Некромантия для продвинутых пользователей

Глава 1

– Леди Эрсиэ, леди Эрсиэ, – спросонья голос служанки казался далеким и каким-то нереальным. Никак не привыкну, что меня зовут этим именем, и до сих пор вздрагиваю, вспоминая Дарриана. Весьма жестоко было выписывать документы на данные Дайренн Эрсиэ, чтобы собственное имя теперь служило мне напоминанием.

В городском доме лорда Норимэ, придворного мастера огня, меня звали исключительно так. Сам маг оказался на редкость угрюмым человеком с привычками брюзгливого старика. Хоть он и сохранил молодость, манеры выдавали его возраст с первого взгляда. Не меньше сотни лет.

Лорд Норимэ встретил меня брезгливым прищуром глаз, будто был подслеповат, старческим покашливанием и неприязненно поджавшимися губами. Но не прогнал, хотя, мне сразу показалось, что он желает выставить меня вон. Маг вчитался в бумаги и, ни словом не обратившись ко мне, приказал экономке выделить мне комнаты и даже приставил ко мне камеристку. И хоть прямого недовольства лорд Норимэ не выказывал, я ощущала, что неприятна ему. Что ж, это было взаимно.

Мне предстояло год ходить у мага в учениках, прежде чем я получу звание подмастерья и буду представлена ко двору. А после я могла бы уйти от мага и совершенствоваться в искусстве огня самостоятельно. Этот путь считался более сложным, но лорда Норимэ я переносила с трудом.

С тех пор, как я прибыла в столицу, минуло чуть больше месяца, а мне уже хотелось поскорее сбежать из городского дома лорда Норимэ. Радовало лишь то, что мне он уделял не так много времени. Он оставлял для меня список заданий, а сам отправлялся в императорский дворец. Возвращался обыкновенно усталым и злым, запирался в кабинете и предавался печали в компании бутылки вина. Что ж, меня сие положение дел устраивало в целом, но я отчетливо понимала, что могла бы прекрасно обойтись и без мага. Благо, книги читать и без него обучена.

– Леди Эрсиэ! – настойчивый стук в дверь все же заставил подняться с постели.

Нашарив ногой домашние туфли, я все же добрела до двери, чтобы впустить служанку.

– Доброе утро, леди Эрсиэ, – Ния присела в реверансе, но тут же выпрямилась и затараторила. – Лорд Норимэ отбыл по делам, когда еще солнце только встало. Я ведь правильно сделала, что не стала Вас сразу будить? Лорд Норимэ хотел лично передать распоряжение, но я сказала, что Вы вчера допоздна в библиотеке работали, что будить Вас не стоит. Вы ведь не скажете лорду, что ни в какой библиотеке вчера не были?

– Не скажу, Ния, – выдохнула я.

– Ох, спасибо, леди, я ведь для Вас стараюсь. Просто лорд Норимэ скоро вернется, а я предупредить же должна была. А еще и распоряжения эти...

– Что за распоряжения? – перебила я девушку.

– Ой, сейчас, – она принялась суетливо шарить по карманам, а после выудила монетку. Странную монетку. Совсем непохожую на наши деньги. Не медь, не серебро и не золото. Темно-серый металл немного походил на свинец, но зачем делать монету из свинца, когда его только рыбаки используют, да и стоит он мизер? К тому же, все монеты давным-давно лежат в златобанке, а для расчетов мы пользуемся ассигнациями. Монетами расплачиваются крайне редко.

Я покрутила денежку в руках, затем вопросительно взглянула на камеристку:

– Что это?

– Лорд Норимэ просил показать монету... – она замялась, сморщилась, что-то мучительно вспоминая, – этому, как его, – пробормотала девушка, – ну, этот, – потом она судорожно выдохнула и повинилась. – Забыла...

– Может быть, служащему златобанка? – предположила я.

– Да нет же, – она закатила глаза к потолку, словно там было написано, кому монетку следовало показать. – Длинный такой, – она показала рукой рост, – приходил на днях, волосы светлые, ну...

– Мастер Лагельд?

– Точно! – воскликнула камеристка. – Лагельд. Вот ему надобно монетку отнести. А, вот, зачем?.. – она задумчиво почесала затылок. – Нет, не говорил. Может быть, мастер Лагельд сам расскажет?

– Ступай, Ния, – неумолкающий гомон камеристки меня утомил. Нет, она мне нравилась, но по утрам просто голова начинала звенеть от бесконечного потока выводов, предположений и домыслов Нии. Эх, трудно привыкать к живым людям. Как же сильно они отличаются от молчаливых мертвецов...

– А чай? Приготовить Вам чай? Вы пойдете в трапезную или сюда завтрак подать? Ксентифа булочки испекла...

– Позже, Ния, – повысив голос, прервала ее словесный поток.

– Как скажете, – фыркнула камеристка, и, крутанувшись на пятке, наконец, оставила меня.

Я захлопнула дверь и выдохнула, прислонившись к ней спиной. Как же все-таки мне не хватает Лаэш. Хоть самой создавай умертвие, чтоб подавало мне чистую одежду, заваривало чай по утрам... Платье, к слову, Ния принести мне забыла. Значит, прискачет скоро.

Каиль Лагельд, придворный мастер воды, действительно посещал лорда Норимэ несколько дней назад. Это был единственный раз, когда я видела его, не считая того случая, когда он пронзил меня ащхситом. Маг воды меня не узнал, или сделал вид. Лорд Норимэ пренебрег представлением, и я лишь мельком столкнулась с ним в общей гостиной, когда он уже покидал городской дом Норимэ. Вот, только почему мастер огня сам не передал Лагельду монету, если направился утром во дворец? Они ведь оба там служили.

Положив монетку на стол, я принялась разглядывать ее. Магии в ней не ощущалось. Ничего особенного, просто металлический кругляш с неизвестной мне символикой. Ни единой надписи, просто несколько пересекающихся линий, образующих треугольники. Знак больше походил на те, что маги сплетают из силовых потоков. Может быть, такие чеканят на востоке за пределами Асишийской Империи? Но почему-то мне сразу подумалось о древней цивилизации, о которой рассказывал Дарриан. Может, монета просто очень древняя?

– Леди Эрсиэ! – от оклика камеристки я вздрогнула. – Я платье принесла. Вы уж простите, раньше принести должна была, но тут ксентифены булочки попробовала, так они соленые! Представляете, соленые! Я-то привыкла к булочкам с джемом, а эти соленые, она в них сыру положила, представляете? Мне кажется, она опять беременна. В пятый раз уже! Ну, сколько можно-то? Она как беременная, так все время чудит на кухне.

– Мне нравятся булочки с сыром, – прервала я тираду служанки. – Вели накрыть завтрак в трапезной.

Ния упорхнула, а я, бросив на последок взгляд на монету, отправилась умываться. В доме лорда Норимэ мне досталась не столь шикарная уборная, как в замке Дарриана, да и комната была куда скромнее, но все же лучше, чем в поместье дяди. Горячий душ меня вполне устраивал, а когда куплю собственный дом, непременно установлю большую ванну, если только кредитов златобанка хватит.

***

После завтрака сразу отправилась на поиски лорда Лагельда, прихватив монетку. Меня радовало вновь поселившееся в душе любопытство. Вполне возможно, ничего секретного этот серый кругляш из себя не представлял, но мне так хотелось окунуться с головой в очередные запутанные тайны, разгадывать загадки, хоть чем-то занять свой ум, лишь бы не вспоминать мрачный замок лорда Эрсиэ, лишь бы хоть что-то затмило память о наших приключениях с Даррианом. И о память о самом некроманте.

В отличие от лорда Норимэ, Каиль Лагельд не был обязан находиться во дворце все время. Точнее, лорда Норимэ тоже никто не обязывал, это скорее было привилегией, чем необходимостью. Придворный маг имеет право пользоваться имперской библиотекой и лабораторией, имеет собственные покои во дворце, где может, собственно, и проживать. Но большинство магов, приближенных к императору, предпочитали селиться в собственных жилищах. Мой отец, к слову, предпочитал жить в небольшом доме, лишь изредка появляясь при дворе. Ему никогда не нравилась излишняя помпезность и повышенное внимание дворцовых нахлебников, коими он звал придворных. Не исключено, конечно, что у лорда Норимэ особые дела, требующие его присутствия во дворце, но мне хотелось думать, что он от меня там прячется. Глупость конечно, но какие дела могут быть у мастера огня там в мирное-то время? Канделябры зажигать?

Я же не знала, где находится резиденция лорда Лагельда. Слышала только, что живет он у побережья, то есть довольно далеко от центра Аттаранта. Столица – это не Аринкай, который пешком за час можно обойти. Тут полдня будешь из одного конца города в другой ехать.

Выйдя из дома, я сразу ощутила, как промозглый осенний ветер пробрал меня до костей. Никакое пламя в крови больше не согревало. Недолго думая, я остановила экипаж частного извозчика.

– К дому придворного лорда Лагельда, придворного мастера воды, – скомандовала вознице, и мы двинулись в путь. Извозчик местный, должен знать, где маги живут. И мне не мерзнуть, шастая пешком по городу.

Аттарант расположен севернее Аринкая, зимы здесь холодные, снежные. С середины осени нередко вода в лужах покрывается льдом. А я так и не обзавелась теплыми вещами. Надо бы шубу купить, пока не растратила все ассигнации, что дал мне лорд Эрсиэ. Да, некрасиво было брать деньги, но, во-первых, без денег до Аттаранта не доберешься, а во-вторых, я попросту не заметила, что среди рекомендательных писем лежат ассигнации.

Дом мастера воды было трудно не узнать. Вряд ли кто-либо еще сумел бы сотворить подобное. Самого строения и не разглядишь за потоками воды, которые, словно полупрозрачные змеи, опутали дом из голубоватого камня. Очень красиво, не спорю, вот только вокруг все как-то... мокро.

Расплатившись с извозчиком, направилась к дому, старательно обходя многочисленные лужи, окружившие дом. Но тут возникла проблема – путь к входной двери преграждал настоящий водопад. И как, скажите на милость, мне постучать?

Глубоко вдохнув, сунула руку в воду и несколько раз ударила кулаком в дверь. Стремительные потоки замочили мне не только рукав, но и всю меня обрызгали с ног до головы.

Водопад вдруг иссяк, а с меня теперь текло так, будто ведро воды мне на голову вылили. Обхватила себя руками, дрожа всем телом. Казалось, что вот-вот в ледышку прекращусь. От холода и сырости мне уже стало все равно, что подумает обо мне маг. Пусть только дверь откроет, все ему выскажу!

Дверь приоткрылась, явив хмурое лицо лорда Лагельда

– Ты что здесь делаешь? – раздраженно спросил он.

– П-пус-т-ти-те! – стуча зубами, пропищала я.

– Ты что здесь делаешь? – повторил маг.

– М-мокну! – только и смогла вымолвить.

Он удивленно посмотрел на меня, но все же посторонился, пропуская в дом.

– Стой здесь, – скомандовал маг, и я замерла. – Холодно? – голос прозвучал злорадно.

– Угу, – кивнула, кутаясь в промокший плащ.

– Раздевайся.

– Н-нет! – помотала мокрой головой.

– Заболеть хочешь? Раздевайся, сейчас халат принесу, – тон его смягчился, но взгляд оставался суровым.

Первой мыслью было возразить, что он, вообще, себе позволяет? Но, еще немного подрожав, я решила, что в мокром оставаться глупо, когда тебе предлагают халат. Сухой, что самое главное, халат. И я трясущимися пальцами потянула тесемки плаща.

– Нет, я не понял, – произнес лорд Лагельд, вернувшись с махровым свертком, – ты почему еще одета?

Плащ соскользнул с плеч и свалился на пол.

– Прямо здесь? – пытаясь сохранить достоинство, заговорила я. – У Вас отдельной комнаты для переодевания не найдется?

– Чтобы ты мне весь пол замочила? А мне вытирай потом!

– Вам? – удивилась я, представив лорда с тряпкой в руках.

– Если ты не заметила, я живу без слуг.

– Отвернитесь хотя бы, – мокрая одежда уже нестерпимо заморозила.

Маг выполнил просьбу, а я постаралась как можно быстрее избавиться от мокрой одежды и облачиться в халат.

– Ну, скоро ты там, – слышалось, как он нетерпеливо притоптывал ногой.

– Все уже, – пробормотала, завязывая пояс.

Лорд Лагельд медленно обернулся, и мой взгляд встретился с его насмешливыми глазами глубокого синего цвета. Очень красивый цвет, и мне сразу вспомнился Дарриан, точнее наша поездка в Аринкай, когда некромант обратился магом воды. Глаза Лагельда были точно такими же. Отвела взгляд, будто увидела что-то отвратительное. Мастер воды заметил, тихо фыркнул, но тут же заулыбался красиво очерченным ртом и произнес:

– Сейчас чай заварю, идем в кухню, – резкие перемены настроения этого странного человека меня настораживали.

Вздохнув, молча потопала за ним. Давненько мне не приходилось пить чай на кухне, к тому же собственноручно приготовленный лордом.

Кухня чем-то неуловимо напомнила дом Аниры. Нет, здесь не было ни большого деревянного стола, ни деревенской печи, но запах сухих трав, пряностей, выпечки создавал потрясающе уютную атмосферу.

Маг усадил меня за небольшой стол у круглого оконца, расстелил белоснежную скатерть, поставил изящный чашечки и блюдца из тончайшего фарфора, а после водрузил чайник на жаровню.

Отсутствие слуг показалось мне крайне странным. Лорд Лагельд не походил ни на бедняка, ни на жадину. Даже в поместье дяди имелся штат слуг, а уж он точно не отличался щедростью. И вряд ли придворный маг мог быть беднее купца, торгующего овощами.

Тем временем, лорд разлил чай по чашкам и поставил на стол еще теплую выпечку.

– Я кажусь тебе странным? – спросил маг, поймав мой растерянный взгляд.

– Нет, что Вы, – соврала ему, устремляя взор к напитку.

– Брось, – он махнул рукой, поднося чашку к губам. – Все знают, что я странный.

– Знаете, я жила в замке, полном живых мертвецов, теперь мало что способно меня удивить, – я замолчала, потянувшись за булочкой, но потом все же решилась спросить. – И все-таки, почему Вы не держите слуг?

– Мне не нравятся люди. Я, знаешь ли, мизантроп. И ты, кстати, мне тоже не нравишься, несмотря на привлекательную внешность.

– Вам следовало стать некромантом, нежели мастером воды, – усмехнулась, прихлебывая чай.

– Мертвые люди мне тоже не нравятся, – пробубнил он.

– Что ж, бывает, – раньше его слова непременно бы задели, но сейчас мне было просто весело наблюдать за этим забавным магом, и потому я с долей издевки произнесла: – и как же Вы терпите мое общество, да еще и то, что я Ваш чай пью?

– С трудом, – грустно выдохнул маг. – Кстати, зачем ты вообще пришла?

– Ох, сейчас, – ничего не объяснив, я вскочила со стула, едва не опрокинув его, и помчалась назад в холл, где бросила мокрую одежду. Раз уж слуг не имелось, следовало ожидать, что мои вещи так и остались нетронутыми.

Собственно, так оно и было. Кучка мокрой одежды успела испустить небольшую лужицу. Да, Лагельду точно предстоит мыть полы.

Подняв с пола мокрый плащ, выудила из кармана монетку и тут же помчалась обратно, благо, что городской дом – не замок, в лабиринтах коридоров не заплутаешь.

Лагельд так и сидел, держа чашку в руке, словно замер.

– И?.. – протянул он, приподняв бровь.

– Вот! – я положила перед ним монетку.

Он опустил взгляд к серому кругляшу, затем снова посмотрел на меня:

– Ну и?.. – сохраняя флегматичное выражение лица, вопросил он.

– Лорд Норимэ просил показать ее Вам.

– А зачем? – понизив голос, спросил маг, будто я должна поведать ему какую-то тайну.

– Понятия не имею, – пожала плечами и укусила булочку.

– Постой, ты его новая ученица? Правильно?

– Леди Дайренн Эрсиэ, – запоздало представилась.

– Не буду врать, что очень приятно, – в фальшивом презрении скривился маг, затем еще раз взглянул на монетку, потрогал пальцам, поднес к лицу, кажется, даже понюхал. – Никогда таких не видел. И металл какой-то странный. Что конкретно сказал Норимэ?

– Не знаю, мне камеристка монету передала.

– Что ж, спроси при случае. Ты увидишь его скорее, чем я, – монетку он спрятал в карман, затем пристально посмотрел на меня и строго спросил. – Чай допила? Согрелась? – я кивнула. – Вещи свои мокрые в мешок сложишь. Напялишь что-нибудь из моих. И давай уже, езжай домой, экипаж вызову.

– Хорошо, – не сумела я возразить, скромно потупив взор.

– Да, и ко мне домой больше не приходи. Сам тебя найду, если надо будет.

Лорд Лагельд проводил меня в комнаты, едва ли не силой вытолкав. Он открыл гардеробную, больше походившую на чулан. Вещи не висели на вешалках, и не лежали на полках, а были свалены безобразной кучей. Нет, все-таки слуг ему точно не хватает. Маг вытащил один из камзолов, отбросил в сторону, взял следующий, что-то бормоча под нос. Потом, наконец, протянул мне весьма потрепанные штаны, рубашку, вестон и плащ. Вещи оказались, конечно, невозможно велики мне, но если завернуться в плащ, до дома доехать можно.

– Вещи себе можешь оставить, – произнес он так, будто сделал мне невообразимо щедрый подарок.

В столице не проблема вызвать экипаж. Не нужно бегать по улицам в поисках извозчиков. Достаточно лишь воспользоваться зазывом на дым. Ближайшая лошадь сама пойдет к тому дому, от которого донесся сигнал. Если извозчик свободен, он не станет препятствовать лошади и прибудет по адресу. Однако воспользоваться вызовом могут лишь владеющие церемониальной магией. Это не работа с силовыми потоками, а ритуал. Меня этому искусству еще никто не обучал. А, вот, мастер воды что-то пошептал над лучиной, поджег и выставил в окно. Сие действо больше походило на работу колдунов, а не магов. Силовых потоков я так и не сумела разглядеть.

Выпроваживал меня лорд Лагельд совершенно бесцеремонно. Ухватил за локоть и потащил к выходу, приговаривая:

– Давай уже, а то и так утомила. Карета подана.

Экипаж, в самом деле, ожидал меня за порогом. И, закутавшись посильнее в плащ, я села в карету.

***

Жилище мастера огня встретило непривычной тишиной. Обыкновенно моя болтливая камеристка не дает дому покоя. Ния всегда выбегала на звук хлопнувшей двери, ей любопытно было взглянуть, кто пожаловал. Именно, что выбегала, вопреки всем правилам поведения.

Теперь же, снимая чужой плащ, я заметила, как с лестницы спускается фигура, более походившая на призрак, чем на живого человека. Даже шагов не слышно. И, конечно, я не признала в этой умертвиеподобной девушке жизнерадостную Нию.

– Леди Эрсиэ... – окликнула она меня бесцветным голосом, – леди Эрсиэ...

– Что случилось? – бросилась к ней, забыв снять сапоги. Не осталось ни единого сомнения, что случилось нечто из ряда вон выходящее.

– Там... – она всхлипнула, – там лорд Норимэ... – и еще раз всхлипнула.

– Где? – ухватив девушку за плечи, громко выкрикнула. Вышло грубо, и Ния покачнулась, будто собираясь упасть в обморок.

– В своей спальне, – пробормотала она.

Оставив камеристку, побежала наверх, в комнаты мага. Но не беспокойство за лорда охватило меня. Почему-то подумала, что он мог обидеть чем-то мою служанку. А то и вовсе ударить. И я влетела в спальню мага разъяренной фурией.

Лорд Норимэ лежал в своей постели в окружении множества свечей. Глаза его закрывала черная повязка. Означало это лишь одно: он никогда больше не увидит этот мир. Глаза его закрылись навечно.

Прислугу, собравшуюся в спальне, я не сразу заметила. Они, будто тени, окружили постель мертвеца, стояли, опустив головы. Вот, уж не думала, что они так преданы старику.

– Что произошло? – нарушила я тишину, ощутив на себе неприятственные взгляды.

– Лорд Норимэ умер, – ответил дворецкий. – За стражем я уже отправил. Мы прощаемся.

– Сам умер? – воскликнула я. – Маг просто взял и умер?

– Мы не знаем, что случилось, – развел руками дворецкий.

– Ему стало плохо, – пояснила Ния. – Он упал в гостиной, а когда мы принесли его в спальню, сердце уже не билось.

Приблизившись, положила руку на грудь мертвецу. Холодный. Пульса нет. Но я принялась и дальше осматривать покойника, пока кто-то среди слуг не вскрикнул:

– Что Вы делаете?!

– Пытаюсь выяснить, что случилось. Целитель его осматривал?

– Нет. Слишком поздно для целителя, – снова ответил дворецкий.

Рот лорда Норимэ перекосило перед смертью. Осторожно приподняв повязку, увидела, что его глаза полностью открыты, зрачок расширен. Смерть сильно его напугала.

– А ну, разойдись, – послышался грубый окрик, а вместе с ним и тяжелая поступь имперского стражника. – Что тут у нас? Покойник? Кто его так? – он обвел взглядом присутствующих и почему-то уставился на меня. – Кем был покойный?

– Придворный мастер огня Эфъяр Норимэ.

– М-да, – протянул страж. – Маг – это плохо. Маг – это всегда проблема. Придется вызывать служителей культа, – он тяжело вздохнул. – И некроманта.

Зачем звать служителей культа Тьмы, я понимала. Мага без магии не убьешь. Служители очистят помещение от дурной смерти, которая вполне способна забрать еще кого-нибудь на тот свет. Интересно, некромант зачем им понадобился?

– Некромант-то зачем? – вместо меня вопрос озвучил кто-то из слуг.

– Так покойного допросить надобно, – пояснил страж. – И пока некроманта не выпишут, покойника трогать не полагается. А вам всем надлежит дом покинуть.

В толпе послышался тихий ропот.

– А скоро ль некромант приедет?

– Это уж я не могу знать. В столице с ними не густо, к началу зимы обещали кого-то прислать в управление. А до тех пор пусть лежит.

– Подождите, – вмешалась я, – к началу зимы его мозг разрушится уже до той степени, что он и имени своего не вспомнит. Да и не каждый некромант мертвеца разговорить может. Голосовые связки очень быстро разлагаются, нужно будет хирургически труп восстанавливать.

– Откуда такие познания? – усмехнулся страж.

– Я обучалась в Эрсинкае у лорда-магистра Дарриана Эрсиэ.

– Может, сама его и заставишь говорить? – голос звучал насмешливо, с издевкой, я бы даже сказала, с вызовом.

– И заставлю, – я выпрямилась и вознамерилась непременно показать этому стражнику, на что способна.

– Ну, – он почесал затылок, – подожди тогда. Сейчас исправнику доложу. И служителей дождаться надо. Только смотри, чтоб на смех тебя не подняли.

– Не поднимут, – заявила твердо, но внутри все сжалось.

Страж попросил всех покинуть помещение. Прислуга медленно, понурив головы, двинулась к выходу

А мне срочно требовались книги по некромантии. Благо, библиотека у лорда Норимэ была весьма недурна. Выскочив из спальни, я прошмыгнула мимо еще двоих стражников, опрашивающих служанок, завернула в едва заметный закуток и вошла в поистине чудесное царство книг. За скромной дверцей скрывался целый лабиринт из стеллажей с фолиантами и свитками. Лорд Норимэ, будучи верным своей педантичности, самолично нарисовал подробную карту хранящихся здесь манускриптов. И теперь я точно знала, за каким поворотом находится алхимия, сколько шагов до книг с рецептами зелий травников, а если пройти три ряда прямо, а после свернуть налево, а на следующем повороте направо и прямо до конца, упрешься в некромантическую литературу.

Несмотря на то, что в раздел некромантии теперь я забредала нечасто, отыскать нужную книгу не составило труда. Быстро пролистнув учебное пособие и освежив в памяти знания, я поспешила вернуться в спальню покойного лорда.

Служители культа уже прибыли и теперь важно вышагивали рядом с постелью мертвеца, что-то бубня под нос. Вживую я их видела впервые. Культ Тьмы существует только в Аттаранте, в других городах как-то обходятся без этих странных людей в черных мантиях. Культ Тьмы – религиозная группа, противостоящая Ордену Света. И работают они на императорскую гвардию, помогая в расследовании магических убийств. Служители культа не просто пользуются магией, они поклоняются ей, как божеству, возносят молитвы, а еще способны изгонять остаточную магию от опасных заклинаний. Они не управляют силовыми потоками, они просят их уйти. Не знаю уж, как это работает.

Наблюдая за служителями, я не заметила, как сзади подошел исправник, сдвинул меня в сторону и замер у кровати.

– Ну, – зычным голосом пропел начальник стражи, – кто тут некромант?

Захотелось сжаться в комок, выскользнуть поскорее из помещения, потому что почувствовала себя так, будто меня учитель спрашивает, а я уроков не учила.

Глубоко вздохнула, сжав кулаки, подошла к кровати и выпалила:

– Некромант – это я.

– Ты? – удивленно протянул исправник.

– Я обучалась у лорда Дарриан Эрсиэ.

– Ну-ну, – недоверчиво буркнул себе под нос страж.

Приблизившись к покойному, ощутила, как от него отчетливо повеяло мертвечиной, хоть и прошло не так уж много времени. Бальзамировать я, к сожалению, не умела.

Ох, только бы он сумел заговорить…

Служители культа успели изгнать большинство силовых линий, но я все же разглядела в полумраке несколько тонких потоков энергии, сплела символ и припечатала ко лбу мертвеца.

Стражник вооружился планшетом и карандашом, собираясь записывать показания покойного.

Некоторое время ничего не происходило, и можно было подумать, что я где-то ошиблась – мертвец не поднялся. Но тут тело его затряслось, как во время припадков. Мертвый лорд Норимэ попытался сделать вдох, но безуспешно. Изо рта потекла темная жижа. Он, наконец, прокашлялся, сплюнул прямо на постель и сел, озираясь по сторонам.

– Лорд Норимэ, – обратилась я к мертвецу, – Вы помните, что произошло?

– Уууу, – завыл мертвец.

Совсем не это желала я услышать.

– Дайте кинжал, – попросила у начальника стражи. Тот странно посмотрел на меня, но вытащил из ножен, прикрепленных к поясной перевязи, маленький стилетик. Острое лезвие обожгло ладони, и на коже начала расползаться алая полоса. Я простерла ладонь над мертвецом, и несколько капель упали на лицо лорда.

– Я... мертв... – слова давались ему с трудом, но я с облегчением выдохнула: получилось!

– Да, лорд Норимэ, – ответила ему, – Вы помните, что случилось?

– Я... умер...

– Как умерли?

– Меня... убили...

– Кто и как?

– Эрсиэ... -

– Да, это я, Дайренн Эрсиэ.

– Нет... – помотал головой мертвец, – Эрсиэ... приходил... был здесь...

– Вы видели, кто убил Вас?

– Магистр... Эрсиэ... Дарриан был здесь.

– Нет-нет, – не поверила я словам умертвия. – Дарриан в Эрсинкае, его не могло быть в столице... – и запнулась, услышав хриплое покашливание исправника.

– Дарриан... – повторил лорд Норимэ. – Он убил... – в его горле заклокотало, и изо рта выплеснулась зловонная жижа.

– Его нет в Аттаранте! – вскрикнула, не выдержав.

– Кажется, ты ошибаешься, девочка, – хмыкнул исправник. – Дарриан Эрсиэ... – проговорил он себе под нос и полез в сумку, доставая какие-то бумаги. – С недавних пор все маги высших рангов учтены имперской стражей. Намедни уведомление из порта приходило, – его толстые, огрубевшие пальцы выудили какую-то бумажку. – Ну, вот, вчера в два часа по полуночи лорд Эрсиэ прибыл в Аттарант. Да и служители культа заметили, что ему серебряную нить перерезали. Некромант такое и мог сотворить.

– Не верю! – взвизгнула жалобно.

– Как бы то ни было, я обязан арестовать лорда Эрсиэ. Покойный сам указал убийцу, да и служители подтверждают.

Знак упокоения пальцы сплели мгновенно. С силой швырнула его в лорда Норимэ, и тот рухнул в постель, будучи окончательно умерщвленным. А я выбежала из спальне, с ужасом осознавая, что натворила. Дернул же меня мрак!

Слезы текли из глаз, но плакала я не по мастеру огня. И даже не потому, что Дарриана теперь обвинят в убийстве. А потому, что я узнаю о его визите в Аттарант из уст стражи при весьма неблагоприятных обстоятельствах. Почему он не писал, что едет в столицу? Почему даже не навестил меня?

Вбежав в свою комнату, заперла дверь на ключ, прислонилась к ней спиной и медленно сползла на пол, рыдая уже в голос. Мне было все равно, услышат ли меня слуги, стражники или эти странные служители культа.

Глава 2

Лишь к утру ко мне пришло спокойствие и даже умиротворение. Я смогла забыться коротким сном в предрассветные часы, а проснувшись, осознала нелепость вчерашней истерики. Не важно, ко мне ли прибыл Дарриан или по каким-то своим делам. Не о том надо думать.

Пусть я не питала добрых чувств к лорду Норимэ, но его смерть никак нельзя было назвать доброй вестью. Все это в очередной раз переворачивало мою жизнь с ног на голову. И совсем уж диким недоразумением казалось обвинение Дарриана.

Я пыталась анализировать, прокручивала в голове события последних дней. Теперь странным казалось все, на что ранее не обращала внимания. Необысная монета, нелепый лорд Каиль Лагельд, внезапный приезд Дарриана. Между всем этим должна быть связь, которую я пока не вижу. Если кто-то вошел в дом и убил лорда Норимэ, его должны были заметить слуги. Если же он проник магическим путем, должен был остаться след.

Над моей кроватью имелся маленький рычажок. Стоило потянуть за него, как по дому разносился тонкий звон колокольчика. В следующее мгновение ко мне заявлялась моя камеристка.

В этот раз пришлось ждать дольше, чем обычно.

Ния постучалась робко, неуверенно, совсем не так, как обычно. И было слышно, как она переминается с ноги на ногу за дверью.

Пришлось вставать с постели, чтобы впустить служанку, поскольку замок я так и не отперла. Чувствовала я себя неважно, тело ломило как от долгих физических нагрузок. Поежилась от холода, напяливая тапки, и звонко чихнула. Вот только простудиться после вчерашнего душа у лорда Лагельда не хватало.

– Ох, леди Эрсиэ, – печально вздохнула Ния, – что ж это делается-то? На кухне болтают, что Ваш дядюшка лорда нашего отравил, представляете? Ксентифа треплет всем, что от стражника слышала, представляете?

– Вранье это, – зло прервала ее чириканье.

– А я и не верю. Мало ли, кто чего болтает? С чего бы Вашему дядюшке убивать лорда? Глупость какая-то. Уверена, что исправник во всем разберется, да выпустят Вашего дядюшку из застенков. Уж не думаю, что до пыток дойдет. Уважаемый человек все же...

– Стой, лорда Эрсиэ держат в застенках? – по правде, я никак не ожидала, что Дарриана, и впрямь, арестуют.

– Так... – она замялась, испугано отступив назад, – исправник еще вчера сказал. Нашли уже... задержали, – голос ее зазвучал тише, и последние звуки едва достигли моих ушей.

– Платье принеси, пожалуйста, – попросила камеристку и обессилено опустилась на кровать. Только теперь обратила внимание, что спала все в тех же вещах, что дал мне лорд Лагельд. Впрочем, я и умыться вчера забыла, не то, что в пижаму облачиться.

***

Аттарант – весьма немалый город, не в пример крупнее того же Аринкая. Людей в столице проживает множество, а так же имеется бессчетное количество лавочек, рынков, ювелиров и оружейников, и, соответственно, преступников тоже больше. А, значит, тюрем также должно на всех хватать. Мне было известно о трех тюрьмах в черте города. Две находились на окраине, и туда отправляли в основном провинившиеся простолюдины. Третья же располагалась под самим императорским дворцов, в подвалах сторожевых башен. Там содержались особо опасные преступники, за которыми нужен постоянных пригляд, а еще там имелись камеры для аристократов. Об имперской тюрьме ходили ужасающие слухи, будто палачи не устраивают публичных казней лишь потому, что успевают замучить жертву до смерти в пыточной. Как бы то ни было, аристократическое сословие старалось всеми силами избежать этой тюрьмы, некоторые даже отказывались от титулов и соглашались на ссылку, только бы не оказаться в застенках дворца, несмотря на то, что аристократам по закону полагались вполне комфортные жилища на срок заключения. Меня не покидало предчувствие, что Дарриана держат именно там. И мне срочно нужно было добиться свидания с ним.

Дом лорда Норимэ я покинула ближе к полудню, и, взяв наемный экипаж, оправилась к сторожевым башням. При себе я имела грамоту, в которой значилось мое новое имя. Теперь можно было порадоваться, что магистр позволил представляться его фамилией. Насколько мне известно, свидания с заключенными разрешены лишь родственникам. И я входила в башню будучи уверенной, что мне не откажут.

– Ну и что? – выдал мне грубоватый стражник, когда я потребовала свидания, упомянув, что состою в родстве с магистром. – Не положено никого пускать без разрешения придворного мага.

– Тогда позовите мага! – истребовала я.

– Не положено, – отрезал стражник, и захлопнул дверь прямо перед моим носом.

До недавнего времени единственным придворным магом, которого я знала, был сам лорд Норимэ, а он при всем желании не сумел бы сейчас дать мне разрешение, даже если я снова подниму его из мертвых.

Первой мыслью было отправиться в башню магов при императорском дворе и упросить первого попавшегося придворного выдать мне нужную бумажку. Мне доводилось видеть этих императорских магов в доме Норимэ. Все они казались мне жутко напыщенными, самодовольными и мерзкими. Ох, трудно же будет уговорить кого-то из них мне помочь.

И тут я вспомнила о лорде Лагельде. Конечно, он со странностями, но при всей его напускной суровости, мне он казался куда более сговорчивым, чем прочие маги. А ведь он тоже служил при дворе, значит, его разрешение сгодится. И, бросив взгляд на башню магов, я сделала выбор в пользу Лагельда.

Наемный экипаж быстро отыскался у городской площади. Первый же попавшийся возница согласился отвезти к нужному дому.

Безусловно, я помнила, что мастер воды просил больше не приходить, но пока ехал экипаж, больше гадала, как бы попасть к нему в дом, да при этом не намокнуть?

Водопад перед дверью никуда не делся, однако теперь я не стала тянуться рукой сквозь него. Вместо этого нашла палку подлиннее и несколько раз пнула ею дверь. Удивительно, но меня почти не обрызгало.

Водопад прекратился, а в распахнувшуюся дверь высунулась заспанная физиономия мастера воды. Растрепанные светлые волосы торчали из-под смешного колпака, который некоторые надевают для сна, на лице отпечатались складки от подушки. Лорд Лагельд сдвинул брови и произнес вместо приветствия:

– Я же сказал, не приходи сюда больше.

– Простите, – пролепетала, – но дело срочное. Лорд Норимэ мертв.

– А я тут при чем? – зло прошипел маг воды. – Не я же его убил.

– Нет, дело не в этом. Мне нужно, чтобы вы дали мне разрешение на посещение тюрьмы под сторожевыми башнями.

– Это еще зачем?

– В убийстве обвинили лорда Дарриана Эрсиэ.

– Ну, и?..

– Лорд Эрсиэ невиновен. Мне очень нужно с ним поговорить, – протянула жалобно.

– Жди здесь, – резко проговорил лорд Лагельд и захлопнул дверь. Едва я успела отскочить, как водопад вновь обрушился, заграждая вход. Отступила еще на шаг назад, спасаясь от брызг. Позади послышалось фырканье лошади. Обернувшись, я увидела, что экипаж, на котором я прибыла, все еще стоит. Возница бросил на меня вопросительный взгляд.

– Подождите минутку, – попросила на тот случай, если сейчас придется ехать обратно. Одной или все-таки с мастером воды.

Лагельд не появлялся уже несколько минут, но я продолжала стоять. По его манерам так сразу и не поймешь, стоит ли ждать? Может, он попросту решил от меня отделаться. Хотя, в таком случае, мог бы просто прогнать. Уверена, он и глазом не моргнул бы.

Со стороны побережья подул ледяной ветер, пробравшийся под плащ. Небо затянули низкие облака. Только дождя сейчас не хватало!

– Поехали, – на мое плечо опустилась прохладная ладонь лорда Лагельда. Даже сквозь одежду я почувствовала, что рука его холодная, влажная, будто мне на плечо лягушка прыгнула. От этого ощущения нервно дернулась. Но Лагельд не убрал руку. Еще и за талию приобнял, помогая сесть в карету.

Едва экипаж тронулся, я попыталась ненавязчиво высвободиться из ледяных объятий, но мастер воды будто не замечал моих невербальных намеков.

– Уберите руки, пожалуйста, – попросила все-таки вежливо, но настойчиво.

– Не хочу, – нагло ответил лорд.

– Лорд Лагельд! – от возмущения голос сорвался, я повернула в его сторону голову и встретилась с насмешливым взглядом синих глаз, а его четко очерченные губы изгибались в издевательской улыбке.

– Знаешь, – совершенно спокойно заговорил он, не обращая на мое возмущение никакого внимания, – обычно люди вызывают у меня презрение, и прикасаться к ним совсем не хочется. А вот ты... – он сделал паузу, разглядывая меня с интересом исследователя, – ты почти не раздражаешь. И даже когда прикасаюсь к тебе, не чувствую отвращения.

– У Вас потрясающий талант говорить комплименты, – хмыкнула я, все-таки вырвалась и села напротив.

– Я – странный, ты знаешь, – самодовольно заявил маг. – Дай руку.

– Не дам.

– Ну, пожалуйста, – он выгнул брови, состряпав жалобную рожицу, от чего я не удержала смешок. – Мне самому любопытно, от чего так происходит.

– Лорд Лагельд, Вы ведете себя неприлично.

– Я всего лишь руку просил. Одну. И не надо меня называть по фамилии. У меня имя имеется. Каиль, если хочешь знать.

– Каиль, Вы действительно очень странный, – ответила, но все же протянула руку. Он осторожно коснулся пальцами моей ладони. Руки у него, действительно, оказались прохладными и влажными, но вовсе не скользкими как рыба, а будто бы лед таял от тепла моей ладони, только не такой холодный. Я заметила, что ногти у него длинные, как у Дарриана, но не черные, а прозрачные, как стекло. И, наверное, столь же острые.

– Не отнимай руку, – полушепотом попросил он. – Прошу тебя. Это так странно...

– Да что странно-то? – ладонь тут же захотелось вырвать из холодных пальцев, но голос его звучал так жалобно, что я не стала этого делать. Сама не знаю, почему не стала.

– Полметра. Мое личное пространство – полметра. Если кто-то подступает ближе, я чувствую неприязнь. Очень сильную неприязнь, будто кто-то пытается влезть мне под кожу. А с тобой такого нет... Почему? – он поднял на меня глаза, смотрел как ребенок, столкнувшийся с настоящим чудом. Но я не могла ответить на столь странный вопрос. Я, вообще, не знала, как реагировать.

Пока мы ехали, он продолжал держать меня за руку, то рассматривая мои пальцы, то глядя в глаза, будто ожидал, что я объясню его ощущения. Но я так и не смогла заговорить. В молчании мы и добрались до сторожевых башен. Выходя из кареты, он руку мою все же выпустил.

– Лорд Лагельд, – стражник, что не впустил меня, учтиво склонил голову.

– Со мной леди Дайренн Эрсиэ, – произнес мастер воды. – Прошу пропускать ее к казематам, когда ей вздумается, и ни в чем не отказывать.

– Как прикажете, лорд Лагельд, – ответил страж, пропуская нас. Вот, так все просто, и никаких бумажек не потребовалось.

Лестницы, ведущей вниз, здесь не оказалось, пол, мощеный серой плиткой, просто уходил вниз. Путь освещали одни лишь тусклые лучины, а на гладких плитах можно было поскользнуться и скатиться, будто с горки. Каиль вновь завладел моей ладонью. Странные ощущения вызывали его прикосновения. С одной стороны, хотелось сохранить дистанцию, все же мы не были тесно знакомы, но с другой, его прикосновения меня странным образом успокаивали.

Мы спускались все ниже, и коридор наполнялся пугающими звуками. Это были едва слышные стоны, хрип и завывания. Мне ясно представились люди, закованные в колодки, растянутые на дыбах, терзаемые пыточными орудиями. Я силилась различить в этой жуткой какофонии голос Дарриана, крепче стискивая руку Каиля.

