Невеста напрокат

Глава 1. Кто в доме хозяйка?

Сегодня в акте приема-передачи, который я печатала по заданию своего «любимого» босса, почти в каждое слово закрадывались опечатки. Как тут сосредоточится, когда у него там трагедия века?

Семья моего босса считает, что у него проблемы с личной жизнью. Родня явно решила, что мальчик засиделся и надо его срочно женить. Представляю, как сейчас Владислав Исмаилович хватается за голову и пытается максимально корректно отстоять свое право на холостую жизнь. Его вообще не смущает, что видеосвязь орет на весь офис и мне все слышно.

- Смотри, сынок, какая красавица.

Стояла тишина пока шеф придумывал ответ.

- Это что за пельмени?! – возмутился он.

- Какие пельмени? – выкрикнул из динамиков голос его матери. – Это губы. Видишь, как старалась быть красивой, чтобы тебе понравится. Деньги тратила.

- Не. У меня вся жизнь впереди. Я себе пельмени в магазине куплю. Зачем на них жениться?

- У ее отца на проспекте шаурмячная.

- Ма, ну и что? У нее нос как шаурма!

- Ну, еще одну пластическую операцию сделает.

- Не надо пластическую операцию! Вообще ничего не надо.

- Ладно. Не хочешь как хочешь. А вот эта. Рузана. Хорошая девочка, смотри.

- Ма-ма. Где ты их находишь? Это что?.. Это кто? Чемпион по греко-римской борьбе? Я не буду на ней жениться. Конечно, она хорошая девочка, я ведь ее боюсь! Все ее боятся. Смотри, какой у нее взгляд, будто на болевой меня взяла.

Мама босса в защиту девушки выдвинула убийственный контраргумент:

- Зато сыновья у вас будут мощные.

- У нее будут мощные сыновья. У нее! Я не буду ей детей делать. Не хочу я.

Я зажала ладонью рот, чтобы громкий смех не вырвался наружу. Какой хитрый. Притворяется трусишкой, чтобы его на Геракле в юбке не женили.

- Сынок, у тебя вообще жизни нет.

- Есть у меня жизнь. Я одинокий волк. По жизни один иду. Волчара!

Он периодически срывается на крик, а я не могу сдержать злорадный смех. Ну, в принципе они правы. С личной жизнью у него проблемы. И неспроста. Я никогда не встречала более грубого и циничного человека.

Забавно было наблюдать, как он весь день боялся звонка своего мобильника. Игнорировал входящие, но под конец сдался и теперь из-за закрытой двери до меня иногда прорывается разговор на тему: «Я не хочу жениться!» Даже налоговая его так не будоражила.

А я сижу в приемной и хочу домой. Хотя нет, неправда. Дома меня слишком ждут. Я раба-хозяйственная. Хочу на волю. Эх, дорогой босс, как же я вас понимаю. Свобода чарующее слово. Оно пахнет бескрайними возможностями и счастьем.

Покосилась на табличку с надписью «юрист». Смешно. Боссу сейчас никакие законы не помогут, ведь за дело, очевидно, взялась вся его кавказская родня. Интересно, кто кого пересилит?

Владислав Исмаилович, болею за вас. Сражайтесь до последнего. Не женитесь. У вас ужасный характер. Вы испортите какой-нибудь бедной девушке жизнь. Даже если она физически сильнее вас окажется. Может быть, и она за вас замуж не хочет. Плачет сейчас и молится, чтобы вы не согласились на брак.

Тем временем я услышала последний и довольно сомнительный аргумент:

- Нет. Нет, я сказал. Не могу жениться.

- Почему?

- Потому что, – пауза, во время которой послышался тяжкий вздох. – У меня уже есть невеста.

- Есть? Привози ее с собой. Посмотрим на нее хоть.

Я не смогла сдержать смешок. Последняя девушка босса закатила пару недель назад ужасный скандал, разбила мою любимую стеклянную вазу и ушла в закат подальше от волчары. Вспомнив это слово, я прыснула в кулак.

– Вам она тоже понравится. Натур продукт,- продолжал врать за дверью взвинченный голос.

Боже! Кто так любимую женщину называет?

- Да, привезу.

Ага. Привезет. Кого он собрался с собой везти? Никто не согласится добровольно.

Я, наконец, допечатала акт и встала. Босс его сейчас подпишет, и я на сегодня буду свободна. Ура! Можно будет сделать домашнее задание по веб-дизайну и мелкий заказ. Деньги мне сейчас ужасно нужны. Коплю на первый взнос по ипотеке.

В своих мечтах я становлюсь востребованным дизайнером сайтов с собственной малюсенькой квартирой и торжественно кладу заявление по собственному желанию на стол Владислава Исмаиловича, и мы с ним расстаемся навсегда! М-м-м! Пленительный запах свободы. Прямо вижу, как мое счастливое лицо отражается в его очках в этот момент, а его мужественно-смазливое лицо принимает страшно озадаченное выражение.

Я постучалась и после злого «войдите» заглянула к Владиславу Исмаиловичу.

- Можно?

- Я же сказал, что можно! Надя, хоть вы меня сегодня не беси́те, - он пытался кому-то дозвониться.

Грубость я проигнорировала. День у него тяжелый. Не каждый выдержит переговоры с настойчивой и темпераментной мамой.

- Акты готовы. Вот.

Положила папку с актами ему на стол и стала ждать. Босс, просматривая документы, обычно трет подбородок, поросший небольшой щетиной. Не знаю почему, но мне этот его жест доставляет эстетическое удовольствие. Все-таки он красивый мужчина, хоть и не в моем вкусе. Мне нравятся парни менее брутальные и без патриархальных заскоков. Такие… домашние, что ли?

Он громко хлопнул папкой о стол, снял очки и стал разминать переносицу.

- Надя, я завтра проверю, что вы тут понаписали. Принесите мне воды, пожалуйста.

- Хорошо. Больше никаких заданий не будет?

- Доделывайте то, что есть.

Я кивнула. До конца рабочего дня осталось три часа. Успею домашку по дизайну сделать. Надо будет отдельно курс по типографике пройти. Шрифты пока мне плохо даются, а в веб-дизайне они очень важны. Придется выкроить как-нибудь из скудного бюджета. Образование требует жертв.

Очнулась лишь тогда, когда Владислав Исмаилович собрался уходить. Сохранила все изменения, прибрала на своем столе, пока выключался компьютер. Терпеть не могу бардак.

Босс вышел в приемную и бросил:

- До завтра.

На меня даже не взглянул, будто попрощался не со мной, а с мебелью. Немного обидно, что для красавца-босса я стою на той же планке привлекательности, что и офисная тумбочка. Ну и ладно! Он просто слепой. Я очень даже хороша!

Закутала свою прекрасную фигуру в старенький черный пуховик, изящно взмахнула вязаным полосатым шарфом у зеркала и пошла домой.

В автобусе вновь жуткая давка. Хорошо хоть ехать недалеко. Всего каких-то пять остановок. Когда погода позволяет, я хожу пешком, но в сейчас конец зимы. Дневная слякоть вечером превращается в коварный гололед.

Плеер в ушах бодро отбивает ритм нашей поездки. Меня окружают знакомые лица пассажиров. Мы почти родные люди: утром вместе едем на работу, вечером возвращаемся. Иногда здороваемся друг с другом, когда встречаемся в, например, супермаркете. Ведь знакомое лицо. Все пассажиры десятого маршрута знают по имени только тетю Люду. Потомственную гадалку, которая снимает офис на одну остановку дальше от моей работы.

Она обычно выбирает себе жертву и начинает развлекать нас, загружая пророчествами подсознание несчастного. Сегодня она молча и пристально рассматривала загробным взглядом меня. Я, заметив это, старалась смотреть в другую сторону и выскочила на своей остановке, едва не растянувшись на скользком асфальте.

Завтра она созреет для гадания. Надо будет выйти пораньше, чтобы не столкнуться с сумасшедшей. Еле дошла до подъезда. Ноги разъезжались. Я вообще заметила, что из-за вечной наледи, скользкой подошвы на обуви и прочих пакостей зимы, практически не рассматриваю окружающий мир в это время года. В каждый сезон запоминаю только свои ноги в кожаных черных сапогах семенящие по тротуару и желание быстрее добраться до тепла.

Влетела в подъезд и дальше на пятый этаж. Зашла в квартиру. Ну все, прощай офисная тишина. Навстречу мчатся племянники пяти и трех лет.

- Надя! Мы есть хотим!

Один обнимает мою правую ногу, другой – левую. Взлохматила их длинные волосы. Надо будет отвезти их парикмахерскую в ближайшие выходные. Витька скоро ослепнет от челки, которая вечно ему на глаза лезет. Младшему Сашке нерадивая мать волосы резинкой завязала.

- Наконец-то ты пришла. Я так устала. Детей надо покормить.

Ксюша зевала во весь рот. Вид заспанный. На руках трёхмесячная Аня.

- Ты опять ничего не приготовила?

- Я смотрела за детьми. Знаешь, мне нелегко на диете сидеть и готовить на всех, а потом смотреть, как вы жрете. Извини, в кухарки не нанималась.

- Мы есть хотим.

Племянники тянули меня за брюки. Я даже куртку не успела снять. Только постаралась взглядом выразить все, что я о ней думаю. Ксюше мои взгляды как о стену горох. Она знает, что при детях я не учиню скандал. Манипуляторша!

Она выкатила коляску, положила в нее спящего ребенка, зашла в свою комнату и тихо закрыла дверь. Я осталась стоять в коридоре с голодными детьми.

- Топайте на кухню, я переоденусь, и мы та-а-кое приготовим, пальчики оближете!

Я побежала в комнату, которая по совместительству была гостиной. Скинула с себя рубашку, свитер и брюки, а вместо них надела удобный спортивный костюм. Пять минут и я на кухне.

- Смотрите, берем хлеб из этого пакетика, а из этого колбасу. Кладем друг на друга и все перекус готов!

Разрезала один кусочек хлеба на двоих. Не хотелось перебивать детям аппетит, но и держать их голодными пока буду готовить нормальную еду, показалось мне бесчеловечным.

- А что вы целый день ели?

- Кашу и бананы. Мама нам дала.

Закрыла глаза и попыталась досчитать до десяти, чтобы успокоиться. Я сварила кашу утром. Перед уходом сказала Ксюше, что на днях накатала и заморозила несколько порций тефтелей, чтобы можно было быстро приготовить суп. Ксюше по барабану. Сейчас еще придет с работы голодный и ворчливый брат. Придется шустрее чистить картошку.

Пока мальчишки ели бутерброды и запивали их чаем, вода в кастрюле начала закипать, пассировался в сковороде лук, я катала ногой коляску и терла морковь.

Ровно час и обед, то есть ужин, готов. Разлила по тарелкам суп. Только хотела сесть, как в коляске закряхтела Аня. Пришлось стерилизовать ей бутылочку, разводить смесь.

Поела только тогда, когда малышка уснула.

Нервы мои подсказали, что терпение только что кончилось и пора учинить скандал. Покатила коляску со спящей племяшкой в комнату брата. Ксюша лежала на кровати и смотрела сериал на планшете. Увидев меня, она вытащила один наушник.

- Ребенок спит, - прошептала я.

- Я вижу, спасибо.

- А я устала.

- Ну, отдохни. Тебе кто-то не дает?

Я уперла руки в бока.

- Послушай, мне надоело тащить все на себе. Совесть имей, можно же было приготовить. Дети целый день голодные.

- Пожалуйста, не надо о детях. Мне ужасно все это надоело. Иди отдохни.

Она хотела вновь изолироваться от мира с помощью наушника. Я ее опередила, сказав:

- Когда я должна отдохнуть? На кухне полно посуды. В ванной кавардак из вещей, которые просто надо было загрузить в машинку. Я сомневаюсь, что ты хоть что-то сдаешь по дому. Твои дети… да вы как неблагополучная семья!

- Послушай теперь ты меня, - тихо прошипела Ксюша. – Ты тут приживалка. Это квартира моего мужа. Если что-то не устраивает – вали отсюда.

Моему возмущению не было предела.

- Это квартира моих родителей. Я не обязана скитаться по съёмным углам. Я же немногого прошу. Только за собой убирать и за детьми смотреть. Ты их не от меня нарожала.

Ксюша хмыкнула.

- А в документах владельцем кто числится? Мой муж. Так что хозяйка здесь я. Что ты вообще понимаешь? Я устала. Сплю и не высыпаюсь. Жизнь будто мимо меня проходит. Будто я навечно только мамкой и буду. Больше никем! Я люблю своих детей, но… бесит меня все. Ничего не хочу.

Ужасно хотела спросить: А чего рожала? Не стала.

- Хозяйка. Ксюша, если женщина в доме больна, то и вся семья вслед за ней зачахнет. Ты все на мои плечи взвалила, а я тоже уже не вывожу. Или ты берешь себя в руки и хоть немного мне помогаешь, или я больше ничего не делаю. Посмотрим, сколько твое хозяйство протянет без рабсилы.

На этих словах я вышла. Не могу больше ее терпеть. Все понимаю, но если бы меня не было тут? Дети бы с голоду умерли!

Антона Ксюша на кухне обслуживала сама пока, я раскраски с детьми разрисовывала. Сто процентов капает ему на уши. Вечно она меня обвиняет в том, что я неуживчивая. Обидно, ведь на самом деле я ангел. Милый и добрый. Если бы она только знала, что меня только дети сдерживают, и еще то, что я не хочу быть причиной их развода. Иначе прибила бы. Пользуется моей добротой, а за спиной брата науськивает. Так мы с ним скоро врагами станем.

Надо скорее придумать что-нибудь с квартирой. Осталось собрать каких-то семьдесят тысяч собрать, и здравствуй ипотека! У родителей не хотела просить, наверное, все-таки придется.

Антон пил чай на кухне. Вид у него был уставший и злой.

- Мне Ксюша сказала, что ты с ней ругалась.

- А причину она тебе не назвала?

- Назвала. Надь, можно же быть немного адекватнее. Если тебе дети мешают… я даже не знаю, что тебе на это сказать, я могу тебе квартиру найти. Буду платить половину аренды. Ты только Ксюше об этом не говори, хорошо?

У меня глаза на лоб полезли. Это ж надо было все так перевернуть! Я не люблю своих племянников, получается. И, конечно, брат на меня обиделся. Ах ты гадина!

- Не надо, - я поглотила ком, подбородок предательски задрожал. – Хочу ипотеку взять. Несколько месяцев на первый взнос коплю.

Ксюша – победитель. Я морально не могу играть так же грязно, как она. Ее семья, ее правила. Никто не замечает, что тоже в эту семью вкладываюсь. Продукты покупаю, по счетам плачу, если Антон не опередит.

Я лишняя. Это и так было понятно.

- Тебе добавить?

Ага, чтобы вы потом мне об этом напоминали при каждом удобном случае. Нет, спасибо.

- Мне не надо. Я сама хотела вам рассказать, что кредит хочу взять.

Антон явно испытал облегчение. Понимаю, ему не хотелось со мной ссориться, но и с женой тоже. Проблема решена, можно расслабиться.

- И еще, - решила все же немного прояснить, - Мне дети не мешают. Я их люблю. Спокойной ночи.

Так хотелось выразить протест и жахнуть дверью, но никаких истерик. Я не такая. Я гордая и почти независимая.

Глава 2. Босс и его женщины

С самого утра в перерывах между делами Владислав Исмаилович вербовал бойца для миссии "Сохранить свободу убежденному холостяку". Я в это время сортировала у него в кабинете документы и папки с делами клиентов. Вроде несложно, а сосредоточиться все-таки надо.

Босс тем временем мне мешал: абсолютно игнорировал мое присутствие и беззастенчиво обзванивал всех девушек, с которыми он когда-либо имел дело. А я что? Я была зрителем в театре одного актера. Передо мной разыгрывалась интереснейшая трагикомедия.

Он сидел в своем черном кожаном кресле, жгучий шатен в черном костюме. На нем белая рубашка, рукава закатаны, пуговицы у шеи расстегнуты. Ели бы обычно аккуратный Владислав Исмаилович сейчас не приобрел столь растрепанный вид, его можно было бы принять за работника элитного похоронного бюро.

- Аня?.. Аня, привет. Какой у тебя чарующий голос. Вообще не изменился.

Так и хотелось сказать: «А ваш голос обычно такой приказной и неприятный. Откуда взялся воркующий бас? Обаяшка просто. Умру сейчас».

Из его трубки до меня донесся детский плач.

-Ты в садике работаешь?.. Замужем... дети... Чего я хотел? Ничего. Просто вспомнил о тебе и решил позвонить.

Сбросив звонок, он зачеркнул ее имя в списке и набрал другой девушке.

- Доброе утро, Леся. Как у тебя дела? Я разбудил. Так время к обеду. Что я хотел спросить... ты замужем, нет? А собираешься? Нет, я тебе не предлагаю...

До меня донеслось слово "козел" и еще одно непечатное. Девушка на том конце повесила на моего начальника трубку. Я еле сохранила серьёзное лицо и даже смогла не закатить глаза к потолку. Он ее имя тоже зачеркнул.

- Виола, как я рад тебя слышать! Я бы хотел нанять тебя на несколько дней, - далее Виола ему что-то долго рассказывала, лицо у босса стало грустным. Было понятно, что Виолу уже кто-то нанял.

Тем временем я сложила все папки, распечатала недостающие документы и набралась наглости:

- Простите, что отвлекаю, Владислав Исмаилович, - он поднял на меня прекрасные светло-карие глаза.

И зачем мужику такие ресницы?

- Да?

- Я хотела отпроситься пораньше. Сегодня пятница…

- Да, идите, - помахал мне, чтобы прямо сейчас шла, и принялся опять искать в контактах следующую невесту напрокат.

- Спасибо. Удачи в делах!

Оставила босса наедине с его списком длинноногих кандидаток на авантюру и помчалась домой. Мы завтра с утра едем на дачу к родителям. Надо успеть завезти племяшек к парикмахеру.

Программа была такая: мы идем стричься и, если они будут мужиками и не заплачут, то отведу их в детское кафе. Там горки, пицца и прочие развлечения.

Парикмахером оказалась женщина внушительных размеров. Мне кажется, мальчишки не плакали только потому, что она хлопнула расческой по темечку не менее внушительного бородатого дядю, который сидел в кресле и пытался с ней флиртовать.

Все ее клиенты: оба маленьких и один большой впали ступор от фразы:

- Рот закрой и сиди смирно.

Это было сказано весьма зычным голосом. Мои племяшки с этой минуты покорно сидели на небольшом диванчике как девицы на выданье. Ничего, скоро опять превратитесь в брутальных мужиков. Эта тетенька постарается.

И она действительно постаралась. Подстригла их аккуратно и стильно, а еще бонусом за хорошее поведение выбрила им на висках молнии.

Если я раньше и удивлялась тому, что к такой грубиянке не попасть и что у нее очередь на неделю вперед, то теперь мне стало ясно: мы попали к хорошему мастеру, который может позволить себе строгость по отношению к клиентам.

После экзекуции я с чистой совестью отвела детей в кафе, не подозревая, что дома меня ждет грандиозный скандал.

В квартиру в сопровождении детей спокойно не зайти. Мальчишки вбежали в коридор побросали свою верхнюю одежду как попало.

- А ну, вернитесь и все сложите как надо! – скомандовала я.

Они пронеслись с сапогами и куртками мимо меня. Аккуратно сложить у них не получилось, но хоть постарались немного.

Я предвкушала, как обрадуются аккуратному внешнему виду племяшек их родители. Когда в коридоре появилась Ксюша, не смогла сдержать счастливой улыбки.

- Что это? – спросила она.

Она встала, скрестив руки. Сверлила меня недружелюбным взглядом несколько секунд, затем вновь переключилась на детей.

- Мама, смотри какие у нас молнии! – старший крутился перед ней до неприличия довольный.

Мама посмотрела на их прически испепеляюще.

- Красивые, - сухо одобрила она, при этом ее аж перекосило. – Кто вам разрешил подстричься?

- Тетя Надя, - веселость в голосе племяшки подугасла.

Ребенок почувствовал неладное, что его сейчас ругать будут.

- Я их отвела в парикмахерскую, чтобы тебя порадовать,- примирительно сказала я.

Очень хотелось смягчить ситуацию, но особых надежд не питала на этот счет.

- Вообще-то, ты должна была у меня спросить для начала, надо ли их постричь. Я хотела им дреды сделать, а не эту вот безвкусицу!

На последних словах она сорвалась на крик. Ее трясло от злости. Я тоже не смогла хранить спокойствие:

- Почему тогда ты их сама не отвела? Чего ждала, когда они ослепнут?

