Неправильный Босс: Я фармлю Героев «Том 1»

Глава 1: Прах и Эхо

Холод. Это было первое, что он почувствовал. Не пронизывающий ветер ледяных пустошей Нордхейма, не могильный холод склепа, а холод абсолютной пустоты. Словно само бытие отказалось от него, выплюнув на обочину реальности.

Сознание возвращалось рывками, болезненными вспышками. Сначала звук — мерный, глухой стук, похожий на удары молота, обернутого в войлок. Тук-тук. Тук-тук. Сердце? Нет. Это капала вода. Где-то далеко, в темноте, капля за каплей разбивались о камень, отмеряя секунды вечности.

Малакар попытался сделать вдох. Легкие, казалось, слиплись за столетия бездействия. Воздух ворвался в них с хриплым свистом, обжигая гортань, словно расплавленный свинец. Он закашлялся, и этот звук — сухой, трескучий кашель — показался ему оглушительным в царящей тишине.

— Живой... — прошелестела мысль, чужая и в то же время своя.

Он открыл глаза. Тьма не отступила, но приобрела очертания. Он лежал на чем-то твердом и неровном. Камень. Грубо отесанный, холодный камень. Над ним нависал низкий потолок, с которого свисали корни деревьев, похожие на скрюченные пальцы мертвецов, пытающихся дотянуться до него. Пахло сырой землей, плесенью и чем-то металлическим. Кровью?

Малакар попытался приподняться, опереться на руки. Тело отозвалось протестом. Мышцы были слабыми, вялыми, словно тряпки, набитые соломой. Это было не его тело. Он помнил свои руки — покрытые шрамами, с мозолями от рукояти меча, с венами, по которым текла сила, способная дробить гранит. А эти руки... Он поднес ладонь к лицу, щурясь в полумраке. Тонкие, бледные пальцы. Кожа, почти прозрачная, сквозь которую просвечивала синева вен. Руки писца или послушника, ни разу не державшего ничего тяжелее пера.

— Жалкое зрелище, — прохрипел он вслух. Голос был тихим, ломающимся.

Воспоминания нахлынули внезапно, словно прорвало плотину.Последняя битва у Черного Шпиля. Сияние небесного огня, сжигающего его легионы. Предательство Калдора, вонзившего кинжал в спину в тот момент, когда победа была так близка. Смех святош, их гимны, заглушающие крики умирающих.«Ты падешь, Душегуб, и имя твое будет стерто из истории», — провозгласил Верховный Инквизитор.

— Стерто... — Малакар сжал слабые кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони. — Они думали, что смерть — это конец. Глупцы. Для таких, как я, смерть — это лишь смена декораций.

Он с трудом сел, свесив ноги с каменного постамента. Голова кружилась. Ему нужно было понять, где он находится и сколько времени прошло. Судя по состоянию склепа — а это был именно склеп, древний и заброшенный — прошли века. Вокруг него, в слабом свете, пробивающемся сквозь трещины в потолке, виднелись остатки ритуального круга. Свечи давно оплыли и превратились в восковые лужицы, покрытые пылью. Меловые линии стерлись, но он узнал символы. Некромантия. Причем дилетантская, грязная. Кто-то пытался кого-то призвать, но, видимо, сам не понял, кого именно вытащил из Бездны.

В углу помещения, у заваленного камнями прохода, лежало тело. Свежее. Малакар, шатаясь, встал на ноги. Колени подогнулись, но он удержал равновесие, опираясь о сырую стену. Шаг. Еще шаг. Тело, которое он теперь занимал, было слабым, но воля, управляющая им, была стальной.

Он подошел к трупу. Молодой парень в серой рясе послушника. Глаза широко распахнуты и застыли в выражении ужаса. Горло перерезано — чисто, профессионально. Рядом валялся кинжал и раскрытая книга в кожаном переплете. Малакар опустился на колени рядом с мертвецом. Не жалость, а холодный расчет двигал им. Ему нужна была информация. И одежда. И оружие.

— Ты призвал меня, мальчик? — тихо спросил он у трупа. — Или ты стал жертвой того, кто хотел воспользоваться твоей глупостью?

Он протянул руку и коснулся лба мертвеца. В его старой жизни это прикосновение вытянуло бы остатки души, даровав ему силу и знания умершего. Но сейчас... Ничего. Пустота. Тишина. Малакар замер. — Нет... — выдохнул он. Он попробовал снова, сосредоточившись, пытаясь нащупать тот внутренний источник, ту черную бездну внутри себя, которая всегда откликалась на зов. Ничего.

Его ядро. Его источник магии. Его связь с душами. Все исчезло. Он был пуст, как разбитый кувшин. Паника, холодная и липкая, коснулась его разума, но он тут же задавил её. Паника — для смертных. Он — Малакар. Если у него забрали силу, он возьмет её снова. Силой, хитростью, зубами — неважно.

Он взял кинжал. Обычная сталь, плохо сбалансированная, но острая. Затем он поднял книгу. Дневник. Первая запись бросилась в глаза: «24-й день месяца Листопада, 1342 год Эры Света. Я нашел свиток. Магистр говорит, что это ересь, но я чувствую... там сила. Сила, которая поможет мне стать кем-то большим, чем просто библиотекарь...»

1342 год Эры Света. Малакар закрыл книгу. — Три столетия, — произнес он в темноту. — Я спал триста лет.

Теперь он знал время. Осталось узнать место. И найти того, кто убил этого мальчишку. Ведь кровь еще не свернулась, а значит, убийца где-то рядом. Возможно, он все еще в этих руинах.

Малакар снял с трупа рясу — она была великовата этому щуплому телу, но лучше, чем ничего — и накинул на себя. Сжал кинжал в руке. Рукоять легла неудобно, но пальцы рефлекторно нашли правильный хват. Тело забудет, но разум помнит.

Он повернулся к выходу из склепа. Там, за завалом, был узкий лаз. Оттуда тянуло сквозняком. Путь наверх начинался. И этот путь будет устлан трупами.

Лаз оказался уже, чем казалось. Стены давили, словно ребра гигантского зверя, пытающегося раздавить незваного гостя. Камни царапали плечи, раздирая тонкую ткань украденной рясы. Малакар полз, стиснув зубы, подавляя вспышки ярости. Триста лет назад он бы просто разнес этот проход одним ударом кулака, превратив гранит в щебень. Сейчас же ему приходилось извиваться ужом, глотая пыль и молясь — нет, не молясь, рассчитывая — чтобы свод не рухнул ему на голову.

Каждый дюйм давался с трудом. Это тело было не просто слабым, оно было нетренированным. Дыхание сбивалось, сердце колотилось где-то в горле, как у загнанного кролика. Малакар чувствовал, как молочная кислота жжет мышцы, которые никогда не знали настоящей нагрузки. «Ничего, — думал он, сплевывая песок. — Сталь закаляется в огне. Плоть закаляется в боли. Я перекую этот кусок мяса в оружие, даже если мне придется сломать его сотню раз».

Наконец, впереди забрезжил тусклый, зеленоватый свет. Малакар сделал последний рывок и вывалился из узкого туннеля, скатившись по куче щебня на ровный пол. Он замер, не поднимаясь, вжимаясь в тени. Инстинкты, отточенные веками войн, работали быстрее разума. Сначала осмотреться. Потом двигаться.

Он находился в огромном зале. Судя по остаткам колонн, уходящих в темноту высокого свода, это когда-то был подземный храм или библиотека. Вдоль стен тянулись полусгнившие стеллажи, заваленные истлевшими свитками. Воздух здесь был тяжелым, застоявшимся, но в нем отчетливо чувствовался новый запах. Запах немытого тела, дешевого табака и жареного мяса.

Кто-то был здесь. И этот «кто-то» чувствовал себя как дома.

Малакар бесшумно — насколько позволяли шаркающие подошвы сандалий послушника — поднялся на ноги и скользнул за ближайшую колонну. Зеленоватое свечение исходило от странных грибов, растущих на влажных стенах, но в центре зала горел настоящий костер. У огня сидел человек. Громила, одетый в сборную солянку из кожаной брони и ржавых пластин, снятых, вероятно, с мертвецов. Рядом с ним лежал увесистый молот с шипами, а на вертеле над огнем жарилась крыса размером с кошку.

Мародер. Гробокопатель. Падальщик, пришедший поживиться на руинах прошлого.

— Эй, мелкий! — голос мародера прозвучал неожиданно громко, эхом отразившись от стен. Малакар застыл. Его заметили? Невозможно. Он двигался в мертвой зоне видимости. Громила даже не обернулся. Он говорил с пустотой, или... — Я знаю, что ты там прячешься, крысеныш, — лениво протянул мародер, отрывая кусок мяса от жареной тушки. — Твой дружок, которого я прирезал внизу, был таким же шумным. Думал, я не услышу, как ты барахтаешься в камнях?

Малакар усмехнулся. Значит, этот мешок с дерьмом не видел его, он просто слышал шум осыпи. Мародер думал, что перед ним еще один испуганный послушник. Это была ошибка. Первая и последняя.

— Выходи, — рыгнул громила, вытирая жирные руки о штаны. — Отдай мне все, что вы, церковные крысы, нашли внизу, и я, так и быть, сделаю всё быстро. Может, даже не больно.

Малакар вышел из тени. Он шел медленно, опустив голову, ссутулив плечи, имитируя позу покорности и страха. Кинжал он спрятал в рукаве широкой рясы, прижимая лезвие к предплечью.

— Прошу... — голос Малакара дрожал. Искусно дрожал. — Не убивайте. У нас... у меня ничего нет. Мы ничего не нашли.

Мародер расхохотался, поворачиваясь к нему всем корпусом. Лицо его было исполосовано шрамами, один глаз затянут бельмом. — Ничего не нашли? Ты лжешь, щенок. Сюда не спускаются просто так. Это Проклятые Земли. Сюда идут либо за смертью, либо за сокровищами Древних. Громила встал, перехватывая молот. Он был огромен — на две головы выше нынешнего Малакара и раза в три тяжелее. Один удар этого молота превратит хрупкое тело бывшего Душегуба в кровавую кашу.

— Ну же, иди сюда, — мародер сделал шаг вперед, занося молот. — Давай посмотрим, что у тебя в карманах.

В этот момент время для Малакара замедлилось. Он видел не громилу. Он видел схему. Открытые участки тела. Уязвимые точки. Распределение веса. Противник был силен, но медлителен. Он был уверен в себе и расслаблен. Он видел перед собой жертву, а не охотника.

Когда мародер был в двух шагах, Малакар «споткнулся». Он упал на одно колено, словно ноги отказали ему от страха. — Пожалуйста! — взвизгнул он. Мародер ухмыльнулся, опуская молот, чтобы просто пнуть лежащего. Он открылся.

В ту же секунду Малакар взорвался движением. Это не была магия. Это была чистая кинетика, помноженная на века опыта. Он не стал вставать. Он прыгнул вперед с колена, всем телом, ввинчиваясь в личное пространство врага. Левая рука перехватила замах ноги мародера, используя инерцию удара, чтобы развернуть его. Правая рука с кинжалом вылетела из рукава, как жало змеи.

Удар был не сильным — у этого тела не было силы пробить кожаную броню. Но Малакару это и не требовалось. Кинжал вошел точно в пах, в мягкую ткань, где проходили крупные артерии. Мародер взревел — звук, в котором удивление смешалось с дикой болью. Малакар не остановился. Он не стал выдергивать оружие. Он использовал рукоять кинжала как рычаг, чтобы подняться, одновременно заходя противнику за спину. Громила, ослепленный болью, махнул молотом вслепую. Тяжелое навершие просвистело в миллиметре от уха Малакара, обдав его ветром. Если бы удар попал — череп раскололся бы как орех.

Но он не попал. Малакар уже был сзади. Он подпрыгнул, вцепившись тонкими пальцами в сальные волосы мародера, и резко дернул его голову назад. Шея открылась. Второй удар был нанесен не кинжалом — он остался в бедре врага. Малакар ударил ребром ладони по кадыку. Хруст ломающегося хряща прозвучал сухим щелчком.

Громила захрипел, выронил молот и схватился за горло. Кровь хлестала из раны на ноге, дыхание было перекрыто. Он рухнул на колени, затем повалился на бок, суча ногами в агонии. Малакар стоял над ним, тяжело дыша. Его грудь ходила ходуном, руки дрожали. Адреналин сжигал остатки сил этого жалкого тела. Голова кружилась, перед глазами плыли черные круги.

— Плохо... — прошипел он, глядя на свои трясущиеся руки. — Слишком много движений. Слишком медленно. Я должен был убить его за полсекунды.

Он подошел к умирающему мародеру. Глаза громилы были полны ужаса. Он смотрел на щуплого мальчика, который только что распотрошил его как свинью, и не мог понять, что произошло. — К... кт... — булькал он кровью. — Твоя смерть, — безразлично ответил Малакар.

Он присел рядом. Это был момент истины. В склепе он не смог поглотить душу мертвого послушника, потому что тот был мертв уже несколько часов. Эссенция выветрилась. Но этот... этот еще жив. Жизнь уходит из него прямо сейчас.

Малакар положил ладонь на лоб умирающего. Кожа была липкой от пота. — Отдай мне всё, — прошептал Малакар, закрывая глаза и концентрируясь.

Он представил внутри себя воронку. Черную дыру, жаждущую заполнения. Он потянулся к угасающей искре жизни врага. Сначала было сопротивление. Словно он пытался пить через забитую соломинку. Но потом...Толчок.Едва заметная, теплая волна пробежала по его пальцам, поднялась к плечу и ударила в грудь. Это не было похоже на мощные потоки душ, которые он поглощал раньше. Это была жалкая капля. Крошка со стола. Душа этого мародера была грязной, слабой и тусклой.

Но это была сила.

Малакар глубоко вдохнул. Дрожь в руках унялась. Головокружение отступило. Мышцы налились едва заметной упругостью. Разум прояснился. Перед его внутренним взором не возникло никаких надписей или голосов богов, но он почувствовал это. Механизм запустился. Шестеренки его сущности, заржавевшие за триста лет, сделали первый оборот со скрипом.

Он открыл глаза. Они больше не были глазами испуганного послушника. В глубине зрачков на долю секунды полыхнуло багровое пламя. — Мало, — констатировал он, глядя на остекленевший взгляд трупа. — Этого хватит лишь на то, чтобы не сдохнуть от усталости. Мне нужно больше.

Малакар поднялся. Теперь он двигался увереннее. Первым делом — трофеи. Он начал обыскивать тело с деловитостью мясника. Кожаная броня была велика и воняла потом, но это была защита. Он срезал ремни, подгоняя нагрудник под себя. Наручи пришлось затянуть до упора. Затем он нашел кошель. Несколько золотых монет с профилем неизвестного короля, горсть серебра и странный, мутный кристалл, слабо пульсирующий синим светом.

— Осколок маны? — Малакар повертел камень в пальцах. — Грязный, неочищенный. Но сгодится.

Наконец, оружие. Свой кинжал он вытер о штаны мародера и вернул в ножны. Молот был слишком тяжел для него сейчас. Но на поясе у врага висел короткий меч — гладиус грубой ковки. Малакар взвесил его в руке. Баланс был смещен к острию, сталь дрянная, но это было настоящее оружие.

Он подошел к костру, сорвал кусок мяса с вертела и впился в него зубами. Вкус был отвратительным, но ему нужны были белки. Пока он жевал, его взгляд скользнул по залу. В дальнем конце, за завалом из книг, виднелись массивные двери, окованные железом. Путь на поверхность.

Но прежде чем уйти, он заметил кое-что еще. На стене, освещенной отблесками костра, висела карта. Старая, выцветшая, с пометками углем. Мародеры отмечали здесь свои пути. Малакар подошел ближе. На карте был изображен регион.«Пустоши Скорби» — гласила надпись в центре. А чуть севернее, обведенная жирным кругом, находилась крепость.«Цитадель Алого Рассвета».

Губы Малакара искривились в злой улыбке. Алый Рассвет. Орден, который клялся уничтожить все темное наследие. — Значит, вы построили свой дом на моих костях, — прошептал он, проводя пальцем по карте. — Как иронично. Что ж, скоро я постучусь в ваши двери.

Он сорвал карту со стены, свернул её и сунул за пояс. Пора было выбираться на свет. Мир изменился, но правила игры остались прежними: сильный пожирает слабого. И сейчас Малакар был очень, очень голоден.

Массивные двери, ведущие из зала, поддались не сразу. Петли заржавели, и Малакару пришлось навалиться всем весом щуплого тела, упираясь ногами в каменный пол, чтобы сдвинуть створку хотя бы на полметра. Звук скрежета металла о камень, казалось, разбудил всех призраков подземелья, но никто больше не пришел. Мародер был один. Одиночка-стервятник, рискнувший залезть слишком глубоко.

За дверями начиналась винтовая лестница, уходящая вверх, во тьму. Ступени были широкими, рассчитанными на шаг гигантов или закованных в латы рыцарей, а не на семенящую походку подростка. Малакар начал восхождение. Каждый пролет давался с боем. Украденная броня, хоть и подтянутая ремнями, натирала кожу. Гладиус бил по бедру. Но хуже всего была одышка. Тело послушника было выносливым лишь в сидении над книгами, а не в марш-бросках.

«Дыхание, — приказал себе Малакар. — Вдох на два счета, выдох на два. Контролируй ритм».

По мере подъема воздух менялся. Затхлость подземелья уступала место чему-то сухому, едкому и холодному. Сквозняк становился сильнее, принося с собой запах пепла. На стенах лестничного колодца начали появляться фрески. Большинство из них были сбиты зубилами — работа фанатиков Света, старательно стирающих историю. Но кое-где, в тенях, сохранились фрагменты. Малакар остановился, чтобы перевести дух, и провел рукой по уцелевшему барельефу. Изображение черного солнца, пожирающего звезды. — Храм Затмения, — узнал он. — Я был здесь. Я... я строил это крыло.

Воспоминание кольнуло висок острой болью. Три века назад это место было оплотом знаний и темной магии. Здесь обучали тех, кто мог смотреть в Бездну, не моргая. Теперь это была просто дыра в земле, разграбленная и оскверненная.

Он продолжил путь. Спустя сотню ступеней лестница уперлась в препятствие. Это не был завал. Это была магическая преграда. Проход перекрывала мерцающая, полупрозрачная стена золотистого света. По поверхности барьера лениво пробегали руны, сплетаясь в сложные геометрические узоры.Печать Святости.

Малакар замер, чувствуя, как внутри закипает раздражение. — Примитивная, грубая работа, — пробормотал он, изучая плетение. — Они просто залили проход чистой энергией Света, не заботясь о структуре. Как варвары, забивающие гвозди микроскопом.

Он протянул руку, но остановил пальцы в дюйме от барьера. Если он коснется его сейчас, будучи пропитанным остаточной энергией Бездны (пусть и слабой), печать сработает как клеймо. Обожжет плоть до кости и, возможно, оповестит создателя барьера. У него не было своей магии, чтобы развеять это. У него не было грубой силы, чтобы проломить стену рядом. Но у него был разум Архимага древности. И трофеи.

Малакар достал из кошеля мутный синий кристалл, который нашел у мародера. — Осколок маны... — он поднес камень к глазам. Внутри кристалла хаотично метались искры. — Нестабильный. Грязный. Идеально.

План созрел мгновенно. Печать Святости работала на стабильности. Она была как натянутая струна, вибрирующая на определенной частоте порядка. Если внести в эту гармонию диссонанс, струна лопнет. Малакар положил кристалл на пол, прямо перед барьером. Затем он достал кинжал. Лезвие все еще было покрыто бурой, подсохшей кровью мародера. Кровь — это жизнь. Жизнь — это хаос.

Он начал чертить кинжалом на полу вокруг кристалла. Скрежет стали о камень звучал резко. Он выводил символы не Света и не Тьмы. Он рисовал Знаки Распада. Древняя алхимия, запрещенная даже в его времена за свою непредсказуемость. Круг. Треугольник, пересекающий его границы. И три точки, символизирующие энтропию.

— Ну же, — прошептал Малакар. Он с силой ударил рукоятью кинжала по кристаллу. Камень треснул. Из трещины вырвался сноп синих искр, но они не разлетелись в стороны. Знаки Распада, начертанные кровью, поймали энергию, исказили её, превратив из чистой маны в едкую, нестабильную вибрацию.

Взззззз!Звук был похож на визг умирающего насекомого. Искаженная энергия ударила в золотую стену барьера. Свет задрожал. Руны вспыхнули ярче, пытаясь сопротивляться, но «инфекция» хаоса распространялась слишком быстро. Золото начало чернеть, покрываться трещинами, похожими на вены. Барьер загудел, замигал и с громким хлопком, похожим на звук лопнувшего пузыря, исчез. Остался лишь запах озона и жженого сахара.

Малакар удовлетворенно хмыкнул, пряча кинжал. — Техника побеждает грубую силу. Урок первый.

Путь был свободен. Он преодолел последние ступени и вышел в предбанник. Впереди виднелся проем, через который в помещение лился холодный, серебристый свет. Не солнечный. Лунный.

Малакар шагнул наружу. Ветер ударил в лицо, раздувая полы великоватой рясы. Холод пробрал до костей, но он не поежился. Он стоял, замерев, и смотрел на мир, который покинул триста лет назад.

Он находился на склоне горы, у входа в древние руины, наполовину ушедшие в землю. Перед ним расстилалась долина. Или то, что от неё осталось.

Раньше здесь были Зеленые Луга Этерии. Сады, реки, города из белого мрамора. Теперь перед ним лежала Пустошь Скорби. Земля была серой, покрытой слоем пепла, словно снегом. Деревья превратились в окаменелые скелеты, тянущие ветви к небу в немом крике. Реки высохли, оставив после себя лишь глубокие шрамы оврагов. В небе висела луна. Но она была... неправильной. Огромная, бледно-фиолетовая, и её поверхность пересекала темная трещина, словно кто-то пытался расколоть небесное светило пополам.

Но самое отвратительное зрелище ждало его на горизонте. Далеко на севере, пронзая облака, стоял шпиль. Огромная башня из белого камня и золота, сияющая так ярко, что на неё было больно смотреть даже ночью. Вокруг шпиля вращались кольца света, освещая все на много миль вокруг неестественным, стерильным сиянием.

Цитадель Алого Рассвета.

Малакар сплюнул под ноги. — Они высосали жизнь из этой земли, — понял он. — Чтобы построить свой рай, они превратили остальной мир в пустыню. Баланс нарушен.

Он почувствовал, как внутри шевельнулось что-то древнее и голодное. Его сущность, его класс Душегуба, реагировал на этот дисбаланс. Мир был болен, и единственным лекарством была смерть. Но сейчас он был никем. Пылинкой на ветру. Если патруль Рассвета найдет его здесь, в одежде послушника и с ворованным мечом, его казнят на месте как беглого или еретика.

Ему нужно укрытие. Ему нужна база. И ему нужны союзники — или хотя бы рабы. Взгляд Малакара скользнул по подножию горы. Там, среди скал, мерцали тусклые огоньки. Деревня? Или лагерь беженцев? Где есть люди, там есть пороки. Где есть пороки, там есть возможности.

— С чего-то нужно начинать, — произнес он, обращаясь к пустоши. Малакар поправил пояс с мечом и начал спуск. Ветер выл в скалах, словно приветствуя возвращение короля, потерявшего корону. Тьма сгущалась, но для него тьма всегда была не врагом, а старым другом.

Глава 2: Крысиная Нора

Спуск оказался сложнее, чем подъем. Гравитация, казалось, вступила в сговор с усталостью, пытаясь сбросить жалкое тело бывшего Душегуба в пропасть. Камни под ногами были скользкими от влажного пепла, покрывающего склоны словно траурный саван. Ветер здесь, на открытом пространстве, был безжалостен. Он пронизывал тонкую ткань рясы насквозь, заставляя зубы Малакара выбивать дробь.

«Холод... — раздраженно подумал он, поскальзываясь в очередной раз и чудом удерживая равновесие. — Раньше я мог ходить голым по ледникам севера, согреваясь жаром украденных жизней. А теперь я дрожу от ночного ветерка».

Это тело было не просто слабым, оно было изнеженным. Малакар чувствовал, как кожа на ступнях, стертая грубыми ремнями сандалий, начинает кровоточить. Желудок сводило судорогой — кусок крысиного мяса, съеденный в подземелье, лишь раздразнил голод, но не утолил его. Однако он продолжал идти. Шаг за шагом, механически переставляя ноги. Его воля тащила эту оболочку вниз, к огням, мерцающим во тьме.

По мере приближения к подножию горы, пейзаж начал меняться. Голые скалы уступили место тому, что в этом проклятом времени называлось лесом. Деревья здесь были уродливыми, искривленными пародиями на жизнь. Их кора напоминала застывшую черную лаву, а ветви, лишенные листьев, были унизаны длинными, острыми шипами. Малакар остановился у одного из стволов. Он провел пальцем по коре. Она была теплой. — Паразитизм, — констатировал он. — Они тянут тепло из недр земли, потому что небо больше ничего не дает.

В кустах что-то шуршало. Мелкие твари, привыкшие к темноте, разбегались при его приближении. Малакар слышал их сердцебиение, чувствовал их крошечные, пугливые души. Для его нынешнего голода они были слишком незначительны — как попытка напиться росой. Ему нужна была добыча покрупнее.

Спустя час изнурительного спуска он, наконец, вышел к окраине поселения. Он залег в зарослях жесткого, сухого папоротника на небольшом возвышении, откуда открывался вид на «город». Если это можно было так назвать.

Поселение, которое он видел с вершины, вблизи оказалось нагромождением мусора. Хижины были слеплены из всего, что удавалось найти на свалке истории: листы ржавого железа, куски прогнившего дерева, натянутые шкуры неизвестных зверей. Некоторые дома были построены внутри огромных, побелевших от времени ребер какого-то левиафана, павшего здесь столетия назад.

Вокруг поселения был возведен частокол — кривой, ощетинившийся кольями, украшенными черепами. — Примитивно, — оценил Малакар. — Никаких магических барьеров. Никаких рун защиты. Только дерево и кость. Значит, магов здесь нет. Или они слишком дороги для этого сброда.

Это было хорошей новостью. Маг, даже слабый, мог бы почувствовать на Малакаре отпечаток Бездны или заметить, что аура этого «послушника» слишком темная для церковной мыши. Обычные люди видели лишь то, что хотели видеть.

В центре поселения, на небольшой площади, горел огромный костер. Вокруг него двигались фигуры. Даже с такого расстояния ветер доносил запах гари, дешевого пойла и нечистот. Это было место для тех, кому не нашлось места в сияющем раю Цитадели. Отбросы. Изгнанники.

Малакар отполз назад, в тень. Прежде чем войти, ему нужно было подготовиться. Он посмотрел на свою одежду. Серая ряса послушника, хоть и грязная, все еще выглядела слишком... качественной. Ткань была целой, крой — церковным. В таком месте, как это, человек в церковной одежде — либо шпион, либо жертва. И в обоих случаях его убьют и разденут раньше, чем он успеет открыть рот.

Малакар решительно схватил подол рясы и с треском оторвал полосу ткани снизу, делая одеяние короче и неряшливее. Затем он подобрал горсть жирной, черной грязи из-под корней дерева и начал втирать её в ткань, уничтожая светло-серый цвет, превращая его в буро-землистый. То же самое он проделал с лицом и волосами. Он зачесал волосы назад, склеив их грязью, чтобы скрыть стрижку послушника. Лицо измазал так, словно не мылся месяц.

Теперь он выглядел не как служитель храма, а как очередной бродяга, выживший в Пустошах. — Гладиус, — прошептал он, касаясь рукояти меча. Оружие на поясе привлекает внимание. В таком теле он не выглядел как воин, способный защитить свой меч. Если он войдет с мечом на поясе, первый же бандит попытается его отобрать. Малакар вытащил меч из ножен. Он сунул ножны под рясу, привязав их к бедру так, чтобы они не были видны, но оружие можно было достать одним движением. Сам меч он обмотал куском оторванной ткани, превратив его в подобие свертка, и закинул за спину, привязав веревкой, найденной в кармане мародера. Теперь это выглядело как поклажа — какой-то длинный инструмент или просто хлам, который тащит путник.

— Теперь легенда, — он закрыл глаза, настраиваясь. Кто он? Немой? Нет, немота привлекает лишнее внимание, заставляет людей проверять. Сумасшедший? Слишком рискованно. Он будет пустым. Обычным, забитым парнем, который ищет работу за еду. Таких здесь, должно быть, сотни. Серые тени, на которых никто не смотрит.

Малакар встал. Походка изменилась. Исчезла хищная грация, свойственная Душегубу. Он ссутулился, слегка приволакивая левую ногу (травма — отличный повод выглядеть безобидным), и опустил взгляд. Он вышел на дорогу, ведущую к воротам.

У ворот дежурили двое. Один — высокий, тощий, с арбалетом, небрежно перекинутым через плечо. Он курил самокрутку, выпуская кольца едкого дыма в ночное небо. Второй сидел на перевернутом ящике, точа топор оселком. Он был коренастым, одетым в стеганую куртку, поверх которой был нацеплен ржавый нагрудник.

Малакар подошел к освещенному кругу у ворот, шаркая ногами, чтобы его услышали заранее. Нельзя пугать стражу — напуганная стража стреляет без предупреждения.

— Стоять! — гаркнул тот, что с топором, не прекращая точить лезвие. Скрежет металла о камень прекратился лишь через секунду. — Куда прешь, оборванец?

Малакар остановился, сжавшись, словно ожидая удара. — В «Яму», господин, — прохрипел он. Голос звучал идеально жалко. — Ищу ночлег. И работу.

Тощий с арбалетом лениво окинул его взглядом. — Работу? — он усмехнулся, обнажая гнилые зубы. — У нас тут своей швали хватает. Откуда пришел? С Пустошей?

Это был проверочный вопрос. Никто не выживает в Пустошах в одиночку ночью. — С тракта, — быстро соврал Малакар. — На караван напали... твари. Я убежал. Я бежал два дня.

Стражники переглянулись. История была банальной и оттого правдоподобной. Караваны исчезали здесь постоянно. — Есть чем заплатить за вход? — спросил коренастый, вставая с ящика. Он подошел к Малакару вплотную, обдав его запахом чеснока и перегара. — Или ты думаешь, мы тут благотворительностью занимаемся?

Малакар лихорадочно соображал. У него были золотые монеты мародера. Но показать золото сейчас — значит подписать себе смертный приговор. У таких оборванцев не бывает золота. Он полез в кошель, спрятанный глубоко под рясой, и нащупал несколько серебряных монет. Медяков не было. Серебро — тоже опасно, но допустимо.

Он достал одну серебряную монету трясущимися руками и протянул её стражнику. — Вот... все, что есть, господин. Я спрятал это в сапоге.

Глаза стражника алчно блеснули. Он выхватил монету, попробовал её на зуб и довольно хмыкнул. — Серебро старой чеканки, — заметил он, пряча монету в карман. — Ладно, проходи. Но учти, парень: в «Яме» свои законы. Если сдохнешь в канаве — мы за утилизацию тела еще с твоих шмоток вычтем.

Тощий захохотал над шуткой напарника. — Вали давай, пока мы не передумали.

Малакар кивнул, низко кланяясь, и поспешил пройти через ворота. Как только он оказался в тени частокола, выражение его лица мгновенно изменилось. Страх и покорность исчезли, уступив место холодному, расчетливому вниманию. Он был внутри.

Поселение жило своей ночной жизнью. Узкие улочки были грязными, под ногами хлюпала жижа из грязи и отходов. Повсюду сновали люди — оборванные, худые, с бегающими глазами. Кто-то тащил мешок, кто-то спорил у прилавка торговца, продающего, судя по запаху, гнилые овощи. Но Малакар смотрел не на них. Он смотрел на потоки энергии.

Здесь, среди кучи живых тел, воздух был насыщен эмоциями. Страх, жадность, похоть, отчаяние. Это был не чистый источник магии, но это была еда. — Шведский стол, — едва слышно прошептал Малакар. Впервые за триста лет он почувствовал себя не жертвой обстоятельств, а волком, забравшимся в овчарню.

Теперь ему нужно было найти место, где можно оценить обстановку, передохнуть и, возможно, найти свою первую настоящую цель. Его взгляд упал на покосившееся двухэтажное здание с вывеской, на которой был нарисован разбитый кубок. Изнутри доносился гул голосов и музыка расстроенной лютни. Таверна. Сердце любого гадюшника. Место, где заключаются сделки и перерезаются глотки.

Малакар поправил сверток с мечом за спиной и направился к свету, пробивающемуся сквозь грязные окна.

Дверь таверны распахнулась с жалобным скрипом, выпустив на улицу клуб дыма, пахнущего дешевым табаком, прокисшим элем и потом десятков немытых тел. Вывеска над входом — «Разбитый Кубок» — раскачивалась на одной цепи, угрожая рухнуть на голову любому неосторожному посетителю.

Малакар переступил порог. Шум ударил по ушам плотной волной. Гул голосов, пьяный хохот, стук кружек о деревянные столы, визг какой-то девицы и фальшивые переборы лютни. Он замер на мгновение у входа, позволяя глазам привыкнуть к полумраку. Освещение здесь было скудным: несколько сальных свечей на столах да очаг в дальнем углу, который чадил больше, чем грел.

«Идеально, — оценил он. — В таком мраке легко спрятать лицо. И нож».

Он медленно двинулся сквозь толпу, стараясь не задевать посетителей. Публика здесь была под стать месту: наемники в рваной броне, карманники с бегающими глазами, работяги с серыми от угольной пыли лицами и странные личности в капюшонах, сидящие по темным углам. Малакар чувствовал их взгляды. Колючие, оценивающие. Они видели в нем тощего бродягу, возможно, беглого раба. Никто не видел угрозы. Пока.

Он пробрался к стойке. Бармен — огромный детина с лысым черепом, покрытым татуировками в виде шипастых лоз, — протирал кружку тряпкой, которая, казалось, была грязнее самого пола. Малакар втиснулся между двумя пьяными рудокопами и положил руки на стойку.

— Пить, — прохрипел он, не поднимая глаз. — И еды. Горячей.

Бармен лениво скосил на него глаза. В его взгляде читалось профессиональное безразличие. — Эля нет. Есть «Болотная жижа» и самогон на крысиных хвостах. Еда — рагу из того, что поймали утром. — Рагу и воду, — ответил Малакар.

Бармен хмыкнул и наклонился вперед, нависая над стойкой, как скала. — Сначала монеты, оборванец. Здесь в долг не наливают.

Малакар медленно полез в рукав, делая вид, что достает последнее. Он извлек серебряную монету — ту самую, что нашел у мародера. Глаза бармена слегка расширились. Серебро в «Яме» ходило редко. Обычно здесь расплачивались медяками, зубами тварей или бартером. — Сдачи не будет, если хочешь нормальную порцию, — буркнул бармен, сгребая монету огромной ладонью.

Малакар знал, что рагу стоит от силы пару медяков. Бармен нагло обворовывал его. В прежние времена этот человек уже корчился бы в агонии, а его душа стала бы закуской. Но сейчас Малакар лишь коротко кивнул. — Годится.

Через минуту перед ним шлепнулась деревянная миска с чем-то бурым и дымящимся, и глиняная кружка с мутной водой. Ложки не дали. Малакар взял еду и отошел от стойки, ища место. Центр зала был занят шумными компаниями. У окна сидели игроки в кости. Он выбрал самый дальний, темный угол, где за шатким столом никого не было. Спина к стене. Обзор на весь зал. Классика выживания.

Он сел, положив сверток с мечом на колени — так, чтобы рукоять была под рукой, но не видна остальным. Рагу оказалось похлебкой из корнеплодов и жесткого, жилистого мяса неизвестного происхождения. На вкус это напоминало вареную подошву, но Малакар ел методично, тщательно пережевывая каждый кусок. Ему нужна была энергия. Белки, углеводы, жиры. Его тело было печью, которой требовалось топливо.

Пока он ел, его слух работал на пределе. Он отсеивал пьяный бред и ругань, вылавливая крупицы информации.

— ...говорят, в шахтах «Глубокого Эха» снова обвал. Трое пропали, — донеслось слева. — Да не обвал это, дурень. Это Ползуны. Я видел следы. Слизь на стенах. Они прорыли ход снизу.

«Ползуны... — отметил Малакар. — Скорее всего, подземные инсектоиды. Опасные, но панцири ценятся у алхимиков».

— ...а ты слышал про караван из Цитадели? — шептал голос справа. — Говорят, они везут Кристаллы Душ в столицу через три дня. Охрана зверская, паладины Алого Рассвета. — Тише ты! Хочешь, чтобы Инквизиторы нам языки вырвали?

Малакар замер с куском хлеба у рта.Кристаллы Душ. В его время души хранили в сосудах из черного оникса. Если технология изменилась, и теперь их упаковывают в кристаллы... Это был ресурс. Чистая, концентрированная сила, которую не нужно выгрызать из живых врагов по капле. Один такой кристалл мог бы восстановить его резерв на месяц вперед.

Он запомнил эту информацию. Караван. Три дня. Цитадель.

Внезапно тень упала на его стол. Малакар не поднял головы, продолжая жевать, но его мышцы напряглись. — Эй, крысеныш, — раздался голос, влажный и неприятный. Над ним стояли трое. Вожак — тощий, жилистый тип с бегающими глазами и гнилыми зубами. На поясе у него висела дубинка, утыканная гвоздями. По бокам — двое громил с пустыми, бычьими взглядами. Местные вымогатели. Шакалы, ищущие слабую добычу.

— Ты занял наше место, — заявил вожак, склоняясь над столом. От него разило дешевым пойлом. Малакар медленно проглотил пищу. Вокруг было полно свободных столов. Это был просто повод. — Я скоро уйду, — тихо ответил он, не глядя на них. Голос звучал безразлично.

Вожаку это не понравилось. Безразличие — это не страх. А ему нужен был страх. — Ты не понял, урод, — он ударил ладонью по столу, перевернув кружку с водой. Жидкость растеклась по гнилым доскам. — Это место платное. Налог на безопасность. Плати, или мы вышвырнем тебя на улицу по частям.

Громилы за его спиной ухмыльнулись, предвкушая насилие. В таверне стало тише. Люди начали поворачивать головы. Все любили бесплатное зрелище.

Малакар вздохнул. Он надеялся поесть спокойно. Он медленно поднял голову и посмотрел на вожака. Его лицо было грязным, под глазами залегли тени, но взгляд... В этом теле не было магической силы, чтобы испепелить врага молнией. Но у Малакара был «Взор Бездны». Пассивная способность его души, которую нельзя отнять. Умение проецировать чистый, первобытный ужас. Намерение убийцы, возведенное в абсолют.

Он посмотрел прямо в глаза бандиту. На долю секунды зрачки Малакара расширились, заполнив всю радужку чернотой. Для всех вокруг ничего не изменилось. Но вожак увидел нечто. Он увидел, как тени за спиной этого щуплого парня вздыбились, превращаясь в гигантскую пасть. Он почувствовал холод могильной плиты на своей шее. Он услышал шепот тысячи душ, кричащих в агонии. Его мозг, отравленный алкоголем, получил сигнал: «Перед тобой хищник. Беги или умри».

Малакар улыбнулся. Это была не добрая улыбка. Это был оскал черепа. — Твоя душа, — прошептал он одними губами, так, чтобы слышал только вожак. — Она такая... маленькая. Тусклая. Едва хватит на закуску.

Лицо бандита побелело. Зрачки сузились в точки. Рука, лежащая на столе, задрожала. — Ты... ты... — пробормотал он, отшатываясь. — Босс? — удивился один из громил, не понимая, что происходит. — Мы его ломаем или как?

Вожак сглотнул, чувствуя, как холодный пот течет по спине. Инстинкт самосохранения вопил громче жадности. — Пошли отсюда, — хрипло бросил он, пятясь назад. — Чего? — не понял громила. — Да он же сопляк! — Я сказал, пошли! — взвизгнул вожак, срываясь на фальцет. Он развернулся и быстро, почти бегом, направился к выходу, расталкивая посетителей. Громилы переглянулись, посмотрели на спокойного, жующего хлеб Малакара, пожали плечами и поплелись за боссом.

В таверне снова поднялся шум. Зрители, разочарованные отсутствием драки, вернулись к своим кружкам. — Псих какой-то, — прокомментировал кто-то за соседним столом. — Наверное, заразный.

Малакар доел рагу, вытер куском хлеба остатки соуса и отправил его в рот. «Страх работает лучше стали, — подумал он. — Но это временное решение. Рано или поздно найдется тот, кто не испугается взгляда. Мне нужно стать сильнее».

Он почувствовал, как еда начинает усваиваться, давая крохи энергии. Теперь ночлег. Он не собирался снимать комнату здесь. Слишком опасно, могут зарезать во сне ради сапог. Ему нужно было место, где никто не ходит.

Малакар встал, закинул сверток с мечом за спину и направился к черному ходу, который приметил, пока сидел. Проходя мимо кухни, он незаметно стащил с подноса, который несла служанка, головку чеснока и какое-то яблоко. Ловкость рук. Тело помнило воровские навыки, приобретенные в юности, еще до того, как он стал магом.

Он вышел на задний двор таверны. Здесь воняло помоями еще сильнее. Но его внимание привлекло не это. У стены, в тени, стояла повозка. Старая, с закрытым верхом. На борту был нарисован символ: перечеркнутая кирка. Знак «Гильдии Мусорщиков». Тех, кто собирает трупы и хлам с Пустошей.

Из разговора возниц, куривших неподалеку, он уловил обрывки фраз: — ...завтра на рассвете выдвигаемся к Предгорьям. Говорят, там была стычка паладинов с тварями. Будет много железа... и мяса.

Глаза Малакара блеснули в темноте. Предгорья. Стычка. Трупы. Свежие трупы, возможно, даже с остатками экипировки паладинов. И, что важнее, с душами, которые еще не успели развеяться. Если он спрячется в этой повозке, он бесплатно и относительно безопасно доберется до места, где сможет поживиться по-настоящему.

Это был риск. Но сидеть в «Яме» и ждать чуда было глупо. Малакар бесшумной тенью скользнул к повозке. Пока возницы спорили о доле добычи, он нырнул под брезент, накрывающий кузов. Внутри пахло смертью и старой кровью. Привычный запах. Он устроился между какими-то мешками (судя по ощущениям, набитыми тряпьем), свернулся калачиком, обняв меч, и закрыл глаза.

Сон пришел мгновенно. Сон без сновидений. Сон хищника, который экономит силы перед охотой.

Тряска была невыносимой. Телега, лишенная рессор, подскакивала на каждом камне, и Малакара швыряло из стороны в сторону, словно мешок с костями. Он упирался ногами и спиной в ящики, стараясь не издавать ни звука, хотя тело ныло от ушибов. Путешествие длилось несколько часов. Сквозь щели в брезенте начал пробиваться серый, болезненный свет рассвета.

— Тррр! — раздался хриплый голос возницы. — Приехали. Сгружайся, парни. И глядите в оба. Если тут остались недобитки, я не хочу получить арбалетный болт в задницу.

Телега остановилась. Послышались голоса, топот ног и лязг лопат. Мусорщики вылезали наружу. Малакар выждал пару минут, пока шум не удалился, и осторожно приподнял край брезента.

В нос ударил запах. Это был сложный букет. Железо крови, сладковатый смрад вскрытых внутренностей, едкая гарь от магического огня и странный, химический привкус озона. Запах войны. Малакар выскользнул из повозки, прижимаясь к земле. Он оказался на краю каменистого ущелья. И зрелище, открывшееся ему, заставило его замереть.

Это не было полем битвы в том понимании, к которому он привык. Здесь не было гор трупов, утыканных стрелами. Это была бойня. Земля была перепахана взрывами. Огромные воронки дымились, края их оплавились, превратившись в черное стекло. Повсюду лежали тела чудовищ. Огромные, мутировавшие волки с костяными наростами, какие-то гибриды насекомых и людей, разорванные на части. А среди них, яркими белыми пятнами, выделялись павшие воины Алого Рассвета.

Малакар прищурился. — Броня... — прошептал он. — Это не просто сталь.

Воины Рассвета были закованы в полные латы, но эти доспехи были слишком гладкими, слишком совершенными. Белая эмаль, золотая окантовка. На грудных пластинах не было видно заклепок — словно металл вырастили единым куском. И самое главное: на доспехах все еще слабо светились рунные цепи.

Мусорщики уже рассыпались по полю, как стая тараканов. Они с деловитым видом отрубали когти монстрам, срывали сумки с поясов мертвых солдат, но... они не трогали саму броню. — Слишком тяжелая? — предположил Малакар. — Или проклятая?

Он заметил одинокую фигуру солдата, лежащую в стороне, у огромного валуна, подальше от основной группы мародеров. Идеальная цель. Малакар, пригибаясь и прячась за камнями, двинулся к нему.

Подойдя ближе, он увидел, что воин мертв. Огромный шип, пробивший нагрудник насквозь, торчал из груди. Малакар коснулся белой брони. Она была теплой и... вибрировала. — Зачарованная керамика, сплавленная с мифрилом, — мгновенно проанализировал он, постучав ногтем по наплечнику. — Легкая, прочная. Но откуда у них столько ресурсов? В мое время такой комплект стоил как небольшое графство.

Он перевел взгляд на оружие. Меч лежал рядом. Это был не просто кусок заточенного металла. Лезвие было прямым, матовым, а в гарду был вставлен кристалл. Сейчас он был потухшим. Малакар взял меч. Тяжелый. Не для его нынешних рук. Но кристалл... Он попытался выковырять камень кончиком своего ножа. Камень поддался и выпал на ладонь.

Осколок Света.Накопитель энергии. Искусственный. — Они не используют свою ману, — понял Малакар, и презрительная усмешка исказила его лицо. — Они сражаются на батарейках. Жалкие техно-маги.

Но его интересовали не технологии. Его интересовала суть. Труп был свежим. Смерть наступила не более трех часов назад. Душа еще не ушла окончательно. Она цеплялась за тело, запутанная в сложной структуре посмертия.

Малакар огляделся. Мусорщики были далеко, заняты разделкой туши огромного медведя-мутанта. Он положил обе руки на шлем мертвого солдата. Шлем был глухим, без прорезей для глаз — видимо, визор был магическим. — Покажи мне, из чего вы сделаны, «герои», — прошептал Малакар.

Он закрыл глаза и открыл Рот своей души.Поглощение.

В этот раз все было иначе, чем с мародером в подземелье. Душа воина Алого Рассвета не была жалкой лужицей. Это был костер. Яркий, фанатичный, структурированный. Как только Малакар потянул её на себя, он почувствовал сопротивление. Душа жгла его. Она была пропитана догмами, молитвами и... чем-то чужеродным. Словно на душу поставили клеймо «Собственность Ордена».

— Ты отказываешь мне? — мысленно рявкнул Малакар, чувствуя, как его каналы начинает жечь святой огонь. — Я ел богов, когда твой прадед еще не родился! Подчинись!

Он сжал ментальную хватку, ломая защитные барьеры чужого сознания. Он не просто пил — он рвал. Резкий рывок. Поток горячей, ослепительно-белой энергии хлынул в него. Малакара выгнуло дугой. Он чуть не закричал, но сдержал крик, закусив губу до крови. Боль была сладкой. Энергия заполняла пустые резервуары, выжигая слабость, укрепляя кости, натягивая мышцы. Это было не полное восстановление, нет — капля в море для Архимага, но для этого тела это был океан.

Вместе с силой пришли образы. Память мертвеца.Вспышка.Казарма. Голос командира: «Очистите сектор 4. Никакой пощады зараженным».Вспышка.Лицо женщины в белой мантии. Она держит в руках светящуюся сферу. «Прими этот дар, брат. Пусть Свет Алого Рассвета направляет твой клинок».Вспышка.Страх. Чудовище прыгает. Боль.

Малакар отдернул руки, тяжело дыша. Из носа текла кровь, но он чувствовал себя... живым. По-настоящему живым. Зрение стало острее. Мир приобрел краски. Усталость исчезла. — Ранг 1... — выдохнул он, оценивая свое состояние. — Я восстановил ядро до уровня Новичка. Теперь я могу использовать простейшую магию.

Он посмотрел на свои руки. Вены под кожей потемнели, словно в них теперь текла не только кровь, но и чернила. Внезапно его внимание привлекло движение сбоку. Один из мусорщиков, отбившийся от группы, стоял в десяти метрах и смотрел на него. В руках мусорщика был короткий арбалет. Он видел всё. Он видел, как Малакар коснулся трупа, как его выгнуло дугой, и как вокруг тела пробежали черные молнии.

— Эй! — крикнул мусорщик, поднимая арбалет. — Ты че там делаешь, колдун хренов?! Ганс! Сюда! Тут какой-то урод порчу наводит!

Малакар медленно поднялся. Теперь ему не нужно было притворяться. Он чувствовал силу внутри. Небольшую, но достаточную. Достаточную, чтобы убить червя.

— Колдун? — переспросил Малакар. Его голос изменился. Он стал глубже, в нем зазвучали металлические нотки.

Мусорщик нажал на спуск. Болт свистнул в воздухе. В старой жизни Малакар остановил бы его взглядом. Сейчас он просто уклонился. Резко, смазанно, со скоростью, недоступной обычному человеку. Болт чиркнул по камню там, где секунду назад была его голова.

Малакар вскинул руку. Он не знал заклинаний Света. Но он только что сожрал душу того, кто знал. Он трансмутировал полученную светлую энергию через призму своей темной души.«Костяное Копье».

Из земли под ногами мусорщика, пробивая каменистую почву, вырвался острый, зазубренный шип из почерневшей кости. Он вошел мусорщику в пах и вышел через плечо. Тот даже не успел вскрикнуть. Тело дернулось и повисло на костяном штыре, как тряпичная кукла.

Малакар опустил руку. Шип рассыпался в прах, и тело рухнуло на землю. — Грязная работа, — поморщился он. — КПД ужасный. Потратил почти половину поглощенного на один фокус. Но... эффективно.

Остальные мусорщики, услышав крик (которого не было, но звук удара тела о землю был громким), начали оборачиваться. Их было пятеро. Малакар посмотрел на них, потом на меч паладина, лежащий у ног. Затем на свой ржавый гладиус. Он мог бы принять бой. Сейчас, с новой силой, он бы перебил их. Но это привлекло бы внимание. Шум. Возможно, патрули.

— Тишина — золото, — решил он.

Он быстро обыскал труп паладина. Снять броню он не успеет. Оружие слишком заметное. Он сорвал с пояса мертвеца небольшой кожаный подсумок. Внутри звякнули монеты (тяжелые, золотые) и лежала свернутая бумага. Приказ. И... кольцо. Перстень-печатка с красным камнем. Пропуск? Он сунул это в карман.

Мусорщики уже бежали к нему, размахивая топорами. Малакар ухмыльнулся, развернулся и прыгнул. Не на них, а в овраг, за валуны, исчезая в лабиринте скал. Теперь он был не просто беглецом. Он был охотником, получившим первые когти.

Он бежал по дну ущелья, чувствуя, как ветер бьет в лицо. Впереди лежала Цитадель. Но сначала ему нужно было изучить трофеи и понять, что это за «Свет», который так похож на вкус переработанных душ. Мир стал сложнее. Но и интереснее.

Глава 3: Шепот в Камне

Бег больше не причинял боли. Это было первое, что отметил Малакар, когда скалы сомкнулись над его головой, скрывая его от взоров преследователей. Энергия, вырванная из души паладина, бурлила в его крови, действуя как сильнейший стимулятор. Легкие работали как кузнечные мехи, ноги пружинили, отталкиваясь от камней с неестественной легкостью. Он чувствовал себя так, словно сбросил с плеч мешок с песком, который таскал последние сутки.

Мусорщики отстали. Их крики и проклятия затихли где-то позади, растворившись в вое ветра, гуляющего по ущелью. Они не решились преследовать «колдуна» в Лабиринте Теней — так местные называли эту сеть каньонов. И не зря. Малакар остановился, прижавшись спиной к холодной стене утеса, чтобы перевести дух и свериться с ощущениями.

— Резерв падает, — констатировал он, глядя на свои руки. Черные вены, проступившие после поглощения, медленно бледнели. — Эта энергия... она «летучая». Тело не может удержать её надолго. Как дырявое ведро.

Он был прав. Его нынешняя оболочка была сосудом низкого качества. Без должных тренировок или ритуалов укрепления плоти, поглощенная сила просто испарялась, уходя на поддержание базового метаболизма и заживление мелких ран. Ему нужно было найти способ «запечатать» ядро. Но для этого нужны ингредиенты. Или лаборатория. А пока он был один посреди каменной пустыни.

Погода начинала портиться. Небо над Пустошами затянуло грязно-желтыми тучами, похожими на гнойники. Воздух стал тяжелым, пахнущим серой и уксусом. Кап. На плечо Малакара упала первая капля. Ткань рясы зашипела, и на месте падения образовалась крошечная дырка с обугленными краями. — Кислотный дождь, — Малакар стряхнул каплю, поморщившись. — Прекрасно. Экология этого мира уничтожена окончательно.

Оставаться под открытым небом было самоубийством. Через десять минут здесь начнется ливень, который разъест кожу до мяса. Он огляделся. Каньон был полон трещин и гротов. Ему нужно было надежное укрытие. Не просто навес, а глубокая нора. Взгляд зацепился за узкую расщелину в скале, метрах в пяти над землей. К ней вел едва заметный карниз. Малакар подпрыгнул, зацепился пальцами за выступ. Камень был острым, резал кожу, но он подтянулся, используя остатки украденной силы, и ввалился в расщелину.

Внутри было сухо и темно. Идеально. Он прополз пару метров вглубь, пока проход не расширился в небольшую пещеру. Снаружи уже слышался шум, похожий на жарку бекона на огромной сковороде — дождь начал поливать камни.

Малакар сел, скрестив ноги. Здесь, в безопасности, он мог наконец изучить то, что досталось ему от мертвого слуги Света. Он достал из кармана трофеи. Тяжелый кошель с золотом. Перстень-печатка. И сложенный лист пергамента, запечатанный сургучом.

Сначала золото. Он высыпал монеты на ладонь. Двенадцать золотых «Солнц». На аверсе был изображен профиль сурового мужчины в короне из лучей, на реверсе — та самая Цитадель. — Золото чистое, — оценил он, пробуя монету на зуб. — Двенадцать монет. В этой дыре на них можно купить приличное снаряжение или нанять отряд головорезов. Неплохо для начала.

Затем бумага. Малакар сломал печать. Она была магической, но рассчитанной на то, что её вскроет любой офицер. Слабая защита от любопытных глаз, никакой ментальной ловушки. Он развернул лист. Текст был написан ровным, каллиграфическим почерком, чернилами, светящимися в темноте.

«Командиру 4-го Экспедиционного Корпуса, лейтенанту Варрику.Согласно директиве Верховного Инквизитора, ваш отряд должен выдвинуться в сектор "Серая Топь". Разведка докладывает о всплеске некротической активности.Цель: Поиск и изъятие объекта, классифицируемого как "Сердце Улья".Примечание: Любые контакты с местным населением запрещены. Свидетелей устранять. Слава Алому Рассвету».

Малакар усмехнулся. — «Сердце Улья». Некротическая активность. Он знал, о чем речь. В его времена это называлось «Филактерией Лича» или «Коконом Перерождения». Могущественный артефакт, способный поднять армию мертвецов. Если Алый Рассвет охотится за такими вещами, значит, они не просто уничтожают тьму. Они её изучают. И, возможно, используют. Лицемерие врага всегда было ему на руку.

Он отложил письмо. Это была зацепка. «Серая Топь» — он видел это название на карте в склепе мародера. Это на востоке, в паре дней пути. Возможно, стоит туда наведаться. Если там есть некромантия, там есть сила, которую он может поглотить без остатка.

И, наконец, кольцо. Малакар взял печатку. Она была сделана из красноватого металла, похожего на медь, но холодного, как лед. В центре был вставлен рубин, внутри которого, казалось, двигался туман. Он надел кольцо на мизинец (на другие пальцы оно было велико). Ничего не произошло. Но когда он направил в него кроху своей маны... Кольцо завибрировало. Над камнем возникла крошечная голограмма — символ: меч, пронзающий солнце. И цифры: IV-07.

— Идентификатор, — понял Малакар. — Это ключ-допуска. Офицерское кольцо. С ним я смогу пройти через посты, если скрою свою ауру. Или открыть двери в их аванпостах. Это был самый ценный трофей. Ключ от дверей врага.

Он снял кольцо и спрятал его в самый глубокий карман. Носить его открыто — значит подписать себе смертный приговор при встрече с любым патрулем. Но приберечь стоит.

Снаружи бушевала стихия. Шум дождя усилился, перейдя в сплошной гул. Малакар расслабился, опираясь спиной о стену пещеры. Ему нужно было поспать. Настоящий сон, чтобы закрепить изменения в организме. Он закрыл глаза, погружаясь в медитативный транс, который заменял магам сон.

... Он проснулся резко. Не от звука. От вибрации. Камень под ним дрожал. Малакар открыл глаза. В пещере была тьма, но его зрение, усиленное магией, позволяло видеть контуры. Дождь снаружи стих. Но теперь звук исходил не от входа. Он исходил из глубины пещеры.

Скррр... Скррр...Звук трения хитина о камень. Малакар медленно, без резких движений, положил руку на рукоять трофейного меча Алого Рассвета. Пещера, которую он считал просто выемкой в скале, уходила глубже. И он был здесь не один.

Из темноты туннеля показались два огонька. Бледно-зеленые, фасеточные глаза. Затем еще два. И еще. Существо выходило на свет. Это был паук. Но не обычный. Размером с крупную собаку, его тело было покрыто полупрозрачными кристаллами, растущими прямо из панциря. Одна из его лап была неестественно длинной и заканчивалась чем-то похожим на человеческую кисть с когтями.Кристальный Ткач.

Мутировавший хищник, питающийся минералами и... неосторожными путниками. Ткач зашипел, раздвигая хелицеры, с которых капала густая, едкая слюна. Он почуял тепло живого тела.

Малакар медленно поднялся. Пространства для маневра было мало. Стены давили. — Ты хочешь еды, тварь? — тихо спросил он, вынимая меч из ножен. Клинок слабо сверкнул. — Я тоже.

Ткач не стал ждать приглашения. Он прыгнул. Резко, с места, нарушая законы физики. Малакар отшатнулся, и это спасло ему жизнь. Когтистая лапа твари высекла искры из стены там, где мгновение назад было его горло. Бой начался. И в этой тесной каменной кишке у паука было преимущество. Он был дома. А Малакар был обедом.

