Нет обратного пути

Глава 1. Вечер в поместье Силверби

Запись в дневнике

“Двадцать четвёртое сентября тысяча восемьсот сорок первого года.

Я не понимаю, что со мной происходит. Последнее время меня не отпускают странные чувства. Всё кажется мне неправильным и подозрительным, но я счастлива. Мне сложно сконцентрироваться на собственных мыслях и чувствах, что уж говорить о чужих.

Всё слишком хорошо, и меня это настораживает. Неужели Господь так милостив ко мне? Он простил все мои грехи? Сейчас мои руки трясутся из-за волнения, которое присуще каждой леди в моём положении. Я предвкушаю и опасаюсь сегодняшнего дня. Нелли где-то пропадает, хотя обещала прибыть пораньше и помочь мне. И всё-таки она единственная, кому я бы доверила свою жизнь. В этом змеином логове она — самый нужный для меня человек. Накануне я опять виделась с Джулианом. Он сам приехал к нам в поместье, это показалось мне странным. Я думала, что он захочет провести вечер со своим другом, а не с его невестой. Джулиан хороший друг, пусть иногда он ведёт себя непонятно.

Я опять отвлеклась. Пришла горничная и принесла моё платье. Я всё больше нервничаю. Я ведь так долго ждала этого, почему плачу? А может, что-то изменилось в нём? Или он всегда был таким? Я пишу слишком много вопросов. Кажется, Нелли наконец приехала, мне пора собираться. Надеюсь, это не будет ошибкой… Хотя в любом случае обратного пути уже нет.

Клара”

Глава 1. Вечер в поместье Силверби

Сидя напротив камина в гостиной поместья Силверби, две юные английские аристократки обсуждали свои планы и мечты на будущее. Разговор между подругами быстро перетёк в сплетни о сыновьях и наследниках знатных родов. Клара Пирс смеялась над очередной колкой шуткой подруги, совершенно забыв про этикет и правила приличия в высшем обществе. Элеонора Силверби, младшая дочь хозяина поместья Эдмунда Силверби и его супруги Августы Силверби, не стеснялась подбирать слова в своих выражениях и так же громко смеялась с них.

Обсуждение спокойной жизни без интриг надоело девушкам ещё в начале их встречи, поэтому разговор зашёл о потенциальных женихах.

— Сегодня утром к нам заглядывал сынок Грейнеров, ты помнишь его? — Спросила Элеонора у Клары, которая, по мнению самой Элеоноры, давно нуждалась в достойном женихе. Она всё никак не могла понять, почему у такой леди, как Клара, с прекрасными светло-карими глазами и короткими волнистыми волосами цвета каштана, до сих пор не назначена помолвка с каким-нибудь завидным женихом, который принесет семье Пирс ещё более выгодное положение в обществе. В их время редко браки сопровождались любовью, но все леди всё равно надеялись на лучшее.

— У самой жених уже есть, решила и мне подыскать? Говорят, что он высокомерный и наглый, хотя, определённо, с харизмой, раз так много леди по нему вздыхают, — ответила Клара, поправляя складки на юбке платья. Хоть сейчас совершенно неформальная обстановка, для неё важно всегда хотя бы выглядеть подобающе.

— Ты его просто не видела, он очень возмужал, и, что самое главное, он близкий друг Джулиана. Представь, мой брат водит дружбу с таким красавцем! — Элеонора восхищённо вздохнула. — Мне кажется, что вы с ним будете идеальной парой.

—Отчего же? Разве от него будет толк? — скептично произнесла Клара, с недоверием посмотрев на подругу. — Хотя, может ты и права. Он всё-таки сын крупных торговцев. Надо бы с ним когда-нибудь пересечься.

— Кстати об этом, лорд Бэринг скоро устраивает званый ужин в честь дня рождения его супруги, — Элеонора лукаво улыбнулась. В её ледяных синих глазах загорелось предвкушение. Оно было настолько велико, что даже Кларе стало немного не по себе от такой резкой смены её настроения. — Хоть приглашения ещё не раздали, я уверенна что наши семьи будут приглашены. А ещё в чём я более уверена, так в том, что туда будет приглашена семья Грейнер.

— Откуда ты об этом знаешь? — Элеонора владела удивительным свойством знать всё раньше всех. Кларе это, безусловно, было на руку.

Для многих в обществе Элеонора Силверби оставалась холодной и загадочной леди, смотрящей на всех и с холодным презрением. Настолько она отталкивала людей, что многим казалось, что её многоуважаемые родители заключили сделку с Дьяволом за такую неземную красоту их дочери, за что поплатились её ужасным характером. Но несмотря на это, Кларе удалось найти с ней общий язык и даже подружится. Среди высшего общества их называли дуэтом Дня и Ночи. Многие лорды и леди не понимали, почему добрая и обаятельная Клара водится с такой недоступной Элеонорой. Однако, очевидно, что никто не смел говорить им об этом в лицо.

— Брат упоминал утром, при разговоре с Грейнером, — немного сконфуженно ответила Элеонора.

— Нелли, ты подслушивала? — Клара, уверенная в своей догадке и обрадованная тем, что заставила подругу смущаться, победно улыбнулась и хитро прищурилась.

