Невероятные и Странные Приключения 2. Новое приключение

Пролог

— И что в итоге мы имеем? Сбежавших с поля боя трусов и пропавшего в пустоте миров лидера... Хотя... Вряд ли мы скоро о нём услышим, — Алзатот театрально поднял руку и откинул голову, изображая искреннее переживание.

Оставшиеся мегалиты, выжившие в том хаосе, с ужасом в мерцающих глазах смотрели на огромного змея, чьи каменные руки мгновение назад были готовы размозжить их ядра.

Последствия получения силы от прежнего лидера были налицо: жуткая слабость, разрывы элементальных нитей в телах, гниение и невозможность регенерации утраченных частей. Меньше всех это затронуло ледяного мегалита. Глядя на собратьев, Кред понимал, как зря тогда послушался Разжера.

— Но хватит этого лицемерия, — голос Алзатота приобрёл невероятный, почти маниакальный оттенок. — Что мы с вами будем делать теперь? Понять и простить мы не можем.

Чёрное древо, на котором, словно на троне, восседал змей душ, дрогнуло. С его ветвей вниз спустились две фигуры.

Из тени деревьев вышли жуткие мутанты.

— Может, мне попробовать сделать из ваших тел элементальных паразитов? Всё равно вы рано или поздно умрёте от теневой инфекции, которая разъедает вас. Она проявится у каждого. Ну так что... Пойдёте служить мне? Я смогу вас спасти. Сами вы с этим не справитесь.

Два монстра на острых хитиновых, паучьих лапах приблизились. Телом они напоминали людей, но вместо одной из рук у каждого была мощная, огромная клешня — как у краба, но шипастее и массивнее. У одного из рук свисали длинные шипастые хлысты, сплетённые в подобие конечности, у другого на тощей руке было всего три пальца. Головы походили на осьминожьи, но были твёрдыми, с десятком глаз каждый. Смесь муравьиной и жучиной пасти у одного и щупальцеобразные отростки вокруг клюва кальмара у второго дополняли образ.

— Как тебе мои творения, Кред?

Ледяной мегалит вздрогнул, услышав своё имя.

— Поражают... — уклончиво ответил он, отводя взгляд.

— Ах, как ты похож на своего предшественника...

Инстинкты взвыли. Рядом с ним, в нескольких сантиметрах, вонзился невидимый клинок.

— Я прекрасно знал твоего предшественника. Вас объединяет одна черта, которая всегда выводила меня из себя, — отвечать уклончиво и при этом смотреть в сторону... Ненавижу, когда кто-то в диалоге со мной отводит взгляд. Так что на будущее — не совершай подобных ошибок, хорошо? А то в следующий раз точно уничтожу.

Ледяной мегалит лишь коротко кивнул. Всё его существо невероятно трепетало перед мощью того, кто звал себя Алзатотом.

— Ну так что, пойдёте служить мне? — упиваясь их страхом, спросил Алзатот. Как будто у них был выбор.

И все ответили, что готовы служить. Кривая усмешка исказила его каменный череп.

— Вот и правильно. Видимо, элементальных паразитов я так и не создам... А жаль, было бы интересно попробовать... Но хватит о моих экспериментах. Нас ждут более важные дела, а именно... отловить сбежавшие активы, которые надрали вам и Альту задницу.

Глава 1

Во сне нет ничего хорошего. Особенно если сон — бесконечная бездна тьмы, в которой падаешь без конца.

Первотворец открыл глаза. Солнце только поднималось, но две Луны ещё были видны, хоть и не так чётко. Оглядевшись, он увидел... товарищей?

Возле огромных деревьев спали уставшие, побывавшие в своеобразном аду спутники. Он знал их имена, был с ними в бою, они помогали его собратьям... Но не мог назвать их иначе, кроме как «временные союзники». Геогигант, наконец восстановившийся, но всё ещё имевший провалы в памяти, громко храпел возле поваленных деревьев на поляне, где обычно и спал. Энергокрыл лежал рядом со Змеем, своим учеником, а Призрак нервно подрагивал во сне.