– Камеры аристократов дальше, – произнес маг, когда вдоль коридора потянулись металлические двери, а голоса стали громче. – Здесь держат только самых опасных преступников, сумасшедших по большей части.

Коридор завершался двустворчатой деревянной дверью. Каиль постучал трижды, прежде чем стражник, находившийся за ней, впустил нас.

Помещение, в котором мы оказались, было шире, пол уже не уходил вниз, а на стенах висели канделябры вместо тусклых лучин.

– К кому? – спросил страж.

– Нам нужен лорд Дарриан Эрсиэ, – произнес Каиль.

– Кого ты привел, Лагельд?

– Дайренн Эрсиэ. Свидание разрешаю, – важно заявил мастер воды.

– Идемте, – безропотно согласился стражник.

– Когда людей я ненавидел меньше, – тихо шепнул Лагельд, – часто бывал здесь. Работал с убийцами, утопившими жертв, – шепотом объяснил маг.

Следующий зал походил на предыдущий, но здесь имелось три массивных железных двери. Страж приблизился к одной из них, отпер ключом, но сам внутрь не вошел.

– Беседовать будете через решетку, – пояснил он.

За дверью оказалась вполне сносная комната, обставленная, я бы даже сказала, с претензией на аристократический шик. Ее легко можно было бы принять за недорогой гостиничный номер, если бы не решетка, разделившая комнату на две неравные половины. Комната освещалась несколькими канделябрами, которые изрядно закоптили низкий потолок. В уголке располагался небольшой диванчик, точно такой же виднелся по другую сторону решетки. Вплотную к стальным прутьям с нашей стороны примыкал прямоугольный стол, к которому мы придвинули два кресла на изящных золоченых ножках, обитые красным шелком. По ту сторону находилось еще одно кресло.

Лорда Эрсиэ мы ожидали, сидя за столом. Через некоторое время послышались шаги, и я подскочила на месте, увидев, что в сопровождении стражника к нам приближается Дарриан. На нем не было ни цепей, ни колодок, а сам он не походил на человека, прошедшего через пытки.

В горле застыл склизкий комок, не дающий ни вздохнуть, ни сглотнуть. Сердце зашлось сумасшедшим ритмом, а пальцы вцепились в решетку.

Дарриан взглянул на меня, усмехнулся и, усаживаясь в кресло, произнес:

– Вот и свиделись, Дайренн, – затем коротко удостоил внимания мастера воды. – Хороший день, Лагельд, – и снова перевел взгляд на меня. – Зачем ты пришла, Дайренн?

Зачем? Я никак не ожидала этого вопроса. Прозвучал он грубо и неприятно, будто он совсем не рад меня видеть. И ответа я никак не могла найти, только пыталась унять сбившееся дыхание.

– Я беспокоилась, лорд Эрсиэ.

– Не спорю, есть повод. Что случилось с Норимэ?

– Его серебряную нить оборвали. А он... – мне казалось, что это я виновата, что он назвал убийцей Дарриана. – Я подняла труп, а он... – склизкий ком удалось сглотнуть, и он звучно бухнулся о ребра, – он назвал Ваше имя.

– Его убил не я.

– Знаю! Но, я ведь не знала, что он Ваше имя назовет! – голос едва не сорвался на крик, – Не знала! Я бы никогда не стала его поднимать, если бы знала! – из моих уст послышался всхлип.

– Конечно, ты не могла знать, – смягчил тон магистр. – Я и сам был удивлен. Просто кто-то надел качественную личину, выдав убийцу за меня. Достаточно качественную, чтобы Норимэ не заметил подмены, – он протянул руку между прутьями и коснулся моей щеки. Решетка, отделяющая меня от Дарриан, не могла быть серьезной преградой. Он легко сумел бы испепелить всю стражу и уйти незамеченным.

– Почему Вы еще не сбежали? – тихо спросила.

– Понимаешь, Дайренн, если я вернусь сейчас в замок, обвинять меня не прекратят. Имперские войска отправятся в Эрсинкай, и что я им противопоставлю? Крестьянское ополчение? Безмозглых мертвецов? Я не хочу войны, понимаешь? Я несу ответственность за людей, живущих на моей земле.

– И что Вы будете делать?

– Побуду пока здесь. Аристократов здесь не так уж плохо содержат. И мне остается надеяться, что ты во всем разберешься прежде, чем мне отсекут голову, – с улыбкой произнес он, будто говорил о какой-то незначительной угрозе. Будто ему всего лишь штраф грозил. И смысл его слов доходил до меня с опозданием.

– Вам грозит смертная казнь?!

– А ты как думала? – усмехнулся лорд Эрсиэ. – Убит не просто маг и аристократ, убит имперский служащий, придворный мастер огня.

– А... – начала я говорить, но запнулась, обернувшись на молчавшего все это время Лагельда. – Три года назад ведь тоже был убит мастер огня, вы не думаете...

– Тируан совершил самоубийство, – произнес Дарриан. Упоминание имени отца заставило вздрогнуть.

– Он защищал дочь, Вы не понимаете, – вмешался в диалог Каиль.

– О, я понимаю гораздо больше, чем ты, уж поверь, – усмехнулся Дарриан.

– Эфъяр Норимэ и Тируан Аргано занимали при дворе одну и ту же должность. Разве что Тируан носил звание магистра. Но обе истории вполне могут быть связаны, – не унимался Лагельд.

– История Тируана Аргано благополучно завершилась.

– Ошибаетесь, лорд Эрсиэ. Я самолично... – он не договорил, осекся, будто едва не сболтнул лишнего.

– Самолично вонзил в бедную девочку ащхсит? – договорил за него Дарриан.

– Да! – воскликнул Каиль. – Но… – он вдруг замялся, – мы потеряли ее из виду.

– Я знаю, Лагельд, – спокойно ответил магистр. – И все, что случилось после, мне также известно. Забудь об этом. Смерть Эфъяра имеет совсем другие причины.

– Как Вы можете знать, что случилось с лордом Аргано, если живете в несусветной глуши? – возмущенно воскликнул маг воды.

– Да потому что я лично знаком с леди Аллиэн Аргано! – рыкнул Дарриан.

Я же сжалась в комок, мне страшно не хотелось, чтобы магистр выдал мое истинное происхождение. Не хочу, чтобы про меня ходили всякие слухи. И больше всего не хочу объясняться с лордом Лагельдом.

– Твой дядя совершенно невыносим, – прошипел в мою сторону Каиль, поднялся с кресла и направился к выходу.

– Я выясню, кто убил лорда Норимэ, – пообещала Дарриану.

– Не сомневаюсь в тебе, – он помолчал, потом заговорил шепотом. – Лагельд неплохой человек, просто он слишком юн для мага. Не доверяй ему слепо, он бывает глуп, но зла тебе причинить не желает. А теперь иди, пока этот водяной не ушел один, а то заблудишься с подземелье.

Я уже встала с кресла, но потом наклонилась к решетке и тихо произнесла:

– Могу я узнать, по какой причине Вы прибыли в столицу?

– По личной причине, – так же тихо ответил он.

Почувствовала, как к лицу приливает кровь, отвернулась, чтобы скрыть чувства. Не по делу, не навестить меня, не по вызову императора, а по личной причине! Что же это за причина такая, которую он и озвучить не пожелал? А я-то, дура, гадала, почему он не сообщил о приезде. Просто ему не было до меня никакого дела...

Забыв попрощаться, выскочила из помещения, ощущая как взгляд Дарриана колет спину. Выйдя в коридор, захлопнула дверь и навалилась на нее спиной, тяжело дыша.

– Что он тебе наговорил? – поинтересовался Каиль.

– Ничего особенного.

Лорд Лагельд одарил меня пристальным взглядом.

– Никакой он тебе не дядя, – вдруг выдал мастер воды.

– Вас не касается, – прошипела в ответ.

– Мне любопытно, – с отвратительной ухмылочкой проговорил он.

– Я – приемная. Устраивает?

– Не слишком, но сойдет. Просто мне известен его возраст, и будь лорд Эрсиэ тебе дядей, тебе самой было бы около тысячи лет. Вот, только не было у него ни братьев, ни сестер, кажется.

– Послушайте, Каиль, Вам не кажется, что Вы вмешиваетесь не в свое дело?

– Твое дело – мое дело, – важно ответил мастер воды. – Или ты самостоятельно надеешься найти настоящего убийцу? Может быть, ты обладаешь навыками сыскной стражи? Или даром ясновидения? Ты даже в столице никого не знаешь. Эфъяр хоть ко двору тебя представить успел? Нет, дорогая, ты здесь никто и звать тебя никак. Фальшивая леди Эрсиэ, которую разоблачит любой, хоть немного осведомленный человек!

Ничего не ответила. Быстрым шагом двинулась прочь по коридору. Прочь от лорда Лагельда, этого высокомерного затворника, который думает, будто ему доступны все тайны.

Глава 3

В доме покойного лорда Норимэ царила нездоровая суета. Слуги отчаянно драили пол, передвигали мебель, распаковывали массивные коробки. Я, конечно, не в курсе столичных привычек, но, мне кажется, не так готовятся к похоронам.

– Ния, – окликнула я свою камеристку, тащившую по лестнице огромный чемодан. – Ния, ты уезжаешь?

– Нет, леди, – ответила она, утирая рукавом лоб и тяжело вздыхая, – это Вы уезжаете.

– Я?! – у меня дыхание перехватило от возмущения. Я выхватила чемодан у служанки и потащила обратно наверх, а Ния посеменила за мной.

– Леди Эрсиэ, так у лорда Норимэ наследников-то не было, – щебетала камеристка. – И Вы учебу не закончили. Вот, новому придворному мастеру огня имущество-то и отписали. И лорд Адлен приказал постояльцев выселить. Вот, вещи-то мы ваши и собрали.

– Потрясающе! – всплеснула я руками, выронив тяжеленный чемодан. И откуда у меня столько вещей? Кирпичей мне подложили, что ли?

– Леди, прошу Вас, уезжайте, – запричитала вдруг Ния. – Лорд Адлен очень влиятельный и жестокий человек. Если он Вас заметит, нам всем несдобровать. Ваши комнаты уже убрали, а вещи я все-все собрала.

– Я иду в покои лорда Норимэ, – пробормотала, подбирая чемодан.

– А зачем Вам покои покой... – Ния не договорила.

– Я, кажется, приказал выселить постояльцев старика! – раздался пронзительно высокий, почти женский голос, и сию секунду пред нами явился его обладатель. В белом плаще поверх дорого камзола из алого бархата, расшитого золотом, высокий, красивый, но изящные черты лица искажены злобой, а губы кривятся как у капризной девицы. Он откинул назад каштановые кудри и уставился на меня голубыми ледышками глаз.

– Простите, лорд Адлен, – пролепетала моя камеристка, склонившись в реверансе.

– Представь меня, – шепнула я, легонько толкнув служанку.

Девушка неуклюже выпрямилась: не слишком-то удобно исполнять реверанс на лестнице, подняла голову, сначала взглянула на меня, потом робко, из-под ресниц посмотрела на лорда.

– Позвольте представить, – заговорила камеристка, – лорд Адлен, леди Дайренн Эрсиэ.

– Эрсиэ? – лицо лорда скривилось так, будто он лимон укусил. – Что здесь делает девица этого трупного червя?

– Племянница, – поправила я лорда. – А Вы, вообще, кто, собственно?

Молодой человек побагровел от моей наглости и холодной невозмутимости. Ноздри его раздулись, а дыхание стало шумным. Он перевел взгляд на Нию, видимо, желая, чтобы она представила его.

– Леди Эрсиэ, позвольте представить Вам Его Светлость, эрцгерцога Аданира Адлен, лорда северных земель Асишийской Империи.

– Вот! – он поднял указательный палец свет, а затем с придыханием произнес, – Ваша Светлость. Именно так ко мне обращайтесь. А не это ваше: лорд Адлен. Я восемнадцать лет лорд Адлен. Но теперь мы изволим быть Вашей Светлостью.

Смешок перед этой напыщенной светлостью я все-таки не удержала. Конечно, мне не доводилось еще находиться в обществе особ королевских кровей, но почему-то всегда казалось, что высшая аристократия ведет себя не так нелепо и смешно. Дарриан, видевший своими глазами рождение Асшийской Империи, вполне мог иметь право требовать к себе подобного обращения. Все-таки возраст более тысячи лет, звание магистра, наверняка и заслуги перед Империей у него имеются. Но этот парень явно переоценивал свою значимость. А уж пренебрежительное отношение к Дарриану я ему прощать не собиралась.

– Лорд Адлен, – подчеркнуто обратилась к нему без излишнего почтения, – мне требуется осмотреть покои лорда Норимэ.

– Какая наглость! Я велел Вам убираться вон! – разверешался эрцгерцог.

– Лорд Адлен, я веду расследование по поводу убийства лорда Норимэ. Мне требуется осмотреть его покои.

И я решила прорваться на второй этаж, несмотря ни на что. Адлен, конечно попытался загородить проход, но я поднырнула под его руку, и эрцгерцог поймал пустоту вместо меня. Быстро обернувшись, сосредоточилась на силовых линиях. Защиты на нем никакой. Ударила грубым потоком, не пламенем, а одной невидимой силой, причиняя боль в области солнечного сплетения. Эрцгерцог охнул, а я побежала по коридору, услышав позади сдавленный крик Адлена:

– Стража!

Мрак, а я и не подумала, что особа императорской крови имеет личную охрану.

Дверь в покои лорда Норимэ оказалась заперта. С замком возиться некогда, потому просто направила силовые потоки на деревянную дверь, и та рассыпалась в труху. Едва успела приглядеться к энергетическим линиям, как за спиной послышалась тяжелая поступь окованных железом сапог. Служители культа Тьмы уничтожили практически любое присутствие магии, вот только у изголовья кровати мерцало что-то странное, отбрасывая лиловые отблески на постель. Но сияние казалось подозрительно знакомым. Я видела такие линии. Вот только не в нашем мире.

Железная хватка больно выкрутила руки. Я взвизгнула, теряя магические потоки из виду. Стража грубо стащила меня вниз по лестнице и вытолкнула на улицу. Следом полетел и мой чемодан.

– Чтоб тебя мрак пожрал, эрцгерцог! – выкрикнула захлопнувшейся двери. Подобрав чемодан, побрела в сторону городской площади. Наемных экипажей, как назло, не было видно. Чемодан оттягивал руку, я прихрамывала, видимо, подвернув ногу, когда меня вышвыривали, а глаза полнились слезами.

– Леди Эрсиэ! – окликнул знакомый женский голос. – Подождите, леди Эрсиэ!

Обернувшись, я увидела Нию. В руке у нее тоже имелся чемодан, поменьше моего, но, кажется, девушка, как и я, покидала резиденцию мастера огня навсегда. Все верно, ведь лорд Норимэ нанимал камеристку именно для меня. А теперь в ней отпала необходимость.

– Ния, тебе есть куда идти? – поинтересовалась я у девушки, когда она поравнялась со мной.

– Ох, леди Эрсиэ, там такое дело… – она потупила взор. – Можно, конечно, к тетке напроситься на постой, она в столице служит в таверне. Тетка приютит в каморке, наверно, но тесно нам там будет. А домой возвращаться не стану, будут потом судачить, что бежала из столицы, хвост поджав. А Вы теперь куда, леди Эрсиэ?

– На постоялый двор.

– Но Вам же по-прежнему нужна служанка, – продолжала увещевать меня Ния.

– Жалование тебе платил лорд Норимэ. Я не настолько богата, чтобы иметь при себе камеристку.

– Но Вы же леди...

– Не все леди сказочно богаты. А я поиздержалась за время жизни в столице. Мне самой впору на работу наниматься.

– Мне не нужно жалование. И деньги у меня есть, – она потрясла мошной на поясе. – Вот.

– Чего ты хочешь?

– Просто возьмите меня с собой. Мне страшно одной в столице. Я – девушка и простолюдинка, а Вы все-таки леди и маг. А к тетке не хочется...

Некоторое время я молча размышляла. С одной стороны, одной мне было бы проще, да и комнату снимать дешевле, но с другой, Нию я попросту пожалела. Мне и самой было бы возвращаться в Аринкай стыдно. Да и жалования она не просит.

– Хорошо, – согласилась я. – Только не болтай лишнего. И называй меня просто Дайренн. Считай, я больше не леди.

– Спасибо! – радостно взвизгнула Ния.

***

Постоялые дворы, таверны и трактиры отличились друг от друга настолько, насколько ледяной водопад отличается от иссохшей пустыни. Естественно, разнились и цены в заведениях. И каждый хозяин нахваливал свое пристанище, зазывал яркой вывеской, даже если это был убогий сарай за пол медяка за ночь вместе с обедом.

Мы выбрали не самое респектабельное место в городе. Конечно, мне хотелось больше комфорта, но неизвестно, сколько еще мне придется мыкаться, пока хоть какой-нибудь маг не возьмет меня в ученики? Велик был соблазн напроситься к лорду Лагельду, но что-то мне подсказывало, не нуждается он в учениках. Да и склонность у меня к противоположной стихии.

В комнате имелась односпальная кровать и соломенный топчан, который внесли специально для Нии. Изначально мне предложили устроить прислугу на полу, но я настояла на дополнительном спальном месте. Больше никакой мебели в комнате не имелось, даже умывальника. Во дворе находилась баня, которую могли растопить для постояльцев, но топили не для одного человека, а для всех разом. И мне как-то не очень хотелось принимать водные процедуры вместе с мужчинами.

К сожалению, в нашем мире поход в таверну двух девушек считался чем-то из ряда вон выходящим и вызывал неприкрытый интерес. Посетители бросали на нас плотоядные взгляды, и меня успокаивало лишь владение магией. В случае неприятностей я могу легко дать отпор, поэтому беспокойства не выказывала, а вот Ния пугливо озиралась, вызывая этим еще больший интерес к нашим персонам.

Мы сели за дальний столик у небольшого очага, тепло которого так приятно грело в этот промозглый осенний день. Подавальщица принесла нам мясо, обжаренное на углях, и предложила на выбор вино или пиво. Полная женщина нехорошо так ухмылялась, переводя взгляд с нас на воинов, сидящих за длинным столом у окна, тех самых, что беспокоили Нию похотливыми взглядами. От алкоголя мы благоразумно решили воздержаться.

– Мне здесь не нравится, – жалобно протянула Ния, когда подавальщица удалилась.

– Ничего они тебе не сделают, – отмахнулась я, увлеченно ковыряясь в тарелке.

– Леди Эрсиэ, а если они нападут? – девушка с опаской продолжала поглядывать на воинов.

– Я – маг, не забывай. И зови меня по имени. Сейчас мы равны.

– Хорошо, – она чуть запнулась, потом добавила, – Дайренн.

– Что тебе известно об эрцгерцоге?

– Ну, у семьи Адлен обширные владения на севере. Не так давно глава их рода скончался, вот младший лорд Адлен и стал эрцгерцогом.

– Как ты думаешь, мог он убить лорда Норимэ?

– А разве... уже ведь арестовали...

– Лорд Эрсиэ не виновен.

Она помолчала, уделила некоторое внимание своему блюду, потом все же продолжила:

– Не думаю. Он и в столицу только сегодня прибыл. И вообще, не должен был стать мастером огня. Лорд Адлен не доучился, он только подмастерье. То есть был подмастерьем, пока ему сам император не пожаловал звание мастера. Знаю по слухам, что он, вообще, не хотел ехать в Аттарант. Потому и злой такой.

– А куда тело лорда Норимэ отправили?

– Известно куда, в некрополис. Там сегодня ночью будет погребальный костер. Хотите попрощаться? Я бы тоже сходила.

– Хочу еще раз поговорить с ним. Если, конечно, он будет еще в состоянии разговаривать.

– Леди Эрсиэ, как же он разговаривать-то может? Он же мертвый уже, – округлила глаза Ния.

– Я могу поднимать мертвых.

– Ой, жутенько все это как-то, – она смешно передернула плечами.

– А что это у нас тут две девушки и совсем одни, – протянул кто-то за моим плечом. Мы с Нией обе вздрогнули и резко обернулись. С первого взгляда понятно, что перед нами воин, наемник, скорее всего, поскольку никаких отличительных знаков на нем не имелось. Он гадко улыбнулся, продемонстрировав отсутствие переднего зуба, оправил потертую кирасу и нагло положил мне руку на плечо.

– Руки убрал! – прошипела я. – Убрал, я сказала!

Наемник в лице переменился, сдвинул кустистые брови, а мерзкая улыбочка сползла с лица.

– Это кто у нас такой смелый? – протянул он.

Не ответила. Ния тоже молчала, но заметно напряглась, втянула голову в плечи, а пальцы ее впились в край стола.

Руку он так и не убрал. А я прикрыла глаза и начала выплетать боль от ожога, которую он должен был ощутить ладонью, все еще лежащей на моем плече. Заклинание сложное, силовые потоки путались, мялись. У меня не вышло. Вместо ожога вспыхнуло пламя на доли секунд. Наемника отбросило взрывной волной. Я же полетела в противоположную сторону, повалила Нию на пол, но случилось это как раз вовремя. Стол вспыхнул мгновенно, послышался грохот, и на нас посыпался пепел, щепки, штукатурка с потолка.

Остальные воины переполошились, до нас донеслась ругань. Бросив взгляд на приставшего к нам наемника, увидела, как на поверхности его кожи алеют язычки пламени. Воин лежал без сознания. Приглядевшись получше, поняла, что перестаралась. Он был мертв.

Резко вскочив на ноги, подняла Нию, а в следующую секунду мы рванули к выходу под крики наемников и грохот взрывов, которые продолжали случаться не пойми от чего. Выскочив на улицу, мы помчались в сторону императорского дворца. Послышался набат, кажется, кто-то позвал стражу. Мы бежали не оглядываясь, обогнули дворец, свернули в проходные квартала. В боку закололо, дыхание сбилось, но Ния не и не думала сбавить скорости. Свернув в очередной закоулок, она, наконец, остановилась, дав мне возможность отдышаться. Щеки девушки подернулись румянцем, но дышала она ровно. Я же согнулась пополам, жадно хватая ртом воздух.

– Горазда же ты бегать, – пробормотала, глядя на служанку.

– Это мой дар, – произнесла она. – У меня в роду гонцы-бегуны были.

Я, наконец, выпрямилась и удивленно взглянула на девушку. Гонцы-бегуны – довольно редкий народ. Тренированные бегуны способны обогнать коня на скаку и практически не устают. Бегуны ценятся, и довольно странно, что Ния пошла в камеристки, когда могла служить при дворе на весьма уважаемой должности. Странно, что девушка выбрала весьма непрестижную службу у мастера огня.

– Зачем же ты пошла в камеристки?

– А куда я могла пойти? – произнесла она. – Девушка не может быть бегуном. Я ведь не дворянка.

Что ж, мне нечего было на это ответить. У аристократов было иначе. Дворянки получают образование наравне с мужчинами. Прибудь я в столицу под именем аш’Керен, меня бы и на порог в дом мастера огня не пустили.

– Понимаю, – ответила, постаравшись вложить в голос долю сочувствие.

***

В некрополис мы попали ближе к вечеру. До погребального костра еще оставалось время, но людей уже прибыло немало, и мы легко затерялись в толпе. Покойного держали в отдельной постройке – небольшой четырехгранной пирамидке, считается, что тело в ней дольше сохраняется, хотя никаких магических потоков я здесь не видела.

В столице не принято закапывать мертвецов в землю, тела сжигали, а пепел развеивали. Традиционное кладбище заняло бы слишком много места, тут и живым бы стало тесно. Впрочем, им и так тесно, но расширять границу Аттаранта, перестраивать крепостные стены никто не спешил.

Чтобы пробраться в пирамиду, нам пришлось занять очередь желающих попрощаться с покойным. Заходили в постройку по одному или по двое, так что у нас имелись все шансы поднять мертвеца без свидетелей. Очередь продвигалась быстро – прощание не занимало много времени. И довольно скоро мы уже входили в помещение.

Внутри царил полумрак, лишь слабое освещение масляной лампадки позволяло разглядеть тело, лежащее на возвышении под самой вершиной пирамиды.

Я быстро начертила символ и прилепила на лоб мертвеца.

Первое, что сделал лорд Норимэ, так попросту свалился с постамента, глухо застонав.

– Вы можете говорить? – спросила, стоя над лежащим на земле умертвием.

– Да... – произнес он невнятно, ворочая во рту распухшим языком. Пришлось помочь ему принять сидячее положение.

– Гадость какая, – шепнула Ния, зажав рот и нос ладонью, но сейчас мне было не до нее.

– Что за монету Вы передали для лорда Лагельда?

– Передала? – хрипло и зло спросил он.

– Да, – ответила. – Что означает эта монета?

– Это не монета... – он сымитировал тяжелый вздох, – Это начало конца. Спроси своего прежнего наставника.

– Лорда Эрсиэ?

– Это начало конца, – повторил мертвец. – Начало конца... начало конца, – он начал раскачиваться, как безумный, повторяя одну фразу, – начало конца, – изо рта покойника полилась черная жижа – мертвая кровь.

– Мне дурно, – простонала Ния, зажимая рот рукой.

Поместить тело лорда Норимэ обратно на постамент я так и не сумела, а позеленевшая Ния мне точно не была помощницей. Так и упокоила, понимая, что большего от него мы не добьемся.

Едва приложила печать ко лбу мертвеца, когда совсем рядом послышался женский крик:

– Вы что делаете? Стража!

Рванула вперед прямо на женщину, сбивая ее с ног. Коротко обернулась, убедившись, что Ния следует за мной, и попыталась прорваться сквозь толпу. Поначалу люди испуганно расступались, но всеобщее замешательство быстро сменилось агрессией.

– Они осквернили тело мастера! – выкрикнул кто-то в толпе.

Остановил меня сильный удар в лоб, в ушах заломило, а перед глазами поплыло. Последнее, что я видела, – кулак, окованный сталью. А еще ощутила жгучую боль, разливающуюся по всей голове.

Глава 4

Отвратительная боль опутывала все тело, сдавливала, терзала, пыталась разорвать на части. Болела не только голова, по которой пришелся удар, все тело ломало на части. Пытаясь разлепить веки, я приподнялась на локтях. Желтоватый свет факела лениво разгонял тьму, позволяя ей ютиться в углах небольшого помещения без окон.

Односпальная кровать, именно кровать, а не деревянные доски, на коих принято спать в тюрьмах, небольшой столик, стул…

Осторожно встала, придерживаясь за стенку, голову повело, замутило. Вот только сотрясения мозга мне не хватало! Камеристки со мной не было. То ли успела сбежать, то ли определили ее в другую камеру. Второй вариант, естественно, хуже. Мало ли, что она наболтает в мое отсутствие? Открыть дверь я могла бы без труда, но беда в том, что находиться в столице вне закона не получится. Если сразу уехать – еще куда ни шло, но в Аттаранте каждый стражник сочтет своим долгом задержать меня. Поэтому выйти мне следовало отсюда законным способом, мне ведь еще с обвинением лорда Эрсиэ предстояло разобраться.

Железная дверь открылась со скрипом, и возникший на пороге стражник жестом велел идти за ним. Встала с трудом, опираясь на стул, пошатываясь, подошла к стражнику. Тот одарил меня брезгливым взглядом и вышел в плохо освещенный коридор. Медленно двинулась за ним, держась за стенку. Меня замутило, к горлу подкатила тошнота, а потом еще и яркий свет ослепил. Я сощурилась, одной рукой прикрыла глаза, другой все еще держалась за стенку. Такое же освещение было в операционной Дарриана, только еще ярче. Под потолком зависли несколько магических светильников белого цвета.

Стражник грубо оторвал меня от стены и усадил на стул.

– Почему ее не сковали?! – послышался неприятный возглас. Странно знакомый возглас.

– Да ведь девчонка... – попытался оправдаться стражник.

Глаза понемногу привыкли к свету, и я увидела маленькие поросячьи глазки, лягушачий рот и серую мантию Ордена Света.

– Раддан... – вырвался у меня удивленный выдох.

– Узнала, – он растянул губы в улыбке.

После того, что произошло в резиденции Ордена в Аринкае, я была уверена, что не увижу этого адепта в добром здравии. Как говорил Дарриан, они либо сойдут с ума, либо умрут от страха. Но Раддан явился целым и невредимым, не считая волос, которые полностью побелели.

– С тобой ведь больше нет это твари?

Ярость заклокотала в груди. Не так давно Буся пропал. Он и раньше уходил на охоту на несколько дней, но в этот раз задержался. Ему не нравилось в доме мастера огня, и он все чаще пропадал где-то на улицах столицы. Впрочем, не знаю, на кого он охотился, о загадочных трупах или без вести пропавших, или сошедших с ума не сообщалось. Я все надеялась, что на днях он вернется, но после слов Раддана впервые по-настоящему испугалась за наэппи.

– Я и без наэппи сожгу тебя дотла, – прошипела, с силой стиснув кулаки.

– Я не собираюсь с тобой сражаться, Дайренн, – ласково пропел адепт. – С призывами демонов покончено, ты ведь знаешь. Нет Гамигина, нет смысла убивать тебя.

– Ты убил Норимэ!

– Я? Отнюдь, – рот его презрительно скривился. – Я пришел, чтобы договориться, а ты ведешь себя как маленькая глупая девочка.

– О чем мне с тобой договариваться? – удивилась я.

– Мне нужно знать, что знал Норимэ.

– Допустим, я могла бы рассказать, – загадочно протянула. – Но зачем мне это?

– Свобода. Я отпущу тебя и твою болтливую подружку.

Замолчала, переводя взгляд на стены, потолок, на мантию адепта, снова на стены. Проблема в том, что мне совершенно нечего было ему сказать. Лорд Норимэ не посвящал меня в свои тайны. А Раддан вряд ли интересуется методикой испепеления живых существ.

Мое молчание адепт Света истолковал иначе.

– Брось, Дайренн. К чему хранить тайны мертвеца? Ему не сделается никакого вреда от твоих слов.

– Значит так, – начала я, – сразу после того, как мы Орден ваш разгромили, я села на корабль и отправилась в Аттарант. У меня были рекомендательные письма к лорду Норимэ, вот, к нему я и отправилась. Старик с первого взгляда мне не понравился. Впрочем, как и я ему. Но он терпел. Терпела и я. Обучал он меня не очень хорошо, требовал лишь аккуратности и сосредоточенности в те редкие моменты, когда, вообще, замечал. Зато пустил в библиотеку. О, библиотека у него шикарная...

– Стой, Дайренн, – прервал меня Раддан. – Думаешь, мне интересно твое неудавшееся ученичество, – он нахмурился. – Ты бы еще с младенчества свою жизнь мне рассказала, – фыркнул адепт.

– Ну, ладно, – пожала я плечами. – Родилась я в столице, в небольшом городском доме рода Аргано. Мама рассказывала, что я была очень крупным ребенком и у год у меня было аж шестнадцать зубов...

– Издеваешься?! – не выдержал адепт.

– Сам же просил, – я постаралась сделать как можно более невинный взгляд.

– Издеваешься... – прошипел он, – По существу говори.

– А что по существу-то?

– Он говорил что-нибудь о древних знаниях?

– Нет, – честно ответила.

– А самораспадающемся металле?

– Не помню.

– Ну же, Дайренн, скажи хоть что-то, и я отпущу тебя.

– Хоть что-то я уже сказала.

– Нет, не то. Ты ведь не настолько глупая, какой хочешь казаться. Что он искал? Хоть немного вспомни.

– А Дарриан?

– При чем тут Дарриан? – неподдельно удивился Раддан.

– Его отпустишь?

– Дарриан здесь? – вытаращил поросячьи глазки адепт.

– А ты не знаешь?

– Впервые слышу.

– Его обвинили в убийстве Норимэ.

– Ты серьезно?

– Вполне.

– Дарриан действительно убил Норимэ?

– Нет, конечно.

– Тогда...

– Ну... в общем, труп Норимэ указал на него.

– Хочешь сказать, в столицу вызывали некроманта?

– Нет... – я смущенно отвела взгляд. – Это я труп подняла.

– Да уж, – протянул Раддан. – А с виду не дура. Норимэ не настолько важная персона, чтобы вызывать для него некроманта. И кто ж тебя надоумил?

– Он был придворным мастером огня, – возразила ему вместо ответа.

– Твой папаша был рангом повыше. Но что-то обошлись без некроманта, – он многозначительно покачал головой. – Хоть и не выношу ваше тухлое племя, но Дарриана придется вызволить. Он мне еще пригодится, если дело с артефактами не разрешиться в ближайшее время.

– Какими еще артефактами?

– Что? – он фальшиво улыбнулся. – Какими артефактами?

– Ты только что сказал!

– Я? Да быть не может, – наигранно всплеснул адепт руками.

– Ненавижу... – прошипела бессильно.

– Больше ничего поведать мне не хочешь?

– Нет!

– В таком случае, до встречи на дворцовой площади, – адепт гаденько ухмыльнулся. – Тебе-то ерунда грозит, всего-то с десяток ударов плетью. Но я бы взглянул все равно. А вот Эрсиэ... Интересно, его повесят или голову отрубят? А, может, по-нашему, на костер?

– Заткнись!

– Если что-нибудь вспомнишь, скажешь стражнику, я приду. А пока, пожалуй, побеседую с некромантом.

Я так и сидела на стуле, наблюдая, как серая спина удаляется, пока страж не подхватил меня под руку и не поволок обратно к месту заточения.

Когда дверь закрылась, я рухнула на кровать и в голос разрыдалась.

***

Окон в тюремной камере не имелось, поэтому я никак не могла судить о том, сколько проспала, какое сейчас время суток и как долго, вообще, здесь нахожусь? Совершенно потеряла счет времени. Однако голода пока не испытывала, и можно предположить, не так уж долго длится мое заключение.

Напрягая память, я пыталась вспомнить, что же такого мог упомянуть лорд Норимэ, что могло бы заинтересовать Раддана? Мне не жалко, сдам с потрохами, все равно он уже мертв, а свобода мне ой как нужна. Но дело в том, что о древних знаниях маг не говорил ничего. Совсем. Он, вообще, был не слишком разговорчив при жизни, а уж тайнами со мной и подавно не делился.

Монетка! Ох, мрак, а вдруг о ней спрашивал Раддан? И как я могла про нее забыть? Вот голова моя бездонная! А, может, и хорошо, что забыла? Проскользнула вдруг мысль, что не стоит Раддану про нее рассказывать. К тому же сам серый кругляш у Лагельда. И если все же предположить, что Раддан соврал, и Орден причастен к смерти лорда Норимэ, они и до мастера воды могли бы добраться. С другой стороны, адепт мог бы пролить свет на происхождение монетки. Мог бы, если бы захотел. Но разве ж станет он вот так запросто удовлетворять мое любопытство?

Размышляя о странной монетке, я и не заметила, как открылась дверь в камеру, и потому вздрогнула, когда моего плеча коснулась чья-то рука. Едва не взвизгнула.

Человек, стоящий рядом откинул капюшон, и моему взору предстало юное лицо лорда Адлена.

– Эрц... – от удивления я закашлялась, – эрц... – слова никак не лезли из глотки.

– Эрцгерцог Адлен, – поправил он меня. – Ваша Светлость, если уж быть точным.

– Лорд Адлен, – «Вашу Светлость» проигнорировала умышленно. – Удивлена Вашем визитом, – я все же встала и изобразила ленивый реверанс. – Присаживайтесь, – указала на единственный стул, а сама снова опустилась на кровать, хоть и положено мне было стоять, пока этот высокородный выскочка не присядет.

– Ты и вправду повторно заставила говорить труп лорда Норимэ? – эрцгерцог так и остался стоять.

– Не слишком-то много он мне сказал, – пожала плечами.

– Мне плевать, что он сказал, – он помолчал, посмотрел куда-то в сторону, потом продолжил. – Ты поедешь со мной.

– С какой стати? – ответила грубо, совсем без любезностей.

Он удивленно приподнял бровь, раскрыл рот, но все еще не издавал ни звука. Потом все же, собравшись с духом, продолжил:

– Ты поедешь со мной в Адалендир. Я все сказал.

Адалендир, значит. Дир – означает не город, не крепость, не какие-нибудь деревушки, как Аринкай или Эрсинкай. Дир – это целая область на самообеспечении, входящая в состав Асшийской Империи. Это, действительно, крупное землевладение, включающее в себя несколько городов-крепостей и множество разрозненных крестьянских поселений. Дир имеет четкие границы, собственную армию, ремесленные производства, шахты и прочее. Считай, государство в государстве. А я, вот, так нагло общаюсь с правителем этого государства. Все равно, если бы с императором так разговаривала. Он меня сейчас в пепел обратить может, и ничего ему за это не будет. Даже несмотря на то, что я сейчас принадлежу к аристократам.

Эрцгерцог улыбнулся. На этот раз вышло не слишком мерзко, даже по-доброму, я бы сказала.

– Хочешь, дворовую девку свою взять?

Поняв, о ком он говорит, я побагровела:

– Ния – моя камеристка, – прошипела.

– А разница какая? Ай, не важно, – махнул он рукой. – Поедет с нами.

– Зачем мне, вообще, ехать в Ваши земли?

– Потом узнаешь. Давай, поднимайся, – и он довольно грубо выдернул меня с кровати.

– Да что Вы позволяете?! – взвизгнула.

Он наклонился ко мне очень близко. Я ощутила, как скользкий, холодный взгляд прошелся по коже, будто кусочком льда провели. Ухмыльнулся злобненько, показав острые клыки, почти как у демонов. Вдруг с силой сжал мои плечи и произнес:

– Я могу позволить себе и большее. Гораздо большее, – слова он томно растягивал. – Я могу позволить себе все, – слова он выдыхал мне прямо в лицо. И хоть дыхание его нельзя было назвать несвежим или дурнопахнущим, скорее, наоборот, запах от него исходил превосходный, но кривилась я так, буду со мной помойная яма заговорила. Но высокородный лорд снисходительно не обращал на мою мимику внимания. Оно и понятное дело, он в своем Адалендире царь и бог, слово его – закон и все такое, будет он еще приглядываться ко всяким сомнительным леди.

Плечи мои он все же отпустил, ухватил вместо этого за руку и поволок в коридор.

***

Прямо у сторожевых башен нас ожидал воистину шикарный дилижанс. Прежде мне не доводилось в таких ездить. Выкрашенный ярко-алой краской, расписанный золотом, с ромбовидным оконцем, из которого выглянула улыбающаяся физиономия Нии. Она выглядела уставшей, но весьма довольной своим положением.

Лорд Адлен услужливо открыл для меня дверцу, пропуская внутрь. Сам же в карету не полез. В окошко я видела, как эрцгерцог оседлал здоровенного коня вороной масти и помчался вперед. Дилижанс мягко покачнулся на пружинной подвеске и плавно покатил следом за лордом Адленом. Почти так же мягко, как древний автомобиль. Жаль, что не так быстро. Эх, сюда бы мою желтую лупоглазку – мигом бы домчали.

– Все-таки он милый, правда? – пробормотала Ния.

– Кто? – вынырнула я из своих мыслей.

– Аданир Адлен, – ответила девушка.

– Это вряд ли.

– Это так благородно с его стороны – даровать нам свободу, – продолжала витать в облаках Ния.

– Еще не ясно, какова плата.

– Что же тут не ясного? – хлопнула служанка ресницами. – Он женится на Вас.

От этой фразы у меня глаза на лоб полезли.

– Не болтай ерунды. Ему что-то нужно от меня.

– Все-таки он очень красив... – благоговейно вздохнула камеристка.

– Ния, перестань! У нас проблемы. Большие проблемы. Из-за этого лорда Адлена! А ты тут розовыми соплями исходишь!

– Ах, леди Эрсиэ, просто Вам еще может повезти. А меня эрцгерцог замуж точно не позовет.

– Весьма сомнительное везение.

– А что тут сомневаться? Красив, богат, знатен. Что не так? – не унималась моя камеристка.

– Да присмотрись внимательней! Наглый, манерный, самовлюбленный, грубый. Да мало ли, какие еще у него отвратительные черты проявятся? Вот, выйдешь за такого, он в замке тебя запрет, а за непослушание еще и поколачивать станет.

– Все равно он на меня и не взглянет, – совсем сникла девушка.

– Вот и радуйся.

***

Дорога в северные земли оказалась долгой. Долгой и скучной. Пейзаж за окном практически не менялся с тех пор, как мы покинули Аттарант. Степь, редкий лес, успевший сбросить листву, снова степь, равнины с одинокими кустиками и деревцами. Отчего-то мы свернули с тракта и ехали теперь через степи и поля. Это было более, чем странно. Так не путешествуют. Здесь нет дорог и легко заплутать. К тому же дилижанс идет крайне медленно.

