Некто Муромец Илья 4: Владетель тверди

Глава 1. Битва на выносливость

Первый том: https://author.today/reader/569728/5409329

Аудио: https://author.today/audiobook/610042

Но с людями так нельзя, надо как-нибудь иначе!

Вот Илья оглоблю взял, пол Росии отхреначил!

Т.Шаов

— Работаем, маги! — крикнул я.

И только потом понял, что у Айвены в руках нет посоха. Кусака остался торчать в монументе. Что, как, почему — не было времени выяснять.

Однако оба — и Айвена, и Проф — завели свой репчик.

Первым начал Ингвар.

Стрела звякнула о расписанный пиктограммами панцирь и отлетела. Вторая неглубоко вошла между пластинами. А вот третья попала в «голову» твари, пронзила её насквозь, и «мокрица» обмякла.

— Ясно, укуси меня пчела!

И лук в руках старика превратился в пулемёт. Стрелы летели точно в головы тварям, заставляя их замирать на месте или биться в конвульсиях.

А внизу творился форменный зомби-апокалипсис.

Зомбипад из открывшихся отверстий в стенах закончился. Но сейчас во дворе уже было не меньше сотни «бойцов» и штук двадцать «наблюдателей». И почти вся эта орава ломилась к центральной башне по двору. Мокрицы уже карабкались по чёрным стенам, цепляясь когтями за мельчайшие неровности. Тощие разведчики с кривыми тесаками прыгали сразу метров на шесть, как кузнечики.

МОКРИЦЕ-АПОКАЛИПСИС

Первая «мокрица» добралась до парапета. Из-за него показалась сегментированная башка, следом на чёрный камень легли сразу несколько длинных суставчатых лап. Тварь подтянула полутораметровую тушу и неожиданно резво перевалилась через стену.

Шайя встретила её на приземлении.

Мелькнули костяные клинки. Ликана буквально поднырнула под поднявшуюся переднюю лапу, полоснула по мягкому брюху, развернулась и всадила второй кинжал прямо в уродливую башку. Всё это было проделано с молниеносной быстротой, мокрица дёрнулась, даже «мя» сказать не успела, просто скользнула обратно за край.

Отзвучали последние слова молитвы, слившиеся в сплошной торжественный гимн. Над башней вспыхнул золотистый свет.

— Илья, отойдите от края! — Проф продолжал стоять, воздев руки к небу, по лбу его катился пот.

— Нас же накроет!

— Я верю в благость Владыки!

И в этот момент пошёл дождь. Огненный. Это было совершенно не похоже на ночную «бомбардировку» диргов редкими огненными всполохами. Никаких багровых пятен на небе.

Просто солнечные лучи превратились в огонь. Сотни золотых капель прочертили воздух. Внизу вспыхивали мокрицы и зомби. Двор словно накрыли артиллерийским залпом. Гомункулов сбивало с ног, горящие тела валились друг на друга. Стены вспыхнули, как будто их облили бензином.

Блин, он сжигает мой замок! Но на нас не упало ни капельки. Владыка благ, фигли там!

Жрец стоял с запрокинутой головой и продолжал молиться. Из глаз и ушей у него потекли струйки крови.

И тут во дворе стало тесно от нас. Это закончила песню Айвена. Я увидел самого себя возле дальней стены. Ещё одного — метрах в двадцати правее. Шоры, шайи, кажется, я видел даже парочку Ильичей.

По двору разбежалась целая толпа наших двойников. И зомби купились. Не знаю, как действует магия альвы и что у этих гомункулов за органы чувств, но множество тварей во дворе накинулись на призраков, не понимая, почему они не падают от ударов когтей, и продолжая тупо месить воздух. Айвена задержала большую часть зомбаков внизу, чем подарила нам необходимую отсрочку.

Шайя с Шором бежали вдоль парапета, превращая залезающих на него мокриц в неподвижные тушки. Шор умудрялся ещё и спихивать их вниз. Трупы кувыркались вдоль стены башни, сбивая прущих наверх сородичей.

Краем глаза я заметил движение на соседней башне. На парапете, болтая босыми ногами, сидел Хидимба собственной персоной. Множество огненных капель устремлялись прямо к нему, а он заливисто хохотал, запрокинув голову. Такое впечатление, что он воспринимал гнев Владыки как лёгкий освежающий душ.

Поднявшийся к нему зомби получил пяткой в лицо.

Хрустнуло.

Костяная маска вместе с находившимся под ней черепом сложилась внутрь. Хидимба даже не встал. Проводил падающую тушу взглядом. Потом посмотрел прямо на меня и приветливо помахал рукой. Вот же сучий выкормыш. Пришёл кино смотреть.

Подо мной раздался вопль, от которого у меня шлема прератился в колокол.

— У-У-У-У-У-У-У-У!

Морт!

Ксар пронёсся вокруг башни. А пасть издавала ужасный звук — переходящий с инфрачастот на ультра и обратно. Воздух вокруг него дрожал. На зомби это не производило заметного эффекта, а вот мокрицы посыпались вниз буквально дождём.

— Гля чо-о-о! Полетели птички, летать-падать! Извини, Илья, я переключил поток! Ну чо, кутятки. Ставочки делаем, сколько продержатся неудачники на башне перед тем, как их разорвут в клочки, гля чо!

Морт развернулся и пошёл на второй круг.

Спасибо тебе, блин за легкое оглушение!

Огненный дождь прекратился. Проф тяжело осел на колени, его губы шевелились, будто он продолжал безмолвную беседу. Айвена подскочила к нему, подхватила под мышки и поволокла к центру площадки, к монолиту с посохом. Даже альва у нас работает в команде.

Я тоже успел помахать булавой. Один удар — один труп. Мокрицам я старался бить в чан, но просто превращал переднюю часть тела «мирных строителей» в кашу. Редкие пока зомби тоже отхватывали, не успевая навалиться толпой. Вокруг меня постепенно накапливались искалеченные туши. Большинство дёргались, скреблись, но боеспособность они утратили. В моём новом доспехе не особо побегаешь, так что я просто занял самое «танкоопасное» на вид направление.

Шайя всё так же шустрым веником носилась вдоль парапета. Ингвар отстрелялся, выкосив стрелами тварей сорок, и достал топорик. Шор с невозмутимым выражением на чешуйчатой морде вращал клинком, превратившись в подобие небольшой зомбирубки.

Наши фантомы во дворе поблекли, и оставшиеся зомбаки снова бросились к башне. Секунд через десять преимущество начало стремительно переходить к противнику. Зомби полезли через парапет со всех сторон. Первыми до нас добрались хилые, но быстрые «наблюдатели», которым словно прошивку заменили. Они лезли вперёд, забив на инстинкт самосохранения. Промахнувшись пару раз по шустрому противнику, я сменил тактику. Хватал тварь за что попало, притягивал к себе, а после этого делал «херак».

Айвена повторила фокус с фантомами уже непосредственно на верхушке. Это помогло: зомби отвлекались от настоящих целей, тупили и мешали друг другу.

Свитки уже отработали и рассыпались невесомым прахом.

Центр башни — круг метра полтора в диаметре, где лежал Проф и стояла Айвена, — словно заколдовали. Ни одна тварь не решалась приблизиться к Кусаке. И это, скорее всего, спасло обоим жизнь. Мы уже просто не контролировали то, что творилось вокруг.

Бой перестал в хаотичную свалку.

Ингвар с Шайей вывозили за счёт ловкости, оба наносили удары по суставам тварей и ловко скрывались среди фантомов.

А мы с Шором просто превратились в зомбиуборочный комбайн. Вокруг Шора всё время было свободное пространство, которое он на наших уроках называл «кругом контроля». Ни одна тварь границу этого круга не переступала. Целой и нерасчленённой.

На мне же зомбаки висли со всех сторон, мешая друг другу. В какой-то момент я просто начал ломать их руками. Щоровский баклер помогал мало, и я его вырубил.

Площадку усеяли серые шевелящиеся тела, несколько раз я чуть не упал, поэтому отступил к «зоне ноль» возле Кусаки, встал к ней спиной и тупо молотил наседающих на меня тварей.

Если бы не новый доспех, я бы не выжил.

Я потерял счёт времени. Битва превратилась в марафон на выживание. Я молотил, хватал, дробил и плющил.

Наконец, несколько раз махнув булавой, я рассёк только воздух и огляделся. Меня завалило телами зомбаков почти по пояс. Шор методично резал лежащим головы. Шайя сидела неподалёку, высунув язык и тяжело дыша. Ингвара вообще нигде не было видно. Трупами завалило? Или улетел с башни?

— Вот они, герои! Победившие легион мертвецов, гля чо, кутятки! Живы, здоровы. А ваши ставочки сгорели, неудачники! — донеслось до меня словно сквозь вату.

Кажется, победили? Я бросил взгляд на башню, на которой сидел Хидимба. Под ней валялось несколько трупов мокриц и зомби. Демон исчез, как будто привиделся мне.

