Неправильное воскрешение

Глава 1. Диалог с мертвым.

---

Воскрешение - это не наука, - сказал Даня, затягивая сигаретой - Это эгоизм.

Пепел упал на лабораторный стол, оставив серое пятно рядом с пробирками. предпочел молчать, плотно сжимая челюсть. Он знал, что Даня прав - и ненавидел его за это.

— Ты хочешь вернуть её, потому что тебе больно, — продолжил Даня, прищуриваясь от дыма. — А не потому, что ей там плохо. Если ты сейчас не попробуешь, я расскажу всем, как ты рыдал над её телом, как будто это изменит хоть что-то.

Каин резко хлопнул учебником по анатомии, взгляд его упал на старый, кожаный ошейник, валявшийся рядом на столе. Он машинально провёл по нему пальцами, оперевшись головой об другую ладонь. Слова Дани были незамеченными.

— Ты никогда не понимал, о чём говоришь - на выдохе говорит профессор, будто вместе с воздухом отпускал злость.

Даня усмехнулся.

— Понимал. Просто я не боюсь называть вещи своими именами.

Он встал, подошёл к окну. За стеклом лил дождь, и тени от капель скользили по его лицу, напоминая **трещины** старых, фарфоровых кукол . Вдруг снаружи раздалось пронзительное карканье — налетела ворона, села на подоконник и тут же улетела. Даня обернулся, в его глазах мелькнула насмешливая искра.

— Ладно, — вдруг сказал он, — Может, это знак? Давай попробуем.

Каин поднял глаза.

— Что?

— Твой эксперимент. — Даня раздавил сигарету о подоконник. — Но запомни: если она вернётся не такой… это будет твоя вина.

И тогда, в тот вечер, они начали.

* * *

Мертвое тело собаки уже лежало на операционном столе. Один лишь вид животного заставлял всех присутствующих морщить лицо. Шерсть стала жёсткой, и на свете операционной лампы казалось бледно-синим. Огромный, темный синяк занял не маленькое пространство на шее трупа. Даня подмечает, что повреждение стало будто больше по размерам. Словно черная дыра, медленно поглощающая тело. В основном в собаке ещё не устроились червяки, но и без этого Даня не смог удержать жалостливого взгляда. У Каина окончательно съехала крыша, раз держал ее тело в морозильной камере своей лаборатории.

Без лишних слов они преступили. Каин одним движением руки надевает очки, сосредоточенно высматривая питомца, будто выискивая симптомы у больного. Силиконовые перчатки тут же устроились на руках ученого. Аппарат отслеживающий жизнедеятельность уже установлен, и теперь все помещение наполнилось пустым звуком отсутствия пульса. Странно... От одного лишь этого звука грудь Каина разрывалась, будто кто-то нечеловеческими силами рвет ткани.

Профессор сохраняя ледяное выражения лица, сутулится над питомцем. Взгляд опускается по всему профилю собаки, где на операционном столе выцарапано ее имя:

...Авель...

Монотонный писк устройства давит на уши, заставляя морщиться. На момент тот почувствовал боль в слуховом органе. Словно что-то разрезало внутри маленьким резцом. Лёгкое шипение исходит из зажатой челюсти, тыльной стороной ладони прижимаясь к уху. Другая рука оперлась об стол с Авелем.

В глазах все плывет, а внешние звуки быстро исказились в непонятное бульканье. Будто уши наполнились жидкостью.

...Моя лаборатория пустует без ее хаоса...

Другая рука инстинктивно сжимает первое, что то нащупывает. Моментально очертания размываются, скручиваются в одно чёрное пятно, что начало заполнять поле зрения.

...Все ее глупые подарки с улицы затерялись в мусорных мешках. Я скучаю по ним...

Тот чувствует как хрустят зубы из-за напора. Тот слышит напряжённый голос Дани, став одним целым с писком аппаратуры. Даже чувствовал неконтролируемую дрожь в руках... Но почему он ничего не может с эти сделать?...

...Я постепенно забываю теплоту исходящая из ее тела...

..."АпоРт"...

Голова начинает вскипать, а затылок пульсирует. Почему так тяжело стоять на ногах?...

..."КО мНе"...

Что жидкое течет по ушному каналу, заполняя свободное пространство. Как горячо... Кожа ладони обжигается от неизвестной субстанции. Это слизь?...

..."Ты МОя ГЕроИнЯ"...

Глаза наполняются слезами, но не смотря на это, будто за плотно закрытыми веками все горело.

..."ЛУЧшИй сОтРУДНИк"...

Да когда все это закончиться?!

..."НЕРЯхА"...

Умоляю.