— Не каждый день к вам в гости приходит Уильям Грейнер! — девушка начала оправдываться, улыбаясь и надеясь, что подруга поймёт её поступок, пусть она и не сомневалась в этом.

— Ну конечно, все твои беды из-за Уильяма Грейнера, — поддерживая шутку, сказала Клара, — Ладно, посмотрим на него вместе на ужине. Уже поздно, мне пора возвращаться домой, — она поднялась с кресла, в который раз поправляя складки на юбке.

— Хорошо, я прикажу подать лошадей. И я уверена, что такой лисе, как ты, точно понравится Грейнер. Может он уже сейчас тебе нравится, просто ты стесняешься и не признаёшь это? — Элеонора встала вслед за подругой, не желая прекращать обсуждение Уильяма.

Кларе уже начало надоедать постоянное упоминание молодого лорда, хоть она и не отрицала, что многочисленные отзывы о нём заинтересовали её. Она догадывалась почему он цеплял остальных леди, но чем он мог зацепить её подругу-недотрогу – она не понимала. Насколько ей было известно, главы семей Пирс и Грейнер, Реджинальд и Гилберт, были давно знакомы и когда-то даже сотрудничали, но после смерти любимой жены Амабелль, Реджинальд закрылся от многих, включая собственную дочь. Это, видимо, и стало причиной распада союза.

Реджинальд Пирс прослужил короне очень долго, занимая пост фельдмаршала. Однако, три года назад он оставил службу из-за травмы ноги, так и не дослужив до главнокомандующего. В кругах аристократов ходили слухи о том, что на самом деле Реджинальд просто устал служить и сам прострелил себе ногу.

Гилберт Грейнер владел ткацкой мануфактурой, являясь одним из главных поставщиков Англии. Его принято считать одним из самых богатых людей в Манчестере. Но по правде, всеми делами, касаемо бизнеса, занимается его супруга Эди́т Грейнер. Об этом знает лишь близкие друзья семьи, однако слухи об этом ходят в обществе уже давно.

— Ваша карета подана, мисс, — в зал вошла служанка Мэри, делая поклон леди Пирс и своей госпоже.

— Пойдем, милая, — сказала Нелли, беря Клару под локоть, — Может, судьба нам улыбнется, и мы встретим сэра Грейнера? — Клара уже хотел возмутиться от столь частого упоминания его имени, но тут же опешила, понимая к чему клонит подруга.

— Он всё ещё здесь? — мисс Пирс остановилась, удерживая мисс Силверби рядом с собой. Нелли имела глупую черту – уходить от разговора с помощью ног.

— Да. Разве я говорила, что он уехал? — явно посмеиваясь над подругой, сказала Элеонора. — Не будь такой занудой.

***

В игровой комнате сэра Силверби младшего было очень душно, несмотря на поздний вечер. Окна были распахнуты, но даже так мужчинам пришло расстегнуть верхние пуговицы рубашек. Кудрявые темно-русые волосы разлохматились и лезли в темно-зеленые глаза Билла Грейнера. Сегодня, впервые за долгое время, он наконец смог посетить своего старого друга, с которым он уже давно не мог встретиться. После последней игры, Джулиан Силверби распустил свои чёрные длинные волосы, обычно собранные в хвост. Весь день они провели вместе, играя в бильярд и обсуждая новости, которых у обоих набралось немало.

Вчера Джулиан получил письмо от старшей дочери лорда Бэринга, Виолетт Бэринг, с упоминанием званого ужина в честь дня рождения её матери. Хоть Джулиан не считался красавцем, и по нему не сходили с ума юные леди, в отличие от его друга, Виолетт не раз оказывала ему знаки внимания. Так как они никогда не были особенно близки, а его сестра крайне нелестно отзывалась о Виолетт (насколько он понял, у них когда-то была крупная ссора), Джулиан не стремился к сближению с ней.

Уильям узнал об ужине от Джулиана, но не сильно им заинтересовался. Он часто оставался равнодушен к балам и подобным встречам, однако, из вежливости, делал вид, что очень заинтригован и непременно будет ждать этот приём. Но в этот раз нутро подсказало ему расспросить друга подробнее.

— Джул, а кто ещё будет приглашён, Виолетта не писала? — спросил Билл, садясь за стол рядом с Джулианом. От такого насыщенного дня Силверби устал и выглядел немного поникшим.

— Во-первых, её зовут Виолетт, а не Виолетта, — слегка усмехнувшись от своего замечания, ответил Джулиан. — Во-вторых, я точно не знаю, но догадываюсь, что там будут Вултоны, Ховарды и, конечно же, Пирс.

Уильям выпрямился, заинтересовавшись таким составом.

— Пирс? Старик, который сам себе ногу прострелил? — насмехаясь уточнил Билл. В обществе считали, и впрочем не ошибались, что этот дамский угодник никогда не переставал улыбаться и вообще не знал смущения или стеснения.

— Ты серьёзно веришь в эти слухи? Амабелль Пирс была подругой Пенелопы Бэринг, так что позвать её мужа и дочь было бы логично, — хмыкнул Джулиан, подняв голову и посмотрев на друга.