***

Адреналин схватки постепенно отпускал. Вместе с ним уходили силы. Погибель вдруг стала весить как нормальная такая оглобля, ноги налились свинцом, а внутри драконьего доспеха Илья Николаевич плавал в пруду из собственного пота. Я отстегнул шлем, уронил его и жадно хлебнул горячего воздуха. Закашлялся. Пахло, будто на солнцепёке открыли филиал мясокомбината.

— Ингвара найдите, — прохрипел я между приступами кашля. — Старика не вижу.

Айвена выглядела хреновастенько. Кожа посерела, под глазами залегли тёмные круги. Весь её обычный лоск куда-то испарился. Призрак самой себя, а не «королева клана».

Она подошла к монолиту и осторожно взялась за Кусаку. Изумрудное сияние в глазницах металлического черепа разгорелось ярче.

Айвена наклонилась к «лицу» черепа и что-то зашептала.

Кусака дрогнул. По верхушке башни пробежала зелёная волна.

— А раньше так нельзя было сделать? — я офигев смотрел вокруг.

Серая плоть ближайшего зомби поплыла, начала превращаться в мутную слизь. Процесс мгновенного разложения распространялся от посоха во все стороны. Костяные маски проваливались внутрь расползающихся тел, обнажались кости.

Внутри моей души заворочалась старая приятельница — злость.

Айвена отпустила Кусаку, тяжело сползла спиной по монолиту и коротко процедила:

— Нет.

— Охренеть. А полезная функция. Режим уборщицы, ты гля чо. Где это летучий гандон, кстати? Хочется ещё кому-нибудь хайло вскрыть, — так, спокойно, Илья.

Пузырёк… пока не нужен. Справляюсь.

Запах лучше вообще не стал. Я как будто оказался посреди производства удобрений с протечкой оборудования. В нос ударило чем-то химически резким, едким, с отчётливым привкусом тухлятины. Я снова закашлялся и прикрыл морду сгибом локтя.

По камням потекли мутные ручейки. Они переливались через край парапета, оставляя за собой лишь груды костей. Через несколько минут крыша очистилась настолько, что стали видны её плиты.

И посреди небольшого слизевого озерца обнаружился Ингвар.

Я полез к нему, едва не навернувшись на скользком камне.

Старик лежал на боку, весь залитый кровью. Борода превратилась в бурый слипшийся ком. На одежде зияли длинные разрезы, крови под ним натекла приличная лужа. Я присел рядом, нашёл на шее пульс.

Шайя тоже подошла к старику. Вся в серой жиже, шерсть слиплась, на боку несколько глубоких порезов. Ликана прихрамывала, но вроде ранения не критичные.

Шор молча стоял, сложив руки на груди и раздув капюшон до предела.

Есть.

— Живой! — я выдохнул, а Шор совершил свой фокус с капюшоном.

Шайя опустилась рядом, провела когтями по разрезанной одежде, принюхалась.

— Кр-рови потер-рял много. Очень много. Но р-реген р-работает.

Раны действительно выглядели странно. Там, где когти должны были распороть бок чуть ли не до костей, остались толстые красные рубцы.

— Регенерация?

— Да. Аскор-р. Плюс зелье успел выпить, — она пошевелила ноздрями.

Похоже, выжили мы всё-таки все.

— Надо его перенести. И раны обработать всё же. Регенерация регенерацией, а воспаления никто не отменял.

— Отнеси к посоху. Я займусь, — Шайя кивнула в сторону центра площадки.

Наш солнечный жрец лежал возле монолита там, куда его оттащила Айвена. Он редко и сипло дышал. Уже достижение. Кровь на лице подсохла, но выглядел Проф так, будто Владыка сперва одолжил ему кусочек своего могущества, а потом взыскал проценты прямо вместе с остатком жизненных сил.

Я оглядел остатки моей «победоносной армии».

Проф — без сознания. Ингвар — без сознания и потерял хренову прорву крови. Айвена держалась за Кусаку обеими руками и выглядела так, словно хороший порыв ветра унесёт её с башни. Шайя прихрамывала и была изрядно порезана. Мы с Шором ещё стояли на ногах, хотя лично мне хотелось лечь прямо здесь и желательно надавить на массу денька так на три.

Морт не считается. Этот паразит кружил в небесной выси. Оттуда доносились его хриплые торжествующие крики. Кажется, он затеял срач с одним из «подписчиков» потока. Хорошо быть им. Ни мозгов, ни совести.

— Так, господа победители. Возникает простой вопрос. Мы здесь лагерь разбиваем или пытаемся тащить двух лежачих и двух почти лежачих обратно к Кузьмичу?

***

По итогу мы остались. Я снял доспехи, наконец избавившись от персонального гриля. Вся одежда и поддоспешник выглядели так, будто я в них Байкал переплыл.

— Вот теперь жить можно, — я бодро хлопнул себя по груди, выбивая веер брызг.

Жить, правда, хотелось в основном лёжа.

Прилипая к поверхности, я подошёл к парапету. Башня после подъёма оказалась достаточно высокой. Метров восемь. Она всё ещё была завалена землёй, как и весь двор под ней, но стены вознеслись над холмом, в котором раньше сидела эта «зомби-фабрика», ещё метров на десять. Лепота! Пока мы рубились, как-то не до пейзажей было. Но, как в том анекдоте, есть нюансы. Гладкая поверхность, зацепиться не за что. Разве что к Кусаке верёвку привязать. Шайя ещё с когтями своими может и сползёт. Технически не страшно, но вот спускать отсюда раненых… Ладно, уже решили остаться пока. Пора приниматься за работу.

Мы с Шором зачистили площадку. Отправили кости вниз, к их обгоревшим товарищам. Серая слизь засохла, покрыв вершину башни неприятной слизистой плёнкой, которую нам пока нечем было счистить. Совковую лопату я в кольцо положить не додумался.

Кости, кстати, оказались не металлическими. Лёгкие. Гладкие. На сколе белые, слоистые. Больше всего это напоминало какой-то особо прочный пластик.

— Живой металл в домнах закончился, — констатировал я, сгребая очередную кучу вниз.

Шайя с Айвеной хлопотали над нашими бессознанцами.

Начали с Ингвара. Он лежал на расстеленном одеяле. Шайя безжалостно разрезала одежду и тоже скинула вниз. Смотреть там уже особо было не на что: страшные на первый взгляд разрезы затянулись толстыми багровыми рубцами. Но в себя старик не приходил, часто и неглубоко дышал и дрожал мелкой дрожью. Лицо посерело, губы побелели. А переливание крови, я так понимаю, здесь не изобрели. Там ещё совместимость же… Короче, это надолго.

Шайя обработала рубцы какой-то вонючей пастой и замотала раны старика бинтами. Наш штатный ветеринар!

Проф выглядел не лучше, хотя дырок в нём не было. Дыхание слабое, пульс частый. Кровь из носа, ушей и глаз уже не шла. Шайя долго его ощупывала, заглянула под веки, послушала грудь и в итоге вынесла диагноз:

— Много сил потер-рял. Владыка отпустит. Нужен восстанавливающий отвар-р. Др-рова у тебя есть, Илья? Я свар-рю. Если нет нужен пр-росто отдых. Тоже поможет.

Ну, здесь вроде ничего страшного. Просто наш солнечный артиллерист выжал «батарейку» в ноль.

Дрова у меня были. В развалинах с топливом швах, так что о запасе позаботился. Я молча вывалил из кольца целую поленницу.

Достал из кольца спальники. Над пострадальцами соорудили тент — света Владыки сегодня Профу уже явно досталось с избытком.

Шайя, пока мы обустраивали бессознательную часть команды, занялась собой. Её несколько раз зацепили, не смертельно, но неприятно. Она буквально вылизывала шерсть вокруг ран, получила от меня замечание насчёт санитарии, обгавкала меня по-ликански и всё-таки позволила Айвене сперва промыть раны.

Я легонько тронул альву за плечо:

— Ты бы сама тоже отдохнула. Выглядишь — краше в гроб кладут.

— Я быстро восстановлюсь. Это всё Кусака. Он взял часть моей жизни, чтобы активировать это… сооружение. К счастью, у альвов свои отношения со старостью. Хотя ощущения, конечно, поганые.

Шор традиционно оказался практически цел. Кто-то из тварей всё же прорвался к нему и вырвал несколько пластин его суперкрасивой брони. Но Шор уже сложил её в кубик и убрал в рюкзак-лечилку. Самовосстанавливающиеся доспехи. Я вспомнил его слова о стоимости живого металла и снова задумался над тем, кто он такой. Для «простого» наёмника он был слишком круто упакован. Его оборудование тянуло на десятки тысяч золотых нумов. Очевидно, что мои жалкие серебрушки ему на болт не упали! Как обычно, я не стал ни о чём его спрашивать. Сам скажет, когда время придёт. Если придёт.

Мы приготовили отвары, напоили раненых, затем я сготовил еду. После… второго обеда, наверное, стало сильно повеселее. Настолько, что захотелось оценить перспективы нашей новой недвижимости. Да, мысленно я уже записал «Пентагон» в свой актив.