Ния беспрестанно восхищалась красотой блеклого пейзажа, будто не дикие земли видела, а величественный Кадаф. От ее щебетания ломило виски, а в ушах стоял звон. Но молчать она могла не более пяти минут. Но больше всего меня раздражало ее благоговение перед эрцгерцогом. От одного упоминания его имени кровь закипала. Но Ния будто не замечала моей невысказанной злобы. Невысказанной, потому что высказывать ей что-либо было совершенно бесполезно. Камеристка начинала спорить, едва не переходя на личности. Я успела множество раз пожалеть, что, вообще, согласилась взять ее с собой.

Кутаясь в одеяла, заботливо предоставленные нам эрцгерцогом, я пыталась уснуть, наложив на собственные уши заклинание глухоты. Наступившая тишина позволяла задремать, но магия почему-то держалось недолго, и я каждый раз просыпалась от оживленного монолога Нии, продолжавшей изливать свои мысли и наблюдения.

Путь занял около восьми суток, если я не сбилась, считая дни и ночи. Ехали практически без остановки. Никаких трактиров на нашем пути не встречалось, ведь двигались мы не по тракту. Выпускали нас разве что по нужде.

Питаться пришлось весьма скудными припасами. Наш рацион состоял из жесткого вяленого мяса и пресных лепешек. Изрядно удивило, что эрцгерцог трапезничал тем же самым. Мне-то казалось, такие, как он, возят с собой целые обозы с провиантом, а заодно и личного повара, творящего кулинарные шедевры, достойные императора. Но лорд Адлен даже не спешивался – прямо верхом жевал пересохшие лепешки. Впрочем, мы тоже устраивали трапезу прямо в дилижансе. Лишь на время короткого сна эрцгерцог спешивался, доставал лежак и спал под открытым небом. Мы же ночевали в дилижансе, и зачастую просыпались уже будучи в пути. Я бы, вообще, могла всю дорогу проспать, если бы сидения не были столь короткими, узкими и жесткими. Это когда путь близкий, сиденья кажутся мягкими и удобными, и трясет не сильно, но уже на третьи сутки я просто ненавидела этот дилижанс. Мечталось мне о мягкой постели, чистом белье, горячей ванне и прочих атрибутах комфорта.

Утром восьмого дня мы приблизились к высоченным городским воротам. Адалендир – это не город, а гигантская крепость с каменной стеной, на которой с легкостью поместятся пять конных вряд. Это шире, чем некоторые городские улицы Аттаранта. Воины, облаченные в тяжелые доспехи, патрулировали стену с луками и метательными копьями, а на вышках стояли арбалетчики, беспрестанно наблюдающие за теми, кто приближался к городу.

Стена Адалендира простиралась по обе стороны от ворот до самого горизонта. Из-за ее высоты невозможно было увидеть, что же происходит внутри? Сам город, если можно называть городом такую громадину, стоял посреди бескрайнего поля, поросшего заалевшей травой, и казалось, будто пространство вокруг залито кровью.

Отчего-то вспомнилась цитадель С’Ньяка, такая же огромная, мрачная и величественная, как крепостная стена Адалендира, сложенная из темных, обожженных кирпичей.

Перед эрцгерцогом воротины со скрипом разъехались в стороны, уходя в камень, а скрытая за ними решетка поползла вверх.

– Интересно, от кого они так защищаются в этой глуши? – произнесла я вслух.

– Как же красиво... – выдохнула Ния, а я махнула на нее рукой.

Глава 5

Здесь все мне казалось странным. Наверное, более необычным местом был только Кадаф. Вот, только мир, населенный демонами, в отличие от Адалендир не нагонял на тоску и мысли о безысходности. Дома, сложенные из серых камней, правильной квадратной формы смотрели круглыми маленькими оконцами с зелеными стеклами. Мы ехали по широкой улице, припорошенной снегом, по обеим сторонам которой высились однообразные строения. Город утопал в тумане, холодном, колючем, будто состоящим изо льда, и то, что ожидало нас впереди, совершенно не возможно было разглядеть.

Замок эрцгерцога возвышался на искусственно созданном островке, окруженном глубоким рвом. Сразу видно, что проектировал его тот же архитектор, что и весь город. Те же каменные кубы, только сложенные друг на друга на манер пирамиды. Когда-то у меня были деревянные кубики с рунами. По ним дети учатся читать. И я тоже собирала такие же пирамидки. Нижний ряд – три кубика, следующий – два, затем один. Вот, и замок был точь-в-точь копией детской игрушки. Невольно хихикнула, разглядывая эту несуразицу.

Дилижанс остановился, и лорд Адлен, спешившись, подошел к транспорту и нам открыл дверцу. Меня до костей пробрал ледяной ветер. Одежда моя оказалась крайне неподходящей для северного климата. Колкий морозный воздух обжег легкие. Ния тоже зябко куталась в тонкий осенний плащ, дыша через приложенные ко рту ладони.

Мост со скрежетом опустился, открывая путь к замку. Никто не вышел нам навстречу. Я, вообщ,е людей здесь не увидела. Даже в замке лорда Эрсиэ было оживленнее. Адалендир же больше напоминал безжизненную ледяную пустошь. В таком месте разве что кошмары Лэнга могут водиться.

Ния едва переставляла ноги, дрожа от холода и, возможно, от страха. Она пугливо озиралась по сторонам, будто и впрямь ожидала увидеть здесь нежить. Хотя до того, как мы покинули карету, не переставала восхищаться. Кажется, она только теперь осознала, что попала вовсе не в волшебный мир.

Эрцгерцог взял меня за руку и чуть придержал, давая камеристке возможность уйти чуть дальше. Достаточно, чтобы до нее не долетали обрывки наших слов.

– Ты ведь не знаешь, зачем я привез тебя сюда? – полушепотом спросил лорд Адлен.

– Нет, – ответила, одарив его злобным взглядом.

– И никто не должен знать. Сейчас в замке намечается смотр невест. Это скорее формальность, но я едва стал эрцгерцогом, и того требует традиция. Пусть все думают, будто я привез тебя на смотр. Скажи, ты, и впрямь, благородного происхождения?

– У меня были бумаги, – вот мрак! Я ведь только теперь опомнилась, что все документы остались в таверне, которая, скорее всего, сгорела.

– Были?

– В таверне, в комнате. Но, – я потупила взгляд, – кажется, они сгорели.

– Ты из рода Эрсиэ? Верно? Лорд Эрсиэ подтвердит?

– Да-да, только…

– Что не так? – он недовольно нахмурил брови.

– Лорд Эрсиэ в тюрьме.

– Что?!

– Он в той же тюрьме, откуда Вы меня забрали.

– Почему сразу не сказала?!

– А Вы не спрашивали!

– Это из-за вашей выходки?

– Лорд Норимэ назвал имя убийца. Он обвинил Дарриана.

– Просто прекрасно! Привел невесту из семьи убийцы! Другая ветвь твоего рода благородного происхождения?

– Нет, – я втянула голову в плечи. – Но… – все же решила признаться, – по рождению я не Эрсиэ. Меня зовут Аллиэнн Аргано. Тоже… благородный род.

– Ага, – хмыкнул эрцгерцог, – я в курсе. Только проклятый.

– Ах, лорд Адлен, неужто Вы столь суеверны? – манерно отмахнулась от эрцгерцога.

– Я – нет. А вот матушка моя весьма строго блюдет нравы. И как прикажешь тебя ей представить? А она ни в чем не должна тебя заподозрить. Это важно. Мне-то на смотр плевать. Но матушка будет в ярости, если узнает твою весьма занимательную родословную.

– А почему нельзя, вообще, обойтись без моего участия в вашем дурацком смотре?

– Говорю же, моя матушка весьма строгих нравов придерживается. А по нашим традициям мне, вообще, запрещено иметь дело с женщинами до выбора невесты.

– Может быть, я сойду за новую служанку?

– Исключено. В замке мужчинам служат только мужчины. А за мужчину ты точно не сойдешь. К матушке же я тебя приставить не могу. Тебя вмиг разоблачат. Ладно, – он махнул рукой. – Представлю тебя, как Дайренн Эрсиэ. И будем надеяться, что слухи из столицы доползут не так быстро.

***

Эх, а я-то надеялась, что, несмотря на убогость внешнего вида, в замке меня ждет убранство, достойное эрцгерцога. Внутри оказалось еще хуже: мрачно, пыльно, никакого изящества в интерьере. Казармы в Аттаранте и то краше.

Меня поселили на верхнем этаже, кажется, третьем, если не ошибаюсь. Всего одна комната. Не отдельное крыло, как было в замке Эрсиэ, не апартаменты с гостиной, спальней и уборной, а всего лишь каморка, как для прислуги. Здесь не было даже элементарных удобств. Уборная находилась где-то в конце коридора.

Нию так и вовсе поселили где-то в бараке вместе со всей челядью. Хоть и раздражала она болтливостью, но мне стало ее искренне жаль. Интересно, каким образом камеристка должна успевать прийти по требованию, например, ночью, если она спит где-то в хозпостройках? И я бы разрешила ночевать ей в своей спальне, вот, только кровать здесь была только одна, и та односпальная. Хорошо еще, что я в состоянии сама переодеться: жизнь в дядькином поместье приучила к самостоятельности.

Первые дни я почти не видела людей. Эрцгерцог так же не уделял мне внимания, будучи занятым своими эрцгерцоргскими делами. В комнате не убирались, не меняли белье, лишь подавали еду сомнительного качества, совершенно безвкусную и холодную. Уж лучше было вяленое мясо, что мы грызли в дороге, чем зеленоватая кашица, именуемая супом.

На четвертый день эрцгерцог все же соблаговолил посетить меня, когда я уже обдумывала план побега из этой захудалой провинции.

В этот день мне подали новое платье, большое и уродливое. В Аттаранте таких не носили уже лет двести уже. С огромной юбкой, кринолином, корсетом и немыслимым количеством кружев, рюшечек и блесток. Каждый элемент по отдельности мог бы вызвать восхищение. Тончайшее кружево, сплетенное из посеребренных нитей, золотое шитье, изображающее на юбке диковинных птиц, расшитый изумрудами лиф, дорогой атлас алого цвета, привезенный с востока. Но, вот, все вместе создавало впечатление редкой безвкусицы. Еще и жутко неудобные чопины вместо нормальной обуви. Можно подумать, мне так уж необходимо увеличивать рост. Облачиться в это кошмарище без помощи камеристки было не просто сложно, а совершенно невозможно. А Ния, как назло, куда-то запропастилась, и прислуживать мне явилась совершенно посторонняя девушка.

Войдя в мою комнату без стука, эрцгерцог смерил меня оценивающим взглядом и произнес:

– Нравится?

– О, просто замечательно, – хотела соврать, но получился сарказм.

– Можешь не пытаться мне врать, – он хитро улыбнулся. – Но положено тебе облачаться именно так, если хочешь участвовать в смотре невест.

– Хочу?! – вытаращила я глаза.

– Хочешь, – самодовольно ответил лорд Адлен. – Постарайся хотя бы изобразить желание быть избранной. Поверь, меня тоже весьма коробит твое презрительное отношение, вместо привычного мне обожания. Не ради меня.

– А ради чего? – возникла мысль назло провалить смотр. Потому что я ненавижу делать бессмысленные вещи.

– Позже. Сегодня мне следует представить тебя матушке. И мне это так же не доставляет удовольствия, как и тебе. Но постарайся не слишком отличаться от предыдущих кандидаток. Тебе не приходилось играть в театре?

– Нет, – я сделала шаг назад, хотела присесть на кровать, но вдруг поняла, что не смогу из-за огромной юбки. А если и сяду, то не встану.

– Жаль. Сегодня ты исполнишь роль наивной дурочки, тающей от восхищения мной. Постарайся не провалить свой дебют.

– Да уж, это будет не просто, – вдохнула, и корсет сжал как стальные тиски.

– Я кажусь тебе настолько ужасным?

– Мне здесь не нравится. И я не понимаю, зачем я здесь нахожусь? А Вы, лорд Адлен, может быть, и не столь ужасны, но кажитесь именно таковым.

– Ваша Светлость. Прошу тебя, хотя бы при матушке, обратись ко мне Ваша Светлость. После можешь звать меня, как угодно.

– Хорошо, – процедила сквозь зубы.

– Идемте за мной, леди Эрсиэ, – он склонил голову и протянул мне руку. Пришлось подчиниться и даже вложить пальцы в его ладонь. Рука у него оказалась теплой, мягкой, приятной. И мне странным образом даже чуть спокойней сделалось.

По широкой лестнице мы спустились на первый этаж. Здесь находился зал приема. Это нечто среднее между трапезной и кабинетом. Точнее, похоже это было на трапезную в старинном стиле. Помещение большое, неуютное, темное. Свечи, что ли, они экономят? Везде полумрак, да еще и окна затемненные. Зимнее солнце, и без того не слишком яркое, с трудом проникает сквозь толстое зеленое стекло. Посреди зала распологался длинный деревянный стол, дальний конец которого был шире, и на нем громоздились книги, свитки, письменные принадлежности.

В помещении оказалось пусто. Я уже хотела сесть за стол, но эрцгерцог резко одернул меня. Кажется, я снова позабыла об этикете.

– Первой присаживается матушка, – шепнул на ухо лорд Адлен.

Из темноты появилась фигура в таком же громоздком, как у меня, платье. Она не шла, она вплыла в освещенный круг, излучая высокомерие. Императрица, как минимум. Осторожно расправив юбки, она опустилась в кресло у широкого конца стола.

– Ее Светлость, леди Илмира Адлен, – торжественно объявил эрцгерцог. – Матушка, – обратился к ней лорд, склонив голову, – позвольте представить леди Дайренн Эрсиэ. – лорд толкнул меня в бок, и я попыталась грациозно присесть в реверансе. Попыталась, потому что вышло не слишком грациозно. Совсем неграциозно. Ощутила себя коровой в кринолине.

– Оставь формальности, Адди, – заговорила дама, и я услышала зубовный скрежет эрцгерцога. Он отодвинул для меня стул, помог справиться с юбками, и я, наконец, смогла сесть.

– Не говори первой, – шепнул он.

– Леди Эрсиэ… – задумчиво произнесла эрцгерцогиня, – кажется, я слышала о Вас. Кем Вы приходитесь некроманту?

– Племянницей, – хотела сказать «леди Адлен», но все же выдавила из себя, – Ваша Светлость.

– Прекрасно, – протянула она. – Много лет назад Ваш дядя имел честь быть представленным мне. Отчего же он не сопровождает Вас?

– Неотложные дела в столице, Ваша Светлость, – ответила, почти не солгав, ведь трудно отложить собственный арест.

– Позже Вы непременно должны поведать о нем. Мне любопытно, как сложилась его жизнь. Но не сейчас. Не сегодня.

– Леди Дайренн обучалась искусству огня, как и я, матушка.

– Ты Вы не некромант? Отчего же так сложилась?

– По настоянию дяди я обучалась более востребованной конфессии. Некромантия не подразумевает особой склонности. Поэтому я могла выбрать ту сферу, к которой более предрасположена по природе.

– Очень верный шаг. Некромантия не в чести. В том числе и в Адалендире. Если Адди, – лорд снова скрипнул зубами, – выберет Вас, это не вызовет недовольства у дворянства.

– О, это было бы для меня большой честью, – без зазрения совести врала я.

– Не сомневаюсь. Лорд Эрсиэ хоть и древний, но Вашу кровь нельзя назвать чистой. Однако я не стану принуждать Адди, – эрцгерцог снова заскрежетал зубами.

– Спасибо, матушка, – процедил он.

– Эта последняя? – зло прошипела эрцгерцогиня. Она вдруг резко переменилась, маска надменности спала с ее лица, сменившись усталостью, проявились морщины,и стало очевидно, что общение ей не доставляет радости. Но меня больше удивило, что произнесла она это так, будто я больше не могла ее слышать.

– Да, – подтвердил лорд Адлен.

– Уводи ее. Я устала.

Не выдержав, хотела возмутиться подобной манере общения. Это же просто неприлично, говорить о присутствующем в третьем лице. Но лорд Адлен вдруг встал, подошел к матери, а на меня будто оцепенение накатило.

– Дайренн – маг, не играйте с ее разумом, матушка.

– Не тебе давать мне советы, – прошипела она. – Ты выберешь ее.

– Но, матушка! – взревел лорд Адлен.

– Ты не понимаешь. Дело не в происхождении. Ты будешь с нею счастлив. Разве ты не видишь ее отличия от остальных девиц? Умна, воспитана, да к тому же у вас одна стихия – сфера огня. Это значит куда больше, чем ее кровь. Я не желаю видеть рядом с тобой одну из этих безмозглых кукол.

Эрцгерцог вернулся ко мне, рывком поднял, словно я не живой человек, а мешок с костями. От неожиданности я вскрикнула и попыталась высвободиться.

– Морок не подействовал, – испуганно пролепетала эрцгерцогиня.

– А я ведь говорил, – ухмыльнулся лорд Адлен, а затем обратился ко мне. – Как себя чувствуешь?

– Нормально, – ответила, стараясь придать голосу твердости, но вышло жалобно.

– Не подействовал, – снова ухмыльнулся Адлен и быстро потащил меня к выходу. Затылком я ощущала обжигающий взгляд леди Адлен.

– Что происходит? – спросила я, окончательно выпутавшись из морока.

– Я все объясню сейчас. Только дойдем до моих покоев.

Вел меня эрцгерцог жестко и настойчиво. Меня же от мысли о посещении его личных покоев передергивало, но возражений он просто не замечал. С другой стороны, может, он действительно все, наконец, объяснит? От недостатка информации у меня скоро зуд начнется.

Покои Эрцгерцога были не в пример шикарнее моих. Во-первых, здесь было несколько комнат. Полноценные покои, а не комната, как на постоялом дворе. Во-вторых, резко отличался стиль убранства. Здесь было немного вычурно, местами аляповато, но в корне отсутствовала атмосфера сырых подвалов и пыльных чуланов, мысли о которых навевали мои собственные апартаменты. Здесь и шторки на окнах имелись, и розовый диванчик, обитый шелком, а не мешковиной, как в прочих местах, а на столе в гостиной красовался вполне съедобный обед. А я еще и не завтракала. Столовые приборы подразумевали двоих участников трапезы. То есть, лорд Адлен заранее собирался пригласить меня к себе. Запах исходящий из глиняных горшочков дразнил желудок, давая четко осознать, что там мясо. Самое настоящее мясо, а не этот жуткий суп, подаваемый мне трижды в день.

Эрцгерцог отодвинул стул и почти насильно усадил меня, сминая кринолин.

– Я подумал, что разговор куда приятнее вести за обедом. На юге ведь так делается?

– По-разному, – пожала я плечами.

– Самая сложная часть уже позади, – он рассмеялся. – С матушкой познакомились.

– Вы ведь не собираетесь следовать ее совету?

– Как знать, – он хитро улыбнулся, притрагиваясь к блюду. Что ж, я тоже решила не терять напрасно времени и пообедать, как следует, пока есть возможность. Но вскоре у меня заболел живот, не сумев вместить себя должного количества мяса после вынужденного аскетизма.

Откуда-то из-под стола лорд Адлен достал бутыль с вином. Разлил по бокалам, и я хоть и была уверена, что не стоит выпивать в сомнительной компании, немного пригубила. На кончике языка осталась терпкая сладость напитка.

– Почему мне все время подают этот ужасный суп? – возмутилась, набравшись смелости.

– Это традиция.

– Традиция кормить гостей помоями?

– Это древняя традиция. Невесту потчуют совершенно негодной пищей, дабы она поскорее захотела взять на себя обязанности по кухне. Этот обычай появился еще тогда, когда не было слуг, а все домашние дела вела жена. Когда-то даже аристократы так жили, не только простолюдины. По этой же причине твоя комната напоминает дешевый трактир, не убирает горничная, не меняют белье. По идее ты сама должна создать уют.

– Потрясающе! – я всплеснула руками, едва не опрокинув стакан. – А другие девушки… и впрямь сами убирают комнаты, готовят?

– Ах, поди от них дождешься, – махнул он рукой. – Они ведь тоже не знали, куда едут, – смех у эрцгерцога был звонким, мальчишечьим.

– А почему здесь так безлюдно? Почему я не вижу ни слуг, ни придворных, ни этих самых невест?

– Ну, невесты в другом крыле живут. Они, знаешь ли, всерьез хотят за меня замуж, поэтому способны на любые гадости. Не хотел, чтоб у тебя был повод спалить парочку девушек.

– И много их? – сама не знаю, отчего спросила, тут же засмущалась, прикрыв рот ладонью, но слов-то назад уже не запихаешь.

– А тебя это так волнует? – прошептал он, чуть наклонившись вперед, чувственно, проникновенно.

– Да так… – ответила неуверенно, вперив взгляд в горшочек.

– Не слишком. Но дело не в них. Илмира, то есть, моя мать… – он сделал паузу, многозначительно уставившись на бутыль с вином, потом наполнил свой бокал, отпил и продолжил, – Пожалуй, следует рассказать тебе все, – снова пауза.

– Было бы здорово, – вставила реплику.

– Илмира не моя мать на самом деле. И даже не приемная. Отец мой женился на ней, когда я был уже в довольно сознательном возрасте. Незадолго до смерти. Понимаешь, к чему я веду? – я кивнула, но он все равно договорил. – У меня есть все основания подозревать ее в убийстве. И эти же мысли заставляют опасаться за свою жизнь.

– Что ж, – я тоже сделала глоток вина, – понимаю. Но если было убийство, почему тогда не ведется расследование?

– А кому это надо? Конечно, я обратился к императору, но его не слишком интересует, что там происходит в северных землях. Он согласился помочь лишь с обеспечением моей безопасности. Так я получил назначение в столице. С Илмирой он прекрасно знаком, и его полностью устраивает ее политика. Она происходит из рода Тефриэ. А лорд Азреяр Тефриэ является главнокомандующим имперской гвардии. Естественно, император не хочет ссориться с собственной армией из-за внутренних распрей северных земель. Тефриэ очень влиятельны.

– Я так понимаю, кое-кого нужно допросить. И это весьма затруднительно, если он мертв.

– Верно.

– Чтобы заставить говорить мертвеца, нужно целую операцию проводить. Я видела, как магистр Эрсиэ это делает. Но неуверенна, что получится. Вот Дарриан бы справился.

– Нет, – отрезал лорд Адлен. – Лорда Эрсиэ здесь не будет.

– Почему?

– Личная неприязнь, – эта самая неприязнь отразилась на его лице.

– Этого Вы мне не расскажете?

– К делу отношения не имеет.

– Что ж, я попытаюсь. Но никаких гарантий дать не могу. После этого мне хотелось бы вернуться в Аттарант.

– Конечно. Я не стану тебя задерживать.

– Тогда мне хотелось бы приступить немедленно.

– Исключено, к сожалению. Послезавтра.

– В чем проблема?

– Илмира готовится к балу. Мы не сможем проникнуть к усыпальнице незамеченными. К тому же, тебе следует выбрать платье и посетить урок танцев.

– Танцев?! Каких к мраку танцев?!

– Завтра ты будешь блистать на балу невест, – рассмеялся лорд Адлен, холодно и зло. Издеваелся.

– Мы так не договаривались! – вскрикнула, попытавшись вскочить из-за стола, но дурацкие юбки помешали.

– Дайренн, милая, всего один вечер, – жалобно протянул эрцгерцог. – После ты поднимешь тело моего отца, и я самолично сопровожу тебя в Аттарант. А бал, я уверен, тебе даже понравится.

Мне уже давно все это не нравится. Не нравится этот Адалендир, не нравится его матушка, не нравится сам лорд Адлен, еда, комната и все остальное. Но вслух я всего этого не сказала.

***

Кто-то мне говорил, что девушки от природы пластичны и музыкальны. Так, вот, это точно не про меня. Мою пластичность можно сравнить с засохшим пеньком, а музакальность – со скрипом несмазанного колеса от телеги. Не чувствую я ни ритма, ни мелодии, а все телодвижения грозят обратиться переломами. Не только моими.

В большом зале для занятий танцами я впервые увидела других девушек. Все они были облачены в такие же громоздкие конструкции, именуемые здесь платьями. Как в таком наряде, вообще, можно танцевать? У некоторых еще и на головах красовались невозможно громадные конструкции. Наверное, внутри прически прятался стальной каркас.

Девушки были, действительно, красивы, несмотря на несуразные платья и прически. Даже отвратительный макияж их не особо портил. На их аляпистом фоне я смотрелась бледной поганкой. Невесты презрительно хмыкали, искоса разглядывая меня. Учитель танцев погонял всех стеком, не слишком-то обращая на меня внимания, видимо, сочтя совсем безнадежной. Но больше всего нервировало, что в дальнем углу в высоком кресле, словно на троне, восседала эрцгерцогиня. Она обводила надменным взглядом толпу девушек, и рот ее кривился в презрительной улыбке.

Конечно, я попыталась повторить движения, какие показывал танцмейстер. Другим девушками как-то удавалось двигаться синхронно, я же совершенно не попадала в такт, спотыкалась, путалась в подоле платья и тихо ненавидела всех вокруг.

– А теперь легонько на мысочках по кругу! – скомандовал учитель танцев.

Ага, легонько, как же! У меня же на ногах чопины с высоченной платформой, какие, к мраку, мысочки? Но на свою беду я все же попыталась это сделать. Встать-то встала, а вот дальше… что он там говорил? По кругу?

Крутанувшись на носках, я завалилась вбок и столкнулась с одной из девушек. Та испуганно вскрикнула, попыталась отскочить, но наступила на собственный подол и щлепнулась на зад. С ее прически посыпалась пудра. Девушка чихнула, забавно вытаращив глаза.

– Никуда не годится! – взвизгнул танцмейстер. – Леди Виллиас, – прикрикнул он на все еще сидящую на полу невесту, – что за неуклюжесть?

– П-простите, – пролепетала жертва моей неловкости, – я не специально.

Я же отошла в сторону, сделав вид, что не при делах, но взгляд концертмейстера все же вперился в меня.

– Леди… – протянул он, вопросительно глядя на меня.

– Эрсиэ, – подсказала ему.

– Леди Эрсиэ, где Вы обучались? В армейских казармах?

– В Аттаранте, в имперской школе, – ничуть не соврала я, за исключением того, что хореографии обучали старшие курсы, до которых я так и не доучилась.

– В таком случае у Вас очевидный антиталант к танцам.

Отведя взгляд, я покраснела. Неприятно быть объектом десятка насмешливых взглядов.

– У меня есть и другие таланты, – ярость уже начала кипятить кровь. Но нужно сдерживаться, чтобы не сжечь тут всех разом.

– Замечательно, но что за леди, не умеющая танцевать? Чем Вы собираетесь привлечь эрцгерцога?

– Вы же слышали, лорд Таррин, – вдруг подала голос эрцгерцогиня, – у леди достаточно иных талантов.

В зале повисла тишина. Теперь все смотрели исключительно на леди Адлен. Она вдруг поднялась с кресла, глядя только на меня, приблизилась, положила мне руку на плечо.

– Идем, девочка. Нам есть чем заняться, в отличие от этих стрекоз, – прочие девушки удостоились презрительного взгляда. – Пусть скачут, а мне давно ясен исход.

Леди Адлен подтолкнула меня к выходу. И я подумала, что лучше уж побеседовать с Илмирой, чем снова мучиться с танцмейстером. Позору меньше будет.

Пока мы шли, я так и не решилась спросить, чего хочет эрцгерцогиня? Мы оказались на застекленной террасе. Под ногами росла самая настоящая трава, несмотря на холод, царящий на улице, а невысокие деревца были усыпаны цветами. Сквозь зеленое стекло пробивались солнечные лучи, делающие траву еще ярче, а вот цветы казались серыми, думаю, тоже из-за игры света. За стеклом виднелся город, состоящий из огромных каменных кубов. Сквозь зеленое стекло он казался совершенно неземным, будто я снова оказалась в потустороннем мире. На Кадаф, конечно, совершенно не похоже, как и не похоже на все то, что я видела ранее.

Эрцгерцогиня указала на небольшой круглый столик и два плетеных кресла.

– Мое любимое место в замке, – произнесла она. – Раггел создал его специально для меня.

Мне это имя ни о чем не говорило, и я вопросительно посмотрела на эрцгерцогиню.

– Лорд Адлен, – пояснила она, – к сожалению, скончавшийся не так давно, – взгляд ее потемнел.

– Красивый сад, – только и сумела вымолвить я.

– Присаживайся, – указала она на кресло, сама опускаясь в такое же. Я последовала ее примеру.

Повисла тяжелая пауза. Для меня тяжелая. Эрцгерцогиня же продолжала разглядывать меня с улыбкой. И ее поведение озадачивало и даже пугало, особенно в свете того, что поведал лорд Адлен.

– Ты ведь приехала вовсе не на смотр невест, – наконец, произнесла она, а у меня сердце пропустило удар. – Я вижу, ты не похожа на тех, что охотится за знатным женихом. О чувствах даже речи вести не стану, – я молчала, не зная, как опровергнуть ее подозрения. – Ах, если бы ты только знала, как бы я хотела покинуть Адалендир, – вот это интересный поворот, моя бровь удивленно поползла вверх. – Север слишком суров для меня. А после смерти Раггела ничто меня здесь не держит.

– Понимаю, – выдохнула через силу.

– Но Аданир слишком юн для власти. Он многого не понимает. И понимать не хочет.

– Кажется, я тоже не совсем понимаю…

– Ты ведь все слышала сегодня утром. Морок не подействовал, я знаю. И я прошу, присмотрись к Аданиру. Он не плохой человек и многое смог бы изменить в Адалендире. Север мог бы стать ничуть не хуже Аттаранта.

– Не совсем понимаю, причем здесь я?

– По нашим законам он не сможет стать эрцгерцогом, если не женится. И мне придется остаться здесь. Конечно, я могла бы настоять на фиктивном браке с любой из этих девиц. Но… я вижу, как он смотрит на тебя. С надеждой. Я никогда его таким не видела.

Эх, знала бы она, какие именно надежды ее сынок возлагал на меня. Совсем не те, о которых думала эрцгерцогиня.

– Я… подумаю, – голос прозвучал неуверенно.

– Мне известно, что случилось с твоим дядей. И я могла бы переговорить с главнокомандующим имперской гвардии. Он может повлиять даже на решение суда, – она сделала паузу. – Если завтра ты ответишь согласием Аданиру.

– Конечно, я была бы благодарна, но… – договорить я не сумела.

– В противном случае я также могу оказать влияние на суд. Вот только решение будет не в пользу Эрсиэ.

Что ж, она скатилась до прямых угроз. Весьма печально, но не критично. В конце концов, сам эрцгерцог не изъявлял желания жениться на мне. И даже если я дам согласие, что помешает мне его забрать позже, когда выяснится, что леди Адлен причастна к убийству?

Я улыбнулась своим мыслям, но эрцгерцогиня восприняла это по-своему.

– Вижу, ты приняла правильное решение, – произнесла она. – И еще одна просьба. Воздержись завтра от танцев. Скажи, что подвернула ногу, если кто посмеет пригласить.

После этого она меня выпроводила. От общения с властвующей семейкой осталось неприятное ощущение. Каждый пытался использовать меня в своих целях. И совершенно никакой поддержки. Даже Ния что-то куда-то запропастилась. Странно, но я, кажется, не видела ее со вчерашнего дня. И ведь не позовешь ее, когда нужно. И как мне теперь разоблачаться без помощи камеристки? Снова просить чужую служанку мне помочь?

Глава 6

Ночью мне снились кошмары. Ворочалась в постели так, что едва не свалилась с кровати. Снилось, что эрцгерцогиня пытается меня душить, а лорд Адлен насильно тащит под венец. Я упираюсь со всех сил, но совершенно безуспешно. Совсем не выспалась в итоге. Еще и голова разболелась.

Разбудил меня стук в дверь. Долгий и настойчивый.

Нехотя встала, откинула одеяло, но поняла, что замерзну, снова завернулась и в коконе подползла к двери.

– Леди Эрсиэ, – произнесла незнакомая девушка, – я принесла платье для бала. Мне так же следует сопроводить вас к цирюльнику.

– Это еще зачем?

– Как зачем? – удивилась она. – Он подготовит Вас к балу.

– Замечательно просто, – прошипела зло, а девушка искренне недоумевала над моим недовольством. – Где Ния? Позови ее.

– Я не знаю, леди Эрсиэ, – в глазах ее отразился испуг, будто я попросила не позвать Нию, а принести ее голову.

– Найди ее, поняла? И пусть немедля явится. Хочу, чтоб она меня приводила в порядок.

– Леди Эрсиэ, – служанка потупила взгляд, – мне говорить не велено… но я не могу позвать Вашу камеристку. Лорд Адлен выделит Вам новую….

– Почему Ние нельзя мне прислуживать? Этим лорд Адлен нарушает мои права.

– Леди Эрсиэ, мне говорить не велено…

– Тебе велено подчиняться мне. И… – я смягчила тон, – все тобой сказанное, может остаться между нами.

– Ваша камеристка… Она умерла…

– Что?! Какого мрака?! – у меня от ее слов ноги подкосились.

– Прошу Вас, я ничего не должна была говорить.

– Уйди, – попросила я.

– Леди Эрсиэ, позвольте помочь с переодеванием.

– Уйди, сказала, – и я грубо вытолкнула служанку вместе с платьем, а после захлопнула дверь. Потом прислонилась к двери спиной и медленно сползла вниз. Из глаз хлынули слезы. Я рыдала в голос, утираясь одеялом. И мне было совершенно все равно, услышит ли кто-нибудь.

За что было убивать камеристку? Она ведь ничего и знать не могла. И на роль эрцгерцогини не претендовала, хоть и была влюблена в лорда Адлена. Неужели она во всем призналась ему, а тот отверг девушку вот таким образом? Что, вообще, происходит в этой мраковой дыре?!

Конечно, меня услышали. Дверь толкнули, но я плотно подперла ее собой, все еще завернутой в одеяло. Затем раздался осторожный стук.

– Дайренн, открой, пожалуйста, – послышался голос лорда Адлена.

Не отреагировала, но глупо было надеяться, что эрцгерцог, вот, так сразу уйдет. Он постучал снова. Мне пришлось осторожно отползти от двери. А после я поднялась на ноги и отворила дверь.

– Что Вам надо? – вопрос прозвучал грубо, но меня сейчас меньше всего заботили мои манеры.

– Аллида проболталась, – произнес он, протискиваясь в приоткрытую дверь. Нехотя посторонилась, пропуская эрцгерцога.

– За что было убивать ее? Она всего лишь служанка. Это Вы настояли, чтобы я взяла ее с собой!

– Я не знал, что так выйдет.

– Почему мне сразу не доложили? Разве так, вообще, делается?

– Не хотел, чтобы тебя что-то отвлекало от дела, – пробурчал он.

– Потрясающе, лорд Адлен! Вы скрыли смерть моей служанки, в то время как я должна разбираться со смертью Вашего отца!

– С девушкой произошел несчастный случай, по всей видимости.

– Вы назначили следствие?

– Она ведь простолюдинка, – удивился он.

– И что с того?

– Это ведь не принято…

– Я должна допросить ее тело.

– Это невозможно, – он отвел взгляд, да и вообще отвернулся, сделав шаг к окну.

– Что Вы сделали? – угрожающе спросила, ощущая как закипает кровь.

– Ваша камеристка опрокинула на себя самовоспламеняющуюся жидкость в лаборатории. От нее остался один лишь пепел. Я лично обнаружил ее. Посторонних в лаборатории не было.

– Как она, вообще, туда попала? И зачем?

– Этого я не могу знать, – развел руками лорд. – Кроме меня, ключ был только у моего отца.

– Мне нужно осмотреть там все.

– После бала. Пожалуйста. Эрцгерцогиня не должна знать об инциденте.

– Знаете, что, лорд Адлен? Мне плевать на Ваши интриги, Ваши отношения с матушкой, Ваше положение и весь Ваш мраков Адалендир! И я сегодня же уезжаю домой!

Он помолчал, глядя сквозь зеленое стекло куда-то вдаль.

– Это невозможно, Дайренн. Я не хотел тебя принуждать, потому еще раз попрошу, всего два дня. Послезавтра я сам снаряжу дилижанс, который отвезет тебя в Аттарант. Тебя и лорда Лагельда.

– Каиль? А он тут при чем?

– Официально прибыл от лица Империи, чтобы поздравить меня с принятием титула эрцгерцога. А неофициально… я и сам не знаю, почему. Почему именно этот затворник, не слишком-то любящий высовывать нос из свой берлоги, вдруг прибыл в самую дальнюю провинцию Асшийской Империи? И, судя по твоей реакции, не я один тому удивлен. Ты хорошо с ним знакома?

– Не слишком, – я задумалась, но на ум так ничего путного и не пришло. – Лорд Адлен, я имела удовольствие беседовать с эрцгерцогиней. И, знаете, то, что она поведала мне, никак не вяжется с ее причастностью к смерти Вашего отца. Она хочет покинуть Адалендир. А Вы не сможете стать эрцгерцогом, не женившись. И, я так понимаю, этот бал с выбором невесты вовсе не формальность.

– Так и есть, – эрцгерцог, наконец, оторвал взгляд от окна, подошел ко мне вплотную. – Формально вся власть сейчас принадлежит ей, хотя, по сути, я правлю Адалендиром, принимаю решения, отчитываюсь перед императором. Вот, только она, действительно, не может покинуть Адалендир, пока я не вступил в свои права по закону. Однако не думаю, что аристократии, в самом деле, есть дело до старинных традиций, поэтому жениться я не собирался. Вот, только загвоздка в том, что теперь я придворный мастер огня. И остаться в Адалендире не могу. И если матушка желает покинуть северную провинцию, кто-то должен будет остаться здесь. Соответственно, если я выберу невесту сегодня, вся фактическая власть перейдет к ней.

– И Ваша матушка хочет оставить здесь меня?

– Видимо, да. Поэтому сегодня я объявлю тебя будущей эрцгерцогиней. Если же Илмира окажется невиновна, мне будет все равно, чего она хочет. Я оставлю ее в Адалендире. А сам отправлюсь в Аттарант, где мы с тобой попросту расторгнем наше соглашение. А пока, прошу, подыграй мне, – он сделал паузу и на выдохе прознес. – Мне так хочется…

Аданир Адлен так странно посмотрел на меня, губы замерли в полуулыбке, а ледяной взгляд вдруг потеплел, глаза его стали синие-синие, словно его стихия – вода. Кончики пальцев коснулись моего лица. У меня вдруг дыхание перехватило. Это было так странно. Он ведь ничего не делал, просто смотрел, но пальцы, касающиеся моей щеки, словно огнем обожгли. В горле вдруг пересохло, и я отвела взгляд, робко попыталась отстраниться, но он вдруг ухватил меня за плечи и повторил:

– Мне так хочется.

– Лорд Адлен… – только и смогла я вымолвить.

– Можешь называть меня просто по имени, – произнес он и отпустил.

Неосознанно сделала шаг назад, уперлась в стену и… вдруг успокоилась. Чего это я, в самом деле? Ну, подошел он чуть ближе, и чего так пугаться? Усмехнулась собственным мыслям и с улыбкой ответила:

– Вот как? А разве не Ваша Светлость? Так просто? По имени?

– К демонам Мою Светлость, – излишне зло проговорил он, отвернулся, снова уставился в окно, будто я гадость какую сказала.

– Простите, Аданир, – подошла к нему со спины, – не хотела обидеть…

– Я просто устал, извини, – он развернулся, сделал шаг к двери. – Позволь Аллиде помочь тебе с нарядом. Мне очень нужно, чтобы ты явилась на этот бал. Пожалуйста, – и покинул мою обитель.

Присела на кровать, растирая лицо руками. Слишком много событий. И ни одно из них нельзя назвать приятным. Смерть лорда Норимэ, арест Дарриана, путешествие на север, убийство, а я уверена, что это убийство, Нии. Вот, теперь еще бал предстоит, который тоже не предвещает ничего хорошего. Меня терзала тревога, пока неясная, но нарастающая с каждым часом. Даже выразить не могла, что именно меня беспокоило. Наверное, все разом.

Я и не заметила, как в комнату прошмыгнула Аллида, которую и не видно было за вычурным платьем.

– Леди Эрсиэ, – пробормотала она, а я подняла взгляд, – Ее Светлость сама выбирала для Вас платье. Прошу, не отказывайте ей, – жалобно попросила служанка.