— Дочь… Что же за дочь у него? — такого вопроса от вечно скучающего Билла Джулиан не ждал. Немного помедлив, он ответил ему:

— Клара Пирс, девятнадцать лет отроду. Тебя она заинтересовала? — он стал внимательнее вглядываться в лицо приятеля.

— Нет, просто не мог вспомнить её имя, — Билл пожал плечами, встал и протянул руку Джулу. — Ещё партию?

Уильям помнил, как часто к ним в гости заглядывал фельдмаршал Реджинальд и его тогда ещё живая супруга Амабелль с маленькой дочкой. Тогда Биллу было около восьми лет, а маленькой Кларе всего пять. После смерти Амабелль они перестали видеться. Со временем Билл и вовсе забыл про неё, лишь изредка слыша эту фамилию в обществе. В его семье главной была мать с очень жёстким и строгим подходом ко всему: хоть дела торговли, хоть воспитание сына. Поэтому ему было бы сложно представить свою жизнь без матери.

Его отец всегда был бесхарактерным и «мягкотелым». Такая большая неуверенность в себе не пошла бы на пользу владельцу мануфактуры, поэтому этим всем заправляла его жена. Так как изначально бизнес принадлежал именно Гилберту (он получил его от своего отца) считалось бы позором передавать наследство кому-то чужому. Поэтому Эдит командует всем из тени Гилберта.

— Билл, я устал, да и поздно уже, — вздохнул парень, поднимаясь со стула

— Устал проигрывать? — усмехнулся Уильям, который действительно был победителем этого вечера. На его колкость Джулиан, уже привыкший к такому поведению друга, грустно улыбнулся и покачал головой.

— С такими манерами ты нескоро женишься.

— Это ты так нескоро женишься. Девушкам нравятся уверенные в себе мужчины. Вот например, Элеонора, я бы ей понравился?

— Может быть и понравился, да только у неё скоро помолвка с сэром Седриком Кавендиш, — вздохнул Джулиан, шагая в сторону выхода. Ему не нравилась перспектива выдавать сестру за этого мужчину, и от того, что онникак не мог повлиять на это, ему было больнее всего.

— С этим истеричным дедом?! — Билл начал негодовать, говоря такие слова, о которых в приличном обществе даже подумать страшно. Хоть Седрику было около тридцати лет, он действительно плохо сохранился. Морщинистый, с седой бородой и лысиной он походил на старика, который еле доживает свой век.

— Будь аккуратнее в выражениях, — раздражённо буркнул Джулиан, хотя он был полностью солидарен с другом по поводу этого человека. Вслух он об это, конечно же, не сказал. — Да и я не поверю, что тебе настолько небезразлична судьба Нелли.

— Она ведь сестра моего друга, конечно небезразлична, — сказал Уильям, выходя в коридор вслед за Джулианом.

***

В прихожей их ждал сюрприз. Стоя у дверей, горничная подавала верхнюю одежду очаровательной леди, неизвестной ранее Уильяму. Её аккуратно уложенные вьющиеся каштановые волосы идеально подчеркивали овал её лица. В светло-карих глазах отражался огонь освещающих помещение свечей, делая их янтарными. Неяркие веснушки, покрывающие её щеки, стали совершенно незаметными в этой обстановке. Билл замер, рассматривая незнакомку.

— Билл, ты чего? — обернулся Джулиан, заметив отставание друга.

После этих слов Уильям заметил смотрящую на них Элеонору, которая вышла попрощаться, по всей видимостью, с подругой.

— Брат? Сэр Грейнер? Рада снова вас видеть, — сразу заулыбалась она, делая лёгкий реверанс в знак приветствия, — Позвольте представить, мисс Клара Пирс, — девушка жестом показала на леди рядом.

Клара так же рассматривала нового знакомого. У парня были густые тёмно-русые кудри, по которым видно, что он пытался их уложить, но всё было тщетно. В его зелёных глазах так же горел огонь, но, кроме свечей, он означал что-то ещё.

— Давно не видела вас, сэр Уильям Грейнер, — леди наметила такой же лёгкий реверанс, как и подруга, только более сдержанно от неожиданности и, из-за этого, менее элегантно.

Билл подошёл ближе к подругам и вытянул руку, прося её. Клара, замявшись лишь на мгновение, вложила свою руку в его. Он аккуратно поднес руку в светлой перчатке к своим губам и поцеловал. От такого обыкновенного и привычного действия для мужчины его статуса, у них обоих перехватило дыхания.

— Вы помните моё имя? Приятно, леди, — очень галантно и манерно сказал Уильям, смотря своим чарующим взглядом в глаза девушки. Руку Клары он всё ещё держал в своей. — Что же, буду рад встречи на званном ужине у лорда Бэринга, вы ведь в курсе?

— Да, благодарю, взаимно, — Клара улыбнулась, убрав руку, и обратилась к подруге. — Элеонора, спасибо за гостеприимство, — девушки тепло обнялись, хоть это было не совсем по этикету. — До свидания, сэр Грейнер и сэр Силверби.