Первотворец понимал почему. Каждый раз после превращения в безумные формы Бес и Синесвет теряли силы и способность передвигаться. В прошлый раз Синесвет даже забыл, как говорить, а Бес не узнавал никого, кроме Призрака. Сейчас они где-то между мирами. Они попадут в один из них в любом случае, но что с ними станет потом... Хотя такое уже случалось, он всё равно переживал за собратьев.

Послышалось движение. Первотворец посмотрел в сторону звука. Хрустя костями и негромко зевая, проснулся Шрайктрон. Протёр глаза и встал, направившись к Скалку. Странноватый мутант был крайне загадочной фигурой, хотя по интеллекту не уступал Синесвету.

«Может, в их компании он как наш Синесвет?»

— Ох, посмотрим, надеюсь, за эту ночь ты не помер, Скалк...

Кайдзю положил ладонь ему на грудь и наклонил голову над его пастью. Грудь не вздымалась, но слабое дыхание было слышно.

— Ну ничего, мы тебя подлатаем, только бы до лаборатории дотянул...

«И почему он так за него переживает? Они же буквально случайно встретились. Зачем пытаться его спасать?»

Первородный поднялся на ноги и пошёл к выходу из леса, на ту самую равнину, где он и его стая впервые встретили Грома.

У озера он остановился и, зачерпнув в ладонь воды, выпил.

Он остался в форме гуманоида, сам не понимая почему. Может, чтобы в случае нападения было проще обороняться. А может, просто не хотел превращаться обратно...

«Ладно, это всё очень глупо. Бессмысленно. И пора с этим кончать».

Когда он вернулся на место ночлега, все уже встали и собирались идти в сторону равнины.

Там расположилась мобильная лаборатория, возле которой спали Шайтан и Атас.

— Так, бездельники, поднялись! — зарычал Шрайктрон, подходя к спящим подчинённым. Те повскакивали с виноватыми и сморщенными мордами.

— Быстро убирайте мобильную лабу и готовьте всё к взлёту! Сворачиваемся! И да, не забудьте, что нам этого поднять надо, — он махнул в сторону Скалка, которого нёс Геогигант, — готовьте большой шаттл для погрузки!

Фанод появился в небольшой вспышке вместе со Змеем и Энергокрылом.

— Нам нужно подготовить погребальные плиты для павших. А сразу после начинаем поиск Синесвета и Беса. Мне одному не справиться, раньше хоть Арк помогал...

— Хорошо, я услышал. Помогу, но Энергокрылу нужно восстановить энергетический баланс, поэтому его не трогай пока.

— Как знаешь. Жду тебя у погребальной косы, — Фанод исчез сразу после этих слов.

— Значит... всё? Это конец? — спросил Гром.

— Да, это конец. Ты вернёшься к себе, я — к себе, Шрайктрон — к себе, первородные — к себе. Тем более им ещё искать пропавших членов стаи. Так что да. Это конец, — подтвердил то ли для самого себя, то ли для Грома Апофис.

— Жалко, что всё так закончилось...

— Наоборот, хорошо, что закончилось. Надеюсь, что навсегда.

Гром вздохнул. Он и сам понимал, что это был временный союз.

«И чего я, собственно, ожидал? Это было понятно с самого начала».

Первотворец подошёл к Грому и Апофису.

— Ты же поможешь мне вернуться?

— В Пустоту? — уточнил Первотворец.

— Да, именно туда, — кивнул ему мечник.

— А тебя куда? — спросил он у Грома.

Глаэдр вздрогнул.

— Мне...

— О, как это мило, первородный помогает вернуться домой каким-то букашкам... Мило.

Голос незнакомца, нарушившего мирное утро, прогремел как гром.

Все обернулись. Во вспышке ослепительного голубого сияния появился огромный змей, сотканный из энергии. Череп его был каменным, тело имело редкие каменные вкрапления, а хвост оканчивался своеобразным факелом, пылающим синим огнём. Вокруг тела парили две каменные руки, разделённые на плечевые, локтевые и кистевые части, с рассечёнными пальцами, что оканчивались острыми когтями.

