Непутёвый Демон

Глава 1

Вначале было Слово.

И слово это…

– Пожар!!!

Истошный вопль заметался меж тонких стен общаги, с каждой секундой напитываясь силой. Вскоре голосил уже настоящий хор, каждый на свой лад.

– Огонь! Горим!

Я перевернулся на бок, скрипнув кроватью, и недовольно фыркнул. Опять, что ли, кулинары с «Восемьдесят Шестой» квартиры макароны сожгли? С этих алкашей станется – поставят среди ночи кастрюлю на плиту и благополучно заваливаются спать. Классика…

Но испуганный гомон и не думал затихать, а мой чуткий нос уловил горьковатый аромат дыма. Похоже, поспать мне уже не дадут. Я потянулся к телефону (старенькому, кнопочному) и подслеповато щурясь от света разглядел на треснувшем дисплее четыре часа. Утра или ночи – всё зависит от того, когда ты лёг спать. На дворе стояла кромешная темень, разгоняемая лишь светом из окон. Многие, как и я, подорвались с кроватей и сейчас судорожно соображали, что вообще происходит.

Но в отличие от многих, мне достаточно было окинуть взглядом мою комнатушку, чтобы всю сонливость как рукой сняло. Повсюду наливались оранжевым светом тонкие нити, от двери к окну. Скоро они покраснеют и станут толще. Тогда сюда ворвётся огонь.

Моё проклятие ошибается крайне редко, поэтому я не стал тратить время на ерунду. Вскочил с кровати, похватал вещи со стула и принялся одеваться, как по тревоге. Мне с утра нужно было идти на смену, так что копаться в шкафу не пришлось. Поверх одежды накинул добротный бушлат с нашивкой нашего доблестного ЧОПа, а на шею накинул вязаный шарф. На улице далеко не тропики – минус двадцать два и колючий ветер в придачу.

И наконец, документы в карман, деньги – в другой. Благо и тех, и других у меня самый минимум. Так и не научился зажиточности, вечно живу одним днём…

Чуть подумав, прихватил с собой ещё две рабочие куртки, а также плед, хранившийся в скособоченном шкафу. Наверняка многие выскочат на улицу в чём мать родила, поддавшись панике. Не хватало им ещё обморожение получить после пожара.

А в том, что общага сгорит дотла, я уже не сомневался. Линий вокруг слишком много, а некоторые столь сильные, что ощущались даже за дверью.

Напоследок метнулся к крохотному столику, приткнувшемуся в углу. Здесь я готовлю нехитрую еду, чаще всего разогревая полуфабрикаты, и заодно трапезничаю. Компанию мне обычно составляет таракан Василий, обитающий в трёхлитровой банке. За время нашего совместного проживания он знатно отъелся и по длине уделывал спичечный коробок.

– Беги, дружище, – напутствовал его я, наклонив банку. – Ты ведь лучше меня чувствуешь, что дело пахнет керосином…

Таракан шустро выскочил из стеклянного вольера и понесся прямо по стене к плинтусу. Там хватает щелей, чтобы даже такой гигант протиснулся. Пожелав ему удачи, я направился к двери.

Уже на самом пороге не выдержал и напоследок ещё раз окинул взглядом комнату, где обитал последние четыре года. Кровать, шкаф, стол и самодельные полки с книгами на стенах – вот и вся мебель, едва уместившаяся на шести квадратных метрах. Всё такое пошарпанное, старое, и… Родное. Но проклятые нити уже пролегали повсюду, включая стены и потолок.

Гореть будет на славу...

В коридоре меня едва не сшибли, заставив поморщиться от боли в ноге. Кто бы вы думали? Конечно же, соседи.

Перепуганные люди ломились к ближайшей лестничной площадке, создавая дикую давку. Запасной выход коммунальщики благополучно заколотили ещё до того, как я сюда вселился. Я пробовал как-то раз до них достучаться по этому поводу, намекая на моё пожарное прошлое, но был послан всерьёз и надолго. Та лестница требовала капитального ремонта, грозя обрушиться в любую минуту, и её проще было закрыть. По всей общаге вечно что-нибудь отваливается, особенно там, где редко появляются люди.

Горело уже всерьёз, подгоняя и без того перепуганных жильцов. Вроде бы со стороны санблока, и не только у нас на этаже. Я проследил основные линии, пока спускался вместе с остальными на улицу, и невольно скрипнул зубами. Очагов было сразу несколько на трёх верхних этажах, что явно указывало на поджог.

Ну да, заселена общага едва ли на треть, здание давно нужно признать аварийным, но городские службы не чешутся всех расселять. Зато недавно прошёл слушок, что весь наш район готовится под снос. В доказательство этому – третий крупный пожар за месяц.

Наш будет четвёртым.

Эх, поймать бы их, да самих из канистры окатить… Но поджигатели отнюдь не дураки, так что тусоваться вместе с будущими погорельцами не будут. Давно уже свалили, пользуясь темнотой и суматохой.

Вскоре разномастный людской поток, исторгавшийся из разрисованного детворой подъезда, иссяк. Одни отгоняли машины подальше, а остальные столпились на придомовой территории, окружённой высоченными сугробами. Многие вместо того, чтобы найти укрытие, завороженно смотрели, как из окон верхних этажей вырывается пламя. Словно кролики на удава.

Как я и полагал, некоторые беженцы в суматохе не догадались захватить верхнюю одежду, так что мои запасы моментально разошлись по рукам. А когда я расстался и с фирменным бушлатом, из подъезда выскочила тучная женщина в возрасте. Кашляя от дыма, она продолжала монотонно причитать:

– Тася, Тасечка…

К ней тут же кинулись с расспросами, но и так всем было понятно, что у неё наверху кто-то остался. Как выяснилось, дочь. Нашлись соседи, которые вроде бы видели её на пятом. Прямо там, где сейчас бушевал огонь.

Тёмных окон в домах напротив практически не осталось, но вот на помощь к нам никто не спешил. Сколько бы я не вслушивался, воя сирен так и не слышал. Запаздывают… коллеги.

От последнего слова во рту собралась горечь, но плеваться в таком столпотворении я не стал. Вместо этого повязал лицо шарфом, закинув туда пригоршню снега, и заковылял обратно. Ходить нормально давно уже не могу, а от стремительного спуска правая нога опять начала ныть. Что поделать, если её в своё время пропекло до румяной корочки.

Врачи вообще заверяли, что без трости мне уже не обойтись.

– Стой! Ты куда?! – послышалось со всех сторон.

Я молча шагнул в подъезд и принялся подниматься по ступеням. Никто останавливать не стал – здесь многие меня знают. Одинокий, необщительный парень, прячущий правую сторону лица. Она у меня не слишком презентабельная – одни сплошные рубцы. Спускаясь по шее, они охватывают грудь, живот и ноги. Сорок шесть процентов поражения – это вам не шутки. Хорошо хоть не четвёртая степень, иначе бы не выкарабкался.

Но на пожарной карьере всё равно пришлось поставить крест.

Пожар только набирал силу, и алеющие линии хаотично сплетались и расплетались прямо на глазах. Но я их не боялся, хотя лучше всех знал, что такое – гореть заживо. Если так посудить, огонь окружал меня всегда, с самого детства. Нас тянуло друг к другу, за что в школе ко мне прицепилась дурацкая кличка «Пироман». Обидно, ведь я ни разу ничего специально не поджигал. Наоборот, всегда старался предупредить и помочь…

Вот прямо как сейчас.

Пятому этажу досталось сильнее всех. Поджигатели начали отсюда, надеясь на то, что пламя перекинется на крышу. Хорошо постарались, со знанием дела. Судя по тому, что я видел, огонь распространялся очень охотно, прямо с остервенением. Трещало так, что закладывало уши. Здание уже обречено, даже если согнать сюда пожарные расчёты со всего города. Они лишь затянут неизбежную агонию.

В своё время общагу слепили на скорую руку в качестве временного жилища для советских строителей, что возводили соседний спальный район. Но первые жильцы там уже давно умерли от старости. С течением лет внутрянку ещё и переделывали несколько раз, так что у нас тут реально чёрт ногу сломит. К счастью, я прекрасно ориентировался в этом рукотворном лабиринте, особенно с учётом пролегания нитей. Уже не оранжевых, а ярко-красных. Огонь не стесняясь шёл за мной по пятам, охотно пожирая дешёвые строительные материалы и бытовую утварь.

«Потеряшку» я нашёл довольно быстро. Молодая полненькая девушка пряталась в закутке, прижимая к себе двух перепуганных пацанов лет десяти. Вряд ли своих, для этого ей пришлось бы родить ещё в средней школе. Хотя у нас в общаге народ всякий встречается, есть и представительницы синдрома «открытой форточки», которым каждый год «надувает» нового ребёнка.

Увидев меня, вся троица чуть не подпрыгнула от неожиданности. Типичная картина. Со всех сторон подступает огонь, и человек не может сообразить, в какую сторону нужно бежать. И можно ли вообще передвигаться в объятых пламенем помещениях? Хорошо хоть они устроились достаточно низко и не успели толком наглотаться дыма.

– Чего сидим, кого ждём? – поинтересовался я, скинув им шарф. – Прячьте лица и вперёд за мной.

Девушка меня явно узнала. Ещё бы, с таким обезображенным лицом…

– Вы пожарник, да?

– Пожарный, – на автомате поправил я. – Бывший. А теперь никаких разговоров, дышите по команде. Пошли!

Обратный путь стал той ещё морокой. Огонь будто издевался надо мной, перекрывая пути к отступлению. Наш подъезд оказался отрезан сплошной стеной огня, достававшей языками аж до самого потолка. Пришлось дважды менять маршрут, чтобы выйти к соседнему. Но и там нас ждал облом – какие-то жильцы загромоздили лестницу старой мебелью на уровне третьего этажа. Сейчас вся эта рухлядь пылала так, что невозможно было подойти.

Мой подъезд тоже частенько пытались завалить хламом, но боялись связываться со мной. Хоть в чём-то устрашающая внешность помогла.

Ругаясь про себя на чём свет стоит, я повёл задыхающуюся троицу на четвёртый. Там тоже полыхало со всех сторон, но ещё не так интенсивно. Будь у меня спецоборудование, провёл бы их без проблем к нашему подъезду, а так… Риск слишком велик. У меня у самого уже подкашивались ноги, а перед глазами плясали цветные круги. Что уж говорить об остальных. Скоро повалятся без сознания, а тащить их всех волоком не лучший вариант.

Кое-где пылали уже комнаты, но как-то слабо, не высовываясь в коридор. Клубы дыма стелились на уровне глаз, заставляя пригибаться всё ниже и ниже. Мы кое-как добрались до общей кухни, и я прикрыл за нами перекосившуюся дверь. Здесь все вымощено плиткой, так что огню негде разгуляться. Пока что. А газ уже пару лет, как отрубили, вынудив готовить на электроплитках. Заодно отапливали помещение и общий коридор.

Ничего, очень скоро здесь будет не сильно холоднее, чем в аду.

– Придётся прыгать, – предупредил я, указав на единственное окно, по которому струились маслянистые потёки.

Девушка в ответ истошно замотала головой.

– Да послушай, там сугробы внизу! Нормально всё будет, другого выхода нет. Мы до лестницы уже не дойдём, пойми!

Пока уговаривал, по лёгким будто наждачной бумагой прошли. Надсадно кашляя, я невольно скосил взгляд вниз и меня прошиб резкий озноб. Прямо под ногами стелилась широкая полоса, наливавшаяся багровым. Это уже не жалкая ниточка, а самый настоящий канат.

Обратная тяга?! Вот почему пламя по пути казалось таким притухшим – оно тоже задыхалось, как и мы. Стоит только открыть окно, и здесь вспыхнет даже дым, насыщенный продуктами горения. А это в свою очередь спровоцирует объёмный взрыв...

Я бегло осмотрел дверь. Кривая, закрывается неплотно, щелей в избытке. Плохо, очень плохо! Пока ребятня взбиралась на подоконник, я кое-как успел подтащить к ней одну из тумб с посудой и подпереть. Сам тоже упёрся двумя руками, чтоб её не распахнуло от перепада давления. А «потеряшки» как назло приросли к раме, не в силах двинуться с места.

– Давайте бегом, сейчас рванёт!

Не знаю, что больше подействовало – крик или моя перекошенная физиономия. Но девушка схватила детей в охапку и шагнула в пустоту. Про сугробы я не врал – пока грейдер расчищал подъездную дорогу, он стащил туда такую кучу снега, что с неё каталась местная детвора. Так что все трое максимум синяками отделаются и лёгким испугом. А вот мои дела плохи – старая дверь трещала, и по ней вовсю змеились трещины. Огонь, будто свирепый зверь, чувствовал близкую добычу и рвался к ней изо всех сил.

Я его особо не интересовал, а вот свежий приток кислорода...

Получив долгожданную подпитку сквозь щели, пламя набрало силу и одним мощным ударом развалило импровизированную баррикаду. Меня словно куклу отбросило в сторону, припечатав об кафельную стену. Горячая, нестерпимая боль вспыхнула разом во всём теле, заставив беззвучно распахнуть рот. Но кричать было уже нечем, да и незачем. Температура вокруг достигла того пика, когда горит то, что в принципе не должно. И так же резко всё прекратилось.

Я умер.

В принципе, мне грех жаловаться. Пожить успел, хоть и не так долго. Даже четвёртый десяток не разменял. А то, что семьёй не обзавёлся – оно даже к лучшему. Некому по мне горевать. Наоборот, радоваться надо, что напоследок успел ещё кого-то спасти, как в старые добрые…

Стоп. А какого чёрта я тогда размышляю? Меня же обуглить до самых костей должно было! Или я уже того, в загробном мире? А где тогда ангелы или на худой конец дьяволицы в бикини?

Я зачем всю жизнь крестик носил?!

Вокруг царила непроглядная тьма, которая не спешила давать ответы. Тело не ощущалось, а вот мысли текли непривычно легко. Наверное, потому что не отвлекала боль и ломота в обожжённом теле, которую я чувствовал даже во сне.

– Эй! – беззвучно крикнул я прямо в пустоту. – Где я?

Как ни странно, мне ответили. Голос раздался будто сразу отовсюду, порождая дробное эхо.

– ТЫ ХОЧЕШЬ ЖИТЬ?

– Ещё бы! – ответил я, не раздумывая. – Конечно, хочу!

– ТОГДА ЗАКЛЮЧИМ СДЕЛКУ, – прогрохотал голос.

– Так, а можно с этого места поподробней? – сразу же напрягся я.

Мало ли, вдруг придётся душу заложить? Ничего другого у меня в активах нет, а жить бездушной скотиной как-то не хочется…

– ТЫ ДОЛЖЕН ЗАНЯТЬ ЮНОЕ ТЕЛО, – продолжал вещать мой громоподобный собеседник. – РАЗУМ В НЁМ УГАС, НО СЕМЬЕ НУЖЕН НАСЛЕДНИК. ТВОЯ ОБЯЗАННОСТЬ – СТАТЬ ИМ!

– И всё?

– ПОКЛЯНИСЬ В ВЕРНОСТИ! НАРУШЕНИЕ КЛЯТВЫ РАЗОРВЁТ ДОГОВОР!

– Верность той семье, чьим наследником я стану, верно?

– ДА!

Ну ничего себе, тут дела творятся... Получается, мне мало того, что предлагают второй шанс, так ещё и с дополнительными бонусами! Нет, так хорошо не бывает, где-то обязан скрываться подвох.

– А можно уточнить, насколько юное тело мне предстоит, хм… Занять?

– У ТЕБЯ МАЛО ВРЕМЕНИ, РЕШАЙ!

– А к чёрту… Я согласен.

– КЛЯТВА ПРИНЯТА!

По глазам резанул ослепительный свет, от которого не получалось ни отвернуться, ни зажмуриться. Но вскоре он поумерил интенсивность, приняв форму концентрических рисунков, испещрённых странными символами. Одни напоминали странные иероглифы, другие – буквы юникода, а третьи – кривые детские каракули. Разрисованные круги пульсировали в такт моему сердцу, а вокруг постепенно проступали очертания роскошного зала, словно меня прямиком в Эрмитаж занесло. Изображение было размытым, будто смотришь сквозь плотную мыльную плёнку, но основные детали я уловил без труда.

Роскошь. Она давила со всех сторон. Стены украшали многочисленные картины и золочёные барельефы, на полу сверкал паркет, а под сводом потолка висела огромная многоярусная люстра.

Живут же люди…

А я?!

А я дышал и не мог нарадоваться этому. Жив! Ни боли, ни дискомфорта в груди.

Для верности я поднёс подрагивающие от волнения руки к самым глазам и убедился, что это не сон. Таких тоненьких и ухоженных пальцев у меня отродясь не было. Отдельный восторг вызвало то, что я по-прежнему мальчик. Каюсь, не удержался от проверки, попутно обнаружив на себе нечто вроде тонких хлопковых трусов. Другой одежды не завезли, так что я смог рассмотреть ещё один концентрический рисунок прямо на груди, начерченный подсохшей кровью. Как будто пытались перерисовать пентаграмму из журнала «Сельский Оракул» по памяти.

В целом похоже, но выглядит откровенно так себе.

Ладно, чёрт с ней. Главное, что слюняво-подгузниковый период давно уже оставлен позади. Учиться ходить и писать стоя мне точно не придётся. Хотя взрослым меня тоже не назовёшь – рост гораздо ниже привычного. Хотя во мне почти метр девяносто было, так что тут спорно.

А вот что сразу же убавило градус щенячьей радости, так это рукоять узкого ножа, зажатая в руке. Вроде как, уже моей. На левой ладони как раз обнаружился небольшой порез. Ничего страшного – кровью не истеку, но дорогой паркет точно заляпаю. Вполне возможно, ею и разрисовывали мне грудь.

На тоненьком лезвии до самой рукояти были выгравированы похожие символы, что пульсировали вокруг.

– ЗАВЕРШИ РИТУАЛ!

Снова вспыхнуло, и передо мной возник щуплый паренёк, сидящий на кресле с вычурной резной спинкой. Наверняка одна эта штука стоит куда больше, чем моя комната в сгоревшем общежитии. Новоприбывший щеголял в точно таких же трусах и пентаграмме, но вместо ножа он держал в руках раскрытую книгу. И судя по всему, увлечённо её читал, не обращая на меня внимания.

Выглядел он не очень здоровым – тёмные круги под глазами, бледная кожа и болезненная худоба. А ещё у него были необычайно длинные рыжие волосы, которые почти касались плеч. Я невольно коснулся своей головы и обнаружил там точно такие же патлы. Происходящее всё больше озадачивало.

– ТЫ – ЭТО ОН! – подтвердил мои догадки голос. – ПРЕКРАТИ ЕГО СТРАДАНИЯ!

– Ножом, что ли?

– О БОГИ, ДА!

Мне показалось, или собеседник действительно начал выходить из себя?

– БЕЙ, НУ ЖЕ!

Я подошёл вплотную к пареньку, и он наконец-то соизволил оторваться от книги. Глаза у него оказались бледно-голубого цвета, с яркими искорками, блуждающими вокруг зрачка. Они выражали усталость и тоску, но всё равно были… Живыми.

– Ты сказал, что его разум угас, – припомнил я. – А он мало того, что в сознании, так ещё и читает.

– ОН БЕСПОЛЕЗЕН! – громыхнул голос особенно сердито. – НЕ ТЯНИ, ВРЕМЯ УЖЕ НА ИСХОДЕ!

– А знаешь… – произнёс я, вскинув клинок над головой.

Парень обречённо закрыл глаза, а по его щеке потекла предательская слезинка.

– …Иди-ка ты в баню!

Я схватил узкое лезвие за остриё второй рукой и со всего маха треснул его об согнутое колено. Клинок не выдержал и звонко хрустнул, рассыпавшись на куски. По ощущениям – будто сосульку разбил. Ногу обожгло ледяным холодом, но он быстро отступил.

– ГЛУПЕЦ!

Разрисованный пузырь вокруг меня лопнул, закружившись хороводом искрящихся снежинок. Падая на паркет, они тут же таяли без следа. А вот у меня на щеках отчётливо ощущалась сырость. Странно.

Парнишка бесследно исчез, оставив после себя лишь книгу на подлокотнике кресла, зато напротив меня появился статный мужчина в роскошном камзоле. Вот он идеально подходил всей этой помпезной обстановке, только выражение его лица не выражало ничего хорошего. Холёное лицо побагровело, гармонируя с волосами цвета мёда, губы плотно сжаты, а глаза старались прожечь во мне дыру.

Похоже, я его очень сильно расстроил своим отказом.

– Ну извините, ваше высочество! С убийствами, это не ко мне. Давайте уже, отправляйте меня обратно...

Услышав мою речь, щёголь удивлённо вскинул медные брови. Потом отрывисто произнёс какую-то тарабарщину, на что я смог только развести руками:

– Моя тебя не понимать, начальника! Нас немецкому в школе учили, а не вот этой ахинее. Фирштейн?

Мужчина озадаченно нахмурился. Судя по всему, «фирштейном» тут и не пахло, как и «андестендом». Но тут он опустил взгляд на рукоять ножа со сломанным лезвием и снова начал закипать.

Только до ругани на этот раз дело не дошло. Паркет подо мной внезапно взбрыкнул от близкого взрыва, едва не свалив с ног. На голову посыпалась золочёная пыль, а люстра под сводом тревожно закачалась. Аристократ, или кто он там, ненадолго прислушался к чему-то, а затем пошёл прочь, громко выкрикнув на ходу:

– Хивея!