Мужчины кивнули головой в знак прощания и Джулиан приказал слуге принести одежду для Уильяма. Вскоре гости разъехались, и брат с сестрой остались одни.

По дороге до дома Клара рассуждала о своих чувствах и эмоциях, которые испытала за сегодняшний вечер. Пусть она и не признается, но что-то во взгляде Уильяма её зацепило. Она плохо помнила его маленьким, играющим вместе с ней, но, на её удивление, взрослым он выглядел совершенно не так, каким она его представляла. Ей захотелось узнать его ближе: уяснить, какие слухи правдивы, а какие нет и понять, как следует себя с ним вести.

Приятные ощущения от неожиданной встречи возвращали Уильяма к мыслям о прошлом вновь и вновь. Подъезжая к своему поместью, он осознал несколько вещей. Он скучал по своей подруге из детства, которую не видел больше десяти лет. И пусть сейчас они совершенно незнакомые люди, которые не понимают, что друг у друга на уме, он хотел бы быть ближе к Кларе. Она для него новая загадка, которую ему не терпится разгадать и изучить. Теперь на званый ужин, который совсем недавно казался бесполезной тратой времени, ему захотелось попасть ещё сильнее.

Глава 2. Званый ужин

Глава 2. Званый ужин

— Сэр, прошу, проснитесь, — слуга пытался растолкать своего господина, который умудрился проспать до обеда и, видимо, собирался спать дальше.

— Я же просил меня не будить! — недовольно пробурчал Билл, медленно вставая с кровати. Юноше не по статусу было валяться в кровати до полудня, но изредка ему это удавалось.

Утро молодого господина не задалось с самого начала. Завтрак со своей семьёй он уже пропустил, поэтому решил позавтракать в тишине в саду. Солнце медленно скрывалось за тучами, пришедшими с запада. Поднимался сильный ветер, хотя дневная летняя духота всё равно давала о себе знать. Билл поёжился от резкого порыва ветра, сильнее кутаясь в свой пиджак. На сегодняшний день он ничего не планировал, лишь вечером он поедет на званый ужин Бэрингов, который смог его заинтересовать.

Точнее его заинтересовала вечерняя знакомая. Несмотря на красивую, но ничем не выделяющуюся, внешность, за такое короткое время он смог разглядеть в ней что-то, напоминающее его самого. Клара была для него свободным ветром, которого так не хватало Уильяму. Сейчас, когда настоящий ветер трепал его волосы, он пытался вспомнить её в детстве, но тщетно. В его голове был лишь смутный силуэт девочки и какие-то редкие фразы, словно отголоски прошлого. От этого ему стало не по себе. Уже много лет Уильям Грейнер не тосковал по девушкам.

Он улыбнулся, вспоминая, как замерла мисс Пирс от его прикосновения, которое длилось явно дольше положенного. Строгость её взгляда, когда она убрала свою руку обжигала, но вместе с тем манила. Это не было похоже на мимолётную страсть, которая часто вспыхивала рядом с другими леди. Он предвкушал сделать так же и званном ужине, чтобы опять заглянуть в её ореховые глаза.

Из размышлений о своих чувствах его вырвал начавшиеся дождь, каплями падающий на голову юноши. А ещё голос матери, зазвучавший совсем рядом за спиной с явной претензией.

— Почему ты пропустил завтрак? Где ты был утром? — Эдит Грейнер всегда стремилась к контролю. Жёсткая характером женщина требовала, чтобы перед ней все всегда отчитывались.

Насколько помнил Билл, брак его родителей был только из расчёта, но он слышал истории о том, как люди влюбляются друг в друга. Совместная жизнь, быт и работа часто сближали людей. Но, видимо из-за разницы в характерах, Эдит с Гилбертом не суждено было быть вместе. От того, что родители не любили друг друга и, скорее всего, просто терпели, им было сложно любить их общее дитя. С самого рождения Билл рос с гувернантками и учителями.

Мать всегда готовила его занять своё место, однако такая перспектива совершенно отталкивала свободолюбивого Уильяма.

— Спал. Вчера задержался у Силверби, — не поворачивая головы, ответил Уильям. Он спокойно отпил чай, когда мать подошла к нему и села рядом.

— Чем ты занимался там весь день? — спросила Эдит. Несколько лет назад она хотела заключить сделку с Силверби при помощи брака между сыном и Элеонорой, однако Эдмунд Силверби, глава семейства, нашёл для дочери партию выгоднее.

— Я не обязан отчитываться перед тобой, — огрызнулся Билл, но всё же продолжил. — Играли в бильярд и обсуждали званый ужин лорда Бэринга, слышала об этом? — Он наконец-то повернул голову к маме.

Её темные волосы с редкой сединой трепал ветер, взгляд тёмных глаз выражал задумчивость. Небольшой дождь начал усиливаться, и находиться под открытым небом стало неприятно. Мать и сын, поднявшийся со стула, пошли в сторону поместья. Женщина выдавила улыбку, больше похожую на оскал.

— Зачем ты показываешь мне свои шипы, если в конце всё равно сдаешься? Если делать что-то, то до конца, иначе это глупо.