- Не твое дело! Это мои дети. Мои. Не лезь к ним.

Где-то в глубине души, кольнуло понимание того, что она в какой-то мере права. Я должна была спросить или хотя бы предупредить, но как же меня обидела ее реакция! До слез.

Она тоже неправа. Я решила выложить аргументы в свою защиту:

- Ты на меня их повесила. Ни покормить их не можешь, ни постирать им, ни искупать перед сном. Все это делаю я. Играю с ними в развивашки, учу рисовать, отвечаю на все их «почему».

- Я их мать!

Ксюша будто козырь из рукава вытащила. Я глубоко вздохнула и досчитала до… трех.

- Ну и ладно. У тебя скоро будет возможность стать истиной владычицей этой прекрасной хрущевки и проявить свои умопомрачительные таланты. Просто хочу, чтобы ты знала: я хочу взять маленькую квартиру. Как только мне одобрят ипотеку – уйду и больше не буду отравлять тебе жизнь. Так что привыкай ухаживать за своей семьей. Хватит быть бытовым инвалидом.

На этих словах я обошла Ксюшу, зашла в детскую и плюхнулась на свою узкую кровать, которая на самом деле была раздвижным креслом. Разрыдалась как последняя истеричка. Одна радость – при Ксюше не заплакала. Я молодец!

Слезы из глаз брызнули с новой силой, когда почувствовала, как две маленькие ладошки стали гладить мне по голове.

- Ну, все-все-все, - шептал детский голосок. – Скоро к бабуле поедем.

К бабуле и дедуле мы полтора часа ехали, сохраняя молчание. В салоне машины стало душно от не высказанных друг другу гадостей. Ксюша сидела рядом с мужем и сосредоточенно смотрела вдаль. Дети наслаждались мультиком на смартфоне, а я поочередно прижимала бутылку с холодной водой то к распухшим от слез глазам, то к носу. Не еще хватало, чтобы мама с первого взгляда разгадала тайну нашего счастливого сожительства с семьей брата.

Могла бы жить вместе с родителями на даче, но добираться до работы ужасно сложно и долго.

Надо срочно найти деньги и съехать. Ни о чем больше думать не могу! Перед мысленным взором возник холеный образ Владислава Исмаиловича, как единственно возможное решение моей проблемы. Попрошу у него в понедельник в долг. Пусть высчитывает из моей зарплаты. А еще он должен знать, где можно подешевле приобрести жилье. Так хотелось получить бесплатную консультацию у хорошего юриста по жилищным вопросам. Ну, может же он мне как старому и верному сотруднику его конторы немного помочь.

Я решила немного помочь Фортуне заметить меня. Вспомнив студенческие времена, поспешила наколдовать успех. Опустила окно, прокашлялась и выкрикнула:

- Халява, приди!

С восторгом почувствовала, как ветер подхватил мой призыв. Ксюша, обернулась на меня и злобно задышала. Негласное правило наших совместных путешествий: нельзя устраивать сквозняки – дети могут простыть. Я мило улыбнулась и закрыла окно.

Брат поправил зеркало заднего вида так, чтобы мы встретились глазами.

- Ты что это делаешь? – спросила он.

- Призываю удачу.

- Она сумасшедшая, - пренебрежительно отозвалась о моих умственных способностях Ксюша.

- Ага, - с удовольствием согласилась. - А еще я могу призвать порчу и прочитать во время полнолуния заговор на понос для самых неприятных мне людей. Ха-ха!

Мама, как всегда, наготовила к нашему приезду всякой всячины. У нее развилась болезненная тяга нас кормить пока мы в зоне досягаемости. Обычно мы заходим в дом стройные, волосы шелковисто развеваются, походка у всех легкая. Через пару дней мы выкатываемся восвояси, еле дышим от переедания, и целую неделю не можем прийти в себя.

На стол накрывали всем женским коллективом: я перетаскивала блюда и тарелки и все остальное в гостиную, как у всех нормальных людей, наши торжественные обеды проходили в комнате меньше всего напоминавшей столовую, Ксюша взяла салфетки и притворилась, будто сооружает из них дизайнерскую красоту. А меня ее вечный режим сохранения энергии ужасно бесил.

Когда я зашла на кухню и в очередной раз, и мама нагрузила меня снедью, у меня вырвалось:

- Как всегда твоя принцесса ничего не делает.

Не хотела ворчать, но иногда не получается сдержаться.

- Она гость, - мама кинула на меня острый взгляд. – Надя, я не буду ей ничего говорить.

Ну и ладно. Нервы в тряпочку. Я вновь посмотрела на маму. Часть моего врожденного характера в нее. Промолчать – это стратегия поведения. Чувство такта – база в отношениях с людьми. Ага. И все кому не лень вытирают ноги. Борюсь с наследственностью и воспитанием как могу. Иногда, к сожалению, очень часто, проигрываю.

- Она – член семьи! Не гость, – свистящим шепотом доложила я.

Мама на меня цыкнула и погладила по руке.

- Не порть мне настроение. Я все вижу, Надя. Тебе надо устроить свою жизнь, а не обстирывать вместо Ксюши ее семью. Неужели нет никого, кто бы тебе нравился?

Мама смотрела на меня с затаенным ожиданием… чуда. Кто мне может понравиться при такой жизни? Где я вообще найду такого человека? Дом, работа, дети, кухня. Я даже не помню, когда в последний раз меняла этот маршрут.

Отсеялись все знакомые. Подруги и друзья. Сначала звали с собой развеяться, но мне было вечно некогда и вот. Моя жизнь стала серой и унылой, как эта нескончаемая зима за окном.

- Мне никто не нравится, - буркнула я и поняла, что в душе как-то сразу зародилась тоска по любви. Хотя бы по влюбленности к кому-нибудь. Тут же неугомонная цепочка ассоциаций подкинула мне лучезарный образ начальника. Фу! Какая пошлость, Надя. Перестань об этом думать. Владислав Исмаилович не самая лучшая кандидатура для романтических воздыханий. Он адвокат хороший, а в отношениях зарекомендовал себя как беспросветный бабник и идиот.

Все! Решено. Начинаю менять свою жизнь.

Вторя моим мыслям, мама сказала:

- Ну, ничего. Я тебе помогу с кем-нибудь познакомиться.

- Ага-ага.

Я отнесла последнее блюдо в гостиную и решительно бухнула его о стол, словно точку поставила в своем унылом существовании. Ксюша подпрыгнула, рассыпав все салфетки.

- Прости. Не хотела напугать.

- Тебе нервы лечить надо!

- А тебе совесть. Но она не лечится, к сожалению.

Но жизнь моя менялась со скрипом. Посуду после сытного ужина мыла я. Убирала дом за детьми тоже я. Пока мама учила Ксюшу, по ее же просьбе, вышивать. К концу вечера я хотела только одного: лечь и уснуть. Но даже смертельная усталость не смогла поколебать мой настрой. Я стану самостоятельной, а остальные в лице дражайшей Ксюши, подтянутся во взрослую осознанность следом. Или не подтянутся. Время покажет.

Время понеслось молниеносно.

Выходные дни имеют одну принципиальную особенность: они стремительны как мысль. Подумал, что надо отдохнуть, а уже пора на работу.

Последний совместный вечер с родителями был испорчен неожиданностью. Я как раз наслаждалась ужином, который готовила Ксюша. Удивительно, но факт. И мне от этого было особенно вкусно.

Только хотела откусить еще один кусочек от восхитительной жареной курицы, как мама, которая сначала отлучилась «на минуточку» - ей подруга позвонила, - прибежала и стремительно затеяла интереснейший разговор.

- Наденька, - начала она, не дав мне откусить кусок.

- Слушаю.

- Ты помнишь тетю Свету?

Тетя Света… Я помню ее смех, пронзительный как дрель соседа за стеной в шесть утра. И больше ничего.

- Э-э-э… Да…

- У нее есть сын Евгеша. Он тоже в городе живет.

- Характер неопределенный, не женат, - сказал папа.

Я прыснула. Кроме нас с папой, никто не смеялся. Нам тоже пришлось успокоиться.

- Да, он не женат и хочет встретиться с нашей дочерью. Чего не бывает? Может быть, понравится она ему, - мама сложила губы упрямым бантиком.

Ксюша и Антон притихли и просто решили послушать нас, ни во что не вмешиваясь.

В данной схеме я сразу обнаружила один изъян:

- А если он не понравится мне?

- Ой! Как он может не понравиться? Я его видела, такой парень красивый. Внуки будут загляденье.

Ну, как бы я пока не готова замуж и в декрет, но стало любопытно, чем этот разговор закончится.

- Я помогу Наде на свидание собраться, - решила внести свою лепту в мою судьбу Ксюша. – Накрашу ее, платье подберу. А волосы, - она окинула меня критичным взглядом. – У Нади шикарные волосы. Их нужно только правильно высушить, и получатся очаровательные волны.

Я так поняла, что с сыном маминой подруги мне придется встретиться, хочу я этого или нет. Прислушалась к своим желаниям. Они сказали: собственно, почему нет? Свидание вслепую – это весело!

- Хорошо, - я небрежно пожала плечами, скрывая возникший внезапно интерес. – Когда мы с ним должны сходить на судьбоносное свидание?

- Завтра.

Это ж как же она меня замуж сбагрить спешит! Эх, мама, что ж ты так.

- А что так скоро?

- Он в среду в командировку уезжает, на неделю.

- Ясно. А после командировки мы никак не можем встретиться? – мама качнула головой. - Завтра так завтра. Скажи ему, что я буду в белом. А че тянуть-то?

***

Секретарше было весело. Влад краем глаз следил за ней. Она потешалась над его попытками выйти из создавшейся ситуации победителем. Сначала Владу было совершенно наплевать на то, что думает о нем эта девушка, а затем, он присмотрелся к ней внимательнее.

Фигура, лицо и смешливый характер – все при ней. Одно плохо – Надя как-то наплевательски относилась к своей внешности, словно самое последнее, о чем она думала это нравиться противоположному полу. Влад не мог вспомнить, включала ли она когда-нибудь женское кокетство во время общения с ним. Горящие взгляды, изменившийся тембр голоса. У нормальных людей такие вещи срабатывают автоматически.

Милая девушка Надя – идеальная кандидатура для знакомства с родителями. Влад был уверен, что нежную и воспитанную Надежду точно не воспримут в штыки, но он не мог сделать ей сомнительное предложение. Как говорится, оно не такое, чтобы не было возможности отказаться. Даже наоборот. Она может оскорбиться или умереть со смеху.

Надя в последнее время и так подхихикивает над своим начальником. И его, начальника, это как не странно стало это задевать. Он даже отпустил ее пораньше и только потом, глядя на закрытую дверь своего кабинета задумался о ней как о женщине. И чем больше думал, тем больше она ему нравилась. Удивительно, перед носом несколько месяцев вертелась хорошенькая девушка, а он ее в упор не видел.

Глава 3. Сын маминой подруги

Мой привычный маршрут изменился уже в утро понедельника. Обычно я перед работой вожу детей с садик, но сегодня Ксюша упаковала мальчишек в комбинезоны и вручила их Антону. Он немного растерялся, потому что не помнил, где именно находится их группа. Мальчишки обещали помочь папе найти правильную дорогу. Я гордилась их самостоятельностью. Мои маленькие навигаторы.

У меня все же от такого расклада сердце было не на месте. А если он их отведет куда-нибудь не туда? Иногда мне кажется, что у этих мужиков не хватает стратегически важной в таких делах извилины.

Ксюша не беспокоилась о детях, она вместо этого с удовольствием истязала меня, заставила меня надеть юбку-карандаш. Ее можно было назвать скромной и вполне офисной, если бы не два «но». Во-первых, плотный качественный стрейч тесно обнял мою точку номер пять. Во-вторых, юбка была красная.

- Ты уверена, что мне это надо? – спросила я, пытаясь разглядеть в зеркале свою фигуру, вид сзади. Впечатляющее зрелище.

- Нет. Тебе надо что-то поэкстравагантнее. Жалко, что ты сразу после работы на свидание пойдешь. Я бы такое с тобой сотворила!

Ксюша приобрела жутко-мечтательный вид.

- Хорошо, что я могу себе это только представить.

- Ничего ты не понимаешь. У меня в таких делах больше опыта.

Ага. Это видно, но что-то я для такой стратегии не гожусь. Вот не хочется, чтобы мою светлую душу затмила красная юбка, и сын маминой подруги, впечатлившись моим изящным фасадом, забыл, что я еще и довольно-таки интересная личность.

Ксюша кинула мне через комнату черный атласный корсет.

- Надень это, а сверху жакет. Только не застегивай его.

Предел моей шмоточной сексуальности был, наконец, достигнут, и я стала сопротивляться:

- Не-не-не! Я такое не надену! Ладно, юбка, но ЭТО! Ни за что.

Я пошла в свою комнату. Достала из шкафа белую шелковую блузку. Она отлично смотрелась с юбкой. Черный жакет, иначе я околею в этом холоде и плотные колготки. Все! Я секси… наверное.

На этом мои мучения не закончились. Мне пришлось подвести глаза.

- Чтобы не быть бледной молью, - непререкаемым тоном сказала Ксюша и сунула мне в руки помаду. – Она стойкая, но с собой возьмешь, чтобы подправить в случае чего. Во время поцелуев отлично себя зарекомендовала.

- Да?

- Сто процентов.

- Ну, поцелуев точно не будет. Это негигиенично целоваться с первыми встречными. Если на этом экзекуция окончена, я пошла. Начальник меня за опоздания по голове не гладит.

В автобусе была обычная сонная давка. Тетя Люда уже поджила меня. Я совсем забыла про ее многозначительные взгляды на прошлой неделе. В это утро все шло не так. Я, конечно, хотела изменить свою жизнь, и она менялась, превращаясь в полный бедлам.

- Так-так так, - изрекла она. – Тебя, девушка, сегодня вечером ожидает неудача. Планы твои не сбудутся.

Я тяжело вздохнула, слала грустное лицо и кивнула. Все поняла, я готова к неудачам.

- Это еще не все.

Я будто стояла на сцене в свете софитов, и множество любопытных глаз рассматривало меня, вгоняя в краску, а закадровый голос тети Люды продолжал докладывать всем зрителям, какие испытания ждут меня горемычную. Вот интересно, почему у гадалок нет профессиональной этики? Ну, там, не разглашать будущее человека третьим лицам без видимой причины. Даже если ты гадалка и это будущее на ходу сочиняешь.

- Вот вспомнишь мои слова. Он тебя еще добиваться будет.

Кажется, я за размышлениями прослушала основную часть предсказания.

- Ага, - рассеянно согласилась я. – Спасибо.

Тетя Люда явно обиделась. Не такой эффект она хотела произвести на меня. Скорее всего, я должна была трепетать перед ликом Судьбы. До конца поездки гадалка не произнесла больше ни слова.

В офис я влетела как ошпаренная. В дверях кабинета стоял злой начальник и демонстративно поглядывал на часы. Они, между прочим, показывали десять ноль один.

- Здравствуйте, Владислав Исмаилович. Я немного опоздала.

- Я вижу. Если это войдет у вас в привычку – уволю. Без обид. Мне безответственные работники не нужны.

- Всего-то минута, - проворчала я в ответ.

- Я вас предупредил, - вредничал он.

- Я вас услышала, - скопировала его противный начальственный тон.

Первый раз за всю рабочую жизнь опоздала. Мог бы и простить мне эту несчастную минуту. До чего невыносимый человек! Владислав Исмаилович, кажется, обо мне подумал так же.

- Характер у вас…

Недоговорив, какой именно у меня характер, Владислав Исмаилович зашел к себе в кабинет и хлопнул дверью.

- Милый. Милый у меня характер, - сказала я табличке с его именем.

Сняла пуховик и принялась составлять унылые документы.

Сегодня в офисе было паломничество клиентов с бумагами, консультации, подписание договоров и прочих бюрократических важностей. Босс хорошо заработал на консультациях и выглядел донельзя довольным. Я его радости не разделяла. Мне-то от всей волокиты, в которой мы с ним поучаствовали, ничего не перепадет несмотря на то, что я ног не чувствую.

Владислав Исмаилович вызвал меня к себе.

- Разложите все документы по папкам и можете быть свободны.

Я молча кивнула и стала выполнять приказ. Чем быстрее справлюсь, тем быстрее получу вольную. Сначала все рассортировала, затем начала перетаскивать макулатуру в шкаф. Не сразу поймала заинтересованный взгляд начальника. Хоть бы не вспомнил какое-нибудь очень срочное дело.

Я встала у шкафа и скрестила руки на груди. Ну уж нет. Я на сегодня закончила работать.

Владислав Исмаилович молчал, и мне пришлось сдаться и спросить:

- Вам что-то надо?

- Почему вы так выглядите? – спросил он недоуменно.

Нет бы комплемент сделать. Одно то, что он только сейчас заметил, что я выгляжу не так, как обычно, меня покоробило. Так еще и таким тоном был задан вопрос, словно я в клоунском костюме пришла на работу.

- Я вечером на свидание иду.

- Вот так совпадение. Я тоже.

- А вы-то с кем?

Владислав Исмаилович снисходительно усмехнулся.

- С женщиной, Надя. А вы с кем?

- Со слоном.

- Повезло слону. Вы сегодня неплохо выглядите, даже можно сказать, хорошо.

Начальник скользнул взглядом по моей красной юбке.

- Это был самый ужасный комплимент, который мне доводилось услышать.

- Не думаю, что вам их нечасто говорят, - он поморщился. – Идите, Надя. На сегодня все. Я устал.

Вот гад. Так захотелось с ним поспорить и доказать, что мне на день по сто раз кто-нибудь говорит приятные слова. Еле сдержалась, чтобы не наврать.

Часы как раз показывали, что уже пора выдвигаться навстречу неизвестности. Рядом с нашим бизнес-центром находился небольшой ресторанчик. Туда-то я и направилась. Приду на десять минут раньше, посижу, переведу дух.

За столиком, который мы забронировали, уже сидел он – сын маминой подруги. Такой… чистенький. Блестит и скрипит. А ведь красивый парень, если его немного растрепать и сбрить извращенческие усики. Видно, он пытался с помощью усов придать себе хоть какую-нибудь мужественность. У него плохо получилось. Сын маминой подруги – звучит как диагноз, и выглядит так же.

- Здравствуйте, Евгений?..

Он посмотрел на меня каким-то щенячьим взглядом.

- Надежда?

Голос у него был такой тихий, что хотелось тугоухо переспросить: Э?

- Да-да. Это я.

Он встал и отодвинул мне стул. Вот это манеры!

- Приятно познакомиться, Вы чудесно выглядите, - сказал он, мягко улыбнувшись.

Он начал мне нравиться. Приятная внешность. Такой мягкий, даже можно сказать нежный взгляд. Почувствовала себя старой теткой, когда в голове проскользнула восхищенная мысль: Ах! Какой домашний мальчик!

- Сделаем заказ. Сразу скажу, что плачу я, но вы можете себе ни в чем не отказывать. Я нормально зарабатываю.

Сказано это было просто, без бахвальства. Я прониклась и решила не наглеть.

- Говорят, здесь готовят превосходную итальянскую пасту…

Я посмотрела на ценник. Вполне бюджетно. Прикинула еще к заказу салат и чай. Получилось сумма, которая говорила о том, что я экономная девушка.

Мы сделали заказ и пока ждали его поговорили о природе и погоде, затем нащупали общие интересы:

- А чем ты занимаешься? - спросил он.

- Я работаю секретарем у одного юриста, но сейчас обучаюсь на курсах по веб-дизайну. А ты?

- Я создаю сайты, которые ты потом украшаешь, - он улыбнулся, и я поняла, что усы ему очень даже идут.

- Это потрясающе! – сказала я.

- Да, но мне больше нравится преподавать, поэтому я устроился в научный центр. Веду там курсы для всех желающих. Вот где эмоциональная отдача.

Еще немного и у меня начнут пульсировать сердечки в глазах. Я поймала себя на том, что подперла рукой подбородок и ловлю каждое слово и каждый жест. Ну нельзя быть таким идеальным.

Моя эйфория испарилась, когда мимо нас продефилировал знакомый пиджак начальника. Владислав Исмаилович был не один. Его спутница явно забыла, что декольте находится на груди, а не на пупке.

Владислав Исмаилович провел ее к столику чуть дальше от нашего. По пути заметил меня и украдкой дернул бровью, что означало: Я тебя засек. Вежливо улыбнулась ему в ответ.

Евгений, заметив наше невербальное общение, обернулся и кивнул моему начальнику.

- Это мой босс со своей новой девушкой, - пояснила я.

Он моргнул, будто до него не сразу дошло.

- Забавное совпадение.

- Ага, - не согласилась в душе я.

