ведьма, так как я чувствую взгляд. Старые ведьмы слепнут и полагаются на слух. В некотором роде нам повезло.

— Повезло? — пискнула Наперстянка и принялась вертеться на месте. Она вытащила пару кинжалов и выставила их в стороны, чудом никого не задев.

— Не привлекай к себе лишнего внимания, — я старалась говорить также ровно, но как сильно хотелось стукнуть её лопатой! Она слишком рано начала суетиться, мы в чаще, ничего тут не поможет, если ведьма нападёт. Даже деревья тут довольно тонкие, на такое не заберёшься.

— Нам повезло, — подтвердил Чича. — От челюстей проще увернуться, если они только на одной части противника. Ты не можешь просто взять и воспитать в себе за короткое время страх перед прикосновением голых рук.

Ну хоть кто-то со мной умный! Апфель вытащил откуда-то неплохую такую дубинку. Коротковатую, но нюхачи такими пользовались весьма ловко.

— Ведьму сильно не калечить, — больше для него, чем для кого-то другого, сказала я. — Она нам нужна максимально живая. Но сами тоже постарайтесь выжить.

Стоило мне это сказать, как Наперстянка открыла рот и… запела. Я чуть было не села прямо там, а садиться в такой близости от муравейника совершенно точно не стоило! А потом до меня дошло. Звериный глас! Она снова решила использовать его!

Будем честными, — я немного напряглась. Сейчас какая-нибудь косуля заедет копытом в лоб и поминай как звали, а Наперстянка с честным лицом скажет, что она тут ни при чём.

К нам, так ещё и не вышедшим на поляну, и впрямь потянулась всякая мелкая живность. Какие-то зайцы, суслики, вырылся одинокий крот, налетели птицы. В общем, я не виновата, что мы отвлеклись, любой бы отвлёкся на такое зрелище! И тут из-за кустов к нам бросилась дикая ведьма. Не знаю, не удержалась ли она в своём желании лишить нас жизни, или я ошиблась по свойствам, и она была больше зверь, чем гриб… Кто его знает.

Но она неслась на нас неотвратимо, как взбесившаяся виверна, раскрыв свою пасть и вращая глазами. Жуткое зрелище.

Моё предположение оказалось верным, и ведьма стрелой неслась именно на Наперстянку. Мгновение промедления и…

И я себе этого не позволила. Удар лопатой прямо в открытую пасть заставил ведьму завопить. Нормальная бы выплюнула лопату и бросилась бы на меня, например. Но дикие ведьмы совершенно непонятные. Эта принялась остервенело грызть металлическую часть лопаты, продолжая при этом верещать. Понятия не имею, как она так умудряется. Но зубы у неё ого-го. Наперстянка позеленела, когда увидела, как от моей лопаты отлетают металлические клочки. Что бы стало с её шеей — подумать страшно.

— За хвост её тащите, за хвост, — орала я, собирая над головой тучу. По пальцам летели искры, ещё немного — и я выпущу лопату и вопьюсь ведьме в незащищённое тело этими молниями. И вот успеет она меня укусить или нет — самый важный тут вопрос.

— У неё есть хвост? — кричал в ответ Чича, скача вокруг ведьмы и стараясь не приближаться на расстояние вытянутой руки. Понятия не имею, как он собирался так схватить её за хвост!

— Как у любой истинной ведьмы, у неё есть хвост, — прорычала я, сильнее пихая в дикую ведьму ошмётками лопаты, чтоб она уже подавилась ею, проклятая! — Наперстянка, сеть!

— Кого? — так как Наперстянка от ужаса перестала использовать глас, большая часть животных разбежалось, только выкопавшийся крот ещё путался под ногами.

Нет, у меня ещё не было хуже команды! Вдвоём с Чичей мы бы справились лучше! А тут ещё Апфель устал, видимо, от собственной никчёмности и… схватил волчьими зубами своей железной головы ведьму за ногу. Я и не знала, что нюхачи так могут!

Оторопели все. И ведьма, которая перестала грызть лопату, и Чича, так, сеть оказалась у него, и он её разворачивал, и Наперстянка.

— За хвост! — прошипела я, пока Чича крался с сетью, но в этот момент ведьма вывернулась из-под моей лопаты и одним прыжком оказалась на Наперстянке, повалила её на землю и вцепилась в горло.

Я заорала что есть силы и принялась бить ведьму по голове, пока Апфель наконец догадался отыскать длинный крючковатый хвост под платьем-шкурой ведьмы и с силой потянуть на себя. В этот же момент Чича накинул сеть, и мы уже вместе спеленали ведьму, которая дико выла, ухала и норовила перегрызть верёвки сети. Но эти верёвки с металлическими нитями, пущенными вдоль пеньковой, плохо поддавались даже вивернам. Драконы бы их сожгли и сплавили, но дикая ведьма — не дракон.

Мы наконец оттащили её от Наперстянки, и сердце моё упало. Эльфийка лежала бледная, точно мёртвая.

— Что я теперь скажу Даррену, — прошептала я. — И Викуэлю…

— Даррену ты скажешь, мол, «поздравляю, ты вдовец. Попробуй ещё раз и не ошибись, когда будешь делать предложение», — бодро предложил Чича, отчего моё сердце упало ещё глубже. — А Викуэль и не заметит, у него сестёр больше, чем у Гастионов родственников!

— Я так не могу, — ответила я, не в силах даже злиться на Чичу. Что толку на него злиться, если я была виновата одна? Я ведь знала, что дикая ведьма бросится обязательно на Наперстянку, посчитав её самой интересной целью!

— Хорошо, — покладисто согласился вампир. — Значит, мы не будем торчать здесь, пока она не умрёт, а отправимся к кому-то, кто может лечить эльфов. Но только не в эти мерзкие леса, второй раз я так не натанцую.

Его слова доходили до меня очень медленно.

— Она… жива? — я посмотрела на бледную кожу, на рану на шее, из которой уже не текла кровь.

