Необычная прекрасность

Глава 1

***

—Она необычна и прекрасна как осенний лес.

—Чего необычного в осеннем лесу?

—Невероятно-красивый пейзаж золотистого цвета. Оранжевый листопад, цвета сочных апельсинов. Холодный осенний ветер и наисвежайший воздух.

—Почему ты сравниваешь ее с лесом?

—Потому что она так же прекрасна, так же красива.

—Парень, я не считаю, что она достойна тебя. Она ведёт себя как маленькая девочка. Она странная.

Я улыбнулся, ничего не ответив на слова друга.

Глава 1.

Семь лет назад мне пришлось покинуть свой родной город и переехать в Лондон. Этот город довольно большой и славится своими достопримечательностями. В Лондоне жил мой знакомый, который теперь является моим лучшим другом и родственниками. Жил я в тесном домике с родственниками. Я не представился. Меня зовут Джонни. Джонни Линкольн. По характеру я застенчив и упрям, немного стеснителен.

Я, как любой шестнадцатилетний подросток, безумно влюблен в девушку, которую знаю уже довольно давно. Она старше меня на год и жила раньше со мной по соседству. Мы почти никогда не общались, но это не мешало безумно любить ее. Я всегда боялся подойти и заговорить с ней. Я ужасно стесняюсь своей внешности. У меня светлые волосы, пухлые губы, узкие глаза и широкие густые брови. Согласитесь, что выгляжу я не очень. Я люблю заниматься спортом, поэтому с телосложением у меня все в порядке.

—Джонни! Джонни! Подожди, я только сумку в класс закину! — крикнул Элванс впопыхах.

—Жду, Эл. — ответил я.

Элванса я знаю уже десять лет. Семь из них — мы лучшие друзья. Элванс вечно бегает, постоянно куда-то спешит и торопится. Он любитель сочинять смешные истории и рассказы. Он довольно творческая личность, и больше всего на свете он любит рисовать, а его лучшим другом является мольберт. Девушку его зовут — кисть, а остальных знакомых и приятелей — краски. В комнате его вечный бардак, который он называет: “Творческим беспорядком”.

— Куда мы сегодня пойдем? — спросил я. Элванс постоянно водит меня во всякие магазины и ларьки с художественной ерундой. Он обожает ходить на разные ярмарки, и без какой-нибудь безделушки уйти оттуда не может. Этот человек очень любит посещать различные выставки и музеи, и, порой, может отличить копию картины от оригинала.

—Сегодня я бы хотел забежать в киоск, у меня закончились белила. — сказал он. — Вообще, я слышу гром. Скорее всего, будет дождь. Предлагаю тебе, друг мой, переждать его у меня. — быстро сменил тему Элванс.

—Хорошая идея! — воскликнул я.

Придя к нему, я заметил, как быстро небо затянулось черными тучами и пошел сильный ливневый дождь. Эл заварил мне чашечку зеленого чая с жасмином, а сам ушел в комнату "набрасывать" очередные шедевры. Я не заметил, как задремал.

Это была она. Моя любовь — София. Она кружилась вместе с осенним листопадом. Ее щеки горели багровым румянцем. Губы ее были алыми, словно розы в Королевском саду. Она улыбалась. Улыбалась так нежно и приветливо, что мне не хотелось просыпаться. Но мой сон прервал Эл своим, так сказать, пением. К счастью, у моего друга был очень хороший голос, но к сожалению, плохой слух. Зайдя в комнату, я увидел Элванса, который явно вошел в роль какого-нибудь Джастина Бибера.

— Ну как?

— Поешь ты, мягко говоря, не очень... — намекнул я.

— Говорю, картина как тебе? — переспросил он, развернув мольберт с полотном в мою сторону.

Я был ошеломлен. Он нарисовал ее. Софию, кружащуюся в том самом осеннем лесу. Картина-то мне очень сильно понравилось, но при этом я испытал ужасное чувство ревности. Но все-таки я смог выдавить из себя пару лестных слов:

—Шедевр! —скривив лицо, воскликнул я. Я понимал, что не могу запретить писать своему другу картины, но жестом руки я явно дал понять другу, что мне неприятно такое внимание в ее сторону.