Нам принесли заказ. Евгений стал нервно поглядывать на часы, а я не стала теряться в догадках:

- Ты куда-то спешишь?

Он посмотрел на меня немного затравлено, а затем уткнулся в свою тарелку.

- Я… Простите, Надя, мне очень нравится другая девушка. Мама ее ненавидит и буквально вынудила меня с вами встретиться. Вы очень интересный человек и красивая женщина, но я не могу вас обманывать.

- Да ничего страшного. - Эх! Не судьба. Так жаль. Хочу рыдать у тебя на плече, Евгений, и жаловаться на жизнь. – Если вы спешите, то я вас не держу. Меня, если честно, тоже немного вынудили пойти с вами на свидания. Мне понравилось. С вами легко.

Он искренне улыбнулся. За его плечом на меня с любопытством смотрел Владислав Исмаилович. Я притворилась, что не замечаю его.

- С вами тоже легко. Было бы неплохо продолжить наше знакомство. Не откажусь от дружбы.

Интуитивно я чувствовала, что мой новый знакомец хороший человек, а хорошими людьми не разбрасываются.

- Хорошо.

Я протянула ему руку. Получилось рукопожатие настоящих друзей.

- У меня есть ваш номер, - сказал он. – Не потеряемся.

- Ага. А у меня ваш.

Он быстро доел и умчался навстречу к своей любви. А я осталась одна. Было обидно. Какая-то невезучая я. Сидела и утешала себя пастой и мыслью, что возможно сегодня в моей жизни появился новый друг. Евгений нормальный парень. Напишу ему завтра и спрошу, что да как с его любовью там творится. Тем временем разговор за столом начальника вышел в зону слышимости. Эх! Жаль, что попкорна нет.

Остановила официанта и попросила у него меню. Я спряталась за ним как за ширмой, чтобы скрыть от Владислава Исмаиловича, подозрительно поглядывающего на меня, свое любопытное лицо.

Подруга босса пыталась объяснить ему что-то. Я не могла на это не смотреть. Передо мной развернулся бесплатный мастер-класс по искусству соблазнения. Она наклонялась к нему изящно, явно применяя глубокое декольте в качестве оружия и аргумента. Все ее жесты были тщательно продуманы. Но мой босс не пал жертвой женского очарования. Он, будто ничего не замечал, рассеяно и даже немного разочарованно исследовал интерьер ресторана и самым последним местом, куда нырял его взгляд был бездонный вырез платья его спутницы. Кремень!

Через некоторое время девушка отчаялась. До меня донеслась фраза:

- Да, я хотела познакомиться с твоей семьей. Что такого, если мы с тобой поженимся?

Она схватила его за руку и что-то горячо зашептала, а мне стало жалко эту девушку. Такое чувство, что ради того, чтобы выйти замуж, многие женщины согласны на любые унижения. Ну и ладно. У каждого свои приоритеты – оправдала я спутницу босса про себя. Вот только ее намерения явно сыграли в минус и отпугнули моего начальника.

- Нет. Я тебе поставил конкретную задачу, - сказал безжалостный Владислав Исмаилович.

Она вскочила, сбив бокал, и умчалась мимо меня прочь. Встретившись с боссом глазами, я вновь нырнула за развёрнутое меню. Как назло, надо мной навис официант.

- Вы что-нибудь выбрали?

- Э-э-э… еще нет, - я ему мило улыбнулась.

- Какая продуманная конспирация.

К моему столику подошел Владислав Исмаилович. Я смерила его безразличным взглядом.

- Вообще не понимаю о чем вы.

Владислав Исмаилович сел напротив меня.

- Перенесите, пожалуйста, мои приборы на этот столик.

Официант вопросительно на меня посмотрел.

- Только если девушка не против…

Хотелось показать боссу всю палитру своей вредности и послать его на целый метр назад до его собственного стола. Еле сдержалась. Вряд ли он вообще меня услышит, да еще и официанта перед дилеммой поставим. Не буду подставлять мальчика, пусть работает спокойно.

- Да не. Все в порядке.

Некоторое время босс сидел и рассматривал меня.

- Вам никто не говорил, что подслушивать нехорошо?

Я было сконфузилась, но быстро взяла себя в руки, как только поняла, что меня пытаются пристыдить.

- На что это вы намекаете? Я просто оказалась не в то время не в том месте и все! Если бы вы решали свои дела подальше от свидетелей, то никто бы вас не подслушал. Да кому нужны ваши эти… секреты. Мне вообще неинтересно. Обидно слышать такой противный обвинительный тон. У вас просто талант выводить людей из себя! Вы мне ужин пытаетесь испортить?

Всегда знала, что лучшая защита — это нападение. С удовольствием наблюдала, как у начальника вытягивается лицо.

- Вот это наглость! – восхитился он.

Он еще что-то хотел добавить, но не успел. Затрещала мелодия телефона, и босс, выругавшись, нажал «ответить». Его лицо сразу приобрело благовоспитанное выражение. Так и хотелось воскликнуть: какой хороший мальчик! Прямо прелесть!

- Привет, мам. Да, я и моя невеста… Скоро приедем. Хочешь ее увидеть? Да пожалуйста, она сейчас со мной, - он метнул на меня решительный взгляд. - Сейчас подожди, я на видеосвязь переключу.

Я недоуменно оглянулась, решив, что девушка босса вернулась. Никого. Босс пересел на стул рядом со мной, придвинулся вплотную, воспламеняя все нервные окончания на коже, и взял меня за плечи.

- А вот и она!

Из экрана телефона на меня с любопытством глядела его мама. Я быстро прожевала и проглотила макароны. Выдохнула и улыбнулась, чувствуя, как рука Владислава Исмаиловича уползает за зону видимости и властно сжимается на моем боку. Он меня ущипнул! Еле сдержалась, чтобы не вскочить.

Самое ужасное, что меня обуяло острое влечение. Кожа вдруг стала особенно чувствительной. Тепло его ладони впитывалось, утекало в мое тело, заставляя щеки порозоветь.

- Здравствуйте.

Женщина в экране телефона на меня тоже смотрела какое-то время, а потом воскликнула:

- Красавица какая! Мы тебя ждем. Со всеми родственниками познакомим. Свадьбу сыграем. Ты приезжай…

Я ошарашенно посмотрела на начальника. Он зарылся в мои волосы носом и шепнул:

- Без глупостей. Уволю.

Я улыбнулась и кивнула как кукла-марионетка, глядя в виртуальные карие глаза его матери.

Владислав Исмаилович перевел камеру на себя.

- Мам, я тебе потом перезвоню.

- Конечно, кушайте, мои хорошие, - дальше я не поняла, что она сказала, что-то не на русском.

Владислав Исмаилович тоже что-то сказал. Такое чувство, что я, не выходя из-за стола, попала за границу. Все о чем-то болтают, но ничего не понятно, а ты сидишь, киваешь и улыбаешься как дурочка, надеясь, что обсуждают не тебя.

Экран погас.

- И вы меня называете наглой! У вас совесть есть? Вы зачем меня щипали? И, вообще, нечестно выдвигать угрозы и шантаж, пользуясь превосходством. Это превышение должностных полномочий. Чистой воды абьюз.

Он вернулся на свое место и с самым заинтересованным видом кивал, отчего бесил меня еще больше.

- Вы закончили возмущаться?

- Да.

- Тогда… Поздравляю, теперь вы, Надежда, официально моя невеста.

Я сначала опешила, а потом подобрала воображаемую упавшую челюсть со стола и решила сделать ход конем. Не хочу я ввязываться во всякие сомнительные авантюры.

- Да что вы говорите? А как я это своему парню объясню, вы подумали?

Владислав Исмаилович рассмеялся и хитро на меня посмотрел.

- В этой жизни, Надя, не только вы подслушивать умеете.

Мой конь убит, но партия не проиграна.

- Ладно, но я все равно не принимаю ваши поздравления. Ничего такого не подумайте, но быть вашей невестой – перспектива сомнительная и аморальная.

Его идеальные брови удивленно приподнялись.

- Аморальная?

- Да. Это ужасно водить за нос родную мать.

- Это ужасно – жениться без желания заводить семью.

- Ну… когда-нибудь придется, - я вспомнила о своем остывающем ужине и решила продолжить наслаждаться жизнью.

Босс тоже решил поесть. Какое-то время мы молчали, но Владислав Исмаилович возобновил разговор.

- Я женюсь только тогда, когда встречу подходящего человека.

- Вы можете его… ее никогда не встретить. А если влюбитесь? Сложно приказать себе влюбиться в подходящего человека.

- Не переживайте. Любовь – это изобретение подростков или не очень умных людей. В нее верят только великовозрастные девочки, как вы, например, Надя.

Вот это было оскорбительно. Я намотала обиду на кулак и вежливо продолжила беседу.

- А можно поинтересоваться, какая она, подходящая женщина, в вашем понимании? Мне ужасно интересно.

- Умная, с ней интересно проводить время, разговаривать, советоваться. Ну и на внешность не крокодил, мне нравится естественная красота.

Начальник запил свой монолог водой, пока я переваривала получившийся из кучи противоречий когнитивный диссонанс. Н-да, по профессии он, конечно, юрист, но по призванию истинный балабол.

- Оу! Так вы специально заводите отношения с девушками, которые никак не соответствуют вашему идеалу? Умно. Поздравляю. Ваш паспорт сохранит девственность до самой вашей смерти.

Владислав поперхнулся. А я улыбнулась, довольная тем, что только что метафорически похоронила босса.

- Что?

- Ничего. Говорю, что план идеальный, - я взяла чайничек, который нам только что принесли, и налила себе в чашку ароматный напиток. – С вами, конечно, очень интересно поболтать, но мне пора. Вот только чай допью. И, да, родственникам скажете, что невеста ваша сломала ногу, руку или еще что-нибудь. Я с вами не поеду. Лицом, так сказать, не вышла.

Чай обжигал, но я мелкими глотками его допила и встала. Владислав позвал официанта и быстро сунул ему деньги, не дожидаясь расчета.

- Сдачи не надо.

В гардеробе он перехватил мой пуховик и галантно накинул мне на плечи.

- С чего такие манеры? Даже не подлизывайтесь ко мне.

- И не думал.

- Ну, конечно.

Вышли мы на улицу вместе. Как же я не люблю зиму! Пуховик плохо спасал от мороза. Сразу же я скукожилась, рефлекторно пытаясь сохранить тепло. На плечи легли тяжелые ладони.

- Вам холодно, Надя? – с эротичным придыханием спросил босс.

Я же почувствовала себя Марфушкой из сказки «Морозко». Сто процентов даю на то, что выражение лица у меня было столь же неприятное как у нее, когда я медленно обернулась на звук голоса.

- Да! Разве вы, Владислав, не видите. Зима вокруг. У меня вон руки и ноги замерзли, - я помахала перед его носом руками без перчаток.

Но мой начальник не растерялся, он заключил меня в крепкие объятия и практически касаясь моих губ своими, произнес:

- Я вас согрею.

Я сморщила нос и немного отстранилась.

- А я вас сейчас ударю. Вы что здесь… решили героя-любовника передо мной разыгрывать? Хотите, чтобы я тоже фанатично решила достать из шкафа белое платье из фатина, поеденное молью? Где логика?

- Нет в вас ни капли страсти, Надя, - сказал он, разжав руки и отступив на шаг.

- Ошибаетесь. Во мне ее море. Я люблю, когда мне дарят цветы, говорят комплименты и прочие простые радости, связанные с любовью. Но! Это должно исходить от сердца, а не, - я передразнила, - Надя, я вас согрею, только поехали со мной лапшу на уши родственникам вешать. Фу таким быть.

Теперь на Марфушу в мужском исполнении стал похож мой начальник.

- Я понял вашу позицию, Надя, - он стал разговаривать со мной как нормальный человек. Нет так нет. Я вас подвезу до дома.

- Спасибо, но я сама доберусь.

Он устало вздохнул.

- Надя, хватит. Повторю: я уже понял, что вы девушка неприступная, самодостаточная и неприятная. Поехали, пока предлагаю.

Последний эпитет я пропустила мимо ушей и «без особого желания» согласилась на предложение. Ждать автобус в такую холодрень не очень-то и хотелось. До машины начальника я добежала первая и стала нетерпеливо ждать, когда он откроет дверь.

Доехали мы молча. Распрощались вежливо. Он все-таки молодец, что подвез меня. Сегодня плохая погода просто била рекорды. Ветер, колкий снег в лицо заставили меня страдать даже на такой маленькой дистанции как машина-подъезд.

Дома меня ждал допрос. Ксюше явно не терпелось узнать, как у меня прошло свидание с сыном маминой подруги.

- Ну что? Как вы там… познакомились?

- Никак. Мы не сошлись характерами, - грустно сказала я.

Эх! А ведь, несмотря на усы и вылизанный вид, он оказался очень милым. Не везет мне в любви. Просто ужас какой-то! Усмехнулась про себя, подумав: я, получается, дочь маминой подруги, и это тоже диагноз.

***

Занимательная сцена, которая развернулась перед Владом, называлась «Надя и флирт». Она сидела с парнем, который просто кричал о том, что он прирожденный подкаблучник. Такой затюканный, что чихать он хотел на противоположный пол. Влад сидел и смотрел на то, как Надя преобразилась. Удивительно. Мягкие обворожительные улыбки, более плавные движения, огонек в глазах. И что она в нем нашла? Влад не понимал. Как раз в этот момент его активно соблазняла Марина. Она складывала губы капризно и многообещающе, брала за руку, проводила пальцами как бы невзначай по кромке своего платья, то и дело задевала якобы случайно его ногу под столом. А ему приходилось соответствовать. В создавшейся ситуации Марина явно была ведущей, а он ведомым.

- Влад, у меня нет даже обручального кольца, - она прикусила слишком толстую губу.

Картина получилась гротескной, потому что на фоне Марины о чем-то увлеченно болтала Надя, и Владу захотелось быть на месте ее кавалера. Сидеть и разговаривать без применения актерского мастерства, чтобы сохранить остатки воспитания.

- Тебе не нужно кольцо.

Марина на секунду опешила.

- Как? – она выпучила на него глаза в обрамлении густых наращенных ресниц.

Влад мысленно поморщился. Черт! Ее нельзя показывать не то что родителям, безликому приличному обществу. О чем он только думал, когда предлагал Марине отношения, пусть даже фиктивные? Она безумно вульгарная. Глядя на нее, не возникает чувства восхищения или тепла. Только похотливые и извращенные ассоциации из категории 18+. И он от них никак не мог избавиться.

- Твои родители, Влад, они же не дураки, все поймут. Я так хочу им понравиться. Вот увидишь, они не захотят меня отпускать. И ты тоже… не захочешь.

Еще немного и у него разыграется мигрень. Разговор принял совершенно не тот оборот. Хотя это было с самого начала ожидаемо. Марина в своем воображении давно свадьбу сыграла и уже рожает детей. Влад, посмотрел на нее внимательнее. Дети – источник будущего дохода для нее и повод для манипуляций. Почувствовал, что если и дальше так пойдет, то вляпается по уши.

Он рассеянно перевел взгляд на Надю и услышал финальный кусочек ее разговора с парнем и подумал о том, что бог случайно исполнил его желание. Надя сидела расстроенная. Нет, скорее разочарованная. Ничего, он сейчас приведет ее в чувство.

Влад стремительно и не очень вежливо распрощался с Мариной и пересел за соседний столик. Забавно было смотреть на растерянное лицо секретарши и на то, как она виртуозно вернула образ противной буки. Шипела на него, но без толку. Влад уже положил на нее глаз. Хорошая претендентка для знакомства с родителями. Вот только как ее уговорить. Вряд ли Надю интересует нажива. Хотя… деньги всем нужны. Он обязательно нащупает слабое место в ее системе ценностей.

Под конец вечера решил устроить ей экзамен на стойкость и поставил ей пять с плюсом. Надя воспринимала Влада явно не как предмет воздыханий. И это очень хорошо. Ему нужна девушка, которая не будет лезть из кожи вон, желая окольцевать его, а это значит, что она не выкинет какой-нибудь фортель. Свобода Влада за Надей будет чувствовать себя как за каменной стеной.

Глава 4. Итак, сделка

Ксюша смерила меня презрительным взглядом и потопала на кухню. И что она этими перемигиваниями хочет мне сказать? Каждый раз чувствую себя очень неуютно. Подмывает взять и прибить всех, кто убивает мою самооценку.

Я пошла на кухню вслед за ней. Там мои племянники и брат на сон грядущий развлекали по видео связи бабушек и дедушек. Лица у них были ужасно довольные.

- Здравствуйте, - вежливо помахала в камеру.

На меня уставилось из монитора старшее поколение нашей семьи в полном составе. Они там пили чай, радовались жизни и устрашали меня предстоящими вопросами, которые повисли среди пикселей экрана.

- Ой! Наша Надюша вернулась, - обрадовалась по ту сторону камеры мама. – Ну как тебе Евгеша? Какой он хорошенький был маленьким.

Ну, все, началось. Про детей все благополучно забыли. У них, по мнению взрослых, не такая интересная личная жизнь. Хотя я могла бы легко развеять их убеждения. Дети мне все рассказывают и там иногда такое, что в Голливуде могут лет десять хорроры, детективы и комедии снимать. А мои родичи сейчас будут радостно обсуждать мою личную жизнь, которая в принципе не существует.

- Эм-м… Он и сейчас ничего так… Продолжает быть хорошеньким, - ответила я на вопрос и решила круто сменить тему. - Вы видели, какая сегодня погода? Просто ужас. Еще немного и…

Но мою родню не так просто сбить с пути истинного:

- Надя, а когда у вас второе свидание?

Я немного занервничала, словно провинилась в чем-то. Есть же обстоятельства, которые сильнее твоих недозревших планов. Так почему же чувство вины так неприятно грызет? Ощутила себя двоечницей, на которую все надеялись, а она, как обычно. подвела.

Я сначала закусила губу, а потом тише, чем надо было ответила:

- Никогда.

- Он тебя обидел что ли? – включился в разговор папа.

Я, наверное, со стороны стала выглядеть очень несчастной. Девочка в беде.

Ну, все. Евгеше могут морду набить, если не развеять создавшееся впечатление.

- Не-ет, - замахала я руками. - Просто мы поболтали и поняли, что не подходим друг другу.

Мама Ксюши тоже решила не сидеть молча:

- Ой, дорогая. Глупости все это. Часики-то тикают! Вот опоздаешь и так никогда и не узнаешь радости материнства.

Мой воспаленная и утомленная насыщенным днем психика последнее словосочетание интерпретировал как «гадости материнства». Пришлось немного подождать, чтобы информация усвоилась адекватно. Тем временем дух доктора Фрейда, возникший в подсознании, подсказал, что гадости мне помогла познать Ксюша. Теперь я хочу в отпуск. Хочу тишины и покоя. И никаких мужей и детей от них в течение хотя бы пары лет. Я устала.

- Не все хотят замуж. Я, например, не очень хочу, - решила объявить свою позицию по данному вопросу.

Сейчас начнется война с моими «современными убеждениями». Как им объяснить, что я на самом деле вообще ничего не имею против детей и мужей. Просто хочу ощутить потребность в своей собственной семье точно так же, как ощутила потребность иметь мой собственный угол.

И тут вспомнился босс с его фразой «не хочу я!» Надо же! Как мы с ним, оказывается, похожи. Может согласиться на его предложение, но с условием, что он сыграет моего жениха. Сделаю его стратегическим оружием! Да нет. Ничего не выйдет. Он сто процентов понравится всей женской половине моей родни, и они мне мозг вынесут разговорами на тему: «Какого женишка упустила, дура-Надька». И бомба взорвется у меня в руках.

Да и обманывать нехорошо. В отличие от некоторых у меня все-таки есть совесть.

- Ой, доча, - горестно вздохнула мама. – Что ты будешь делать, когда мы с отцом помрем…

- С чего это мы помереть должны? – взбеленился папа. – Ты как хочешь, а я пока поживу.

Он мне задорно подмигнул, а мама толкнула его в бок локтем.

- Я говорю, что помрем мы с тобой, - и такую интонационную точку поставила, что аж подумалось, мама прям сегодня собралась распрощаться с миром живых, только бы доказать свою правоту. Папу туда же загонит, хочет он того или нет. В вопросах смерти никого не спрашивают.

– И ты, Надя, останешься одна, - ее перст указал на меня через экран. - И даже глоток воды тебе никто в старости не поднесет!

Аргумент, конечно, самый оригинальный. Вместо того чтобы убедить меня, он, наоборот, привел в боевое состояние.

- Мамочка, не переживай. Я рядом с собой кулер поставлю.