Геогигант взревел и выстрелил лучом энергии. Змей взмахнул хвостом, создав три магических круга, из которых полетели острые нефритовые копья. Апофис только успел вытащить меч, а Гром лишь дёрнулся, как «Череп» ухмыльнулся, словно наслаждаясь моментом. Медленно подняв конечность, он щёлкнул с каменным треском — и все, кто успел отреагировать на угрозу, и те, кто не успел, и даже те, кто не проснулся, застыли на месте, не в силах сдвинуться.

Опустив с той же театральной медлительностью свою конечность, «Череп» вздохнул так печально и так фальшиво, что Грома передёрнуло от отвращения.

— Вы такие отчаянные в своей пустой попытке сразиться со мной... Ах, это так печально... — он закрыл свои «глаза» конечностью и запричитал, но тут же злобно рассмеялся, убрав её. — И так глупо. Вы серьёзно думаете, что можете одолеть меня? Если того идиота вы смогли провести и сбежать, то со мной так не прокатит, не-не-не...

Он улыбнулся.

— Я Алзатот, если кому интересно. И ваш новый надзиратель... Надеюсь, вы будете паиньками, и мне не придётся сильно вас ограничивать... Я всего лишь сделаю из вас... Ах... Столько идей... Какую же выбрать... Хотя нет, зная первородных, кто-то мог улизнуть, поэтому на всякий случай позовём подмогу...

Снова щёлкнув пальцами, он вызвал сияние, из которого на земле возникли фигуры.

Змея передёрнуло от отвращения. Первотворец же наконец осознал, что стало с паразитами.

В тени Алзатота толпились семь высоких мутантов, отчасти похожих друг на друга. У кого-то были клешни краба, у кого-то — жало скорпиона, щупальца или жучиные ноги, а один имел две головы и четыре руки.

— Ну что, как вам мои творения? — ехидно усмехнулся Алзатот.

— Ужасные и мерзкие твари. Прямо как ты, — раздался грубый голос Геогиганта. — Мерзкая каменная рожа с нездоровыми наклонностями, судя по твоим «творениям». Куски гнили.

— О, а вот с этим я не согласен. Я прекрасно понимаю, что творю и что так нельзя. И мне очень нравится нарушать правила. Ну, потому что это весело. И МОИ ДЕЛА ТЕБЯ КАСАТЬСЯ НЕ ДОЛЖНЫ!

Давление обрушилось на Геогиганта. Но тот не согнулся. Наоборот, засветился и зарычал.

— Ну давай, попробуй меня сломать, тварь!

— М-м, нет.

Геогиганту прилетело по затылку камнем, поднятым Алзатотом. Потеряв сознание, первородный рухнул на землю, более не сдерживаемый оковами телекинеза.

— Ах, как же жалко, что вы все такие ничтожно слабые... Вы не представляете, как сильно меня это радует и одновременно злит... Но хватит, пора делами заняться... Мутанты, тащите спящих, а я всех остальных...

Как будто бы тонул. Но свет проникал в воду тускло, едва освещая бездонные воды. И в этой вязкой, холодной пучине медленно погружался Скалк.

Он пытался протянуть руку к свету, но не мог пошевелиться. А когда выдохнул, облако пара мгновенно превратилось в льдинки.

И вот он уже лежит в пещере, созданной изо льда. Холод пронизывает тело, а разум в лихорадочном жару тщетно пытается согреться, замерзая всё неумолимей.

Усилием воли ему удалось открыть глаз. И в отражении ледяной глыбы он увидел себя... своё искалеченное тело и оторванные конечности...

«Кто ты...»

Картина вновь сменилась. Кадр был не лучше. Стоя на поле брани, не видя ничего, кроме пепла и пламени, он тяжело дышал, а его тощая фигура возвышалась над землёй.

— НЕЕЕЕЕТ!!!!

Боль пронзила его слева, ослепив, а после он почувствовал, как лишается верхней части тела.