— Надо придумать какой-то подъёмник, что ли, — обратился я к остальным. — Сходить, осмотреть здесь всё. Непонятно, как внутрь попадать. Дырки, из которых зомбаки лезли, кажется, закрылись. А парадного подъезда я что-то не наблюдаю.

Айвена вымученно улыбнулась.

— Мы можем попасть внутрь прямо отсюда. Кусака откроет проход.

Уважаемые читатели. Если вам нравится цикл, прошу потратить немного времени и оставить комментарий под первым томом https://author.today/work/631348

Глава 2. Внутри

Ингвар очнулся через час.

Спальник зашевелился, из него высунулась рука и пошарила вокруг. Не найдя искомого, старик приоткрыл один глаз.

— Воды, мать вашу. Во рту как медведь насрал, — голос слабый и хриплый.

Шайя подскочила к старику. Вообще ликана Ингвара явно уважала. Как будто чуяла что-то. Подсунула ему под затылок руку и поднесла флягу с охлаждённым бульоном. Ингвар сделал несколько жадных глотков, закашлялся, забрал флягу у Шайи и сел, опершись спиной на монолит:

— Спасибо, девонька. То, что надо сейчас.

— Не тор-ропись, стар-рик. Ты потер-рял много кр-рови.

— Да уж, — Ингвар выхлебал флягу в несколько крупных глотков. — Как будто кровищу выпили, а обратно нассали, запаси меня хомяк.

Порядок. Пациент скорее жив, чем мёртв. Присказки дурацкие вон бормочет.

— А чего случилось-то? Последнее помню — в меня двое вцепились. Я выдрался, зелье намахнул. Потом… — он нахмурился. — Потом сверху кто-то свалился. Или я свалился?

— Ты свалился, — просветил его я. — Нашли тебя под кучей зомбаков. Потерял крови столько, что ею можно было машину бизнес-класса покрасить. Аскор с зельем тебя вытянули.

Вкратце пересказал Ингвару, чем закончилось Мамаево побоище. Про Кусаку, режим промышленной утилизации трупов и наше решение остаться до утра. Ингвар выслушал, пару раз крякнул, потом прикрыл глаза и, кажется, уснул под мои боевые байки.

Проф никаких признаков возвращения в мир живых пока не подавал. Дышал, иногда шевелил губами. Видимо, продолжал общаться с начальством по закрытому каналу. Или просто сны диалоговые смотрел.

Ингвар проснулся второй раз проснулся заметно бодрее и самостоятельно добрался до отхожего места, которое было по краям башни в стиле: «Для вас — везде».

Проф пришёл в себя с последними лучами света. Как будто и вправду «Владыка отпустил». Кряхтя, поднялся на ноги и мутным взглядом оглядел честную компанию.

— Мне снилось, что всё это мне приснилось, — не очень понятно сообщил он, с недоверием оглядывая свой замызганный балахон. — Что я на зоне, побудка, вертухаи… Простите мой сленг, друзья.

После этого вопрос с дальнейшей экспедицией решился сам собой. Ингвар с Профом остаются наверху. Потому что оба ещё сутки будут изображать из себя пенсионеров на курорте.

Морт попытался загаситься и бодро вызвался охранять раненых. Исключительно из человеколюбия, а как же.

— Гля чо, я тут за дедуганами нашими присмотрю, летать-охранять. А вы там лазайте по подземельям, ищите приключения на жопы. Если вас сожрут, назад не возвращайтесь, гля чо!

— А как же поток? Слава? Нумы? Там же такую картинку дать можно! Кто их видел изнутри, некросовские закопушки? — поддел его я.

Морт задумался, даже заткнулся на время. Видимо, пытался обнаружить подвох в моих словах.

— Гля чо, торчок наш дело говорит! Но тама коридоры узкие, летать-убегать. Вдруг чё…

— Да мы всех порвём! Ты же боевой ксар, — продолжал нагнетать я.

— Я не только боевой ксар, но и три-четыре килограмма высокоусвояемой биосубстанции, — не повёлся Морт на мою подначку. — Но што поделать. Присмотрю за вами, телепнями. А то вы ж даже жопу свою без карты не найдёте, бродить-исследовать.

— Идите уже, исследователи. Я отсюдова никуда не денусь, — Ингвар демонстративно потёр поясницу. — Если полезет кто — спрячусь за жрецом.

Проф улыбнулся и расправил хилые плечи, демонстрируя максимальную ширину укрытия.

Я со стоном натянул доспехи. После вчерашнего персонального филиала крематория перспектива снова залезать в эту пыточную камеру совершенно не вдохновляла. Но перспектива остаться без руки или валяться в коридоре со вскрытой грудной клеткой — тоже такое себе удовольствие.

Кусака по-прежнему торчал в чёрном камне.

— Ну что, хранитель ключей, врат и дверей, ушастый. Обещала вход — показывай.

Айвена подошла к посоху и положила обе ладони на стальное древко. Несколько мгновений ничего не происходило. Потом металлический череп открыл глаза. Айвена резко повернула Кусаку на четверть оборота.

Изумрудные символы мигнули на чёрной поверхности монолита. Пол под ногами слегка дрогнул.

Я приготовился к очередному подъёму замка, провалу башни в ад, новому нашествию зомби или какой-нибудь другой традиционной подлянке от Межмирья. Но в этот раз всё было цивильно.

Каменная поверхность недалеко от монолита покрылась теми же символами. А затем здоровенный кусок площадки приподнялся и отъехал в сторону, открыв нам вид на винтовую лестницу, уходящую в темноту. Изнутри пахнуло холодом.

Айвена легко вытащила Кусаку из монолита.

Я подошёл к краю. Достал «вечный фонарь», который заказал у местных мастеров. Пристроил его на голову и застегнул кожаный ремешок.

— Ну что, господа исследователи, — преувеличенно бодро произнёс я. — Кто-нибудь взял с собой бутерброды? У меня ощущение, что прогулка будет долгой.

Свет выхватил из темноты несколько ступеней, кусок стены и задницу Шайи. Ликана уже умудрилась обогнать меня и теперь быстро спускалась, едва касаясь ступеней лапами.

— Шайя, далеко не убегай. Хрен знает, что здесь живёт, — выстрелил я начальственной инвективой в лохматую спину.

Она коротко рыкнула — наверное, ликанское «без сопливых гололёд», — и скрылась за очередным витком лестницы. Беспокойная задница.

Зато Морт демонстрировал просто чудеса дисциплинированности. Ксар кружил прямо над моей головой, почти сев мне на фонарь. Ссыкло, блин, ушастое.

— Ты бы ещё на плечо мне сел, гля чо. Как пиратский попугай.

— Будет надо — сяду, гля чо. Я тебя с воздуха прикрываю. Тактически выгодная позиция, летать-воевать. И вааще. Ты чо мои «гля чо» воруешь? А проценты?

— В тебе точно крови цвергов нет, а, упырь?

Морт в ответ просто клацнул зубами возле моего уха.

***

Света внутри башни не было. Иногда на стенах и странных устройствах проступали зеленоватые или голубые пиктограммы. Они тускло светились, едва освещая пространство вокруг себя, и окружающий мрак от этого казался только гуще. Хрен знает, почему так. Скорее всего, местные обитатели в свете просто не нуждались. Наши фонари вырывали из темноты отдельные куски внутренностей башни, не позволяя увидеть картину целиком.

Первый ярус мы миновали почти не задерживаясь. Лестница шла посередине огромного зала, в котором было пусто, как в карманах пьяницы.

На втором стало интереснее. Я даже посветил фонарём по сторонам.

Этаж был заставлен… ну, допустим, оборудованием. Луч высветил конструкцию размером с автомобильный двигатель. Только двигатель явно собирал безумный цверг после недельного запоя. Чёрные металлические дуги охватывали несколько мутных кристаллов, между которыми тянулись тонкие трубочки. По трубкам медленно ползла голубоватая жидкость. В глубине конструкции что-то равномерно гудело.

Ни проводов, ни шестерёнок. Зато полудрагоценных камней — как на витрине ювелирки.

И таких странных гудящих или тускло светящихся штук здесь было до фига.

Часть этажей занимали здоровенные залы, заставленные техникой. Или магическими механизмами. Или некросовскими аналогами посудомоек — хрен их разберёт. Медные на вид трубки входили прямо в стены. В стеклянных колбах лениво перекатывалась густая опалесцирующая дрянь. Вокруг оборудования плавали серебристые шарики, будто собаки, обнюхивающие перспективный угол. Над одной конструкцией висело золотое кольцо из мелких красных камней. Просто висело. Без всяких креплений. Вращалось и тихо звенело. Внутри какие-то жилы, штуки, напоминающие жучков, и прочая непонятная красота.

— Натуральный серверный шкаф на мане. Только сисадмина не хватает.

— Боюсь, местные сисадмины нам не понравятся, — заметил Шор. — Они, скорее всего, не любят, когда в серверную приходят незваные гости.

Мы продолжили спуск. Девять этажей. Каждый выглядел немного не так, как остальные, но общее впечатление у меня сложилось: мы забрались внутрь огромной машины, устройство которой понимали примерно как мартышка разбирается в устройстве атомной станции.

При этом машина явно работала.