Мама недовольно поджала губы. В детстве от этого ее жеста у меня сердце в пятки падало, и даже теперь что-то в груди тревожно екнуло. Хоть понятно, что по попе не получу и то ладно.

- Вот как с ней разговаривать, а? – обратилась она к сокамерникам по веб-связи и к нам.

- Никак. На сегодня мой лимит на общение с гомосапиенс исчерпан. Я спать пошла. Всем пока.

Выходя из кухни, я услышала вопрос Ксюшиного папы:

- Кем она нас назвала? – и клокотал в его голосе гнев человека, который не совсем правильно понял на мое чересчур интеллектуальное хамство.

Ксюша поспешила перевести фразу на русский язык:

- Она нас назвала разумными людьми.

Послышались извинения моих родителей, они пытались оправдать плохое поведение своей дочери. Ну, где такое видано, чтобы приличных людей гомосапиенсами обзывали! Удивительно, насколько оскорбительно стал звучать латинский язык в современных реалиях.

Мальчишки были уже в кроватях, когда я выползла из ванной. Ждали они меня, сверкая глазками из-под толстых одеял.

- А сказку ты сегодня не расскажешь? Сашка сегодня бабайку боялся, а я ему сказал, что тетя Надя придумает сказку о том, как мы ее победили, - племяш отчаянно зевнул.

Я тоже зевнула и забралась на свое раздвижное кресло. Устроилась поудобнее и уставилась в потолок. Глаза слипались. Где-то в глубине правого виска зарождалась мерзкая мигрень. Хотелось медленно утонуть в объятиях сновидений.

- Ну ладно, мои маленькие трусишки, слушайте. Жили на свете два брата. Никто их не мог назвать богатырями храбрыми, потому что были они еще так малы, что сами в свои силы не верили. И вот повадилась их пугать бабайка. Глупая и зловредная. Думала она, что братья эти малыши, - я зевнула еще раз, - и дать отпор ей не смогут. И вот нашел старший брат меч светящийся, и затряслась противная бабайка. Забилась в темный, пыльный угол.

- А я что сделал?

- А ты?.. Эм-м-м… А младший брат взял фонарик и осветил тот мрачный уголок. Вот так и исчезла бабайка. Ведь знали не по годам умные братья, что бабайки всякие света боятся. Теперь вам любые страхи нипочем. Конец! Теперь спать.

- Мы завтра победим ее, - сказал Сашка, отвернулся к стенке и засопел.

Я тоже вскоре расслабилась и сама не заметила, как заснула.

Проснулась среди ночи от тихой истерики, доносившейся из коридора: Ксюша на фоне Анечкиного плача переругивалась с Антоном. Я потянулась за телефоном, чтобы посмотреть время. Четыре тридцать утра. Мигрень сейчас сверлила мозг так, что хотелось биться головой о стену. Обычно после полноценного отдыха меня отпускает. Н-да, хотела отоспаться, но не получится.

Накинула халат и поплелась на кухню, где, собственно, и собралась молодая семья.

- Я не могу больше! Чего она хочет? Чего ты хочешь? – вопрошала Ксюша свою дочку.

Брат сидел и тер лицо, пытаясь смахнуть сонливость. У него плохо получалось. Явно он не хотел быть среди ночи здесь, но героически разделял участь неспящего родителя с женой.

- Что случилось? – спросила я.

- Орет. Не знаю, что с ней делать, - Ксюша была на грани нервного срыва.

- Может колики? – предположила я и вернулась в спальню за пеленкой, расстелила ее на столе. – Клади.

Пощупала животик. Крепкий. Оставила Аню на Ксюшу, сама же стала готовить клизму.

Брат сбежал досматривать сны. Сделал он это виртуозно, как ниндзя. Вот сидел за столом, а в следующее мгновение смотришь, а его уже нет! Даже шороха не было слышно.

А ведь глубокой ночью звуки как-то интересно воспринимаются. Обостряются сильно. Капает вода из плохо закрытого крана. Как-то по-особенному жужжит холодильник. Шаркают тапочки Ксюши по полу. А за окном свистит непогода.

Ксюша все это время грустно качала свою дочку.

После процедуры ребенок успокоился. Ксюша устало присела на стул, пока я искала в аптечке капли от газиков.

- Спасибо.

- Не за что.

- Знаешь, Надь, ты будешь классной мамой.

Я обернулась. Мы долго и вымученно смотрели друг другу в глаза.

- Возможно, - пожала я плечами. – Никогда не думала об этом.

- Я иногда жалею, что нарожала детей. Я плохая мать.

Ксюша нежно прижала к себе засыпающую Аню и разрыдалась. А во мне проснулась щемящая жалость. Тоже захотелось плакать.

- Мне кажется, что ты насмотрелась на радужное материнство в интернете. Успокойся, ты же сама говорила, что любишь своих детей. Это главное. Я бы с ума сошла, если бы думала о том, что не соответствую чьим-то завышенным ожиданиям. Ты хорошая мама.

Хотела ее обнять, приласкать, но только я сделала шаг, как Ксюша зло на меня посмотрела. Я будто на стену наткнулась, удивительно быстрая смена настроения у нее. Эта стена через секунду ощетинилась на меня кольями.

- Это ты во всем виновата, - буднично сказала Ксюша.

Если бы она продолжила истерить, я бы оправдала ее обвинение хоть как-то. Но она лишь смотрела на меня как на человека, который ей жизнь испортил.

- Я? Ничего не понимаю. В чем я перед тобой виновата?

Спросила и тут же пожалела об этом. Я дала Ксюше излить желчь. Надо было сказать: поговорим завтра, сегодня мы устали и взвинчены, наболтаем друг другу гадости, будем жалеть об этом. Но мудрые мысли с запозданием посетили моя больную на данный момент голову, поэтому я получила, что заслужила:

- Да! Ты! Все из-за тебя. Может быть, я бы стала нормальной мамой, но ты со своей по-мо-щью! не дала мне привыкнуть к тому, что у меня дети. Что я ответственна за них!

Она тихо шипела на меня, чтобы не разбудить домочадцев, а я оцепенела и не знала, вступать в спор или не надо. Поэтому стояла и смотрела то, на жену моего брата, то на его дочку. Аня на ее руках тихо сопела.

- Не обвиняй меня в своей инфантильности, - я не узнала свой собственный голос. Такой ледяной, что аж сама поежилась. – Сказала же, что скоро съеду. Вот тогда тебе никто не помешает быть матерью во всех смыслах этого слова.

Прозвучало как угроза. Ксюша немного поежилась, но, я прямо читала ее мысли, явно намеревалась доказать всем и вся, что она может. Ну, дай бог. Хорошо, если у нее получится. Мне-то все равно до ее ущемленной гордости. За детей переживаю.

- Жду не дождусь, - сказала она.

Я решила больше не продолжать бессмысленный спор вслух. Просто смерила ее скептическим взглядом и сказала:

- Спокойной ночи.

И ушла в свою комнату. Уснуть получилось не сразу и, когда зазвонил будильник, я отложила его еще на пять минуточек, а потом еще на пять, поэтому едва успела собраться на работу сама и снарядить ребят в садик.

Головная боль никуда не делась, но в аптеку зайти времени уже не было. Так и пришла в офис немного растрёпанная, в широком и очень удобном бежевом свитере и черных брюках, которые тоже не сковывали движений. Хоть что-то приятное в жизни.

Заскочила в двери лифта вслед за боссом.

- Доброе утро, - вежливо поздоровался он.

«Скверное утро добрым не бывает» - проворчала я про себя, а вслух добавила:

- Здравствуйте. Я не опоздала.

- Я вижу. Тютелька в тютельку. Вы скверно выглядите, Надя.

Я обернулась и оценивающе посмотрела на него. Не нашла к чему придраться и разозлилась.

- А вы прям как жАних!

- Бьете по больному? – хмыкнул он.

- Ага.

- Доболтаетесь, и я украду вас по кавказским обычаям.

Лифт открылся, я шагнула в коридор. Владислав Исмаилович последовал за мной.

- А что неплохая идея, - продолжал он меня бесить. – Увезу вас в горный аул и все – ищи свищи.

Я резко обернулась. Он почти налетел на меня. Встала - руки в боки.

- Ну? Чего уставились? Хватайте и бегите, – я нетерпеливо потопала ногой. – Я жду. Даже паспорт с собой прихватила.

Шикарные брови босса поползли на лоб. Он обошел меня по широкой дуге и сказал:

- Вы сегодня очень… грубая. Я пытался поднять вам настроение. У вас совсем чувства юмора нет, Надя?

Я немного опешила. Стало даже стыдно. Где-то. В глубине души. Но негодование победило стыд и вылезло наружу.

- Это меня нет чувства юмора? Да у меня его, знаете ли, море. Но оно временно отсутствует, потому что я провела кошмарную бессонную ночь. Видите? Какие синяки под глазами, - я указательным пальцем немного оттянула нижнее веко. – Я вообще не выспалась. У меня голова теперь болит. И за свою доброту отхватила по полной! И знаете, что самое ужасное? Я бы и хотела от них съехать, была бы тогда любимой сестрой и тетушкой, но не могу. Мне некуда. Я на ипотеку собираю, но, - ткнула его в грудь, - с той зарплатой, которую вы мне платите, я смогу накопить на первый взнос только через сто лет! И шутками-прибаутками мое дурное настроение не исправить!

Теперь я обошла его и зашагала в сторону нашего офиса. Отголоски моего собственного голоса звенели в ушах. Черт побери! Я на босса накричала.

Открыла дверь, дошла до своего стола и плюхнулась в кресло, даже не сняв пуховик. Владислав Исмаилович уволит меня, как пить дать! Я уронила голову на руки и сжала простреливающие болью виски.

Хлопнула дверь. В поле зрения появился пластиковый стаканчик с водой и, подталкиваемый рукой начальника, проехал по столу. Рядом шлепнулись таблетки.

Я подняла взгляд. Вот паразит! Все-таки расшевелил мою совесть и теперь мне одновременно очень приятно и стыдно.

- Спасибо.

- Есть за что. У всех бывают проблемы. И моя тоже ужасная, поверьте.

Взгляд у него был теплый, сочувствующий. Это даже лучше, чем ловить на себе восхищение. Он только вчера на меня так немного смотрел и, конечно, льстил мне. Сейчас я прямо прониклась. Слова великодушно сорвались с губ прежде, чем я успела их подумать:

- Я согласна вам помочь.

Вот те на! С ума сойти, какая у меня молниеносная реакция на минимальную заботу. Мозг сразу же раскис и начал вытворять страшные вещи. Пользуясь моим потрясением, он захватил власть над языком. Захотелось шлепнуть себя по губам, когда заинтересованный спонтанным согласием пуститься во все тяжкие, Владислав Исмаилович опустился на небольшой стул напротив.

Я возвела глаза к потолку, молясь о том, чтобы он был джентльменом и не воспользовался минутной слабостью. В его глаза никаких не было сил смотреть. Уж очень он страстно на меня уставился. Будто я женщина его мечты. Даже покраснела немного.

Но молитвы не были услышаны. Я это сразу поняла, потому что босс спросил:

- Сколько у вас там не хватает до нужной суммы?

Ах вы, нехороший человек, Владислав Исмаилович! Знаете, с чего начать переговоры.

- Семьдесят тысяч, - тяжело вздохнув.

- Хорошо. А какую недвижимость вы бы хотели купить?

- Эм-м-м… Однушку? Дешевую недвижимость. Я не хочу полжизни платить ипотеку.

- Самые дешевые варианты бывают в недостроенных домах. Из-за рисков, вы же понимаете. И дом придется ждать несколько лет, потом делать ремонт. Все равно дорого выйдет.

Он словно думал вслух. Я не спешила прерывать ход его мыслей. Положила таблетку на язык и запила ее большим глотком воды. Теперь надо дождаться эффекта. Хоть бы поскорее.

Владислав потер небритый подбородок. Побарабанил пальцем по столу, а потом вопросительно взглянул на меня.

- Что? – вздернула в ответ бровь.

- В моем доме на девятом этаже продается студия. Очень дешево. Но сразу скажу, она маленькая по квадратуре. Владелец ее почти за бесценок продает. Помогу помочь выкупить, если вы, Надя, изобразите мою невесту.

Слишком заманчиво, но так ужасно. Я сама предложила, а так хочется теперь пяточками назад, даже несмотря на то, что у меня квартира может появиться в обозримом будущем. Смотреть в глаза его матери и врать ей. Ужас просто. Но как подумаю о той ненависти, в которой сейчас живу, тошно становится. Придется взять грех на душу.

Продолжение 4 главы

А если так подумать: вот не помогу я начальнику и женит его родня, а он потом разведется, дети будут расти в неполной семье, жена его останется разведенкой с прицепом. В воображении всплыли лица всех пострадавших от возможной женитьбы по договору между родными невесты и жениха, успокаивая мою истерзанную совесть.

- Договорились, - сказала я.

- Сто тысяч я вам переведу, как аванс. Договорюсь по своим каналам с банком и сегодня же позвоню соседу. Пара дней…

- А можно сначала посмотреть кота в мешке?

- Да, без проблем. Отвезу вас после работы. Ключ у меня есть. От своей суммы от сделки я откажусь, так что ваш долг банку будет ниже.

- Спасибо.

- Взаимно. Надя, я, надеюсь, вы сможете изобразить безграничную любовь ко мне.

Такое чувство, что начальник решил войти в роль заранее. Взял меня за руку, нежно провел по ладони и нащупал небольшую мозоль у основания безымянного пальца, набитую от швабры.

- Это будет трудно, но я постараюсь, - я сжала кулак и спрятала его под стол. – Только сделайте над собой усилие и хотя бы при мне не корчите из себя секс-символ. Никакого флирта, только голая сделка. Я-то вас как облупленного знаю.

Странный взгляд карих глаз прошелся по моему лицу, и бровь хотела было игриво подлететь вверх, но словно передумав, дернулась и вернулась место.

- Голая, так голая. Вряд ли вы меня хорошо знаете, Надя. Но ничего, мы это исправим, - подмигнул он мне.

Владислав встал и зашел к себе в кабинет, а я сидела и не понимала, отчего так жарко. Черт! Я же пуховик не сняла.

Что-то не нравится мне поведение начальника. Сам предложил нормальные условия и тут же включил харизму, чтобы… чтобы что? Соблазнить и обмануть? Как говорят "кинуть на деньги". Раньше от стенки меня не отличал, а теперь корчит из себя горячего мачо. Я злобно покосилась на табличку с его именем. Не выйдет! Я только что пошла на сделку со своей совестью, продалась ради кредита на квартиру, как грустно это звучит, и не позволю себя обмануть.

Взяла телефон и набрала Ксюшу. Долго ждала, пока не услышала сонное и раздраженное «Алло».

- Привет. Я не успею сегодня с садика детей забрать. Повисла тишина, а за ней последовал наглый вопрос:

- Это ты так мстишь?

- Нет. Это я так еду смотреть квартиру. Пока.

Оборвала звонок и какое-то время смотрела в пустоту. Стала замечать за собой, что периодически впадаю в оцепенение.

Потерла пальцами глаза - в них будто песок насыпали, - и порадовалась тому, что не успела накраситься. Могу себе позволить не волноваться за размазанные тени и тушь. Кайф какой!

Рабочий день получился довольно муторный. Нещадно клонило в сон. Особенно тяжело было сосредоточиться на официально-деловом стиле документов, которые тоннами прошли через мои руки, и через руки клиентов, соответственно. Я по нескольку раз перечитывала содержимое файлов и не могла уловить суть написанного. Ведь вроде по-русски, а так сформулировано, что без встроенного в мозг переводчика с юридического языка на человеческий язык не обойтись.

Мой переводчик, видимо, остался спать дома, и я страдала и ненавидела свою работу и свою жизнь.

Когда Владислав за час до окончания нашей трудовой смены, вышел в приемную со словами:

- Собирайтесь, Надя, на сегодня все. Поехали ваши новые апартаменты смотреть.

Я едва сдержалась, чтобы не выскочить из-за стола и не повиснуть у босса на его прекрасной шее. Хотя… такие стремительные действия развернулись лишь в моем воображении. На самом деле я, кряхтя поднялась на ноги, и с удовольствием разогнула затекшую спину. Усталость шептала жуткие предложения о том, чтобы послать сейчас на фиг эту квартиру, можно ее и завтра посмотреть, и пойти спать.

Ага. Спать. Детей накорми, напои, поиграй, срач за всеми убери и выслушай сто пятьсот претензий в свой адрес. Только тогда золушка превратится в тыкву, или в кого она там превращалась, и пойдет баиньки. И то не факт.

Поэтому взяла истерзанную волю в кулак и сказала:

- Добби свободен? Так рано? Я сейчас быстро тут все отключу и соберусь, - и зевнула в кулак.

- Мы бы еще раньше освободились, если бы кое-кто сегодня не работал как вареный овощ. Постарайтесь побольше спать.

Владислав смотрел на то, как я вяло натягивала пуховик и шапку.

- Да-да… Как только перееду, сразу высплюсь. Не переживайте.

Босс галантно распахнул передо мной дверь, а, когда я прошла мимо, сквозь толстый пуховик почувствовала, как его рука едва заметно легла на поясницу. Чего это он меня лапает?

Ошарашенно подскочившие брови вернула на место и недружелюбно их свела на переносице. Так-то лучше. Теперь можно зыркнуть на наглеца исподлобья пучеглазо.

- Владислав Исмаилович. Ру-ки! Не распускайте, - сказала я.

Ладонь с поясницы тут же убралась. Начальник тяжело вздохнул и покачал головой, как бы намекая на то, что ничего такого-этакого он не имел в виду, а так дружески поддержал. С полувзгляда понимаем друг друга. Вот что значит давнее знакомство.

На улице меня как всегда пробрала дрожь. Из-за недосыпа мороз чувствовался изощренной пыткой. Вообще не бодрил, а даже наоборот, намекал на то, что пропыленный серый городской сугроб самое то для сна. Только плюхнись в него и закрой глаза.

На стоянке было ужасно скользко, поэтому я забыла о гордости и вцепилась в предложенный боссом спасительный локоть. Так мы и дошли до его машины. Правда и я его несколько раз спасла от падения, чем очень в тот момент гордилась.

- Уф! Ну и гололед!

- Да уж. Садитесь в машину, Надя. У вас нос красный, а губы синие. Надо немного согреться.

Интересно, где это я могла согреться? В остывшем салоне автомобиля? Правда, надо отдать боссу должное, он быстро завел двигатель и сразу же после этого включил обогреватель.

Воздух стремительно теплел, мягкая езда убаюкивала, и глаза начали потихоньку смыкаться. Но я героически боролась со сном.

К счастью, дорога оказалась недолгой. Всего через несколько минут мы припарковались у довольно симпатичного подъезда.

Терпеть не могу недосып. Каждый раз он неподъемным грузом обволакивает все тело. Все делается невыносимо тяжелым: ноги, руки, голова и веки. Последние буквально пускались, словно к ресницам привязали гири.

В подъезд зашла и заметила сквозь сонное марево, что он весь довольно приятный и светлый, начиная с чистеньких стен, заканчивая серым кафелем, рисунок которого имитировал деревянные доски. Их я хорошо рассмотрела, потому что шла, глядя под ноги, не в силах держать гордую осанку и еле плелась за боссом.

Владислав нажал на кнопку лифта. За закрытыми металлическими дверями лениво зашевелились стальные тросы.

- Нам на девятый этаж, - сказал он.

Я кивнула и бессильно привалилась плечом к стене. Мелкая дрожь пробивала все тело. Казалось, что еще немного и усну стоя. Через целую вечность звякнул прибывший лифт.

Начальник во время поездки наверх что-то усиленно строчил в телефоне. Даже если он ищет новую претендентку на роль невесты, я все равно выбью из него договоренности. Мне очень надо съехать от любимых родственников.

Покосилась на него. Да нет. Не станет Владислав никого искать. Какие только бредовые мысли не посетят мою утомленную голову. Мы ведь с его мамой визуально знакомы. Другую девушку к ней он привезти не сможет.

Лестничная площадка была такая же аккуратная. Кто-то из жильцов выставил искусственное дерево, рядом поставили столик из темного дерева с крохотной столешницей на длинных резных ножках. Под столом расположился табурет. Этакий островок домашнего уюта. Обычно по таким деталям можно судить о том, кто будут твои соседи.

- Здесь, возможно, будете жить вы, Надя, - Владислав указал на дверь посередине, - слева от вашей двери живут Дроздовы. Очень интеллигентная семья. А справа я.

- Дружные вы тут, да?

- Есть такое. Предыдущий хозяин именно поэтому поручил мне продать квартиру, чтобы, так сказать, я мог подобрать нормальных соседей в нормальный подъезд. Вы отличная кандидатура, Надя.