— О, поверь мне, она жива, — ухмыльнулся Чича. — Она же эльф. Мерзкие твари. Кроме Викуэля, разумеется. При сильных ранениях цепенеют, чтобы кровь не вытекала, и ждут, когда рана зарастёт или когда их кто-то вылечит. Сама присмотрись, ты же видишь душечек!

Я посмотрела. Ну точно. Не вертлявая как вечно у эльфов, её душечка свернулась клубочком на плече Наперстянки и, казалось, сильно мёрзла.

— Лечить в лесу её некому, а зарасти такая рана сама вряд ли зарастёт, — продолжал Чича, пока я разглядывала душечку. — Так что мы можем оставить её тут. Что скажешь, Апфель?

Он так неожиданно повернулся к нашему без пяти минут сообщнику, что я вздрогнула. Я опять забыла, что с нами тут ещё и нюхач!

— Как прикажет королева, — проблеял струхнувший от направленных на него взглядов Апфель.

Да, задали задачку! Готовы делать как я захочу, и мне достаточно лишь захотеть… Но я знала, кто я и какая я, так что думать мне не было никакого смысла.

— Так, Чича, ты сможешь доставить очень быстро её к специалисту, который не даст ей умереть, а потом сообщить Даррену? Пусть, я не знаю, спросит советника по эльфам или травницу из университета, чем её лечить.

— А ты? — Чича помрачнел и в то же время его глаза загорелись так, словно он был чему-то рад. Поди разбери, чему он там радуется!

— А за мной присмотрит Апфель, и мы потихоньку пойдём к выходу из леса и потащим ведьму, — пояснила я.

Чича скорчил гримасу.

— Не глупи, моя королева, я утащу и ведьму, и эльфийку, — ответил он. — А ты просто постарайся выйти из леса живой. Одна или с нюхачом — как повезёт.

— Эй! — возмущённо прогудел Апфель, но его никто не слушал. Чича легко взвалил на одно плечо ведьму, закутанную в сеть, точно муха у паука, а на другое — бледную эльфийку, кровь на шее которой сравнялась по цвету с её волосами. А я только надеялась, что Чича меня не обманул, и он действительно разбирается в эльфах достаточно хорошо. И Наперстянка не умрёт.

И дело даже не в том, что она была со мной, когда на неё напала дикая ведьма. В конце концов, это само по себе опасное действо — охота за ведьмами. Но я поняла, что для меня её смерть всё только усложнит. Я не готова сейчас снова говорить с Дарреном. Нет. Пусть уж он лучше издалека смотрит и вздыхает, чем окажется вдовцом.

Удивительное дело, как меняются желания, едва только появляется шанс их исполнить!

— А мы теперь идём за ним? — робко спросил Апфель, когда Чича с двойной ношей исчез за деревьями. Я огляделась. Здесь многие растения ещё цвели. Серебристые колокольчики, лапчатка прямостоячая, да что угодно можно было насобирать и сварить что-то нужное. Заживляющее раны или исцеляющее сердце? Или оба?

— Да, мы идём за ним и никуда не сворачиваем, — вздохнула я. — Держим оружие наготове.

Я с отвращением посмотрела на лопату, которая больше напоминала дуршлаг на ручке, чем лопату.

— Конечно, дикие ведьмы живут поодиночке, — продолжила я. — Но я понятия не имею, где проходят границы одной и другой, да ещё и в аномалии. Мы же забрели прямо в сердцевину зелёного леса. Тут может случиться что угодно.

— А если пойти по краю аномалии? — спросил Апфель. — Где уже рядом зимний лес и тишина. У нас ведь будут шансы получше выйти, так ни с кем и не встретившись? Да, придётся сделать крюк, но мы же налегке…

Удивительное дело, но его мысль мне показалась здравой. То ли я отупела, то ли просто устала думать о всякой ерунде вроде любви Даррена. Была она или нет, вернулась или нет — не тема для раздумий, когда решаются вопросы жизни и смерти!

Но я согласилась с Апфелем, что идея хорошая. Мы будем идти в тепле, но там, где земля уже замерзает, и животные впадают в спячку. И дикие ведьмы тоже. Это и правда звучало блестяще. Воздух на границе аномалии был прозрачен и свеж, земля ещё покрыта густым зелёным мхом, но на лужицах виднелись тоненькие чешуйки льда.

Мы шли молча. Я переживала за Наперстянку, потом за Викуэля — подряд два трагических события, связанные с близкими ему женщинами, как он там, выдержит ли? От Викуэля мысли неизбежно перепрыгивали на Софи. Нам нужно было найти четверых злоумышленников. А что, если одним из них была Наперстянка? Или она могла знать, кто это, а теперь не сможет говорить? Это было даже ужаснее, чем просто её смерть.

Потом я вспомнила, что эльфов нельзя поднять некромантом и призрака из них тоже не выйдет, и совсем пригорюнилась. А ведь прекрасно знала, что нельзя отвлекаться в лесу!

— Ой, — выдохнул вдруг Апфель и схватил меня за руку. Небывалая фамильярность для нюхача, с которым мы знакомы всего нечего часов! Так пойдёт, меня на улице все за руки начнут хватать, придётся скрываться во дворце или везде ходить с Чичей!

Но стоило мне посмотреть в ту сторону, в которую смотрел нюхач, как все мои вопросы к его поведению и предполагаемые слова застыли на губах. На заснеженной стороне леса один сугроб заворочался, посыпались листья и ветки, когда снег скатывался с поднимающего холма.

— Пусть это будет медведь-шатун! — зашептала я, сильнее вцепляясь в руку нюхача. — Огромный голодный медведь-шатун! Пожалуйста!

— К-королева? — начал Апфель робко, но в этот момент снег и ветки окончательно осыпались, листья легли под ноги на снег, и я убедилась, что везение не моя сильная сторона. А ведь могла бы и догадаться!

Длинный нос ведьмы приподнялся, ноздри расширились. Слепая. Старая и слепая!

— Бежим! — завопила я и рванулась в сторону ближайшей поляны, где могли расти высокие и крепкие деревья. Руку Апфеля я не отпускала, так что он бежал следом. Но, надо сказать, бежал он на редкость хорошо, словно для него было обычное дело бегать по лесу за королевой и от дикой ведьмы.