Но Малакар улыбался. Он вспомнил, что говорилось в письме. Некротическая активность.Эти кристаллы на спине паука... это не просто минералы. Это заражение. А значит, внутри этой твари есть энергия, сродная его собственной. Это был не просто враг. Это была батарейка на ножках.

— Иди к папочке, — прошептал он, перехватывая меч обратным хватом.

Ткач атаковал молниеносно. Он оттолкнулся от потолка всеми восьмью лапами, превратившись в живой снаряд из хитина и бритвенно-острых кристаллов. В узкой пещере увернуться было невозможно. Малакар и не пытался. Он упал на спину, пропуская тварь над собой.

Зазубренные лапы паука чиркнули по каменному полу в сантиметрах от его ушей, высекая снопы искр. Тварь промахнулась, но её инерция была погашена стеной. Ткач с мерзким хрустом врезался в тупик пещеры, но тут же перевернулся, встопорщив кристаллы на спине. Они начали светиться болезненным, фиолетовым светом.

— Магия? — Малакар перекатился, вскакивая на ноги. — Ты не просто мутант. Ты — проводник.

Ткач издал стрекочущий звук и резко дернул брюшком.Пффф!В Малакара полетел сгусток белесой жижи. Он инстинктивно выставил перед собой меч паладина, используя широкое лезвие как щит. Жижа шлепнулась на металл и зашипела. Сталь начала дымиться. — Кислота, — отметил он, стряхивая едкую субстанцию. Меч Алого Рассвета, зачарованный на прочность, выдержал, но на полированной поверхности осталось темное пятно. — Если это попадет на кожу, я останусь без мяса.

Паук не ждал. Он снова прыгнул, но теперь не всем телом, а делая выпады длинными передними лапами, стараясь достать противника в ближнем бою. Малакар парировал.Дзынь! Клац!Меч сталкивался с хитином. Удары были тяжелыми. Малакар чувствовал, как отдача сушит руки. Это тело было слишком слабым для фехтования тяжелым клинком. Он не мог рубить, он мог только отбиваться.

«Так я проиграю, — холодно констатировал он, уходя от очередного выпада, который едва не вспорол ему живот. — Он быстрее. Он сильнее. Мне нужно лишить его подвижности».

Ткач замахнулся той самой мутировавшей лапой, похожей на человеческую руку. Удар был нацелен в голову. Малакар сделал рискованный шаг вперед, входя в «мертвую зону» паука. Вместо того чтобы блокировать мечом, он ударил ногой. Прямой удар подошвой сандалии в сустав передней лапы паука. Хруст. Тварь взвизгнула. Лапа подломилась.

Но Ткач был многоногим. Он тут же попытался укусить Малакара хелицерами. Малакар уже ждал этого. Он бросил меч. Тяжелое оружие было бесполезно в клинче. Левая рука Малакара метнулась вперед и схватила паука за одну из хелицер. Пальцы скользили по слизи, но он сжал хватку с силой утопающего. Правая рука выхватила кинжал мародера.

— Посмотри мне в глаза! — рявкнул Малакар. Он активировал Взор Бездны на полную мощность, в упор. Паук замер на долю секунды. Его примитивный разум, управляемый инстинктами, столкнулся с абсолютным ужасом древнего хищника. Этого мгновения замешательства хватило.

Малакар вонзил кинжал не в голову, а в сочленение между головогрудью и брюшком — туда, где хитин был мягче. Он навалился на рукоять всем весом, проворачивая лезвие. Ткач забился в конвульсиях. Его лапы беспорядочно молотили по воздуху, царапая плечи и спину Малакара, разрывая рясу. Но Малакар не отпускал. Он рычал от напряжения, вдавливая кинжал глубже, пока острие не перебило нервный узел.

Тварь обмякла. Огоньки в фасеточных глазах погасли.

Малакар оттолкнул тушу и тяжело привалился к стене. Он дышал так, словно пробежал марафон. По руке текла кровь — одна из лап все-таки задела предплечье. — Грязно, — сплюнул он, глядя на дергающиеся лапы мертвого паука. — Я дерусь как пьяный крестьянин. Стыдно.

Но рефлексия подождет. Сначала — награда. Он склонился над трупом. Душа животного — это не душа человека. В ней нет знаний, нет сложной структуры. Это чистый, дикий импульс жизни. Малакар приложил руку к голове паука.Вдох.Энергия влилась в него серым, мутным потоком. Она пахла сырой землей и голодом. Этого едва хватило, чтобы закрыть царапины на плече и немного унять дрожь в мышцах.

— Мусор, — оценил он. — Но вот это... Он перевел взгляд на кристаллы, растущие на спине паука. Он вырезал самый крупный кристалл кинжалом. Камень был теплым и пульсировал. Малакар лизнул срез кристалла. Язык обожгло холодом, а потом привкусом металла. — Некротит, — его глаза расширились. — Концентрированная руда смерти. Редкая. Очень редкая. В моем времени за унцию этого давали поместье.

Этот паук не просто вырос здесь. Он ел это. А значит, где-то в глубине пещеры есть жила. Или источник.

Малакар подобрал меч паладина, вытер его о шкуру паука и посмотрел в темный зев туннеля, откуда выползла тварь. Ветер там не гулял. Воздух был стоячим, спертым. — Любопытство сгубило кошку, — пробормотал он, шагая во тьму. — Но кошка не умела воскресать.

Проход сужался, потом снова расширялся. Стены здесь были другими. Если у входа это был природный камень, то здесь начали попадаться следы обработки. Древней, грубой обработки. Следы кирки. Шахта? Нет. Скорее, тайный ход.

Через пятьдесят метров туннель вывел его в небольшую круглую каверну. И здесь Малакар остановился. В центре пещеры, в окружении сталагмитов, сидел скелет. Он сидел в позе лотоса, прислонившись к странному, черному монолиту, торчащему из пола. Одежда на скелете давно истлела, превратившись в пыль, но на шее висел массивный амулет, а на коленях лежала книга. Книга в переплете из шкуры... судя по текстуре, человеческой.

Но не это привлекло внимание Малакара. Монолит. Черный камень был испещрен трещинами, из которых сочился фиолетовый туман — та самая энергия, что мутировала паука. Это был не просто камень. Это был Осколок Бездны. Кусок его родного мира, застрявший здесь, в материальной реальности.

Сердце Малакара пропустило удар. — Так вот почему я проснулся... — прошептал он, подходя ближе. — Мир истончился. Грань нарушена.

Он подошел к скелету. Кто бы это ни был, он умер, пытаясь контролировать силу камня. Кости были черными, словно обугленными изнутри. Малакар протянул руку к книге на коленях мертвеца. Как только его пальцы коснулись переплета, по пещере пронесся шепот. Не звук, а ментальная волна.«Преемник...»

Малакар не дрогнул. — Я не преемник, — ответил он пустоте. — Я хозяин.

Он взял книгу. Она была теплой. Гримуар. Он открыл первую страницу. Язык был ему знаком. Это был Высокий Арканум, язык магов эпохи Распада. Заглавие гласило: «Трактат о Плетении Плоти и Души. Том первый: Химерология».

Малакар захлопнул книгу и прижал её к груди. Улыбка, медленно расползшаяся по его лицу, была самой искренней с момента его пробуждения. Он нашел не просто оружие. Он нашел инструкцию. Ему нужно тело посильнее? Эта книга расскажет, как пришить себе руку огра или глаз демона так, чтобы организм не отторг их. Ему нужна армия? Эта книга научит сшивать трупы в послушных кукол.

— Спасибо, безымянный коллега, — кивнул он скелету. — Твоя смерть послужит моему возвышению.

Но оставался монолит. Оставлять такой источник силы здесь было глупо. Но и взять его с собой он не мог — фонит так, что любой паладин за версту почует. Малакар посмотрел на кольцо Алого Рассвета в своем кармане. Потом на монолит. В его голове созрел дерзкий план. — Если я не могу забрать силу... я могу направить её.

Он подошел к камню и положил на него руки. — Поглощение, — скомандовал он. Но не в себя. Он стал проводником. Он направил поток сырой, разрушительной энергии некротита в... меч паладина, который держал в другой руке. Светлая сталь завизжала. Белая эмаль начала чернеть и трескаться. Руны Света вспыхнули и погасли, выжженные агрессивной тьмой. Меч менялся. Металл перестраивался на молекулярном уровне, напитываясь энергией Бездны. Через минуту в его руках был уже не сияющий клинок героя. Это был черный, матовый кусок смерти, от которого исходил холодный туман.

Получено: Оскверненный Клинок Рассвета.(Свойства: Наносит урон некротической энергией. Отравляет раны. Хрупок).

Малакар тяжело осел на пол. Резервуар монолита опустел — он высосал поверхностный заряд. У него теперь была книга, новая сила в мече и немного кристаллов. И самое главное — дождь снаружи заканчивался.

Пещера погрузилась в тишину, нарушаемую лишь шуршанием страниц. Малакар сидел у туши паука, освещая текст гримуара слабым свечением кристаллов некротита. Книга была сложной. Автор писал витиевато, скрывая суть за метафорами, но для Малакара, знавшего основы магии крови, это было лишь легкой разминкой для ума.

— «Связь плоти требует якоря», — прочел он вслух, проводя пальцем по схеме анатомического вскрытия химеры. — «Душа покидает сосуд, если сосуд сломан. Чтобы вернуть подобие жизни, нужно заменить кровь эфиром, а волю — приказом».

Он посмотрел на мертвого Кристального Ткача. Тварь была повреждена. Лапа сломана, головогрудь вскрыта кинжалом. В обычном состоянии поднять такой труп можно лишь как зомби — медлительного, тупого куска мяса, который развалится через пару дней. Но у Малакара был Некротит. И был Гримуар.

— Попробуем, — решился он.

Это будет не воскрешение. Это будет сборка. Конструирование. Малакар достал кинжал. Ему пришлось повозиться, вскрывая жесткий хитин на спине паука, там, где раньше росли кристаллы. Он вычистил остатки органов, освобождая место для «ядра». В полость он поместил самый крупный кристалл некротита, который вырезал ранее. Затем он начал наносить руны. Не на пол, а прямо на панцирь и кости твари. Он использовал собственную кровь (пришлось надрезать палец), смешивая её с едкой слизью паука.

Руна Подчинения.Руна Движения.Руна Голода.

Это была грязная, кропотливая работа. Руки скользили, запах внутренностей вызывал тошноту, но Малакар работал с сосредоточенностью хирурга. Когда руническая цепь замкнулась, он положил ладони на панцирь.

— Встань, — приказал он. Не голосом. Волей. Он направил поток маны из своего резерва в кристалл внутри паука. Камень вспыхнул. Фиолетовые вены энергии побежали по вырезанным рунам, впитываясь в мертвую плоть. Послышался влажный хруст. Кости начали срастаться. Сломанная лапа дернулась и выпрямилась, скрепленная магической связкой, похожей на сухожилия из черного дыма. Глаза паука загорелись. Но теперь это был не зеленый свет жизни, а тусклое, ровное фиолетовое сияние. В них не было личности. Только ожидание команды.

Создан миньон: Костяной Ловчий (Ранг: Низший).(Свойства: Не чувствует боли. Атакует кислотой. Подчиняется ментальным командам).

Малакар вытер окровавленные руки о рясу. — Грубо. Эстетики никакой, — критически оценил он свое творение. — Но работает. Ты будешь моим «Авангардом».

Паук не ответил, лишь мелко задрожал хелицерами, ожидая приказа. Малакар почувствовал тонкую нить связи, тянущуюся от его разума к существу. Это было похоже на дополнительную конечность. Он мог «чувствовать» то, что чувствует паук.

— Пора на выход, — сказал Малакар, поднимаясь. — Нам нужно проверить, на что ты способен.

Они вышли из пещеры. Дождь закончился, оставив после себя мир, умытый кислотой. Камни парили, лужи шипели. Малакар вдохнул сырой воздух полной грудью. Теперь, с мечом за спиной, книгой за пазухой и монстром у ног, он чувствовал себя увереннее.

Он снова сверился с картой, которую украл у мародера, и прикинул направление, указанное в письме паладинов.Серая Топь.Это было на востоке, в низине. Место, где магия смерти была естественным фоном. Если там действительно есть «Сердце Улья», то там будут и толпы нежити, и патрули Алого Рассвета. Идеальное место для прокачки.

Путь занял остаток дня. Малакар шел быстро, не скрываясь. Его паук бежал впереди, метров на пятьдесят, служа разведчиком. Связь с миньоном позволяла Малакару видеть угрозы заранее. Дважды они обошли гнезда диких крыс-переростков. Один раз спрятались от пролетающей в небе виверны.

К вечеру ландшафт изменился. Сухая, каменистая пустошь сменилась вязкой, чавкающей грязью. Деревья здесь были огромными, но мертвыми, покрытыми свисающим мхом, похожим на седые бороды. Туман стелился по земле плотным молочным одеялом, скрывая ямы и трясины.

Малакар остановился на границе болот. Впереди, сквозь туман, виднелись огни. Это был не лагерь. Это были руины древнего города, полузатопленного и забытого. Остовы башен торчали из воды, как гнилые зубы. И там, среди руин, двигались тени. Много теней.

Малакар присел за корнями упавшего дерева. Его паук замер рядом, сливаясь с серым камнем. — Много, — прошептал он. Там бродили скелеты. Не те жалкие одиночки, что встречались в пустошах. Это был организованный патруль. Они были одеты в ржавые кольчуги, держали строй и... ими кто-то командовал.

На вершине одной из полуразрушенных башен горел зеленый огонь. — Некромант, — понял Малакар. — Или Лич. Тот самый, которого ищет Рассвет.

Ситуация усложнялась. С одной стороны — армия мертвых. С другой — скоро здесь будут элитные войска паладинов. А посередине — Малакар, который хотел получить всё.

Он достал Оскверненный Клинок. Черная сталь жадно впитывала болотный туман. — Хаос — это лестница, — усмехнулся он. — Пусть они перебьют друг друга. А я соберу урожай с победителей.

Внезапно его паук послал сигнал тревоги. Резкий импульс страха. Малакар обернулся. Из тумана, прямо за его спиной, выходила фигура. Не нежить. Человек. Девушка. Она была одета в странный, облегающий костюм из темной кожи с множеством карманов и ремней. Лицо скрыто маской, видны только глаза — ярко-желтые, с вертикальным зрачком. В руках она держала два изогнутых кинжала. Она двигалась абсолютно бесшумно. Если бы не паук, Малакар был бы уже мертв.

Она замерла, увидев, что обнаружена. — Ты не из Гнилых, — ее голос был глухим из-за маски, но молодым. — И не из Светляков. Кто ты такой и почему от тебя фонит Бездной?

Малакар медленно поднялся, держа меч опущенным, но готовым к удару. Паук зашипел, готовясь прыгнуть. Девушка скосила глаза на паука, и в её взгляде промелькнуло удивление. — Ткач-марионетка? — она хмыкнула. — Редкое хобби для бродяги.

— Я просто путник, — спокойно ответил Малакар. — Ищу ночлег. — В Серой Топи ночлег ищут только самоубийцы, — парировала она. — Или воры. Я — второе. А ты, судя по мечу... ты проблема.

Она перехватила кинжалы удобнее. Это была не обычная разбойница. Ее стойка, ее глаза, ее экипировка...Класс: Теневой Танцор. Или ассасин. Первый разумный противник (или союзник?), которого он встретил.

Малакар улыбнулся. — Я не проблема, — сказал он, делая шаг назад и давая ментальную команду пауку зайти ей с фланга. — Я — возможность.

Глава 4: Танец на Лезвии

Туман в Серой Топи был не просто погодным явлением. Он был живым. Он лип к коже, заглушал звуки и, казалось, пытался проникнуть в легкие, чтобы прорасти там плесенью. В этом белесом мареве две фигуры стояли друг напротив друга, замерев в шатком равновесии.

Девушка-ассасин не шевелилась, но Малакар чувствовал напряжение в её мышцах. Она была похожа на взведенную пружину. Её желтые глаза сканировали его, отмечая каждую деталь: тяжелый меч, который он держал (немного неуклюже для профессионального мечника), странную ауру, исходящую от него, и, конечно, паука-нежить, замершего сбоку.

— Возможность? — переспросила она. Голос был пропитан скепсисом. — Обычно «возможности» в этих болотах выглядят как нож в спину. Ты одет как нищий, вооружен трофейным мечом паладинов, который почему-то фонит тьмой, и водишь дружбу с трупами. Ты — ходячий парадокс. А я не люблю загадки.

Она крутанула кинжалы в руках. Лезвия были черными, матовыми, явно сделанными из обсидиана или вулканического стекла. Оружие для убийства магов — не проводит ману, пробивает щиты.

— Загадки стоят дорого, — спокойно ответил Малакар. Он не опускал меч, но и не делал агрессивных движений. — Но ответы могут стоить еще дороже. Ты здесь ради добычи, верно? «Сердце Улья»? Или, может быть, сокровищница древнего Лича?

Глаза девушки сузились. — Откуда ты знаешь про Сердце? — Птичка напела, — Малакар коснулся кармана, где лежал приказ Алого Рассвета. — Но эта птичка сказала мне еще кое-что. Сюда идет 4-й Экспедиционный Корпус. Паладины. Инквизиторы. Тяжелая кавалерия света.

Это возымело эффект. Девушка напряглась еще сильнее, но теперь вектор её угрозы сместился. Паладины были естественными врагами для таких, как она. — Когда? — коротко спросила она. — На рассвете они будут здесь, — солгал Малакар. На самом деле он не знал точного времени, но страх — лучший мотиватор. — Они оцепят периметр и начнут зачистку. Сожгут здесь всё: и нежить, и руины, и воров, которые не успели уйти.

Он сделал шаг назад, опуская острие меча к земле. Демонстрация мирных намерений. — У нас есть одна ночь. Ты знаешь, как двигаться в тенях. Я знаю, как управлять мертвыми и... как обходить магические ловушки. По отдельности мы либо умрем от рук Лича, либо нас казнят паладины. Вместе мы можем забрать самое ценное и исчезнуть до того, как начнется резня.

Девушка молчала, взвешивая варианты. Малакар видел, как колеблется её аура. Жадность боролась с осторожностью. Внезапно она исчезла. Просто растворилась в тумане.

Малакар не дернулся. Его паук зашипел, разворачиваясь влево, но Малакар ментально приказал ему: «Стоять». Он почувствовал холод металла у своего горла. Она стояла за его спиной. Он даже не услышал шагов.Теневой Шаг. Высокоуровневый навык.

— Одно неверное движение, и я перережу тебе сухожилия, — прошептала она ему на ухо. — Как тебя зовут, некромант? — Малакар, — ответил он, стараясь не сглатывать, чтобы не коснуться кадыком лезвия. — Я — Векс. И если ты попытаешься скормить меня своему пауку, я вырежу твои глаза и заставлю их съесть.

Лезвие исчезло от горла. Векс вышла вперед, убирая кинжалы в ножны на бедрах. — Ты прав насчет паладинов. Я видела их разведчиков на южном тракте. Они близко. У меня заказ на один гримуар из башни Лича. Остальное — твое. — Договорились, — кивнул Малакар. — Мне нужно... ядро. Сердце Улья.

Векс фыркнула. — Амбициозно. Это источник силы всей местной нежити. Если ты вытащишь его, вся эта армия рухнет. Но сначала нам нужно пройти через них.

Она указала рукой на руины, выступающие из тумана. — Там три кольца обороны. Внешнее — скелеты-воины. Тупые, но их много. Среднее — умертвия и гули. Эти чуют живых за сотню метров. И внутреннее — сама башня. Там полно ловушек и, говорят, ученики Лича.

Малакар посмотрел на свой Оскверненный Клинок, затем на паука. — Гули — это проблема, — согласился он. — Но у меня есть маскировка.

Он подошел к пауку. Тот послушно присел. Малакар провел рукой по его панцирю, собирая немного слизи и трупного яда, и... начал размазывать это по своей одежде. Векс скривилась. — Фу. Ты серьезно? — Запах, — пояснил Малакар. — Мертвые не видят нас так, как живые. Они реагируют на тепло и запах жизни. Эта гадость перебьет мой запах. Тебе советую сделать то же самое.

Векс посмотрела на него с отвращением. — У меня есть Плащ Теней. Он скрывает запах и звук. Я не буду мазаться кишками паука, спасибо. — Твой выбор, — пожал плечами Малакар. — Но если на тебя набросится стая, не жди, что я буду тебя спасать.

Они двинулись вперед. Векс шла первой. Она двигалась невероятно плавно, словно текла между кочками и корнями. Ни одна ветка не хрустнула под ее ногами. Малакар старался не отставать, хотя его тяжелые сапоги и ряса не были предназначены для стэлс-миссий. Паук семенил сбоку, его многосуставчатые лапы бесшумно перебирали грязь.

Через десять минут они достигли внешнего периметра. Здесь бродили скелеты. Сотни. Они стояли по колено в воде, их пустые глазницы горели тусклым синим огнем. Ржавые мечи, копья, остатки древней брони. Они не просто стояли — они патрулировали.

— Слишком плотный строй, — прошептала Векс, присев за обломком стены. — Мы не проскользнем незамеченными. Придется снимать часовых. Она достала из подсумка несколько метательных ножей. — Я беру левых двоих. Ты правого. Справишься тихо?

Малакар посмотрел на скелета справа. Тот стоял у пролома в стене, держа в руках старый арбалет. Если использовать меч — будет лязг. Если использовать магию — будет вспышка.

— У меня есть идея получше, — прошептал Малакар. Он закрыл глаза и сосредоточился на связи с пауком.«Вперед. Обойди. Отвлеки».

Костяной Ловчий сорвался с места. Он не побежал к скелетам. Он побежал в сторону, к группе гнилых деревьев, на которых висели какие-то странные коконы. Паук ударил лапой по стволу, потом издал резкий, визжащий звук и выпустил струю кислоты в воду.ШШШШ!Звук был громким.

Все головы скелетов мгновенно повернулись на шум. Строй дрогнул. Часовые двинулись проверять источник звука, оголяя проход.

— Умно, — признала Векс. — Используешь питомца как приманку? Жестоко. — Эффективно, — поправил Малакар. — Вперед. Пока они тупят.

Они рванули через пролом. Векс двигалась быстрыми перебежками, от тени к тени. Малакар следовал за ней, стараясь не чавкать грязью. Они проскочили внешнее кольцо за минуту, оказавшись в лабиринте разрушенных городских улиц. Здесь туман был гуще, и пахло иначе. Гнилым мясом.

— Второе кольцо, — Векс остановилась, прижавшись к стене дома. — Гули. Из тумана донеслось низкое рычание. Малакар выглянул из-за угла. По улице, сгорбившись, передвигались существа. Гуманоиды с серой кожей, длинными руками и пастями, полными игл. Они не ходили, они нюхали землю. Их было трое. И они шли прямо к их укрытию.

Векс напряглась. — Мой плащ скрывает, но на такой дистанции... — Они голодны, — заметил Малакар. — Посмотри на их животы. Впалые. Хозяин их плохо кормит.

Он полез в сумку. Там лежало яблоко, украденное в таверне, и кусок вяленого мяса мародера. — Что ты делаешь? — прошипела Векс. — Кормлю собак, — ухмыльнулся Малакар. Он взял мясо, быстро начертил на нем ногтем руну. «Зов Крови». Простейшая магия приманки, усиливающая запах плоти в десять раз. Затем он швырнул кусок далеко в переулок, в противоположную сторону от их пути.

Мясо шлепнулось в лужу. Гули замерли. Их ноздри раздулись. Руна сработала — для них этот кусочек вяленины теперь пах как свежий, истекающий кровью бык. С диким визгом твари развернулись и бросились в переулок, начиная драку за еду.

— Путь свободен, — сказал Малакар. — Но нам нужно спешить. Драка привлечет остальных.

Векс посмотрела на него с новым интересом. — Ты странный маг. Ты не бьешь молниями, ты... манипулируешь. — Сила не всегда в разрушении, Векс, — ответил он, направляясь вглубь руин. — Сила в контроле.

Они углубились в город. Впереди возвышалась Башня Некроманта — черный шпиль, вокруг которого кружились призраки. Но у подножия башни их ждало препятствие, которое нельзя было отвлечь куском мяса.

Ворота во внутренний двор охраняло нечто огромное. Сшитое из тел разных существ, высотой в три метра, с огромным тесаком в одной руке и крюком в другой.Мясник-Поганище.

Векс тихо выругалась. — Эту тварь не обойти. У него глаза на затылке. Буквально. Малакар оценил монстра. — Элитный страж. Толстая кожа, сопротивление магии. Но... — он прищурился, активируя Взор Бездны. — У него есть швы. Грубые швы.

— У тебя есть план? — спросила Векс, доставая кинжалы. — Потому что мой план — это ударить его в шею и молиться, чтобы он сдох раньше меня. — Твой план плохой, — отрезал Малакар. — Он тебя раздавит. Нам нужно его уронить. Он посмотрел на своего паука, который вернулся к ним, тихо семеня по стене. — Паутина, — сказал он. — У Ткачей есть железы, вырабатывающие клейкую сеть. Мой миньон слаб, он не удержит его надолго. Но он может спутать ему ноги.

— А потом? — А потом я ударю его своим мечом. В швы. Оскверненная сталь замедлит регенерацию. А ты... ты должна будешь забраться на него и найти его «контролирующий кристалл». Обычно он в затылке или в груди.

Векс вздохнула. — Я буду жалеть об этом, я знаю. Ладно. Давай сделаем это.

Они вышли из укрытия. Мясник повернул свою уродливую голову. Три пары глаз, пришитых в разных местах лица, сфокусировались на них. — СВЕЖЕЕ... МЯСО... — проревел монстр голосом, звучащим как скрежет камней.

Малакар поднял меч. — Начинаем.

Земля дрогнула, когда Мясник сделал первый шаг. Для существа весом в полтонны он двигался пугающе быстро. Его огромный тесак, покрытый коркой засохшей крови, взлетел вверх, закрывая собой тусклую луну.

— В рассыпную! — крикнул Малакар.

Он и Векс метнулись в разные стороны за мгновение до того, как лезвие обрушилось на брусчатку. Удар был чудовищной силы: камни брызнули во все стороны, как шрапнель, оставив в земле глубокую борозду. Мясник взревел, выдергивая оружие, и его многочисленные глаза начали хаотично вращаться, выбирая жертву.

— Ловчий! — ментально скомандовал Малакар. — Ноги!

Паук-зомби, до этого прятавшийся в тени статуи, выскочил на свет. Он не стал сближаться, помня, что один удар монстра превратит его в лепешку. Вместо этого он развернулся задом и выстрелил струей белесой, клейкой субстанции прямо в колени Мясника. Паутина, усиленная магией некротита, мгновенно затвердела на воздухе, сковывая суставы гиганта.

Мясник попытался сделать шаг, но ноги спутались. Он пошатнулся, рыча от ярости, и начал рвать путы свободной рукой с крюком. — Сейчас! — крикнул Малакар.

Это был его выход. Пока монстр отвлекся на паутину, Малакар рванул вперед. Он не был воином. Его техника бега была ломаной, дыхание сбивалось, но он знал анатомию. Он видел швы. Мясник был сшит из кусков. И самым слабым местом было соединение бедра и туловища. Там кожа была натянута слишком сильно.

Малакар вошел в подкат, проскальзывая по мокрой грязи под замахнувшимся крюком. Ветер от удара взъерошил его волосы. Оказавшись сбоку, он с размаху вонзил Оскверненный Клинок в бедро монстра. Металл встретил сопротивление жесткой кожи, но прошел сквозь неё. И тут сработала тьма. Черная сталь не просто резала. Она заражала.

В месте удара плоть мгновенно почернела и начала осыпаться пеплом. Некротическая энергия меча вступила в конфликт с магией, оживляющей Мясника. Монстр взвыл — звук был похож на гудок паровоза. Он дернулся так сильно, что Малакара отбросило в сторону ударом колена. Бывший архимаг пролетел пару метров и жестко приземлился на спину, выронив меч. Воздух выбило из легких. Перед глазами поплыли круги.

— Векс! — прохрипел он, пытаясь вдохнуть. — Твой... выход...

Мясник, забыв о паутине, развернулся к маленькому человечку, причинившему ему такую боль. Он занес тесак для добивающего удара. Его глаза горели безумной ненавистью. Он уже не видел ничего вокруг, кроме Малакара. Именно этого они и добивались.

Тень за спиной гиганта сгустилась. Векс не бежала по земле. Она взбежала по спине монстра, цепляясь кинжалами за грубую кожу и торчащие куски брони, как альпинист. Мясник почувствовал вес на спине и начал крутиться, пытаясь сбросить "паразита", но было поздно.

Векс добралась до затылка. Там, среди складок жира и грубых стежков, пульсировал зеленым светом кристалл, вживленный прямо в позвоночник. — Спокойной ночи, уродец, — прошептала она.

Она вогнала оба кинжала крест-накрест под кристалл и резко развела руки в стороны.ХРУСТЬ!Кристалл вылетел из гнезда, брызнув едкой зеленой жижей.

Мясник замер. Его поднятая рука с тесаком застыла в высшей точке замаха. Глаза погасли все разом. Туша качнулась, постояла секунду, словно раздумывая, падать или нет, и с грохотом рухнула вперед, едва не придавив Малакара, который успел откатиться в последний момент.

Тишина накрыла двор. Только дождь стучал по огромной спине поверженного стража.

Векс спрыгнула с туши, изящно приземлившись на ноги. Она брезгливо вытерла кинжалы о траву. — Это было... громко, — заметила она, глядя на Малакара, который с трудом поднимался на ноги. — Ты жив?

Малакар ощупал ребра. Целы, но синяк будет огромным. — Жить буду, — проворчал он, поднимая свой меч. — Отличная работа. Ты быстрая. — А ты безумный, — она кивнула на черное пятно на ноге монстра, где ударил меч. — Что это за магия? Она разъела плоть поганища за секунды. Это не просто тьма. Это... разложение.

— Профессиональный секрет, — уклонился от ответа Малакар.

Он подошел к голове Мясника. — Ловчий, ко мне. Паук выбрался из укрытия, прихрамывая (видимо, его зацепило осколком камня), и подошел к хозяину. Малакар посмотрел на тушу. Оставлять такой ресурс было жалко. Но времени на полный ритуал поднятия не было. Однако он мог взять трофеи.

Он подошел к отрубленной руке с крюком. — Этот металл... — он постучал мечом по крюку. — Зачарованное железо. Помоги мне отрубить это. Векс фыркнула, но подошла. Вдвоем они отделили тяжелый крюк от плоти. — Зачем тебе этот мусор? — спросила она. — Это не мусор. Это материал для улучшения моего миньона, — объяснил Малакар. — Если пришить этот крюк пауку вместо оторванной лапы... он станет опаснее.

Векс посмотрела на него как на сумасшедшего. — Ты больной ублюдок, Малакар. Мне это нравится.

Пока Малакар возился с крюком, привязывая его к спине паука (как временную ношу), Векс обыскала тело гиганта. — Ключ, — она подбросила в воздух массивный чугунный ключ на цепи. — От главных дверей.

Они подошли к входу в Башню. Огромные двустворчатые двери были покрыты барельефами кричащих лиц. Векс вставила ключ в скважину. Поворот сопровождался звуком, похожим на стон. Двери отворились.

Изнутри пахнуло не сыростью, а благовониями и... холодом. Они вошли в огромный холл. Пол был выложен черным мрамором, вдоль стен стояли статуи рыцарей в полных латах. В центре зала висела люстра, горящая синим призрачным огнем.

Но зал не был пуст. У широкой лестницы, ведущей наверх, стояли люди. Трое. Одеты в мантии учеников. Лица скрыты капюшонами, в руках посохи. А перед ними, в защитном круге, левитировала книга. Тот самый Гримуар, за которым пришла Векс? Нет, слишком просто.

Один из учеников шагнул вперед, откидывая капюшон. Молодой парень с бледным лицом и татуировками на шее. — Мы почувствовали смерть Стража, — его голос эхом разнесся по залу. — Кто посмел нарушить покой Мастера?

Векс шагнула в тень колонны, исчезая из виду. Она оставила Малакара одного в центре зала. — «Спасибо, напарница», — саркастично подумал он.

Малакар выпрямился, опираясь на меч. Он выглядел жалко: грязный, в рваной рясе, измазанный слизью паука. Но он улыбался. — Я не нарушитель, — громко сказал он, и его голос наполнился властной интонацией древнего мага. — Я — аудит. Ваш Мастер провалил защиту периметра. Страж убит. Барьеры сняты. А вы... вы стоите здесь и болтаете, вместо того чтобы готовиться к смерти.

Ученики переглянулись. Они были молоды, неопытны и напуганы. Самоуверенность этого оборванца сбила их с толку. — Аудит? — неуверенно переспросил лидер. — От кого? От Совета Мертвых?

— От Алого Рассвета, идиоты! — рявкнул Малакар, делая ставку на блеф. — Они будут здесь через час. Я пришел забрать самое ценное, пока они не сожгли вас вместе с этой башней. Где Сердце Улья?

Это был рискованный ход. Если они атакуют — ему конец. Трое магов, даже недоучек, разорвут его на части дистанционными заклинаниями. Его единственная надежда — посеять панику и дать Векс время зайти им в спину.

Лидер учеников нахмурился. — Ты лжешь. От тебя несет не Светом, а гнилью. Ты — вор! Братья, убить его!

Посохи вспыхнули. Три сгустка зеленого пламени сорвались с наверший и полетели в Малакара. Он не мог блокировать магию мечом. Он не мог уклониться от самонаводящихся снарядов. — Барьер Кости! — выкрикнул он, вливая последние крохи маны в землю перед собой.

Из мраморного пола вырвались острые костяные ребра, образуя подобие щита. Взрыв. Осколки костей и камня брызнули во все стороны. Малакара отбросило назад, ударив спиной о статую. Щит разлетелся вдребезги, поглотив урон, но ударная волна контузила его.

Он лежал на полу, в ушах звенело. Сквозь звон он слышал голос лидера: — Добейте его.

Ученики начали читать второе заклинание. Более мощное. Малакар попытался поднять руку, но тело не слушалось. «Конец?» — промелькнула мысль.

И тут за спинами учеников возникла Векс. Как демон мщения. Она не стала тратить время на пафосные речи. Первый удар — кинжал в горло крайнему справа. Второй удар — подсечка лидеру и удар ногой в лицо третьему.

Строй рассыпался. Заклинание сорвалось, взорвавшись в руках у третьего ученика, опалив ему лицо. Векс танцевала среди них. Это был не бой, это была казнь. Она была слишком быстрой для магов, привыкших стоять на месте и кастовать.

Лидер, лежа на полу и зажимая разбитый нос, попытался отползти. — Стой! — крикнул он. — Я сдамся! Я все расскажу!

Векс замерла, приставив кинжал к его глазу. — Малакар! — крикнула она, не оборачиваясь. — Этот еще жив. Нужен?

Малакар сплюнул кровь и с трудом поднялся. — Нужен, — хрипло ответил он, подходя к дрожащему ученику. — Он проведет нас к Сердцу. И... он станет моим донором.

Его глаза вспыхнули багровым светом. Он потратил всю ману на щит. Ему нужно было «подзарядиться». А живой маг — это лучший эликсир.

Малакар схватил ученика за горло. Тот дернулся, пытаясь вырваться, но хватка бывшего Архимага была железной. — Не дергайся, — тихо сказал Малакар. — Будет больнее.

Он активировал Поглощение. Но на этот раз он не выпивал душу до дна. Он пил осторожно, как гурман пьет дорогое вино через трубочку. Он вытягивал ману, смешанную с жизненной силой. Кожа ученика посерела, глаза закатились, изо рта пошла пена. Малакар чувствовал, как энергия вливается в него — горячая, с привкусом животного ужаса. Ушибленная спина перестала болеть, звон в ушах стих. Резерв маны заполнился на треть.

— Хватит, — сказала Векс, брезгливо вытирая кинжал о мантию убитого ею другого ученика. — Если ты превратишь его в овощ, он не сможет открыть двери.

Малакар разжал пальцы. Ученик рухнул на колени, хватая ртом воздух. Он выглядел постаревшим на десять лет: волосы поседели прядями, руки тряслись. — Вставай, — приказал Малакар, пнув его носком сапога. — Как тебя зовут? — Г-гарен... — просипел парень. — Отлично, Гарен. Ты поведешь нас наверх. К Лаборатории Возвышения. И если хоть одна ловушка сработает... я скормлю твою печень моему пауку. Пока ты будешь смотреть.

Паук-Ловчий, словно понимая слова, щелкнул жвалами у лица Гарена. Ученик заскулил и поспешно закивал.

Они двинулись вверх по винтовой лестнице. Гарен шел первым, шатаясь от слабости. За ним — Векс, замыкал шествие Малакар. Подъем был долгим. Башня изнутри казалась больше, чем снаружи — искривление пространства, типичное для жилищ высшей нежити. Дважды Гарен останавливался, чтобы деактивировать рунные растяжки на ступенях. Он делал это дрожащими руками, но страх перед Малакаром был сильнее страха перед гневом учителя.

Наконец, они достигли вершины. Огромные двери из черного дерева, инкрустированные костью, были заперты. — Ключ у Мастера... — прошептал Гарен. — Или... нужна кровь добровольца. — У нас есть доброволец, — Малакар схватил руку Гарена и поднес её к замку, в котором торчал шип. Он с силой насадил ладонь ученика на острие. Кровь потекла в желоба на двери. Механизм щелкнул, и створки бесшумно разошлись.

Они вошли в святая святых. Это была не просто лаборатория. Это был операционный театр. В центре зала, под куполом, через который был виден ночной шторм, стоял огромный чан из прозрачного стекла. Внутри, в зеленоватом растворе, плавало Оно.

Сердце Улья.Это был не артефакт. Это был живой орган. Гигантское, пульсирующее сердце, сшитое из десятков человеческих сердец. От него отходили трубки и кабели, уходящие в пол и стены башни. Оно билось, и с каждым ударом по башне расходилась волна некротической энергии. Именно это сердце питало всю нежить в Серой Топи.

А рядом с чаном, на пюпитре, лежала книга в переплете из черной чешуи. Цель Векс.

— Впечатляет, — выдохнула ассасин. Она метнулась к пюпитру, схватила книгу и сунула её в сумку. — «Кодекс Теней». Заказ выполнен. Твоя очередь, некромант.

Малакар подошел к чану. Внутри сердца он видел ядро — тот самый плотный сгусток концентрата смерти. Если он поглотит это... он прыгнет сразу на 5-й, а то и 10-й уровень. Или разорвет свое слабое тело в клочья. Риск был колоссальным.

— Гарен, — не оборачиваясь, спросил Малакар. — Где твой Мастер? Ученик, прижимающий пробитую руку к груди, всхлипнул: — Он... он ушел. В Нижние Миры. Он сказал, что здесь ему стало тесно. Сердце работает само по себе.

— Бросил хозяйство на самотек, — цокнул языком Малакар. — Типично.

Он поднял меч, собираясь разбить стекло чана. Но в этот момент мир содрогнулся.БУМ!Звук был таким, словно небо упало на землю. Башня качнулась так сильно, что Векс едва устояла на ногах, а Гарен упал. Стеклянный купол над их головами треснул. Сквозь трещины ударил ослепительно-белый луч света. Он прожег дыру в полу в метре от Малакара, оставив дымящийся кратер.

— Началось, — Векс подбежала к краю зала и выглянула в узкое окно-бойницу. Ее лицо, обычно скрытое маской безразличия, побледнело. — Малакар... тебе лучше на это взглянуть.

Малакар подошел к окну. Серая Топь горела. Туман рассеялся под натиском сотен факелов и магических огней. Внизу, у основания руин, стояла армия. Не отряд. Не патруль. Армия. Ряды рыцарей в сияющих доспехах. Осадные машины, заряженные сферами света. И в центре — гигантская фигура в золотой броне, верхом на закованном в сталь грифоне.

— Генерал Люциус, — узнал его Гарен, подползая к окну. — «Бич Мертвых». Мы все умрем...

Снаружи раздался усиленный магией голос, от которого задрожали стекла: — ОБИТАТЕЛИ БАШНИ! ИМЕНЕМ АЛОГО РАССВЕТА, ВЫ ОКРУЖЕНЫ. СДАВАЙТЕСЬ И ПРИМИТЕ ОЧИЩЕНИЕ, ИЛИ БУДЕТЕ ИСПЕПЕЛЕНЫ ВМЕСТЕ С ВАШИМ ГНЕЗДОМ!

В ответ на голос Сердце Улья в чане забилось быстрее. Башня загудела. Автоматическая защита активировалась. Стены начали светиться фиолетовым. Из бойниц башни вылетели стаи призраков, атакуя паладинов. Битва началась. И они были в эпицентре.

— Мы в ловушке, — констатировала Векс, доставая кинжалы. — Вниз нельзя — там армия. Здесь оставаться нельзя — они снесут верхушку башни катапультами через пять минут.

Малакар посмотрел на Сердце, потом на армию внизу, потом на свой гримуар Химерологии. В его голове родился план. Безумный, суицидальный план, достойный Душегуба.

— Гарен, — Малакар повернулся к ученику. — Ты умеешь управлять потоками Сердца? — Д-да... немного... — Отлично. Перегрузи его. — Что?! — Гарен вытаращил глаза. — Оно взорвется! Мы разнесем пол-округа! — Не взорвется, если мы направим энергию, — Малакар хищно улыбнулся. — Мы не будем взрывать его. Мы... используем его как транспорт.

Он повернулся к Векс. — Ты боишься высоты? — Я ничего не боюсь, кроме скуки. А сейчас становится слишком весело. — Тогда держись за что-нибудь крепкое.

Малакар замахнулся мечом и с силой ударил по стеклу чана. Стекло лопнуло. Зеленая жижа хлынула на пол. Сердце, лишенное среды, начало судорожно сокращаться. Малакар вонзил Оскверненный Клинок прямо в мясистую плоть Сердца. — СЛИЯНИЕ! — взревел он, активируя знания из гримуара Химерологии.

Он не поглощал Сердце. Он пришивал Башню к Сердцу, а Сердце — к своей воле. Стены задрожали. Камень застонал. Башня Некроманта, древний шпиль из черного камня, начала... отрываться от земли.

Снаружи паладины в ужасе смотрели вверх. Верхушка башни, охваченная фиолетовым пламенем и черными молниями, с жутким скрежетом отломилась от основания и начала медленно, вопреки гравитации, подниматься в небо, как гигантская каменная ракета.

Малакар стоял в центре хаоса, держась за рукоять меча, торчащего из Сердца, как капитан за штурвал. Энергия текла сквозь него, выжигая вены, но он хохотал. — Вы хотели очистить это гнездо, Люциус?! — кричал он в рев урагана. — Так ловите!

Он ментально направил отколовшийся кусок башни в сторону... нет, не на армию (слишком рано). В сторону гор. Они улетали. На куске скалы, движимом некротической тягой.

Векс, вцепившаяся в колонну, смотрела на Малакара широко раскрытыми глазами. — Ты... абсолютный... псих!

Гарен просто лежал в углу и молился всем богам, которых знал.

Глава 5: Гнездо на Вершине Мира

Полет не был похож на плавное парение птицы. Это было падение, растянутое во времени усилием воли. Оторванная верхушка Башни Некроманта — сотни тонн черного камня, мрамора и металла — неслась сквозь ночное небо, оставляя за собой шлейф из фиолетового дыма и статических разрядов.

Малакар стоял на коленях перед пульсирующим Сердцем Улья. Его руки, сжимающие рукоять Оскверненного Клинка, вонзенного в плоть органа, почернели до локтей. Кожа дымилась. Он был проводником, живым кабелем, соединяющим безумную энергию мертвого сердца с левитационной матрицей башни.

Боль была запредельной. Казалось, что через его вены пропускают расплавленное стекло. Но Малакар смеялся. Это был смех сквозь стиснутые зубы, дикий и хриплый. Он чувствовал мощь. Впервые за триста лет он оперировал энергией уровня Архимага, пусть и заемной.

— Высота падает! — крик Векс едва пробился сквозь рев ветра. Ассасин вжалась в угол зала, обхватив руками мраморную колонну. Её маска слетела, обнажив бледное лицо, искаженное смесью ужаса и восторга. — Мы теряем тягу!

— Я знаю! — прорычал Малакар. — Сердце выдыхается! Оно не рассчитано на такой вес!

Гарен, ученик некроманта, лежал плашмя на полу, вцепившись ногтями в стыки плит. Его тошнило от магической качки. — Мы разобьемся... мы все умрем... — скулил он.

Малакар бросил быстрый взгляд в пролом стены. Внизу, далеко позади, остались огни армии Алого Рассвета. Они превратились в крошечные искры. Теперь под ними проносились темные, заснеженные пики горного хребта «Клыки Дракона». Это было дикое место. Здесь не жили люди. Здесь жили виверны, ледяные тролли и вещи пострашнее. Идеальное место для тайного логова.

— Мы не разобьемся, — процедил Малакар. — Мы совершим... тактическое приземление. Гарен! Встать! Ученик замотал головой. — ВСТАТЬ, Я СКАЗАЛ! — голос Малакара, усиленный магией, ударил как хлыст. Гарен, всхлипывая, поднялся на четвереньки. — Ползи сюда! Мне нужен второй контур! Замкни потоки на левое крыло башни! Быстро!

Парень подполз к Сердцу. Его руки тряслись, но он начал плести руны стабилизации, как учил его сбежавший учитель. — Держи ритм! — скомандовал Малакар. — Векс, приготовься! Будет жестко!

Впереди показалось плато. Огромная, плоская вершина горы, укрытая вечными снегами. Это было единственное место в радиусе ста миль, куда можно было уронить эту махину, не развалив её на куски. — Садимся! — заорал Малакар.

Он выдернул меч из Сердца. Поток энергии прервался мгновенно. Антигравитация исчезла. Сотни тонн камня рухнули вниз с высоты пятидесяти метров.

Секунда невесомости. А потом — удар.

КРАК-БУМ!

Звук был таким, словно раскололась сама планета. Малакара подбросило в воздух. Он врезался в потолок (который теперь стал полом, или наоборот?), отлетел в сторону и ударился о что-то мягкое — кажется, о Гарена. Стены башни заскрежетали. Камень крошился, металл визжал. Вся конструкция проскользила по льду и камням плато добрых сто метров, высекая фонтаны искр и снега, прежде чем врезаться в скальный выступ и замереть.

Тишина. Абсолютная, звенящая тишина, пришедшая на смену хаосу. Только ветер завывал в проломах стен, да где-то капала какая-то жидкость.

Малакар открыл глаза. Он лежал в куче обломков. Сверху на него сыпалась каменная крошка. Все тело болело так, словно его прожевал дракон и выплюнул. — Статус... — прохрипел он.

Перед глазами не всплыло никаких системных окон. Только красная пелена боли. Он пошевелил пальцами. Работают. Ногами. Целы. Он с трудом сел, сбрасывая с себя кусок гобелена. Зал Операций превратился в руины. Стеклянный купол исчез полностью. Ветер заносил внутрь снег. Чан с Сердцем Улья опрокинулся, но само Сердце уцелело — оно пульсировало слабо, судорожно, лежа в луже питательного раствора, который быстро замерзал на морозе.

— Эй... — позвал он. — Кто живой?

Куча щебня у колонны зашевелилась. Из-под обломков выбралась Векс. Она выглядела потрепанной: костюм порван в нескольких местах, на лбу ссадина, но двигалась она с прежней грацией. — Это было... — она сплюнула кровь на белый снег, — ...самое ужасное и самое крутое, что я делала в жизни. Ты псих, Малакар.

— Я предпочитаю термин «визионер», — Малакар попытался встать, но ноги подкосились. Пришлось опереться на Оскверненный Клинок, который, к счастью, не вылетел из руки при ударе.

— А где наш нытик? — спросила Векс, оглядываясь. Из-под перевернутого стола донесся стон. Гарен выполз наружу, держась за голову. — Меня тошнит... — пробормотал он и тут же подтвердил свои слова делом.

— Живой, — констатировал Малакар. — И даже полезный. Без твоей помощи мы бы превратились в лепешку.

Он огляделся. Они были на вершине мира. Вокруг расстилались только пики гор и облака. Воздух был разреженным, ледяным. Дышать было трудно. — Мы высоко, — заметил он. — Тысяч пять метров, не меньше. Паладины сюда не доберутся. Осадные орудия не пройдут по перевалам, а пехота сдохнет от холода. — Как и мы, — резонно заметила Векс, обнимая себя за плечи. — Здесь минус двадцать. У нас нет еды, нет топлива, а башня — это груда камней с дырами вместо окон.

Малакар подошел к Сердцу Улья. Орган умирал. Без подключения к системе, на холоде, он угасал. — У нас есть топливо, — сказал Малакар, касаясь теплой плоти Сердца. — И у нас есть источник тепла. Гарен! Ученик вздрогнул. — Д-да? — Ты знаешь схему жизнеобеспечения башни? — Знаю... но трубы порваны, каналы разрушены... — Чини, — приказал Малакар. — Используй обломки. Используй магию. Используй свои сопли, если придется. Нам нужно замкнуть малый контур. Подключить Сердце к системе отопления зала. Только зала. На всю башню энергии не хватит. У тебя час, прежде чем мы замерзнем насмерть.

Гарен кивнул и, шатаясь, побрел к разбитым панелям управления.

Малакар повернулся к Векс. — А ты... посмотри наружу. Мне нужно знать, насколько мы заметны и есть ли здесь кто-то еще. Следы, пещеры, звери. — Я тебе не служанка, — огрызнулась она, но без злобы. — Нет. Ты начальник службы безопасности нашей новой... базы.

Векс хмыкнула, поправила кинжалы и исчезла в проломе стены, растворившись в снежной вихре.

Малакар остался один (не считая копошащегося Гарена). Он подошел к краю пролома и посмотрел вниз. Пропасть уходила в бесконечность. Он сделал это. Он выжил. Он украл кусок могущества у врага и скрылся. Но цена была высока.

Он посмотрел на свои руки. Чернота не сходила. Вены вздулись, став похожими на черных червей под кожей.Системное предупреждение:Критическая перегрузка каналов. Тело разрушается. Статус: Некроз тканей (15%).

— Мне нужно новое тело, — прошептал он, глядя на почерневшие пальцы. — Этот сосуд не выдержит следующего скачка силы. Но сначала... нужно укрепить то, что есть.

Внезапно он почувствовал легкое шевеление в своем сознании.Связь.Костяной Ловчий. Паук. Во время крушения он приказал миньону зацепиться снаружи башни. — Жив? — мысленно спросил он. Ответ пришел в виде эмоции: боль, холод, голод. Паук выжил, но был поврежден.

Малакар вздохнул и сел прямо на снег, нанесенный в зал. — Первый шаг сделан, — сказал он пустоте. — Я построил замок из песка. Теперь нужно превратить его в камень.

Он достал Гримуар Химерологии. Холодные страницы манили. Теперь, когда у него была лаборатория (пусть и разбитая), Сердце (источник энергии) и время... он мог начать творить по-настоящему.

Час прошел в напряженном молчании, нарушаемом лишь свистом ветра и тихим бормотанием Гарена. Ученик ползал вокруг чана с Сердцем Улья, соединяя разорванные кабели и вычерчивая на полу новые контуры из порошка толченого угля, который нашел в руинах камина.

Малакар наблюдал за ним, сидя на обломке колонны. Его тело била крупная дрожь — холод проникал под кожу, замораживая даже магически усиленную кровь. Некроз на руках пульсировал тупой болью, словно напоминая: «Время уходит». Но он не вмешивался. Гарен знал эту систему лучше. Это был экзамен. Если парень не справится с батареей, он бесполезен.

Внезапно Сердце дернулось. Оно сократилось — раз, другой. Жидкость в чане забурлила. По полу пробежала искра. Руны, начерченные углем, вспыхнули ядовито-зеленым светом. Гул. Сначала низкий, на грани слышимости, затем нарастающий. Трубы, идущие вдоль стен (те, что уцелели), завибрировали.

— Есть! — выдохнул Гарен, падая на спину. Его лицо было перемазано сажей, но глаза сияли триумфом. — Замкнул малый круг! Теплообменники запущены!

Из вентиляционных решеток в полу пошел воздух. Он пах гнилью и озоном, но он был горячим. Малакар закрыл глаза, наслаждаясь волной тепла, омывающей лицо. Температура в зале начала стремительно подниматься. Снег, наметенный в углы, потемнел и начал таять, превращаясь в грязные лужи.

— Неплохо, — скупо похвалил Малакар. — Но это временное решение. Сердце работает на износ. Ему нужна подпитка. Биомасса. Или души. — Я... я могу настроить сбор фоновой магии, — предложил Гарен, поднимаясь. — Здесь, в горах, фон высокий. Но это медленно. — Начни с этого. А потом придумаем, кого бросить в топку.

Малакар встал. Тепло вернуло подвижность суставам. Теперь — вторая задача. Оборона. Векс все еще не вернулась. Если она наткнется на кого-то серьезного, она просто сбежит (и будет права). Базе нужен страж, который не знает страха и не требует зарплаты.

Малакар подозвал своего паука. Костяной Ловчий выполз из тени. Он выглядел жалко. Две лапы сломаны при падении, панцирь треснул, из брюшка сочилась сукровица. Он пережил бой с Мясником и падение с небес, но был на грани окончательной смерти.

— Ты хорошо послужил, — сказал Малакар, кладя руку на голову существа. — Но в таком виде ты бесполезен. Пора эволюционировать.

Он открыл Гримуар Химерологии. Раздел «Модификация низшей нежити». «Замена конечностей». «Усиление каркаса». «Интеграция стали». Малакар посмотрел на Крюк Мясника, который они притащили с собой. Тяжелое, зачарованное железо. Идеальное оружие. Но паук был слишком мал для такого груза. Значит, нужно перестроить паука.

— Гарен, тащи инструменты, — скомандовал Малакар. — Всё, что найдешь: ножи, пилы, щипцы. — Мы будем... лечить его? — удивился ученик. — Мы будем его улучшать.

Операция началась прямо на полу, в свете мерцающих рун отопления. Малакар действовал без анестезии — нежити она не нужна. Он ампутировал сломанные лапы паука. Хруст кости звучал сухо и деловито. Затем он вскрыл грудной отдел твари. — Держи расширитель, — бросил он побледневшему Гарену. — Не вздумай блевать в рану.

Малакар начал вживлять Крюк Мясника. Не просто привязывать, а сращивать металл с костью. Он использовал технику «Костяной Сварки», описанную в книге. Мана текла с кончиков его пальцев, расплавляя края кости и заставляя их обволакивать железо. Крюк занял место правой передней лапы, став смертоносным протезом.

Но этого было мало. Паук стал тяжелее на одной стороне. Нужен баланс. Малакар осмотрел кучу мусора. — Лист обшивки, — он указал на кусок металла, оторванный от стены башни. — И вон те пружины из механизма двери.

Следующий час он занимался тем, что укреплял оставшиеся лапы паука металлическими пластинами, прикручивая их прямо к хитину, и усиливал суставы пружинами для прыжка. Это была грубая, варварская инженерия. Смесь некромантии и стимпанка.

В финале он использовал остатки жидкости из Сердца Улья, чтобы смазать новые механизмы. — Встань, — прошептал Малакар, заканчивая последнюю руну на лбу существа.

Паук дернулся. С лязгом металла о камень он поднялся. Теперь это был не просто костяной зомби. Это был киборг-нежить. Правая лапа заменена огромным крюком. Панцирь усилен стальными пластинами. Из суставов вырывался зеленый пар. Он стал медленнее, но гораздо опаснее.

Создан: Бронированный Потрошитель (Ранг: Улучшенный Низший).(Свойства: Повышенная защита. Навык «Тяни-Толкай» (Крюк). Медлительность).

— Назовем тебя... «Хэви», — усмехнулся Малакар.

В этот момент вход в зал — точнее, дыра в стене — потемнел. Вернулась Векс. Она вошла бесшумно, стряхивая снег с плеч. В руках она тащила что-то тяжелое, завернутое в шкуру. Она замерла, увидев Хэви, который с лязгом развернулся в её сторону, щелкая крюком.

— Ты... — Векс покачала головой. — Я оставила тебя на час. А ты уже собрал монстра Франкенштейна из мусора. У тебя талант превращать все в кошмар. — Это комплимент? — спросил Малакар. — Это констатация факта.

Она бросила свою ношу к ногам Малакара. Шкура развернулась. Внутри лежала туша горного козла. И... отрубленная голова. Голова была огромной, с синей кожей, клыками, торчащими из нижней челюсти, и белой шерстью.

— Ледяной Тролль, — опознал Малакар. — Их тут целая стоянка в пещерах под нами, — сообщила Векс, грея руки у вентиляции. — Штук десять. Этот был дозорным. Я сняла его тихо, но скоро они хватятся. — Тролли... — задумчиво протянул Малакар.

Это была плохая и хорошая новость одновременно. Плохая: они в осаде. Десять троллей могут разобрать их базу по камешку. У троллей чудовищная регенерация и сила. Хорошая: Тролли — это много, очень много плотной, живучей биомассы.

Малакар посмотрел на свою почерневшую руку. Кровь тролля. Алхимический ингредиент высшего качества. Основа для зелий регенерации. Если он сможет убить их... он сможет вылечить некроз.

— Мы не сможем обороняться, — сказала Векс, доставая нож и начиная разделывать козла. — Нам нужно укрепить стены. — У нас нет камня и рабочих, — возразил Гарен. — У нас есть лед, — ответил Малакар. — И у нас есть Книга.

Он подошел к голове тролля. — Десять особей. Это племя. У них должен быть вожак. Или шаман. Он положил руку на лоб мертвой твари. Мозг был поврежден кинжалом Векс, но память крови осталась.Образы.Темная пещера. Запах тухлого мяса. Огромный тролль с дубиной из цельного дерева, украшенной черепами. И... что-то блестящее в глубине пещеры. Золото? Нет. Руда. Голубая руда.

Малакар открыл глаза. — Мифрил, — прошептал он. — Они живут в мифриловой жиле.

Это меняло всё. Мифрил — металл, идеально проводящий магию. Если он доберется до этой жилы, он сможет создать артефакты, которые вернут ему былую мощь. — Мы не будем сидеть в обороне, — объявил Малакар. — Мы нанесем превентивный удар.

Векс перестала жевать кусок сырого мяса (козла жарить было некогда). — Ты спятил? Нас трое. Один из нас — калека с черной рукой, второй — трусливый мальчишка, и я. Против стаи троллей? — Ты забыла про Хэви, — Малакар похлопал по стальному боку паука. — И про то, что я — некромант. Каждый убитый тролль встанет в наши ряды. Нам нужно убить только первого. Остальное — цепная реакция.

