Неведьмина работа

Глава 1

— К-к-куда? — мне показалось, что я ослышалась.

Ректор кашлянул и повторил:

— Городок Кривое копытце вблизи Велесова урочища.

— Копытце?

Видно, на моем лице что-то такое отразилось, раз господин Зигмунд решил объяснить:

— Весьма почетная должность помощника мага. Он там единственный на тысячу верст. Примете дела и отпустите старика на заслуженный отдых. Быстрый карьерный рост.

— Карьерный рост? — я хлопала глазами и никак не могла сообразить, как мы дошли от поздравлений за самый высокий средний балл среди выпускников Ковена в этом году до работы в каких-то Копытцах. А как же должность помощника Верховного мага у градоначальника столицы, которая освободилась месяц назад и была самым лакомым кусочком для любого выпускника? Но в Светограде хороших мест было предостаточно, я бы с радостью согласилась на любое из них.

Господин ректор раздосадовано цокнул языком:

— Как будто в ссылку вас отправляю! Нам, может, нужны на местах ответственные маги, а вы так отказываетесь, словно я на болоте предлагаю жить. Скажите спасибо, что вы не ведьма, а то лежит у меня тут одно направление…

— Спасибо, — едко ответила я и спрятала руки в складках юбки, скрывая нервозность.

— Ну так что, госпожа Элина, поедете? — с надеждой спросил ректор, — Зарплата хорошая, полное довольствие от Ковена, покрытие всех расходов на переезд. Дорога порталом.

— А подумать можно? — голос мой дрогнул, потому как я уже подозревала, что ответит мне господин Зигмунд.

— Нет, отправляться нужно сегодня. Решайтесь быстрее, уйдет ведь место. Сами посудите — такие на дороге не валяются.

— Не валяются… — уныло повторила я.

— Вот и молодец, вот и поздравляю, — подскочил ректор, схватил меня за руку и принялся трясти. — Никогда в вас не сомневался, госпожа Элина! На таких выпускниках мир и держится. Вы вещички быстро собирайте, да отправляйтесь в портальный зал. Там вас уже заждались!

Он всучил мне выстраданный диплом мага, который я безо всякого пиетета засунула в карман, и, проводив до двери, захлопнул ее за моей спиной. И уже там, в приемной, я вдруг поняла, во что вляпалась. Это рядом со столицей еще можно было думать о переводе на другую должность, строить планы и заводить полезные знакомства. В глуши же… Я помотала головой, пытаясь сообразить, как выпутаться из этой ситуации, но и тут подумать мне не дали. Секретарь господина ректора старательно отводил глаза. Он молча кивнул, протягивая уже подписанное направление на работу. Заранее, судя по всему, подписанное! И ведь не сомневались в моем согласии отправиться в… как там? Кривое копытце?

Во дворе было шумно. Еще бы — весь наш курс громко праздновал окончание учебы и вручение дипломов, а посему памятник рыцаря в школьном дворе обзавелся большим кружевным жабо и гольфами до колена. Я сложила пальцы в специальный знак — зря, что ли, вчера полночи придумывала формулу — и под носом у рыцаря появились красивые густые усищи. Мало кому удавалось перебороть магическую защиту на памятнике, поставленную преподавателями. Только ведьмам с их природными силами, а теперь и мне. Но эта маленькая победа уже совсем не радовала.

— Элька! — замахал рукой Дин и, рассекая толпу, двинулся в мою сторону, улыбаясь от уха до уха, — Я остаюсь в Светограде! Представляешь! Должность второго заместителя помощника господина мага на торговой площади. Не ахти, конечно, но и не край света! Все-таки не зря ты меня натаскивала на магических плетениях!

Я вздернула подбородок и часто-часто заморгала, стараясь не зареветь. Если даже Дин получил должность в столице, то в чем же я так провинилась?

— Ну, отмечаем наши назначения? Когда тебя ждет к себе градоначальник? Надеюсь, не сегодня? — он добрался до меня, быстро обнял и приподнял. — Я уже ребят позвал, ведьмочки с младшего курса тоже обещались, встречаемся в «Вурдалачьей радости» в восемь.

— Я… — начала тоскливо, но противный голосок за спиной не дал закончить.

— А с чего ты взял, что безродную магичку со скромным запасом сил ждет господин градоначальник Светограда, а? Там обычно работает элита Ковена, а Элька у нас, увы и ах, к таковой не относится, как бы сильно ни старалась. Зубрила. Мне папа сказал, что ни за что не допустит не пойми кого в ряды приближенных к управлению городом.

Милли, дочка Верховного мага Ирвина, насмешливо улыбалась, оглядывая меня с нескрываемым презрением.

Дин поставил мое несопротивляющееся тело на землю и нахмурился:

— Эль?

— Госпожа «Прыщ на лбу» права, — я расправила плечи и сложила пальцы треугольником, не удостоив взглядом занервничавшую магиню: никто не может безнаказанно меня обижать, пусть Милли и недалека от истины. — У меня нет богатых и именитых родственников, которые пропихнули бы меня на это место. Честно говоря, не ожидала, что туда придется… пропихиваться.

Голос дрогнул, но я только мотнула головой, не позволяя себе совсем раскиснуть.

— Если ты опять за старое и испытываешь на мне ведьмовские штучки… — зашипела Милли, правда, заканчивать свою угрозу не стала, и дожидаться моего ответа тоже.

Ведьминские штучки, они же проклятия, легко рождавшиеся даже у самой слабенькой ведьмочки в порыве чувств, требовали от мага нескольких дней кропотливой работы по раскладыванию этих проклятий на формулы и знаки. Но да, промучившись некоторое время, я обрела достаточно обширный запас интересных заклинаний, а оттого задирать меня решился бы только глупец. Собственно, Милли умом никогда особо не отличалась и сейчас старательно делала вид, что никуда не торопится и просто медленно прогуливается, направляясь в противоположную от меня сторону. А то, что вместе с ней теперь прогуливается и огромный прыщ на лбу — вдохновенное творчество моей лучшей подруги Забавы, которое я переработала под себя, — магичка пока не обнаружила.

Жаль только, уровень сил у нее прилично выше моего, поэтому снимет проклятие быстро. Если б Забава сама колдовала, там бы, конечно, подольше продержалось. Ведьмины потоки сначала нужно распутать и только потом расколдовывать. Я привычно принялась высчитывать, сколько бы мне понадобилось времени, чтобы избавиться от такого прыща, но тут же одернула себя. Хватит. Больше можно не стараться. Хотела доказать, что лучше всех, а вышло как вышло. И еду я теперь, лучшая выпускница курса теоретической магии, в какое-то Копытце на краю мира. И кому, спрашивается, были нужны эти ночи бесконечной зубрежки?

— Эль, мне так жаль…

Участие Дина отчаянно било по самолюбию. Никто из наших не сомневался, что я получу любую должность, которую захочу. Любимица учителей, самая прилежная студентка, первая на всех зачетах и экзаменах. С блеском прошла преддипломную практику в столице… И правда, зубрила. А еще безродная слабачка и сирота, чудом поступившая в Ковен, буквально выгрызшая своим упорством и трудолюбием себе место под солнцем.

— Все нормально, — губы свело так, что, казалось, улыбаться в этой жизни мне больше не придется. — Мне обещали быстрый карьерный рост и…

Что там мне еще обещали, я, признаться, плохо запомнила, а потому замолчала. Дин тоже ничего не сказал, только продолжал смотреть, как на кикимору на практическом занятии: вроде и жалко, но заклинания отрабатывать все равно надо, потому что зачет по обузданию нежити никто просто так не поставит.

— Ладно, Дин, мне пора, передавай привет нашим, — не стала я длить неловкость, обняла его и побрела в свою комнату собираться.

И пока я безжалостно откидывала в сторону все яркие и нарядные платья, упаковывая только практичную и немаркую одежду — что-то мне подсказывало, что в Копытцах наряжаться будет некуда, хотя несколько пар красивых туфель я все же взяла, — пока укладывала в чемодан рабочие ботинки, ко мне по одному заскакивали мальчишки с курса, прощаясь. Даже отчаянные хулиганы, с которыми мы одно время устраивали нешуточные бои, и те, удивленные неожиданным назначением, зашли пожелать не ударить в грязь лицом. Правда, скорее всего они имели в виду реальную грязь, но все же…

И только женская половина курса не появилась — с магинями у меня сразу не заладилось. Другое дело ведьмочки! Вот кому было абсолютно все равно, из какой деревни я приехала и какой уровень сил имела. И хотя дружба с ведьмами сделала меня изгоем среди магичек, я ни о чем не жалела. Разве только о том, что ведьмы заканчивали свое обучение на год раньше, а потому все мои подруги давно разъехались кто куда. Конечно, на смену им подрастало новое поколение, но в выпускной год мне уже было не до налаживания связей: день и ночь я проводила в обнимку с учебниками и формулами. Зря, как выяснилось.

Оставив на кровати ворох новой модной одежды, я привычно сложила пальцы — чемодан легко поднялся и полетел рядом.

— Что ж, — грустно сказала, поправляя перед зеркалом выбившийся из прически локон и разглаживая и без того отутюженную белоснежную блузку, — Копытце так Копытце. Могло быть и хуже.

Глава 2

Хуже, как оказалось, быть не могло.

Портал выбросил меня прямиком на верхушку пригорка, с которого открывался вид на небольшое приграничное селение-городок. Переждав головокружение и тошноту от перехода, я подошла к краю и взглянула на долину, простирающуюся внизу и окруженную с одной стороны непроходимым лесом — тем самым знаменитым Велесовым урочищем, куда даже не каждая ведьма осмелилась бы сунуться, а с другой — острыми пиками гор. Прямо по центру долины в форме чуть смазанного следа коровьего копыта высился острыми черепичными крышами город, где мне предстояло работать. И как-то сильно это место напомнило западню, потому что выбраться отсюда можно было с помощью портала, на который у меня в жизни своих сил не хватит, либо — я подняла руку и приложила ко лбу, заслоняя солнце, — либо по той извилистой дорожке через горы. И, собственно, все. Учитывая мою нелюбовь к горам в частности и к высоте в общем, картина не радовала.

Не найдя тропинки вниз, подтянула юбку и стала спускаться прямиком через кустарник и высокую траву. Да, с выбором гардероба я оказалась права. Туфли на каблуке и вычурные платья тут были бы совсем не к месту. Как, впрочем, и я.

У городских ворот стражи не наблюдалось. Я постояла, подождала на случай, если вдруг кто объявится, а потом достала блокнот и записала первое нарушение. Что ж, работа мага — следить за порядком. А то, что у городских ворот должна стоять стража — это основа основ! И закон, который не на пустом месте возник. Оставив чемодан болтаться в воздухе, прошла вдоль крепостной стены и, досадливо покачав головой, снова потянулась к блокноту: каменная кладка была такой старой, что местами уже начала разрушаться. И чем, скажите на милость, тут занимались господин местный маг и градоначальник? Первое же нападение нежити могло обернуться скоропалительной сдачей города!

Правда, нежить вот уже лет пятьдесят и не думала ни на кого нападать. Все-таки маги достаточно умело навели порядок на вверенных им территориях, не прикопаешься. А что территории после этого не очень любили магов, так это и не важно. Даже горячо мной уважаемые ведьмы отчего-то не понимали, насколько лучше стала их жизнь после того, как мы начали устанавливать законы. Ладно, будем честны — если не лучше, то дольше уж точно. Один только запрет на взрывательные зелья чего стоил! Почитай, он спас каждую вторую ведьму. А остальные… Остальным помогала природная везучесть, коей я безмерно завидовала. Магам такая удачливость редко когда доставалась.

Я пригладила волосы и, придав лицу подобающее случаю серьезное выражение, прошла через арку ворот внутрь, повторяя про себя, что ничуть мне не страшно. Немного волнительно — да: все-таки первая самостоятельная работа. Но я взрослый и ответственный маг, а потому…

— Ой, не хотел тебя толкнуть! — протянул руку юркий мальчишка, сбивший с ног взрослого и ответственного мага прямо на входе. — Не заметил просто. Ты откуда такая?

— Какая? — зашипела я, сидя на земле и потирая бедро.

Юбка и белая блузка покрылись пятнами желтой пыли. Хорошенькое начало!

— Это твое? — мальчишка, ничуть не расстроившись, уже тянул на себя мой чемодан, который отчаянно этому сопротивлялся. — В гости приехала? К Кондрату, что ли? Только он вроде племянника ждал, а не племянницу. Я помогу.

— Не надо! — тут же вскочила я на ноги. Еще не хватало без вещей остаться. Знала я таких ушлых, только моргни — и даже зачарованный чемодан бесследно пропадет. А потом похлопала по карманам, поджала губы и протянула ладонь:

— Кошель и блокнот.

Мальчишка, показывая мне дыру на месте переднего зуба и очаровательную ямочку на щеке, протянул вещи.

— Да я ж просто пошутил! Ты чего?

— В следующий раз тебя шарахнет охранное заклинание.

— А ты из этих, что ли? — с подозрением спросил он.

— Из каких? — не менее подозрительно уточнила я.

— Магов, — он смачно плюнул мне под ноги.

— Из этих, — кивнула я и скрестила руки на груди. Очень захотелось плюнуть в ответ, но я только вскинула подбородок, напомнив себе, что маги выше этого. Им не нужно уподобляться всяким там хулиганам, на магов работает сила и репутация.

— А может, все-таки ведьма, а?

— Абсолютно точно нет.

— Очень жаль, — с досадой проговорил он, развернулся и дал деру, скрываясь в узком проходе между домами.

— Эй! — запоздало крикнула вслед. — А где тут дом господина мага? Или хотя бы господина градоначальника?

— Не стой на проходе, плюгавка, — задела меня большой корзинкой сухонькая старушка, проходившая мимо, и забубнила себе под нос: — Стоят тут всякие обтрепки, обходи их…

Я растерянно моргнула, но тут же собралась:

— Уважаемая, — начала я, снова попытавшись отряхнуть юбку, — а не подскажете…

— Не подскажу, — буркнула она и пошла дальше.

— Прекрасно, — проговорила я дрожащим голосом, изо всех сил стараясь не дать себе раскиснуть. — Сама найду.

Оглянулась, пытаясь сообразить, в какую сторону идти, и пошла направо. Потому что приличные маги налево не ходят. А я, если не брать в расчет все мои гулянки с ведьмами, очень приличный маг. Я бы даже сказала — образцовый.