Гудела. Жужжала. Светилась и пульсировала. Жидкости текли и булькали. Прожилки переливались, камни мерцали. В глубине залов периодически раздавались щелчки, словно там переключались огромные реле.

Затем мы наткнулись на «сисадминов». На одном из нижних ярусов обнаружился вскрытый шкаф. На нём ничего не светилось, все элементы устройства выглядели мёртвыми.

Внутри шкафа копошилась давешняя мокрица.

— Понятно. Сервисная служба, ипатий. И копец, и машинки чинец, и на дуде игрец.

Мокрица резко развернулась ко мне. Пиктограммы на панцире запульсировали.

— Кажись, гарантия закончилась… — я не успел договорить.

Тварь рванула ко мне. Но я, как юный пионер, всегда готов. У меня даже галстук где-то в шкафу лежит. Дома. На Земле.

Бац. Бац. Хлюп.

— Стрёмная мерзость, — я стряхнул с булавы серую слизь. — Щас мы ремонтную бригаду перебьём, и всё здесь развалится. Нельзя как-то их отгонять, Айвена?

Айвена посмотрела на Кусаку.

— Мы пока не хозяева, Илия. Кусаку они боятся. Это символ власти высшего. Но боятся — и только. Я могу расширить радиус круга отчуждения. Но тогда они просто будут плестись следом.

— Ну, не жили хорошо, нехрен и начинать. Предлагаю двигаться дальше.

Лестница наконец закончилась на десятом по счету, подземном, судя по всему, этаже.

Я спрыгнул с последней ступеньки и остановился.

Здесь архитектура изменилась полностью.

Никаких колб, трубок и гудящих конструкций. Перед нами лежал широкий пятиугольный зал из чёрного камня. Потолок — я посветил — метра три в высоту. От зала в разные стороны расходились пять одинаковых широченных коридоров, только чуть ниже потолка помещения. Над каждым тускло светилась своя комбинация зеленоватых пиктограмм.

А прямо напротив лестницы находился дальнейший путь вниз. Пандус шириной метров пять уходил под пол под небольшим углом и заканчивался массивной металлической дверью. Ни ручки, ни замка. Только здоровенная плита и сложный рисунок из символов по косяку.

— Предлагаю сперва осмотреть один из коридоров. Полагаю, он ведёт в угловую башню, — рассеял я вековую, кажется, тишину этого места. — Надо понять, можно ли эти коридоры хоть как-то заблокировать.

***

Мы шлялись по мрачным переходам замка ещё часа полтора. Очень быстро выяснилось, что некросы не страдали любовью к архитектурным излишествам. Прямые коридоры. Прямоугольные помещения. Одинаковые двери, одинаковые светящиеся пиктограммы. Всё строго, функционально и уныло. Заблудиться сложно, если не считать того, что через полчаса я перестал понимать, видел уже конкретно этот коридор или нет.

Редкие «мокрицы»-ремонтники действительно плелись за нами. Не приближались метров на десять к Кусаке, но упорно семенили следом, постепенно собираясь в маленькую процессию. Правда, стоило отойти подальше от места их работы, как очередной «ремонтник» останавливался, некоторое время смотрел вслед, а затем разворачивался и отправлялся обратно. Видимо, служебная инструкция требовала сперва чинить замок и только потом жрать посетителей.

Изредка нам попадались зомби. Они брели нам навстречу, ковыляя по одному, редко парами. Какие-то недопечённые, что ли. Без масок, без накладок с шипами на лапы. У одного отвратная харя сформировалась только наполовину. Ещё у одного левая рука заканчивалась чуть ниже локтя, из плоти торчал белёсый кусок кости.

Мы с Шором их просто сносили, не замечая.

Ещё троих нашли дальше. Эти уже выглядели получше, зато двигались как паралитики. Один попытался прыгнуть, споткнулся о собственную ногу и получил от меня Погибелью в жбан.

На этом героическое сопротивление местного гарнизона и закончилось.

Но не сам гарнизон. Вдоль стен внутренних коридоров башни тянулись ряды горизонтальных саркофагов с прозрачными крышками. Их было реально до хренища. Во всём комплексе, наверное, десятки тысяч. Эти штуки стояли в несколько ярусов, уходя вверх почти до потолка и довольно плотно друг к другу. Иногда странные некросовские машины делили эту фабрику мёртвых на некое подобие отдельных секторов.

Большинство саркофагов были мёртвыми. Сломаны или отключены. Затемнённые крышки, погасшие символы, местами на них были видны трещины, покрытые неприятными потёками, и прочие следы разрушения.

Но примерно в одном из десяти-двадцати шла работа.

За мутной полупрозрачной стенкой ворочалась бесформенная серая масса, из которой постепенно проступали черты «наблюдателя». Это было ещё далеко от готового зомби. Тело будто висело над днищем саркофага, поворачиваясь, как кура на гриле. А вокруг него двигались тонкие костлявые руки. Белые, суставчатые, больше похожие на детали какого-то промышленного манипулятора. Зеленоватыми вспышками плоти придавалась знакомая форма. Руки резали, тянули через серое мясо блестящие нити, вставляли какие-то кривые штуки внутрь раскрытой грудной клетки.

Недалеко другой саркофаг точно так же собирал «мокрицу».

— А вот и фабрика, — пробормотал я. — Интересно, насколько быстро они штампуют пополнение?

— Судя по всему, — Шор окинул взглядом «производственный процесс», — этому ещё денёк «выпекаться». И непонятно, сколько займёт загрузка управляющих программ… Что? У нас есть похожие производства андроидов, если аналогия уместна.

Не очень вдохновляюще. Ну хоть на нас не вывалится новая тысяча тварей разом. Видимо, в «битве на крыше» мы положили действительно весь уже наштампованный «фабрикой» контингент.

Мы прошли вдоль бесконечных рядов этой производственной линии. Мимо чёрных, мёртвых ящиков, в некоторых лениво ковырялись «ремонтники». Я видел замершие посреди работы костлявые манипуляторы, продолжавшие сжимать половину ноги. Жидкость из саркофага давно вытекла, оставив внутри высохшую серую мумию с зачатками когтей.

Машина некросов работала. Но работала примерно как «Жигули» после тридцати лет хранения в «холодном гараже».

В нескольких местах от основного уровня вниз, в сторону центра замка, отходили широкие наклонные тоннели. Свет фонаря выхватывал рельсы или направляющие, какие-то жёлоба, толстые трубы. Всё это проникало куда-то ещё глубже под землю. Туда мы пока не пошли. Эти коридоры, в отличие от центральных, заросли пылью и чем-то вроде тонкой белёсой плесени. Иногда встречались лестницы, ведущие наверх, внутрь стен. Их мы тоже оставили на «потом». Мы и так увидели достаточно.

— Если ничего не предпринять, — я обвёл взглядом уходящие вдаль ряды, — вчерашняя орда нам покажется шайкой малолетних хулиганов. Это… впечатляет, ипатий. Аж до печёнок пробирает.

— Я тебе говорила, Илия. Хотя… — альва огляделась почти с благоговением. — Даже я не представляла масштаба комплекса. Это действительно потрясает и пугает одновременно.

Шор одобрительно проскрипел. Он вообще всю дорогу молчал.

Что-то сдохло: ксар молчит, альва говорит, что ей страшно.

Наконец коридор привёл нас ко второй из угловых башен. Получалось, мы прошли только одну сторону пятиугольника. Примерно пятую часть подземного комплекса.

Я посмотрел в уходящий дальше проход. Потом назад.

Те же стены. Те же пиктограммы. Те же помещения. Где-то там впереди ещё одна башня, затем ещё один коридор, за ней ещё одна башня…

— Всё. Археологический зуд почёсан, я считаю. Дальше не пойдём. Если строители так же последовательны, там всё то же самое.

Возражений не последовало.

***

Обратно мы добрались по прямому коридору из второй башни. Шли быстрым шагом, наша с Шором поступь отдавалась эхом от чёрных стен. Даже Шайя перестала совать нос во все ответвления. Морт, наоборот, немного осмелел и временами улетал вперёд метров на двадцать. И даже, кажется, поток запустил. Освоился наш репортёр.

Когда мы вернулись в пятиугольный зал, я уже мечтал исключительно о еде, воде, а скорее — водке. И это при том, что я не пью.

Айвена остановилась в центре помещения.

— Подождите. Я поговорю со стенами.

Она подошла к стене, левой рукой начала водить над украшающими боковую арку символами, а правой следом вела Кусаку, как диковинный сканер. Глаза посоха мерцали тусклыми гнилушками.

Затем альва последовательно ткнула черепом в несколько пиктограмм. Раздался скрежет.

Где-то внутри стены послышался звук движения и как будто переливающейся жидкости. Пахнуло формалином.

С потолка начала опускаться здоровенная чёрная плита, перекрывая проход.

— Отлично проделано! Я так понимаю, без вот этой палки на кнопки жать бесполезно? — я покрутил головой, шея уже изрядно затекла.

Айвена кивнула и направилась к следующему тоннелю.

Плита рухнула на пол с тяжёлым ударом, полностью отрезав коридор.