Он взял голову тролля. — Гарен, готовь котел. Мы будем варить зелье. Мне нужна моя рука рабочей к утру. — А что делать мне? — спросила Векс. — Ешь. Спи. И точи ножи. Завтра мы идем на охоту. Мы захватим их пещеру. Эта башня — просто маяк. Настоящая база будет там, под землей. В тепле и безопасности.

Малакар посмотрел в пролом стены, где выла вьюга. Гнездо на вершине было временным. Но оно дало им шанс. Шанс стать хищниками в этих горах, а не добычей.

Ночь в горах Клыки Дракона была бесконечной. Ветер за стенами башни выл как голодный зверь, но внутри, у единственного работающего вентиляционного шлюза, кипела работа.

Гарен нашел в руинах лаборатории большой медный таз —, кажется, раньше в нем мыли инструменты, но сейчас он стал алхимическим котлом. Под тазом горел огонь, разведенный из обломков мебели. Внутри бурлила густая, бурая жижа. Малакар стоял над котлом. Его лицо было бледным, покрытым испариной. Левая рука, черная от некроза, висела плетью. Он чувствовал, как мертвая ткань медленно ползет выше, к плечу, угрожая добраться до сердца.

— Кровь тролля закипает, — доложил Гарен, помешивая варево длинным железным прутом. — Я добавил сушеный мох и... э-э... тот порошок из банки с черепом, как вы сказали. — Это костная мука высшего вампира, — пояснил Малакар, скривившись от боли. — Мощный катализатор регенерации. Готово? — Думаю, да.

Малакар глубоко вдохнул. — Векс, держи меня. Если я начну дергаться — не дай мне вытащить руку раньше времени. Ассасин подошла сзади, положив руки ему на плечи. — Ты уверен, что это не сварит тебя заживо? — Это либо убьет инфекцию, либо меня. Вариантов нет.

Малакар резко выдохнул и погрузил почерневшую руку в кипящее зелье по самый локоть. Шипение. Запах паленого мяса. Крик застрял у него в горле, превратившись в звериный рык. Боль была ослепляющей. Казалось, тысячи раскаленных иголок впились в каждую пору. Кровь тролля, насыщенная дикой жизненной силой, вступила в реакцию с некрозом Бездны. Это была война на клеточном уровне.

Векс держала крепко, хотя тело мага билось в конвульсиях. — Терпи, чернокнижник, — шептала она, но в ее голосе не было насмешки, только напряжение. — Терпи.

Минута показалась вечностью. Наконец, жидкость в тазу сменила цвет с бурого на прозрачно-серый. Вся сила ушла в пациента. Малакар выдернул руку. Она дымилась. Кожа была красной, как у вареного рака, но... чернота исчезла. Черные вены втянулись. Пальцы согнулись и разогнулись. Сначала с трудом, потом увереннее.

Статус обновлен:Некроз излечен. Получен временный эффект: «Троллья Кровь» (Регенерация +100% на 24 часа. Сопротивление холоду).

Малакар тяжело осел на пол, хватая ртом воздух. — Работает... — прохрипел он, разглядывая новую, розовую кожу на руке. — Я снова в строю.

Остаток ночи прошел в подготовке. Сон был коротким и тревожным. На рассвете буря стихла. Горы засияли под лучами холодного солнца, отражаясь в миллионах ледяных кристаллов. Красота была смертельной.

Малакар, Векс и Гарен стояли у выхода из башни. Рядом возвышался Хэви — бронированный паук-киборг. — План простой, — сказал Малакар, натягивая перчатки (найденные в вещах учеников). — Векс — разведка. Снимаешь часовых, если сможешь. Хэви — танк. Он идет первым, принимает удар. Я и Гарен — поддержка. — Я? — пискнул Гарен. — Но у меня нет маны! Я все потратил на отопление! — У тебя есть арбалет, который ты нашел у мусорщиков, — напомнил Малакар. — Стреляй в глаза. И не мешайся под ногами.

Они начали спуск. Тропа, которую нашла Векс, вела к подножию плато, где в скале зияла темная пасть пещеры. У входа стояли два тролля. Огромные, под три метра ростом, с кожей цвета старого льда. Они лениво ковыряли дубинами снег, иногда рыча друг на друга.

— Регенерация у них бешеная, — напомнил Малакар шепотом. — Чтобы убить наверняка, нужно или сжечь, или отрубить голову, или... использовать мой меч. Проклятие Бездны останавливает лечение.

Векс кивнула и исчезла в сугробах. Через минуту один из троллей дернулся. Из его шеи торчал черный кинжал. Он захрипел, хватаясь за горло. Второй тролль заревел, поднимая дубину, но не увидел врага. — Хэви, фас! — скомандовал Малакар.

Паук сорвался с места. Он не бежал, он скользил по льду на стальных набойках. С разгону он врезался во второго тролля. Удар был страшным. Металлический крюк (бывшая рука Мясника) вонзился троллю в живот, пробив толстую шкуру и жир. Тролль взвыл и ударил дубиной по панцирю паука.БДОНГ!Звук был как удар молота по колоколу. Стальные пластины, прикрученные Малакаром, выдержали. Панцирь погнулся, но не треснул.

Малакар вышел из-за укрытия. — Копье Тьмы! — он скастовал заклинание, используя восстановленный резерв. Сгусток мрака ударил раненого тролля в лицо, ослепляя его. Векс появилась за спиной первого (который все еще пытался вытащить нож из шеи) и полоснула его по сухожилиям ног. Гигант рухнул на колени.

Малакар подбежал к упавшему. Оскверненный Клинок свистнул в воздухе. Голова тролля отделилась от тела, фонтанируя синей кровью. — Один готов! — крикнул он.

Он не стал терять времени. Пока Хэви и Векс добивали второго, Малакар упал на колени перед обезглавленным трупом. — Вставай! — рявкнул он, вливая ману в свежую смерть. Это было проще, чем с пауком. Тролль был примитивен. Его тело помнило только голод и ярость. Труп дернулся. Голова (которую Малакар приложил обратно к шее) начала прирастать, скрепляемая черной дымкой некромантии. Тролль открыл глаза. Они горели фиолетовым.Зомби-Тролль (Ранг: Средняя Нежить) поднят.

— Теперь нас пятеро, — усмехнулся Малакар, поднимаясь.

Бой у входа занял не больше двух минут. Они вошли в пещеру. Внутри было теплее. Стены светились мягким голубым светом. Жилы. Повсюду в породе шли прожилки чистого Мифрила. Богатство, за которое короли убивали друг друга, здесь валялось под ногами.

Но у них не было времени на добычу. В глубине пещеры раздался рев. Глубокий, вибрирующий бас, от которого с потолка посыпалась пыль. — Мы разбудили Папочку, — сказала Векс, перезаряжая (протирая) кинжалы.

Они вышли в огромный центральный зал каверны. Посреди зала, на троне из грубо наваленных глыб мифриловой руды, сидел Вожак. Он был в два раза больше обычного тролля. Его кожа была покрыта не шерстью, а ледяной коркой, образующей естественную броню. В одной руке он держал обломок колонны, используемый как молот. А вокруг него стояли остальные восемь троллей племени.

Вожак поднялся. Его глаза горели интеллектом, несвойственным этому виду. — КТО... ПРИШЕЛ... УМИРАТЬ? — пророкотал он на ломаном общем языке.

Малакар вышел вперед. Слева от него лязгал клешнями киборг-паук. Справа стоял воскрешенный зомби-тролль, истекающий черной жижей. В тени пряталась Векс. А позади трясся Гарен с арбалетом.

— Мы не умирать пришли, — громко ответил Малакар, и эхо его голоса смешалось с магическим давлением. — Мы пришли забрать твой дом. И твою армию.

Вожак расхохотался, и от его смеха задрожали сталактиты. — Маленький человечек. Я сделаю из твоих костей зубочистку. УБИТЬ ИХ!

Вся стая бросилась в атаку. Земля задрожала от топота десятков тяжелых ног. Малакар вскинул меч, окутанный тьмой. — Векс, бери шаманов! Хэви, держи центр! Мой тролль — в мясорубку! — А я?! — взвизгнул Гарен. — А ты молись, чтобы мы победили!

Стенка на стенку. Некромант против дикой природы. Технология против эволюции. Битва за новую базу началась.

Глава 6: Право Сильного

Пещера содрогнулась от грохота, когда две живые волны (и одна не совсем живая) столкнулись.

— Держать строй! — рявкнул Малакар, хотя «строем» их группу назвать было сложно.

Первым удар принял его Зомби-Тролль. Мертвый гигант, лишенный инстинкта самосохранения, врезался в авангард врага с грацией падающей скалы. Он не пытался блокировать удары. Он просто раскинул руки и сгреб в охапку двух своих живых собратьев, сбивая их с ног инерцией разлагающейся массы. Дубины врагов обрушились на его спину, ломая позвоночник, но зомби не чувствовал боли. Он вгрызся зубами в шею одного из противников, вырывая кусок мяса вместе с артерией.

— Хэви, левый фланг! Прикрой Векс! — ментальная команда ушла пауку.

Бронированный Потрошитель, скрежеща стальными пластинами, метнулся влево. Там три молодых тролля пытались зажать ассасина в угол. Хэви использовал свой новый апгрейд — Крюк Мясника. Замах. Удар. Тяжелое железо, приваренное к кости, сработало как таран. Крюк вошел в бок ближайшего тролля, пробил ребра и застрял. Паук дернул назад всем телом, используя гидравлику своих усиленных лап. Тролль потерял равновесие и рухнул, визжа от боли. Хэви тут же навалился сверху, вонзая жвала в открытую шею.

— Два-ноль в нашу пользу, — прошептал Малакар, оценивая ситуацию.

Сам он не лез в ближний бой. Он стоял на возвышении — обломке сталагмита — и дирижировал боем, как темный маэстро. В его руках не было посоха, но Оскверненный Клинок служил отличным фокусом. Малакар видел поле боя иначе, чем остальные. Он видел нити жизни и смерти. И сейчас он видел, что регенерация троллей — это проблема. Тот, кому Хэви вспорол бок, уже начинал заращивать рану. Ледяная кровь сворачивалась мгновенно, превращаясь в корку.

— Гарен! — крикнул Малакар, не оборачиваясь. — Огонь по раненым! Не давай им лечиться!

Сзади щелкнул арбалет. Болт свистнул в воздухе и вонзился в колено троллю, пытавшемуся встать. Выстрел был слабым, но он сбил концентрацию монстра. — Молодец, крысеныш. А теперь... моя очередь.

Малакар направил острие меча на группу врагов.«Облако Гниения».Это было заклинание второго круга, требующее много маны, но в замкнутом пространстве пещеры оно было идеальным. С лезвия меча сорвался клуб зеленовато-черного тумана. Он накрыл трех троллей, сражающихся с его зомби. Эффект был мгновенным. Тролли закашлялись. Их кожа начала покрываться волдырями, глаза заслезились. Регенерация замедлилась. Их движения стали вялыми, словно они двигались в сиропе.

Векс воспользовалась моментом. Она была размытым пятном тени. Она не пыталась пробить толстые шкуры кинжалами. Она била по уязвимым точкам: глаза, сухожилия под коленями, подмышки. Один из троллей, ослепленный туманом Малакара, вслепую махнул дубиной и попал по своему же товарищу. Векс тут же оказалась у него на спине. Два удара в основание черепа — и гигант рухнул парализованной горой мяса.

— Есть! — крикнула она. — Минус один!

Но радость была преждевременной. Вожак, наблюдавший за боем со своего трона, наконец, решил вмешаться. Он не просто рычал. Он начал... петь. Это был низкий, гортанный речитатив, от которого вибрировали сами кости. Руны на его ледяной броне вспыхнули синим светом.

— ШАМАН! — поняла Векс, отпрыгивая от очередного удара. — Малакар, он кастует!

Вожак ударил своим каменным молотом о землю. По полу пещеры побежала трещина, из которой вырвались ледяные шипы. Волна холода ударила по отряду Малакара. Зомби-Тролль, и без того медленный, мгновенно покрылся коркой льда и замер, превратившись в статую. Хэви заскрипел — смазка в его суставах загустела. Гарен вскрикнул, выронив арбалет — его пальцы онемели.

Малакар успел выставить Щит Тьмы, но ударная волна отбросила его назад. Он ударился плечом о мифриловую жилу. — Ледяная магия... — прошипел он, стряхивая иней с ресниц. — Уровень Адепта, не меньше. Серьезно.

Вожак поднял молот и указал на Малакара. — ЛЕД... ЛОМАЕТ... КОСТЬ! — проревел он.

Четверо оставшихся в живых рядовых троллей, получив магическую поддержку (их кожа покрылась ледяной броней), воспряли духом. Они отбросили зомби и Хэви, перегруппировались и двинулись на Малакара.

Ситуация стала критической. Зомби выведен из строя. Паук замедлен. Векс отрезана на фланге. Малакар остался один против четверых бронированных льдом гигантов.

Но Малакар улыбнулся. Улыбка была страшной, полной превосходства существа, которое видело падение империй. — Вы думаете, что убили моих солдат? — тихо спросил он. — Глупцы. У некроманта солдаты не заканчиваются. Они просто... меняют агрегатное состояние.

Его взгляд упал на труп тролля, которого только что убила Векс. И на того, которого в начале боя загрыз Хэви. Два свежих тела. Малакар вонзил меч в землю (точнее, в мифриловую жилу под ногами). Мифрил — идеальный проводник. — МАССОВОЕ ПОДНЯТИЕ! — взревел он, вливая в руду весь свой резерв, усиленный проводимостью металла.

Пещера потемнела. Тени удлинились и оторвались от стен. Два мертвых тролля дернулись. Их глаза вспыхнули фиолетовым огнем, гораздо ярче, чем раньше. Мифрил под ногами послужил усилителем сигнала. Они не вставали медленно, как в фильмах ужасов. Они вскочили рывком, движимые чистой волей Малакара.

Один из мертвецов схватил за ногу живого тролля, который уже замахнулся на Малакара, и дернул на себя. Живой упал. Мертвый тут же начал забивать его кулаками, ломая ледяную броню. Второй воскрешенный бросился на помощь Векс, принимая на себя удар дубины, предназначенный девушке.

Поле боя превратилось в хаос. Живые дрались с мертвыми, которые еще минуту назад были их братьями. Вожак взревел от ярости, видя, как его магия оборачивается против него. Он спрыгнул с трона. Земля содрогнулась от его приземления. Он был огромен. И он шел убивать некроманта лично.

Малакар выдернул меч из земли. Его руки дрожали от истощения, но глаза горели азартом. — Хэви! Векс! Займитесь мелочью! — скомандовал он. — А с Королем я поговорю сам.

Вожак несся на него как лавина. Малакар стоял на месте, ожидая удара. В его кармане лежал пузырек с остатками Кислоты Ткача, который он приберег. А в рукаве — Кинжал Мародера. Это будет бой Давида и Голиафа. Только Давид здесь — злобный чернокнижник, а Голиаф — ледяной мутант.

Вожак замахнулся молотом. Малакар не стал блокировать. Он шагнул... вперед. Прямо под замах. В зону смерти.

Молот Вожака, глыба гранита весом в сотню килограммов, обрушился на то место, где долю секунды назад стоял Малакар. Удар был такой силы, что пол пещеры буквально взорвался. Осколки камня и мифриловой руды брызнули шрапнелью, барабаня по стенам. Ударная волна сбила с ног сражающихся в десяти метрах от эпицентра — и живых троллей, и зомби.

Малакар не пытался блокировать этот удар. В его нынешнем теле это было бы равносильно попытке остановить поезд ладонью. Он скользнул. Используя инерцию своего рывка, он упал на колени и проехался по ледяному насту прямо между широко расставленными ногами гиганта. Это был маневр, достойный акробата, а не мага, но страх смерти — лучший учитель гимнастики.

Оказавшись за спиной Вожака, Малакар резко затормозил, вонзая каблуки в крошево льда. Он развернулся. Перед ним были незащищенные сухожилия под коленями монстра. Место, где ледяная броня была тоньше, чтобы не сковывать движения. — Первый урок анатомии! — прорычал Малакар.

Оскверненный Клинок, зажатый в обеих руках, описал дугу. Черная сталь врубилась в плоть. Неглубоко. Шкура тролля была прочной, как дубленая кожа, пропитанная магией. Меч прорезал мышцу лишь наполовину, но этого хватило, чтобы запустить некротический процесс. Рана мгновенно зашипела, чернея.

Вожак взревел — звук, в котором удивление смешалось с яростью. Его нога подкосилась. Но он был слишком огромен и слишком силен, чтобы упасть от одного пореза. Гигант развернулся с грацией медведя. Его левая рука — когтистая лапа размером с лопату — метнулась наотмашь, пытаясь прихлопнуть назойливую муху.

Малакар успел подставить меч плашмя, блокируя удар, но физика была неумолима. Его отшвырнуло. Он пролетел метров пять по воздуху и врезался спиной в мифриловый нарост на стене. В глазах потемнело. Воздух выбило из легких со свистом. Меч выпал из ослабевших пальцев. «Ребра... кажется, треснули... снова...» — отстраненно подумал он, сползая по стене.

Вожак не стал ждать. Он шагнул к оглушенному врагу, поднимая молот для добивающего удара. Его глаза горели холодным синим пламенем триумфа. — ЧЕРВЬ... БУДЕТ... РАЗДАВЛЕН!

Малакар попытался вдохнуть, но грудь пронзила острая боль. Он пошарил рукой по поясу. Меч лежал слишком далеко. Но у него оставался последний козырь. Стеклянный флакон с кислотой Кристального Ткача, который он сохранил после зачистки первой пещеры.

Вожак занес молот. Тень накрыла Малакара. Малакар выхватил флакон и, не вставая, швырнул его. Не в тело гиганта — там броня. Он швырнул его прямо в морду, целясь в сияющие глаза.

ДЗЫНЬ!Стекло разбилось о ледяную маску Вожака. Едкая, зеленая жижа, способная растворять камень, выплеснулась на лицо тролля. Реакция была мгновенной. Лед зашипел, превращаясь в пар. Кислота начала разъедать плоть под ним.

— ААААРГХ! — рев Вожака перешел в визг. Он выронил молот, схватившись лапами за лицо. Он мотал головой, разбрызгивая кислоту и синюю кровь. Его магия вышла из-под контроля — вокруг него начали хаотично вырастать ледяные шипы, пронзая воздух.

— Сейчас! — прохрипел Малакар, сплевывая кровь. — Векс! Хэви! Валите его!

Векс не нужно было просить дважды. Она закончила со своими противниками (последний тролль лежал с перерезанным горлом) и ждала момента. Она взбежала по спине корчащегося от боли Вожака, используя шипы на его броне как ступени. Два черных кинжала вонзились в шею гиганта, в то место, где шлем соединялся с наплечником. Она повисла на рукоятях всем весом, расширяя раны.

Но Вожак был живуч. Невероятно живуч. Вслепую, ориентируясь на боль, он схватил Векс за ногу своей огромной лапой и швырнул её через весь зал. Ассасин сгруппировалась в полете, но удар о землю был жестким — она перекатилась и замерла, пытаясь встать.

В этот момент в бой вступил Хэви. Бронированный Потрошитель разогнался, лязгая всеми шестью лапами и стальными накладками. Он прыгнул. Крюк Мясника, приваренный к его правой конечности, вонзился в грудь Вожака, пробив ледяной нагрудник. Паук зацепился и повис на гиганте, начав рвать его плоть жвалами и оставшимися лапами. — ТЯНИ! — заорал Малакар, поднимая свой меч.

Хэви включил реверс. Его усиленные пружинами лапы уперлись в живот тролля, а крюк тянул на себя. Тролль, ослепленный, истекающий кровью, с висящим на груди киборгом и подрезанным сухожилием, наконец потерял равновесие. Он покачнулся, взмахнул руками, пытаясь ухватиться за воздух, и с грохотом рухнул на спину. Земля подпрыгнула.

Малакар уже был рядом. Он не бежал — он ковылял, держась за бок, но в его глазах горела холодная решимость палача. Он подошел к голове поверженного гиганта. Вожак все еще был жив. Он хрипел, пытаясь оторвать от себя паука, кислота продолжала жечь его лицо, но он пытался встать. Жизненная сила в нем бурлила вулканом.

— Ты силен, — признал Малакар, вставая на грудь монстра (рядом с Хэви, который продолжал терзать плоть). — Твое племя было достойно. Но вы допустили ошибку.

Вожак открыл один уцелевший глаз. В нем уже не было ярости, только понимание конца. — ХОЛОД... ЗАБЕРЕТ... ТЕБЯ... — прохрипел он, и с его губ сорвалось облако морозного пара.

— Холод — это просто отсутствие тепла, — ответил Малакар. — А смерть — это просто начало новой карьеры.

Он поднял Оскверненный Клинок острием вниз. Прямо над сердцем тролля. Там, где броня была разбита крюком паука. — Прими свою судьбу. Стань фундаментом моей империи.

Малакар навалился всем весом на рукоять. Черный клинок вошел в сердце Вожака по самую гарду. Тело гиганта выгнулось дугой в последней конвульсии. Ледяная броня треснула и осыпалась дождем осколков. Синяя кровь хлынула на руки Малакара, смешиваясь с черным туманом меча.

Но Малакар не отпускал рукоять. — ПОГЛОЩЕНИЕ! — взревел он.

На этот раз он не сдерживался. Душа Вожака была огромной. Древней. Насыщенной стихией льда и верой целого племени. Это был не ручеек, это был водопад. Энергия ударила в Малакара, выжигая остатки боли, сращивая сломанные ребра, наполняя резерв маны до краев и переливаясь через край.

Его тело засветилось. Не тьмой, а странным, синевато-черным ореолом. Волосы Малакара, слипшиеся от пота и крови, побелели на концах. Кожа приобрела благородную бледность, став прочнее. Он чувствовал, как меняется сама структура его ДНК, принимая дар поверженного врага.

Системное сообщение (в голове Малакара):Получен Уровень 2 (Адепт).Разблокирован навык: «Ледяное Касание» (Адаптация).Восстановлено Ядро на 15%.Получен титул: Убийца Гигантов (Устрашение +10% против крупных существ).

Малакар выдернул меч. Тело Вожака под ним начало стремительно усыхать, превращаясь в мумию. Вся жизненная сила была выпита до дна. Он стоял на трупе, тяжело дыша, но чувствуя себя богом. Пещера погрузилась в тишину. Оставшиеся в живых тролли (те немногие, кто был просто ранен и не мог драться) смотрели на него с ужасом. Их вожак пал. Закон гор был прост: победитель получает всё.

Векс, прихрамывая, подошла к горе трупов. Она посмотрела на Малакара, который светился в полумраке пещеры. — Ты выглядишь... жутко, — сказала она, убирая кинжалы. — У тебя глаза светятся синим. — Это временно, — голос Малакара стал глубже, насыщеннее. — Побочный эффект диеты.

Он спрыгнул с трупа Вожака и подошел к трону из мифриловой руды. Гарен, который все это время прятался за камнем, осторожно выглянул. — Мы... победили?

Малакар сел на грубый трон Вожака. Камень был холодным, но он больше не чувствовал холода. Его новое тело приняло этот аспект. — Мы не просто победили, Гарен, — сказал он, обводя взглядом пещеру, блестящую жилами драгоценного металла, горы трупов и своих верных монстров. — Мы дома.

Хэви подполз к трону и свернулся у ног хозяина, капая маслом и кровью. Зомби-тролли, потеряв боевой транс, просто замерли, ожидая команд.

— Теперь начинается настоящая работа, — Малакар потер подбородок. — Гарен, осмотри раненых троллей. Те, кто выживет — станут рабами. Те, кто нет — материалом. Векс, проверь выходы. Я хочу знать, есть ли здесь черный ход. — А ты? — спросила Векс. — А я буду думать, как превратить этот склад руды в кузницу, которая заставит Алый Рассвет дрожать от страха.

Он поднял руку, и на кончиках его пальцев заплясали снежинки, смешанные с черным дымом. Магия Вожака теперь принадлежала ему. И он найдет ей применение.

Прошла неделя.

Пещера Мифрилового Клыка (как Малакар окрестил их новое убежище) изменилась до неузнаваемости. Запах гнилого мяса и звериного помета исчез, вытесненный запахом раскаленного металла, озона и серы. Звук в пещере тоже изменился. Раньше здесь было слышно лишь рычание. Теперь здесь царил ритм.Бам. Бам. Бам.Стук кирок. Четверо выживших троллей, закованных в цепи с рунами подчинения, и двое зомби-гигантов без устали долбили породу, добывая драгоценную голубоватую руду. Они не нуждались в отдыхе, еде или мотивации. Воля Малакара была их единственным топливом.

В центре главного зала, там, где раньше стоял трон Вожака, теперь возвышалась Кузница Душ. Гарен превзошел сам себя. Используя детали, спасенные из разбитой башни наверху, и примитивные инструменты троллей, он собрал плавильную печь. Топливом служил уголь, смешанный с костной мукой, а поддув обеспечивал Хэви — паук-киборг, работающий как гигантские живые мехи.

Малакар стоял у наковальни. Он изменился. Его ряса послушника давно сгорела или истлела. Теперь он был одет в грубые штаны из шкуры тролля и тяжелый кожаный фартук. Его торс был обнажен, демонстрируя бледную, словно мраморную кожу, на которой проступали черные узоры вен — следы использования магии Бездны. В его глазах, когда он смотрел на раскаленный металл, плясали синие искры холода.

— Температура оптимальная, Мастер! — крикнул Гарен, проверяя датчики (стеклянные трубки с ртутью). — Мифрил плавится!

Малакар кивнул. Он держал щипцами заготовку. Это был слиток чистейшего мифрила, но Малакар не собирался делать из него светлое оружие. Он опустил руку в мешок, висящий на поясе, и достал горсть черного порошка. Прах Некротита, добытый из Кристальных Ткачей. Он посыпал порошком сияющий, жидкий металл. Шипение. Мифрил потемнел, став цвета ночного неба перед грозой. Он жадно впитал тьму.

Малакар начал ковать. У него не было молота. Он использовал Молот Вожака — тот самый кусок гранита, которым сражался гигант. Для обычного человека он был неподъемным, но Малакар, усиленный кровью тролля и магией 2-го уровня, махал им как игрушкой.Звон.Каждый удар вбивал в металл заклинание.Звон.Структура решетки менялась, становясь сверхпроводником для некротики.

Спустя час работы он опустил готовое изделие в бочку с маслом (выжатым из жира троллей). Густой черный дым заполнил кузницу. Когда он достал предметы, Векс, сидевшая на уступе и точившая старые ножи, присвистнула.

Это была пара кинжалов. Изогнутых, хищных, похожих на клыки виверны. Металл был темным, матовым, но по лезвию бежала едва заметная синяя вязь морозных рун.

— Твоя оплата, — Малакар бросил кинжалы ей. Векс поймала их в воздухе за рукояти. Она взмахнула ими. Кинжалы рассекли воздух с тихим, зловещим свистом, оставив за собой шлейф морозного тумана. — Легкие, — оценила она, и в её голосе звучал восторг. — И баланс идеальный. Что они делают? — Клыки Скорби, — ответил Малакар, вытирая пот со лба. — Пробивают магические щиты за счет свойств мифрила. И... накладывают эффект обморожения и некроза при попадании в плоть. Любая царапина начнет гнить и замерзать одновременно.

Векс улыбнулась под маской. Это была улыбка ребенка, получившего самую опасную игрушку в мире. — С такими штуками я могу вырезать целый взвод паладинов. — Именно на это я и рассчитываю, — кивнул Малакар.

Он повернулся к верстаку. Там лежала его собственная обновка. Он не стал делать меч. Оскверненный Клинок Паладина был хорош, но это был просто меч. Малакар создал Перчатку. Латная рукавица на левую руку, закрывающая предплечье и пальцы. Сделанная из Черного Мифрила и костей Вожака Троллей. В центр ладони был вставлен тот самый рубин из офицерского кольца Алого Рассвета, которое он перековал.

Он надел перчатку. Она села как влитая, магически подстроившись под руку. Малакар сжал кулак. Рубин вспыхнул багровым. Руны на металле загорелись синим. Это был Фокус. Усилитель магии. Теперь ему не нужно было тратить лишнюю энергию на формирование заклинаний — перчатка структурировала потоки сама. — Длань Владыки, — прошептал он название артефакта. — Версия 1.0.

— Мы готовы, — сказал он громко, обращаясь к своим спутникам. — У нас есть база. У нас есть ресурсы. У нас есть оружие. Гарен, сколько Сердце Улья сможет работать автономно в башне наверху? — Дней пять, Мастер. Потом оно замерзнет окончательно. — Значит, у нас есть пять дней, чтобы перетащить его сюда. В тепло. И интегрировать в жилу. Тогда эта пещера станет неприступной крепостью с бесконечной маной.

Векс спрыгнула с уступа, пряча новые кинжалы в ножны. — Звучит как план. Я проверю верхний путь. — Будь осторожна, — предупредил Малакар. — Паладины не идиоты. Они найдут место падения.

Тем временем. Плато на вершине Клыков Дракона.

Ветер здесь никогда не стихал, но сегодня он приносил не только снег. Он приносил запах гари. Огромный кратер, оставленный падением верхушки башни, был похож на открытую рану на теле горы. Черные руины возвышались среди белого безмолвия, как памятник безумию.

Группа всадников на бронированных грифонах приземлилась у края кратера. Их доспехи сияли золотом и белой эмалью, не тускнея даже в эту погоду. Плащи цвета свежей крови развевались на ветру.Элитный отряд «Рассветные Клинки».

Вперед вышел высокий воин. Он снял шлем, подставив суровое, покрытое шрамами лицо ледяному ветру. Его короткие седые волосы были острижены по уставу. Глаза, цвета стали, сканировали руины.Генерал Люциус.

Он спрыгнул с грифона и подошел к обломкам стены. — Следы магии? — бросил он через плечо. К нему подошел маг в белой рясе с золотой вышивкой, держащий в руках компас, стрелка которого бешено вращалась. — Некротический фон зашкаливает, милорд. Но... странно. Источник пуст. — Пуст? — Люциус нахмурился. — Сердце Улья. Его здесь нет. Чан разбит, но органа нет. Кто-то забрал его.

Люциус подошел к краю плато, туда, где на снегу остались глубокие борозды. Следы волочения. И следы ног. Много следов. И странные отпечатки, похожие на лапы гигантского насекомого, но окованного сталью.

— Они выжили, — констатировал Генерал. В его голосе не было удивления, только холодная ярость. — Они угнали башню, пережили падение и ушли вниз, в пещеры. — Милорд, там территория диких троллей, — заметил маг. — Скорее всего, беглецы уже мертвы.

Люциус поднял с земли осколок черного камня, покрытый зеленой слизью. — Тролли не строят механизмы, — он сжал камень так, что тот превратился в пыль. — И тролли не крадут стратегические артефакты. Здесь действует кто-то умный. И очень опасный.

Он повернулся к своему отряду. — Разбить лагерь. Вызвать подкрепление с буровыми машинами. Мы не будем спускаться по их правилам. Мы пророем свой путь. Он посмотрел вниз, в долину, где среди скал виднелся едва заметный вход в пещеру. — Ты думаешь, что спрятался, крыса? — прошептал Люциус. — Ты просто загнал себя в ловушку. Я выкурю тебя оттуда. И на этот раз я лично отрублю тебе голову.

Он воткнул свой меч — Светозар, легендарный клинок, пылающий священным огнем, — в землю. Свет от меча разогнал тучи над плато. Охота вступила в новую фазу.

Глава 7: Сталь и Камень

Спокойствие в Пещере Мифрилового Клыка было обманчивым. Снаружи, на поверхности, выли ветра, но глубоко под землей воздух вибрировал от напряжения.

Малакар стоял в центре своей импровизированной лаборатории. Перед ним на каменном столе лежал труп одного из троллей — того самого, которого они не стали поднимать как зомби, оставив на запчасти. Вскрытая грудная клетка гиганта была набита не органами, а... светящимися кристаллами некротита и осколками бракованного мифрила.

— Нестабильно, — пробормотал Гарен, выглядывая из-за плеча мастера. Он держал в руках моток медной проволоки и выглядел еще более дерганым, чем обычно. — Если мы замкнем контур неправильно, эта туша взорвется прямо здесь. И обрушит свод.

— Именно поэтому замыкать контур будешь ты, когда придет время, — спокойно ответил Малакар, сшивая кожу на груди тролля грубыми стежками. — Это не просто труп, Гарен. Это «Мясная Мина». Живая бомба, способная пробить даже зачарованную броню паладинов.

Внезапно в пещеру вбежала Векс. Она не использовала стелс. Её шаги гулко отдавались от стен, что для ассасина было знаком крайней тревоги. — Они здесь, — бросила она, останавливаясь у стола. Дыхание сбито, на плаще — свежая каменная пыль.

Малакар вытер окровавленные руки о тряпку. — На перевале? Я думал, у нас есть еще день, пока они развернут лагерь. — Не на перевале, — Векс покачала головой. — Они не поднимаются. Они... входят в гору. Снизу. Я слышала гул в нижних штреках. И видела, как скалы дрожат.

Малакар замер. Он приложил ладонь к полу пещеры. Сначала ничего. Потом — едва заметная вибрация. Ррр... Ррр...Это не было землетрясением. Это был ритмичный, механический звук. Звук металла, вгрызающегося в камень.

— «Землеройки», — понял Малакар, и его глаза сузились. — Алый Рассвет притащил с собой проходческие машины Арканистов. Они идут по следу магии. Прямо к нам.

Гарен побледнел. — Буровые установки класса «Червь»? Но они же... они пробивают гранит как масло! Если они прорвутся в главный зал... — Если они прорвутся в главный зал, нас сомнут числом, — закончил за него Малакар. — У них узкий фронт, но подавляющая огневая мощь.

Он быстро подошел к карте пещер, которую нацарапал углем на стене. — Векс, где звук громче всего? — Юго-западный туннель. Там, где старая жила уходит в тупик. — Тупик... — Малакар усмехнулся. — Отлично. Для них это будет тупик. А для нас — тир.

Он развернулся к своим подчиненным. Голос зазвучал жестко, по-командирски. — Гарен! Бери «Мясную Мину». Тащи её в юго-западный коридор. Закопай в щебень у входа. И поставь детонатор на нажимную плиту. — Но она тяжелая! — Возьми зомби-тролля в помощь, идиот!

— Векс! — продолжил Малакар. — Мне нужно, чтобы ты стала их кошмаром. Как только они пробьют стену, будет много пыли и пара. Это твоя стихия. Режь офицеров. Не трогай пехоту — ими займусь я.

— А ты? — спросила Векс, проверяя остроту своих мифриловых кинжалов.

Малакар поднял левую руку. Длань Владыки на его кисти вспыхнула багровым светом. — А я буду встречать гостей. Хэви! Ко мне!

Бронированный паук с лязгом спустился с потолка. Отряд двинулся к юго-западному туннелю.

Они заняли позиции через десять минут. Юго-западный штрек был узким, длинным коридором с низким потолком. Идеальное место для обороны («бутылочное горлышко»), но ужасное место для маневра. Вибрация здесь была такой сильной, что с потолка сыпались камни.КРАК! СКРЕЖЕТ!Звук бура становился невыносимо громким. Каменная стена в конце туннеля покрылась сеткой трещин. Из них выбивались струи пара и магического света.

— Приготовиться! — крикнул Малакар, прячась за наваленными валунами в двадцати метрах от точки прорыва. Два зомби-тролля стояли перед ним, держа огромные куски скалы как щиты. Хэви висел на потолке, готовый спрыгнуть.

Стена взорвалась. Огромная, вращающаяся головка бура, усеянная алмазными зубьями и рунами разрушения, проломила камень. Осколки полетели во все стороны, как шрапнель. Машина — «Стальной Червь» — с ревом вкатилась в пещеру. Это был металлический цилиндр на гусеницах, изрыгающий дым. Сразу за буром откинулись боковые люки.

— ЗА СВЕТ! ОЧИЩЕНИЕ! — раздался крик. Из машины выпрыгнули первые штурмовики. Это были не обычные солдаты. Это были «Щитоносцы» — тяжелая пехота в полных латах, с ростовыми щитами, создающими единый энергетический барьер. Они мгновенно построились в "черепаху", перекрывая проход. За их спинами замелькали арбалетчики.

— Огонь! — скомандовал офицер паладинов. Залп болтов, светящихся магией, ударил по баррикаде Малакара. Болты впивались в щиты зомби-троллей, взрываясь небольшими вспышками света. Плоть мертвецов горела, но они стояли.

— Держать строй! — прошептал Малакар. — Пусть войдут глубже.

Паладины, видя, что ответного огня нет, начали продвигаться вперед. Черепаха ползла, лязгая металлом. За ними из туннеля выходили все новые и новые солдаты. — Вижу нечисть! — крикнул один из щитоносцев. — Два умертвия класса «Тролль».

Они прошли мимо кучи щебня у стены. Мимо той самой кучи, где Гарен спрятал «Мясную Мину» — заминированный труп.

Малакар улыбнулся. Он сжал кулак в перчатке. — Бум.

Он послал импульс маны. Куча щебня взлетела на воздух. Взрыв был чудовищным. Некротическая энергия, смешанная с осколками костей и мифриловой шрапнелью, ударила паладинов во фланг. Энергетические щиты «черепахи» были рассчитаны на фронтальную атаку. Взрыв сбоку разорвал строй. Троих щитоносцев просто смело, превратив их броню в искореженный металлолом. Строй рассыпался. Дым заполнил туннель.

— В АТАКУ! — заорал Малакар.

Зомби-тролли отбросили каменные щиты и бросились вперед, врываясь в дыру в строю врага. С потолка рухнул Хэви. Его крюк подцепил одного из арбалетчиков и утащил вверх, во тьму свода. Крик солдата оборвался хрустом.

— Векс! Глаза! — скомандовал некромант.

Векс вынырнула из облака пыли прямо посреди вражеского отряда. Её новые мифриловые кинжалы, Клыки Скорби, светились зловещим синим светом. Первый удар — кинжал прошел сквозь магический щит сержанта, как сквозь бумагу. Лезвие вошло под шлем. Второй удар — подколенный вырез. Эффект «обморожения» сработал мгновенно: раны врагов покрывались инеем, замедляя их движения.

Но паладинов было много. Из пробитого туннеля продолжали прибывать подкрепления. — СВЕТ ИЗГОНЯЕТ ТЬМУ! — раздался громкий голос.

Из люка буровой машины вышел Инквизитор. Он был без шлема, в одной руке — молот, в другой — священная книга. Он поднял книгу. Яркая вспышка белого света озарила туннель. Векс зашипела, закрывая лицо руками — свет жег её глаза, привыкшие к темноте. Зомби-тролли задымились, их плоть начала обугливаться под лучами святой магии.

Инквизитор начал читать литанию: — И да падут стены лжи перед истиной...

— Заткнись! — рявкнул Малакар. Он вышел из укрытия. В его левой руке, в Длани Владыки, формировался шар из спрессованного льда и тьмы. Магия Вожака Троллей плюс магия Душегуба.«Ледяной Шип Бездны».

Малакар швырнул заклинание. Шип пролетел через весь коридор, оставляя за собой морозный след. Инквизитор успел выставить барьер.БАМ!Шип врезался в золотой купол защиты. Барьер треснул, но выдержал. Инквизитора отбросило на шаг назад.

— Сильный, — оценил Малакар. — Но ты здесь не один такой.

Битва в туннеле перешла в фазу кровавой мясорубки. В узком пространстве численное преимущество паладинов не работало, но их дисциплина и магия света давили на нежить Малакара. Один из зомби-троллей уже пал, разрубленный алебардами. Хэви потерял одну из лап (не ту, что с крюком), отстреленную магическим болтом.

Малакару нужно было что-то, что переломит ход боя. Или завалит туннель. Он посмотрел на свод над буровой машиной. Там, в камне, змеилась трещина от взрыва.

— Гарен! — крикнул он в коммуникатор (простой рупорный камень). — Запускай протокол «Обвал»!

Где-то в глубине пещеры, в безопасной нише, Гарен зажмурился и обеими руками налег на рычаг детонатора. Это было примитивное устройство, соединенное тросами с подпорками свода, которые Малакар заставил зомби ослабить еще вчера.

КРАК-БУМ!

Звук был не таким резким, как взрыв «Мясной Мины». Это был низкий, утробный гул, от которого задрожали зубы. Потолок над буровой машиной «Стальной Червь» дрогнул. Многотонные пласты гранита, потеряв опору, рухнули вниз. Машина, наполовину торчащая из пролома, издала скрежет умирающего зверя. Металл смялся как бумага. Задняя часть бура была расплющена, а проход, через который вливались подкрепления паладинов, оказался наглухо завален тысячами тонн породы.

Облако каменной пыли накрыло туннель, погружая поле боя в серый сумрак. Крики солдат, оставшихся по ту сторону завала, стихли. Те, кто успел войти — около дюжины щитоносцев, пяток арбалетчиков и Инквизитор, — оказались в каменном мешке.

— Мы отрезаны! — крикнул один из сержантов, закашлявшись в пыли. — Назад пути нет! — Нам не нужен путь назад! — прогремел голос Инквизитора. Его магический молот сиял в пыли как маяк. — Мы уничтожим ересь здесь и сейчас! Перегруппироваться! Круговая оборона!

Но перегруппироваться им не дали. — Векс, фас, — голос Малакара звучал отовсюду, отражаясь от стен.

Ассасин, для которой пыль и мрак были родной стихией, атаковала. Она спрыгнула со стены прямо в центр начавшего формироваться строя. Ее новые кинжалы, Клыки Скорби, пели песню смерти. Щитоносец поднял свой ростовой щит, активируя рунный барьер. Обычная сталь отскочила бы. Но темный мифрил, насыщенный магией Бездны, прошел сквозь световую преграду, как игла сквозь ткань. Векс вогнала кинжал в щель забрала. Солдат рухнул без звука. Эффект некроза мгновенно превратил его лицо в черную маску.

— Слева! Тень слева! — заорали арбалетчики, разряжая болты в пустоту.

В это время с другой стороны на них навалился Хэви. Паук-киборг, несмотря на оторванную лапу, двигался с пугающей скоростью. Он использовал стены, бегая по вертикали. Его крюк выстрелил, зацепив сержанта за наплечник, и дернул вверх. Сержант полетел в пыль, где его встретили жвала Хэви.

— СВЕТ! ДАЙ МНЕ СИЛУ! — Инквизитор поднял молот. Он ударил им о землю.Вспышка.Волна священного огня разошлась кольцом, выжигая пыль и отбрасывая Векс и Хэви к стенам. Это был «Освященный Круг». Любая нежить, ступившая в него, начинала гореть. Зомби-тролль, попытавшийся войти в круг, взвыл и отступил, его кожа дымилась.

Паладины, получив передышку, сомкнули ряды вокруг своего командира. Их осталось всего семеро, но под защитой круга они были неуязвимы для миньонов.

— Выходи, колдун! — крикнул Инквизитор, глядя во тьму туннеля. — Твои марионетки бессильны против веры!

Из тьмы раздались медленные, тяжелые шаги.Цок. Цок. Цок.Малакар вышел на свет. Он шел спокойно, опустив меч. Его левая рука в Длани Владыки пульсировала багровым. Его глаза горели холодным синим огнем. Он остановился у границы Освященного Круга. Святой свет лизнул носки его сапог, но Малакар даже не поморщился.

— Вера — это хорошо, — сказал он, разглядывая Инквизитора. — Но физика лучше.

Инквизитор был огромен. Закован в золоченые латы, лицо фанатика, в глазах — ни капли сомнения. — Ты умрешь, отродье, — Инквизитор шагнул вперед, выходя из круга навстречу врагу. — Я, Брат Маркус, приговариваю тебя к очищению.

Он рванул в атаку. Молот «Длань Правосудия» описал свистящую дугу, целясь в голову некроманта. Удар был быстр. Слишком быстр для человека в тяжелой броне. Магия ускоряла его.

Малакар не стал уклоняться. Он поднял левую руку.Длань Владыки.Рубин в перчатке вспыхнул. — Ледяной Бастион.

Воздух перед Малакаром мгновенно замерз, образуя толстую линзу из сверхплотного льда.БАМ!Молот врезался в лед. Лед треснул, пошел паутиной, но выдержал. Инерция удара была поглощена. Инквизитор на долю секунды замер, удивленный тем, что его священное оружие было остановлено.

Этого мгновения хватило. Малакар ударил правой рукой. Оскверненный Клинок, напитанный тьмой, устремился в стык доспехов на животе. Но у Инквизитора был отличный рефлекс. Он отбил меч рукоятью молота и тут же ударил головой — лбом шлема прямо в лицо Малакару.

Удар был жестким. Малакар отшатнулся, чувствуя, как хрустнул нос. Кровь брызнула на его губы. — Теплокровный... — усмехнулся он, сплевывая красное. — Это ошибка.

Кровь Малакара теперь была насыщена сущностью тролля. Она попала на шлем Инквизитора. — Кипение! — скомандовал Малакар, используя простейшую магию крови. Кровь на шлеме врага вспыхнула кислотным жаром. Инквизитор зарычал, пытаясь сорвать шлем, который вдруг стал раскаленной печью.

Малакар перешел в контрнаступление. Он не фехтовал. Он давил магией. Взмах левой рукой — в лицо врагу летит рой ледяных осколков. Взмах мечом — дуга тьмы подрезает ноги.

Инквизитор, полуослепленный, отступал, махая молотом вслепую. Один из ударов зацепил плечо Малакара. Латная накладка треснула, кость хрустнула. Но Малакар даже не замедлился.Регенерация Тролля.Плечо начало срастаться прямо в бою, причиняя боль, но возвращая подвижность за секунды.

— Ты... монстр... — прохрипел Маркус, наконец срывая раскаленный шлем. Его лицо было обожжено.

— Я — эволюция, — ответил Малакар.

Он сделал рывок. Инквизитор попытался ударить молотом снизу вверх, но Малакар перехватил рукоять молота своей левой рукой — Дланью Владыки. Мифрил перчатки скрипнул, впиваясь в древко оружия. Сила некроманта (усиленная магией) против силы паладина. Они замерли в клинче.

— Посмотри мне в глаза, Маркус, — прошептал Малакар.Взор Бездны.В упор. Зрачки Малакара расширились, превращаясь в черные дыры. Он транслировал не просто страх. Он транслировал пустоту. Вечность холода и забвения. Воля Инквизитора, крепкая как сталь, дала трещину. Он увидел, что его Бог здесь не властен.

Руки паладина ослабли. Малакар вырвал молот из его рук и отшвырнул в сторону. Затем он схватил Маркуса за горло левой рукой. — Замри.Заклинание паралича, усиленное касанием перчатки. Лед начал расползаться от шеи Инквизитора вниз, сковывая его тело, превращая доспехи в ледяной гроб.

Маркус пытался сказать что-то, но его губы посинели и смерзлись. Он превратился в статую, живую внутри, но неспособную пошевелиться.

Малакар отпустил его. Инквизитор остался стоять, примороженный к полу. — Не убивай его! — крикнул Малакар Векс и Хэви, которые уже добили остатки охраны (без поддержки лидера и магии света солдаты пали быстро). — Он мне нужен живым.

Бой стих. В туннеле, заваленном камнями, стояла тишина, прерываемая лишь стонами раненых солдат Алого Рассвета. Малакар подошел к одному из выживших щитоносцев, который пытался отползти, держась за распоротый живот. Он без колебаний вонзил меч ему в сердце. — Мне нужна мана, — буднично пояснил он.Поглощение.Поток энергии влился в него, закрывая рану на носу и восстанавливая резерв, потраченный на ледяную магию.

Он обвел взглядом поле битвы. Десять трупов врага. Один плененный Инквизитор. Хэви потерял лапу, но его системы функционировали. Зомби-тролль, попавший под святой огонь, сгорел почти полностью и был бесполезен.

Векс подошла к нему, вытирая кинжалы о плащ мертвого солдата. — Мы замуровали себя, — заметила она, кивая на завал. — Бур заблокировал выход. — Это временно, — отмахнулся Малакар. — Гарен разберет завал или пророет обход. Главное — мы отбили первую волну.

Он подошел к ледяной статуе Инквизитора. Глаза Маркуса, полные ужаса и ненависти, следили за ним. — У нас есть язык, — Малакар постучал пальцем по ледяной щеке пленника. — И не просто язык. Офицер. Он расскажет нам всё: численность армии Люциуса, их планы, их вооружение. А потом...

Малакар улыбнулся, и эта улыбка не сулила ничего хорошего. — А потом я покажу ему свою новую лабораторию.

— Гарен! — крикнул он в темноту тыла. — Тащи тележку! У нас есть ценный груз. И собери доспехи. Мифрил — это хорошо, но золоченая сталь Рассвета тоже пригодится для армии.

Гарен катил тележку по коридору, стараясь не смотреть на развороченные тела паладинов. Его руки тряслись, но в глазах горел тот особый блеск, который бывает у инженеров, увидевших сложную, пусть и сломанную, технику. Он остановился перед застрявшим в завале «Стальным Червем». — Мастер... — прошептал он, проводя рукой по искореженной обшивке бура. — Это же технология Древних, адаптированная Орденом. Двигатель на мана-кристаллах. Гидравлика из закаленной стали. Если мы сможем вытащить ядро...

— Вытаскивай, — бросил Малакар, проходя мимо. Он тащил за собой ледяную статую Инквизитора, который скользил по полу как санки. — Разбери эту машину до винтика. Мне нужно всё: бронепластины для зомби, кристаллы для Сердца Улья, механизмы для ловушек. У тебя сутки.

Векс тем временем занималась мародерством. Она снимала с мертвых щитоносцев шлемы и наплечники. — Хорошая сталь, — заметила она, взвешивая в руке латную перчатку. — Золочение — это пошлость, но металл крепкий. Если переплавить... — Не переплавлять, — скомандовал Малакар. — Очистить от символики Света и подогнать под наших троллей. Я хочу, чтобы мои зомби были закованы в броню тех, кто пришел их убивать. Это поэтично.

Час спустя. Главный Зал (Кузница Душ).

Инквизитор Маркус висел на цепях, прикованный к мифриловой стене. Лед растаял, оставив его мокрым, дрожащим от холода и истощения, но все еще живым. Его доспехи были сняты, осталась лишь поддоспешная стеганка. Малакар стоял перед ним, листая маленький молитвенник, найденный у пленника. — «И свет сожжет скверну, и не останется тени...» — прочитал он вслух, затем небрежно бросил книгу в плавильную печь. Страницы вспыхнули мгновенно.

Маркус дернулся в цепях. — Ты заплатишь за это, еретик. Генерал Люциус не оставит камня на камне... — Люциус, — перебил его Малакар. — Давай поговорим о нем. Сколько у него людей? Какое вооружение? И, самое главное, что за «сюрприз» он готовит на вершине?

Инквизитор сплюнул в лицо Малакару. — Я ничего тебе не скажу, отродье. Пытай меня. Режь меня. Моя вера — мой щит.

Малакар спокойно вытер лицо рукавом. — Пытать? — он искренне удивился. — Зачем мне портить такой качественный материал? Я не палач, Маркус. Я — Архимаг. Есть способы проще.

Он подошел ближе и снял свою перчатку Длань Владыки. Его рука была бледной, с длинными пальцами. — Ты знаешь, что происходит с душой, когда её вынимают из тела, но не до конца? — спросил он тихо. — Она остается привязанной тонкой нитью. Ты видишь мир духов. Ты чувствуешь холод вечности. И в этом состоянии... ложь невозможна. Потому что ложь — это конструкция разума, а разум отключается.

Малакар положил ладонь на лоб Инквизитора. — Прикосновение Призрака.

Глаза Маркуса закатились. Его тело выгнулось дугой, мышцы напряглись до предела. Из его рта вырвался не крик, а сухой хрип. Он не чувствовал физической боли. Он чувствовал, как его «Я» выдирают из уютной черепной коробки и окунают в ледяную воду Бездны.

Малакар держал контакт, его собственные глаза светились фиолетовым. Он читал поверхностные мысли, пробиваясь через барьеры веры.Картинки.Лагерь на плато. Сотни палаток. Загоны с грифонами.Карта горы. Красные кресты над точками входа.Огромная конструкция, собираемая инженерами на краю кратера. Зеркала. Линзы. Нацеленные вниз.

Малакар резко отдернул руку. Маркус обмяк в цепях, тяжело дыша. Слюна текла у него по подбородку. Его взгляд был пустым, расфокусированным.

— «Солнечное Копье», — произнес Малакар, поворачиваясь к Векс, которая наблюдала за процессом, сидя на ящике. — Они не собираются штурмовать нас пехотой. Они строят орбитальное орудие... ну, его магический аналог. Система зеркал и линз, которая сфокусирует солнечный свет в луч такой мощности, что он прожжет гору насквозь. Прямо до Сердца Улья.

Векс присвистнула. — Они хотят поджарить нас как муравьев под лупой? Изобретательно. Сколько у нас времени? — Два дня, пока погода пасмурная. Как только небо прояснится — они ударят.

— И что мы будем делать? — спросила она. — Мы не можем сбить зеркала с такой глубины. Выйти на поверхность — самоубийство, там армия. Малакар подошел к карте пещер. — Мы не пойдем наверх. Мы пойдем вниз. И вбок.

В этот момент в зал вкатился Гарен. Он был перемазан машинным маслом по уши, но сиял как начищенный таз. В руках он держал сферу, пульсирующую голубым светом. — Мастер! Я достал его! Ядро «Червя»! Оно целое! И... я нашел в обломках кое-что еще. Схему бура.

Малакар взял сферу. Тяжелая. Теплая. Концентрированная мана. — Ты сможешь построить бур? — спросил он. — Нет, — покачал головой Гарен. — У нас нет деталей для корпуса. Но... мы можем прикрутить этот двигатель к чему-то другому. Или к кому-то.

Все посмотрели на Хэви. Паук-киборг, которому Гарен уже приварил новую лапу взамен оторванной, замер, почувствовав внимание. — Нет, — отверг идею Малакар. — Хэви — боевая единица. Двигатель слишком тяжелый. Он посмотрел на завал, за которым был туннель, ведущий к врагу.

— Мы сделаем иначе. Гарен, ты интегрируешь это ядро в Сердце Улья. Мы разгоним его мощность. — Но это опасно! — воскликнул ученик. — Оно может сдетонировать! — Не сдетонирует, если мы будем стравливать излишки энергии... в землю.

Малакар улыбнулся своей фирменной, хищной улыбкой. — Люциус хочет прожечь нас сверху? Отлично. Мы устроим ему землетрясение снизу. Мы обрушим плато, на котором он строит свою пушку.

Он повернулся к Инквизитору, который начал приходить в себя. — Спасибо за информацию, Маркус. Ты заслужил отдых. Малакар взмахнул рукой. Тень отделилась от стены и накрыла пленника. Маркус вскрикнул и затих. — Пусть повисит в стазисе. Он пригодится для переговоров. Или для ритуала.

Малакар подошел к Векс. — Готовься. Следующие 48 часов мы будем работать на износ. Мне нужно больше зомби. Больше оружия. И мне нужно, чтобы ты нашла в этих пещерах путь к корневой системе горы. Туда, где скалы самые нестабильные.

— Ты хочешь взорвать гору, на которой мы сидим? — уточнила Векс. — Я хочу изменить ландшафт, — поправил Малакар. — Это называется терраформирование. Алый Рассвет любит менять мир? Что ж, я покажу им, как это делают профессионалы.

Он вернулся к наковальне. Огонь в печи разгорелся ярче, отбрасывая длинные, пляшущие тени. Стук молота возобновился. Война перешла в новую фазу. Фазу катастроф.

Глава 8: Дрожь Земли

В Пещере Мифрилового Клыка больше не стучали молоты. Кузница затихла. Теперь здесь царил иной звук — низкий, пульсирующий гул, напоминающий сердцебиение умирающего левиафана.

В центре зала, опутанное проводами, трубками и грубыми мифриловыми скобами, висело Сердце Улья. Гарен совершил невозможное. Он вживил Ядро Мана-Двигателя, вытащенное из буровой машины паладинов, прямо в биологическую ткань Сердца. Это выглядело как кошмар биомеханика: живая плоть пульсировала вокруг холодного металла, светящиеся синим вены переплетались с медными кабелями.

Малакар стоял перед этим монстром, держа руку на пульте управления (каменный постамент с врезанными в него рунными кристаллами). Он чувствовал мощь. Нестабильную, дикую, готовую разорвать их всех на атомы. — Показатели? — спросил он, не оборачиваясь.

Гарен, который теперь носил очки-гогглы, снятые с мертвого пилота бура, сверился с датчиками. — Синхронизация 85%. Ядро бура работает как насос, разгоняя некро-потоки Сердца. Мы вышли на мощность, превышающую номинальную в три раза. — Доведи до ста, — приказал Малакар. — Мне нужно, чтобы эта штука кричала в эфире.

Он отошел от пульта и подошел к столу, где лежали три странных предмета. Это были металлические колья длиной в полметра, выкованные из черного мифрила. В навершие каждого был впаян Осколок Бездны (Малакар раздробил тот самый монолит, что нашел в начале).Сейсмические Резонаторы.

Векс стояла рядом, проверяя крепления на своем поясе. — Ты уверен, что это сработает? — спросила она, скептически глядя на колья. — Абсолютно, — кивнул Малакар. — Гора «Клык Дракона» — это не монолит. Это слоеный пирог из гранита, базальта и пустот. У неё есть болевые точки. Тектонические разломы. Он взял один из кольев и передал его Векс. Он был тяжелым и неприятно вибрировал в руке.

— План такой, — Малакар указал на карту разреза горы, начерченную на стене. — Мы находимся здесь. Вершина с лагерем Люциуса — здесь, в километре над нами. Чтобы обрушить плато, нам нужно взорвать опоры. Не динамитом. Звуком. — Звуком? — переспросил Гарен. — Резонансом, — поправил Малакар. — Сердце Улья сгенерирует импульс. Мощную магическую волну. Эти колья — приемники. Они поймают волну, усилят её в тысячу раз и преобразуют в вибрацию. Камень не выдержит. Плато просто... съедет вниз. Вместе с Люциусом, его зеркалами и его самомнением.

Векс взвесила кол на ладони. — Звучит весело. Но есть нюанс. Чтобы установить их в «болевые точки», мне нужно спуститься в Корни Горы. — Именно, — кивнул Малакар. — Три точки. Три кола. Южный разлом, Северный сброс и Центральная колонна. Это глубоко, Векс. Там жарко. И там... обитаемо.