Откуда-то из дальнего угла зала к нему метнулась шустрая тень, стремительно обретая объём. Я моргнуть не успел, как она догнала его и воплотилась в человека — невысокую девушку в коротком чёрном платье с нелепым белоснежным передником впереди. Помимо него крахмальной белизной сверкали манжеты на рукавах и стоячий воротничок чуть повыше оголённых плеч, а тяжёлые волосы цвета вороньего крыла оказались подвязаны кружевной косынкой. Я поднатужился и припомнил, что эта штука вроде бы называется «чепчик».

Ассоциация при виде такого наряда возникла только одна – горничная, прямиком из секс-шопа. Вряд ли в этом облачении удобно работать по дому и вести хозяйство. А вот ублажать хозяина – вполне.

Мужчина бросил несколько слов ряженой девице, кивнув в мою сторону, после чего зашагал дальше. Прямо к здоровенным расписным дверям, что подошли бы куда больше какому-нибудь храму. Но дойти до них не успел, так как их распахнули с противоположной стороны. Причём, сразу плашмя.

Вместе с обломками древесины в зал ворвался ослепительный шар, сметая всё на своём пути. Я не успел испугаться, ведь за мгновение до этого всё пространство наполнилось уже знакомыми алыми нитями, расходящимися во все стороны. Прямо родным духом на меня повеяло, вызвав невольную улыбку. А скорее – оскал.

Укрыться оказалось не так уж и просто, но это давно уже стало для меня сродни рефлексу. Сам не понял, как очутился за креслом, развернув его широкой спинкой к опасности. И уже оттуда наблюдал, как нижняя половина человека, что затащил меня сюда, превращается в угли, а всё остальное отлетает в сторону.

Вот и поговорили, блин горелый…

Температура у шара оказалась запредельная, а стоило ему влететь в помещение, как он оглушительно взорвался тысячью раскалённых игл. Те разошлись во все стороны, превратив роскошные апартаменты в маленький филиал ада. Косметическим ремонтом тут уже не отделаешься – даже на штукатурке и лепнине оставались выжженные пятна. В кресло попало трижды, оставив дымящиеся пробоины, но я отделался лишь звоном в ушах.

Знать бы ещё, что тут происходит…

Этот странный шар не походил на обычное оружие. По крайней мене, я о подобном не слышал. Взрыв явно не термобарический, иначе от меня на таком близком расстоянии одно мокрое место осталось бы. Кумулятивными струями тоже и близко не пахнет. Какие-то новейшие разработки?

Я снова выглянул из-за укрытия и среди клубов дыма и пыли увидел несколько фигур в чёрном. Они осторожно перебирались через выбитый проём, оглядываясь по сторонам. А вот и атакующие нарисовались. Хотя и до этого было предельно ясно, что тут совсем не газовая труба рванула.

– Берегись!

Крик раздался так близко, что я невольно втянул голову обратно. Сделал это очень вовремя, ибо в следующую секунду в то место воткнулось несколько стальных спиц. Часть из них завязла в резной спинке, спасая меня от лишних дырок в организме. Но долго такая благодать продолжаться не могла.

– Беги!

Вопили будто в самое ухо, но позади никого не оказалось. Зато поблизости стояла толстая мраморная колонна, подпиравшая расписной свод. К ней я и рванул что есть мочи, шлёпая босыми ногами по паркету. А что поделаешь – не помирать же второй раз за день...

Не успел я добежать до нового укрытия, как в предыдущее прилетела зелёная молния, окончательно испепелив несчастную мебель. Никакого уважения к антиквариату…

Остаток пути мне пришлось проехать на животе, потому что вокруг снова заструились огненные нити. Сгусток пламени на этот раз оказался помельче, зато летел точно в меня. И когда я понял, что не успеваю, перед глазами внезапно помутнело, а колонна вдруг возникла прямо передо мной. Я налетел на неё со всего маху, едва не вывихнув руку и оставив на камне влажный отпечаток своего нового лица.

Рядом бессильно заревело пламя, упустив законную добычу.

Чего?!

До колонны оставалось ещё добрых три метра, и меня просто обязано было зацепить. Но я неведомым образом сиганул прямо к укрытию. Странно, что сам прыжок совершенно не остался в памяти. Лёгкое помутнение прошло, только вот что делать дальше – непонятно. Вокруг что-то продолжало с грохотом взрываться, раздавались короткие вскрики, но по мне вроде бы никто больше не стрелял. Сочли мёртвым?

Любопытство пересилило осторожность, и я снова выглянул. В зале, который всё сильнее напоминал пожарище, кипел бой. Те чёрные фигуры сражались с людьми в красном обмундировании. На мечах.

Я протёр глаза, затем ущипнул себя, но это особо не помогло. Версия с галлюцинациями от продуктов горения рассыпалась, как постройка из доминошек. Пусть это и выглядит бредом сумасшедшего, но для бреда всё слишком реально. У меня щипало порезанную ладонь, болело плечо и ныла щека, отбитая об колонну.

Помимо фехтования, противники то и дело посылали друг в друга молнии, огненные шары и прочую фантастическую дребедень. Лишь у одного в руках я заметил нечто отдалённо смахивающее на ружьё. Только очень архаичного вида – с широким стволом и массивным прикладом. Такую бандурину пока развернёшь, тебя десять раз убить успеют.

Пока я глазел на потасовку, рядом со мной невесть как очутилась та самая горничная из эскорт-услуг. Живая! Правда, наряд она успела основательно изгваздать в саже и крови, но испуганной не выглядела. С приветом барышня, не иначе. Будто прочтя мои мысли, она схватила мою руку, будто стальными щипцами, и потащила меня прочь от спасительной колонны.

– Стой!

Я попытался вырваться, но куда там! Новое тело оказалось слишком слабо и не могло оказать сопротивления даже хрупкой девушке.

– Успокойся, это Хива, – снова прозвенело в ушах, заставив меня обернуться. – Ей можно доверять.

Кроме нас двоих никого поблизости не наблюдалось. Неужели она телепат?

– Девушка, милая! – взмолился я. – Нам в укрытие нужно... Эй! Да пусти ты, нас сейчас грохнут!

Как обычно у меня это и бывает – накаркал.

Не успели мы дойти до книжных шкафов, стоящих в дальнем углу, как нам на головы свалился один из «чёрных». Чисто ниндзя из боевиков, только не в тряпках, а в гибкой пластинчатой броне. Не иначе как по потолку сюда добрался, ведь позади разгоралось пламя от неудачного выстрела.

Проклятый огонь меня и здесь преследует…

Диверсант вскинул какое-то оружие, напоминающее стальной цилиндр с навершием в виде камня, но горничная от него небрежно отмахнулась. Как от назойливой мухи. На долю секунды вспыхнуло бирюзовым, и нападавшему смахнуло голову с плеч, прямо вместе с глухим чёрным шлемом. Вверх ударил настоящий кровавый фонтан, а девушка как ни в чём не бывало потащила меня дальше.

Я всякого на службе успел насмотреться, поэтому истерично вопить или падать в обморок не стал. Лишь сглотнул комок в горле и максимально вежливо произнёс:

– Мадам, беру свои слова обратно.

Та и ухом не повела, замерев возле книжных шкафов, ломившихся от толстых фолиантов. Жаль, если всё это добро сгорит в пожаре… Вместе с нами. Потому что дальше шла глухая стена, отделанная золотом и мрамором. Без намёка на укрытие.

– А нам точно сюда? – не выдержал я.

– Она тебя не понимает.

– Да где ты, блин?!

Чёртов голосок уже начал раздражать, словно назойливый комар над ухом. Хорошо хоть не грохочет, как предыдущий. Но сколько ж можно надо мной издеваться?

– Ты ещё спрашиваешь... – укоризненно обронил невидимка. – Сам кто такой будешь?

– Ладненько, начнём с меня, – согласился я. – Дмитрий Весёлов, работник охранного предприятия «Орхидея», к вашим услугам.

– Охранник, значит… Странно. Я думал, ты – демон.

– С чего это ради? Я даже женат не был, рогов не имею.

Тем временем девица пошевелила несколько книг и без особого труда сдвинула один из шкафов в сторону. За ним скрывался вход в тёмный тоннель, откуда отчётливо потянуло сыростью. Туда-то мы и рванули, вскоре оставшись в кромешной темноте. Не поддерживай меня горничная за локоть, я бы тыкался в стены, как слепой котёнок.

– Ты ещё здесь, шизофрения?

– А куда я денусь… – философски отозвался голосок. – Меня зовут Авери Дутвайн-младший. Ты сейчас в моём теле, демон.

Глава 2

– В сто первый раз тебе повторяю, я не демон!

«Ты говоришь эти слова моими устами».

Собеседник мне попался упёртый.

Общаться он категорически не желал, хотя меня так и распирало от вопросов. С какой-то точки зрения парнишку можно понять – родное тело занял незнакомец, отправив его куда-то на задворки сознания, а виноват в этом не кто иной, как собственный папаша. Да, тот самый хмурый мужик в камзоле, половину которого сжёг огненный шар.

Жаль, что почётное звание «Отец года» он уже не получит. А вот юноша ещё больше расстроился, стоило про него вспомнить, и окончательно замкнулся в себе.

Так что это было всё, что я узнал после пробуждения. Во время блужданий по тёмным катакомбам меня внезапно сморило, и в себя я пришёл уже в роскошной спальне. Хотя такая формулировка, скорее, оскорбляет убранство этих апартаментов. Одна кровать с балдахином по площади превосходит пару комнат моего общежития. Мягкая, словно облако, даже спинка обита тканью. А вот лежать на ней оказалось как-то неуютно. Со всех сторон давила позолота и помпезность, намекая, что мне ничего накануне не привиделось в угарном бреду.

Зато у меня ничего не болело, не считая головы. Но на это сложно обижаться – досталось ей на совесть...

Осознав, что случившееся накануне не было бредовым сном, я первым делом позвал соседа по разуму. Тот нехотя отозвался, развеяв последние сомнения насчёт реальности происходящего. Мой разум (или душу?) действительно переместили в чужое тело. С угасшим, блин, сознанием!

Вот это я вляпался...

Пусть мы и делили одно тело на двоих, административные права имелись только у меня. Бывший хозяин, к своему сожалению, не мог и бровью пошевелить. О чём в расстроенных чувствах и признался, немного меня успокоив. Для начала неплохо бы хоть немного разобраться в ситуации, чтобы вновь не улететь в бездонную темноту. Наверняка его папаша туда и хотел меня отправить, но тут некстати вмешались посторонние в чёрных доспехах.

Кто это был? Что они хотели? Где мы вообще находимся?

Увы, мой единственный источник информации общаться с демоном-оккупантом категорически не желал. Особенно после моего неосторожного вопроса про его почившего отца.

Зато опытным путём выяснилось, что он может слышать мои мысли, если я их чётко формулирую в голове. Для этого приходилось сильно напрягаться, вплоть до шевеления языком во время беззвучной речи. Иначе, по словам Авери, от меня доносилось лишь неразборчивое бульканье, которое его страшно раздражало. Благодаря этому я и смог добиться от него хоть какой-то реакции. Мало кому нравится слышать шум в радиоэфире без возможности его отключить.

Наверное, всё дело в том, что наши мысли состоят в основном из образов и абстрактных понятий. Поэтому скорость мышления куда выше, чем сама речь. А при общении я задействовал «внутреннего диктора», как во время чтения, проговаривая каждое слово.

Новость о том, что мы можем общаться беззвучно, меня сильно порадовала. И дело не в том, что мне лень говорить вслух – тут всё гораздо сложнее. Русский язык мало того, что сильно напрягал непривычную к подобным звукам гортань, так ещё и мог выдать меня с головой. Здесь общаются куда мягче, певуче, отдалённо напоминая французский выговор, только при этом отчаянно тарахтят, как испанцы. А из слов моего «сожителя» даже идиоту ясно, что к вселенцам в чужие тела отношение резко негативное.

И моё чутьё не подвело, оправдав мысленные потуги.

Меня, то есть наследника, пришли проведать. Посетителей оказалось двое – бородатый мужичок с острым взглядом, одетый в нечто отдалённо похожее на деловой костюм-тройку, и статная русоволосая женщина в пышном платье. Гадать о её возрасте можно было до бесконечности – уж очень ухоженная кожа, да и в целом она производила неизгладимое впечатление. От неё веяло чем-то тяжёлым и опасным. Я так и не смог точно сформулировать собственные ощущения.

А уж количество драгоценностей на ней могло оставить без налички крупный городской ломбард.

«Мама, мамочка! – завопил мой внутренний голос, стоило ей переступить порог. – Я тут, мама!»

«Она тебя и так прекрасно видит, – про себя произнёс я. – А второй кто?»

«Дин Канди, наш семейный лекарь».

Как и положено эскулапу, мужичок сноровисто осмотрел меня, пощупал пульс и заглянул в зрачки. Потом перебросился с аристократкой несколькими фразами, в которых чётко улавливалось беспокойство. Что-то его в моём состоянии явно не устраивало. Но я ни бельмеса не понимал, словно работники «АвтоВАЗа» на встрече с немецкими коллегами из «Фольксвагена». То ли хвалят новую «Ладу», то ли удивляются, как такое можно сотворить…

Женщина выслушала тираду врача и взглянула на меня вроде бы с сочувствием, а потом сама что-то спросила. Я понимаю, что молчание – золото, но вечно держать язык за зубами далеко не лучшая затея. Подумают ещё, что у сыночка с головой не всё в порядке и упекут в лечебницу…

«Пацан, чего от нас хотят? Хотя бы в общих чертах».

«Чтобы ты убрался к себе в Пекло!»

«Да я только что оттуда, – возмутился я. – А если серьёзно, будет неплохо как-нибудь ответить. Поможешь или будем нашу мамочку и дальше мучить?»

«Замолчи! Это моя матушка!»

«Твоя-твоя… Не претендую. Так что там с переводом?»

«Ты правда её не понимаешь?»

«Не её, а вообще всех, кроме тебя. Странно это, не находишь?»

«Видимо, мы как-то связаны из-за печати Души…»

«Давай теории потом будем строить, хорошо? Как по-вашему “Всё в порядке, ма”? Желательно по слогам».

«Эх… Ладно, повторяй за мной: “Сакха-йака-иль-амба-кху”».

Чувствуя себя распоследним идиотом, я тщательно повторил бессвязную тарабарщину. Как ни странно, это далось мне без особого труда – звуки полились изо рта, будто родные. Не то что великий и могучий. Но всё равно эффект они произвели строго отрицательный. Женщина скривилась, точно съела лимон без закуски, и в расстроенных чувствах покинула комнату. Следом за ней поспешил лекарь, что-то причитая на ходу.

Пока роскошная дверь не закрылась, я успел рассмотреть за ней знакомую девицу в наряде горничной. Та низко поклонилась старшим, после чего прикрыла створки. Стережёт, значит…

Жаль, а то после такой реакции я всерьёз задумался о побеге.

«Мама, мама! – вновь запричитал Авери. – Куда же ты?!»

Я с удивлением стёр влагу с глаз, хотя плакать вроде бы не собирался. Получается, он всё-таки влияет на состояние организма, пусть и на уровне психосоматики. Да и во время сорванного ритуала мы уже находились в одном теле, просто в разных ипостасях. Один читал книгу, второй должен был проткнуть себя странным кинжалом. Причём отче наш настаивал на летальном ударе, а не на простом порезе. Тут уже чистой магией попахивает, ибо я не представляю, как бы пережил ножевое ранение.

Да и в целом ситуация с научной точки зрения – бред чистой воды. Пентаграммы, переселение душ и огненные шары, сжигающие людей одним касанием. Но сначала неплохо бы разобраться с тем, почему мама Авери обиделась на мой бубнёж. Вряд ли я что-то не то ляпнул.

Такая реакция ничего хорошего не предвещает. С чего бы ей реветь, если у её родимого чада всё на месте? Кроме души, конечно...

«Скажи-ка мне, мамкин гений, что такого ты ей передал? На самом деле».

«Я попросил её о помощи…» – после секундной паузы признался он.

«Ага, теперь ясно. Тебе конец, пацан».

«Ты злишься?» – в его голосе послышалась обречённость.

«Нет. Просто у меня для тебя плохие новости, парень. Она в курсе».

«Чего?»

«Не тупи, пожалуйста, ты же книги читаешь, в конце концов! Твоя мамаша знает, что в тебя подселили другого человека. Не демона, напоминаю, а человека».

«Этого не может быть! Она не могла, это всё отец…»

«Эх, наивная ты простота... – покачал я головой. – Думаешь, он это сделал без ведома остальных?»

«Магия Души под строгим запретом! Нарушение карается смертью, так что такой поступок семья никогда бы не одобрила».

«Тогда тем более нам не жить. Пожалуй, я зря вслух с тобой разговаривал. Мы с тобой в глубокой заднице».

«Да кто мы-то? – взорвался парень. – Это ты захватил моё тело, но зачем-то пощадил душу! Чтобы мучить меня и дальше, да?!»

От его и собственной злости возникло нестерпимое желание треснуть ему, то есть себе, крепкий подзатыльник. Успокоиться получилось далеко не сразу, что для меня довольно странно. Видать, после переезда в новое тело крыша ещё непрочно сидит.

«У меня и в мыслях такого не было. Повторяю для упёртых – мне после смерти предложили тело с угасшим сознанием в качестве воскрешения. Взамен попросили служить твоей семье верой и правдой. Когда до меня дошло, что ты вполне при памяти, я отказался завершать ритуал. Поэтому мы сейчас в таком… подвешенном состоянии. Но это ненадолго, не расстраивайся. Скоро НАМИ займутся всерьёз. Меня экзорцистнут куда подальше, может, даже в твоё любимое Пекло. А вот тебя, дорогой… Тебя ждёт либо несчастный случай, либо новый ритуал. Тут уж всё зависит от того, что именно для этого потребуется. В любом случае жить спокойно тебе не дадут. А следующего попаданца вряд ли будет волновать твоё особое мнение».

«Кого-кого волновать?»

«Ага! Значит, наш сленг тебе не переводится».

«Я многое не понимаю в твоей речи, демон, – не стал скрывать наследник. – Но в целом ход твоих мыслей мне ясен. Кроме последнего термина».

«Попаданец? Так у нас обычно называют тех “счастливчиков”, кто умудрился попасть в другой мир. Я много читал подобного в своё время. Делать было нечего на работе... Не думал, что когда-нибудь мне это пригодится. И что-то мне подсказывает – вокруг не иностранное государство, и даже не планета Земля. Где мы вообще находимся, территориально?»

«Последний Дар, континент Бацараш, он же – Великий, центральная резиденция клана “Феникс”. Что за глупость обозвать собственный мир простой Землёй? Ещё бы Грязью её нарекли!»

«Так уж исторически сложилось. Расскажу как-нибудь подробнее, в более спокойной обстановке. А сейчас нам нужно решить, что делать дальше».

«Если всё так… То нам остаётся только принять свою участь. Против семьи и тем более клана выступать бессмысленно».

«Знаешь, меня не устраивает сидеть сложа лапки. И пока ещё всё не стало окончательно плохо, нужно попытаться исправить ситуацию».

«Как?!»

«Сделаем вид, что всё в порядке. Ритуал прошёл в штатном режиме, демон внутри, осваивает новое тело. Кстати, зачем?»

«Прости, не понял твоего вопроса».

«Ох, пацан... Зачем вообще нужен демон? Чем конкретно ты их не устраивал?»

«Знаешь, это довольно бестактный вопрос для дворянина».

«Ну уж прости плебея, не вели казнить! Мы с тобой сейчас в такой деликатной ситуации, что всем вашим этическим кодексом подтереться можно».

«Фу, что за сравнение...»

«Это я к тому, что у нас одно туловище на двоих, – я ущипнул себя за руку. – Чувствуешь?»

«Да».

«Тогда между нами не может быть секретов, если мы хотим выкарабкаться. Хочешь под нож пойти – твоё право, тогда я буду действовать один. Наверняка совершу какую-нибудь глупость, но зато хоть помру без сожалений. Мне не привыкать, знаешь ли».

«Что ж, это приличествует дворянину. Бороться до конца».

«Тогда нечего сопли жевать! – я едва не рявкнул это вслух, покосившись на дверь. – Что в тебе не так?»

«Я… бездарность».

«Фух, я уж было подумал, ты болен чем-то серьёзным. А у тебя просто руки не из того места растут! У вас что, нет чиновников? Некуда пристроить тебя?»

«Это очень серьёзно! Бездарным быть не зазорно лишь среди простолюдинов. А я – аристократ, потомок семьи Основателей! Тем более наш клан претендует на возвращение в правящий класс».

«И чем это плохо?»

«У нас в империи около сорока процентов людей обладают способностями к магии, хотя бы седьмого уровня. Они не могут открыть свой Дар, но хотя бы выступают в качестве простых Источников. У меня же и этого нет. Я не могу стать наследником, большинство руководящих должностей для меня закрыты. Хотел уйти в науку, но отец решил иначе…»

От удивлённого свиста я всё же не удержался. Значит, всё-таки мои догадки про магию оправдались. И какая тут может тогда быть наука? Как сильно можно нагнуть несчастную физику и прочие фундаментальные дисциплины?

А вот разделение на магов и всех прочих меня совсем не удивило. Людей хлебом не корми, дай поделиться по какому-нибудь признаку.

«Да у вас тут прямо волшебный шовинизм процветает! Какая кому разница, умеешь ли ты колдовать или нет?»