На следующий день мы с Элвансом отправились в картинную галерею. Вообще, я не очень люблю подобные походы и мероприятия, но Эл меня заставил. Там проходила выставка “начинающих художников”. Я рассматривал картины с ужасным недовольством и скукой на лице. Элванс бегал по всей галерее, рассматривая одно полотно за другим, будто он хотел что-то мне показать.

—Вот она! Моя ягодка! — крикнул Элванс на все здание.

Я был удивлен. Там висела его недавно нарисованная картина со скромной подписью в уголке. — Поздравляю вас, Элванс Роден! — сказал я с искренней улыбкой на лице.

— Это мой путь к успеху! — похвастался Эл.

Элванс гордо стоял около своего полотна, расхваливая картину выпятив грудь. Меня это забавляло. Я продолжал рассматривать картины других авторов.

—Привет, Джонни!

Этот ласковый чудесный голос пронизывал меня до глубины души. Я знал, что это голос Софии, но что она делает в картинной галерее?

—С-с-софия...П-п-привет!

—А ты что, картинами увлекаешься?!

—Н-н-ничуть нет. Я пришел сюда с другом. Неужели, тебе нравятся такого рода мероприятия?

—Не нравятся, но мой отец очень любит и заставляет меня ходить с ним.

—Твой отец тоже начинающий художник?

Она захохотала. —Если бы...мой отец является ценителем высокого искусства, и сегодня он здесь, чтобы выбрать лучшего художника из ряда начинающих.

—Я весьма удивлен. — сказал я. С ней я чувствовал себя очень робко. Я был влюблен в нее поуши, но стеснялся даже посмотреть ей в глаза.

— А пойдем я познакомлю тебя с ним! — воскликнула она.— Уверена, что ты ему понравишься.

Я сразу его узнал. Я видел похожего на него человека на обложке журнала, который читает Элванс. Подойдя ближе, я убедился в том, что это был человек с обложки. Вживую он показался мне очень важным и великим. Он был высокого роста, со статной осанкой и широкими плечами. Его черные как смоль волосы были заплетены в тоненький хвостик. Глаза его горели как звезды в темной ночи. Губы тонкие и совсем некрасивые. Художник стоял около картины моего друга и что-то записывал в маленький блокнот красно-коричневого цвета. Рядом с ним стояла дама бальзаковского возраста в шляпе, с помадой цвета фуксии и белоснежной улыбкой, которая явно располагала к себе.

Как только он заметил меня с Софией, он громко сказал что-то на французском и, поцеловав женщину в щеку, подошел к нам.

— Приветствую Вас, господа! — громко воскликнул он. У него был явный акцент и мне показалось, что он коренной француз. — Меня зовут Пабло Жевю́р. (читается с французским акцентом, просто картавьте)

— Это мой знакомый. Его зовут Джонни. — сказала София.

— Я глубоко впечатлен, что Вы ходите в картинные галереи. Вы начинающий художник? — спросил у меня француз.

Я не знал, что было отвечать. Врать я не хотел, но и признаться в том, что я пришел сюда по просьбе друга не мог.

— Нет, отец, он не рисует. — сказала София. — Ему нравится посещать картинные выставки.

Пабло Жевю́р улыбнулся, ничего не ответив. К тому времени подбежал Эл.

— Мою картину признали одной из лучших! — воскликнул он с огромной радостью в глазах.

— Здорово! Мои поздравления, Элванс! — сказал я. Я был по-настоящему рад за друга, ведь он рисовал ещё те шедевры. Посмотрев в сторону, Эл заметил знакомое лицо в Пабло. Он явно узнал художника, но даже не поздоровался.

Глава вторая.

Прошел уже месяц с момента моего знакомства с отцом Софии. С Софией я виделся в школе, но мы практически не общались. Моя школа довольно обычная и рассказывать о ней нет смысла. Можно выделить, что у нас есть художественный и музыкальный классы. У меня никогда нет проблем с поисками Элванса, потому что он все время рисует. Даже в школе он часами не выходит из-за мольберта. Сегодня он был там же. Зайдя в класс, я заметил его вместе с Софией. Я обрадовался, застав ее в художественном классе.

—Сегодня на улице замечательная погода, я бы хотела пригласить тебя и Элванса погулять после учебы.