Он посмотрел на Хэви. Паук-киборг был полностью отремонтирован. Гарен даже установил ему на спину небольшую грузовую платформу для перевозки кольев. — Хэви пойдет с тобой. Он — твой щит и мул. Я останусь здесь, чтобы удерживать Сердце от взрыва и координировать импульс. Гарен следит за охлаждением.

— А если мы опоздаем? — спросила Векс. Малакар посмотрел на вентиляционную шахту, ведущую наверх. Сквозь неё пробивался серый свет дня. — Небо светлеет. У Люциуса почти готова его «лупа». Если тучи разойдутся раньше, чем мы активируем сеть... нас выжгут как тараканов. У вас шесть часов.

Векс кивнула. Она не любила пафосных прощаний. — Хэви, за мной. Пошли ломать гору. Она прыгнула в темный провал в полу пещеры, ведущий в нижние уровни. Паук, лязгая металлом, последовал за ней.

Два часа спустя. Уровень «Корни Горы» (-500 метров от базы).

Здесь было жарко. Воздух пах серой и раскаленным камнем. Стены пещеры сочились влагой, которая тут же испарялась, создавая плотный, удушливый туман. Векс вытерла пот со лба. Её кожаный костюм прилип к телу, дыхание было тяжелым. — Ненавижу подземелья, — прошипела она. — Грязь, жара, темнота. Почему нельзя воевать в дворцах с кондиционерами?

Хэви не разделял её страданий. Нежить не потеет. Киборг уверенно перебирал лапами по отвесной стене над пропастью. Они находились в огромном природном разломе. Внизу, метрах в ста, текла река лавы, освещая пещеру багровым заревом.

— Точка Один, — сверилась Векс с картой (куском кожи с наброском Малакара). — Южный разлом. Это вон тот выступ.

Она указала на каменный «язык», нависающий над лавой. Идеальное место, чтобы вогнать резонатор в самую суть породы. Путь к выступу лежал через узкий карниз. — Хэви, жди здесь. Я быстро.

Векс двинулась по карнизу, прижимаясь спиной к скале. Камень был горячим. Она добралась до выступа, достала из сумки первый кол из черного мифрила. — Ну давай, детка, сделай больно этой горе.

Она нашла трещину в полу, вставила острие кола и ударила по навершию рукоятью кинжала.ДЗЫНЬ.Кол вошел в камень. Руны на нем тускло засветились, почувствовав связь с далеким Сердцем Улья. — Один готов, — выдохнула она.

В этот момент скала под ней дрогнула. Не от землетрясения. От удара. Из лавовой реки внизу вырвалось нечто. Длинное, гибкое тело, покрытое каменной чешуей. Пасть, полная вращающихся зубов, способных перемалывать базальт.Лавовый Бурильщик. (Каменный червь).

Тварь была огромной — метров десять в длину. Она выпрыгнула из магмы, как дельфин из воды, и врезалась в стену рядом с Векс, цепляясь раскаленными когтями. Камень зашипел и расплавился под её лапами. Червь издал визг, от которого заложило уши, и повернул безглазую голову в сторону Векс. Он чувствовал вибрацию её сердца.

— Твою ж... — Векс отпрыгнула назад, едва увернувшись от удара хвостом.

Карниз под ней обрушился. Она повисла на одной руке, цепляясь за край выступа. Под ногами — сто метров пустоты и кипящая лава. Червь изогнулся, готовясь к броску. Его пасть раскрылась, и внутри виднелось оранжевое свечение. Он собирался плюнуть магмой.

— Хэви! — заорала Векс.

Паук не нуждался в команде. Связь с Малакаром (а через него косвенно с Векс) работала безупречно. Киборг, стоявший на безопасной платформе, выстрелил своим главным калибром.Крюк Мясника.Тяжелый кусок железа на цепи пролетел через пропасть и с глухим стуком врезался в бок каменного червя, пробив чешую.

Червь взвизгнул, отвлекаясь от Векс. Он дернулся, пытаясь сбросить крюк, но Хэви включил лебедку. Паук уперся всеми шестью лапами в камень. Механизмы заскрипели. Это было перетягивание каната. Многотонный червь против усиленной некро-гидравлики.

Векс воспользовалась моментом. Она подтянулась и взлетела на уступ. Вместо того чтобы бежать, она выхватила Клыки Скорби. — Ты хотел поиграть? — прорычала она, прыгая. Она прыгнула не на платформу, а на червя, который бился на крюке.

Приземление было жестким. Чешуя твари была горячей, подошвы сапог начали дымиться. Векс пробежала по спине монстра к его голове. Червь мотал башкой, пытаясь достать паука, который тянул его в сторону от стены.

— Остынь! — крикнула Векс. Она вогнала оба мифриловых кинжала в сочленение «шеи» червя. Магия кинжалов сработала.Эффект: Глубокая Заморозка + Некроз.

Для существа, живущего в магме, резкий холод — это смерть. Термический шок. Каменная плоть червя треснула с оглушительным звуком. Трещина пошла от шеи к хвосту. Внутренний огонь твари погас, сменившись серым пеплом. Монстр окаменел заживо, превратившись в статую. Хэви дернул цепь, и статуя откололась от стены, рухнув вниз, в лаву.

Векс успела спрыгнуть обратно на карниз в последнюю секунду. Она смотрела, как каменные обломки тонут в огненной реке. — Ненавижу червей, — выдохнула она, вытирая сажу с лица. — Хэви, подтяни меня. Идем ко второй точке.

Тем временем. База Малакара.

Малакар стоял у пульта, глядя на голографическую проекцию горы (созданную Гареном с помощью дыма и лазеров из кристаллов). Одна из трех точек на схеме загорелась зеленым. — Первый резонатор в сети, — доложил Гарен. — Сигнал стабильный.

Малакар не улыбнулся. Он смотрел вверх. Свет, падающий из вентиляции, стал ярче. Солнечный луч, пробившийся сквозь облака, упал на пол пещеры, словно прицел снайпера. Тучи расходились.

— Гарен, — голос Малакара был ледяным. — Подними перископ. Я хочу видеть, что делает Люциус.

Гарен дернул рычаг. Система зеркал в вентиляции передала изображение на отполированную мифриловую пластину. Картинка была четкой. На вершине плато, среди снегов, стояла конструкция, похожая на гигантский цветок из золота и стекла. Лепестки-зеркала раскрывались, ловя солнце. В центре накапливался шар ослепительно-белой энергии. Вокруг суетились маги и инженеры.

— Они ускорили монтаж, — констатировал Малакар. — Оружие готово к калибровке. Как только солнце выйдет в зенит... — Через сколько? — спросил Гарен дрожащим голосом. — Полтора часа.

Векс нужно установить еще два резонатора. А ей нужно пройти через центральный улей тех самых червей. Малакар нажал кнопку на коммуникаторе. — Векс. Планы меняются. Бросай стелс. Беги. У тебя нет времени на аккуратность. Если мы не взорвем эту гору через час, мы все станем пеплом.

— Поняла, — голос Векс прорвался сквозь помехи. — Тогда я включаю режим «берсерк». Готовь Сердце, Малакар. Скоро будет громко.

Малакар отключил связь и посмотрел на плененного Инквизитора Маркуса, который все еще висел на стене (теперь уже в сознании). Маркус улыбался разбитыми губами. — Ты проиграл, еретик. Солнце уже здесь. Свет очистит эту гору. — Посмотрим, кто кого очистит, — ответил Малакар, кладя руку на рычаг мощности Сердца. — Гарен, переводи реактор в режим перегрузки. Начинаем разогрев.

Уровень «Корни Горы».

— Беги, жестянка! Беги! — кричала Векс, перепрыгивая через струю раскаленного газа.

Скрытность была отброшена. Они неслись по туннелям нижнего яруса как угорелые. Позади них каменный пол взрывался фонтанами лавы. Стая Лавовых Бурильщиков, разбуженная вибрацией первого резонатора, преследовала их. Эти твари плыли сквозь камень так же легко, как рыбы в воде, выныривая, чтобы куснуть или плюнуть магмой.

Хэви, нагруженный оставшимися двумя кольями, отставал. Его стальные набойки скользили по гладкому базальту. Один из червей вырвался из стены прямо перед пауком. Пасть, полная вращающихся зубов, клацнула в сантиметре от его «головы». Хэви не затормозил. Он использовал инерцию. Он выставил вперед бронированное плечо и таранил червя, сбивая его обратно в дыру. — СКРИИИИ! — визг металла о камень и плоть монстра был оглушительным.

— Вторая точка! — Векс указала на естественную колонну, подпирающую свод пещеры. Это был Северный Сброс. Несущая конструкция всего сектора. Она подбежала к колонне. Хэви сбросил ей второй кол.

Векс схватила черный мифрил. Он был горячим — воздух здесь прогрелся до ста градусов. Перчатки дымились. — Держи их! — крикнул она пауку.

Хэви развернулся к преследователям. Он встал в защитную стойку, растопырив оставшиеся лапы и размахивая Крюком Мясника. Три червя одновременно выпрыгнули из пола. Паук выстрелил паутиной. В такой жаре она не держалась долго, но её хватило, чтобы залепить глаза первому монстру. Второго Хэви встретил ударом крюка, распоров брюхо. Третий вцепился зубами в стальную пластину на боку паука, пытаясь прогрызть металл.

Пока киборг сражался, Векс искала точку резонанса. Она приложила руку к колонне, закрыв глаза. Вибрация... вот она. Узел напряжения. Она приставила кол к камню. Замах рукоятью кинжала. Удар. Еще удар. Кол вошел в породу с неохотой. Руны вспыхнули зеленым. — Есть контакт! — выдохнула она.

Она обернулась. Хэви был в беде. Червь, вцепившийся в него, начал плавить броню своей слюной. Векс метнула кинжал.Клык Скорби вонзился в мягкое нёбо червя. Монстр мгновенно оледенел изнутри и рассыпался на куски, отпустив паука.

— Уходим! — Векс подхватила последний кол с платформы Хэви. — Осталась одна точка. Самая глубокая.

База Малакара. Кузница Душ.

Малакар стоял у пульта, вцепившись в рычаги обеими руками. Его тело было натянуто как струна. Сердце Улья ревело. Ядро мана-двигателя, интегрированное в плоть, вращалось с такой скоростью, что его контуры размывались. Показатели давления маны были в красной зоне. — Держись, милая, — шептал Малакар, обращаясь к Сердцу. — Еще немного.

— Мастер! — голос Гарена, полного паники. — Внешние датчики! Движение в вентиляционной шахте!

Малакар не успел среагировать. Из темноты под потолком, там, где проходили трубы охлаждения, спрыгнули три тени. Они приземлились бесшумно, в клубах серого дыма. Одеты в облегающую серую броню, лица скрыты зеркальными масками. В руках — короткие клинки, светящиеся не золотом, а бледным серебром.

«Серебряные Тени». Элитный отряд убийц магов Ордена. Они специализировались на тихом устранении лидеров культов. — Цель обнаружена, — произнес один из них механическим голосом. — Ликвидировать оператора.

Они рванули к Малакару. Проблема была в том, что Малакар не мог отпустить рычаги. Если он уберет руки, поток энергии дестабилизируется, и Сердце взорвется раньше времени, похоронив их всех под горой, но не уничтожив армию наверху. Ему нужно было сражаться, не сходя с места. Одной левой рукой.

— Гарен, в укрытие! — рявкнул Малакар.

Первая Тень была уже рядом. Клинок, смазанный ядом, нацелился в шею некроманта. Малакар не отпустил правую руку от регулятора мощности. Он поднял левую — в Длани Владыки. — Гравитационный Удар.

Перчатка вспыхнула. Резкий жест вниз. Убийцу словно придавило невидимым прессом. Он рухнул на пол в метре от Малакара, его кости хрустнули под тяжестью собственной брони, ставшей вдруг весом в тонну. — Минус один.

Двое других разделились. Один прыгнул влево, другой — вправо, заходя с флангов. Они были быстры. Слишком быстры. Тот, что справа, метнул сюрикен. Малакар дернул головой. Лезвие чиркнуло по щеке, оставив порез. Тот, что слева, уже заносил клинок для удара в бок.

У Малакара не было времени на сложные заклинания. Он использовал то, что было под рукой. Точнее, в руке. Он перенаправил часть сырой, нестабильной энергии из Сердца Улья, пропуская её через себя, в левую руку. Это было больно. Его вены снова почернели. Он выставил ладонь в сторону атакующего. — Выброс!

Волна чистой, неочищенной некротики, смешанной с радиацией мана-ядра, ударила убийцу в грудь. Его серая броня мгновенно состарилась и рассыпалась прахом. Плоть под ней иссохла за секунду. Убийца превратился в мумию прямо в полете и рассыпался пылью, не долетев до пола.

— Минус два.

Третий (тот, что кинул сюрикен) понял, что к Малакару не подойти. Он сменил тактику. Он развернулся и побежал к Гарену, который прятался за ящиками. — Если не могу убить мага, убью техника, — читалось в его действиях.

Гарен взвизгнул, пытаясь перезарядить арбалет дрожащими руками. Убийца замахнулся.

— Нет! — прорычал Малакар. Он не мог достать врага магией — слишком далеко, и Гарен на линии огня. Он посмотрел на прикованного к стене Инквизитора Маркуса. Тот наблюдал за боем с надеждой в глазах.

Малакар сделал безумную вещь. Он ментально потянулся к душе Маркуса, которая была ослаблена пытками. И... дернул её. Не чтобы убить. А чтобы использовать как якорь.«Транспозиция».

ХЛОП!Воздух схлопнулся. Малакар и Маркус поменялись местами? Нет. Малакар поменял местами Маркуса и... убийцу. Тень, замахнувшаяся на Гарена, внезапно оказалась прикованной цепями к стене. А Инквизитор Маркус, все еще в одних подштанниках, упал на пол рядом с Гареном, сбитый с толку.

Малакар (все еще у пульта) сжал кулак левой руки. Цепи на стене сжались, ломая ребра убийце. — Минус три.

— Гарен! Выруби Инквизитора! — крикнул Малакар. Ученик, недолго думая, схватил тяжелый гаечный ключ и со всей силы опустил его на голову дезориентированного Маркуса.Бонк.Инквизитор снова отключился.

Малакар выдохнул, чувствуя, как кровь течет по щеке. — Слишком близко... На пульте замигала красная лампа. — Время! — крикнул он. — Солнце в зените через 10 минут! Векс, где тебя черти носят?!

Уровень «Пекло». Самое дно пещеры.

Здесь не было пола. Здесь были островки черного камня, плавающие в озере магмы. Векс стояла на последнем островке. Перед ней возвышался Центральный Столп — огромный сталагмит, уходящий вверх, в структуру горы. Третья точка.

Но путь к ней преграждала... Мать.Королева Червей.Существо размером с поезд. Она обвивала Столп своим телом, её чешуя была черной, как обсидиан, и раскаленной добела. У неё не было глаз, но она чувствовала каждое движение воздуха.

— Хэви... — прошептал Векс. — У нас нет времени на бой. Паук стоял рядом. Его броня была оплавлена, одна лапа оторвана, из суставов текло масло. Он умирал.

Векс посмотрела на кол в своей руке. Потом на Королеву. Потом на Столп. — Мне нужно 10 секунд у основания Столпа. Хэви издал скрежещущий звук. Это было похоже на вздох. Он понял. Киборг-нежить шагнул вперед. Он начал стучать своей единственной уцелевшей передней лапой по камню, вызывая вибрацию. Королева повернула голову. Огромная пасть раскрылась.

Хэви побежал. Не к Столпу. А в сторону, к краю обрыва. Королева бросилась за ним, разматывая кольца своего тела. — Прости, приятель, — прошептал Векс и рванула вперед.

Пока монстр гнался за пауком, Векс добежала до основания Столпа. Она вогнала кол в трещину. Ударила рукоятью.ДЗЫНЬ.Третий резонатор активен.

Позади раздался хруст металла. Королева настигла Хэви. Огромная пасть сомкнулась на корпусе паука. Но Хэви не сдался просто так. В момент смерти он активировал свой последний сюрприз — Крюк Мясника. Выстрел в упор. Прямо в глотку чудовища. Крюк застрял внутри. Хэви заклинил пасть Королевы своим стальным телом.

Векс нажала на руну на своем поясе. — Малакар! — заорала она в коммуникатор. — Сеть готова! Хэви... Хэви всё. Взрывай эту чертову гору!

Кузница Душ.

Малакар услышал сигнал. Он посмотрел наверх. Сквозь дыру в потолке ударил первый луч. Тонкий, как игла, но невероятно яркий. Он прожег пол в метре от Сердца Улья. Началось. «Солнечное Копье» начало фокусировку. Через минуту здесь будет столб пламени диаметром в сто метров.

— Гарен, держись! — крикнул Малакар. Он схватил рычаг и рванул его до упора вниз. — РЕЗОНАНС!

Сердце Улья издало звук, который нельзя было услышать ушами — только костями. Импульс чистой магии ушел вниз, по кабелям, в землю.

Глубоко внизу три черных кола завибрировали в унисон. Частота вибрации совпала с частотой камня. Структура горы, державшаяся миллионы лет, потеряла целостность. Гранит превратился в песок. Базальт треснул.

Гора «Клык Дракона» не взорвалась. Она... осела. Огромный пласт породы, на котором стояла армия Люциуса, просто провалился вниз на пятьдесят метров.

Сначала был звук. Не взрыв, а стон. Словно сама планета закричала от боли. Вибрация от трех резонаторов Векс, усиленная Сердцем Улья, ударила в опорные точки плато. Камень, державший вес миллионов тонн породы, превратился в пыль за долю секунды.

На вершине горы, в лагере Алого Рассвета, триумф сменился ужасом мгновенно. Инженеры, настраивающие последние зеркала «Солнечного Копья», почувствовали, как земля уходит из-под ног. Плато раскололось.

Огромная, многокилометровая плита гранита, на которой стояла армия, осадные машины и супероружие, накренилась. Луч «Солнечного Копья», уже начавший формироваться, дернулся. Вместо того чтобы прожечь вертикальную шахту вниз, к базе Малакара, он резанул по диагонали. Ослепительный белый луч, горячий как ядро звезды, прошел сквозь строй палаток, сжигая сотни людей за мгновение, срезал верхушку соседнего пика и ушел в небо, рассекая облака.

А затем гравитация сделала свое дело.ГРОХОТ.Плато рухнуло вниз на пятьдесят метров, врезавшись в нижний слой породы. Ударная волна была такой силы, что грифоны, сидевшие в загонах, лопнули от перепада давления. Осадные башни сложились как карточные домики. Золотая конструкция «Солнечного Копья» превратилась в груду искореженного металла и битого стекла.

Внизу, в Пещере Мифрилового Клыка, с потолка сыпалась пыль, но свод держался. Малакар рассчитал всё верно: он обрушил внешнюю кору горы, не затронув внутреннее ядро, где находилась его база.

Малакар отпустил рычаг. Сердце Улья, истратив весь заряд, замерло, перестав пульсировать. Оно уменьшилось в размерах, скукожившись как сушеный фрукт. — Мы живы... — прошептал Гарен, выглядывая из-под стола. Его лицо было белым как мел.

— Мы не просто живы, — Малакар вытер кровь с лица. — Мы победили.

Он подошел к вентиляции. Шахта была завалена, но через трещины пробивался свет. Не солнечный. Свет пожаров. — Векс? — позвал он в коммуникатор. Тишина. — Векс! — Я тут... — голос ассасина был слабым, прерывающимся кашлем. — Я в вентиляционном штреке. Успела запрыгнуть перед обрушением. Но тут жарко. Вытаскивай меня.

Час спустя. Поверхность (бывший лагерь Алого Рассвета).

Малакар, Гарен и Векс (которую они вытащили через запасной лаз) стояли на краю кратера. То, что открылось их взору, было кладбищем надежд Империи Света. Огромная впадина, заполненная обломками скал, искореженным металлом и телами. Тысячи тел. Пыль все еще висела в воздухе, окрашивая солнце в кроваво-красный цвет. Стоны раненых сливались в единый гул.

Малакар спустился вниз, ступая по битому стеклу зеркал. Он не чувствовал жалости. Он чувствовал голод. Вокруг него витали тысячи душ. Некоторые уже улетали, другие в растерянности кружили над своими телами. Это был шведский стол, которого он не видел триста лет.

— Гарен, — тихо сказал Малакар. — Собирай металл. Зеркала, линзы, мана-кабели. Всё, что уцелело. Это технологии, на создание которых у нас ушли бы годы. — А что делать с... ними? — Гарен кивнул на выживших паладинов, которые бродили в пыли, контуженные и ослепленные.

Малакар поднял Длань Владыки. — А они послужат делу.

Он вышел в центр руин. — ЖАТВА.Это не было точечное заклинание. Малакар раскинул руки, и перчатка на его левой руке засветилась так ярко, что затмила солнце. Черные вихри сорвались с его пальцев. Они закружились по кратеру, втягивая в себя души умерших и жизненную силу умирающих.

Малакар пил. Он чувствовал, как его резерв расширяется, как трещат его магические каналы, не выдерживая напора, и как они тут же перестраиваются, становясь шире и прочнее. 2-й уровень... 3-й уровень... Барьер был сломан. Кожа Малакара окончательно потеряла человеческий оттенок, став алебастрово-белой, твердой как камень. Его волосы удлинились и стали цвета пепла. Аура вокруг него стала настолько плотной, что снег таял в радиусе пяти метров.

Системное сообщение:Достигнут Ранг 3 (Магистр Смерти).Открыт доступ к школе: «Высшая Некромантия».Навык: «Поднятие Легиона» (блокировано до постройки Зиккурата).Навык: «Призрачная Форма» (активно).

Он закончил. В кратере стало тихо. Стоны прекратились. Те, кто был ранен, умерли, отдав силы. Те, кто был мертв, стали прахом. Малакар открыл глаза. Теперь в них не было зрачков — только сплошная фиолетовая тьма, в которой плавали звезды.

Вдруг, на другом краю кратера, движение. Из-под обломков золотой конструкции выбрался человек. Его доспехи были помяты, плащ сожжен, шлем потерян. Левая рука висела плетью. Лицо было залито кровью.Генерал Люциус.

Он стоял, опираясь на свой меч Светозар, который единственный сиял незамутненным светом. Люциус увидел Малакара. Между ними было метров двести смерти и разрушения.

Малакар ожидал атаки. Ожидал проклятий. Но Люциус сделал то, чего Малакар не ожидал. Генерал воткнул меч в землю, но не для боя. Он использовал его как опору, чтобы выпрямиться. Он посмотрел на Малакара с холодной, абсолютной ненавистью. — Ты выиграл битву, некромант, — голос Люциуса, усиленный магией, прозвучал четко. — Ты убил моих людей. Ты сломал мое оружие. Но ты совершил ошибку. Генерал сплюнул кровь. — До сегодняшнего дня ты был проблемой. Занозой. Теперь ты — Угроза Короны. Ты думаешь, что спрятался в горе? Я вернусь. И я приведу с собой не армию. Я приведу с собой Богов.

Люциус достал из-за пазухи кристалл телепортации. — Жди, — бросил он и раздавил камень. Вспышка света — и Генерал исчез.

Малакар стоял в тишине. — Угроза Короны... — он попробовал слова на вкус. — Звучит как титул.

Векс подошла к нему. Она держала в руках обломок стальной лапы Хэви. Это все, что осталось от паука. — Мы победили? — спросила она тихо. — Да, — кивнул Малакар. — Но Люциус прав. Теперь они знают, кто мы. Игры кончились.

Он посмотрел на руины. — У нас есть ресурсы, чтобы построить новую армию. У нас есть технологии Света, которые мы извратим. И у нас есть гора. Он положил руку на плечо Векс. — Хэви не умер зря. Мы построим ему памятник. Нет... мы построим новый корпус. Лучше. Больше. И назовем его именем первый танк нашего легиона.

Малакар развернулся к пещере. — Гарен! Грузи всё, что фонит магией! Векс, собери оружие! Мы уходим вниз. — Вниз? — не понял Гарен. — В самые корни. Мы больше не будем прятаться в норе. Мы построим Некрополь. Настоящий город мертвых под горой. И когда Люциус вернется с Богами... мы встретим их как равные.

Он взмахнул рукой, и из-под завалов начали подниматься свежие мертвецы — паладины в искореженных латах. Их было сотни. — Вставайте, — скомандовал Малакар. — У вас новая работа. Вы больше не воины Света. Вы — строители Тьмы.

Малакар шагнул во тьму туннеля, и за ним последовала его новая, молчаливая армия. Гора Клык Дракона умерла. Да здравствует Черная Цитадель.

Глава 9: Тени под Горой

День 1-й Эры Некрополя.Глубинные уровни горы Клык Дракона.

Процессия была бесконечной и молчаливой. Это было зрелище, способное свести с ума любого смертного, но для Малакара оно было симфонией порядка. Сотни фигур в помятых, обожженных золотых доспехах спускались по спиральному пандусу, вырубленному в скале. Они несли на плечах огромные грузы: искореженные балки «Солнечного Копья», осколки гигантских линз, ящики с припасами и даже разобранные части осадных машин. Это были мертвые паладины Алого Рассвета. Те самые, что клялись уничтожить тьму, теперь служили ей в качестве безупречных грузчиков. Они не жаловались на вес, не просили отдыха и не боялись темноты, сгущающейся в недрах планеты.

Малакар шел в арьергарде. Его шаги по камню звучали твердо. Он изменился. Третий Ранг, полученный после «Жатвы», трансформировал его тело. Теперь он был выше, его плечи стали шире, а кожа приобрела текстуру полированного мрамора — холодная, твердая, почти неуязвимая для обычного оружия. Его волосы, ставшие абсолютно белыми, были собраны в хвост на затылке шнурком из мифриловой нити. Но главным изменением были глаза: в них больше не было белка, только сплошная, вибрирующая фиолетовая бездна.

Рядом с ним, едва поспевая, семенил Гарен. Бывший ученик мага теперь выглядел как безумный техно-шаман. На нем был фартук из кожи тролля, увешанный инструментами, а на глазах — сложные гогглы с множеством линз, снятые с трупа главного инженера паладинов. — Мастер, — бормотал Гарен, сверяясь с пергаментом, который он держал в дрожащих руках. — Расчеты верны. Нижняя каверна... это идеальное место. Там пересекаются три лей-линии магии земли. И там есть геотермальный источник. Но...

— Но? — голос Малакара теперь звучал глубже, с металлическим резонансом.

— Там... древняя архитектура. Я видел руны на стенах, когда мы проводили разведку. Это не тролли. И не гномы. Это что-то старше. — Мы не первые, кто решил жить под землей, Гарен, — спокойно ответил Малакар. — Но мы будем последними, кто будет владеть этим местом.

Они вышли в Костяное Сердце — гигантскую природную пещеру, расположенную в километре под поверхностью. Размеры поражали. Потолок терялся во мраке, поддерживаемый колоссальными колоннами из сталактитов. В центре пещеры находилось подземное озеро, вода в котором была черной и маслянистой. А посреди озера возвышался остров из базальта. Именно там стояли руины. Остатки циклопических стен, сложенных из блоков такого размера, что их не могли поднять даже великаны.

— Вот наш дом, — Малакар указал на остров. — Черная Цитадель.

Векс ждала их у кромки воды. Она сидела на ящике с динамитом (трофей из лагеря Люциуса) и точила один из своих мифриловых кинжалов. Выглядела она уставшей, но довольной. — Я проверила периметр, — сообщила она, вставая. — В озере живет какая-то дрянь, похожая на спрута, но она боится света. В дальнем конце пещеры есть проходы, ведущие в Глубинные Тропы. Оттуда тянет сквозняком и... грибами. — Темные Эльфы или Двергары, — кивнул Малакар. — Мы с ними познакомимся. Позже. А сейчас нам нужно построить оборону.

Малакар поднял Длань Владыки. — Легион! Стой!

Сотни зомби-рыцарей замерли как один. — Сбросить груз! Грохот металла о камень эхом прокатился по пещере. — Начало работ. Группа А — разбор завалов на острове. Группа Б — возведение моста. Группа В — переплавка.

Началось строительство. Это не было хаотичное возведение лагеря беженцев. Это была инженерная операция. Малакар подошел к берегу озера. Ему нужен был мост. Он не стал строить его из дерева или камня. Он использовал кости. В битве наверху погибли тысячи. Смесь тел людей, грифонов и троллей. — Остеокинез.Малакар вытянул руки. Из куч трупов, сваленных у входа в пещеру, начали вылетать кости. Они сдирали с себя мясо, очищались в полете и складывались в структуру. Ребра сплетались в арки. Позвоночники становились опорами. Черепа мостили покрытие. За десять минут через черное озеро был перекинут широкий, прочный мост цвета слоновой кости. Жуткий, но великолепный.

Малакар первым ступил на него, направляясь к острову. Гарен и Векс шли следом, стараясь не смотреть под ноги, где пустые глазницы черепов глядели в бездну вод.

На острове, среди древних руин, Малакар выбрал место для Зиккурата — центрального здания, которое станет резиденцией, лабораторией и генератором щита. — Гарен, тащи сюда Сердце Улья и Ядро Бура, — скомандовал он. — И то самое «Солнечное Зеркало», которое уцелело. Мы построим Око Тьмы.

Пока зомби таскали тяжести, Малакар занялся самым важным — переработкой ресурсов. У них были тонны золота и стали из доспехов паладинов. Золото — отличный проводник магии, если его правильно очистить. Малакар создал временную плавильню прямо в чаше старого фонтана. Он бросал туда шлемы, кирасы и наручи с символикой солнца. — Осквернение Металла.Он добавлял в расплав порошок некротита и собственную кровь. Золото чернело. Оно становилось Черным Златом — материалом, который поглощает свет, а не отражает его. Из этого металла он планировал создать элитную экипировку для своих лейтенантов.

Но ему не хватало главного. Тяжелой огневой мощи. Он потерял Хэви. Потерял паука-танка. Векс сидела у воды, глядя на кусок стальной лапы, который она сохранила. Малакар подошел к ней. — Ты скучаешь по нему. — Он был тупой машиной, — фыркнула Векс, но её голос дрогнул. — Но он спас мне жизнь. И он был... забавным. В своем роде. — Мы не можем вернуть Хэви, — сказал Малакар. — Его душа (точнее, тот суррогат, что я создал) рассеялась. Но мы можем создать преемника. Он показал на груду металла, оставшуюся от буровой машины «Стальной Червь». И на остатки осадных башен. — У меня есть идея. Гарен нашел чертежи «Големов-Хранителей» в вещах инженеров. Если мы скрестим некромантию, технологии бурения и... душу кого-то очень злого, мы получим танк, который не нужно кормить.

— Кого злого? — спросила Векс. Малакар кивнул в сторону, где двое зомби-троллей тащили на цепях Инквизитора Маркуса. Пленник был изможден, но все еще жив. — У нас есть доброволец, — улыбка Малакара была страшной. — Маркус всегда хотел служить высшей цели. Стать несокрушимым щитом. Я исполню его мечту.

Ритуал Создания: Дредноут.

В центре строящегося Зиккурата Малакар начертил сложнейшую пентаграмму. Он использовал расплавленный мифрил вместо мела. В центре круга лежал каркас. Это было чудовищное творение Гарена. Тело, собранное из бронеплит буровой машины, усиленное гидравликой и костями троллей. Вместо ног — гусеничные траки. Вместо правой руки — роторный бур. Вместо левой — огромный клешневой захват от погрузчика. В груди — место для пилота... или для саркофага.

Малакар подвел Маркуса к машине. — Ты видишь это, Инквизитор? — спросил он. — Это твоё новое тело. Маркус посмотрел на металлического монстра. — Ты безумен, — прохрипел он. — Ты думаешь, я буду управлять этим? Я скорее умру. — Ты не будешь управлять, — мягко поправил Малакар. — Ты станешь частью этого. Твой мозг будет процессором. Твоя ненависть — топливом. А контроль... контроль будет у меня.

Это была Высшая Некромантия. Ритуал «Погребение в Стали». Малакар не стал убивать Маркуса. Он погрузил его в магический сон и поместил его живое (пока еще) тело внутрь бронированного саркофага в груди голема. Затем он начал подключать нервную систему Инквизитора к мана-кабелям машины. Крик Маркуса, когда иглы вошли в позвоночник, был заглушен толстой броней.

Малакар начал читать заклинание. — Плоть слаба. Сталь вечна. Служи в смерти так, как служил в жизни.

Он влил в машину поток магии 3-го ранга. Глаза голема (сенсоры с красной подсветкой) вспыхнули. Двигатель за спиной взревел, выпуская клубы черного дыма. Трехметровая махина дернулась. Гусеницы лязгнули, вгрызаясь в камень. Бур раскрутился с воем.

Создан юнит: Некро-Дредноут «Искупитель».(Класс: Осадный Юнит / Живая Тюрьма. Вооружение: Бур, Огнемет, Гарпун).

— Маркус? — позвал Малакар. Голова голема с визгом сервоприводов повернулась к нему. Из динамиков донесся искаженный, металлический голос, в котором слышались отголоски голоса Инквизитора: — СИСТЕМЫ... АКТИВНЫ... БОЛЬ... БЕСКОНЕЧНА... ПРИКАЗЫВАЙ... ВЛАДЫКА...

Векс подошла к машине и постучала кинжалом по броне. — Звучит жутко. Мне нравится. Это лучше, чем паук. — Это только начало, — ответил Малакар.

Прошло три дня. За это время руины на острове превратились в крепость. Стены были восстановлены и укреплены металлическими листами. Зиккурат вырос на три этажа вверх. На его вершине Гарен установил «Око Тьмы» — огромную линзу от «Солнечного Копья», перевернутую и накачанную тьмой. Теперь она работала как радар и... как лазерная турель, бьющая лучом чистой некротики.

Малакар стоял на балконе своего нового тронного зала, глядя на кипящую внизу работу. У него было 300 зомби-рыцарей. 4 тролля-раба. Дредноут. Техник и Ассасин. Но ему нужны были ресурсы другого рода. Ему нужны были знания о Глубинах.

Внезапно «Око Тьмы» на вершине башни издало низкий гул. Луч света ударил в темноту пещеры, освещая дальний проход. Там, у границы света и тени, стояла группа фигур. Они были невысокими, коренастыми, закованными в тяжелую, угловатую броню серого цвета. В руках они держали многоствольные мушкеты и щиты. Их кожа была серой, как камень, а глаза светились тусклым оранжевым светом.

Двергары. (Глубинные Гномы). Они не нападали. Они стояли плотным строем, а вперед вышел переговорщик с белым флагом (который в условиях подземелья был скорее грязно-серым).

— Гости, — Малакар поправил свои новые одежды — мантию, сшитую из знамен паладинов, перекрашенных в черный. — Векс, Искупитель, за мной. Мы идем заключать торговый договор. Или объявлять войну. Зависит от их манер.

Он спустился к мосту из костей. Делегация Двергаров ждала на том берегу. Лидер гномов снял шлем. Его борода была заплетена в косы с вплетенными железными кольцами. Лицо пересекал шрам. — Я — Тан Горм, Железнобокий, — пророкотал он голосом, похожим на скрежет гравия. — Мы слышали, как ты обрушил гору, Верхний Житель. Мы видели, как ты перебил «Светляков». — Я — Малакар, Владыка Черной Цитадели, — ответил некромант. — И я рад, что вы оценили мой ремонт ландшафта. Зачем вы пришли?

Тан Горм сплюнул на землю. — Ты сидишь на источнике. А у нас есть то, чего у тебя нет. Еда. Порох. И информация. Мы предлагаем сделку. — Я слушаю. — На Глубинных Тропах война. Дроу (Темные Эльфы) сошли с ума. Они призывают демонов. Они отрезали наши торговые пути. Помоги нам прорвать блокаду у города Н'Зар... и мы поделимся секретами обработки Адамантия. И дадим тебе столько грибного пива, сколько ты сможешь выпить.

Малакар переглянулся с Векс. Адамантий. Металл прочнее мифрила. Война с Дроу. Демоны. Это звучало как возможность получить высокоуровневые души.

— Тан Горм, — Малакар протянул руку в черной перчатке. — Кажется, у нас намечается плодотворное сотрудничество. Но пиво оставь себе. Мне нужны ваши пушки.

Глубинные Тропы. Сектор «Черный Разлом».12 часов спустя после заключения союза.

Походная колонна представляла собой странное, пугающее зрелище, от которого разбегались даже пещерные медведи. В авангарде шли Двергары. Низкорослые, закованные в угловатую сталь, они двигались единым монолитом, стуча тяжелыми сапогами в ритм барабана. Их мушкеты дымились (фитили всегда держали зажженными), а щиты образовывали живую стену. Следом двигалась армия Малакара. Сотня Зомби-Рыцарей в перекрашенных, почерневших доспехах паладинов. Они шли бесшумно, не дышали, не переговаривались. А в центре, возвышаясь над всеми на две головы, ехал Искупитель. Некро-Дредноут, бывший Инквизитор Маркус, лязгал гусеницами по камню. Из выхлопных труб на его спине валил черный дым. Его красный оптический сенсор вращался, сканируя тьму.

Малакар шел рядом с Таном Гормом. — Долго еще? — спросил некромант. — Блокпост Дроу за этим поворотом, — проворчал гном, поглаживая рукоять боевого топора. — Мост Слез. Единственный путь к нашему городу Н'Зар. Они укрепились там основательно. Магические барьеры, пауки, отравленные стрелы. Мы пытались штурмовать его трижды. Потеряли пятьдесят хороших парней.

— Пауки? — переспросил Малакар. — Это хорошо. У меня есть опыт общения с арахнидами.

Они вышли за поворот, и перед ними открылась панорама поля битвы. Это была огромная каверна, разделенная бездонной пропастью. Через пропасть был перекинут широкий каменный мост. На той стороне моста Дроу возвели баррикады. Но не из камня или дерева. Из костей и фиолетовой магической паутины. В воздухе над мостом висела Сфера Тьмы — заклинание, блокирующее обычное зрение и глушащее звуки. За баррикадами мелькали гибкие фигуры в легкой броне и... огромные силуэты демонических тварей.

— Демоны-Псы, — сплюнул Тан Горм. — Гончие Бездны. Быстрые, жрут металл. — Вижу, — Малакар прищурился. Его Взор Бездны пробивал магическую тьму Дроу. — И вижу их командира. На возвышении за баррикадами стояла женщина-дроу в откровенном наряде из кожи и паутины. В руках у неё был посох, увенчанный живым глазом. Матрона Дома Зар'Рит.

— Тан, прикажи своим стрелкам дать залп. Подавите их лучников, — скомандовал Малакар. — Мои мертвецы пойдут по центру как щит. А Искупитель вскроет эту консервную банку.

Горм кивнул. — БРАТЬЯ! ЗАРЯЖАЙ! ЗА КАМЕНЬ И ПИВО!Две сотни мушкетов поднялись.БАБАХ!Грохот выстрелов в замкнутом пространстве был оглушительным. Облако порохового дыма накрыло авангард. Пули, зачарованные рунами пробития, ударили в баррикаду Дроу. Сфера Тьмы замерцала, поглощая часть урона, но несколько эльфийских лучников упали с пробитыми головами.

Дроу ответили мгновенно. Из тьмы вылетел рой арбалетных болтов и сгустков фиолетовой магии. — В АТАКУ! — Малакар взмахнул мечом.

Зомби-рыцари двинулись на мост. Они подняли щиты (бывшие щиты Алого Рассвета, теперь украшенные черепами), принимая на себя град стрел. Болты отскакивали от мифриловой брони или застревали в мертвой плоти, не причиняя вреда.

— Искупитель! Твой выход! — крикнул Малакар.

Дредноут взревел двигателем. Гусеницы взрыли камень, высекая искры. Трехметровая машина рванула вперед, обгоняя зомби. Маркус внутри саркофага, погруженный в безумие боевого транса, закричал через динамики: — ПОКАЙТЕСЬ! ИБО СМЕРТЬ ЕСТЬ ОЧИЩЕНИЕ!

Искупитель врезался в ряды Гончих Бездны, которые выскочили навстречу. Это была бойня. Роторный бур на правой руке голема превратил первую гончую в фарш из мяса и огня за секунду. Левая рука-клешня схватила вторую тварь за хребет и сжала. Хруст костей был слышен даже сквозь грохот выстрелов. Огнемет, встроенный в плечо дредноута, полыхнул струей зеленого алхимического огня, сжигая паутину баррикад.

Дроу были в панике. Они привыкли сражаться с гномами — медленными и предсказуемыми. Но они не были готовы к танковому прорыву под прикрытием нежити.

Матрона на возвышении поняла, что теряет позицию. Она подняла посох. — Velkyn uss! Z'hind d'oloth! (Тьма, приди! Слуги Бездны, я призываю вас!) Она вонзила кинжал в грудь стоящего рядом раба-эльфа. Кровь брызнула на землю, формируя круг призыва.

Воздух над мостом разорвался. Из разлома реальности вышла тварь. Это была не гончая. Это был Страж Скверны. Четырехрукий демон ростом с тролля, покрытый красной чешуей. В каждой руке он держал по пылающему мечу. Аура демона была такой горячей, что зомби, стоявшие рядом, начали тлеть.

Страж взревел и прыгнул прямо на Искупителя. Удар четырех мечей одновременно.КЛАНГ!Броня дредноута, сделанная из корпуса буровой машины, выдержала, но машину отбросило назад. На металле остались глубокие, светящиеся жаром борозды. Маркус внутри закричал — обратная связь от повреждений причиняла ему фантомную боль. — СИСТЕМА... ПОВРЕЖДЕНА... БРОНЯ... КРИТИЧЕСКИ...

Демон замахнулся снова, целясь в кабину пилота.

— Векс! Снимай Матрону! — крикнул Малакар в коммуникатор. — Я беру рогатого!

Малакар побежал по мосту. Он не прятался за щитами. Он использовал Призрачную Форму — навык 3-го ранга. Его тело стало полупрозрачным, стрелы Дроу пролетали сквозь него. Он приблизился к Стражу Скверны. Демон был занят вскрытием дредноута, как консервной банки.

Малакар материализовался в десяти метрах от монстра. — Эй, урод! — крикнул он. — Ты забыл спросить разрешения на въезд!

Демон повернул одну из голов (у него их было две, сросшихся боками). Малакар поднял левую руку.Длань Владыки сияла так ярко, что было больно смотреть. В центре перчатки пульсировал рубин. — Цепи Льда.

Из воздуха вокруг демона материализовались толстые цепи, сделанные из черного льда. Они обвили все четыре руки твари, приковывая их к полу моста. Лед зашипел, соприкасаясь с горячей кожей демона. Пар повалил столбом. Демон взревел, напрягая мышцы. Лед затрещал. Он был сильнее магии Малакара.

— Не удержишь! — прохрипел демон на темном наречии. — А я не собираюсь тебя держать, — ответил Малакар. — Я собираюсь тебя выпотрошить.

Он выхватил Оскверненный Клинок. Но вместо того, чтобы ударить мечом, он вонзил его... в Искупителя. В заднюю часть корпуса, где находился мана-реактор. — Маркус! Дай мне энергию! Дредноут содрогнулся. Малакар замкнул цепь: Реактор -> Меч -> Малакар -> Перчатка. Он стал проводником чудовищной мощности.

С его правой руки сорвался луч. Не света.Луч Распада.Черный луч ударил демона прямо в грудь, между сросшимися головами. Броня, магия, плоть — все исчезло. Демона пробило насквозь. В его груди образовалась дыра размером с голову, края которой не кровоточили, а рассыпались серым пеплом.

Страж Скверны застыл. Мечи выпали из его рук. Он посмотрел на дыру в себе с искренним удивлением и рухнул, распадаясь на куски еще в полете.

В это же время на возвышении Матрона Дроу вдруг захрипела. Из её тени за спиной вынырнула Векс. Один удар Клыком Скорби — и горло жрицы было перерезано. Но Векс не остановилась. Вторым ударом она отсекла руку с посохом. — Твой бог тебя не спас, — прошептала ассасин ей на ухо.

Смерть Матроны и Демона сломила дух Дроу. Они побежали. Двергары, видя бегство врага, взревели боевой клич и бросились в преследование, добивая отстающих прикладами и топорами.

Малакар стоял на мосту, тяжело дыша. Он выдернул меч из корпуса дредноута. Маркус внутри затих, перейдя в режим ожидания (или отключившись от перегрузки). Рука Малакара дымилась. Длань Владыки раскалилась докрасна, но выдержала. Он подошел к останкам демона. Душа такой твари не улетает сразу. Она тяжелая, вязкая. Малакар присел и начал собирать эссенцию. Это был Хаос в чистом виде. Опасный, но необходимый для создания высшей нежити.

Тан Горм подошел к нему, переступая через трупы эльфов. Он посмотрел на дымящуюся дыру в мосту, на дредноут и на Малакара. В его глазах больше не было подозрительности. Был страх, смешанный с уважением. — Ты... эффективен, Владыка, — прохрипел гном. — Путь к Н'Зару открыт.

Малакар выпрямился, стряхивая пепел демона с мантии. — Это была разминка, Тан. Он посмотрел в сторону туннеля, куда убежали Дроу. — Мы не просто снимем блокаду. Мы пойдем дальше. Я хочу видеть их город. И я хочу знать, откуда они призывают этих тварей.

Векс, появившаяся рядом с трофейным посохом Матроны в руках, усмехнулась. — Ты хочешь захватить город Дроу? — Нет, — ответил Малакар. — Я хочу захватить их Портал.

Он повернулся к своей армии. Зомби-рыцари стояли неподвижно. Искупитель гудел, остывая. Малакар поднял меч. — Гарен! Ремонт Искупителя! У тебя час. Векс, допроси пленных. Тан Горм, веди нас в свой город. Мне нужно пиво. И мне нужен ваш лучший кузнец.

Глава 10: Город Тысячи Наковален

Путь до Н'Зара занял шесть часов марша по Глубинным Тропам. Это был другой мир. Если пещера Малакара была холодной гробницей, то владения Двергаров напоминали внутренности гигантского парового механизма. Воздух здесь был тяжелым, насыщенным серой и угольной пылью. Стены туннелей были окованы железом. Вдоль дороги тянулись толстые трубы, по которым с гулом перекачивалась магма и пар.

— Мы подходим к Великому Шлюзу, — прокричал Тан Горм, перекрывая шум вентиляционных турбин.

Малакар кивнул. Он шел во главе своей процессии, и его вид вызывал трепет даже у суровых подземных жителей. Его новая мантия, сшитая из знамен павших паладинов, развевалась в потоках горячего воздуха. За ним лязгал гусеницами поврежденный, но всё еще внушающий ужас дредноут «Искупитель». Следом шли Зомби-Рыцари, чеканя шаг в унисон.

Туннель закончился, и перед ними открылась панорама, от которой у Гарена перехватило дыхание, а Векс инстинктивно потянулась к кошельку.

Н'Зар. Город Тысячи Наковален.Он был высечен внутри жерла спящего вулкана. Город не строился вверх — он свисал вниз. Гигантские цепи толщиной с туловище дракона удерживали подвесные платформы, кварталы и заводы над бездонным озером лавы. Свет здесь был оранжевым и резким. Тысячи горнов горели одновременно. Звук ударов молотов сливался в единый, ритмичный пульс, похожий на сердцебиение бога войны.

— Впечатляет, — сухо оценил Малакар. — Хаотично, грязно, но... функционально.

Они подошли к воротам. Это были две створки из чистого адамантия, покрытые рунами защиты от демонов. Стражники на стенах навели на них тяжелые гарпунные пушки. — Открыть врата! — рявкнул Горм. — Я привел союзника! Того, кто убил Матрону Дроу!

Ворота со скрипом, от которого задрожали зубы, начали расходиться.

Внутри города их встретили не фанфары, а настороженные взгляды. Улицы Н'Зара были узкими, забитыми механизмами и тележками с рудой. Двергары — мужчины и женщины, все коренастые, с серыми лицами и светящимися глазами — расступались перед процессией нежити. Они смотрели не со страхом, а с жадностью. Они оценивали броню зомби. Оценивали конструкцию дредноута.

— Они смотрят на нас как на запчасти, — заметила Векс, идя рядом с Малакаром. — Это их природа, — ответил он, не поворачивая головы. — Двергары не верят в магию, они верят в материальное. Для них мой легион — это ходячий металлолом. Нам нужно показать им, что этот металлолом кусается.

Они поднялись на центральную платформу, где располагался Зал Совета Железнобоких. Это было массивное здание из черного базальта, украшенное черепами подземных чудовищ. Внутри, за длинным столом из камня, сидели трое.Триумвират Н'Зара.

Тан Брокк (Торговля): Толстый гном в шелках и золоте, увешанный кольцами.Тан Хель (Война): Старый воин с механическим глазом и рукой-протезом.Верховный Кузнец Орн: Гном с кожей, похожей на дубленую кору, в простом фартуке, но с аурой такой силы, что воздух вокруг него дрожал.Тан Горм вышел вперед и поклонился. — Совет! Я выполнил миссию. Блокада прорвана. Дроу бежали. И всё благодаря ему.

Малакар вышел в центр зала. Он не поклонился. Владыки не кланяются. Он снял капюшон, позволив свету местных ламп отразиться в его абсолютно черных глазах с фиолетовыми искрами. — Я — Малакар из Черной Цитадели, — его голос, усиленный магией, заполнил зал. — Я пришел не просить награду. Я пришел предложить сделку, которая сделает Н'Зар столицей всего Подземья.

Тан Брокк (торговец) прищурился. — Красивые слова, поверхностник. Но мы знаем цену словам. Ты привел сюда нежить. Это грязь. Это нарушение Санитарного Кодекса. — Эта «грязь» убила Стража Скверны, которого ваши пушки не могли поцарапать, — парировал Малакар.

Он сделал знак Гарену. Ученик, трясясь от важности момента, выкатил вперед тележку. На ней лежал не сундук с золотом. На ней лежала Голова Демона. И... его сердце, которое все еще слабо пульсировало, истекая хаосом. Зал ахнул. Даже старый Тан Хель подался вперед. — Эссенция Высшего Демона, — прошептал Кузнец Орн. — Идеальный катализатор для плавки...

— Это подарок, — сказал Малакар. — Знак доброй воли. Но мое настоящее предложение другое. Он указал на своих зомби-рыцарей, стоящих у входа. — У вас есть шахты, где ядовитый газ убивает рабочих за неделю. У вас есть жилы, куда нельзя добраться из-за жары. Мои слуги не дышат. Не устают. Не требуют оплаты и еды. Малакар обвел взглядом Совет. — Я предлагаю вам аренду «Вечных Шахтеров». Вы даете мне Адамантий и доступ к вашим технологиям. Я даю вам рабочую силу, которая удвоит вашу добычу за месяц.

В зале повисла тишина. Слышно было только гудение вентиляции. Это было предложение, от которого невозможно отказаться. Жадность боролась с ксенофобией.

Тан Брокк начал подсчитывать прибыль на пальцах. Тан Хель смотрел на Искупителя с профессиональным интересом. Наконец, заговорил Кузнец Орн. — Ты говоришь о технологиях, некромант. Но сможешь ли ты оценить их? Твой голем... — он кивнул на дредноут. — Это грубая работа. Сварка кривая. Гидравлика течет. Это позор для металла. — Поэтому я здесь, — спокойно ответил Малакар. — Моему технику, — он указал на покрасневшего Гарена, — нужен учитель. А мне... мне нужна броня.

Малакар подошел к столу и положил на него руку. — Я хочу заказать доспех. Не простой. Из Чистого Адамантия. Закаленного в крови того самого демона, чью голову я вам принес. Орн встал. Он был ниже Малакара на полметра, но казался горой. — Адамантий не терпит магии, колдун. Он отторгает её. Если ты наденешь такой доспех, ты лишишься своих сил. — Обычный адамантий — да, — согласился Малакар. — Но если мы используем «Ковку Пустоты»... если мы заменим углерод в сплаве на прах некротита... металл изменит полярность. Он станет проводником.

Глаза Кузнеца расширились. — Это теория. Запретная теория. Никто не пробовал. Это может взорвать кузницу. — Я рискну, — улыбнулся Малакар. — А ты? Или лучший кузнец Н'Зара боится экспериментов?

Это был вызов. Удар по гордости. Орн ударил кулаком по столу. — Хорошо! Если ты переживешь примерку, я выкую тебе доспех, перед которым задрожат горы. Но если ты сгоришь... твоя душа пойдет на растопку моего горна. — Договорились.

Промышленный Сектор. Личная Кузница Орна.

Процесс начался немедленно. Двергары не любят тянуть время. Гарен был отправлен в инженерный цех вместе с Искупителем — местные механики облепили дредноут как муравьи, разбирая его, чтобы собрать заново, лучше и смертоноснее. Векс исчезла в тенях города — «изучать рыночную конъюнктуру» (то есть воровать карты и слухи в тавернах).

Малакар остался наедине с Орном и жаром, который мог расплавить кости. Кузница Орна висела на цепях прямо над лавовым озером. Здесь не было стен, только жар и грохот. — Раздевайся, — буркнул кузнец, ворочая щипцами слиток темно-серого металла.

Малакар снял мантию и остатки своей старой брони. Он остался в одних штанах. Его бледное тело было покрыто черной вязью магических каналов. В груди, там, где билось сердце, просвечивало фиолетовое сияние. — Ты больше не человек, — констатировал Орн, глядя на него. — Ты — конструкт. Живая некромантия. Это упрощает дело.

Орн бросил в тигель с расплавленным адамантием сердце демона.ПШШШШ!Выброс зеленого пара. Металл зашипел, меняя цвет с серого на глубокий, маслянистый черный с красными прожилками. — Держи форму! — крикнул кузнец своим подмастерьям.

Началась ковка. Это была не просто работа молотом. Это была битва воли. Орн бил по металлу, вкладывая в удары рунную магию земли. Малакар стоял рядом и вливал в заготовку свою ману.Синхронизация.Каждый удар молота должен был совпадать с импульсом некротики.БАМ! (Тьма входит в структуру).БАМ! (Металл принимает тьму).

Это продолжалось часами. Малакар чувствовал, как его резерв истощается. Жар был невыносимым, но его ледяная природа позволяла ему стоять там, где живой сгорел бы. Постепенно из бесформенных кусков начали вырисовываться детали. Нагрудник с высоким воротом-горжетом. Наплечники в виде черепов драконов. Перчатки с бритвенно-острыми когтями.

— Последний этап, — прохрипел Орн. Он сам был покрыт потом и сажей. — Закалка. Обычно металл опускают в масло или воду. — В меня, — приказал Малакар. — Что? — Остуди его на мне. Пусть он запомнит форму носителя.

Орн посмотрел на него как на безумца, но кивнул. Щипцами он подхватил раскаленный докрасна нагрудник и прижал его к голой груди Малакара.

Запах горелой плоти заполнил кузницу. Малакар не закричал. Он зарычал. Его кожа шипела, но регенерация Тролля и магия Льда боролись с жаром. Металл остывал мгновенно, впиваясь в тело, становясь второй кожей. Магия спаивала плоть и адамантий. — Следующий кусок! — прорычал Малакар.

Наплечники. Поножи. Сапоги. Один за другим, раскаленные элементы брони надевались на живое тело, прижигались и остывали, становясь черными и матовыми.

Когда Орн закрепил последнюю деталь — шлем-корону с закрытым забралом, — Малакар упал на колени. Его тело дымилось.Системное сообщение:Интеграция завершена.Получен предмет: Доспех «Черный Монолит» (Класс: Легендарный).Свойства: Полный иммунитет к физическому урону ниже ранга «Мастер». Сопротивление Свету +50%. Усиление магии Некромантии +30%.Штраф: Вес 200 кг (компенсируется магией).

Малакар медленно поднялся. Теперь он выглядел как воплощение войны. Черный гигант, закованный в металл, который поглощал свет. Из щелей забрала горел фиолетовый огонь. Он сжал кулак. Металл скрипнул, но не стеснял движений. Он стал частью его анатомии.

Орн опустил молот и вытер лицо тряпкой. — Это... лучшее, что я создавал, — признал гном. — Ты заплатил высокую цену, колдун. Боль — это хорошая плата.

В этот момент двери кузницы распахнулись. Вбежала Векс. За ней по пятам гнались двое гномов-стражников, но она была быстрее. — Малакар! — крикнула она, задыхаясь. — У нас проблемы. Большие проблемы. Малакар повернул к ней свою бронированную голову. — Я только что обрел неуязвимость, Векс. Какие могут быть проблемы?

— Политические, — выпалила она. — Я слышала разговор послов в Нижнем Квартале. Тан Брокк... он продает нас. — Кому? — голос Малакара звучал теперь как скрежет тектонических плит. — Не Паладинам. Хуже. Высшим Элфам. Делегация из Серебряного Леса прибыла час назад. Они знают про твою базу. И они предлагают Танам «Свет Древа» в обмен на твою голову.

Орн нахмурился и сплюнул в лаву. — Эльфы? В моем городе? Тан Брокк зашел слишком далеко. Я не люблю мертвецов, но я ненавижу остроухих лицемеров еще больше.

Малакар медленно потянул из ножен Оскверненный Клинок. Меч, казалось, стал меньше в его руках, закованных в массивные перчатки. — Значит, дипломатия закончилась, — сказал он. — Началась корпоративная реструктуризация.

Он посмотрел на Орна. — Ты сделал мне броню, Кузнец. Теперь я хочу проверить её в деле. Ты со мной? Или ты с предателем Брокком? Орн взял свой боевой молот. — Я с металлом. А ты сейчас — самый твердый металл в городе. Веди.

Центральная Площадь Н'Зара.

Когда двери личной кузницы Орна распахнулись, рабочие в цеху замерли. Из клубов пара вышел не человек. Вышел Черный Монолит. Доспех Малакара поглощал свет фонарей, создавая вокруг себя зону искусственных сумерек. Каждый шаг двухсоткилограммовой машины смерти сопровождался тяжелым гулом, от которого вибрировал пол. Следом шел Кузнец Орн с боевым молотом на плече. Его лицо было мрачным, как грозовая туча.

У ворот цеха их уже ждали. Гарен сидел на «плече» обновленного дредноута.Искупитель (Модификация Мк-2 «Гномий Бастион») изменился. Гномьи инженеры не стали менять суть, они улучшили форму. Грубые сварные швы были зашлифованы. Броня усилена адамантиевыми накладками. Вместо примитивного бура на правой руке теперь вращался Плазменный Резак — инструмент для вскрытия сейфов и танков. — Системы в норме, Владыка! — прокричал Гарен. — Маркус немного ворчит, но я заглушил его голосовой модуль.