Даже приятно стало. Вот это доверие! И сразу Владислав стал таким милым и родным, что я расплылась в улыбке.

- Спасибо за доверие и помощь. Вы чудо! – в порыве нежности взяла его за руку.

Владислав шагнул ко мне и стал внимательно рассматривать, при этом перехватил мою руку и нежно провел пальцами по моей ладони.

- Вы тоже чудо, Надя.

Низкий голос прогудел в каждой клеточке моего стремительно взбодрившегося тела. Что это такое происходит сегодня? Мамочки! Во что я вляпалась? Я ж так очаруюсь и буду страдать потом.

Я вырвала руку из его захвата. Ай-ай-ай, Владислав Исмаилович! Какой вы… профессиональный соблазнитель. Не прошло и дня, как я расклеилась от ваших ути-пути. Надя, тряпка, соберись! Тебе не нужны отношения с шефом.

- Не отвлекайтесь, Владислав Исмаилович. Вы хотели мне квартиру показать.

Босс усмехнулся и пошел открывать дверь, а я в растрепанных чувствах смотрела на его притягательную спину.

- Прошу, заходите. Входная дверь, смею вас заверить, очень хорошего качества. Сами посмотрите, проверьте замки.

Я без особого понимания провела нужные манипуляции с дверью, остро ощущая рядом мужчину, от которого я сейчас хотела только двух вещей. Первая, чтобы он оказался от меня за тридевять земель. Второе, чтобы посмотрел на меня страстно и поцеловал как в кино. Ужас какой! Срамота, а не желания. Босс и секретутка. Вот как это называется.

Зачем он вообще строит мне глазки? Может спросить его напрямую, без обиняков? Дала себе мысленную оплеуху. Ага, Надя, пойди и спроси: «Простите, Владислав Исмаилович, а зачем вы со мной флиртуете?» Глупо, очень глупо. Наверное, я все себе выдумываю. Человек просто хочет быть добрым, а я растаяла.

И все-таки надо расставить на всякий случай все точки над Ё. Чего не бывает. Интуиция подсказывает, что Владислав Исмаилович играет со мной как кошка с мышкой. Съест и не поморщится.

- Снимите куртку, Надя, тут жарко, - сам он уже успел скинуть пальто и аккуратно повесить его на стул. – Что-то вы без особого энтузиазма рассматриваете апартаменты. Не нравится?

- Я устала просто. Все нравится, спасибо.

Я кинула пуховик на сидушку того же стула. Он наполовину соскользнул на пол. Не стала поднимать. Осмотрелась вокруг. Н-да. Маленькая комнатка. Нельзя сказать, что тесная, но и особо просторной не назовешь. Бывший хозяин даже мебель не увез. В углу притаилась кухонька, которую отделяла от общей зоны барная стойка, она же выполняла роль обеденного стола.

Шкаф-купе на всю стену. Одна из створок зеркальная. Остальные под цвет стен и мебели бело-бежевые. Диван, кресло и компактный компьютерный стол.

- А мебель он вывезет?

- Нет. Захочешь – выбросишь. Но я бы советовал оставить на первое время. Техники нет никакой, кроме электрической печи на две конфорки. Это так к слову.

Босс встал рядом, его рука очутилась на моей талии. Я сделала шаг вбок высвобождаясь. Выпрямила спину и упрямо скрестила руки на груди.

- Понятно. Владислав Исмаилович, хочу прояснить один момент. Не стоит меня обхаживать. Я не буду с вами спать.

Некоторое время мы играли в гляделки. Потом Владислав шумно выдохнул и потянул меня к зеркалу. Взгляд у него сделался неприятным и немного мстительным. Словно я его только что очень обидела, даже ранила, и он решил мне отомстить.

- Что вы видите, Надя?

- Себя и вас.

Контраст был, как говорится, налицо. Вот я в своей балахонистой одежде и растрепанными волосами, и он весь такой в костюме и холеный. В груди душа перевернулась от унижения. Я выгляжу такой замученной и затертой. Как вообще могла подумать о… неважно о чем. Стыдно мне. Ой, как стыдно стало за себя.

- Все! Я все поняла. Моя затюканная внешность дает мне гарантию на то, что никакой романтики вы не предусматриваете. Правильно?

Мы смотрели на отражения друг друга.

- Да. Правильно.

- Могли бы и помягче эту информацию донести. Гад вы, Владислав. Можно я в ванную зайду?

Из глубины соседней квартиры послышалась трель дверного звонка.

- Это ко мне. Я вас оставлю ненадолго?

Я пожала плечами и скрылась в ванной. Там долго всматривалась в свое отражение. Хотелось плакать от обиды. С трудом сглотнула ком.

Блин! Он же никогда не нравится мне. Чего я ожидала? Чего? И почему настолько обидно?

Приблизилась к отражению и всмотрелась в покрасневшие глаза.

- Кажется, у нас с тобой затяжная послеродовая депрессия, Надя, хоть мы и не рожали никого. Надо с этим что-то делать. Например, привести себя в порядок, - дотронулась до волос. - Как говорится, что снаружи, то и внутри.

Открыла кран и умылась холодной водой, чтобы взбодриться и прийти в себя. В этот момент раздался стук в дверь.

- Надя, вы там долго?

- Я тут быстро, - ответила чуть грубо.

Ну нет у меня никаких моральных сил держать себя в руках. Да и ради кого? Дернула за ручку и вышла. Не обращая внимания на Владислава, достала из своей сумки бумажные платочки. Развернула один и прижала к лицу. Только затем позволила себе взглянуть на босса.

- Мне все нравится. Когда я могу сюда переехать?

Он неопределенно пожал плечами и ответил:

- Да хоть сейчас.

- Вы издеваетесь? Мне еще в банке надо подать заявку на кредит и прочее.

- Ладно, Надя, я сдаюсь. Переедете завтра. На самом деле, это моя квартира.

- В смысле, ваша?

Он криво усмехнулся и, сунув руки в карманы, перекатился с пятки на носок и обратно. Будто немного сам растерян.

- Я расскажу вам во время ужина. Вы ведь поужинаете со мной? - опять голос его приобрел проникновенные интонации, но встретившись со мной взглядом, босс прочистил горло и продолжил говорить как нормальный человек. - Я заказал нам доставку. В соседнем здании есть хорошее кафе. Повар мой знакомый.

Долго ломаться я не стала. Вот не хочу домой и все тут. Даже с Владиславом лучше провести время, чем с семьей, в которой мне все время напоминают, что я лишняя.

- Так уж и быть. Но предупреждаю: аппетит у меня отменный.

Он скептически посмотрел на мою субтильную фигуру, очертания которой еле угадывались в необъятной одежде.

- Что-то не похоже. Идемте, докажете мне на деле свою прожорливость.

Владислав Исмаилович подобрал мой пуховик с пола и указал на дверь.

Его квартира была совершенно другой. Стены серые. Линии лаконичные. Ни одной лишней детали. Коридор, наверное, размером один в один совпадал с той комнатой, которую я скоро, надеюсь, буду называть домом.

- Проходите, - он кивнул на открытую дверь.

Я сняла обувь и вошла в помещение. Как и в предыдущей квартире, эта комната была и кухней, и зоной отдыха. Имелся и выход на балкон.

- Это вам, - Владислав протянул мне шерстяные носки ручной вязки. – Будут немного великоваты, но лучше, чем ничего. Пол холодный, а тапочек у меня нет.

- Эм-м… спасибо.

- Надя, накроешь на стол? Я пока переоденусь.

Я немного опешила от слишком ласкового тона, такое чувство возникло, будто мы давно живем вместе. А еще он как-то резко перешел на фамильярное "ты".

- Да, конечно. Владислав Исмаилович.

Пока я хлопала дверцами шкафов в поисках посуды, мой шеф облачился в зеленый свитер и спортивные штаны. Такой уютный и домашний. Как же хочется жить с ним вот в такой вот мимолётной идиллии всегда! Стоп, Надя, тормози. Ты хотела наслаждаться тишиной и одиночеством в своей собственной квартире, а не обществом этого самовлюбленного индюка.

Мы вместе быстро разложили пюре с мясной подливой и овощной салат по тарелкам.

- Итак, зачем вы мне врали? – начала я допрос прокурорским тоном.

- Затем, что ты, Надя, до безобразия вредная. У меня какая-то психическая защита сработала. Предлагаю вот что. Ты можешь переехать в любой момент, ключи забирай сейчас. А я пока потихоньку займусь оформлением.

- Хорошо. А можно спросить? Зачем вам две квартиры?

Владислав поморщился и цыкнул на меня.

- Отныне мы обращаемся друг к другу на ты. Надя, ты ведь согласилась выйти за меня замуж, так что можешь называть меня Влад.

Тут я подавилась. Нельзя шокировать человека во время еды. Можно довести его до летального исхода.

Владислав нежно хлопал меня по спине. Больше потрогал, чем помог.

- Я на такое не соглашалась. Имею в виду замужество. Точная формулировка: «Сыграть роль невесты». Никаких "выйти замуж".

- Твоя взяла, но есть одно «но». Никто не поверит, что мы вместе. Ты не смотришь на меня как безумно влюбленная. Ну-ка, Надя, мне нужен взгляд полный страсти.

Он взял меня за подбородок и внимательно посмотрел в глаза. Лицо его было так близко, что дыхание наше смешивалось. Губы кололо оттого, что безумно хотелось поцелуя. Никакой во мне гордости. Я дернула головой, высвобождаясь.

Вот это да! Это я должна перед ним трепетать, а не наоборот! Я, может быть, уже влюбилась. Даже не так. Давно влюбилась. В отличие от некоторых. Господи, о чем я думаю?

- Вы тоже, знаете ли, не очень пылкий кавалер, - перешла я в наступление. - Все время проходитесь по моей внешности. Я не считаю себя некрасивой!

Что-то я сильно голос повысила. Обида прямо-таки выскочила наружу.

Владислав молчал. Даже не извинился за свое поведение. Я решила продолжить ужин. Дурацкий разговор получился.

- Я исправлюсь, - сказал он после долгого раздумья. – Посмотрим фильм?

На мой вопросительный взгляд он дал пояснение:

- Нам надо привыкнуть общаться в неформальной обстановке.

- Хорошо, - буркнула я.

Через несколько минут мы уже сидели на диванчике. Точнее, я взяла подушку и прилегла, а босс примостился у моих ног. Фильм мы выбрали легкий и приключенческий, но я, наверное, посмотрела пять минут от начала и сама не заметила, как уснула.

***

В комнате было темно, если не считать телевизора на стене, дававшего неестественный рассеянный свет. Надя уперлась ногами в бедро Влада и тихонько дремала. Потом и вовсе свернулась калачиком замерзнув.

Влад принес плед и накрыл спящую девушку. На лицо ей упала прядь волос. Он хотел было ее смахнуть, но отдернул руку. Игра с огнем. Вот как это по-настоящему называется.

Присел рядом с ней на пол, принялся ее рассматривать. Обычно он не позволял себе в принципе на нее смотреть. Слишком интересная у него секретарша. Она всегда такая противоречивая: спокойная и дерзкая, замученная повседневностью и жизнерадостная, нежная и грубая. Загадочная и одновременно простая донельзя Надя. Плачущая оптимистка. Красивая. Всегда считал ее красивой.

Потер колючий подбородок. До сих пор не мог понять, что уговорил ее на эту роль. Тем более не мог поверить в то, что она согласилась. Надя не падкая на деньги. До какого отчаяния довели ее родственники, что она перешагнула через свои принципы и добровольно пошла на странную сделку.

Надя всегда напоминала ему благовоспитанных девушек, оставшихся далеко, на малой Родине. Их выращивали идеальными женами, хранительницами очага. Но вот только Влад не раз становился свидетелем того, как честные и наивные девушки становились заложницами традиционного воспитания, если выходили замуж за недостойных мужчин. Прививая дочерям семейные и духовные ценности, нельзя забывать и о сыновьях. Вот тогда и семьи не будут разрушаться.

Ему стало интересно, в какой капкан попала Надя. Кто так щедро пользуется ее добротой?

Влад не удержался и провел пальцами по ее щеке. Кожа на ощупь оказалась такой, как он себе и представлял – нежной, прохладной, бархатной. Надя даже не шелохнулась.

Хотел было вернуться на свое место на диване, как услышал жужжание телефона. Звук исходил из-под Надиной сумки. На экране высветилась фотография парня и подпись «братик». Влад всмотрелся на изображение здоровенного детины. Поколебавшись, взял трубку и принял вызов.

- Надя, ты, где так задерживаешься?

- Добрый вечер, - тихо сказал Влад и поежился от раскатов собственного голоса. Басом шептать никогда не получалось.

На той стороне провода повисла короткая тишина, но братик быстро пришел в себя.

- Вы кто и где Надя?

- Я ее начальник. С ней все в порядке, она просто уснула.

Влад ткнул на значок камеры и показал братику спящую самым невинным образом девушку. Потом переключил камеру на себя.

- Будить ее не буду. С ней все в порядке. Беру ее до утра под свою ответственность.

- В смысле?!

- Подождите.

Пришлось понизить звук до минимума. Покосился на Надю, она спала как убитая. Даже шумный братик ее не разбудил. Влад решил уйти с телефоном в свою комнату.

- В прямом смысле. Имею в виду, что ваша сестра просто спит у меня на диване. Не переживайте. Спокойной ночи.

Когда он вернулся к Наде, фильм уже почти закончился.

- Вот и посмотрели вместе кино, - Влад поправил плед, выключил телевизор и положил на стол записку с инструкциями, где и что брать, если она проснется и решит принять ванну, и свои шорты с футболкой. При этом пытался избавиться от навязчивых фантазий о том, как Надя будет выглядеть в его одежде.

Решил больше не ошиваться рядом с ней. Оставив свет только в коридоре, ушел в свою комнату.

Глава 5. Меняю жизнь! К лучшему?

Утро было недобрым. Не может быть приятным пробуждение от похлопываний по щекам.

- Надя! Ты умерла, что ли? Вставай!

Хотелось нырнуть с головой под одеяло и спать дальше. Ну почему опять утро?!

- Ага, - сонно пробормотала я. – Лёх и сдох на вашем любимом диване. Знаете, о чем я мечтаю?

- Интересно. И о чем же?

- Спать до тех пор, пока не надоест.

- Несбыточная мечта любого взрослого человека. Переключитесь на что-то реальное и вставайте.

Господи, какой же Владислав противный. Вроде я у человека дома, а он словно в офисе находится. Внешний вид, наставительный и приказной тон голоса, пренебрежительная манера общения – все при нем.

Пришлось вставать. Еле разогнула затекшее тело и села. Ухо болело, я его, видимо, отлежала. Ощущения бодрости не было и в помине. Хотелось еще немного поспать. Как прыжок в ледяную прорубь, оживила меня внезапная мысль о том, что, скорее всего, мои родичи с ума сходят и за ночь обзвонили все морги и больницы. Тут я испугалась и резво вскочила с дивана.

- Черт!

Я, наверное, слишком трагично смяла в кулаке свой свитер и чертыхнулась, потому что босс сразу же разволновался.

- Что?

- Моя семья… они, наверное, весь стратегический запас валерьянки за ночь выпили, пока я тут дрыхла. Они же не знают где я!

- Все в порядке. Они знают. Я поговорил с твоим братом по телефону и все ему объяснил.

И тут разволновалась я. Остатки сонливости слетели с меня в одно мгновение. Лучше бы они все-таки валерьянку пили, малодушничала я про себя. А еще, как назло, телефон мой лежащий на столе начала настойчиво вибрировать. Не хочу даже знать, кто мне их родичей звонит.

Владислав тоже смотрел на экран телефона, разгоревшийся зловещим светом. Там отображалась фотография Антона. Босс перевел взгляд на меня.

- Надя, ты трубку брать будешь?

- Э-э-э… Нет. Что вы ему объяснили? – спросила я, игнорируя настырное жужжание.

- Все как есть. Надя, не понимаю причины паники. Ты взрослая женщина и скоро будешь жить одна, а родственники пусть привыкают к новым обстоятельствам. Советую перезвонить брату, - он кивнул на телефон.

Такой умный, что прямо бесит. Ладно, объясню ему на пальцах.

- Ничего вы не понимаете. Представим обратную ситуацию. Поздняя ночь. Вы на месте моего брата ищете свою сестру. Ее телефон поднимает какой-то непонятный мужик и говорит, что все ок! Ваша реакция?

Владиславу мой пример явно не понравился. На лице ходили желваки. Взгляд грозный.

- Убил бы обоих, - сказал гордый кавказец.

- Вот именно! Что за двойные стандарты, Владислав Исмаилович? Почему вы думаете, что по отношению ко мне будет иначе? Если он маме нажалуется, то она меня загрызет. У вас с ней много общего, кстати. У нее тоже двойные стандарты. Ей абсолютно по барабану, что я взрослый и самостоятельный человек. Одергивается она меня как маленькую девочку. Но в то же время я для нее чуть ли не старая дева и пора меня в утиль списать.

Владислав виновато на меня посмотрел.

- Я понял. Думаю, вам надо зайти в душ, а я пока что-нибудь нам на завтрак придумаю.

Я незаметно принюхалась к себе. Неужели воняю? Вроде не должна. Стало так неловко, что я стремглав бросилась в ванную, но даже раздеться не успела, как в дверь постучались.

Никакой личной жизни!

-Чего?

- Надя, ты одета?

- Вполне.

В ванную осторожно протиснулся Владислав с одеждой в руках. Что-то песочного цвета в упаковке и колготки без упаковки.

- Это платье моей бывшей девушки. Она его купила, но не стала его носить. Забыла здесь. И…

- И ее колготки, но им она успела придать нормальный б-ушный вид? – тут я мстительно слукавила, коготки не выглядели поношенными, словно их просто достали из упаковки, но передумали надевать.

Владислав немного сконфузился и сказал:

- Они чистые.

Меня, наверное, укусила абстрактная бешеная муха, потому что в глубине души я почему-то обиделась на Владислава. Сам с какой-то девушкой жил, а сестру прибьет, если она в неоднозначном положении окажется? А я, значит, в его восприятии, приравнивалась к легкомысленным девицам.

- А трусов нет? – желчь так и сочилась, но я ничего не смогла с собой поделать.

- Нет.

- Жаль. Может, я фетишистка. Чего не бывает? Хорошая, наверное, была девушка, порядочная. Поэтому вы все это храните? До сих пор в нее тайно влюблены и не можете избавиться от ее вещей?

Ага, щас. Влюблен он. Скорее всего ,эта кобелина не умеет делать генеральную уборку.

-Не довез до комиссионки… или до мусорки, - лицо у начальника сделалось такое, будто он сейчас потеряет терпение и самообладание.- Если не надо, то так и скажи.

Он хотел было развернуться и уйти, но я выхватила у него из рук одежду. Чего не бывает, может, мне подойдёт. Домой я не успею, а идти в мятой несвежей одежде, то ещё удовольствие.

- Вы меня уговорили, так уж и быть, оденусь в чужие обноски. Спасибо за заботу. И больше не трогайте мой телефон.

Владислав, перед тем как выйти, укоризненно покачал головой. Без слов отчитал за вредность.

И чего это я так развредничалась? Не мое это дело, сколько девушек ночевало у него дома и какие у него приоритеты в жизни.

Собралась в рекордные сроки. Почти как солдат. Только волосы сушила долго, целых двадцать минут.

Платье было очень приятным к телу. Мягкая шерсть и все такое. Не знаю, как оно на мне смотрелось в маленьком зеркале в ванной не разглядеть. Как я и предположила, колготки тоже оказались новыми, и что самое приятно для такой мерзлячки, как я, очень плотными и наполовину хлопковыми.

Босс сидел за обеденным столом и ждал меня. При моем появлении медленно просканировал мой новый наряд. А потом, словно спохватившись, поправил очки. Мне показалось, что ему понравилось. Приготовилась принять комплимент, но вместо этого:

- А ты быстро.

- Ага. Завтракаем и убегаем, иначе вы будете на меня ворчать из-за опоздания.

Владислав тяжело вздохнул.

- В следующий раз выберу немого секретаря. Теперь я понимаю, почему многие считают умение держать язык за зубами лучшим достоинством женщины.

Мой начальник в своем репертуаре. Ладно, обойдусь без комплиментов. Возможно, и не изменилось ничего в моей внешности.

Я села и начала стремительно есть бутерброд и запивать его крепким черным чаем без сахара. Даже не поняла, какой на вкус был мой завтрак. Мысли о том, что надо позвонить Антону, истерично носились в голове. Доедем до работы, и сразу же ему наберу, а то мало ли что он может себе нафантазировать. Я его успокою и когда вернусь домой, разговаривать о том, где я провела ночь, будет проще.