«Огромная, – вздохнул собеседник, отчего я невольно сам выпустил воздух из груди. – Я совершенно бесполезен в бою, эликсиры для меня подобны яду, а сопротивляемость магии – нулевая. Меня можно легко убить, взять в заложники или ментально подавить. Поэтому ничего существенного мне доверить нельзя, чтобы из моей головы не извлекли нужную информацию. Теперь понимаешь, как важно иметь Дар?»

«В общих чертах. А демоны, полагаю, могут наделить своего носителя тем самым Даром?»

«Всё верно. Точной информации у меня нет, я всего лишь читал про них в тех книгах, к которым у меня был доступ. Но чаще всего говорилось, что демоны обладают огромной магической силой и тайными знаниями, отчего представляют большую опасность. Распознать демона непросто, ведь он после поглощения человеческой души полностью перенимает её личность, вплоть до памяти. С ними можно лишь заключить сделку, но взамен они всегда требуют душу».

«Погоди, ты хочешь сказать, что убей я тебя тогда, и получил бы все твои воспоминания? И ваш язык заодно?»

«Что, ещё не жалеешь?» – с горечью произнёс он.

«Ни капли. Но информация любопытная. Получается, я у вас далеко не первый, механизм переноса давно отлажен. Интересно, сколько таких ублюдков здесь шляется…»

«Никто не знает. Известны лишь единичные случаи, когда демона удавалось вычислить и изгнать. Каждый раз это приводило к множеству жертв. Поэтому магия Души строжайше запрещена».

«Кто занимается изгнанием и контролем, церковь?»

«Нет. Орден Серой Стражи».

«Что-то знакомое…»

«Это мощные боевые маги, поклявшиеся посвятить жизнь борьбе с нечистью. Они неподконтрольны ни одному клану, поэтому одеваются в нейтральные серые цвета. Приказывать им может лишь сам император и Верховный совет. Отец с дедом туда входили раньше, но потом дедушка умер, а наш клан постигла целая полоса неудач. В конце концов его понизили в статусе. Теперь мы И-класс».

«Так, с этого места поподробней. Что у вас случилось?»

«Отец считает, что виноваты происки наших врагов. За три года мы потеряли около трети личного состава – от простых воинов до старших офицеров. Их потеря практически невосполнима. Мой старший брат пал вместе со всем экспедиционным корпусом где-то на Тёмном континенте. Через два года не стало среднего. Ему никак не удавалось сдерживать нападки на земли империи, и за это его призвали к ответу. Произошла дуэль с наследником клана “Мантикоры”, в которой он проиграл. Сестра… С ней тоже всё плохо».

«Полагаю, следующий на очереди – ты?»

«Да. Родителям так и не удалось зачать новых наследников. Матушка во время одного из пограничных конфликтов сильно пострадала. У меня есть несколько двоюродных братьев и сестёр, но они пока ещё слишком малы».

Я не стал уточнять, что сам Авери весьма далёк от звания мужчины. Вместо этого спросил другое:

«Твоя мама что, воевала?»

«Она и сейчас имеет звание командора. У неё второй по численности военный контингент после отца».

«Теперь получается – первый. Его ведь…»

«Да, пожалуй. Наверное, она сменит его на посту лидера клана, а её подменит тётя Аркида».

«То есть главными у вас становятся по старшинству?»

«Не совсем. Прежде всего учитываются успехи в управлении, а также уровень владения Даром. Без этого править нельзя. Слабые кланы либо понижают свой статус, либо уничтожаются конкурентами. Хотя такое не приветствуется. Но нападение на малую резиденцию и убийство главнокомандующего – это практически объявление войны. Только я не знаю – с кем. Политика меня никогда не привлекала».

«Горюешь об отце?»

«Немного, – признался парень. – Хотя мне сложно сопереживать человеку, который отдал меня в жертву демону. Я знал, что готовится что-то нехорошее, но даже представить не мог, что он решится на такое. И… Как бы ни тяжело было это признать, но ты прав – без участия матери тут обойтись не могло. Из малой резиденции загодя уехали почти все слуги вместе с частью охраны. Поэтому нападавшие и решились на такую дерзкую вылазку. В обычное время их бы уничтожили ещё на подходе».

«Получается, мы сейчас прохлаждаемся в другом дворце?»

«Замке. Его называют – Твердыня. Это центральный оплот клана, самое защищённое место в наших землях. Здесь нам никто не угрожает».

«Кроме твоей родни», – не удержался я.

Зря съязвил – наследник снова загрустил и стал горестно сопеть мне в ухо. Для обычного голоса в голове у него слишком широкий спектр проявления эмоций. Хотя это всё, что у него осталось…

«Прости, пацан. Не хотел тебя расстроить. Раз демоны вне закона, без твоей помощи никак не обойтись. Мы должны убедить твоих, что интеграция прошла в штатном режиме».

«Как?! Ты не знаешь нашего языка, не разбираешься в традициях и этикете, не говоря уже об элементарных вещах».

«Зато ты у нас в совершенстве всем владеешь. Вот и подскажешь мне, что, куда и почему. Только давай без подвоха, как в прошлый раз. Мы либо команда, либо покойники. Выбирай».

Авери чуть подумал, после чего вполне уверенно произнёс:

«Хорошо, я могу тебе помочь. Но какой в этом смысл для меня? Быть навечно запертым в собственном теле?»

«Для начала нам нужно больше разузнать про эту твою запретную магию. Вдруг мне можно переселиться ещё раз в другое тело?»

«Ты хочешь меня покинуть?!» – до глубины души изумился наследник.

«Поверь, никакого восторга от нашего соседства я не испытываю. Тело у тебя молодое, но бестолковое. Так что я только рад буду разъехаться. У вас же наверняка есть коматозники и прочие люди-овощи? Те, кто реально потерял разум по-настоящему».

«Пожалуй, такие найдутся».

«Ну, вот и договорились. Только у нас есть одна серьёзная проблема – ты говорил, что демоны сплошь сильные маги?»

«Да, во всех источниках это указано, как основной их признак».

«Значит, я точно не демон. Но что-то мне теперь совсем не радостно...»

Глава 3

«Не может быть! – продолжал упираться Авери. – Я же видел, как ты увернулся от огненных шипов!»

«Я просто вижу, куда пойдёт огонь, и на этом всё».

Наш мысленный разговор продолжался даже во время еды. Правда, мне приходилось ещё и жевать, что существенно сбивало настрой. Да и маячившая неподалёку служанка откровенно меня нервировала. Глаза не обманули: это оказалась та самая девица, что накануне обезглавила одного из нападавших. Хотя почему одного? К нам она добралась вся изгвазданная в крови, хотя на ней самой не было ни царапинки.

Так что жути она нагоняла одним своим присутствием. Хорошо хоть, её взгляд учтиво сверлил пол, а не меня.

Завтрак наследнику рода Дутвайн подали прямо в постель, к моему громадному облегчению. Вкушать изысканные яства вместе с остальными членами семьи я пока точно не готов. Шутка ли – одних столовых приборов мне выдали целых шесть штук! При этом на подносе с ножками оказался всего лишь омлет с беконом, какая-то каша и пудинг. Запивать это всё предлагалось чем-то вроде душистого компота, только горячего.

«Это глинтвейн, – пояснил юный аристократ. – Он укрепляет организм и прогоняет усталость. Когда я болею, мне его часто дают».

«С вином, надеюсь? Мне определённо нужно выпить…»

«Не теряй концентрацию, прошу! Ты опять булькать начинаешь».

«Вообще-то я пью».

Под руководством паренька я технично расправился сначала с кашей, а затем с омлетом, не забывая менять разные вилки и ложки. Для первого раза получилось довольно сносно – не поранился и не насвинячил. Почти. Но Авери всё равно остался недоволен. По его словам, от подобного зрелища мог упасть в обморок любой воспитанный дворянин.

Нужно больше практики, в общем.

Покончив с едой, я с помощью своенравного переводчика поблагодарил убийцу в накрахмаленном переднике. Девушка вполне искренне улыбнулась, услышав от меня родную речь, и стремительно покинула комнату с подносом. Я же посетил санузел, который располагался по соседству. Никаких ночных горшков и прочей средневековой утвари – всё довольно утилитарно и даже без золотого унитаза в комплекте.

Помимо единственной двери в комнате имелась парочка окон, обрамлённых тяжёлыми портьерами. Сквозь них прорывались солнечные лучи, разгоняя полумрак по углам. За стёклами виднелся кусочек живописного пейзажа: утопающая в зелени долина, начинающаяся от подножья скалы, на которой был построен замок. На той же высоте, с которой я обозревал окрестности, беззаботно порхали птички. Чуть дальше искрилась излучина реки, уходящей куда-то в сторону. Хоть бери да в рамку такую красоту ставь.

Ни снега, ни давящей отовсюду серости… Чистое лазурное небо с редкими облачками без единого намёка на дым и смог. Одно плохо – без парашюта спуститься через окно невозможно. И даже так это будет смертельный номер. Исполняется строго один раз.

После созерцания живописных видов стало окончательно ясно, что меня держат под домашним арестом. Видимо, в курсе одержимости наследника далеко не все члены достопочтенного семейства Дутвайн, не говоря уже про весь клан. Даже прислугу не стали менять, хотя приглядывающая за мной девица скорее смахивала на телохранителя, чем на простую горничную.

«Скажи, ты давно эту Психею знаешь?»

«Хивея! – поправил меня паренёк. – Или просто Хива. Да, с самого детства. Она приглядывает за порядком».

«А кто его нарушает, тому голову с плеч?»

«Хива является одарённой второго круга. Это уровень старшего офицера. Просто она не захотела служить в имперской армии, поэтому и стала домработницей. Защитить господина – её долг».

«Тоже мне, защитница… Тебя демону отдали на съедение, а она рядом с ведром попкорна стояла».

«Не говори про неё так! Наверняка отец приказал ей не вмешиваться. Всё-таки он являлся главой клана, и ослушаться его она не могла. Это грубейшее нарушение субординации, карающееся…»

«Дай, угадаю, – перебил я его. – Смертью?»

«Верно. Она хоть и не в армии, но всё равно на службе».

«Ты сказал, что у каждого клана тоже имеются свои собственные военные формирования. Там тоже одни маги?»

«Не всегда. Многие должности не требуют наличия Дара. Писари, денщики, фуражиры и прочий обслуживающий персонал… А вот офицерский состав и ударные отряды полностью комплектуются из одарённых. По-другому никак. Но не все кланы имеют вооружённые силы, достойные входить в имперскую армию. Только И-класс и А-класс. Остальные владеют слишком маленькими территориями или предпочитают заниматься торговлей, наукой и прочими мирными делами».

«А у самого императора собственных войск нет?»

«Только личная гвардия и те силы, что принадлежат его клану. Но в случае всеобщей мобилизации все обязаны выступить единой армией».

«Получается, его клан и есть императорский?»

«Не совсем. Нового правителя выбирает Верховный совет после гибели предыдущего. Кандидатуры выставляют все кланы А-класса, и в случае победы под их контроль попадают все государственные службы. Это большая ответственность, ведь в случае крупных неудач клан может потерять правящий статус. Мой прапрадед, кстати, был императором. Правда, не очень долго, всего несколько лет».

«И часто они меняются?»

«По-разному. Но от старости ещё никто не умирал. За мою жизнь это уже четвёртый император. Статус верховного главнокомандующего обязывает их лично участвовать во всех крупных операциях человечества. Они всегда на передовой».

«В смысле человечества? – опешил я. – А других стран у вас нет, что ли?»

«Есть, но это мелкие государства-сателлиты. Так принято говорить. Я читал, что до Великой Катастрофы у нас были мощные противники и союзники, но никого из них уже давно не осталось. С тех пор наше государство стало Единой империей, хотя её так редко называют вне официальных источников. Обычно говорят просто “империя”».

«А что случилось с остальными государствами?»

«Они все пали. Наш материк – последний, кто уцелел после вторжения Некросферы».

«Блин, а это ещё что?» – схватился я за голову.

От обилия информации она начинала снова трещать по швам.

«Мне трудно вот так объяснить тебе в двух словах… – замялся Авери. – Это чужая форма жизни, точнее, не-жизни. Она попала к нам после открытия техники межмировых переходов. Это случилось очень давно, но поначалу угрозу не принимали всерьёз. Только когда был окончательно потерян один из материков, с ней начали считаться. С тех пор Некросфера постоянно пытается увеличить зону влияния, и только наша империя смогла ей эффективно противостоять».

«Весело вы тут живёте…»

«Поэтому так важно, чтобы в каждом из кланов не переводились мощные маги, – закончил парнишка краткий экскурс в местную историю. – Ведь кроме проявлений Некросферы людям угрожает ещё много других опасностей».

«Ты сейчас как будто учебник процитировал».

«Ну-у… почти».

«Ладно, важность магии я осознал. Но как нам продемонстрировать мои возможности? Попросить, чтобы в меня чем-нибудь огненным пальнули?»

«Этого слишком мало, – остудил мой порыв наследник. – Нужно активировать Атму, или по-другому – Источник. Это внутренний резервуар энергии, он есть у каждого живого существа. С его помощью и происходит взаимодействие с Даром. Раз тебе доступно сокрытое простому взору, ты уже черпаешь оттуда силу. Просто бессознательно. Если научиться манипулировать Атмой – отдавать и принимать энергию, то тебе присвоят седьмой уровень мага. Я понятно объясняю?»

«Вполне. Нужно достучаться до своей внутренней Брахмы-Трахмы. Как это сделать?»

« В книгах советуют взглянуть внутрь себя».

– Надеюсь, не буквально… – тихонько пробурчал я себе под нос.

Хотя вряд ли речь шла о харакири. Тут, скорее, какая-то чисто духовная практика. Поэтому я устроился на кровати в позе лотоса, но почти сразу перебрался оттуда на пол. От излишней мягкости возникало ощущение, как будто тонешь. Не годится.

На полу же меня ничего не отвлекало. Что там следующим этапом? Дыхание, кажется. Я постарался дышать как можно глубже, выдворив все посторонние мысли из головы. И… заснул.

Проснулся рывком, не понимая, где я и что со мной. Судя по тусклому свету из окон, уже наступил вечер.

Вытерев предательскую слюну с уголка рта, я кое-как поднялся на ноги и принялся интенсивно разминаться, чтобы разогнать кровь по организму. От неудобной позы тело затекло и всеми способами выражало недовольство.

В целом же физподготовка у наследника оставляла желать лучшего. Дохляк, каких поискать. Зато начитанный, что в данной ситуации было куда важнее.

Сам он голоса не подавал, поэтому после разминки я поспешил вернуться к самокопанию. Чем быстрей смогу наладить связь со своим источником маны, тем меньше ко мне будет вопросов у причастных к демонической афере. Да и почувствовать себя настоящим магом очень хочется, если честно.

Раньше возможность видеть огненные нити я считал скорее проклятием, чем даром. Ну, экстрасенс, а дальше-то что? У нас в общежитии жил мужик, глушивший чистый спирт чуть ли не каждый день. Чем не суперспособность? Всё, что я смог, – это устроиться на такую работу, чтобы от меня была хоть какая-то польза. Но увы, проработать долго я не сумел, сунувшись за людьми в самое пекло. Закончилось всё предсказуемо: медалькой и списанием по инвалидности.

Но сейчас… Выпал настоящий шанс прикоснуться к мечте. Мне всегда нравились книжки про волшебство и магию – они помогали уйти от давящей действительности, где я варился день за днём. А сейчас было чувство такое, будто я снова в сказку попал.

Я прислушался к себе, но ничего необычного не ощутил. Нити в обозримом пространстве тоже отсутствовали. Хотя чему тут гореть? Возможно, мне просто нужен источник огня…

Или нет?

Авери сказал, что моё проклятие – это неподконтрольное использование магических способностей. А вижу я нити сколько себя помню. Поэтому и чувство нужно искать самое привычное. Что-то связанное с энергией… Точно!

Прижав ладонь к груди, я ощутил тепло под пальцами. В самые холодные ночи это позволяло немного согреть руки для работы. Чем только мне не приходилось заниматься – я и вагоны разгружал, и на стройке работал, и объекты на свежем воздухе сторожил. Особенно после того, как едва не сгорел. Иронично, что огонь в итоге меня и прикончил.

Я сосредоточился на разгоравшемся внутри меня тепле, и вскоре почувствовал, что оно стало разливаться по телу. Гораздо сильнее, чем обычно. Только тогда я позволил себе открыть глаза и посмотреть на разгорячённую руку. Внутри конечности отчётливо пульсировали оранжевые жилы, чей свет пробивался прямо сквозь кожу. Постепенно они сместились от предплечья к кисти, заметно усилив жар. Теперь у меня изнутри засветился кулак, будто я сжал в нём галогеновую лампу.

Пекло всё сильнее – того и гляди дым от ладони пойдёт. Всё как у типичного подростка…

А дальше жилы направились в мой указательный палец, где сплелись воедино. Тут пришлось уже закусить губу, чтобы не заорать в голос.

Кто хоть раз обжигался, тот прекрасно знает это рефлекторное движение, которое выделывает рука против воли. Так и произошло, когда жар стал нестерпимым. Я инстинктивно дёрнул кистью, чтобы стряхнуть с неё источник боли. Как ни странно, это мне удалось.

С пальца сорвался небольшой раскалённый шар, не больше теннисного, и ударился в противоположную стену. Ровно по той самой траектории, что возникла перед глазами, только мне в тот момент было совсем не до наблюдений из-за пылающей руки. Ударившись о препятствие, шарик с громким хлопком взорвался, оставив после себя чёрное пятно копоти, а также тлеющую портьеру на ближайшем окне.

Окна тут же покрылись нитями, совсем бледными и дрожащими. Видать, занавески скоро займутся, если не потушить.

«Боги, что ты наделал?!» – всполошился парень в моей голове.

«Да ничего особенного, – хмыкнул я вслух, облизывая обожжённый палец. – Магией немного на стену брызнул… У молодых волшебников такое бывает. Лучше скажи – у вас в замке, случаем, огнетушителей не найдётся?»

Глава 4

Видать, в замке стояла какая-то антимагическая сигнализация, которую я невольно потревожил. Так что влетевшей в комнату через пару секунд Хиве пришлось сдерживать натиск охранников, пока её пепельноволосая напарница тушила разгорающиеся шторы. Бабахнул я на совесть, как самодельная петарда.

Аж самому стыдно стало за такое грубое нарушение пожарной безопасности.

В итоге меня всё же эвакуировали: сначала в ближайшие апартаменты, где семейный врач мигом вылечил мне обожжённый палец, а потом отвели в чей-то кабинет. Лечение, кстати, прошло без медикаментов, с применением одной лишь магии. Дядечка поводил сияющей рукой над волдырями, моментально потушив боль, после чего они быстро почернели и осыпались, явив моему удивлённому взору новенькую розовую кожу. Терапия заняла всего несколько секунд.

В покоях, куда меня привели после демонстрации превосходства магии над наукой, роскошь уже не так давила на глазные яблоки. Обстановка напоминала обитель какого-нибудь писателя Серебряного века. Повсюду стояли книжные шкафы, а у самого окна расположился монументальный письменный стол из дубового массива, заваленный бумагами. К нему в комплекте шло удобнейшее кресло с мягким подголовьем – прямо мечта остеохондрозника.

Рабочее место занимала «моя» биологическая мама, пребывающая не в лучшем расположении духа. Пока Хивея сжато рапортовала ей о ЧП, она успела опорожнить немаленьких размеров стакан и долить туда новую порцию из пузатой бутылки. Судя по терпкому аромату, там плескалось что-то забористое, но аристократка даже не поморщилась ни разу.

Уважаю.

«Пацан, приём!»

«Я Авери Дутвайн-младший».

«Хочешь стать старшим? Тогда переводи всё, что твоя мать скажет. Чую, разговор у нас будет тяжёлым».

«Ещё бы! Ты применил боевое заклинание внутри кланового замка!»

«Я не специально, оно само…»

«Теперь мне ясно, почему демоны столь опасны. Ты только открыл свой Дар и уже смог его использовать для разрушения».

«Ну, что тут скажешь… Ломать – не строить».

Тем временем Хивея закончила доклад, и глава клана отпустила её лёгким кивком. Всё это время я тихонечко сидел на предложенном стуле, стараясь слиться с мебелью. Не помогло.

Женщина что-то резко спросила, удерживая бокал на весу.

«Спрашивает, понимаю ли я её», – пояснил Авери.

«Диктуй, что да. И давай без тормозов и отсебятины. На очевидные вопросы отвечай сразу, по ситуации».

Следуя диктовке паренька, я проблеял что-то невразумительное, но реакция вновь оказалась совсем не той, что следовало ожидать. В изумрудных глазах аристократки сверкнул огонь, а сама она внезапно запустила бокал в стену. После чего рассерженно прошипела в мою сторону несколько явно обидных слов. В комнате стало отчётливо не хватать воздуха, а наследник снова расклеился и принялся увлажнять мне глаза.

Если можно орать про себя, то сейчас я был к этому как никогда близок.

«Перевод, блин!»

«За что… – не слыша меня, причитал парнишка. – Это же я…»

«Что она сказала?!»

«Не называть её матерью…» – он жалобно всхлипнул.

«Извинись, живо! Давай!»

«Ви-мо-ко-нам!»

Я тщательно повторил всё, стараясь попадать в такт.

Взявшая себя в руки женщина кивнула, после чего стала нарочито медленно говорить. Это пришлось как нельзя кстати, ибо из её сына синхронный переводчик вышел так себе. Примерно как из пингвина колибри. Тем более что поначалу она говорила не особо приятные вещи, заставляя сына горестно сопеть мне прямо в уши – а ведь у него чисто технически это нечем делать. Может, это моё воображение шалит?