— Выдвигаемся, — голос Малакара из-под шлема звучал как скрежет камней на дне океана. — Векс, веди.

Зал Совета Железнобоких.

Обстановка в зале накалилась до предела. Тан Брокк сидел во главе стола, нервно крутя золотой перстень. Напротив него стояли гости.Делегация Серебряного Леса.Трое Высоких Эльфов. Они казались чужеродными элементами в этом царстве сажи и металла. Высокие, стройные, в сияющих доспехах из лунного серебра. Их волосы струились как жидкий свет, а глаза смотрели на гномов с плохо скрываемым отвращением.

Лидер делегации, Лорд Этельгард, держал руку на эфесе изящной сабли. — Наше терпение иссякает, Тан Брокк, — его голос был мелодичным, но холодным. — Мы знаем, что Некромант здесь. В вашем городе. Каждый час его пребывания оскверняет саму ткань реальности. Вы обещали голову. Где она?

— Кузнец Орн... он задерживается, — пролепетал Брокк, вытирая пот со лба шелковым платком. — Это сложный процесс. Отвлечь, ударить в спину... — Гномы потеряли хватку, — презрительно бросил эльф. — Если вы не можете навести порядок в своем доме, это сделаем мы. Силой Света Древа.

Тан Хель (воевода) нахмурился и положил свою механическую руку на стол. — Осторожнее со словами, остроухий. Вы здесь гости. Н'Зар не подчиняется Лесу. — Н'Зар подчинится тому, кто сильнее, — отрезал Этельгард.

В этот момент массивные двери Зала Совета, сделанные из бронзы и дуба, не открылись. Они взорвались. Створки сорвало с петель чудовищным ударом. Они пролетели через весь зал и врезались в стену за спинами эльфов, едва не размазав их.

В проеме, в облаке пыли и щепок, стоял Малакар. За ним возвышалась туша Искупителя, чей красный глаз-сенсор прорезал мглу. — Вы говорили о силе? — спросил Малакар.

Эльфы среагировали мгновенно. Их рефлексы были отточены веками. Лорд Этельгард и двое его телохранителей обнажили клинки. Зал наполнился слепящим белым светом. — A'khalas! (Очищение!) — выкрикнул Этельгард.

Эльфийский маг, стоявший позади лорда, вскинул посох.Солнечная Вспышка.Луч концентрированного света ударил прямо в грудь Малакару. Это заклинание должно было испепелить нежить, превратив её в прах.

Луч ударил в нагрудник «Черного Монолита». И... исчез. Адамантий, закаленный в крови демона и магии Бездны, выпил свет без остатка. Доспех лишь на секунду засветился фиолетовыми прожилками, поглощая энергию. Малакар даже не пошатнулся. — Вкусно, — прогудел он. — Но маловато калорий.

Он шагнул вперед. Эльфы-телохранители, видя, что магия не сработала, бросились в ближний бой. Они были мастерами клинка. Их движения были размытыми пятнами. Удар. Удар. Удар. Лезвия из лунного серебра чиркнули по шлему и наплечникам Малакара, высекая снопы искр, но не оставляя даже царапин.

Малакар не фехтовал. В этой броне ему не нужно было парировать. Он просто протянул руку и поймал клинок одного из эльфов за лезвие. Латная перчатка сжалась.ХРУСТЬ.Легендарная эльфийская сталь рассыпалась осколками. Эльф замер от шока. Малакар ударил его тыльной стороной руки. Просто отмахнулся. Удар был такой силы, что шея эльфа сломалась мгновенно, и тело отлетело в угол, сбив канделябр.

— ИСКУПИТЕЛЬ! ОГОНЬ! — скомандовал Малакар.

Дредноут, стоявший в дверях, активировал Плазменный Резак. Струя голубого пламени полоснула по второму телохранителю, разрезав его щит, доспех и самого эльфа пополам. В зале запахло озоном и жженым мясом.

Лорд Этельгард остался один перед лицом надвигающейся тьмы. И Тан Брокк, который сполз под стол. Этельгард был гордым. Он не побежал. Он начал читать заклинание Высшего Круга, призывая гнев самой Природы. Пол под ногами задрожал, пробиваясь корнями сквозь камень.

— Векс, — спокойно сказал Малакар.

Тень за спиной эльфийского лорда сгустилась. Векс не стала бить в спину. Она просто подрезала сухожилия на ногах Этельгарда своими мифриловыми кинжалами. Эльф упал на колени, заклинание сорвалось. Векс приставила лезвие к его горлу. — Не дергайся, Леголас. Побрейся налысо случайно.

Малакар подошел к поверженному послу. Он возвышался над ним черной башней. — Высшие Эльфы, — произнес он с презрением. — Вы так привыкли смотреть на всех сверху вниз, что забыли, каково это — смотреть снизу вверх. Он положил руку в латной перчатке на голову эльфа. — Твоя душа. Она яркая. Она пригодится мне для... освещения туалета в моей Цитадели.

— Ты пожалеешь... — начал Этельгард. — Поглощение.Фиолетовая вспышка. Тело эльфа иссохло, превратившись в мумию, а затем в пыль. Малакар почувствовал прилив чистой, сладкой маны. Эльфийские души были деликатесом.

Он перешагнул через кучку праха и подошел к столу Совета. Тан Брокк пытался ползком добраться до потайной двери. Путь ему преградил молот Орна.БАМ!Молот опустился в сантиметре от носа предателя, дробя камень пола. — Сидеть, крыса, — прорычал кузнец.

Малакар сел во главе стола (на место Брокка, предварительно смахнув его бумаги). Стул жалобно скрипнул под весом адамантиевой брони. Он снял шлем и поставил его на стол. Его лицо было бесстрастным, глаза — черными провалами. Он посмотрел на Тана Хеля (Воеводу), который всё это время сидел неподвижно, держа руку на оружии, но не вмешиваясь.

— Тан Хель, — обратился Малакар. — Ты воин. Ты видел, что произошло. Свет бессилен против Адамантия и Тьмы. Тан Брокк хотел продать ваш город эльфам за горсть волшебных бобов. Я же предлагаю вам империю.

Хель посмотрел на останки эльфов, на дредноут, на Орна, стоящего по правую руку от некроманта. — Брокк нарушил Кодекс Крови, — медленно произнес старый воин. — Он привел врага в Дом. Наказание за это — смерть в лаве. — Я согласен, — кивнул Малакар. — Орн, исполни приговор.

Орн схватил визжащего Брокка за шиворот и потащил к балкону, выходящему прямо на плавильные цеха и озеро магмы внизу. — Нет! Пощадите! Я дам золота! Я дам... ААААА! Крик оборвался всплеском где-то далеко внизу.

Малакар повернулся к Хелю. — Теперь Совет состоит из двух. Ты — Война. Орн — Производство. А я... я ваш Лучший Клиент и Защитник. — Каковы условия? — спросил Хель. Он был прагматиком.

— 1. Н'Зар переходит на военное положение. Вы прекращаете торговлю с поверхностью. Весь адамантий идет в Черную Цитадель. — 2. Я присылаю сюда тысячу зомби-рабочих. Они будут добывать руду в Нижних Жилах. Вся прибыль делится 50 на 50. — 3. Вы даете мне доступ к Архивам Древних. Мне нужно знать, где находится Портал.

Хель задумался. Это была кабала. Но это была выгодная кабала. И альтернативой была война с существом, которое только что голыми руками сломало эльфийскую сталь. — Мы согласны, — кивнул Хель. — Но Портал... это миф. Легенда о Вратах Бездны. Говорят, они запечатаны в Храме Забытых, на самом дне мира. — Я найду их, — сказал Малакар. — И я открою их.

Эпилог Главы 10.

Малакар стоял на посадочной площадке дирижаблей (да, у гномов была авиация — неуклюжие, бронированные аэростаты) на вершине Н'Зара. Внизу кипел город, который теперь де-факто принадлежал ему. Векс подошла к нему, кутаясь в новый плащ из паучьего шелка Дроу. — Ты захватил город за два часа. Неплохой темп. — Это не захват, Векс. Это слияние активов, — усмехнулся Малакар.

Он посмотрел на свои руки в черных перчатках. — Броня работает идеально. Но мне нужно больше силы. Эльфы знают, что мы здесь. Скоро они пришлют не послов, а карателей. Алый Рассвет ударит с неба. Дроу полезут из щелей. — И что мы будем делать? — Мы будем расширяться.

Малакар достал из сумки Сферу Душ (ту самую, куда он собрал эссенцию Стража Скверны). — Мне нужен генерал, Векс. Не безмозглый зомби. Не голем, как Маркус. Мне нужен Рыцарь Смерти. Лидер, который поведет мои легионы, пока я занимаюсь магией. — У тебя есть кандидат? — Есть. Я читал хроники гномов. Триста лет назад, во время Войны Трех Молотов, здесь погиб великий король. Тангар Разрушитель. Его гробница находится в Запретном Секторе. Глаза Малакара вспыхнули. — Говорят, он был таким злобным, что сама смерть боялась его забирать. Идеальный кандидат.

Он развернулся и пошел к дредноуту. — Собирайся, Векс. Мы идем грабить королевскую усыпальницу. Наша армия нуждается в командире.

Глава 11: Корона из Костей

Запретный Сектор Н'Зара. Уровень -9.

Здесь, в самом низу, город гномов больше не казался живым заводом. Здесь он был склепом. Туннели были широкими, рассчитанными на проход осадных машин древности, но воздух в них застоялся столетия назад. Толстый слой серой пыли покрывал пол, заглушая шаги. Статуи забытых королей взирали со стен пустыми глазницами, и в их каменных бородах сплели паутину пещерные пауки-альбиносы.

Процессия двигалась клином. Впереди, лязгая гусеницами и освещая путь мощным прожектором-глазом, ехал Дредноут «Искупитель». Его новая модификация, проведенная инженерами гномов, сделала его еще массивнее. Теперь на левом плече машины была установлена мортира, а броня была украшена рунами защиты от магии земли. Следом шел сам Малакар. Его «Черный Монолит» поглощал свет прожектора, делая некроманта похожим на дыру в пространстве. При каждом его шаге пол слегка вибрировал — вес адамантия давал о себе знать, но магия внутри доспеха компенсировала инерцию, позволяя двигаться с пугающей плавностью. По флангам скользила Векс и шагал мрачный Орн. Замыкал шествие Гарен, который катил грави-тележку с ритуальными реагентами, нервно оглядываясь на тени.

— Мой дед рассказывал мне страшилки об этом месте, — пробасил Орн, сжимая рукоять молота. — Тангар Разрушитель не просто умер. Он приказал замуровать себя вместе со своей гвардией. Живьем. — Зачем? — спросила Векс, проверяя ловушки на пути. — Потому что он не доверял своим сыновьям. Он сказал: «Мое золото и моя сталь уйдут со мной. А кто попытается забрать их — станет частью моей свиты».

Малакар усмехнулся под шлемом. Голос его прозвучал глухим, металлическим эхом: — Жадность и паранойя. Прекрасные качества для Рыцаря Смерти. Он сохранил свою армию для меня, сам того не зная.

Они вышли в огромный зал, который служил преддверием гробницы. Зрелище было величественным и жутким. Пол был выложен плитками из черного оникса. А вдоль стен стояли сотни... нет, тысячи доспехов. Пустые латы древних гномов-воинов. Они стояли стройными рядами, покрытые пылью и ржавчиной.

— ЖЕЛЕЗНЫЙ ЛЕГИОН... — проскрежетал Искупитель (Маркус). — Я ЧУЮ... ДУШИ... ОНИ ЗДЕСЬ...

— Маркус прав, — Малакар поднял руку, останавливая группу. — Это не пустые доспехи. Это Стражи. Големы простейшего типа. Душа привязана к металлу рунами. Спят, пока кто-то не нарушит периметр.

— И где периметр? — спросил Гарен, прячась за ногу дредноута. Малакар указал на огромные врата в конце зала. Они были отлиты из чистого золота, смешанного с бронзой. На них был выбит барельеф: гном в рогатом шлеме, стоящий на горе черепов эльфов и драконов. — Там. Как только мы коснемся врат, легион проснется.

Орн сплюнул. — Здесь тысячи стражей. Даже с твоим танком и твоей магией, нас сомнут числом. — Число имеет значение только для живых, — ответил Малакар. — Для некроманта «толпа врагов» означает «много бесплатных батареек».

Он повернулся к дредноуту. — Искупитель. Ты — таран. Твоя задача — прорваться к вратам и начать их вскрывать плазменным резаком. Не отвлекайся на бой. — ПРИНЯТО... ВЛАДЫКА...— Орн, Гарен — вы прикрываете спину Искупителя. Векс — ты танцуешь. Режь сухожилия, или что там у них вместо суставов. — А ты? — спросила ассасин. — А я буду тестировать новую броню.

Малакар сделал шаг вперед. — Начинаем!

Искупитель взревел двигателем и рванул через зал. Грохот его гусениц нарушил вековую тишину. Как только дредноут пересек невидимую черту в центре зала, глаза тысяч пустых доспехов вспыхнули тусклым красным светом. Скрежет металла о металл заполнил воздух.Железный Легион проснулся.

Они не бежали. Гномьи големы не бегают. Они шли. Медленно, неумолимо, как лавина. Они сжимали в руках ржавые секиры и молоты. Ближайшая шеренга, человек пятьдесят, развернулась к Малакару.

Малакар не стал использовать магию. Ему нужно было знать предел прочности «Черного Монолита». Он пошел на них пешком. Первый голем замахнулся огромной двуручной секирой. Удар был способен разрубить быка.ДЗЫНЬ!Секира ударила в плечо Малакара. Малакар даже не замедлился. Адамантий, насыщенный тьмой, не просто выдержал удар — он поглотил кинетическую энергию. Лезвие секиры выщербилось. Малакар ответил простым прямым ударом кулака в грудь голема.КРАК!Латная перчатка пробила древнюю сталь насквозь, вырвав рунный камень-сердечник. Голем рассыпался грудой металлолома.

— Работает, — констатировал Малакар.

Теперь он включил магию. Он не использовал сложные заклинания. Он активировал Ауру Холода. Руны на его доспехе засветились фиолетовым. Температура вокруг него упала до абсолютного нуля. Големы, подходившие к нему, начинали покрываться инеем. Металл становился хрупким. Смазка в суставах замерзала. Малакар шел сквозь строй врагов, как ледокол. Удар левой — голем разлетается на ледяные осколки. Удар правой (с Оскверненным Клинком) — меч разрубает сразу двоих, оставляя за собой шлейф черного огня.

Тем временем у Врат кипел бой другого рода. Искупитель уперся в золотые створки. Его плазменный резак визжал, вгрызаясь в металл. Искры летели фонтаном. Орн стоял спиной к дредноуту, работая своим молотом как одержимый. Каждый его удар отправлял голема в полет. — Получи, рухлядь! За предков! — орал кузнец. Гарен, сидя на крыше дредноута, поливал наступающих врагов из трофейного огнемета, который он прикрутил к машине. Големы не горели, но жар сбивал их рунные настройки.

Векс была везде и нигде. Она использовала големов как платформы, прыгая с плеч на головы. Её мифриловые кинжалы находили сочленения брони. — Их слишком много! — крикнула она. — Малакар, они окружают!

Малакар, стоящий в центре зала в окружении сотни врагов, остановился. — Слишком много? Нет. Он вонзил меч в пол. — Гравитационный Колодец.

Адамантиевая броня послужила усилителем. В центре зала, вокруг Малакара, гравитация увеличилась в двадцать раз. Големы, попавшие в радиус действия, просто сложились. Их ноги подогнулись, корпуса сплющились под собственным весом. Металл визжал, ломаясь. Малакар стоял в центре этого круга разрушения абсолютно спокойно — его доспех компенсировал давление.

В этот момент раздался громкий треск со стороны Врат. — Готово! — заорал Гарен. — Мы прожгли замок!

Искупитель навалился всем весом, и золотые створки с грохотом рухнули внутрь. Из открывшегося прохода вырвался порыв ледяного ветра, пахнущего тленом и золотом. Големы в зале внезапно замерли. Их глаза погасли. Защитный механизм отключился, как только Врата пали.

Малакар выдернул меч из пола. Гравитация вернулась в норму. Он перешагнул через сплющенные останки стражей и направился к проходу, стряхивая металлическую стружку с наплечников. — Неплохая разминка, — сказал он. — Но настоящий хозяин ждет внутри.

Они вошли в Усыпальницу Тангара. Это был не просто склеп. Это была сокровищница. Горы золотых монет, драгоценных камней, оружия и слитков лежали прямо на полу. Свет прожектора дредноута играл на гранях бриллиантов размером с кулак. Но не золото привлекло внимание Малакара.

В центре зала, на возвышении из черепов драконов, стоял трон. И на троне сидел он.Тангар Разрушитель.Он не был скелетом. Его тело сохранилось идеально — мумифицированное, с серой кожей, натянутой на широкие кости. Рыжая борода, заплетенная в косы, спускалась до колен. На голове — корона из черного железа с вкраплениями красных камней. В руках он сжимал огромный двуручный топор, лезвие которого было сделано из кристалла.

— Тангар... — прошептал Орн, опуская молот. — Он выглядит так, словно просто спит.

— Он не спит, — ответил Малакар. Он чувствовал это. Давление. Ауру такой мощи и злобы, что она пробивала даже его ментальные щиты. Корона на голове мертвого короля начала пульсировать.

Внезапно воздух в зале сгустился. Тени оторвались от стен и начали стекаться к трону. Глаза мумии открылись. Они не светились магическим светом. Они были абсолютно белыми, слепыми, но видели всё.

Мертвый король медленно, с хрустом суставов, поднял голову. Его рот открылся, и голос, похожий на камнепад, заполнил зал: — КТО... СМЕЕТ... ТРОГАТЬ... МОЕ... ЗОЛОТО?

Малакар вышел вперед. — Твое золото мне не нужно, Король. Мне нужна твоя душа. И твой топор.

Тангар встал. Он был огромным — выше любого гнома, шире Искупителя. Аура вокруг него стала видимой — красный туман ярости. — ТОГДА... ПЛАТИ... КРОВЬЮ!

Король поднял кристальный топор и ударил им по воздуху. С лезвия сорвалась волна красной энергии — Удар Крови. Она летела прямо в Малакара.

Усыпальница Тангара.

Волна красной энергии — Удар Крови — врезалась в Малакара. Он не стал уклоняться. Он принял удар на щит... которого у него не было. Он использовал саму броню. Малакар скрестил руки на груди.БУМ!Взрыв отбросил его на десять метров. Его сапоги прочертили глубокие борозды в ониксовом полу, высекая искры. Адамантий загудел, поглощая урон, но красная магия Тангара была едкой — она пыталась прожечь металл, шипя как кислота.

— Неплохо для трупа, — прорычал Малакар, стряхивая с наручей остатки красного пламени. — Но тебе придется постараться лучше!

Тангар не стал болтать. Он прыгнул. Для существа таких размеров и возраста он двигался пугающе быстро. Он взлетел в воздух, занося Кристальный Топор для вертикального удара, способного расколоть гору.

— ИСКУПИТЕЛЬ! ПЕРЕХВАТ! — крикнул Малакар.

Дредноут, стоявший сбоку, рванул наперерез. Его бур взревел, а клешня попыталась поймать короля в полете. Тангар даже не посмотрел на машину. Он просто изменил траекторию удара в воздухе. Топор описал дугу.КЛАНГ!Лезвие ударило по буру Искупителя. Адамантий против зачарованного кристалла. Раздался звук ломающегося металла. Бур дредноута — массивный шнек из закаленной стали — разлетелся на куски. Ударная волна отбросила многотонную машину в стену, как игрушку.

— СИСТЕМА... КРИТИЧЕСКИЙ... СБОЙ... — прохрипел Маркус из динамиков.

Тангар приземлился и развернулся к Малакару. — МОИ... ГОЛЕМЫ... СЛАБЫ... ТВОИ... КУКЛЫ... ЕЩЕ... СЛАБЕЕ.Он шагнул к некроманту. Каждый его шаг заставлял горы золота вокруг звенеть.

Орн попытался вмешаться. Он подбежал с фланга и ударил молотом по колену короля. Удар пришелся в цель, но Тангар даже не пошатнулся. Его «кожа» была тверже камня. Он пнул кузнеца латным сапогом, отправив того в полет через весь зал, прямо в кучу золотых монет.

— Векс! Не лезь! — скомандовал Малакар, видя, что ассасин готовит кинжалы. — Его аура сожжет тебя заживо. Это моя дуэль.

Малакар выпрямился. Он понял: физически он Тангара не пересилит. Король — это воплощение грубой силы и ярости земли. Нужно бить по духу.

Малакар вонзил Оскверненный Клинок в пол. — Ты называешь себя Королем? — его голос, усиленный магией Бездны, перекрыл гул в зале. — Ты не король. Ты — сторожевой пес, охраняющий груду металла, который тебе уже не нужен.

Тангар замер. Его белые глаза сузились. — Я... ЗАВОЕВАЛ... ЭТОТ... МИР.— Ты завоевал песочницу! — рассмеялся Малакар. — Ты сидишь в темноте, пока наверху Эльфы и Люди делят твое наследие. Твое имя забыто. Твой род измельчал. Ты — пыль, Тангар. Могучая, но бесполезная пыль.

Ярость короля вспыхнула с новой силой. — ЗАМОЛЧИ!Он бросился в атаку, занося топор для горизонтального удара, который должен был снести Малакару голову.

Малакар не двинулся. В тот момент, когда лезвие топора коснулось шеи его доспеха...Активация: Призрачная Форма.Топор прошел сквозь шею Малакара, не встретив сопротивления. Тангар провалился вперед по инерции.

Малакар материализовался мгновенно. Он оказался вплотную к королю, лицом к лицу. Он схватил Тангара за бороду левой рукой, закованной в перчатку. А правую руку (свободную от меча) он положил прямо на грудь мумии, туда, где под сухой кожей билось призрачное сердце.

— ДОМИНАЦИЯ.

Это было заклинание Высшей Некромантии. Не просто контроль нежити, а подавление воли. Малакар влил в короля всю мощь своего 3-го Ранга. Фиолетовая тьма из его глаз ударила в белые глаза Тангара.

Они замерли. В ментальном пространстве началась битва. Малакар видел душу Тангара. Это была гора из огня и золота. Древняя, упрямая, жадная.«Уходи, червь!» — ревел мысленный голос короля. «Я раздавлю тебя!»

«Нет,» — отвечал Малакар холодно. «Ты присоединишься ко мне. Я не предлагаю тебе покой. Я предлагаю тебе ВОЙНУ. Настоящую войну. Не за золото. За мир. Я дам тебе армию, которая не знает страха. Я дам тебе врагов, достойных твоего топора. Я выведу тебя из этой могилы и поставлю во главе Легиона, который сожжет небеса.»

Тангар сопротивлялся. Его гордость была несокрушима. Тогда Малакар использовал свой козырь. Он показал Тангару... Искупителя. Не сломанную машину, а концепцию. Слияние магии и технологии. Он показал ему Черную Цитадель. Он показал ему видение будущего: Тангар, стоящий на горе черепов Высших Эльфов и Паладинов, под черным солнцем.

Жадность Короля среагировала. Не к золоту. К славе. К резне. Огонь сопротивления начал угасать, сменяясь холодным пламенем подчинения. — Война... — прошептала душа короля. — Вечная... война...

Малакар резко разорвал контакт. Тангар отшатнулся. Он выронил топор. Король упал на одно колено. Грохот удара его колена о пол был похож на капитуляцию горы. Красное свечение в его глазах погасло. И вспыхнуло снова. Но теперь оно было Фиолетовым. Цвета Бездны. Руны на его короне и топоре сменили цвет.

Тангар поднял голову. — ПРИКАЗЫВАЙ... ВЛАДЫКА.

Малакар выдохнул. Он чувствовал себя опустошенным, словно пробежал марафон. Но триумф пьянил сильнее вина. — Встань, Первый Рыцарь Смерти, — произнес он. — Твое имя больше не Разрушитель. Отныне ты — Тангар Костелом. Генерал Железного Легиона.

Тангар поднялся. Он поднял свой топор. — ЛЕГИОН! СЛУШАТЬ МОЮ ВОЛЮ! — его голос стал четче, разумнее.

Тысячи големов, стоявших в зале (те, кого они не успели уничтожить), преклонили колени. Лязг металла был оглушительным. — МЫ СЛУЖИМ КОРОЛЮ. КОРОЛЬ СЛУЖИТ ВЛАДЫКЕ.

Орн выбрался из кучи золота, отплевываясь. — Ты... ты сделал это, — пробормотал он, глядя на своего древнего предка, который теперь присягнул чужаку. — Ты поработил саму историю. — Я дал ей второй шанс, — поправил Малакар.

Он подошел к Гарену, который осматривал поврежденного дредноута. — Потери? — Бур сломан, гидравлика течет, — доложил техник. — Но ядро цело. Маркус в шоке, но функционирует. — Починишь. У нас теперь есть доступ к сокровищнице. Золота хватит, чтобы купить весь адамантий Н'Зара.

Векс подошла к трону и взяла горсть драгоценных камней. — А можно мне премию? — Бери сколько унесешь, — разрешил Малакар. — Но оставь место в рюкзаке. Нам нужно забрать кое-что еще.

Он подошел к стене за троном. Там висела карта. Каменная плита с гравировкой.Карта Глубинных Путей.И на ней была отмечена точка, о которой говорил Тан Хель.Храм Забытых. Место, где находится Портал.

Малакар провел пальцем по карте. — Следующая остановка — Ад, — улыбнулся он.

Эпилог Главы 11. Черная Цитадель.

Возвращение было триумфальным. Малакар не просто вернулся с лутом. Он привел армию. Тысяча големов Железного Легиона маршировала по мосту из костей. Во главе шел Тангар, чья аура страха заставляла даже зомби-рыцарей расступаться.

Двергары Н'Зара, увидев своего легендарного короля, живого (технически) и подчиняющегося Малакару, окончательно признали власть некроманта. Никто больше не смел говорить о предательстве или торговле с эльфами. Малакар стал для них полубогом.

В тронном зале Зиккурата Малакар собрал свой "Малый Совет".

Тангар: Генерал армии (тяжелая пехота/големы).Векс: Глава разведки и тайных операций.Гарен: Главный инженер и архитектор.Орн: Мастер-кузнец и связь с гномами.Искупитель (Маркус): Осадное орудие.Малакар сидел на троне, перекованном из черного мифрила и костей драконов. — Мы закрепились, — сказал он. — У нас есть база, ресурсы и армия. Но мы всё еще слепы. Алый Рассвет не знает, что мы здесь, но эльфы знают. И они не простят смерть посла.

Векс вышла вперед. — Мои шпионы докладывают, что эльфы собирают карательный отряд. «Серебряные Клинки». Маги-охотники. Они не пойдут в лобовую. Они попытаются обрушить своды или отравить воду. — Пусть приходят, — пробасил Тангар. — Мой топор соскучился по эльфийской крови.

— Нет, — Малакар поднял руку. — Мы не будем ждать. Лучшая защита — это нападение. Но нам нужна сила, способная удивить даже Высших Магов.

Он посмотрел на Гарена. — Как продвигается проект «Врата»? Гарен сглотнул. — Мы расшифровали координаты с карты Тангара. Храм Забытых находится в трех днях пути, в Зоне Мертвой Магии. Там... странный фон. Мои приборы сходят с ума. — Зона Мертвой Магии? — Малакар заинтересовался. — Это значит, что там не работает обычная магия. Но магия Бездны там должна цвести.

Малакар встал. Его доспех лязгнул. — Мы выдвигаемся. Тангар, ты остаешься охранять Цитадель. Орн, куй броню для Легиона. Векс, Гарен, Искупитель — со мной. Мы идем за Демонами. — За демонами? — переспросила Векс. — Ты хочешь убить их? — Я хочу нанять их, — улыбка Малакара была ужасающей. — Мне нужна кавалерия. Адские Гончие подойдут идеально.

Глава 12: Шепот Бездны

День 3-й похода к Храму Забытых.Сектор «Серый Горизонт».

Мир здесь потерял цвета. Они ушли далеко от Н'Зара, от гула кузниц и света магмы. Здесь, в самых глубоких корнях мира, царила тишина. Но не мирная тишина спящего леса, а вакуумная тишина космоса. Стены туннеля были покрыты не камнем, а странным серым мхом, который поглощал любой звук. Шаги тяжелого дредноута, обычно вызывающие грохот, здесь звучали как мягкие шлепки по грязи.

Малакар шел впереди. Его «Черный Монолит» казался единственной точкой контраста в этой серой пустыне. Он чувствовал себя странно. Обычно некромант ощущает магические потоки как ветер или течение воды. Но здесь... «вода» застыла. Мана в воздухе была густой, вязкой и неподвижной. Его пассивные щиты мерцали, потребляя втрое больше энергии, чем обычно.

— Показатели падают, — прошептал Гарен. Его голос дрожал. Он стучал по циферблату своего мана-детектора. — Стрелка лежит на нуле. Но... я чувствую давление. Как будто на меня положили свинцовое одеяло. Мастер, это место... оно неправильное.

— Это Зона Мертвой Магии, Гарен, — ответил Малакар, не останавливаясь. — Здесь реальность истончилась. Законы физики и магии конфликтуют. Идеальное место для тюрьмы... или Портала.

Позади них лязгнул Искупитель. Дредноут остановился. Его красный глаз-сенсор мигнул и погас. Потом снова загорелся, но уже тусклым светом. — ЭНЕРГИЯ... ЯДРА... НЕСТАБИЛЬНА... СИСТЕМЫ... ПЕРЕХОДЯТ... В... СПЯЩИЙ... РЕЖИМ... — голос Маркуса звучал как испорченная пластинка. Двигатель машины чихнул и заглох. Многотонная туша замерла.

— Приехали, — Векс пнула гусеницу дредноута. — Наша артиллерия сдохла. Гарен, что с ним? — Мана-двигатель глохнет! — Гарен в панике открыл сервисную панель на боку голема. — Внешняя среда высасывает заряд быстрее, чем ядро его генерирует. Он просто... садится. Как батарейка на морозе.

Малакар подошел к машине. Он положил руку в адамантиевой перчатке на корпус. Он почувствовал это. Окружающая среда жадно пила магию из дредноута. — Маркус, — обратился он к Искупителю. — Переключись на био-реактор. Используй жизненную силу своего тела. Сжигай себя, если придется, но двигайся.

— БОЛЬ... — ответил дредноут. — ПРИКАЗ... ПРИНЯТ.Внутри машины что-то влажно хлюпнуло. Двигатель снова взревел, но теперь выхлоп был не черным, а красноватым. Машина пошла, но медленнее, с натугой.

Они продолжили путь. Серый мох на стенах начал меняться. Теперь это были не растения, а окаменевшие лица. Тысячи лиц, искаженных в крике. Векс достала свои кинжалы. — У меня плохое предчувствие, босс. Нас кто-то пасет. Я не слышу шагов, но... у меня волосы дыбом на затылке.

— Я тоже это чувствую, — кивнул Малакар. — Внимание. Круговая оборона.

В ту же секунду из серой мглы на них напали. Это были не животные и не нежить. Это были Пустотные Скаты. Существа, похожие на мант, но парящие в воздухе. Их тела были полупрозрачными, состоящими из искаженного пространства. У них не было глаз, только широкие пасти-присоски на брюхе. Их было с десяток. Они пикировали бесшумно, как тени.

— Огонь! — крикнул Малакар.

Векс метнула кинжал. Мифриловое лезвие пролетело сквозь ската, не причинив ему вреда. Существо просто мерцало в момент удара. — Физический урон не проходит! — заорала она. — Они нематериальны!

Скат упал на Гарена. Инженер упал на спину, закрываясь руками. Тварь присосалась к его груди. Гарен заорал не от боли, а от ужаса. Скат не кусал его. Он выпивал его ману, его жизненную силу, его душу. Кожа Гарена начала сереть.

— Ледяная Игла! — Малакар попытался скастовать заклинание. Но магия, едва сорвавшись с пальцев, распалась в воздухе серой пылью. Зона Мертвой Магии развеяла структуру заклинания. — Бесполезно! — понял Малакар. — Обычная магия здесь не работает!

Он бросился к Гарену. Если магия формы не работает, нужно использовать магию сути. Он схватил ската голой рукой (точнее, адамантиевой перчаткой). Доспех Малакара был насыщен Бездной. А эти твари были порождением Бездны. Подобное можно коснуться подобного.

Малакар сжал пальцы. Скат завизжал — звук был похож на скрежет стекла. Под перчаткой Малакара плоть монстра стала твердой. — Попался, — прорычал некромант. Он оторвал тварь от Гарена и с силой ударил её об колено. Хребет существа (если он у него был) хрустнул. Скат вспыхнул черным огнем и исчез.

— Используйте зачарованное оружие! — скомандовал Малакар. — Адамантий! Мифрил! Все, что фонит тьмой! Векс, твои кинжалы! Вливай в них волю, а не просто кидай!

Векс поняла. Она сосредоточилась, и руны на её Клыках Скорби загорелись тусклым синим. Следующего ската она встретила в прыжке. Кинжалы вошли в призрачную плоть, и на этот раз они резали. Разрез оставил в воздухе черный шрам. Тварь распалась.

Искупитель тоже вступил в бой. Его плазменный резак не работал, но Клешня была материальной. Маркус, превозмогая боль, ловил скатов в воздухе, как мух, и сжимал их. Его био-реактор давал ауру страдания, которая делала тварей уязвимыми.

Бой был коротким, но хаотичным. Когда последний скат растворился в воздухе, отряд перегруппировался. Гарен лежал на земле, тяжело дыша. На его груди остался след в форме круга, где кожа стала абсолютно белой. — Он... он высосал меня... — прошептал инженер. — Я чувствую себя пустым. — Ты жив, — жестко сказал Малакар, поднимая его за шиворот. — Выпей зелье маны. И вставай. Мы почти пришли.

Они прошли еще километр. Туман рассеялся. Перед ними открылась гигантская каверна. В центре, висящий в пустоте на цепях толщиной с дом, парил остров. На острове стоял Храм Забытых. Это была не гномья и не эльфийская архитектура. Это были гладкие, черные обелиски, уходящие вверх под неестественными углами. Геометрия храма вызывала головную боль. Казалось, что стены движутся, если смотреть на них боковым зрением.

— Вход в другое измерение, — констатировал Малакар. — Мы нашли его.

Но мост, ведущий к храму, был разрушен. Вместо него над пропастью висели парящие камни. А на самом большом камне перед входом сидело Существо. Оно выглядело как гуманоид, закутанный в рваный плащ из теней. В руках оно держало длинную косу, лезвие которой не отражало свет, а поглощало его. У существа не было лица. Только гладкая маска с одной вертикальной щелью.

— Страж Порога, — прошептал Малакар. — Он не пропустит нас просто так. — Искупитель, — скомандовал он. — Проверь дистанцию. Можно ли достать его мортирой?

Дредноут просканировал цель. — ЦЕЛЬ... НЕ... СУЩЕСТВУЕТ... В... ЭТОЙ... РЕАЛЬНОСТИ... ВЕРОЯТНОСТЬ... ПОПАДАНИЯ... 0%.

Малакар снял шлем. Воздух здесь был холодным и сухим, с привкусом электричества. — Значит, придется договариваться. Или играть по его правилам. Он шагнул к краю пропасти. — Я, Малакар, Владыка Черной Цитадели, требую прохода!

Страж на камне медленно поднял голову. Щель на его маске открылась. Оттуда раздался не голос, а звук. Шелест тысячи страниц. Шорох песка. — Имя... не имеет значения... Титул... пыль... Только... Жертва... открывает... Путь.

Страж поднял косу и указал на спутников Малакара. — Одна... жизнь... за... проход.

Векс напряглась, положив руки на кинжалы. Гарен побледнел еще сильнее. Искупитель загудел приводами. Все смотрели на Малакара. Кого он выберет? Или он попробует обмануть саму Смерть?

У Врат Храма Забытых.

Слова Стража Порога повисли в разряженном воздухе, тяжелые, как могильная плита.«Одна жизнь за проход».

Гарен задрожал так, что инструменты на его поясе звякнули. Он попятился, прячась за массивную ногу Искупителя. Векс напряглась, ее рука скользнула к рукояти кинжала, но она смотрела не на Стража, а на Малакара. Она просчитывала варианты: если босс решит пожертвовать кем-то, она должна быть быстрее.

Малакар стоял неподвижно. Его черный шлем лежал на сгибе локтя. Лицо было спокойным, почти скучающим. — Жизнь, говоришь? — переспросил он. — Интересная валюта. Но ты не уточнил курс обмена.

Страж не пошевелился. Его коса оставалась направленной на отряд. — Жизнь... есть... искра. Плоть... не важна. Душа... важна.

— Душа, — кивнул Малакар. — Это меняет дело. Он медленно поднял правую руку. Его пальцы, закованные в адамантий, сжались в кулак. — Векс, расслабься. Ты мне нужна живой. Гарен, прекрати трястись, ты сбиваешь настройки гироскопов дредноута.

Малакар разжал кулак. На его ладони лежал не камень и не амулет. Там, удерживаемый магическим полем перчатки, вращался крошечный, сияющий шарик света. Внутри него билась в агонии миниатюрная фигурка.Душа Лорда Этельгарда.Того самого высокомерного посла Высших Эльфов, которого Малакар поглотил в Н'Заре. Он не «переварил» её до конца, оставив как деликатес на черный день. И этот день настал.

— Подойдет? — спросил Малакар, подбрасывая душу на ладони. — Королевская кровь. Высший Эльф. Гордыни столько, что хватит на троих. Это качественная искра.

Страж Порога склонил свою безликую голову. — Чужая... жертва?— Трофей, — поправил Малакар. — Я отнял эту жизнь. Теперь она моя. И я отдаю её тебе.

Страж протянул руку. Его пальцы были длинными, состоящими из дыма. Он коснулся светящейся сферы. Душа эльфа беззвучно закричала и впиталась в руку Стража. Тень стала плотнее, насыщеннее. — Плата... принята.

Страж опустил косу. Парящие камни за его спиной, ведущие ко входу в Храм, пришли в движение. Они выстроились в единый мост. — Иди... Владыка... Но помни... Храм... берет... свое.

Страж растворился в воздухе, оставив после себя запах озона и старых книг.

— Идем, — скомандовал Малакар, надевая шлем. — И не смотрите вниз. Бездну это раздражает.

Они ступили на мост. Физика здесь работала неправильно. Гравитация тянула не вниз, а вбок, к центру Храма. Идти приходилось под углом 45 градусов, словно во время шторма на корабле. Гарена тошнило. Искупитель лязгал гусеницами, вгрызаясь в камень магнитными захватами.

Они вошли в Храм. Внутри не было стен в привычном понимании. Это было пространство, сотканное из геометрии Лобачевского. Лестницы вели в никуда. Колонны извивались как змеи. Потолок был полом, а пол — звездным небом без звезд.

— Держитесь ближе ко мне, — голос Малакара звучал глухо. — Зона Мертвой Магии здесь слабее, но Зона Безумия сильнее. Не верьте глазам. Верьте цели.

— А какая у нас цель? — спросила Векс, стараясь не смотреть на статую, которая только что ей подмигнула. — Центральный Алтарь. Точка схождения лей-линий Хаоса.

Они продвигались через лабиринт залов. На них не нападали монстры. На них нападало само окружение. В одном из коридоров пол внезапно стал жидким. Искупитель начал тонуть в камне, как в болоте. — ОШИБКА... ПОВЕРХНОСТЬ... НЕСТАБИЛЬНА... — взвыл Маркус. Малакар ударил кулаком по стене, вливая в структуру здания импульс своей воли. — Твердей!Камень застыл, захватив гусеницы дредноута. Пришлось вырезать машину плазмой.

В другом зале они встретили своих двойников. Зеркальные отражения, которые вышли из стен. Двойник Векс улыбнулся и перерезал себе горло. Настоящая Векс схватилась за шею, чувствуя фантомную боль, и упала на колени, задыхаясь. — Это иллюзия! — рявкнул Малакар. — Векс, боль не настоящая! Вставай!

Он подошел к своему двойнику. Тот был в белой мантии Архимага, каким Малакар был 300 лет назад. — Ты пал так низко, — сказал Двойник голосом полным презрения. — Водишься с трупами и гномами. Ты мог стать Богом Света. — Я пробовал Свет, — ответил Малакар, поднимая Оскверненный Клинок. — Он слишком слепит. Он разрубил иллюзию пополам. Видение рассыпалось стеклянными осколками.

Наконец, они достигли Центра.Санктум Пустоты.Это был огромный куполообразный зал. Но купол был прозрачным, и за ним висела... гигантская, фиолетовая туманность.БЕЗДНА.Она была так близко, что казалось, можно протянуть руку и коснуться вечности.

В центре зала стоял Алтарь — монолит из метеоритного железа, испещренный каналами для стока крови. А над Алтарем висела трещина. Реальность здесь была разорвана. Из трещины сочился черный дым, формируя причудливые фигуры.

— Вот он, — Малакар подошел к Алтарю. — Естественный разлом. Нам не нужно пробивать стену между мирами, нам нужно просто... постучать.

— Гарен, разворачивай установки! — скомандовал он. Инженер, шатаясь от ментального давления, начал расставлять по периметру зала Стабилизаторы Реальности — устройства, которые он собрал из остатков мана-зеркал. Они должны были создать «клетку», чтобы то, что выйдет из Портала, не сожрало их сразу.

— Искупитель, на охрану. Векс, готовься. Если что-то пойдет не так — бей в глаза. — У демонов есть глаза? — нервно усмехнулась Векс. — У тех, кого я зову — много глаз.

Малакар взошел на Алтарь. Он достал Сферу Душ с эссенцией Стража Скверны (убитого на мосту). Это был ключ. Демоны уважают силу. Чтобы призвать армию, нужно показать трофей с трупа их командира.

Малакар раздавил сферу в руке. Красная энергия демона хлынула на Алтарь, смешиваясь с черным железом. Малакар начал читать Литанию Призыва. Это был не язык людей или эльфов. Это был язык вибраций. Гортанные звуки, от которых кровь стыла в жилах.

— Ash'karr! Zull'toreth! Vok!(Я зову! Открывай! Приди!)

Трещина над Алтарем расширилась. Зал наполнился воем. Это был вой тысяч голодных ртов. Из разлома начали высовываться конечности. Когтистые лапы. Щупальца. Рога. Давление магии подскочило до критической отметки. Стабилизаторы Гарена заискрили.

— ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ... ПРОРЫВ... ПЕРИМЕТРА... — прогудел дредноут.

Из трещины вырвалось нечто огромное. Оно упало на пол зала, заставив Храм содрогнуться. Это был не демон-солдат. Это был Глашатай. Существо, похожее на гибрид рыцаря и насекомого. Его тело было покрыто хитиновой броней цвета запекшейся крови. У него было четыре руки, в двух из которых были зажаты цепи. А на концах цепей, рыча и брызгая кислотной слюной, сидели Адские Гончие.

Глашатай выпрямился. Он был выше Искупителя. Его шлем-голова раскрылся на четыре части, обнажив пылающее ядро вместо лица. — КТО... ТРЕВОЖИТ... ЛЕГИОН... ПЫЛАЮЩЕГО... КЛИНКА? — голос Глашатая звучал как скрежет металла по стеклу.

Малакар не отступил. Его Черный Монолит поглощал жар, исходящий от демона. — Я — Малакар. И я предлагаю работу.

Глашатай рассмеялся. Из его ядра вырвался столб огня. — РАБОТУ? МЫ... БЕРЕМ... ЧТО... ХОТИМ. ТВОЯ... ДУША... ВКУСНО... ПАХНЕТ... СТРАХОМ.

Демон сделал шаг вперед. Гончие натянули цепи, готовые сорваться. Искупитель навел на них клешню. Векс исчезла в тени. — Страхом? — Малакар сделал шаг навстречу демону. — Ты путаешь страх с предвкушением.

Он поднял левую руку.Длань Владыки активировалась. Но Малакар не собирался драться магией разрушения. В Зоне Мертвой Магии обычные заклинания не работали. Но работала Власть. Доминация. Малакар использовал тот же прием, что и с Тангаром, но усиленный эссенцией демона, которой он был обмазан.

— Ты не возьмешь мою душу, — сказал Малакар тихо. — Потому что она уже принадлежит Бездне. Я — часть Пустоты, одетая в сталь. Он развел руки. — Посмотри вокруг, демон. Я стою в центре мертвого мира. Я подчинил короля гномов. Я сломал инквизитора. Ты думаешь, я боюсь твоих собак?

Глашатай остановился. Он принюхался (метафизически). Он почувствовал на Малакаре метку убийцы Высшего Демона. И запах древней силы Архимага.

— ТЫ... СИЛЕН... ДЛЯ... СМЕРТНОГО, — признал демон. — НО... СЛОВА... ДЕШЕВЫ. ЛЕГИОНУ... НУЖНА... КРОВЬ.— Будет кровь, — пообещал Малакар. — Океаны крови. Эльфы. Люди. Светлые маги. Я дам вам столько плоти, сколько вы сможете сожрать. Взамен — вы служите мне.

Глашатай задумался. Его внутреннее пламя запульсировало. — ИСПЫТАНИЕ.Демон бросил цепи. Гончие — три огромных твари, покрытых шипами — сорвались с поводка. — ВЫЖИВЕШЬ... МЫ... ОБСУДИМ... ЦЕНУ.

Гончие бросились на Малакара. Это была не дуэль. Это была проверка на право командовать. Малакар выхватил меч. — Искупитель! Векс! Не вмешиваться! Он должен был сделать это сам.

Первая гончая прыгнула ему в горло.

Санктум Пустоты.

Первая Гончая врезалась в Малакара с силой пушечного ядра. Ее челюсти, способные перекусить латы рыцаря, сомкнулись на предплечье левой руки некроманта.СКРЕЖЕТ.Звук был отвратительным. Зубы демона скользнули по «Черному Монолиту». Адамантий, закаленный в крови высшего демона, даже не поцарапался. Малакар не пошатнулся. Доспех, весящий двести килограммов, вкупе с его магически усиленной мускулатурой, превратил его в статую.

— Плохой песик, — прорычал Малакар.

Он не стал использовать меч. Он поднял левую руку вместе с висящей на ней тварью и с размаху ударил ею об Алтарь.ХРУСТЬ.Гончая взвизгнула и разжала челюсти, упав на пол со сломанным хребтом. Она попыталась встать, регенерируя, но Малакар наступил ей на голову тяжелым сапогом, вдавливая морду в камень.

Вторая и третья Гончие атаковали синхронно. Одна метила в ноги, другая — в шею. Здесь, в Зоне Мертвой Магии, Малакар не мог использовать «Ледяной Шип» или «Копье Тьмы». Но он мог использовать Внутреннее Усиление. Он загнал ману в свои мышцы, разгоняя реакцию до предела.

Он перехватил вторую гончую в полете за глотку правой рукой. Удар инерции едва не вывихнул ему плечо, но сервомоторы доспеха (магические суставы) компенсировали нагрузку. Малакар сжал пальцы. Гончая захрипела, царапая когтями его нагрудник. Искры летели снопами, но броня держала.

Третья тварь вцепилась ему в ногу, пытаясь повалить. Малакар, держа вторую гончую за горло, использовал её как дубину. Он с размаху ударил второй гончей по третьей.БАМ!Стук костей и визг. Обе твари покатились по полу, сцепившись в клубок боли.

Малакар шагнул к ним. Он убрал меч в ножны. Ему нужно было не убить их. Ему нужно было их унизить. Он схватил Альфа-самца (того, что атаковал первым и теперь регенерировал) за шкирку и поднял на уровень лица. Его шлем-корона коснулся морды зверя. — СИДЕТЬ! — рявкнул Малакар, вкладывая в голос волю 3-го Ранга.

Гончая зарычала, пытаясь укусить его за шлем. Малакар ударил её головой. Адамантиевым лбом в демонический нос. Тварь заскулила и поджала хвост. В глазах Малакара она увидела не жертву. Она увидела Бездну, которая была страшнее их родного ада.

Гончая обмякла в его руках, признавая поражение. Две другие, видя, что Альфа сломлен, прижались к полу, скуля.

Малакар швырнул Альфу к ногам Глашатая. — Твои питомцы плохо воспитаны, — сказал он, отряхивая перчатки. — Но у них есть потенциал.

Глашатай молчал. Огонь в его ядре перестал бушевать и стал ровным, холодным. Он медленно похлопал в ладоши всеми четырьмя руками. Звук был похож на удары молота.

— ДОСТОЙНО... СМЕРТНЫЙ. ТЫ... ПАХНЕШЬ... ВЛАСТЬЮ.Демон наклонился к Малакару. — ЛЕГИОН... ПЫЛАЮЩЕГО... КЛИНКА... ПРИНИМАЕТ... КОНТРАКТ.

Глашатай протянул руку. На его ладони возник свиток, сотканный из огня и кожи грешников. — УСЛОВИЯ:

МЫ... ДАЕМ... ТЕБЕ... КАВАЛЕРИЮ. 50 ГОНЧИХ. 10 РАЗРУШИТЕЛЕЙ.ТЫ... ДАЕШЬ... НАМ... ПЕРВУЮ... КРОВЬ... В КАЖДОЙ... БИТВЕ.ЕСЛИ... ТЫ... ПАДЕШЬ... ТВОЯ... ДУША... СТАНЕТ... МОЕЙ... ИГРУШКОЙ.

— Справедливо, — кивнул Малакар. Он снял перчатку с правой руки. Затем полоснул Оскверненным Клинком по ладони. Черная кровь, смешанная с эссенцией тролля, капнула на огненный свиток. Свиток вспыхнул и исчез.

Системное сообщение:Заключен Пакт с Легионом Пылающего Клинка.Получен навык: «Зов Инферно» (Призыв демонов).Получен предмет: Рог Укротителя (Позволяет контролировать Гончих).

Глашатай начал растворяться в воздухе, уходя обратно в разлом. — ЗОВИ... И МЫ... ПРИДЕМ... ВЛАДЫКА.Разлом захлопнулся. Три гончие, оставшиеся в зале, не исчезли. Они подошли к Малакару и сели у его ног, преданно глядя на нового хозяина. Их глаза горели зеленым огнем — цветом магии Малакара. Они были привязаны к нему.

Векс вышла из тени, пряча кинжалы. — Ты только что завел собаку. Трех собак. Гарен будет в восторге, ему придется убирать за ними лаву. — Это не собаки, Векс, — Малакар погладил шипастую голову Альфы. — Это наш ответ эльфийской кавалерии.

Два дня спустя. Черная Цитадель.

Возвращение из Зоны Мертвой Магии было тяжелым, но триумфальным. Когда они подошли к воротам Н'Зара, стражники-гномы в ужасе похватали мушкеты. За дредноутом и Малакаром бежала стая. Пятьдесят Адских Гончих. Малакар призвал остальных, как только вышел из зоны антимагии. Они бежали по стенам и потолку туннеля, оставляя выжженные следы.

— Спокойно! — проревел голос Тангара Костелома, который вышел встречать их у ворот Цитадели. Рыцарь Смерти стоял, опираясь на свой кристальный топор. Его мертвые глаза оценили пополнение. — ХОРОШЕЕ... МЯСО... — одобрил он. — БЫСТРЫЕ. ЗЛЫЕ.

Малакар спешился (последние километры он ехала верхом на Альфе, как на коне). — Доклад, Тангар. Что произошло, пока нас не было?

Тангар указал топором на карту, разложенную на столе прямо у ворот. — ГОСТИ... ВЛАДЫКА. ЭЛЬФЫ.— Они напали? — НЕТ. ОНИ... КОПАЮТ.

Малакар подошел к карте. — Объясни. Векс, которая уже успела пообщаться со шпионами, вмешалась: — «Серебряные Клинки» не пошли в лобовую атаку на Н'Зар. Они умнее. Они нашли старый вентиляционный ствол над нашей Цитаделью. Она ткнула пальцем в точку над озером. — Они собираются повторить трюк Люциуса. Только вместо лазера они хотят залить нас. — Залить? — не понял Гарен, который смазывал суставы Искупителя. — ОТРАВА... — прорычал Тангар. — АЛХИМИЧЕСКИЙ... ЯД... ВЫСШИХ...

— Они хотят отравить подземное озеро, — понял Малакар. — Если вода станет токсичной, испарения убьют гномов в Н'Заре. А мои зомби начнут разлагаться ускоренно. Это геноцид.

Малакар сжал кулаки. Адамантий скрипнул. — Они хотят играть грязно? Отлично. Я люблю грязь. Он посмотрел на свою новую армию. Тысяча големов. Сотни зомби-рыцарей. Дредноут. И теперь — стая демонов.

— Гарен, — Малакар повернулся к инженеру. — Мне нужно, чтобы ты и Орн сделали седла. Для гончих. — Седла? Для кого? — Для Векс и её отряда убийц. Мы создадим «Дикую Охоту».

Он повернулся к Тангару. — Генерал. Поднимай Легион. Мы не будем ждать, пока они отравят воду. Мы поднимемся к ним. — НА ПОВЕРХНОСТЬ? — удивился Тангар. — Нет. В промежуточный слой. В Пещеры Кристаллов. Там они разбили свой лагерь бурильщиков.

Малакар улыбнулся под шлемом. — Эльфы любят природу? Мы покажем им природу. Природу смерти. Он вскочил на спину Альфа-Гончей. Тварь взревела, выпуская пламя из пасти. — Выдвигаемся немедленно! Сегодня эльфы узнают, почему темноты надо бояться!

Глава 13: Хрустальная Резня

Промежуточный слой. Пещеры Кристаллов.

Если Ад существует, то он может быть прекрасным. Пещеры Кристаллов были чудом природы. Огромные, полые пространства внутри горы, где стены, пол и потолок были покрыты гигантскими кристаллами кварца, аметиста и сапфира. Некоторые из них были размером с палец, другие — с башню замка. Свет здесь не умирал. Даже тусклое сияние грибов или далекой магмы, попадая на грань кристалла, преломлялось, умножалось и превращало пещеру в калейдоскоп радужных лучей.

Но сегодня радуга будет окрашена в один цвет. Красный.

Малакар стоял на уступе, глядя вниз, в огромную чашу центральной каверны. Его «Черный Монолит» поглощал все блики, делая его похожим на провал в реальности. Рядом с ним, тяжело дыша паром, стояла Альфа-Гончая. Демонический пес царапал кристальный пол когтями, оставляя оплавленные борозды.

— Они там, — прошептал Векс. Она сидела верхом на своей гончей. Седло, сделанное Орном, надежно удерживало её, а новые очки-фильтры защищали глаза от слепящего блеска. Она указала вниз.

В центре каверны, среди леса из голубых кристаллов, эльфы разбили лагерь. Это были не те надменные дипломаты, что приходили в Н'Зар. Это были «Серебряные Клинки». Элита. Их броня была зеркальной, чтобы сливаться с окружением. Их движения были плавными. Они установили вокруг естественного провала (ведущего к подземному озеру Н'Зара) сложную магическую установку. Гигантский сифон, пульсирующий ядовито-зеленым светом.Алхимический Инжектор.Рядом стояли бочки с концентратом «Слез Ллос» — ядом, который убивает все живое и неживое, разъедая органику и мана-каналы.

— Они готовы к запуску, — оценил Гарен, настраивая дальнобойный визор. — Еще час, и они начнут качать яд в водоносный слой. Через сутки Н'Зар станет городом мертвых. В плохом смысле.

Малакар перевел взгляд на охрану. Около сотни эльфийских мечников. Два десятка боевых магов, поддерживающих защитный купол над Инжектором. И... что-то еще. В тени кристаллов спали Древесные Стражи. Оживленные магией деревья, но не из дерева, а выращенные из самого кристалла. Прозрачные големы, твердые как алмаз.

— Тангар, — Малакар обратился к Рыцарю Смерти. — Ты видишь этих стеклянных истуканов? — ВИЖУ... ВЛАДЫКА. — Тангар, стоявший во главе своего Железного Легиона, сжал рукоять топора. — ОНИ... КРЕПКИЕ. МОИМ... ПАРНЯМ... ПРИДЕТСЯ... ПОПОТЕТЬ.— Не придется, — усмехнулся Малакар. — Кристалл твердый, но хрупкий. Он боится вибрации.

Малакар повернулся к Векс. — Твой выход. «Дикая Охота» начинает. Твоя цель — маги, поддерживающие купол. Сейте панику. Заставьте их разбить строй. — А что делать с «стекляшками»? — спросила Векс. — Оставь их мне.

Векс натянула поводья. — Вы слышали Владыку! — крикнула она своему отряду (десятку лучших убийц-гномов и людей-ренегатов, которых Малакар успел завербовать и посадить на гончих). — Включаем форсаж! Мясо — на ужин!

Стая сорвалась с места. Но они не побежали вниз по склону. Адские Гончие, игнорируя гравитацию, побежали по стенам и даже по потолку пещеры. Их когти впивались в кристалл, а магия Хаоса позволяла им прилипать к любой поверхности. Они неслись бесшумной лавиной теней над головами ничего не подозревающих эльфов.

Лагерь Эльфов.

Командор Аэрион, маг Воды и Яда, проверял настройки Инжектора. Он был красив той холодной, нечеловеческой красотой, которая свойственна Высшим. — Уровень токсичности? — спросил он. — Максимальный, милорд, — ответил помощник. — Одной капли хватит, чтобы убить кита. Мы зальем туда тонны. Гномы задохнутся в собственных постелях.

Аэрион улыбнулся. — Это милосердие. Мы очищаем мир от грязи. Некромант думает, что спрятался в норе, но мы выкурим его, как...

Договорить он не успел. С потолка пещеры, прямо из сверкающих сталактитов, на лагерь обрушился дождь. Дождь из огня и клыков.

Векс и её всадники спрыгнули прямо на головы магам периметра.КРАШ!Альфа-Гончая приземлилась на эльфийского чародея, вдавив его в землю весом полтонны. Челюсти твари сомкнулись на голове жертвы. Векс, не слезая с седла, раскрутила Клыки Скорби на цепях (она модифицировала их в подобие клинков-кнутов). Мифриловые лезвия свистнули в воздухе, перерезая глотки двум лучникам, которые даже не успели поднять луки.

Лагерь погрузился в хаос. Гончие носились между палатками, сбивая эльфов с ног, поджигая припасы своим дыханием. Всадники рубили сверху, пользуясь преимуществом высоты и скорости.

— ЗАЩИТА! К БОЮ! — заорал Аэрион. — ПРОБУДИТЬ СТРАЖЕЙ!