«НЕЕЕЕЕТ!»

Кадр сменился вновь. В ослепительных вспышках света во тьме рисовалась жуткая картина сражения, но не было понятно, кто с кем. Лезвие, прямое и чёрное, блеснуло в лучах солнца, прежде чем обрушиться на тьму.

«НЕ ПОЗВОЛЮ!»

Он дёрнулся. Но его обволакивала тьма. Тогда он попытался снова. И снова. И снова.

И лишь когда ярость в нём вскипела, ему удалось сконцентрироваться и разорвать невидимые оковы.

С громким треском развеялся телекинез Алзатота. Почувствовав это, тот повернулся как раз в тот момент, когда Скалк поднимался. К нему тут же бросились мутанты, но, утробно проворчав, ледяной мутант рванулся в сторону, возникнув за спиной одного из них. Тот физически не успел отреагировать. Скалк раскроил его своей рукой на две неровные части.

Второй оказался умнее: плюнув в него чем-то едким, он ударил многочисленными шипастыми щупальцами, из которых сплеталась его конечность, вогнав шипы в землю под ногами противника.

Оторвав вылезшие из-под земли шипы, Скалк в мощном прыжке подлетел к мутанту и уже хотел размозжить ему голову, но его развернуло, подставив правый бок перед мордой твари.

Алзатот хмыкнул и сделал жест рукой, словно хватая его.

Но, мгновенно рассеяв телекинез врага, ледяной мутант сплёл свои четыре конечности со спины в подобие жил или костяных структур, на которых с невероятной скоростью начал нарастать лёд, создавая заострённую пику.

Всё длилось секунды. Мутант успел отклониться, но острая конечность-пика настигла его, пробив грудь насквозь и приморозив к земле.

Тяжело дыша, Скалк повернулся к Алзатоту и увидел скованных друзей. Что-то мелькнуло у него перед глазами.

— Алкирахарэнис, — мягко произнёс Алзатот, и его лицо на секунду помрачнело, будто он вспомнил что-то неприятное. — Из-за тебя я вспомнил этот бесполезный термин... Эх, какая жалость... Но игры кончились, мой друг. — Он вновь улыбнулся, и телекинез невероятным давлением обрушился на Скалка.

Тот, едва стоя на ногах, и не думал склоняться под тяжестью. Наоборот, он посмотрел врагу чётко в глаза. Тот ответил тем же. Два одинаковых белых глаза смотрели на мутанта, пока тот вглядывался в него своими сузившимися глазами-щелками.

— Гляделки — это хорошо, но, пожалуйста, прекрати. ТЫ МЕШАЕШЬ

Давление утроилось.

Скалк взглянул на закованных друзей. На Апофиса, Грома, Геогиганта, их союзников...

«Я н......да не б.....шу вас, б....т.....я.....»

«........ БЕГИ! МЫ ЗАД....... ЕГО....»

«НЕ ПОЗВОЛЮ»

— Ильрос Вельрантад... — его рука сжалась в кулак.

— Что ты там бормочешь? Я не слышууу, — показательно приложив ладонь к тому месту, где должны быть уши, протянул Алзатот. — А вообще, какое мне дело? Если сейчас ты внезапно сможешь сломать оковы, я совсем не удивлюсь, но это будет неприятно. Ну так что? Раскроешь все козыри? Или будем играть в долгую?

Насмешка. Пренебрежение. Безответственность. Гордыня.

Как это бесило...

Скалк натурально затрещал. Как трещит лёд, откалываясь от ледника.

— О, я оказался прав. Сейчас будет внезапный прилив силы. Ты не первый такой, но самый интересный из них... Разве что интереснее был только тот странный со стихией... Эхо... КАКОГО?!

Скалк разогнулся и заорал несвоим голосом. В ответ небеса словно дрогнули. А за ним на мгновение, будто вспышка, возникла огромная ледяная фигура с непропорциональными конечностями.

Как только Алзатот выкрикнул последние слова, его придавила сзади огромная глыба светящегося синего льда.