Ну и, кроме того, у невежливой старухи корзина была полна продуктов, а потому шла она, скорее всего, с торговой площади. Значит, и мне куда-то в ту сторону. По крайней мере, там обычно и располагались дома градоначальников. Это маги селились, где вздумается, главы городов право на такую роскошь не имели.

Немного поплутав по узким улочкам, я вышла на площадь и огляделась. Дома здесь были похожи, как опята на пеньке, попробуй догадайся, в котором этот глава проживает! К торговцам, уже собирающим свой товар с лавок, решила не приближаться: как-то хватило за утро дружеского общения. А потому я сложила средний и большой пальцы и выпустила поисковый маячок. Сначала устроюсь на новом месте, вещи разберу, переоденусь в чистое, а потом уже буду связи с горожанами налаживать. А что их придется именно налаживать, я ни капельки не сомневалась. Редко нашу братию встречали с распростертыми объятиями. Разве только какой излишне ретивый житель удушить сходу вздумает. Но такое нечасто приключалось. И все-таки общественное мнение о магах сложилось… специфическое. Не сказать чтобы совсем все было печально, но и радоваться нам точно не спешили.

Огонек бодро пролетел пару метров и ударился в массивную деревянную дверь позади меня. Зря только силы расходовала. Вдали от Ковена и его учебных амулетов теперь непросто придется. Милли ведь, несмотря на все свое завистливое торжество, была полностью права, указав, что при рождении силы мне отсыпали самую малость. Но зато управлялась я с ней виртуозно, не каждый Верховный так мог. Однако пара-тройка внешних источников мне бы точно не помешала. Осталось уговорить своего нового начальника помочь в этом вопросе — и можно дальше не беспокоиться. Главное, чтобы дряхлый маг, который все еще числился за этим городком, не пребывал в маразме. А там разберемся.

Дверь в дом господина градоначальника, как и положено, была открыта для любого желающего, а потому, оставив чемодан на улице, я без промедления вошла внутрь и остановилась на пороге.

— Ты что, головой в ведьмин котел нырнул? — раздался с другого конца коридора хриплый мужской голос. Бас был такой, что стоящая рядом со мной напольная ваза дрогнула.

Я машинально придержала её и негромко кашлянула, давая знать о своём присутствии.

— А что ты хотел? — нервно ответил второй голос. — Я уже пробовал по-хорошему. Не пускает. Придется идти напролом — по-другому никак.

Мое покашливание они благополучно проигнорировали. С другой стороны, а что я ожидала? Мужчины были очень увлечены беседой. И мне бы постоять в сторонке и подождать, но с этим у меня всегда обстояло туго, а сегодня особенно. Я хотела быстренько получить адрес начальника-мага и отбыть по новому месту жительства. А там уж забиться в норку и выдохнуть, пережить свой сегодняшний карьерный крах и погоревать по поводу упущенных возможностей и задетого самолюбия, пока никто не видит.

— Точно об чугунок темечком ударился — что значит напролом? А если с тобой что случится, что с городом будет, ты думал? — завелся первый голос. Обычный разговор потихоньку начал превращаться в перебранку.

И я решила действовать, пока они всерьез не принялись ругаться или вообще проламываться куда-то там не пошли, поэтому, оставив вазу дальше дребезжать в одиночку, решительно прошагала по коридору.

Мужчин действительно было двое. Один — долговязый старик с встрепанными седыми волосами и такими пышными бакенбардами, что я сразу отчего-то вспомнила нашего рыцаря во дворе Ковена. Вот бы кому такие точно подошли, в следующий раз обязательно…

А вот второй, коренастый, — я изумленно моргнула — второй был магом. Тут бы мне обрадоваться, что я сразу всех в одном месте и застала, только вот этот маг, несмотря на серебряные пряди в темных растрепанных волосах, был непозволительно молод для почетной отставки. А потому… Внутри все сжалось от дурного предчувствия. Неужели меня уже заменили?! Я ведь даже не успела обустроиться толком, показать, на что способна. К горлу подкатил ком, и я скорее проскрипела, чем проговорила, глядя на застывших при моем появлении мужчин:

— Простите, что вторгаюсь в столь насыщенный диалог, но у меня срочный вопрос, который не терпит отлагательства.

Мужчины переглянулись. Долговязый нервно поправил манжету белоснежной рубашки, торчащей из-под старомодного сюртука.

— Простите, а вы?.. — отмер маг, поднимаясь с места и вытирая руки салфеткой.

Ругались они, кстати, почему-то за накрытым столом, при этом не забывая уничтожать содержимое тарелок. Судя по тому, с какой тоской отложил в сторону жареную куриную ножку маг, уничтожали очень качественно и быстро.

— Госпожа Элина, и я теперь здесь работаю, — быстро подошла ближе и протянула ему руку, которую он с опаской пожал.

Так просто я не сдамся. Меня уже сослали в Копытца, если и отсюда турнут за ненадобностью, боюсь, на мне как на специалисте можно будет поставить жирную и сочную ножку. То есть точку. Мотнув головой и перестав следить за жареной курицей на тарелке, я сердито посмотрела на мага. Могли бы из вежливости предложить мне присоединиться к их трапезе. Я бы, естественно, отказалась, но о манерах тут, похоже, никто не слышал. Что ж, ладно. К этому я была готова.

— Да? — удивился маг. — А где — здесь?

— Направление от Ковена, — я быстро достала из сумки документы и сунула ему под нос, — я теперь тут штатный маг.

Мужчины переглянулись, и маг осторожно взял в руки направление.

— Это какое-то недоразумение, — отмер долговязый, — мы не заказывали нового мага. Вот ведьма, может, и пригодилась бы, а маг…

— Недоразумение? — перевела на него строгий взгляд. Этого взгляда даже Забавины избалованные русалки боялись. — С кем имею удовольствие общаться?

Долговязый неловко поднялся из-за стола, пригладил волосы и, поглядев на мага, ответил:

— Так… Этот я… Градоначальник тутошний.

Маг быстро на него посмотрел и снова уперся глазами в мои бумаги, а старик насупился:

— Да, градоначальник. Господин Родогост.

— Замечательно, — что-то подобное я и предполагала. Все-таки встретить господина градоначальника в доме господина градоначальника — не самая сложная задача. Я вон с первого раза справилась.

Маг забубнил себе под нос, читая мои бумаги:

— …и назначается помощником господина Веллара, мага города Кривое копытце…

Я кивнула, подтверждая:

— И я была бы вам очень признательна, если бы вы сообщили мне, где я могу господина Веллара найти, чтобы обсудить дальнейшую работу. Ковен направил меня сюда, чтобы принять дела и отпустить господина мага на заслуженный отдых, полагающийся ему по возрасту.

Глаза господина Родогоста подозрительно забегали. А темноволосый маг протяжно вздохнул, бросил бумаги на стол и сознался:

— Господин Веллар — это я. И я пока не сильно собираюсь на заслуженный отдых, несмотря на «солидный возраст». Я бы даже сказал, совсем не собираюсь.

И так он это твердо проговорил, что я поняла — сидеть мне в помощниках до скончания веков, если не случится какого-нибудь магического катаклизма или внезапной ротации ввиду непредвиденной смерти. Моей или его. Тут уже не важно.

Знать бы только, специально меня господин ректор обманул или сам заблуждался?..

Глава 3

— Пу-пу-пу, — Веллар взлохматил и без того растрепанную шевелюру и протяжно вздохнул, разглядывая заросшую паутиной маговскую лабораторию, — я, признаться, гостей не ожидал, а потому…

Я внимательно его оглядела. Никак не могла определить, сколько же ему лет. Повадки старого деда на лицо, да и такую одышку, как демонстрировал мне сейчас господин начальник, не сыграешь. Кроме того, он еще ощутимо прихрамывал, пока вел меня по узким городским улочкам к дому. Поди пойми, его молодая физиономия — результат какого заклинания или последствие проклятия. Или, что ещё хуже, хорошо сохранившаяся настоящая?.. Я снова уставилась на него, пытаясь мысленно наложить одно на другое: походку, вздохи, нахмуренные брови, седые пряди и почти юношеское лицо. Пока получался какой-то бардак. Взгляд цеплялся за несостыковки, как будто передо мной была не внешность, а сложная магическая схема. И начать бы в этой схеме разбираться, но вежливость удерживала. Пока.

Ко всему прочему, так запустить лабораторию — это надо совсем без сил сидеть и сюда даже не заглядывать. Пока все вело к тому, что я своего начальника все-таки пересижу по годам и получу должность. Я еле сдержала смешок: только вчера я мечтала о головокружительной карьере в столице, а теперь и должность мага в Кривом копытце стала в самый раз.

— Как вы понимаете, вам предоставят отдельный дом, правда… — он замялся, виновато на меня поглядывая. — У нас тут не густо с пустыми домами. Недавно число жителей чуть… эгхм… увеличилось, а потому подобрать хороший дом за короткое время будет непросто. Но мы уже работаем в этом направлении.

Я кивнула. Отдельный дом — уже хорошо. Но я бы не стала особо сопротивляться, если бы он мне прямо у себя предложил комнату. Со стороны маговский дом был добротным и большим, широкая лестница у двери уходила на второй этаж, в жилые покои, куда Веллар меня не повел. Он остановился на просторной прихожей, лаборатории и приемной, в которых мне предстояло работать и общаться с посетителями, коих тут, судя по всему, давненько не было.

— Хорошо, — сухо ответила я, — я бы предпочла отдохнуть с дороги, переодеться…

— Да, — маг кашлянул и взглянул на меня исподлобья, — дождемся посыльного, он должен был уточнить по поводу дома.

— У кого?

— Что у кого?

— Вы сказали «уточнить». У кого уточнить? — признаться, мне было все равно, я просто пыталась поддержать вежливую беседу. Стоять молча становилось неловко.

И меньше всего я ожидала, что мой вопрос так смутит господина мага. Он на мгновение нахмурился, потом криво улыбнулся и дернул плечом.

— У градоначальника?

— Это вы у меня спрашиваете? — подозрительно поинтересовалась я.

— У градоначальника, — уже увереннее ответил он и покосился на дверь.

Я тоже на нее посмотрела. Отличная дверь. С множеством охранных заклятий, которые так переплелись между собой, что напрочь перестали работать. Вскинула бровь — что и требовалось доказать. Сил у господина Веллара, похоже, было много, но вот мастерства явно не хватало. Подумать только! Сидит тут, в захолустье уже незнамо сколько времени, и даже не интересуется магическими открытиями.

— Вы наверху живете? — я прошла по лаборатории и стукнула ногтем по пыльной колбе. Чем он тут занимался? Хотя, если чем и занимался, то это было давно.

— Я? — маг обернулся, нерадостно улыбнулся и кивнул: — Живу, да.

И снова протяжно вздохнул.

— Я сегодня у себя отдохну, если мне дом все-таки найдут, а завтра прямо с утра тут буду, — сообщила ему. — Набросала список неотложных дел…

Я полезла в карман и достала блокнот:

— Тогда уж и решим, с чего начнем.

— Обязательно, — как-то обреченно ответил он.

И я улыбнулась про себя: вы меня, господин маг, еще не знаете, я вас так достану, что вы сами будете рады отдать мне свою должность и бегом бежать на заслуженный отдых.

Дверь со скрипом отворилась, и в образовавшуюся щелку заглянула лохматая голова. С расческами у них тут, что ли, напряженка? Подумав о расческах, я испуганно принялась вспоминать, взяла ли свой заговоренный гребень, подарок Вереи. Им, если один раз причешешься, весь день опрятная ходить будешь. Правда, как это бывает у ведьмочек, побочные эффекты тоже имелись: стоило день пропустить, как твои шикарные блестящие волосы скатывались в такой колтун, что хоть вырезай. И кажется, гребень так и остался лежать на тумбочке у кровати в Ковене!

— Эй, Мирко! Заходи уже! — улыбнулся Веллар. — Ты чего так долго?

Эту лохматую голову я, на свою беду, уже имела честь видеть. А потому улыбаться вслед за Велларом не спешила. Сузила глаза, показывая хулигану, что узнала его, и демонстративно похлопала себя по карманам, проверяя наличие кошелька.

Тот смерил меня не менее подозрительным взглядом и повернулся к магу:

— Бабка Авдотья сказала, что старый дом срамохода Купавы свободен. Тот, как ушел в позатом году в лес на русалочью ночь, так и не вернулся. Для магички сгодится.

Он еле сдержал смешок и покосился на меня, ожидая реакции. Я в ответ вежливо покивала. Так, значит? Проверять вздумал?

А вот Веллар возмутился:

— Так тот дом совсем на отшибе и заброшен столько! Поближе ничего не нашлось?

Мирко замотал головой, достал из кармана зеленое яблоко и громко захрустел. Оно даже на вид было такое кислющее, что меня перекосило, а рот наполнился вязкой слюной. Хотя, если подумать, я и на такое яблоко была согласна. Завтракала я давненько, еще в столовой Ковена, потом как-то не до того было.

— Госпожа Элина, — маг мялся, но предложить ему, похоже, было больше нечего, — вы посмотрите сегодня, если не понравится, мы подумаем, что можно сделать.

— Ага, подумаем, — поддакнул Мирко, — обязательно. Там еще изба старой ведьмы совсем недалеко, всего-то полдня пути по лесу. Тоже освободилась недавно. Годков пять как.

— Спасибо, я лучше в черте города, — поспешила я его остановить. Не хватало только в лесу жить. Еще чего придумали — мага в ведьмину избу селить!

— Мирко, проводи госпожу Элину, — попросил Веллар мальчишку, а тот важно кивнул, хитро посмотрел на меня и ухватил за ручку чемодан.

— Тогда до завтра, господин Веллар, — протянула я ладонь.

Маг снова очень осторожно мою руку взял и аккуратно пожал. Не привык, видимо, к столичным порядкам.

— До завтра, госпожа Элина, — ответил он и проводил до дверей.

Мирко уже стоял на дороге, дожидаясь, поэтому я поспешила к нему. Не хотелось бы потерять вертлявого мальчишку с моими вещами на улицах городка! Но на мага все-таки обернулась — тот стоял в дверях, и с какой-то тоской глядел на широкую лестницу в доме. Тяжело ему, что ли, с его ногой подниматься?