Перед выходом Владислав протянул мне ключи от соседней квартиры. Они так многообещающе лежали в его руке! У меня аж сердце громко застучало. Мои ключи или не мои? Вот в чем вопрос.

- Если ты не передумала, то я начну оформление сегодня.

Во мне заворочалась детская нерешительность. Сейчас надо сказать да или нет. По-взрослому осознанно взять на себя обязательства.

Не дала себе возможности испугаться. Меня замуж хотят сплавить, словно котенка приблудного, которого надо срочно пристроить в надежные руки. А все из-за того, чтобы я брату глаза не мозолила и не претендовала ни на что. Разве что на половину дачи, где сейчас наши родители живут.

И тут я решила, что смогу всего сама добиться. Кто не рискует, тот и дальше прозябает в унылой реальности.

- Я не передумала, - голос мой звучал неуверенно, будто я и рада отказаться от всей этой затеи, но выбора нет.

Владислав явно все понял и поспешил закруглить разговор, наверное, чтобы совесть не мучила. Взял меня за руку и небрежно уронил ключи в мою раскрытую ладонь. Они приятно звякнули.

- Замки там новые. Можешь начинать переезжать. Кстати, я клининг вызвал на сегодня. Эти прекрасные женщины вычистят и твою квартиру до самой последней бактерии. Это бонус к покупке, если что.

Моя квартира… как приятно звучит. Моя абсолютно стерильная квартира - звучит еще лучше! Мне там даже убирать не придется, прежде чем въехать! Красота!

Тут я не сдержалась и со счастливым визгом повисла-таки на шее у начальника. Ибо нечего быть таким хорошим. Но на этом я не успокоилась:

- Вот это бонус! Вы просто чудо, Владислав Исмаилович.

После этих слов я прижалась губами к небритой щеке. И тут почувствовала его руки на своей талии. Ну и рефлексы у него выработались за годы общения с женским полом. Решила ретироваться из спонтанных объятий, пока соображаю нормально. Мое одинокое «я» явно возжелало ласк с продолжением.

- Я рад, что бонус понравился, - сказал он это моим губам.

- Ага, - где я только нашла в себе силы вывернуться из его объятий? Не знаю.

Не хватало только в дополнение к новому статусу домовладельца добавить еще один: любовница начальника и соседа. Срамота, она и при своих хоромах срамота!

Самое ужасное, что темпераментная часть меня, очень воодушевленно откликается на слово «любовница». А ведь я ему не нравлюсь. Обидно, но факт. Чтобы не сойти с ума от неразделенной симпатии, не надо забывать об этом. Никогда у меня не будет романтики с непрошибаемым женоненавистником. Это дохлый номер.

До работы добрались сравнительно быстро, и я бы вообще не опоздала, если бы не Антон, поджидавший меня на парковке.

- Владислав Исмаилович! Проезжайте мимо! Там мой брат, - пискнула я, сползая ниже по сидению.

Неизбежные разговоры о провинностях не пугали моего брутального начальника, который снова посмотрел на меня как на дурочку и спокойно занял свое место на парковке.

- Надя, мне изобразить джентльмена и помочь тебе выйти, или ты сама как-нибудь справишься и выйдешь?

- Мой труп будет на вашей совести!

- А мой на вашей, - парировал Владислав. – Или ты думаешь, что этот грозный детина не захочет сейчас с меня шкуру спустить?

- Его зовут Антон. И, да, наверное, захочет. Может быть, не будем выходить пока, он не уйдет, а? Ну, пожалуйста!

- Мы встретим неприятности храбро, Надя, - пафосно сказал Владислав, еще немного и супергеройский плащ за спиной заколышется.

Мгновение и он на улице. Ладно, я тоже буду смелой. Еле вылезла из машины и слишком импульсивно захлопнула дверцу. На грохот обернулись оба. И начальник, который разволновался о целостности своей машины, и мой братик, который пришел разобраться со мной. Мамочки!

- Я случайно! – сказала им обоим.

Босс ничего не ответил, а вот Антон подошел ближе и спросил:

- Ты где была всю ночь?

Я метнула взгляд на Владислава и ответила:

- В гостях. Я уснула. Пожалуйста, не ругайся.

- У вас? – Антон обернулся к боссу и сжал кулак.

Владислава это ничуть не смутило.

- Да. Я же с вами разговаривал. Как и обещал с ней все в порядке, - он словно издевался.

Я вклинилась между ними.

- Антон, познакомься, мой начальник… Владислав Исмаилович, мой брат Антон.

Владислав понял мой маневр и дружелюбно протянул руку.

- Приятно познакомиться.

Его рука так и осталась висеть в воздухе. Антон свои широкие ладони демонстративно засунул в карманы куртки.

- Надя не такая девушка, чтобы по чужим квартирам таскаться.

Владислав на меня как-то странно посмотрел. Очень тепло, что ли? Я не смогла точно определить.

- Я знаю. Это была случайность. Я уважаю Надю и не хочу, чтобы вы о ней плохо думали. Повода нет. Она уснула, и мне было жалко ее будить. Видно, в последнее время мало отдыхает и много работает... не только в офисе. Довела себя до истощения.

Антон немного сконфузился. Совесть, наверное, шевельнулась в глубине его мохнатой мужской души. А Владислав Исмаилович не зря свой хлеб ест. Хитрюга-адвокат. Мне стало приятно, что он сейчас меня защищает.

- А как она вообще к вам… в гости попала? – Антон не унимался.

- Я у его соседа квартиру покупаю. Владислав Исмаилович мне ее показал и угостил ужином и вот, - я горестно развела руками.

Босс согласно кивнул.

- Раз уж мы все прояснили, то я пойду. Работа не ждет. Надя, можете опоздать на несколько минут. Приятно было познакомиться, - еще раз вежливо повторил мой любимый босс.

- Прояснили, но не все, - сказал ему в спину Антон.

Мы смотрели, как мой босс скрылся за дверями офис-центра. Потом переключились друг на друга. Повисло неловкое молчание.

- Че-то переволновался за ночь. Этот, - он кивнул на входную дверь, - нормальный мужик?

Я пожала плечами.

- Не знаю. Начальник он строгий, но не сильно придирчивый. И точно не самодур. Это все, что могу сказать.

Я как-то нутром ощущала, что сейчас будет то, что мне совершенно не понравится. Антон глаза отводит, немного отстраненно держится.

- Понятно. Как квартира? Нормальная?

Едва не начала восторженно описывать свои новые хоромы. Тогда я точно до работы нескоро дойду. Да и холодно очень. Лучше вечером куплю шампанское и какой-нибудь вкусный шоколад и все им с Ксюшей в подробностях расскажу. Может быть, помиримся, несмотря на то, что и не ругались вовсе. Они разделят со мной счастье. Это ведь действительно счастье… или нет?

- Тесная, но с хорошим ремонтом. И дешевая, что очень важно в моем положении. Владислав обещал оформить сделку в короткие сроки.

Антон скептически на меня глянул.

- Не обманет?

- Не замечала за ним мошеннических наклонностей. Его клиенты практически всегда довольны. Вряд ли он станет жертвовать репутацией, ради мизерной наживы.

- Хорошо, если так.

- Антон… ты маме с папой ничего не говорил?

- Нет. Не хотел их напрягать. Рассказал им только, что ты квартиру почти купила. Пусть порадуются.

- Спасибо. Я побежала, ладно? Не буду наглеть и задерживаться.

- Только вечером, чтобы как штык дома была. Разговор есть. Я детей сам заберу, Антон махнул мне и ушел, наверное, тоже на работу опоздал.

А я осталась стоять столбом. Вот ужасно не люблю, когда так делают. Теперь буду весь день думать, что от меня хотят Антон и Ксюша. А то, что она приложила к этому «разговору» руку у меня сомнений нет.

И все-таки сегодня лучший день за последние несколько лет! Я себя прекрасно чувствовала. Брат у меня молодец, а начальник просто душка. Все документы мне до конца рабочего дня оформил. Мы даже в банк съездили. Он, как и обещал, заплатил недостающую часть взноса на кредит. И наличие ключей в сумке приятно грело мне душу.

Правда, за пять минут до окончания рабочей смены в мою бочку меда заявилась-таки ложка дегтя – самая последняя бывшая девушка Владислава. На сетчатке моих глаз отпечатались: белая шуба, черные длинные волосы, завитые на кончиках и алые губы.

Она неприветливо на меня взглянула и вместо «здрасте» спросила:

- Он у себя? - при этом сделала такое лицо, словно ужасную вонь унюхала в приемной.

- Да.

- Занят?

- Сейчас спрошу.

Я встала и постучалась.

- Владислав Исмаилович, тут к вам, - я задумалась, потому что напрочь забыла, как ее зовут, - посетительница.

Тут меня грубо пихнули в сторону, но несмотря на это, девушка умудрилась достаточно изящно войти в кабинет.

- Это я. Ты рад?

Владислав счастливым не выглядел. Даже не улыбнулся ей.

- Надя, вы можете уже идти.

Я кивнула и вышла. Быстро собралась, отключила компьютер, а потушила заодно и взявшийся из ниоткуда огонек ревности. Удивительно просто. Мое сознание решило, что Владислав теперь должен быть со мной, а не с ней. Зарубила себе на носу, что мой начальник никому ничего не должен. Особенно мне. Это я ему теперь заплачу за доброту поездкой к родителям.

По дороге домой я, как и планировала, зашла в супермаркет и купила шампанское и шоколад. Гулять так гулять! - Люди! Я дома!

На мой окрик выбежали только мальчишки.

- Надя! – они прыгали вокруг меня.

Соскучились мы, оказывается, друг по другу, словно несколько недель не виделись. Опустила сумки на пол, присела и немного раскинула руки, чтобы мальчишки могли влететь в распахнутые объятия. Что они и сделали.

Продолжение 5 главы

По дороге домой я, как и планировала, зашла в супермаркет и купила шампанское и шоколад. Гулять так гулять! - Люди! Я дома!

На мой окрик выбежали только мальчишки.

- Надя! – они прыгали вокруг меня.

Соскучились мы, оказывается, друг по другу, словно несколько недель не виделись. Опустила сумки на пол, присела и немного раскинула руки, чтобы мальчишки могли влететь в распахнутые объятия. Что они и сделали.

- А что у меня есть?

- Конфеты! – радостно запрыгали единственные в мире мужики, которым я действительно нравилась. – Ура!

Я достала им по шоколадке, а эти предатели, получив вкусняшку, скрылись в своей комнате.

Пока я разувалась, в коридор выглянул брат.

- Пришла?

- Ага.

- Я из готовой кухни еды привез. Подогреешь? Жена мелкую спать укладывает.

- Хорошо.

Надо мне у Ксюши поучиться искусству вить веревки из мужа и окружающих. Прекраснейший навык.

Стол я накрыла быстро. Впрочем, дети по своему обыкновению не просидели с нами даже десяти минут. Быстро съели по котлете и убежали смотреть мультики, пока взрослые заняты разговорами.

После ужина я убрала со стола и достала из шкафа бокалы.

- Антон, открой шампанское. Будем праздновать. Ну, что же… Я почти купила квартиру. Остались сущие мелочи. Даже ключи уже у меня.

Ксюша посмотрела сквозь пока еще пустой бокал на меня и сказала:

- Чуть-чуть не считается, Надя, ты, как всегда, торопишься, но поздравляю.

Антон считал невкусным шампанское компотом с пузырьками, но чокнулся со мной и одним махом проглотил игристое вино.

- Надюш, от души! Хорошо, что у тебя будет свой дом. Что из техники надо? Я подарю.

Я глянула на Ксюшу. По душе ли ей щедрость мужа. Буду исходить от ее мимики. Если она совсем разозлится, то попрошу чайник, а если нет, то компактную стиральную машинку. Сейчас я не могу себе ее позволить.

Она сидела, потягивала мелкими глоточками напиток и подозрительно мило улыбалась.

-Ну-у… печь там есть. От прошлого хозяина осталась. И мебель тоже. Очень просто выглядит, но приятно. Больше ничего нет. Сейчас думаю как-нибудь выкрутиться и купить холодильник или стиральную машинку. Но машинка, конечно, важнее, - тонко намекнула я.

- Понял, - развеселился Антон.

- Да, - кивнула Ксюша. – Без машинки сложно, но продукты, где хранить? Постирать и в тазике можно.

Вот представила я себе такую стирку и ужаснулась. Во-первых - не хочу, во-вторых – лучше я кушать не буду. И вообще, можно покупать продукты, которые портятся не очень быстро, и готовить на один раз. Какой-то аттракцион невиданной щедрости слишком уж подозрительный. Холодильники бывают дороже стиралок, насколько я знаю.

- Квартиру без холодильника не сдашь, да и без машинки… Хотя это все быстро окупится.

Так вот оно что! Меня настолько удивили ее планы, что даже переспросить решила:

- В смысле «сдашь»?

При этом у Антона сделался смущенный вид, а Ксюша безразлично пожала плечами.

- Надюш, ты же понимаешь, что после вчерашнего мы просто не можем разрешить тебе жить одной. Ты вчера так безответственно поступила, как подросток. Мы тут испереживались. Дети до часу ночи не спали. Вот же непруха! И как я на них ребят оставлю?

- Может быть, они не спали из-за того, что вы их не уложили спать? - выразила я свою мысль как истинный капитан-очевидность.

Кажется, я попала в точку. Ксюша покраснела, а Антон смущенно кашлянул. Эти двое никогда без меня не оставались. Даже в отпуск брали любимую Надю с собой или оставляли дома с детьми. Рабовладельцы не хотят давать мне вольную, а разговоры о том, что во мне не так уж и нуждаются – обыкновенное сотрясение воздуха и больше ничего!

- Твоя мама тоже считает, что тебе пока рано жить одной, - безапелляционно заявила Ксюша.

- Тоже? Вы без меня шкуру неубитого медведя делили? Сколько мне, по-вашему, лет, что я должна разрешения спрашивать? У меня и работа есть и новая специальность почти в кармане. Даже заказы мелкие по дизайну уже выполняла… Да что я тут распинаюсь? Уж кто-кто, а в нашей семье инфантильна точно не я! Спасибо за приятный вечер.

На этих словах я ушла укладывать детей. Мои зайчата уснули довольно быстро, я же не стала по обыкновению перед сном сортировать игрушки и намывать полы во всей квартире, пока вещи стираются, а еще приготовить что-нибудь на завтра, если успевала. Даже гладить одежду на завтра себе, брату и мальчишкам не стала. С меня хватит!

Через некоторое время комнату заглянул Антон.

- Спишь?

- Нет.

- Надя, не артачься. Ксюша права, да и родители уже квартирантов ищут. Меня от его пиявки-жены натурально трясет!

- Я же ее не купила еще! – прошипела я.

- Так пара дней и все. Ты сама рассказывала, что начальник твой даже за один день такие дела решал. Родители документы у знакомых проверили. Говорят, все нормально. И дешево. Как раз без потерь ипотеку выплатим с денег арендаторов.

- Вы все решили, да ведь? Окончательно и бесповоротно?

Мне стало ужасно обидно и горько. Хотелось плакать. Почувствовала, как горячая слезинка скользнула по щеке и растворилась в подушке. Хорошо, что Антон свет не включил, когда вошел.

- Надь, ну сама подумай, так ведь лучше. А замуж выйдешь...

- Антон, я спать легла. Не хочу на эту тему разговаривать.

Дождалась, когда брат вышел и закрыл за собой дверь. Села и включила ночник. Вот надо именно сейчас решиться все бросить, иначе потом не получится. Утром родители вынесут свой вердикт и все, придется со всеми или разругаться, или оставить как есть.

Может быть, остаться ради детей? А потом что? Они вырастут, а я у них буду, как не пришей кобыле хвост, да еще и неустроенная по жизни, потому что в имитации чужой жила. И так много лет потеряла.

Я стала тихо собирать свои вещи. Хорошо, что они у меня только здесь лежат, а не по всей квартире. Получилось две тяжеленные сумки. Сверху еле запихала комплект постельного белья.

В коридор из спальни брата доносился шум работающего телевизора. Под крики актеров я ушла из дома незамеченной. Закрыла за собой входную дверь на замок. Спустилась на этаж ниже и вызвала такси. Машина приехала довольно быстро, но я все-таки успела замерзнуть. Перед отъездом демонстративно сфотографировала номер машины и отправила единственному нейтральному в моей жизни человеку – Владиславу. Он сразу же спросил:"?" Я ответила: "Случайно".

Моему удивлению не было предела, когда я увидела начальника, стоящего на морозе у дверей подъезда.

- Я так и знал! – довольно сказал он, словно пари выиграл.

Возможно, так и есть, просто поспорил он сам с собой, но ведь для этого необязательно торчать на морозе. Я еще раз на него посмотрела – кто этих мужиков поймет? Наверное, ему энергию некуда девать, вот он и прогулялся до первого этажа.

- Что вы знали?

Владислав усмехнулся и отобрал у меня сумки.

- Что ты в скором времени переедешь сюда, но даже подумать не мог, что это случится сегодня. Неужели, Надя, ты за одни сутки успела привыкнуть к свободе.

- Ни к чему я не привыкала. У меня вынужденные обстоятельства. Я фактически сбежала из дома.

- Взрослые люди обычно разговаривают, побег – удел недальновидных подростков, - умничал Владислав.

Как будто я не пыталась разговаривать! Пыталась, но у всех по отношению ко мне своя правда, мою – никто слышать не желает.

Я молча открыла дверь и пропустила навьюченного босса внутрь. Препираться и разговаривать не хотелось совершенно. Пусть думает обо мне что хочет. Сейчас меняется моя жизнь. Я словно в пустоту упала и лежу, боюсь двинуться, потому что, возможно, дальше ничего нет.

Грустно начинается мое перерождение. Неужели всегда и у всех так?

Коучи личностного роста говорят: «Чтобы изменить свою жизнь, выйдите из зоны комфорта, и тогда добьетесь новых вершин». Странное выражение. Выходить надо из зоны дискомфорта, потому что когда тебе хорошо, зачем что-либо менять? Можно только совершенствовать то, что есть.

И вот я тут. Выкрала себя из зоны дискомфорта, стою в лифте со знакомым незнакомцем и ищу вершины, которые буду покорять. Например, завтра пятница. Я улажу все возможные дела и на выходных покорю диван. Я буду спать до потери пульса, есть фастфуд, отключу телефон, чтобы никто мне не помешал познавать дзен.

Кстати, о вершинах, когда отдам долг Владиславу, начну ходить в спортзал и на всякие культурные мероприятия. Надо искать новых знакомых и формировать круг общения. Не может человек жить в социальном вакууме.

И вдруг я поняла, что нервы совсем сдали, когда не смогла попасть ключами в замочную скважину. Интересно получилось, вроде я сознательно ужасно спокойна, а организм сказал, что нет. Что мне плохо и нервы на пределе.

Владислав опустил сумки на пол, забрал у меня ключи и сам открыл дверь. Но войти самостоятельно я не успела. Он подхватил меня на руки и перешагнул через порог.

Я взвизгнула от неожиданности.

- Ты что делаешь?

- Ну как?.. Нельзя в таком унылом настроении перешагивать через порог нового дома. Плохая примета.

- А ну! Поставьте меня на место! Я не верю в дурацкие приметы.

- Я тоже.

Он аккуратно опустил меня на ноги и вернулся за сумками.

- Советую, сейчас лечь спать, иначе завтра снова будешь как вареный овощ. Сейчас подожди, за таблеточкой схожу.

В целом я с Владиславом была согласна, надо прямо сейчас ложиться, но не была уверена, что усну. Он словно точно понимал, какие страсти уныло плещутся в моей душе.

- Таблеточкой?

- Успокоительное. Не переживай, это не снотворное. Просто снимет тревожность, и через полчаса ты будешь спать как младенец.

Владислав вышел, но очень быстро вернулся. В руках у него была огромная коробка, на которой были нарисованы чайные чашки.

- Это таблетка. В упаковке пара штук осталась, а это чайный сервиз. Мне пару лет назад одна клиентка, школьная учительница, подарила. Я решил отдать тебе. Тут вообще нет посуды.

А из кармана толстовки как фокусник вытащил маленькую пластиковую бутылку с водой.

- Запей.

- Спасибо.

- Слушай, я вот что подумал. У меня дома скопилась кое-какая посуда. Я ею вообще никогда не пользовался. В общем, если ты не против, то отдам в надежные руки.

Стало неловко. Владислав меня жалеет. Это видно. Но и ломаться как-то не хочется, поэтому я ответила:

- Хорошо, я не против.