— Есть гарантия, что это не откроют с той стороны, альв… Айвена? — сухо поинтересовался Шор.

— Если там нет высшего с таким же символом власти, как Кусака, то никто не откроет… Шор, — не менее холодно ответила Айвена, повторяя процедуру.

Вторая плита рухнула вниз. Пол едва вздрогнул.

Шор поиграл складками капюшона, но в дальнейшую дискуссию не полез.

НИКТО НЕ ОТКРОЕТ... ШОР

Когда альва закончила, стало можно не опасаться, что, пока мы шаримся внизу, из какого-нибудь саркофага выползет свеженький зомбак, найдёт лестницу и придёт знакомиться с Ингваром. Хотя… они и по стенам нормально ползают. Ладно, со свежими Ингвар с Профом разберутся без проблем.

Айвена направилась к двери.

Она медленно провела Кусакой вдоль рисунка на косяке. Зелёные глаза металлического черепа то разгорались, то снова тускнели. Альва замерла, прикрыла глаза и несколько секунд стояла совершенно неподвижно. Затем открыла глаза.

— За этой дверью находится сердце комплекса. Кусака хочет туда попасть. Так что дверь мы откроем. А я вот не уверена, что нам туда нужно.

Я посмотрел на массивную блестящую в лучах фонарей створку.

— А какие варианты, Айвена, красотка? Оставить всё как есть мы не можем. Ресурсы новые нам взять неоткуда. Знания тоже. Постоять здесь и на цыпочках удалиться восвояси — тоже вариант такое себе. Мы ещё не нашли шахту лифта, в которую следует долбануть ракетой.

— Я предлагаю хотя бы дождаться, когда восстановится Проф. Его связь с Владыкой может помочь.

Справедливо.

— Хорошо. Двери мы заблокировали. Возвращаемся на крышу. Завтра продолжим нашу экспедицию.

Глава 3. Старый знакомый

Путь наверх оказался значительно хуже спуска.

Десять этажей в драконьем доспехе — это, оказывается, до хрена даже для богатыря-тяжеловеса. Вниз Илья Николаевич ещё бодро топал, пользуясь помощью силы тяжести. Теперь же приходилось тащить двадцать килограммов легендарной брони на собственном горбу. Уже после третьего этажа я начал искренне проклинать Верминуарда, драконов вообще и конкретно того кузнеца, который решил, что вентиляция и снижение веса изделия — удел слабаков.

Шор шёл рядом и даже не запыхался. Гад чешуйчатый.

Шайя легко бежала чуть впереди, скорее по привычке, чем по большой надобности.

Морт вообще, убедившись, что опасности нет, отстал от нас, облетая этажи. Откуда-то из-за нагромождения некросовского оборудования иногда доносились его хриплые вопли:

— Эксклюзивный материал! Платите нумы за доступ, неудачники, или никогда такого больше не увидите, зырить-пырить!

Айвена обогнала меня, хотя и выглядела уставшей.

Короче, на крышу я вылез последним.

Выдохнул. Старики никуда не делись, никто их не сожрал, и даже выглядели они получше. Ингвар сидел возле парапета и что-то жевал. Проф бессовестно дрых.

Приятно иногда возвращаться и обнаруживать, что за время твоего отсутствия никто не умер.

Я добрёл до спальника и начал освобождаться от доспеха.

— Ну чего, паря? Нашли свой рубильник? Судя по тому, что мы с Профом ещё не улетели в Рубежное вместе с осколками здания, пока нет.

— Нашли дверь к рубильнику. Наверное. А ещё нашли фабрику размером с небольшой промышленный район. Десятки тысяч саркофагов. Большая часть не работает, но остальные потихоньку клепают новых красавцев. Если оставить всё как есть, через какое-то время здесь станет очень тесно. Утром всё расскажу. Завтра идём на место, берём Профа с собой. Если он на ногах держаться будет.

— Я тоже иду. Стрелять я могу. В ближний бой постараюсь не лезть. Сейчас перед сном выпью пару зелий Рады и завтра буду огурец-молодец, укуси меня комар.

Ну, нашим легче. Если за дверью действительно находится «сердце» этой фабрики, лучше иметь под рукой весь доступный набор средств для нанесения пользы и причинения добра.

Доели остатки ужина. Шайя ещё раз обнюхала наших пенсионеров и осталась довольна.

На небе проступил Знак. Под башней не было ни огонька. Только кое-где от символов на стенах исходило слабое голубовато-зелёное свечение.

Насчёт дежурства всё решилось просто. Айвена воткнула посох обратно в монолит, закрыла проход и заявила:

— Вот он, наш сегодняшний дежурный. Разбудит всех, если что-то зашевелится в радиусе двухсот метров.

После закрытия внутренних коридоров и истребления местного активного населения, нападения мы особо не ждали. Так что никто не вызвался стоять на страже.

Я залез в спальник.

Усталость навалилась сразу. Всё-таки сначала случилось грандиозное порево, потом десять этажей вниз, хрен знает сколько километров по подземельям и те же десять этажей обратно. Организм требовал прекратить издевательства и дать ему спокойно полежать хотя бы часов восемь.

Отключился я почти мгновенно.

***

И так же мгновенно проснулся. Открыл глаза и несколько секунд смотрел в чёрное небо.

Тихо.

Рядом сопели соратники, Шайя поскуливала во сне и дёргала лапами. Никто меня не трогал.

Но проснулся я, словно кто-то меня позвал. Я огляделся.

У углей костра, на котором мы готовили свой поздний ужин, сидела тёмная сгорбленная фигура. Лёгкое движение — языки пламени взвились вверх, озаряя старого знакомого.

Демон припёрся.

Посох в монолите мерцал зелёным, но никак на вторженца не реагировал.

— А меня здесь нет, — словно уловив мой взгляд в сторону нашего горе-сторожа, заявил Хидимба. — Это проекция. Я решил, что нашему разговору не нужны свидетели. Подсаживайся, Илья, к огоньку, гостем будешь.

— У себя на башне я ещё у тебя гостем не был. Чего надо, отрыжка бездны? — вспомнил я нашего общего знакомого.

Я выбрался из спальника. Остальные вроде продолжали дрыхнуть. Подошёл к костру, но садиться не стал. Хидимба выглядел сегодня всё тем же смазливым красавчиком. Только глаза в отблесках пламени отливали нехорошей багровой краснотой.

— Далеко ты забрался, Муромец. Я даже немного впечатлён. Из подворотни Ярмарки — в самое сердце Чёрного замка. А ведь времени прошло всего ничего. Чёрный замок, конечно, ещё не подчинился, но…

— Ты меня разбудил посреди ночи, чтобы сообщить, какой я охренительный? Спасибо. Польщён. Свободен.

— Вечно ты торопишься, — демон сегодня был необычно серьёзен. — Вот это, кстати, одна из твоих проблем. Я пришёл, чтобы рассказать одну полезную историю и дать хороший совет. Абсолютно безвозмездно, то есть даром. Цени момент, Муромец.

— У меня нет желания выслушивать твои байки и советы. Но и выбора у меня особо нет, я уже всё равно не сплю.

Кстати, я только заметил, что усталости как не бывало. Я снова был полон сил и совершенно не чувствовал себя невыспавшимся.

Хидимба негромко рассмеялся и выпрямился. Алое пламя беззвучно плясало на остатках углей, хотя там гореть-то было уже нечему.

— Буду краток, ты такой раздражительный, как барышня, — в голос демона вернулись ехидные нотки. — Ты никогда не задумывался, что делал в этой дыре «невинно убиенный» тобой шри Ананта? Маг его уровня. Башня. И вдруг Рубежное. Прыщ на заднице Межмирья, где самое значительное событие за последние сто оборотов — столетний дед умер или особенно жирного костерога поймали.

— Допустим, задумывался. Я много над какой хернёй задумываюсь. Но знаю я маловато для раздумий. Сейчас ты меня просветишь, я так понял?

Хидимба кивнул.

— Его сюда прислали. Есть одна… организация. Назовём её сектой, чтобы твоему примитивному разуму было проще. Очень старая. Очень могущественная. И очень заинтересованная в одном древнем пророчестве. Ананта должен был сидеть здесь и смотреть, не появится ли в Рубежном определённый человек. Почему Рубежное? Ну, ты сам видишь, — он обвёл рукой утонувшие во тьме развалины и замок.

— И внезапно появился я. Какая, ипатий, неожиданность. И в чём-то мои похождения совпали с мутными древними стихами. Банально, Хидимба. Я много книжек читал, где этот троп используют.

— О как заговорил. А то всё «херня», «я большой, сильный боец, моя твоя щас пасть порви и труба шатай». Троп. Ну да. А ты ещё не понял, как здесь всё работает? Продолжу. Покойный ныне магик довольно быстро понял, кто забрёл в Рубежное на огонёк нестабильного портала. Только вот хозяев своих уведомлять не стал. Амбициозный был старичок. Что его и погубило. Очень удобно для тебя получилось.

— Но? Должно быть «но», иначе зачем мне вся эта ночная сказка? — я всё же подкинул в пламя полено.