– Не смей называть меня матерью, ублюдок из Пекла, – повторила аристократка. – Для тебя я – госпожа Анура Дутвайн. По крайней мере, пока поблизости нет посторонних.

– Да, госпожа, – покорно ответил я.

Злить её категорически не хотелось. Ведь следующим об стену мог вполне разбиться я сам.

– С языком у тебя дела обстоят куда хуже, чем с магией, – покачала головой женщина. – Проклятое отродье… Если бы не крайняя нужда, я бы никогда не отдала тебе собственного сына! Но за него ты отплатишь нам сполна. И бойся напортачить, иначе твоё Пекло покажется тебе сущим раем. Ты понял, выродок?

«Я ведь жив, мама!» – снова не выдержал Авери.

«Хочешь ей признаться, серьёзно? После всего, что она сейчас сказала?»

«Нет».

«Тогда переводи дальше».

– Да, госпожа, – снова произнёс я вслух, как заведённый.

– О боги, как же ты плохо говоришь, – вздохнула она. – Это никуда не годится. Через полтора месяца будет праздник совершеннолетия моего мальчика. К тому времени ты должен в совершенстве овладеть речью и манерами. Ни один гость не должен ничего заподозрить. Там мы и объявим о твоём проснувшемся Даре. Хоть с этим всё в порядке… До тех пор ты не должен ни с кем контактировать, кроме ближайшей прислуги. По всем вопросам обращайся к Хивее. Она займётся твоей подготовкой к поступлению.

– М-м-м, поступлению куда?

Женщина от этого невинного вопроса едва не разбила второй бокал об стену. Но на этот раз сдержалась и лишь приговорила напиток. До дна.

– Гастор тебе не сказал?

«Это мой отец, – тут же пояснил наследник. – Гастор Дутвайн-старший».

«Понял, переводи ответ».

– Нет, госпожа, наше общение прервали.

Огонь в её глазах немного притух.

– Теперь ясно, почему ты себя так ведёшь… Слушай меня внимательно, отродье. Тебе надлежит подготовиться и поступить в имперскую военную академию. Главная цель – окончить обучение и получить офицерское звание. Отчисление недопустимо!

На этих словах с неё слетел весь аристократический лоск, а в голосе проступили чисто армейские нотки:

– Дополнительные задачи – наладить дружественные связи с представителями союзных и нейтральных кланов. Особое внимание следует обратить на талантливых безродных. Будет неплохо, если удастся переманить нескольких самородков к нам. Также ты должен выполнять все поручения нашего резидента, если таковые поступят.

Я хотел ответить «так точно», но такого ответа в местном языке не существовало. Чудо, что мы с Авери как-то понимали друг друга, несмотря на языковую пропасть между нами.

– Слушаюсь!

– Уже лучше, – кивнула она, снова наполняя бокал. – О том, что ты ненастоящий… никто не должен знать. Твой Дар проснулся во время нападения из-за стрессовой ситуации. Такое иногда случается. Кстати, где ты нашёл источник огня в своих покоях?

– Нигде, – ответил я чистую правду. – Оно само получилось…

– Так ты пиромант! Что ж, это значительно всё упрощает. Дар достаточно редкий, но не злоупотребляй демонстрацией своей силы. Тренируйся только там, где тебе позволят. А теперь пошёл вон с глаз моих.

Но я продолжал сидеть как ни в чём не бывало.

«Уходи скорей, она не в духе!» – посоветовал Авери с нотками паники в голосе.

«Я тоже, знаешь ли».

– Ты что, плохо меня понял? – с явной угрозой в голосе спросила женщина.

– Соболезную насчёт сына, – произнёс я вслед за нервничающим суфлёром. – Но раз мы говорим о делах, то давайте общаться как партнёры. Я вам не мальчик на побегушках, и не нужно меня пугать.

– Вот как заговорил, значит... – протянула она, буравя меня взглядом. – Не боишься, что я могу с тобой сотворить?

– Не особо.

Мне действительно было плевать на угрозы, в отличие от её сыночка, который от волнения принялся ещё и заикаться, отчего синхронный перевод шёл хуже некуда. Но отступать было уже поздно, так что я просто ждал, не отводя глаз от аристократки.

– Что ж, если ты окажешься полезен, – наконец произнесла она, – то у нас найдётся чем тебя отблагодарить.

– Так намного лучше, – кивнул я.

– Запомни, у тебя всего полтора месяца. Никто не должен знать, кто ты есть на самом деле. Иначе пощады не жди.

– Хорошо, уяснил.

– Раз мы договорились, можешь быть свободен… Партнёр.

Последнее слово далось ей с огромным трудом, но мне и этого вполне хватило для первого раза. Всяко лучше, чем «отродье». Я оставил взвинченную женщину наедине с початой бутылкой и без особой спешки покинул кабинет. За дверью меня поджидала черногривая горничная, решившая стать моей второй тенью. Но конвоир в чепчике меня уже ни капли не напрягал.

Прорвёмся!

Наконец-то в тёмном туннеле неопределённости забрезжил хоть какой-то свет. А то с самого появления здесь я чувствовал себя безвольной щепкой, которую затянуло в водоворот событий. Теперь же можно и побарахтаться. И пусть над моей головой завис даже не дамоклов меч, а настоящая кувалда для особо невезучих личностей – у меня появился шанс от неё увернуться.

Работа меня никогда не пугала, даже самая тяжёлая. А что до отношения «матери», то нам с ней внуков не крестить. Вероисповедание здесь другое, да и к тому времени всё может кардинально измениться.

«Слушай, пацан, а сколько у нас дней в запасе до твоего дня рождения?»

«Прекрати меня так называть, пожалуйста, – устало произнёс наследник. – Я Авери Дутвайн-младший. Оставь мне хотя бы мое собственное имя».

«Хорошо, но тогда я – не демон, а Димон. Договорились?»

«Да, если тебе угодно такое прозвище».

«Ещё как! Так что там с отпущенным сроком?»

«Если мы не провели в беспамятстве лишние сутки, то получается около шестидесяти двух дней».

«Неплохо. Ваш календарь мне определённо нравится».

«Ты серьёзно надеешься выучить наш язык за такое короткое время?»

«Как будто у нас есть выбор…»

Пока мы обсуждали планы на будущее, Хивея привела меня пустыми коридорами в те же самые апартаменты, где я коротал время перед аудиенцией. Поскромнее моих хором, зато здесь дышалось гораздо легче. Помещение явно предназначалось для гостей – на это намекали пустующие шкафы и трюмо с большим зеркалом. Бери да вселяйся.

Увы, долго обитать мне здесь не светило.

– Ваши покои скоро приведут в порядок, – с лёгким поклоном сообщила горничная. – Постарайтесь больше не применять магию, особенно в закрытых помещениях. Потерпите до начала обучения в стенах академии.

– А ты… вы сами можете мне с этим помочь? – спросил я под диктовку Авери.

– Боюсь, что нет, юный господин. Этим должны заниматься специалисты, а я простая глупая служанка.

Я едва удержался от смешка, когда услышал перевод из уст парнишки. Как же, простая! Раз ей такие деликатные дела доверяют, то в клане она далеко не на последнем месте. А работа горничной – это так, прикрытие от любопытных глаз. Сегодня она пыль со шкафов смахивает, а завтра – чью-то дурную голову с плеч. Работница на все руки, так сказать.

– У господина остались ещё ко мне вопросы? – девушка невинно захлопала длинными ресницами.

Что ж, если с магией облом, неплохо бы узнать, что мне вообще предстоит.

– Госпожа Анура сказала, что мне нужно подготовиться к поступлению.

– Она имела в виду вашу физическую форму. Прошу прощения, но она никуда не годится. Вы даже не посещали занятия по фехтованию, а это очень важно для будущего воина и офицера.

Я чуть не ляпнул, зачем боевому магу учиться владеть ещё и мечом, но вовремя себя одёрнул. Значит, зачем-то нужно. Многие из сражающихся в поместье были вооружены именно холодным оружием.

– А вы бы не могли, – осторожно начал я, тщательно подбирая слова для переводчика, – дать мне несколько уроков?

– Вы действительно этого желаете? – улыбнулась горничная.

– Да, хочу стать достойным офицером.

– Боюсь, для полноценного обучения нам не хватит времени, юный господин. Но азы я постараюсь вам преподать.

– Когда начинаем? – я потёр ладони в предвкушении.

– Если позволите, завтра с утра. Мне нужно подготовить зал для тренировок. Всё же в первую очередь нам нужно заняться вашей физической формой.

– Хорошо, тогда можете быть свободны.

Девушка откланялась и пообещала вернуться, когда ремонт моих покоев будет окончен. Я бы с удовольствием расположился прямо здесь, но наследнику клана не пристало ютиться в гостевой комнате. Другие могут не понять. Пока мою замкнутость можно списать на шок после нападения и гибели отца, только рано или поздно мне всё равно придётся выйти в свет. А два подряд разговора, пусть и небольших, отняли слишком много сил.

Общаться через Авери оказалось очень утомительно. Вдобавок поначалу он сбивался и тараторил некоторые фразы дважды, отчего моё молчание затягивалось до неприличия. А уж выговаривать всю эту тарабарщину чуть ли не по слогам – отдельное удовольствие. Худо-бедно меня понимали, но лишь те, кто осведомлён о смене личности. Как на этот бубнёж отреагируют другие, не стоит даже проверять.

Если честно, меня всегда забавляли обложки самоучителей типа «…ский язык за три месяца!». Но сейчас в моём распоряжении и того меньше – всего два. А ещё нужно как-то освоить правила этикета и прочих местных условностей. Работы целый вагон и маленькая тележка.

Хорошо ещё, с учителями вопрос решён.

– Ну что, засучим рукава? – спросил я вслух.

«Ты это мне?»

– А кому ж ещё…

Но тут дверь внезапно распахнулась и безо всякого стука в комнату вошла миловидная девушка лет двадцати с небольшим. Судя по искусно вышитому платью и драгоценностям на пальцах – точно не служанка. Да и длиннющие волосы тёмно-медового цвета уж больно напоминали того, чьей милостью я тут очутился.

Не обратив на меня никакого внимания, она уселась в кресло напротив трюмо и достала из верхнего ящика костяной гребень. А затем принялась с безучастным выражением на лице расчёсывать свою гриву, что-то тихо напевая себе под нос. Все движения незваной гостьи были какими-то заторможенными, будто мыслями она находилась очень далеко отсюда.

Я замер, не зная, как на такое реагировать. Мне строго-настрого запрещалось общаться с посторонними, но ведь она сама ко мне зашла!

«Приём, Авери, это кто?» – спросил я про себя.

«Моя сестра Алия, – с явной неохотой отозвался наследник. – Не обращай внимания, она немного не от мира сего».

«Спасибо, что предупредил, а то меня едва Кондратий к себе не прибрал».

«Это ваше демоническое божество?»

«Ага, типа того».

Тем временем странная девушка внезапно развернулась ко мне и с улыбкой произнесла:

– О-о-о, Авери! Анатос твай асахи миитра!

Бедный парнишка поперхнулся и сделал попытку упасть в обморок вместо синхронного перевода. У меня самого голова закружилась от его эмоций. Пришлось ей немного потрясти, благо сестрица уже вернулась к методичному расчёсыванию волос. И вроде бы убивать меня не собиралась. Тогда что его так напугало?

Ошарашенный сосед по телу пришёл в себя спустя минуту, да и то не полностью.

«Это… Это… Невозможно!»

«Что она сказала?»

«Поздравила меня… с тем, что я наконец-то нашёл себе друга».

Глава 5

Удары били по мне градом, будто я бедная озимая пшеничка. Уворот, блок, снова уворот... Хрусть!

А вот это уже мои многострадальные кости. От боли хотелось лезть на потолок и с воем швыряться оттуда огненными шарами, лишь бы хоть как-то её выплеснуть из себя.

Стоит признать: я стал гораздо импульсивнее после воскрешения. Новое тело, напичканное гормонами по самые уши, так и толкало совершить какую-нибудь глупость. Что поделать – пареньку скоро стукнет шестнадцать, а учитывая продолжительность местного года в четыреста дней, по возрасту Авери скоро для призыва будет вполне годен. А вот по развитию он максимум на пятнадцать земных тянет, если не меньше.

Хотя я сам был не лучше. Прекрасно помню себя в его возрасте – чего только не творил! Мозги включались лишь в последний момент, да и то далеко не всегда.

На ум сразу приходит «Голова профессора Доуэля», где одну из подопытных пересадили в молодое тело. Там тоже случился подобный эффект, хоть и не в таких масштабах. На моё счастье, справиться с гормональным штормом помогали изнуряющие тренировки. Себя я никогда не щадил, и бедняга Авери на своей изнеженной шкуре понял, как он был неправ. Верни его сейчас кто-нибудь в ту пентаграмму, он сам бы себе харакири тем кинжалом сделал.

Я оставался глух к его мольбам, прекрасно понимая, что это лишь начало и впереди нас ждёт настоящий северный зверёк, а не его бледная копия в виде сержанта Хивеи, что дрючила меня тренировками каждый божий день. К занятиям она отнеслась со всей серьёзностью, граничащей с откровенным садизмом.

Заодно выяснилось, что наследник может быть со мной далеко не всё время. Он периодически отрубался, когда запас моих сил подходил к концу. Ночью парень тоже переходил в беззвучный режим, чтобы проявиться поутру.

Для него подобное состояние было сродни глубокому сну без сновидений, который восстанавливал его сознание. Иначе от долгого бодрствования он начинал бредить и запинаться, а ко мне в голову стучалась сильная мигрень. Всё-таки наше соседство – это нонсенс даже для этого безумного мира. Начитанный Авери припомнил все доступные источники, но о подобном никто из авторов даже не заикался. Одна душа – одно тело, таковы незыблемые правила. Расстройство личности к этой эфемерной субстанции не относили. Если человек поехал крышей, то сугубо сам, без посторонней помощи.

Что касается демонов, то они полностью поглощают душу своей жертвы. Даже после успешного изгнания – что случается крайне редко – после него остаётся лишь безвольный овощ без намёка на сознание. Так что чаще всего члены ордена экзорцистов стараются не рисковать и развоплощают засланцев физически.

Ещё один лишний мотиватор для прилежной учёбы. Хотя куда уже больше…

Но сам факт успешного выселения внушал определённые надежды. К сожалению, для полноты картины требовались более специфические источники, а для наследника даже не вся клановая библиотека была доступна. Поэтому пришлось отложить это до лучших времён и сосредоточиться на выполнении текущих задач.

Тяжелее всего, как ни странно, мне давался самоконтроль. Несколько раз я не смог сдержаться и на инстинктах палил огнём из пальца в своего ненавистного оппонента, то есть в Хивею, которая взялась меня тренировать так же искусству боя на мечах. На время занятий девушка снимала накрахмаленные элементы облачения, оставаясь в свободном черном платье чуть выше колен, но мне ни разу не удалось даже опалить его по касательной.

Горничная являлась настоящим монстром, безо всяких кавычек. Её силе и владению собственным телом позавидовал бы любой олимпийский атлет. Из человеческого в ней была лишь оболочка, хоть и довольно приятная на вид. Иногда мне всерьёз казалось, что она бессовестно нарушает законы физики или хотя бы анатомии. Тут и змея бы себе позвоночник сломала, уворачиваясь от выпущенного практически в упор огненного шара.

Да, я научился стрелять теми самыми файерболами, что у нас на Земле упоминались повсеместно – от компьютерных игрушек до кино и литературы. Но магия сильно выматывала и вдобавок приводила к ожогам второй степени. Чаще всего страдал указательный палец, но разок досталось и всей ладони, когда у меня сбилась концентрация.

Происходило это чаще всего инстинктивно, как попытка избежать очередного поражения. Меня этот терминатор в платье не щадил, отбивая мне всё, что только можно и нельзя. Простенькая защита, как у скейтбордистов, не особо от этого спасала.

Тренировались мы в специальном зале с асбестовыми стенами, так что к пожару мои спонтанные выходки не приводили. А о вреде данного материала для здоровья никто не задумывался. Окон здесь не имелось, а свет давали специальные лампы со светящимися внутри кристаллами вместо лампочек. Не то чтобы я так сильно желал поджарить Хивею – просто тяжело сдерживаться, когда тебя по несколько часов в день методично избивают. Тело само реагировало на угрозу и пыталось всеми силами прекратить страдания.

Вот и сейчас я размышлял об отвратительном самоконтроле, лёжа на коленях у своей наставницы. Опять промах, после которого меня переломили пополам. Хотя чисто технически моя голова покоилась на её крепких бёдрах, и до коленок отсюда – как мне до звания начинающего фехтовальщика. Но так уж повелось эту позицию называть. Не «на ляжках» же, в конце концов…

Блин! Опять мысли не туда свернули.

Встать я пока что не мог – тело ниже поясницы не ощущалось. Совсем. Им сейчас занималась Нарья – ещё одна горничная, специализирующаяся на магии исцеления. Это она помогала тушить пожар в моих покоях. Я бы в принципе удивился, найдись во всём замке хоть кто-нибудь из прислуги, способный лишь скромно вытирать пыль. С другой стороны, ни о какой универсальности не могло быть и речи. У каждого здешнего волшебника был свой собственный Дар, отвечавший за определённый аспект магии. Если кратко, то целитель не может шмальнуть в кого-нибудь файерболом, и наоборот.

Хивея определённо обладала какими-то атакующими способностями помимо прекрасной физической подготовки, поэтому для моего лечения ей потребовалась квалифицированная помощница. Нарья сильно уступала в мастерстве главному семейному доктору, но её навыков всё равно хватало, чтобы привести мой организм в относительный порядок. А уж по вечерам меня навещал сам эскулап, который с неодобрительной миной просвечивал избитое тело насквозь безо всякого рентгена и чинил то, что не пришло в норму при помощи служанки.

Почему он не курировал сами занятия? По рангу не положено: ведь, помимо меня, в замке проживала куча родственников и прочего народа, и у них могли возникнуть ненужные вопросы. А так мной занималась всего лишь мелкая прислуга, пусть и с боевой подготовкой. «Матушка» могла приставить ко мне одного из профессиональных вояк, но в клане нынче ощущался острый кадровый голод, и такое выдёргивание специалиста тоже могло привлечь ко мне лишнее внимание. Я даже бесящие волосы не мог подстричь, чтобы сильно не выбиваться из образа, поэтому приходилось стягивать их в кокетливый хвост на затылке. Иначе они всерьёз мешались на занятиях.

Заявить о себе всерьёз мне предстояло лишь на дне рождения, а до него ещё как-то дожить нужно было. И это не просто красивые слова.

Обычно без работы старший целитель не оставался, хотя Хива орудовала всего лишь деревяшкой в виде меча. Но даже учебный макет в её руках становился смертоносным оружием. Я первое время пользовался такой же штакетиной, но затем для ускорения тренировок мне было дозволено взять настоящий меч.

Точнее, выбрать его из тысячи других.

Оружейное хранилище клана походило на музей клинкового оружия, который дополнили реквизитом из фантастических фильмов. Здесь было буквально всё: от тяжёлых двуручников с меня ростом, похожих на расплющенную рельсу, до лёгких рапир. Не обошлось и без оголтелой экзотики, которая подошла куда больше всяким эльфам и прочим волшебным расам.

С другой стороны – а я тогда где?

Авери на мой вопрос признался, что ни про каких эльфов он не слышал, но среди людей существует немало обладателей длинных ушей, и вдобавок ещё удивился, что на Земле таких нет. Ну уж простите, у нас и попаданцы не встречаются. Как и магия, собственно. А если занесёт к нам кого-нибудь «демона» случайно, то он помрёт со скуки, выплачивая ипотеку и вставая в шесть утра на опостылевшую работу. А станет качать права – тут же угодит в психушку к другим «братьям по разуму».

Я долго бродил вдоль стеллажей с мечами, пока не наткнулся взглядом на нечто знакомое. Не знаю, как она тут очутилась, но среди однолезвийных клинков скромно пристроилась японская катана в чёрных ножнах. Возможно, это и не катана вовсе, но я не великий знаток восточного оружия, чтобы подтвердить подлинность. Просто очень уж похожа.

При одном только взгляде на оружие накатили воспоминания из детства, когда мы всей гурьбой собирались у тех, кто владел редким на тот момент видеоплеером, и смотрели прокатные кассеты. Больше всего ценились боевики или аниме, а уж те, где присутствовали ниндзя и самураи, засматривались нами «до дыр», пока затёртая лента не переставала читаться.

Мы мастерили катаны и сюрикены из подручных материалов, а на вещевых барахолках затаривались чёрными водолазками, чтобы бегать в них по заброшкам и драться друг с другом. Потом многие на волне увлечённости пошли заниматься в секции айкидо и карате, но большая часть быстро к этому охладела.

Я к тому времени уже вовсю работал (жить как-то надо было), так что времени на хобби не оставалось. Но сейчас при взгляде на такую желанную в детстве вещь… Просто не смог удержаться.

Хивея мой выбор одобрила, только назвала катану не мечом, а пустынной саблей. Пусть так, ведь режущая кромка у неё действительно одна, да и клинок изогнут. Значит, сабля.

– Это очень требовательное оружие, – предупредила меня наставница. – Но если сможешь им овладеть, то станешь опасным противником и для людей, и для монстров.