Мы неслись как сумасшедшие. Стыдно признаться, я даже не подумала принять бой, хотя обрела силы куда большие, чем были у меня, когда я в прошлый раз бегала от ведьмы. Но инстинкт требовал мне бежать, он умолял не останавливаться, а разум твердил, что с такой древней ведьмой, способной проснуться посреди зимы, я ещё не сталкивалась.

Наконец, впереди показалось дерево, достаточно ветвистое и толстое и в то же время высокое. На ходу я скинула туфли — пригодилось! — взлетела наверх, помогая себе лопатой.

— Быстрее! — крикнула я, но Апфель топтался внизу.

Пришлось обхватить ногами толстую ветвь и нагнуться, протягивая ему лопату. Спасибо брату, который назначил мне в меру изящного нюхача! Будь он хоть как Иней, я бы скорее свалилась под дерево, чем втащила бы его!

— Ты не умеешь лазить по деревьям? — мимолётно удивилась я, забираясь повыше.

— Этого не было в моих инструкциях, — неожиданно резко ответил Апфель. Испугался? Страх часто делает людей злыми, я уже давно это заметила. Так что уточнять, какая муха его укусила, я не стала.

— Мне следует поменять инструкции, — миролюбиво ответила я. — Первостепенное значение имеет умение выживать.

Апфель замолчал. Видимо, вспомнил, с кем разговаривает. Бедолага.

Ведьма подобралась ближе и обнюхала дерево. Потом проковыляла мимо него, обходя и принюхиваясь. Когтистыми руками она касалась ствола, словно пробовала на вкус и крепость кору. А может, так оно и было, если помнить про её челюсти на ладонях. Дерево я выбрала отличное, тут я не сильно беспокоилась. Мне не нравилось совсем другое.

— Гляди, — я указала пальцем вперёд. — Ты тоже это видишь?

Отвечать Апфелю было не обязательно, да я и не ждала ответа. Он же не слепой в отличие от дикой ведьмы! Только она на поляне была уже не одна. С разных сторон скользили ещё две — и они тоже двигались к нашему дереву.

Глава 5. Беседа на дереве

«Чем больше врагов, тем лучше.

Едва один совершит ошибку,

как покатятся все остальные».

Королева Лесия Интийская

«Тайные мемуары королевы, которая не хотела ею быть».

— Они точно не умеют лазать по деревьям? — нервно спросил Апфель, вцепляясь в ветку с такой силой, что аж пальцы побелели.

Я посмотрела на него с раздражением. Мало того что он уже трижды сменил ветку, точно бешеная белка, так он уже который раз задавал этот вопрос, как будто я могла дать в таком деле гарантии! Я, вообще-то, с дикими ведьмами знакома не так хорошо, как можно подумать. Большую часть я вычитала в книгах, а тот единственный раз, когда я спаслась от ведьмы на дереве, мог быть просто совпадением, и мне именно тогда попалась не лазающая по деревьям ведьма. Ну откуда мне знать?

— Не должны, — тем не менее в который раз терпеливо ответила я. — Но кто знает, на что они способны в таком состоянии.

И мы снова уставились вниз.

Я мысленно ругала себя за то, что не сообразила сразу. Дикие ведьмы, конечно, одиночки, но они всегда боролись за территории. И едва мы изъяли одну из леса, как её территории стали центром притязаний сразу трёх соседок. Старуха даже выбралась из спячки, чтобы занять сытное место в аномалии! Это получалась почти что королевская битва претендентов, но пожиже.

Чего я не знала, не принимаем ли мы какое-то участие в этой битве. Например, в виде праздничного блюда победителю. Или вроде того. Неприятное ожидание, одним словом.

Ведьмы кружили вокруг нашего дерева, периодически скребли по коре когтями или грызли её, словно распаляя себя сильнее перед битвой. Увы, я вынуждена была признать, что вообще не подумала о том, что стоит убраться из леса побыстрее. Сейчас мы были в относительной безопасности. Но схватки трёх ведьм дерево могло не выдержать. А искать новое большое дерево и карабкаться на него, пока тебя преследуют три ведьмы… Это даже звучало очень неприятно.

— Не стоит переживать, — уверенно произнесла я. Говорить о том, что я сама переживала, я не собиралась. Мне не хватало ещё совершенно дёрганного нюхача рядом со мной на дереве. — Они должны разобраться друг с другом. Молодые, скорее всего, быстро справятся со старой ведьмой и примутся друг за друга.

На самом деле не была так уверена. Ведь у старой ведьмы были зубы ещё и на ладонях. Но напоминать об этом Апфелю я тем более не планировала.

— За это время за нами обязательно кто-нибудь придёт!

Я не видела взгляда Апфеля, но его душечка смотрел с таким скепсисом, что я уточнила:

— Ладно, не за нами, а за мной. Но от этого суть не меняется. Ты тоже со мной рядом, так что спасёмся вместе.

Честно говоря, со стороны Апфеля было бы вежливым обрадоваться или хотя бы промолчать, но нюхачи, похоже, не отличались хорошим воспитанием. От диких ведьм их отличало разве что наличие работы и железная башка! Потому что этот отвратительный тип покрепче обхватил сук, на котором сидел, и произнёс:

— А почему ты решила, что за тобой кто-то придёт? — клянусь, я слышала ехидство в его голосе! Впрочем, достаточно было одного мрачного взгляда, как этот потерявший от страха мозги нюхач немедленно вспомнил, с кем разговаривает. — Простите, простите меня, госпожа! С чего вы решили, королева, что за вами кто-нибудь придёт?

Кажется, он и сам понял, что сморозил глупость, и очень сильно смутился. Ну да, я всё-таки королева. Могут и потерять. Говорить о том, что потеряться я могла много раз и искать меня сильно никто не бросался, я опять же не стала. Какая-то я слишком добрая, берегу нервы нюхача!

— Логично, что Чича оставит свою ношу во дворце, — начала пояснять я. Говорила неторопливо, чтобы потянуть время. Разговоры неслабо отвлекали от того, что происходило внизу. — Он сообщит, что я нахожусь в лесу. А ещё он очень удивится, когда мы не явимся через некоторое время.