Я принялась перебирать в памяти заживляющие заклятия. Знать бы еще, отчего он хромал. Травма или возрастное?.. Ведьма бы тут быстрее справилась, но, как я поняла, поблизости ни одной из них не наблюдалось. Пока морщила лоб, Мирко уже вприпрыжку удалялся, таща за собой мой чемодан. Тот даже сопротивляться перестал, летел себе спокойненько следом. Кончались наши с ним силы.

— Слушай, а ты рыбалку любишь? — мальчишка наконец перестал бежать и дал себя догнать. Я воспользовалась паузой, чтобы перевести дух. Понятно, что он продолжал меня проверять, издеваясь изо всех своих мальчишеских возможностей, но повода для насмешек я ему не давала. И вида не показывала, что устала. Только улыбалась всякий раз, что он оборачивался проверить, и не отставала.

— Я не знаю, — ответила я честно.

— Это как? — удивился он.

— Да просто не пробовала никогда, — пожала я плечами. — Маленькая была — у тетки жила, она меня со двора никуда не пускала, потом, как сбежала, сразу в столицу подалась. Там, сам понимаешь, рыбу ловить негде.

Он внимательно меня оглядел и покачал головой. А потом взял, да и пошел медленнее, подстраиваясь под мой шаг. Пожалел, что ли? Даже еще одно зеленое яблоко достал из кармана, протер его о рубаху и протянул мне. А потом смутился и снова прибавил шагу. Я усмехнулась про себя, но яблоко тут же надкусила. Пусть кислющее, но как же стало сразу хорошо!

— Вот! — радостно указал рукой Мирко на покосившийся забор, когда мы шли уже добрых полчаса, а я начала закипать, представляя каждодневную прогулку до магова дома и обратно. — Покойного Купавы хоромы, пусть земля ему будет пухом!

— Чего это покойного? — подозрительно уточнила я. Еще духов мне тут всяких не хватало!

— Так а какого? — удивился мальчишка. — Он, дурень, к русалкам полез в ту пору, когда им в голову тина речная ударяет. Они жалеют потом, а что толку?

Не стала спрашивать, что в это время делал господин Веллар, потому как спасать горожан от нежити — его прямая обязанность, но пометку в голове сделала. Все-таки распустились тут все, как бы до большой беды дело не дошло.

— Пошли? — потянул меня Мирко внутрь, за забор. — Поглядим, чего тут.

А тут, помимо покосившегося облупившегося забора и заросшего крохотного участка внутри, стоял маленький одноэтажный домишко. Мирко из кармана штанов достал длинный ключ, деловито отпер дверь, приглашающе махнул рукой, а сам остался на пороге. И я его, собственно, прекрасно понимала. Можно было даже не смотреть, что там внутри. Учитывая пропажу хозяина аж в позатом году, вариантов было немного. А потому я просто подтянула рукава и шагнула внутрь. Сегодня выложусь на полную, наводя порядок, а завтра уже буду думать, как в нынешних условиях быстро восстанавливать магический резерв.

***

Мирко вернулся к вечеру, неся бумажный сверток под мышкой. Он сначала толкнул дверь и изумленно замер на пороге, и только потом, увидев меня, ступил назад и постучал.

— Заходи, — я устало откинулась на спинку стула. И тоже огляделась. Маленькая уютная кухонька сверкала чистотой, на окнах висели яркие занавески — восстанавливающее заклятие отлично работало на ткани — а от печи приятно тянуло теплом. Хорошо, что комнат, помимо кухни, в доме было всего две. Одну я определила под спальню, благо там даже кровать имелась, вторую — под кабинет. Магических сил едва-едва хватило, чтобы привести все в жилой вид, но возьмись я руками убирать, боюсь, и до ночи бы не управилась.

А Мирко я дала денег и отправила за покупками, поскольку сама не успевала. Торговцы на площади уже, конечно, не работали, но он обещался наведаться к ним домой, принести хлеба и молока, чтобы я сегодня не рисковала умереть от голода.

— Вот это ты даешь, — изумленно сообщил он и принялся раскладывать покупки на столе: банка сметаны, кадушка сливок, румяная краюха хлеба и кулек пряников. А потом сыпанул рядом монетки, оставшиеся со сдачи.

— Поужинаешь со мной? — предложила я, снимая с печи тяжелый чугунный чайник и разливая кипяток по кружкам.

— Я? — Мирко удивился так, что даже на мгновение растерялся и захлопал глазами.

— А ты еще кого тут видишь? — я поставила перед ним кружку и кинула туда листик мяты, которую нашла в саду. А потом порезала хлеб и подвинула его мальчишке.

Тот сел на краешек стула, внимательно меня оглядел, как будто что-то решая для себя, а потом засунул в рот ложку сметаны и с наслаждением откусил мягкую горбушку.

— Спасибо!

И добавил великодушно:

— А ты не очень плохая для магички.

— Тоже так думаю, — легко согласилась я и последовала его примеру.

И не сразу вспомнила, что на вечер у меня были совершенно другие планы — жалеть себя и горевать о потерянной карьере мага в столице, но сегодня что-то не до этого оказалось. Слишком устала. Да и перед мальчишкой не хотелось раскисать, а потому оставила это дело на потом. Успеется.

Глава 4

— Так, — я медленно повернула голову, следя за своим отражением в зеркале, и повторила: — Так.

В окно стукнулся камень, а следом на улице замаячила белобрысая голова. Прилипла к стеклу, расплющив нос, и принялась меня беззастенчиво разглядывать.

— Чего смотришь? Забыл, где дверь, зайти не можешь? — недовольно спросила я у Мирко и снова повернулась к зеркалу, тяжело вздыхая.

Мало того, что у меня за ночь, проведенную на жестком матрасе чужой кровати, затекло все тело, так еще и ведьмин гребень я действительно забыла, поэтому теперь на затылке красовался свеженький колтун. Первый из множества, которые будут возникать до тех пор, пока я не придумаю схему заклятия, распрямляющего волосы. Что, собственно, имело уровень сложности со звездочкой.

Кое-как замаскировав безобразие, отчего у привычной прически появилась непривычная пышность, я поправила свежую чистую блузку и отправилась на кухню, где уже сидел мой, видимо, новый и единственный друг, развалившись на стуле и помахивая босой грязной ногой.

Мальчишка шкодливо улыбнулся, а я подозрительно прищурилась, почуяв подвох. — Господин Веллар просил проводить тебя к нему.

— Спасибо, но я запомнила дорогу, — поставила перед ним тарелку с порезанным хлебом и вчерашнюю сметану. Если он шпионил за мной и докладывал все господину магу, можно попробовать его переманить. Вот, хотя бы и едой для начала.

— Правда, что ли? — удивился он.

Я кивнула и села напротив.

Мирко присвистнул, но больше ничего спрашивать не стал — принялся за еду. А поскольку я уже позавтракала, то достала свой блокнот и проверила список дел на сегодня. Сначала маг и обсуждение общих вопросов о том, как мы с ним дальше жить будем, потом градоначальник — вчера мы не очень хорошо разговор закончили. Наверное, неправильно было ему сразу сообщать, что он к своим обязанностям спустя рукава относился, но сказанного не воротишь. Да и на отсутствие хороших манер я ему зря указала. Если б господин Веллар вовремя не подсуетился и меня из дома господина Родогоста не увел, боюсь, сегодня никаких извинений бы не хватило, чтобы помириться.

Под конец дня у меня по плану была рыночная площадь и общение с горожанами. На рынок, по-хорошему, стоило идти утром, но мне хотелось оттянуть неприятный момент. Была б моя воля — я бы все рыночные дела на Мирко скинула, пусть и за дополнительную плату. Возможно, потом я так и сделаю, но сейчас требовалось, чтобы город узнал о прибытии нового мага. Пусть поживут с этой мыслью, обвыкнутся. Кроме того, маговский регламент обязывал меня действовать строго по инструкции: в первый же день представиться горожанам и уверить их, что моя работа будет плодотворной и пойдет на благо Кривому копытцу.

Так мы и вышли из дома: Мирко, весело подпрыгивающий, сытый и довольный, и я, немного взволнованная и задумчивая. И только шагнув за калитку, я очнулась. Потому что не очнуться было нельзя. Вчера из-за волнения и усталости я как-то не разглядела соседей, расположившихся прямо через дорогу.

— Мирко, ничего рассказать не хочешь? — уперла я руки в бока.

— Ты про погост? — ничуть не удивился он и почесал затылок: — Так он старый, сюда давно никто не ходит. Или про бабку Матрену? Наведалась уже? Гони эту балаболку взашей. И, главное, не бери у нее ничего, а то прицепится, не отстанет потом.

— Чего? — удивилась я. — Соседка прицепится?

Но Мирко только отмахнулся и вприпрыжку поскакал вперед, перед этим угостив меня желтой сливой, которая по всем законам природы должна была висеть на ветке еще недели две. Но, судя по оттопыренным карманам штанов, мальчишка ждать природу был не намерен. Я откусила, ожидаемо скривилась и метко отправила сливу в ближайший куст дозревать.

Обратно к господину Веллару Мирко повел меня совершенно другой дорогой, и оказались мы у магова дома уже минут через десять неспешной ходьбы. Мальчишка, почуявший мою злость за вчерашний розыгрыш, быстро ретировался, оставив меня одну у калитки. Что-что, а чувство самосохранения у него было развито не по годам.

— Госпожа Элина?

Мой новый начальник стремительно выскочил наружу и даже не обернулся, чтобы захлопнуть дверь, так и оставив ее настежь открытой.

— Чудесно, что вы так рано пришли! Мне как раз очень надо уходить, будьте как дома, осваивайтесь.

И он, чуть отодвинув меня в сторону, поспешил по улице. Что удивительно, почти не хромал. Видно, не поленился сплести вчера лечебное заклинание. Они невероятно сложные, с множеством линий…

Пока в голове выстраивалась схема, я не сводила глаз с удаляющейся фигуры. Что-то в нём неуловимо изменилось, а со спины его преклонные года вообще куда-то подевались.

Я машинально достала блокнот, поддела карандаш и, почти не глядя, быстро набросала его фигуру. Волосы растрёпанные, и седины, похоже, стало меньше. Нужно понаблюдать. Вчера я была не в себе, могла что-то упустить. Плечи прямые, а спина согнута. Жесты ленивые, походка тяжёлая, но вдруг раз — и как танцор отошел в сторону, давая дорогу торговке с огромной корзиной, полной пирожков, а уж как он умудрился сцапать один — тут только моя внимательность и помогла углядеть. Слишком много несостыковок.

Веллар обернулся, махнул мне рукой и резко свернул в сторону, пропадая из виду. А я взглянула на рисунок и задумчиво постучала себя карандашом по подбородку.

— Ладно, господин маг… поиграем в загадки.

Пока я, по обыкновению уйдя в свои мысли, торчала у забора, городок потихоньку стал просыпаться. То и дело мимо проходили горожане и без стеснения меня разглядывали. Кто-то останавливался, недоуменно качая головой, кто-то перешептывался с соседями. Представление под названием «В нашем городе новая магичка» началось. Выпрямила спину, незаметно вытерла вмиг вспотевшие ладони об юбку и гордо прошествовала к дому, очень стараясь не бежать. Эх, а ведь если бы я получила то самое заветное место помощника Верховного мага в Светограде, мне бы вообще не пришлось общаться с людьми! Сидела бы и составляла для начальника схемы заклинаний! Ну чем не мечта?

— Эй! — остановил меня окрик в спину. — Девка, слышь?

Совсем чуть-чуть времени не хватило, чтобы спрятаться в доме! Я медленно выдохнула, отпуская ручку двери, натянула на лицо доброжелательную улыбку и повернулась.

— Где этот?.. — дедок, заходящий в калитку, по виду напоминал моих новых соседей с погоста. Разве только выкопаться успел и одежку поцелее нацепил.

— Кто этот? Господин маг? — устав улыбаться, я перестала притворяться, что рада посетителям.

— Госпо-о-один? — протянул дедок, и его белые брови взлетели чуть не на темечко. — Ну, пусть будет господин. Куда умотал? Видел же его поутру, когда Ночку выводил.

— У господина мага срочные дела, но я могу его заменить, — вздохнув, я сделала приглашающий жест рукой. — Зайдете? Или на пороге разговаривать будем?

Дед смерил меня внимательным взглядом, поджал губы, будто решая, достойна ли я его выслушать, а потом, крякнув что-то под нос, живенько поднялся по ступеням и прошел в дом, оставив меня позади.

А я погрозила кулаком высунувшемуся из-за забора Мирко, который тут же юркнул обратно, и захлопнула за собой дверь. Следит ведь! Как есть следит!

— Какая у вас беда? — устроилась я на диване напротив предприимчивого деда, который уже занял позицию у окна, усевшись так, чтобы и со мной потолковать, и за улицей приглядывать.

— Молоко.

Я еле удержалась, чтобы не цокнуть языком. Видно же, что издевается! Вон, с каким видом важным сидит, а в седых усах улыбку прячет. Но и я, дедуля, не лыком шита. У магов, между прочим, врожденная способность доводить людей. Строго по регламенту — не прикопаешься. Так что еще посмотрим, кто кого.

— Пришло? Позеленело? Скисло? — я достала блокнот и сделала вид, что готова с энтузиазмом записывать. — Свернулось?

Округлила глаза и громким шепотом добавила:

— Убежало?

— Ты, девка, не юли, — дедок улыбаться перестал, видно, учуяв насмешку.

— Госпожа Элина, — поправила его. — Ваш новый маг.

Он снова удостоил меня долгим взглядом, а потом, кашлянув, сказал:

— Госпожа Элина. Хорошо. У коров в стаде опять молоко пропало. Разом. Утром пришли бабы на утреннюю дойку — а все. Пусто.

В этот раз я действительно принялась записывать в блокнот.

— Опять?

— Такое теперь часто случается, — вздохнул дед, — но шибеник твой…

Он крякнул и поправился:

— Господин маг вашенский сказал, чтоб я просто к нему сразу шел. Я ходил, он помогал. Только вот его колдунство все хуже и хуже работает! А коровы бедные переживают. Одна вон вообще голосит с самого утра. Сердце кровью обливается! Страдает животина, понимает, что пустобрюхая. Ведьмы еще, как назло, нет в округе…

— А что господин Веллар делал?

— Кто? — очень искренне удивился старик, я даже писать перестала, подняла глаза, прищурилась.

— Господин маг. Веллар, — медленно, чуть не по слогам произнесла я.