– Хорошо, – ответила еле слышно.

На меня накатила болезненная апатия. Уже все равно, какое на мне будет платье, опозорюсь ли я во время танцев, объявит ли меня лорд Адлен своей невестой. Я просто хочу домой. И даже не в Аттарант. В Эрсинкай. Потому что только там мне было по-настоящему хорошо.

Без лишних эмоций я позволила напялить на себе панье, нижнее платье, затем верхнее. После Аллида долго сооружала какую-то башню из моих волос. Меня даже в зеркало взглянуть не тянуло. Кажется, я даже не заметила, какого цвета было платье.

***

Даже странно, что от своего первого бала я не испытывала никаких положительных эмоций. Понимала лишь, что чопины жмут, а идти в громоздкой юбке совсем неудобно, не то, что танцевать. Желание одно – поскорее бы все закончилось

Проходя мимо зеркала во всю стену, все же обратила внимание на свой внешний вид. Вяло оценила, что смотрюсь вполне сносно. Прям, как настоящая благородная леди. И платье из черно-бордового бархата, с расшитым золотом лифом и лиловыми кружевами непременно вызвало бы у меня восторг, если б только надето оно было не на меня. К сожалению, мне прекрасно было известно, как корсет стискивает дыхание, что кружева колются, а необъятная из-за панье юбка мешает сделать шаг. Передвигаться в этом устройстве я могла только как неуклюжая черепаха.

Аллида забрала мои волосы вверх, оставив лишь пару локонов, щекочущих шею, а на макушке соорудила цветок, украсив его рубиновой нитью.

Чопины оказались непривычно высоки, натирали мизинцы и норовили соскочить в самый неподходящий момент. Самым сложным испытанием для меня стал подъем по лестнице. Аллида поддерживала под локоть, а я чувствовала, как кровь приливает к лицу, а дыхание становится частым и тяжелым. Теперь понимаю, как легко можно упасть в обморок. Если бы подъем не закончился, я бы точно утратила сознание. А так, оказавшись наверху, сумела перевести дух, прислонившись к стене.

К началу бала мы опоздали. Девушки уже станцевали свой дебютный танец и теперь с важным видом расхаживали по залу, пытаясь привлечь внимание, если не эрцгерцог, то хоть кого-нибудь из придворных.

Я-то надеялась, что мое запоздалое появление не привлечет излишнего внимания, прошла через арку, увитую цветущим плющем, ища глазами лорда Адлена, но тут на весь зал раздалось громогласное:

– Леди Дайренн Эрсиэ, – объявил герольд.

И все внимание публики обратилось ко мне. Так глупо я себя не чувствовала, даже когда в дурацкой майке явилась на бал к Кроцеллу. Там-то мы хотя бы мир спасли, и мне можно было простить все. А вот здесь… Мрак, что же там по этикету следует сделать-то? Ну не крикнуть же: «Всем здрасьте!» в конце концов?

Едва не свалившись с чопинов, изобразили нелепый реверанс – ох, позор на мою голову. Прав был танцмейстер, грация у меня, как у пенька. Но никто не рассмеялся в голос. Я выпрямилась и только теперь заметила, что мне навстречу вышел лорд Лагельд. Он улыбнулся мне и подал руку. Я вложила пальцы в его ладонь, а он склонился и прошептал:

– Ты ведь тоже не в восторге от этого сборища?

Кивнула и улыбнулась в ответ. Еще как не в восторге.

Каиль повел через зал, и мне показалось, что его присутствие защитит меня от колких взглядов. Пройдя еще через одну арку, мы оказались в другом помещении. Народу тут было поменьше, а на постаменте у дальней стены девушка за арфой тихо перебирала струны. Она не играла, скорее, настраивала инструмент.

Лагельд взял с подноса проходящего мимо слуги бокал и протянул мне.

– Выпей, тебе явно требуется.

Приняв мутноватую жидкость за белое вино, сделала хороший такой глоток. И едва не выронила бокал. Жидкость разъедала горло, словно кислота. Я закашлялась, из глаз брызнули слезы, внутренности обжигало, а перед глазами все поплыло. Пошатнувшись, чуть не сверзилась с чопинов.

– Меня отравили! – просипела я.

– Да нет же! – рассмеялся Каиль. – Неужто полугар никогда не пробовала?

– Нет!

Ох, об этом зелье, напитком этот яд язык не поворачивается назвать, я только слышала. Знаю, что пьют его в основном мужчины. В Аттаранте эта дрянь распространена у ремесленников, потому кузнецы да кожевники так редко бывают трезвыми. А Орден Света, вообще, наложил запрет на эту гадость. И, вот, тут я с ним была абсолютно согласна.

– Мы же на севере. Откуда тут вино будет? Здесь все пьют.

– Не знаю, но больше я из твоих рук ничего не приму!

– Подумаешь, – важно произнес он и, кажется, обиделся.

И тут со мной начало твориться что-то странное. Я-то думала, что окружающая реальность поплыла из-за слез, но те успели высохнуть, а предметы не спешили возвращать себе привычную форму. Девушка с арфой неестественно вытянулась, лицо ее обрело черты гоблина, а арфа заметно задрожала. Я посмотрела на Каиля и не смогла разглядеть его лица, словно их у него стало два, и оба размылись. Мне никак не удавалось вернуть зрение в норму, но почему-то и страха не было. Происходящее показалось мне до жути забавным, и я рассмеялась совсем не подобающим юной леди образом.

– Да ты пьяна! – воскликнул Каиль, когда я прекратила давиться хохотом.

Он осторожно повел меня, качающуюся, к диванчикам у стены. Сесть самостоятельно я не сумела, едва не промахнулась. Если бы маг воды меня не поддержал, точно бы шлепнулась. И мне снова стало смешно. Стоило только представить, как я валяюсь тут на полу, запутавшись в юбках.

Приземлившись на мягкую поверхность, я скинула чопины, и теперь ноги могли отдохнуть. Мир все еще дрожал, грозил рассыпаться, но мне вдруг стало хорошо и уютно, будто все неприятности ушли на второй план.

– Тебе нужно что-нибудь съесть, – произнес Лагельд. – Только не вставай. И ничего не делай.

Кивнула в ответ, а как только он отошел, тут же растянулась на диване, демонстрируя всем голые пятки. Кажется, даже задремала.

– На, жуй, – перед моим носом возникло воздушное пирожное.

– Не хочу, – протянула я, потягиваясь.

– Ох, ну и стыдно же тебе завтра будет.

– А вдруг не будет? Вдруг, вообще, не будет никакого завтра? – я еще раз потянула, затем махнула рукой. – Ай, да какая, к мраку, разница, что там будет завтра?

Пирожное все-таки взяла. Проглотила, кажется, не жуя, челюсти оказались слишком ленивы, чтобы тщательно пережевывать. Видимо, измазалась, потому что после Каиль почему-то принялся вытирать мне лицо. Пирожное придало мне сил, и, потянувшись еще раз, я встала.

– Ты куда? – Каиль встрепенулся, кажется, чего-то испугался.

Мое тело неожиданно стало таким легким, а мир вдруг показался расчудеснейшим местом. Я крутанулась на месте на голых пятках, улыбнулась магу воду, изобразила шутливый реверанс, подпрыгнула вдруг, проверяя, не достаточно ли я легкая, чтобы улететь, и ответила, растягивая слова так, будто рот сводило зевотой.

– Танцевать, конечно! Разве ты не слышишь, там музыка! – и помчалась в соседний зал, где, действительно, уже раздавались звуки клавикорда.

Девицы выстроились в балетных позах, ожидая, пока к ним подойдут кавалеры. У меня же томиться в ожидании не было никакого желания. Я словно вплыла в середину зала в такт нарастающей музыке. Начала движения, не обращая внимания на удивленные взгляды невест Аданира. К моему удовольствию, поддержать мой танец вызвался Каиль.

Никогда в жизни так не танцевала. Звуки клавикорда словно пронизывали меня, заставляли изгибаться, кружиться, падать и вновь подниматься. Один неловкий шаг, и кружевной подол затрещал, но я устояла на ногах, вскинула юбки и оборвала кружева. Мне показалось, что это очень смешно, я расхохоталась в голос, неприлично запрокидывая лицо к потолку, а потом раскрутила оторванный подол над головой и куда-то запульнула.

И все это действо казалось мне невозможно изящным и красивым. Я чувствовала на себе столько взглядов, но думала, что все они смотрят на меня с нескрываемым восхищением, будто я самая прекрасная леди на этом празднике.

Кружась в танце, я не заметила, как столкнулась со слугой, несущим поднос с напитками. Послышался звон, на меня плеснуло что-то, и я дернула головой, словно собака, отряхивающая воду с шерсти. Расхохоталась, возникшей в голове ассоциации, снова крутанулась на пятке, не замечая, что музыка стихла, но поскользнулась на мокром полу, и растянулась так, что панье выгнулось и накрыло меня с головой. Я закричала, пытаясь выпутаться из-под юбок. И тут послышался голос лорда Адлена, но слов было не разобрать. Кажется, говорил он в соседнем зале.

Каиль освободил мое лицо, стянув панье и оправив юбки. Без этой громоздкой конструкции сразу легче стало. Я даже попыталась встать самостоятельно, но маг воды все равно меня поддержал.

– Корсет бы еще снять, – попросила я, развязывая шнуровку, но лорд Лагельд почему-то меня остановил, накрыв мои руки своими.

– Давай уйдем отсюда, – попросил он, приобняв за плечи. Меня это разозлило.

– Нет! – взвизгнула. – Это же мой первый бал! Мой! – и, вырвавшись из его объятий, побежала прочь

В соседнем зале лорд Адлен продолжал что-то вещать. Туда-то я и рванула вприпрыжку. На постаменте, где ранее находилась арфистка, теперь стоял эрцгерцог в компании своей матушки:

– Итак, мой выбор – леди Дайренн Эрсиэ.

И мне вдруг так хорошо стало, будто всю жизнь об этом мечтала. Покачиваясь, я прошла к постаменту, запрыгнула на него с места и в порыве нежности обняла Аданира.

– Я так рада, что ты здесь! – почему-то выпалила я, но говорить вдруг стало невыносимо трудно, язык начал заплетаться. Только меня это не слишком беспокоило. Я обмякла в его руках, повисла практически и расплылась в блаженной улыбке.

– Ты вся мокрая, – вдруг снова услышала его голос. – Уйдем отсюда.

– Нееет, – протянула я. – Мне хорошо, – а перед глазами вдруг стало целых два лорда Адлена.

– Ты пьяна, уходим.

– Нет! – взвизгнула, высвобождаясь из рук. Попытка оказалась тщетной, он крепко держал. Тогда из меня вырвался яростный крик, я попыталась ударить эрцгерцога, чтобы он, наконец, отпустил, но Аданир не поддавался. Я же продолжала кричать, царапаться и кусаться, но тут на меня вдруг полилась вода, мокрая такая и холодная. Эрцгерцог от неожиданности разжал руки, и я шлепнулась на задницу, хлюпнув по луже. Лорду Адлену, кажется, тоже досталось дождика.

Совсем рядом я заметила ухмыляющегося Каиля.

И тут вспомнила, что я, вообще-то, являюсь магом. Наспех соорудила горячий вихрь и направила на Лагельда. Маг воды увернулся, и маленький ураганчик взметнул платье одной из девиц. Та закричала, кажется, у нее юбка загорелась, но Каиль и ее облил водой, а потом резко дернул меня за руку и с криком:

– Бежим, – поволок за собой.

Голова закружилась, потому что бежал он слишком быстро. Заплетающиеся ноги не слушались, норовили споткнуться. Тогда он подхватил меня на руки, даже не замедлившись.

Замутило сильнее, все-таки он слишком быстро бежал. Мир вдруг завращался сумасшедшей каруселью, а потом на меня наползла какая-то жуткая темнота. Я что-то еще кричала, кажется, ругалась, но небытие оказалось неумолимо.

***

Ох, как же болит голова… Кто-нибудь, принесите гильотину.

Дрожа от холода, я куталась в тяжелое одеяло. Хотелось пить и вывернуться наизнанку одновременно. Но все же жажда была сильнее. Попыталась позвать на помощь, но изо рта вырвался только беспомощный стон.

– Пришла в себя? – голос Каиля резанул слух.

На ответ сил не нашлось. В голове что-то загудело, будто у меня вместо мозгов духовой оркестр.

– Ыыыы, – протянула я.

Что-то ткнулось под нос, а голову попытались приподнять.

– Ыыыы, – повторила я.

– Пей, – скомандовал Каиль.

Попыталась сделать глоток, закашлялась, с трудом сдерживая рвотные позывы. Вода отдавала кислятиной, желудок скрутило. Кажется, меня сейчас все-таки стошнит.

Резко поднялась, показывая жестами, что мне срочно нужно в уборную. На мое счастье, маг воды понял, подхватил меня и бегом помчался прочь из спальни, в самый конец коридора, где находилось все столь необходимое мне сейчас. Забежав в уборную, он быстро поставил меня на ноги, прислонив к стене, а после оставил в гордом одиночестве. И как же хорошо, что он не стал наблюдать за моим позором. Кстати, о позоре. А что вчера было-то?

После принудительного очищения организма стало полегче, но голова все еще раскалывалась. Я даже смогла самостоятельно принять душ. Холодная вода стекала по дрожащему телу, но почему-то была уверенность, что так мне станет легче. Все еще качало, боль стучала по вискам, но хотя бы ушла тошнота, и пересохшее горло перестало саднить.

Вылезла из воды, забыв вытереться, натянула с горем пополам ночное платье, в которое совершенно не помню, как переодевалась, затем вышла в коридор. Тело все еще била крупная дрожь, но способность мыслить постепенно возвращалась.

Маг воды никуда не ушел, так и стоял все это время у двери. Смутные воспоминания скользнули по нервам. Ох, что ж я натворила-то? Краска стыда опалила лицо, а взгляд мой опустился к полу.

– Лекарь скоро будет, – произнес Каиль.

– Не надо, – ответила, пряча глаза. – Мне известно, что со мной.

– Эрцгерцог сказал, что может быть серьезное отравление. С непривычки. Пусть лекарь посмотрит.

– Мне нужно уехать как можно скорее. Не хочу, чтобы кто-нибудь меня видел после… всего…

– Ерунда, – махнул рукой Каиль, и мы медленно побрели по коридор к спальне. – Я, вот, как-то раз тоже напился. Тогда еще в университете учился. Так рассказывали, что прямо на лекции я залез на стол архимага и попытался изобразить огненный фонтан. Сам этого совершенно не помню, но, говорят, вся аудитория была залита красной слизью. Так выяснилось, что сфера огня мне совсем не поддается, – рассмеялся он.

– Страшно подумать, что обо мне сказал бы Дарриан.

– Ой, не бери в голову, – отмахнулся маг воды, – Это, вообще, я виноват. Забыл, что ты девушка. А уж про лорда Эрсиэ такие слухи порою ходят, что тебе ни в жисть его не переплюнуть.

– Это какие? – стало любопытно.

– Поговаривают, он в мире демонов бывал и там вытворял такое! Вся нежить Лэнга переполошилась. Одного из демонов даже зашиб спьяну.

– Почему спьяну-то?

– А что, по-трезвому?

– И никого он не зашиб. Я там была.

– Серьезно?

– Вполне.

– Ну, вот, а какого-то дурацкого позора в тысяче верст от столици вдруг испугалась. Да, после мира демонов тебе все ни по чем должно быть.

– Это другое.

– А про мертвую подружку слышала? Болтают, что он свою любовницу умертвием сделал.

– Ты про Нору?

– Так это еще и правда? – вытаращил глаза Каиль.

– Нора просто играет на клавесине. У нее практически нет разума.

– А… все остальное?

– Каиль! – возмутилась я и чуть не споткнулась. – Она просто играет на клавесине. И все! Если б ты изучал некромантию, знал бы, что твои грязные подозрения бессмысленны.

– Так то не мои. Слышал просто. Так что, какие бы слухи до дяди твоего не доползли, нечего тебе стыдиться. Кстати, он, и впрямь, твой дядя? А то еще всякие слухи ходят…

– Все, хватит! Не надо мне пересказывать все сплетни, – в свои покои мага воды я не пригласила. Хотелось тишины и одиночества, а не идиотских бесед.

Вернувшись в комнату, я снова забралась в постель. Кровать казалась жесткой, неудобной. Я долго ворочалась, не находя удобного положения для своего измученного тела. Одеяло давило, подушка комкалась, пружины скрипели. Задремать так и не удалось. А потом явился лекарь, да еще и не один, а в компании эрцгерцога.

– Как себя чувствуешь? – участливо поинтересовался Аданир.

– Так, словно меня с самой высокой башни сбросили, – ничуть не соврала я.

– Скоро все пройдет, – заверил эрцгерцог, он присел на ложе, прикоснулся к моему лицу. – Зачем же ты так…

– Я не специально! – попыталась оправдаться.

– Это не важно, – печально произнес лорд Адлен.

– Я завтра же уеду, простите, – отвела я взгляд.

– Так не пойдет, Дайренн.

– Что? – испуганно посмотрела на эрцгерцога.

– Матушка была в ярости, когда я объявил тебя невестой. Я не могу отпустить тебя, пока ситуация не уладится.

– Что это значит? – подскочила я на месте. – Мне нужно в Аттарант! Срочно! Сейчас же!

– Опять будешь буянить?

– Так говорите, будто я алкоголичка какая!

– Я не так хорошо тебя знаю, но твое поведение заставляет сделать некоторые выводы, – сурово произнес эрцгерцог.

– Это было со мной первый раз в жизни! – голос сорвался на крик.

– Поверь, было достаточно, – он брезгливо поджал губы, а после обратился к лекарю. – Леди требуется какое-либо лечение?

– Думаю, что нет. Это всего лишь последствие неуемного потребления полугара.

– Да я один стакан выпила! – слова лекаря возмутили донельзя.

– Надеюсь, к вечеру ты будешь в состоянии сделать то, что мне требуется, – с этими словами эрцгерцог покинул мою обитель, прихватив с собой лекаря.

Оставшись в одиночестве, некоторое время я тяжело дышала, втягивая носом воздух. Злость бурлила в крови. Злость и отчаяние. «Сделать то, что мне требуется», – размечтался! Ничего я больше тут делать не собираюсь. Уйду сегодня же! Сейчас же! И гори огнем весь Адалендир!

Глава 7

Памятуя о том, какой холод царит в округе, прихватила с собой одеяло. Теплой одеждой снабдить меня не удосужились. Ну, ничего, мне бы из замка выбраться, а там, в городе, уж раздобуду себе что-нибудь. На лорда Лагельда тоже не стала надеяться. В конце концов, это он виноват в моем позоре. Вот, пусть теперь и отдувается один. А я – маг, и что там про волю-то было? Короче, справлюсь.

Завернувшись в одеяло, выскользнула в коридор, прикрывшись мороком на всякий случай. Заклинание простенькое, но заприметить меня не должны, если только целенаправленно выискивать не станут.

Оказаться за пределами замка было не сложно. Абсолютно незамеченной я спустилась вниз и вышла через парадную. А, вот, дальше начались сложности. Стражники, конечно, не обратили на меня внимания, но мост был поднят. И иного выхода в город я не видела.

Кутаясь в одеяло, я ждала, пока хоть кто-нибудь не соберется выехать из замка. Ну, или пробраться внутрь. Но удача обходила меня стороной. Никто и не думал открывать ворота. Окончательно продрогнув, я решилась на небольшой фокус.

Прежде мне еще не приходилось левитировать, но в одной из книг, прочитанных у лорда Норимэ, я читала, как это делается. В целом ничего сложного. Нужно лишь найти что-то для опоры, палку, ветку, метлу, в конце концов, подчинить энергетические потоки ветра и направить их силу перпендикулярно земле. Ни печатей, ни особых ритуалов не требовалось.

Палка нашлась быстро, кажется, это был черенок от лопаты, но в качестве летательного средства он вполне годился. Садиться верхом – посчитала нелепостью. Ну, как это будет выглядеть? И потому, просто обхватив палку руками, начала работать с силовыми линиями.

Руки заняты – связывать потоки неудобно, тут еще и стражники начали подозрительно поглядывать. Морок, что ли, слетел? Уперла черенок в землю, обняла ее всем телом, поправила морок и, наконец, доплела заклинание.

Палка резко дернулась и взмыла вверх. Я завизжала, вцепилась в нее руками и ногами. Черенок взлетал все выше, уже выше замка! А я-то и не подумала, как этой штукой управлять?

Резкий удар заставил потерять ориентиры, кажется, я перекувыркнулась в воздухе. Палка из рук выскользнула и полетела куда-то в облака. А я, естественно, к земле.

В ушах засвистело, сердце, кажется, вовсе остановилось. Крик, срывающийся на хрип, разодрал горло. Я падаю. Падаю!

***

Столкновения с землей я не запомнила. Но, кажется, я все еще была жива. Ничего не видела, правда, то ли с глазами непорядок, то ли просто ночь наступила. Почему-то совершенно не чувствовала боли. Должна была все кости переломать. Или я все-таки… Нет, даже думать об этом не хочу!

Дошло, что не так с моими глазами – они закрыты! Осторожно приподняла веки. Надо мной простиралось серо-синее небо совсем без звезд, голые ветви высокого дерева изрезали расплывчатую полную луну, а где-то слева алели отблески костра. Еще раз подивилась, что совсем ничего не болит: ни ломоты в костях, ни тошноты, ни даже слабости. И вдруг обрадовалась. Губы сами расползлись в улыбке.

– Ух ты, очухалась? Я-то думала, тебя насмерть сбила. А ты очухалась, надо же! – я увидела перед собой лицо незнакомой девушки. В свете огня ее длинные волосы казались рыжими. А лицо было странным. Я только не сразу поняла, что с ней не так, наверное, головой все-таки ударилась. Потом дошло – глаза у нее были разные и немного мерцали в темноте. Один почти желтый, другой фиолетовый.

– Ты кто? – спросила я.

– Милина, – ответила девушка так, будто это все объясняло. – Я тут недавно, не местная, а ты? – она немного отстранилась, и теперь я могла принять сидячее положение.

– И я не местная, – зачем-то сообщила я.

– Тут, вообще, город есть какой-нибудь нормальный? – говорила она со странным акцентом, и мне показалось, будто я где-то уже слышала похожую речь. – Народ тут какой-то шуганный бродит. Сама откуда?

– Из Эрсинкая.

– Мне это ни о чем не говорит, – махнула она рукой. – Сама я, правда, издалека. Ты все равно не знаешь. С Ареаном поругалась, вот он меня и забросил. А у меня с магией сейчас не важно. Короче, долгая история.

– Ну, не хочешь, не говори, – некоторое время я молчала, потом решила, что надо бы поблагодарить девушку. – Спасибо тебе.

– Мне? – удивленно воскликнула Милина. – Ты глупая? Мне – спасибо? – она рассмеялась. – Это же я тебя подбила! Случайно, конечно, но спасибо мне точно не стоит говорить.

– Ну, я ведь не разбилась, наверное, твоя магия…

– Да, нет у меня никакой магии. Видишь, костер кремнием разожгла? – не знаю, как я должна была увидеть, чем она костре разожгла, если тот давно уже горел?

– Чего? – непонимающе протянула.

– А была б магия, пламя синим бы выщло, – разъяснила странная девушка.

– Тогда почему я жива? – вопрос был риторическим. Вряд ли Милина знала ответ. А мне в голову закралась мысль, уж не умертвие ли я? Прислушалась к организму. Сердце, кажется, билось. Но теперь я никак не могла вспомнить теперь, бьется ли оно у неупокоенных? Вроде бы нет…

– Тебя как зовут? – прервала мои измышления новая знакомая.

– Дайренн.

– Ух ты! – воскликнула Милина, будто я ей радость великую сообщила. – Тебя назвали в честь легендарной Дайренн – спасительницы мира?

– Вообще-то, нет, – ответила, бросая косой взгляд. – Даже легенду такую не слышала.

– Как так? – удивленно воскликнула она и вдруг хлопнула себя по лбу. – Ах, да, это же не мой мир!

– Даже так?

– Ага, – кивнула Милина. – Тебе не жарко? – спросила она, заметив, как я кутаюсь в одеяло, которое, слава богам, оказалось здесь же.

– С чего бы мне должно быть жарко? – к слову, на улице потеплело, и одеяла мне вполне хватало, вот только до «жарко» было очень далеко. И только теперь я обратила внимание, что Милина одета в одну лишь рубаху с коротким рукавом и тонкие кюлоты, оставляющие ноги голыми до колен. Совсем неподходящий для зимы наряд.

– А тебе не холодно? – спросила в ответ.

– Ой, все время забываюсь, – рассмеялась она. – Ты же человек.

– А ты – нет?

– Смотри! – Милина резко встала и… со всей дури ударилась головой о землю, – Ой, – простонала она, потирая лоб, – магии нет. Совсем забыла, что не могу перекинуться.

– Чего? – я недоуменно приподняла бровь.

– В кошку перекинуться. У меня мама чистокровный перевертыш, а я наполовинку.

– Перевертыш? – слово вроде бы знакомое, но смысл ускользал.

– Ну, оборотень, по-вашему.

– Не знала, что оборотни существуют.

– У нас все существует, – довольно заявила девушка. – А куда дальше пойдем? Что-то мне не хочется в лесу оставаться. Хотелось бы мир посмотреть, пока Ареан меня не нашел. А то, знаешь ли, я первый раз в чужом мире.

– Аттарант бы тебе понравился, – я вздохнула, – но это очень далеко.

– А, ерунда, – махнула она рукой. – Сейчас в кошку перекинусь и домчим с ветерком, – она встала, и я поняла, что она снова собирается стукнуться лбом об землю.

– Нет! – взвизгнула я.

– Чего – нет?

– Не получится у тебя в кошку. Магии нет.

– Ох, проклятая пустота! – она снова хлопнула себя по лбу. Судя по поведению, там, и вправду, пустота. Видно, частые удары об землю сказывались.

– Пешком не дойдем, – сообщила я. – Надо в Адалендир идти, там транспорт раздобудем.

– Стой, а как ты в небе оказалась? Летать умеешь? – прищурилась Милина.

– Ну, немного.

– Тогда полетели!

– До Аттаранта я нас точно не донесу.

– Тогда в этот, как ты там говорила? Летим в Адалендир!

– Ну, честно говоря, не уверена, что и до Адалендира долетим. Я первый раз левитировала.

– Вот ты даешь! А ногами топать – далеко?

– Понятия не имею, – пожала плечами, глядя по сторонам.

– Триханги драные! – так знакомо выругалась Милина.

– Так ты из Кадафа? – удивленно взглянула на девушку.

– Да ну, куда мне до Кадафа, – отмахнулась она. – Я из Шаб-Квахера. А тут известно про Кадаф?

– Ну, мне известно, – на моих губах застыла хитрая ухмылка. Никак не могла решить, признаться ли, что бывала в их мире, или же лучше промолчать?

– Давай, короче, выдвигаться к городу, – Милина встала на ноги. – А то я что-то проголодалась уже.

Я хотела последовать ее примеру, но не успела. Округу разразила яркая вспышка, осветив лес голубоватым сиянием. С веток посыпался снег, послышался хруст ломаемых кустов.

– Она здесь! – донесся до моих ушей окрик.

Я подскочила, испугано озираясь. Послышались тяжелые шаги, и в следующую минуту мой взор столкнулся с синими глазами лорда Лагельда.

– Что ты тут делаешь?! – взвизгнула, заворачиваясь в одеяло. Милина подступила ближе. Я спиной чувствовала, как она совсем близко стоит позади.

– Хотел тебя о том же спросить, – зло прошипел маг воды. – Эрцгерцог весь город перевернул. Шесть человек дожидаются казни за твое похищение, а ты тут с подружкой гуляешь!

– Гуляю! – топнула я ногой по мягкому снегу.

– Нельзя было дождаться отбытия?

– А ты веришь, что он отпустит меня?

– Думаешь, ты так ему нужна? После выходки на балу он рад будет избавиться от развязной девицы. Сделай уже, что он просит, и уедем. Кстати, – он посмотрел мне за спину, – с подружкой познакомишь?

***

Эрцгерцог встретил нас у перекидного моста. Одарил недовольным взглядом, покосился на Милину, но ничего не сказал. Я же прошла мимо, не глядя ему в глаза, заворачиваясь в одеяло и низко опустив голову, чтобы скрыть горевшие от стыда щеки.

– Ты будешь самой эксцентричной эрцгерцогиней, – бросил мне в след лорд Лагельд.

Ноги сами ускорили шаг. Хотелось поскорее скрыться в своей убогой комнатке, чтоб никто меня больше не донимал. Даже о комнате для Милины забыла побеспокоиться. Но, судя по тому, как громко она командовала прислугой, она сама со всем справится. Ей уж точно не грозит оказаться в бараке для прислуги. Уж не знаю, благородного ли она происхождения, но наглости ей точно не занимать.

Однако насладиться одиночеством мне не дали. Эрцгерцог сам пожаловал в мои покои, о чем оповестил меня настойчивый стук в дверь. Пришлось впустить.

– В склепе все готово, – он окинул меня оценивающим взглядом. – Надеюсь, ты все же переоденешься.

А я-то и забыла, что все еще сижу, завернутая в одеяло!

Как же мне хотелось сейчас, чтобы приехал Дарриан и забрал меня из этого ужасного места. Хочу, чтоб все кончилось! Хочу домой! Натягивая очередное неудобное платье, я готова была разреветься.

***

В холодный, мрачный, освещенный лишь редкими лучинами склеп меня проводил Каиль. Сам он остался ждать у входа, а я теперь спускалась вниз в гордом одиночестве.

Внизу я ожидала увидеть лишь эрцгерцога, ведь операцию планировалось провести тайно, но тут собралась целая делегация из неизвестных мне людей. Сам лорд Адлен обнаружился в дальнем углу рядом с забальзамированным трупом отца.

Эрцгерцор принял вертикальное положение, приветственно склонив голову. Мужчины же, одетые в черные мантии, продолжали разговаривать вполголоса, не обратив на мое появление никакого внимания.

– Надеюсь, ты понимаешь всю ответственность, которую я на тебя возлагаю? – строго произнес лорд Адлен. – Я пригласил юстиниаров, дабы они смогли вынести справедливое решение, когда имя убийцы станет нам известно.

– Тело лежит не первый день. Не уверена, что он заговорит.

– Он обязан это сделать! – эрцгерцог сдвинул брови, попытался напустить на себя суровый вид, но вышло скорее комично, чем строго. Будто ребенок требует новую игрушку.

Приблизившись к телу, смогла оценить качество бальзамирования. Тело практически не подверглось разложение. Можно было надеяться, что и голосовые связки целы. Хотя, если вспомнить тело мастера Келло, тот довольно долго пролежал, но все равно не утратил дара речи. А, вот, лорд Норимэ почти лишился рассудка ко второму воскрешению.

Как бы там ни было, я приступила к работе. Едва осмотрела мертвеца, стало ясно, умер он не своей смертью. Еще не старый, без следов болезни, лишь тонкий запах дурной смерти. Магистр Эрсиэ рассказывал, что если от тела исходит едва уловимый кисло-пряный запах, умер он не в срок. До этого я не понимала, что это значит, пока сама не почувствовала. Откуда-то знала, что именно об этом запахе говорил Дарриан. И это «благоухание» точно не имело отношения к бальзамическим веществам, которыми умащивали тело. Чувствовался аромат на ином уровне.

Когда я начала сплетать символ, заметила несколько необычных силовых потоков, странно знакомых, где-то ведь уже видела точно такие же. И в спальне лорда Норимэ несколько лиловых потоков мне так же показались неестественными, только те были очень тусклыми, едва заметными, такими, что и цвет толком не различить. Но здесь они были сияли, любой маг бы приметил.

Лорд Адлен в упор смотрел на меня, пока я разглядывала эти истончившиеся линии. Сам он, кажется, не замечал странности. Ладно, буду думать, что в Адалендире лиловые энергетические потоки в порядке вещей.

Стоило лишь слегка поднести символ к лицу мертвеца, как тот открыл очень резко глаза, и во взгляде отражалась неконтролируемая ярость. Смотрел он на своего сына, Аданира Адлена.

– Ты! – взревел мертвец. – Как ты смел?! – он попытался подняться, но еще не до конца научился управлять телом, потому вышло не так быстро, как он хотел. – Как смел ты явиться ко мне?!

– Отец, – пролепетал нынешний эрцгерцог, – прости, что потревожил тебя, но я лишь хотел узнать имя твоего убийцы.

– И ты еще спрашиваешь?! – покачиваясь, он все же поднялся на ноги. – Ты – демоново отродье! – и он угрожающе двинулся на Аданира.

– Лорд Адлен, – окликнула я умертвие, – просто скажите, кто убил Вас, – нужно было скорее упокаивать его. Какой-то он агрессивный вышел.

Юстиниары застыли с непроницаемыми лицами, будто спектакль смотрели. Они не собирались вмешиваться или беседовать с покойным, то есть неупокоенным теперь. Потому никто из них и не подумал заслонить своего эрцгерцога, когда живой труп бросился на него.

– Ты! – взревел мертвяк. – Ты меня убил!

– Дайренн! – успел взвизгнуть перепуганный Аданир, когда иссохшие пальцы вцепились в его горло. Но я уже сплела печать упокоения, и тут же влепила ее в затылок мертвяку. Старый эрцгерцог обмяк, навалившись на сына. Тот с трудом устоял на ногах, удерживая тело отца.

Я вздохнула с облегчением, еще не до конца осознавая, что именно произнес мертвец. Аданир, кажется, тоже не успел понять, что случилось. Он осторожно уложил тело отца на стол, хотел подойти ко мне, но на его плечо вдруг легла затянутая в белую перчатку рука юстиниара.

– Лорд Адлен, – проговорил он скрипучим голосом, – Вы обвиняетесь в убийстве эрцгерцога Адлена и незаконном узурпировании престола Адалендира.

– Что?! – Аданир дернул плечом, желая сбросить с себя руку юстиниара. – Дайренн, скажи им! Отец ведь утратил рассудок!

– Мы внимательно наблюдали за процедурой, – продолжил говорить юстиниар, – и пришли к выводу, Его Светлость, покойный эрцгерцог Адлен был в здравом уме. По сему я обязан взять Вас под стражу, лорд Адлен. Прошу, не нужно сопротивляться.

– Дайренн! – Аданир с надеждой посмотрел на меня. – Это не я! Почему он ошибся?! Почему?!

Юстиниары, насколько я поняла, магией не обладали. Их и так слушались беспрекословно. Они и не рассчитывали на неповиновение. Что ж, напрасно…

Аданир вспыхнул, словно фитиль. По его коже разлилось пламя. Естественно, теперь юстиниары не могли удержать его физической силой. Они разом отпрянули от человека-факела, сохраняя при этом каменные лица, и, словно не люди, а сломанные куклы, неестественно опадали на каменный пол. Лорд Адлен отгородился от них стеной огня и рванул к выходу, уволакивая меня за собой.

Оказавшись снаружи, Аданир задвинул тяжелую каменную плиту, на его руках вновь заплясало пламя. Он плавил камень, запаивая выход. Из склепа слышался стук, но эрцгерцог успел завершить работу раньше, чем юстиниары успели выбраться. Теперь их не скоро вызволят из каменной тюрьмы.

– Мертвец разбушевался? – поинтересовался Каиль, ожидавший у входа.

– Хуже, – выдохнул эрцгерцог, прислонившись к припаянному камню спиной, – юстиниары.

– На кого он указал? – вопрос был адресован мне.

– Потом, Каиль, – ответил Аданир. Его одежда превратилась в обгоревшие лохмотья, длинные ногти почернели, а на руках виднелись ожоги.

– Когда – потом? Мы с Дайренн, кажется, уезжаем, – лорд Лагельд ухватил меня за руку.

– Нет, Каиль, – эрцгерцог все еще тяжело дышал. – Это мы уезжаем, – он замялся, поймав непонимающий взгляд мастера воды. – То есть, я хотел сказать, что еду с вами. Причем, сейчас же. Дайренн, умеешь ездить верхом? – я кивнула. – Вот, и прекрасно. Прикажу приготовить для тебя дорожный костюм. И никому об отъезде.

***

Эрцгерцог оставил меня в комнате, дав некоторое время на сборы. Несколько минут, буквально, как он объяснил. Не такой уж безграничной властью он тут наделен, как оказалось. Интересно, кому подчиняются юстиниары? Что-то мне подсказывало, как бы ни самой эрцгерцогине…

Я уже надела дорожный костюм, оказавшийся более удобным, чем эти кринолины. Носят они тут все-таки нормальную одежду. Штаны из мягкой замши на меху, хлопковая рубашка, поверх вестон из той же замши, но больше всего мне понравился белоснежный плащ с кровавым подбоем. Точно такой носил сам эрцгерцог. Очень теплый, мягкий, так было бы приятно завернуться в него и уснуть. Плащик, к слову, с капюшоном, и если тесемки затянуть, в уши дуть не будет, правда, похожа я тогда становлюсь на плюшевого мишку с абсолютно круглой головой. Ну и путь, зато тепло.

Когда я уже натягивала перчатки, в дверь постучали. Не дождавшись моего ответа, дверь распахнулась, хотя, кажется, я заперла ее? На пороге стояла Милина, темные волосы всклокочены, разноцветные глаза озорно сияют.

– Смотри, что у меня, – она вынула руки из карманов коротких брюк. В каждой ладони было по горсти серых монет. Не простых монет. Точно такую же передал мне для Каиля лорд Норимэ.

– Ты знаешь, что это? – удивленно поинтересовалась у Милины.

– Нет. Но в них есть странная магия. Не ваша и не наша, – она спрятала монеты в карманы, будто я могла их у нее отобрать. – Точнее, совсем не магия, но я не знаю, как это еще назвать. И если этих монет собрать много, они нагреваются!

– Ну, термоамулеты тоже нагреваются…

– Не-не, – замахала она руками, – тут другое. Не помню, как называется, короче, это свойство вещества и чем-то оно там опасно, только я не помню чем.

– Тогда – что? Как монеты могут нагреваться без магии?

– Бежим, покажу, – она схватила меня за руку, будучи уверенной, что я не отвечу отказом.

И вот понимала, что не до новых загадок теперь, до Аттаранта бы добраться, но бежала, влекомая Милиной, в очередное приключение. Монетки самовоспламеняющиеся смотреть. Эка невидаль, если уж подумать! Но что-то меня в этом феномене зацепило.

Она вела меня какими-то тайными переходами, откуда сама о них только прознала? Кажется, мы оказались в башне. Судя по слою пыли и потухшим факелам, посещали сие место не часто. Деревянная дверь наполовину обгорела. Уж не сама ли Милина постаралась?

Я выпустила крохотный огонек, осветивший помещение. Небольшая округлая комнатка завалена склянками и бумагами. Лаборатория алхимика, никак иначе…

– Ния… – выдохнула против воли.

– Кто? – обернулась Милина.

– Моя камеристка, – едва дыша, произнесла, – она погибла… кажется, – я сглотнула застрявший в горле сгусток, – здесь.

– Ох, сочувствую, – ответила девушка. – Гляди, – она указала на склянку, наполненную монетками. – Я их хотела украсть.

– Зачем?

– Ну, – пожала она плечами, – просто…

Я сделала шаг к столу, под ногами захрустело. Опустив взгляд, увидела, что пол устилал черный пепел. «Ния…» – подумала я.

– Давай уйдем, – произнесла вслух, потому что стало не по себе находиться здесь.

– Да, сейчас, только покажу тебе, – она принялась ссыпать монетки в ведро, вытряхивая их из многочисленных склянок. Когда жестяная емкость наполнилась, Милина снова схватила меня за руку и оттащила к выходу.

Некоторое время мы просто смотрели на ведро с монетками, и… ничегоне происходило. Я переключилась на магическое зрение, вгляделась, но никаких линий вокруг жестянки не увидела вообще.

Но тут монетки подернулись дымкой, зашуршали, заскрежетали, а потом я увидела, как ведро вдруг стекает лужицей, а сами монетки остаются на месте. И все это безо всякой магии! Монетки, впрочем, тоже не долго оставались целыми: некоторые рассыпались в порошок, другие же сплавились, а часть просто отвалилась, укатилась куда-то.

Я как завороженная наблюдала за процессом. И ведь никаких признаков магии! Тогда что это? Древние технологии? И не они ли убили Нию?

– Ты совсем сдурела?! – раздался позади окрик. Я вздрогнула, вцепилась в руку Милины и зажмурилась. Потом все же обернулась.

– Каиль? Как ты нашел меня?