Я затосковала. Сколько времени Чича посчитает чрезмерным для моего блуждания по лесу? Час? Три? День? Неделя… Я потрясла головой, отгоняя ужасные мысли.

— Как только он это поймёт, он предложит кому-нибудь отправиться за нами, — как можно бодрее продолжила я. — Или отправиться сам. Да, скорее всего, отправится сам.

— Какие интересные у вас отношения с вампирами, — довольно невежливо заметил Апфель.

Но в этот момент прямо по стволу нашего дерева пришёлся сильный удар от старой дикой ведьмы, и мы оба замерли, плотно прижавшись к своим ветвям. Говорить окончательно расхотелось. Впрочем, ведьмы снова принялись кружить рядом друг с другом, лишь время от времени клацая зубами. Нападать друг на друга они никак не решались.

Так что против своей воли мы возобновили разговор. Сидеть молча всё равно казалось страшнее.

— С королём понятнее было, — разоткровенничался Апфель. — Король казнит если кого, то за дело. Отца вот сверг — ясно дело, потому что тот тираном был! И в королевстве ни вампиров, ни эльфов, ни инквизиторов не было. И драконы в столице не садились!

Я фыркнула. Камешек был в мою сторону, но что поделать.

— Мы идём в ногу со временем, — пояснила я. — Нужно создавать союзы с соседями, чтобы отправлять за ледяную пустыню и море своих людей. Открывать новые земли, завоёвывать территории. Поэтому Калегосией издавна и правили королевы. Мы видим дальше, в перспективу, так сказать.

Тут я приврала, конечно, но он что, меня проверит?

— И где вы собираетесь найти тех сумасшедших, кто будет это всё исследовать и завоёвывать? — спросил Апфель.

Ответ у меня уже был наготове.

— Это вообще не проблема, — уверила я нюхача. — Мы будем набирать их из тех, кто много болтает не по делу и не думает!

И снова наступило неловкое молчание.

Тем временем внизу ведьмам надоело кружить, и старая пошла на ближайшую соперницу, подняв острый нос повыше, раздувая ноздри и водя перед собой своими опасными руками.

— За кого болеть будешь? — спросила я, крепче обнимая ногами сук, а сама свешиваясь чуть ниже, чтобы ничего не пропустить

— Чего? — не понял Апфель. Дикие они какие-то все, как нюхачей учат вообще!

— Ладно, уступаю старую, — щедро предложила я. — Она наверняка уложит молодую, но со второй ей придётся повозиться. Всё-таки она спала, а они куда живее выглядят.

— А потом победительница полезет на дерево? — Апфель никак не мог отвлечься и хоть немного мыслить позитивнее, что за человек! Интересно, все нюхачи такие? — Или они передумают драться и вместе полезут?

— Если полезут на дерево, мы их столкнём, — я помахала лопатой, изрядно погрызенной первой ведьмой. — Жаль, что ты потерял дубинку, но можешь попытаться выломать ветку покрепче.

Что бы сделал нормальный человек? Принял бы мой жирный намёк к сведению и принялся бы вооружаться. Но Апфель был не таков!

— А если всё-таки начнут грызть? — он никак не мог успокоиться.

— Для этого я и выбрала такое толстое дерево! — я похлопала ладонью по ветке. Интересно, он вообще сообразил, что я дерево именно выбрала, а не попыталась забраться на тощую осину, например?

— А если... — снова начал неугомонный Апфель, но я уже разозлилась.

— Никаких если! — рявкнула я, отчего ведьмы ненадолго подняли головы, а слепая повернулась ко мне ухом. — Какой смысл грызть дерево, портить зубы, когда некоторое время спустя мы сами свалимся от холода, голода, желания спать и прочих физиологических потребностей!

Это навело меня на мысль, и я, извернувшись на ветке, полезла под юбку.

Апфель в ужасе закрыл глаза руками своей железной головы, отчего едва не сверзился прямо на голову старой ведьмы.

— Это уже они? — сдавленно спросил он. — Физиологические потребности?

— Идиот, — проворчала я, выуживая из-под юбки нужный мешочек. — Заведу советника по работе с нюхачами, чтобы вас проверяли на разумность и профпригодность.

— Такой есть, вообще-то, — не вовремя заикнулся Апфель.

— Значит, уволю и нового заведу, — пригрозила я, доставая эльфийские орешки. — Вот! Помогут долго не хотеть есть.

Орешки напомнили мне, что я идиотка похлеще нюхача. Сижу тут как дурочка на дереве и жду помощи! А могу ведь и позвать!

— Арриена! — больше медлить не было смысла. — Арриена!

Госпожа Гастион материализовалась прямо на той же ветке, где сидел нюхач, и он снова едва не свалился. Может, судьба у него такая, придавить собой ведьму? Впрочем, размышлять о чужой судьбе времени не было.

— У тебя две мамы, инквизитор и дракон, два папы, инквизитор и тиран, несметное число женихов, а ты вызываешь меня? — проворчала Арриена в своей излюбленной манере. Потом огляделась, уставилась на Апфеля так, что он отполз по ветке подальше, вниз — на ведьм и снова на меня. — В этот раз ты хотя бы не на драконе!

— Арриена, дорогая, ну кого я ещё могу вызвать, — вздохнула я. — Не дедушку же! Вся надежда на тебя! Ты не могла бы попросить кого-то вызволить меня отсюда?

— И меня, — пискнул Апфель.

Нет, ну Флин не мог выбрать хуже сопровождающего. Может, он симпатичный, но под волчьей головой всё равно не видно, в остальном же это кошмар какой-то, а не сопровождающий! Да такому сопровождающему свой сопровождающий нужен!

— Нет, тебя оставят, — мрачно пошутила я. — Не надо чепуху молоть, без тебя тошно.

И я снова повернулась к Арриене, остался ещё один щекотливый вопрос.

— Только пусть… пусть это будет не Даррен, — попросила я. — К тому же у него там эта… жена ранена.

Арриена ухмыльнулась.