...ДА КАКОГО ЧЕРТА! ПРОШУ, ОСТАВЬТЕ МЕНЯ В ПОКОЕ...

- Каин, все хорошо? - слова Дани вырывают Каина из пучину мыслей.

Все как обычно. Словно от вспышки все пришло в норму. Мертвое тело Авеля так же валялось перед глазами, только будто бы поблекло... Друг продолжал нахмурившись пилить взглядом Каина. Что такое? Сам того не контролируя он, что-то натворил?... Боже

От представленных сцен, где Каин в подобном состоянии дрожит, падая на землю и заливается слезами профессор не мог не почувствовать тяжёлое чувство гнева от позора. Но сейчас он стоит в той же позе. Так же облокотился об стол с поникшей головою. Единственное, рука плотно сжала заднюю лапу собаки.

Надо же... Раньше, даже прикасаться к ней было жутко, поэтому Каин, даже не вытаскивал ту из морозильной камеры, лишь с тяжестью воображая Авеля в его худшем виде. Но теперь, он чувствовал склизкую кожу под ладонями. Даже сквозь шерсть отчётливо чувствовался холод исходящий из ее тела. Но он казался чем то естественным, ведь после смерти она лишь оставила после себя пустое, холодное чувство разбитости и пустующую квартиру, что сейчас засорились и накопилось пыли.

- Каин, ты ответишь мне когда то? Только снова не падая в обморок перед важным моментом - в очередной раз вывел из мыслей голос Дани.

Даже сейчас он ведёт себя как ребенок. Неудивительно, что в такие моменты он умудряется подкалывать профессора. Черт, сейчас он казался лишним, тем самым отвлекающим фактором, что рушит безмолвную связь между ним и Авелем. Будто жизнь связалась с тем, что ждёт всех в конце из пути. От этих мыслей Каин скучающе гладит шерсть, покрытую инеем.

- Да, все хорошо - загипнотизированно мямлит тот, не обращая внимания на друга - Просто задумался

- Научись быть честнее. Иногда мне кажется, что ты мне не доверяешь вовсе - наигранно закатывает глаза, явный недовольный коротким ответом.

Каин не ответил. Даже не услышал его слова. Только резкий звон хирургических инструментов об металлический поднос. Даня протягивает всякие резцы с шприцами, уже нацепив запасные, резиновые перчатки и халат поверх свитера.

Да... Он должен это сделать... Оживить ее, сделав каждую ее клетку снова рабочей. Он знал, что если поэкспериментировав немного с стволовыми клетками выйдет неплохой результат. Каин спасет Авеля, как и та спасла его.

Тонкие пальцы в химических ожогах уверенно берут сверкающие на свете лампы инструменты, начиная первые шаги к воскрешению Авеля.

Глава 2. Сердце из пробирки

Лаборатория Каина, что в прошлом постоянно пустела теперь заполнилась работой двух коллег. Сейчас они молча проводили очередную по счету стадию эксперимента, на которую Каин возлагал большие надежды. Ведь именно этот день не должен быть таким как все. В этот день начнется...

Резко, сорвав всю атмосферу напряжённости звенит будильник, заставив Даню вздрогнуть от неожиданности. Звон эхом пробирается по всей комнате.

- Время... - бубнит Каин, очередной раз проверяя червей - симбионтов - Уже ровно три, тебе пора уходить. По крайней мере у тебя тоже есть работа, на которую нужно идти в хорошем состоянии. Тебе стоило бы как следует отоспаться.

- Серьезно? Ты думаешь сейчас я смогу просто уйти? Прямо перед самым ответственным моментом? - с намеком на издёвку говорит Даня, ухмыляясь в своем стиле - Перед нами то, до чего ещё не додумался ни один человек. И все это сделал именно ты

Даня лениво сидел на рабочем столе напротив входной двери, за которым выщитывал формулы Каин. Помощник с весело закинул одну ногу на другую, будто мечтательно выдумывая о дальнейших шагов. Да, он точно рад о будущем открытие, не меньше Каина. Но почему он сейчас так раздражен? Хоть и было видно, что Даня выкинул последнюю фразу не задумываясь, но для профессора эти слова будто эхом прозвучали в голове.

Это правда?...

- Брось... Это было не так сложно... Просто никто не пробовал этого - пробубнил тот, отворачиваясь от Дани в сторону колбочек. Лицо покрывается лёгким румянцем.

- Вот именно. Никто даже не пробовал этого, только до тебя одного дошло это, причем сделал ты все сам - тот хитро улыбнулся, наблюдая как Каин смущённо поджал плечи, так же избегая взгляда.

- Не сам...