У меня не было дел, и я согласился. Элванс явно что-то задумал, поэтому придумал какие-то дела.

— Сегодня я планировал весь день рисовать, идите без меня. — сказал Элванс, подмигнув.

Я не был готов идти с ней вдвоем, поэтому мне пришлось уговаривать друга.

София привела нас в лес. В точно тот же, что я видел во сне и рисовал Эл. Она бегала от дерева к дереву, кружилась и падала в листву, при этом громко смеясь. Я лег прямо за землю, подложив под голову руки. Элванс лег рядом.

—Она необычна и прекрасна как осенний лес. — произнес полушепотом я.

—Чего необычного в осеннем лесу? — спросил Эл.

—Невероятно-красивый пейзаж золотистого цвета. Оранжевый листопад, цвета сочных апельсинов. Холодный осенний ветер и наисвежайший воздух.

—Почему ты сравниваешь ее с лесом?

—Потому что она так же прекрасна, так же красива и сочна.

—Парень, я не считаю, что она достойна тебя. Она ведёт себя как маленькая девочка. Она странная.

Я улыбнулся, ничего не ответив на слова друга. В это время подошла Софи. Мы гуляли допоздна.

— Уже темнеет. Я пошел домой. — сказал Эл.

— Подожди! Нам же всем по пути! — воскликнула София.

Мы шли медленным шагом, и все это время София рассказывала нам свои истории из жизни. Мне очень нравилось их слушать, я искренне улыбался. Дойдя до дома Элванса, мы с ним попрощались. Я живу через дом от него, а София как раз в том, что между нами. Получается, что мы с Софией всегда были соседями. Через несколько минут мы дошли до ее дома. Все это время, что мы шли, она молчала. Я только иногда говорил, чтобы разбавить обстановку.

— Вот и мой дом. Спасибо, что проводил, до встречи!

— Постой! — крикнул я. — София, я хотел сказать, что ты очень привлекательная девушка, и ты мне очень нравишься.

Она рассмеялась и, закрыв глаза, прошептала:

— Ты мне тоже очень нравишься.

Я покраснел. София обняла меня.

— До свидания, Джонни! — сказала она.

— До завтра, София.

Я не спал всю ночь. Я думал о ней, думал о том, что же будет дальше.

Придя в школу на следующий день, я встретил Элванса. Он был не весел.

— Что-то произошло? — спросил я у друга.

— Нет-нет, все хорошо. — ответил Эл.

Прозвенел звонок. На самом первом уроке учитель нам представил новую ученицу. Ее зовут Юлия. Она сразу же подошла к Софии и я подумал, что Элвансу она очень понравилась.

Через несколько часов я застал Элванса в художественном классе. Он был немногословен.

— Эл, видел новенькую, как тебе? — спросил я.

— А, Юлия, ну да, ну да.

— Она с Софией общается вроде бы…

— Я рад за них. — ответил Элванс.

Вдруг зашла Юлия и прервала наш разговор.

— Ну здравствуй, любимый кузен. — сказала Юлия.

— Какими судьбами? — спросил с явным недовольством Эл.

— Приехала с Днём Рождения тебя поздравить.

Элванс посмотрел на меня. Я совсем забыл о его дне рождения. Я чувствовал себя ужасно. Друг вышел из класса.

— Кто ты такая? — спросил я у Юлии.

— Я являюсь дальней родственницей Элванса из Испании. Мы не общаемся с детства, он ненавидит меня, а я вот приехала навестить его…

— И где ты собираешься жить?

— Конечно же у кузена.

Поговорив с Юлией, я догнал Элванса. Мне нужно было что-то сказать ему, но чувство стыда не позволяло мне.

— Элванс!

— Ты забыл…забыл о моем дне рождении!

— Да, забыл. Но подарок для тебя сделал!

— Что это?

— С Днём Рождения, Элванс!

— Это же тубус!

— Я помнил, Эл, правда помнил.

— Я верю тебе, Джонни, просто я поверить не могу, что ты забыл о дне рождении своего лучшего друга.

— Я не знаю, что на меня нашло…

— София на тебя нашла. Последнее время ты думаешь только о ней!

— Да потому что я правда люблю ее!

В это время из класса вышла Юлия, она вся покраснела и сказала:

— Если ты и правда любишь ее, действуй.