— Твой кровосос отнёс эльфийку к королевскому ветеринару, — ответила она. — Вроде как он должен лучше разбираться в таких как она. И я не могу с ним не согласиться. Что до помощи… она уже близко. И это не Даррен.

Она посмотрела куда-то в чащу леса, где я ничего не видела кроме деревьев.

— Пожалуй, помогу с направлением, — наконец произнесла она. — Постарайся не свалиться ещё хотя бы часок, Иссабелия.

Часок я вполне могла продержаться, о чём и сообщила Арриене прежде, чем она исчезла.

Тем временем у ведьм внизу наконец битва перешла в активную фазу. Они сходились, взвизгивали, пытались достать друг друга когтями, сильно тянули шеи, раскрывая пасти. Не очень зрелищно, как по мне, но кто я такая, чтобы объяснять диким ведьмам как нужно сражаться?

Я уже думала о том, чтобы кинуть чем-то в ведьм, чтобы они начали двигаться активнее или же полить их дождём, заодно ударив молний, но тут услышала треск ветвей. Обрадовавшись, что не придётся проверять, сколько у меня магических сил, я уставилась в ту сторону. Кого мне ждать? Чичу? Флина? Ещё бесполезных нюхачей?

В этот момент мой предполагаемый спаситель выбрался на поляну и замер, уставившись на ведьм. В руках он держал копьё молчания. Неужели в доме ничего лучше не нашёл?

Но раздражение не приходило, хотя я пыталась его вызвать. Наоборот, лица коснулась улыбка. Этого человека я была по-настоящему рада видеть.

— Бриен! Осторожно! — крикнула я с дерева. — Их три! Не дай им к себе приблизиться, их руки и зубы опасны!

— Белка! — он и сам расцвёл улыбкой и потряс копьём. — Поэтому я с этим!

Теперь мне следовало понять, как я могу ему помочь. Вообще, ситуация такая, что Бриен и впрямь был близок к всемогущему, если верил в то, что сумеет что-то. Но! Нужно было чётко понимать, как не переступить черту, после которой он будет во всём сомневаться.

К примеру. Если я скажу «ведьмы не могут тебя укусить, твоя кожа слишком твёрдая для них!», то каков шанс, что так и случится? Очень небольшой. В то время как любой укус ведьмы, даже слабый, убьёт в Бриене веру в меня, и дальше управляться с его невероятным даром станет сложнее.

Вот такая ерунда.

— Ты можешь заморозить их в куб! — сообразила я. — Как Грифона!

Зачем что-то изобретать, если уже всё придумано, верно? Но Бриен, похоже, собирался воевать. Мальчишки. В любом возрасте лишь бы покрасоваться. Вампиры, эльфы и призраки не были исключением.

Бриен двинулся вперёд, легко подбрасывая копьё в руке. Совершенно нерациональное использование гениального копья молчания. Смысл его в том, чтобы убитый ничего не рассказал некроманту! Но ведьмы и так ничего рассказать не могли. Они же не владели человеческой речью в полном понимании. Могли повторять человеческие слова, особенно если проголодаются.

Вот и выходило, что жалобные крики «помогите, спасите» в лесу чаще всего исполняли ведьмы. Печальная история для спасателей.

— Бриен Гастион, — пробормотал Апфель и подполз поближе, чтобы лучше видеть. Как интересно.

Ничего удивительного, если вдуматься. Апфель, конечно, знал Бриена. Наверняка как того, кто отнял у него шанс стать советником. И пусть голова из металла не выдавала его чувств, душечка-то мне был на что! Душечка глядел жадно, с алчным блеском в глазах.

— Только посмотри на него ещё косо. Руки оторву, — немедленно отреагировала я. Подумала и добавила. — И голову тоже.

— Прошу прощения, королева, — Апфель немного отодвинулся. — Но его-то вы почему защищаете? Я не очень разбираюсь в слухах, но разве не его брат…

Закончить фразу я его не дала. Всех советников уволить и набрать новых. Распоясались! Не фрейлины, а нюхачи сплетни разносят!

— Ну ты скажешь! — я всплеснула руками. — Он же мой первый жених! Я в ответе за того, кого раскопала!

И почувствовала, что совсем не соврала. Да, я чувствовала ответственность за Бриена и переживала как за родного. Ну почему не пришёл Чича? Он бы навёл тут шороху!

Тем временем Бриен метнул копьё. Серьёзно? И это вместо того, чтобы нормально так по-человечески истыкать ведьму остриём, он копьё метнул? Неисправимое существо.

Рядом хмыкнул нюхач. По крайней мере, ума хватило ничего вслух не говорить!

Впрочем, Бриен оказался не мазилой и пригвоздил старую ведьму к дереву. Попал ей в плечо, конечно, а не в одну из ладоней, но неплохо.

Ведьма завизжала и задёргалась, но копьё держало крепко. Зато две молодые бросились на Бриена.

— Морозь, морозь! — заорала я Бриену и вскинула руку, направляя молнию во вторую ведьму, что было от него подальше. Э

Молния вышла слабенькая, но мшистые волосы ведьмы стали дыбом, а шляпа слетела бы, не окажись она частью головы. Ведьма глухо заворчала, упала на четвереньки, противно вывернув локти и колени назад, и быстро понеслась к дереву. Кажется, пришло время узнать, что будет, если ведьма полезет на дерево!

Я перехватила лопату поудобнее, а Апфель забрался чуть повыше. В принципе, верное решение. Оружия у него не было, а мешаться под руками ему не стоило.

Ладно хоть Бриен привычно меня послушался и окутал ледяным кубом вторую ведьму. Наша же шустрая тварь вскарабкалась по старой ведьме, которая пыталась достать её челюстями сначала свободной руки, а потом и ртом, но не преуспела и теперь пыталась достать когтями до нас с Апфелем.

Я размахивала лопатой, пытаясь прицелиться получше, как вдруг Апфель с тонким криком то ли отчаяния, то ли прямо наоборот, полетел вниз, сбивая молодую на землю.

— Бриен, морозь ведьм, но аккуратно! — снова завопила я. — Не задень нюхача!

