Некто Муромец Илья 5: Портал

Глава 1. Засада

Крис склонился в глубоком поклоне, я чуть не отпрыгнул.

— Возьми меня к себе на службу, владетель.

По окончании фразы он так и не разогнулся.

Я смотрел на его макушку и пытался понять, где здесь подвох. Старый Крис скорее подавился бы собственным языком, чем назвал меня владетелем таким тоном. Нет, не подобострастным, просто слишком ровным. Как будто сто лет мне уже подчинялся и просто отошёл на минутку. Я вздохнул.

— Выпрямись уже. Я пока не настолько важный господин, чтобы люди передо мной пополам, как швейцарский нож, складывались. И сразу предупреждаю: если это какой-то новый хитрый способ добраться до Алёны или меня, лучше разворачивай оглобли прямо сейчас.

Крис поднял голову. Спокойный взгляд. Это спокойствие почему-то раздражало сильнее его прежней истерики.

— Я уже сказал, с этим покончено. Алёна сделала свой выбор, а я слишком долго унижался, пытаясь доказать, что её решение ничего не значит. Теперь понимаю, насколько жалко это выглядело. На службу я прошусь потому, что умею только драться. В Рубежном мне больше ничего не светит, а тебе бойцы нужны.

Последнее, по крайней мере, звучало разумно. Я облокотился на седло Тучки.

— Допустим, поверю во внезапное просветление. Почему ко мне? В Межмирье наёмников больше, чем грязи после дождя. Уехал бы на Ярмарку, нашёл компанию и начал новую счастливую жизнь без моей физиономии.

— Потому что я видел, что ты строишь. И видел людей, которые за тобой пошли. Я мог оказаться среди них с самого начала, но предпочёл считать тебя выскочкой и врагом. Я ошибся. Хочу исправить хотя бы то, что ещё можно исправить.

Красиво говорит. Подозрительно красиво. Может, действительно жизнь по голове настучала. Со мной такое случалось неоднократно, помогает лучше некоторых педагогических методик. Да и не выглядел Крис никогда хитровыдуманным парнем, строящим коварные планы. У него всё на роже было написано.

— Сразу предупреждаю: никакой должности начальника тебе не будет. Хочешь служить — пойдёшь обычным бойцом, на общих основаниях. Дальше посмотрим. — Крис даже не поморщился.

— Я и не рассчитывал. Дай возможность доказать, что от меня может быть польза. И мне этого хватит.

Да уж. Потрепала жизнь мальца. Мне по-прежнему было его совершенно не жаль. Но… в дружину? Под присмотр нормального командира? Пусть будет на глазах, чем по лесам партизанит.

— Хорошо. Присоединишься к каравану. Поедешь с нами до замка, там поговоришь с новым командиром ополчения. Возможно, ты его знаешь, — Мирослав. Из Овражка мужик. Опытный боец. Если он скажет, что ты ему нахрен не нужен, спорить с ним я не стану. И никаких самостоятельных подвигов, разборок и попыток доказать окружающим, что ты снова великий воин. Это понятно?

— Более чем. Спасибо, владетель.

Опять это «владетель», без яда. Твою мать.

Морт, до этого болтавшийся где-то над крышей подворья, плавно снизился и завис у меня над плечом.

— Гля чо, человек обновился-перепрошился. Может, головой где приложился, рифмовать-сочинять?

Крис посмотрел на ксара и неожиданно зло усмехнулся. — А ты всё такой же мерзкий ксар. Мусор летающий.

— Во-от! Уже похоже на живого, оживать-воскресать, — Морт удовлетворённо уфнул и взмыл над крышами.

Вот и договорились, кажется.

Цверги появились минут через пять. Показались телеги, нагруженные с горкой каким-то грузом, заботливо прикрытым брезентом. Рядом шагали шестеро знакомых коротышек, облачённые в подобия полулатных доспехов и вооружённые как рота спецназа.

Гильденстерн важно вышагивал впереди процессии. Увидев меня, он коротко поднял ладонь в приветствии и остановился. Колонна тоже замерла.

— Куда нам встать в обозе, владетель? — голос его, неожиданно глубокий и сильный, словно он говорил сидя в бочке, разнёсся над утренней улицей.

Я показал на десяток своих охранников, уже тоже собравшихся возле ворот.

— Спроси капрала, уважаемый. Он отвечает за порядок следования. Я проверил подпругу Тучки, оглядел колонну.

Мои охранники распределились вокруг телег, цвергов довольно органично вставили куда-то внутрь, я не вникал. Крис занял место среди охраны. И мы двинулись вперёд. Я впереди всех на белом (на самом деле нет), носороге (опять нет). Настоящий предводитель, копать-хоронить.