Блин, а я уже и забыл, что тут ещё и монстры, ко всему прочему, обитают… Не просто так у них даже императоры долго не живут. Не в сказку же попал, в конце концов.

Я взялся за катану и понял, что отпускать её не особо и хочется. В ладони длинная рукоять легла как родная, хотя вес позволял спокойно держать оружие и одной рукой. Изогнутый клинок красиво переливался на свету и оказался чрезвычайно острым. Можно сказать, это была любовь с первого взгляда.

С тех пор к обычным тренировкам добавились различные стойки, а также связки специфических ударов. А ещё я учился рубить. Поначалу тонкие хворостины, потом небольшой пучок, а под конец против меня поставили целый веник. Перерубить его с одного взмаха у меня пока ещё не получалось.

Как и попасть по своей наставнице. Зато она лупила меня от души, если та у неё вообще имелась. Иной раз девушка сама удивлялась, когда я поднимался после очередного перелома и продолжал спарринг. А куда деваться?

Как ни странно, чем больше она меня била, тем дольше получалось держаться на ногах. Хивея заставляла двигаться на запредельных скоростях, когда мысль не поспевала за действием тела. Защита и атака вбивались на уровне инстинктов. Поставь против меня сейчас обычного землянина с палкой – я его одними ножнами в отбивную превращу.

А вот до местных девушек мне ещё очень далеко...

– Юный господин, не ёрзайте, – пожурила меня Нарья, не убирая рук с моей груди. – Я ещё не закончила.

Авери уже на автомате принялся бубнить перевод, хотя мне и так был понятен общий смысл фразы. Местный диалект потихоньку осваивался – пусть и со скрипом, но постоянная практика делала своё дело. Правду говорят, что для лучшего усвоения иностранного языка лучше всего общаться с его носителями. Ведь даже правильная интонация может повернуть смысл сказанного в противоположную сторону. Особенно здесь.

И если на слух у меня всё чаще выходило понимать собеседников, то с произношением пока что творилась форменная порнография. Спасало лишь то, что с непосвящёнными родственниками я общался прямо тут, в тренировочном зале. То есть потный, взмыленный и побитый.

Другим меня в замке никто не видел, даже я сам.

Официальная версия моего нездорового рвения к тренировкам – душевная травма после внезапной атаки на резиденцию. Кто за этим стоял, так и осталось загадкой – все нападавшие были простыми наёмниками, накачанными стимуляторами по самые брови. Даже те, кого удалось взять живьём, скоропостижно скончались. Настоящие камикадзе.

Может, служба безопасности клана и докопалась до чего-то существенного, но передо мной никто не отчитывался. На важные совещания меня не приглашали в силу возраста, а совместные обеды, случавшиеся раз в неделю, я благополучно пропускал по медицинским рекомендациям.

– Позвоночник в порядке, и рёбра вроде срослись, – поведала Нарья, закончив надо мной шаманить. – Но на сегодня, пожалуй, хватит.

Чувствительность действительно ко мне вернулась, но лучше бы я оставался бесчувственным куском мяса. Казалось, что каждая клеточка моего многострадального организма ныла. Даже обезболивающее в виде женских коленей (то есть бёдер) уже не спасало. Пришлось с кряхтением подниматься на ноги, освободив наставницу.

Хорошенького понемножку, как говорится.

– Прошу прощения, юный господин, – поклонилась мне Хивея. – Как вы себя чувствуете?

– Как беспомощный манекен для отработки ударов, – честно признался я, потирая ушибленную спину.

– Вы слишком строги к себе, – снисходительно улыбнулась девушка. – За столь короткое время у вас наметился значительный прогресс.

Может, для наивного наследника эти слова стали бы поводом для гордости, но я прекрасно понимал, что это неприкрытая лесть. Все мои достижения сводились к тому, что теперь ей требовалось для нокаута целых два-три серьёзных удара вместо одного. Рекорд составлял четыре, но такое случилось лишь раз, когда я специально решил подпалить её файерболом в упор. Просто уже нервы не выдержали.

Встав на ноги, я осторожно попробовал потянуться и присесть, чтобы удостовериться, что у меня ничего не отвалится до вечера. Занятия подошли к концу, и Хивея откланялась, забрав с собой меч. Упражняться с ним в её отсутствие она не позволяла. А помимо наших тренировок у неё существовали ещё какие-то загадочные дела, и отныне за мной приглядывала одна лишь Нарья.

– Вы не собираетесь уходить, юный господин? – задала она дежурный вопрос, скромно устроившись в углу.

– До ужина ещё целый час, – пожал я плечами.

Зря я это сделал – вдоль позвоночника тут же прострелило острой болью. Значит, отжимания отпадают. Как и занятия на брусьях, пожалуй. Здешний спортзал не блистал разнообразием инвентаря – парочка перекладин, пыточный агрегат для растяжки, а также небольшой набор гирь. Я давно уже оставил в покое крохотные грузики и перешёл к следующим по весу, однако самые тяжёлые по-прежнему не мог даже сдвинуть с места.

Получается, сегодня ограничимся одним лишь бегом. Помнится, в первые дни достаточно было навернуть несколько кругов по залу, чтобы напрочь сбить себе дыхание. Сейчас я стал гораздо выносливее, но всё равно – недостаточно. Хивея была быстрее меня на порядок, хотя работала в щадящем режиме.

Чего действительно не хватало залу, так это длины – всего полтора десятка метров от стены до стены. В родовом замке существуют помещения и побольше, но там можно натолкнуться на других членов семьи. А в этот чулан никто не полезет – перед нашими занятиями Хивея всю ночь приводила его в порядок. Раньше сюда складывали всякую ненужную ерунду, но кое-что из этого хлама мне пригодилось.

Я подошёл к ящику с гирями и взял оттуда звенящий металлом свёрток, после чего развернул его, и в моих руках оказалась старенькая кольчужная рубаха с кожаной подложкой. В таких воюют лишь «бездарные» ополченцы из глухих деревень, так что объяснить, что она здесь делает, не смог даже старший дворецкий. Он по замку ещё и выполняет должность интенданта. Кольчугу хотели выбросить вместе с другим барахлом, что здесь хранилось, но я успел прибрать её к рукам.

Как оказалось, в бою против одарённого она бесполезна. Удары Хивеи оставляли страшные синяки и дробили кости, игнорируя такую примитивную защиту. Но вот в беге кольчуга стала для меня незаменимым подспорьем. Надеваешь её прямо поверх тренировочного костюма, похожего на кимоно – и вот ты уже потяжелел на несколько килограммов безо всякой магии.

Стоило только сделать несколько шагов, как ноги тут же принялись протестовать. Но на боль в мышцах и коленях я старался не обращать внимания, в отличие от Авери. Боль нужно учится терпеть, а не бояться её.

«Пожалуйста, может, уже хватит на сегодня? – простонал мой сосед едва слышно. – Я так скоро в небытие отправлюсь».

– Терпи, солдат, генералом будешь, – переиначил я известную пословицу.

На мысленное общение сил уже не осталось, поэтому я тихо сипел сквозь стиснутые от напряжения зубы. Нарья не обращала на мои хрипы никакого внимания – она неподвижно сидела с закрытыми глазами. Восстанавливала потраченные на лечение силы при помощи «батарейки» – небольшого кристалла, в который можно закачивать магическую энергию. Когда такие «батарейки» полные, они начинают испускать нежный свет.

Мне подзарядки не полагалось – целительница и так влила в меня порядочно маны. Но на одной дармовой энергии долго не протянешь. Заёмная сила тратится гораздо быстрее, чем родная. Легко пришла, легко и ушла.

«Я не хочу быть никаким генералом! – продолжал жалобно канючить наследник. – Ради чего так мучиться?»

– Хорошо, давай посмотрим на это с другой стороны, – выдохнул я. – Что насчёт девушек?

«Хм, они здесь при чём?»

– Ну, тебе ведь нравятся девушки?

«Допустим».

– Дай угадаю, ничего больше созерцания в твоей жизни не было, да?

«Это тебя не касается!»

– Угадал, значит. Я по твоей милости засыпаю только уставший в ноль. Книги – это прекрасно, только нам с тобой не помешает и девичье внимание. А знаешь, чем они отличаются от собак?

Юного аристократа этот вопрос поверг в жёсткий ступор. Хотя сторожевых псов я видел своими глазами во внутреннем дворе замка. И это были вовсе не декоративные чихуа-хуа, помещающиеся в дамскую сумочку, а настоящие волкодавы. Некоторые совсем немного не дотягивали до молодых медведей.

«Не знаю, что ты имеешь в виду, сравнивая их с собаками, – наконец-то подал голос Авери. – Но думаю, это какая-то дикая пошлость. И в чём же отличие?»

– Девушки на кости не бросаются, – сквозь гримасу боли усмехнулся я. – Так что не ной, сосед. Потом ещё мне спасибо скажешь…

Глава 6

Достать Хивею мне удалось только в середине второго месяца, да и то не пойми как.

Дни и недели пролетали со свистом, сливаясь в одну беспросветную массу. Я только и делал, что занимался до потери сознания. Засыпал где придётся, а уж про сны и вовсе забыл. Измученный организм просто тушил перед глазами свет в знак крайнего неодобрения.

Язык, физподготовка, фехтование… На всё остальное не оставалось ни сил, ни времени.

Даже во время приёма пищи шла интенсивная зубрёжка. Какой столовый прибор за что отвечает, что полагается есть в первую очередь и чем запивать. С приёмом пищи здесь всё обстояло очень мудрёно, ведь за столом частенько собиралась верхушка клана и в неформальной обстановке обсуждала текущие дела. Это не считая званых ужинов пару раз в неделю.

Дети питались отдельно, но после совершеннолетия их допускали за общий стол. Вот и меня скоро такое ждёт. И ведь не сошлёшься на недомогание – мастер Канди может и свежего покойника на ноги поставить. Пока что меня спасала крайняя замученность на тренировках, но некоторые официальные мероприятия пропускать никак нельзя.

Общение с горничными при помощи Авери понемногу приносило свои плоды. Даже въедливая Хивея отметила, что моя речь уже более-менее походит на человеческую. И хотя обе служанки прекрасно знали о причинах такого расстройства, обсуждать эту тему они категорически отказывались. После пары неудачных попыток я от них отстал.

И только в искусстве кэндо я никаких особых результатов не достиг. Веники давно сменились на деревянные палки, но что толку их рубить, когда не можешь попасть по оппоненту? Так продолжалось до сегодняшнего дня, когда наставница начала открыто надо мной издеваться. Давно я магией по ней не бил, вот она и захотела вывести меня из себя.

Я держался как мог, терпя тычки и колкости. Девушка чёрным вихрем кружилась вокруг меня, умудряясь при этом язвить по поводу моей фигуры. Вот это она совершенно зря – качком я, конечно же, не стал, но кое-какое мясо на костях наросло. А главное, само тело окрепло и стало куда выносливей. Только против неё я по-прежнему оставался заморышем.

– Право, ну что за доходяга, – продолжала измываться Хивея. – И это будущий наследник клана?

Вот уж чего мне точно не светит. Госпожа Анура ясно дала понять, что меня сюда не править, а пахать призвали. В поте лица и всего остального.

– Даже ваш братец был куда способнее! – хихикнула девушка. – Он даже разок меня победил...

«Не смей так о нём говорить!» – внезапно завопил Авери внутри моей головы.

Я едва не повторил за ним следом. Клокочущая в пареньке ярость передалась и мне, взвинченному боем до предела, окрасив мир в багровые тона. Огненные жилы вновь заныли в теле, прося выплеснуться наружу потоками пламени, но вместе с этим пришло и новое чувство. Как будто во мне сжимается гигантская пружина, которая вот-вот…

Боевая горничная всё же что-то почувствовала, потому что отскочила в сторону. Но это её не спасло.

Пружина распрямилась, и меня резко толкнуло вперёд, до свиста в ушах. Единственное, что я успел – это довернуть кисти рук на себя, чтобы впереди оказалось навершие рукояти катаны – касиро, кажется. Оно хоть и плоское, но окантовано металлом. Гвозди можно забивать при желании.

Им-то я и стукнул по лбу распоясавшуюся девушку. Точнее, по подставленной ладони, которой она едва успела прикрыться. От удара Хивею опрокинуло на пятую точку, а чёрное платье взметнулось куда выше приличного. Но мне сейчас было не до этого – я впервые одержал победу! Знать бы ещё как…

Потому что между нами было расстояние в несколько метров.

Девушка потрясённо помотала головой, приходя в себя, и жестом остановила бросившуюся к ней Нарью. Хотя на её ладошке наливалось багровое пятно. Кажется, я немного переборщил с силой удара. Злость ушла, и стало даже немного стыдно за выходку.

Но дальше всё пошло совсем уж не туда. Хивея прямо из сидячего положения бросилась на колени, коснувшись лбом пола.

– Прошу прощения, юный господин! Я вела себя неподобающе, и в вашей воле меня наказать.

– Э-э-э, что?

Авери оказался ошарашен не меньше меня и подсказать ничего путного не смог.

– Мне не следовало так отзываться о вашем брате, – продолжила коленопреклонённая девушка. – Ведь именно Регилл привёл меня сюда.

Я уже знал, что речь идёт о том, кто погиб в дуэли с представителем вражеского клана, на тот момент являвшегося императорским. Выучить имена всех ближайших родственников – это первостепенная задача для любого вселенца в чужое тело. По крайней мере, я так решил. Но то, что Хивея училась вместе со средним братом Авери, стало для меня неожиданностью.

После знаменательного разговора с моим вспыльчивым деловым партнёром, которая терпеть не может, когда её называют «матерью», я уточнил у парня некоторые непонятные термины. В том числе и про тех, на кого мне нужно якобы обратить пристальное внимание. Как выяснилось, далеко не все одарённые рождаются в аристократических семьях. Конечно, там шанс рождения «бездарности» гораздо ниже в силу вполне очевидной селекции, но и у обычных жителей этого мира вполне может появиться на свет маленький волшебник. Иногда его способности проявляются с раннего детства, но чаще в подростковом возрасте вплоть до совершеннолетия.

И тут у юных обладателей Дара два пути. Либо остаться при своих родичах, ставя крест на дальнейшем развитии, либо поступить в одну из академий. Есть попроще, для младшего комсостава, а есть и элитные – вроде той, где вскоре мне предстоит учиться. Хотя туда берут лишь самых способных вне зависимости от происхождения. После выпускного перед магом снова встаёт выбор: примкнуть к одному из кланов, чаще всего представленных одной из аристократических семей, что равносильно государственной службе, либо остаться вольным человеком. В обоих случаях диапазон возможностей устроиться в жизни довольно широк, от чиновника или военного до наёмника или авантюриста.

Последний, кстати, это вполне официальный термин. Так здесь называют тех, кто шарится по всяким неспокойным местам в поисках приключений на свою голову и прочие места. Естественно, не ради экстрима, а в поисках наживы, иногда очень солидной. Некоторые особо удачливые авантюристы даже основывают собственные кланы У-класса, самых младших в местной иерархии. Привилегий у них немного, но они могут легально заниматься бизнесом и всячески участвовать в жизни империи. В будущем у таких образований есть шанс накопить «жирок», как медведь перед зимовкой, и стать на ступеньку ближе к трону.

В общем, потенциал у одарённых людей огромный, чего не скажешь об их противоположностях. И если в обычных семьях разницы для ребёнка никакой, то вот у магов и особенно высших кланов… Для них отпрыски без Дара считаются бесполезными. Очень немногие могут куда-нибудь пристроить такое своё чадо, большинство же просто отворачивается от них. Сбагрят в какой-нибудь дальний уезд мелким помещиком, и забывают навсегда.

В отличие от талантливого старшего брата, средний был весьма посредственным магом. Зато вроде как неплохо сходился с людьми и налаживал связи. Душа компании, одним словом. Не удивлюсь, если у Хивеи с ним что-то в своё время было.

– Встань, – попросил я её. – В извинениях нет нужды. Ты ведь действовала по указке матери, так?

Девушка ничего не ответила, но по одному только её взгляду мне всё стало и так понятно. Госпожа Анура желала знать, что у меня с наследственной памятью и как я буду реагировать на вещи, которые знал лишь Авери. Парнишка, кстати, тоже поостыл, но упоминание любимой (в прошлом) матушки поразило и его. Вот же наивная душа…

– Ясно. Ты прощена, Хивея.

– Благодарю вас, юный господин. У вас очень доброе сердце.

Она поднялась на ноги и потёрла пострадавшую ладонь:

– Пожалуй, отныне мне нужно надевать защиту. Вы оказались ещё большим сюрпризом, чем я ожидала.

– Что это вообще такое было? – озвучил я мучивший меня вопрос.

– Дар, – уверенно ответила наставница. – Вы чувствуете усталость, как после применения способности?

Я прислушался к себе и действительно ощутил пустоту, характерную для выплеска огня. На заклинание расходовалась жизненная энергия из Атмы, то бишь Источника. И её у меня явно поубавилось. Сколько точно – не скажу, но вроде бы побольше, чем от обычного файербола.

Только это ни черта не объясняло. Я же не на реактивной тяге к ней прилетел, в конце концов…

– Это другой Дар, – пояснила наставница, увидев моё замешательство.

От такой внезапной новости я чуть в осадок не выпал. Но быстро вернул лицу невозмутимый вид и принялся тормошить Авери.

«Эй, ты же сказал, что у магов бывает только одна специализация!»

«Чаще всего – да, – подтвердил мой горе-информатор. – Но случаются исключения. Очень редко».

«Твои родители явно перестарались. Был у них бездарный наследник, а стал редчайший универсал. Это совсем не вызывает подозрений, вот ни капельки!»

«Вряд ли они такое планировали. Просто ты… не совсем правильный».

Хотел я напомнить, что правильный демон сожрал бы его душу с потрохами… Да не стал. Вместо этого спросил у наставницы, что за новый Дар у меня открылся. Вполне естественный вопрос заставил её нахмурится.

– Поначалу я подумала, что вам досталось самое страшное из Проклятий, – ответила она со всей серьёзностью, заставив Авери громко ойкнуть. – Но вы набрали сильную скорость. При Скачке такого не бывает. Вы просто ускорились в несколько раз.

– Он точно не совершил Скачок! – вклинилась в разговор взволнованная Нарья. – Я видела его смазанный силуэт.

– Тогда поздравляю вас, юный господин, – облегчённо улыбнулась Хивея. – Вы не только пиромант, но ещё и мерцающий. Нам нужно срочно скорректировать наши занятия.

– А как-либо это скрыть…

– Не получится. После Инициации на совершеннолетие любой видящий прочтёт вас. Да и зачем? Вы – будущая гордость клана.

Если настоящего наследника такие речи воодушевили бы на открытие третьего Дара подряд, то у меня они лишь вызвали едкую улыбку:

– И что теперь?

– Вам нужно будет решить, какому из Даров отдавать приоритет, – продолжила просвещать меня наставница. – Несмотря на то что боги вас одарили дважды, Атма у людей всего одна. Так что максимально развить всё не выйдет. Обычно выбирают то, что наиболее полезно, но в вашем случае оба пути – боевые.

Блин, а я уже раскатал губу. Но с другой стороны – всё не так плохо. Убер-машинами обладатели двойных способностей не являются. Просто у них чуть больше вариативности в развитии. От сердца немного отлегло.

– А можно чуть подробнее про это самое мерцание?

– Это один из Даров ускорения. Постигшие этот путь могут перемещаться практически мгновенно без использования Проклятия. Заметить их дано не каждому.

Она кивнула зардевшейся от гордости подруге, после чего продолжила:

– Мастера высоких уровней могут совершить несколько перемещений подряд, за что их и прозвали «мерцающими». Со стороны их способность выглядит так, будто человек постоянно исчезает и появляется в других местах. Это очень неприятные противники, способные в одиночку доставить проблемы целому отряду. Из них получаются отличные ассасины и телохранители. Минусами данной техники является сильная инерция, которую приходится всё время гасить, и потребность в свободном пространстве. Любое задетое препятствие может привести к серьёзной травме, не говоря уже о невозможности преодолевать стены и барьеры, как при Скачке.

Вот же физика, бессердечная тварь! А в комиксах и кино всякие сверхбыстрые бегуны запросто огибают все препятствия и даже людей умудряются спасать без переломов костей.

Хивея всё же протянула руку Нарье, которая без труда залечила ей ушиб, но продолжать занятия не стала.

– На сегодня достаточно. Мне нужно доложить обо всём госпоже.

Я вернул катану, и Хивея стремительно покинула тренировочный зал, оставив меня наедине с лекарем.

«Может, и мы пойдём уже?» – с надеждой предложил Авери.

– Обязательно пойдём, – усмехнулся я, оглядывая спортивные снаряды. – Но попозже.

«О боги, ты точно демон! – простонал парнишка. – Только они способны наслаждаться мучениями людей».

– Кто сейчас будет мучиться, так это я. Но и тебе работа найдётся, чтоб нам не скучно было. Рассказывай, что ещё за проклятия? И ещё какие-то видящие до кучи…

Сосед по телу уже привык к роли живой энциклопедии, поэтому принялся охотно рассказывать, а я взялся за гири. Сегодня нужно хорошо потрудиться, раз наставница мне ничего не успела отбить.

Проще всего оказалось с видящими. Как я и подозревал, это был особый сорт магов, которые могут определять Дары других. Не всех и не всегда, но это уже частности. С их помощью находят способных детей среди безродных и проверяют юную знать. Живые сканеры.