Услышав меня, Апфель встрепенулся, поднялся на колени и ловко, едва ли не лучше ведьмы перед этим, поспешил убраться из опасной зоны. То, что он при этом постанывал и охал, я решила не брать во внимание. Живой и ладно.

А Бриен снова выставил вперёд руки. Раз — и готово два новый куба! Я взвизгнула от радости. Что и говорить, твари могли нас сожрать, вдвоём от троих мы бы точно не отбились! Жаль только, что теперь копьё было вморожено в куб с ведьмой.

— Белка, прыгай, я тебя поймаю! — крикнул Бриен, вставая под дерево. Я бы усомнилась, но было всего одно правило в общении с моим первым женихом — никогда в нём не сомневаться. Это я запомнила строго-настрого.

Так что выбирать не приходилось. И я прыгнула.

Глава 6. Гномы чокнутые

«Самые смелые эксперименты проводят,

когда надежды на другие способы нет.

Сколькими изобретениями мы обязаны

страху, одиночеству, болезни и лени?»

Королева Иссабелия (Астаросская) Интийская

«Здесь будут мемуары, возможно, даже Тайные, если будет время их вести».

Я прыгнула, а Бриен меня поймал. Я снова была на его руках, как чудовищное время назад. Наверное, прошла целая жизнь, не меньше!

— Я хотел извиниться, — признался Бриен.

— За что? — я поёрзала в его объятиях, постепенно начиная чувствовать неловкость от того, что он никак не спускал меня на землю.

— За Даррена, — он крепче прижал меня к себе оттого, что я начала вырываться. — Нет, послушай меня! Я был рад, когда из всех вариантов ты выбрала его, и я уверен, что ваши чувства взаимны. Но потом… что произошло потом? Я не знаю, ведь я был далеко от вас обоих. И в результате он женился так быстро, что это стало сюрпризом для всей нашей семьи. Он говорит, что терял память, но, знаешь что, Белка?

— Что? — шёпотом спросила я, перестав дёргаться. Он же меня всё равно отпустит, какой смысл держать меня на руках вечно? Он же не Чича, его руки устанут.

— Я бы не забыл тебя, даже потеряв память, — ответил Бриен. — Просто ты совершенно особенная. Интересная и забавная…

— Всю жизнь мечтала быть забавной, — буркнула я, снова качая ногами, чтобы он меня отпустил.

— Это в хорошем смысле, — уверил меня Бриен. — С твоим появлением жизнь стала… стала жизнью, и Даррен оказался дураком, променяв тебя на эльфийку.

Я затосковала. Неужели это моя судьба теперь — выслушивать корявые утешения от таких, до «давай её убьём» от Чичи? Я точно заслуживаю большего!

— Королева заслуживает, чтобы никто не лез в её личную жизнь, даже бывшие женихи, — я бы упала, не будь я на руках Бриена. Это что же, после падения в Апфеле проснулись новые способности, и он читает мои мысли? Или он и впрямь так думает?

— О! — Бриен впервые посмотрел на нюхача не как на предмет обстановки. Куст там или пенёк. — Ты прав, наверное. Но Белка — это самое удивительное, что со мной случалось в жизни. Не говоря уж о том, что она спасла мне жизнь.

— Да-да, — проворчала я, пытаясь скрыть смущение. — А сейчас ты спас меня, так что мы квиты. И за последние несколько месяцев все вокруг меня столько раз спасали друг друга, что впору запутаться. Так что всем прощаю.

— А я не спасал, — совсем расстроился Апфель. Я ещё раз пригляделась к душечке. Кого подослал мне вероломный братец? Ему есть хотя бы девятнадцать, как мне? Нет, ну точно надо делать реорганизацию этой волчьей стаи! Наберу из инквизиторов, тех, что обрели магию, даже чуточки хватит.

— Ты не умер, уже молодец, — тем не менее утешила я его. — Мне было бы неприятно, если бы тебя сожрала ведьма.

Вроде ничего такого не сказала, да? Простая человеческая вежливость, но душечка Апфеля засияла и запунцовела одновременно. Беда с этими нюхачами!

— Так, Бриен, — я перенесла своё внимание на бывшего жениха. — Поставь меня на место и будем двигать отсюда и быстро. Пока другие ведьмы не пожаловали или эти не оттаяли.

— Но я не могу, — расстроенно ответил Бриен. К счастью, это относилось не к моей персоне. Меня он бережно поставил на траву. Босиком мне было немного не по себе, но искать туфли прямо сейчас не хотелось. — Я нечаянно приморозил копьё вместе с ведьмой. Мама меня убьёт, если я его тут оставлю.

— Мама тебя убьёт, если тебя сожрёт ведьма, — не согласилась я. — А копьё можно будет забрать и позже, здесь с ним ничего случится. Ведьмы не используют человеческие предметы.

Еле-еле, но мне удалось его уговорить. За это время Апфель отыскал мои туфли, сброшенные в нескольких шагах от дерева.

Точно! Надо издать указ, чтобы всех претендентов на советников и нюхачей сталкивали с дерева! Ведьма внизу необязательна.

Размышляя так, я не забывала быстро шагать вперёд. Потому что, как знать, вдруг замороженность ведьм для других будет выглядеть как освобождение их территорий леса? Снова лезть на дерево я отказывала, а Бриен может и не сдюжить.

— Но я так и не понял, зачем нам ведьма, — заметил Бриен. — Вампир притащил одну, и её сунули в клетку. Теперь тебя ждут.

— Да, точно, — мрачно подтвердила я. — Я должна соединить её живительную силу и мертвенную силу призрака и на этом вот балансе удерживать Софи в мире не-мертвых. А за это время найти тех, кто хотел её убить.

— О! — неожиданно оживился Апфель! — А я ведь учился на сыщика!

Если бы я впервые встретила нюхача, я бы обрадовалась этой информации. Но в памяти ещё было живо то, как проводили эти волкоголовые товарищи допрос в доме Гастионов, и как их расследование превратилось в драку с нами. Да, мы немного сами этому помогли, ну и что?