– По запаху, – фыркнул маг воды, и не поймешь, издевается или же, и впрямь, у него такой талант имеется?

– А что? – вмешалась Милина, резко крутанувшись и уперев руки в боки. – Нельзя, что ли?

– Если эрцгерцог узнает, вы поедете в Аттарант по частям, – прошипел Каиль.

– Так что тут запретного-то? Это из-за монеток, да? – спросила я и показала на продолжающие плавиться кругляшки в лужице, оставшейся от ведерка.

– Вот, мракова дрянь, – пробормотал Лагельд. – Уходим.

– Что это, Каиль? Я ведь тебе такую же дала, помнишь?

– Помню. Но я не могу ничего объяснить. Понятия не имею, откуда здесь столько этих странных монет. И почему они плавятся. Но это опасно. Там… яд какой-то. Или болезнь. Точно не знаю, но лучше уйти. Мрак с ними. И со всем Адалендиром.

Мы уже покидали башню, следуя за мастером воды, но я все еще допытывала его.

– Каиль, откуда ты знаешь? Ты с самого начала знал?

– В легендах слышал, – заговорил он шепотом. – Не думал, что их тут столько. Зачем они нужны, не знаю. Но они опасны. Мы не знаем, чей это заговор. Лорд Адлен, его отец или мачеха, кто угодно может быть виновен. И пока молчи! Молчи обо всем, что видела!

Глава 8

– Ты же сказала, что умеешь ездить верхом? – хитро сощурился лорд Адлен, когда я в очередной раз с криками пронеслась мимо остановившихся на вечерний привал спутников.

– Тормозить не умею-у-у-у! – выкрикнула я. И, вот, знала, что надо перестать сжимать коленями бока кобылы, но ничего с ногами поделать не могла. Заклинило их что ли? Кобылка ржала и скакала вприпрыжку, то есть издевалась форменным образом. Пальцы впились в гриву до посинения.

Лорд Лагельд уже мчал мне наперерез, орал что-то по-лошадиному, кажется. Я зажмурилась и едва не свалилась, когда Каиль перехватил поводья.

– Ну, вот, и все, – прохладные руки мастера воды стащили меня с кобылы. – Зорька смирная. И чем ты ее так напугала?

– Н-не знаю, – процедила сквозь зубы. Обернувшись, поймала презрительный взгляд Зорьки, дескать, смирная я, но не под таким безмозглым наездником.

Милина с интересом разглядывала припасы, извлеченные из мешка эрцгерцога, пока тот занимался костром. Отвлекшись от огня, лорд Адлен отобрал мешок у девушки.

– А тебе не говорили, что лазать по чужим вещам нехорошо? – надменно произнес эрцгерцог.

– Так у меня своих нет, – невозмутимо ответила она и снова потянулась за припасами, схватила лепешку, тут же надкусила, скривилась. – Что за гадость? Специально меня отравить решил?

– Это хлеб, – ответил Аданир.

– Не, – сморщилась девушка, – хлеб я не ем. Он без мяса.

– Ну, знаешь ли, я тебе не охотник, чтоб за дичью гоняться.

– А кто? – пожала она плечами. – Пекарь что ли? Или этот, землепашец?

– Девочка, – прошипел он, угрожающе нависая над Милиной, – эрц-гер-цог, – произнес он по слогам. – Тебе это о чем-нибудь говорит?

– Нет, – наивно хлопая ресницами, ответил девушка. – Это типа ты такой важный? Ну, не пекарь, короче?

– Да! – прорычал он. – И едем мы сейчас по моей земле.

– А, – протянула она, – понятно. Землепашец, все-таки.

– Нет! – рыкнул лорд Адлен так, что у Милины волосы зашевелились, которые снова стали рыжеватыми.

– И чего ты такой нервный? – фыркнула она, отползая подальше.

– Дайренн, – обратился ко мне Аданир, – напомни, зачем мы ее с собой тащим? И почему я до сих пор ее не убил?

– Милина моя троюродная сестра, – выдала я заранее заготовленную версию. – Она ехала навестить меня, но их экипаж атаковали разбойники. И Вы любезно согласились проводить ее обратно в Аттарант, раз у ж мы с Вами все равно покидаем Адалендир.

– Уверена, что это разбойники на нее напали, а не наоборот? – он посмотрел на Милину, и та ответила яростным взглядом. – На месте татей я бы держался подальше.

– Ну, все Аданир, – прошипела девушка, – держись теперь подальше! – она встала, отошла на несколько шагов, а затем, схватив ком снега, метнула его в эрцгерцога. Не попала. Снежок угодил аккуратно в лоб Каилю, успевшему привязать лошадей и почти закончившему с палатками. Мокрая кашица стекла с искаженного злобой лица мастера воды под заливистый смех эрцгерцога. Впрочем, смеялся он не долго. Следующий снежок все же поразил изначальную цель.

Смекнув, что сейчас кому-то будут мстить, Милина пустилась наутек, сверкая пятками.

– Дура! – крикнул Каиль. – Там дикий лес, заблудишься!

– Да ну ее в бездну, – махнул рукой лорд Адлен.

– А вдруг ее зверь задерет? – вступилась я за подругу.

– Кто кого еще задерет, – буркнул эрцгерцог.

– Каиль! – мне показалось, мастер воды более лоялен к Милине. – Ну хоть ты что-нибудь сделай.

– Могу дождь ей устроить.

– Придурки, – еле слышно буркнула я, и отправилась следом, но была остановлена железной ладонью Аданира.

– Дайренн, – строго произнес он, – не тебе ходить за взбалмошной девицей.

– А кому тогда?

– Сам найду, – ответил он. – Найду и убью.

И эрцгерцог действительно углубился в лес. Вышло так, что с Каилем мы остались вдвоем, занявшись палатками.

– Ты ведь знаешь, что больше всего на свете я ценю одиночество, – вдруг произнес он, высунувшись из только что собранной конструкции.

– Ты это сейчас к чему?

– К тому, что палаток всего две. И мне как-то не хочется терпеть кого-то в соседях.

– Потрясающе! – всплеснула я руками. – То есть ты займешь целую палатку, в то время как мы втроем будем ютиться во второй?

– Да, – ответил он без тени смущения.

– А тебе не кажется это наглостью?

– Ты не понимаешь, я просто сильно не люблю людей. И так вас здесь слишком много. И больше всех Милины, – он покосился в сторону леса. – И, вот, если она со мной в одной палатке… брр, – его передернуло.

– Почему именно она?

– Ну, не эрцгерцог же, – усмехнулся Каиль.

– Вот с эрцгерцогом тебе и ночевать, – я хлопнула его по плечу, заведомо зная, что прикосновения ему неприятны. – У нас с Милиной будет чисто дамская палатка.

Мастер воды изогнул бровь, как-то неуверенно улыбнулся, растеряно и очень мило, даже не возмутился по поводу вторжения в его личное пространство. Мне даже стыдно стало, кровь к лицу прилила.

– Полметра? – уточнила я. – Нарушила твое правило?

– Нет, – он смущенно отвел глаза. – Мне… – он явно хотел сказать что-то другое, но произнес: – не противно, – и снова улыбнулся. – Я не хочу делить палатку с эрцгерцогом.

– Ну, знаешь ли, втроем там будет очень тесно.

– Нет, – он опять отвел взгляд. – Но я не против делить ее с тобой, – он сказал это шепотом, так интимно, со страстным придыханием, будто признался в любви. Мне сделалось неловко, я отстранилась, посмотрела в сторону леса, не идут ли там Милина с Аданиром? Но их не было видно. Солнце уже подобралось к закату. Стоило бы поужинать и устраиваться на ночлег, но поведение Каиля совершенно сбило меня с толку. Я не знала, как вести теперь себя с ним. Даже смотреть на него теперь стало неудобно.

Он больше ничего не сказал, послышалось шуршание полога, а когда я повернулась, маг воды уже скрылся в палатке. Кажется, он тоже смутился.

Закат догорал, окрашивая заснеженную долину кроваво-алыми отблесками. Небо на севере почти не темнеет, остается дымчато-серым до самого утра. Кажется, что снег успевает впитать в себя лучи холодного солнца, чтобы ночью светить в небо. И звезд почти не видно, только мутная луна, словно размазанная пальцем, висела над лесом.

Хруст ломаемых веток и нечленораздельные визги отвлекли меня от созерцания пейзажа. Из леса появился эрцгерцог с трепыхающейся на плече Милиной. Она была явно недовольна таким обращением, но Аданир не внимал ее ругани. Сохраняя невозмутимость, лорд Адлен запихнул ее в пустую палатку и исчез следом за пологом. Некоторое время еще слышались вопли Милины, но, кажется, они пришли все-таки к согласию. На меня они даже внимания не обратили.

Наверное, я бы так и просидела до утра у костра, если бы Каиль не выглянул из-под полога.

– Дайренн, – шепотом произнес он мое имя.

– Чего тебе? – обернулась я.

– Долго тебя ждать?

– Негоже юной леди ночевать в одной палатке с посторонним мужчиной, – фыркнула в ответ.

– Брось, – махнул он рукой. – В походе не в счет. В походе даже есть руками позволяется, – м-да, любопытные у него сравнения.

Ночью становилось холоднее. И я уже поняла, что ночевать прямо у костра – плохая идея. Лезть в палатку к лорду Адлену – еще более нелепая мысль. С тяжелым вздохом согласилась на предложение Каиля.

Пока я любовалась закатом, маг воды времени даром не терял, а благоустраивал жилище. Между спальниками он соорудил настоящую стену из вещевых мешков. Теперь даже случайно мы с ним во сне не столкнемся. Пожалуй, меня такой вариант вполне устраивал. И неловкости я тоже не буду испытывать.

– Спасибо, Каиль, – искренне поблагодарила я.

– Не стоит. Это я для себя старался. Хоть ты и не так сильно раздражаешь меня, как другие люди, но так мне будет комфортней.

– Мне тоже, – улыбнулась в ответ.

В его нетерпимости к обществу было что-то притягательное. Наверное, если бы не воспитание, я бы многим сообщила, чтобы соблюдали правило полуметра. Особенно отвратительны прикосновения человека, к которому испытываешь неприязнь. Пусть руки у него чистые, пахнет хорошо, но содрогаешься от малейшего касания, будто жаба тебя облизала.

– Каиль, – позвала через импровизированную стенку, – а как ты узнал про полметра личного пространства?

– Никак, – буркнул он. – Всегда знал. Ты же чувствуешь, что тебя кто-то касается? Вот, я так же чувствую, если кто-то вступает в мои полметра.

– Мне кажется, у меня тоже есть свои полметра.

– Они у всех есть. Просто никто внимания не обращает. У вас, аристократов хорошо, никто не лезет с объятиями и поцелуями, даже если это родственники. А я по рождению не дворянин.

– А кто? – бесцеремонно поинтересовалась.

– Мещанин. Ты что-нибудь знаешь о быте мещан?

– Ну, моя мама тоже из купечства.

– Не-не, – запротестовал Каиль. – Купцы – народ скрытный, никого близко не подпускают. У мещан иначе. Ах, знала бы ты, как меня замучили мои многочисленные тетушки.

Он с таким трагизмом это произнес, что я невольно усмехнулась. Каиль недовольно фыркнул за стенкой.

– Ничего смешного, – продолжил он. – Я был очень красивым ребенком, – произнес он так, будто в этом заключалась трагедия всей его жизни. – И они все меня тискали. Как только я научился говорить, поставил им условие – полметра, не ближе. А потом и вовсе сбежал в Аттарант.

– А я тебя понимаю. Отчасти. Мне самой очень нравилось жить в замке лорда Эрсиэ. Там людей нет. Живых в смысле нет. Прислуга и та мертвая. Хорошо так, тихо. Умертвия почти не разговаривают, ну, только Эльсина говорила…

– Фу-у-у! – перебил он меня. – Меня прикосновения живых людей бесят, а там, вообще, мертвяки! Понимает она! Ну и сравнила!

– Ой, ну мне сначала тоже страшновато было, а потом ничего, привыкла. К тому же у Дарриана мертвецы все чистенькие, бальзамированные, совсем не противные.

– Гадость! Мне теперь всю ночь кошмары сниться будут. И, знаешь что? Метр! Не ближе метра после своих мертвяков.

***

Дорога до столицы заняла меньше времени, чем путь до Адалендира, уже на пятые сутки мы приблизились к городским воротам. От верховой езды у меня нестерпимо болело все тело. Словно не я на лошади ехала, а лошадь на мне. Милина тоже выглядела не так бодро, как в начале нашего путешествия, но все же получше меня. Я же не могла дождаться, когда мы завалимся, наконец, хоть в самую захудалую гостиницу. Лорд Адлен принял решение не заявляться в дом мастера огня. По крайней мере, до того, как заручится поддержкой императора или кого-то из приближенных. А Каиль, как истинный затворник, в гости никого не позвал, а попросту умчался, махнув на скаку рукой на прощание, едва мы пересекли черту города.

На захудалую гостиницу эрцгерцог был не согласен. Мы объехали едва ли не все постоялые дворы, выбирая достойнейший. Абы что не годилось для проживания истинного аристократа, и, кажется, вся конспирация лорда Адлена пошла насмарку. Нашу компанию успело оценить едва ли не все население Аттаранта. За неприметных путешественников сойти теперь вряд ли удастся. Даже если и не признали в Аданире эрцгерцога Адалендира, то напридумывают такого, что и в страшном сне не привидится.

Выбор Аданира пал на вычурно-помпезный «Золотой павлин». Как по мне, так отвратное место. Толпы напыщенной знати, лебезящая прислуга, ощипанные павлины, гуляющие по золоченому полу парадной и роняющие помет. От обилия золота в глазах рябило. Место дорогое, пафосное, призванное произвести впечатление на иностранных послов, каковых здесь, по правде, не бывает. А бывают тут лишь придворные, желающие уединиться с легкодоступными женщинами, каковые тут обитают на правах павлинов. По мне так зоопарк с публичным домом, но лорду Адлену гостиница пришлась по вкусу. А я прекрасно представляла, за кого приняли тут нас с Милиной.

Как выяснилось, денег у эрцгерцога оказалось достаточно, потому трактирщик просто рассыпался в любезностях перед дорогим гостем. Аданир со свойственной ему надменностью принял предложение отобедать в ресторации, прежде чем заехать в номера.

Мне же хотелось поскорее упасть на ложе и сдохнуть. Ноги отказывались слушаться, спина задеревенела, а перед глазами мельтешили радужные круги. И пусть желудок содрогался от голодных спазмов, единственное, на что я сейчас была способна, так это отключиться на пару суток.

Но в ресторацию идти все же пришлось: номера оказались не готовы.

Я совсем неграциозно опустилась на золотой стул, можно сказать, рухнула. Ножки стула заскрежетали по полу, перепугав павлина, когда я пододвигалась вместе с этим нелепым сидалищем к столу. В золотой тарелке, стоящей передо мной, словно в зеркале, отразилось уставшее лицо с измазанными чем-то носом, шелушащейся от морозов кожей и жутко растрепанными волосами. Да, пожалуй, вряд ли нас тут примут за девиц легкого поведения. Странно, что нас, вообще, не вышвырнули

Взяла все же салфетку и оттерла нос. На белоснежной ткани остались черные полосы. Аданир взглянул на меня с укором, но промолчал.

Желудок громогласно заурчал, напоминая, что надо бы и заказ сделать, раз уж в ресторации оказалась. Не то, чтобы мнение желудка было для меня столь авторитетно, но я все же взяла в руки толстый фолиант в золоченом переплете.

Некоторое время я внимательно изучала пожелтевшие страницы меню, пытаясь вникнуть в смысл написанного. Смысл постигаться не желал. Вот, что может скрываться под поэтическим названием «Душа, сгорающая от страсти» или «Воспоминание о счастье»? Кто, бездну ему под зад, придумал этот поэтический кошмар, скажите на милость? Кому-то доставляет удовольствие пожирать «душу, сгорающую от страсти»? И ведь, наверняка, принесут какую-нибудь несъедобную дрянь.

– Скажите, – обратился к подавальщику Аданир, – Вы не могли бы пояснить ингредиенты блюд?

– Ах, простите, глубокоуважаемый лорд, – раскланялся молодой парень в нелепом наряде, золотом, конечно же, – но состав блюд – это тайна кухмейстера.

– Тогда посоветуйте что-нибудь на Ваш вкус, – лорд Адлен пренебрежительным жестом всучил меню подавальщику.

Я ухмыльнулась. Весьма наивно полагать, что работник ресторации посоветует действительно вкусное блюдо. Вот, самое дорогое – наверняка. Или то, что имеется в наличии, но спросом не пользуется.

– В таком случае, непременно попробуйте «Взмах крыла мотылька», «Восточный лавердок» и «Беснующуюся осень», – подавальщик снова поклонился, теперь уже в нашу с Милиной сторону. – А дамы уже определились с выбором?

– Можно просто кусок жаренного мяса, – буркнула, зло глядя на скривившееся лицо парня.

– Мы плебейских блюд не подаем, – фыркнул он. – Но могу предложить «Удар королевской длани», «Весенний разлив» и «Скучающего дровосека»

Милина засмеялась, да и я не сдержала улыбки. Что еще за скучающий дровосек? Он так скучал, что его решили зажарить и съесть?

– Мне дровосека, – отсмеявшись, попросила Милина. – Пусть не скучает.

Весенний разлив навевал ассоциации с чем-то влажным. Возможно, это рыба, если названия хоть немного говорят об этих блюдах. Это был бы наиболее безопасный выбор, но любопытство оказалось сильнее.

– «Удар королевской длани», – ответила подавальщику.

Аданир заказывал что-то еще и, кажется, напитки, но я не слушала, представляла дровосека, которому отвесила оплеуху королевская длань. Ну, как тут не заскучать?

– Лорд Адлен, – заговорила я, едва подавальщик удалился, – Вам все еще не хочется выбрать нормальный постоялый двор?

– Если платишь такие деньги, они обязаны обеспечить нам все самое лучшее. Дерьмо не может стоить так дорого.

Что ж, едва подали первое блюдо, выяснилось, что еще как может! Я рассмеялась в голос, когда перед эрцгерцогом поставили тарелку с куском позеленевшего сала. Выглядело это невозможно мерзко. Квадратный кусок жира источал зловоние, плохо скрываемое пряными травами. Вторым блюдом оказалась небольшая миска с кашицей, похожей на размокший хлеб. На третьей тарелке лорда Адлена лежала самая настоящая палая листва. Видимо, это «Беснующаяся осень». Интересно, кусок сала – это и есть «Взмах крыла бабочки»? Или это все же «Восточный лавердок»?

Надо отметить, что эрцгерцог оставался невозмутим. Он не потребовал немедленно унести мерзость, а с любопытством разглядывал кушанья.

Мне повезло больше, «Удар королевской длани» оказался обыкновенным куском жареного мяса. Почему-то стоило дать ему поэтическое название, как он перестал быть плебейским блюдом. А вот Милине подали воистину шедевр. «Скучающий дровосек» восседал на краю тарелки, держа в руке топорик, а рядом лежали поваленные деревья. И все это из морковки. Вырезан дровосек был мастерски, с натуралистической точностью, каждая черточка лица, каждая складочка одежды. Автор оказался прекрасным скульптором, но, кажется, никчемным поваром. Судя по виду, это была обыкновенная сырая морковь.

Подавальщик разлил вино по бокалам и лишь после этого удалился, смешно пятясь задом.

– Лорд Адлен, – обратилась я к эрцгерцогу, – Вы действительно собираетесь это есть?

Он хмыкнул, взял приборы и аккуратно отрезал тоненький кусочек вонючего сала. Поднес к лицу, изобразив на лице фальшивую улыбку предвкушения, но медлил.

– Говорят, существуют некие сорта сыра, которые едят с прищепкой на носу. Настолько отвратителен запах. Но вкус божественен.

– Ох, сомневаюсь.

Он еще раз принюхался и… отправил это в рот. Лицо его вытянулось. Было заметно, насколько трудно ему совершать жевательные движения. Эрцгерцог кривился, тщательно скрывая отвращение, на глазах проступили слезы, а кончик носа покраснел. Он тут же опустошил бокал с вином, запивая откровенную гадость.

– Подавальщик! – крикнул он на весь зал.

Я же с удовольствием приступила к «Удару королевской длани». Немного жестко, недосолено, но куда съедобней блюд эрцгерцога. Милина без энтузиазма ковырялась в морковке. Кажется, ей тоже кушанье пришлось не по вкусу.

Молодой человек приблизился к нашему столу. На лице его сияла злорадная улыбочка. Еще и издевается!

– Уберите, – скомандовал эрцгерцог, указывая на тарелки, – и принесите еще один «Удар королевской длани».

– Два «Удара», – потребовала Милина, отодвигая тарелку с «Дровосеком».

– Как скажите, – раскланялся подавальщик.

– Похоже на кусок мыла, – прокомментировал Аданир, когда парень уносил поднос с негодными блюдами. – Мыло с острым перцем. Надо же такую дрянь придумать.

– Надеюсь, у Вас теперь не возникнет проблем с желудком.

– Надеюсь, я, вообще, останусь жив, – если и была ирония в его голосе, я ее не услышала.

Тяжело вздохнув, Аданир наполнил бокал и снова выпил до дна, когда подавальщик ставил на стол два идентичных моему блюда.

По правде, мне показалось, что и «Удар» не первой свежести, но к новым экспериментам, кажется, никто не был готов.

– Дайренн, – обратился ко мне эрцгерцог, – как так вышло, что отец назвал мое имя?

И что я могла ответить? Да ничего! Опустила взгляд в тарелку, упорно расчленяя кусок мяса, делая вид, будто полностью поглощена процессом. Самое обидное, что такой прокол у меня уже вышел дважды. Неужели дело во мне?

– Не знаю, лорд Адлен, – выдавила через силу.

– С Даррианом Эрсиэ вышло также? – этим вопросом он меня добил, и ответить попросту не смогла. – Почему мертвецы ошибаются?

– Может быть, кто-то использовал личину? – предположила я.

– Может быть, – он потарабанил пальцами по столу. – Если, конечно, ты сама не заставляешь их говорить чушь.

– Да зачем мне это?! – едва не подпрыгнула на месте. – Больше всего я хочу вызволить Дарриана из тюрьмы!

– Пока я тебе верю. Пока. Ведь у меня нет доказательств твоей причастности. Я видел, какие символы ты использовала. В них не было внушения чужих мыслей или управления речью. Но… всякое ведь может быть.

– Я не знаю, как так вышло, – голос прозвучал сдавлено, к глазам подступали слезы.

– Хорошо, – вздохнул Аданир, – назови мне все причины, по которым мертвец мог ошибиться с именем убийцы.

– Личина, причем весьма качественная. Морок в момент смерти бы слетел, и взгляд мертвеца увидел бы истинного убийцу. И еще я заметила кое-что странное.

– И что же?

– Силовые потоки, лиловые силовые потоки. В спальне лорда Норимэ успел поработать культ Тьмы, и тогда я подумала, что просто показалось. Но в склепе я заметила точно такие же.

– Но я ничего не видел.

– Это могла быть магия иного порядка. Я ее вижу, но как бы в другом спектре. Как будто бы красной лампой их осветили. И… – никак не могла решить, говорить ли Аданиру о демонах, – я уже видела такие.

– И при каких обстоятельствах?

Я снова уставилась в тарелку, будто ничего интереснее пережаренного стейка в жизни не видела. Потом все же решилась.

– Очень похожими энергетическими линиями пользуются демоны, – выпалила на одном дыхании.

– Откуда тебе знать? Разве ты видела демонов? – эрцгерцог удивленно уставился на меня.

– Ареан! – вдруг воскликнула Милина. – Ты видела присутствие Ареана.

– Подожди, – Аданир обратил взор к ней, – твой приятель – демон?

– Не демон, а теор. Не понимаю, почему вы их так зовете, – пожала она плечами.

– Из Кадафа? – поинтересовалась я.

– Куда ему до Кадафа, – махнула она рукой. – Обычный теор, ничего особенного.

– Тогда как вы, вообще, сюда попали? – удивилась я.

– Ну, Ареан меня и забросил сюда, – произнесла она так, будто ничего необычного в перемещении между мирами нет.

– И при этом он не из высших теоров? Не экхар, не аркелат? И в Кадафе ты не была? На дно океана не ныряла? Я правильно понимаю?

– Ну да, – кивнула Милина.

– Тогда – как?

– Что? – зло посмотрела она на меня. – Переместил он меня, говорю же.

– Но как переместил? Я знаю лишь три способа перемещения. Портал на дне океана, способности высших теоров и эксперименты Ордена Света.

– Значит, Ареан знает четвертый, – невозмутимо ответила Милина. – Знаю, что он из мхирутов. Не слишком высокого звания, они почти равны с людьми и каемерами, вроде меня.

– Чего? – красивое лицо эрцгерцога приобрело комичный вид. – Я ни слова не понял. Вы, вообще, кто?

– Милина не из нашего мира, – пояснила я.

– А… – ледышки удивленных глаз уставились на меня, – ты?

– Просто бывала в Кадафе, – ответила. – Дважды, – добавила все же.

– То есть, про троюродную сестру и разбойников вы наврали?! – взвизгнул Аданир. – И ты во всем этом разбираешься? Каемеры, мхируты…

– Немного, – кивнула я. – Но все равно не понимаю, как Милина попала в наш мир. Хотя, когда мы с Даррианом возвращались домой, пользовались каким-то камешком, который перенес нас в резиденцию Ордена. Эта сволочь, Раддан, должен знать, как это работает.

– Ладно, пусть будут демоны, Кадаф и прочее, но какое отношение все это имеет к смерти моего отца?

– Там были силовые потоки теоров. Не знаю, умеют ли они принимать чужое обличие или же морок наводят, но, уверена, лорда Норимэ и Вашего отца убил теор.

– Вы Ареана подозреваете? – испуганно спросила Милина. – Он гад, конечно, но… – она недоговорила, захлебнулась вздохом.

– Пока рано делать выводы. Всего лишь какие-то полоски, которых никто, кроме Дайренн, не заметил. Почему, кстати?

– Считайте, это моя особенность. Владеть магией обеих миров.

– Потрясающе! – воскликнул Аданир и тут же надул губы. – Только что вы обе дали мне возможность ощутить себя ничтожеством перед двумя божествами. У одной магия двух миров, другая – вообще, не человек, – кажется, он всерьез расстроился. Хотя я совершенно не хотела его обидеть, но, видимо, он только сейчас осознал, что вовсе не особенный, и все его тщеславие разлетелось в пух и прах.

***

Покои «Золотого павлина» меня порадовали. Три комнаты в моем личном распоряжении, купальня с теплой водой, мягкая кровать, по которой бегать можно, не рискуя свалиться. На обилие золотого уже не обращала внимания. После водных процедур, сознание отключилось, едва я доползла до ложа.

А вот утро оказалось ранним. Меня разбудила Милина, едва забрезжил рассвет. Заползла на мою кровать, легла рядом, но топталась при этом так, что не проснуться невозможно.

– Тебя ведь не в честь спасительницы мира назвали? – хитро сощурившись, спросила она. – Ты и есть та самая Дайренн.

– Ну, в общем, да, – смущенно ответила. – А что?

– Да у нас про тебя песни слагают! Как ты древнюю богиню в Лэнг затолкала!

– Это далеко не только моя заслуга. Там был Дарриан, Кроцелл, Арт… в общем, много нас было. Одна бы я ничего не сделала. К тому же Гамигин почти убил меня.

– Офонареть! Мне в Шаб-Квахере никто не поверит, что я с тобой знакома! Ареан так, вообще, с ума спрыгнет!

– Не могу разделить твоего восторга. Спать хочется.

– Как ты обрела магию нашего мира?

– Ашхсит. Меня проткнули ашхситом, изменив настройки. Дарриан говорил, что магия – это всего лишь способность видеть силовые потоки. А если видишь, то и манипулировать можешь.

– Бред, – фыркнула Милина. – Я вижу, но пользоваться ими не могу.

– Тогда не знаю, – пожала плечами. – Ты ведь не совсем человек. Кто знает, как у вас все устроено? А теперь дай мне еще немного поспать, – и я завернулась в одеяло. Милина несколько раз попробовала толкнуть мой кокон, но я упорно не подавала признаков жизни.

***

Дарриан…

Именно о нем я думала спустя мгновение после пробуждения. И мне очень хотелось поскорее навестить его.

Конечно, я помнила, что лорд Лагельд приказал страже допускать меня в камеры без лишних вопросов, но с ним мне было бы спокойней. А еще мне очень хотелось выяснить, что же все-таки ему известно о серых монетках?

Уходя, я предупредила лишь Милину. Аданир, кажется, еще спал, и у меня не возникло желания врываться в его комнаты. В конце концов, я перед ним не обязана отчитываться. А после отправилась к дому Лагельда, взяв экипаж.

Прибыв по месту назначения, с опаской глянула на дверь. На всякий случай снова постучала палкой, но мне повезло – ледяного душа не последовало. Кажется, Каиль забыл включить свою защиту. Но дверь открывать он тоже не спешил. А я зачем-то отпустила наемный экипаж и теперь стояла у входа, ожидая, что лорд Лагельд все же соблаговолит мне открыть.

Наконец, дверь распахнулась, являя растрепанного и недовольного Каиля.

– Зачем ты пришла? – спросил он довольно грубо, но тут же смутился. – То есть, здравствуй, хотел сказать, – он посторонился, пропуская внутрь.

– Доброе утро, Каиль, – произнесла я, проходя в дом и устремившись сразу в кухню. Больно уж нравилась мне его кухня.

– Извини, – пробубнил он. – Привычка выгонять гостей берет свое.

– Без необходимости, я бы не пришла, – усаживаясь за столик, заговорила я.

– Я действительно рад тебя видеть, – он растерянно улыбнулся и поставил передо мной чашку с ароматным чаем. Запах трав благотворно подействовал на мое настроение.

– Мне нужно увидеть Дарриана.

Он странно закашлялся, будто я нелепость какую сказала.

– Сейчас? – его брови недовольно сдвинулись. – Ты пришла за этим?

– Не только. Хотелось поговорить с тобой наедине.

Он присел на стул рядом, взял мою чашку, будто по растерянности, сделал глоток и заулыбался. Какой-то он странный сегодня.

– А я думал о тебе. Это так странно.

– Да у тебя все странно, – фыркнула, отбирая чашку.

– Нет, правда. Мне нужно сказать тебе кое-что важное, – он опустил глаза, задумался, снова придвигая к себе чашку, потом посмотрел решительно и выпалил. – Ты можешь быть ко мне ближе, чем полметра, – поймав мой удивленный взгляд, Каиль вдруг покраснел, спрятал руки под стол, скривился. – Совсем не то хотел сказать, – прошептал он. – Не знаю, как выразить, – он снова посмотрел на меня пронзительно синими глазами, такими печальными, влажными. – Но, вот, все эти правила, мои заморочки… я иногда такой мерзкий бываю, но с тобой таким быть не хочу. Я всегда хотел отпугнуть от себя людей, я их, вообще, не люблю. Вот всех-всех людей не люблю, просто терпеть не могу, – он отводил глаза, заламывал руки, нес полную ахинею, но ему это было важно, потому я слушала. – И мне всегда было хорошо только одному. Я очень ценю свое одиночество.

– Я заметила.

– Нет, теперь иначе. И я никак не могу найти слов, чтобы высказать все это тебе. Мне сложно. Когда нужно, я, бывает, прикидывался, но перед тобой не хочу. Хочу, чтоб ты видела меня настоящим. И, знаешь, ты можешь приходить, когда захочешь. Не когда тебе что-то нужно, а просто так. Потому что… – он оборвал фразу, встал, подошел к окну, было слышно, как тяжело он дышит, собирается с мыслями. Я же совсем растерялась. Никогда мне еще не приходилось иметь дела с сумасшедшими. С идиотами – бывало, но Каиль не идиот, не глупец, и я не могла понять, что его так мучает? И как мне себя вести с ним? Лишь догадывалась, что его может задеть совершенно незначительная вещь, на которую другой и внимания не обратил бы. Он все воспринимал не так, как нормальные люди. И мне было жаль его. Хотелось бы помочь, но я боялась неосторожным словом вновь загнать его в панцирь, в котором он прятался от людей долгие годы.

Я тоже встала, приблизилась к нему, про себя отмечая, как сокращается расстояние. Шаг, другой, между нами его священные полметра личного пространства. Я медлила, не решаясь вторгнуться на чужую территорию. Он стоял спиной, кажется, глядел в окно.

Сделала еще шаг. Он вздрогнул, будто ощутил, что граница нарушена, резко обернулся. Я замерла в ожидании его реакции. Каиль сделал шаг ко мне. Еще шаг. Слишком близко для комфортной беседы. Неприлично близко.

Белая шелковая ткань рубашка столкнулась с завязками моего плаща. Влажная ладонь скользнула по моей щеке, едва касаясь, откидывая назад волосы. Лицо опалило жаром его дыхания. И я вдруг потянулась к нему, дотронулась до волнистых светлых прядей кончиками пальцев, неосознанно, как в трансе. Его вторая рука обвила мою талию, прижала к чужому телу, и его личное пространства исчезло, словно пала магическая защита. Какие же пронзительно синие глаза…

Его губы коснулись моих едва ощутимо. Я затаила дыхания. В голове вдруг стало легко и пусто. Движения его стали увереннее, он прижал меня сильнее. Ни вздохнуть. Болезненно запульсировало в груди. Колени подогнулись, и я обмякла в его руках, растворилась в объятиях, наслаждаясь ощущением, будто нырнула глубоко под воду. Слишком глубоко…

Ладонь скользила по спине, забравшись под плащ. Я почувствовала солоноватый вкус на языке, словно морская вода. Мои пальцы запутались в шелковистых волосах. Омут затягивал, и надо бы вынырнуть, глотнуть воздуха, чтоб не захлебнуться, но мне так хорошо, что я готова утонуть.

Он отстранился внезапно, резко, но все еще удерживая меня в руках. Иначе я бы точно упала. Глубоко вздохнула, открыла глаза и… совсем потерялась.

– Вот что я хотел сказать, – прошептал он. – Слова никогда не были моей сильной стороной.

– Каиль, – только и смогла выдохнуть. Он улыбнулся, но на этот раз не застенчиво-растерянно, как обычно, а уверенно, в глазах даже промелькнули искорки коварства.

Обретя опору под ногами, осторожно высвободилась из его рук. Вернулась за стол, схватила чашку, поднесла к губам, словно хотела спрятаться в ней. Вся сжалась в комок от неловкости, скрестила ноги, руки, все, что только можно. Кажется, закрытость Каиля оказалась заразной.

Он сел напротив, дотянулся до меня, отобрал чашку.

– Эй, это я у нас шарахнутый затворник, а не ты. Не надо брать с меня пример.

– Что это, вообще, было? – пробубнила себе под нос.

– Это был поцелуй. Я еще в дороге понял, в чем дело. Но, надеюсь, мы не будем это обсуждать, потому что со словесными конструкциями у меня не очень. Знаешь ли, я стесняюсь. Думаю, нам обоим все и так ясно.

– Нет, Каиль, мне ничего не ясно. У меня, знаешь ли, опыта в таких делах маловато.

– Ты на меня посмотри, – он рассмеялся. – Думаешь, с моими-то странностями легко? За последнюю сотню лет у меня и друзей-то не было. Про подружек, вообще, молчу.

– Сотню лет? Это не образное выражение? Ты еще и старый?

– Ой, – отмахнулся он, – всего лишь какие-то цифры. Сама-то не первую сотню уже разменяла, небось. Я, конечно, понимаю, что женщине столько лет, насколько она выглядит, но не переигрывай.

– Мне семнадцать!

– Так я и поверил! И на некроманта успела выучиться, и на мастера огня. Да лорду Эрсиэ лет пятьсот, не меньше.

– Дарриану около тысячи, но какая разница, сколько ему лет? И некромантии я всего ничего училась. Потом магистр меня в Аттарант отправил. Семнадцать мне! И то, будет скоро!

– Правда? – он изменился в лице. – Ты сейчас не шутишь? Тебе всего семнадцать?

– Да сколько можно повторять!

– Никогда бы не подумал. Нет, дело не во внешности. Просто никогда бы не подумал, что смогу влюбиться в человека иной эпохи.

– Каиль, мне, наверное, лучше уйти…

Он ухватил меня за руку, когда я попыталась встать.

– Останься, – прошептал маг воды. – Пожалуйста.

– Каиль, мне нужно увидеть Дарриана…

– Пожалуйста, останься. Только сегодня. Я не стану торопить тебя. Просто сегодня никуда не уходи. Мне многое нужно обдумать. И я просто хочу, чтобы ты была рядом. Хотя бы сегодня.

И я не смогла уйти, хоть и чувствовала, что не стоит потакать его порывам. У меня не было никакой уверенности, что я отвечу ему взаимностью. Или отвечу?..

Помотала головой, разгоняя мысли. Прежде всего, мне нужно навестить Дарриана. После поговорить с лордом Адленом, ведь он собирался заручиться поддержкой самого императора. Я могла бы попросить замолвить слово за магистра… Но я осталась здесь. Сама не знаю, почему.

Каиль заварил еще зеленого чая, теперь и про себя не забыл, и мы уже не делили кружку на двоих. А потом предложил устроить экскурсию по его жилищу.

Дом мастера воды оказался таким тихим и уютным, здесь царила та же атмосфера, что и на берегу ручья в ясный день. Взгляд на текущую воду умиротворяет, вот, и жилище Каиля подействовало на меня так же.

Наверное, я бы тоже хотела так жить. Мне не нужно огромное количество слуг, ни живых, ни мертвых. Так хорошо, когда никто не врывается в помещение, не оповещает о внезапных гостях. За окном рокочет море, а в кухне горит очаг. Дом Каиля совсем невелик, не чета огромному особняку лорда Норимэ. Здесь всего две изолированных спальни, гостиная и кухня. Были и еще помещения, нежилые, и их Каиль не пожелал показывать, да я и не настаивала.

– Одна спальня у меня свободна. Тебе ведь все равно негде жить? – произнес он, закончив знакомство с домом.

– А разве я не стану раздражать тебя своим присутствием? – с улыбкой поинтересовалась.

– Думаю, – он почесал макушку, – нет. Ты ведь не будешь врываться ко мне на рассвете и будить песнями?

– О, боюсь, мне трудно будет удержаться от соблазна, – рассмеялась.

– Что ж, тебе я готов простить даже это, – он смущенно улыбнулся и отвел взгляд.

И я согласилась. Вот, так просто взяла и согласилась жить у человека, которого и знала-то всего ничего. Но мне действительно хотелось остаться. С Каилем не нужно было соблюдать дурацкие формальности. Он говорил то, что думал, даже если не мог подобрать слов, косноязычил, но при этом целиком и полностью был искренен. При всей его закрытости, отрешенности от мира, я не встречала более откровенного человека. И уже к вечеру мне начало казаться, что знаю его едва ли не с рождения. Он принимал меня такой, какой я и была со всеми изъянами и сложностями. И единственное, что ему требовалось, так чтобы хоть кто-то смог принять его.

Глава 9

Утром мне все же пришлось вернуться в дом мастера огня. В самом деле, мне очень не хотелось покидать уютный домик Каиля, здесь было так легко и спокойно, что окунаться в бешеный мир за пределами жилища мага воды было откровенно страшно. Даже подумала, уж не заразилась ли я затворничеством? Сам маг воды предпочел остаться дома, покопаться в книгах. Мы условились встретиться через час после полудня у сторожевых башен.

Когда экипаж остановился у дома лорда Норимэ, на порог выскочила Милина, встревоженная, растрепанная, в одной туфле и ночной рубахе без рукава.

– Ну, наконец-то, явилась, – она втащила меня в дом.

– Что случилось? – спросила я, пока она тянула меня вверх по лестнице.

– А ты как думаешь?!

– Ты с кем-то подралась? – намекнула на ее странный вид.

– А я-то тут причем? Это ты всю ночь где-то блукала. Думаешь, мы не волновались?

– Ой, – пискнула, когда она заталкивала меня в одну из комнат, – прости, не подумала. Но с тобой-то что случилось?

– Ай, – она обратила, наконец, внимание на оторванный рукав, – это я Аданиру приемы показывала. Чтоб ерунду всякую не говорил, будто меня защищать надо.

– Он выжил? – поинтересовалась, плюхнувшись в кресло.

– Да что с ним сделается? Ты лучше расскажи, где была? По глазам вижу, что-то интересное с тобой приключилось, – она придвинула стул и оседлала его. – Ну, где шлялась?

– Я ночевала в доме Каиля Лагельда, – честно ответила.