Авери тоже показывали одному из таких специалистов, когда его папаша ещё надеялся, что у того проснётся свой Дар. Мастер предсказуемо развёл руками, посоветовав сосредоточиться на других наследниках. Вот только все они либо мертвы, либо не годятся в силу возраста и прочих причин. Взрослых едва хватало на управление оставшимися землями, так что о росте влияния в ближайшие годы не могло быть и речи. Уж не знаю, что мешало им подождать многочисленных племянников, которые частенько попадались мне на глаза, но в итоге это кончилось тем, что в тело будущей обузы клана подсадили нерадивого демона.

Меня то есть.

Без заключения опытного видящего в академию не поступишь, даже в самую обычную. Так что с ним ещё придётся столкнуться, без вариантов. Тут Хивея полностью права – скрывать второй Дар нет никакого смысла. Лишь бы специалист не почувствовал, что нас тут двое…

А вот с Проклятиями всё обстояло куда сложнее. Они являлись чем-то вроде антипода Даров, действуя ровно по той же схеме. Та же узкая специализация, то же самое потребление жизненной энергии во время использования. Только эти способности находятся под строгим запретом, так что их развитие и применение приравнивается чуть ли не к государственной измене.

Те, кому не повезло родиться с таким бременем, не могут получить должного образования и к тому же состоят на специальном учёте. Участь их незавидна, поэтому некоторые уходят в криминал, где им самое раздолье. В обычной жизни от их способностей одна морока.

Проклятий существует не так уж и мало – смертельное касание, сглаз, проклятая аура и, конечно же, магия Души… Но особое внимание уделяется лишь одной технике – Скачку. По-нашему, это старая добрая телепортация, которая находится под строжайшим запретом. Всех адептов с такой способностью сразу же забирают представители ордена Серой Стражи. Того самого, что охотится на демонов.

Обратно даже тела родственникам не возвращают, так что вряд ли их ждёт что-то хорошее.

Почему такая паранойя? Всё просто – из пространственных проколов иногда лезет всякая страшная хтонь. Она так и пришла в этот мир, когда помимо индивидуальных скачков стали практиковать настоящие стационарные порталы. Сначала между городами и континентами, а потом внезапно открыли переходы и в другие измерения. Разумных там вроде бы не обнаружилось, чего не скажешь о полезных ресурсах. Просто рай для экспансии.

Но эйфория быстро прошла, когда внезапно из порталов попёрла всякая нечисть. Как и почему – Авери затруднялся сказать, в книгах подробности деликатно обходили стороной. Сообщалось лишь, что эти существа противопоставляются самой жизни. То есть убить их вроде как нельзя в привычном понимании этого слова.

С тех пор порталы уничтожили, но далеко не все, о чём говорит постепенная потеря других континентов. Да и на этом континенте существуют свои нехорошие места…

Обжёгшись на молоке, местные теперь вовсю дуют на всё подряд. Хотя кто их знает – может, пространственные возмущения от телепортирующихся магов тоже как-то влияют на распространение Некросферы. В любом случае злая нечисть здесь далеко не фольклор, а норма жизни.

Весело тут живётся людям, ничего не скажешь. Зато теперь многое встало на свои места. Второй дар не взялся из воздуха, а уже был при мне с самого попадания в этот мир. Если бы не он, меня бы поджарило тем огненным шаром во время нападения на малую резиденцию. Тот прыжок до колонны был именно мерцанием. Но вот в чём закавыка – в прошлой жизни со мной подобного точно не случалось. Я имел тесную связь с огнём, но никак не с быстрым перемещением в пространстве.

Вывод напрашивается только один, но что мне с ним теперь делать? Рассказать правду или оставить всё как есть?

Пока я размышлял, бедный Авери умолк, а там и мне самому стало казаться, что я вот-вот хлопнусь в обморок. Всё, нужно закругляться. Наверное, от таких диких нагрузок на Земле я точно бы загремел в больницу, но лечебная магия нивелировала перенапряжение. Нарья снова возложила на меня руки, вдохнув в моё измученное тело немного сил. Как раз хватит, чтобы доплестись до апартаментов и принять бодрящий душ. Потом ужин и новые занятия, уже для мозгов.

Сегодня нужно будет проработать деепричастия, уж очень с ними здесь всё непросто. Звучат они точно так же, как и глаголы, поэтому на слух почти неотличимы друг от друга. Никаких дополнительных окончаний или суффиксов, чтобы облегчить распознавание – только контекст. Мой учитель так и не смог внятно объяснить все нюансы, поэтому приходится постигать их самому.

Целительница вызвалась меня проводить, но я отказался. Ей ещё тут прибираться после нас, так что дошаркаю как-нибудь сам. Сил на то, чтобы нормально переставлять налитые свинцом ноги, у меня уже не было. А так потихонечку, вдоль стеночки… Не первый раз уже.

Но сегодня воистину всё шло наперекосяк, ибо в одном из коридоров ко мне подскочила Алия – старшая сестра и моя главная головная боль. К счастью, за ней уже неслись две пожилые служанки, выполнявшие роль нянек. Слава богу, что обитатели родового гнезда не воспринимали её возгласы всерьёз…

Девушка каким-то необъяснимым образом видела меня. Не братика, а непутёвого демона, который поделил с ним жилплощадь в виде тела. Хотя она должна являться обычным пирокинетиком, а никак не медиумом. Специально уточнял.

Девушка с озорным визгом повисла на мне, обдав цветочным ароматом. На этот раз на ней было простое платье, которое ей невероятно шло. Но, несмотря на зрелую фигуру, она вела себя как маленький ребёнок.

– Приветик, друг!

– И тебе, – выдавил я из себя.

С ней рядом чувствуешь себя, как с гранатой без чеки в руках. Никогда не знаешь, в какой момент рванёт. Особенно при взгляде в её бездонные голубые глаза, точно такие же, как и у Авери с их отцом – словно драгоценные камни с блестящими искорками. Сестрицу отличали только расширенные зрачки, которые не сужались даже на свету.

– Пообещай мне, – с неожиданной серьёзностью произнесла она, – что не бросишь братика.

– Куда? – брякнул я.

– Не оставляй его одного, прошу!

– Хм, да без проблем.

Тут к нам наконец-то подскочили запыхавшиеся няньки, заодно поздоровавшись со мной, и подхватили девушку под руки.

– Пойдёмте, госпожа…

– Вы сегодня чересчур беспокойны…

Уже уходя за ближайший поворот, Алия умудрилась развернуться и выкрикнуть:

– Ты обещал, друг!

Я вполне серьёзно ей кивнул, всё для себя окончательно решив. Нечего конспиратора из себя строить, сам же сказал – никаких тайн.

«О чём это она?» – вяло поинтересовался Авери.

«Уже очнулся? – произнёс я мысленно, продолжив упрямо брести вперёд. – Вот и славно, у меня к тебе разговор есть».

«А это не может хотя бы до ужина подождать? У меня мало сил, а тебе ещё до покоев добраться нужно».

«Я быстренько. Дело в том, что твои родители – идиоты, каких поискать».

«Ты снова взялся за оскорбления? Мы же договорились».

«Есть причина. Давай расскажу, в чём дело, а ты уж сам решишь, перебарщиваю я или нет. Выслушаешь?»

«Куда же я денусь…»

«Итак, – начал я, – Жили они – не тужили, пока не узнали, что под “Фениксов” кто-то серьёзно копает. Поэтому решено было усилиться, пока есть время, а как? Союзы заключить, укрепить оборону, а ещё детишек подготовить на смену. Вот только из пригодных по возрасту лишь двое недотёп. Дочка с приветом из детства и сынок-оболтус, любящий книги больше спорта. Только и с ним не всё так просто. Боялись родители, что вместо Дара у него – самое страшное Проклятие. Наверное, он как-то раз переместился слишком быстро, сам того не поняв. Потому к нему и видящего вызвали, да только тот не разобрал ни черта. И тут они испугались по настоящему, что потеряют ещё одного сына, поэтому решили провернуть авантюру с демоном. А ведь нужно было всего лишь немного подождать. Ведь он не был ни бездарным, ни проклятым… А просто мерцающим. Конец».

Авери молчал. Пауза затянулась так сильно, что я грешным делом подумал, что он снова в свой астрал улетел. Наконец он тихо произнёс:

«Пожалуй, ты прав».

«Извини, что вывалил всё это на тебя».

«Нет, всё в порядке. Благодарю за откровенность, мне теперь многое стало ясно. И не беспокойся, я не настолько наивен, чтобы умолять тебя признаться во всём матери. Она в любом случае поставила на мне жертвенное клеймо».

«Растёшь! – похвалил я его. – Приятно слышать, что ты больше не наивный ребёнок. Теперь можно и совершеннолетие твоё справлять с чистой совестью. Лишь бы там всё без сюрпризов прошло».

«Это меня не так сильно беспокоит, – признался наследник. – А вот академия... Даже проснись у меня Дар, я бы ни за что не согласился туда поступать. Так что в какой-то степени это ничего не меняет».

«А что с ней не так?»

«Это страшное место, Димон. Ты ошибся в своём рассказе только в одном моменте. Алия не всегда была такой… как сейчас. Она была доброй, жизнерадостной и адекватной. Пока не уехала в эту проклятую академию!»

Глава 7

Оставшееся время до «праздника» мы занимались в щадящем режиме. Хивея уже не драла с меня три шкуры, а сосредоточилась исключительно на базовых навыках боя на мечах. Катаной (она же для местных – пустынная сабля) я больше не сражался. Наставница выдала мне похожую по габаритам тренировочную шашку без заточки. Настоящее оружие я применял только против палок и веников, шинкуя их на скорость, а колющие удары отрабатывал на деревянных щитах разной толщины.

Физическую подготовку горничная полностью переложила на меня, впечатлившись моей упорностью. Я не отлынивал и не позволял себе расслабиться даже после тяжёлых травм. А к себе в опочивальню уползал, когда кончались силы не только у меня, но и у целительницы. Нарья за это время успела изучить моё тело до мельчайших подробностей, моментально определяя пострадавшее место без обязательного сканирования руками.

Способности в бою я старался не применять, однако моя наставница всё же показала парочку специфических приёмов для мерцающих. Правда, пользоваться ими я мог лишь в то время, пока Авери пребывал в сознании. Если он отключался, в моём распоряжении оставался один лишь огонь. К счастью, Хивея об этом так и не узнала, но данный фактор следовало постоянно держать в голове.

Зато при гипотетическом разъезде у каждого из нас оставался свой магический Дар. Никто не будет в обиде. Нужно только где-то найти специалиста по магии Души или хотя бы справочную литературу. Тот, чьими стараниями я оказался в теле юного наследника, наверняка погиб при нападении. Отец Авери такое в одиночку провернуть не мог – он был, как и большинство «Фениксов», обычный пирокинетик. Но даже если специалист жив, наводить про него справки не стоит – посвящённые в тайну могут забеспокоиться. И для них, и для всех остальных моё поведение не должно вызывать подозрений. Вот такая закавыка.

Я очень надеялся, что в страшной и ужасной императорской академии найдутся хоть крупицы нужной мне информации. А сейчас непонятно даже, в каком направлении нужно копать. Так что пока все мои силы уходили на шлифовку языка. Хорошо хоть, проблем с выговором не имелось – речевой аппарат привык к местному диалекту, поэтому все звуки с интонациями выходили из меня без особых усилий. Что-то я вовсе произносил практически на автомате, удивляя моего учителя.

Авери за это время тоже успел измениться в лучшую сторону. Раньше он был застенчивым и нелюдимым юношей, погружённым в книги, а теперь стал проявлять зачатки характера. По крайней мере, перестал падать в обморок при упоминании учебного заведения и возлежаний на женских бёдрах, а его энциклопедические знания частенько выручали меня в непонятных ситуациях. Хотя на одних голых фактах далеко не вырулишь – жизненный опыт куда важнее.

Но ни у кого из нас в полной мере его не имелось. Поэтому выкручивались мы как могли.

Накануне дня рождения Хивея провела последнее занятие. Никаких жёстких нагрузок, лишь разогрев и спарринг в защитном обмундировании. Теперь на ней красовался облегающий комбинезон и броня из гибких пластин. И фигуру эта броня подчёркивала так, что уж лучше снова платье. Похожее обмундирование носили те, кто напал на малую резиденцию. Лёгкая штурмовая броня, как пояснила наставница.

Меня она сегодня откровенно щадила, поэтому мне даже удалось выиграть одну схватку из шести. А под конец я позволил себе маленькую месть – немного ускорился и хлопнул ей плоской стороной тренировочного меча чуть пониже спины. Правда, это оставило меня без оружия – клинок неожиданно сломался, будто ударившись о камень вместо ягодиц.

Пока я пытался осознать случившееся, мне прилетела ответка. Девушка вихрем крутанулась на месте и врезала мечом по моему шлему. Всего лишь по касательной, но и этого хватило, чтобы у меня перед глазами вспыхнул праздничный фейерверк, только раньше времени.

Уже лёжа у неё на коленях, я впервые услышал, как скромная Нарья ругается. Крепления повреждённого шлема заело, так что Хивее пришлось срезать его при помощи магии. А уж потом целительница занялась сопутствующими порезами и огромной шишкой у меня на голове.

– В целом неплохо, – выдала оценку наставница, заботливо убрав с моего лба слипшуюся от крови прядь волос. – Но лучше вам не лезть в дуэли, особенно на первом году обучения. Если гранд-мастер Широ ещё преподаёт искусство меча, обратитесь к нему. Обычно боевые маги пренебрежительно относятся к роли холодного оружия в бою, но вы не должны поддаваться этим заблуждениям. Ситуации и противники бывают разные. Я знала многих сильных воинов, которые погибли из-за того, что полагались исключительно на Дары. Магия – это козырь, ею не стоит разбрасываться по пустякам.

– Хорошо, обещаю продолжить обучение фехтованию.

– Вот и славно, – повеселела она. – И прошу вас, юный господин, больше не делайте подобных вещей на ринге. Любая благочестивая девушка просто снесёт вам голову и будет права.

– Кхм! Прошу прощения.

– Не за что. Это было… впечатляюще.

Я невольно зарделся, не в силах справиться с эмоциями – не столько сам, сколько из-за смущённого Авери. Тот давно неровно дышал в сторону симпатичной горничной, а уж после наших совместных тренировок так и подавно. Да и у меня она вызывала, скажем так, положительные эмоции. Всё же я – живой человек, который ещё в прошлой жизни успел заскучать по женскому вниманию. Тем более что пребывание в юношеском теле сильно давило на психику, и особым хладнокровием я похвастаться не мог. Пока что.

После того, как моя голова пришла в относительный порядок, девушки безапелляционно отправили меня отдыхать. Ещё бы, завтра такой ответственный день! Никаких кругов под глазами, а тем более шишек и синяков у именинника быть не должно. Гости могут не понять.

Пришлось под конвоем служанок отправиться в свои покои. Там я принял душ и наскоро поужинал, но позаниматься с Авери тоже не вышло. В еду явно что-то подмешали, так как спустя несколько минут мои глаза налились такой неподъёмной тяжестью, что до кровати я добрёл практически на ощупь. Меня и раньше вырубало от перенапряжения, но в этот раз всё произошло совсем уж внезапно.

Заснул я ещё в полёте до подушки, зато проснулся бодрым и полным сил. Хоть горы сворачивай – но у меня сегодня в расписании вещи посерьёзнее.

После лёгкого завтрака мне принесли одежду, сшитую по индивидуальному заказу. Для этого пару дней назад с меня, раздетого до исподнего, снимали мерки две хихикающие швеи. Комплект облачения включал в себя брюки из плотной ткани, рубашку и строгий однобортный китель со стоячим воротником. Вся одежда имела яркий оранжево-красный окрас согласно клановым цветам. Это мне долго и нудно объяснял Авери, но я всё равно чувствовал себя каким-то тропическим попугаем.

Покрой у облачения был непривычным, смахивая на мундиры царских времён. Хорошо хоть, без золочёных эполет с бахромой. Вместо них на плечах имелась сложная вышивка, да и пуговицы располагались не вертикально, а наискось через торс. Однако сидел китель на мне как влитой и совсем не стеснял движений. Уже хорошо.

Стоило облачиться, как за мной пришла троица слуг в красных ливреях. Они-то меня и проводили на место будущей Инициации. Шагать за ними было как-то тревожно. Я настолько уже привык к симпатичным горничным за это время, что теперь их отсутствие вызывало беспокойство. Но в какой-то момент я осознал, насколько это глупо, и не удержался от улыбки.

«Детство» закончилось, так что нужно отвыкать от нянек.

Шли мы долго и по пути несколько раз спускались вниз по широким лестницам. Авери предупредил меня, что где-то под замком находится Основание – могущественный артефакт, который является главным клановым Источником. Это уже не обычная кристаллическая батарейка, а нечто гораздо сильнее. Здесь не просто подзаряжаются энергией, а напрямую общаются с богами, что бы это ни значило.

Я понял лишь, что Основание является для аристократов чем-то вроде почётного знамени. Если артефакт будет уничтожен, не станет и самого клана. И чем старше семейная реликвия, тем большей мощью она обладает. Поэтому местные сообщества делились на семьи Основателей (они же – Первые) и всех остальных.

Последняя лестница больше походила на спуск в шахту. Я уже устал считать пролёты, а взгляд через резные перила ничего не дал: внизу клубилась тьма. Освещения не хватало и на самих ступеньках – светильники располагались слишком далеко друг от друга. Когда мне уже стало казаться, что мы спустились внутрь скалы ниже уровня земли, лестница внезапно упёрлась в широкую арку ворот.

На фоне всей той величественной помпезности, что сквозила в замке, створки смотрелись как-то бедновато. Тёмные доски, плотно пригнанные друг к другу и обитые металлом. Вместо ручек – массивные бронзовые кольца.

Возле ворот нас поджидала госпожа Анура в компании высокого мужчины с окладистой седой бородой. Ещё не старик, но уже в солидном возрасте, о чём говорили глубокие морщины на лице. Его облачение напоминало греческую тогу, а вот мама Авери предстала предо мной в точно таком же пёстром мундире. Но даже в нём ей удалось сохранить женственность и выглядеть элегантно.

– Ты готов, сын?

Последнее слово далось ей легко, она явно репетировала перед зеркалом.

– Да, мама, – ответил я без помощи моего внутреннего переводчика.

Моему выговору мог позавидовать любой местный логопед. Тем более что самые очевидные фразы я вызубрил наизусть. Аристократка удовлетворённо кивнула и повернулась к бородачу.

– Начинаем!

– Как скажете, госпожа, – поклонился тот и потянул кольца на себя.

Створки с явной неохотой распахнулись, продемонстрировав свою немаленькую толщину. С досками в качестве основного материала я немного ошибся – тут использовали слегка обструганные брёвна. За дверьми скрывалось круглое помещение, по периметру которого стояли разнокалиберные статуи. Материал у каждой был свой – камень, металл, дерево, а у одной он походил на застывший углепластик.

Всего я насчитал девять изваяний, хотя постаментов имелось ровно десять. Просто один из них пустовал. В центре же располагалось нечто вроде неотёсанного куска горной породы, под которой стояла глубокая каменная чаша, полная воды. На самом же камне восседало ещё одно произведение искусства – оранжево-красная птица, словно объятая пламенем.

Скульпторы однозначно постарались, вырезав из странного материала, похожего на янтарь, настоящий шедевр. Птица получилась почти как живая. И даже язычки огня, заменявшие ей оперение, будто бы тихонько трепетали в полумраке.

Внутри было темновато, но стоило нам войти, как под круглым сводом замерцали многочисленные камешки, вмурованные в кладку. Прямо небосвод планетария. Их мягкий свет рассеял тьму и одновременно не выедал глаза.

Теперь я мог рассмотреть изваяния подробней. По большей части это были антропоморфные существа, совершенно разные на вид. Объединяло их только одно – полное отсутствие лиц. На их месте присутствовала гладкая полусфера, и лишь у одного из девятерых на том месте располагался крупный глаз. Остальные были полностью слепы и безлики.

Я уже знал, что это местные божества, однако на этом вся доступная информация исчерпывалась. Авери не особо интересовался мифологией и понятия не имел, как проходит Инициация повзрослевших членов клана. Случиться здесь могло всё что угодно, поэтому я и был напряжён, как струна. Но вроде бы подозрения это ни у кого не вызвало. Вряд ли кто-то из вчерашних детей сохраняет хладнокровие, оказавшись впервые в церемониальном зале.

А их туда не пускали под страхом строжайшего наказания.

– Всё будет хорошо, сын.

С этими словами аристократка стремительно покинула святилище, затворив за собой толстые створки. Прислуга тоже осталась снаружи. Все, кроме бородача в тоге. Он прошёлся вдоль статуй, легонько коснувшись каждого постамента, после чего вынул откуда-то из складок одежды длинный кинжал. Почти такой же, каким отец Авери предлагал мне избавиться от души его сына. Только мерцающие письмена на узком лезвии отсутствовали, и всё равно по спине пробежал невольный холодок.

– Раздевайтесь до пояса, господин.

Чуть ли не впервые на моей памяти ко мне обратились без приставки «юный», что подразумевало важность момента. Деваться некуда, пришлось выполнить просьбу… А кого, кстати?

«Это слуга богов, – охотно подсказал наследник. – Но я не помню его имени, он редко появлялся на людях».

Жрец, значит. Ну а что, эта должность вполне подходит для таинственной процедуры, что зовётся Инициацией. Вешалки поблизости не нашлось, так что мою одежду забрал сам бородач, вручив мне взамен ритуальный кинжал. Стоило сжать в руке наборную рукоять, как на меня тут же накатили не очень приятные воспоминания. Надеюсь, не придётся…

– Основанию нужна ваша кровь господин, – подтвердил мои худшие опасения слуга богов. – Порежьте свою руку так, чтобы она стекала в Девалайю.