Огонь жадно вцепился в пищу.

— Если бы Ананта исправно доложил куда следует, мы бы сейчас с тобой не разговаривали. Возможно, ты бы вообще ни с кем уже не разговаривал. Ты получил отсрочку. Но тайное всегда становится явным. Скоро сюда прибудут люди выяснить, почему их наблюдатель перестал выходить на связь. Серьёзные люди. Посмотрят на пустую башню, поговорят с местными, зададут несколько правильных вопросов…

— То есть вскоре мне предъявят счёт за Ананту его дружки? Ну пусть приходят твои «серьёзные люди». И не таким тыквы разхреначивали.

— Несомненно. На этом моя «ночная байка» закончена. Остался совет.

Я почесал бороду. Новости, конечно, замечательные. Конфликта с могущественной сраной сектой магов мне для полного счастья и не хватало. Ладно, прорвёмся. Предупреждён — вооружён.

— А теперь совет. Завтра вы снова полезете вниз. Ни одна дверь здесь перед вами не устоит. Совет же таков. Ничего. Не. Ломай. У тебя есть замечательная привычка решать непонятные проблемы тяжёлым тупым предметом. Кулаком, булавой, всем Муромцем… Завтра от неё лучше отказаться. Ты находишься внутри древнего комплекса, назначения которого не понимаешь. У тебя под рукой есть альва с посохом некроса. Пусть сначала разберётся она. Посмотрит, послушает свою железку, поговорит со стенами. А ты постой рядом и хотя бы несколько минут побудь разумным существом.

Ну охренеть теперь! Ишь волонтёр-доброхот у нас какой выискался.

— Хидимба, не пойти ли тебе нахрен со своими советами. Ты начинаешь меня злить!

Красные глаза мигнули, отразив отблески пламени.

— Муромец, твоя паранойя когда-нибудь тебя погубит. Это хороший совет, поверь. Я заинтересован в твоём выживании. Ты знаешь, на чём построен этот замок? Узнаешь со временем. Нет, если хочешь получить воронку в лигу диаметром посреди развалин, не слушай меня. Делай, как обычно. Круши-ломай…

— Изыди, демон, — слова прозвучали у меня за спиной.

Я обернулся.

Проф стоял позади меня, опираясь на посох. Выглядел наш жрец слегка помятым, но глаза были совершенно ясными.

— Изыди, нечистая тварь. Оставь Илью. Какие бы цели ты ни преследовал, здесь тебе не место.

Хидимба несколько мгновений смотрел на него. Потом запрокинул голову и расхохотался.

— Нечистая тварь! Как мило. Старик, твой Владыка мне не указ. Ты вообще не понимаешь, кто перед тобой, кому я служу и зачем нахожусь здесь. Тем более что меня во плоти здесь и нет. Отдыхай. Сегодня ты и так взял у своего светила больше, чем способен унести.

Вокруг пальцев Профа появился слабый золотистый свет. Хидимба даже не пошевелился. Только лениво ухмыльнулся.

— Зато я знаю, гля чо, — теперь голос раздался сверху. — Я знаю, кто ты. Знаю, чей ты слуга. И имя твоё истинное знаю, гля. Я тебя предупреждал уже: не лезь к Илье. Он без твоих советов отлично умеет находить неприятности. Сам разберётся. Третьего предупреждения не будет, гля!

Морт медленно опустился к нам из темноты. Он не орал, не гримасничал. Его серая морда выглядела непривычно серьёзной.

Хидимба перестал улыбаться.

Ксар завис между нами. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Мне отчего-то стало очень неуютно. От демона хлынула ощутимая волна жара. Тут же сбитая исходящим от ксара холодом. Даже плиты вокруг этих двоих покрылись инеем.

Наконец Хидимба снова улыбнулся.

— Конечно-конечно. Разберётесь сами. Всё, что хотел, я уже сказал.

Его фигура начала темнеть, растворяясь в тенях, отбрасываемых костром. Огонь, до того освещавший мизансцену, погас. Из тени донеслось:

— Но совет запомни, Муромец. Завтра не торопись. Ничего не ломай, пока твоя альва не разберётся, что именно вы нашли.

Я посмотрел на пустое место у костра. Потом на Морта.

— Ну и что это было, ипатий? Вы меня достали все уже своими намеками и недомолвками! — во мне все еще кипела злость после разговора с демоном.

Советы он мне будет давать тварь тифозная. Весь такой таинственный!

— Ниче не было, Илья, гля чо, — ксар воровато огляделся. — Ушел проклятый супостат и хорошо, верно Илюшенька?

— Кто он, ты мне ведь не скажешь? — я слегка успокоился. — А вот кто ты? Тоже какой-нибудь демон? Ты точно не придурковатый гопник, каким прикидываешься, Морт. Кто. Ты. Такой? Я предельно серьезен!

— Хошь верь, хошь не верь, но я ксар, гля. Придурковатый гопник? Ну да, он самый, хамить-наезжать. Никакой не демон. Но меня много кто смотрит-пырит. Давно живу-поточу. Понимаешь? То, что на тебя не смотрит Солнцеликий, не значит что не смотрят другие владыки. Не к ночи они будут упомянуты, гля, — ксар широко оскалился. — А про то, кто такой Хидимба это, тьфу гля, вот имечко то выбрал, — это Илюшенька, информация серьезного ценового уровня. Ты со мной еще по предыдущему обещанию не рассчитался, медлить-тупить.

— Да и пошли вы все в пень, со своими загадками-байками-советами. Кроме вас, Проф. Я спать.

И честно выполнил данное обещание. Снилась мне какая-то муть, ревущие драконьи головы, бесконечные поля с блуждающими по ним бесплотными фигурами… Я почти ничего не запомнил.

***

Проснулся я под молитву Профа. Он негромко славил встающее из-за горизонта светило, которое я по-прежнему не видел.

После плотного завтрака я пересказал результаты нашей вчерашней археологической экспедиции. Про производственные линии, недоделанных зомбаков, ремонтников, пять перекрытых коридоров и массивную дверь в «сердце комплекса» изложил для Ингвара и Профа очень коротко. Повторять увиденное в подробностях не хотелось. При свете дня вчерашнее путешествие по недрам «зомби-пекарни» вспоминалось с содроганием.

Сборы не заняли много времени. Я снова упаковался в драконий доспех. Запас воды, еды и полезной мелочёвки, которая могла пригодиться в подземелье, был в кольце. Ингвар выглядел довольно бодро. Бледноват, правда, зато на ногах держался уверенно. Лук за спиной, топорик на поясе, колчан набит до отказа. Орёл-мужчина. Проф тоже ожил. После утренней молитвы на лицо вернулся румянец, в глазах снова появился привычный исследовательский интерес.

На этот раз вниз двинулись всей оравой. Знакомые уже десять этажей пролетели значительно быстрее. Зомби не было. Один «ремонтник» показался из-за оборудования, «увидел» Кусаку и уполз обратно. У этих ребят, кажется, здесь свои каналы для перемещения. Центральный зал был пуст и тёмен. Пять массивных плит по-прежнему перекрывали коридоры, пиктограммы над ними тускло мерцали. А металлическая дверь внизу пандуса ждала нас, поблёскивая в свете фонарей.

Мы сгрудились перед ней.

— Ну что, Айвена. Твой выход. Отворяй избушку. Проф, вчера мы решили без вас не лезть. Так что на вас с Владыкой больша-ая ответственность, — я улыбнулся.

Проф легонько стукнул посохом по камню.

— Мы с Владыкой постараемся оправдать оказанное доверие. Хочу предупредить, что связь с Владыкой здесь у меня слабая. Но чем смогу — помогу, Илья.

Айвена молча подошла к двери. Она сморщилась и закусила губу. Происходящее ей явно не нравилось. Зато Кусака оживился, если так можно сказать про стальную палку. Зелёные огни в глазницах полыхали — куда там вчерашнему костру! Металлический череп отбрасывал на стену уродливую тень. Альва провела посохом вдоль косяка, повторяя вчерашнюю процедуру. Символы вспыхивали один за другим. Где-то глубоко за стеной что-то тяжело сдвинулось. Дверь дрогнула. Затем медленно поползла вниз.

Из открывшегося прохода дохнуло холодом и запахом слежавшейся пыли. За дверью спуск некоторое время продолжался. Никаких труб, саркофагов, колб и висящей в воздухе некросовской требухи. Гладкие чёрные стены, редкие голубоватые символы. И толстый слой пыли на полу.

Кусака буквально рвался вперёд. Айвене приходилось удерживать посох обеими руками.

— Айвена, ты его контролируешь? Мне совсем не хочется тебя вырубать, я, знаешь ли, женщин не бью.

— Я контролирую. Вчерашнее не повторится, Илия. Мне тоже не нравится поведение Кусаки. Но ты сам сказал открыть эту дверь. Если что, я могу его… усыпить.