Я думала, что даже после таблеточки не смогу уснуть. Сердце стучало так, будто я бежала кросс, а в голове носились тревожные мысли о завтрашнем дне, когда моя семья узнает, что я ушла и придет на разборки. Разные предположения об их реакции на мое решение пугали меня.

Чтобы отвлечься, я решила погадать согласно старой примете и сказала:

- На новом месте приснись жених невесте.

И вот что странно, через некоторое время я крепко заснула и увидела во сне своего начальника. Хотя в этом нет ничего странного – он мне весь день глаза мозолил, вот подсознание и подсунуло мне его надоедливый образ.

***

На выходных в одном из арт-кафе города собирались организовать концерт "Романтика рока". Это объявление случайно попалось Владу на глаза, когда он листал ленту новостей.

Повеяло ностальгией о студенческих годах. Тем более что одним из организаторов мероприятия оказался его приятель, который просто с ума сходил по музыке, особенно по данному направлению.

Как-то сразу захотелось посетить мероприятие и взять с собой Надю. Судя по всему, она давно никуда не ходила. Да и памятный вечер в ресторане, остаток которого он провел в компании секретарши, стал наиприятнейшим воспоминанием последних недель. Хотелось повторить, но так, чтобы на этот раз она наряжалась для него и добровольно с ним сидела за столом.

Надя весь день разговаривала с клиентами, записывала встречи в календарь. Голос у нее был приятный. Влад вспомнил, как впервые услышал ее по телефону несколько месяцев назад. Он договаривался о встрече с бывшим арендатором офиса, тоже юристом. Тогда-то его и посетила гениальная мысль пригласить приятную в общении секретаршу к себе на работу. Надя согласилась, особо не раздумывая. С тех пор они вместе и только сейчас Влад с удивлением заметил, что с ним все это время работала очаровательнейшая девушка.

Влад написал администратору кафе с просьбой забронировать столик. Если даже Надя не любит рок-музыку, то лирические хиты точно придутся ей по вкусу. Они всем нравятся.

Из коридора донесся шум, а вслед за ним и стук в дверь.

- Владислав Исмаилович, к вам посетитель, - сказала Надя, приоткрыв дверь и решительно отступив в сторону.

Он вскинул голову - снова Маша. Мало ей было вчерашнего разговора.

- Это я! –пропела его бывшая, манерно взмахнув руками.

- Я вижу.

- Владик, будто ты мне не рад, - она обернулась на Надю. – Вы свободны, возвращайтесь на свое место.

Она говорила нарочито низким грудным голосом, приправляя его томным придыханием. Влад тяжело вздохнул. И что он в этой голой птице в искусственных перьях нашел?

Маша села, распахнув белую шубу так, чтобы выставить напоказ и длинные ноги, и ладную фигуру.

- Надя, если что, я буду кричать «помогите!», а пока иди.

Надя улыбнулась одними уголками губ, но выглядело так, словно ей действительно весело. Как всегда, потешается над ним, понял Влад. Он подождал, когда дверь закроется и спросил:

- Что ты хочешь на этот раз? Жить ты у меня не будешь, это мы вчера решили.

- Вредный ты, Владик, и глупый. Для своей секретутки купил платье в магазине моей подруги. Думал, я не узнаю. Она вчера в нем ходила. У тебя совесть есть? Доставка в шесть утра. Мог бы и кофе ей сварить вместо дорогих покупок. Она была бы рада. И что ты в этой моли нашел?

Маша капризно надула губы, а Влада стало подташнивать от ее вульгарного поведения.

- Ты пытаешься заставить меня оправдываться? Даже не думай мной манипулировать. Это все, что ты хотела мне сказать?

- Нет, не все. Мне нужны деньги. Я сейчас на мели.

- Я не даю в долг безработным, прости.

Маша ухмыльнулась. Она вела себя так, словно Влад был у нее в кармане. Стало интересно, как конкретно она станет вымогать у него деньги?

Ответ долго ждать себя не заставил:

- Я знаю, что ты ищешь подставную невесту.

- Уже нашел.

- Дай-ка догадаюсь: секретарша? – Маша хлопнула в ладоши.

Влад промолчал всем своим вид, выражая абсолютную незаинтересованность в разговоре.

- Это было несложно. Переспал с ней, чтобы задобрить, - она гадко усмехнулась. – Это компромат, ты ведь понимаешь? Что подумает твоя родня, если узнает, что ты водишь ее за нос?

- И у твоего молчания есть цена. Слушай, Маш, ты издеваешься? Я будто попал в дешевый фильм.

Она никак не отреагировала на реплику.

- Триста тысяч и мы в расчете.

- Шантаж уголовно наказуем, чтобы ты знала. Разговор на этом закончен. Одна минута и ты сваливаешь из моего кабинета. Иначе я забуду о том, что воспитание не позволяет мне обижать женщин, и спущу тебя с лестницы. Ну, как тебе такой расклад?

Маша держала лицо. Полуулыбка не сходила с пухлых губ.

- Я поняла. Уже ухожу, удачи тебе и твоей… покупной невесте. Ей ты, наверное, хорошо заплатил, - бросила она напоследок.

Маша ушла, оставив Влада в замешательстве. Все женщины одинаково меркантильные. Эту истину он еще в юности понял, когда на своей шкуре испытал предательство любимого человека. И Надя такая же, несмотря на всю очарование ее характера. Деньги портят людей. И их наличие, и их отсутствие. Он не понимал, почему вдруг обиделся на Надю. Ведь фактически между ними была только сделка и холодный расчет и больше ничего. Она не пыталась показать лучше, чем есть. Никакой симпатии, сказал он себе.

Через пару минут снова взял в руки телефон и немного поколебавшись, снял бронь со столика. Никаких свиданий.

Глава 6. Переезд и отъезд

Как-то непривычно и тоскливо оказалось жить в одиночестве. Так тихо. Даже кран не подтекает. Как спать в таких невыносимых условиях? Походила немного по комнате, попила водички, вновь легла на широкий диван. Поворочалась с боку на бок полчаса и вновь встала. Решила сходить к Владиславу за волшебной таблеткой. Время еще не то чтобы позднее. Возможно, он не спит. Проверила его по соцсетям. В мессенджере босс высветился в онлайн-режиме. Повезло.

Владислав открыл мне дверь практически голый. На нем были только какие-то штаны, явно надетые наспех.

- Слушаю, - сказал он.

Кажется, мне не рады.

- Э-э-э… Извините…

Я немного растерялась от его тона и вида, мямлила, стараясь смотреть ему в глаза, но не всегда получалось сдержаться, и взгляд пару раз предательски скользнул по голому торсу. Мой начальник явно любит посещать спортзал. Это видно по натренированным мышцам.

Дала себе мысленные оплеухи: Надя! Тряпка! Соберись. Это просто давно знакомый человек. Ничего не изменилось. Просто он сейчас выглядит как источник тестостерона в твоей практически пуританской жизни. Вот тебя и вырубило из реальности и как дурочку унесло в эротические грезы. Он тебе не рад.

- Я хотела попросить еще одну таблеточку. Не могу уснуть. У вас есть?

- Проходи, - он отступил и сделал приглашающий жест.

- Да не. Я тут постою, - сказала я скромно.

- Перестань ломаться.

- Да я и не думала… Ломаться.

Через секунду я рассматривала его мускулистую спину. Владислав ушел, оставив дверь открытой. Пришлось зайти и топтаться в прихожей.

- Проходи на кухню, - послышалось из глубины квартиры.

Я тихо вошла, он обернулся.

- Так и будешь в дверях стоять? Надя, не глупи, присаживайся за стол.

- Ага. А что вы делаете?

- Чай завариваю, как раз собирался пить. И, да, мы обращаемся друг к другу на «ты». Не забывай. Послезавтра утром выезжаем. У тебя есть время привыкнуть, наконец.

Его раздраженный тон меня покоробил. Чего это Владислав на меня рычит?

- Я вас… тебя отвлекла, да? Больше не буду мешать.

Привстала, но вновь плюхнулась на место после его приказа:

- Сядь!

Тут моя стеснительность лопнула.

- Не надо на меня так орать! Мог послать еще при входе куда подальше, если настолько бешу, а не приглашать в гости. Я вообще тебя не понимаю. Прости, но на чужих эмоциональных качелях я дома накаталась. Больше не хочу!

Перед носом появился стеклянный заварной чайник, внутри которого в крутом кипятке плавали какие-то цветочки и трава. Очень красиво выглядело. Рядом примостились две чашки и кусковой сахар.

- Это ты прости. Я немного на нервах, вот и сорвался.

Он сел напротив, усмехнулся и принялся пристально и беззастенчиво меня рассматривать. Мне стало не по себе. Почувствовала, что смущаюсь, и на лице начинает играть румянец.

- Обычно люди срываются на близких, на тех, кто поймет их и простит. Ты, получается, близка мне, Надя?

Я с сомнением покачала головой.

- Не думаю. Есть второй вариант: сильный позволил себе вызвериться на слабом. Вот это правдоподобней. Так что держи себя в руках, иначе…

- Иначе что?

Владислав откинулся на спинку стула и скрестил руки на груди.

- Иначе я буду драться.

Брови моего босса поползли вверх. Ну конечно, я же сразу проиграю в рукопашной. Это факт, но все равно с наслаждением стала представлять себе, как от моего удара у соперника вылетают изо рта выбитые зубы. Ах, мечты, мечты!

- Заманчиво звучит, - сказал Владислав. Вряд ли он читал мои мысли, и они ему очень понравились. Видимо, мой босс себе что-то совсем другое представлял в этот момент. Выражение лица у него было не кровожадным, а скорее предвкушающим. Поэтому я решила уточнить:

- Что заманчивого в драках?

- Тебе все расскажи. Будешь чай? Пока мы болтали, он заварился. Эти травы лучше таблеток. Бабушка моя собирала в горах. Я для тебя выпрошу у нее мешочек.

Я кивнула, и Владислав наполнил чашку из тонкого стекла и пододвинул ее ко мне.

- Не уходи от ответа, - не унималась я.

- В драках с сильным противником можно выпустить пар, а с девушкой, - он смерил меня недвусмысленным взглядом. – Драка с симпатичной девушкой, это скорее прелюдия.

Вот это поворот! Да со мной почти флиртуют. Опять.

- Это если девушка настроена на такой лад, а если ее взбесили чьи-то неадекватные выпады, то драка будет настоящей. Агрессивной я бы сказала.

- Страстной.

- Оденься. У тебя из-за наготы мозги набекрень.

Маска безразличия на моем лице, украшенная румянцем, трещала по швам. Это у меня мозги набекрень.

- Смущаю?

Владислав напряг и расслабил грудные мышцы. Притворяться стало совсем невмоготу, но упрямство взяло верх.

- Нет. Что я… голых мужиков никогда не видела?

Уже не только щеки, даже уши горели.

Владислав с довольным видом вышел, но вскоре вернулся в помятой футболке.

- Так лучше?

- Не знаю. Я же сказала, что мне все равно.

Чай был невероятно вкусным и странным. Я решила полностью сосредоточиться на нем, но игнорировать Владислава было нелегко.

- Оно и видно. Ты забыла?

- О чем?

- О том, что должна смотреть на меня влюбленными глазами.

Я посмотрела на него, нет, скорее злобно зыркнула. Издевается надо мной, изверг! Владислав все понял и весело рассмеялся.

- Надя, мы проколемся в первый же вечер. Такое чувство, что ты меня придушить хочешь. Нежнее будь.

- А сам-то! Смотришь на меня как на пустое место.

- Неправда. Я прямо сейчас тренируюсь. В краску тебя вогнал.

Владислав опять стал меня разглядывать так, словно я теперь тут сижу без футболки, и вдобавок резко обзавелась шикарным бюстом. И как это у него получается?

- Все! Ты победил. Я почти верю в твою большую и чистую любовь. А из меня актриса не очень, что поделаешь? Что есть, то есть.

- Да, выбирать не приходится, - воздохнул этот гад. – А не спится тебе из-за чего?

- Завтра ко мне на новоселье родители приедут. Волнуюсь. А еще не привыкла жить одна. И поездка наша. У меня повышенная тревожность сейчас.

- Ясно. Тебе станет легче, если я скажу, что нет причин для волнений?

- Э-э-э… нет. И не надо на меня больше так смотреть. Потренировался немного и хватит.

- Не могу, – пожал он плечами. – Вошло в привычку.

Я лишь мысленно покрутила пальцем у виска и подумала о том, что в таком случае у меня в привычку войдет безудержно краснеть. Ужас-то какой!

Выходные получились довольно насыщенными. Родня нагрянула шумным табором. Наверное, я нарушила покой всего этажа, но что поделать такова жизнь.

Все сочли мою квартирку слишком маленькой, но мизерная цена быстро взяла верх над теснотой. Еле разместились за столом. Стульев на всех, разумеется, не хватило, и я радовалась, что барная стойка высокая и за ней удобно стоять.

Чтобы дети не шумели, Ксюша сунула им планшет, на котором включила мультики. Мелкую она сплавила моей маме.

Я подготовила для родных довольно скудный праздничный стол, но никто не жаловался. Родители сами навезли кучу солений и пару банок открыли, чтобы разнообразить угощение.

- Миленько тут, - Ксюша оглядывалась по сторонам. – Если одной жить, то вполне нормально.

Она выглядела как человек, который находится на грани нервного срыва на фоне переутомления. Круги под глазами, лицо осунулось. Ее явно не порадовали дни без меня. Стало жалко детей. Я чувствовала себя предательницей, но не позволяла чувству вины взять верх.

- Да. Может быть, когда-нибудь мне повезет купить квартиру побольше.

- Молодец, доча, - похвалил меня папа. – Всегда говорил, что ты умница.

С его лица не сходила гордая улыбка. Он привез мне узенькую стиралочку и теперь пытался установить ее в специальном месте под раковиной. Папа у меня рукастый разберется и мигом все прикрутит ку надо.

Я заподозрила, что только он ничего не знает о недавних планах семейства запустить сюда квартирантов и о моем побеге. Не буду ему говорить.

Все остальные тоже молчали. Антон помогал папе, пока мама и Ксюша кидали на меня эмоциональные взгляды. Мама явно осуждала. Ксюша явно ненавидела.

Я же держалась так, будто все нормально и над столом не повисло напряжение.

- Хороший выбор, - наконец кивнула мама. – Ремонт и мебель тут такие… словно их мужчина подбирал.

- Ага, - кивнула я. – Здесь до меня именно мужчина и жил. Он оставил мне всю обстановку.

- У него хороший вкус. Я бы даже сказала брутальный и лаконичный, - добавила Ксюша.

Да, босс у меня такой и есть. До сих пор перед глазами его голый и прекрасный торс. Эх! Хотелось бы пощупать.

- Слишком серо. У меня депрессия скоро начнется в таких монохромных хоромах. С зарплаты я куплю яркие шторы и подушки на диван. Скоро здесь не будет брутально и лаконично, даже, наоборот, весело и ярко.

Ксюша пренебрежительно фыркнула:

- Как цыганча. Ты еще позолотой все укрась.

Я пожала плечами и добила ее:

- Ничего плохого в позолоте не вижу. И в своей квартире я могу быть кем угодно и делать что угодно.

- Стулья бы где-нибудь раздобыть, - прервала нашу перепалку мама. – Надо было нам хотя бы пару купить в подарок.

Решение этой проблемы у меня было только одно: вновь свалиться на голову начальнику. Он скоро проклянет тот день, когда продал мне квартиру. Я решительно встала. Мама и Ксюша озадачено на меня посмотрели.

- Сейчас у соседа попрошу.

- А ты тут с кем-то уже познакомилась?

- Ага. Мой работодатель живет на этом же этаже. Так что, если он дома, то, надеюсь, будет щедр к нам.

Владислав был дома. Увидев меня, он тяжко вздохнул.

- Что еще?

Говорил он тихо, но раскатистый бас не спрячешь. Его вопрос прокатился по коридору.

- Одолжите на вечер стулья, а? Я видела, у вас есть высокие.

- Пошли.

Еще один тяжкий вздох, словно я ему ужасно надоела. Почувствовала себя наглой попрошайкой и решила немедленно предложить обмен.

- Владислав…

- Влад. Надя, называй меня проще. Мы не на работе, - проворчал он.

- Спасибо за стулья. Давай, я тебе… э-э-э… дам что-нибудь взамен?

Его глаза за стеклами очков блеснули, словно он нечаянно нашел себе развлечение , которое скрасит унылый день. Подозрительно.

- Давай, - сразу оживился и согласился на мое предложение так, словно скрыл какой-то подвох.

Меня все сильнее и сильнее терзали смутные сомнения.

- Что попросишь? – взглянула на него с опаской.

- Ничего стоящего. Всего лишь поцелуй, - он постучал себя указательным пальцем по небритой щеке.

Всего-то? А я подумала, что он решил покуситься на святое: на мой выходной! Я бы на его месте, заставила должника отработать. Например, приготовить ужин, а после вымыть грязную посуду. Правду говорят: каждый раб мечтает обзавестись своим рабом. Прям про меня.

- Оригинальность так и прет, - фыркнула я.

- Ну, так соригинальничай - не целуй в щеку. Вперед, - Владислав сладострастно причмокнул губами.

Теперь тяжелый вздох вырвался из моей груди.

Владислав сейчас напоминал мне самовлюбленного красавчика из зарубежных фильмов. Ожидает, наверное, что я сейчас упаду в его объятия. Ладно, пойду у него на поводу и щас как поцелую!

- Хорошо. Только закрой глаза. Я стесняюсь.

Я встала и нашарила в заднем кармане джинсов телефон, быстро отправила ему сообщение. А потом наклонилась к уху как можно эротичнее прошептала:

- Все, мой красавчик. Можешь открыть глаза.

Выставила перед его носом нашу переписку со смайлом «поцелуй». Нормально же? Я думаю, достаточно креативно.

Однако Влад явно был со мной не согласен. Разочарованно взглянул на свой телефон.

- Что за ребячество?

- Не-а. Не ребячество. Креатив! Я с первыми встречными в губы не целуюсь. За кого вы меня принимаете? Все. Мы в расчете. Давай мне стулья.

- Наглая ты, - сказал он.

Отнес он их в мою квартиру сам. Когда мы вошли, почти все гости замолчали и замерли. Только дети не заметили перемены и продолжали уничтожать мою квартиру под звуки мультфильма из телефона. Влад как ни в чем не бывало поставил стулья рядом с барной стойкой и сказал:

- Здравствуйте.

Все сразу отмерли. Кто-то кивнул, кто-то даже вежливо поздоровался. Антон посмотрел на Влада, как на врага народа. Первая сориентировалась мама, она взглянула на новое действующее лицо в этот театре абсурда оценивающе. От нее не укрылось и то, что кольца на безымянном пальце Владислава не было. От босса внимательность моей родительницы тоже не укрылось. Он напрягся.

- Ой! – мило воскликнула она. – Вы - Надюшин начальник!

В маме проснулся капитан-очевидность и начал сыпать фактами и дальше:

- А мы тут новоселье справляем. Мешаем вам, шумим…

- Все в порядке, - поспешил вежливо уверить ее Владислав. – Это я не хочу вам мешать.

Он начал путь к отступлению, но мама ловко взяла его под локоть и подвела к столу.

- Что вы. Будем только рады, если вы разделите с нами скромный торжественный ужин.

Тут решила вмешаться я:

- Ма, Владислав Исмаилович, спешит по делам.

- В комнатных тапках? - усомнился папа.

- Э-э-э…

Я послала боссу красноречивый взгляд, говоривший «Придумай отмазку и беги!», но он явно решил отомстить мне за «поцелуй».

- Как я могу отказаться от вашего приглашения, - Владислав галантно поцеловал маме пальчики.

- Вот и чудно! Присаживайтесь.

Влад познакомился и очаровал почти всех моих родственников. Всех кроме Антона и Ксюши. Если первый на гостя смотрел слегка агрессивно – руки чешутся морду набить, - то его жена как змея, которая жаждет покусать и меня, и моего начальника. Только вообще не понимаю причин такой неприязни.

За столом вели светские разговоры, в ходе которых выясняли всю подноготную «холостого мальчика», как назвала его мимолетом мама. Мне захотелось провалиться сквозь землю, а Владу – сбежать.

- Ма! Владислав Исмаилович – убежденный холостяк. В отличие от меня. Не переживай, я еще встречу прекрасного принца на белом коне и сразу же выйду за него замуж.

Я ее не убедила, но своего добиться смогла – мама прекратила расспросы. Все равно она все, что надо узнала.

- Это хорошо, что мы познакомились, - сказал Влад. - Мы с Надей на несколько дней должны поехать в командировку…

- Вот как это теперь называется, - язвительно прервала его Ксюша.