Такие же три куска рухнули с неба из ниоткуда, своим падением создав волну, подавляющую магию. Исчезло давление, исчезла боль, но исчезла и магия. Лишь сила стихий странно резонировала с этими мерцающими глыбами.

— И всё же ты оказался интереснее того непонятного создания Эхо! Гораздо, гораздо интереснее! Но я не могу понять, ОТКУДА У ТАКОГО, КАК ТЫ, СИЛА НЕБЕСНОГО ЛЬДА? ОТКУДА? ОТКУДА! — заорал раскалывающий лёд Алзатот. — ТЕПЕРЬ ТЫ ТОЧНО НЕ УЙДЁШЬ ОТ МЕНЯ! Я ЗАПОЛУЧУ ТЕБЯ! ТЫ БУДЕШЬ МОЕЙ НОВОЙ ИГРУШКОЙ!!!

Но новая глыба, меньше первой в разы, ударила по показавшему свою безумную суть врагу.

Смотря то на не понимающих, что делать, союзников, то на вырывающегося из ледяного кокона Алзатота, Скалк что-то пытался решить.

Но когда в него врезался обломок льда, а следом — мощный громовой разряд частично высвободившегося врага, он более не раздумывал.

Рванул к союзникам.

— БЕГИТЕ ПРОЧЬ! — заорал он, и его левый глаз превратился в жёлтый, а правая конечность обрела форму четырёхпалой руки.

— Что ты задума... — успел крикнуть Гром, как вместе со Шрайктроном исчез во вспышке.

Следом так же исчезли Первотворец и Апофис. А затем он, с усилием направив луч света на Геогиганта и Энергокрыла, заставил их исчезнуть.

Но он не успел телепортировать Призрака, Змея и двух мелких кайдзю, как получил мощной волной огня слева и был отброшен в свою же ледяную глыбу.

Останки мутантов, не переживших падение льда, валялись по всей равнине. Чуть потрёпанный Алзатот поднялся и, громко смеясь, попытался что-то сказать.

— О, ЧЁРТ ВОЗЬМИ, Я ОКАЗАЛСЯ ПРАВ! ТЫ ДЕЙСТВИТЕЛЬНО ОЧЕНЬ КЛИШИРОВАННЫЙ ПЕРСОНАЖ! Но твоя помощь друзьям ничтожна. Ведь я смогу сделать так, — он щёлкнул пальцами, — и более они не смогут пользоваться ни магией, ни силой стихий. И мне останется только переловить тех, кто улизнул, ибо не всех ты успел телепортировать... Вот, например, этих двух мелких... Второй такой жалкий... Думаю, тебе лучше не жить на этом свете. — Луч энергии пробил голову Шайтана, и тот упал замертво.

— А чтобы не регенерировал... Добавим вот так. — С его ладони сорвались три белых молнии, ударив в живот, оторванную голову и грудь.

Произошёл взрыв. Из обугленного тела выкатилось почерневшее ядро.

— Ах, какой я молодец! Минус один ничего не значащий для меня раб... Надо было так поступить со всеми вами... Жаль, не додумался раньше. Умри. — Молния сорвалась уже в сторону Призрака.

— НЕ ПОЗВОЛЮ! — Рев ветра и вой стужи сплелись в этом крике. Все трое исчезли во вспышке света, а Скалк, потеряв сознание, упал на спину.

Алзатот до хруста сжал кулаки, но этого промедления мутанту хватило, чтобы создать вокруг себя ледяной купол.

Притянув запечатанную глыбу к себе, Алзатот осмотрел её.

— Всё равно это тебя не спасёт, мой хороший. Ты не первый, ты не последний... Я достану тебя из этого панциря... Рано или поздно... А впереди у нас — всё время мира...

Злобно рассмеявшись, он исчез во вспышке света.

А наблюдавший за всем этим издалека Фанод в отчаянии ударил головой о камень и исчез в небольшом сиянии, отправившись искать хотя бы Геогиганта и Энергокрыла, пытаясь поймать их смутные сигнатуры.