— А-а, — дед поерзал на стуле, — маг. Маг приходил, давал им что-то, и к вечеру молоко снова появлялось. Правда, с каждым разом все меньше. Я этому шибенику… магу то есть, говорил, что надо как-то животину спасать, но ему ж некогда. Он вечно сейчас в…

И старик замолчал, выпучив глаза.

— Он не упоминал, отчего молоко пропадает? Сглаз? Порча? — мягко уточнила я, уводя разговор снова на коров. С магом буду разбираться позже.

— Да ничего он не говорил! — в сердцах ответил дед. — Предложил перебраться с Луговой стороны за Ремесленные ряды, но как он думает стадо переселять? Бессмыслица! Все одно через весь город потом гнать на пастбище! Не кругом же их вести!

Я покивала, хотя, признаться, увидеть коровий караван, каждый день бодро марширующий через центр наперегонки с курами мне теперь хотелось чуть больше, чем следовало.

— Ладно, — я поднялась, — пойдемте, посмотрим ваших коров.

— А они не мои, — поднялся следом дедок, — общинные они.

— Да хоть дикие, — буркнула я, понимая, что день уже пошел не по плану. А когда мои планы рушатся, можно ничего хорошего не ждать. Проверено.

— Где ж ты, девка, диких коров видела? — удивился дед, а потом крякнул и поправился: — Госпожа Элина.

Не стала ничего отвечать, просто дождалась, пока он следом за мной на крыльцо выйдет, и закрыла тяжелую дверь. А потом подумала, подцепила одно из закрывающих заклятий, потянула на себя, распутывая, и удовлетворенно кивнула, когда за ним посыпались все остальные. И с чистой совестью наложила на дверь свое. Теперь точно внутрь без хозяина никто не сунется. А уж господин маг, если он именно тот, за кого себя выдает, должен защиту увидеть и легко снять.

Глава 5

— Вот они, — довольно сообщил мне дедок и отошел за ограждение, оставив один на один пусть и с небольшим, но вполне себе организованным стадом коров, которые дружно на меня уставились.

— С-спасибо, — я испуганно оглянулась, провожая взглядом заказчика. А потом нерешительно улыбнулась коровам: — Здравствуйте.

С коровами дел мне иметь как-то не приходилось. Лошади — да, в Ковене была огромная конюшня, и я проводила там немало времени. Но коровы на моем пути еще не попадались. Как-то не с руки магам в столице было возиться со скотиной. Да и ведьм в Светограде всегда было в достатке. Коровы их как-то больше уважают.

Народ, до того спешивший по своим делам, отчего-то стал останавливаться, задерживаться у ограждения. А потом я услышала знакомый мальчишеский басок.

— Новая магичка будет усмирять диких коров! Кто хочет поглядеть на свеженькую магичку и взбесившееся стадо? Две медяшки за место у самого забора, одна — на крыше сарая!

Мы с коровами испуганно переглянулись: это кто тут дикое взбесившееся стадо? А толпа начала прибывать. Надо отдать должное приведшему меня сюда деду — он поначалу еще пытался объяснить, что к чему, но потом плюнул, залез на прислоненную к стене лестницу и тоже принялся наблюдать. А ну и правда сейчас стадо как взбесится, а я как начну его усмирять! Представление пропустить никто не хотел.

Миркина белобрысая голова то и дело мелькала в толпе, и я усилием воли подавила желание запустить в него чем-нибудь позабористее из арсенала ведьм, но от маленькой шалости не удержалась: мальчишка споткнулся раз, другой, ойкнул, поймал мой гневный взгляд и скрылся за чужими спинами, почесываясь. Это вредное проклятие ему ни один господин Веллар не снимет. Вернее, маг, может, углядел бы «спотыкайку»: это мелкое заклинание любой увидит, но я ее хитро привязала к формуле чесотки, и так они переплелись, что, не зная, не сообразишь, как распутать. Поведешься с ведьмами — и не такое выдумывать начнешь.

Я торжествующе вскинула голову и тут же свела брови: ладно Мирко, но бедные коровы так и стояли напротив, а толпа затихла, ожидая от меня действа. Что ж. Как бы мне ни хотелось убраться отсюда подальше, я сделала шаг вперед.

— Молоденькая какая и на смерть отправляется, — всхлипнул кто-то в толпе.

— Да с чего это? — удивился другой голос.

— Так стадо взбесилось!

— Да?! Там же моя Тучка! Это она что же…

Договорить бедной хозяйке не дали — зашикали, заворчали, оттеснили в сторону. Кто-то из баб в толпе завыл, и я поняла, еще чуть задержусь — и они меня всем городом отпевать начнут. Меня или коров… невелика разница. А потому решительно шагнула к ближайшей буренке, которая не то что беситься, она похоже даже двигаться теперь боялась. Теплый нос ткнулся мне в протянутую ладонь — и толпа синхронно затаила дыхание, видимо, ожидая нападения. А я сосредоточенно принялась ощупывать нагретую на солнце пятнистую шкуру — следов чужого воздействия, по крайней мере, магического, не было. На всякий случай проверила еще несколько коров — все выглядели абсолютно здоровыми. Закрыла глаза, быстро рисуя под веками формулу целостности. Причину пропажи молока я так и не выяснила, но помочь им могла и без этого. Формула была сложной, многоступенчатой, требовала от меня всей внимательности и сосредоточенности, поэтому, когда открыла глаза, вливая силы в собранное заклинание и накрывая им коров, я не сразу почувствовала, что за локоть меня удерживает крепенькая мальчишеская рука.

Я попыталась высвободиться. Но Мирко сразу не отпустил, он внимательно меня оглядел и только потом разжал тонкие грязные пальцы.

— Ты чего? — удивленно спросила я, утирая лоб. Заклятие далось мне не просто — это в Ковене я могла беспрепятственно колдовать, зная, что амулеты быстро пополнят резерв. Тут же, учитывая вчерашнюю уборку, я могла вычерпать себя досуха. Этого допустить было никак нельзя: одно дело — добрать магический запас, другое — восстановить его с нуля.

— А ты чего? — сердито ответил он и почесал шею. — Я думал, весело будет, а ты стоишь молчком, не шевелишься, а потом вообще посерела, как тесто позавчерашнее, и заваливаться начала! И что мне прикажешь делать?

Ответить я не успела. Коровки, обступившие меня со всех сторон, жалобно замычали и принялись напирать, оттесняя нас с Мирко в сторону.

— А они чего? — шепотом спросила я, стараясь не попасть на рога.

— Доиться хотят, — со знанием дела сообщил он. — Ты же их для этого лечила? Вот и вылечила.

А потом подпрыгнул, ловко уцепился за забор, подтягиваясь, и уже оттуда засвистел. Да так заливисто, что буренки отпрянули.

Я отпрянула тоже, и не сразу поняла, во что такое мягкое и теплое наступила. И пока чертыхалась, оттирая туфлю об траву, даже не заметила, как быстро хозяйки разобрали своих коровок.

— Ну, девка…

Ко мне, радостно потирая ладони, подошел дед, и тут же поправился:

— Ну, госпожа Элина! Удружили так удружили! Эка вы быстро — раз и все! Уж точно побыстрее этого… господина мага.

— Работа у меня такая, — хмуро ответила я, разглядывая землю под ногами. Теперь так и буду по городу ходить, внимательно смотря туда, куда ступаю. Туфель у меня немного, всего шесть пар взяла. Никаких ведь сил не хватит их каждый раз магически чистить!

— Хорошая работа, правильная! — кивнул дед. — Сколько с меня?

Я удивленно вскинулась.

— Что?

— В прошлый раз мы с магом сошлись на кадушке молока да сметанке свежей, сейчас тоже могу. Или простоквашу? А? Хотите? У меня чудо простокваша получается, сладенькая…

Он зажмурился от удовольствия.

— Ничего не надо. Магам платит Ковен, — сухо ответила я и поджала губы.

Так, значит, господин маг навел тут свои порядки? Получал плату и от Ковена, и от жителей? Это ведь жесточайшее нарушение правил! За такое и лицензии мага можно лишиться. Что ж, будем разбираться…

— А у коров первое молоко слейте на всякий случай, мало ли, — сквозь зубы посоветовала я, шаркая ногой, в попытках очистить обувь. — Причину я так и не нашла. Если что — приходите, будем пытаться снова. Но как минимум неделю точно все будет в порядке. Раньше никакая зараза не прицепится, не сможет.

Дед радостно кивнул и поспешил к своим буренкам. Толпа тоже рассосалась, не получив желанного зрелища: я все-таки не ведьма, чтобы представление устраивать на ровном месте. И Мирко больше не было видно. Хотя я бы на его месте тоже постаралась убраться подальше. Я ведь говорила ему, что никогда ничего не забываю, вот и этого не забуду.

По-хорошему нужно было задержаться и поставить маячки, но магии не осталось совершенно. И это злило: в полную силу я работать не могла, нужно было как-то приспосабливаться, чтобы не потерять место. Благо, один козырь у меня уже имелся! Если господин Веллар решит отправить меня обратно, я тут же сообщу в Ковен о его нарушении. Но пока можно и повременить, все-таки я чувствовала: не все ладно в Кривом копытце. И мне только предстояло разобраться в ситуации, по возможности не привлекая внимания.

Возле дома мага меня ожидал сюрприз. Нет, я, конечно, знала, что после того как жителям городка станет известно о прибытии нового мага, многие захотят познакомиться лично, просто не ожидала, что это случится так скоро! У двери толпилась очередь, оживившаяся с моим появлением. Кажется, идти на рыночную площадь и официально представляться больше не имело смысла: сказ о магичке, идущей усмирять взбесившееся стадо коров голыми руками, похоже мгновенно распространился по Кривому копытцу. Только такого наплыва посетителей я не ожидала и искренне надеялась, что они просто пришли поглазеть, а не с проблемами. Потому что во втором случае у меня назревал ворох вопросов к господину Веллару. И главный из них — чем он тут вообще занимался?..

— Это точно она? Уж больно щуплая, — зашептались женщины у калитки и принялись меня беззастенчиво разглядывать. Я в ответ принялась разглядывать их. В гляделки я могла играть виртуозно — держать лицо магов приучали сызмальства.

— Девочка, — тронула меня за локоть улыбчивая сухонькая старушка. — Ты наш новый маг?

Я перевела взгляд и кивнула.

— Меня зовут Элина, и я приехала на замену господину Веллару, — я тут же смутилась. — Точнее в помощь. В помощь, да.

Очередь слаженно выдохнула, как мне показалось, с облегчением, и радостно расступилась, пропуская меня к дому.

На крыльце сидела веснушчатая рыжая девчонка лет пятнадцати, чем-то напоминающая мою подругу Забаву, и недовольно пыхтела.

— Дверь открывала? — без особого удивления спросила я.

Мои заклятия были особенные: очень уж повлияла на магию дружба с ведьмами, оттого и последствия нарушения защитного контура могли приобретать весьма необычные очертания. Вот и сейчас девчонка нахмурилась и ответила низким рокочущим басом:

— Ага, — и тут же закашлялась.

— Завтра пройдет, — успокоила ее, неторопливо сняла защиту и распахнула дверь. — Заходите в порядке очереди, по одному.

А сама прошла в приемную и устроилась на этот раз за большим письменным столом. Жаль, не успела привести все в порядок, а потому просто смахнула ладонью пыль и достала блокнот.

К вечеру мне начало казаться, что поток посетителей не прекратится никогда! Страницы в моем блокноте закончились где-то в районе обеда, но в ящиках я нашла еще стопку листов, исписанных неровным мелким почерком, и за неимением лучшего принялась писать на оборотной стороне. И когда я старательно записывала очередную просьбу, что-то про кошку, сглаз и расплодившихся мышей, в дверь коротко стукнули, и в гостиной показалась знакомая вихрастая голова.

— Госпожа Элина, — чинно проговорил Мирко, — приемный день окончен.

Я оторвалась от исписанного листа и узрела своего помощничка. Удивительно чистого и даже немного причесанного. Он встал в дверях, будто охранник на ярмарке, и начал грозно сверлить взглядом мою посетительницу, отчего та быстро поднялась, попрощалась и ретировалась за дверь.

— А ты давно так мог? — уточнила я и потерла красные воспалившиеся глаза. — Я бы их, наверное, до утра принимала…

Мирко почесался и нахмурился. А я вспомнила про собственноручно наложенное проклятие и, вздохнув, поманила мальчишку к себе. Он споткнулся на пороге, насупился сильнее, и, медленно переставляя ноги, подошел и сел на освободившийся стул.

— Правды ради, не я первая это начала, — устало попеняла ему и потянула свое заклятие, распутывая.

Мирко заметно повеселел, но так просто прощать меня был не намерен, а потому сложил руки на груди и выдвинул нижнюю челюсть, демонстрируя мне всю степень своей обиды.

— Согласна, погорячилась, — пожала я плечами, — но и ты постарался — магичка то, магичка се… идите смотреть, как магичку стадо затопчет…

— Я такого не говорил! — возмутился он и тут же ухмыльнулся. — Зато я целых десять медяков заработал! Во!

И он водрузил передо мной на стол свое богатство. Подумал и придвинул мне две монетки.

— Твоя доля.

— И все?

— Я из-за тебя сегодня три раза помылся, пока не сообразил, что чешусь не просто так, — резонно сообщил он, деловито убирая оставшееся в карман.

— Что ж, справедливо, — согласилась я. — Проводишь? Я на ужин что-нибудь соображу.

— А чего соображать? — Мирко, похоже, уже забыл про свои обиды. — Я там на кухне все сложил.

— Что все? — удивилась я, но мальчишка уже скрылся за дверью.

Я поднялась постанывая — ноги за день сиденья за столом жуть как затекли — и отправилась за ним.

А в дверях кухни замерла, разглядывая масштабы свершившегося бедствия. Все, похоже, теперь я официально могла называться взяточницей, поскольку количество подношений, притащенных горожанами, не помещалось на столе: свёртки валялись по всей кухоньке, пирамида из банок с вареньем вот-вот грозила разваливаться, а Мирко стоял посреди всего этого великолепия и сверкал, как начищенный магов сапог.

— Я тут отложил на сегодня, — он кивнул на холщовый мешок у входа, — остальное завтра разбирать будем.

Я постояла, размышляя, достаточно ли созрела, чтобы сознательно нарушить правила Ковена, и решила, что достаточно.

— Пошли, — ответила я ему, — сегодня мы заслужили маленькое пиршество.