Впрочем, сейчас терять особо было нечего. У меня кроме эльфийских владык никаких подозреваемых не было.

— Как только стабилизирую Софи, устроим мозговой штурм, — пообещала я. — Нам нужно разобраться, кто во всём виноват.

…— Это ты во всём виновата! — мы едва вошли во дворец, как на меня налетел Чича. — Я пропустил всё самое интересное, потому что ты отправила меня во дворец!

— Как мало нужно тебе для счастья, кронпринц, — съязвила я. — Побегать от диких ведьм. У тебя есть прекрасный шанс повторить наш опыт. Ведьмы стоят замороженные в лесу и скоро разморозятся. А там осталось копьё Арриены Гастион. Можешь вернуть его Бриену. Будем благодарны.

— Просто благодарности мало, — ухмыльнулся Чича. — Как насчёт поцелуя?

— Немного странно, но тебе стоит спросить Бриена, — я и правда удивилась, но кто его знает, что в голове у этого не-мертвого. У меня точно не было времени об этом думать. — Я за него не решаю.

И я посмотрела на Бриена, который ответил мне паническим взглядом.

— Причём тут Бриен? — Чича скорчил такую рожу, словно я предложила ему поцеловаться с трезвой Россой. — Я имел в виду тебя!

— Прекрасно, — я даже остановилась. Вообще, на лестницах так и тянуло остановиться. Построили дворец — пока поднимешься до тронного зала, десять раз устанешь! Слуги хитренькие — живут на первых этажах, а нам ноги ломать. — Не понимаю, правда, в чём тут логика и какое отношение я имею к копью Гастионов.

— Давай, я сломаю ему нос? — предложил Бриен.

Я даже головой покачала. С ума сойти, какой он кровожадный стал с Клементиной! Она, правда, и сама сильно изменилась после того, как на неё перестали укусы Грифона действовать, но чтобы так…

— Давай, я тебе что-нибудь сломаю, — с несползающей улыбкой предложил вампир. Ну с этого взятки гладки, он и меня при первой встрече укусил, что от него вообще можно хотеть?

По-видимому, Бриен считал иначе, потому что набычился и уставился на Чичу с ненавистью.

— Вам лучше выйти замуж, королева, — нарушил только что установившееся и такое хрупкое молчание Апфель. — А то окружающие мужчины будут всегда портить вашу репутацию и преуменьшать авторитет.

Решено! Всех сбрасывать с дерева! Это определённо работает!

Вслух я, разумеется, этого не сказала. Не стоит предупреждать о подобном. Я вообще ничего не сказала, довольствуясь пристыженным видом обоих спорщиков. Хоть Апфелю ничего сломать не пообещали, и то молодцы!

Вместо этого я ускорилась, чтобы поскорее стабилизировать подругу, только бросила на ходу:

— Позовите всех, кто может помочь в расследовании этого покушения! — и сама поскорее отправилась к своим покоям, где рядом с Софи в моём изумительно прекрасном и катастрофически ненужном свадебном всё ещё сидел старичок, что разбирался в здоровье побольше травников и некромантов.

— Как вас зовут? — спросила я, ввалившись в покои без стука, как есть — в грязном порванном платье и с грязными ногами. И тут же пояснила. — Простите, я не выучила ещё всех.

— Ещё чего! — испугался старичок. — Королеве не нужно знать всех, достаточно разбираться, кто на что годится! Жизни не хватит, если учить имена подданных!

В некотором роде я была с ним согласна, но тут уже закусила удила.

— Вы лечите мою подругу, вас я точно должна знать по имени.

Старичок прикрыл глаза и нехотя выдавил:

— Хеох Клавиус, моя королева.

Не, ну имя смешное, конечно, но не настолько, чтобы так упираться. Хотя… фамилия. Начинается на Клав-, никогда такого не видела.

— Никогда не слышала таких фамилий, — призналась я с лёгкой улыбкой, а старичок весь съёжился.

— Я дальний потомок гномов, моя королева, — с тяжёлым вздохом произнёс он.

— Но гномы ведь чокнутые, — выпалила я раньше, чем успела подумать. — Простите!

Хеох вздохнул и застенчиво признался:

— Бывает иногда.

Нет, ну надо же! Мало того что у инквизиторов появились гномы, так ещё и в моём собственном королевстве были их потомки. Что мы ещё найдём? Целого великана, а не одну его ногу? Страшно подумать даже!

Впрочем, думать было некогда.

Я долго думала, кого из призраков призвать на помощь. Выбор у меня был велик, но университетских призраков звать в чужое им здание не стоило. Кайса, благодаря косточке, которую я всегда носила с собой, могла оказаться здесь, да и знала она Софи лучше прочих, но я совсем недавно упокоила её останки в хрустальном гробу на кладбище при университете, так что дёргать её не хотела.

Была ещё Арриена, но при мысли, чего может набормотать боевая госпожа Гастион моей полумёртвой подружке, я отмела эту мысль. Так что вариантов становилось всё меньше.

— Дедушка, — позвала я.

Тут же неожиданно сообразила, что имя дедушки я так и не выяснила, но спрашивать подряд двух людей об их имени было не самым лучшим решением, так что я решила ограничиться тем, что бывший король откликался и на это.

— Иссабелия, дорогая моя, — дед появился немедленно и с любопытством уставился на Софи. — Во дворце болтают, что девица настолько не хочет идти за эльфа, что отравилась.

— Ага, — фыркнула я. — Дважды причём и два проклятия на себя наложила, чтобы точно не прогадать. Глупости, Софи очень любит Вика. И это взаимно.

— Да? — дед выглядел разочарованным. — Ну предположим. А меня ты зачем позвала?

Я пояснила, что мне требуется.

Дед пожевал губу.

— Но я буду привязан к этому месту на всё время, пока ты ищешь злоумышленников, — сообразил он. — И как же я?

Каюсь, я не сразу сообразила, о чём он, но Хеох так осторожно приложил раскрытые ладони к ушам, что я поняла.