Так, а это что такое? Авери замешкался, но тут уж постаралась моя собственная память, подсказав земную аналогию этому слову: Грааль.

– Туда? – я указал на каменную чашу.

– Да, господин.

Что ж, рука не шея – можно и потерпеть. Я легонько полоснул себя по ладони, точь-в-точь, как на ритуале внедрения души. Боль, к моему удивлению, вышла пустяковая. Видимо, организм так привык к ежедневным истязаниям, что не воспринял рану всерьёз. С таким болевым порогом хоть в разведчики.

Кровь заструилась по пальцам и стала капать в воду. Та, в свою очередь, принялась потихоньку бурлить, будто под чашей кто-то включил газовую конфорку. Только пар от неё почему-то не шёл. Когда кипение достигло своего максимума, жрец вытащил из-за пазухи небольшую деревянную плошку и принялся окроплять «кипятком» все постаменты по очереди. Не забыл он и про пустующий.

Семь статуй никак не отреагировали на полив, а вот парочка отчётливо вздрогнула. Ими оказались статный мужчина-культурист, окружённый человеческими черепами, и непонятная фигура с посохом в развевающемся балахоне. Обладатель впечатляющего мышечного рельефа был отлит из красноватого сплава, а его оппонента вытесали из молочно-белого минерала с красными и синими прожилками. Не самые впечатляющие изваяния, одним словом.

Куда больше меня поразила женская фигура из чёрного камня, укутанная в перепончатые крылья на манер летучей мыши. Или обладатель множества щупалец с присосками, вообще ни с какого боку не похожий на человека. Вот таким покровителям точно не обрадуешься.

Между тем статуи перестали мелко дрожать, и на их гладких лицах стали проскакивать искорки вроде электрических. Только если у балахонистого они были отчётливо красными, то у культуриста они уходили больше в белизну, как у сварки. Вскоре искры собрались в одну точку по центру лицевых полусфер, и двумя лучами ударили в янтарное изображение горящей птицы. Та встрепенулась и засияла, как живая, после чего сама преломила лучи прямо в чашу, где продолжала булькать вода. Или не вода… Я уже ни в чём не был уверен.

Стоило птице исторгнуть из себя свет, как она снова превратилась в самую обычную статую. Изображения богов тоже успокоились, а жидкость перестала задорно булькать.

– Свершилось, – величественно провозгласил жрец. – Теперь примите свою судьбу, господин.

Но увидев моё замешательство, он снисходительно добавил:

– Присядьте и испейте из Грааля. Не беспокойтесь, Основание примет вас.

А если нет, тогда что? Но спрашивать я поостерёгся.

Слуга богов забрал у меня кинжал и встал чуть позади с одеждой в руках. Я же пристроился рядом с каменной чашей и сделал оттуда осторожный глоток. Против ожидания жидкость не имела вкуса и запаха. Даже моя кровь в ней не ощущалась. На дистиллят чем-то похоже. Но не успел я отхлебнуть во второй раз, как меня резко качнуло в сторону. Голова закружилась, а перед глазами начали мелькать странные образы. Второй раз за сутки меня чем-то опаивают…

На миг показалось, что статуи пристально на меня смотрят и даже покидают постамент. Причём не только парочка покровителей, а вообще весь пантеон. Боги окружили меня со всех сторон и даже оставили место для десятого невидимого коллеги. Под их тяжёлыми взглядами меня начало размазывать по сторонам, как пластилинового человечка.

В голове зашумело, породив странное чувство, будто бы кто-то задумчиво перебирает извилины. Ищет там что-то? Ну уж нет, мои мозги вам не арфа, найдите другого дурака! Я инстинктивно задёргался, вырываясь из невидимых пут, и ощущение чужого присутствия стало истончаться, пока не пропало вовсе.

Отпустило меня столь же стремительно, как и накрыло. Я оказался лежащим на каменном полу, мокрый от пота. Правое плечо пекло так сильно, будто его раскалённым маслом окатили. Но вместо ожога там обнаружилась сияющая татуировка, будто светоотражающая наклейка. Круглое изображение было мне знакомо – та самая горящая птица, что являлась гербовым символом клана. Она встречалась по всему замку – от предметов интерьера до одежды. Даже некоторые книги имели подобное клеймо, только к ним меня не пускали.

– Поздравляю вас, господин! Теперь вы – одна из опор клана «Феникс». Пусть он будет твёрдо стоять бесчисленные эпохи!

Закончив с торжественной речью, жрец помог мне встать и одеться. Плечо пекло аж до самого сустава, отчего каждое лишнее движение сопровождалось острой болью. А вот порез на ладони затянулся плотной корочкой, будто вчерашний. Я кое-как застегнул китель одной рукой, а бородач тем временем раскрыл ворота и торжественно вышел навстречу главе клана. Та ничем не выдавала своё волнение, хотя причины для беспокойства у неё имелись.

– Боги благоволят господину Авери, – провозгласил священнослужитель. – Его одарила сразу и Первостихия, и Таннум, хранитель тела. Он будет достойным наследником клана.

– Не сомневаюсь, – спокойно ответила Анура.

А потом она неожиданно подалась вперёд и вполне по-матерински меня обняла, вызвав очередную вспышку боли в плече.

– Я горжусь тобой, сын! Ты теперь – взрослый. Вечером будет банкет в твою честь, а пока отдыхай. Слуги тебя проводят.

Но по её прищуренным глазам отчётливо читалось, что самое сложное ждёт меня впереди. И тут я с ней был полностью солидарен.

Глава 8

Вплоть до самого конца церемонии я считал Инициацию обычным ритуалом, хоть и с примесью здешней мистики. Практический же смысл как-то не проглядывал.

Боги высказали свою благосклонность? Так у меня уже имелись их Дары и даже возможность ими пользоваться. Клановая привязка? Как будто урождённый аристократ имеет какой-либо выбор. Даже магическая Атма у меня и так была разблокирована, поэтому плюсов посещения святилища я не видел в упор.

Пока боль от татуировки не принялась понемногу стихать.

Обратный путь дался очень тяжело, будто я на Эверест взбирался. Еле одолел чёртов подъём, придерживаясь левой рукой за перила. С такой лестницей и утяжелители не нужны, чтобы собственным потом умыться. Лифт бы, что ли, придумали какой-нибудь магический…

На лестнице боль всё ещё сильно беспокоила, а вот в покоях уже получилось кое-как двигать рукой. Лекарь, к слову, так ко мне и не заглянул. До банкета оставалось ещё несколько часов, поэтому я всерьёз раздумывал над тем, чтобы исполнить приказ главы клана – просто лечь и отдохнуть. Тем более после контакта с потусторонними сущностями в теле поселилась какая-то нездоровая вялость. И это при том, что я проспал всю ночь сном праведника.

Оказавшись в апартаментах, первым делом я стянул с себя одежду и отправился в ванную комнату. Слуги уже принесли горячую воду и залили местный «бойлер» – здоровенную бочку под потолком. Здесь имелся и душ в виде скромной леечки, а при желании можно было принять ванну в круглой купели. Короче, полные «пять звёзд». Это вам не в тазике воду греть, а потом с ним в руках через половину общежития в санузел бежать. Цивилизация…

Я с наслаждением смыл с себя пот, заодно пригляделся повнимательнее к клановому клейму. Сияющая краска уже не так пекла, а вода её окончательно остудила. Но вместе с этим в груди у меня стало нарастать странное чувство. Если раньше Атму я мог ощутить, лишь положив ладони на грудь и сосредоточившись, то сейчас во мне будто пульсировал маленький атомный реактор.

– Ты тоже это чувствуешь? – спросил я у соседа по телу.

«Да! Теперь я точно знаю, сколько у нас энергии».

– Хм, а я что-то не особо…

«Ну как же! Тридцать четыре Чи, это очень хороший результат».

– Чего-чего тридцать четыре?

«Чи. Это единица магической энергии».

– А почему я про неё впервые слышу?

«Разве я не упоминал, нет? – удивился забывчивый парень. – Просто раньше ты применял способности на интуитивном уровне, а после благословения богов тебе открылся прямой доступ к Атме. Странно, что ты не чувствуешь точное количество Чи, это могут все».

– Видимо, для этого нужно быть местным, – проворчал я. – Ладно, и без этой приблуды до сих пор как-то колдовали, так что обойдёмся.

«Подожди, всё не так просто. Точно отмерять силу – это очень важный аспект для мага. Иначе сложные заклинания не постичь. В некоторые нужно вкладывать определённое количество Чи, иначе можно пострадать самому».

– Ну, тогда придётся тебе побыть ещё и моим счётчиком топлива. Пока не научусь на глаз отливать.

«О боги, ты непрошибаем!»

– Есть такое, – не стал я спорить. – Чем-нибудь ещё обрадуешь?

«Теперь силу можно получать напрямую из кристаллов или, наоборот, вливать её туда. Но как ты будешь это делать, если не чувствуешь Чи?»

– Хороший вопрос…

Я наскоро обтёрся и накинул на плечи просторный домашний халат. Потом закатал рукава и сосредоточился на пульсирующем внутри реакторе. Второе сердце послушно отозвалось, и по руке заструились сияющие нити – гораздо более тусклые, чем обычно. Жахнуть я мог и так, но сейчас требовалась именно дозировка. Поэтому все мои мысленные усилия шли на то, чтобы умерить пыл.

Это чем-то напоминало разжигание костра от тлеющего трута. Если перестараться, то искорки затухнут, как и без свежего притока кислорода. Так что нужно поддувать, но равномерно.

В итоге с моего пальца сорвался крохотный шарик огня – не больше мячика для пинг-понга. Его жизнь оборвалась в бадье с водой, с шипением подняв к потолку облачко пара. На самом пальце остался пустяковый ожог, будто я к горячему чайнику на миг прикоснулся. Реактор чуть поутих, но точное количество потраченной энергии по-прежнему оставалось для меня загадкой.

«Всего четыре Чи потратилось, – обрадовался Авери. – Хвала богам, что ты научился соизмерять силу…»

Дальнейший наш разговор прервали нагрянувшие стражники. Опять сработала магическая сигнализация, так что проигнорировать такое они не могли. Я виновато развёл руками, сославшись на только что прошедшую Инициацию, и охрана убралась восвояси, настоятельно посоветовав больше так не делать. Поэтому эксперименты с кристаллом из светильника пришлось отложить.

В целом всё оказалось не так уж и плохо. Да, у меня не будет перед глазами удобной полоски маны, как в компьютерных игрушках, но лёгкие пути не для нас. Немного практики, и я смогу отмерять энергию самостоятельно. На ощупь, так сказать. А что касается магических вершин, требующих щепетильной дозировки Чи, так до них ещё очень далеко. Там что-нибудь придумаю.

По-прежнему открытым остался вопрос с быстрой подзарядкой, но тут нужно дождаться подходящего случая. Авери сразу предупредил, что с манипуляциями энергией необходимо быть максимально осторожным. У каждого кристалла своя ёмкость, и если её превысить, он может разрушиться. А выражаясь проще – бабахнуть.

То же самое и с Атмой – лишняя Чи лишь повредит организм, не усвоившись внутренним реактором. До дна его тоже лучше не вычерпывать – тогда восполнение сил будет проходить в разы медленнее, а маг рискует рухнуть без сил, что в боевых условиях равняется смерти.

Теперь хотя бы мне стало ясно, почему Нарья вливала в меня силы самостоятельно вместо того, чтобы просто вручить мне одну из батареек. Целительница чувствовала, когда стоит пополнять резерв, а когда лучше оставить всё как есть. Я же мог запросто спалить себя в первый же день, и не факт, что такое смогли бы потом залечить.

Минут через десять Атма полностью восстановилась, но печь грудную клетку не перестала. Зато татуировка на плече уже почти не саднила. Ничего так, даже стильно смотрится. В приподнятом настроении я завалился на кровать, но заснуть не получилось.

Слишком много мыслей проносилось в голове, не позволяя до конца расслабиться. Моя новая жизнь настолько не походила на прежнюю, что иногда накатывало чувство нереальности происходящего. Кажется, что стоит свернуть чуть в сторону, и я выберусь из плена иллюзии. Только ни одно психическое расстройство не может быть таким глубоким. Всевозможные ощущения вплоть до боли от переломов, чужой язык и такая непохожая культура – разве всё это можно подделать? Уверен, что нет.

Вряд ли моё обожжённое тело сейчас плавает в огромной банке с подключённым к мозгу нейрошунтом, как в «Матрице». Технологии у нас до такого ещё не доросли, а от меня мало что должно было остаться после пожара в общежитии.

Так что подобные приступы лучше гасить в зародыше и не поддаваться подкатывающему безумию. Стоит мне оступиться, как я подведу под монастырь не только самого себя, но и юного наследника, за чью жизнь я теперь в ответе. Он хороший парень, и мне искренне хочется ему помочь.

Раз с родителями ему катастрофически не повезло, побуду-ка я его демоном-хранителем…

Время в размышлениях пролетело незаметно. Авери, в отличие от меня, решил вздремнуть и отключился, чтобы не слушать моё назойливое бульканье. И когда в дверь постучались, я с удивлением понял, что свет из окон стал падать в другую сторону.

Мне принесли свежий комплект одежды, так как старый уже находился у прачек. Разнообразием тут и не пахло – всё тот же попугайский мундир с вышивкой. Из прежнего наряда остались только мягкие туфли с пружинящей подошвой. Обувь мне нравилась – в такой и бегать удобно, и выглядит она прилично. Помимо этого полагалось нацепить ещё и широкий ремень для холодного оружия, а вот повесить на него ножны с катаной не пришлось.

Видимо, потому, что я – ещё не офицер, а лишь будущий кадет. Не положено.

Слуги терпеливо дождались, пока я переоденусь, после чего мы вместе отправились в банкетный зал. Здесь не принято ходить под конвоем, так что это наверняка распоряжение заботливой госпожи Ануры. Тем более здесь мне ещё бывать не доводилось.

Помещение для торжества полностью оправдало мои ожидания – помпезно и с аристократическим размахом. Огромный зал имел круглое сечение, освещаясь целой батареей люстр, а расписной свод подпирали резные колонны. Также с одной стороны имелось несколько овальных окон с витражными стёклами. Вдоль периметра располагались столы, ломившиеся от еды, но за ними пока что никого не было. Люди предпочитали прогуливаться по внутренней площадке размером с посадочную площадку для грузового вертолёта, непринуждённо общаясь друг с другом. Навскидку их собралось никак не меньше пары сотен.

Нарочито просторное пространство в центре гигантского зала меня напрягало. Надеюсь, танцевать здесь не придётся, иначе позора не избежать. Стоило мне войти, как на меня устремилось множество любопытных глаз, отчего я почувствовал себя единственной обезьянкой в пустом зоопарке. К счастью, ко мне сразу подскочил кто-то из обслуги и сопроводил прямо к «матушке». Та как раз общалась с небольшой группой людей. Не из самых простых, судя по их манере держаться.

Пока я пробирался через зал – успел немного оглядеться и условно поделить всех присутствующих на несколько категорий. Уж больно много среди них имелось характерных отличий.

Перво-наперво – это обслуживающий персонал. Одеты строго и практично, передвигаются стремительно и чаще всего с подносами в руках. В одежде преобладал чёрный цвет.

Следующими шли военные. Их отличала строгая выправка, наличие оружия на поясе и разноцветные мундиры, даже у женщин, которых было не особо меньше, чем мужчин. Никаких платьев или юбок – дресс-код здесь был ещё строже, чем на Земле. Чаще всего мелькали красно-жёлто-оранжевые цвета в различных вариациях, но иногда попадались совершенно вырвиглазные расцветки. У большинства на правой стороне груди имелась нашивка в виде родового клейма, за исключением юнцов вроде меня.

И наконец, условные «гражданские» – самая многочисленная и разношёрстная группа. К ним относились и дети, что кучковались в сторонке, и взрослые. Последние разоделись кто во что горазд, не отказывая себе ни в украшениях, ни в вычурных причёсках. Кстати, по цветовой палитре волос местные могли запросто уделать среднестатистическое аниме. Чего тут только не встречалось – от салатового до чистого ультрамарина.

Интересно, это генетика так постаралась или разнообразная краска для волос?

Возле «матери» как раз отиралась группа аристократов с волосами жёлтых оттенков – от лайма до лимонного. Трое взрослых в мундирах с нашивками в виде горящей ящерицы и парочка моих нынешних ровесников в мундирах без опознавательных знаков. Парень и девчонка не понравились мне с первого взгляда. Слишком уж высокомерные рожи были у обоих, пусть и симпатичные на вид. Да и сам Авери бурного восторга не выразил, когда все гости дружно поздравили меня с совершеннолетием.

«Знаешь их?»

«Это Тииль и Лаика из “Саламандр”, – буркнул он. – Наши давние союзники. Мама приходится им дальней родственницей».

«Лайка, говоришь…»

Парень предпочёл посмотреть куда-то сквозь меня, а вот его желтогривая сестрица ехидно сощурила глазки:

– Авери, ты так изменился за этот сезон!

Я для начала поприветствовал старших полупоклоном, тщательно отрепетированным перед зеркалом, а уж потом ответил:

– А ты всё такая же…

Уточнять нарочно не стал. Глаза «союзницы» сузились ещё больше, но тут слово взял один самый старший член делегации – статный мужчина с чеховской бородкой:

– Мы все очень рады, что наши дети будут учиться вместе, Анура. Твой младший и правда успел вырасти и получить свой Дар.

– Два Дара, – с плохо скрываемым торжеством поправила его глава «Фениксов». – Инициация выявила благословение не только от Первостихии, но и от Таннума.

У меня прямо рука зачесалась отвесить ей отрезвляющий подзатыльник, чтобы вернуть с небес на землю. Нашла время хвастаться!

Мужчина из «Саламандр» нахмурился, окинув меня внимательным взглядом с ног до головы. Сразу видно – человек себе на уме и уже сделал какие-то выводы, пока мамаша Авери купалась в лучах сиюминутной славы.

– Хм, любопытно… – Он задумчиво провёл рукой по бородке. – А вот мои оболтусы получили только по одному. Надеюсь, хоть учиться будут прилежно и не вылетят из академии.

Парень и девушка дружно издали возгласы, полные возмущения, но аристократ лишь снисходительно улыбнулся. А вот сияющую госпожу Ануру можно было преспокойно ставить под стекло как дополнительный элемент освещения. Меня же от её самодовольного вида просто выворачивало.

И для этого ты собственного сына обрекла? Чтобы перед дружками похвастаться?!

Вскоре «Саламандры» откланялись, но прочие гости наедине нас оставлять упорно не желали. То и дело к нам с поздравлениями подходили очередные представители местной знати, большую часть из которых Авери видел впервые в жизни. Особой искренности я ни в ком не наблюдал, а у некоторых за вежливыми улыбками безо всякой магии читались злость и раздражение.

Из всей этой пёстрой круговерти я вынес лишь два вывода. Первый – аристократы в своей массе далеко не идеалы для подражания, а второй – названия кланов чаще всего отсылают к какому-нибудь мифическому животному. А может, это мой внутренний переводчик так постарался, обозначив всех местных зверушек привычными словами.

Жрать хотелось неимоверно, но за последующий час мне удалось подхватить лишь одну непонятную закуску с проносимого мимо подноса и запить её бокалом слабенького вина. Всё остальное время я отыгрывал роль болванчика, раскланиваясь направо и налево. Некоторые семьи подходили с отпрысками, но если малых детишек отпускали резвиться в дальней стороне зала, то ко мне тащили в основном сверстников. Чаще всего – противоположного пола, что навело меня на неприятную мысль о сватовстве.

Хотя если поразмыслить, для подобного ещё слишком рано. Пока что ко мне присматривались, как к племенному быку на ярмарке. Успокоил меня и Авери, заявив, что до конца обучения брачные союзы обычно не заключаются. Нужно сначала доказать свою профпригодность в качестве аристократа. От сердца немного отлегло, но в целом напряжение никуда не делось. Не то чтобы на местных девушек было неприятно смотреть – молодость и магическая селекция делали своё дело. Просто напрягал сам факт неволи в столь щепетильном вопросе.

Да и вообще, мне сейчас совсем не до создания собственной ячейки общества.

Наконец круговая циркуляция гостей подошла к концу, и к нам приблизились остальные члены немногочисленного семейства Дутвайн. В первую очередь, «тётя» Аркида – весёлая и жизнерадостная женщина с типичными рыжими волосами понравилась мне больше всего. Она единственная, кто догадался прихватить с собой чего-нибудь пожевать, несмотря на неодобрение чопорных родственников. Первым делом «тётушка» сунула мне в руки небольшой бутерброд, а уж потом начала поздравлять с успешной Инициацией.

Её муж Эстас был гораздо старше – его тёмные виски уже тронула седина. Хмурый и сосредоточенный, он чем-то неуловимо напоминал преподавателя мелкого вуза. Общался он спокойно, но как-то отстранённо, будто мыслями сейчас находился где-то далеко. На его поясе весела лёгкая рапира, в отличие от большинства других офицеров. Те едва ли не до двуручников доходили, будто соревнуясь, у кого меч длиннее.