Глава 6

Утро после героической победы над «диким» стадом коров не задалось. Во-первых, силы полностью не восстановились. Еще бы они восстановились! Для этого нужно было остаток дня сытно есть и крепко спать. А у меня, благодаря неиссякаемому потоку посетителей, ни с тем, ни с другим не сложилось. А во-вторых, колтун на голове. Он не просто остался, он разросся и продолжал захватывать новые территории! И с этим нужно было что-то делать, потому что порядочный маг не мог себе позволить выглядеть как ведьма, полдня скакавшая по лесу. Как бы этому магу ни хотелось…

Уложив волосы, я с тоской подумала, что через какое-то время моя прическа станет выглядеть точь-в-точь как свежеиспеченный кулич — круглый и пышный. И пообещала себе сегодня же сесть и начать распутывать магические плетения. То, что я с этой задачей справлюсь, не вызывало сомнений. Сомнения появлялись, когда я вспомнила исписанные листы с предстоящими мне делами, лежащие на столе в доме мага. Судя по всему, времени у меня ближайшие пару дней не будет совершенно.

Неторопливо жуя остатки вчерашнего пиршества, размышляла, удастся ли в ежемесячном отчете в Ковен провести все эти подношения как традиционную форму признательности, принятую в Кривом копытце, или же лучше — как вынужденную меру по налаживанию контакта с населением?.. О том, чтобы умолчать об угощении, не могло быть и речи, правила созданы не просто так. Если все решат, что можно их направо и налево нарушать, настанет разброд, шатания и самоуправство.

Разброда и шатания тихим летним утром мне совсем не хотелось, но и являться с повинной, а потом быть сосланной еще дальше (хотя куда уж) тоже. Тем более, сделано все было без моего на то желания.

Когда в дверь постучали, я даже с места не встала — закусив карандаш, придумывала формулировки для отчета — и просто крикнула:

— Заходи!

А потом, не оборачиваясь, добавила, уже зная, что Мирко отчего-то становился робким и стеснительным, когда попадал ко мне домой.

— Я уже позавтракала, поэтому чайник на плите. И возьми в шкафу, что захочешь. Там со вчерашнего дня еще много осталось. А мне пока не мешай, у меня отчет.

— Спасибо за приглашение, — голос, раздавшийся над ухом, оказался совсем не мальчишеским.

На стуле рядом угнездилась тощая старуха с настолько землистым цветом лица, что я невольно подумала про вурдалаков из учебного класса в Ковене.

— Держи, — положила старуха на стол промасленный сверток, от которого одуряюще вкусно запахло свежей сдобой. — Пирожков с утра напекла, дай, думаю, зайду по-соседски. Матрена я. Через дом по улице живу. Видела, небось, с синим забором-то? Вот мой и есть.

Она принялась неспешно разворачивать сверток, а я отложила в сторону недописанный отчет и твердо ответила, порадовавшись, что успела позавтракать, а потому отказаться было не так уж и сложно:

— Спасибо большое, но я не могу это взять, правилами Ковена запрещено.

— Чего вдруг? — удивилась Матрена. — Даже от соседки угощение?

Я неуверенно кивнула. Хотя, наверное, в этом случае я действительно чуть перестаралась: про подарки, не связанные с маговой работой, в законах речи не было. А с другой стороны, могло это трактоваться, как подкуп должностного лица или не могло?..

— Ну и зря, мои пирожки по всему Копытцу известны, — старуха пожала плечами, но обижаться не стала, просто засунула сверток обратно в сумку. — Ты, девка, слушай, у меня тут беда приключилась…

— Госпожа Элина, — перебила ее я.

Матрена недовольно поерзала, однако, продолжила, видно, сильно припекло.

— Ты уж, госпожа Элина, помоги, а? А то вихрастика нашенского вечно на месте не застать, да и не будет он этим заниматься, если уж начистоту, ему сейчас не до нас с Фимкой.

Я удивленно вскинула брови. Интересную тут репутацию господин маг приобрел. Шибеник, вихрастик… Нет, шевелюра у него, несмотря на седые пряди, была очень даже густая и лохматая, но все же было что-то в корне неправильное уважаемого господина мага в возрасте награждать кличками.

— А давно господин Веллар чем-то занят, что до горожан ему дела нет?

— Господин Веллар? — Матрена наморщила лоб, будто вспоминая, кто это вообще такой. — Господин Веллар нам не отчитывается.

Я не стала дальше спрашивать, сообразив, что ничего путного не услышу. Никак не могла понять, покрывают они мага или недолюбливают? Мирко что ли прижать и допросить с пристрастием? Хотя даже если и с пристрастием, мальчишка вряд ли сдастся какой-то девчонке, да еще и магичке.

— Хорошо, что там с…

— Фимкой, — Матрена принялась крутить в руках кружку, из которой я пила чай. — Знаете же этих подростков?

Я неопределенно кивнула. Каких-то знала. Одного конкретного прямо сейчас видела через окно на яблоне во дворе. Тот с воодушевлением обрывал мелкие зеленые плоды. Его необъяснимая любовь к недозрелым фруктам вызывала по меньшей мере недоумение.

— Ушла в лес вчера и не вернулась. Я поначалу и не волновалась, не первый раз ведь. Есть у нее там укромный уголок, — она дернула плечом. — Только раньше не было такого, чтобы она без предупреждения! Ушла, и нет ее, и нет! Я уж и тесто поставила — а ее нет, и пирогов успела напечь — а она не вернулась! Лес-то наш теперь…

Кружка в руках Матрены треснула, и осколки посыпались на пол. Я машинально сложила пальцы, направляя силу, и когда целехонькая кружка уже катилась по полу, чуть не стукнула себя по лбу от досады — нашла на что тратить и так не восстановившийся резерв!

— Сколько ребенку лет? — я поднялась и принялась ходить по кухне, собирая вещи: что может пригодиться в лесу? Вода? Еда?

— Эй, Элька, давай с тобой пирог… — Мирко осекся на полуслове, стоя на пороге и прижимая к животу зеленые яблоки.

— О, ты вовремя, — я побежала в спальню переодеваться, болтаться по лесу в длинной юбке было бы как минимум неудобно. — Мне нужна твоя помощь, заходи, не стой в дверях.

Он вошел и недовольно буркнул:

— А эта… что здесь делает?

— Помолчал бы ты, бесенок, когда взрослые разговаривают, — ответила ему Матрена.

— Мирко, — я высунулась из-за двери. — Сбегай к господину магу, предупреди, что я сегодня опоздаю!

— Так нет его, — ответил мальчишка и высыпал яблоки на стол. — Он обычно меньше, чем на пару дней не ходит.

— Куда ходит? — ухватилась я.

— По маговским делам, — быстро ответил он и тут же перевел тему. — А ты куда?

Ответила ему Матрена:

— Фимка из лесу не вернулась.

Ответила и опустила глаза.

Мирко присвистнул, но больше спрашивать ничего не стал. Я выскочила из спальни, зашнуровала ботинки и перекинула сумку через плечо.

— Тогда сбегай по соседям, пусть присоединяются к поискам.

Мирко отвел глаза.

— Никто не пойдет.

— Почему? — я даже остановилась на пороге от изумления.

— Нас тут… — Матрена грустно ухмыльнулась, — не жалуют. Решили, если и не замечать тех, кто под боком у них живет, то те и исчезнут сами.

— Неправда, — твердо ответил Мирко. — Не в этом дело. Кроме того, сама виновата, пока ты пакостить не начала, очень даже…

— Ладно, — я подтянула ремень, — я поняла, сейчас нет смысла выяснять кто прав, а кто виноват. Если никто идти не хочет, пусть. Одна пойду. Но загляну после к градоначальнику.

Парень виновато засопел, поглядел на недовольно щурящуюся бабку Матрену и сказал:

— Я пойду с тобой. Одной… опасно сейчас в лесу.

Изумленно поглядела на него — это с чего вдруг? Неужели нежить лютует? Так чего мне сразу никто не сказал?

— Что с лесом? — строго спросила я. Сейчас вообще некогда было в тайны играть.

— Мы не знаем, — вздохнув, отвел глаза Мирко. Бабка Матрена кивнула, тоже старательно разглядывая стену.

Тут уж и я свои глаза прикрыла. Лезло из меня одно нехорошее ведьмино проклятие, лезло! А потому я, медленно проговаривая слова, чтобы не выпустить его наружу, сказала:

— Либо вы мне сейчас рассказываете о том, с чем я могу столкнуться в лесу, либо я немедленно вызываю подмогу из Ковена, и вместе с десятком магов мы встряхиваем весь этот городок, чтобы понять, что тут происходит, а потом идем искать девочку.

Я отчаянно блефовала, потому что позволить себе так опростоволоситься в самом начале своей карьеры не могла. Был же регламент: во-первых, обнаружить и локализовать проблему, во-вторых, попытаться решить ее самостоятельно, и только в-третьих можно было вызывать подмогу, если маг понимал, что собственных сил для решения этой самой проблемы не хватает. Если сразу побегу за помощью, мне больше даже на ярмарке предсказывать погоду не доверят! Отзовут обратно в Ковен и приставят за молодыми магами следить. Или, что еще хуже, на кухню отправят, посуду ремонтировать… Это у меня, вон, получалось превосходно.

Первой сдалась Матрена. Отсрочка поисков Фимки ее явно не радовала.

— Знаешь, поди, про Велесово Урочище.

Я кивнула.

— А что Кривое копытце строилось как приграничный городок между Урочищем и остальным миром, знаешь? Рубеж, который не пускает скверну к людям.

Я удивилась — про Урочище много легенд ходило, но я всегда почитала его просто дремучим лесом. В голове всплыло казенное выражение из учебника: «магически неактивная территория». Туда действительно редко кто из ведьм совался, не говоря уж о магах.

— А теперь скверна проснулась и подступает, — Матрена недовольно засопела.

— Какая скверна? — уточнила я.

— Какая скверна… — она передразнила. — Я почем знаю? Только теперь и обычный лес не самое безопасное место. Люди за городские ворота ни ногой.

— А леший? — я прищурилась. — Он куда смотрит?

— Его уже давно там нет, — тихо ответил Мирко. — Да и вообще там почти никого не осталось.

— А почему вы?.. — начала я, хватая ртом воздух от возмущения. — Почему вы не сообщили в Ковен? Если ситуация вышла из-под контроля, надо же было…

— Надо — не надо, — скривившись, перебила меня Матрена, — уж звали как-то один раз ваш Ковен. Пришли, порядок наводить взялись — допросы, осмотры, учёт всей нежити и половины людей заодно. Ходили по дворам, бумаги требовали, ночами вызывали. Месяц потом как под надзором жили: ни вдохнуть, ни чихнуть. А толку — как от горшка без дна! Перетряхнули город и уехали.

Закрыла глаза и досчитала до десяти, стараясь успокоиться. Кажется, с населением в отдаленных городках нужно продолжать проводить разъяснительную работу. Если нас станут бояться больше, чем лезущую непонятно откуда скверну, будет беда.

— Веллар там? — спросила, кидая в сумку Миркины кислые яблоки и свою заговоренную бутыль с водой — между прочим, лучшая выпускная работа на курсе! А все потому, что это был не просто накопитель, скрывающий большой объем, вода внутри еще очищалась и охлаждалась. Уж сколько мне пришлось ночей не спать, пока я формулу выводила… Но результат того стоил!

— Там, — виновато пробормотал мальчишка. — Пытается понять, почему Урочище лес поглощать начало. И как это можно остановить.

— Зачем же вы девочку отпустили тогда? — строго спросила я у Матрены. — Знали же… А!

Досадливо махнула рукой, схватила свой заплечный мешок и выскочила за порог.

— Да кто ж эту молодежь удержит? — догнала меня соседка, несмотря на свой достаточно хилый вид, бодро держащая темп. — Она привыкла, вот и… Не объяснить ведь ничего!

Мирко виновато плелся рядом, и только когда я повернула к городским воротам, потянул за рукав:

— Не туда, пойдем, покажу, где в лес лучше заходить.

Глава 7

— Куда птицы делись? — я остановилась и задрала голову вверх. Пока Кривое копытце еще можно было разглядеть в просвете между деревьев, лес просто был лесом — совершенно обычным и ничем не примечательным. Разве что грибы совсем уж безнаказанно росли прямо под ногами, даже не прячась.

Но стоило городку скрыться, и будто потемнело вокруг. А я вдруг почувствовала неприятную щекотку между лопатками.

Мирко, шедший впереди и до того негромко напевавший себе под нос, замолчал и нахохлился, а бабка Матрена, наоборот, собралась и выпрямилась, внимательно глядя вперед. Она, несмотря на мое предложение, на опушке нас дожидаться не осталась. Но я и не настаивала: знала, как изматывает бездействие.

— Никого тут больше нет. Птицы первыми чуют беду, — сухо ответил Мирко. — Давно уж ушли.

Я огляделась и предложила:

— Давайте отсюда и начнем.

Собственно, поисковому маячку было все равно, откуда начинать, можно было создать его еще дома, вот только не все равно было мне. Сил оставалось на донышке, поэтому, чем дальше в лесу я создам огонек, тем выше станет шанс обнаружить Фимку.

Кроме того, я совершенно не понимала, с чем мы можем встретиться на пути. Вот будет здорово, если какая-то там скверна вылезет, а все, что я смогу сделать — это грозно сдвинуть брови и надавить маговским авторитетом. Боюсь, лезущей из Урочища скверне плевать на маговский авторитет. Она, может, ни с одним магом и не знакома, не знает, что нас бояться положено…

Бабка Матрена молча протянула мне желтый Фимкин платочек, и я принялась плести заклинание, стараясь по минимуму вкладывать свои силы. Огонек получился маленький и тусклый, но дело свое знал, а потому бодро понесся вперед, а я, не особо глядя под ноги, за ним. Не хватало еще его в чаще потерять! На второй сил не хватит точно. По крайней мере, сегодня.

Соседка не отставала от нас с Мирко: также бодро прыгала через ямки и перелезала через поваленные стволы. Поначалу я все оборачивалась на нее, следила, а потом уже пришлось следить за собой: дорога становилась все непроходимее, бурелом гуще, а в воздухе повисла какая-то сизая дымка, мешающая вздохнуть полной грудью. Поэтому когда мы выскочили на небольшую полянку, я не сразу заметила худенькую фигурку, скорчившуюся у дерева.

— Фимка, — ахнула за спиной Матрена. Девчонка вздрогнула, подняла заплаканное лицо, неуверенно улыбнулась и тут же заревела по новой, утыкаясь в колени.