Маги, выжившие после первой атаки, направили посохи на кристальные глыбы. Земля задрожала.Кристальные Стражи проснулись. Пять огромных големов, сотканных из живого кварца, поднялись. Они были великолепны и ужасны. Свет, проходящий сквозь них, превращался в лазерные лучи. Один из Стражей замахнулся рукой-молотом и ударил по пробегающей Гончей. Удар был страшным. Демоническая собака лопнула, разлетевшись ошметками плоти и огня.

— Векс! Уводи стаю! — голос Малакара громом прокатился по пещере.

Векс свистнула, и «Дикая Охота» отступила на стены, продолжая поливать эльфов огнем из арбалетов и магией гончих, но не вступая в ближний бой со Стражами.

На уступе появился Малакар. За его спиной стоял Искупитель, чья мортира уже смотрела вниз. — Тангар! Легион! — скомандовал Малакар. — СТЕНА ЩИТОВ!

Железный Легион гномов-големов начал спуск. Они шли медленно, но неотвратимо, закрывшись ростовыми щитами. Эльфийские лучники открыли огонь. Тысячи стрел взлетели вверх. Но кристальные стены пещеры сыграли злую шутку. Отражения сбивали прицел. Стрелы рикошетили от сталактитов. Те, что долетали, бессильно стучали по броне Легиона.

Аэрион увидел Малакара. — Вот ты где, чудовище, — прошипел эльф. — Стражи! Уничтожить командира!

Кристальные големы развернулись и пошли в гору, ломая все на своем пути. Они были неуязвимы для обычного оружия. Мечи просто скользили по их граням.

Малакар ждал. Он снял с пояса Рог Укротителя (трофей от Глашатая Демонов), но не стал в него трубить. Он использовал его как фокус. — Гарен! Звуковая пушка! — Готово, Мастер! — отозвался инженер с башни Искупителя.

Дредноут трансформировал свою левую руку. Клешня раскрылась, и из нее выдвинулся раструб излучателя, который они собрали из остатков резонаторов Векс. — ОГОНЬ!

Искупитель выстрелил. Это был не снаряд. Это был Звуковой Удар. Сфокусированная волна ультразвука. Невидимый молот ударил в грудь первого Кристального Стража. По голему пошла рябь.ДЗЫНЬ.Звук был тонким, как звон бокала. А потом голем... рассыпался. Тысячи тонн живого кристалла превратились в стеклянную пыль, которая осела сверкающим сугробом.

— Физика, — удовлетворенно кивнул Малакар. — Резонансная частота кварца. Аэрион, ты идиот. Привести стеклянную армию в пещеру, где эхо убивает?

Второй выстрел. Второй голем рассыпался. Эльфы замерли в ужасе. Их несокрушимые защитники уничтожались один за другим, даже не дойдя до врага.

— Вперед! — Малакар выхватил меч. — Не дайте им перегруппироваться!

Он спрыгнул с уступа. Высота была метров двадцать, но он приземлился на ноги, используя магию гравитации, чтобы смягчить удар. Ударная волна от его приземления сбила с ног ближайших мечников.«Черный Монолит» вступил в бой.

Малакар двигался как танк. Эльфийские клинки отскакивали от его брони. Он хватал врагов руками и швырял их в кристаллы. Каждый убитый им эльф не просто падал.Пассивная способность: Жатва.Души вылетали из тел и втягивались в доспех Малакара, восстанавливая его ману и усиливая удары.

Аэрион понял, что теряет битву. — Открыть шлюзы! — закричал он, подбегая к Инжектору. — Если мы умрем, мы заберем их с собой! Вылить яд прямо здесь!

Эльф начал крутить вентиль, открывая баки с «Слезами Ллос». Зеленая жижа хлынула на пол пещеры. Она зашипела, разъедая кристалл. Ядовитые испарения начали подниматься облаком.

— Он хочет отравить воздух! — поняла Векс, висящая на потолке. — Малакар!

Малакар был далеко. Между ним и Инжектором была стена из элитной гвардии эльфов. — Тангар! — крикнул он.

Рыцарь Смерти был ближе всех. Тангар заревел. Он не стал прорубаться. Он использовал Рывок. Призрачная энергия окутала его. Он прошел сквозь строй врагов, как привидение, и материализовался прямо перед Инжектором. Аэрион вскинул руку, посылая струю кислоты в лицо королю. Кислота ударила в шлем Тангара, прожигая металл, но под ним была лишь сухая кость.

Тангар не почувствовал боли. Он замахнулся своим Кристальным Топором. — ЗАКРОЙ... КРАН!

Удар топора разрубил не эльфа. Он разрубил саму трубу Инжектора, но... заморозил её. Кристальный топор Тангара обладал свойством превращать жидкость в лед (наследие троллей, чью кровь Малакар использовал при ритуале). Яд замерз в трубе, превратившись в зеленую сосульку.

Аэрион отшатнулся. — Ты... ты должен быть мертв! — Я... И... ЕСТЬ... СМЕРТЬ, — ответил Тангар и ударил эльфа тыльной стороной топора, отшвырнув его к ногам подошедшего Малакара.

Битва была окончена. Остатки эльфов, видя поражение командира, побросали оружие. Малакар стоял над Аэрионом. Вокруг сверкали кристаллы, залитые кровью. Воздух пах озоном, серой и страхом.

Малакар поднял забрало шлема. — Ты хотел отравить мой дом, эльф? Аэрион, сплевывая голубую кровь, посмотрел на него с ненавистью. — Это не твой дом, монстр. Это... — ...теперь моя территория, — закончил Малакар. — И ты расскажешь мне, что еще планирует ваш Совет. И что делает Люциус.

— Люциус? — эльф рассмеялся кровавым смехом. — Генерал больше не командует операцией. Он... он молится. И Небеса ответили. Глаза Аэриона расширились. — Ты думаешь, ты победил? Ты просто привлек внимание Серафимов. Они уже здесь.

Малакар нахмурился. Серафимы. Высшие Ангелы. Если Алый Рассвет призвал их, то война перестала быть локальным конфликтом. Это начало Апокалипсиса.

— Спасибо за предупреждение, — сказал Малакар. Он поднял ногу и опустил адамантиевый сапог на грудь эльфа.Хруст.— Но я предпочитаю демонов. Они честнее.

Пещеры Кристаллов. Час после битвы.

Тишина вернулась в пещеру, но теперь она была липкой и тяжелой. Радужные блики кристаллов играли на лужах голубой эльфийской крови и черной слизи демонов. Малакар ходил среди трупов, как фермер по полю после града. Он не искал золото — золота у него теперь было навалом в гробнице Тангара. Он искал технологии.

Гарен и Векс крутились возле Алхимического Инжектора. — Это гениально и отвратительно, — бормотал Гарен, надевая защитные перчатки, снятые с мертвого эльфа. — Система подачи яда работает на принципе осмоса. Никакой механики, чистая магия воды. Если мы развернем поток... мы сможем качать не яд, а, например, восстанавливающий раствор. Или кислоту. — Берем, — бросил Малакар, проходя мимо. — Демонтируйте всё. Вместе с трубами. Мне нужен этот механизм для нашей системы обороны. Если ангелы захотят войти, мы встретим их дождем из «Слез Ллос».

Векс тем временем мародерствовала. Она нашла оружейную стойку эльфов. — Мифрил? Пф, прошлый век, — она отбросила изящный меч и взяла в руки странный изогнутый кинжал, который светился тусклым зеленым светом. — Клинок Фазового Сдвига. Позволяет бить сквозь броню, игнорируя материальность. Малакар, это мне? — Тебе, — кивнул некромант. — Но будь осторожна. Эльфийские вещи имеют привычку предавать владельцев, если не провести ритуал перепривязки. Отдай его Тангару на пару минут. Его аура смерти выжжет «верность» из клинка.

Сам Тангар Костелом занимался тем, что умел лучше всего — добивал раненых. Он шел вдоль рядов пленных эльфов, которых согнали в кучу у стены. Их было около тридцати. — СЛАБЫЕ... — гудел Рыцарь Смерти, поднимая топор. — ОНИ... НЕ ГОДЯТСЯ... ДАЖЕ... В ЗОМБИ. КОСТИ... ХРУПКИЕ.— Не убивай офицеров, — остановил его Малакар. — Мне нужен кто-то, кто знает протоколы призыва Серафимов.

Он подошел к группе пленных. Эльфы смотрели на него с ужасом, но в их глазах все еще горел фанатичный огонь. Малакар выбрал молодого мага, чья мантия была расшита серебряными нитями, обозначающими ранг «Связист». Некромант снял шлем. Его лицо — белая маска с фиолетовыми провалами глаз — приблизилось к лицу пленника.

— Ты слышал наш разговор с твоим командиром, — мягко сказал Малакар. — Он упомянул Серафимов. Расскажи мне о них. Эльф плюнул в него. Слюна зашипела, испаряясь на адамантиевом нагруднике. — Ты сгоришь, отродье! Небесное Воинство уже здесь! Они — чистый Свет! Они не знают боли, не знают жалости! Твоя тьма для них — как бумага для огня!

Малакар вздохнул. — Я надеялся на диалог. Векс? Ассасин появилась из тени. В руках она держала небольшую коробочку с Мозговыми Червями (трофей из города Дроу). — Одна личинка в ухо — и он расскажет даже то, что забыл при рождении, — улыбнулась она.

Эльф побледнел. — Нет! Не надо! Я скажу! — Слушаю. — Серафимы... это не живые существа. Это конструкты. Алый Рассвет создал их, сплавив души святых мучеников с элементалями Света. У них нет сознания, только Директива: «Уничтожить Скверну». — Сколько их? — спросил Малакар. — Люциус призвал Триаду. Трех Архангелов. Один — Каратель (огонь). Второй — Искатель (разведка). Третий — Хранитель (барьеры). — Где они сейчас? — На поверхности. Они готовят ритуал «Освящение Земли». Они хотят превратить всю гору в стекло, пробив её лучом с орбиты.

Малакар выпрямился. — Стекло... Значит, они не полезут в туннели. Они просто выжгут нас, как муравьев лупой. Это меняло всё. Против орбитального удара стены Цитадели не помогут. Даже Адамантий имеет предел термостойкости.

— Гарен! — крикнул Малакар. — Оставь Инжектор. У нас новая задача. Инженер подбежал, вытирая руки ветошью. — Что такое, Мастер? — Мы будем строить Зеркало. — Зеркало? Чтобы причесываться? — Чтобы отражать, идиот! — рыкнул Малакар. — Серафимы бьют светом. Свет — это волна. Если мы не можем поглотить удар такой мощности, мы должны его перенаправить. Он указал на стены пещеры. — Здесь тысячи тонн идеального горного хрусталя. Мы срежем самые большие кристаллы. Мы покроем их амальгамой из серебра и мифрила. И мы построим «Призму Отражения» над нашей Цитаделью.

Гарен задумался, его глаза за стеклами гогглов забегали. — Теоретически... если мы рассчитаем угол преломления... мы можем не просто отразить луч в небо. Мы можем отразить его обратно в источник. — Именно, — улыбнулся Малакар. — Они хотят нас поджарить? Мы устроим им солнечный удар.

Два часа спустя. Сборы.

Армия готовилась к отходу. Тангар и его Железный Легион грузили срезанные кристаллы на спины демонических гончих и на платформы, которые тащили зомби. Это была странная каравана: мертвецы, демоны и големы, несущие сверкающие драгоценности.

Малакар стоял у выхода из пещеры, наблюдая за погрузкой. Внезапно пол под ногами дрогнул. Это было не землетрясение. Это была вибрация высокой частоты.ЗУММММММ...Звук шел сверху, сквозь километры породы.

— Началось, — сказал плененный эльф, которого Векс связала и кинула на повозку. — Искатель сканирует гору. Он ищет вашу ману. Малакар посмотрел на потолок. Его Взор Бездны позволил ему увидеть сквозь камень. Там, высоко наверху, сквозь толщу земли проходили волны сканирующего света. Они были похожи на эхолот. И они приближались к Цитадели.

— Нам нужно скрыться, — понял Малакар. — Маскировка!Он поднял руки. Тьма, клубящаяся вокруг него, расширилась. Он накрыл свой отряд Куполом Тени. — Всем замереть! Не использовать магию! Демоны — втянуть ауры!

Волна сканирующего света прошла сквозь пещеру. Она подсветила кристаллы, заставив их звенеть. Если бы Малакар не закрыл своих людей, Искатель засек бы их мгновенно. Волна ушла дальше, вниз, к корням горы.

— Пронесло, — выдохнул Гарен. — Не надолго, — мрачно ответил Малакар. — Искатель не нашел нас здесь, но он найдет Цитадель по фону Сердца Улья. Нам нужно бежать.

В этот момент одна из Адских Гончих, та самая Альфа, вдруг зарычала, глядя в темный боковой туннель, который не был нанесен на карты. Шерсть (точнее, огненные иглы) на загривке демона встала дыбом. Малакар почувствовал это тоже. Запах. Не серы, не озона. Запах... моря? Соли и гнилых водорослей. Здесь, в центре горы?

Из темноты туннеля вышла фигура. Она не была эльфом или гномом. Это был гуманоид, покрытый хитиновой броней, напоминающей панцирь краба. Его лицо было скрыто под капюшоном, но из-под него свисали щупальца. В руках он держал посох из коралла.Иллитид? Нет, что-то древнее. Глубинный.

Существо подняло руку в жесте мира. В голове Малакара раздался голос. Телепатический, влажный, скользкий.«Враг моего врага... Владыка Костей. Свет жжет и нас тоже. Мы предлагаем... убежище. И путь.»

Малакар напрягся. Глубинные (раса, живущая в подземных океанах) редко выходили на контакт. Обычно они просто порабощали разум. — Кто ты? — мысленно спросил Малакар, укрепляя ментальные щиты.«Я — Ктул'Аш. Вестник Спящего. Светлые Птицы наверху... они нарушают сон нашего Бога своими криками. Мы хотим, чтобы ты заставил их замолчать.»

— Я как раз собираюсь это сделать. Зачем мне вы?«У нас есть... зеркала. Древние зеркала в наших городах на дне Бездны. Лучше, чем твои кристаллы. Мы дадим тебе их. В обмен... ты отдашь нам тела Ангелов, когда они падут.»

Малакар задумался. Союз с Глубинными — это хождение по лезвию бритвы. Они поклоняются Древним Богам, существам за гранью понимания. Но зеркала... настоящие зеркала Изначальной Тьмы. Они могут отразить не просто свет, а саму суть святости.

— Тела Ангелов ваши, — ответил Малакар. — Но души я заберу себе. Ктул'Аш склонил щупальца.«Договор. Иди за мной. Есть короткий путь к Цитадели через Подземную Реку.»

Малакар повернулся к своим лейтенантам. — Планы меняются. Мы не тащим кристаллы на себе. Мы сплавим их по реке. И у нас новый, очень скользкий союзник. Векс скривилась. — Сначала трупы, потом демоны, теперь кальмары. Малакар, у нас когда-нибудь будут нормальные друзья? — Нормальные друзья сидят дома и пьют чай, Векс. А мы строим Империю.

Подземная Река Стикс. Глубина -2 км.

Это было не плавание. Это было скольжение сквозь кошмар. Отряд Малакара двигался по черной, маслянистой воде на спинах гигантских Наутилусов — живых субмарин Глубинных. Векс сидела на хитиновом панцире, стараясь не касаться склизких щупалец, которыми "судно" гребло. — Я никогда больше не буду есть морепродукты, — пробормотала она, глядя, как в воде под ними проплывают светящиеся левиафаны размером с город.

Малакар стоял на носу ведущего наутилуса. Ктул'Аш, Вестник Спящего, был рядом. — «Мы чувствуем дрожь,» — прошелестел голос Глубинного в голове некроманта. — «Свет наверху... он собирается в копье. У вас мало времени. Час, не больше.»— Нам хватит, — ответил Малакар. За ними, на баржах, буксируемых демоническими гончими (которые плыли, испаряя воду вокруг себя), лежали тонны хрусталя и зеркальных панелей из обсидиана, предоставленных Глубинными.

Туннель закончился водопадом. Они вылетели прямо в Костяное Сердце — пещеру, где стояла Черная Цитадель. — Гарен! Тангар! — голос Малакара, усиленный магией, перекрыл шум воды. — Разгрузка! Немедленно!

Черная Цитадель. 30 минут до удара.

Цитадель превратилась в муравейник под спидами. Тысяча големов Железного Легиона тащили хрустальные глыбы на вершину Зиккурата. Зомби-рыцари варили амальгаму в огромных чанах, смешивая серебро с ртутью. Гарен, висящий на тросах, командовал монтажом. — Левее! Еще левее! Угол наклона 45 градусов! Иначе мы отразим луч в Н'Зар, и гномы нас убьют!

Малакар стоял в центре строящейся конструкции. Это была «Великая Призма». Сложная система из зеркал Глубинных (черных, поглощающих лишний спектр) и линз из хрусталя (фокусирующих). Она напоминала гигантский цветок лотоса, раскрывшийся на пике башни. — Орн! Каркас готов? — крикнул Малакар. — Адамантий держит! — отозвался кузнец, забивая последний заклепку молотом, который светился от жара. — Но если температура превысит 5000 градусов, конструкция поплывет!

— Она не успеет поплыть, — сказал Малакар. — Мы дадим залп за долю секунды.

Внезапно воздух в пещере стал сухим и горячим. Вода в озере зашипела. Свет, пробивающийся через трещины в своде, изменился. Он стал ослепительно-белым, хирургически чистым.Искатель нашел цель. Луч наведения упал прямо на шпиль Цитадели.

— ОНИ... ЗДЕСЬ... — прорычал Искупитель-дредноут, наводя все орудия вверх.

Малакар взошел на пьедестал управления Призмой. Он подключил себя к системе. Его броня «Черный Монолит» стала проводником. Он чувствовал, как там, на орбите (или в высших слоях атмосферы), накапливается чудовищная энергия. Триада Серафимов начала ритуал «Освящение».

— Векс, уводи людей в нижние казематы! — приказал Малакар. — Тангар, держи щит над реактором! — А ты? — А я буду держать зеркало.

Момент Удара.

Небо раскололось. Даже сквозь километры камня они почувствовали этот удар. Луч света толщиной с дом прожег породу горы Клык Дракона, как раскаленная игла масло. Гранит, базальт, мифрил — все испарялось мгновенно. Столб света рухнул в пещеру. Он был направлен точно в Цитадель. Это был огонь, который должен был очистить скверну, превратив некроманта и его творение в стекло.

Малакар смотрел вверх. Его фиолетовые глаза встретили белый свет. — ОТРАЖЕНИЕ!

Он ударил руками по консоли. Призма активировалась. Сотни зеркал повернулись синхронно. Столб Света ударил в Призму. Звука не было. Был только визг реальности. Адамантиевый каркас застонал. Кристаллы начали трескаться от перегрева. Малакар закричал. Его броня раскалилась. Кожа под ней начала обугливаться, несмотря на регенерацию. Он пропускал через себя энергию Богов.

Но Призма выдержала. Она поймала Луч Освящения. Сжала его. И... плюнула обратно. Не вверх. Малакар перенастроил угол атаки. Луч, усиленный магией Бездны и гневом Малакара, ударил под углом, прошел сквозь стену пещеры и ушел... в Подземное Море.

Эффект.

Луч ударил в воду подземного океана в ста километрах от Цитадели. Мгновенное испарение миллионов тонн воды. Паровой взрыв чудовищной силы. Давление пара разорвало кору планеты в слабом месте. Там, на поверхности, где парили Серафимы, земля вдруг вспучилась. Гигантский гейзер из перегретого пара, осколков скал и магмы выстрелил в небо на высоту стратосферы.

Удар пришелся не по самим Серафимам (они были нематериальны), а по их Якорям — магическим конструкциям, которые удерживали их в этом мире. Один из Якорей — парящий алтарь — был сметен потоком пара. Связь прервалась. Один из Серафимов — Каратель — замерцал и с воем, похожим на звон разбитого хрусталя, исчез, вышвырнутый обратно в Небесное Измерение.

Остальные двое прервали ритуал, чтобы восстановить стабильность. Луч Освящения погас.

Цитадель. Тишина.

Малакар упал на колени. Его доспех дымился. Призма над головой была оплавлена, половина кристаллов превратилась в лужи стекла. Но Цитадель стояла.

Ктул'Аш выполз из воды. Его щупальца дрожали от возбуждения.«Ты... ранил... Небо. Ты заставил их замолчать. Спящий... доволен.»

Малакар с трудом поднял голову. — Мы не ранили их, кальмар. Мы просто дали им пощечину. Он попытался встать, но ноги не слушались. Гарен и Векс подбежали к нему, подхватывая под руки. — Мастер! Вы светитесь! — Гарен указал на грудь Малакара.

Там, в центре нагрудника, где был вплавлен осколок Бездны, теперь пульсировал новый свет. Не фиолетовый. И не белый. Серый. Цвет абсолютного Ничто. Столкновение Света и Тьмы породило внутри Малакара новую искру. Энергию Сумерек.

— Я в порядке, — прохрипел Малакар. — Просто... мне нужен отпуск.

В этот момент в зал вбежал Тангар. — ВЛАДЫКА! — прогремел он. — НА ПОВЕРХНОСТИ... ИЗМЕНЕНИЯ.— Что? Они вернулись? — НЕТ. НО ПАРОВОЙ ВЗРЫВ... ОН ОТКРЫЛ ЧТО-ТО. ДРЕВНИЕ РУИНЫ НА СКЛОНЕ ГОРЫ. ОНИ БЫЛИ СКРЫТЫ ПОД ЛЬДОМ.

Малакар усмехнулся. Кровь текла у него из носа, но глаза горели азартом. — Мы взорвали полмира, но нашли новый данж? Это в моем стиле.

Он посмотрел на своих соратников. Гном-кузнец, Рыцарь Смерти, Ассасин, Инженер, Киборг-Инквизитор и Вестник Ктулху. — Мы выжили, — сказал он. — И теперь они знают, что нас нельзя выжечь. В следующий раз они спустятся к нам ногами. И мы будем готовы.

Малакар поднял кулак. — ГОТОВЬТЕ ЛЕГИОН! МЫ ИДЕМ МАРОДЕРИТЬ РУИНЫ, КОТОРЫЕ МЫ САМИ И ОТКОПАЛИ!

Глава 14: Эхо Титанов

Поверхность горы Клык Дракона. Зона Разлома.

Мир был серым. Паровой взрыв, который произошел, когда луч Серафимов ударил в Подземное Море, изменил климат в радиусе ста километров. Гора была окутана плотным, горячим туманом. Снег на вершинах растаял, обнажив черный камень, мокрый и блестящий, словно кожа левиафана.

Малакар стоял на краю нового кратера. Его «Черный Монолит» больше не был безупречно черным. На нагруднике, там, где ударила энергия Призмы, металл побелел, став похожим на кость. В центре, в гнезде для амулета, пульсировал серый огонь Сумеречной Искры. Он чувствовал себя... странно. Раньше внутри него была пустота, требующая заполнения душами. Теперь там был баланс. Холодный покой.

— Впечатляет, — заметила Векс, появляясь из тумана. Её плащ был мокрым, волосы прилипли к лицу. — Мы не просто открыли руины. Мы, кажется, откололи кусок горы размером с герцогство.

Она указала вниз. Там, где раньше был вечный ледник, теперь зиял огромный провал. И в этом провале, наполовину выступая из скалы, виднелось ОНО. Это не был замок или храм. Это была конструкция из металла, который не ржавел. Гладкие, обтекаемые формы, гигантские шпили, уходящие в небо, и слабое голубое свечение, пульсирующее в "окнах". Архитектура Титанов. Расы, исчезнувшей за тысячи лет до появления эльфов и людей.

— Гарен, анализ, — скомандовал Малакар.

Инженер, сидевший на плече у Тангара (Рыцарь Смерти использовался как вездеход), сверился с приборами. — Фон зашкаливает, Мастер. Но это не магия в чистом виде. Это... технология. Эфирные контуры. Я вижу потоки энергии, которые спят. Если мы их разбудим... — То получим оружие, способное сбивать Серафимов, а не просто отбиваться от них, — закончил Малакар.

— ЛЕГИОН... ГОТОВ... — прорычал Тангар. Позади него в тумане стояли сотни големов и зомби, готовые к спуску.

— Оставьте основную армию здесь, — приказал Малакар. — Титаны любили загадки и ловушки, а не стенка на стенку. Внутрь пойдут только специалисты. Тангар, Гарен, Векс. И Ктул'Аш. Глубинный (иллитид) вышел вперед, опираясь на посох. Ему было некомфортно на воздухе, но влажный туман помогал ему дышать.«Древние... Мы помним их,» — прошелестел его голос в головах спутников. «Они строили клетки для богов. Опасное место.»

Они начали спуск. Путь к воротам Руин лежал через поле "стеклянных цветов" — песок, расплавленный взрывом, застыл в причудливых формах. Хруст под ногами был единственным звуком.

Врата Титанов были высотой в пятьдесят метров. Никаких ручек, никаких замочных скважин. Только гладкая поверхность цвета утреннего неба. Малакар подошел вплотную. Он приложил руку к металлу. Холодный. Мертвый. Он попробовал влить некротику. Металл поглотил её без реакции. — Иммунитет к темной магии, — констатировал он. — Гарен, есть идеи? — Это биометрический замок? Или голосовой? — предположил инженер.

В этот момент Сумеречная Искра в груди Малакара дернулась. Серый свет. Смесь Тьмы и Света. Врата среагировали. По поверхности прошла рябь. Механический, безэмоциональный голос зазвучал не снаружи, а прямо в мозгу:> ОБНАРУЖЕН НОСИТЕЛЬ ПЕРВИЧНОГО БАЛАНСА.> ПРОТОКОЛ "НАСЛЕДИЕ" АКТИВИРОВАН.> ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ, ОПЕРАТОР.

Створки врат бесшумно ушли в стены. Изнутри пахнуло стерильностью и озоном.

— Оператор? — переспросила Векс. — Тебя повысили, босс. — Или приняли за кого-то другого, — нахмурился Малакар. — Оружие к бою. Мы входим.

Внутри царил полумрак, разгоняемый лишь подсветкой пола. Это был огромный холл. Вдоль стен стояли капсулы. Сотни стеклянных цилиндров. Малакар подошел к ближайшей. Внутри, в мутной жидкости, плавало существо. Оно напоминало ангела, но... искусственного. Металлический скелет, мышцы из световолокна, крылья из тончайших пластин золота. — Серафимы... — выдохнул Гарен. — Это завод? Они делали здесь ангелов?

— Нет, — Малакар смахнул пыль с таблички на капсуле. Надпись была на языке Титанов, но благодаря Искре он смог понять суть. — Это не завод. Это Музей. Или Лаборатория. Он прочитал вслух:"Образец №404. Проект 'Икар'. Попытка синтеза Божественной Сущности. Статус: Провал. Агрессивен."

— Они пытались копировать богов, — понял Ктул'Аш. «Гордыня Титанов погубила их. Они хотели стать выше Неба.»

Внезапно свет в зале сменился с мягкого голубого на тревожный красный. Голос Системы снова прозвучал:> ВНИМАНИЕ. НАРУШЕНИЕ КОНТУРА БЕЗОПАСНОСТИ.> ОБНАРУЖЕНЫ БИОЛОГИЧЕСКИЕ ЗАГРЯЗНИТЕЛИ (ГНОМ, ИЛЛИТИД, НЕЖИТЬ).> ПРОТОКОЛ "СТЕРИЛИЗАЦИЯ" ЗАПУЩЕН.

Капсулы начали открываться. Жидкость выливалась на пол. Искусственные Ангелы — незавершенные, с торчащими проводами и безумными глазами — начали выпадать наружу. Их было около тридцати. Один из них, с наполовину содранной "кожей", поднялся. Его рука трансформировалась в клинок из чистого света. — ОЧИЩЕНИЕ... — проскрипел он.

— Тангар! Держи строй! — крикнул Малакар. Рыцарь Смерти вышел вперед, закрывая собой Гарена. — ЖЕЛЕЗЯКИ... — прорычал он. — ПОСМОТРИМ... КТО... КРЕПЧЕ.

Тангар ударил Кристальным Топором. Лезвие встретилось со световым мечом киборга-ангела. Взрыв энергии отбросил обоих.

— Векс, бей по кабелям! — командовал Малакар. — У них внешнее питание!

Бой начался. Стерильный зал Лаборатории превратился в бойню. Нежить против Техно-Ангелов. Прошлое против Древнего Прошлого. Малакар выхватил меч, но чувствовал, что здесь его обычная магия работает слабо. Стены Руин поглощали ману. Ему придется использовать Сумерки.

Лаборатория «Икар». Уровень -1.

Воздух в зале пах паленым мясом и озоном. Прототипы Ангелов, или «Икары», двигались с пугающей, дерганой скоростью. Это были сломанные куклы, жаждущие убийства. Их световые клинки гудели, разрезая воздух.

— НАЗАД! — проревел Тангар. Рыцарь Смерти принял на себя основной удар. Три киборга навалились на него одновременно. Их мечи врезались в его адамантиевую броню (которую Орн сковал для него по образу и подобию брони Малакара, но грубее). Металл держал, но жар световых клинков раскалял его докрасна. Тангар ответил широким замахом Кристального Топора.КРАК!Один из Икаров отлетел с разрубленной грудной клеткой. Из раны потекла не кровь, а сияющая голубая жидкость — хладагент мана-реактора.

Векс танцевала между врагами. Её новый Клинок Фазового Сдвига (трофей эльфов) прошел проверку. Она не парировала удары. Она проходила сквозь них. Она оказалась за спиной у Икара, который заносил меч над Гареном. Удар кинжалом в затылок. Лезвие прошло сквозь шлем и материализовалось внутри черепа. Киборг дернулся и рухнул, как мешок с картошкой, искря проводами.

Малакар был в центре урагана. Он не использовал щиты. Здешние стены выпивали обычную ману. Но Сумеречная Искра в его груди работала как реактор. Он скрестил Оскверненный Клинок (Тьма) с левой рукой (Адамантий/Свет Титанов). — Сумеречный Разрез.

Серый серп энергии сорвался с его меча. Он ударил в группу из пяти Икаров. Их световые щиты, рассчитанные на поглощение тьмы или огня, не смогли распознать природу Сумерек. Энергия просто прошла сквозь защиту, дестабилизируя их ядра.ВЗРЫВ.Пять киборгов детонировали одновременно, разлетевшись на куски.

— Ктул'Аш! — крикнул Малакар. — Оглуши их! Глубинный поднял свой коралловый посох. Его щупальца завибрировали.«Псионический Шторм...»Ментальная волна накрыла зал. У Икаров не было полноценного разума, но у них были органические мозги, интегрированные в процессоры. Киборги застыли, схватившись за головы. Их движения стали хаотичными.

Этого момента хватило. — Гарен! Консоль! — скомандовал Малакар. — Отключи протокол защиты!

Инженер подбежал к центральному терминалу — парящей плите из черного стекла. — Я не знаю языка! — запаниковал он. — Тут какие-то геометрические символы! — Используй интуицию! Ты техно-маг или где?! — рявкнул Малакар, отрубая голову очередному ангелу.

Гарен сглотнул и приложил руки к панели. Он пустил ману по своим пальцам, пытаясь «нащупать» логику машины. — Так... поток данных... бинарный код... нет, тринарный... Ага! Глаза Гарена за стеклами гогглов расширились. — Мастер! Это не просто охрана! Это сборочная линия! Они пытаются активировать Титан-Класc!

— Отменяй! — заорал Малакар.

Гарен начал лихорадочно переставлять руны на экране. — Обходной маневр... Взлом ядра... Есть! Аварийное выключение!

Свет в зале мигнул и погас. Включилось аварийное красное освещение. Оставшиеся на ногах Икары (около дюжины) внезапно обмякли. Их световые мечи погасли. Они попадали на пол, превратившись в груды дорогого мусора.

Тишина. Только тяжелое дыхание Тангара и гудение вентиляции.

Малакар подошел к консоли, переступая через искрящие тела. — Что ты нашел, Гарен? Инженер дрожащими руками вывел на голографический экран данные. — Мастер, вы должны это видеть. Это... это история Серафимов.

На экране мелькали схемы. Биологические чертежи. Гарен переводил на лету: — «Проект Икар. Цель: Создание автономных защитников. Результат: Провал. Субъекты лишены воли, но подвержены внешнему перехвату контроля.» Он пролистнул страницу. — «Запись 4099. Вторжение. Неизвестная форма жизни на основе Света проникла в лабораторию. Субъекты похищены. Технология украдена.»

Малакар ударил кулаком по консоли. — Алый Рассвет. Они не создавали своих богов. Они нашли их здесь. — Хуже, — добавил Ктул'Аш, подходя ближе. «Светлые Сущности — это паразиты. Они вселились в пустые оболочки, созданные Титанами. Ангелы Люциуса — это угнанные машины.»

Это меняло всё. Если Ангелы — это технология, значит, у них есть кнопка «Выкл». Или коды доступа.

— Гарен, скачай всё, — приказал Малакар. — Карты, коды, схемы. Мы не просто нашли оружие. Мы нашли инструкцию по эксплуатации богов.

В этот момент пол под ногами дрогнул. В центре зала, там, где стоял главный сборочный стенд, плиты разошлись. Открылась шахта лифта. Широкая, уходящая в бесконечную черноту. Из глубины тянуло холодом и... невероятной мощью.

Голос Системы (теперь более спокойный, так как Гарен получил права админа) произнес:> УГРОЗА УСТРАНЕНА. ДОСТУП К ЯДРУ РАЗРЕШЕН. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В «ЗВЕЗДНУЮ КУЗНИЦУ».

— Звездная Кузница? — переспросила Векс. — Звучит дорого. — Это источник энергии всего комплекса, — пояснил Гарен. — Судя по показаниям, там внизу находится... плененная звезда? Нет, осколок сверхновой.

Малакар посмотрел в шахту. Сумеречная Искра в его груди завибрировала в резонанс с тем, что было внизу. — Мы идем вниз, — решил он. — Тангар, бери самых крепких зомби. Ктул'Аш, следи за ментальным фоном. Если там звезда, она может свести с ума.

Они вошли на платформу грави-лифта. Спуск был быстрым. Стены шахты проносились мимо, сливаясь в серую полосу. Уровень -10... -20... -50. Они спустились на километр вглубь горы.

Платформа мягко остановилась. Двери открылись.

То, что они увидели, заставило даже Малакара затаить дыхание. Это был зал размером с город. Сферический. Стены были покрыты зеркалами и линзами. А в центре, удерживаемая гравитационными кольцами, висела ОНА.Звезда.Белый карлик. Шар ослепительно-белой плазмы диаметром в сто метров. Он гудел, пытаясь вырваться, но технологии Титанов держали его в узде, высасывая энергию по тонким каналам.

Но Звезда была не одна. Вокруг неё, на служебных мостиках, кипела работа. Но это были не роботы Титанов. Это были эльфы. Высшие Эльфы.И люди в рясах Алого Рассвета.

Они стояли вместе. Враги на поверхности, здесь, в тайне от всех, они работали сообща. Они построили вокруг Звезды гигантский Сифон. И они не просто качали энергию. Они... кормили Звезду. Малакар увидел, как по конвейеру к плазме движутся клетки с пленниками. Гномы, орки, люди. Сифон высасывал их души и впрыскивал их в Звезду, чтобы поддерживать её горение.

— Вот оно что, — прошептал Малакар, и его голос был страшнее могильного холода. — Теократия и Эльфы. Тайный союз. Они используют древнюю технологию, чтобы поддерживать свои барьеры и создавать артефакты. А топливо — это мы.

Один из жрецов Алого Рассвета заметил прибывших. Он нажал кнопку тревоги. Сирены завыли. Вокруг Звезды начали разворачиваться защитные турели. А из тени за Сифоном вышло Существо. Не Ангел. И не демон. Огромный голем из черного металла, с горящим красным глазом.Страж Кузницы. (Перепрограммированный эльфами и паладинами).

— ГОСТИ... — прогремел голос Жреца, усиленный динамиками. — ВЫ ВИДЕЛИ СЛИШКОМ МНОГО. СТРАЖ! УНИЧТОЖИТЬ!

Малакар шагнул вперед, обнажая меч. — Тангар, — сказал он спокойно. — Видишь того Жреца? Принеси мне его голову. Остальных... в Сифон. Пусть сами попробуют свое топливо.

Звездная Кузница. Уровень Ядра.

Битва началась не с крика, а с гула.Страж Кузницы — тридцатиметровый колосс из черного металла — сделал шаг. Пол под ним не дрогнул (технологии Титанов гасили инерцию), но воздух вокруг сгустился от гравитационного давления. Его единственный красный глаз сфокусировался на Тангаре. Из плеч голема выдвинулись ракетные установки.ПШ-Ш-Ш!Залп самонаводящихся снарядов, заряженных концентрированной плазмой.

— ЩИТЫ! — ревел Тангар. Рыцарь Смерти воткнул топор в пол. Железный Легион (те зомби, что успели спуститься) сомкнул ряды, создавая стену из адамантиевых щитов. Взрывы разметали первую шеренгу, превратив големов в шлак. Но Тангар устоял. Его броня дымилась, но он смеялся. — НАКОНЕЦ-ТО... ДОСТОЙНЫЙ... ПРОТИВНИК!

Пока Тангар отвлекал босса, Малакар двигался к Сифону. Путь ему преградили Жрецы Алого Рассвета и Маги Эльфов. Это был странный, противоестественный союз. Огонь и Вода. Свет и Природа. Главный Жрец вскинул посох. — Ты не пройдешь, Еретик! Сила Звезды с нами! Он начал тянуть энергию напрямую из Белого Карлика, формируя в руках шар ослепительной плазмы.

Малакар не замедлился. — Сила Звезды? — переспросил он. — Вы используете её как воры. Вы сосете её через соломинку, боясь обжечь губы. Сумеречная Искра в груди Малакара вспыхнула серым пламенем. Он не стал блокировать удар Жреца. Он... впитал его. Шар плазмы ударил в «Черный Монолит» и исчез, поглощенный адамантием и Бездной.

Малакар оказался перед Жрецом за долю секунды. Удар кулаком. Голова Жреца лопнула, как переспелый арбуз. — Следующий.

Векс и Ктул'Аш работали на флангах. Ассасин использовала свой Фазовый Клинок, проходя сквозь магические барьеры эльфов и перерезая им сухожилия. Глубинный использовал псионику. Он заставлял магов видеть их самые страшные кошмары. Один из эльфов с криком начал сдирать с себя кожу, думая, что он горит.

Но главная проблема оставалась. Страж Кузницы. Тангар не мог сдерживать его вечно. Голем схватил Рыцаря Смерти своей огромной рукой и начал сжимать. Адамантий Тангара заскрипел. — ВЛАДЫКА... МНЕ... НУЖНА... ПОМОЩЬ...

— Гарен! — крикнул Малакар. — Консоль Сифона! Отруби подачу энергии на Стража! — Я пытаюсь! — орал инженер, бегая пальцами по голографической клавиатуре. — Но там тройное шифрование! Эльфы переписали код! Мне нужно время!

— У нас нет времени! Малакар посмотрел на Звезду. Она висела в центре зала, гудя от боли. Титаны пленили её, а Эльфы и Люди пытали её, скармливая ей души. Звезда была живой. В своем роде. Это был элементаль космического масштаба.

Малакар принял безумное решение. Он побежал не к Стражу. И не к Гарену. Он побежал к Звезде. Он прыгнул с мостика прямо в пустоту, туда, где гравитационные кольца удерживали плазменный шар.

— Мастер?! — в ужасе крикнул Гарен.

Малакар завис в невесомости (магия полета + гравитация Титанов). Жар здесь был таким, что его адамантиевая броня начала светиться вишневым светом. Но он не сгорел. Сумеречная Искра создала вокруг него кокон изоляции. Он протянул руку к поверхности Звезды. — Ты голодна? — спросил он мысленно. — Они кормят тебя объедками. Душами рабов. Он прижался ладонью к плазме. — Я дам тебе кое-что получше. Я дам тебе Свободу. В обмен на Служение.

Он использовал навык «Доминация» (усиленный до предела). Но он не пытался подавить Звезду. Он предложил ей сделку. Симбиоз.«Стань моим Сердцем. Питай мою Цитадель. И я уничтожу тех, кто держал тебя в цепях.»

Звезда ответила. Это был не голос. Это был взрыв сверхновой в мозгу.«СОГЛАСИЕ.»

Малакар закричал. Энергия Звезды хлынула в него. Не тонким ручейком, как у жрецов. А океаном. Его каналы выжигало и тут же восстанавливало. Его «Черный Монолит» изменился. Черный цвет исчез. Броня стала Белой, как сама Звезда, с черными прожилками Бездны.Трансформация: Аватар Сумерек.

Малакар открыл глаза. Они сияли чистым звездным светом. Он поднял руку и указал на Стража Кузницы. — ВЫКЛЮЧИТЬ.

Луч чистой энергии ударил из пальца Малакара. Он пробил грудь Стража, испарив его ядро. Тридцатиметровый голем замер и рухнул, распадаясь на куски.

Жрецы и Эльфы, увидев это, попытались бежать к лифту. Малакар сжал кулак. — Нет.Гравитация в зале увеличилась в сто раз. Врагов просто размазало по полу. Их кости превратились в пыль. Их души были вырваны из тел и втянуты в Звезду — но теперь это была не пытка, а топливо для нового Хозяина.

Эпилог Главы 14.

Тишина в Звездной Кузнице была абсолютной. Малакар медленно спустился на платформу. Свечение его брони угасло, вернувшись к привычному черному цвету, но теперь по ней пробегали искорки звездного света.

Гарен смотрел на него как на божество. — Вы... вы приручили звезду? — Мы договорились, — поправил Малакар. — Гарен, переключай каналы. Отруби кабели, ведущие на поверхность (к лагерям Алого Рассвета). Перенаправь всю энергию в Черную Цитадель.

— Всю? — удивился инженер. — Мастер, там мегаватты! Мы можем запитать город размером с континент! — Значит, нам придется построить такой город.

Векс подошла к краю платформы и посмотрела на Звезду, которая теперь пульсировала ровным, спокойным светом. — Мы богаты, босс. Энергетически богаты. — Это не просто энергия, Векс, — сказал Малакар. — Это независимость. Теперь нам не нужно прятаться.

Он повернулся к Ктул'Ашу. — Глубинный. Ты хотел тела Ангелов? — он указал на обломки Прототипов в верхней лаборатории. — Забирай. И Стража тоже. Разбери его на запчасти. Иллитид поклонился.«Спящий будет доволен. Ты держишь слово, Владыка.»

Малакар подошел к консоли управления. На экране мигала карта. Сеть туннелей Титанов, пронизывающая всю планету. И одна точка мигала красным."Объект: Ковчег. Статус: Спящий. Локация: Северный Полюс."

— Ковчег? — Малакар прищурился. — Интересно. Но это на потом. Сейчас у него была другая цель. С такой энергией он мог активировать Зиккурат на полную мощность. Он мог поднять не просто армию зомби. Он мог начать Ритуал Возвышения. Создание Личей.

— Домой, — скомандовал он. — У нас много работы. Мы должны перестроить Цитадель. Я хочу, чтобы она сияла. Пусть Люциус видит наш свет из своего шатра и трясется от страха.

Глава 15: Восход Черного Солнца

Месяц спустя. Черная Цитадель.

Если бы кто-то из паладинов Алого Рассвета смог заглянуть сейчас под гору Клык Дракона, он бы решил, что сошел с ума. Пещера Костяного Сердца больше не была темной дырой. Она сияла. Но не теплым светом солнца, а холодным, неоновым сиянием магии и технологий.

По всему периметру огромной каверны тянулись толстые кабели из посеребренного мифрила, пульсирующие голубым светом — чистой энергией Звезды, которую качали из глубин Кузницы. Зиккурат вырос вдвое. Теперь это была не просто башня, а настоящий небоскреб из черного стекла и адамантия, увенчанный вращающимся кольцом Великой Призмы. Вокруг острова, на водах подземного озера, выросли платформы-заводы. Там день и ночь стучали автоматические молоты, приводимые в движение не мускулами зомби, а гидравликой Титанов.

Малакар стоял на обзорной палубе Зиккурата. Его «Черный Монолит» был отполирован до зеркального блеска. За его спиной висел плащ, сотканный из теней (подарок Глубинных). Он смотрел на свой город. — Доклад, — произнес он.

Гарен, который теперь носил экзоскелет инженера (потому что обычные ноги не успевали за его графиком), вывел голограмму перед Малакаром. — Энергосеть стабильна, Владыка. Мы потребляем всего 0.01% мощности Звезды. Этого хватает, чтобы питать щиты, заводы и даже подогрев полов в казармах. — Производство? — Орн и его кузнецы вышли на пиковую мощность. Железный Легион полностью отремонтирован и усилен. Мы начали производство «Костяных Гончих» — механических копий демонических собак. Они тупее, но их можно клепать сотнями.

Малакар кивнул. — Хорошо. Но мне не хватает не солдат. Мне не хватает офицеров. Тангар не может командовать всем фронтом. Векс занята разведкой. Он повернулся к центру зала. Там стоял Алтарь Возвышения. Сложная конструкция из кристаллов и трубок, наполненных светящейся жидкостью (жидкой маной).

— Мы готовы к ритуалу? — спросил Малакар. Гарен замялся. — Технически — да. Энергии хватит, чтобы поднять мертвого дракона. Но... души, которые вы отобрали. Они нестабильны. — Эльфийские маги, — усмехнулся Малакар. — Гордые. Капризные. Даже после смерти.

Он подошел к Алтарю. В колбах висели три души. Одна из них принадлежала Аэриону — эльфийскому командору, который пытался отравить воду. Две другие — высшим магам из Звездной Кузницы. — Мне нужны Личи, — сказал Малакар. — Магическая артиллерия. Хранители знаний. И я не собираюсь просить их согласия.

Малакар положил руки на пульт управления (теперь это был не каменный стол, а сенсорная панель Титанов). — Запуск протокола «Архи-Лич».

Энергия Звезды ударила в Алтарь. Души в колбах забились в агонии. Их стирали. Малакар выжигал их личность, их память о "Свете", их преданность эльфийским богам. Оставлял только знания, магический дар и холодный интеллект. Это была вивисекция души.

— ПОКОРИСЬ... — шептал Малакар, транслируя свою волю прямо в эфир. — СЛУЖИ... ТЬМЕ.

Душа Аэриона сопротивлялась дольше всех. Она пыталась сформировать щит, пыталась проклясть своего мучителя. Но против бесконечной энергии Звезды у нее не было шансов. Душа сломалась. Свет погас, сменившись фиолетовым сиянием.

В этот момент механические манипуляторы (управляемые Гареном) опустили на Алтарь три тела. Это были не обычные трупы. Это были Конструкты. Скелеты, отлитые из мифрила. В их грудных клетках вместо сердец были вставлены мана-реакторы. Черепа были инкрустированы драгоценными камнями-фокусами.

Малакар сделал жест рукой. — Слияние.

Три души вылетели из колб и с воем вонзились в мифриловые скелеты. Реакторы в груди конструктов вспыхнули. Глазницы черепов загорелись ледяным синим огнем.

Первый Лич (бывший Аэрион) медленно сел. Он посмотрел на свои металлические руки. Сжал пальцы. Его челюсть щелкнула. — Система... активна, — произнес он голосом, в котором звучал могильный холод и цифровое эхо. — Жду... указаний... Создатель.

Малакар улыбнулся. — Встань, Кел'Тузар. Ты больше не эльф. Ты — Первый Архи-Лич Черной Цитадели. Глава Магического Корпуса. Он указал на двух других, которые тоже поднимались. — А это твои ученики. Ваша задача — создать Коллегию Смерти. Мне нужно, чтобы вы разработали заклинания массового поражения, используя энергию Звезды.

Кел'Тузар поклонился. Это был поклон идеальной машины. — Будет... исполнено. Эффективность... магии Света... равна... нулю. Мы... перепишем... формулы... под... Некротику.

Векс, наблюдавшая за этим из угла, поежилась. — Жуткие ребята. Они еще более отмороженные, чем Тангар. — Тангар — это ярость, — ответил Малакар. — А Личи — это расчет. Нам нужно и то, и другое.

В этот момент двери зала открылись. Вошел Тангар Костелом. Его броня была покрыта грязью и... зеленой кровью? — ВЛАДЫКА... — прогудел генерал. — У НАС... ГОСТИ... НА ГРАНИЦЕ.— Алый Рассвет? — НЕТ. ЗЕЛЕНОКОЖИЕ. ОРДА.

Малакар заинтересованно поднял бровь. — Орки? Сами пришли? — ОНИ... УВИДЕЛИ... СВЕТ... НАШЕЙ... БАШНИ. — Тангар ударил топором по полу. — ИХ ВОЖДЬ... ГРОММАШ... ТРЕБУЕТ... АУДИЕНЦИИ. ИЛИ... БИТВЫ.

Малакар подошел к окну, глядя на мост из костей. Там, на другом берегу озера, горели костры. Сотни костров. Тысячи орков, гоблинов и огров разбили лагерь у ворот Н'Зара. — Они пришли на свет, как мотыльки, — сказал Малакар. — Но орки уважают только силу.

Он повернулся к Гарену. — Готовь тронный зал. И скажи Орну, чтобы выкатил бочки с пивом. Но оружие держите наготове. — Мы будем драться? — спросила Векс, поглаживая рукояти кинжалов. — Нет, — Малакар надел шлем. — Мы будем вербовать. Мне нужна пехота, которая может размножаться естественным путем. Зомби — это хорошо, но живые фанатики — еще лучше.

Он направился к выходу. За ним, паря в полуметре от пола, двинулись три новорожденных Лича. — Идем встречать соседей. Надеюсь, Громмаш умеет не только орать, но и слушать.

Мост Костяного Гребня. Граница владений Н'Зара.

Воздух здесь был густым, как суп. Он пах немытыми телами, жареным мясом пещерных крыс, дешевым табаком и агрессией. Орда Громмаша не просто стояла лагерем. Она бурлила. Тысячи зеленокожих воинов — от мелких, визгливых гоблинов до массивных, похожих на скалы огров — заполнили огромную каверну перед входом в город гномов. Костры горели так ярко, что казалось, будто под землей наступил день. Барабаны из натянутой человеческой кожи били ритм, от которого вибрировали сталактиты.

Малакар вышел на мост. За его спиной стояла его элита: Тангар Костелом, возвышающийся как башня, Векс с рукой на рукояти фазового клинка, и три новорожденных Лича, парящих в полуметре над землей, их мифриловые кости сияли холодным голубым светом. Но Малакар приказал армии остаться позади. На переговоры он пошел малым составом.

На середине моста их ждала делегация Орды. В центре стоял он. Громмаш Адский Крик.Вождь был огромен даже по меркам орков. Его кожа была не зеленой, а темно-коричневой, цвета дубленой кожи. Тело покрывала вязь ритуальных шрамов и татуировок. На плечах лежали наплечники из черепов мамонтов. В руках он держал легендарный топор «Кровопийца» — оружие с лезвием, которое всегда сочилось свежей кровью, даже если его вытирали. Рядом с ним стоял старый сгорбленный шаман с посохом, увешанным перьями и костями, и хитрый гоблин в очках-гогглах, сидящий верхом на механическом шагоходе, который чадил черным дымом.

Две армии смотрели друг на друга через пропасть. Мертвая тишина повисла над мостом, нарушаемая лишь треском факелов и гудением мана-реакторов Личей.

Громмаш сделал шаг вперед. Доски моста (который гномы наспех укрепили сталью) жалобно скрипнули. Вождь вдохнул воздух ноздрями, раздувающимися как у быка. — Ты пахнешь смертью, бледный человек, — прорычал он. Его голос был подобен камнепаду в ущелье. — И ты пахнешь силой. Мои шаманы говорят, что ты украл звезду у неба. Это правда?

Малакар спокойно снял шлем. Он держал его под мышкой, позволяя Вождю видеть его лицо — лицо существа, которое давно перестало быть человеком. — Я не крал её, Громмаш. Я освободил её. И она служит мне добровольно. Как и этот город. Как и эта гора.

Громмаш прищурился. Его желтые глаза с вертикальными зрачками буравили Малакара. — Ты говоришь красиво. Как эльф. Но выглядишь как труп. Зачем ты зажег маяк? Ты зовешь нас на войну? Или ты хочешь, чтобы мы пришли и забрали твою башню себе? Орки за его спиной одобрительно зарычали, потрясая оружием.

— Я зажег маяк, потому что могу, — ответил Малакар холодно. — А вы пришли, потому что вас гонят. Я знаю, что происходит на поверхности, Вождь. Люди теснят вас. Эльфы жгут ваши леса. Паладины убивают ваших детей во имя Света. Вам некуда идти, кроме как вниз, в темноту. Вы не завоеватели. Вы — беженцы.

Тишина взорвалась яростным ревом. Слова Малакара ударили по самому больному месту — гордости Орды. Громмаш побагровел. Вены на его шее вздулись. — СЛЕДИ ЗА ЯЗЫКОМ, КОЛДУН! — рявкнул он, поднимая топор. — Орда не бежит! Орда совершает тактический маневр! Мы спустились, чтобы перегруппироваться и ударить в брюхо Империи!

— Чем ударить? — Малакар кивнул на ржавые мечи и каменные топоры рядовых орков. — Этим мусором? Алый Рассвет смеется над вами. Их сталь режет вашу броню как масло. Их магия сжигает вас десятками. Вы проигрываете, Громмаш. И ты это знаешь.

Вождь зарычал. Это был звук раненого зверя, загнанного в угол. Он рванулся вперед. Дистанция в десять метров исчезла за долю секунды. — МАК'ГОРА! — взревел он. — Поединок чести! Если я разрублю тебя напополам, твоя башня и твоя звезда станут моими! — А если я поставлю тебя на колени? — спросил Малакар, не шелохнувшись. — Тогда Орда пойдет за тобой хоть в Бездну!

Бой.

Громмаш не стал ждать сигнала. Он вложил в первый удар всю свою ярость и вес. «Кровопийца» свистнул в воздухе, целясь в шею Малакара. Лезвие топора светилось красным — магия Крови, древняя и дикая. Тангар дернулся, чтобы закрыть Владыку, но Малакар остановил его жестом руки, даже не глядя.

Малакар не стал уклоняться. Он хотел показать абсолютное превосходство. Он поднял левую руку.«Черный Монолит» (адамантиевая перчатка) встретился с лезвием легендарного топора.БА-А-М!Звук удара был оглушительным, словно ударили в гигантский колокол. Ударная волна сбила пыль с моста. Орки ахнули. Малакар поймал лезвие топора ладонью. Адамантий выдержал. Магия Крови Громмаша попыталась прогрызть металл, но столкнулась с Сумеречной Искрой Малакара и была погашена.

Малакар стоял, слегка прогнувшись в коленях под чудовищным весом орка, но не отступил ни на шаг. — Сильный, — оценил он. — Но предсказуемый.

Он сжал пальцы на лезвии топора и дернул. Громмаш, не ожидавший такой силы от "мага", потерял равновесие и повалился вперед. Малакар встретил его ударом правого кулака (закованного в сталь) прямо в челюсть.ХРУСТЬ.Вождь отлетел назад, перекувырнулся и упал на спину, выронив топор. Из его разбитой губы потекла темная кровь.

Орда замерла. Их непобедимый лидер был сбит с ног одним ударом.

Громмаш вскочил мгновенно. Боль только разозлила его. Его глаза налились кровью. — РРРААААГХ! — он вошел в состояние Берсерка. Его мышцы увеличились в объеме, кожа покраснела. Он забыл про оружие. Он бросился на Малакара с голыми руками, намереваясь разорвать его.

На этот раз Малакар использовал магию. Но не для убийства. Когда Громмаш прыгнул, Малакар активировал Гравитационный Якорь. Он увеличил вес Вождя в десять раз. Громмаш рухнул на доски моста, не долетев до врага метра. Мост затрещал, одна из балок лопнула. Орк рычал, пытаясь встать. Его мышцы трещали от напряжения, но гравитация вдавливала его в пол. Он стоял на четвереньках, слюна капала изо рта, но он не мог поднять голову.

Малакар подошел к нему. Медленно, лязгая сапогами. Он поднял «Кровопийцу», лежащего рядом. Взвесил топор в руке. — Хороший баланс. Плохая закалка.

Он положил лезвие топора на шею Громмаша. — Я могу закончить это сейчас. Твоя голова украсит мой трон. Твоя армия разбежится или станет моими рабами. Малакар наклонился к уху орка. — Но мне не нужны рабы, Громмаш. Рабы не умеют сражаться с яростью. Мне нужны воины. Мне нужны братья по оружию, которые ненавидят "Свет" так же сильно, как я.

Малакар снял заклинание гравитации. Давление исчезло. Громмаш тяжело дышал, глядя на топор у своей шеи. Малакар... убрал топор. Он перевернул его рукоятью к вождю и протянул. — Вставай, Вождь. Я не враг тебе. Мой враг там, наверху. Тот, кто сжег твои деревни. Тот, кто убил твоих сыновей. Я предлагаю тебе не службу. Я предлагаю тебе Месть.

Громмаш медленно взял свой топор. Он поднялся, вытирая кровь с подбородка. Он посмотрел на Малакара. В глазах орка больше не было презрения. Там было уважение. И страх. И надежда. — Месть... — прохрипел он. — Это хорошее слово. Сладкое.

Он повернулся к своей армии. Орки ждали. Громмаш поднял топор над головой. — ОРДА! СЛУШАЙ МЕНЯ! — его голос гремел. — ЭТОТ ЧЕЛОВЕК... ОН НЕ ЧЕЛОВЕК. ОН — ДЕМОН ВО ПЛОТИ. ОН СИЛЬНЕЕ МЕНЯ! И ОН ОБЕЩАЕТ НАМ КРОВЬ ПАЛАДИНОВ! МЫ ИДЕМ ЗА НИМ!

— ЛОК'ТАР ОГАР! — взревели тысячи глоток в ответ. — ПОБЕДА ИЛИ СМЕРТЬ!

Час спустя. Тронный Зал Цитадели.

Атмосфера в зале изменилась. Теперь, помимо холодного величия нежити и строгости гномов, здесь царила дикая энергия Орды. Громмаш сидел за столом переговоров (который пришлось укрепить, чтобы выдержать его вес), жадно поедая жареную ногу пещерного ящера и запивая гномьим пивом из бочонка. Рядом с ним сидел Зул, старый шаман, и Газлови, главный инженер гоблинов.