Билл никак не отреагировал на это. Спокойно ответить ему мешала гордость, а грубить до последнего не давало воспитание и толика уважение к матери.

— Отвечая на твой вопрос, — продолжила хозяйка, поднимаясь по ступенькам на крыльцо. — мы получили приглашение от Бэринга сегодня утром, пока ты спал. Я не смогу пойти, однако ты с отцом обязаны. — Эдит остановилась под навесом, поправляя прическу, испорченную природой. К ней тут же подбежала горничная, помогая поправить платье.

— Я не удивлён, — хмыкнул Билл.

— И всё-таки, следи за языком, — раздражённо рявкнула женщина, уставшая терпеть наглость сына.

Уильям вздохнул, кивнул в знак извинений и вошёл внутрь дома.

***

С самого утра леди Пирс была на ногах. Она суетилась, придумывая какой же подарок лучше преподнести на юбилей, советовалась с отцом и выбирала наряд на ужин. Она не любила выходить в свет на подобные мероприятия, но раз именинница была подругой её матери, ей придётся прийти на юбилей.

Клара всегда понимала, что все эти улыбки сплошное лицемерие и по-настоящему искренних эмоций среди аристократов не осталось. Ей самой часто приходилось терпеть губы мужчин, слишком долго задержавшихся на её перчатке при приветствии. Все эти омерзительные прикосновения приходилось терпеть, чтобы не прославиться дурной славой среди аристократов. Она выдавливала из себя улыбки и благодарности, а позже, тем же вечером, во всех красках описывала Элеоноре свою ненависть к каждому лорду.

Подруга поддерживала её, хотя Клара знала, что Нелли относится к этому гораздо спокойней. Если бы только те лорды и многоуважаемые сэры знали, какими словами Клара описывала их… При выходе в свет она прекрасно держала маску доброжелательности и прилежности. Она всё терпела: эти жадные взгляды, разглядывающие её со всех сторон, перешёптывания завистниц, заставляющие физически ощущать всю грязь на себе. Такая жизнь была не для неё. Иногда, на эмоциях, Клара ловила себя на мысли, что лучше бы была тихой и незаметной прислугой, чем таким объектом внимания.

Клара вернулась к мыслям о своём наряде, но услышала, как капли застучали по стеклу. Резко испорченная погода испортила настроение юной леди. Теперь к платью надо подобрать верхнюю одежду. Конечно, для манчестерской погоды дожди не были редкостью, но конец июля давала надежду на более сухой период.

В комнату постучалась служанка.

— Мисс, фельдмаршал Реджинальд Пирс желает вас видеть, — служанка поклонилась, ретируясь обратно.

Тяжело вздохнув и отложив наряды обратно на кровать, Клара пошла к отцу. После смерти Амабелль она начала побаиваться его, он стал более непредсказуемым, чем раньше. Она не знала причину смерти матери, не могла вспомнить какие отношения были между родителями, но к своей дочери Амабелль всегда относилась с любовью и лаской. В английском обществе принято, чтобы вдовец женился в течении нескольких лет после смерти супруги, но вот прошло уже одиннадцать лет, а Реджинальд до сих пор не нашел супругу. Он продолжал носить чёрную траурную перчатку и скорбел по Амабелль.

Реджинальд ждал её в своем кабинете, стоя спиной к двери и лицом к окну. Клара постучалась и вошла. По запаху она поняла, что папа снова пристрастился к курению папирос. Отец обернулся и, улыбнувшись, кивнул на кресло рядом со своим столом.

— Я хотел бы с тобой поговорить, однако, зная тебя, тебе не понравиться, — чуть осипшим прокуренным голосом сказал мужчина, садясь напротив дочери. Клара напряглась, даже не представляя о чём отец собирался ей поведать. Ей многое не нравилось и гадать, что именно имел в виду отец, она не стала, лишь кивнула, показывая, что готова к разговору. — На ужин Бэринга приглашён один очень занимательный молодой человек. Я бы хотел, чтобы твоя помолвка прошла именно с ним.

Сердце Клары пропустило удар. Она знала лишь одного молодого человека, который, по её мнению, подходил к этому описанию. С ним она виделась вчера вечером. Его внезапное появление в прихожей дома Силверби выбило Клару из колеи. Неосознанно она коснулась пальцами того места, куда он её поцеловал на прощание. Перед отцом она всегда старалась быть настоящей и не скрывать свои эмоции, поэтому сейчас её щёки покрылись лёгким румянцем.

— Я ещё не обсуждал этого с ними, но планирую сделать сегодня, — продолжил отец, прерывая воспоминая Клары.

— Отец, про кого ты говоришь? — Клара осмелилась спросить, надеясь услышать заветное имя, которое так её манило, хотя совсем недавно она говорила Нелли, что и слышать про него не хочет. Уильям Грейнер.

***

Гости постепенно подъезжали к поместью Бэрингов. Все леди старались быстрее дойти до входа, но из-за непрекращающегося дождя это было не так просто сделать. Джентльмены услужливо подавали руку леди, выходящим из кареты, чтобы они, не дай бог, не поскользнулись. Внутри дом был украшен на славу. Всюду толпились люди, слуги раздавали бокалы с шампанским, был слышен смех гостей, ожидающих официального начала приёма. Около парадной лестницы, ведущей в бальный зал встречала гостей сама именинница вместе со своей дочерью.