Она решительно двинулась вперёд. Я обогнал альву и оттёр плечом во второй ряд, Шор встал рядом со мной. Спуск оказался коротким. Метров через двадцать впереди появились ещё одни двери, на этот раз обычные. За ними открылся просторный круглый зал. Вот здесь уже были знакомые саркофаги. Вернее, как знакомые. Они были украшены серебром и драгоценными камнями. Поверхность была исписана боевыми сценами. Некросы побеждают альвов. Приносят в жертву людей. Воюют с «анубисами»…

А по центру зала стоял саркофаг, украшенный золотом. Крышка была откинута, и из саркофага поднялась знакомая фигура металлического скелета.

— Как мило, что вы принесли мой посох, — прошелестело со всех сторон. — В награду я даже дам вам возможность спасти свои жалкие биологические тела и души.

— Шёпот. Вот уж кого я не рад видеть снова, — я включил баклер. — Сейчас мы тебе твой посох в стальную задницу засунем!

Глава 4. Битва многих якодзун

Процесс засовывания посоха в «стальную задницу» сразу не задался.

Шёпот взлетел под потолок. А из ниш за серебряными саркофагами к нам рванули размытые силуэты, оставляющие зеленоватые послеобразы.

Я успел заметить четыре вспышки. В следующий миг передо мной стоял одетый в тяжёлую броню скелет. Ипатий! Тварь размазалась зелёной полосой и практически мгновенно преодолела метров пятнадцать.

Погибель только начала подниматься, как меня шатнуло от быстрого удара в бочину. Под вторую молниеносную атаку я на автомате поставил щит.

Я врезался плечом в стену, но проход в комнату удержал.

Ни хрена себе силушка у вражины! Нежданчик, однако!

Новые противники были, очевидно, кем-то вроде гвардии Шёпота.

Под два метра ростом. Металлическая тусклая броня из узких пластин, закрывающая грудь и конечности. На броне схематичная рёберная клетка. Металлическая маска-череп. Ни грамма псевдомышц. Фигуру окутывало чуть различимое зеленоватое свечение. В четырёхпалых руках — длинная глефа с одинаковыми изогнутыми лезвиями на обоих концах.

И двигался этот экспонат оружейной палаты чуть ли не быстрее Шайи.

Рядом лязгнул металл.

Шор отбил две молниеносные атаки своих противников. Однако напор сразу двух воинов-скелетов заставил дракса отойти на шаг. Впервые на моей памяти Шор отступил не потому, что сам этого захотел.

— Дверь! — рявкнул я, получая удар в жбан.

Как вам несокрушимые доспехи, падлы?

Шор и без меня всё понял. Мы одновременно встали в проходе. За нашей спиной уже голосили Проф с Айвеной.

Одновременно комнату заполнил шелест заклинания Шёпота.

Первый напор мы выдержали.

Треньк.

Мелькнула стрела.

Она вонзилась точно в глазницу маски одного из противников Шора. Наконечник вошёл полностью. По стальным доспехам побежали разряды молний. «Гвардеец кардинала» покачнулся, рванул в сторону, ударился о стену и рухнул на пол, конвульсивно подёргиваясь.

Глефа ударила справа, Погибель встретила древко. От столкновения руку прострелило до плеча. Я попытался сбить оружие противника кромкой щита, но гвардеец мгновенно провернул его и атаковал вторым концом. Лезвие полоснуло по наручу.

Я так долго не продержусь.

Ещё одна стрела. Третий гвардеец, который распределил свои атаки между мной и Шором, слегка наклонил голову, и стрела высекла искры из маски, не пробив её. Электрический всполох на доспехах не заставил тварь даже пошатнуться.

— Сука млятская! — Ингвар недоволен, забодай его хомяк.

Интересно, сколько у него таких стрел.

Проф за спиной стих. Нас и трёх ближних гвардейцев окатило золотистым сиянием. Я почувствовал прилив сил и даже слегка ускорился.

Аура противников поблекла, и они, кажется, перестали быть резкими, как вода в унитазе.

Одновременно с этим стихло бормотание Шёпота. Ещё три саркофага распахнули крышки, и оттуда шагнули новые копии наших противников.

О, как скверно-то!

Я слегка опустил щит.

Гвардеец купился.

Даже не пытаясь уклониться, слегка довернул корпус, подставляя нагрудник углом.

Двулезвийная глефа врезалась мне в грудь.

Грохнуло так, будто по пустому котлу шарахнули кувалдой. Силовой щит вспыхнул и тут же погас. Но я остался на ногах. Скелет оказался там, где мне и требовалось.

Вплотную. Инерция так и осталась бессердечной стервой.

Теперь моя очередь.

Погибель описала короткую дугу и врезалась точно в центр нагрудника. Раздался скрежет разрываемого металла. Грудная клетка гвардейца сложилась внутрь, и он рухнул к моим ногам.

— Вы все умрёте, — проскрежетал он.

Оно разговаривает! Я чуть не пропустил удар под колено от противника, работающего по нам с Шором одновременно, но успел довернуть ногу. Лезвие взвизгнуло по пластине.

Шаг назад. Осмотрелся, принимая очередной удар на булаву.

Один из трёх «восставших из зада» валился на спину с торчащей из центра маски стрелой и скрежетал, как старый трансформатор. Двое других остервенело рубились… со мной и Шором! Ясно, Айвена повторила свой коронный трюк.

— Я пуст! — Ингвар.

Шор светящимся лезвием вскрыл своему гвардейцу грудную клетку. Отлично.

Тут же меня окружил голубоватый всполох щита, замазанный зеленью. Щит лопнул, я прямо почувствовал, что он на сегодня всё. А убийственное заклятие Шёпота врезалось в меня и всосалось, оставив ослепляющую ярость. Я рванулся вперёд, уже плохо понимая, что и зачем делаю. Осталось лишь желание разорвать наглецов. Превратить их в груды металлолома!

Дальнейшее запомнилось урывками.

Шёпот упал откуда-то сверху. Золотое сияние облепило его фигуру.

Грохот, будто кто-то криворукий сбил с кухонной полки груду кастрюль.

Под ногами что-то хрустело. Гвардеец. Уже изломанный. Я снова ударил сапогом. Металлический череп лопнул.

Зелёная вспышка.

Шёпот. Вытянутая рука указывала на Шора.

Дракса окружила голубая сфера.

Ещё один гвардеец уходил от моих атак. Я отбросил Погибель, вцепился в глефу и пробил ему головой в маску…

— Илья! Зелье! У тебя в поясе! Это я, Шайя. Бесполезно!

Я месил кулаками серую вёрткую тень. Кто такая Шайя?

Пронзительный вопль на секунду прочистил мне мозги. И одновременно оглушил. На меня навалились, чьи-то руки сунули в зубы пузырёк. Хрустнуло стекло.

Зелье потекло в воспалённую глотку. Мысли начали обретать прежнюю ясность. Ярость отдалилась, будто её укрыли покрывалом.

Но не ушла.

Наши победили.

Несколько секунд я стоял, тяжело дыша и сжимая кулаки. Зелье убрало красную пелену со взгляда, но желание кого-нибудь убить никуда окончательно не делось. Пришлось просто постоять и подождать, пока окружающий мир перестанет выглядеть сборищем подходящих целей.

Вокруг царил форменный разгром.

Два гвардейца превратились в металлолом. В броне остались глубокие вмятины от сапог, конечности торчали под совершенно неправильными углами. Мда. Меня лучше не злить. Остальные красовались несовместимыми с дальнейшим функционированием повреждениями.

Ещё один лежал возле стены и мелко дёргался. Зелёное свечение вокруг него то вспыхивало, то почти исчезало. Я как раз посмотрел в его сторону, когда некрос приподнял голову.

— Логос… прими…

Огни в глазницах погасли.

Саркофаги вокруг нас ожили. Крышки одна за другой тяжело захлопнулись. По серебряным узорам побежало свечение, внутри загудело. Похоже, местная фабрика уже приступила к исполнению решений Партии в русле стандартной кадровой политики.

— Ипатий. Они их заново печатают? Надо разнести эти штуки к гребеням!

— Не выйдет, — Шор, прихрамывая, подошёл ко мне. — Разве что бластер попробовать… Ты как?

— Близко не подходи, вот как, ипатий.

Я продолжил осмотр поля боя и обнаружил ещё одного участника веселья, которого совершенно не помнил.

Возле золотого саркофага валялся шестирукий некрос. По конструкции он больше напоминал Шёпота, чем гвардейцев: тонкое металлическое тело, длинные конечности, маска вместо лица. Вроде целый?

— А это ещё что за хрен с бугра?

— Их жр-рец, наверное, — Шайя сидела прямо на полу и зализывала рассечённое предплечье. — Или тоже маг. Вылез во вр-ремя боя. Пытался чинить гвар-рдейцев, меня зацепил…

Я разглядел проплешину в её боку. Что-то растворило часть змеиного доспеха и плоти ликаны.

— Недолго чинил, гля чо, — Морт довольно оскалился. — Я ему помочь решил, лечить-ремонтировать. Плюнул на макушку. Ну, он посуетился ещё маленько и устал, гля, копать-хоронить.

Понятно. Великая битва магических цивилизаций. Один «не демон» плюнул другому «наверное магу» на голову.

Шёпот валялся там, куда его приземлила молитва Профа.