— Я приставлю к тебе специальную фрейлину, которая будет собирать самые горячие сплетни по всему замку, — пообещала я. — А когда Софи успешно выйдет замуж, я попрошу в медовый месяц взять твои останки. Ты посмотришь мир. Мир, а не на них только, ладно?

Дед снова пожевал губу.

— Ладно, — наконец махнул он рукой. — Я столько народа казнил, должен же я спасти красивую девушку.

Я открыла рот сказать, что он её не спасает, а стабилизирует, но тотчас закрыла. Какая, собственно, разница, что он думает?

Теперь, когда с формальностями всё было улажено, я уставилась на Хеоха.

— Вы должны словно создать мысленную нить от призрака и от ведьмы, но передать их девушке одновременно, чтобы ничего дурного не случилось, — пояснил он.

Нити я потренировалась делать на самом Хеохе. Ничего сложного, разве что требовалось немного потренироваться. И не делать больше одной сразу. Хеох нервно хихикал, словно ему было щекотно, но терпел.

И вот наконец я решилась.

Ведьма в её клетке стояла в соседней комнате, так что идти мне нужно было совсем немного. Но нужно было продержаться с одной нитью, вот в чём фокус. Нить от старого советника лишь немного оживляла меня, но и только. А что будет с нитями дикой ведьмы и мёртвого короля, я не знала.

— Я буду рядом, — мягко произнёс дед, видя мои мучения. — Тебе достаточно будет протянуть руку.

А я подумала, какова вероятность, что таким незамысловатым способом покушение запланировано уже на меня? Но нервничать было поздно. Каковы шансы, что отвлечённые мною друзья, вынужденные собраться в зале, догадаются, что я не просто так задерживаюсь?.. А если они все явятся сюда, они могут попытаться помешать мне помочь Софи, тоже подозревая дурное.

Так что я, мысленно подбадривая себя оскорблениями — ну нельзя оставаться такой трусихой, когда ты почти некромант и уже королева! — коснулась хвоста ведьмы. Самое безопасное место на самом деле, не рук же её касаться!

Так как я прошептала необходимое заклинание, к моей руке тотчас прилипла нить, похожая на смолу, которая тянется за пальцем. Потом смола рвётся, но эта нить не рвалась.

Меня словно переполнил восторг, ярости, ужас и любопытство. Словно гейзер, оно грозило вырваться из меня настоящим фонтаном эмоций. Но вылиться он не успел — вторая рука, суматошно шарящая в пустоте, коснулась призрака. И гейзер будто застыл. Восторг? К чему это. Ярость? А смысл. Ужас? Всё было, чему тут ужасаться. И только любопытство ещё слабо теплилось, но слишком слабо, чтобы я могла обращать на это внимание.

Осторожно, чтобы не разорвать нити и не запутать, я шажок за шажком двигалась к покоям. Скользнула в открытую дверь и уже спокойнее подошла к подруге.

Обе нити должны были коснуться её одновременно, и теперь я понимала почему! Я потянула к ней указательные пальцы, выбрав для нитей ямочки на щеках. Даже у почти умершей подруги они были так хороши, что приковывали взгляд.

Наклонившись над Софи, я замерла на мгновение, но потом всё же коснулась пальцами её лица. Сначала ничего не происходило, а потом тело Софи едва заметно дрогнуло, и она задышала. Почти незаметно — грудь по-прежнему не вздымалась от дыхания, но ноздри чуть трепетали, а цвет лица из мертвенно-бледным сделался просто бледным.

— Получилось! — вскричал Хеох и подпрыгнул на месте. — Не думал, что когда-то увижу такое в действительности!

Я бы рада была разозлиться, но сил у меня не было. Слишком много эмоций родилось и умерло во мне за такой короткий период.

— То есть, вы никогда это не делали и не знали, получится или нет, — как можно мягче произнесла я, зная, как действует такая мягкость — пугает больше всего.

— Не знал, — недогном ещё хорохорился и даже выпрямился, пытаясь выглядеть выше. И бородёнку свою чахлую вместе с подбородком вперёд выставил. Интересно, он так далеко откатился от своих предков или бородёнку ему регулярно дерут? Если он всегда так экспериментирует, то удивительного ничего тут нет. — Откуда мне знать? Медиумов вон сколько времени не было! А некромант разве сумеет нить вытянуть? Им лишь бы руками махать да горланить!

В целом он правильно описал технику работы с некроматерией. Договариваться с мёртвыми некромантам бесполезно. Нужна сила и показать её. Поэтому Даррен так не хотел, чтобы я становилась некроманткой.

Сердце снова больно потянуло при мысли о Даррене. Теперь я уже не стану некроманткой, да. И на кладбищах буду копаться, когда будет удаваться сбежать от многочисленной свиты. Только счастья я от этого совсем не чувствовала.

Впрочем, нить от деда или что иное тут повлияло, но мне показалось, что сердце тянуло не так сильно.

— А если бы я умерла от ваших экспериментов, что тогда, Хеох? — я всё-таки решила упрекнуть советника. Расслабились они тут совсем!

Думал старичок недолго.

— Я гнал от себя дурные мысли! — сообщил он мне шёпотом.

Дедушка хмыкнул, а я на него посмотрела с подозрением. Не он ли ещё нанял этого типа? По возрасту очень даже подходит!

— Но всё же, — не отставала я. — Представьте, что одна из этих нитей убила меня на месте.

В этот раз мыслительный процесс шёл медленнее, но устать ждать я не успела.

— Убег бы! — бодро произнёс он. — Я быстро бегаю и хорошо знаю дворец.

— Чудесно, — сквозь зубы процедила я. — Похоже, это главное умение почти всех во дворце. Удивительное единодушие.

Впрочем, ругаться я могла долго, но времени у меня не было. Наскоро убедив Хеоха, что убегать от меня бесполезно, и я достану его из-под земли в самом прямом смысле, я поспешила в тронный зал.

Здесь меня уже ждали.

— Мы тут что подумали, — заявил Флин. Он сидел на своём троне поменьше и болтал ногой. Вокруг него на разномастных креслах и стульях собралась немаленькая компания, но разглядеть всех я не успела, ведь Флин продолжил:

— А ведь Софи могла убить и ты.