Пенелопа Бэринг, именинница, была одета в восхитительное платье из бордово-фиолетового шёлка, идеально подчеркивающее её внешность. Платье было украшено позолотой и кружевом, что сразу выдавало в ней хозяйку поместья. Её убранные в пучок чёрные, как уголь, волосы украшала золотая диадема, подаренная мужем. Начался её шестой десяток жизни, однако она не унывала и продолжала смотреть на гостей, гордо подняв голову и держа спину идеально прямой. Она здоровалась со всеми прибывшими и, искренне улыбаясь, принимала поздравления. Её настрой передавался гостям и задавал тон всему приёму. Рядом с ней в не менее роскошном тёмно-красном платье стояла Виолетт, принимая комплименты.

Бэринги всегда отличались своим великодушием и несвойственной для их положения в обществе скромностью. Их союз был той самой редкостью, когда брак сопровождала и выгода, и любовь. Для многих эта пара стала примером для подражания, про них не могли сказать ничего плохого.

Амабелль Пирс и Пенелопа Бэринг познакомились ещё в юности, когда не носили фамилий мужей. После смерти Амабелль, Пенелопа ушла в траур, ведь ей пришлось хоронить женщину, ставшую почти что сестрой. Из-за этого отношение к семье Пирс было особенным. Они являлись почётными гостями на этом празднике – их представляли остальным прибывшим. Как только Пенелопа увидела, что её самые долгожданные и драгоценные гости прибыли, сразу же всплеснула руками и громко заявила:

— Ваше Высокопревосходительство! Юная мисс Пирс! Как же я рада вас видеть, Господь свидетель, — она быстрым шагом подошла к ним. Все присутствующие сразу обратили внимание на то, куда направилась именинница, оборачиваясь ей вслед. Клара, пусть и не любила такого внимания, но отчасти ей льстило то, что им здесь так рады.

— Мадам Пенелопа Бэринг, рад видеть вас в добром здравии, — Реджинальд, согласно этикету, поцеловал её руку в перчатке, сделанной из того же материала, что и платье. — Прими наши поздравления, — улыбнулся фельдмаршал.

Часы пробили время, означавшее начало ужина и Пенелопа под руку с Реджинальдом начала подниматься по лестнице в главный зал, где всех уже более формально приветствовал хозяин дома, Персивал Бэринг. Клара, поднимаясь по лестнице вслед за отцом обменялась парой фраз с Виолетт, но по большей части она рассматривала убранство дома. Когда они зашли в столовую, где был накрыт настоящий пир, Клара сразу осмотрелась в поиске знакомых лиц. Где-то в левом углу она заметила прибывших чуть раньше Силверби. Она пересеклась взглядом с Джулианом, видя, что она занята разговором с хозяйкой, лишь кивнул в знак приветствия. Отчего-то, она всегда находила в толпе сначала Джулиана, а потом Элеонору.

Взгляд Клары заскользил дальше, пока не наткнулся на пару темно-зелёных глаз, которые смотрели на неё неприлично долгое время. Билл стоял в окружении сэров, увлеченных беседой, однако, сам он не был в ней заинтересован. Клара, лишь наклонила голову и слегка улыбнулась ему, отводя взгляд. Его немного расстроила и даже разочаровала скромность леди Пирс.

Пенелопа отвлеклась от Реджинальда и обратила своё внимание на его дочь, тихо улыбающеюся рядом. Хоть Клара и направила взгляд на ту, в чью честь праздник, она не могла думать ни о ком другом, кроме мужчины, смотрящего на неё с другого конца зала.

— Боже мой, деточка, как же ты выросла! Ты так похожа на мать, — расчувствовавшись, женщина промокнула глаза от слёз платком, который ей подал муж, вовремя оказавшийся рядом. — Прошу прощения, — она снова запнулась. — Бог простит, — Пенелопа вздохнула и меланхолично улыбнулась. Заиграла нежная музыка скрипки, все гости начали садиться за стол. Из-за поднявшегося шума Клара не смогла расслышать вопрос Пенелопы, однако отец ответил.

— Сегодня как раз хотел обсудить этот вопрос с лордом Вултоном, — мужчина начал оглядываться по сторонам в поисках нужного лорда. — Он ведь здесь?

— Да, конечно, но лучше ты поговоришь с ним позже, — Пенелопа странно улыбнулась, словно прикрывая неприязнь, и, поворачивая голову к остальным гостям, сказала гораздо громче — Все к столу!

Все сели за длинный стол, уставленный тарелками с разными блюдами. Началась трапеза. Сидя за столом, Клара не замечала ничего необычного. Её отец, как и полагалось, сидел справа от хозяйки, как самый уважаемый гость. Виолетт сидела рядом со своим отцом на другом конце зала, все время улыбаясь и перешептываясь с Джулианом. Элеонора сидела неподалёку от них и переглядывалась с Кларой. Кажется, она что-то подслушала и скоро обсудит с подругой. Больше трапеза ничем особым не отличалась. Однако, по окончанию ужина, хозяйка объявила бал. Все гости перешли в отдельный зал и там начали танцевать. Отец в сопровождении Персиваля ушёл разговаривать с лордом Вултоном.