– Ага, – она хитро улыбнулась. – Понравилось ночевать в одной палатке?

– У меня была отдельная комната, – я смутилась, опустила взгляд и, кажется, покраснела.

– Ну-ну, – усмехнулась Милина.

– Да ничего у меня с ним не было! – вскрикнула.

– А даже если и было, что такого-то?

– Давай оставим эту тему. Лорд Адлен здесь? Он свой вопрос решил?

– Кажется, решил. Утром был у себя, но… – пожала она плечами, – не уверена.

– Мне нужно срочно поговорить с ним.

– Я провожу, – Милина поднялась со стула. – Но мне тоже нужна твоя помощь. Ты же видишь магию теоров? Можешь сплести поисковую сеть? Очень нужно найти Ареана. Кажется, я нагулялась и теперь хочу домой.

– Попробую, – согласилась не слишком уверенно и добавила: – правда, ни разу такого не делала.

Милина удовлетворенно кивнула.

Я сосредоточилась на силовых потоках. Делать поисковик меня учили, но настраивался он на конкретное лицо. По сути, найти демона проще, не нужно указывать поисковому заклинанию те индивидуальные черты, что могут принадлежать лишь одному человеку. Здесь же требовалось найти лишь поток чужой магии.

Сначала ничего не почувствовала. Сеть, казалось, не реагировала ни на что. Я было решила, что демон просто находится слишком далеко от Аттаранта. Он, вообще, мог остаться в Адалендире.

Внезапно что-то мелькнуло. Что-то болезненно инородное столкнулось с моей сетью. Сигнал шел в спальню лорда Норимэ, принадлежащую теперь эрцгерцогу. И я бы подумала, что это Ареан убил прежнего мастера огня, и теперь я чувствую его остаточную магию, но это было нечто иное. Силовой поток исходил из странного сосуда. И в голову вдруг пришла мысль, что демон привязан к этой штуке. Но проследить нить не удалось. Дверь распахнулась, и я увидела лорда Адлена.

– Явилась, – прошипел он злобно.

– Лорд Адлен, – я поднялась и даже собралась изобразить реверанс, но не стала, потому что тон эрцгерцога моментально привел меня в ярость, – Ваша реакция неуместна, – процедила я сквозь зубы.

– Я всю ночь ждал тебя! – истерично взвизгнул он.

– Простите, но я ведь не обещала, что непременно стану жить с Вами под одной крышей.

– Где ты была? – кажется, он пытался выглядеть сурово, но снова показался мне до смешного капризным.

– У Каиля Лагельда. Он любезно предложил мне пожить у него. И я приняла приглашение.

– Ты считаешь, что это уместно? – когда эрцгерцог в гневе, голос его становится отвратительно высоким, нежные черты лица искажаются, и он походит на взбалмошную леди.

– Вполне, – не сдержавшись, усмехнулась.

– Официально ты являешься моей невестой!

– В Адалендире. И это было до того, как Ваш отец назвал Ваше имя. Во-первых, Вы обещали расторгнуть соглашение, а во-вторых, в Аттаранте о Ваших семейных делах никому неизвестно.

Аданир фыркнул, мне даже показалось, что из ноздрей его вылетел дымок, затем эрцгерцог выскочил из комнаты, вильнув белым плащом как хвостом.

Милина рассмеялась, едва он скрылся.

– Ну, что-нибудь нашла? – я не сразу поняла, о чем она. Сбил меня с толку Аданир.

– Ну, даже не знаю… – вспомнила, наконец, чем была занята до того, как прилетел лорд Адлен. – Силовой поток идет к какой-то бутылке или кувшину, не разглядела. Но не факт, что это именно твой демон.

– А разве тут может быть кто-нибудь еще? – удивленно хлопнула она ресницами.

– Не знаю, – почему-то вспомнила об Артхаэне, и внутри будто струна зазвенела, протяжно так, грустно... Интересно, сумел бы он снова пробраться в наш мир? А если бы я позвала? Если бы знать заранее, что Дарриан отошлет меня из Эрсинкая…

Могла бы я остаться в Кадафе? Сейчас уже точно знаю, что не хочу жить в другом мире, кто бы ни звал. Просто не хочу. Там все слишком чужое.

– Надо забрать ту штуку, – возглас Милина вырвал меня из собственных мыслей.

– Как? Она в спальне лорда Норимэ, то есть эрцгерцога.

– И что? Давай, я отвлеку его, а ты пролезешь? – предложила она. – Ну, или наоборот.

Некоторое время я медлила. Лезть в спальню эрцгерцога отчего-то не хотелось, но брать на себя миссию по отвлечению – тем более. К тому же, если комната заперта, Милина не сумеет отпереть ее без магии.

– Иди к Аданиру, – приняла я решение, – постараюсь успеть.

Через коридор мы пробрались при помощи морока. Слуги не могли нас заметить, но, вот, мастера огня такой ерундой не обведешь вокруг пальца. Я затаилась за косяком, когда Милина без стука ворвалась в его покои. Говорила она тихо, и слов было не разобрать, но через мгновение лорд Адлен промчался мимо меня, явно готовый сжечь все вокруг одним взглядом. Милина махнула рукой, и я вышла из укрытия.

В привычном человеческом зрении комната выглядела иначе, и я не сразу сориентировалась. Пришло смотреть с закрытыми глазами, чтобы отследить поток заново.

Бутыль, а теперь я знала, что это именно бутыль, лежала под кроватью, но вряд ли закатилась случайно. Ее там спрятали. Интересно знать, кто? Я ведь уже осматривала комнату после смерти лорда Норимэ, и никакой бутылки с чуждым силовым потоком здесь не было. Выходит, ее там спрятали после. И я могла подозревать только одного человека – Аданира Адлена.

Вытащив бутылку, засунула в ее рукав рубахи и быстро вернулась в спальню Милины. Она еще не успела вернуться, а я не придумала ничего лучше, как спрятать стеклянный сосуд под одеялом.

Бутылка как бутылка, ничего особенного, если смотреть обычным взглядом. Даже не заподозрить неладного. И если бы не лиловый силовой поток, я ни за что бы не обратила внимание. Но ведь эти потоки вижу только я. Значит, даже маг не понял бы, что это. Значит, и Каилю показывать бессмысленно.

Милина заскочила в комнату, быстро захлопнула дверь и прижалась к ней спиной.

– Что ты ему сказала?

– Да так, ерунду, – махнула она рукой. – Сказала, что Ареан был здесь. И напугал меня. Мы поискали, но ничего не нашли, – коварно улыбнулась девушка. – Ну, он все-таки мхирут, мог внезапно исчезнуть, – захохотала она.

Я молча подошла к постели и откинула одеяло. Бутылка длинная, узкая, из коричневого стекла. Обыкновенная пустая бутылка. Некоторое время мы на пару разглядывали добычу, затем переглянулись и снова уставились на сосуд.

– И что это? – первой не выдержала Милина.

– А я почем знаю? – разозлилась, когда стало ясно, что и она не прояснит ситуацию.

– Из нее выходит магический поток из твоего мира.

– Ну и?

– Понятия не имею, что ну и, – пожала плечами.

– А куда идет этот поток?

– Выходит лучом и растворяется. Не отследить.

– А попробуй его потянуть, – предложила она.

Что ж, в этом есть доля логики. Если нельзя пройтись по силовой линии, можно ее притянуть к себе. Ведь так же?

Поток дался легко, не выскальзывал, послушно подчинился пальцам. А я тянула, будто рыбу удила: осторожно, чтоб не сорвалась.

Только рыба, кажется, оказалась крупной. Линия вдруг резко дернулась, и бутылка разлетелась на мельчайшие осколки, словно взорвалась.

– Уромойка драная! – ох, надеюсь, сей эпитет относится к бутылке, а не ко мне.

Силовой поток исчез. Выскользнул из пальцев и умчался вдаль. А я вдруг увидела, что стоим мы уже не посреди комнаты, а на красноватом песке. Вдали слышится шум волн, плетью пьющих берег, гортанные крики птиц, а над горизонтом замерли два солнышка.

– Я дома! – воскликнула Милина.

– Нееет! – вырвался у меня крик отчаяния, и я упала на песок, стукнувшись коленями, из глаз хлынули слезы. Просто я очень не хотела вновь выбираться отсюда посредством портала на дне океана. Прошлый раз мне не слишком понравилось ощущать себя раздавленной толщей воды. И совсем не понравилось захлебываться морской солью.

– Да ты чего? – склонилась надо мной Милина. – Здесь намного лучше, чем у вас там. Надо только до Шаб-Квахера долететь. Ой… – она так внезапно умолкла, что я испугалась, подняла голову, огляделась, но не увидела ничего, что могло бы вызвать страх.

– Это Кадаф?

– Не знаю, – она вдруг помрачнела. – Я в Кадафе и не была никогда. Там ведь одни теоры живут, а я почти человек. Мне там нечего делать. У нас очень строгая расовая иерархия. Знаешь, как эти теоры на нас смотрят? Как на животных! Даже хуже! А у меня даже документов при себе нет…

Я была уверена, что перед нами именно Кадаф. Невозможно не узнать отполированные до зеркального блеска красные горы, а меж ними будто бы толстая морщина залегла – тропа.

Постаравшись взять себя в руки, я поднялась и направилась к тропе, припоминая, как вел меня по ней к морю Артхаэн. И казалось, будто стоит пройти десяток шагов, как моему взору откроются сахарные строения Кадафа.

Но вместо замка белоснежного замка экхара я вдруг увидела золотые шары. Огромные шары размером с небольшой дом. Сначала мне показалось, будто они парят в воздухе, будто гигантские мыльные пузыри, но, приглядевшись, заметила, что держатся они на тонких стержнях, растущих из земли. Слишком тонких, чтобы удержать такие громады. Шары застыли в воздухе на разной высоте. Зрелище, конечно, завораживающее. Я совершенно не понимала, какую функцию несут эти шары. И я не могла понять, что это, вообще, такое? Странные дома или технические сооружения? А, может, вообще, какое-нибудь оружие? Только этого нам не хватало!

– Это Киш-Зкауба, – тихо пролепетала Милина. – Я в книжках читала, это Киш-Зкауба!

– И… что?

– А то, что людей тут мы не встретим!

– Мне обязательно нужно добраться до Кадафа. Только Кроцелл может отправить меня домой. Мы можем нанять здесь экипаж или что-то подобное?

– Скажешь еще, – рассмеялась Милина. – Это же Киш-Зкауба! Кадаф далеко, за ледяной пустошью. Туда никакой транспорт не долетит. А пешком… Да сожрут нас там без вопросов. До Шаб-Квахера, впрочем, тоже не добраться.

– Как же Вы вообще путешествуете?

– А никак. Мы ведь не теоры, чтоб у нас дела какие в Кадафе были.

– То есть, никаких знакомых в этом Киш-Зкауба у тебя нет?

– Нам бы лучше, вообще, его стороной обойти. Там живут келаты. Они из аристократии.

– Подожди, келат – это как бы титул? Мне объясняли, но я так толком и не поняла.

– Не совсем титул, у них все сложно.

– Я знакома с энкелатом Артхаэном.

– Ооо, – протянула она, – это ж почти высший теор! Я таким знакомыми похвастаться не могу. Хотя, ты же и самого экхара лично знаешь? – ответить, она мне не дала, видимо, решив, что вопрос риторический. – Вот, смотри, – продолжила она, – Арена – мхирут. Это, вообще, шушера мелкая. А энкелат выше всех келатов. Только толку тебе от этого никакого. Никто не поверит. Все бесполезно, – вздохнула Милина.

– У тебя есть хоть какое-нибудь нормальное предложение? Ты все возможные выходы отметаешь. Я общалась с вашими теорами, они вполне нормальные ребята.

– Да просто ты из другого мира, вот, и интересовались. А местных теоры не жалуют. И сожрать могут. Не буквально, конечно, но приятного мало. И, вот, я совсем не хочу идти в город келатов.

Я же отчетливо понимала, что идти в город придется, просто потому, что идти больше некуда. Келаты там или кто? Да хоть демоны из самой преисподней! Хоть нежить из Лэнга! Идти необходимо, потому что за спиной только холодное море.

А еще я думала, услышит ли меня Артхаэн, если позову? Готов ли он по-прежнему прийти на помощь или уже давно забыл обо мне? Позвать его хотелось немедленно, да и стоило бы. Но я не звала. Боялась, что он попросту не отзовется.

– Идем, – уверенно скомандовала, направляясь к золотым шарам. Милина фыркнула, но за спиной слышались ее шаги.

Приблизившись к сферам, я заметила, что они вовсе не отлиты из золота, а собраны из мелких деталей, идеально друг к другу подогнанных. Одни шары лежали прямо на земле, другие уходили вверх на несколько метров, а вверх тянулись едва заметные стеклянные лесенки. В одну из них, к слову, я едва не врезалась.

Мы шли по узкой дорожке, выложенной гладкими черными плитами. Сам город растянулся вдоль ущелья меж красных гор, и мы могли видеть, что здесь всего две параллельные улицы.

Ни людей, ни теоров заметно не было. Я даже подумала, что город заброшен, одни только шары и остались. Но Милина постоянно озиралась, несмотря на пустынность улицы, будто кто-то нас мог преследовать. Она ступала осторожно, как кошка на чужую территорию, и, кажется, принюхивалась.

– Вот, зачем мы пришли? – заговорила она. – Помощи от келатов не дождешься. А вот проблем они нам устроят сейчас. Вот, куда мы идем?

– Я ищу трактир, – ответила, не глядя на нее.

– Ты голодна?

– Нет, но в непонятной ситуации, идем в трактир, – мне понравилось мое новое правило, которое, к слову, только что придумала.

– А деньги? Ты подумала, что нам понадобятся деньги?

– Знаешь, в прошлое мое пребывание в Кадафе, я тоже зашла в трактир, и мои проблемы решились сами собой.

– Думаешь, во второй раз прокатит? – подозрительно сощурилась Милина.

– Эй, ты чего такая напряженная? – я положила ей руку на плечо и почувствовала дрожь. – В моем мире ты вела себя куда смелее.

– Потому что то был чужой мир. И там живут всего лишь люди. А здесь… – она опустила взгляд, – тут все сложнее.

– Да ладно, – отмахнулась я. – Теоры такие же, как люди, как маги. Ничего особенно в них нет.

– Ты даже местного языка не знаешь! – воскликнула Милина.

– А откуда ты знаешь наш? – вдруг дошло до меня.

– Изучала по книжкам. Перевертыши произошли от земных людей. Традиция у нас в семье есть. Многие люди говорят на этом языке между собой. Чтоб теоры не подслушивали. Правда, некоторые теоры язык людей понимают.

– Кроцелл меня отлично понимал. Да, и другие демоны тоже.

– Ну, на то они и демоны, – пожала плечами Милина.

Трактир мы все же нашли. От стоящей в отдалении сферы доносилась музыка, та самая, металлическая, скрежещущая, а еще мне почудился сладковатый запах выпечки.

Ухватив Милину за руку, я потащила ее вверх по стеклянной лесенке к темному проему. Снизу не получалось разглядеть, что находится внутри. Я-то думала, что это из-за темноты внутри шара, но оказалось, мы прошли сквозь некую завесу, и оказались в хорошо освещенном помещении.

Внутренняя отделка резко отличалась от фасада здания. Территория походила на лабиринт. Каждый столик был огорожен с трех сторон таким образом, чтобы не видеть посетителей за соседним. Ноги утопали в белоснежном ворсе ковра, даже как-то неудобно стало топтаться тут в грязной обуви. Среди перегородок виднелся лишь один проход к барной стойке. Я не видела других посетителей, лишь за тонкими перегородками слышалось шуршание, да мелькали неясные тени. Создавалось ощущение, что трактир наводнили призраки. К стойке мы не пошли, потому что все равно не могли ничего заказать, а просто заняли ближайший свободный столик.

– И что дальше? – недовольно спросила Милина.

Я пожала плечами. Можно подумать, сама знаю, что дальше? Нами не интересовались ни посетители, ни подавальщики. И мы, конечно, могли бы и дальше преспокойно сидеть за пустым столом, но мне сие времяпрепровождение начало надоедать.

И тут мне в голову пришла идея. Милина упоминала, что Дайренн, то есть я, легендарная личность, спасительница мира и тому подобное. Так почему бы не воспользоваться собственной популярностью?

– Идем, – я решительно встала и потянула за собой Милину.

– Что ты задумала? – она послушно встала, но всем видом выражала недовольство. Будто предчувствовала что-то.

Решительно приблизившись к барной стойке, я поймала удивленный взгляд трактирщика. Его плотоядная улыбка мне не понравилась. Молодой человек с длинными фиолетовыми волосами продемонстрировал клыки и окинул меня хищным взглядом. Ну да, я ж для него еда.

– Будешь переводить, – толкнула я локтем Милину. – Скажи ему, что я та самая Дайренн. И мне нужна помощь.

– Как знаешь, – фыркнула она, а затем заговорила на тарабарщине.

Улыбка трактирщика стала шире. Когда Милина закончила свою речь, он хохотал в голос.

– Что ты ему сказала? – испуганно спросила я.

– То, что ты просила. Я же говорила, в нашем мире все не так просто, – развела она руками. – Он не поверил.

Трактирщик что-то ответил. Из всех слов я поняла только одно – «хиакинэ». Кажется, я знаю, что за предложение он нам сделал. И Милину это явно возмутило, судя по резко увеличившейся громкости ее речей. Она так отчаянно махала руками, и я побоялась, что она сейчас вступит в бой с трактирщиком.

Ухватив подружку за руку, потянула ее прочь от стойки, но вдруг наткнулась спиной на чье-то прохладное тело. Краем глаза заметила, как на плечо легла когтистая длань. Холодная настолько, что ткань покрылась инеем. Кожу неприятно ожгло под этим прикосновением.

Дернув плечом, обернулась. На меня смотрели два абсолютно черных глаза. Эти глаза напомнили мне Дарриана, когда он был слеп, вот, только передо мной была высокая женщина. Лицо ее походило на восковую маску, губы вытянулись в тонкую линию, волосы забраны в тугой пучок на затылке. Она мне сразу не понравилась. Было в ней что-то такое противоестественное и отталкивающее, будто некое омерзительное существо просто натянуло человеческую кожу.

– Дайренн, – протянула она, растягивая гласные, с легким шипением.

Я тут же отшатнулась и стукнулась спиной о барную стойку. Женщина в лице не изменилась, продолжала сверлить темными провалами глаз.

– Жрица… – пискнула Милина.

– Все плохо? – спросила, слегка обернувшись к подруге.

– Очень, – прошептала она.

– Артхаэн! – заорала я во всю глотку. – Арт, помоги!

Оставалось надеяться, что демон все еще хранит мой локон. Кто знает, сколько прошло здесь времени? Он мог давно найти себе другой предмет обожание. Мог быть просто занять. Мог забыть меня, кто знает, как тут у демонов принято? Но мне больше не на кого было рассчитывать.

Окружающая реальность стремительно менялась. Исчез матовый свет трактира, бумажные перегородки, мягкий ковер под ногами. Я вдруг оказалась на холодных каменных плитах. Даже через подошвы сапог ощущала, насколько они ледяные. Я разглядела красноватое пламя факелов, висящих на стенах, сложенных из гладких черных кирпичей. Я уже видела такие. В цитадели С’Ньяка.

– Куда Вы меня притащили?! – вскрикнула, перепугавшись резкой перемены обстановки, начала озираться и не обнаружила рядом Милины.

– Дайренн, – снова прошипела жуткая женщина.

– Верните меня назад! – заорала. – Артхаэн! Найди меня, Арт!

– Он не придет, – ответила жрица.

– Чего Вам нужно?! Где Милина?

– Она не нужна.

Ледяной ветер пробрался под слишком легкий плащ. Мне слишком холодно, чтобы сопротивляться. Морозный воздух обжигал легкие. В ушах звенел шипящий голос. Холодно и страшно. Я позорно дрожала перед этой кошмарной жрицей.

Ее лицо-маска все еще виднелось в темноте, но она уходила. Я видела, как лицо, словно светящееся в темноте, удаляется, будто она идет спиной.

– Арт! – выкрикнула в отчаянии.

Рядом с мертвенно-бледным лицом жрицы мелькнула чья-то фигура. Он пришел! Он спасет меня!

– Артхаэн! Я здесь! – выкрикнула из последних сил.

Я видела, что он говорит со жрицей, но слов не разобрать, да и язык незнаком.

Еще немного! Надо перетерпеть страх и холод. Сейчас он все объяснит и заберет меня. Мрак, что же они так долго, я ведь замерзну!

Маска жрицы истаяла в темноте. Темная фигура скользнула ко мне.

– Арт… – выдохнула с облегчением, – уведи меня. Скорее.

– Я не могу тебя увести отсюда, – произнес он без доли сожаления, улыбнулся, обнажив клыки.

– Как?!

– Ты снова позвала меня. Снова, находясь на грани жизни и смерти. Снова, чтобы я помог. Но ты дважды отвергла меня. Стану ли я помогать вновь? – он усмехнулся, и меня обдало ледяным ветром.

– Арт, пожалуйста! Мне здесь не выжить!

– Ты бессмертна, Дайренн. К чему глупые страхи?

– Нет! Арт, забери меня! Мне нужно домой!

– Тебе. Нужно, – отчеканил он. – Я ждал твоего зова. Ждал и носил с собой прядь волос, – он вынул мой локон из-за пазухи. – Ты никогда не позовешь меня затем, чтобы остаться. Я был глуп, надеясь, – локон в его руке вспыхнул на краткий миг и рассыпался пеплом. – Ты выживешь, Дайренн, – он развернулся и пошел прочь.

– Нет, Арт! Я останусь! Я останусь с тобой! – в отчаянии я упала на холодные камни, заплакала, ударяя кулаком по плитам. – Я останусь! – но он даже шаг не замедлил. Было слышно, как цокают каблуки по каменным плитам. Дальше, все дальше… Свернувшись клубком, я почти утратила рассудок, отдавшись истерике.

***

– Уррр, – послышалось совсем близко, и маленькая ручка коснулась щеки. Я растерла ладонью слезы и увидела перед собой маленького наэппи.

– Буся?

– Уррр, – кивнул зверек.

– Буся! – прижала я к себе одного из самых страшных кошмаров Лэнга. – Буся, ты знаешь, как выйти отсюда?

Зверек вывернулся из рук, спрыгнул на каменный пол, сделал несколько шагов во тьму, обернулся, глядя огромными блюдцами глаз.

Жаль, что Буся не может говорить. Он бы мог объяснить, где я оказалась. А может быть, он знал, и кто такая жрица? Но маленький наэппи вывел меня из цитадели. Это была не цитадель С’Ньяка, просто похожа, но гораздо меньше. Просто замок. Старый, пустой замок посреди ледяной пустоши Лэнга.

Когда двигаешься, не так сильно мерзнешь, но тем не менее, простуда мне обеспечена, что бы Арт ни говорил о моем бессмертии. Буся скакал впереди, время от времени оборачивался, проверял, не отстала ли я, урчал.

Алые всполохи раскалывали небо, освещая безжизненную землю, раскинувшуюся во все стороны до самого горизонта. Как же далеко идти до Кадафа? И стоит ли туда идти? Не откажет ли Кроцелл мне в помощи, как уже отказал Арт? Ведь теперь экхару от меня ничего не нужно…

О поступке Артхаэна не хотелось думать. Разве есть моя вина в том, что я выбрала не его? Мне казалось, нас связывала еще и дружба. Неужели ему было так трудно просто помочь? За что? Разве я виновата перед ним? Неужели я могла так сильно ошибаться в демоне? Мне бы хотелось найти Арту оправдание, но оно не находилось. Да и какое может быть оправдание у предательства?

Наверное, я просто никогда и не знала его. Демон без зазрения совести заставлял испытывать его чувства, проецировал на меня собственные эмоции, и будь моя воля чуть слабее, с легкостью воспользовался бы мной. Следует раз и навсегда уяснить, что все поступки демона были ложью. Может быть, его просто забавляла возня со мной, а я-то уже напридумывала благородных позывов.

Пустыня и не думала кончаться. Я до смерти устала и замерзла, ресницы покрылись льдом, легкие резал ледяной воздух, словно тысячи острых осколков прорывались из груди. Если я и не умру, то наверняка скоро упаду и буду лежать посреди пустыни в обессилившем теле. Возможно, это даже хуже смерти.

Ног не чувствовала, слишком замерзла. В голове пульс отбиваел барабанную дробь. Споткнулась, упала. Перед глазами запульсировали алые круги. Я больше не чувствовала холода, нечем чувствовать. Тело окоченело, но спасительное небытие не собирается уносить меня. Я все еще здесь, внутри.

Человек. Впереди человек. Или нечеловек. Видна лишь фигура, замотанная в длинный плащ с капюшоном. Странная фигура. Очередной всполох выхватил лицо, прикрытое тряпичной маской. Такие иногда носят горожане. Маска изображает морду полярной лисы. Выглядит он совершенно нелепо. Галлюцинация.

Он приблизился, сорвал маску, скинул капюшон. Белые волосы подхватил ветер, растрепал. Он присел на корточки рядом со мной.

– Дайренн! – донесся знакомый голос. – Дайренн, ты слышишь?

– Каиль… – выдохнула с облаком пара. – Откуда ты здесь?

– Я не здесь, но главное, что нашел тебя. Теперь ты выберешься.

– Как? – слезы застыли на моем лице ледяной коркой.

Он снял плащ, укутал меня, помог подняться. Я все еще нетвердо стояла на ногах, мне трепыхало, как белье на ветру, качало из стороны в сторону. Но стало немного теплее. Совсем чуть-чуть.

– Кадаф не так далеко отсюда, – произнес он. – Ты сумеешь дойти.

– Как? – голос сорвался на сиплый крик.

– Иди туда, где небо светлее.

Каиль отстранился, отступил, его фигура странно подернулась, будто размылась. Как будто ветер кистью мазанул.

– Ты куда?! – вскрикнула.

– Я не могу пойти с тобой. Меня здесь нет, – образ снова дрогнул, стал расплываться, как дымка.

– Каиль, не уходи!

– Иди туда, где небо светлеет, – последнее, что успел он сказать, прежде чем истаять.

Ветер обжигающим холодом ударил по лицу. Ледяная корка осыпалась, зазвенела, падая на промерзшую землю.

Я посмотрела вверх. Чернильное небо, в самом деле, светлело с одного края. Точнее, алело. Казалось, будто оттуда приходят красные всполохи.

Медленно, переставляя негнущиеся ноги, я шла вперед, к Кадафу. В мыслях витали образы сахарных замков, стеклянных холмов, в ушах отчетливо слышался шум моря. До Кадафа было еще далеко, но я не видела ледяной пустоши вокруг, не ощущала холода. Передо мной был лишь образ Кадафа.

Я не помню, как долго шла. Казалось, засыпала на ходу или умирала, падала, некоторое время не могла пошевелиться. Затем каким-то чудом поднималась и шла дальше. В какой-то миг мне показалось, что это и есть смерть. И все, что теперь происходит, бесконечное посмертие, бесконечная пустошь Лэнга.

***

Я не помнила, как дошла. Не помнила, как пробиралась по узкой тропе меж алых холмов. Не помнила, как шла по лабиринту сахарного замка. Я будто бы проснулась здесь. В Кадафе.

За круглым окошком из-за горизонта поднимались два солнышка. Я лежала на подвешенном на цепях диванчике, мерно покачиваясь. С облегчением выдохнула. Это не сон. Я, действительно, дошла.

Экхар Кроцелл стоял спиной ко мне. Белоснежные пряди собраны в низкий хвост. И будто бы он что-то держал в руках.

– Кроцелл, – позвала осипшим голосом.

Он медленно обернулся. В руке бокал вина. Лицо спокойное, неживое, а глаза светлые-светлые. У людей таких не бывает.

– Во что ты снова вляпалась, Дайренн? – ласково произнес демон.

– Не знаю, – ответила, осторожно поднимаясь.

– Сюда не так просто попасть. Но ты сумела. Да еще и в Лэнге оказалась. Зачем, Дайренн?

– Просто верните меня домой.

– Уррр, – на плечо мне скользнул Буся, и я погладила звереныша, поймав недовольный взгляд Кроцелла.

– Верну, не волнуйся. Если расскажешь, что случилось.

– Бутылка взорвалась. И мы попали в ваш мир.

– Мы? С тобой кто-то был? – он приподнял бровь.

– Милина. Она осталась в Киш-Зкауба.

– Девушка из твоего мира?

– Нет, она отсюда. То есть не совсем отсюда, но из этого мира.

– Теор?

– Нет, она говорила, как называется ее раса, но я не запомнила.

– Существо не высшей расы в Киш-Зкауба… Плохо.

– С ней ведь ничего не случилось?

– Откуда мне знать? Я и тебя не ожидал увидеть живой. В Лэнге человеку не место.

– Знаю. Но я же не сама туда пошла.

– Как ты там оказалась?

– Странная женщина в трактире. Это она сделала! – я вспомнила ее лицо-маску и черные провалы глаз, вздрогнула, будто ощутила ее присутствие.

– Тебе она не знакома?

– Нет, я видела ее впервые. Лицо как маска, неподвижное. И глаза черные, как дырки, а в них бездна. Милина назвала ее жрицей, кажется.

– Ох, бездна трихангов! – он едва не расплескал вино. – Как ты, вообще, в это вляпалась?

– Не знаю, – виновато втянула голову в плечи.

– Жрецы культа Рацех – единственная не подчиняющаяся мне структура. Они существуют вне экхариата, обособленный культ, практически не контактирующий с миром. Я не имею над ними никакой власти. Культ не был бы проблемой, религия – вопрос частный, каждый вправе верить в то, во что пожелает. Случай с Гамигином – исключение. Но приверженцы культа Рацех – наемные убийцы. Иногда необходимо устранить теора или человека, но действовать открыто нельзя. Тогда мы прибегаем к помощи жрецов Рацех. Сами жрецы не убивают, но именно через них можно нанять низшего теора для выполнения неприятной работы. Почему теоры вообще попадают во власть культа, неизвестно. Может быть, это вопрос веры, а может быть, что-то другое.

– Но я зачем ей понадобилась?

– Жрицы у Рацех – вообще редкость. Почему ты сразу никого не позвала на помощь?

– Не знаю…

Не стала рассказывать, что звала. Не захотела жаловаться. Нестерпимая обида все еще жгла внутри. Но теперь вдруг мелькнула мысль, а что если Арт тоже является служителем этого культа? О он говорил с этой жрицей?

– Я верну тебя домой, – вновь заговорил Кроцелл. – Но постарайся больше не попадать сюда. Наш мир – это не только Кадаф. Есть места, где даже теорам бывать небезопасно.

– А как же Милина?

– Постараюсь разобраться с этим. Если она из нашего мира, просто отправлю ее домой.

– Шаб-Квахер! Я вспомнила, она из Шаб-Квахера.

– Полукровка, скорее всего. С ней все будет в порядке, не волнуйся, – он вдруг протянул мне бокал. – Хочешь?

Не знаю, насколько это разумно, но я приняла угощение, сделала небольшой глоток. Вино приятно растеклось по внутренностям. Согрело. И даже боль от предательства Арта немного погасило.

– Одни вопрос, энкелат Артхаэн ведь не высший теор? – произнесла я.

– Нет, не высший, но и не низший. Энкелат обладает куда более сильной волей, чем тот же келат или мхирут. Энкелата никак нельзя считать низшим теором. А почему ты спрашиваешь?

– Просто подумалось, мог ли он быть приверженцем этого культа?

– Это вряд ли, – усмехнулся Кроцелл, и лицо на мгновение стало совсем человеческим.

Он так странно посмотрел на меня, будто догадался о том, что произошло в Лэнге. Но мне не хотелось продолжать разговор об Атхаэне. От одного упоминания его имени грудь сдавливали болезненные спазмы. Каковы бы ни были причины, ему нет оправдания. Нет прощения.

– Как поживает Арисси? – решила перевести тему, чтобы не расплакаться.

– Ах, Арисси… – протянул демон и отнял у меня бокал, отхлебнул. – Арисси – одна моя сплошная боль. Она снова сбежала. Мне известно, где она, но если я верну ее силой, она ведь снова сбежит. Даже не знаю, что делать с этой взбалмошной девчонкой.

– Может быть, стоило бы отпустить ее к родителям?

– Тогда она точно нарвется на неприятности, – усмешка исказила его рот.

Мне хотелось спросить, действительно ли Кроцелл любит ее, но это было бы бестактно. Возможны ли, вообще, отношения между повелителем демонов и деревенской девочкой с дурным характером?

– Я не отдам ее назад, – продолжил говорить Кроцелл. – И вовсе не потому, что здесь ей безопасней. Я хочу, чтобы она была рядом. И благодарен тебе за Арисси, – он взял меня за руки. – Иди ко мне, – вдруг рывком поднял на ноги и крепко прижал к себе. От холодных объятий по коже прошелся электрический разряд. В глазах потемнело, будто воздух перекрыли. Секунда, и все исчезло. Кроцелл больше не прижимал меня к себе. Я стояла посреди комнаты Милины в доме мастера огня. Словно ничего и не было. Вот, только самой Милины здесь тоже не было

Глава 10

Видеться с Аданиром Адленом не было никакого желания. Я выскочила из дома и помчалась к Каилю, забыв нанять экипаж. После перехода через ледяную пустошь, я даже усталости не почувствовала от пробежки через весь город. Прохожие едва успевали убраться с моего пути.

Совершенно забыла об охранной системе лорда Лагельда, затарабанила по двери, и тут же меня окатило водопадом.

Буся, сидевший все это время у меня на плече, спрыгнул и скрылся из виду.

– Живая! – воскликнул Каиль, распахнув дверь.

Не обращая на стекающую с меня воду, проскользнула внутрь. И только в коридоре заметила, какая лужа от меня образовалась. Каиль быстро стянул с меня меховой плащ, вестон, принялся развязывать шнуровку на рубашке, когда я перехватила его руки.

– Не надо, я сама. Принеси лучше сухую одежду.

– Какая одежда? Сейчас быстро в горячую ванну. А я чай приготовлю.

Он умчался, оставив меня ждать посреди лужи, тут же вдруг прибежал назад, схвати меня в охапку и потащил в купальню. Я даже вскрикнуть не успела, оказавшись у наполненной ванны, через край которой переваливалась густая пена.

Каиль учтиво вышел за дверь, позволив мне раздеться в одиночестве. Но стоило мне окунуться в воду, как он снова появился на пороге. Я чуть ли не с головой нырнула в пену, хотела возмутиться, но мастер воды принес поднос с горячим чаем. Он так по-доброму улыбался, что ругаться сразу расхотелось. Тем более, я все равно вся в пене.

Он поставил поднос на уголок ванны, взял одну чашку и протянул мне.

– Пей, это поможет.

– Со мной все хорошо, Каиль.

– Знаю я, какая там холодрыга. Чуть ментальное тело сам не отморозил.

Чай отдавал мятой и еще какими-то незнакомыми травами. Странный чай, от каждого глотка которого по лицу расползалась широкая улыбка. И судя по выражению лица Каиля, на него чай действовал так же. Тело наконец-то отогрелось окончательно. Мне стало вдруг так хорошо и уютно. Даже смущения не испытывала от того, что лежу под пеной совсем голая, а Каиль сидит рядом.

Коротко рассказала ему произошедшую историю. Маг воды задумался, посерьезнел. Вернул чашку на поднос и стал отстраненно перебирать пряди своих волос. Мне вдруг показалось, что он похож на Кроцелла. Такие же белые волосы, взгляд с поволокой. Он вполне мог бы сойти за демона.

– Да, не нравится мне твой рассказ, – наконец, произнес он, и морок исчез. В Каиле куда больше человеческого, чем в Кроцелле. Да и волосы у него не настолько белые, просто светлые.

– Мне самой не понравилось. Я думала, что умру там, хоть Арт и говорил, что я бессмертна.

– Глупость, – зло произнес он. – Маги не могут быть бессмертны. Убить их сложнее, конечно, но все равно возможно. Этот твой знакомец не мог быть уверен, что ты выживешь. Скорее всего, рассчитывал он на иное.

– Не хотелось бы так думать. Да и с бессмертием у меня все сложнее, чем кажется. Это не только из-за магии. Я знаю, что маги могут поддерживать жизнь бесконечно долго, но у меня иначе. У меня серебряная нить крепче, чем у других. Тому много что поспособствовало. Может быть, я, и впрямь, бессмертна?

– Расскажи подробнее.

– Ну, во-первых, иртым. Я его просто обожаю. Дарриан еще до этого говорил, что иртым позволяет ходить за грань, оставаясь живым. А потом еще мои настройки изменились, когда в меня ашхсит вонзил… – и я умолкла, потому что едва не проболталась Каилю о своем настоящем прошлом.

– Что?! Ашхсит?! Хочешь сказать…

Я нырнула под воду с головой и не расслышала окончания фразы.

– Иртым! Ну, конечно! Лорд Аргано регулярно заказывал иртым для своей дочери. Я ведь сам привозил его!

– Каиль, я не хотела…

– Не хотела говорить, кто ты? Никакой Дайренн Эрсиэ не существует! Поэтому о тебе нет никаких записей в канцелярии. Твое имя Аллиэнн Аргано! – лицо его перекосила злоба.

– Так вышло, что я не хотела, чтобы каждый знал, из какого я рода. Вот лорд Эрсиэ и помог немного.

– Но мне почему было не сказать? Я ведь знал твоего отца.

– Я знаю, что это ты воткнул в меня ашхсит. Гамигин говорил об этом. Но теперь это все не имеет значения.

– Прости, – понурил голову маг воды. – Я сам не ведал, что делаю. Тируан наложил печать смертью. Он не хотел рисковать тобой.

– Я все знаю, – накрыла мокрой ладонью его руку. – Все вышло так, как было нужно. Гамигин запечатан в Лэнге. Теперь уже все в порядке, а рана, – я прикоснулась к тонкому шраму на груди. – Ерунда, все прошло.

– Подумать только, Аллиэнн Аргано… – произнес он, возведя очи к потолку, затем встал, принялся мерить шагами купальню, а потом вдруг направился к выходу.

– Ты куда?

– Мне надо подумать. И как я тебя не узнал?.. – с этими словами он вышел.

Закончив с водными процедурами, я раздобыла в шкафу мягкий халатик, принадлежащий Каилю. Великоват, конечно, по полу волочится, но если подвернуть рукава, то ничего. Свои вещи так и бросила в купальне, позабыв, что в доме лорда Лагельда нет слуг, которые позаботятся о моей одежде.

Сам Каиль обнаружился в кухне, поглощаюший с задумчивым видом травяной чай. Взгляд синих глаз расфокусирован, как будто в полутрансе.

Осторожно тронула его за плечо, он вздрогнул, будто от неожиданности, посмотрел на меня, грустно улыбнулся. Села напротив, хотелось о чем-нибудь заговорить, но слова никак не хотели срываться с языка. Каиль тоже молчал, пил чай, поглядывая на меня поверх чашки. От этого взгляда невозможно синих глаз, я испытывала неловкость. Будто специально обманула его, скрыв настоящее имя.

– Я помню тебя, – произнес он, оставив чашку. – Тогда я часто бывал в доме Тируана. Мы были почти друзьями. Тогда мы уже знали, что Раддан связался с существами, которых не способен контролировать. Мы знали, что ему необходимы тела, чтобы вселять в них невоплощенных. Наша магия оказалась бесполезна. Использовать тебя было решено еще до твоего рождения. Подсунуть Раддану такого мага, который сумеет атаковать сущность в момент вселения. Когда мы раздобыли ашхсит, настроенный на вибрацию демонов, стало ясно, что никто из нас не может использовать эти настройки. Несколько магов лишились силы в ходе экспериментов. Тогда появился Кроцелл, повелитель демонов. Он объяснил, что нужен ребенок, не обученный магии, но рожденный от мага. Так появилась ты.

Я не могла дальше слушать, к горлу подкатил комок, в виски забили молоточки. Мне стало дурно. Получается, я родилась только для того, чтобы стать оружием в этой дурацкой войне. Мой отец выбрал маму не по большой любви, а с целью заиметь ребенка, которого сможет использовать.

– Я все поняла, – выдохнула, давя слезы. – Не надо…

– Нет, Аллиэнн, дослушай. Тируан передумал, когда подошел срок. Конечно, мы планировали, что ты останешься в живых, но риск все равно был. Тируан создал печать смерти. Пожертвовал жизнью, чтобы спрятать тебя. Но у меня не было выхода. Я пробовал с другими, но ничего не получалось. Кроцелл не приходил на помощь, сколько бы я ни звал. И тогда я разыскал тебя, вонзил ашхсит, надеясь, что иртым, которым тебя регулярно почивали, сделал свое дело, и ты выживешь. И стал ждать, когда ты разобьешь печать. Я следил за тобой, видел, как ты посещаешь рынок, гуляешь по городу, пока ты не исчезла в один из дней. Мне и в голову не пришло, что ты отправишься в Эрсинкай.