— Ну-ка, — деловито сказала я и сделала шаг.

«— Она точно тут. Видел, как у сарая ошивалась.

Ерофейка по-хозяйски отворил высокую дверь и приглашающе махнул рукой. Следом в сарай потянулась вся его шайка — как злющие псы, что я как-то видела за деревней. Почуют меня и тут же кинутся сворой!

Я посильнее прижала к груди Кляксу. Давать свою кошку в обиду я никому не собиралась, тем более та, пузатая, вот-вот должна была окотиться. И как же не вовремя она сегодня вышла во двор погреться на солнышке, когда там Ерофейка со своей свитой, маясь от безделья, решали, кого бы выбрать жертвой!

— Приблуда, а приблуда, — начал хозяйский сынок, подкидывая в руке камень. — А ну верни животину, а то матери расскажу, что это ты утром молоко разлила в сенях.

Он хохотнул, а я от неожиданности охнула, представив, что тетка со мной сделает, когда это услышит!

— Там она! За мешками! — заорал кто-то из мальчишек, и я, не чуя от страха ног, рванула к лестнице на чердак, где лежало прошлогоднее сено, только наверху поняв, что сама себя в ловушку загнала.

Первый камень попал в плечо, и гогот внизу усилился. Я сжалась, закрывая собой Кляксу, и стиснула зубы, стараясь не вскрикивать, когда град из камней полетел в спину.

— Что тут такое! — грозный теткин окрик заставил мальчишек притихнуть, и я понадеялась, что все наконец закончится.

— Ма-ам, эта ненормальная на моих глазах пнула ведро с молоком, представляешь? — противным голосом запричитал Ерофейка. — А потом еще язык показала и здесь спряталась!

Я вжала голову в плечи и осторожно положила Кляксу в сено, присыпав ее сверху, чтоб было не видно. Авось хоть про нее больше не вспомнят.

— А ну спускайся, магово отродье! — в голосе тетки появились знакомые истеричные нотки. Можно было и подождать, вряд ли она сама наверх полезет, но тогда сильнее разозлится. А это чревато. Поэтому я принялась спускаться.

— Будет тут какой-то выкормыш продукты портить, — тетка схватила меня за шиворот, стоило только коснуться ногой земли, и потащила во двор. Свора мальчишек высыпала следом, поглазеть.

Кончики пальцев неярко засветились, и я изо всех сил сжала кулаки, загоняя силу обратно: увидит тетка — стегать будет в два раза сильнее.

— Кровь твоя поганая сказывается, — продолжала накручивать себя тетка. — Угораздило же сестру под мага лечь! Так и знала, что ничего путного из тебя не выйдет. Пакостница и воровка! Дармоедка! Лентяйка!

Обидные слова больше не ранили. Если все время повторять одно и то же, можно и привыкнуть, а потому я просто напрягла плечи и приготовилась к наказанию. Тем более, и оно уже было привычным — ехидно ухмыляясь, Ерофейка подал матери палку…»

Я отшатнулась, и картинку перед глазами повело. Тетка расплылась, потускнела, но все еще продолжала остервенело бить палкой. И не исчезала. Интересно.

Покрутила головой — Фимка сидела на земле, скрючившись, и рыдала, тихо повторяя: «Нет, пожалуйста, только не бабушка! Пожалуйста!». Я обернулась и сузила глаза — бабка Матрена замерла в нескольких шагах от меня, выставив вперед руки, и беззвучно шевелила губами. Глаза ее походили на два бездонных колодца, наполненных ужасом. Очень интересно!

Наведенный морок? Подложные воспоминания? Мои вот были очень даже настоящие, будто кто в голову залез. Про такое я, пожалуй, за время учебы и не слышала. Аккуратно обойдя свою призрачную тетку, которая продолжала лупить воздух, пошла в сторону кустов, из-за которых доносились еле сдерживаемые всхлипы. Мирко лежал на земле, придавленный невидимой мне тяжестью, и, кажется, понемногу начинал терять надежду освободиться. Он хрипло дышал и изо всех сил старался отползти в сторону.

Секунду колебалась, раздумывая, не лучше ли прямо сейчас попробовать разобраться с такой занимательной ловушкой, которая залезает прямо в голову, но одернула себя — я, конечно, маг, и превыше всего ценю загадки и интересные дела, но тут все-таки дети. А потому долг велел мне их спасать. Знак, проясняющий сознание, не требовал большого вливания сил, а потому Мирко спустя мгновение уже сидел и изумленно хлопал глазами. Улыбнувшись ему, протянула бутылку с водой и подошла к Фимке, повторив нехитрый жест. Девчонка раскрыла рот, увидев меня, и, кажется, приготовилась реветь по новой, но тут заметила бабушку, охнула, вскочила с земли и прижалась к Матрене. Благо, я и над той уже успела сотворить заклинание, освобождая от морока.

Оставив их обниматься, повернулась к своему, от которого так пока и не избавилась. События прошлого мерцали и планировали исчезнуть самостоятельно. Эх, не хватит сил их зафиксировать! В голове начали строиться сложные формулы, я азартно принялась распутывать чужое заклятие, пока кто-то не дернул меня за рукав, сбивая с толку.

— Эль, — жалобно позвал Мирко. — Что это было-то?

Моргнула, отвлекаясь, и с досадой поняла, что все, упустила. Пропал мой морок окончательно. А с ним и надежда понять, кто это такой способный тут в лесу теперь живет.

— Это? — закусила губу, раздумывая. — Наверное, обещанная скверна.

— Совсем близко уже, — грустно сказала бабка Матрена, баюкая Фимку, которая, всхлипывая, принялась рассказывать, как сошла с тропинки, услышав птичий крик, которого тут уже несколько месяцев не звучало, как заблудилась во вдоль и поперек хоженом родном лесу, а потом вдруг снова увидела бабушку и… Тут Фимка замолчала, уткнулась Матрене в плечо и снова заплакала. Подробности личного морока я решила не уточнять. К чему мне? Да и не поможет делу.

— Давайте возвращаться, темнеет, — негромко предложил Мирко. Был он подозрительно тих и прятал глаза.

Я подняла голову и с изумлением поняла, что он прав! Вышли из города мы утром, а сейчас уже солнце почти зашло. Ничего себе! Достала из сумки Миркины мелкие яблоки, раздала всем. Пусть и недозрелые, а все же еда. Почитай целый день голодные ходили. И зашагала обратно. Нужно будет обязательно вернуться сюда снова. Откусила яблоко, оказавшееся кислым до такой степени, что свело скулы, но зато голова прочистилась — будь здоров! Да, нужно вернуться и разведать, что за ловушка такая хитрая и сработает ли во второй раз. Силы только подкопить чуток, чтоб впросак не попасть.

Сначала мы проводили до дома бабку Матрену с Фимкой. Те, притихшие и уставшие, жались друг к другу и не разнимали рук.

— Ты хоть и магичка, но ничего так, — сказала мне на прощание соседка и увела внучку в дом.

А Мирко широко зевнул, потер глаза и посоветовал:

— Ты это, если она благодарить придет, не бери ничего.

— Почему?

— Я ж говорил: прицепится — не прогонишь.

Выяснять, что он имел в виду, я не стала — мальчишка уже еле на ногах стоял. Только спросила:

— Дойдешь сам до дома?

Он кивнул:

— Мне недалеко.

И, махнув на прощание рукой, потопал огородами. Видимо, так было короче.

А я постояла, переминаясь с пятки на носок, раздумывая, поглядела на покосившийся забор у своего дома, и развернулась в другую сторону. Усталости я, в отличие от своих спутников, не чувствовала совсем, а потому решила заняться делом: разобрать свои вчерашние записи, оставленные в доме мага. А заодно подумать — слишком странно все было с Урочищем и скверной. И, сдается мне, всей правды Мирко с Матреной мне все же не открыли. Что ж, будем выяснять. Для того сюда и приехала — порядок наводить и горожан защищать. Я все-таки маг.

Глава 8

К дому господина мага я подошла уже в полной темноте, а потому не сразу заметила подарок на пороге. Даже когда чуть не наступила, подумала, что это остатки вчерашних подношений, которые не успели занести внутрь, и только спустя мгновение сообразила, что передо мной не продукты. Передо мной, привалившись спиной к двери и закутавшись в плащ, спал человек. И ладно бы просто человек. Маг! Господин Веллар собственной персоной.

— Да что ж вы! — всплеснула я руками. — Прямо тут.

— О, — маг чуть приподнялся, двинул кистью, и над крыльцом зажегся магический фонарь. — Госпожа Элина, я и не ждал вас до завтра.

— И правильно, — ворчливо ответила я, уже понимая, почему господин маг решил ночевать на крыльце — он просто в дом попасть не смог. — Вам очень повезло, что я решила пройтись перед сном. Неужели не увидели, что тут самое простое защитное заклятие, которое…

— Не увидел, — усмехнулся маг, — как-то не до того было.

И так он это сказал, что я мгновенно насторожилась. Быстро распутав заклинание, отворила дверь и протянула руку. Однако Веллар даже не попытался воспользоваться помощью, он продолжал лежать и насмешливо на меня глядеть.

— Вам тут понравилось, что ли? — нетерпеливо топнула я ногой.

— Не особо, — подумав, ответил он. Но попыток подняться так и не предпринял.

— Вы пьяны? — уточнила с подозрением и наклонилась, пытаясь учуять характерный запах. И только собралась потребовать объяснений, как увидела, что он вовсе не улыбался. То, что я сначала приняла за усмешку, на деле было гримасой боли.

Я присела рядом на корточки и уже другим тоном спросила:

— Господин Веллар, что с вами?

— Всё в порядке, — выдохнул он и неуклюже попытался выпрямиться, тут же зашипев и судорожно прижав руку к боку.

Я подалась вперёд.

— Покажите.

— Элина... — он поморщился, — не стоит. Пустяки.

Я аккуратно отодвинула край его плаща: ткань рубашки под ним была мокрой и тёмной.

— Хороши пустяки. Вы истекаете кровью!

Он открыл рот, чтобы возразить, но тут же закашлялся и обмяк. Я чертыхнулась, подхватила его под руки и потащила внутрь, надеясь, что никто из соседей не додумается выйти подышать ночной свежестью или полюбоваться звездами. Зрелище, что мы собой представляли, вполне могло отвлечь от любых небесных красот: запыхавшаяся, покрасневшая от усилий молодая магичка волочёт в дом умудрённого опытом и, судя по всему, недюжинной способностью превращаться в мешок картошки, пожилого мага.

Народная благодарность, убрать которую у нас с Мирко вчера не хватило сил, вывалилась из кухни и перегородила узкий коридор.

— Подождите-ка, господин маг, — я оставила Веллара лежать в проходе. — Мне надо чуточку освободить дорогу.

Пока оттаскивала мешки с овощами и закрутками в сторону, прогоняла в голове порядок действий. Собственных сил сейчас было маловато, но я могу перенаправить энергию самого господина Веллара…

Маг негромко застонал, и я, уже не церемонясь, ногой отпихнула с дороги остатки продовольствия. Обязательно все разберу, но позже. Подхватила Веллара и потащила дальше. Можно было, конечно, и в коридоре его осмотреть, но почему-то мне было совестно оставлять валяться на полу пожилого человека. А потому доволокла его до гостиной, где принимала посетителей, и, пыхтя от натуги, водрузила на диван, а потом побежала за водой: надо было промыть рану, чтобы увидеть весь фронт работ.

Когда я вернулась с тазом и чистой тряпкой, маг так и не пришел в себя. Он лежал, покрывшийся испариной, и тяжело дышал. Я аккуратно вытащила из-под него плащ и принялась расстегивать рубаху, чтобы добраться до раны, выглядевшей, прямо скажем, не ахти. Чуть повела рукой, заставляя магические светильники работать ярче, и на мгновение оторопела. Мышцы, которые бугрились под этой самой рубахой, могли принадлежать кому угодно, только не старику. И кожа… Я осторожно провела пальцами по загорелому упругому плечу — и нахмурилась. Лицо, которое было над всем этим телом, сейчас демонстрировало мне явные возрастные морщины. Кроме того, седина на висках… Я наклонилась ниже, почти утыкаясь носом в растрепанную шевелюру — все было настоящее! И молодое тело, и старая голова. Вот вам и господин маг! Одна сплошная загадка.

Он снова негромко застонал, и я, словно опомнившись, принялась за работу. Потом разберусь, что такое интересное сотворил со своей внешностью Веллар. Похоже, какое-то заклятие хитрое. Обычно маги от таких вмешательств нос воротили, но и среди нас всякие встречались.

Рана была некрасивая, рваная и грязная, поэтому я, как могла, промыла ее чистой водой, а затем, мысленно попросив у пациента прощения, подцепила его силу и охнула от черноты, хлынувшей следом. Но тут же встряхнулась и принялась за работу — пропустить через себя, добавить в свои плетения — и вот уже крепенький и устойчивый знак восстановления принялся за работу, стягивая края раны и заживляя кожу.

А маг несколько раз глубоко вздохнул, причмокнул губами, повернулся на бок и засопел. Теперь осталось придумать, что ему сказать, когда очнется. Потому что я, по сути, использовала его силу без разрешения. Формально, конечно, это было не запрещено, но исключительно в связи с тем, что раньше так никто не делал.

О моей этой, скажем так, интересной особенности, знали только ведьмочки, которые мне и подсобили на первых порах, щедро делясь своими резервами. Им, охочим до любых экспериментов, было жуть как интересно, что я с этим навыком наворотить могу. Но ведьминская энергия была мягкой и податливой, она будто сама в руки шла, ластилась.

А вот то, что я позаимствовала у господина Веллара, нежностью и послушностью явно не могло похвастаться — тягучее и тяжелое, местами ледяное до ломоты в затылке, оно обладало такой мощью, что моя собственная силушка на фоне казалась просто малюсенькой искрой. В какой-то момент я даже засомневалась, смогу ли этакий поток удержать. Но, судя по тому, что господин маг приобрел вполне себе человеческий цвет лица, не просто удержала, но и направила куда надо.