- Хм? Ты о чем? Из меня правда вышел неплохой сотрудник? Врунишка, я ведь все это время просто развлекался в твоей лаборатории. Сам знаешь, биологию с химией я на пальце в школе вертел. Единственное... Думаю из меня вышел бы неплохой официант для величественного и гениального профессора Мистера ( Его фамилия ).

- Перестань! Хватит надо мною издеваться. Не смешно, наоборот это раздражает - резко усталый голос стал ноты выше.

Каин быстро вернулся к вычислениям, как можно ниже опустив голову, дабы его стеснения не были заметны для Дани. Тот же в свою очередь засмеялся, слегка покашливая. Казалось астма с каждым годом становилось более жестокой по отношению к другу, ведь ещё во времена учебы в университете он мог пробежать десятку метров и неплохо себя чувствовать, а сейчас.

Будто специально, чтобы вывести из себя профессора, Даня достает из кармана джинсов коробочку с сигаретами, зажигая одну из них. Затем с непринуждённым видом закуривает, выпуская облака дыма.

- Ещё потом ноешь из-за астмы - раздражённо сжимает ручку в пальцах.

- Эй, тебе не обязательно каждый раз мне напоминать об этом - на удивление серьезным тоном произнес Даня, облокотившись одной рукой - Я уже не мелкий коротышка из университета, который слушался тебя как будто ты моя мамка

- Ну тогда у тебя не было ни малейших признаков о существовании мозга, поэтому я как хороший и ответственный друг взял на себя роль мамочки глупого хипстера - бубнит тот, не отрываясь от формул.

- Какой ты злой. Это все потому, что ты обо мне сейчас заботишься - выдыхает пар, после которого расслабленное положение стало ещё непринужденнее.

- Не неси чушь. Просто раздражает твое идиотизм

Даня лишь усмехнулся, так же продолжая выкуривать оставшуюся сигарету, только без прежнего наслаждения. Лишь посматривал на окно, за которым царствовала темень. Грустно... Ведь раньше вместо этой лаборатории с вечной-мерзлотой была неплохая гостиная в котором оба неплохо проводили время. Да и дружба у них была иначе. И что же могло стать причиной ухудшения связей между ними? Смерть Авеля, или преданность безумной идее о воскрешении? А может оба варианта? Вполне возможно.

- Слушай - через время тот спрыгивает с рабочего стола, от чего его кросовки с шлепком падают на кварцевый пол - Мы ведь уже на финальном этапе? Что ты думаешь, насчёт того, чтобы показать миру твой эксперимент? Ты ведь станешь легендой человечества, придумав способ как избавиться от смерти.

- Не знаю. Я не думал насчёт этого - отводя взгляд от блокнота мямлит Каин.

- Ты ещё не уверен? Хей, если ты это сделаешь тебя смогут признать. Тогда не только я буду считать тебя гением, но и все человечество - хохотнул "стажёр", обходя работающего за столом, остановившись за его спиной.

- Ты снова за свое? - выдыхает профессор, откидываясь на спинку стула.

- Прости, но я всегда честен с своими чувствами. Не то, что некоторые - с до боли раздражающей ухмылкой говорит тот, ехидно отводя взгляд.

"Что за бред он постоянно несёт? Для Дани это смешно?"

- Лучше делом займись. Я ужасно устал, поэтому не хочу ничего отвечать тебе.

Каин медленно отводит взгляд под очередную нелепость Дани. Первое, на что он обращает внимание, это Авель, чье тело все ещё лежит, подключенные к системе трубок и проводов. Такое же мертвое и такое же холодное. Казалось в лаборатории должно быть теплее чем в морозильной камере, но почему ее шерсть все ещё ледяная?

Ничего... Совсем скоро она задышит. Глаза заблестят от счастья при виде своего хозяина, и она так же глупо будет прыгать по маленьким садикам, в которых скорее растут сорняки чем цветы. Но Авелю нравилось это, значит и Каин доволен.

- Ты загрустил. Что такое, дружок? - резко чьи то ладони падают на плечи.

Черт. Снова он. Зачем Каин рассказал Дане о своем эксперименте. В принципе, странно, что профессор никогда не посвящал другим людям о своих мыслях, но сейчас... Что изменилось? Почему он рассказал о планах воскрешении питомца Дане? Мысли прерывают масирующие движения в районе где плечо переходят в шею. Каин чувствует как спиной как Даня плотно прижался телом к спинке стула.

По телу прошли толпа мурашек от горячих рук Дани, когда те коснулись до ледяной кожи профессора. Будто слой напряжения отходит на второй план когда тонкие пальцы давят на поясницу. Неплохой вариант для прочистка мозгов.