Малакар развернул карту поверхности. — Ситуация такая, — начал он. — Алый Рассвет готовит новую атаку. Они поняли, что магией нас не взять, поэтому они строят осадные машины на плато. И они призвали Титанов Света — гигантских големов. — Големы — это по моей части! — пискнул Газлови, поправляя очки. — Но у нас нет металла! Мои парни дерутся палками и ржавыми ложками!

— Металл есть, — вмешался Орн, который сидел напротив, скрестив руки на груди. — У нас есть Н'Зар. Адамантия хватит на всех. — Адамантий для орков? — удивился Громмаш. — Это дорогой подарок. — Это инвестиция, — ответил Малакар. — Я вооружу твою армию. Мой Кузнец создаст для вас броню и оружие, которые будут пробивать щиты паладинов. Гарен и Газлови, — он указал на инженеров, — объединят технологии Титанов и гоблинскую взрывчатку.

Глаза Газлови загорелись безумным блеском. — Технологии Титанов... и динамит? Босс, мы построим такую бомбу, что гора подпрыгнет! — Бомбы — потом. Сначала мне нужны Танки. И авиация.

Малакар перевел взгляд на шамана Зула. — Старик, я чувствую в тебе силу предков. Но она слаба под землей. Духи здесь молчат. — Духи плачут, — прошелестел Зул. — Камень давит. — Я дам тебе новый источник, — Малакар указал на потолок, где сквозь перекрытия ощущалась пульсация Звездной Кузницы. — Подключи своих шаманов к Сумеречной Сети. Смешайте магию стихий с энергией Звезды. Ваши молнии станут черными. Ваше исцеление будет поднимать мертвых... временно. Шаман вздрогнул, но кивнул. Сила есть сила.

В этот момент в зал бесшумно вошла Векс. — Босс, у нас проблема. Или возможность. — Говори. — Мои разведчики (и новые друзья гоблины-лазутчики) перехватили караван. Не Алого Рассвета. Она положила на стол эмблему, сорванную с повозки. Черный дракон на красном фоне.Империя Драконидов.

Все в зале затихли. Дракониды жили глубоко в вулканических разломах. Они были нейтральны, богаты и невероятно сильны. — Они везли груз, — продолжила Векс. — Яйца. Яйца Лавовых Драконов. Они везли их в дар... Люциусу. — Люциусу? — Малакар сжал кулак, и карта на столе задымилась. — Дракониды хотят заключить союз с Паладинами? — Похоже на то. Люциус пообещал им земли на поверхности в обмен на воздушную поддержку.

Громмаш сплюнул кость на пол. — Драконы... Если паладины сядут на драконов, нам конец. Мы не достанем их топорами. Малакар встал. Его тень упала на карту. — Они не достанутся Люциусу. Мы перехватим этот груз. — Мы украдем яйца? — спросил Гарен. — Нет, — улыбнулся Малакар, и его улыбка была страшнее оскала орка. — Мы украдем Мать. Мы найдем Гнездовье и подчиним Королеву Драконов.

Он обвел взглядом своих новых генералов. Лич, Рыцарь Смерти, Гном-Кузнец, Вождь Орков, Шаман, Гоблин-Инженер, Иллитид (который стоял в тени). Темный Совет был в сборе. — Готовьтесь. Следующая операция называется «Крылья Тьмы». Мы идем создавать первые в мире ВВС Некромантов.

Каньон Пепла. Нейтральная территория.

Место для засады было идеальным. Узкое ущелье с высокими отвесными стенами из черного базальта, по дну которого текла река застывающей лавы. Единственная дорога к владениям Алого Рассвета проходила по каменному карнизу.

Малакар лежал на животе (что было непросто в адамантиевой броне) на краю обрыва, глядя вниз через визор шлема. Рядом с ним, дрожа от нетерпения, лежал Громмаш. — Долго еще? — прорычал орк, сжимая «Кровопийцу». — Мой топор хочет пить. — Терпение, Вождь, — ответил Малакар. — Газлови заканчивает минирование.

Гоблин-инженер, висящий на тросе на противоположной стене ущелья, показал большой палец и безумно улыбнулся. Он заложил «Гоблинские Сюрпризы» (динамитные шашки, усиленные кристаллами маны) под опорные колонны моста.

— Идут, — голос Векс прозвучал в наушнике (технология Титанов, адаптированная Гареном).

Караван появился из-за поворота. Это было внушительное зрелище. Впереди шли Дракониды-Стражи. Трехметровые ящеры, закованные в броню из вулканического стекла. В руках — алебарды, лезвия которых светились от жара. За ними плыли грави-платформы (дракониды тоже владели остатками древних технологий). На платформах стояли огромные, светящиеся контейнеры.Яйца.А в центре каравана, на огромном звере, похожем на бескрылого дракона (Кодо), ехал Посол Драконидов и... Инквизитор Алого Рассвета.

— Они действительно спелись, — прошипел Малакар. — Люди и Ящеры. Против природы. Он поднял руку. — Газлови... Бабах.

Гоблин нажал на кнопку детонатора.БА-БАХ!Взрыв был таким мощным, что уши заложило даже сквозь шлемы. Каменный мост впереди каравана обрушился в лаву. Путь вперед был отрезан. В ту же секунду сзади, отрезая путь к отступлению, Тангар и его Железный Легион вышли из режима маскировки (голографические проекторы гномов отключились).

Караван оказался в ловушке.

— ОРДА! — взревел Громмаш, вскакивая в полный рост на краю обрыва. — СМЕРТЬ ВРАГАМ!Сотни орков с диким воем попрыгали вниз, используя крюки и просто скатываясь по склонам. Зеленая волна врезалась в строй Драконидов.

Началась мясорубка. Дракониды были сильнее и лучше бронированы. Один удар их хвоста мог сломать орку позвоночник. Их кожа была непробиваема для обычного железа. Первые ряды орков были сметены огненным дыханием стражей.

— СЛАБАКИ! — ревел Посол Драконидов, кастуя огненный шар. — ВЫ СГОРИТЕ!

Но у Орды теперь были новые игрушки. Шаманы, стоявшие на скалах, ударили Черными Молниями (стихия + энергия Звезды). Молнии пробивали вулканическую броню, поджаривая ящеров изнутри. Гоблины-подрывники кидали гранаты с жидким азотом, замораживая врагов, после чего орки разбивали их молотами.

Малакар не спешил вступать в ближний бой. Он парил над полем битвы, используя антигравитацию брони. Его цель — Инквизитор и Яйца. Инквизитор понял, что дело плохо. — Уничтожить груз! — закричал он солдатам. — Не отдавайте их Еретику!

Один из Драконидов замахнулся булавой, чтобы разбить контейнер с яйцом.

— Остановка Времени.Малакар использовал Хроно-Стазис (навык, скопированный из базы данных Титанов, но работающий на Сумеречной Искре). Сфера серой энергии накрыла платформу с яйцами. Драконид замер с поднятой булавой. Осколки камней повисли в воздухе.

Малакар приземлился на платформу. Он подошел к застывшему Дракониду и просто коснулся его лба пальцем. — Увядание.Драконид рассыпался прахом внутри стазис-поля.

Инквизитор, видя это, поднял свой символ Света. — Изыди! Свет защитит м... Малакар схватил его за горло. — Твой Свет здесь не работает. Здесь только Тень. Он швырнул Инквизитора в лаву. Короткий крик и всплеск.

Бой заканчивался. Громмаш внизу сошелся в дуэли с Послом Драконидов. Топор «Кровопийца», теперь усиленный рунами Орна, разрубил обсидиановый меч Посла и вошел ему в плечо. Громмаш вырвал оружие и с рыком отрубил ящеру голову. — ДЛЯ ВОЖДЯ МАЛАКАРА! — проорал он, поднимая трофей. Орки и Гномы (редкое зрелище!) взревели в унисон.

Черная Цитадель. Лаборатория Биомантии.

Груз был доставлен. Пять огромных яиц, пульсирующих жаром. Скорлупа была похожа на раскаленный уголь. Малакар, Кел'Тузар (Архи-Лич) и Векс стояли вокруг стола.

— Это Лавовые Драконы, — констатировал Лич, сканируя яйца магическим сенсором. — Сильные. Огнестойкие. Но... дикие. Их невозможно приручить, если не растить с момента вылупления. И даже тогда они подчиняются только Матери. — У нас нет Матери, — сказала Векс. — Пока нет. — Значит, мы изменим их природу, — решил Малакар.

Он подошел к самому крупному яйцу. Оно треснуло во время транспортировки. Жидкость вытекала. Эмбрион внутри умирал. — Этот не выживет, — сказал Лич. — Жизненные показатели на нуле. В утиль? — Нет, — глаза Малакара вспыхнули серым. — В эксперимент.

Малакар положил руки на треснувшее яйцо. — Гарен! Подключай прямой канал от Звездной Кузницы! — Но Владыка! Эмбрион не выдержит чистой энергии! Его разорвет! — Делай!

Энергия пошла. Яйцо засветилось так ярко, что Векс надела очки. Малакар начал плести заклинание. Это была не Некромантия (поднятие трупа). И не Исцеление. Это была Химерология Сумерек. Он замещал мертвые клетки эмбриона конструктами из маны. Он вплетал в ДНК дракона код Титанов и свою собственную кровь.

— Живи... — шептал Малакар. — Не как зверь. Как оружие.

Скорлупа взорвалась. Векс отшатнулась. На столе, в луже светящейся слизи, лежало Существо. Оно было размером с собаку. Но у него не было красной чешуи. Его чешуя была Кристальной (полупрозрачной, как у големов из пещеры). Сквозь неё были видны кости из черного металла и пульсирующее синее ядро вместо сердца. Крылья были не кожаными, а состояли из энергетических полей, как у Серафимов, но темно-фиолетового цвета.

Дракончик открыл глаза. В них не было зрачков. Только звездная бездна. Он не запищал. Он издал звук, похожий на зарядку конденсатора.З-з-з-зуммм...

Существо посмотрело на Малакара и склонило голову. Оно узнало своего создателя.

— Сумеречный Дракон, — восхищенно прошептал Кел'Тузар. — Идеальный гибрид. Магия, Технология, Плоть. Он может питаться магией врага.

Малакар протянул руку. Дракончик забрался по его латной перчатке и сел на плечо, обвив хвостом шею. Он был теплым, как реактор. — Назовем его Оникс, — сказал Малакар. — Пока он маленький. Но когда он вырастет... он будет жрать Ангелов на завтрак.

Он повернулся к Векс. — Остальные четыре яйца поместить в инкубаторы. Мы вырастим их. Но этот... этот будет моим личным маунтом.

В этот момент в лабораторию вошел Тангар. — ВЛАДЫКА. НОВОСТИ С ПОВЕРХНОСТИ.— Что там? Люциус плачет? — ХУЖЕ. ОН СМЕЕТСЯ.Тангар бросил на стол магический кристалл-передатчик, снятый с убитого Инквизитора. Над столом возникла голограмма.

Генерал Люциус. Он изменился. Его золотые доспехи были покрыты белыми рунами. За его спиной... виднелись призрачные крылья света. Он выглядел не как человек, а как Святой Аватар. — Малакар, — голос Люциуса звучал спокойно, даже ласково. — Ты думаешь, ты выиграл, украв у меня ящериц? Ты думаешь, твой союз с дикарями спасет тебя?Люциус улыбнулся. — Я благодарен тебе. Твои действия убедили Совет Королей. Они дали мне полный карт-бланш.Камера отъехала назад. За спиной Люциуса стояла Армия. Не тысячи. Сотни тысяч. Объединенные силы семи Королевств Людей, Легионы Эльфов и... Гигантские фигуры, возвышающиеся до облаков.Титаны Света. (Те самые големы, о которых говорил Газлови). — Через неделю мы будем у горы, — сказал Люциус. — И на этот раз мы не будем стрелять лучом. Мы войдем внутрь. Мы вычистим каждую нору. Жди нас, Еретик.Голограмма погасла.

В лаборатории повисла тишина. Гарен нервно протер очки. — Сотни тысяч... И Титаны... У нас 5 тысяч орков и тысяча големов. Математика не в нашу пользу.

Малакар погладил Оникса по голове. Дракончик заурчал, выпуская искры. — Математика для слабаков, Гарен, — сказал Малакар. — У них есть армия. У нас есть Звезда, Драконы, Демоны и Бог в подвале (Спящий Глубинных).

Он посмотрел на своих генералов. — Они хотят войти внутрь? Отлично. Мы превратим каждый туннель, каждый зал, каждый коридор в мясорубку. Это больше не осада. Это Dungeon Defense. — Объявляю полную мобилизацию. Векс — минируй подходы. Орн — куй снаряды. Тангар — тренируй орков. Малакар сжал кулак, и Сумеречная Искра полыхнула. — Через неделю здесь будет ад. И я буду в нем Дьяволом.

Глава 16: Тишина перед Бурей

День 1-й до прибытия Авангарда Люциуса.Индустриальный Сектор Черной Цитадели.

Если раньше под горой царил мрак, то теперь здесь не было ночи. Свет Звездной Кузницы, перенаправленный через тысячи кабелей, заливал пещеру холодным голубым сиянием. Воздух дрожал от шума. Визг пил, грохот гидравлических молотов, шипение сварки и гортанные крики орков-надсмотрщиков сливались в единую симфонию войны.

Малакар шел по «Линии Смерти». Это была полоса укреплений, которую они возводили в главном туннеле, ведущем от ворот Н'Зара к Цитадели. Раньше это была просто широкая дорога. Теперь это был коридор кошмаров.

— Осторожнее, Босс! — взвизгнул Газлови, подбегая к Малакару. Гоблин-инженер был перемазан маслом и сажей, а его механический шагоход был увешан связками динамита, как рождественская елка игрушками. — Не наступите на плиту номер 4! Там чувствительность датчика сбилась, может рвануть от чиха!

Малакар остановился перед конструкцией, которую монтировали гоблины и гномы. Это была не просто мина. Это был «Земляной Акула». Механический плавник, торчащий из земли. При срабатывании датчика давления из-под земли вырывалась вращающаяся циркулярная пила, зачарованная на разрыв брони, и проходила вдоль всего коридора.

— Эффективно? — спросил Малакар. — Эффективно?! — Газлови хихикнул, потирая руки. — Это шедевр! Мы скрестили гномий адамантий с моей формулой взрывчатки! Если паладин наступит сюда — от него останутся только сапоги. И те дырявые!

Дальше по коридору работали Личи. Кел'Тузар и его ученики наносили руны прямо на стены туннеля. — Гравитационные... ловушки... готовы... Владыка, — доложил Архи-Лич, не поворачивая черепа. — Любой... кто... войдет... в... сектор... почувствует... вес... горы... на... плечах. Броня... станет... тюрьмой.

Малакар кивнул. — Хорошо. Но этого мало. Люциус приведет Титанов Света. Нам нужно что-то, что пробьет их щиты.

Он прошел дальше, к артиллерийским позициям. Там Орн и Гарен завершали монтаж «Главного Калибра». Они сняли орудия с разбитого дредноута, усилили их технологиями Титанов из Руин и создали стационарную батарею. Три огромные рельсотронные пушки, питающиеся напрямую от Звезды. Снаряды для них — болванки из обедненного адамантия — лежали рядом штабелями.

— Гарен, — позвал Малакар. Инженер выглянул из казенной части орудия. Он выглядел измотанным, глаза красные от бессонницы. — Расчетная мощность? — Пробьет десять метров гранита, Мастер. Или три слоя божественного щита. Теоретически. Проблема в охлаждении. После трех залпов стволы расплавятся. — Значит, у нас будет три залпа, чтобы обезглавить их армию, — отрезал Малакар. — Сделай так, чтобы они не промахнулись.

Два часа спустя. Санктум Дракона.

Малакар спустился в изолированный зал, который выделили под «гнездо». Здесь было жарко. Пол был усеян золотом (драконы любят спать на мягком металле), а воздух пах озоном.

В центре зала, свернувшись калачиком вокруг мана-генератора, спал Оникс. Сумеречный Дракончик подрос за неделю. Теперь он был размером с крупного волка. Его кристаллическая чешуя потемнела, став похожей на ночное небо, а в груди ровно гудел реактор. Он был прекрасен. И абсолютно бесполезен против армии в сто тысяч человек.

Малакар подошел к зверю. Оникс открыл глаза — две бездны — и радостно заурчал, ткнувшись мордой в руку хозяина. — Ты слишком мал, — тихо сказал Малакар, поглаживая теплый кристалл. — У нас нет времени ждать годы, пока ты вырастешь. Война придет завтра.

Малакар достал из инвентаря Хроно-Кристалл (еще один трофей из Руин Титанов). Это было опасное решение. Искусственное старение. Это причинит боль. Это может сломать психику зверя. Но у Малакара не было выбора. Ему нужен был не питомец. Ему нужен был Бомбардировщик.

— Прости меня, малыш, — прошептал Малакар. — Детство закончилось.

Он вставил кристалл в слот генератора, на котором лежал дракон. — Активация. Протокол: Темпоральный Сдвиг. Ускорение метаболизма 1000%.

Зал наполнился гулом. Время внутри магического круга сжалось. Оникс взвизгнул, когда его тело начало меняться. Это выглядело жутко. Кости удлинялись с треском. Чешуя лопалась и нарастала новая, более толстая и острая. Крылья разворачивались, закрывая собой потолок. Дракон кричал. Он не понимал, почему его тело разрывает изнутри. Он смотрел на Малакара с мольбой.

Малакар не отвернулся. Он смотрел прямо в глаза своему творению, транслируя ему ментальную поддержку.«Терпи. Сила требует боли. Ты станешь Королем Неба. Ты станешь Смертью.»

Процесс длился час. Для Малакара это был час. Для Оникса прошли годы биологического роста. Когда гул стих и дым рассеялся, в зале стало тесно.

Оникс больше не был волчонком. Перед Малакаром возвышался Молодой Дракон. Размах крыльев — пятнадцать метров. Его чешуя стала непробиваемой броней. На спине выросли шипы. Из пасти капала не слюна, а нестабильная плазма. Дракон тяжело дышал. Он был истощен трансформацией. Он посмотрел на Малакара. В его взгляде больше не было щенячьей радости. Там был холодный, хищный интеллект. И... обида?

Малакар подошел к гиганту. Он был муравьем по сравнению с ним. Он протянул руку. Дракон зарычал, и в его глотке начало формироваться Сумеречное Пламя. — Тихо, — сказал Малакар. Не приказом, а фактом. Он положил руку на морду зверя. — Теперь ты готов.

Оникс выдохнул пар из ноздрей, обдав Малакара жаром, но не укусил. Он склонил голову, признавая власть создателя. — Завтра ты попробуешь плоть Ангелов, — пообещал Малакар. — Тебе понравится.

Военный Совет.

Все генералы были в сборе. Карта на столе светилась красными точками. Красное море приближалось к горе. — Разведка докладывает, — начала Векс. Она выглядела необычно серьезной. — Авангард уже разбил лагерь у подножия. Основные силы подтянутся к утру. — Численность? — спросил Тангар. — Бесконечная. Людская пехота — мясо. Эльфийские лучники. Гномья артиллерия (предатели из других кланов). И... Пять Титанов Света. Векс вывела изображение. Гигантские золотые големы, высотой с небоскреб. Они несли огромные щиты, которые создавали купол над всей армией. — Пока эти щиты активны, наша магия бесполезна, — констатировала Векс. — Мы не сможем ударить по ним артиллерией.

— Щиты питаются от мана-накопителей в тылу, — заметил Ктул'Аш. Иллитид провел щупальцем по карте. «Если уничтожить источники питания... купол падет.»

— Но они в тылу, — возразил Гарен. — За спинами ста тысяч солдат. Мы не прорвемся.

Малакар посмотрел на карту. — Мы не прорвемся в лоб, — согласился он. — Но мы можем зайти с черного хода. Он посмотрел на Векс. — Твоя «Дикая Охота» готова? — Всегда. Гончие голодны. — Мне нужно, чтобы ты сделала невозможное. Пройди через старые вентиляционные шахты, о которых говорили Глубинные. Выйди им в тыл. И когда начнется штурм... взорви накопители. — Это самоубийство, — усмехнулась Векс. — Я согласна.

Малакар повернулся к Громмашу. — Вождь. Твои орки будут стоять в туннелях. Ваша задача — сдержать первый вал пехоты. Узкий проход нивелирует их численность. Там будет тесно. Там будет резня. — ОРКИ ЛЮБЯТ ТЕСНОТУ, — оскалился Громмаш. — МЫ ПОСТРОИМ СТЕНУ ИЗ ИХ ТЕЛ.

— Личи, — Малакар кивнул Кел'Тузару. — Вы — ПВО. Эльфы пришлют грифонов и, возможно, младших ангелов. Небо над Цитаделью должно быть чистым. — НЕБО... БУДЕТ... ЧЕРНЫМ, — пообещал Лич.

Малакар надел шлем. — А я займусь Титанами. У меня есть для них сюрприз. Он посмотрел на всех. — Отдыхайте. Ешьте. Точите клинки. Завтрашний день войдет в историю как день, когда Свет разбился о Скалу.

2 часа до рассвета. Тыл армии Алого Рассвета.

Ночь была холодной, но земля под ногами казалась теплой — сотни тысяч солдат, спящих в палатках, дышали, грели воздух, создавали гул живого моря. Векс скользила между патрулями как дым. На ней был Плащ Теней (подарок Глубинных), который делал её невидимой для обычного зрения. Но против магических сканеров она использовала старую добрую грязь, смешанную с алхимическим составом, подавляющим ауру.

За ней бесшумными призраками двигалась её «Дикая Охота». Десять лучших убийц. Гоблины-диверсанты с рюкзаками, полными взрывчатки C-4 (магический аналог, разработанный Газлови). Они не взяли с собой Гончих — демонические звери слишком заметны. Это была пешая прогулка в ад.

Цель возвышалась в центре лагеря, охраняемая тройным кольцом элитных паладинов.Мана-Накопители.Три гигантских кристалла, парящих над землей. От них тянулись силовые кабели к Золотым Титанам, стоящим неподвижными стражами на горизонте. Кристаллы пульсировали. Это было сердце щита, который делал армию неуязвимой.

— «Вижу цель,» — просигналила Векс жестами. — «Три минуты на установку зарядов. Работаем чисто. Никаких убийств, пока не рванет.»

Они разделились. Гоблины поползли к генераторам, обезвреживая магические ловушки своими мульти-инструментами. Векс заняла позицию на крыше одной из командирских палаток, держа в руках арбалет с болтами, смазанными ядом паралича.

Всё шло идеально. Слишком идеально. Когда первый гоблин закрепил заряд на основании кристалла, воздух внезапно стал... тяжелым. Векс почувствовала это. Запах озона и святой воды.

Из тени генератора вышла фигура. Это был не паладин в латах. Это была женщина в облегающем белом костюме, с завязанными глазами. В руках она держала два тонких, как иглы, меча. Вокруг неё парили маленькие сферы света, которые мгновенно высветили всех диверсантов.

— Грешники в ночи, — произнесла она мягким, почти материнским голосом. — Вы думали, Свет слеп?

— Засада! — крикнула Векс. — Взрывайте!

Гоблин нажал на детонатор.Щелк.Ничего. — Взрыватели заблокированы! — взвизгнул диверсант. — Тут поле анти-технологии!

Женщина с завязанными глазами исчезла. И появилась за спиной у гоблина. Взмах клинков. Гоблин упал, аккуратно разрезанный на четыре части. Крови почти не было — лезвия прижигали раны.

— Сестра Милосердия, — узнала её Векс. — Элитный отряд Инквизиции. Охотники на магов и убийц.

Векс спрыгнула с палатки, активируя свой Фазовый Клинок. — Отряд! Отходим! Я задержу её! Остальные диверсанты попытались отступить, но из палаток уже выбегали паладины. Лагерь проснулся. Тревога взвыла сиреной.

Векс осталась один на один с Сестрой. — Ты быстрая, — сказала Сестра, «глядя» на неё сквозь повязку. — Но твоя душа тяжелая. Она тянет тебя к земле. — Моя душа принадлежит Бездне, — огрызнулась Векс. — А там гравитация другая.

Бой начался. Это был танец двух мастеров скорости. Сестра атаковала потоком ударов, каждый из которых был нацелен в жизненно важную точку. Её мечи оставляли в воздухе световые следы. Векс использовала фазовый сдвиг. Она становилась нематериальной в момент удара, пропуская клинки сквозь себя, и контратаковала.

ДЗЫНЬ! ДЗЫНЬ! ВЖУХ!Искры летели фонтаном. Векс была сильна, но Сестра была... нечеловечески вынослива. Она не уставала. Она предсказывала движения Векс, читая микро-изменения в воздухе.

— Ты не победишь, дитя, — сказала Сестра, блокируя удар кинжала и ударяя Векс коленом в живот. — Нас легион. А ты одна. Векс отлетела в грязь, хватая ртом воздух. Её ребра треснули. Она увидела, как её отряд окружают. Гоблинов рубили на куски. Людей вязали цепями света.

Миссия провалена. Заряды не взорвались. Щиты активны. Ей нужно было бежать. Предупредить Малакара.

Векс достала из-за пояса последнюю «игрушку» Газлови.Граната Хаоса.Не взрывчатка. Телепорт-бомба. Нестабильная, опасная, вышвыривающая в случайную точку в радиусе километра. — Передай Люциусу привет! — крикнула она и бросила сферу под ноги Сестре.

Сестра среагировала мгновенно, разрубив гранату в полете. Это было ошибкой. Ядро гранаты детонировало. Разрыв пространства. Фиолетовая воронка засосала воздух, грязь, Сестру и саму Векс.

Час до рассвета. Стены Н'Зара.

Малакар стоял на стене, глядя на вражеский лагерь. Взрыва не было. Щиты Титанов всё так же сияли золотым куполом. — Она не справилась, — констатировал Тангар, стоящий рядом. — Или погибла, — добавил Гарен.

Внезапно воздух в метре от стены исказился. Из фиолетовой вспышки вывалилось тело. Векс упала на камни, кашляя кровью. Её броня была изодрана, плащ дымился. Малакар подхватил её. — Векс! Доклад! — Ловушка... — прохрипела она. — Они ждали нас. Там... блокираторы технологии. Взрывчатка не сработала. Мои ребята... мертвы.

Она схватила Малакара за руку. — Сестры Милосердия. Они видят сквозь невидимость. Щиты... щиты не снять изнутри. Они запитаны напрямую от Титанов.

Малакар передал её подоспевшим медикам-некромантам. — Латай её. Живо. Он выпрямился, глядя на горизонт, где начинало вставать солнце. Первые лучи осветили золотую броню гигантов. Титаны Света начали движение. Земля задрожала.

— План А провалился, — сказал Малакар холодно. — Переходим к Плану Б. — Какой План Б? — спросил Гарен. — Тотальная война.

Малакар надел шлем. Его голос, усиленный магией, разнесся над всей линией обороны: — ВСЕМ ПОСТАМ! БОЕВАЯ ГОТОВНОСТЬ! ВРАГ ИДЕТ! ОТКРЫТЬ ОРУЖЕЙНЫЕ! ВЫПУСТИТЬ ГОНЧИХ!

Внизу, в туннелях, тысячи орков ударили топорами о щиты. На стенах Личи начали читать заклинания, формируя над Цитаделью облака кислотного дождя. А в небе... в небе раздался рев. Оникс, молодой Сумеречный Дракон, вылетел из жерла вулкана. Он сделал круг над башней, его крылья закрыли солнце.

Буря началась.

Рассвет. Врата Н'Зара.

Первый удар нанесли не солдаты. Его нанесли Титаны Света. Пять золотых колоссов выстроились в линию перед входом в ущелье. Синхронно, как единый механизм, они подняли свои гигантские башенные щиты и ударили ими о землю.ГУ-У-УММ!Это была сейсмическая волна. Она покатилась по земле, взрывая минные поля Векс, которые не успели сработать. Камни трескались. В туннелях с потолка посыпалась пыль.

— ДЕРЖАТЬ СТРОЙ! — заорал Громмаш, стоящий в первом ряду обороны за воротами. Ворота (массивные адамантиевые створки, усиленные рунами) застонали. Один из Титанов замахнулся огромным молотом.БАМ!Вмятина глубиной в метр.БАМ!Руны защиты вспыхнули и погасли.БАМ!Ворота сорвало с петель. Тысячетонные створки рухнули внутрь туннеля, раздавив десяток незадачливых гоблинов-ремонтников.

Путь был открыт. И в этот пролом хлынула Объединенная Армия. Людская пехота в сверкающих латах, прикрытая стеной щитов. За ними — эльфийские лучники.

— ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ В АД! — Громмаш взмахнул «Кровопийцей». — РУБИ ИХ!

Орки не побежали навстречу. Они отступили на шаг, заманивая врага глубже. Люди, видя отступающих монстров, с боевым кличем бросились в атаку. Они наступили на Плиту №4. Газлови, сидевший в бункере управления, нажал красную кнопку. — Сюрприз!

«Земляная Акула» сработала. Из пола вырвалась вращающаяся пила диаметром в три метра. Она пронеслась по коридору на уровне колен, срезая ноги первому ряду наступающих. Крики боли заглушили боевые марши. Строй людей смешался. И в эту кровавую кашу врезались орки. В узком туннеле численное преимущество людей не работало. Здесь решала грубая сила. А орки были сильнее.

Небо над Цитаделью.

Но битва шла не только под землей. Эльфы подняли в воздух Грифоньих Всадников. Сотни крылатых зверей пикировали на открытые площадки Цитадели, сбрасывая алхимические бомбы. — ПВО! Огонь! — скомандовал Кел'Тузар.

Три Архи-Лича, стоящие на шпиле Зиккурата, подняли посохи. Они не стреляли огнем или льдом. Они использовали «Гравитационный Шторм». В небе над горой возникла зона турбулентности. Гравитация там менялась хаотично: то ноль, то 10G. Грифоны ломали крылья в полете. Всадников вырывало из седел. Десятки врагов падали дождем на скалы.

Но грифонов было слишком много. Часть прорвалась. Они заходили на атаку Зиккурата, целясь в Личей.

Малакар стоял на балконе своей башни. Он видел, как враг давит. Титаны Света медленно шли к пролому, игнорируя огонь артиллерии Гарена. Их щиты поглощали снаряды. Нужно было менять расклад. Малакар погладил чешуйчатую шею зверя, стоящего рядом с ним.

— Твой выход, Оникс, — сказал он. — Покажи им, почему драконы правили этим миром.

Сумеречный Дракон расправил крылья. Он был великолепен. Черный, как сама ночь, с прожилками звездного света. Он оттолкнулся от балкона. Камень треснул под его когтями. Оникс не полетел вверх. Он... исчез.Фазовый Сдвиг.Дракон перешел в сумеречное состояние, став полупрозрачным призраком.

Он пролетел сквозь строй грифонов, не касаясь их. И материализовался в центре их формации.Р-Р-РАААААГХ!Рев дракона был не звуком, а ментальным ударом. Грифоны (животные) обезумели от ужаса. Они начали сбрасывать всадников, атакуя друг друга.

А потом Оникс открыл пасть. Это не был огонь. Это был Луч Распада. Фиолетово-серый луч, похожий на лазер, прочертил небо. Все, чего он касался — плоть, перья, мифриловая броня — рассыпалось в серую пыль. За один пролет Оникс уничтожил эскадрилью.

— Внимание! Титан! — крикнул Гарен по связи.

Один из Золотых Титанов, заметив новую угрозу, поднял руку. Из его ладони вырвался луч Света, нацеленный в дракона. Оникс не успевал уклониться. Но Малакар был с ним. Связь Создателя и Творения.«Зеркало!» — скомандовал Малакар мысленно.

Чешуя Оникса изменила структуру. Она стала зеркальной (наследие Кристальных Драконов). Луч Света ударил в дракона... и отрикошетил. Он ударил обратно, но не в Титана (у того были щиты), а в скалу над входом в туннель. Обвал. Тысячи тонн камня рухнули на авангард армии людей, похоронив под собой целый полк.

Туннель Смерти.

Громмаш был весь в крови — своей и чужой. Он стоял на горе трупов, отбиваясь от элитных паладинов. — ЕЩЕ! ПРИСЫЛАЙТЕ ЕЩЕ! — ревел он. Рядом с ним сражался Тангар. Рыцарь Смерти и Вождь Орков работали как идеальная мясорубка. Тангар замораживал врагов ледяной аурой, а Громмаш разбивал их в ледяную крошку.

Но врагов было слишком много. Титаны Света подошли к пролому. Один из них опустился на колено и просунул руку в туннель. Гигантская золотая рука сгребла баррикады вместе с обороняющимися орками и просто раздавила их.

— Отступаем! — скомандовал Тангар. — ВТОРАЯ ЛИНИЯ!

Орда начала организованный отход. Они заманивали врага глубже. В «Зал Тысячи Наковален» (бывший город гномов Н'Зар). Там было пространство для маневра. И там их ждали танки.

Эпилог Главы 16.

Малакар смотрел на горящий горизонт. Первая линия обороны пала. Ворота уничтожены. Враг вошел в гору. Но это было частью плана. Он пустил вирус в организм. Теперь иммунная система Цитадели начнет его убивать.

На стене рядом с ним появилась Векс. Она была перевязана, но стояла твердо. — Они внутри, босс. Люциус пока не вступил в бой. Он наблюдает с холма. — Он ждет, когда мы истощимся, — кивнул Малакар. — Он думает, что это просто осада. Он не знает, что мы превратили Н'Зар в полигон.

Малакар повернулся к Зиккурату. Звездная Кузница гудела, накачивая энергией не только щиты, но и что-то в подвале. Тайное оружие, которое Гарен и Орн собирали последнюю неделю.Проект «Рагнарок».

— Пусть заходят, — сказал Малакар. — Дверь за ними захлопнется. И тогда мы выключим свет.

Глава 17: Мясорубка

Внутренний Периметр Н'Зара. Главный Проспект.

Ворота пали. Как прорванная плотина, армия Алого Рассвета хлынула внутрь горы. Первыми шли Легионы «Сияющего Щита» — тяжелая пехота людей, закованная в золото и белую эмаль. Они шли стеной, стуча мечами о щиты, распевая гимны, от которых у обитателей тьмы должны были лопаться перепонки. Следом двигались эльфийские рейнджеры, чьи стрелы светились магией. А над их головами, царапая шлемами своды гигантской пещеры, протискивались два из пяти Титанов Света. Остальные три остались снаружи — проход был слишком узок для всей пятерки сразу.

Они ожидали увидеть хаос. Бегущих в панике орков, прячущихся за углами некромантов. Но Н'Зар встретил их тишиной. Огромный подземный город, висящий над озером лавы, казался вымершим. Улицы были пусты. Окна домов-кузниц темны. Только вентиляторы гудели где-то под потолком, перегоняя серный воздух.

— Еретики бежали! — крикнул Капитан Авангарда, поднимая меч. — Они испугались Света! Очистим это гнездо!

Он не знал, что за каждым темным окном, в каждой вентиляционной шахте и канализационном люке на них смотрели тысячи глаз. Глаз с вертикальными зрачками, глаз, горящих синим огнем нежити, и глаз, скрытых за гогглами ночного видения.

Малакар наблюдал за вторжением с балкона бывшего Дворца Танов, который теперь служил командным пунктом. Рядом с ним стоял Газлови, нервно теребя пульт детонатора. — Они вошли в Сектор А, босс. Плотность войск критическая. Как кильки в банке. — Жди, — спокойно сказал Малакар. — Пусть зайдут глубже. Пусть почувствуют себя хозяевами.

Когда авангард людей дошел до центральной площади, где стояла статуя первого Гнома-Короля (теперь "украшенная" знаменами Орды), Малакар включил громкую связь. Его голос, усиленный акустикой пещеры, загремел со всех сторон:

— ВЫ ПРИШЛИ В МОЙ ДОМ БЕЗ ПРИГЛАШЕНИЯ.Армия замерла. Солдаты начали крутить головами. — ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО ПРИНЕСЛИ СВЕТ? НЕТ. ВЫ ПРИНЕСЛИ ТОПЛИВО.

Малакар щелкнул пальцами. — Газлови. Свет.

Гоблин дернул рубильник. В одну секунду город преобразился. На крышах зданий вспыхнули тысячи прожекторов. Но они светили не на защитников. Они светили прямо в глаза наступающим. Ослепительно яркий, стробоскопический свет. Люди и эльфы закрыли лица руками, ослепленные. Строй смешался.

И тогда открылись ворота промышленных ангаров по бокам проспекта. Из темноты вырвались ОНИ.«Железные Ломатели». Это были не просто гномьи паровые танки. Это были монстры, созданные безумным гением Гарена и Газлови. Приземистые, обшитые листами грубого адамантия, с шипастыми катками вместо гусениц. На башнях вместо пушек стояли Огнеметы Драконьего Пламени (заряженные смесью напалма и алхимии).

Танков было двадцать. Они выехали на проспект с двух сторон, отрезая авангард от основных сил. За рычагами сидели гоблины-пилоты, хохочущие как безумные.

— ЖГИ ИХ! — заорал голос Громмаша из динамиков головного танка.

Струи зеленого, химического огня ударили в толпу паладинов. Щиты Света, рассчитанные на магию, не выдерживали физической температуры горящего напалма. Люди горели заживо внутри своих доспехов. Золото плавилось, стекая по коже. Паника вспыхнула мгновенно. Строй рассыпался. Солдаты пытались бежать, но давка в узком проспекте не давала отступить.

— Вперед! — скомандовал Громмаш. Танки дали газ. Они врезались в толпу пехоты. Шипастые катки перемалывали латы, кости и плоть. Звук ломающегося металла и крики ужаса заглушили рев двигателей. Это была не битва. Это была жатва.

Титаны Света, застрявшие в арьергарде, попытались вмешаться. Один из гигантов поднял ногу, чтобы раздавить ближайший танк. — Артиллерия! Прямая наводка! — приказ Малакара.

С крыш зданий ударили Личи. Кел'Тузар и его Коллегия Смерти сплели единое заклинание.«Копье Бездны».Луч концентрированной тьмы ударил в колено Титана. Золотая броня голема выдержала, но сустав — нет. Механизм заклинило. Титан пошатнулся и, потеряв равновесие, рухнул на бок. Он упал прямо на эльфийских лучников, которые пытались занять позиции на балконах. Грохот падения сотряс гору до основания. Здание, на которое упал Титан, сложилось как карточный домик.

— ОРДА! — из боковых переулков выскочила пехота. Орки. Но теперь они были одеты не в шкуры. Они были закованы в тяжелые латы гномьей работы. В руках — цепные мечи (технология Титанов + гоблинский моторчик) и щиты из панцирей драконидов. Они врезались во фланги дезорганизованной армии людей.

Громмаш выпрыгнул из люка своего танка прямо в гущу боя. «Кровопийца» пел свою кровавую песню. Вождь крутился волчком, срубая головы. — СЛАБО! СЛИШКОМ СЛАБО! ГДЕ ВАШ БОГ?! — ревел он, разрубая паладина вместе с конем.

В центре площади началась настоящая бойня. Орки теснили людей к краю платформы. А там, внизу, бурлило озеро лавы. Десятки солдат срывались вниз, падая в огненную бездну. Их крики обрывались коротким «ПШШШ».

Малакар смотрел на это с холодным удовлетворением. — Первая волна разбита, — констатировал он. — Они недооценили тесноту. — Но Титаны встают, — заметила Векс, бинтуя руку. — Тот, что упал, уже поднимается. А второй готовит... о нет. Она указала на второго Титана. Голем раскрыл грудную пластину. Там начало формироваться сияние.«Солнечная Вспышка».Он собирался выжечь весь проспект вместе со своими и чужими.

— Гарен! ЭМИ-бомба! — скомандовал Малакар. — Она экспериментальная! Может вырубить и наши танки! — Плевать! Взрывай!

Гарен нажал кнопку. Дроны-камикадзе, висевшие под потолком пещеры, спикировали на Титана. Они не несли взрывчатку. Они несли Разрядники Сумерек. Три дрона врезались в грудь Голема. Вспышка серой энергии. Магические цепи Титана замкнуло. Заряд «Солнечной Вспышки» детонировал внутри корпуса голема. Взрыв разорвал Титана изнутри. Золотые пластины разлетелись шрапнелью, кося ряды наступающих. Голова гиганта оторвалась и покатилась по улице, давя выживших.

Наши танки заглохли от импульса. Свет в городе мигнул. Но Титан был уничтожен. А армия вторжения оказалась заперта в темном мешке с разъяренными орками.

— Фаза Один завершена, — сказал Малакар. — Мы заставили их увязнуть в крови. Он повернулся к Векс. — Теперь твой выход. В хаосе боя проскользни к офицерам. Мне нужны головы генералов. Обезглавь гидру, пока она бьется в конвульсиях.

Сектор «Верхние Галереи». Балконы жилых кварталов.

Векс двигалась по вертикали. Пока внизу, в "мясорубке", орки и люди смешивали грязь с кровью, она прыгала по карнизам и вентиляционным трубам под самым потолком пещеры. Здесь, наверху, воздух был полон дыма. Её цель была на балконе Дома Гильдий, превращенном в снайперское гнездо.Принц Эландор. Командующий эльфийскими рейнджерами "Серебряная Стрела".

Эльфы были в панике. После падения Титана и отключения прожекторов они потеряли преимущество в дальности. Орки внизу были просто темной, рычащей массой. — Огненные стрелы! — кричал Эландор, его голос срывался. — Подсветите цели! Не стреляйте в своих!

Векс усмехнулась под маской. «Своих? В этой каше уже нет своих.»Она активировала Плащ Теней. Он работал на магии Бездны, поэтому ЭМИ его не коснулся. Она скользнула за спину охране принца. Два эльфа-телохранителя упали без звука — её кинжалы вошли точно в основание черепа. Она поймала их тела, чтобы они не стукнули об пол, и аккуратно уложила.

Принц Эландор почувствовал неладное. Его уши дернулись. Он резко развернулся, натягивая лук, на котором плясали молнии. — Покажись, крыса! Он выстрелил в тень. Стрела пробила каменную колонну насквозь.

— Мимо, — прошептала Векс прямо у него над ухом. Она свисала с потолочной балки вниз головой, как летучая мышь. Взмах Фазового Клинка. Лук принца — произведение искусства из живого дерева — был разрублен пополам.

Эландор отшатнулся, выхватывая короткий меч. Он был быстр, невероятно быстр для живого. — Ты! Та самая сука, что убила Сестру! — Она передавала привет, — Векс спрыгнула на пол.

Дуэль была короткой. Эльф танцевал, пытаясь достать её изящными выпадами. Векс не танцевала. Она убивала. Она позволила мечу принца пронзить её плечо (пройдя вскользь по броне), чтобы сократить дистанцию. — Попался. Она ударила его лбом в нос. Хруст эльфийского хряща был музыкой. Принц ослеп от боли и слез. Векс подсекла его ноги и, когда он падал, вонзила кинжал ему в горло.

Эландор захрипел, глядя на неё угасающими глазами. — Люди... придут... — Люди уже здесь, — Векс наклонилась и срезала с его доспеха знак генерала — серебряный лист. — И они умирают.

Она пнула тело принца с балкона. Оно упало вниз, в кипящую битву на площади, прямо под ноги сражающимся эльфам. Увидев мертвого командира, рейнджеры дрогнули. — Принц пал! — пронеслось по рядам. — Отступаем!

Центральная Площадь. Эпицентр боя.

Внизу ситуация была иной. Здесь не было места изяществу. Тангар Костелом стоял по колено в трупах. Его доспех, скованный Орном, был покрыт вмятинами, но держал удар. Его Кристальный Топор был красным от крови и белым от инея. Рядом с ним Громмаш рубил врагов, хохоча как безумный.

Но вдруг поток врагов иссяк. Люди расступились, образуя круг. В круг вошел воин. Он был гномом. Но не из клана Железнобоких. Он был закован в золотые латы, сияющие внутренним светом. В руках он держал огромный молот, навершие которого было сделано в виде солнца.Верховный Тан Корган. Глава клана "Золотой Молот", присягнувший на верность Альянсу Людей. Живая легенда среди гномов поверхности.

Корган поднял забрало. Его борода была седой, заплетенной в сложные косы с золотыми кольцами. Глаза горели фанатизмом. Он посмотрел на Тангара. — Я не верил слухам, — пробасил Корган. — Думал, это сказки про нежить. Но я вижу герб. Древний герб Разрушителя. Он сплюнул. — Ты позоришь нашу расу, предок. Ты должен лежать в камне, а не служить человеческому колдуну.

Тангар медленно повернул голову. Его мертвые глаза встретились с живыми глазами Коргана. — ТЫ... ГОВОРИШЬ... О ЧЕСТИ... КОРГАН? — голос Тангара звучал как скрежет жерновов. — ТЫ... ПРИВЕЛ... ЛЮДЕЙ... В НАШИ... ГОРЫ. ТЫ... ПРОДАЛ... СЕКРЕТЫ... ТИТАНОВ... ЭЛЬФАМ.

— Я спас наш народ! — рявкнул Корган. — Мы часть Света! Мы прогрессивны! А ты — пыльное прошлое! Он раскрутил молот. Навершие вспыхнуло святым огнем. — Я упокою тебя снова. И на этот раз — навсегда. ЗА КХАЗ МОДАН!

Корган бросился в атаку. Он был быстр для гнома в тяжелой броне. Молот превратился в золотую комету. Тангар встретил удар топором.БА-БАХ!Столкновение Света и Смерти. Вспышка ослепила орков вокруг. Тангара отбросило на пару метров. Святой огонь жег его мертвую плоть даже сквозь адамантий. — ЖЖЕТСЯ... — прорычал он.

Корган не давал передышки. Удар. Удар. Удар. — Умри, чудовище! Рассыпься! Молот бил по щиту Тангара, оставляя глубокие вмятины. Рыцарь Смерти уходил в глухую оборону.

Малакар наблюдал за этим сверху. Он хотел вмешаться, ударить магией, но понял — нельзя. Это была личная дуэль. Дуэль эпох. Если Тангар победит сам, его авторитет среди гномов Н'Зара станет абсолютным.

Тангар терпел. Он чувствовал, как трещат его кости. Но он видел то, чего не видел Корган. Живой гном уставал. Махать таким молотом — адский труд. Дыхание Коргана сбилось. — ТЫ... СТАР... — сказал Тангар, принимая очередной удар на плечо. — ТЫ... ДЫШИШЬ... ТЯЖЕЛО.

Корган зарычал и вложил все силы в финальный удар сверху. — МОЛОТ ПРАВОСУДИЯ!

Тангар не стал блокировать. Он шагнул навстречу. Вплотную. Он принял удар молота... левой рукой.ХРУСТЬ.Рука Тангара (вместе с латной перчаткой) превратилась в металлолом. Кости раздроблены в пыль. Но молот застрял в искореженном металле.

Корган дернул оружие. Оно не поддавалось. Тангар стоял перед ним, не чувствуя боли. Мертвые не болят. — ТЕПЕРЬ... МОЯ... ОЧЕРЕДЬ.

Правой рукой Тангар схватил Коргана за золотую бороду. И ударил его головой. Шлемом в шлем. Раз. Два. Три. Тангар бил методично, как кузнечный пресс. Золотой шлем Коргана смялся. Лицо под ним превратилось в маску из крови. Живой гном обмяк.

Тангар отпустил бороду. Корган рухнул на колени. Рыцарь Смерти поднял свой Кристальный Топор одной рукой. — ПРОГРЕСС... ЭТО... ХОРОШО, — прохрипел Тангар. — НО... СТАЛЬ... ВСЕГДА... СИЛЬНЕЕ.

Удар. Голова Верховного Тана покатилась по брусчатке, звеня золотыми кольцами в бороде.

— КОРОЛЬ МЕРТВ! — взревел Тангар, поднимая топор. — ДА ЗДРАВСТВУЕТ... ЖЕЛЕЗНЫЙ ЛЕГИОН!

Гномы из армии вторжения (клан Золотого Молота) замерли. Их лидер, их герой был убит грубой силой и жестокостью. Они бросили щиты. — Мы сдаемся! — закричал кто-то. — Не убивайте! Мы братья!

Малакар кивнул. — Брать пленных, — передал он ментальный приказ. — Мне нужны кузнецы, а не трупы.

Главные Ворота.

Бой затухал. Эльфы бежали после смерти Принца. Гномы сдались. Люди, зажатые между танками и орками, были перебиты или взяты в плен. Громмаш сидел на груде тел, тяжело дыша. Он потерял глаз в бою, но выглядел счастливым.

Внезапно земля дрогнула. Не так, как от шагов Титана. Это была вибрация самой магии. На вершине холма у входа в пещеру, там, где стоял шатер командования Алого Рассвета, вспыхнул свет. Столб золотого огня ударил в небо, разгоняя тучи.

В проломе ворот появилась фигура. Она парила над землей.Люциус.Но это был больше не человек. Его тело состояло из чистого света. За спиной — шесть крыльев из огня. В руках — меч, лезвие которого было длиннее его самого.Святой Аватар.

Он не кричал. Он просто посмотрел на город. И город начал гореть. Камень плавился под его взглядом. Орки, стоявшие у ворот, вспыхнули как факелы и рассыпались в пепел за секунду. — Игра окончена, — голос Люциуса звучал сразу в головах у всех. — Вы сломали мои игрушки. Теперь я сломаю вас.

Он поднял меч. — Святая Нова.

Волна света пошла от него во все стороны. Она сжигала всё: трупы, живых, танки, здания. Она двигалась к центру города, стирая реальность.

— В укрытие! — заорал Малакар. — Все в Зиккурат! Под щит Звезды! Но он понимал — они не успеют. Волна накроет армию раньше.

И тогда в небо взмыл Оникс. Сумеречный Дракон. Он полетел не прочь от волны. Он полетел навстречу ей. Малакар почувствовал намерение дракона. — Нет! Оникс, назад! Ты погибнешь!

Дракон не послушал. Он раскрыл крылья перед волной Света. И начал... есть. Он открыл пасть и втянул в себя энергию Люциуса. Кристальная чешуя дракона затрещала. Его тело начало светиться изнутри невыносимо ярко. Он раздулся, как шар. Он поглощал божественный удар, спасая армию внизу.

— БЕГИТЕ! — крикнул Малакар, понимая, что сейчас произойдет.

Оникс переполнился.БА-БАХ!Взрыв. Дракона разорвало на куски. Но взрыв был направлен не вниз, а вверх и вперед, навстречу Люциусу. Ударная волна отбросила Аватара назад, вышвырнув его из туннеля.

Свет погас. В центре проспекта падали сверкающие осколки кристальной чешуи. Оникс погиб. Но он остановил Нову.

Малакар стоял на балконе, сжимая перила так, что адамантий гнулся. Его дракон. Его творение. Ярость, холодная и черная, заполнила его разум. — Ты заплатишь за это, светлячок, — прошептал он. — Ты заплатишь кровью и душой.

Он повернулся к Гарену. — Запускай Проект «Рагнарок». — Но Мастер... мы не тестировали... — ЗАПУСКАЙ!

Командный Центр Зиккурата.

— Синхронизация Ядра Звезды... 100%! — кричал Гарен, перекрывая вой сирен. — Конденсаторы на пределе! Если мы не выстрелим сейчас, башня взорвется вместе с нами!

Малакар стоял у главного пульта. Он чувствовал, как вибрация проходит сквозь пол, сквозь его броню, сквозь кости. Вся Черная Цитадель сейчас была не городом. Она была стволом гигантской винтовки. А пулей была энергия умирающей звезды.

Враг был снаружи. Люциус, отброшенный взрывом дракона, парил в воздухе перед разрушенными воротами. Его свет снова разгорался. Он готовил второй удар, который должен был добить защитников.

— Проект «Рагнарок», — произнес Малакар. — Огонь.

Врата Н'Зара.

Люциус поднял руку, формируя новое копье света. — Глупый ящер, — сказал он, глядя на дымящийся провал входа. — Твоя жертва была напрас...

Договорить он не успел. Вершина Зиккурата внутри горы раскрылась, как бутон хищного цветка. Зеркала Великой Призмы сфокусировались в одну точку. Из жерла башни вырвался Луч. Но он был не белым и не черным. Он был Серым. Цвета пепла, цвета старости, цвета конца времен.Сумеречный Распад.

Луч прошел сквозь туннель, испаряя остатки камней и металла. Он ударил в Люциуса.

Аватар Света среагировал мгновенно. Он выставил перед собой щит из шести крыльев. — Свет Негасим!

Луч ударил в щит. Звука не было. Свет просто исчез. Энергия «Рагнарока» не разрушала материю взрывом. Она разлагала саму структуру магии. Крылья Люциуса начали сереть и осыпаться прахом. Золотое сияние его тела тускнело, покрываясь трещинами, похожими на морщины. Вечность столкнулась с Энтропией.

Люциус закричал. Впервые за сотни лет он почувствовал боль. Не физическую — экзистенциальную. Он чувствовал, как его божественная суть увядает. — НЕВОЗМОЖНО!

Он понял, что если останется здесь еще на секунду, то перестанет существовать. Люциус сжал волю в кулак и... телепортировался. Вспышка света перенесла его на километры назад, в тыл своей армии.

Луч «Рагнарока», потеряв цель, ударил в склон соседней горы. Гора не взорвалась. Она просто... рассыпалась в серый песок. Миллионы тонн гранита превратились в бархан за мгновение.

Н'Зар. Главный Проспект.

Луч погас. В Зиккурате что-то громко хлопнуло, и гудение стихло. В городе повисла абсолютная тишина. Только треск пожаров и стоны раненых.

Выжившие солдаты Альянса (те, кто не успел отступить) бросали оружие. Они видели, как их Бог бежал. Их вера была сломлена. Орки не стали их добивать. Они слишком устали.

Малакар медленно спустился с балкона на площадь. Его сапоги ступали по ковру из гильз, обломков и пепла. Он шел к тому месту, где погиб Оникс.

В центре проспекта, среди оплавленного камня, лежали осколки. Черные кристаллы, которые еще недавно были чешуей великолепного дракона. Малакар опустился на колени. Он поднял один из осколков. Он был теплым. Внутри него все еще пульсировал слабый огонек.Сердце Дракона. Ядро реактора. Оно уцелело.

К нему подошла Векс. Она хромала, опираясь на плечо выжившего гоблина. — Он был хорошим мальчиком, — тихо сказала она. — Он спас нас всех. — Он выполнил свою функцию, — голос Малакара был сухим, как песок пустыни. Но Векс видела, как дрогнули его пальцы, сжимающие кристалл.

К ним подошел Тангар. Одной руки у него не было, броня висела лохмотьями, но он стоял прямо. — ВРАГ... ОТСТУПИЛ, — доложил он. — ОНИ... ОКАПЫВАЮТСЯ... В ДОЛИНЕ. ОСАДА... ПРОДОЛЖАЕТСЯ.— Пусть копают, — ответил Малакар, вставая. — Мы выиграли время.

Он повернулся к Гарену, который подъехал на уцелевшем погрузчике. — Собери каждый осколок, — приказал Малакар, протягивая инженеру ядро Оникса. — Каждый кусочек. — Мастер? Вы хотите... похоронить его? — Я хочу перековать его. Глаза Малакара вспыхнули фиолетовым огнем. — Плоть слаба. Даже драконья. Мы совершили ошибку, пытаясь сделать его живым. Он посмотрел на Гарена. — Мы сделаем его Механическим. Мы построим Кибер-Лича в форме дракона. С броней из чистого адамантия, которая не лопнет. С ядром от Титана. Он вернется. И он будет злее.

Вечер того же дня. Лагерь Альянса.

Люциус сидел в своем шатре. Его Аватар распался. Он снова был в человеческом теле (точнее, в теле высшего эльфа-паладина). Он смотрел на свои руки. Кожа на них была серой, старческой. Удар «Рагнарока» состарил его тело на полвека. Целители суетились вокруг, вливая в него зелья молодости и света, но эффект был слабым.

В шатер вошел генерал людей. — Ваше Святейшество... Армия деморализована. Потери — сорок тысяч. Титаны разбиты. Мы... мы предлагаем отступить и перегруппироваться. Люциус поднял на него глаза. В них больше не было милосердия. Там было безумие. — Отступить? Он встал, и аура давления заставила генерала упасть на колени. — Мы не отступим. Мы просто перестанем играть по правилам.

Люциус подошел к карте. — Он использует Звезду. Он использует технологии Древних. Хорошо. Он достал из шкатулки черный камень. Этот камень фонил такой злобой, что цветы в вазе на столе завяли мгновенно.Осколок Души Демон-Лорда. (Того самого, которого убил Малакар в начале истории, но чья душа была расколота).

— Призовите Инквизицию, — приказал Люциус. — И приведите мне пленных. Всех пленных орков и гномов. — Зачем, Ваше Святейшество? — Мы проведем Ритуал Призыва. — Но... это же магия Тьмы! — ужаснулся генерал. — Это Ересь! Люциус улыбнулся серой, потрескавшейся улыбкой. — Нет света без тени, генерал. Чтобы победить монстра, нужно стать монстром. Мы призовем Пожирателя Миров. И скормим ему эту проклятую гору.

Черная Цитадель.

Малакар стоял на вершине Зиккурата, у остывающего орудия «Рагнарок». Ветер трепал его плащ. Он чувствовал изменение в мире. Баланс нарушился. Люциус перешел черту. Свет пал, чтобы победить Тьму.

— Ты чувствуешь это? — спросил он у подошедшего Ктул'Аша. Иллитид кивнул. Его щупальца нервно дергались.«Светлый... он сошел с ума. Он зовет Того, Кто Голоден. Он нарушает Договор.»

Малакар сжал кулак. — Отлично. Значит, никаких больше "рыцарских войн". Никакой политики. Он посмотрел на звезды. — Теперь это война на выживание всего вида.

Он обернулся к городу, который зализывал раны. К кузницам, где уже стучали молоты, выковывая тело для Оникса 2.0. К лабораториям, где Личи готовили новые чудовищные заклинания. — Мы готовы, — сказал Малакар. — Пусть зовут хоть самого Дьявола. Здесь ему не рады.

Глава 18: Падение Стен

День 2-й после Битвы. Промышленный Сектор Цитадели.

Н'Зар не спал. Город напоминал раненого зверя, зализывающего раны. Улицы были завалены обломками Титанов и сожженными танками. Орки и зомби работали плечом к плечу, расчищая завалы. Запах гари смешивался с запахом похлебки — полевые кухни работали на износ, кормя армию.

Но настоящее сердце активности билось не на улицах, а в Секторе «Зеро» — закрытой лаборатории под Зиккуратом. Здесь не было суеты. Здесь была хирургическая точность.