– Что произошло потом, тебе тоже известно?

– Я встречался с Даррианом, он рассказал. Он пришел ко мне совершенно слепым и мы придумали план, как обвести вокруг пальца Раддана. Что именно произошло на той стороне, мне неизвестно. Знаю, что все получилось. Раддан потерял союзника с той стороны.

– Мы запечатали Гамигина в Лэнге. Он пытался воплотить богиню Асши. По сути, мы спасали чужой мир, а что произошло в нашем, мне до сих пор не ясно. Думаешь, то, что происходит сейчас, как-то связано с Гамигином?

– Не знаю. Но очень надеюсь, что нет. Только демонов нам не хватало, – он сделал паузу, потом спросил с укором. – Почему ты назвалась чужим именем?

– Моя мать отказалась от фамилии Аргано. Мне с тринадцати лет внушали, что имя моего отца теперь проклято. Мама вернула имя Эллотрис Керен, а я стала Аллиэнн аш’Керен, понимаешь, что это значит? Какой маг возьмет в ученики незаконнорожденную недворянского рода? Дарриан – дворянин, он выписал мне рекомендации на имя Дайренн Эрсиэ. Велел представляться его племянницей. Я ведь даже не леди! Думаешь, лорд Норимэ принял бы меня?

– Я бы тебя принял. Если бы только знал, что ты Аллиэнн Аргано. И в мыслях бы тогда не посмел… – он оборвал себя на полуслове. – Я ведь помню тебя ребенком, понимаешь?

– Что это значит, Каиль?

– Чувствую себя подонком, вот что это значит, – он снова взял в руки пустую чашку и принялся ее теребить.

– Но ведь все вышло, как нужно. Мы победили Гамигина, не дали воплотиться Асши. А рана давно зажила.

– Я не об этом, – он вдруг вскочил с места, схватил меня за руки, опустился на одно колено и страстно зашептал. – Я испытываю желание. Очень сильное, почти непреодолимое. Мне трудно совладать с собой. Я слишком долго был затворником. Но тут же представляю, как ты играла на ковре с деревянными кубиками. Что мне делать, Аллиэнн?

Осознавая услышанное, я медленно, едва ли не по слогам произнесла:

– То есть ты испытываешь чувство вины не из-за того, что воткнул в меня ашхсит, а из-за того, что я тебе нравлюсь? – он утвердительно кивнул, глядя на меня озерами глаз. – Ты – дурак, Каиль?

– Дурак, – согласился он. – Ты показалась мне такой умной, рассудительной. Я ведь говорил, что думал, будто тебе не меньше ста лет. Потом ты сказала, что тебе семнадцать. Я испугался, конечно, но решил, что это не так уж и страшно. А теперь оказывается, что ты дочь моего покойного друга. И мне бы следовало постараться дать тебе воспитание, образование, хотя бы в память о Тируане, но я испытываю совсем иные чувства. Это неправильно. И порочно, – он уткнулся мои колени, кажется, всхлипнул. Я провела рукой по его волосам, таким мягким, похожим на шелк. Вдруг поняла, что мне очень приятно к ним прикасаться.

– Хочешь, чтобы я вернулась в дом мастера огня?

Он поднял на меня взгляд, испуганный, влажный.

– Ни за что, – тихо прошептал он. – Слишком поздно. Все уже случилось.

– Смешной ты, Каиль, – улыбнулась я.

***

В тот день я так никуда и не пошла. Мысли периодически возвращались к Дарриану, но так приятно было валяться среди мягких подушек, пить травяной чай с плюшками и выслушивать нелепые терзания Каиля. Не понимаю, зачем он это делал, но он придумывал все новые и новые причины, почему мы не можем быть вместе, и тут же сам эти причины и опровергал. Сдержанный и холодный Каиль выплеснул всю гамму эмоций за один вечер, которых хватило бы не на один десяток лет. Он смеялся, впадал в уныние, доводил себя до слез и сквозь слезы снова смеялся. Но мне было с ним хорошо, несмотря на все его странности. Возможно, просто у меня самой странностей не меньше. Вот мы и понимали друг друга.

В свою комнату Каиль отправился глубокой ночью. У меня рот сводило зевотой, но отпускать его все равно не хотелось. Кажется, он ушел все-таки после того, как я уснула. По крайней мере, сам факт его ухода я не заметила.

А вот пробуждение было куда менее приятным, чем вечер. Каиль принялся грубо тормошить меня.

– Вставай! – орал он. – Аллиэнн, срочно! Я тебя сейчас дождем полью, если не встанешь!

Угроза наказать меня стихией подействовала. Глаза вяло приоткрылись, чтобы увидеть встревоженное лицо Каиля.

– Что случилось?

– Лорд Эрсиэ. Это срочно!

– Что срочно?

– Его собираются казнить!

– Да быть такого не может! – вскочила я, резко сбросив сонную одурь. – Дарриан с легкостью бы сбежал уже. Не верю, что ему грозит опасность.

– Только что из императорского дворца новость передали. Дарриан может и не знать о решении императора. Его обвинили в убийстве и заговоре против Империи.

– Мы пойдем к нему?

– Если он тебе не безразличен, конечно. Он ведь тебе не родственник? – Каиль хитро сощурился.

– Нет, но это не важно, – я быстро слезла с постели, начала искать одежду, потом только вспомнила, что оставила ее в купальне. И высушить ее, конечно, никто не догадался.

– Принести тебе одежду? – спросил Каиль.

– А у тебя найдется что-нибудь подходящее?

– Я ведь думал, что ты насовсем останешься у меня. Купил тебе новые платья.

В моих глазах застыло удивление. Каиль что-то неразборчивое буркнул и вышел из комнаты. А я вдруг поняла, что он все давно решил. Стоило остаться на одну ночь, ну, ладно, пусть на две ночи, как он уже поселил меня здесь «насовсем». Стало немного не по себе от такой поспешности.

Он принес мне дорожный костюм. Не из дешевых. Штаны из мягкой бежевой кожи, жилет, куртка, новые сапоги с оковкой и шпорами. Видно, что не скупился. Интересно, это единственный комплект? Или он полный гардероб успел приобрести?

Мастер воды повернулся лицом к двери, ожидая, пока я оденусь. Однако из комнаты не вышел.

– С размером угадал? – не оборачиваясь, спросил он.

– Да, все впору, – ответила, натягивая куртку. – Можешь повернуться.

– В прихожей еще плащик есть новый. Здесь не север, конечно, но уже почти зима.

***

В сторожевые башни нас не пустили. Стражник сообщил, что это приказ императора, никто не может видеть осужденного после вынесения приговора. Выходит, то, что сказал мне Каиль утром, правда. В груди все сжалось, а руки начали подрагивать. Неужели Дарриан ничего не успел предпринять? Неужели он даже не знает, что его собираются казнить?

Каиль приобнял за плечи, сжал мою руку.

– Аданир Адлен приближенный императора. Мы должны попасть на прием к правителю. Эрцгерцог может это устроить. – сообщил он.

На попутном экипаже мы добрались до дома мастера огня. Я едва не упала, выходя из кареты. В голове не укладывалось, что Дарриана могут, вот, так запросто казнить. И, в отличие от Каиля, я совершенно не знала, что делать. Мастер воды помог мне дойти парадного входа, стукнул в дверь, но та оказалась не заперта и распахнулась с грохотом. Хотя нет, дверь все же была заперта. Каиль сломал задвижку. Вон, висит теперь на одном гвоздике.

Аданир Адлен собственной персоной вышел на шум. Заметив нас, посуровел, приблизился.

– Где Милина? – строго спросил он.

– В Киш-Зкауба, – ответила я. – Вам это о чем-нибудь говорит?

– Нет, – помотал он головой.

– Считайте, она вернулась домой, лорд Адлен.

– Жаль… – он опустил печальный взгляд.

– Нам нужна помощь, – заявил Каиль. – Лорда Эрсиэ собираются казнить.

– Ах, как это знакомо, – вдруг рассмеялся эрцгерцог. – Мое положение крайне похоже.

– Ваша Светлость, – выдавила из себя, – Вы ведь заручились поддержкой императора? И теперь в безопасности?

– Пока в безопасности, – уточнил он. – Тем временем в Адалендире лютует моя матушка.

– Мы должны поговорить с кем-то из приближенных. Лорд Эрсиэ невиновен.

– Как и я, – отчеканил он, обжигая ледяным взглядом. – Дайренн, тебе не кажется, что не стоило заниматься той магией, в которой ты делаешь так много ошибок. Тебе в диверсантах цены не было бы.

– Я понимаю… – острое чувство вины сжало горло, – но сейчас не до того. Мне очень нужно спасти лорда Эрсиэ.

– Прости, я ничего не могу тебе пообещать, – поверить не могу, он выпроваживал нас!

– Я знаю, как найти Милину, – использовала я последний шанс. Хотя, на самом деле, слабо представляла, как можно связаться с Милиной.

– Даже так? – он удивленно приподнял бровь. – Единственное, что я могу дать, это рекомендательное письмо к лорду Тефриэ. Безопасность империи – его дело, в том числе и внутренняя безопасность. Пройдемте в кабинет.

Апартаменты покойного Лорда Норимэ претерпели изменения, приобретя вычурность в соответствии со вкусами эрцгерцога. Появилась дорогая керамика, золотые подсвечники, шелковые покрывала и письменный стол из красного дерева. Аданир Адлен сел к столу и принялся писать. Я же перешла в полутранс, надеясь разглядеть присутствие демонов. Тонкая лиловая линия опоясывала комнату. Странно…

Эрцгерцог поставил сургучную печать и передал мне записку. Прочесть, что в ней содержалось, теперь я не могла, он запечатал письмо.

– Лорд Тефриэ примет тебя. Но не злоупотребляй моим именем.

– Спасибо! – обрадованная, я схватила письмо, и, дернув Каиля за руку, помчалась вниз.

– Думаешь, ему стоит доверять? – поинтересовался маг воды, когда мы уже сидели в экипаже.

– Не уверена, но почему бы не встретиться с этим лордом Тефриэ?

– Как ты собираешься найти Милину?

– Никак, – пожала плечами. – Она вернулась в свой мир. Единственный способ ее найти, это обнаружить демона, что забросил ее сюда. Если он все еще здесь, конечно. Но я не собираюсь этого делать.

– Ты ведешь опасную игру.

– Может быть. Но если обнаружится заговор против империи, надеюсь, нам простят прежние ошибки.

– Если заговор вообще имеется. Норимэ мог спятить, умереть от сердечного приступа, скажем. Он ведь был стар. А Дарриан просто привиделся ему.

– Каиль, лорд Норимэ выглядел не многим старше тебя, – усмехнулась. – И кто в таком случае убил старого эрцгерцога?

– А хоть и сам Аданир Адлен. Или мамаша его. Надела морок и убила.

– В момент смерти морок не работает. Труп всегда видит лицо убийцы.

– То есть, Норимэ убил кто-то, кто не просто надел личину Эрсиэ, а был его точной копией?

– Не знаю. Может быть, это вообще был демон. А еще, говорят, воспоминания можно переписать после смерти, вложив в его тхен ложные сведения. Но Дарриан точно не мог убить лорда Норимэ. Никак.

– Пусть будет так… – задумчиво произнес Каиль, словно не поверил мне.

Глава 11

С рекомендательным письмом нас проводили во дворец без лишних расспросов. Мне еще не доводилось бывать внутри, и пока прислужник вел нас в кабинет лорда Тефриэ, я вовсю глазела на величественные фрески, изображавшие сцены битв, изящные скульптуры, похожие на те, что стоят в холле лорда Эрсиэ, только изображающие не монстров, а людей. Очень красивых людей. Но работа такая тонкая, словно живых людей обратили в мрамор.

Кабинет лорда Тефриэ располагался на самом верху одной из башен. Почти что башня магов, только, насколько мне известно, глава имперской гвардии магией не владел. Его некогда красивое лицо испещряли морщины, черные волосы подернулись сединой. Он выглядел еще не стариком, но изрядно потертым жизнью мужчиной.

– Забавно, забавно, – произнес глава имперской гвардии, едва прочел письмо. Он тут же убрал его в ящик стола, так и не пояснив, что в нем содержалось. – Чего Вы хотите, – спросил он прямо, глядя на меня.

– Лорд Дарриан Эрсиэ невиновен.

– Любопытно… – протянул он. – И кто же тогда виновен?

– Я этого не знаю, но именно я поднимала труп лорда Норимэ.

– Хотите сказать, покойник мог ошибиться?

– Вполне. Мертвецу возможно переписать тхен, заменив воспоминания ложными. Лорду Эрсиэ незачем было убивать моего учителя.

– Мотив – дело непростое. Сегодня – незачем, а завтра… Мотивы магов, особенно таких древних и сильных, как магистр Эрсиэ, определить невозможно.

– Но я уверена, что лорд Эрсиэ невиновен.

– Тело эрцгерцога поднимали Вы же? – он хитро сощурился.

– Да.

– И дважды вышла странная ошибка. Дважды. Не находите это странным? Два человека обвиняются в убийстве. Оба невиновны. Так не бывает.

– Как мне доказать, что Дарриан не убивал лорда Норимэ?

– Из двух предполагаемых убийц мне следовало выбрать одного. И если убийство аристократа, пусть даже служащего дворца, могло обойтись лорду Эрсиэ малой кровью, то смерть эрцгерцога не может остаться безнаказанной, Вы ведь понимаете? Это уже заговор против Империи.

– Но в Адалендире даже следов лорда Эрсиэ не имелось.

– Тогда – кто? Аданир Адлен?

– Не знаю, – я потупила взгляд.

– Единственное, что я могу Вам дать, это время. Но мне нужен истинный убийцы. Мне все равно, кто это будет. Я дам Вам, – он задумался, посмотрел поверх моей головы, – месяц, скажем, до полнолуния. Это достаточно много, не находите? – я кивнула. – Если Вы не справитесь, приговор будет приведен в исполнение.

– Спасибо! – обрадовалась я. Целый месяц! Да я мир переверну за это время!

Я уже собиралась уходить, но лорд Тефриэ задал еще один вопрос.

– Скажите, давно вы практикуете некромантию?

– Не слишком. Я обучалась у мастера огня.

– Напрасно. Ваши мертвецы, как я понял, говорили без проблем. У меня есть к Вам предложение. Вы поступите на службу в императорскую гвардию. Некромант порою необходим, а их не так много, чтобы каждый раз иметь возможность вызывать такого специалиста. Тех, кто способен разговорить мертвеца, единицы. У Вас явные таланты в этой области.

– Вы это серьезно? – удивлению моему не было предела.

– Вполне. Некромант мне нужен. А я со своей стороны позволю взять лорда Эрсиэ на поруки. До исполнения приговора. Естественно, для него будет действовать комендантский час, когда он должен будет возвращаться в камеру.

– Я и надеяться не смела на такую щедрость, – учтиво склонила голову, реверанс в штанах был бы неуместен.

– И еще, мне нужен не просто убийца, а тот, кто планирует совершить переворот в Асшийской Империи.

– Я сделаю все, что в моих силах.

– Больше. Если хотите получить желаемое, Вы должны сделать гораздо больше, чем можете.

– Спасибо! – еще раз поблагодарила лорда.

– И еще, лорд Адлен объявил Вас своей невестой. Постарайтесь его не опозорить, – ох, что-то он поздновато с советами.

– Будет исполнено, – ответила, еще раз поклонившись.

Каиль, стоявший все это время за моей спиной, ощутимо напрягся. Последний пункт ему явно не нравился. Что ж, лорд Тефриэ просил постараться не опозорить Адлена. Я, конечно, постараюсь, но обещать не стану.

После беседы с главой имперской гвардии мне еще предстояло оформить бумаги, получить удостоверение служащего имперской гвардии. Мрак, только подумать, я теперь солдат! А, как имперскому некроманту, мне теперь полагались покои во дворце. О, я была бы безумно счастлива, если бы не нужда найти убийцу.

***

Оформление документов заняло почти весь день. И к Дарриану мы попали только к вечеру. Каиль, сопровождавший меня весь день, вдруг внезапно сослался на усталость и отправился домой, оставив меня наедине с лордом Эрсиэ. Спорить не стала, тем более, что мне, и впрямь, хотелось побеседовать с магистром без свидетелей. Я, конечно, ничего против Каиля не имею, но некоторые вещи не для посторонних глаз.

Решетку подняли по первому требованию, стоило только показать бумагу от имперской гвардии. Дарриан вышел мне навстречу. Выглядел он уставшим, похудевшим. Он грустно улыбнулся мне, приблизился и стиснул в объятиях до ломоты в ребрах. Я почувствовала его обжигающее дыхание на шее, и дрожь прошла по всему телу.

– Почему ты так долго не приходила? – шепотом спросил он.

– Я была в Лэнге.

– В Лэнге? – он немного отстранился, но все еще удерживал меня в объятиях, взглянул удивленными нечеловеческими глазами.

– У нас осталось не так много времени. Потом ты должен будешь вернуться в тюрьму. Я теперь состою на службе в имперской гвардии.

Он выпустил меня из объятий и расхохотался, будто ничего смешнее в жизни не слышал.

– Ты теперь гвардеец? И доспехи выдали? И мечом махать научили?

– Да нет! Меня приняли в качестве некроманта. Идем отсюда, я Вам все расскажу.

Он завладел моей ладонью, и мы двинулись по темному коридору.

– Мы идем к тебе? – спросил Дарриан, когда мы покинули пределы сторожевой башни, – Ты все еще живешь в доме лорда Норимэ?

– Не, я живу у Каиля.

– Где?! – он резко остановился.

– У Каиля Лагельда, мастера воды.

– У затворника? Как ты его заставила? Как он, вообще, тебя пустил? Он же социопат до мозга костей! – Дарриан снова засмеялся, холодно и неприятно.

– Ну, – пожала я плечами, – он сам предложил, – и покраснела.

– Каиль Лагельд, значит? – он посмотрел на меня с хитрым прищуром. – Что ж, я рад за тебя. Поздравляю, – он грустно улыбнулся.

– Нет, ты не так все понял. Он знал моего отца. Мы просто друзья, – я не смогла сознаться Дарриану. Может быть, потом, когда все закончится…

– Просто друзья не живут под одной крышей. А уж у Каиля не бывает просто друзей. Не нужно оправдываться, Дайренн. Я действительно рад за тебя. Но к тебе мы не пойдем.

– Пожалуй, – согласилась я.

***

В небольшой таверне было немноголюдно, но мы все равно заняли место за перегородкой, подальше от любопытных глаз. Дарриан пил дрянной дешевый ром, а я наслаждалась отвратительно сладким вином, которое пить возможно было, только хорошенько разбавив яблочным соком. На более изысканные напитки у меня просто не хватило денег, а Дарриан, и вовсе, был с пустыми карманами. От вина кружилась голова, и мне было так хорошо и спокойно, будто все проблемы уже решены. В конце концов, мы могли сейчас просто сбежать. Хоть в Эрсинкай, а хоть, и вовсе, в Кадаф.

Я рассказала ему все-все, начиная от поездки в Адалендир и заканчивая ужасным переходом через Лэнг.

– То есть, с подъемом мертвеца ты облажалась дважды, – заключил Дарриан. – Но это не помешало тебе стать гвардейским некромантом, – его губы исказила злая усмешка.

– Ну да, – я сделала глоток пьянящей дряни, скривилась. Кисло.

– Лорд Тефриэ сказал, что дважды ошибки быть не может. Убийца либо Вы, либо Аданир Адлен. Но эрцгерцога он не желает подозревать. А мы не сдвинулись ничуть в расследовании. Все стало только запутаннее.

– Опять ты говоришь мне «Вы»? – усмехнулся Дарриан, – Мы, кажется, давно уже перешли к куда более личному общению, – он перегнулся через стол, потянулся ко мне. Совсем близко.

– Э… – в голове уже поселился дурной туман, я слегка отстранилась. – Если бы ты не появился в столице перед убийством, никто не смог бы тебя обвинить. Зачем ты, вообще, приехал?

– Кое-кто говорил мне, что ей семнадцать. Будет. Скоро, – каждое слово он выдыхал интимным шепотом. – Двадцать седьмой день второго новолуния после осеннего равноденствия, – он снова сел на место, откинулся на спинку стула.

– Хочешь сказать… – я мысленно пыталась подсчитать, какой сегодня день.

– Сегодня, – ответил он, поднимая бокал. – С днем рождения, Дайренн.

– Сегодня, – я опешила. – Поверить не могу, Дарриан! И ты специально приехал в Аттарант?

– Вообще-то, я собирался забрать тебя в Эрсинкай. Хотел устроить тебе каникулы, но, как видишь, не вышло.

– И все сорвалось из-за меня, – к глазам подступили слезы.

– Нет, Дайренн, все случилось, потому что случилось. Ты в этом точно не виновата.

– Все равно, мне очень жаль…

– Ну, по крайней мере, сегодня ты получила целый месяц для моего спасения. Разве это не прекрасный подарок? Разве не повод веселиться? – он сделал еще глоток своего мерзкого пойла, и я заметила в его глазах шальной блеск.

– Что ж, месяц жизни… – мои губы расплылись в улыбке, отпила из бокала и решительно его отставила. Кажется, мне уже достаточно.

– Ты стала взрослее, Дайренн.

– Каиль, вообще, подумал, что мне лет сто, – засмеялась я.

– Каиль… – повторил он и вмиг потемнел лицом. – Каиль еще очень молод. Ему едва больше сотни. Но затворником он был не всегда. Я никогда не был с ним дружен, но, насколько мне известно, ни в чем дурном он замечен не был. Барагозил, конечно, в юности, но с кем не бывает? А теперь предпочитает лаборатории обществу.

– Дарриан, я не понимаю, ты меня уговариваешь или… – «себя», хотела добавить, но так и не договорила, засмущалась.

– Или, – улыбнулся он в ответ. – Хотел тебя предостеречь, что ты можешь с ним заскучать, что он со странностями и прочее, но понял, что это говорит лишь мое ущемленное самолюбие.

– Знаешь, что? – внезапно вспылила я, видимо, вино сильно затуманило мозги. – Ты сам меня прогнал! Ты меня отправил в этот мраков Аттарант! Мне пришлось прислуживать этому старику Норимэ! Думаешь, мне было хорошо здесь?! Я хотела остаться в Эрсинкае! Я даже полюбила твоих мертвяков! А ты… – слезы все же хлынули.

– Дайренн, – мягко произнес он, – я хотел, как лучше. Оставить тебя в Эрсинкае было бы жестоко. Ты ведь ничего не видела в этом мире. А здесь столица, балы в императорском дворце, придворные маги. Девушке твоих лет это было бы необходимо. А когда ты повзрослеешь…

– Ты можешь не дожить до этого «повзрослеешь»!

– Я хотел оградить тебя от того, что сам испытывал. Понимаю, что это неправильно, мне и самому было непросто…

– Ох, – я закатила глаза, – как же вы все меня достали! Выдумываете проблемы из-за дурацких цифр! Я не виновата, что родилась позже!

– Прости, – он потупил взгляд. – Потом… ну, когда я вернусь в камеру, ты поедешь домой?

– У меня здесь нет дома.

– Я скучал по тебе, Дайренн.

Спрятала глаза за бокалом, не зная, что ответить.

– Тебе пора возвращаться, – ответила, чтобы сменить тему.

– Да, пожалуй, – он поднялся со стула, взял мой плащ, – Я провожу тебя до дома Лагельда.

– Не стоит, – ответила, вставая. – То есть мне следует лично сбыть тебя в руки страже. И расписаться.

– Что ж, – он накинул плащ мне на плечи, – в таком случае проводишь меня?

Выйдя из таверны, я полной грудью вдохнула морозный воздух Аттаранта. Уже давно зажглись фонари, освещая центр столицы леденцово-медовым светом. В воздухе парили редкие снежинки. Я запрокинула лицо, ощущая, как ледяными иголками покалывает кожу. Немного согнала винную одурь.

Дарриан взял меня под руку, и мы медленно двинулись к сторожевым башням. Под ногами хрустела ледяная корка, совсем свежая, которую еще не успели растоптать припозднившиеся прохожие.

У ворот башни нас поджидал страж, комендантский час наступал с минуты на минуту, и он уже наверняка начал подозревать, что мы сбежали. Гвардеец улыбнулся, завидев нас, и протянул мне планшет и карандаш. Быстро расписавшись, я собиралась уже попрощаться с Даррианом, как он вдруг схватил меня в охапку так, что ноги оторвались от земли и… поцеловал. И тут же быстро поставил меня на землю. Я даже понять ничего не успела, но голова закружилась, едва на ногах устояла.

– Прости, – коварно ухмыльнулся Дарриан. – Был пьян, – и он быстро нырнул в проход сторожевой башни.

Некоторое время я ошалело стояла на улице, не понимая, вообще, что происходит. Ледяной ветер дунул в лицо, заставляя снежинки впиваться в кожу, я пошатнулась, но в себя пришла. Поймала попутный экипаж и поехала домой.

***

Мраков водопад у двери! Конечно, я снова про него забыла, будучи погруженной в романтические фантазии. И тут на тебе! Ледяной поток едва не сбил с ног, и только после открылась дверь.

– Убери эту дрянь! – первое, что я сказала Каилю, а потом попыталась сделать шаг, но поскользнулась на мокром обледеневшем пороге и, совершив кульбит, шлепнулась на спину. Обидно до слез. И больно!

Каиль помог подняться, что было не просто в условиях тотального обледенения. Мне едва ли не на четвереньках пришлось в ползать в дом. Мастер воды помог стащить мокрый плащ и сапоги, после чего я самостоятельно добралась до купальни, где быстро приняла горячий душ, а затем завернулась в очередной каилевский халатик. Нравились мне его халатики, такие теплые, мягкие, уютные.

Вообще-то, я собиралась сразу отправиться в спальню, потому что спать мне теперь хотелось неимоверно, но Каиль перехватил меня по дороге и потащил в кухню. Чай пить, а как же? Уже стало ясно, что чай – это своеобразный фетиш мастера воды. Готовил он его, конечно, потрясающе, но это же не значит, что его вместо воды нужно пить? А вот и значит! Забавно, но мастер воды вообще не пил воды, только чай.

На кухонном столе помимо чая красовался поднос с миниатюрными булочками, пахнущими корицей. А я ведь в таверне ничего не ела, только пила. Булочки выглядели особенно соблазнительными. Им я и улыбнулась, а когда садилась за стол, едва не сверзилась со стула.

– Ты пьяна, – констатировал Каиль. Укоризна его синих глаз действовала мне на нервы. Неприятно.

– И что? – нагло заявила, заграбастывая булочку.

– У тебя проблемы с алкоголем? Не думай, я не отчитываю тебя, но если это проблема, мы должны ее решить.

– Каиль! – вскрикнула я, – У меня нет такой проблемы! То, что случилось на балу, вообще, твоя вина. Я никогда крепких напитков не пробовала даже! А сегодня выпила бокал вина, разбавленного соком! И вообще, у меня день рождения! Вот!

– Бокал разбавленного вина? – хмыкнул Каиль. – Неудивительно, что с полугара тебя так унесло. Надеюсь, ты не врешь мне, – он печально вздохнул.

– Во-первых, я не стану оправдываться за свои поступки. Давай уясним это раз и навсегда. Во-вторых, вино ударило в голову, потому что я весь день голодная. А сейчас я съем еще одну булочку и пойду спать.

– Как прошла встреча? – перевел он тему.

– Нормально. Я рассказывала о своих приключениях.

– А что он сказал про монету?

– Какую монету?

– Эх ты, а еще в имперской гвардии служишь, – рассмеялся Каиль. – Ту самую монетку, с которой все началось. Неужели тебе не приходило в голову, что это важно?

– Забыла, – повинилась я. – Она у тебя? Завтра непременно покажу ее Дарриану. Он разбирается в древних технологиях. Вдруг эта штука из древности?

– Возможно, – протянул он задумчиво. – Он ведь тебе даже не родственник…

– Вот, только сцен ревности мне не надо, – строго произнесла я.

– Нет-нет, и в мыслях не было, – он хитро улыбнулся.

– Я очень устала. Твои булочки чудесны, но подушка манит меня сильней, – слегка пошатываясь по большей части от усталости, я встала со стула.

Каиль тоже подскочил, услужливо проводил меня до комнаты, ласково обнял на прощание и покинул.

Глава 12

– Слышишшшшь – прошипели над самым ухом. Перевернулась на другой бок, решив, что это сон. Отмахиваясь рукой, как от назойливого жужжания мухи, но ладонь вдруг наткнулась на что-то холодное прямо над моей головой.

Резко подскочила и открыла глаза. На моей постели кто-то сидел. Фигурой-то человека напоминал, а, вот, глаза как у змеи. Собственно, только глаза я и могла видеть, потому что они светились в темноте.

Открыла рот, чтобы закричать, но горло пересохло, я закашлялась. Еле отдышалась.

– Ни за что больше не буду пить всякую бурду, – пробормотала, едва вернулась способность говорить. Но морок никуда не ушел. Желтые глаза по-прежнему смотрели на меня.

– Убью, слышишшшь, – снова прошипело существо.

Сложив пальцы щепоткой, щелкнула, испуская маленький светильник. Комната озарилась голубоватым светом.

На моей постели сидел мужчина. Очень красивый, слишком красивый, такие изящные черты лица больше подошли бы женщине. Хотя, пожалуй, для женщины все же вышло бы грубовато. Синие волосы красивой волной ниспадали на плечи. А глаза желтые, нечеловеческие, с тонкой полоской вертикальных зрачков.

– За что убьешь? – испуганно спросила, поджимая под себя ноги. Только теперь заметила, что одет этот красавец в совершенно нелепые лохмотья. И я ведь уже видела похожую одежду. «Демон», – дошло до меня. В таких же лохмотьях разгуливали по улицам жители Кадафа.

– За плату, – ответил он.

Сосредоточилась на его силовых потоках. С первого взгляда заметно, что он слабее Артхаэна. Должна справиться.

– И кто же тебе платит? – спросила, а сама тем временем потянулась к его основным линиям. Быстро развязала узлы, чтобы перехватить энергию.

– Но прежде мне нужно знать! – рыкнул он.

Силовой поток незаметно намотан на кулак. Стоит дернуть, и демон завопит от боли. А потом и спалить его недолго. Комнату только жалко.

– Послушай, демон, у меня последнее время такие дни насыщенные, что угрозой больше, угрозой меньше, значения не имеет.

Змеиные глаза еще больше округлились.

– Где Милина? – вдруг спросил он.

– Съела я ее, – усмехнулась. – И тебя съем, – и расхохоталась. Кажется, алкоголь еще не до конца из меня выветрился.

– Что?! – взвизгнул он.

И тут я пережала поток. Демон открыл рот, пытаясь сделать вздох, но у него не выходило. Он только глупо клацал челюстями и глаза таращил. Мне его даже жаль стало. Такая нелепая смерть. Ну, разве можно являться убивать, не позаботившись о защите?

– Ты кто такой? – спросила, ослабив хватку.

– Где Милина?! – зло прорычал он так, что стены задрожали.

В комнате вспыхнули фонари, и в проеме двери появился всклокоченный Каиль.

– Нет, это уже слишком, – пробормотал маг воды, – В моем же доме! Стоило мне уснуть, как ты какого-то мужика притащила!

– Каиль! – взвизгнула. – Он меня убить хочет!

Демон повернулся к двери, зашипел, как змея, и мастер воды друг отлетел к противоположной стене.

Я разозлилась. Скрутила потоки демона, связав таким образом, чтоб остались только жизненно важные функции организма. Напрямую с потоками куда легче работать, чем с печатями.

– Где Милина? – на этот раз голос прозвучал жалобно.

– А я откуда знаю?

– Я оставил ее рядом с тобой.

– Так ты и есть тот самый… ой, как же она тебя называла…

– Ареан, – представился синеволосый красавец.

Тем временем, Каиль пришел в себя, поднялся на ноги.

– Милина осталась в Киш-Зкауба. Тебе это о чем-то говорит?

– Что?! – взревел демон, – Этот город закрыт для людей! Мне нужно назад!

– Так иди, тебя никто не держит.

– Ты должна помочь мне вернуться. А я… – он замялся, видно, осознав, что я ничего ему не должна. – За это не стану тебя убивать, – нашелся он и протянул руку.

– А с чего ты взял, что вообще сможешь меня убить? – я проигнорировала его дружелюбный жест. – Ты хоть знаешь, кто я?

– Ну… – он задумчиво потеребил синие пряди, повернулся Каилю, словно ища поддержки. – Нет, – выдал все-таки.

– Перед Вами леди Аллиэнн Аргано, – торжественно объявил Каиль.

Демон удивленно приподнял бровь.

– Каиль, на той стороне меня знали под другим именем, – напомнила ему.

– Хм, хорошо. Перед Вами леди Дайренн Эрсиэ, – не менее торжественно исправился маг воды.

Ареан перевел удивленный взгляд с Каиля на меня, потом снова на Каиля. А после расхохотался. Кажется, мое представление не возымело должного эффекта.

– Подожди, – отсмеявшись, демон посмотрел на меня, – экхар Кроцелл якобы использовал человеческую девушку для победы в войне с собственным аркелатом. А потом еще другую человеческую девушку возвел в титул экхариссы. Хочешь сказать, это все не выдумки смертных?

– Ага, – самодовольно кивнул Каиль.

– И поскольку ты такая всемогущая, мне тебя не убить? – уточнил демон.

– Получается, так, – улыбнулась я.

– Жаль… – вздохнул демон. – Ну, тогда я пошел, – и поднялся с кровати.

– Эй, куда пошел? – преградил ему путь Каиль. – Не хотите объяснить, что Вы, вообще, тут делаете?

– Ну, вообще-то, я пришел, чтобы убить ее, – кивок в мою сторону, – Однако в виду определенных обстоятельств вынужден отказаться от исполнения задуманного. К тому же в данный момент мне крайне необходимо отыскать одну человечку, – он сделал шаг, но Каиль намертво стоял в воротах, то есть в проеме двери.

– Послушайте, Ареан, – обратилась я к демону, опасаясь, что он просто физически устранит Каиля, причем без магии, – может быть, Вы все-таки расскажите, почему желали убить меня? Между прочим, я все еще блокирую Ваши магические потоки.

Демон повернулся ко мне, сверкнув змеиным взглядом, подошел ближе, одаривая меня обворожительной улыбкой.

– Отпусти меня, – елейно пропел он. – Хозяин меня и так теперь по головке не погладит.

– Хозяин? И кто же у нас хозяин? – усмехнулся Каиль.

– Не могу сказать, скован клятвой, – растеряно пожал он плечами.

– Жрецы Рацех? – дошло до меня, наконец.

– Не могу сказать, – повторил он, хитро прищурившись.

– Постой, мне известно про жрецов Рацех.

– Даже так? – демон продемонстрировал клыки, широко улыбнувшись, а в глазах появился золотистый блеск. – Но я ведь ничего не скажу, ты ведь понимаешь?

– Понимаю, – улыбнулась в ответ.

Ареан снова присел на мою постель. Каиль скривился, потом вдруг просиял:

– А давайте мы на кухне посидим. Я чай поставлю.

Не удержалась от смеха. Кому что, а Каилю лишь бы чаю попить. Но в кухню мы все-таки прошли. Маг воды поставил чайник на горелку, принялся смешивать травы.

– Кроцелл мне рассказал немного о жрецах Рацех, – заговорила я, когда мы, наконец, расселись.

– Я не могу даже это слово произнести вслух, – ответил Ареан.

– А ты говори наоборот. То есть, когда хочешь сказать, что сделал что-то, говори, что не делал.

– Ну, давай попробуем, – согласился демон. – Значит так, давным-давно я не заключил с теми, кого не могу назвать, никакую сделку. И теперь мне не нужно по первому требованию являться к… – он умолк, то ли не знал, как перефразировать, то ли клятва не давала продолжить.

– Ты не можешь сказать, к кому ты являлся по первому требованию?

– Нет, – он помотал головой.

– А кроме меня, ты должен был еще кого-то убить?

– Не могу говорить.

– А снять это можно?

– Не могу говорить, – процедил демон сквозь зубы.

– Кроцелл может помочь?

– Он меня не примет. Я – мхирут. Но, даже если и принял бы, не знаю…

– Это, вообще, когда-нибудь закончиться? Или ты так и будешь убивать?

– Опять не могу ответить.

– Это совершенно бесполезно, – произнес Каиль, ставя перед нами чашки. – Нужно как-то освободить его от клятвы.

– Но мы даже не можем выяснить, что для этого нужно, – ответила, грея руки об чашку. – Нужно идти к Кроцеллу.

– Ты знаешь способ туда попасть? – Каиль удивленно приподнял бровь.

– Знаю, но мне он не нравится. Портал на дне океана. Можно с Даррианом поговорить, он должен знать.

– Лорда Норимэ убил ты? – спросила прямо.

– Я не знал имен.

– Этот демон ничем нам не поможет, – фыркнул мастер воды.

– Можно подумать, вы мне поможете, – ответил таким же фырканьем Ареан.

– Артхаэн с легкостью пронес меня через дно океана. Возможно, и ты сможешь пройти.

– Так он, наверное, из высших. Мне дно океана не по плечу, – погрустнел демон.

– Энкелат, – вспомнила я его титул.

– Нет, это явно не для меня, – помотал головой Ареан.

– Аллиэн, я не понимаю! – стукнув чашкой об стол, воскликнул Каиль, – Он пришел тебя убить, а ты думаешь, как ему помочь? Да отпусти ты потоки, как он откусит тебе голову!

– Каиль, успокойся, – отмахнулась я. – Ареан не по своей воле пришел. И я думаю, что он убил и лорда Норимэ, и эрцгерцога.

– Эрцегерцога? – демон уставился на меня змеиными глазами. – Как бы объяснить… – он постучал пальцами по столу. – Я не убивал одного человека. Мага. Одного.

– Он не может назвать имя, – произнес Каиль. – С чего ты взяла, что это был непременно лорд Норимэ?

– А кто еще? – ответила. – Больше никаких загадочных убийств в городе не было. Мы бы уже слышали.

– Это мог быть какой-нибудь горожанин, смерть которого была признана естественной.

– Нет-нет, – замахал руками Ареан, – это был… не маг. И его стихия была не огненной.

– Вот видишь!

– В таком случае, ему следует немедленно отправиться в сторожевую башню и во всем сознаться. Ты ведь сумеешь его заставить? – усмехнулся Каиль.

– И что это даст? Нам нужен заказчик. А ты, Ареан, не знаешь кто это, верно?

Он кивнул.

– Как я понял из твоего рассказа, – заговорил Каиль, – демоны как-то связаны с этими жрецами, верно? Жрецы принуждают их убивать. Заказчик и исполнитель никак не связаны. Но кто мог обратиться к жрецам, желая убить лорда Норимэ? И почему труп назвал лорда Эрсиэ?

– А еще кто-то убил старого эрцгерцога. Предположим, что был еще один демон, который так же служил этим жрецам. Думаю, стоит обратиться к Кроцеллу, чтобы он как-то побеседовал с этими жрецами.

– Вряд ли поможет, – вставил слово Ареан. – Экхар Кроцелл не имеет власти над…

– Ты даже название их произнести не можешь?

– Не могу.

– Постой, раз ты не стал меня убивать, значит, это не так уж и обязательно? Ты можешь отказаться?

– Первое – обязательно, второе – даст мне некоторое преимущество перед другими мхирутами, но отказаться, действительно, можно. Могу добавить лишь, что преимущество весьма желанное для многих. Но меня сейчас волнует только Милина.

– Кроцелл обещал ее найти, – призналась все-таки. – Думаю, она в безопасности.

– Хорошо, если так, – вздохнул демон.

Ночные беседы так и не принесли нам ничего нового. Силовые потоки демона я все-таки отпустила, хотя Каиль был против. Ему, вообще, не слишком нравилась мысль, что посторонний человек, то есть демон, будет находиться в его доме. Под утро глаза у меня слипались, никакой бодрящий чай не помогал, и я покинула кухню, дабы досмотреть последние сновидения.

***

Проснулась я поздно, ближе к полудню. Прошла мимо комнаты Каиля, толкнула дверь. Заперто. Похоже, еще спит. Зашла в кухню и чуть не заорала. Ох, я и забыла, что демон так и остался здесь. А гостеприимный хозяин не позаботился о спальни для Ареана.