Я был растерян.

Глава третья.

После того, как Юлия поселилась у моего друга Элванса, я стал все чаще и чаще видеться с ней. Она ходила вместе с нами в школу, пыталась рисовать как ее кузен, но у нее выходило не так красиво. Эл не очень хорошо общался с сестрой, но я видел, что она любит его искренне, по-сестренски и относилась она к нему хорошо. Я на самом лене не мог понять, почему Эл так не любит свою кузину. Она по-настоящему была добра к нему.

Придя домой, я стал думать о Юлии и Элвансе. Она так любит его, а он… Они такие разные, будто не родственники вовсе. Юлия такая смышлёная, такая игривая, дерзкая. Элванс же ее полная противоположность. Перед сном я часто думаю о Софии. С каждым днём я любил ее все сильнее и сильнее. Мне казалось, будто мы созданы друг для друга. София довольно странная девушка, но ее чудачество делало ее ещё более милой.

— Наконец-то выходной! — подумал я. Мы с Элвансом собирались ко мне, чтобы смотреть весь день фильмы и играть в видеоигры. Встретив друга, я сразу же задал ему немного некорректный вопрос:

— Кем тебе приходится Юлия?

— Знаешь же, что кузина она мне. — ответил Эл.

— Почему тогда не ладите?

— Не нравится она мне ещё с детства. Ее поведение, детский характер.

— По-моему она вполне приятная девушка.

— Мы редко видимся, и я стараюсь не связываться с ней.

— Я все понял. Но обязательно поговори с ней.

После разговора, мы с Элвансом включили популярный фильм ужасов, который крутят по ящику уже на протяжении нескольких лет. В соседней комнате зазвонил мой телефон. Я был удивлен, но это была София.

— Алло?

— Алло! Джонни!

— Да, София, что случилось?

— Ничего, я просто хотела пригласить вас в парк.

— О Мой Бог! София, ты так меня напугала! Но сегодня мы с Элвансом не сможем, мы решили устроить день фильмов и видеоигр.

— Ах! Я так люблю видеоигры!

— Тогда мы ждём тебя.

— Хорошо! Тогда я возьму с собой свою подругу.

Через час раздался звонок в дверь. Это София пришла с подругой. Я был уверен, что она взяла с собой Юлию. Открыв дверь, я убедился в том, что это девочки. Элванс не знал об их приходе, но он даже не удивился.

— Здравствуй, Джонни! — сказала София. — Надеюсь, что мы вас не стесняем.

— Вовсе нет. — ответил я.

— Не думаю, что вам будет интересно с нами. У нас в планах весь день смотреть фильмы ужасов и играть в видеоигры.

— Ты что! Да я обожаю видеоигры! — воскликнула София.

— Правда? Тогда держи геймпад, сейчас мы узнаем, насколько ты обожаешь видеоигры. — сказал Элванс.

К нашему удивлению, София довольно хорошо владела геймпадом. Она выиграла Элванса почти во всех играх.

— Мой старший брат научил меня играть. — сказала София.

— Он, наверное, мастер!?

София засмеялась. — Тот ещё мастер!

Они играли до вечера, пока мы с Юлией ели пиццу и пили чай с чебрецом. На самом деле, я не очень люблю видеоигры. Я не умею пользоваться геймпадом и к тому же, они кажутся мне совершенно неинтересными. Через некоторое время Элванс бросил геймпад в сторону и сказал:

— Мне пора домой.

— Не расстраивайся так сильно, Эл. — сказала Юлия. — Это всего лишь игра.

Лицо Элванса меня забавляло.

— Мне пора. До встречи!

— Погоди! Я с тобой. — сказала Юлия.

София продолжала играть, и, скорее всего, даже не собиралась домой.

—София, ты идёшь с нами? — спросила Юлия.

— Ой! Да, конечно! Простите, просто так увлеклась игрой!

Закрыв дверь за друзьями, я лег на диван с огромной радостью на лице.

Глава четвертая.

Я проснулся от телефонного звонка, который раздался в соседней комнате. Это был Элванс.

— Джонни! Джонни! — воскликнул друг.

— Да, Эл!?

— Давай встретимся в парке через пять минут?

— Пять минут? Я только проснулся.