***

Первые километры прошли спокойно. Даже слишком. Колёса телег ровно грохотали по утоптанной земле. Тучка шла мерной рысью. Я исподволь несколько раз оглядывался на Криса. Тот шёл рядом с задней телегой и о чём-то негромко разговаривал с одним из моих бойцов. Не точил кинжал, кидая на меня зловещие взгляды. Ну и ладушки.

О засаде предупредил Морт. Он свалился сверху почти отвесно, едва не врезавшись в меня, и заголосил.

— Ты гля чо! Нас убивать пришли, гля! Много, прятаться-целиться! Слева в лесочке человек сорок, ещё справа есть, и впереди арбалетчики расселись. Не охотники, Илюшенька, не местные.

Вот тебе и спокойная дорога.

Я поднял кулак, и капрал охраны сразу заметил сигнал. Колонна не остановилась, только чуть сбавила ход. Правильно. Самое тупое, что можно сделать при обнаружении засады, — красиво замереть посреди дороги, доложив всем интересующимся, что мы их заметили.

— Сколько стрелков и где именно? Не мельтеши, покажи нормально. И не ори, гад! — Морт развернулся в воздухе носом вперёд.

— Слева впереди шесть арбалетов, может семь, гля. Ещё лучники глубже сидят, хорониться-прятаться. Я их снесу, гля чо. Справа народ с копьями, всякое рваньё. Но их много, гля. А еще, а еще диргов видел точно. Эт чего такое творится?

Полсотни на поселок не нападут, а вот обоз из нескольких телег пощипать — нормальная цель. Только чего они такие наглые? Рубежное, можно сказать, под боком. Ладно, это всё теория.

Я подозвал капрала жестом. Тот спокойно подошёл.

— Примерно полсотни, основной удар слева и спереди. Арбалетчики на возвышении. Передай по цепочке: щиты, оружие приготовить, но пока не дёргаться. Цвергов проинструктируй. Когда начнётся — командуешь людьми ты, не жди, что я буду орать на всю дорогу.

Капрал только кивнул и отстал, передавая приказ дальше. Вот за что люблю профессионалов. Никаких «как же так, владетель», «за что, за что, о боже мой», и прочего театра.

Гильденстерн уже сам ковылял к капралу, а его люди перекинули карабины в положение по-походному. Парочка как бы невзначай запрыгнула на телегу. Потерь бы не хотелось, конечно…

— Айвена, есть чо? И вообще скройся. Как ты знаешь, стрела — дура.

— Предупреждена — значит вооружена. За меня не беспокойся. Я помогу с левым крылом. Люди для меня не проблема, — и её фигура растворилась в воздухе.

Вот бы и мне так… Да не. Подерёмся, че.

Если Морт правильно разглядел позиции, стрелки сидели впереди, сразу за поваленным бревном. Значит, им хорошо видна голова колонны. То есть я. Вполне устраивает. Я надел шлем.

— Ну что, Тучище, работаем? Да что я спрашиваю. Давай алга, детка!

Получилось: «Бу-бу бубу, етка». Тучка недовольно фыркнула и мотнула тяжёлой головой. Она не хотела «работать». Но куда деваться-то.

— Спокойно, девочка. Сейчас какие-то граждане попробуют проверить качество межмировой металлургии.

Первый болт я даже не увидел. Только услышал резкий звон и почуствовал толчок в левую сторону груди. Почти одновременно второй чиркнул по наплечнику. Еще один с таким грохотом врезался в шлем, что перед глазами вспыхнули белые точки.

Тучка рванула вперёд, низко опустив голову. Ты мой маленький бульдозер.

Из леса впереди разом хлопнуло ещё несколько тетив. Удары. Неразрушимый доспех, придурки.

Хрясь!

Тучка, почти не сбавляя ход, снесла хлипкое заграждение на дороге, меня мотнуло, лопнул один из ремней.

Послышались сдавленные крики боли и ужаса.

Справа раздался вопль. Скорее ВОПЛЬ. С деревьев обломило сучья, их и листья, подхваченные звуковой волной, метнуло из рощицы, как снаряд из катапульты. Я в узкую смотровую щель разглядел, как разлетается голова у одного из лучников.

Морт прокачал подаренный аскор как надо.

Думаю, стрелков у противника поубавилось.

Тучка стоптала каких-то выскочивших на дорогу идиотов с рогатинами, и я заложил широкую дугу, чтобы вернуться к основному сражению.