Малакар стоял на мостике, глядя вниз, в сухой док. Там лежал скелет. Но это были не кости. Это был каркас из черного адамантия, укрепленный мифриловыми ребрами жесткости. Форма дракона угадывалась безошибочно, но теперь она была угловатой, хищной, индустриальной. Вокруг каркаса, как муравьи, ползали десятки механиков-гномов и инженеров-гоблинов. Сварка вспыхивала голубыми звездами.

— Отчет по интеграции, — голос Малакара был холодным. Он не спал двое суток, поддерживая себя магией.

Гарен, висящий на тросе у головы будущего дракона, сдвинул защитные очки на лоб. — Каркас готов на 90%, Мастер. Мы использовали сплав из брони убитого Титана Света. Он... капризный. Сопротивляется некротике. — Заставь его, — отрезал Малакар. — Или расплавь и залей заново. — Мы нашли решение, — вмешался Орн, выходя из тени. Кузнец держал в руках огромный молот, покрытый рунами. — Мы используем Кровь Звезды. Плазму из Кузницы. Она служит флюсом, связывая Свет и Тьму.

Малакар кивнул. Он спустился вниз, к тому месту, где должна быть грудь чудовища. Там, в специальном гнезде из изолирующего стекла, лежало Ядро Оникса. Осколок души погибшего дракона. Оно пульсировало слабым, рваным ритмом. — Он болит? — спросил Малакар, касаясь стекла. — Нет, — ответил Кел'Тузар (Архи-Лич), который занимался программным обеспечением души. — Он... зол. Он помнит смерть. И он хочет вернуться, чтобы убивать. Это идеальная матрица для боевого конструкта.

Малакар положил руку на холодный металл ребер. — Мы не будем делать ему крылья из плоти или энергии, — решил он. — Газлови? Гоблин-инженер подпрыгнул. — Да, босс! — Реактивные ускорители. Грави-двигатели от платформ Титанов. Я хочу, чтобы эта тварь летала быстрее звука. И поставьте ему на спину турель «Рагнарок-Мини». — Ох... — глаза гоблина увлажнились от счастья. — Летающий танк с душой дракона и пушкой Судного Дня? Босс, я хочу от вас детей! — Займись работой, Газлови.

Малакар отошел от дока. Его армия восстанавливалась. Тангар получил новую механическую руку (клешню от демонтированного строительного голема), Векс залечила ребра. Они выжили. Но враг не ушел.

Лагерь Алого Рассвета. Шатер Люциуса.

Если в Цитадели царила атмосфера созидания, то здесь пахло распадом. Роскошный шатер Главнокомандующего превратился в склеп. Золотые гобелены были сорваны, окна завешаны черной тканью. Люциус сидел на троне. Он выглядел ужасно. Удар Сумеречного Распада состарил его. Его кожа была серой, как пергамент, волосы поредели и побелели. Руки дрожали. Но самое страшное было в его глазах. Зрачки расширились, заполнив всю радужку чернотой.

Перед ним стоял Генерал Маркус, командующий объединенными силами людей. Старый вояка, герой трех войн, он смотрел на своего духовного лидера с нескрываемым ужасом. — Ваше Святейшество... Солдаты ропщут. Мы потеряли сорок тысяч человек в туннелях. Еще десять тысяч умерли от ран и... странной болезни этой ночью. — Болезни? — голос Люциуса был скрипучим, как несмазанная дверь. — Они просто... увядают. Засыпают и не просыпаются, превращаясь в сухие мумии. Лекари говорят, что из них выкачали жизнь.

Генерал сделал шаг вперед. — Слухи ходят, Ваше Святейшество. Солдаты видели, как Инквизиторы ночью забирали раненых из лазарета. Не для лечения. Для ритуалов. Маркус положил руку на эфес меча. — Я требую ответов. Мы сражаемся со Злом, или мы сами стали Злом?

Люциус медленно поднял голову. — Ты требуешь? — он усмехнулся. Улыбка обнажила гнилые зубы. — Ты, смертный червь, требуешь у Избранника Небес?

— Я требую у командира! — рявкнул Маркус. — Я увожу свои легионы. Мы не подписывались на жертвоприношения!

Люциус встал. Он опирался на посох, навершие которого теперь украшал не символ солнца, а Черный Камень Демона. — Ты никуда не уйдешь, Маркус. Твоя армия нужна мне. Твоя вера нужна мне. Он направил посох на генерала. — А твоя жизненная сила... нужна мне больше всего.

Черный луч ударил из камня. Генерал Маркус, ветеран в зачарованных латах, даже не успел вскрикнуть. Его тело выгнуло дугой. Из его рта, глаз и ушей потянулись струйки золотистого света — его душа и жизнь. Они втянулись в Люциуса. На глазах кожа Аватара разгладилась. Седина исчезла. Спина выпрямилась. Он снова стал молодым и прекрасным. А генерал упал на ковер грудой сухих костей в пустых доспехах.

— Отходы производства, — брезгливо сказал Люциус, переступая через труп.

В шатер вошли две фигуры. Сестры Милосердия. Их глаза были завязаны, но они безошибочно ориентировались в пространстве. — Убрать мусор, — приказал Люциус, кивнув на останки генерала. — И объявите армии, что Маркус пал от яда ассасина-дроу. Это сплотит их гнев.

— Как прикажете, Владыка, — поклонились Сестры. — Ритуал в Долине Теней готов. Пленные собраны. — Отлично. Люциус подошел к зеркалу. Он посмотрел на свое отражение. Молодое, сияющее... но за спиной, в отражении, стояла тень с рогами. Он не испугался. Он подмигнул тени. — Сегодня ночью мы откроем Врата, — прошептал он. — Малакар хотел войну монстров? Он получит Короля Монстров.

Граница Лагеря Альянса. Пост №9.

Капитан стражи, молодой рыцарь по имени Бриан, нервно курил трубку. Дисциплина падала. Солдаты пили, играли в кости и шептались о том, что генерал Маркус исчез. Инквизиторы ходили по лагерю, как стервятники, высматривая «предателей». — Проклятое место, — сплюнул Бриан. — Надо было оставаться на ферме.

Внезапно из темноты кустов послышался шорох. Бриан выхватил меч. — Кто идет?! Пароль! — Пароль: «Люциус сошел с ума», — ответил тихий женский голос.

Из тени вышла фигура в плаще. Капитан замахнулся, но замер. К его горлу был приставлен кинжал. Невидимый клинок. — Тихо, герой, — сказала Векс, материализуясь у него за спиной. — Я здесь не чтобы резать глотки. Я здесь, чтобы поговорить. — С врагом не говорят! — прошипел Бриан, но меч опустил. — Враг — это тот, кто жрет своих солдат, — ответила Векс. — Ты слышал про генерала Маркуса? — Он убит эльфом... — Он убит Люциусом. Высушен, как вобла к пиву.

Векс бросила ему под ноги предмет. Это был личный медальон Маркуса. С портретом жены и дочери внутри. Медальон был оплавлен темной магией. — Я нашла это в мусорной яме за шатром Люциуса. Вместе с его костями.

Бриан поднял медальон. Его руки затряслись. Он знал этот медальон. Маркус никогда его не снимал. — Боги... — прошептал рыцарь. — Это правда... Слухи были правдой.

— Твой «Бог» готовит ритуал, — продолжила Векс. — Сегодня ночью. Он собирается принести в жертву пять тысяч пленных. И, возможно, пару своих полков, если маны не хватит. Она убрала кинжал. — У тебя есть выбор, капитан. Умереть как скот на алтаре безумца. Или помочь нам остановить его. — Помочь... некроманту? — Помочь выжить, идиот.

Бриан сжал медальон в кулаке так, что металл врезался в кожу. Он посмотрел на Векс. В его глазах рушился мир. Рушилась вера в Свет. Но рождалась новая вера. Вера в справедливость. — Что нужно делать? — спросил он.

Векс улыбнулась. — Нам нужно открыть черный ход. И устроить маленький бунт. Ты ведь знаешь, где склад алхимического огня? — Знаю. — Отлично. Бери надежных людей. Сегодня у нас будет фейерверк.

Полночь. Лагерь Альянса. Сектор Снабжения.

Капитан Бриан поправил перевязь меча. Его руки больше не дрожали. В кулаке он сжимал медальон убитого генерала Маркуса — символ, который теперь значил больше, чем крест Света на его груди. Вокруг него, в тени палаток, стояли триста человек. Ветераны. Те, кто прошел с Маркусом всю кампанию. Те, кто видел, как Инквизиторы уводили их раненых друзей "на процедуры", и кто больше никогда их не видел.

— Парни, — шепнул Бриан. — Мы не предатели. Предатели сидят в Золотом Шатре. Сегодня мы вернем нашу честь. Он кивнул сержанту, который держал факел. — Давай.

Сержант швырнул факел в открытую дверь склада, где Векс и гоблины-диверсанты заранее разлили «Драконью Желчь» — нестабильную горючую смесь.

ВУХ!Взрыва не было. Был огненный шторм. Пламя не красное, а ядовито-зеленое, вырвалось из склада, мгновенно поглощая соседние постройки. Столб огня ударил в небо, освещая лагерь мертвенным светом. Сирены тревоги (магические колокола) завыли по всему периметру.

— ТРЕВОГА! ДИВЕРСИЯ! — заорали часовые на вышках. — ЗА МАРКУСА! — взревел Бриан, выхватывая меч.

Его люди повязали на рукава красные повязки (обрывки плащей). Они ударили в спину патрулям Инквизиции, бегущим к пожару. Хаос вспыхнул мгновенно. — Что вы делаете?! — кричал Инквизитор, когда меч Бриана пробил его рясу. — Мы же братья! — Мой брат был в лазарете, пока ты его не сожрал! — рявкнул капитан, проворачивая клинок.

Векс наблюдала за этим с крыши горящего склада (её плащ защищал от жара). — Началось, — она нажала на руну связи в ухе. — Вождь, дыра открыта. Сектор 4. Добро пожаловать на вечеринку.

Периметр Лагеря. Сектор 4.

Магический барьер, защищающий лагерь, мигнул и погас — люди Бриана вырубили генераторы в этом секторе. Из темноты леса вышли не тени. Вышли Кошмары.

Громмаш Адский Крик вел свой отряд. На этот раз с ним были не рядовые рубаки. С ним были «Кор'кронские Призраки». Элита орков. Они не носили тяжелых лат. Они были обмазаны черной глиной, скрывающей запах и тепло. В руках — парные топоры. — Тихо, — прорычал Громмаш. — Мы не звери. Мы — хирурги. Вырезать опухоль.

Орки ворвались в пролом бесшумно. Никаких боевых кличей. Никакого «Лок'Тар Огар». Они двигались сквозь дым пожаров, вырезая лоялистов Люциуса. Паладин бежит тушить пожар? Топор из темноты перерубает ему сухожилия. Маг пытается скастовать щит? Орочий кинжал входит под ребро.

Векс спрыгнула к Громмашу. — Вождь. Бриан держит центр, но его теснят. Сестры Милосердия вступили в бой. — Где Люциус? — спросил орк, слизывая кровь с губы. — Он не реагирует. Он и его гвардия ушли в Долину Теней. К Алтарям. Он начинает Ритуал, Громмаш. Ему плевать на армию. Он просто бросил их убивать друг друга.

Громмаш сплюнул. — Трусливый пес. Он посмотрел на бойню в центре лагеря. Люди Бриана (около трехсот человек) были окружены тысячами лоялистов. Их бы перебили за десять минут. — Поможем «красным повязкам», — решил Громмаш. — Малакар сказал, что ему нужна пехота. Если эти люди выживут, они будут обязаны нам жизнью.

Громмаш вскинул «Кровопийцу». — НА МЯСО! — теперь он заорал во всю глотку. Стелс закончился. Началась резня. Отряд орков ударил во фланг лоялистам, спасая отряд Бриана от уничтожения.

Долина Теней. Ритуальный круг.

В километре от горящего лагеря, в естественном амфитеатре скал, царила тишина. Здесь не было слышно криков и взрывов. Звук здесь умирал.

Люциус стоял в центре огромной пентаграммы, вычерченной не мелом, а расплавленным золотом, смешанным с кровью. Вокруг него стояли пять тысяч пленных. Орки, гномы, люди-дезертиры. Они были связаны магическими цепями, которые заставляли их стоять на коленях, образуя живые контуры рисунка.

Вокруг круга стояли Сестры Милосердия и высшие Инквизиторы. Они пели. Это была не молитва Света. Это была какофония звуков, от которой у нормального существа шла кровь из ушей.

Люциус поднял Черный Камень Демона. — О, Великий Пожиратель! — его голос, усиленный магией, звучал искаженно, словно говорило несколько сущностей сразу. — Я, Аватар Света, отрекаюсь от Неба! Я предлагаю тебе этот Мир! Приди и пируй!

Он ударил посохом в центр пентаграммы. Земля раскололась. Но из трещины не ударил огонь. Оттуда ударил Вакуум. Черная дыра. Она начала засасывать воздух, свет и... души.

Пленники закричали. Их тела начали распадаться. Не гнить, а рассыпаться на атомы. Их жизненная сила видимыми потоками устремилась в центр, в Черный Камень. Люциус смеялся. Он впитывал эту силу, пропуская её через себя в разлом. — БОЛЬШЕ! МНЕ НУЖНО БОЛЬШЕ!

Небо над долиной изменилось. Звезды исчезли. Вместо них открылся гигантский Глаз. Глаз размером с луну. Фиолетовый, с вертикальным зрачком.Пожиратель Миров (Сущность из измерения Хаоса) обратил внимание на муравья, который звал его на обед.

В этот момент на гребне скалы над долиной появились Векс, Громмаш и Бриан (весь в крови, но живой). Они увидели это. Глаз в небе. И тысячи людей, превращающихся в пыль внизу.

— Боги милосердные... — прошептал Бриан, роняя окровавленный меч. — Он... он действительно призвал Его. — Это не демон, — Векс побледнела (что для дроу было сложно). — Это Космический Паразит. Если он материализуется полностью, он сожрет планету, как яблоко.

Громмаш зарычал. — Я убью колдуна! Орк прыгнул вниз со скалы, скользя по осыпи. За ним бросились его Призраки. — Остановите Ритуал! Убейте Инквизиторов! Разорвите цепь!

Люциус, стоящий в центре вихря душ, повернул голову. Его глаза были полностью черными. — Опоздали, — прошелестел он. — Дверь открыта. Гости уже здесь.

Из разлома в земле начали вылезать Они. Не демоны с рогами.Твари Пустоты.Бесформенные сгустки плоти, щупалец и зубов. Они двигались рывками, игнорируя гравитацию. Первая тварь прыгнула на бегущего Громмаша. Орк разрубил её в полете, но черная кровь твари, попав на его броню, прожгла дыру. — ЧТО ЭТО ЗА ДРЯНЬ?!

— Это вестники! — крикнула Векс, спускаясь следом. — Не дайте им сожрать пленных! Каждая смерть усиливает Портал!

Битва в Долине превратилась в хаос. Мятежники и Орки пытались пробиться к Люциусу, но им преградили путь Твари Пустоты и фанатичные Сестры Милосердия. Люциус стоял в защитном коконе, продолжая направлять поток душ в небо. Глаз в небесах становился все отчетливее. Уже были видны щупальца, спускающиеся из облаков.

— Мы не справимся! — прокричал Бриан, отбиваясь от сгустка слизи с зубами. — Их слишком много! Нам нужна артиллерия!

Векс посмотрела на небо. — Артиллерии не будет. Она нажала кнопку экстренной связи. — Малакар! Код Черный! Люциус открыл портал Хаоса! Нам нужен Дракон! Сейчас!

Из динамика раздался спокойный, ледяной голос Малакара, смешанный с ревом турбин: — Слышу вас. Доставка тяжелого вооружения... через 3... 2... 1...

Долина Теней. Небо.

Сначала пришел звук. Это был не хлопок крыльев и не гром. Это был Звуковой Удар. Визг реактивных турбин разорвал тишину долины, заставив и людей, и Тварей Пустоты прижать уши. Облака над ритуальным кругом окрасились в оранжевый цвет.

Сквозь пелену дыма прорвался силуэт. Он был похож на серебряную комету.Меха-Оникс (Модель Мк-1 «Возмездие»).Дракон больше не был живым существом. Его тело было шедевром смертоносной инженерии. Черный адамантиевый скелет был обшит бронеплитами из белого металла Титанов. Крылья представляли собой жесткие плоскости с изменяемой геометрией, под которыми горели голубым пламенем грави-двигатели. Голова дракона была полностью механической: вместо глаз — сенсорные панели, светящиеся красным, а из пасти вырывался пар системы охлаждения.

— ЦЕЛЬ ЗАХВАЧЕНА, — голос Оникса был синтезированным, лишенным эмоций, но в нем все еще слышалось эхо рыка зверя.

На спине дракона, примагниченный к седлу, стоял Малакар. В его руках был не меч, а пульт управления турелью. — ОГОНЬ ПО ГОТОВНОСТИ!

На хребте дракона развернулась установка «Мини-Рагнарок» — спаренная плазменная пушка. Залп. Сгустки концентрированной энергии Звезды ударили по периметру ритуального круга.БАМ-БАМ-БАМ!Сестры Милосердия, поддерживающие барьер, испарились вместе с камнями, на которых стояли. Щит вокруг Люциуса замигал и схлопнулся.

Оникс вышел из пике. Его турбины взревели, опаляя Тварей Пустоты огненным выхлопом. Он сделал "бочку" и приземлился прямо в центре битвы, раздавив огромного сгустка слизи своими гидравлическими когтями.

Малакар спрыгнул на землю. При приземлении его доспех выпустил волну холода, заморозив грязь под ногами. — Люциус! — крикнул он. — Твой Бог не пролезет в дверь! Она слишком узкая!

Люциус стоял у разлома. Его Ритуал был прерван. Поток душ иссяк. Глаз в небе моргнул и начал затягиваться тучами — Пожиратель терял якорь в этом мире. Бывший Аватар Света повернулся к Малакару. Его лицо исказила гримаса чистой ненависти. — Ты... Ты снова вмешиваешься! Ты — ошибка в уравнении! — Я — решение уравнения, — спокойно ответил Малакар. — Ты пытался разделить мир на ноль. Я просто стер тебя с доски.

Люциус поднял посох с Черным Камнем. — Думаешь, твоя железяка спасет тебя от Хаоса? Он направил посох на Малакара. Из камня вырвались щупальца тени. Они метнулись к некроманту, чтобы разорвать его душу.

Малакар не шелохнулся. Вперед шагнул Оникс. Механический дракон раскрыл пасть. В его горле загудел генератор.«Дыхание Анти-Материи».(Вместо огня он выстрелил потоком частиц, разрушающих магические связи). Серый луч ударил в щупальца тени. Тьма Люциуса просто аннигилировала. Луч прошел дальше и ударил в посох. Черный Камень Демона не выдержал.ДЗЫНЬ.Камень треснул.

Взрыв отката отбросил Люциуса на скалы. Его посох разлетелся в щепки. Он попытался встать, но его тело начало мерцать. Он терял стабильность. Пожиратель Миров, которому не дали еды, начал тянуть плату с самого призывателя. Люциус закричал, хватаясь за грудь. — Нет! Не сейчас! Я еще нужен!

Он посмотрел на Малакара дикими глазами. — Это не конец, Еретик! Ковчег... Я найду Ковчег! Я перезапущу этот мир с чистого листа!

Люциус ударил кулаком по земле. Тень под ним ожила и проглотила его. Он провалился сквозь пространство, сбегая в неизвестном направлении.

Малакар опустил меч. Он не стал преследовать. Разлом в земле закрылся. Глаз в небе исчез. Битва закончилась.

Рассвет. Руины Лагеря.

Дым пожаров смешивался с утренним туманом. На поле боя стояла странная тишина. В центре, среди трупов Тварей Пустоты и фанатиков, стояла пестрая группа. Огромные орки в черной броне. Гномы с оглеметами. И люди в изодранных мундирах Альянса с красными повязками.

Капитан Бриан подошел к Малакару. Он хромал, но меч держал крепко. Рядом с Малакаром возвышалась металлическая туша Оникса, с которой капало масло и кровь пришельцев. Дракон тихо гудел, охлаждая системы.

Бриан посмотрел на чудовище, потом на некроманта в черном доспехе. — Мы... мы победили? — спросил он хрипло. — Мы выжили, — поправил Малакар. — Это важнее.

Он обвел взглядом выживших людей. Их было около трехсот. Остальные пять тысяч пленных погибли или разбежались. — Вы видели своего Бога, — голос Малакара был твердым. — Вы видели, как он ест своих детей. У вас больше нет дома. Инквизиция объявит вас еретиками. Короли объявят вас предателями.

Солдаты опустили головы. Это была правда. Им некуда было идти. — Но у меня есть дом, — продолжил Малакар. — Под этой горой я строю мир, где не молятся Богам. Где ценят силу, верность и разум. Он протянул руку Бриану. — Я предлагаю вам гражданство Черной Цитадели. Не как рабам. Как Свободному Легиону.

Бриан посмотрел на своих людей. Они кивнули. Мрачно, но решительно. Капитан снял с шеи символ Света и бросил его в грязь. Затем он пожал руку Малакару. Адамантий лязгнул о сталь латной перчатки. — Приказы, Владыка?

Малакар улыбнулся под шлемом. — Собрать трофеи. Забрать раненых. Мы возвращаемся в Н'Зар. Нам нужно подготовиться. — К чему? — спросил Громмаш, вытирая топор. — Люциус сказал про Ковчег, — глаза Малакара сузились. — Это объект Титанов на Севере. Если он доберется до него... он сможет уничтожить не просто гору, а весь континент.

Малакар взобрался на спину Оникса. — Следующая остановка — Полярный Круг. Но сначала... сначала мы отпразднуем победу.

Дракон взревел, выпустив струю пара, и взмыл в небо, делая круг почета над новой, объединенной армией Тьмы.

Глава 19: Корона Подземья

Два дня после Битвы за Н'Зар.Зал Совета Железнобоких (ныне Тронный Зал Альянса).

Победа пахла не цветами. Она пахла жареным мясом, дешевым гоблинским элем и машинным маслом. Великий Зал, где когда-то заседали чопорные гномьи Таны, превратился в самую странную таверну в истории мира. Длинные каменные столы ломились от еды. Орки тащили туши пещерных вепрей целиком, насаженные на вертела. Гномы катили бочки с грибным пивом. Люди из Свободного Легиона (бывшие солдаты Альянса) сидели вперемешку с бывшими врагами, настороженно поглядывая на своих соседей.

Малакар сидел во главе стола. Он не ел. Ему не нужна была еда — энергия Звезды питала его лучше любого стейка. Он наблюдал. Это был критический момент. Адреналин боя прошел. Теперь, когда общий враг отступил, старые обиды могли вспыхнуть в любую секунду.

За столом справа сидел Громмаш Адский Крик. Вождь Орков потерял глаз, но приобрел кибернетическую повязку с красным сенсором (подарок Гарена). Он грыз кость, громко чавкая. Напротив него сидел Капитан Бриан. Человек был бледен, его форма с красной повязкой на рукаве была выстирана, но все еще хранила следы крови. Рядом с Брианом орк случайно (или специально) опрокинул кубок с элем. Жидкость залила карту на столе.

— Смотри куда клешнями машешь, зеленокожий! — рявкнул один из сержантов Бриана, вскакивая. — А ты мне не указывай, розовый червь! — взревел орк, хватаясь за нож.

Зал мгновенно затих. Сотни рук потянулись к оружию. Гоблины полезли под столы. Личи, парящие под потолком, начали заряжать заклинания. Атмосфера натянулась, как струна арбалета.

Малакар медленно встал. Звон его адамантиевого бокала, который он поставил на стол, прозвучал как выстрел. — Тишина.Он не кричал. Но его голос, усиленный акустикой зала и магией Доминации, заставил всех замереть.

Малакар вышел в центр зала. Его плащ из теней волочился по полу. — Вы хотите драться? — спросил он. — Крови было мало? В туннелях еще лежат пятьдесят тысяч трупов. Идите, добавьте свои. Я подниму вас всех как зомби. Зомби не спорят за столом. Они молча работают.

Орк и человек медленно опустились на лавки. Малакар подошел к Громмашу и Бриану. — Вы смотрите друг на друга и видите врагов. Орк видит карателя, который сжигал его деревни. Человек видит монстра, который убивал его семью. Малакар положил руки на плечи обоих лидеров. Его хватка была железной. — Но этот круг разорван. Люциус предал вас обоих. Короли предали вас. Боги забыли вас. Он обвел взглядом зал. — Посмотрите на свои руки. Они в одной и той же грязи. Вы пили из одной реки и сражались с одним Дьяволом. Малакар взял со стола кинжал и резким движением полоснул себе по ладони. Черная кровь капнула в золотую чашу с вином. — Громмаш. Твоя кровь. Вождь, не раздумывая, резанул свою ладонь. Густая бурая кровь смешалась с черной. — Бриан. Капитан колебался секунду. Он смотрел на смесь крови некроманта и орка. Это было против всех заветов Света. Но Света здесь больше не было. Бриан достал нож и добавил свою красную кровь в чашу.

Малакар поднял кубок. — Сегодня мы хороним старые расы. Нет больше Людей, Орков или Гномов. Он отпил из чаши. Глаза его вспыхнули фиолетовым. — Есть Темный Пакт. Он передал чашу Громмашу. Тот выпил залпом треть и рыгнул, вытирая усы. — Горькое. Как победа. Орк передал чашу Бриану. Капитан сделал глоток, скривился, но не выплюнул. — Кровь за кровь, — сказал Бриан.

Зал взорвался ревом. Но теперь это был не рев ярости, а рев одобрения. Орки начали бить кружками о столы. Люди подняли мечи. — ЗА ПАКТ! ЗА ВЛАДЫКУ!

Час спустя. Оружейная Орна.

Пир продолжался, но для верхушки праздник закончился. Началась работа. Малакар, Гарен, Орн и Векс стояли вокруг огромного верстака. На нем лежал трофей.Сердце Титана.Ядро одного из уничтоженных золотых големов. Оно было размером с бочку, сияло мягким, теплым светом и гудело.

— Это вечный двигатель, — восхищенно сказал Гарен, сканируя артефакт. — Автономный источник магии Света. Чистой, концентрированной. Мы можем запитать от него целый район. — Или сделать бомбу, — предложила Векс. — Нет, — Малакар провел рукой по гладкой поверхности ядра. — Мы сделаем Корону.

Все посмотрели на него. — Корону? — переспросил Орн. — Ты хочешь надеть это на голову? Шею сломаешь. — Не буквально, старый ворчун. Метафорически. Малакар развернул голографическую схему Цитадели. — Мы выиграли битву, но мы заперты под землей. Мы — кроты. Чтобы стать Империей, нам нужно выйти на поверхность. Но там солнце. Там спутники Инквизиции. Там орбитальные удары. Он указал на Ядро Титана. — Мы перевернем полярность этого ядра. Гарен, ты сможешь инвертировать матрицу? Сделать так, чтобы оно излучало не Свет, а Теневой Полог?

Гарен задумался, почесывая нос гаечным ключом. — Теоретически... Если использовать фильтры из кристаллов Бездны... Да. Мы получим генератор "Черного Неба". — Именно. Мы установим его на вершине Зиккурата. Оно создаст купол вечной ночи радиусом в пятьдесят километров. Малакар сжал кулак. — Мы закроем солнце над горой Клык Дракона. Мои вампиры, мои зомби, мои драконы — они смогут действовать на поверхности днем, как ночью. Мы принесем Подземье наверх.

— Это объявление войны всему миру, — заметила Векс. — Они не потерпят пятна тьмы на карте. — Они и так нас не терпят, — усмехнулся Малакар. — Пусть привыкают к темноте.

В этот момент в оружейную вошел Тангар. Рыцарь Смерти тащил за собой что-то тяжелое, завернутое в брезент. — ВЛАДЫКА... Я... НАШЕЛ... КОЕ-ЧТО... В РУИНАХ... ЛАГЕРЯ... ЛЮЦИУСА.Он сбросил ношу на пол. Брезент откинулся. Там лежал человек. Точнее, то, что от него осталось. Это был Инквизитор. Высший ранг. Его тело было покрыто странными черными венами, глаза были выжжены, а рот зашит золотыми нитями. Но он был жив. Он дергался в конвульсиях.

— ОН... ШЕПЧЕТ... — сказал Тангар. — ОН... БЫЛ... СВЯЗНЫМ... ЛЮЦИУСА.

Малакар присел над пленным. — Разрежь нити, — приказал он Векс. Дроу рассекла золото на губах пленника. Инквизитор сделал глубокий вдох и заговорил. Но голос был не его. Это был голос, похожий на помехи радио.

— ...Координаты подтверждены... Объект Ковчег... Протокол "Перезагрузка"... Запуск таймера... 7 дней... 6 дней...

Малакар нахмурился. — Кто говорит? Пленный выгнулся дугой. — ...Он идет на Север... Он не один... Он разбудил Ледяной Флот... Вы все умрете... Сбой... Сбой...Голова Инквизитора взорвалась изнутри черной жижей.

В оружейной повисла тишина. — Ледяной Флот? — переспросил Гарен. — Это легенды. Призрачные корабли, вмерзшие в ледники Полюса. Говорят, это флот Древних, которые ушли, когда пришли Титаны. — Люциус сошел с ума окончательно, — сказал Малакар, вставая и вытирая жижу с плаща. — Он хочет активировать Ковчег, чтобы "перезагрузить" мир. Стереть все расы и начать заново.

Малакар подошел к Ядру Титана. — Планы меняются. Мы не просто ставим купол. Мы готовим экспедицию. Он посмотрел на своих генералов. — Громмаш и его орки остаются здесь. Они будут держать оборону под Теневым Куполом. — Тангар, Векс, Гарен, Личи и я. — Мы грузимся на Меха-Оникса и дирижабли гоблинов. — Мы летим на Север. — У нас есть неделя, чтобы остановить конец света. Опять.

Вершина Зиккурата. Площадка «Зенит».

Ветер здесь, на высоте птичьего полета (если бы птицы летали в пещере), был ледяным. Малакар стоял у подножия массивной конструкции, которую Гарен и Орн собрали за ночь. Это была Инверсионная Башня — каркас из адамантия, удерживающий Ядро Титана. Золотая сфера внутри каркаса билась, как пойманная птица. Она чувствовала, что с ней хотят сделать. Извратить её природу. Превратить Свет в Тень.

— Готовность к запуску! — крикнул Гарен, его голос тонул в гуле генераторов. — Полярность мана-потоков нестабильна! Кел'Тузар, держи контур!

Архи-Лич, парящий с другой стороны Башни, поднял костяной посох. — Поток... зафиксирован. Мы... насилуем... саму... физику... света.

Малакар положил руки на управляющие руны. Ему нужно было стать проводником. Мостом между Звездной Кузницей внизу и Ядром Титана наверху. — Начинаем, — скомандовал он. — Затмение.

Он влил свою Сумеречную Искру в систему. Серый огонь побежал по кабелям. Ядро Титана взвизгнуло. Золотой свет начал тускнеть, наливаясь фиолетовыми прожилками. Внезапно тени на площадке удлинились. Не от света Ядра. Они двигались сами по себе.

Векс, стоявшая в охране у входа на площадку, почувствовала это первой. Холод. Не физический, а могильный. — Босс! — крикнула она. — Периметр!

Из теней, отбрасываемых зубцами башни, начали подниматься фигуры. Они не были материальны. Это были силуэты, вырезанные из черноты ночи, с горящими белыми глазами.Тени Инквизиции.Проклятие, оставленное Люциусом перед уходом. Души фанатиков, принесенные в жертву Пожирателю, вернулись, чтобы забрать долг.

— Защищайте Ядро! — рявкнул Малакар, не отнимая рук от консоли. Если он прервет контакт сейчас, Башня взорвется, уничтожив половину Цитадели.

Векс активировала свой Фазовый Клинок. Она бросилась на ближайшую Тень. Кинжал прошел сквозь силуэт, не причинив вреда. Тень ответила ударом призрачного клинка. Векс уклонилась, но лезвие задело её ауру. Она вскрикнула от боли — удар прошел по душе, а не по телу. — Физика не работает! — крикнула она. — Нужна магия!

— Я... займусь... ими, — проскрежетал Кел'Тузар. Лич раздвоил свое внимание. Одной рукой он держал контур Ядра, другой начал плести заклинание.«Изгнание Духов».Зеленая волна ударила по теням. Они зашипели, отступая, но не исчезли. Их питала ненависть такой силы, что обычная некромантия буксовала.

И тут из центральной, самой густой тени прямо перед Малакаром сформировалась фигура. Высокая. С крыльями из рваного мрака. Это был не сам Люциус. Это был его Фантом. Эхо его злобы. Лицо Фантома было искаженной маской Люциуса.

— Ты думал, я уйду не попрощавшись? — голос Фантома звучал прямо в голове Малакара. — Ты строишь трон на костях? Я выдерну фундамент.

Фантом замахнулся копьем из чистой Пустоты. Целью был не Малакар. Целью было Ядро Титана. Если ударить Пустотой по нестабильному Ядру Света в момент инверсии — произойдет аннигиляция. Цитадель превратится в черную дыру.

Малакар не мог двигаться. Его руки были прикованы к консоли потоками энергии. Векс была далеко, сражаясь с мелкими тенями. Гарен в ужасе замер за пультом. — Мастер! Бросайте всё! Бегите!

Малакар посмотрел в пустые глаза Фантома. — Бежать? — усмехнулся он. — Я — Якорь этого мира.

Вместо того чтобы отпустить консоль, Малакар притянул её к себе. Он рванул на себя потоки энергии Звезды. Его тело вспыхнуло белым пламенем Аватара Сумерек. — Перегрузка!

Он выпустил волну энергии не в Ядро, а из себя. Во все стороны. Взрывная волна Сумеречной магии. Она ударила Фантома за долю секунды до того, как его копье коснулось Ядра.

ВУХ!

Фантома просто стерло. Его структура распалась на фотоны и тьму. Волна пошла дальше, сметая тени Инквизиции, сбивая с ног Векс и Гарена (но не причиняя им вреда, так как они были помечены как "свои"). Она ударила в Ядро Титана. Это был последний толчок, который был нужен процессу.

Ядро Титана перестало сопротивляться. Золотой свет исчез. Сфера стала абсолютно черной. Черное Солнце. Из него ударил столб тьмы. Он пробил свод пещеры, прошел сквозь толщу горы и вырвался на поверхность.

Поверхность. Гора Клык Дракона.

Небо над горой было ясным. Полдень. Но когда столб тьмы ударил в зенит, солнце померкло. Тьма начала расползаться от луча, как чернила в воде. Она формировала купол. Гигантский полусферический барьер, накрывающий гору и окрестности радиусом в пятьдесят километров.

Птицы замолкли. Температура упала. Внутри купола наступила вечная ночь. Звезды (искусственные, проекция магии) зажглись на внутренней поверхности барьера.

Шпиль Зиккурата.

Малакар опустился на колени, тяжело дыша. Дым шел от его доспеха. Угроза устранена. Фантом уничтожен. Ритуал завершен. Гарен подполз к краю парапета и посмотрел вверх. — Получилось... — прошептал он. — Мы выключили солнце.

Кел'Тузар подлетел к Малакару. — Враг... ликвидирован. Ядро... стабильно. Эффективность... 100%.— Это было близко, — Малакар встал, опираясь на плечо Лича. — Люциус оставил мину замедленного действия. Но он просчитался. Он думал, я буду защищать Ядро. А я использовал его как оружие.

Векс подошла к ним, убирая клинок. Она выглядела потрясенной. — Ты псих, босс. Ты чуть не взорвал нас всех. — Риск — благородное дело, — Малакар посмотрел на Черное Ядро, которое теперь мирно вращалось в держателях, излучая волны успокаивающей тьмы. — Теперь мы в безопасности. Ни один спутник, ни один Искатель нас не увидит. Мы — слепое пятно на карте мира.

Он подошел к краю башни и посмотрел вниз, на город. Огни Цитадели горели ярко в искусственной ночи. Армия праздновала внизу, даже не заметив, что наверху только что предотвратили апокалипсис. — Пусть веселятся, — сказал Малакар. — Они заслужили этот вечер. А завтра... завтра мы собираем вещи.

— На Север? — спросил Гарен. — На Север, — кивнул Малакар. — Оникс почти готов. Дирижабли заправлены. Мы не дадим Люциусу добраться до Ковчега.

Внезапно его взгляд зацепился за что-то внизу, у ворот. Там стояла одинокая фигура. Она не была орком или человеком. Она была закутана в серый плащ странника. Фигура подняла голову и посмотрела прямо на Малакара, находящегося в километре высоты. Малакар почувствовал укол в сердце. Знакомая аура. Очень знакомая. Но фигура развернулась и растворилась в толпе беженцев и торговцев, которые уже начали стекаться к новому центру силы.

— Кто это был? — спросила Векс, заметив его напряжение. — Не знаю, — соврал Малакар. Но он знал. Или догадывался. Это был Наблюдатель. Тот, кто следил за ним с самого начала. С момента его перерождения. Система? Бог? Или... автор этой истории?

— Неважно, — тряхнул головой Малакар. — У нас есть дела поважнее призраков прошлого. Он развернулся к выходу. — Идемте. Я хочу увидеть моего Дракона.

День 3-й. Главный Ангар Цитадели.

Этот зал был вырублен в скале специально для «птичек» покрупнее летучих мышей. Сейчас он был заполнен паром, искрами и запахом высокооктанового топлива. Малакар, Векс и Тангар стояли на мостике, наблюдая за финальной проверкой Экспедиционного Флота.

В центре стоял Флагман. Это был не просто дирижабль. Это был летающий линкор. Огромный сигарообразный баллон был обшит легкими мифриловыми пластинами, окрашенными в матовый черный цвет. Гондола под ним напоминала перевернутый замок с бойницами для пушек и посадочной палубой. На борту красовалось название, выведенное белой краской: «Тень Н'Зара».

— Газлови превзошел сам себя, — заметила Векс. — Эта штука может нести три роты десанта и запас бомб, достаточный, чтобы сравнять с землей небольшой горный хребет. — ГНОМЬЯ... РАБОТА... — проворчал Тангар, чья новая механическая клешня угрожающе щелкнула. — ГОБЛИНЫ... ТОЛЬКО... КРАСИЛИ.

Но главным экспонатом был не корабль. В дальнем конце ангара, окутанный трубками подачи энергии, стоял ОН.Оникс Прайм.Восставший из мертвых. Перекованный. Его тело было больше, чем прежде. Размах крыльев — тридцать метров. Каждое перо на крыльях было острой как бритва пластиной из титанового сплава. Вместо сердца в открытой грудной клетке сияло Ядро Титана (малое, снятое с убитого голема), интегрированное с душой дракона.

Малакар подошел к зверю. Дракон не спал. Его сенсоры — горящие красные полосы на гладкой черной морде — следили за каждым движением хозяина. — Ты слышишь меня? — спросил Малакар. Дракон открыл пасть. Звук был не рыком, а низкочастотным гулом, от которого вибрировали зубы.«СИСТЕМЫ... АКТИВНЫ. ЦЕЛЬ... УНИЧТОЖИТЬ.»Голос звучал синтетически, но интонация была знакомой. Злой, обиженной и преданной.

Малакар улыбнулся. — Не кого попало, Оникс. Мы летим за Люциусом. При упоминании этого имени турбины на спине дракона взвыли, выпуская языки голубого пламени. Оникс помнил своего убийцу.

— Погрузка завершена! — доложил Гарен, подбегая с планшетом. — Припасы, топливо, теплые вещи (для живых), ремонтные комплекты. Мы готовы к взлету.

Взлетная площадка (под Теневым Куполом).

Вся армия Цитадели выстроилась проводить их. Тысячи орков били топорами о щиты, создавая ритм, похожий на сердцебиение горы. Громмаш Адский Крик стоял перед трапом флагмана. Он выглядел мрачным. Ему не нравилось оставаться в тылу, но он понимал долг. — Береги мою гору, Вождь, — сказал Малакар, пожимая ему руку. — Если паладины вернутся... — ...я украшу их шлемами стены, — закончил Громмаш. — Иди. Убей безумца. И привези мне голову белого медведя. Говорят, они вкусные.

Бриан и его Свободный Легион грузились на второй дирижабль сопровождения — «Искупитель». Люди выглядели решительно. Для них это был крестовый поход против ложного бога.

Малакар не пошел на корабль. Он подошел к Ониксу Прайм. Дракон опустил крыло, образуя трап. Малакар взбежал по нему и сел в магнитное седло на шее киборга. Он подключил свой шлем к нейроинтерфейсу дракона. Мир перед глазами Малакара изменился. Он видел данные телеметрии, тепловые сигнатуры, потоки ветра. Он стал единым целым с машиной.

— На взлет! — скомандовал он по общей связи.

Винты дирижаблей пришли в движение. Тяжелые машины медленно оторвались от земли. Оникс присел на задние лапы, включил форсаж и прыгнул. Резкий толчок. Перегрузка вдавила Малакара в кресло. Они пробили слой облаков за секунды.

Небо над Горой.

Флот вышел из-под Теневого Купола. Внизу осталась черная полусфера, скрывающая Цитадель. А вокруг расстилался мир. Зеленые леса, реки, далекие города людей. И на Севере, на самом горизонте, белели пики ледников. Нордскол (или его местный аналог — Ледяная Пустошь).

— Курс — Север-Северо-Восток! — штурман Векс передала координаты. — До цели три дня пути при попутном ветре.

Малакар летел во главе клина. Ветер свистел вокруг его шлема. Он чувствовал себя... свободным. Впервые за долгое время он покинул подземелье. Он больше не крыса, прячущаяся в норе. Он — хищная птица, летящая на охоту.

— Гарен, — вызвал он инженера. — Включи маскировку на дирижаблях. Мы не хотим, чтобы каждый крестьянин внизу видел нашу армаду. — Поле преломления активно, Мастер. Для мира мы — просто грозовые тучи.

Малакар посмотрел на свои руки в латных перчатках. На правой руке, поверх брони, теперь светился новый символ. Руна, которую он получил, когда активировал Ядро Титана.Руна Владыки.Она давала ему власть не только над мертвыми, но и над машинами Древних. Ковчег откликнется на этот зов.

— Люциус, — прошептал Малакар, глядя на полярную звезду. — Беги. Строй планы. Молись своим новым богам. Оникс под ним выпустил струю пара, соглашаясь. — Мы идем. И мы несем с собой Зиму.

Дирижабли легли на курс, скрываясь в облаках. Позади осталась горящая, но непокоренная гора. Впереди ждал холод, древние тайны и финал, который определит судьбу мира.

Глава 20: Ледяной Ад

Северный Полярный Круг. Граница «Белого Безмолвия».

Мир здесь заканчивался. Небо перестало быть голубым. Оно стало фиолетовым, расчерченным полосами северного сияния, которое двигалось неестественно быстро, словно живые змеи. Ветер здесь не дул — он резал. Температура за бортом упала до -60°C. Обычный человек умер бы здесь за минуты, если бы не магия.

Воздушный Флот Малакара шел сквозь шторм. Линкор «Тень Н'Зара» скрипел всем корпусом. Лед нарастал на мифриловой обшивке толстой коркой, которую гоблины-механики сбивали огнеметами на лету. Малакар летел впереди, верхом на Ониксе Прайм. Механическому дракону холод был не страшен. Его ядерное сердце грело корпус, а сенсоры видели сквозь пургу.

— «Внимание, Флот,» — голос Малакара звучал в наушниках пилотов. — «Мы входим в зону магической аномалии. Навигационные приборы могут врать. Ориентируйтесь по мне.»

— Мы слепы, как кроты! — пожаловалась Векс по связи. Она сидела в рубке флагмана, укутанная в три шубы из шкур йети. Дроу ненавидели холод генетически. — Босс, тут что-то есть. Радар показывает... горы? Но на карте здесь океан.

— Это не горы, — ответил Малакар, глядя на данные своего визора. — Это Ледяной Барьер. Стена.

Перед ними, вырастая из тумана, встала ледяная стена высотой в километр. Она уходила влево и вправо в бесконечность. Но это был не просто лед. Внутри льда виднелись... конструкции. Гигантские ребра, башни, шпили. Словно какой-то титанический город был мгновенно заморожен миллион лет назад.

Внезапно сенсоры Оникса взвыли.> УГРОЗА. БИОЛОГИЧЕСКИЕ ОБЪЕКТЫ. КЛАСС: ЛЕВИАФАН.

Из облаков над Стеной вынырнули тени.Ледяные Вирмы.Дикие драконы Севера. Они были скелетами, покрытыми льдом вместо плоти. Их глаза горели синим огнем. Их было трое. Они заметили чужаков. Чужаков, которые несли тепло. А тепло здесь было врагом.

— К БОЮ! — скомандовал Малакар.

Вирмы спикировали на дирижабли. Они открыли пасти, выпуская дыхание Абсолютного Ноля. Струя холода ударила в борт «Искупителя» (корабля людей). Защитные щиты вспыхнули и погасли. Броня начала трескаться. — Нас замораживают! — заорал капитан Бриан. — Двигатели глохнут!

Малакар потянул штурвал на себя. — Оникс. Покажи им, кто здесь Альфа.

Меха-Дракон взревел турбинами. Он пошел на перехват. Оникс был меньше диких собратьев, но он был быстрее и тяжелее. Он врезался в бок ближайшего Вирма на сверхзвуковой скорости. Удар адамантиевым плечом раздробил ледяные ребра нежити. Вирм закричал (ментально) и начал падать.

Второй Вирм попытался укусить Оникса за хвост. Механический хвост хлестнул как кнут. Острый наконечник срезал череп монстра.

Третий Вирм, самый крупный, пошел в лобовую атаку на Малакара. Он хотел выдохнуть холод. — Огонь из всех орудий! — крикнул Малакар.

Оникс раскрыл пасть. Турель на спине развернулась.Залп.Плазма и Анти-Материя ударили навстречу льду. Взрыв пара мгновенно окутал небо. Вирм вылетел из облака пара уже без головы. Его кости, дымясь, рухнули вниз, на ледник.

— Путь свободен, — спокойно сказал Малакар. — Флот, полный вперед. Перелететь Стену.

Дирижабли, тяжело гудя моторами, начали подъем. Они перевалили через гребень Ледяного Барьера. И то, что они увидели за ним, заставило замолчать даже гоблинов.

Плато Тысячи Кораблей.

За стеной не было города. Там было кладбище. Огромное плато, усеянное кораблями. Но это были не деревянные парусники. Это были огромные металлические суда, обтекаемой формы, похожие на космические дредноуты. Они лежали во льду, накренившись, разломившись пополам. Некоторые торчали носами в небо. Это был Ледяной Флот. Флот Древних, который не смог улететь.

— Гарен... — прошептал Малакар. — Ты это пишешь? — Пишу... — голос инженера дрожал. — Мастер, это не магия. Это чистая технология. Этим кораблям сто тысяч лет.

Среди этого кладбища, в центре, возвышалась цель.Ковчег.Он не был кораблем. Это была пирамида из черного металла, верхушка которой уходила в космос. Вокруг неё лед таял, образуя озеро черной воды. И у подножия этой пирамиды горел маленький, злобный фиолетовый огонек. Лагерь Люциуса.

— Мы нашли его, — сказал Малакар. — Сажать флот. Оникс, вниз.

Ледяная Пустошь. Подходы к Ковчегу.

Оникс приземлился на палубу одного из древних кораблей, вмерзшего в лед. Металл под его когтями зазвенел. Малакар спрыгнул. Ветер здесь был тише, но давил на психику. Это место было чужим. Оно не принадлежало этому миру.

К нему спустились Векс, Тангар и отряд Личей. — Люциус там, — Векс указала на пирамиду. — Я вижу следы. Он использовал Тварей Пустоты, чтобы прожечь лед. — Он один? — Нет. С ним... тени. Много теней.

Они двинулись к Ковчегу. Идти пришлось по корпусам мертвых кораблей. Тангар остановился у люка одного из дредноутов. — ВЛАДЫКА... ТАМ... СТУК.— Стук? — ВНУТРИ. КТО-ТО... СКРЕБЕТСЯ.

Малакар прислушался. Действительно. Из глубины замерзшего корабля доносился ритмичный звук.Тук-тук-тук.Словно экипаж просился наружу.

— Не открывать, — приказал Малакар. — Это не выжившие. Это система защиты. Люциус разбудил её своим присутствием. Ускоряемся.

Они побежали к Пирамиде. Вход в Ковчег представлял собой гигантские врата, покрытые геометрическими узорами. Перед вратами стоял Люциус. Он выглядел еще хуже, чем при последней встрече. Его тело частично стало прозрачным, сквозь кожу просвечивал космос. Он бил посохом (новым, сотканным из теней) по воротам. — ОТКРОЙСЯ! Я — АДМИНИСТРАТОР! Я ТРЕБУЮ ПЕРЕЗАГРУЗКИ!

Врата молчали. Но когда к ним приблизился Малакар, узоры на металле вспыхнули. Не фиолетовым. А голубым. Цветом Титанов.

Люциус обернулся. — Ты... — прошипел он. — Опять ты. Почему ты преследуешь меня?! Почему ты не даешь мне спасти этот гнилой мир?! — Спасти? — Малакар шагнул вперед, и Оникс за его спиной навел орудия. — Ты хочешь стереть его. — Он болен! — заорал Люциус. — Люди, орки, эльфы — это ошибки кода! Они приносят только боль! Ковчег содержит Первородный Геном. Чистый. Совершенный. Я запущу Фабрику Жизни заново!

— И убьешь миллиарды, — закончил Малакар. — Нет, Люциус. Мир останется таким, какой он есть. Грязным, кровавым, но живым.

Люциус рассмеялся. — Ты думаешь, ты сможешь меня остановить? Посмотри вокруг, некромант. Я не один.

Он ударил посохом о лед. Лед вокруг Ковчега треснул. Из черной воды, окружающей пирамиду, начали подниматься фигуры. Не демоны. И не нежить.Забытые.Уродливые гибриды плоти и механизмов. Экипажи кораблей, которые мутировали за тысячи лет сна под воздействием утечек реакторов. Их было тысячи.

— Задержите их! — крикнул Люциус своим монстрам. — А я возьму то, что принадлежит мне!

Он развернулся к Вратам и сделал то, чего не мог сделать раньше. Он пожертвовал своей рукой. Он просто оторвал свою левую руку (которая уже стала тенью) и бросил её в сканер Врат. Система приняла биоматериал Аватара (даже падшего). Врата дрогнули. Механизм начал открываться.

— К БОЮ! — крикнул Малакар. — Не дайте ему войти!

Врата Ковчега. Эпицентр бури.

— НЕ ПРОПУСТИТЬ! — рев Малакара утонул в грохоте выстрелов.

Оникс Прайм открыл огонь из всех орудий. Плазменные сгустки врезались в толпу Забытых — мутантов, поднимающихся из ледяной воды. Эти существа были жалкими и ужасными. Когда-то они были людьми и эльфами, экипажем Звездного Флота. Теперь это были комки плоти, сросшиеся с деталями скафандров. У некоторых вместо рук были гидравлические клешни, у других из груди торчали искрящие реакторы. Они не чувствовали боли. Они шли напролом, движимые одной директивой: «Защищать Объект».

Тангар врубился в строй врагов как ледокол. Его Кристальный Топор разбивал замерзшую плоть и ржавый металл. — РЖАВЧИНА... И... ГНИЛЬ! — гремел Рыцарь Смерти. Он схватил одного из мутантов за голову своей новой механической рукой и сжал. Череп лопнул, брызнув черным маслом.

Векс танцевала на льдине, уклоняясь от лазерных лучей, которыми стреляли мутанты из встроенного оружия. — Босс! Их слишком много! Они лезут изо всех щелей!

Малакар видел это. Но его взгляд был прикован к Вратам. Люциус, истекающий черной кровью (или тем, что заменило ему кровь), уже был в проеме. Створки гигантских дверей, толщиной в пять метров, медленно расходились. Изнутри бил слепящий, стерильно-белый свет. — Я — Спаситель! — кричал Люциус, переступая порог. — Я исправлю ошибку Творения!

— Оникс! — скомандовал Малакар. — Игнорируй пехоту! Убей Люциуса! Меха-Дракон взревел и прыгнул через головы мутантов. Он приземлился перед вратами, закрывая собой проход. Оникс раскрыл пасть, готовя Дыхание Анти-Материи.

Люциус обернулся. В его глазах не было страха. — У тебя нет прав доступа, зверь.

В этот момент лед под ногами Оникса взорвался. Из-под земли, прямо перед Вратами, поднялась ОНА. Система Безопасности Ковчега. Это был не голем. Это была Геометрическая Фигура. Идеальный октаэдр из черного зеркального материала, парящий в воздухе. Вокруг него вращались кольца с рунами Титанов.СТРАЖ ПОРОГА.

Октаэдр издал звук. Чистый, цифровой тон.> ОБНАРУЖЕНО НЕСАНКЦИОНИРОВАННОЕ ВМЕШАТЕЛЬСТВО.> ЦЕЛЬ: МЕХАНИЧЕСКИЙ ГИБРИД (ОНИКС).> СТАТУС: УНИЧТОЖИТЬ.

Из граней Октаэдра ударили лучи. Красные лазеры невероятной мощности. Они ударили в Оникса. Щиты дракона вспыхнули и мгновенно перегорели. Луч прорезал адамантиевую броню на груди дракона, как бумагу. Оникс взвизгнул — звук скрежета металла о металл. Ударная волна отбросила многотонную машину в сторону, прямо в озеро черной воды.

— ОНИКС! — закричал Малакар.

Путь был свободен. Люциус рассмеялся. Он поклонился Стражу. — Спасибо, Система. Он шагнул внутрь Ковчега. Створки ворот начали закрываться.

Малакар рванулся вперед. Он бежал по льду, игнорируя выстрелы мутантов. Он должен успеть. Если двери закроются... Он был в десяти метрах. Пяти. Двух.

Страж Порога повернул свои кольца к Малакару.> ОБНАРУЖЕН НОСИТЕЛЬ ВТОРИЧНОГО КОДА (СУМЕРЕЧНАЯ ИСКРА).> ДОСТУП... ЗАПРЕЩЕН.> ПРИЧИНА: КАРАНТИН.

Гравитационный удар прижал Малакара к земле. Он упал на колени перед самым порогом. Он видел, как щель между створками сужается. Он видел лицо Люциуса по ту сторону. Безумный паладин улыбался ему. — Прощай, Малакар. Когда мы встретимся снова, этот мир будет Садом. Без тебя.

БАМММ.Врата закрылись. Звук удара металла о металл прозвучал как похоронный колокол. Герметично. Наглухо. Без ручек и щелей.

Малакар ударил кулаком по двери. — ОТКРОЙ!Он влил в удар всю свою магию. Сумеречная Искра полыхнула, пытаясь прожечь металл. Бесполезно. Этот сплав выдержал бы удар метеорита.

Битва вокруг стихла. Мутанты-Забытые перестали атаковать. С закрытием врат они потеряли интерес к чужакам и начали медленно погружаться обратно в воду, словно куклы, у которых кончился завод. Страж Порога — черный Октаэдр — медленно опустился обратно под землю, перейдя в режим ожидания.

Малакар остался один перед закрытой дверью. Ветер выл, трепля его плащ. Он проиграл. Враг внутри. Он снаружи. И враг имеет доступ к пульту управления реальностью.

К нему подошли его соратники. Векс, хромая. Тангар, чья броня была покрыта инеем. Оникс выбрался из воды. Он был сильно поврежден — на груди зияла дыра, из которой сыпались искры, одно крыло волочилось. Но он был жив.

— Мы опоздали, — тихо сказала Векс. — Что теперь? Он нажмет кнопку? Мы просто... исчезнем?

Малакар медленно поднялся. Он приложил руку к холодному металлу Врат. Он чувствовал вибрацию. Ковчег просыпался. Глубоко внутри, под километрами льда и металла, начинали вращаться механизмы, которые спали миллионы лет.

Внезапно небо над ними изменилось. Полярное сияние исчезло. Вместо него в небе появилась Проекция. Гигантские цифры, сотканные из света. Они были видны по всему миру. Над Н'Заром, над столицами людей, над лесами эльфов.

ОБРАТНЫЙ ОТСЧЕТ: 365 ДНЕЙ.ЦЕЛЬ: ПОЛНАЯ СТЕРИЛИЗАЦИЯ ПЛАНЕТЫ.ПРИЧИНА: ЗАРАЖЕНИЕ БЕЗДНОЙ.

Голос Системы прозвучал в голове каждого живого существа:> ВНИМАНИЕ. ЗАПУЩЕН ПРОТОКОЛ "ЗИМА". У ЖИТЕЛЕЙ ЕСТЬ ОДИН ГОД НА ПОПЫТКУ ЭВАКУАЦИИ ИЛИ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ПОЛЕЗНОСТИ. ПО ИСТЕЧЕНИИ СРОКА — ФОРМАТИРОВАНИЕ.

Цифры начали меняться.364 ДНЯ, 23 ЧАСА, 59 МИНУТ.

Малакар смотрел на небо. Люциус не просто нажал кнопку. Он запустил таймер Судного Дня. — Год, — сказал Малакар. Его голос был спокойным, страшным спокойствием абсолютного хищника. — Он дал нам год.

Тангар подошел ближе. — ЭТО... МАЛО... ВЛАДЫКА. ЭТА... ДВЕРЬ... НЕПРОБИВАЕМА.

Малакар развернулся к своим людям. Его глаза горели серым огнем Сумерек. — Нет ничего непробиваемого, Тангар. Он указал на поле обломков древних кораблей. — Здесь лежит Звездный Флот. Технологии, способные путешествовать между мирами. Он указал на Оникса. — У нас есть ключ к пониманию этих технологий.

Малакар сжал кулак. — Люциус думает, что он в безопасности внутри бункера. Он думает, что мы будем ждать смерти. — Но мы не будем ждать. — Мы разберем эти корабли. Мы построим осадные орудия, каких свет не видывал. Мы взломаем этот Ковчег, как консервную банку. — И когда мы войдем внутрь... я лично вырву сердце этому "Спасителю".

Он пошел к своему кораблю. — Гарен! Разворачивай базу прямо здесь, на льду! К черту холод! Я хочу, чтобы здесь вырос город-завод! — Векс! Свяжись с Громмашем! Пусть шлет сюда все ресурсы! — Тангар! Поднимай мертвых из льда! Здесь миллионы трупов Древних! Это будет наша новая армия!

Малакар взошел на мостик «Тени Н'Зара». Он посмотрел на закрытые Врата в последний раз. Цифры в небе тикали. Война за территорию закончилась. Началась Война со Временем.

КОНЕЦ ПЕРВОГО ТОМА.