- Не понял.

- Я свечку не держала, так что промолчу.

Щеки мои стали пунцовыми. Негодование и обида захлестнули меня.

Все опять застыли. Папа нахмурился и сжал кулаки. Только драки не хватало!

- Ксюша, ты чего несешь? – прошипела я тихо.

Мой босс же оказался достаточно самоуверенным и громогласным. Словно на суде в нашу защиту выступил и пошел в атаку:

- Но вы же не промолчали. Это была провокация? Кинули гранату в толпу и теперь хотите посмотреть, как она взорвется, кого зацепит, кому навредит, - он обвел твердым взглядом мою семью. – Между мной и Надей только деловые отношения. Вы воспитали хорошую дочь и отличного человека, - сказал он папе, - и, если я захочу за ней ухаживать, то вы первым об этом узнаете. От меня.

Влад уверенно ткнул себя пальцем в грудь, а я сидела и вспоминала, как он только что с поцелуями ко мне лез. Ну, актер! А так хотелось бы, чтобы действительно, кто-то серьезно подошел к ухаживаниям за мной, а не: иди на слепое свидание к сыну подруги. Авось снизойдет до тебя. Унизительно немного все это получилось.

Выждав пару минут, Влад откланялся.

Настроение у всех было странным. Ксюша явно пристыжена. Антон злился. Родители вполголоса обсуждали моего босса. Вердикт: хороший мужик, надо брать.

- Даже не думайте, - остерегла их я. – Он мне не нравится. Знаю его как облупленного.

- Вот это к лучшему, чем выйти замуж по слепой любви. Практичной надо быть, доча.

Я не стала возражать и рассказывать, что хочу непрактичные цветы, прогулки летом в парке, поцелуи, шоколад и походы в кино. А Влад считает, что о таких отношениях мечтают только маленькие, наивные девочки. Да. Я именно такая и есть.

После Влада ушли Антон с Ксюшей. Попрощались со мной довольно сухо. Мальчишки ревели и никак не хотели понять того, что я теперь живу не с ними.

Перед выходом папа зашел в туалет, а мама словно того и ждала.

- Надя, я понимаю, почему ты на ночь глядя переехала, - сказала она без предисловий. – И ты пойми, Ксюша не привыкла быть одна в семье. Как бы они с Антоном на почве быта не разошлись. Что тогда с внуками будет, страшно представить. Жалко их.

Мне стало стыдно, но я решила, что ездить никто на мне больше не будет. Надо взять себя в руки и отстоять себя.

- А меня не жалко? Почему тебе меня не жалко?

- Надя, ты переворачиваешь мои слова.

- Нет. Мама, а если я действительно замуж выйду? Как тогда вы будете меня эксплуатировать?

- Я, - мама осеклась, очевидно, что я поставила ее в тупик. – Вряд ли ты в скором времени выйдешь. Дети Антона как раз подрастут.

- Не буду им помогать. Они взрослые и самостоятельные, а им не раб!

Папа стоял в дверях немного озадаченный. Переводил взгляд с меня на маму и обратно.

- Она, права, - обратился он к маме. - Не лезь к детям, у каждого своя жизнь, а если хочешь помогать, то езжай к Антону и живи с ним.

Мама отрицательно потрясла головой.

- Но я… Там даже комнаты лишней нет. Я не могу. Ксюша ничего не умеет.

Папа кивнул.

- Научится. Пошли. Доброй ночи, дочка. Ты молодец.

Я стояла посреди развороченной квартиры и смотрела на дверь, закрывшуюся за моими родителями. Совесть меня мучила, и я точно знала, что ни в чем не виновата. Мне с детства внушали, что я всегда и всем должна. Надо привыкать к тому, что я должна теперь только себе.

***

В семь утра было еще темно. Влад поднялся полчаса назад. Не проспал он только благодаря Наде, которая позвонила ему. Он охрипшим со сна голосом буркнул в трубку:

- Алло…

- Вставай! В школу пора! – бодро приказала она в трубку.

Влад убрал телефон от уха и раздраженно посмотрел на него, как если бы он превратился в Надю. Сейчас он никак не мог понять человека, который мог так легко вскочить в это промозглое утро. Обычно он давал себе возможность полежать и спокойно проснуться и только потом вставал с нагретой постели.

Надя явно была из тех, кто бодро вскакивал и начинал новый день с хорошим настроением.

- Ты сейчас сделала реальным кошмар из детства. Минус десять очков из твоей кармы.

- Не ворчи. Собирайся, поехали. Я вообще очень великодушна, чтобы ты знал. Разбудила бы тебя еще раньше. Будь признателен за мою доброту.

Влад не чувствовал признательности. Зря он спланировал их поездку на такую рань и да еще и Наде это озвучил. Женщины такими, оказывается, пунктуальными могут быть, что аж бесят.

Во входную дверь тихо постучали. Влад вылез из постели и не стал одеваться - надо еще в душ сходить – мстительно пошел открывать настырной секретарше дверь в том, чем спал.

- Привет, заходи, - сказал он остолбеневшей Наде.

Она нарочито бодро улыбнулась и осторожно протиснулась внутрь. Без расшаркиваний направилась на кухню, бормоча под нос:

- Совсем совесть потерял. Кто незнакомых девушек в трусах встречает? Не на пляже ведь!

- Я все слышу вообще-то.

- А я все вижу.

Надя демонстративно прошлась взглядом по его телу, задержавшись на трусах.

- Осторожно. Меня воспламеняют даже взгляды. Я горячий парень.

- Пф! Окачу водой, чтобы все у тебя там… потушить. Влад, собирайся, мы опаздываем.

С Надей так всегда. Никакой тяги к бодрящему флирту. Пришлось топать в ванную. А когда вышел, обнаружил на столе завтрак и несколько контейнеров с едой в дорогу. В те прекрасные времена, когда он ездил один, вообще не заморачивался такими незначительными вещами. Поесть можно в любой забегаловке, которых по пути полно. Поэтому Влад спросил:

- А это еще зачем?

- Ну… Нам двенадцать часов в машине придется провести, а с нынешними гололедами даже больше.

Влад закатил глаза к потолку.

- Ты как моя мама. По дороге куча кафешек. Ты же не думаешь, что мы будем ехать без остановок?

Надя сконфузилась, но чай в огромный термос все же налила и бумажные стаканчики с крышками в пакет закинула.

- Я первый раз путешествую на машине, - проворчала она.

- Понятно. Давай есть и выходим, а то вечно тебя ждать приходится.

- Меня? Я со вчерашнего дня готова! – она указала пальцем в угол.

Надя оказалась девушкой практичной. Всего одна спортивная сумка с вещами и ноутбук. Но Влад все же решил удостовериться:

- Это все?

Надя, загибая пальцы, отчиталась о своих сборах так, словно говорила о проделанной работе:

- Ага. Сменная одежда — пара комплектов, платье с чужого плеча, которое ты мне щедро подарил, кстати, оно мне, несмотря на это, нравится, и одно вечернее платье, которое на свадьбу твоей сестры надену, одна штука. Все остальное на мне.

На ней были утепленные штаны, свитер, длинный новый пуховик и обворожительная улыбка на лице. Надя позаботилась о своем комфорте и была этим довольна.

- Знаешь, я у себя все отключила и воду перекрыла, и ты не забудь.

- Я не забыл. Ты, наверное, сто раз все перепроверила?

Рассмеялся Влад.

- Да!

- И все равно переживаешь, что что-то произойдет?

- Ага.

- Не волнуйся. Я наши ключи соседям оставил, если что они присмотрят.

- Хорошо, - все-таки разволновалась Надя, но решила за молчанием скрыть напряжение.

Скудные пожитки они легко отнесли к машине и закинули в багажник

В машине было промозгло, но печь тихо жужжала, обещая скорое тепло.

- Так, - сказал Влад, - инструктаж помнишь?

- Ага. Быть скромной, милой и очаровательной, чтобы тебе все завидовали.

Влад удивленно на нее уставился.

- Не помню пункта о зависти.

- Я пошутила. Не разговаривать со старшими пока не спросят. Ну и обычаи у вас варварские, кстати. Как налаживать связи внутри семьи, если даже говорить нельзя?

Вопрос Влада озадачил.

- Я не задумывался об этом, но если рассуждать логически, то это, возможно, помогает избежать ссор, пока люди не притерлись друг к другу. Уклад ведь меняется у всех с появлением нового человека в семье.

- Поверь моему опыту. С помощью молчания конфликта не избежать, его можно только отсрочить. Но спорить не буду. Традиция есть традиция. Мне несложно две недели молчать в обществе старших.

Они выехали из города в прекрасный зимний солнечный день. Небо раскинулось приятное и голубое на фоне снежных пейзажей, а бесконечная лента дороги тянулась как мысль. Надя спала, а Влад обдумывал ее слова, ее негодование. Она странно влияла на него. Пара фраз переворачивала устои в голове с ног на голову.

Глава 7. Невеста напрокат

Прикатили мы на место ближе к ночи. Я по дороге и поспать успела, и утомиться, сто пятьсот раз распереживаться. Ладони все время потели, ладони и стопы были ледяными. Меня просто трясло от осознания, что вот это вот все происходит не понарошку и меня везут на заклание. А еще совесть отягощала мою и без того расшатанную психику и настойчиво стучала ужасными мыслями из недр подсознания по темечку: "Ужас какой! Как я могла ради мнимого комфорта пойти на преступление? Боженька меня накажет!"

Сначала хотела заглушить ее стенания с помощью самого мерзкого хода из всех – найти виноватого. Искать долго не пришлось, так как виноватый собственной симпатичной персоной сидел рядом за рулем. Я на уровне чувств и эмоций уловила глухое раздражение, которое начал вдруг вызывать у меня Влад. Потом мысленно начала на него ворчать и обвинять во всех надвигающихся бедах. Чуть не начала скандал. Слава богу, вовремя сознала, что он, конечно, гад, но в принципе я могла и не соглашаться. Значит, сама виновата. Значит, совесть как древний монстр, опять зашевелилась, и надо было срочно придумать новое оправдание для себя.

И я его нашла. Опять же гаденько, но будет хоть немного легче через все это пройти, если меня в семье Владислава примут плохо. Ну вот не понравлюсь я им… А они мне. И будем терпеть друг друга все эти дни, фальшиво улыбаться, а потом взаимно обрадуемся. Я – когда спектакль закончится. Они – когда любимый сыночек и мамина радость, объявит им, что с этой мерзкой Надькой расстался и из-за нее разочаровался в женщинах и теперь помрет девственником. Хотя нет. Такой расклад его маму, мечтающую о внуках, не устроит. Да и никакой он не девственник!

Повернулась к боссу и внимательно на него посмотрела. Нет. Никто не поверит, что он будет после великого разочарования и разбитого сердца блюсти целибат.

- Ты о чем-то хотела спросить? – покосился Влад на меня. Наверное, я на него слишком долго пялилась.

- Э-э-э… Да. Вот если бы ты влюбился в кого-то по уши, а она бы вдребезги разбила твое бородатое кавказское сердце… Ты бы стал убежденным холостяком?

Он в ответ так раздражённо сжал челюсти, что желваки под кожей заметно прокатились..

- Надя, ты мастер задавать идиотские вопросы. Не отличись там… в кругу моей семьи. Лучше делай, как я учил: молчи.

Я обиделась.

- А ты хам и негодяй. Так настроение портить. Что я такого спросила? Просто хотела завести приятный разговор ни о чем, чтобы не скучно было.

- И завела его в тернистые дебри глупых вопросов. Я воздержусь от беседы. Спасибо.

Он включил музыку погромче, намекая, что все разговоры окончены, а решила, что все же взаимная неприязнь с его родными – хорошее решение. Но провоцировать ее специально я не буду. Все-таки уговор есть уговор. Вряд ли мы найдем общий язык, тем более мой будет все время за зубами. Сразу же подключилось воображение. Оно нарисовало суровую кавказскую семью, каждый член которой ял пищу не с вилки, а с кинжала. Не! Бред-бред-бред! Что за дикие стереотипы? Надя угомонись. Но это оказалось сложно. И почему нельзя отключить панику по желанию?

Тем временем мы проехали родной город Влада насквозь. Я толком ничего не успела рассмотреть, кроме хрущевок - визитной карточки всех городов русских и огней светофоров. На улице было промозгло и слякотно. Прохожих раз-два и обчелся. Затем мы снова вынырнули на скоростную трассу.

- А мы куда? – немного удивилась я.

- Моя семья живет за городом. Немного осталось.

И правда. Минут через десять мы уже стояли у металлических ворот. Из соседского двора истошно лаяла собака. На улице тьму-тьмущую разгоняли только свет фар нашей машины и желтые квадратики окон. Куда он меня завез, паразит! Я вышла из машины. Изо рта вырывались облачка пара. Холод сразу пролез под куртку. Ненавижу зиму!

- Ну вот, Надя, мы приехали в самый живописный тупик России. Я оглянулась вокруг и ничего живописного не увидела, но днем надеялась разглядеть. Дожить бы для начала до дня.

- Кто свой родной дом называет тупиком? – осуждающе покачала головой. – Аморальный ты тип, Владислав.

Калитка в воротах загремела и отворилась.

- Вот правильно ты его, - сказала девушка, вышедшая на наш стук. – Сам ты тупик!

Она бросилась в объятия Влада, и они заговорили на другом языке.

- Что-то вы долго.

- Так получилось.

Я молчала – начала соблюдать странную традицию. Не помню, можно ли с сестрами жениха разговаривать или нет. На всякий случай решила, что нет, а там разберусь. Хотя мне было, что сказать насчет нашего опоздания. Мы пару раз останавливались, чтобы поесть в «приличных кафе», ждали там по часу, пока нам приготовят, потом ели тоже не очень быстро и в итоге приехали с опозданием. Я вся устала в дороге, а Влад явно оттягивал неизбежное. Издевательство!

Вслед за девушкой вышла и мама Влада.

- Алана, отопри ворота, - сказала она строго, а затем тон ее потеплел, когда она увидела меня. – Ой! Это Надя?

Я молча кивнула и даже умудрилась выдавить из себя улыбку. Сердце стучало где-то в горле. От волнения меня начал бить озноб. Не надо мне так тепло улыбаться. Я же от этого еще сильнее перед вами свою вину чувствую.

- Девочка моя! Ты замерзла совсем. Идем, идем со мной. А вы тут машину во двор загоните. Ах да! И ворота не забудьте на замок запереть.

Ну, все! Миссия началась. Господи прости.

Я шла знакомиться с семьей «жениха», а по ощущениям с палачами. Я засунула руки в карманы куртки, но когда пришлось ее снять, оказалось, что в такие нервные моменты никогда не знаю, куда деть руки. Сложить на животе? В карманы брюк перепрятать? Их словно не было, а теперь вдруг выросли и начали меня раздражать. Решила держаться за край свитера.

- Папа ушел спать. Ему вставать на работу рано, - сказала сестра Влада, очень виновато пожав плечами.

Меня провели в столовую. Кухня выглядывала в это помещение сквозь широкую арку. Довольно уютно было здесь. Особенно мне понравились обои в мелкий цветочек и белоснежный старинный буфет, золоченые ручки, торчащие из маленьких выдвижных полочек, стали манить меня с первого взгляда. Хотелось поддаться детскому любопытству и заглянуть в каждую. За стеклянными дверьми стояли на подставках тарелочки и фарфоровые фигурки. Просто сказочно!

За столом, накрытым белой скатертью, сидела старушка. Седые волосы ее прятались за косыночкой. Пытливые и блестящие черные глаза рассматривали меня без всякого стеснения.

Я остановилась на пороге. Влад ничего не говорил о том, можно ли здороваться. Надо ли это делать первой? Получается как-то невежливо, как ни крути. Мысленно выдохнула, слегка облизала пересохшие губы и сказала:

- Здравствуйте.

Ну как сказала. Пискнула. Всего одно слово сразу же произошел конфуз. Я прочистила горло.

- Простите.

- За что извиняться-то? – как-то неловко погладила меня за предплечье мама Влада. – Смотри, Римма, это невеста Владика.

Женщина сияла так, словно сбылась ее давняя мечта, а совесть моя заскребла внутренности когтями.

Старушка тепло улыбнулась и похлопала сидушку стула рядом с собой. Я на деревянных ногах подошла и села, удивляясь: как это колени мои душераздирающе не заскрипели, когда согнулись. Сложила руки под столом и выпрямила спину. Прямо как выпускница института благородных девиц.

- Ай! Какая красавица! – воскликнула бабушка.

У меня в ответ запылали уши, я благодарно кивнула и улыбнулась.

- Надя, - Влад зашел на кухню, - я твои вещи в своей спальне положил. Мне вы, где будете стелить?- обратился он к матери и сестре.

- В зале поспишь на диване. Туда почти никто не ходит.

- Договорились. Чем будете угощать усталых и долгожданных гостей?

Его мама села рядом, отрезав все пути к отступлению. Я была окружена и почти сломлена дружелюбным приемом.

- Наденька, этот невоспитанный мужик прислал нам сообщение о том, что вы едете полчаса назад. В такую неловкую ситуацию поставил, что даже не знаю. У нас в холодильнике только лапша с курицей. Ты будешь? Или соленья какие из погреба достать?

- Нет, спасибо. Мы ужинали в придорожном кафе.

Даже мне стало неловко. Кто так делает? Бабушка, мама, сестра готовы сквозь землю передо мной провалиться. По их лицам видно. Чуть позже проведу с ним воспитательную беседу, почему сваливаться на голову людям нельзя.

- Тот ужин не считается, - заявил Влад.

Сестра налила ему суп с лапшой и подогрела его в микроволновке. Влад зачерпнул его ложкой и попробовал с таким видом, будто только что в его рот попал божественный нектар. Я даже сглотнула слюну.

- Зря ты отказалась, - сказал он мне.

Я все же еще раз отрицательно покачала головой.

- Ты что-то немногословная, - сказала его сестра.

- Это хорошо. Чем меньше женщина болтает, тем лучше окружающим, - сказал Влад и получил за это тычок от сестры, которая сидела напротив меня.

Красивая девушка. Волосы темнее, чем у брата, но я заподозрила, что она их просто красит в черный цвет. Светло-карие глаза с любопытством посматривали то на меня, то на брата. Скорее всего, я первая девушка, которую он привел домой.

- Как тебя угораздило с ним связаться? - спросила она.

Я молча пожала плечами. Чувствовала себя очень неуютно без возможности легко и непринужденно болтать. Лицо, видать, у меня было самым несчастным в этот момент, потому что прилетел новый вопрос:

- Он тебя что… связал и привез насильно?

Я вопросительно посмотрела на Влада: можно ли мне нормально ответить? Он кивнул.

- Не. Я с ним добровольно приехала, - нервно сказала я.

- Что-то непохоже. Он тебе говорить не разрешает?

- Эм-м… Влад предупредил, что у вас традиции, а я… как бы не против их соблюдать, - пробубнила я под нос. Неубедительно получилось. Никто не поверил, что я не против.

На моего босса уставились все. Перед этими женщинами сидел не давно любимый ими и всем знакомый член семьи, а новорожденный тиран, который запугал свою несчастную невесту.

- Мы что, - стала негодовать его мама, - в средневековье живем? Я, когда в этот дом пришла, ничего такого не соблюдала! А эта бедная девушка выросла в совершенно другой среде, ей и так трудно будет влиться в новую семью, а ты делаешь все, чтобы она сбежала!

- Кто-то же соблюдает. Откуда я знаю, возможно, и вы стали возрождать старую культуру. В некоторых семьях это вновь практикуют, - как ни в чем не бывало ,ответил Влад.

- Мы – нет!

- Ма, я давно говорила, что сын твой дебил, а ты не верила и вот, полюбуйся. Надя от нас явно сбежать хочет и думает: куда я попала? Надюш, расслабься, мы ведь без пяти минут все свои, но, так и знай, ты должна сделать из моего брата человека.

- Мой мальчик, - подключилась бабушка. – Ты зачем девочку напугал?

Влад обвел нас самоуверенным взглядом истинного вруна, на мне он задержался на мгновение дольше, чем следовало, и, и даже слегка прищурился. Вздохнув, резко сменил тему:

– Надь, ты, кстати, не знакома с этими великолепными женщинами. Это моя бабушка Римма, маму зовут Виолетта, а сестру Алана.

- Очень приятно. Алана, у вас очень красивое имя. Я, если у меня родится девочка, то, пожалуй, назову ее так же.

Над столом воцарилось недолгое молчание. Кажется, фраза прозвучала двусмысленно. Блин!

Первой очнулась мама Влада.

- Ты беременна? – ошарашенно спросила она.

- Я?!

- Да, - буднично ответил Влад.