Оставшись в одиночестве Клара начала осматривать танцующие пары и вздрогнула, когда за её спиной раздался голос Уильяма.

— Мисс Пирс, безмерно рад встречи с вами, — Уильям протянул ей свою ладонь, делая лёгкий поклон. Он снова улыбался своей очаровательной улыбкой. Клара замерла, но тут же вернулась к своему образу очаровательной и доброй леди.

— Сэр Грейнер! — Клара ответила ему такой же обольстительной улыбкой.

Она подала ему свою руку, и он, как и мечтал, поцеловал её, задерживаясь губами дольше положенного. Когда так делал Уильям, это совершенно не раздражало Клару.

Эмоции разгорались, со стремительной скоростью охватывая двух молодых людей. Такую сильную химию не заметить со стороны просто невозможно. Юные леди и джентльмены вновь начали смотреть на мисс Пирс в центре зала. Завистливые девушки, которые могли лишь мечтать о внимании сэра Грейнера, зашептались, пытаясь понять, чем Клара могла зацепить Уильяма. Лорды и прочие сэры, желающие получить в невесту мисс Пирс, начали злиться от того, как нагло этот дамский угодник подошёл к, по их мнению, принадлежащей только им Кларе Пирс.

Билл и Клара были вынуждены прервать их зрительный контакт, когда к ним подошли брат и сестра Силверби. Во взгляде Элеоноры читалось явное удивление и непонимание происходящего, видимо, она что-то заподозрила, глядя на поведение своей подруги. Она уставилась на Клару, говоря взглядом, что они обязательно вернутся к обсуждению этого. Джулиан смотрел на своего друга с лёгкой усмешкой и гордостью. Он прекрасно знал, что Билл не оставит равнодушной ни одну леди.

Элеонора два раза поцеловала Клару в щёки, приветствуя, а после подала руку Уильяму. Сэр Грейнер поцеловал её тыльную сторону ладони только ради приличия. Сразу после этого он метнул хитрый взгляд на Клару, пытаясь понять какие чувства она испытывает, смотря на эту сцену. Но она осталось такой же непроницаемой. Мисс Пирс точно бы преуспела в игре в карточные игры с такой способностью скрывать истинные эмоции. А может она действительно не придала этому значение. Для Билла это останется загадкой.

Джулиан так же поцеловал руку в перчатке Клары и пожал руку Биллу. Кажется, Элеонора хотела что-то сказать, но лорд Бэринг обратил всё внимание на себя и супругу.

— Прошу внимания! Мне искренне хочется поблагодарить каждого, кто пришёл сегодня поздравить мою любимую супругу с таким важным моментом в жизни. Это очень ценно для нашей семьи. — мужчина сделал вдох и поднял бокал с шампанским вверх. — Давайте выпьем за здравие Пенелопы Бэринг! Ура!

Все в зале хором повторили тост и выпили. Бал продолжился. Молодые сэры приглашали юных леди на танцы. Звуки шорохов дорогих платьев, милых бесед и приличного флирта сразу заполнили пространство. Пианист, полностью отдававший себя музыке, играл мелодию кадрили, обычно открывающую все балы. Когда начался вальс, из-за духоты Клара, станцевавшая лишь с один сэром, которого встречала лишь несколько раз, решила прогуляться по восхитительному саду, о котором так много слышала от других леди за столом.

Дождь уже закончился, открывая вид на закат. Вечерняя прохлада и сырость на улице заставили мисс Пирс поёжиться. Надежда, что дорожки и земля успели высохнуть, растворилась, но сад Бэрингов всё равно оставался одним из самых красивых мест. Ещё не опустившееся за горизонт солнце мягко освещало растущие повсюду кусты роз оранжевым светом, делая их тени благородного синего цвета. Красота природы вокруг завораживала леди настолько, что она не сразу обратила внимание на приближающиеся к ней шаги.

— Не ожидал встретить кого-то здесь во время белого танца, мисс Пирс, — улыбаясь, проговорил Уильям Грейнер.

— Более неожиданным было встретить здесь вас, сэр Грейнер. Я думала, вы остались с сэром Силверби, — Клара замедлила шаг, позволив Уильяму догнать её.

— Мой дорогой друг покинул меня, — он театрально вздохнул, прикрыв глаза. — Сейчас он танцует с хозяйской дочкой, — у Уильяма прекрасно получалось изображать обиженного и оскорблённого человека, хоть его это не так сильно волновало.

— Я думала, что вы всё равно найдете себе пару получше Джулиана, — девушка пожала плечами, вновь переводя взгляд на куст красных роз. — Разве знаменитый сэр Уильям Грейнер пропускает хоть один бал? — она улыбнулась, надеясь, что парень не сочтёт её слишком грубой и наглой. Наверное, другой уважаемый лорд бы обиделся, но Биллу такое высказывание лишь подогревало интерес.