На остановившиеся телеги накатывала серая пена тел в рваной одежде. Но… их было как-то маловато.

И с каждым шагом становилось всё меньше. Цверги устроили косплей Анки-пулемётчицы. Выстрелы трещали со стороны телег безостановочно. Да уж, их карабины — ультимативная штука. Особенно против всякой рвани.

Морт был прав, среди кое-как одетых придурков с дрекольем и дубинами мелькали бронированные спины диргов. Капец, конец света творится, просто.

Выстрелы стали реже. Магазины кончились у парней. Нападающие с рёвом столкнулись с моими наёмниками. Над полем небольшого сражения повис мат, лязг стали и вопли боли.

Я рывком приблизился к сражающимся, собираясь просто стоптать задние ряды атакующих, пока они не перемешались с моими ребятами.

И тут увидел Криса. Он двигался как машина. Не красиво, по-геройски. Без всей этой боевой пластики Шора, когда боец бережёт себя: закрывается щитом, отшатывается от лезвия, ищет удобный угол, уворачивается. Хоть краем сознания помнит, что у него одна жизнь. Крис, похоже, забыл.

Он просто врезался в самую гущу боя и работал оружием, как мясник топором. Как будто инстинкт самосохранения ему кто-то аккуратно вырезал вместе с аппендиксом. Весь в кровище уже, чужой, своей — хрен разберёшь. На его лице застыла совершенно маньячная усмешка, рот раззявлен в пароксизме безумного смеха. Смерти ищет парень.

— Вот же придурок… — впрочем, не моё дело.

Хрясь.

Какой-то мужик исчез под ногами Тучки. Ещё двое безжизненными телами разлетелись в стороны.

Хрусь.

Дирг успел обернуться и выставить копьё. Тресь! Тучка даже не заметила. Я, успевая, держался за ручку седла и направлял этот маленький рассерженный экскаватор туда, где народу было погуще.

***

Когда бой закончился, я соскочил с седла и быстро осмотрел костерога. Пару болтов моя девочка всё же словила, но ей такое как слону дробина. В замке Шайя вытащит. Копьё, к счастью, обломилось о броню. Ладно, я пока пешком прогуляюсь.

Подошёл к хмурому капралу, которому обозный бинтовал голову. Дождался, когда наложат последний виток. Покосился на тела наших, которые складывали на телеги. Трое. Двое наёмников и парнишка из обозных.

Цверги выжили все. Маленькие бородатые машины смерти были забрызганы кровью, доспехи обзавелись вмятинами и царапинами, но ни один даже не хромал. Лютые ребята, на самом деле.

— Раненых на телеги, капрал. И продолжаем движение. Ты тоже на телегу. Не спорь. Пока можешь, едь.

Отвернулся, снял шлем и огляделся. Так и не привык я к человеческим потерям. Каждый раз такое чувство, что это я ребят убил. Кажется, с тех пор, как я стал влиятельной задницей, оно только усилилось.

Крис стоял недалеко от меня, весь залитый кровью. Лицо превратилось в демоническую маску смерти. По нему всё ещё гулял отголосок глумливой усмешки. Он отсалютовал мне мечом.

— Во славу владетеля!

***

К замку мы добрались уже ближе к вечеру. Последние пару часов обоз полз заметно медленнее. Раненые лежали на телегах среди ящиков, капрал сидел там же, прислонившись спиной к борту и периодически проверяя повязку на голове. Ему стало ощутимо хуже.

Тучку я вёл в поводу. Девочка бодрилась, но два арбалетных болта из бока никуда не делись, и лишний раз напрягать её своим центнером с гаком мне совершенно не хотелось.

Возле заставы уже суетились наёмники, заметили нас заранее. Стража зашевелилась, кто-то побежал в сторону замка. Рихард встретил нас снаружи.

Он сперва посмотрел на меня, затем на телеги, кое-где забрызганные кровью. На тела. Подошёл и откинул мешковину, которой их прикрыли.

— Двое? Игнасио и Лемас, — констатировал он и махнул рукой своим людям. — Носилки снимите, парни, — и тихо под нос пробормотал: — Надо деньги семье отправить.

Никакого тебе: «они погибли героями», речей и прочего. Никаких эмоций. Думаю, у Рихарда за спиной маленькое личное кладбище. Надо спросить, как он это на себе тащит. Может, ему всё равно? Или привык? Наверное, поэтому Рихард командуя своими людьми, не рассказывал им про славную смерть перед строем.

— Двое. И парень из обозных. Ещё пятеро ранены, капралу твоему голову рассекли, но вроде ничего критичного. Засада была на дороге, километров за семь-восемь от Рубежного. Человек пятьдесят, может, больше.