— Я буду ждать тебя у фонтана.

Элванс сбросил трубку и я принялся собираться. Не умывшись, я выбежал из дома и направился в парк.

Как и обещал, Элванс ждал меня у фонтана.

— У меня новость для тебя. — сказал Эл.

— Ты не мог мне о ней по телефону рассказать?

— Парень, это не телефонный разговор.

— В таком случае, рассказывай.

— Пабло Жевю́р, тот самый, что рассматривал картины начинающих художников, принял мою работу за самую лучшую из тех, что были на выставке.

— Я поздравляю тебя! Элванс, это огромное достижение.

— Я знаю, но, друг, меня приглашают в Париж реставрировать картины.

— И надолго?

— Скорее всего, на очень долго.

— Я надеюсь, ты поедешь?

— Да, ведь эта работа очень важна для меня.

— Понимаю. Ты шел к этому годами.

— Тем более, в Лондоне меня ничего не держит, кроме тебя и моих родных.

— Надеюсь, ты будешь писать мне!?

— Конечно! Я буду писать вам всем!

— Я очень рад за тебя, друг! Когда ты уезжаешь?

— Через месяц, когда учеба закончится.

Слеза покатилась по щеке. Я очень рад за Элванса, но без него моя жизнь будет проходить мрачно и тускло. Мы обнялись, я плакал не сдерживая слез, ведь с большой вероятностью, я больше не увижу своего лучшего друга. Мы гуляли в парке до самого вечера. Мы катались на актракционах, на которых катались в детстве, вспоминали прошлое, говорили о будущем.

Месяц пролетел незаметно для нас обоих. Я провожал Элванса в аэропорту со слезами на глазах. Эл тоже плакал. Юлия искренне улыбалась, и, как только взлетел его самолёт, она прошептала:

— Удачи тебе, кузен, удачи во всем. Я люблю тебя!

Прошел год с уезда моего лучшего друга. У меня появились новые приятели, но ни с кем так хорошо я не общался. Элванс время от времени писал мне. Рассказывал, как у него дела.

“Привет, Джонни!

Пишу тебе из самого Парижа. Последнее время очень занят, времени написать нет совсем. Целыми днями занят работой. Скажу тебе одно, работа — сказка! Об этом я только мечтать мог. Дела у меня хорошо, недавно познакомился с девушкой, зовут Жанна. Французский выучил, к городу привык. Живу хорошо, деньги есть. Жду писем от тебя, мой друг. Надеюсь, с Софией у тебя все хорошо. Напишу ещё!

Твой лучший друг Элванс.”

Это последнее письмо, что он написал мне три месяца назад. Ответ я написал, но не рассказал про меня и Софию. С ней мы практически не видимся. Только в школе, и то не общаемся. Частенько я захожу в художественный класс и держу кисти в руках, которыми когда-то рисовал Эл. Я по-настоящему скучаю по нему. С квартиры, где он жил, съехали родители, оставив Юлию одну. Они решили переехать в какой-то городок неподалеку от Лондона. С Юлией я вижусь довольно часто. Мы ходим гулять, иногда к нам присоединяется София и другие мои приятели.

Я встретил Юлию и Софию на выходе у школы.

— О! Джонни! А мы собираемся пойти прогуляться, что думаешь?

— Дел у меня нет, подождите минуту, я только сумку в класс закину.

Я вспомнил, как постоянно эту фразу говорил Элванс. На душе, вдруг, мне стало тепло от мыслей об Элвансе.

Мы вышли на улицу. Тёплый осенний ветерок освежил мои мысли. Направляясь в сторону парка, Юлия и София рассказывали забавные истории.

Мы гуляли почти весь день.

— У меня для вас кое-что есть. — сказала София.

— Рассказывай, подруга. — поддержала Юлия.

— На днях я улетаю в Париж к отцу.

— И ты тоже! И как надолго?

— Навсегда.

Я не мог поверить в слова Софи. Я не хотел прощаться с ещё одним другом, потому что я глубоко ностальгировал.

София и правда улетела через несколько дней. Я очень беспокоился и скучал по ней.

Прошло пять лет. За эти годы Элванс написал мне два письма, в них он рассказал о том, как у него проходит работа и как у него дела. На оба письма он получил от меня ответ. С Софией я не переписывался ни разу, но скучал так же сильно, как и по Элвансу.