— Балы и подобные встречи прекрасны теми, кто на них приходит. Леди, которые сейчас в поместье, скучны и едва ли могут меня заинтересовать. Сейчас я нахожусь в самой приятной компании, — он улыбнулся и снисходительно посмотрел на Клару, как на совершенно ничего не понимающего ребёнка.

— Не думаю, что вы бы сказали так тем леди в лицо. Это грубо, сэр Грейнер, — сухо прокомментировала Клара и зашагала вперёд, жестом приглашая Уильяма присоединиться.

— Не вам осуждать лицемерие, мисс Пирс, — холодно ответил Билл, предлагая девушке свой локоть для удобства. — И перестаньте обращаться ко мне так официально, тем более когда мы наедине, — Уильям поморщился, показывая раздражение. Такая резкая смена его настроения немного смутила Клару. Однако, такое колкое замечание, хоть оно и было правдиво, задело её гордость и ей захотелось ответить ему так же.

— Просишь не обращаться официально, а меня называешь «мисс Пирс», — девушка усмехнулась, пытаясь сделать это непринужденно. Уильям заметил эту глупую попытку оказаться победительницей.

— Извини, Клара. Так мне стоит тебя называть? — он победно улыбнулся, наблюдая за реакцией собеседницы. — Ты можешь называть меня Биллом, — Клара не подала вида, что заметила, как он разглядывал её под лучами солнца, которое почти полностью скрылось, и продолжила смотреть вперёд. Они остановились у большого куста белых роз. Она сняла перчатку с правой руки, чтобы не испортить дорогую ткань, и провела руками по влажным от росы и дождя лепесткам.

— Я принимаю твои извинения, Билл, — она улыбнулась, гладя уже листья, стараясь не пораниться о шипы. — И ты меня прости, не хотела тебе грубить.

Уильям не ответил, засмотревшись на её аккуратные движения. Он медленно подошёл ближе к ней, но всё ещё держась на приличном расстоянии. Билл увидел в её глазах восхищение от казалось бы обычных цветов, которых Клара видела сотни. Но именно сейчас они приводили её в детский восторг.

Уильям подошел к цветку и сорвал его, чуть ниже бутона. Девушка повернулась, услышав тихий хруст, и замерла, наблюдая за милой картиной. Ветер снова разлохматил кудри Уильяма, отчего они начали лезть в глаза, но несмотря на такое неудобство он протянул ей белую розу. Она непроизвольно ахнула от такого варварского поступка, беря розу в правую руку. Билл взял её вторую руку и поцеловал тыльную сторону ладони в перчатке. На этот раз поцелуй был мимолётным, но сердце предательски забилось у обоих. Обстановка вокруг влияла на их поведение, не давая полностью отдаться чувствам. Убирая руку, Клара кивнула в знак благодарности.

Вскоре окончательно стемнело и они молча пошли обратно. Приличным девушкам в таком положении, как Клара, не следует проводить слишком много времени наедине с мужчиной вдали ото всех. У входа в поместье их ждала Элеонора. Увидев их, она сразу подбежала к ним, придерживая подол платья.

— Клара! Твой отец тебя искал! — девушка хотела спросить, что они делали там вдвоём, но увидев розу в руках подруги, решила оставить расспросы на потом. — Он сказал, что у него какие-то новости для тебя.

— Боже мой, Нелли, — Пирс ужаснулась, косясь на Грейнера. — Извини меня, сам понимаешь. Благодарю тебя за всё, — она с досадой посмотрела на нового друга.

— Конечно, иди, — Клара улыбнулась парню, вернула ему розу и поспешила к отцу.

Элеонора строго посмотрела своими синими глазами на Уильяма.

— Сэр Грейнер, как давно вы подружились? — Билл оставил её вопрос без ответа. Бросив розу на траву позади себя, он направился ко входу.

Клара шла в главный зал так быстро, как только могла. Наконец она увидела своего отца, лорда Генриха Вултона и его сына. Она замерла, вспоминая дневной разговор с отцом. Он называл имя Майкла, сына Генриха… Клара даже подумала развернуться и уйти, однако было поздно. Отец заметил её и махнул рукой, подзывая к себе. Мисс Пирс сделала глубокий вдох и подошла к ним. Отец радушно улыбнулся и представил свою дочь.

— Прошу вас, моя дочь – леди Клара Пирс, — на девушку сразу начали оценивающе смотреть двое мужчин. Отец же горел гордостью. Как бы Кларе не было противно, она выдавила улыбку, получившуюся почти естественной.

— Лорд Генрих Вултон, сэр Майкл Вултон, — девушка сделала два реверанса, стараясь не думать о самом плохом исходе событий. До последнего она надеялась, что отец передумает выдавать её за этого странного сэра. Майкл, несмотря на достаточно молодой возраст, уже был с залысинами и лишним весом. Из-за всего этого он выглядел гораздо старше Клары, хотя разница в их возрастах была меньше восьми лет. По его маленьким крысиным глазам, было видно, что ему, в отличии от Клары, повезло иметь в жёнах такую красавицу.

— Клара, у вас с сэром Майклом состоится свадьба в августе, — сказал Реджинальд, глядя в сторону Генриха.