Рихард покачал головой.

— Совсем озверели. Или оголодали. Я тебе говорил, владетель, что эскорт недостаточен!

— Ты это вон тому пацану расскажи. У которого болт в животе. Какой эскорт бы его прикрыл? С нами маг был.

Айвена, кстати, как оказалось, человек двадцать из строя вывела своим «Безумием низших». Они в капусту друг друга порубили, не добежав до наших позиций.

— Как вляпались? — спросил он уже деловым голосом, когда тела понесли в сторону лазарета.

Я коротко пересказал. Морт обнаружил засаду заранее. Поваленное дерево. Арбалетчики впереди. Толпа рванья, несколько диргов, нормальные бойцы среди них. Первый залп пришёлся практически весь в меня. На последнем Рихард нахмурился

— В тебя конкретно?

— Ну так я первым ехал. И выглядел очень опасно. Я специально вперёд выехал и светился там, как памятник самому себе, так что выбор цели был несложный. Первый залп, считай, весь собрал. Пока Тучка не разогналась.

Рихард посмотрел в сторону ворот.

— Только смешанные шайки тоже нечастое дело. Дирги с людским отребьем обычно друг друга режут быстрее, чем договариваются о совместном заработке.

Вот именно. Эта мысль мне всю дорогу мозг сверлила. Не настолько, чтобы немедленно заподозрить великий заговор. Голод отлично сближает народы. Когда жрать нечего, расовая ненависть временно уступает место вопросу, у кого бы совместно отобрать мешок муки. Но всё равно.

— Отправь туда людей. И Верока. Пусть спокойно осмотрят место, пока трупы не растащили звери. Откуда стрелки работали, сколько было лошадей, куда ушли выжившие. Лагерь в идеале бы найти их. — Рихард согласно кивнул, что-то прикидывая.

— Пошлю пару бывших охотников. Только Вероку ты сам приказывай, я ему не командир. До темноты смысла нет никого отправлять, с утра уже.

Я уже собирался попросить Гильденстерна ехать дальше в замок. Нужно было найти им место жительства и выгрузить цвергское барахло, когда со стороны внутреннего прохода донёсся знакомый рык.

— Илья-а-а! — Так. Этот тон я тоже знал. Шайя увидела болты. Она бегом направилась к Тучке. Та радостно загудела и сунула морду ликанке под руку. Шайя медленно повернулась ко мне и провела костистым большим пальцем по горлу. Ой-ой, пора тикать!

— Ты совсем охр-ренел, Илья? Я тебе звер-ря ловила, чтобы ты ездил, или чтобы ты им ар-рбалетные залпы ловил?

— Во-первых, не залпы, а всего два болта. Во-вторых, доспех держит, кровь почти не идёт. В-третьих, я сразу слез и дальше шёл пешком, — очень убедительная защита.

Особенно перед ликаной, которая уже меня не слушала. Шайя обошла Тучку, осторожно обнюхала оба древка, провела когтями по броневым пластинам вокруг ран и тихо зарычала. Длинно. С выражением. Что-то матерное, про Илью чудака, не иначе. Я, естественно, ничего не понял, но, судя по интонации, шаманка прокляла меня, арбалетчиков, производителей арбалетов и, возможно, весь их род до седьмого колена.

— Во двор-р отведу, к воде. Достану болт, и тебе его лично в задницу засуну, чтобы почувствовал, каково звер-рю.

— Понял. Проникся. Осознал необходимость бережной эксплуатации государственного транспорта.

Шайя оскалилась.

— Она не тр-ранспорт!

Тучка согласно фыркнула мне прямо в лицо. Пр-редательница!

— Хорошо, не транспорт. Даже для меня Тучка любимая маленькая девочка весом в полторы тонны. Веди уже, пока ты меня действительно не покусала.

Шайя забрала повод и увела костерога, продолжая что-то ворчать ей на ухо. Тучка шла рядом совершенно счастливая, словно это не она полдня назад сносила людей и копья грудью.

Я проводил их взглядом.

— Илья! — Голос Алёны заставил обернуться.

Она стояла на дороге. Видимо, прибежала на шум и сперва осмотрела раненых. Взгляд обшарил меня. Алёнка проверила, что руки-ноги вроде на месте. Лицо немного расслабилось.

А затем снова приняло выражение… Вот у моей бывшей такое было, когда я ей говорил, что мы не поедем в Турцию в этом году или что у меня нет денег на БМВ последней модели.

— Илья…, а ЭТОТ что здесь делает?