Глава пятая.

Вскоре мне пришло письмо. Оно было от Элванса. Я был рад его письму, потому что давно их от него не получал. Открыв конверт, я заметил блестящую открытку. Это было приглашение на свадьбу. Я так был рад за друга и его невесту, что не описать словами. На открытке было написано “ Приглашаем вас на свадьбу!”. Я сразу же подумал, что женится Эл на той самой Жанне, но, прочитав открытку, понял, что женится он на Софии. На той самой девушке, о которой я думаю до сих пор. По которой я безумно схожу с ума. В которую я влюблен без памяти. Я заплакал. Юлия тоже получила приглашение. Она тут же пришла ко мне.

— Я же говорила, действовать нужно, действовать.

— Говорила, а я тебя не слушал.

Прошло время. На приглашение я так и не ответил и лишь отправил его обратно. Мой лучший друг увел у меня девушку. Я был глубоко подавлен и все время думал о Софии. Юлия все это время была рядом, я был благодарен ей. Она меня поддерживала все это время.

Вскоре, я понял, что без памяти влюбился в Юлию и тут же признался ей.

Глава шестая. Немного Франции от Элванса

Неделю назад мне пришло письмо из Франции от Пабло Жевю́ра. Я очень обрадовался, но в тоже время и расстроился. Я очень не хотел расставаться с друзьями. За это время я смог привыкнуть даже к Юлии, и оставлять ее с родителями я не хотел. Я решил обсудить это с Джонни. Рано утром я решил встретиться с ним, так как понимал, что это не телефонный разговор. Я позвонил ему с самого утра и пригласил его в парк.

— Джонни! Джонни! — воскликнул я.

— Да, Эл!? — ответил друг.

— Давай встретимся в парке через пять минут?

— Пять минут? Я только проснулся.

— Я буду ждать тебя у фонтана.

Я сбросил трубку и стал ждать его. Не прошло и пяти минут, как Джонни прибежал к фонтану.

— У меня новость для тебя. — сказал я.

— Ты не мог мне о ней по телефону рассказать?

— Парень, это не телефонный разговор.

— В таком случае, рассказывай.

— Пабло Жевю́р, тот самый, что рассматривал картины начинающих художников, принял мою работу за самую лучшую из тех, что были на выставке.

— Я поздравляю тебя! Элванс, это огромное достижение.

Слова Джонни были по-настоящему искренними, и я понимал что он на самом деле рад за меня.

— Я знаю, но, друг, меня приглашают в Париж реставрировать картины.

— И надолго?

— Скорее всего, на очень долго.

— Я надеюсь, ты поедешь?

— Да, ведь эта работа очень важна для меня.

— Понимаю. Ты шел к этому годами.

— Тем более, в Лондоне меня ничего не держит, кроме тебя и моих родных.

— Надеюсь, ты будешь писать мне!?

— Конечно! Я буду писать вам всем!

— Я очень рад за тебя, друг! Когда ты уезжаешь?

— Через месяц, когда учеба закончится.

Слеза покатилась по его щеке. Он был очень рад за меня. Мы обнялись, он плакал не сдерживая слез. Мы гуляли в парке до самого вечера. Мы катались на актракционах, на которых катались в детстве, вспоминали прошлое, говорили о будущем.

Месяц пролетел незаметно для нас обоих. Джонни провожал меня в аэропорту со слезами на глазах. Я тоже плакал. Юлия искренне улыбалась. Я никогда ранее не замечал на ее лице такой прелестной улыбки. Я ничего ей не сказал и только в самолёте я пожалел об этом.

— Юлия, спасибо тебе за все. Я буду очень скучать! — сказал я вслух.

Прошел год с моего уезда. За этот год у меня появилось много работы. С графиком я хорошо справлялся. Я полностью выучил французский язык. Жил в достатке. У меня появились приятели, одну из них зовут Жанна. Я был рад новым приятелям, но Джонни мне заменить никто не мог. Я часто писал ему письма, но ни одного ответа от него не получал.

“Привет, Джонни!