Некромант лежал на спине, накрытый тонкой металлической сетью. Что-то такое я видел в арсенале Ингвара.

По нитям одна за другой пробегали золотистые волны. При каждой вспышке тело Шёпота мелко вздрагивало. А это уже явно работа Профа.

В нескольких местах сеть уже вплавилась прямо в корпус этого терминатора-недоделка.

Я поднял валяющуюся неподалёку Погибель и подошёл ближе.

Зелёные глаза Шёпота, казалось, следили за мной.

— Ну что. Процесс отработан. Последние слова какие-нибудь?

Металлические пальцы скребнули по плите. Тихие слова вкрадчиво заползали в уши.

— Я вернусь! Ты ещё пожалеешь, что не согласился на моё щедрое предложение. Я вмонтирую твою нервную систему и душу в свой трон, и ты будешь страдать вечно! Логос, прими мой дух!

Глаза потухли, металлическое тело некроманта замерло.

Я со всего маху приложился булавой, плюща голову и грудь. Потом ещё разок. Контрольный. Сука, как хочется ещё что-нибудь раскурочить!

Я со всей дури долбанул по золотому саркофагу, но булава со звоном отскочила, не оставив даже царапины. Почему-то саркофаг самого Шёпота так и не закрылся.

***

В этом зале мы застряли надолго. Короткая, но яростная схватка дорого нам обошлась.

Оказывается, Шёпот пытался вернуть Кусаку, и Айвена «усыпила» посох. Теперь Кусака выглядел как обычная металлическая палка — кусок театрального реквизита. Когда он «проснётся», было непонятно. Айвена на вопрос коротко резанула:

— Не отвечает.

Шор и Шайя были серьёзно ранены. Шора дважды зацепило лезвием глефы, пробив его супер-пупер крутые доспехи как лист картона.

Заклинание шестирукого серафима прожгло ликане бок. Проф остановил гниение, но через дырку в боку было видно рёбра и, кажется, селезёнку.

Аптечки, зелья, собственная регенерация позволяли раненым не упасть прямо здесь и сейчас. Но они уже не бойцы. У меня немного звенело в голове после моего панча башкой и вопля ксара. Но в целом нормально. Остальные отделались лёгким испугом.

Пока команда перевязывалась, мазалась мазями и зализывала раны, я побродил по залу и постучал булавой по саркофагам. Их гудение меня нервировало. Но эти саркофаги, как и центральный, на мою легендарную булаву и силушку богатырскую положили большой такой болт.

Шор был прав, здесь нужно бригаду профессиональных демонтажников пригонять. С промышленными лазерами и бурильными установками, не иначе.

Правильно оценив перспективы «круши-ломая», я подошёл к двери, ведущей из зала. Как и все предыдущие двери, она не была заблокирована. Похоже, на них вообще замок не предусматривался. Хотелось пойти дальше и посмотреть, что там за фигня такая, но я сдержал этот неуместный порыв. В конце концов, не все элитные бойцы могли находиться здесь. Хотя это была явная комната с финальным боссом. Дальше полагаются сундуки с лутом и портал в домашнюю локацию.

Ага. Губозакаточная машинка системы «карандаш» вам полагается, Илья Николаевич.

Я повернулся к соратникам. Пора было выбирать дальнейшую тактику. Ну, чтобы её придерживаться, конечно.

В итоге победило коллективное «нам только посмотреть». А что: все еле на ногах стоят. Самое время для небольшой познавательной экскурсии.

За дверью продолжался коридор. Несколько раз проход пересекали узкие светящиеся линии. Попадались закрытые двери, какие-то ниши, боковые проходы, опостылевшие уже пиктограммы.

Ничего ниоткуда не выскочило, не попыталось нас убить или хотя бы обматерить.

Метров через тридцать коридор закончился.

Дальше путь перекрывала сплошная чёрная плита. Толстенная, судя по глубоким пазам в стенах и потолке. Очередная противоатомная дверь местного производства.

Айвена подошла ближе.

Кусака дёрнулся у неё в руках.

Она ласково что-то ему прошептала.

В глазницах металлического черепа сначала появилась пара едва заметных зелёных точек. Проснулся, наш лежебока.

Айвена прикоснулась посохом к центру ворот.

По плите побежали символы. Затем она дрогнула и с лёгким шелестом и гудением скрытых механизмов медленно поползла вниз.

За ней оказалось светло.

Я сделал шаг вперёд, но Айвена вскинула руку, перекрывая проход.

— Не заходите. Здесь настолько плотная магия смерти, что без защиты вы состаритесь и умрёте за минуты. За порогом относительно безопасно.

Пришлось знакомиться с местной достопримечательностью из дверного проёма, благо он был широк и вместил всех желающих.

Зал был огромный. Круглый, метров пятьдесят в поперечнике, с высоким куполообразным потолком. По чёрной поверхности стен непрерывно ползли снизу вверх строки зеленоватых и голубых символов.

Внутренность компьютерного монитора цивилизации рептилоидов. Вернее, некросов.

В центре пола располагалась сложная светящаяся фигура. Круги, многоугольники, переплетённые линии, россыпь пиктограмм. Я попытался проследить хотя бы одну линию и быстро плюнул на это занятие. В самой середине торчала выпуклая штука размером примерно с ладонь. Символы вокруг буквально налезали друг на друга.

Прямо над этой штуковиной в воздухе висел здоровенный шар.

Метра три в диаметре, идеально гладкий, тоже чёрный. Однако создавалось впечатление, что символы некротического кода, которые тоже бежали по его поверхности, всплывают из глубины. Периодически по поверхности проходила видимая рябь, и от шара во все стороны расходилась зеленоватая волна.

Каждый раз меня слегка мутило.

На потолке обнаружилась ещё одна фигура.

Морская звезда, которую какой-то псих снабдил сотней щупалец.

Толстые алые отростки расползались от центрального узла во все стороны. Они тянулись на десятки метров, добирались до края купола и ныряли прямо в стены. Щупальца вздувались одно за другим, словно по ним что-то перекачивали.

Я стоял на пороге и смотрел, как по стенам бегут бесконечные строки символов, пульсирует потолочная хреновина, а огромный шар раз за разом окатывает помещение невидимыми волнами.

Кажется, мы всё-таки добрались до настоящего сердца этой машины. И фигли делать? Где мои сундуки, в конце концов?

Мы все торчали в дверях. Соратники обсуждали увиденное.

А я потихоньку закипал.

Айвена изучала бегущие по стенам символы и время от времени советовалась с Кусакой.

Проф щурился на висящий шар, рассуждая о потоках силы. Шор добавлял что-то про устройство подобных комплексов у драксов. Даже Ингвар вставил свои пять копеек.

Постепенно меня начало раздражать буквально всё.

Гудение. Бегущие по стенам значки. Мерзко пульсирующие щупальца под потолком. Осторожные рассуждения соратников.

Стоят, балаболят. А эта хрень висит. Там в саркофагах куются новые твари. Что это вообще такое? Для чего? Почему вокруг неё столько магии? Что за выпуклая штуковина в центре рисунка? Почему Кусака так сюда рвался? Явно же эта штука здесь за главный некромантский ИИ отрабатывает!

Злость вернулась незаметно. Сначала просто хотелось рявкнуть, чтобы все заткнулись. Потом войти внутрь и самому посмотреть. Плевать на магию смерти. В новом доспехе переживу. Наверное.

Я стиснул рукоять Погибели.

И вспомнил Хидимбу: «Ничего не ломай».

Ну конечно. Посреди ночи припёрся высший демон, рассказал страшилку про Ананту и между делом заботливо попросил Илью Николаевича не трогать неизвестные штуковины. Заботливый, сука, какой. А о ком он заботился?

Я снова посмотрел на шар.

Очередная волна. Злость захлестнула меня с головой.

Да пошли вы все нахрен.

Погибель сорвалась с руки.

— Илия!

Булава перелетела через границу зала, закрутилась в воздухе и врезалась точно в чёрную сферу.

Хренак. Кра-а-ак.

Шар взорвался. Хрупкая какая-то фигня оказалась.

Во все стороны брызнул веер чёрных осколков. Я невольно заслонился щитом. По броне забарабанило.

Символы на стенах гасли, сменяясь редкими строчками посреди чёрного ничего.

Морская звезда под потолком судорожно дёргалась. Трындец ей, кажется. Светящаяся фигура на полу, наоборот, разгорелась.

Из центра зала ударила новая волна. Ударила и прошла сквозь меня.

Кажется, я впитал её всю. И привычный мне мир исчез.

Я снова стоял перед Вратами. Со створок на меня скалились грозные драконьи морды.

Изнутри раздался могучий удар.

Створки дрогнули.

________________

Уважаемые читатели. Следующая глава книги платная. Я всегда очень благодарен вам за поддержку. Писать без читательского отклика невозможно. Покупка книги, награды, содержательные комментарии — ваш весомый вклад в творчество автора. Без них этого творчества просто не будет Мои книги официально распространяются здесь https://author.today/work/410269

Цикл «Некто Муромец Илья» здесь https://author.today/reader/569728