Вот только после всего этого я чувствовала себя немногим лучше, чем сам Веллар, а потому, зевнув раз, другой, на минуточку опустилась рядом. Дала себе зарок полежать чуть-чуть с закрытыми глазами, а потом делами заняться — их у меня тут было в избытке: разобрать записи, наметить то, что сделать в первую очередь, потом на кухне продукты разложить, выбрать, что можно раздать, чтобы не испортилось, а что, не нарушая правил Ковена, домой забрать. Кроме того, следовало навести здесь порядок: нельзя жить в грязи и пыли! Даже если ты целыми днями спасаешь приграничный лес от Урочища…

Разбудил меня крик петуха за окном, и я даже какое-то время позволила себе поваляться в кровати, потягиваясь, пока не сообразила, что кровать — это не кровать, а совершенно неудобный диван, на котором я вчера крепко уснула, и придавившая тяжесть — вовсе не перекрученное одеяло, а горячая мужская рука.

Не позволив себе смущаться, быстро вывернулась из-под господина мага, опустила ноги на пол, поправила рубашку, отряхнула штаны и, приняв отстраненно-деловой вид, положила руку пациенту на лоб. Температуры, к счастью, не было. Знак сработал как надо.

— Госпожа Элина? — приподнялся на локтях сонный маг, видимо, пытаясь сообразить, почему я рядом.

— Как себя чувствуете? — я вежливо улыбнулась, стараясь не слишком пристально его разглядывать — сейчас, в утреннем свете, он выглядел лет на сорок, не больше, и этот его скачущий туда-сюда возраст раздражал своей непонятностью. И ведь знаю себя — подожду пару дней, а потом приду предлагать свою помощь. Если он изобрел что-то омолаживающее, то работало оно, прямо скажем, слишком нестабильно, видимо, он не подумал потоки разделять или зацентровал не в том месте. Для подобных заклятий почти ювелирная работа требовалась, не всем это давалось легко.

— Я бы хотела осмотреть рану, если вы позволите.

Я потянулась к рубашке, осторожно отодвигая ее край в сторону: рана затянулась, оставив после себя неровный белый рубец, который, по моим расчетам, к концу недели должен был полностью рассосаться.

— О, — удивился Веллар, разглядывая собственный бок, — я вчера все-таки смог… После того, как меня шарахнуло заклятие на двери, я, кажется, был чуть не в себе, а что вы?..

Он нахмурился, внимательно меня оглядел и строго спросил:

— А что вы здесь делаете? И откуда про мою рану узнали?

Я поднялась с дивана, втайне радуясь, что он не помнит событий вчерашнего вечера, и ответила:

— Нашла вас на пороге, господин Веллар, помогла зайти внутрь, очистила рану и наложила на нее знак восстановления, чтобы помочь ей затянуться.

— Спасибо за помощь, но дальше я и сам справлюсь.

Открыла рот, приготовившись потребовать у мага объяснений по поводу вчерашнего вечера, и… закрыла, опустив плечи. С чего это я решила, что господин маг, который тут, судя по бумагам, уже восьмой десяток лет служил, будет отчитываться перед только что прибывшей выпускницей Ковена? Порядок и субординация — это то, на чем строилась вся вертикаль маговского миропорядка. То, что Веллар сделал вид, будто его вчерашнее ранение — рядовое событие, которое он с помощницей обсуждать не будет, было, конечно, обидно, но он меня третий раз в жизни видел. Я бы себе тоже не все рассказывала. По крайней мере, первое время.

Маг вежливо кивнул, когда я молча подняла таз с водой, бросила туда тряпку, которой вчера обмывала рану, и, неловко улыбнувшись, вышла из комнаты. Теперь мне оставалось только ждать, когда он решит поделиться информацией, либо попытаться выяснить все самой и дальше действовать по обстоятельствам. А то, что эти обстоятельства не заставят себя ждать, я не сомневалась. В Кривом копытце, судя по всему, помимо приближающегося к городским воротам Урочища, проблем хватало с избытком.

В ванной меня ждал неприятный сюрприз. Я надеялась быстренько привести себя в порядок, но вместо этого уставилась на отражение в зеркале и никак не могла сообразить, как так вышло, что за ночь у меня под глазами появились огромные черные круги, кожа потускнела, а лицо осунулась. Даже после того, как ночь напролет готовилась к экзаменам, я не выглядела настолько… уставшей и потрепанной. Колтун на голове, который, как ему было и положено, еще немного увеличился в размере, на фоне общей картины уже даже не смущал. Я зачесала волосы, вновь надежно скрыв безобразие, поплескала в лицо водой, пощипала себя за щеки, надеясь добавить им немного краски и, удрученно качая головой, пошла заваривать чай. Нужна Веллару помощь, не нужна, но я не могла позволить пожилому человеку после ранения оставаться голодным.

Маг с дивана так и не поднялся. Он подтянулся выше, прислонившись к спинке, но все еще выглядел донельзя слабым.

— Держите, тут лепешки с мясом и сыром, — поставила ему на колени тарелку, протянула кружку с горячим чаем и села за стол, куда поставила то же самое для себя.

Господин Веллар оглядел свой завтрак и немного виновато начал:

— Госпожа Элина, я понимаю, что…

— Можно просто Эля, — тихо перебила его я. — Мы все-таки теперь вместе работаем.

— Эля, — маг улыбнулся, а я изумленно моргнула: сейчас мне казалось, что он чуть ли не мой ровесник! Но стоило ему чуть податься вперёд, как солнечный свет упал прямо на лицо — морщины не исчезли, седина не потемнела, а кожа по-прежнему напоминала пергамент. До жути захотелось вновь распахнуть его рубашку и посмотреть, с телом такие же метаморфозы происходили?

— Спасибо, что выручили. Я, собственно, к утру бы и сам… Но спасибо, да…

Он покашлял, стараясь скрыть смущение, а я неловко кивнула, принимая благодарность. Ели мы в тишине, и когда Веллар после завтрака поднялся и, извинившись, ушел наверх, я выдохнула с облегчением. Язык жгли миллион вопросов про Урочище. И если магу я их задать не имела права, то точно знала, кому могла. А потому я быстро доела, глянула на часы и, удостоверившись, что время уже подходящее, вышла из дома.

Глава 9

В приемной господина градоначальника по утру было малолюдно. Однако, в отличие от прошлого раза, посетителей в просторном холле встречала сидящая за столом секретарь, госпожа Устинья. Она оказалась удивительно милой и по-домашнему уютной: чуть полноватая, низенькая и вкусно пахнущая сдобой. Видимо, взяли ее на эту должность в противовес высокому и сухопарому Родогосту.

Сидеть в приемной госпоже Устинье было невыносимо скучно, поэтому мое утреннее появление очень ее взбодрило и обрадовало. И мы незаметно перешли от рабочих вопросов по довольствию, которое перечислялось Ковеном для городского мага два раза в месяц, к обсуждению последних городских новостей и рецепту самых пышных в Копытцах оладушек, потому что, как оказалось, госпожа Устинья совмещала в Управлении города две должности — личного повара градоначальника и его же секретаря.

Господин Родогост не заставил себя долго ждать и тоже поначалу был очень мил, даже сделал вид, что небольшой перебранки в прошлый раз между нами не было: радушно встретил и даже в кабинет проводил. Но потом его радушие куда-то делось. Примерно через три четверти часа, когда я перечисляла господину градоначальнику свои идеи по улучшению города, он совершенно невежливо поднялся, стянул сюртук, бросив его на спинку кресла, и вышел из комнаты, в сердцах хлопнув дверью.

Немного подождав для приличия, я отправилась следом, потому что проговорили мы не все вопросы, и явно не дошли до самых интересных. Благо глава города далеко не убежал: он на заднем дворе топил баню. В разгар рабочего дня он, никого не стесняясь, в расстегнутой рубахе и простых холщовых штанах, таскал воду. И на меня, которая ходила за ним по пятам, внимания не обращал. А я продолжала:

— Вы ведь понимаете, что я так просто это не оставлю? Список недоделок еще в работе, но пока нужно заняться теми, что я указала. Это же совершенно немыслимо, у вас городские стены разваливаются! А брусчатка? Вы видели состояние брусчатки? Горожане скоро ноги ломать начнут, а лечить кто будет? Кстати, о лечебницах…

— Угу, — господин Родогост больше не пытался мне связно отвечать. Он вылил воду в большую бочку, на мгновение выпрямился, держась за спину, и только я снова открыла рот, развернулся и припустил к поленнице.

К этому моменту я даже слегка подустала, а потому села на скамеечку у входа в баню и убрала в карман блокнот, которым все это время старательно потрясала перед носом градоначальника.

— А когда Урочище к стенам города подойдет, вы тоже баню топить пойдете? — спросила у несущего дрова Родогоста, придержав двери.

Это заставило его на мгновение притормозить, и я подскочила помочь, поднимая упавшие чурбачки.

— Про Урочище кто сказал? — хрипло поинтересовался он.

— Лучше спросите, кто не сказал, — с досадой ответила я, проходя следом за ним в баню и складывая поленья у печки. — Господин Веллар не сказал, горожане не сказали, вы вот тоже не потрудились сообщить! А это, между прочим, первое, о чем нужно было предупредить свеженазначенного мага.

И тише добавила:

— Я сама там вчера была, и знаете, впечатления от посещения леса у меня не самые радужные.

Господин Родогост тяжело вздохнул, с грохотом сгружая свою ношу в углу, и принялся топить печку.

— Почему вы не сообщили в Ковен? — строго спросила я, устраиваясь рядом.

Градоначальник вздохнул еще тяжелее. На меня он старательно не смотрел, только протягивал ладонь, на которую я складывала полешки одно за другим.

— Ладно вы! — я зашептала. — Почему господин Веллар не обратился за помощью? Он ведь должен был понять, что не справляется?

— Он справляется, — пробурчал Родогост, не поворачиваясь.

— Да где же справляется? — удивилась я, наблюдая за тем, как быстро под руками градоначальника занялся огонь. — Он вчера раненый вернулся! Да если б не я…

Если б не я и не мое защитное заклинание на двери, шарахнувшее неготового к такому подарочку Веллара, возможно, ситуация была бы чуть менее критичной, но об этом я тактично умолчала.

Поленья разом вспыхнули и зачадили, наполняя комнату горьким черным дымом. Я закашлялась, зажмурилась, а когда открыла глаза, рядом уже никого не было. Только стукнулась об косяк скрипучая дверь.

— Я ведь все равно никуда не денусь, господин градоначальник, — пробормотала я непонятно кому. — У меня работа…

Еще немного посидела, наблюдая за тем, как споро разгорается пламя, закрыла дверцу на печи и отправилась эту самую работу работать.

***

— Эй, Элечка! Девочка! — окликнула меня госпожа секретарь, когда я уныло брела вдоль рыночной площади. — Я почту тебе забыла отдать!

В отличие от Родогоста, госпожа Устинья была так добра ко мне, что я прощала ей и «девочку», и даже «Элечку». Когда градоначальник от меня сбежал, я даже зашла с ней попрощаться, но на месте уже никого не застала.

— Ты на него не злись, — женщина обняла меня за талию. — Ему надо с тобой свыкнуться. Ему со многим теперь свыкаться приходится.

Я кивнула, разглядывая коричневые конверты, коих оказалось аж три штуки. Два от Ковена, а третье — внутри сразу стало чуточку теплее — третье было от Забавы.

— Сейчас в городе непростые времена.

— Так именно поэтому… — я начала кипятиться, но тут же взяла себя в руки. — Всем надо со мной свыкнуться, я это понимаю, вот только пока они там привыкают, ситуация может выйти из-под контроля.

Госпожа Устинья грустно кивнула, но тут же снова заулыбалась.

— А ты приходи к нам завтра на обед, я куропаток запекать собралась. И оладий нажарю! Как раз и убедишься, что на простокваше они получше выходят-то.

— Думаете, с обеда господин Родогост не сбежит? — с сомнением протянула я.

Она задумалась и неуверенно кивнула:

— Не должен.

Мы распрощались на перекрестке, где госпожа секретарь свернула в сторону рынка, похоже, собираясь закупиться перед завтрашним приемом, а я отправилась в дом мага.

Дверь оказалась не заперта, хотя внутри никого не оказалось. Я постояла напротив кухни, где были свалены свертки с продовольствием, наказав себе немедленно этим заняться, но подходящих доводов, почему это надо сделать именно сейчас, не нашла, а потому, перестав себя мучить, прошла в гостиную, уселась за стол, отодвинула сваленные горой записи и выложила перед собой письма.

Профессионализм взял верх, и первыми я открыла Ковенские. Как и предполагалось, ничего особенного там не было. Первое письмо содержало стандартное поздравление от господина ректора с окончанием обучения и пожелание плодотворной работы. Во втором был мой контракт, на котором я еще несколько дней назад поставила подпись. Самое время теперь его читать! Хихикнула и отложила документы в сторону. Уже не к спеху.

А вот Забавино письмо я сначала покрутила в руках, предвкушая, но потом не выдержала, быстро надорвала край и вытащила листок. Знакомый неровный почерк, валящиеся друг на друга буквы и сползающие вниз строчки явно демонстрировали то, что подруга сильно торопилась — для Забавы это было нормальным состоянием. Она всегда куда-то опаздывала или откуда-то сбегала.

«Элька!

Вот ты учудила! Зачем ты так далеко уехала работать? Это план у тебя такой хитрый — от всех сбежать? Так достали Дин с мальчишками? Ты бы им тем нашим проклятием фурункульным пригрозила, они ведь так и не разобрались, как его снимать… Слушай, а вот я на днях в сердцах такое проклятие хорошее придумала! Нужно всего лишь…»

Дальше буквы совсем уехали вниз. Я перевернула страницу.

«Васька говорит, что это неважно и можно потом рассказать. Да! Я тебе чего пишу. Айвен в Светограде сейчас, но тебя уже не застал, а ведь он очень надеялся, что сможет тебя уговорить отказаться от должности в столице и помочь ему с исследованиями…»

Я невольно задержала дыхание. Работать с Айвеном над его исследованиями? Это даже больше, чем я могла мечтать! Однако подписанный контракт помощника мага в Кривом копытце уже лежал прямо передо мной, отрезая все пути к работе мечты на пять долгих лет.

«Не знаю уж, чем тебя пленили эти Копытца, но это очень к месту, поскольку…»

Дальше письмо обрывалось, и с новой строки ровным и аккуратным подчерком было выведено:

«Добрый день, дорогая Элина!

Пишет тебе твоя добрая подруга Василиса. Пока Забава немного занята: она по обыкновению забыла наложить стазисное заклинание на зелье и теперь пожинает плоды своей невнимательности. Айвен будет очень печалиться по поводу своей лаборатории. Хотя, на мой взгляд, прямой выход в лес через стену очень оживляет эту темную каморку.