Следующим шёл сухонький старик с пышными бакенбардами – старший брат дедушки Авери по имени Эрбиен. Его лучшие годы остались далеко в прошлом, так что он давно завершил военную карьеру и сосредоточился на управлении финансами семьи. Я ненароком поинтересовался возрастом почтенного старца и едва не выпал в осадок – в следующем году ему должно было стукнуть ровно сто пятьдесят! И это не земных, а более долгих местных лет.

Хотя до глубокой старости здесь доживают лишь считанные единицы. Большинство боевых магов рано или поздно находят свою погибель на полях брани – вот так пафосно и с надрывом мне процитировал кого-то из местных классиков начитанный Авери. Я об этом и так уже знал, поэтому особо не проникся.

Последней оказалась госпожа Хиония – жена двоюродного дяди, который, по словам паренька, «давно покинул семью». Она была единственная из Дутвайнов, кто щеголял в гражданском платье, не считая несовершеннолетних. Кстати, старшая девочка из её детей являлась следующей на очереди после Авери. Мелкая рыжая бестия умудрилась стащить у меня второй бутерброд, пока остальные сдержанно выражали своё восхищение моими успехами. Навскидку ей было лет четырнадцать-пятнадцать, хотя девочки обычно перегоняют ровесников-мальчиков.

– Иона! – строго прикрикнула на неё мама.

Та с набитым ртом изобразила самое искреннее раскаянье, после чего вихрем унеслась прочь. Но вскоре вернулась, ведя за руку сестрицу Алию. Тоже в платье, но тут разговор особый. Девушка беззаботно игралась с детьми, но теперь все рассаживались по местам вместе с родителями. А самых мелких и вовсе увели прочь, чтобы они не нарушали застолье своими визгами и суетливой беготнёй. Не завидую здешним аниматорам или кто там за них отдувается.

Наш стол располагался возле одного из витражных окон, ровно напротив входа в зал. Меня посадили с краю, рядом с сестрой и непоседливой кузиной, тайком показавшей мне язык. С какой-то стороны это даже хорошо – остальные родственники меньше будут приглядываться к тому, как именно я ем.

Наверняка на этом настояла моя «матушка», так как «тётя» Аркида возмутилась, что хоть сегодня именинника можно посадить наравне со взрослыми. На сторону госпожи Ануры неожиданно встал Эрбиен, проскрипев что-то о порядках, так что меня быстро оставили в покое. Но зарубку я в памяти на всякий случай сделал. Возможно, ворчливый старец тоже в курсе, что за столом сидит не его внучатый племянник.

С едой никаких проблем не возникло – сказались многочисленные тренировки с Авери. Тактика у меня была простая – если я не знал, как подступиться к блюду, то просто игнорировал его от греха подальше. В итоге особо не наелся, но зато всеобщего внимания своим неподобающим поведением не привлёк. Спустя некоторое время пошли заунывные тосты от глав других семей, совсем как на Земле. Пожелания обычно были стандартными: счастья-здоровья мне, процветания – клану. Скукотища.

Драки под вечер, наверное, тоже не будет…

В перерывах между здравицами несколько музыкантов наигрывали спокойную музыку для пущей атмосферы. Но танцами вроде бы не пахло. Я даже стал потихоньку успокаиваться. Ничего особенного, обычные посиделки без какого-то особого подтекста. Все договорённости уже прошли во время неформального общения, а после застолья с неизбежными возлияниями спиртного серьёзные вещи обычно не обсуждают.

Но стоило мне только расслабиться и приглядеться к блюдам повнимательнее, как тут же запахло жареным. В буквальном смысле.

В зал помпезно закатили широкую платформу на колёсах, на которой покоилась какая-то сложная многоярусная выпечка. Не торт, а скорее громадный пирог. Резать такое чудище от кулинарии лучше сразу мечом или двуручной пилой типа советской «Дружбы». Зато на всех точно хватит.

Но дело было вовсе не в размере праздничной выпечки. От неё во все стороны расходились оранжевые нити, быстро уходя в красноту. Последний раз я такое видел в осаждённом поместье, когда в зал влетел огромный шар даже не огня, а чистой плазмы. Тогда выжить мне удалось лишь чудом, укрывшись за мебелью.

Сейчас-то какого чёрта творится?

«Авери, приём, это важно! У вас в пирогах фейерверки не предусмотрены, случайно? Взрывы там, горение, иллюминация?»

«Хм, не понимаю, о чём ты, – озадаченно ответил парень. – Зачем взрывать еду?»

Нитей он видеть не мог, как я не мог наблюдать запас Чи. Хотя их тут вряд ли могут замечать, иначе из присутствующих магов кто-нибудь да всполошился бы.

«То есть в этой штуке точно не жидкий огонь в качестве начинки, так?»

«Нет, конечно! Там мясо, грибы, овощи и ещё что-нибудь…»

«Плохо».

Дальше я слушать юношу не стал, обратившись к его сестре, сидящей рядом.

– Алия, не хочешь поиграть?

– Хочу! – обрадовалась та, уставившись на меня бездонными глазами.

В её зрачках действительно можно утонуть.

– Тогда помоги мне, пожалуйста. Открой окно.

– Окно?

– Да, – нетерпеливо подтвердил я, уже вставая.

– Открыть окно? – Алия непонимающе захлопала ресницами.

Я едва сдержался, чтобы не выругаться. Нет, с ней каши не сваришь. Она явно не въехала, что от неё требуется. Но оставалась ещё одна соседка, навострившая уши.

– Иона, поможешь?

– Тебе влетит, – лукаво улыбнулась рыжая бестия. – Но разве я могу ослушаться старшего кузена?

– Всю вину беру на себя, – добавил я убегая. – Открывай, как сможешь!

– А, открыть окно! – с выражением величайшего озарения повторила Алия.

Вот что с ней делать? Пришлось полностью положиться на более сообразительную кузину.

К сожалению, моё экстренное отбытие не прошло незамеченным. Слишком уж тут все друг у друга на виду.

– Авери, ты куда собрался? – строго поинтересовалась госпожа Анура, привстав с места. – Стой!

Но увы, на объяснения у меня попросту не оставалось времени. Как и на эвакуацию. Линии, расходящиеся из пирога, краснели всё сильнее, а платформу упрямо катили к центру зала. Если дать им накалиться, они накроют почти всех, за исключением тех немногих, кого случайно прикроют колонны.

Счёт уже шёл на секунды. Я на всей скорости понёсся к тележке, молясь только о том, чтобы рыжая хулиганка не подвела. Но Иона воспользовалась тем, что все взоры были прикованы ко мне, и незаметно прошмыгнула к ближайшим витражам. Пока вконец спятивший именинник отпихивал слуг, она распахнула створки, впустив внутрь порыв свежего ветра.

Два дюжих парня из прислуги оказались столь ошарашены моей выходкой, что не оказали мне ни малейшего сопротивления. Хотя каждый из них мог играючи свернуть из меня пельмешек прямо голыми руками. Я нагло оттолкнул их в сторону, после чего схватился за ручку, с помощью которой тележка приводилась в движение.

Поехали!

Дальнейшее было делом техники. Точнее – магии мерцания. Спасибо Хивее, что научила меня, как передавать импульс ускорения. В моих многострадальных руках отчётливо хрустнуло, зато от резкого толчка платформа с пирогом понеслась к окну со скоростью гоночного болида. Опасение вызывал только низенький подоконник, но ради пущей красоты витражной композиции он едва выступал над полом. Разогнавшаяся тележка перемахнула его с диким треском и полетела вниз.

Я едва не отправился следом, но успел вовремя поменять траекторию и врезался в одну из витражных створок, разнеся её вдребезги. Роскошный мундир исполосовало в лоскуты, лицо порезало до крови, а оба запястья оказались сломаны, не выдержав дикой нагрузки. Можно сказать, легко отделался.

Между тем в зале повисла такая тишина, что стало слышно завывания ветра и хруст разбитого стекла подо мной. Иона стаяла неподалёку с выпученными глазами, судорожно зажимая себе рот, не в силах пошевелиться. Да и остальные гости выглядели не лучше. В этом гнетущем безмолвии горестный вздох Алии стал подобен грому:

– Пирожо-о-о-ок!

А потом где-то внизу оглушительно грохнуло, вколотив внутрь зала все оставшиеся окна. Вместе с витражами, рамами и запахом сгоревшей выпечки.

Глава 9

– Значит, вы утверждаете, что УВИДЕЛИ взрыв задолго, как он произошёл?

Вопрос был задан уже раз в двадцатый, поэтому я ограничился лишь кивком. Имперский дознаватель поморщился, но вслух выражать неудовольствие не стал. Наверное, потому что рядом со мной находилась не менее хмурая госпожа Анура. Сначала служивый хотел её выпроводить, мотивируя тем, что я уже совершеннолетний, но она осталась уже в качестве представителя главы клана.

Эту карту дознавателю крыть было нечем.

Оперативность государственных служб меня порадовала. Я думал, что в этом мире махровый феодализм процветает со всей сопутствующей междоусобицей: кто победил, тот и прав. Но нет, оказывается, какие-то законы здесь всё же существуют.

Не успела ещё осесть пыль с дымом от взрыва, как в резиденцию нагрянула следственная группа. Они тут же перекрыли все выходы из замка и принялись трясти всех и каждого. Больше всего вопросов у них возникло, естественно, ко мне и к главе службы безопасности. Бывшему главе, ибо «матушка» уже успела в сердцах разжаловать нерадивого сотрудника.

В принципе, заслуженно. Если нападение на резиденцию ему ещё можно простить из-за выходки самих родителей Авери, то сегодняшнее уже за гранью. Слишком серьёзный проступок, граничащий с предательством. Рвани тот пирожок с бомбической начинкой прямо в зале, и не стало бы самого клана «Феникс», даже если кому-то из старших Дутвайнов удалось бы выжить. Слишком сильный удар по репутации, после такого о нас предпочли бы забыть вовсе.

Хотя негласный рейтинг клана и так серьёзно просел. В следующий раз люди дважды подумают, принимать ли им приглашение от «Фениксов». Если те уже и в собственном родовом замке не могут обеспечить безопасность гостям, что тут ещё добавить…

Это мне наскоро успел объяснить Авери, немного отойдя от шока. Моя выходка едва не отправила его в обморок, а уж последующий взрыв и вовсе лишил «переводчика» дара речи.

До прибытия следственной группы меня успели наскоро подлатать, срастив переломы и глубокие порезы. С удивлением я осознал, что за прошедшие два месяца мой болевой порог знатно подрос. Руку в прошлой жизни я ломал лишь раз и прекрасно помню, как это неприятно.

Хотя взрыв прогремел снаружи, пострадавших всё равно было порядочно, так что целители оказались просто нарасхват. Но в основном все присутствующие отделались лёгкими травмами: ушибами да царапинами. Помощь им требовалась, скорее, психологическая. Но подобными специалистами «Фениксы» не располагали.

К счастью, мной занялась Нарья, знавшая наизусть каждую мою косточку. А уж потом меня взяли в оборот слетевшиеся в замок сыскари из имперской службы безопасности. В отличие от пёстрых аристократов, они оказались облачены в элегантные белые мундиры. Приятно смотреть, не то что у нас. На правой стороне груди вместо клановых символов у них располагался герб государства в виде щита с перекрещенными мечами, по центру которого сиял магический кристалл в стандартной огранке. Опять же, основа благосостояния империи – на них тут работает практически всё.

– Что ж, господин Авери, – дознаватель отложил пергамент, на котором сам же записывал мои показания, – для того чтобы поверить вашим словам, нужна небольшая проверка. Вы согласны?

Госпожа Анура всем своим видом излучала недовольство, но мне отступать было некуда. Раз назвался груздем, нужно лезть в жульен до конца.

– Да, согласен.

– Отлично! – Мужчина потёр ладони, после чего достал из внутреннего кармана пиджака алый кристалл-огниво.

Тут не курят, но вот в плане отопления жилищ местные продвинулись не очень далеко. В основном повсеместно используются камины и печи, так что такая компактная зажигалка есть почти у каждого. А вот огнетушителей нет, я лично проверял.

Затем дознаватель свернул один из чистых листков пергамента в трубочку и поджёг её с одного конца. Плотная бумага не вспыхнула, но начала активно тлеть.

– Сможешь повторить за мной?

Он взял импровизированную папиросу в руку и принялся дирижировать ей в воздухе, отчего там стали проявляться полупрозрачные оранжевые нити. Мой указательный палец следовал за ними по пятам, поэтому со стороны мы казались парой синхронистов. Я буквально знал, куда тлеющий фитилёк повернёт в следующую секунду. Так продолжалось с полминуты, пока свиток не дотлел до самого основания.

Под конец виток нити резко изменил траекторию, как бывает при смене вектора пламени, и я инстинктивно дёрнул рукой в сторону. Поэтому внезапный выпад имперского служащего прошёл мимо, лишь осыпав пеплом мне тыльную сторону ладони. Хотел прижарить меня напоследок, а в итоге сам себе опалил пальцы.

– Недурно, – оценил он, стряхивая пепел с руки. – Первостихия к вам очень благосклонна, раз одарила ещё и собственным Взглядом. Теперь понятно, почему сто тридцать шесть магов, не считая обслугу, ничего не заметили. Боги вас любят.

– Вы закончили? – нетерпеливо поинтересовалась «матушка». – У нас ещё очень много дел.

– Последний вопрос, если позволите. Вы куда-либо поступаете, господин Авери?

– Да, в императорскую академию.

– Полагаю, в главную?

А вот об этом я понятия не имел.

– Нам незачем размениваться на филиалы! – гордо заявила Анура, невольно выручив меня. – Мой сын поедет на Двипах.

– Что ж, тогда разрешите откланяться. Ваш старший смотритель порядка…

– Бывший.

– Разумеется, – тут же поправился дознаватель. – Он поедет с нами. Все результаты мы незамедлительно отправим вам. Прошу лишь о содействии с вашей стороны. Случай беспрецедентный, и мы максимально заинтересованы в скорейшем поиске и наказании виновных.

– Ещё бы! – едко улыбнулась аристократка. – Под угрозой были не только мы. Если кто-то настолько обнаглел, что не боится устраивать диверсии в родовых замках, то и на службу безопасности империи ему плевать. А вы ведь прекрасно понимаете, чем это может закончиться…

– Всего вам доброго, – сухо произнёс мужчина, оставив нас одних.

Мы общались в одном из кабинетов, располагавшихся неподалёку от банкетного зала. Теперь там предстоит делать серьёзный ремонт, но хотя бы косметический, а не капитальный.

О своём решении я ни разу не пожалел – особенно когда увидел, что стало с внешней стеной замка, возле которой рванул праздничный пирожок. Кто бы ни планировал теракт, на силе взрыва он экономить не стал. Вот ни разу.

Тем временем «матушка» подошла к одному из платяных шкафов и принялась стаскивать с себя исполосованный мундир. Я только сейчас заметил, что её китель распорот с одного бока, а края прорех слишком красные вовсе не от клановой расцветки. Большую часть разговора с дознавателем она стояла сбоку, и мне было совсем не до разглядываний. К слову, моя одежда пострадала куда сильнее, и никто этим фактом не озаботился.

Когда дело дошло до рубашки, я предпочёл вежливо отвернуться. Аристократка громко фыркнула, но вроде как с одобрением. А потом сама подошла ко мне, застёгивая на ходу свежую сорочку. Для своих лет её тело выглядело прекрасно – хоть на глянцевую обложку, только внешний вид немного портило тёмное пятно в виде крупной кляксы на животе. Отдельные «щупальца» этой отметины доставали женщине до груди, а другие уходили куда-то к пояснице.

Анура проследила мой взгляд и горько усмехнулась:

– Кое-что даже магия залечить не в силах… Но я жива, и это главное.

Она застегнула последнюю пуговицу и встала напротив меня с домашним халатом в руках.

– Знаешь, я до последнего думала, что мы совершаем чудовищную ошибку. Что ты станешь не спасением, а проклятием для всей семьи. А сегодня весь наш клан выжил лишь благодаря тебе. Воистину, боги ниспослали нам надёжного защитника!

Я едва удержался, чтобы промолчать. Интересно, а ей бы хватило мужества повторить эти слова, точно зная, что сын её слышит? Соблазн рассказать всё был очень велик, и погасить его получилось лишь огромным усилием воли. Нет, о таком ей знать категорически нельзя – во имя семьи она тут же от меня избавится. Благородство для госпожи Ануры – лишь инструмент для достижения собственных целей. Ею руководит лишь жёсткий расчёт, а если принципы вдруг будут мешать, она тут же про них забудет.

Уцелевшая душа Авери представляет для семьи большую опасность. Есть ненулевой шанс, что мою «двуличность» могут раскрыть в академии, а это сразу поставит жирнющий крест на всех «Фениксах». Вряд ли кому-нибудь из них удастся оправдаться перед следователями. Так что благодарность «матушки» я принял как должное. Даже лицо нигде не перекосилось.

– Прошу простить мою неучтивость в прошлом, – Анура согнулась в глубоком поклоне. – Больше такого не повторится. Ты заслужил именоваться моим сыном.

– Очень рад, но лучше оставить «партнёра», – процедил я сквозь зубы.

– Хорошо, партнёр, – она нежно провела рукой по моему испачканному в крови лицу. – У нас умеют ценить преданность. Надеюсь, моя благодарность придётся тебе по душе.

У меня от таких слов почему-то загулял мороз по коже. Такого со мной не было даже в тот момент, когда я толкал тележку с краснеющим клубком огненных нитей. Бедный Авери издал странный звук, будто его в моей голове чем-то прищемило.

– А вам разве не нужно приглядывать за ходом расследования? – осторожно поинтересовался я.

– Три кухарки убиты вместе с одним из старших охранников, – пожала плечами аристократка, продолжая меня гладить. – Виновных ищейки здесь уже не найдут. Но я и так знаю, кто за этим стоит.

Я изобразил на лице заинтересованность, после чего женщина продолжила:

– Это «Мантикоры». Они пытаются нас уничтожить ещё со времён своего императорства. Наш клан был одним из немногих, кто не поддержал выдвижение на престол их выродка. Мы едва не пали жертвами своей беспечности, но теперь у нас развязаны руки. Пойдём, я кое-что тебе покажу.

Она нацепила халат поверх сорочки и потащила меня прочь из кабинета, отпустив дежуривших снаружи охранников. Такая целеустремлённость мне совсем не понравилась.

– Как же гости? – попытался я переориентировать главу клана.

– Ими займётся Аркида, она умеет сглаживать углы гораздо лучше меня. Официальные извинения уже принесены, остаётся только ждать результатов расследования. Но вряд ли ищейки найдут след, ведущий к «Мантикорам». Те слишком хитры.

– А других подозреваемых нет?

– Если прошлое нападение мог совершить любой мало-мальски влиятельный клан, то подорвать банкетный зал нашей резиденции – это уже другой уровень… – женщина покачала головой. – Алхимическая бомба – очень дорогая игрушка, и позволить такую роскошь может далеко не каждый. Только А-класс. Тем более протащить её под носом у нашей охраны. Подобный фокус способны провернуть лишь профессионалы высшей пробы, которые тоже берут немало. Уверена, что их уже нет в замке, а имперские служаки впустую тратят время.

– «Мантикоры» точно не попытаются снова?

– Только не сейчас. У нас будет время подготовиться и достойно ответить.

Во время разговора мы углубились в другое крыло замка, остановившись у неприметной двери посреди коридора. Не приведи меня сюда владелица, я подумал бы, что здесь обитает прислуга или хранится какой-нибудь не особо ценный инвентарь. Даже мой чулан, переделанный под зал для тренировок, запирался на более солидную преграду.

Меня всё больше стали глодать нехорошие предчувствия. И по пути нам, как назло, никто не встретился. Что же она хочет мне такого показать?

Тем временем госпожа Анура сняла с шеи ключ в виде конусовидной спицы с бородками, отперла им замок и распахнула дверь.

– Пойдём.

Внутри царила кромешная тьма, которая тут же рассеялась, стоило нам переступить порог. Магический фотоэлемент в действии – и никаких выключателей не нужно. Такое здесь сплошь и рядом, а освещение гаснет только со временем, если долго не двигаться.

Первым делом мне в глаза бросилась широкая кровать по центру помещения, закрытая плотным балдахином. Не склад с наградами, увы. По углам комнаты приткнулись несколько низеньких тумбочек, и на этом список мебели заканчивался. К горлу невольно подкатил ком, который тут же провалился куда-то вниз, стоило женщине подойти к ложу и сдвинуть край полога в сторону.

– Ты получишь всё, что тебе причитается, партнёр, – гордо заявила мне она, указав внутрь.

Я потряс головой, не веря собственным глазам, но страшная картина проходить не собиралась. Вряд ли это видение.

«Знаешь, Авери, лучше б я с твоей мамой…»

«Нет. Даже не знаю, что может быть хуже», – прошептал запертый во мне дух наследника.

Всё прямо как в сказке. Очень-очень нехорошей сказке. Такую лучше ребёнку не рассказывать во избежание ночных кошмаров и намоченной простыни с матрасом.

На роскошной кровати покоился… хрустальный гроб. Насчет материала я не уверен, но он, по крайней мере, был полностью прозрачен и позволял в подробностях рассмотреть его содержимое. Внутри саркофага покоился сэр Гастор Дутвайн-старший собственной персоной. По крайней мере, его уцелевшая во взрыве половина.

Бледная кожа резко контрастировала с медовыми волосами, а на месте отсутствующей половины его туловища располагался спутанный клубок каких-то непонятных трубок алого цвета. Они мерно пульсировали, распространяя вокруг тревожные всполохи.

А самое поганое, что этот огрызок аристократа отчётливо дышал.