Под усталый выдох тот откидывается на спинку, уже спокойно прикрыв глаза. В подобной жуткой атмосфере хоть и такой маленький, но такой действенный способ даёт без лишних проблем привести мысли в порядок. К тому же массаж от "профессионала" становиться медленнее, почти заботливым.

- Помнишь, на втором курсе, ты тоже так сидел над учебниками, пока я тебе спагетти готовил? Они всегда пригорали - лёгкий смешок эхом отзывается в лаборатории - Ты все тогда мне уши прожжужал про клеточную регенерацию. А сейчас... Ты ее вот-вот добьешься.

- Они и сейчас пригорают. Твои спагетти - голос Каина теряет защитную резкость.

Тишина... Будто на последние слова тот решил пропустить мимо. Стоило Дане уже понять, что Каин никак не отреагирует на них, как пауза возобновилась.

- Я не добился. Я ещё ничего не добился.

- У тебя получиться. Я как всегда буду тут, на всякий случай. Чтобы спагетти не пригорели.

***

Последние моменты перед финальной точкой в воскрешении Авеля. Каин, в залитом кровью халате, вводит в грудную клетку питомца шприц с мутно-зеленой жидкостью. Руки дрожат, не давая сконцентрироваться на опыте. Нужно успокоится... Жаль, что времени на это нет. Да и успокоишся сейчас?

- Давление падает - теперь уже более напряжённо молвит Даня.

- Подай шприц с адреналином - бубнит профессор, даже не взглянув на друга.

- Адреналин? Милый, ее сердце уже сгнило. Мы заменяем его на синтаксическое. Разве ты не читал свои записи - голос снова преобладает привычный насмешливый тон.

С ехидной усмешкой "стажёр" берет с ближайшей полки биоискуственный желудочек, напечатанный на 3D-принтере. Он пульсирует, как живой, перебивая красными пятнами.

- Это не по протоколу. Мы должны стабилизировать ее ткани, а не менять органы на... Это.. - Каин резко хватает Даню за запястье.

- Протокол? Твой "протокол" оставил бы ее овощем. Я улучшаю твой дизайн

"Ма-ма"

Внезапно тело Авеля содрогается. Ее пасть раскрывается, отдавая лабораторию запахом сгнивших зубов. Раздается хриплый звук, что лишь одной деталью заставляет Каина в шоке отшатнуться, и привести Даню в восторг.

- Что это?.. - еле слышно словно загипнотизированный, мямлит парень

- Речевой модуль! Я вживил его в гортань. Теперь она сможет благодарить тебя лично - нотки голоса становяться необычно высокими, а пальцы с предвкушением сжали поднос с силиконовым органом.

Он с детским весельем, подпрыгивая подключает желудочек к артериям. Мертвые ткани начинают срастаться с искусственным материалом. Некротические, черные пятна появились по краям синтаксических пластов.

- Ее ДНК деградирует. Остановись - Каин смотрит в монитор, затем кидается на Даню.

- "Биологию - на пальце, этику - в мусорку". Твои слова, дорогой - напевает парень, игнорируя профессора.

Руки падают, оставив Даню в покое.

- Авель?..

Питомец внезапно открывает глаза. Они человеческие - голубые - голубые, как у Дани. Авель смотрит на Каина без узнавания. В них - абсолютная пустота.

Не страх. Не боль. Не ненависть.

Равнодушие.

Она смотрит на него, как на предмет. Как на часть стола, пробирку или свет лампы. Да... Ее взгляд буквально говорил "Ты - ничто".

Она не помнит меня? **Но почему?**

Каин замирает. По спине ползает холод, вызывая толпу мурашек. Казалось, это было намного пронзительнее чем лёд в морозильной камере.

- Она не узнает меня - мямлит Каин, не решаясь подойти.

- Видишь? Она жива. И теперь... Совершенна - очарованно глядит Даня на ожившую собаку, бросаясь к рабочему столу, рядом с Авелем.

Его голос сочился восторгом, а глаза расширились от интереса. Что с ним такое?... Почему Даня ведёт себя так странно. Это не проходило на обычное поведение... Это напрягает...

Медленно пасть питомца открывается, скалясь на друга в знак напряжённости. Даня же будто ничего не замечая. Наоборот же, он резко хватает Авеля за щеку , с прежней широкой улыбкой играясь с ней. Это был предел для разорванных нервов пса. Пасть раскрывается и плотно впивается зубами в руку Дани. Словно эхом по лаборатории звучит крик друга... Но не от боли, а от восхищение.

- Каин! Смотри... Она приняла мою плоть! Это же прорыв! - застонав верещит Даня.

Каин замирает, не в силах что-то предпринять. Взгляд падает на пол, где растекается кровь друга. Он понимает: они создали не собаку. Они создали нечто новое - и оно ненавидит их обоих.