Мы все были расстроены твоим назначением, но что уж теперь. Вы, молодые девушки, редко когда делаете выбор умом, все больше полагаясь на сердце. Но от тебя, признаться, такого не ожидала. Уж кто-кто, а ты всегда казалась мне очень амбициозной. Ну да ладно.

Не могла бы ты тогда по дружбе оказать нам небольшую помощь? Понимаешь ли, совсем недалеко от тебя располагается Велесово Урочище, куда еще по весне отправились на прогулку госпожа Гордана и Лихо. Нежить погонять, места новые посмотреть. Забава тоже собиралась, но я ее отговорила. Зря, наверное. Потому что лучше уж по непроходимым лесам бродить, чем с Забавой новые зелья изобретать. Она же никогда советов не слушает! Говорит, сама лучше знает! А как лучше-то, если…»

В этом месте ровные Васютины строчки тоже поползли вниз, закончившись чернильным пятном. И уже на новом листе снова Забавой было криво написано:

«Айвен меня убьет! Нужно придумать, где сегодня ночевать, потому что, кажется, начинается дождь, а крыши у нас больше нет! Хоть бы его подольше в столице задержали, я пока что-нибудь придумаю.

По поводу бабушки и Лихо — они уже давненько не выходили на связь. Не то чтобы я сильно волновалась, но бабушка обычно так надолго в экспедиции не ездит. Да и Чащоба, ее леший, переживает. Говорит, сердце у него не на месте. Еще бы оно было на месте — у нежити отродясь сердец не было! Разве что забрал у кого и в тумбочку положил. Так следить за своими вещами надо…

Ты там поспрошай, не случилось ли чего в этом вашем Урочище? Не горело ли оно недавно, не было ли потопов, ураганов, смерчей?.. А если бабушку вдруг увидишь, привет ей передавай. Скажи, у меня все хорошо, не надо меня навещать! Особенно когда Айвен в Светограде. В этом случае совсем не надо!

Целую. Обнимаю. Твоя Забава».

И маленькая приписка от Василисы:

«А Лихо передай, что у нас пока не все получилось, но основное уже готово. Не успеет до осени вернуться — мы без него пойдем. Только это чтоб госпожа Гордана не слышала!

С наилучшими пожеланиями, Василиса».

Я отложила письмо в сторону и уставилась в окно. Очень хотелось прямо сейчас все бросить и бегом побежать в Дубковский лес. Влипать с Забавой в неприятности, работать с Айвеном над его исследованиями, вести философские беседы с Василисой.

Двумя пальцами взяла подписанный контракт и бросила его на пол. Посидела еще немного, вздохнула, подняла разлетевшиеся листы, разгладила, аккуратно свернула и положила в сумку. Я маг, а не взбалмошная ведьма. А потому должна взять себя в руки и делать что должно. Пять лет помощником мага в Кривом копытце? Пусть так.

Достала свой блокнот и записала: «Госпожа Гордана и Лихо пропали в Велесовом Урочище — разузнать и найти».

Хотя я точно не удивлюсь, если именно эти двое и стали причиной пробуждения скверны. Я бы на месте скверны тоже пробудилась и попыталась убраться подальше.

Глава 10

Веллар вернулся домой, когда я уже заканчивала уборку. Он остановился в дверях и неуверенно поглядел на свои грязные ботинки.

— Да идите уж. Тряпкой бить не буду, — я устало вытерла лоб и сняла полотенце, повязанное на талию. — Не сидеть же на улице только потому, что я тут порядок навела?

Маг осторожно переступил порог, помялся, а потом снял ботинки и взял их в руки.

— На второй этаж я не ходила, — сообщила господину начальнику в спину, когда он на цыпочках принялся подниматься по лестнице, — поэтому там можете пачкать полы в свое удовольствие.

Настроение мое, ухнувшее куда-то ниже злополучных полов, после письма от Забавы с Васютой, улучшаться не планировало. Наоборот, чем больше я раскладывала вещи по своим местам, чем больше махала тряпкой и намывала половицы, тем сильнее себя накручивала. Так, значит, уважаемый господин ректор? Почетная должность, говорите? Карьерный рост? И он ведь ни словом мне не соврал, разве что с уходом на пенсию Веллара дал маху!

Но и всей правды не сообщил. А правда была такова, что у меня был выбор! И это злило больше всего. Поторопилась и получила по полной.

Веллар еще этот! Я бросила гневный взгляд на лестницу. Со второго этажа сейчас не доносилось ни звука. Запустил дом — страшное дело! Такого бардака я давненько не встречала. Это относилось не только к жилищу, хотя мне в какие-то моменты казалось, что проще его сжечь, чем отмыть, но и к организации нашей, маговской, работы в Кривом копытце. Горожане, казалось, вообще нормального мага давненько не видели. Шли и шли без остановки.

Сегодня народ, понявший, что я на месте, снова начал собираться под окнами, но я была в таком настроении, что почти вежливо и местами по слогам попросила всех удалиться до завтра, пообещав известить о приемных днях. Сегодня госпожа маг могла случайно сорваться и наорать, а это было бы весьма и весьма непрофессионально.

Лестница снова заскрипела, и Веллар торопливо спустился вниз.

— Я, собственно, забрать кое-что заскочил, — он вышел на крыльцо и принялся обуваться уже там. — И уже ухожу.

Я молча кивнула. Слова у меня отчего-то закончились. Я просто стояла у дверей и пялилась на господина мага.

Похоже было на то, что Веллар только что разобрался с омолаживающим заклинанием, которое до этого никак не ему не давалось. И смотрела я сейчас на весьма и весьма симпатичного, чуть лохматого и замученного, но молодого мужчину. Моргнула несколько раз, думая, что от усталости пелена перед глазами появилась, и бросила взгляд в зеркало, стоящее у дверей — нет, не пелена. В зеркале отражались и мои круги под глазами, и какая-то серая безжизненная кожа, и жуткая пышная прическа, скрывающая колтун.

Пока я сокрушалась, Веллар бодренько выпрямился, даже не охая и не держась за поясницу, мимолетно улыбнулся, отчего я неожиданно для себя, смутилась, и, махнув на прощание рукой, ушел. Некоторое время я продолжала изумленно следить за удаляющимся силуэтом, надеясь разглядеть хоть намек на хромоту, но нет. По улице стремительно вышагивал здоровый молодой человек. Даже седины в его волосах и той поубавилось.

— Знаете что, господин маг, — обиженно заявила я почти скрывшемуся за поворотом Веллару. — Кажется, кто-то тут старательно водит меня за нос!

Я развернулась, захлопнула дверь, на ходу накладывая запирающее заклятие, и решительно принялась подниматься по ступеням на второй этаж. Да, меня туда не приглашали. Но ведь и не запрещали заходить!

Наверху было темно, длинный узкий коридор с рядом дверей по обе стороны тонул в полумраке. Поэтому я подняла ладонь и призвала свой огонек. Несмотря на крошечный размер, он довольно неплохо освещал все вокруг, и я принялась внимательно разглядывать следы на полу. Потом открыла первую дверь, за ней оказалась спальня, прошла дальше по коридору и толкнула вторую, ведущую в небольшую гостиную, а потом дошла и до третьей. Интересное дело. По всему выходило, что господин маг здесь не жил. Здесь вообще никто давно не жил. Свежие следы на пыльном полу вели только к третьей комнате, в которой был не то кабинет, не то просто каморка со столом и рядом книжных полок. В спальню и гостиную, судя по паутине, висящей по стенам, никто не заходил уже несколько месяцев.

Я спустилась вниз, прошла в приемную, села за стол и потянулась к чистым листам бумаги. Подумала немного, решая, кому лучше адресовать свое письмо, и пришла к выводу, что госпоже Маниже будет в самый раз. Госпожа библиотекарь мало того, что была не прочь посплетничать, так еще и имела доступ к Ковенскому архиву. А поскольку я в свое время в библиотеке разве что не жила, мы с ней отлично сдружились. И мои вопросы не должны были вызвать у нее никаких подозрений: конечно, любой молодой магичке будет интересно, каким был ее начальник во времена учебы. Поэтому я закусила губу и принялась сочинять письмо. А когда закончила, поместила его в конверт и запечатала. Завтра, когда пойду на обед к градоначальнику, попрошу госпожу Устинью отправить.

Потом со вздохом придвинула к себе стопку с запросами от горожан. С чего-то надо было начинать разгребать эту прорву дел. Зажмурилась и вытащила лист из середины.

***

Возвращалась домой я уже потемну. И если в центральной части города светили фонари, то на задворках, куда меня поселили, из освещения были только звезды. Сил к вечеру снова почти не осталось, поэтому я не стала зажигать магический огонек, решила, что пришло время вплотную заняться прической, иначе я рисковала остаться совсем без волос. Пусть сегодня я планировала разобраться только с теоретической частью, но все равно крохи магии могли пригодиться.

Ближе к дому я замедлила шаг, старательно вглядываясь в темные здания с горящими окнами. Где-то тут жила бабка Матрена с Фимкой. Я еще днем хотела к ним заскочить, узнать, как дела, но закрутилась и забыла. Как она говорила? Синий забор?

Аккуратный резной заборчик, в темноте больше серый, чем синий, действительно нашелся через дом от моего. И это был единственный целый забор на всю улицу. Где-то в глубине сада виднелся неяркий свет, и я, отворив калитку, отправилась туда.

Поднялась на высокое крылечко и постучала в дверь.

— Матре… — начала я, когда эта самая дверь распахнулась, и я изумленно ойкнула, столкнувшись нос к носу с господином магом.

— Веллар? — прошептала я, округлив глаза. — Что случилось?

— А что случилось? Ничего не случилось, я тут по делам горожан, — недовольно ответил он, отодвинул меня с дороги и, прихрамывая, медленно пошел по дорожке к выходу.

Я несколько мгновений продолжала за ним наблюдать. Это просто уму непостижимо, но он снова оказался седым, сгорбленным и морщинистым, как будто все, что было днем, мне просто привиделось.

Голова сразу переключилась на новую загадку: если бы я решила создать омолаживающее заклятие, что бы я взяла за основу? В любом случае это было бы что-то устойчивое и надежное, чтобы пролонгировать эффект. Можно получше изучить потоки сил, создаваемых молодильными яблоками, там как раз получалась довольно прочная структура, а потом нанизать на эту схему магию, как бусины, только очень аккуратно, и господину Веллару не пришлось бы…

Дверь снова отворилась, задев меня. И я ойкнула во второй раз.

— А ты чего тут? — буркнул Мирко, которого я целый день не видела — поначалу я даже обрадовалась встрече. Был он какой-то шальной: словно взбудораженный и расстроенный одновременно.

— И тебе добрый вечер, — недоуменно ответила я, заглядывая ему за спину, а ну как еще кто интересный нарисуется. Судя по всему, дома у бабки Матрены только господина градоначальника для полного моего счастья не хватало.

— О, Элечка, заходи, — в дверях появилась сама соседка, счастливая и довольная. Она даже как будто светилась немного. — Хочешь есть? Я тут снова напекла пирогов.

— Она не хочет, — огрызнулся Мирко и потянул меня за руку с крыльца.

— Так, — я выдернула ладонь, остановилась и нахмурилась. — Что здесь происходит? Ты почему старшим грубишь? Тебя никто не учил, как нужно разговаривать?

Мирко покраснел и надулся, а потом злобно посмотрел на Матрену, с интересом ожидающую, чем дело кончится.

— Она тебе помогла, а ты за старое! — не выдержав, шикнул он на нее. — Пора бы уже успокоиться, а ты опять. И вообще, долго бы ты протянула, если б…

— Не твое дело мне советы раздавать, бесенок, — усмехнулась Матрена.

Поглядела на меня, будто размышляя, что делать, пожала плечами и захлопнула дверь, оставив нас в темноте.

— Может, уже хватит загадок? — я устало поинтересовалась у Мирко, который возмущенно сопел рядом. — Она у вас кто? Городская отравительница со своими знаменитыми ядовитыми пирожками? Мирко, я помню, ты говорил, что у нее ничего нельзя брать, но ты, похоже, чуть заигрался и обидел пожилого человека…

— Она не пожилой… человек, — упрямо возразил он с секундной задержкой, и тут уж мои магические инстинкты заискрили.

— А какой она человек? — вкрадчиво уточнила я, подтолкнув его по тропинке к выходу из сада.

— Плохой, — он вывернулся и быстро пошел вперед. Но калитку для меня придержал, правда, старательно при этом глядел в другую сторону. И до дома проводил.

— Зайдешь? Не скажу, что у меня есть горячий ужин, но если чуть подождешь, я разогрею то, что осталось со вчерашнего вечера.

Мальчишка замялся, но потом все же мотнул головой. И руки на груди сложил, видимо, для придания веса своему отказу.

— Тогда приходи, пожалуйста, завтра, — мягко попросила я. — Можно сразу к магу домой. Мне очень нужна твоя помощь. Не поверишь, я сегодня дом господина Прокопа добрый час искала!

— Это Прокопа-ткача, что ли? — Мирко подошел ближе, но руки пока не расцепил. — А зачем?

— Так теща его заглянула, сказала, сглазили его, очень просила проверить. Вот я и проверяла.

— И что он?

Я неторопливо пошла по тропинке к дому, и мальчишка, не удержавшись, двинулся следом.

— Никто его, конечно, не проклинал. Просто он забрал жену и детей от слишком деятельной тещи и съехал на другой конец города. А та обиделась — страшное дело.

Я усмехнулась, вспомнив счастливые глаза молодого мужчины, который первый раз за долгое время себя хозяином в семье почувствовал.

— Да, я бы тебе сразу подсказал, куда надо идти, — Мирко с досадой махнул рукой, разом оттаивая. — Он на Ремесленный переулок перебрался на днях, дом там купил, мастерскую открыл.

— А потом я пошла к кузнецу Святославу, тоже поплутала. Правда, не так долго. Все-таки кузня — это не маленькая мастерская. Я еще очень плохо знаю город, провожатый мне бы не помешал.

Мирко как миленький последовал за мной в дом. И пока я переодевалась в домашнее, быстро растопил печь. Дождался, когда я выложу на стол хлеб и сыр, и нетерпеливо спросил:

— А что там у кузнеца-то? Расскажешь?

— У кузнеца еще ничего, а вот что случилось у двух торговок на рыночной площади, надо было видеть!