Пишу тебе из самого Парижа. Последнее время очень занят, времени написать нет совсем. Целыми днями занят работой. Скажу тебе одно, работа — сказка! Об этом я только мечтать мог. Дела у меня хорошо, недавно познакомился с девушкой, зовут Жанна. Французский выучил, к городу привык. Живу хорошо, деньги есть. Жду писем от тебя, мой друг. Надеюсь, с Софией у тебя все хорошо. Напишу ещё!

Твой лучший друг Элванс.”

Писал я.

Время шло. Я взрослел. Работы было все больше, я очень скучал по Джонни, но времени написать ему не было совсем. Я забыл, когда впоследний раз писал ему и когда отдыхал.

Через несколько дней я пошел на бизнес-ланч со своим директором. С Пабло. Он рассказал мне о своём приезде недавно, я ждал его, чтобы показать свои недавно завершенные работы. Он приехал с дочерью. С Софией. Тогда мое сердце начало болеть за друга, ведь я понимал, что его любовь улетела от него навсегда. Я тут же принялся ему писать письмо.

Шло время, я был весь в делах, иногда встречался с Жанной и Софией на местных улочках Парижа. Времени у меня не было совсем, а если и было, то я тратил его на создание новых картин. Незаметно для меня пролетело пять лет, за эти пять лет я написал другу всего два-три письма, ибо был весь в работе. Я ужасно уставал. На работе я часто виделся с Софией. Иногда мы прерывались на чашечку кофе. У нас было много общих интересов. София нравилась мне, но я не придавал этому значения.

— Не надоело ещё рисовать, художник? — спросила София.

— Рисовать — это мое хобби. Мне никогда не надоест. — ответил я.

— А мне никогда не надоест смотреть на то как ты рисуешь. — продолжила она.

— А что ещё тебе никогда не надоест?

— Гулять по Парижу.

— Тогда, София, я приглашаю тебя на прогулку.

— Жди меня на улице. — подмигнув, сказала София.

Я отбросил кисть в сторону, взял куртку и выбежал из здания. Через несколько минут вышла Софи. Она была просто великолепна!

Мы гуляли по осеннему парку. Она не переставала говорить. Все время я смотрел на нее и улыбался. Спустя несколько минут, я поцеловал ее. Поцеловал так нежно, что я, казалось, забыл, как стоять.

— О! Прелестная София! — крикнул я. — Я люблю тебя!

— Я тоже, Элванс, люблю тебя! — воскликнула София.

Мы присели на красивую лавочку недалеко от центрального фонтана. Мы смотрели друг другу в глаза, казалось, ни разу не моргнув. Я был до безумия влюблен в нее.

Я пригласил ее к себе в квартирку. Придя, я заварил ей чашечку наивкуснейшего чая с жасмином. Сам я ушел в небольшую комнатку, которую я называю "мастерская". Там я храню все свои когда-то нарисованные картины. Я кое-как нашел ту самую картину, на которой изображена кружащяяся София в осеннем лесу.

Выйдя из мастерской, я показал полотно ей.

— София! — кликнул я. — Ты выйдешь за меня? — Ее лицо тут же покраснело, глаза ее загорелись как блиллианты.

— Да! Да! Да! Миллион раз да!

Мы задумывались о торжестве, которое скоро предстоит отметить. Я был безумно рад. Вскоре я узнал, что родители мои переехали в Кёльн, оставив Юлию одну в Лондоне. Я не понимал, почему они так срочно покидали квартиру. Я тут же сообщил Юлии и родителям о скорой свадьбе. София была против того, чтобы там присутствовал Днонни. Но я все равно выслал всем по приглашенной открытке.

Прошло время, мы сыграли свадьбу. Я не дождался ответа ни от Юлии, ни от Джонни.

Свадьба была сказочная, пышная и невероятно-красивая. Мы отпраздновали ее на следующий год. Осень. Золотая пора. София стоит в белом-белом платье, в руке у нее маленький букетик роз. Мы обменялись кольцами и вновь поцеловались. Люди кричали горько. София снова кружилась в осеннем листопаде, только теперь я смотрел на нее по-другому. По-новому. Теперь я смотрел на нее, как на свою жену. Я был рад, что родители наши нас благословили. Я был в весёлом и одурманенном состоянии. Я уснул, не помня ни о своём друге Джонни, ни о кузине Юлии.