Демон сидел за столом, уронив голову на сложенные руки. Ярко-синие волосы разметались по скатерти. Красиво очерченные губы расплылись в улыбке, угольно-черные ресницы подрагивали. Видно, снилось что-то приятное.

Осторожно тронула его за плечо. Ареан резко распахнул веки, уставившись на меня змеиными глазами. Зрачки его вытянулись в тонкую нитку, став едва заметными.

– Я сейчас уеду. Можешь занять мою комнату.

– Спасибо, – тихо ответил демон.

К сожалению, я не умею вызывать экипаж так, как это делает маг воды, а самого Каиля вряд ли стоит будить, если тот запер дверь. Кто знает, может и ловушку какую поставил.

Одевшись наспех, дорожный костюм чудесным образом оказался чистым и сухим, я выскочила из дома и пешком направилась к ближайшей стоянке экипажей. По правде, оттуда уже и своим ходом можно было добраться до центра, но я все равно села в крытую повозку. Прогулки по снегу мне никогда не нравились.

У ворот сторожевой башни меня ждали. Путь преградила высокая фигура в черных одеждах.

– Пустите? – жалобно пискнула.

– Леди Дайренн Эрсиэ? – скрипучим голосом, ответила фигура, так сразу не поймешь, мужским или женским.

Неуверенно кивнула.

– Культ Тьмы, – представился незнакомец. – Пройдемте, – и подхватил меня под руку. Жест, означающий, что сопротивление бессмысленно. Хотя, мне ведь нечего бояться? Или же…

Служитель культа сопроводил меня в кабинет, расположенный в сторожевой башне. Совсем маленькое, неуютное помещение с обшарпанными стенами и окном-бойницей. Сел за старый письменный стол, достал какие-то документы из ящика. Мне же не предложил присесть куда-либо, хотя тут и стула-то не было. Ощутила себя школьницей, вызванной в кабинет старшего воспитателя.

– Итак, леди Эрсиэ, – произнес этот человек, откинув, наконец, капюшон так, чтобы видно было его лицо, уставшее лицо мужчины средних лет, а голос – как у мертвеца. – Лорд Тефриэ опрометчиво принял Вас на службу, не так ли?

– Так, – подтвердила я.

– И Вы мните себя некромантом.

– Я обучалась некромантии, может быть, не слишком долго, но элементарно поднять и допросить мертвеца могу.

– Прекрасно, – протянул он, – однако преступления, совершенные с применением магии являются подстледственностью культа Тьмы, к которому лорд Тефриэ отношения не имеет.

– Так я и не претендую на Вашу работу. Бывают же случаи и немагических убийств, когда необходимо допросить мертвеца.

– Бывают, но, согласитесь, иметь на службе некроманта для расследования вспоротых брюх крайне нерационально. Я в курсе Вашей сделки с лордом Тефриэ, но, поверьте, без нас у Вас мало шансов добиться успеха.

– Чего Вы хотите от меня?

– Посвящения Тьме, как и полагается, разумеется.

Я вздрогнула. Не хватало мне еще связать себя какими-то клятвами с каким-то культом. Меня вообще всегда пугало клириканство в какой-либо форме. Будь то Орден Света, культ Тьмы или жрецы Рацех. Я не хотела иметь ничего общего ни с чем из этого. Посвящение культу вгоняло меня в ужас, мелко задрожали ладони, а лоб покрылся испариной.

– Это не так страшно, – усмехнулся служитель Тьмы. – Сейчас мы пройдем в зал Тьмы, проведем обряд, а после Вы сможете пользоваться всеми благами культа.

– Что за обряд? – стараясь не заикаться, спросила.

– Ничего особенного, стандартная процедура, – он поднялся с места, и я поняла, что проводить обряд мы пойдем сейчас, вот, прямо сейчас!

Сделала шаг назад и уперлась спиной в шершавую деревянную дверь. Заперта. Ногти поскребли по необработанному дереву. Служитель культа приблизился, комната закружилась, я ничего не могла видеть, только цеплялась за свежевыструганную дверь. Кажется, кричала, но звука собственного голоса не слышала.

А потом я вдруг полетела вниз, вцепившись в дверь, которая почему-то летела вместе со мной. Звонкий удар об каменный пол вышиб воздух из легких, но, кажется, обошлось без повреждения.

Я сидела посреди зала в окружении одинаково одетых людей.

– Опять дверь новую ставить, – пробормотал кто-то.

Они обступили меня, протягивая руки. Страх заполнил меня, обжигая холодом, но в тот же миг я ощутила, как закипела кровь.

– На ней метка! – выкрикнул кто-то.

Но я уже не слышала, что еще они кричали. Пламя вырвалось из рук, разметав толпу, а я вдруг поднялась вверх, и, кажется, прошла сквозь потолок.

В следующее мгновение обнаружила себя сидящей посреди тротуара. На голову мне падали хлопья снега, а прохожие опасливо обходили стороной.

Убедившись, что физических повреждений у меня нет, поднялась на ноги и потопала в сторону сторожевой башни. Конечно, у меня были опасение снова встретить этих служителей культа Тьмы, но Дарриана мне требовалось увидеть любой ценой.

К моему удивлению, у ворот меня, вообще, никто не встретил. Ни служители культа, ни обычные стражники. Я преспокойно прошла в камеры. Теперь решетка поднималась сама, стоило поднести к считывающему кристаллу печать на удостоверении.

Пройдя в тюремные покои, я увидела Дарриана, стоявшего вполоборота к зарешеченному окну. Он нервно теребил край камзола, и моего появления, кажется, не заметил.

– Дарриан, – окликнула его вполголоса.

Он повернулся, на лице застыла виноватая улыбка.

– Я ждал тебя раньше, – произнес он. – Ты благополучно добралась вчера?

– Ох, – вздохнула, – вчера – да, а вот сегодня… Что тебе известно о культе Тьмы?

– Ничего особенного. Всего лишь небольшая группа магов на имперской службе.

– Что за обряд посвящения? Насколько они опасны?

Он подошел ближе, настолько, что я ощутила его дыхание.

– Они чем-то навредили тебе?

– Пока нет, но… боюсь, что я им навредила.

– Даже так? – Дарриан удивленно вскинул бровь.

– Они сказали, что я должна пройти обряд посвящения. Я так поняла, что они задействованы в расследованиях преступлений с применением магии. А раз я состою теперь в имперской гвардии, то тоже должна служить культу. В общем, я испугалась. И, кажется, нет больше культа Тьмы.

– Это вряд ли, – рассмеялся магистр. – Магов не так просто убить. Они для тебя неопасны, но все же поговори с лордом Тефриэ. На работу принимал тебя он, значит, ему и о культистах должно быть все известно.

– А в чем вообще заключается смысл культа?

– Они умеют разрушать магические потоки. У них есть какое-то божество, которому они поклоняются. Некое олицетворение Тьмы. Вот, ее они и просят поглотить сияющие потоки магии. И очень хорошо, что император держит их при себе. Они могут сделать мага совершенно бесполезным, просто лишив его окружающих силовых линий.

– А еще они сказали, что на мне метка. Это было прежде, чем я ударила огнем.

– Об этом ничего не знаю. Но в любом случае в посвящении культу Тьмы нет ничего страшного. Ты напрасно испугалась.

– То есть мне следует принять их предложение?

– А почему нет, Дайренн? Вдруг ты приобретешь новый навык? Я бы согласился.

– Они меня пугают.

– Это всего лишь маги. И далеко не самые сильные, – он приобнял меня за плечи, склонился к самому уху и прошептал. – Уйдем отсюда. Не люблю, знаешь ли, тюрьмы.

***

– Вот, – выложила я на стол монетку, которую носила в кармане. Дарриан придвинул к себе, некоторое время разглядывал, не обращая внимания на подавальщика, расставлявшего многочисленные яства.

В этот раз мы уже не походили на нищих бродяг, спускающих последние деньги на дешевую выпивку. Дарриан снял имевшееся у него кольцо с крупным камнем и продал скупщику за немалые деньги. Теперь мы превратились в бродяг, которые продают личные вещи, чтобы хватило на посещение таверны. Конечно, у Дарриана имелись деньги и в Эрсинкае, и счета в Златобанке, но в настоящий момент счета были заморожены, а в Эрсинкай до наступления комендантского часа было не добраться. Просить же у Каиля деньги мне не хотелось, достаточно того, что он взял на себя мое содержание.

Дарриан внезапно рассмеялся, вернув мне монетку.

– Знаешь, что это? – отрицательно помотала головой. – Это уран.

– В смысле? Вещь с другой планеты? – да, я знала названия небесных тел из общего курса астрологии.

Дарриан снова рассмеялся, а уняв смех, продолжил:

– Нет, я имел в виду не планету Уран, а вещество уран. Слышала о таком? – я опять помотала головой. – Думаешь, почему лес в Эрсинкае назван Урановым? Когда-то там были захоронения отработанных урановых стержней – ядерных отходов. От того и в дурном месте листва была не зеленая, а коричневая. Кстати, подозреваю, что взрыв случился как раз из-за урана, хоть мы сумели тогда нейтрализовать радиацию.

– Я видела, как ведро с этими монетками расплавилось. А еще там погибла Ния, моя камеристка.

– Это не монетки, а урановые таблетки. Применялись когда-то на атомных электростанциях. Видишь, тут даже значок радиации нарисован. Ума не приложу, где их раздобыл Норимэ.

– И лорд Адлен. Не знаю, Аданиру эти урановые таблетки принадлежали или его отцу, но я сама видела, как они расплавились.

– Думаю, в этом все дело. И я даже догадываюсь, где такие вещи могли храниться. В резиденции Ордена Света.

– Раддан спрашивал меня о саморасподающемся металле. Это оно?

– Оно самое, – подтвердил Дарриан, а потом удивленно посмотрел на меня. – Он жив?

– Приходил, когда меня арестовали в некрополисе.

– И чего хотел?

– Спрашивал про какие-то артефакты и саморасподающийся металл.

– И про монетку ты ему не сказала, – он расплылся в широкой улыбке.

– Я про нее даже не подумала, – улыбнулась в ответ.

– Ты прелесть, Дайренн, – он налил вина себе и собирался наполнить мой бокал, но я запротестовала. Не комильфо мне каждый день приходить навеселе. Так и спиться недолго.

– Пожалуй, обойдусь сегодня компотом.

– Что-то не так, Дайренн? Я… – он смутился, отвел взгляд, – вчера вел себя несколько развязно?

– Нет, просто, – настала моя очередь смущаться, но говорить про то, что мне будет стыдно перед Каилем, не стала и сменила тему. – А про жрецов Рацех ты ничего не знаешь? Тот демон, что пришел ко мне ночью, связан со жрецами клятвой. Я даже разговорить его не могу. И… он собирался меня убить.

– Что?! – разъярился Дарриан. – И ты оставалась с ним в одном доме?! Я убью его!

– Ну, он же не хотел. Это все жрецы. К тому же я блокировала его магию, он слаб.

– Не ожидал от тебя такой наивности. Ты ведь знаешь, как Кроцелл умеет влиять на людей. Этот демон вполне мог втереться в доверие, чтобы выполнить заказ, когда ты будешь беззащитна. Что еще ты мне рассказать забыла? – зло прошипел магистр.

– Я подозреваю, что Ареан убил лорда Норимэ. Но мы не знаем, кто расправился со старым эрцгерцогом.

– А не все ли равно, кто с ним расправился? Если ты можешь скрутить его, тащи его к стражу и заставь сознаться. И все закончится.

– Ничего не закончится! Ареан – слепой исполнитель, и так мы никогда не выйдем на заказчика, не узнаем, зачем подставили тебя, и что с этими урановыми монетками!

– Дайренн, а не заигралась ли ты в детектива? – его губы исказила надменная усмешка.

– Просто я не хочу вот так сбежать, ничего не узнав. Последствий опасаюсь. Ты сам мне говорил, что не можешь просто сбежать в Эрсинкай, последствия для жителей деревень будут плачевные. И если я не выясню, кто и зачем убил аристократов, в следующий раз мы можем потерять куда более важных персон. Тут и до революции недалеко.

– Ты подозреваешь заговор, – немного подумав, выдал Дарриан.

– Вот именно! – подтвердила. – И лорд Тефриэ тоже говорил о заговоре.

– Причем, тут замешаны не только маги, но и демоны, которые устраняют земных аристократов. Вряд ли кому-то из демонов помешал Норимэ или Адлен-старший, выходит, заказчиком является кто-то из людей. Но при этом он связан со жрецами Рацех. Нужно уведомить обо всем императора.

– Ты потребуешь, чтобы он пришел в тюрьму? Это возможно?

– Вряд ли. Во дворец отправишься ты. Каиль официально является придворным мастером воды. Пусть придумает повод устроить прием с участием императора.

– Каиль – затворник. Вряд ли ему это понравится.

– А ты убеди. Или используй лорда Адлена, он тоже теперь является придворным мастером огня. Но тебе необходимо попасть во дворец.

– Аданир со мной на прием не пойдет, – к лицу прилила кровь.

– Это еще почему?

– Я уже посетила один бал в Адалендире. Никогда в жизни так не позорилась.

– Что случилось? Ты забыла надеть платье? – рассмеялся Дарриан.

– Хуже. Меня напоили полугаром, – нервно теребя скатерть, добавила. – Можно я не буду это вспоминать?

– Ну, уж нет, Дайренн, – он коварно ухмыльнулся, – это же самое интересное. Ну, что ты там устроила? Танцевала на столе голой?

– Почти, – опустила виноватый взгляд. – Я не все помню, но память моя сохранила сцену, где я выдергиваю панье и скидываю чопины.

Дарриан снова разразился хохотом. Как по мне, так ничего смешного в собственном позоре я не видела.

– Приедем в Эрсинкай, обязательно угощу тебя полугаром. Я должен это видеть.

– Ничего смешного! – вспылила. – Это был самый ужасный вечер моей жизни. Мне потом было так плохо, что я даже левитировать попыталась

– Вот видишь, как хорошо проверять себя на прочность. А так бы и в голову не пришло летать учиться.

– Ага, – угрюмо буркнула, – замечательно просто.

В этот раз Дарриан вернулся в камеру гораздо раньше, чем наступил комендантский час. А мне предстоял не слишком приятный разговор с лордом Тефриэ.

Глава имперской гвардии находился на рабочем месте, о чем меня уведомил услужливый стражник с масляными глазками. Эти глазки его весьма осязаемо скользили по моей фигуре, грозя забраться под плащ, но ровно до того момента, как он увидел бумагу, где каллиграфическим почерком были выведены руны, недвусмысленно заявляющие, что я – некромант. Страж недовольно скривился, но к кабинету лорда Тефриэ сопроводил.

Стукнув кулаком в дверь, я не стала дожидаться ответа, и тут же распахнула створку. И тут же пожалела о своей бестактности. Лорд Тефриэ был на рабочем месте, страж не соврал. Он сидел за столом, откинувшись на спинку кресла, а в области сердца торчал кинжал.

Мертвецы давно уже не вызывают у меня приступов страха или отвращения. Отчего-то я даже не удивилась, только сильно разозлилась. Потому что смерть лорда Тефриэ разрушила надежду разобраться с культом Тьмы.

Я подошла ближе, прикоснулась к трупу. Теплый. Значит, убийство произошло совсем недавно. Поднимать мертвеца, вот, так сразу не стала. Потому что, кто знает, чье имя назовет он в этот раз? И вообще, решила не поднимать его. Не мое это дело. Пусть кто-нибудь другой его обнаружит.

Тихо выскользнула из кабинета, надеясь остаться незамеченной, но тут же наткнулась на стражника, который меня и сопровождал.

– Вы уже побеседовали с лордом Тефриэ? – поинтересовался парень, когда я наткнулась на него спиной.

Мрак! Теперь выкрутиться не получится. Придется рассказать, как есть.

– Ах, – вздохнула на манер кисейной барышни, приложив тыльную сторону ладони ко лбу и закатывая глазки, – я так испугалась! Лорд Тефриэ… он… – из глаз потекли вполне правдоподобные слезы, для чего мне пришлось представить себя же в ледяной пустоши. – Ах, – еще раз вздохнула, попытавшись упасть в обморок, но непременно так, чтобы стражник подхватил.

Этот придурок меня уронил! От столкновения с твердой поверхностью пола из глаз посыпались искры. Могу поклясться, что видела, как они падают на каменные плиты. В глазах помутнело. Вот, только травмы головы мне не хватало. Из обморока пришлось спешно выходить, чтобы пощупать голову. Пошарила руками по волосам, нашла шишку на затылке, но хоть не до крови.

А стражник так и оставил меня валяться на полу, рванув в кабинет лорда Тефриэ.

Возлежать смысла больше не было, и я приняла сидячее положение, привалившись к стене. Стражник выскочил из кабинета, лицо его побелело, он пугливо начал озираться, потом догадался все-таки опустить взгляд вниз, на меня, то есть. Я же продолжила изображать предобморочное состояние.

– Вы его убили? – спокойно спросил страж.

– Ох, – вздохнула, – как Вы могли такое подумать?! Я собиралась позвать на помощь!

– Простите, – пробубнил парень, – просто Вы из кабинета вышли, а там… Я позову исправника и лекаря для Вас.

– Не стоит лекаря, – я поспешно поднялась на ноги, – мне лучше. Идите за исправником, я послежу, чтобы никто не входил.

Молодой стражник умчался, хотя перед этим все же окинул меня недоверчивым взглядом. Определенно, я под подозрением. Мне бы и в голову не пришло волноваться по этому поводу, если бы до этого трупы дважды не ошибались, называя имя убийцы. Какая гарантия, что лорд Тефриэ в этот раз не назовет мое имя?

Однако все оказалось хуже, чем я предполагала. Страж вернулся в сопровождении не только исправника, но и служителей культа Тьмы. Изрядно потрепанных, надо отметить. Я не видела лиц, скрытых тенью от капюшонов, но кожей ощущала их колючие взгляды.

Исправник приблизился, заулыбался, словно старой знакомой, фамильярно похлопал меня по плечу.

– Ну что? И его поднимать будешь? – щерясь, спросил он.

– Наверное, а… – я указала на служителей и добавила шепотом, – им здесь обязательно быть?

– Обязательно, – с металлом в голосе произнес кто-то из культистов.

Поднять мертвеца – дело не сложное, но у меня руки затряслись, когда я входила в кабинет вслед за культистами. Не знаю, что они делали, кажется, просто наблюдали за мной, но одно их присутствие сводило с ума.

Потоков оказалось немного, не считая лиловых нитей, опутавших запястье покойного. Силовые линии демонов стали уже привычным элементом места преступления. Я даже не удивилась, когда их увидела. Но трястись от страха меня заставили вовсе не эти чужеродные потоки, а ожидание того, чье имя назовет покойник. Исправник, гвардейцы, культисты, они все с нетерпением ждали, когда мертвец назовет убийцу.

Неловкими пальцами сплела знак и припечатала прямо на лоб лорда Тефриэ, надеясь, что он, вообще, не поднимется. Лучше пусть молчит, ведь больше всего я боялась услышать собственное имя.

Труп захрипел, возвращая голову в нормальное положение, раздул легкие, имитируя вдох. Мертвецы не дышат, прекрасно могут обходиться без воздуха, под водой, например, но все равно выпячивают грудь и опускают грудь по привычке.

Глаза трупа выглядели живыми и осмысленными. Обычно взгляд у мертвеца с поволокой, рассеянный, отливает краснотой и не фокусируется на предметах. Лорд Тефриэ выглядел иначе. Его вполне можно было принять за живого, если бы не острый предмет, торчавший из груди.

– Зачем, Дайренн? – жалобно просипел он.

– Лорд Тефриэ… – не своим голосом произнесла.

– Ты единственный свободный некромант в столице. Зачем? Зачем ты вернула меня в это тело? Его уже не спасти…

Я облегченно выдохнула. И, собравшись с духом, я спросила:

– Вы видели, кто Вас убил?

– Видел, но ответ тебе не понравится.

– Но это ведь не я… – слова с трудом мне давались.

– Нет, дорогая. Меня убил лорд Дарриан Эрсиэ. Буквально несколько минут назад.

– Но этого быть не может! – воскликнула. – Лорд Дарриан Эрсиэ был со мной, а после вернулся в камеру, что может подтвердить страж, которому я поставила роспись. Едва за Даррианом опустилась решетка, я тут же поднялась к Вам. Он никак не мог выбраться из камеры и успеть Вас убить!

– Но я видел его, и с этим ничего не поделаешь, – пожал плечами покойник. Он сохранил на удивление много от разума, не заговаривался, не терял памяти, не пускал кровавые слюни, и вообще, его можно было принять за живого человека, не только из-за внешнего вида, но и судя по разумной речи.

– Лорд Норимэ тоже видел лорда Эрсиэ, но я ведь Вам уже объясняла, что это не так!

– Хочешь сказать, я перед смертью не разглядел морока?

– Вам могли вложить ложные воспоминания в тхен.

– Будь я жив, менталист бы справился с задачей. Но теперь, увы, никакой менталист не возьмется за меня. А теперь упокой меня, находится в мертвом теле неприятно.

– Лорд Тефриэ, а зачем, по-Вашему, Дарриану убивать Вас и лорда Норимэ?

– Надо подумать, – мертвец почесал затылок. – Так сразу и не скажешь, конечно. Прямого мотива я не вижу, но… – сделал он паузу, – но я ведь сам видел.

– И Дарриан, вот, так просто зашел в Ваш кабинет и всадил нож Вам в сердце? Ничего не сказав?

– Действительно, странно, но, кажется, так оно и было. По крайней мере, я не помню, чтобы он что-то говорил.

Один из служителей Тьмы держал в руках планшетку и что-то записывал, а исправник стрелял удивленными глазами. Кажется, ему впервые пришло принимать во внимание не только информацию об убийце от мертвеца, но и его мнение.

– Дайренн, – продолжил говорить лорд Тефриэ, – мне крайне неприятно признавать, что кто-то вмешивался в мой тхен, но должен сообщить, что последние мгновения моей жизни выглядят крайне неестественно.

– То есть Вы согласны, что могли ошибиться, называя убийцей лорда Эрсиэ?

Мертвец снова задумчиво почесал затылок.

– Да, – нехотя выдавил он, – я мог ошибиться. Но в таком случае, ни чем не могу помочь. А теперь упокой меня.

– Последний вопрос, – вполне можно было бы его отпустить, но я все же полюбопытствовала. – Вы уже знаете, куда отправитесь после того, как я Вас упокою?

– Нет, не знаю, – лорд Тефриэ помрачнел, – но чувствую, что там не только небытие. Должно быть, – он сжал руку в кулак, будто пытался ухватить уходящую мысль. – Я никогда не боялся смерти. Потому что теперь я точно узнаю, что там. Позже, если сумеешь, конечно, пробуди меня, я постараюсь запомнить.

Я не стала разочаровывать старика. Не стала рассказывать, что чем больше времени проходит со дня смерти, тем меньше в теле остается человеческого, что никакое бальзамирование не способно сохранить его сознание. Мы не знаем, где находится тхен и хемоу, куда девается после смерти. Возможно, просто исчезают, но, наверное, очень страшно осознавать, что ты мертв и ни во что не верить. Легко говорить, что за гранью нет ничего, если у тебя впереди двадцать, сорок лет или, как у магов, несколько веков, но когда приходит время отправляться в бесконечный путь, будешь хвататься за любую возможность.

– Неужели Вам не страшно? – спросила почему-то шепотом.

– Уже нет, – усмехнулся лорд Тефриэ. – Ведь все уже случилось.

Пальцы никак не хотели сплетать печать упокоения, линии выскальзывали из рук, как масленые. Никак не могла избавиться от чувства, что совершаю убийство. Не спасая свою жизнь, не в запале битвы, а вот так, осознанно и холоднокровно отправляю в небытие человека, который ничего плохого-то мне и не сделал. И понимаю, что иного выхода нет, но все равно приходится переступать через себя.

Когда я закончила, ощутила, как подступают слезы. Закрыла глаза и припечатала знак вслепую. Лорд Тефриэ тихо захрипел и отключился. Вот и все…

Утершись рукавом, злобно посмотрела на служителей культа.

– Надеюсь, в этот раз вы никого не покалечите? – скрипучим голосом поинтересовался культист. – Мы не сделаем Вам ничего дурного.

Тело напряглось, кулаки сжались сами собой. Речи служителя Тьмы не вызывали доверия. Я успела лишь сделать шаг в сторону двери, когда все случилось. Но пламени я не вызвала…

Темнота. Абсолютно непроницаемая темнота накрыла кабинет покойного лорда Тефриэ. В этом тягучем мраке невозможно было сдвинуться с места, потому что все вокруг просто перестало существовать. Даже вдохнуть не выходило, и я впервые прочувствовала весь смысл фразы «дышать темно». Тут даже думать темно! Хотелось кричать, но будто бы нечем. Ни звука, ни шороха, ни дыхания.

И темноту вдруг взорвал нестерпимо высокий звук. Отвратительный звон разрывал Тьму на части и меня вместе с ней.

Я вновь оказалась в подземном зале в окружении людей в черных одеждах. От каждого из них тянулась линия ко мне. Непохожая на силовые потоки, скорее, как дым или туман. Звук не прекращался, пока я не догадалась закрыть рот. Ох, мрак! Каким же противным может быть мой голос!

Туман, тянущийся лучами к служителям культа Тьмы, постепенно рассеивался. Культисты скинули капюшоны, и я теперь могла видеть их лица. Обычные, человеческие лица. Мужчины и женщины, ничем не примечательные. Они улыбались.

Я медленно поднялась с пола, разметав остатки обгоревшей двери, оттряхнула одежду. Сильно удивилась, что со мной все в порядке.

– Вот и все, – произнес скрипучий голос.

– Все?! – испуганно взвизгнула.

– Теперь ты одна из нас, – сделав паузу, он добавил. – Это хорошо.

– Что хорошего-то? – пока я не почувствовала никаких изменений, но появилось стойкое ощущение, что произошло нечто необратимое.

– Тебе не грозит больше быть отравленной чужой магией. Магией дурной смерти.

– Это суеверия, – буркнула в ответ.

– Ты зря беспокоишься, – ага, попробуй тут не побеспокойся. – Теперь ты можешь развеивать любые чары. И ни один маг не сумеет тебе навредить.

– Хотите сказать, на меня теперь не действует магия?

– Не совсем. Скоро ты сама все поймешь. Некоторое время тебе лучше провести в храме Тьмы.

– Спасибо, что-то не хочется.

– Твои желания не столь важны. Теперь ты служишь Тьме, и Тьма всегда будет рядом.

На последнем слове культисты приложили руку к груди и склонили головы. Такое благоговение перед Тьмой отозвалось неприятным спазмом в груди. Не знаю, с чем это связано, но поклонение всегда вызывало во мне отторжение. Не важно, хорошие божества или плохие, не могу я перед ним склонять голову, бухаться на колени и тому подобное. Не могу и не хочу. Потому я продолжала стоять, гордо выпрямив спину и глядя поверх голов культистов.

Тьма сгустилась над нами, словно обволокла непроницаемым коконом, тусклый свет факелов не мог проникнуть сквозь черную пелену, но почему-то лица служителей были видно все так же отчетливо.

Давление самого воздуха возрастало. Я передернула плечами, пытаясь согнать морок, но не помогло. В ушах зазвенело, а культисты все продолжали стоять, опустив глаза в пол, будто провинившиеся дети. Ассоциация показалась мне забавной, и я даже улыбнулась, хотя улыбка вышла напряженной, будто через силу, наверное, больше походила на гримасу.

Наконец, темнота начала ослабевать, огоньки факелов, прикрепленных к стенам, заплясали, увеличились, и, теперь, помещение вернуло изначальный унылый вид, вместо откровенно зловещего.

– Тьма приняла тебя, – произнес знакомый скрипучий голос.

– Теперь я могу уйти? – раздраженно спросила.

– Тебя проводят в келью.

Вздохнула обреченно, глядя, как служители Тьмы выстраиваются таким образом, чтобы вести меня в окружении, пресекая попытки к бегству. Ничего, сбегу из кельи, чего бы мне это ни стоило.

Мы подошли к винтовой лестнице, уходящей вниз, еще ниже, чем располагались камеры заключенных, по всей видимости. Словно спускались в саму преисподнюю, в существование которой я никогда не верила. Полуразрушенные ступени крошились под сапогами, приходилось держаться за стенку, чтобы не упасть. Лестница не освещалась, но, кажется, теперь это никак не мешало моему зрению.

Келья – довольно верное именование комнаты, куда меня определили, после долгого блуждания по лабиринту. Это оказалась самая убогая комната, где мне приходилось быть. Даже камера в резиденции Ордена Света показалась бы мне сейчас уютнее. Вместо кровати – деревянная скамья у стены. Больше мебели не оказалось, не считая урильника в углу. Ни окон, ни освещения, каменный мешок. В таких камерах даже приговоренных к смерти, кажется, не содержат. Слишком отвратно.

– Завтра приступим к занятиям, – произнес один из культистов, прежде чем захлопнул за мною дверь.

Запер, естественно. С силой ударила по деревяшке так, что труха посыпалась.

Келья, мрак ее побери!

Села на неотесанные доски скамьи, обхватила себя руками и стала ждать, пока стихнут шаги культистов. Что бы они там ни думали, все равно сбегу. И пусть катится эта Тьма к мраку!

Как только звуки в коридорах прекратились, я вскочила, вскинула руки и выплеснула всю злость на дверь огненным вихрем. Пламя охватило старые доски. Изо рта у меня вырвался злорадный смех.

Об одном лишь я не подумала, в помещении нет окон, и слишком быстро келья заполнилась дымом. Закашлявшись, погасила пламя, ожидая, что вместо двери увижу горстку пепла, но так лишь почернела.

Колючий дым рвал легкие, кашель не унимался, но я снова выбросила струю огня, ожидая, что теперь старое дерево непременно сгорит дотла.

Воздуха стало еще меньше, пришлось прекратить атаку, чтобы не потерять сознание.

Вот, только дым никак не хотел рассеиваться, а никакого заклинания для очищения воздуха я вспомнить не могла.

Стало душно, на лбу проступила испарина, я скинула куртку, оборвала рукав от рубашки и попробовала дышать через импровизированный фильтр. Жаль, воды здесь тоже не было. Вот, только воздуха не прибывало. Неужели деревянная дверь настолько герметична? Да быть такого не может!

Пока не стало совсем плохо, начала долбить по двери ногами, больше не рискуя выпускать пламя. Доски дрожали, труха сыпалась, но дверь стояла намертво. Просмотрев магические потоки, не обнаружила таковых, зато заметила серебристый дымок. Не дым от пламени, а тот самый туман, что тянулся ко мне от культистов.

Теперь понимаю, почему магический огонь не сработал. Эта серая дрянь поглотила магию. Придется действовать простым, человеческим способом – выбивать.

Ухватив скамейку посередине, я отошла в дальний конец комнаты, чуть разбежалась и ударила по двери тараном. Полетели щепки, а я снова закашлялась, кажется, дыхательные пути все же повредила.

Второй удар расшатал одну из досок. Бросив скамейку, в появившийся зазор я просунула пальцы и принялась тянуть на себя. Доска скрипела, трещала, ногти обламывались в кровь, но деревяшка понемногу отрывалась. В конце концов, я шлепнулась на спину, прижимая к себе побежденную доску.

Дальше работа пошла легче, оторванную доску я использовала как рычаг, чтобы оторвать следующие. Освободив верхний ряд, я просунула руку и вытащила задвижку, толкнула остатки двери, ожидая освобождения, но та все равно не поддалась.

Я начала обшаривать обратную сторону двери, просунув руку в дырку, в поисках других запоров, потянула поперечную доску на себя, и дверь вдруг открылась. На меня открылась! Хотя я точно помню, как культист хлопнул дверью, и открывалась она в обратную сторону!

Однако за дверью меня ожидал куда более неприятный сюрприз. Я бы даже не стала вдаваться в рассуждения о двери, если бы не увидела за ней кирпичную стену. Самую обыкновенную стену, которой никак не могло быть за дверью!

В расстроенных чувствах села на пол и застонала, сливая все негодование сплошным звуком: «Ыыыы».

Стена выглядела старой, кирпичи раскрошились кое-где, растрескались, а раствор меж ними походил на песок.

– Предположим, культисты создали стену при помощи магии, – произнесла вслух и чудесным образом успокоилась, а потом вновь схватила скамью и со всей дури ударила по каменной кладке.

Кирпичи дрогнули, на пол посыпался песок, каменная крошка, но сами камни устояли. Тогда я вытащила длинный гвоздь из обломков двери и принялась ковырять раствор, тот вываливался, рыхлый, похожий на мокрый песок. Кирпич, который я освободила от раствора, немного расшатался. Снова схватив скамейку, ударила еще раз по стене. Один кирпич ушел вглубь. Ушел, но не вывалился. Попробовала подтолкнуть его рукой, но засел он крепко. Начала ковырять другой.

Не знаю, сколько времени провозилась, но, в конце концов, один кирпичик все же вывалился наружу. Заглянув в дырку, увидела лишь кромешную тьму. А я-то думала, что теперь вижу в темноте.

Прищелкнув пальцами, запустила светящийся шарик в дыру. Однако, кроме самого шарика, все равно ничего не увидела. И принялась отдирать следующий кирпичик. Теперь работа пошла легче, хотя я уже почти без ногтей осталась. Кожа пальцев саднила, ладони пострадали от заноз, костяшки были сбиты, но кирпичи поддавались, открывая проход в неведомую темнотищу.

Когда дыра достигла размера в четыре кирпича, я решила пролезть в отверстие. Буквально нырнув в проход, оказалась вдруг лежащей на гладком холодном полу. Попыталась встать, но поскользнулась, словно на льду, снова распласталась.

Странно, а ведь шли мы по совершенно нормальному полу, каменному…

Поднявшись все-таки на ноги, осознала, насколько все пошло не так. Я уже не была под сторожевой башней. И стену не служители Тьмы воздвигли. Я ничего не видела, но точно знала, что нахожусь на открытом пространстве, а не в узком коридоре. Дырки, ведущей обратно в келью, не было. Рядом со мной завис выпущенный мною светящийся шарик, но толку от него не было. Даже в скользком полу, который по логике вещей должен был быть еще и блестящим, я не видела отражения света.

Казалось, здесь не было ничего, и меня наверняка бы накрыла паника, если бы не ощущение твердой поверхности под ногами. Единственное, что я могла делать, это идти, выставив вперед руки и ощупывая пустоту.

Хуже всего, что в этом странном месте не было силовых линий. Ни единой. Теоретически я могла бы применить собственный резерв, ведь когда я выпускаю пламя, мне не нужно подключаться к магическим потокам, вот, только не истощит ли меня это? Да и зачем мне тут сейчас пламя? Разве что лед, а я решила, что под ногами именно лед, – расплавить.

Я лишь выпустила еще несколько светящихся шаров, используя личный запас энергии. И пусть они ничего не освещают, но мне как-то спокойнее, когда они летают вокруг меня. Хотя бы руки собственные вижу, и то радость.

Несмотря на то, что шла я по льду, холода совершенно не ощущала. Ни ветра, ни обжигающего мороза, как в ледяной пустоши. Место совсем не походило на Лэнг. Оно, вообще, ни на что не походило. Не слышалось ни единого звука, кроме собственных тихих шагов. В какой-то момент мне начало казаться, что я умерла, и теперь меня ждет вечное скитание во тьме.

Когда три из пяти сияющих шариков погасли, а последние два уже были на последнем издыхании, передо мной что-то промелькнуло.

– Уррр, – донеслось знакомое.

Я замерла, прислушиваясь к шорохам. Будто маленькие коготки царапали лед. В угасающем свете шаров промелькнули круглые глазки, маленькая лапка коснулась руки, и тут же пушистый комочек прыгнул мне на плечо.

– Уррр, – повторилось.

– Буся! – вскрикнула я, схватив зверушку и прижав к себе.

– А легенды не врали, – прошептал мужской голос прямо над ухом, а затем кто-то ухватил меня за плечи.

Коротко взвизгнув, резко обернулась, оказавшись лицом к лицу с демоном. Выдохнула с облегчением и тут же едва не упала, поскользнувшись, но Ареан удержал.

– Как ты нашел меня? – спросила. – И где мы?

– Во Тьме, – ответил демон. – Наэппи переполошил полгорода. Если бы не лорд Эрсиэ, ваш император наверняка объявил бы чрезвычайное положение. Это некромант предложил отправить наэппи по твоему следу. А я просто шел за ним, потому что… потому что мог.

– Дарриан?

– Его выпустили из тюрьмы сегодня. Но, – демон поджал губы и отвел глаза, – его не освободили. Он под домашним арестом в доме мастера огня.

– Понятно, – протянула. – Ты знаешь, как отсюда выбраться?

– Твой куратор объяснил. Тебе не следовало бежать.

– Куратор? Какой еще куратор?

– Культ Тьмы, как я понял. Они посвятили тебя, – он потянул носом воздух. – И на тебе больше нет метки жрецов Рацех.

– Вот как? И теперь ты не должен меня убивать?

– Более того, даже права такого не имею.

– Давай поскорее уйдем отсюда.

– Погаси фонари. Твой куратор сказал, ты должна увидеть во Тьме путь. Так ты сумеешь выйти.

– Они ничего мне не объяснили, – нахмурилась.

– Тебе просто следовало дождаться утра. Повезло, что наэппи сумел тебя найти. Эти существа даже в мир мертвых могут ходить, как на соседнюю улицу. Иначе мы бы никогда тебя не отыскали.

Меня передернуло от осознания, что я целую вечность могла блуждать по этой пустой темноте.

Легко сказать – увидеть путь во Тьме. Как можно что-то увидеть, если, вообще, ничего не видишь?

Ареан встал рядом, взяв меня за руку, и я одним лишь взглядом потушила светящиеся шарики, которые и без того походили уже на мутные светлые пятна. Какое-то время я продолжала их видеть, пока образы окончательно не истаяли.

Несмотря на абсолютную темноту, я закрыла глаза, принявшись рисовать под опущенными веками дорогу. Выходила узкая тропинка, мощенная камнями, вдоль которой стелился туман. Не открывая глаз, я сделала шаг вперед, потянув следом Ареана.

Нога ступила на шероховатую поверхность камня. Совсем не скользко! Неужели получилось? Глаза открыть так и не решилась, осторожно ступая на камушки. Шаг, другой, третий, и никакого льда!

Однако идти отчего-то стало трудно, будто я тащила на себе мешки с песком. Пот заливал веки, стекал по лицу, капал на камни. В ушах звучала барабанная дробь. Ноги с каждым шагом все тяжелее отрывались от камней.

– Ты переусердствовала с реальностью, – прошептал Ареан и подхватил меня на руки.

– Уррр, – мурлыкнул Буся. И это было последнее, что я услышала, прежде чем окунуться в вожделенное небытие.

Глава 13

– Да живая, живая, – услышала я где-то на границе сна и бодрствования, – просто переутомилась.

Теплая ладонь легла на лоб.

– Дарриан… – позвала я.

– Тише, – ответили мне. – Спи.

Но мне уже не хотелась спать. Открыла глаза и увидела, что рядом на постели сидит Каиль. Он убрал руку с моего лба, откинул назад светлые пряди, разлохмаченные и нечесаные.

– Где Буся? – спросила я.

– Здесь твое чудовище. В шкафу сидит, – усмехнулся Каиль.

– Хорошо, – выдохнула. – Ты знаешь, где я была?

– Я тебе все расскажу, но позже. Сейчас тебе нужен отдых. А потом я заварю чай и обязательно обо всем расскажу.

Каиль поднялся с постели и направился к двери. Только теперь я заметила стоящего в проеме Ареана. Он хитро улыбнулся, в змеиных глазах мелькнул шальной огонек. Мне показалось, он хотел сообщить мне что-то еще, но не решился и вышел вслед за мастером воды.

Мне же теперь совсем не до отдыха стало. Мне срочно необходимо было увидеть Дарриана. А эти двое… Что-то мне подсказывала, не выпустят они меня из дома сейчас. Быстро одевшись, я распахнула круглое окно, схватила притаившуюся в углу швабру, оседлала и слевитировала прямо на улицу, понадеявшись, что тут никакой защиты, вроде ливня, не будет.

Холодный ветер заползал под полы развевающегося плаща, слишком тонкого для зимней прогулки, обжигал лицо и заставлял коченеть руки, намертво вцепившиеся в швабру. Пролетела я не так уж много, но посадку выполнила мягко, лишь слегка ушибив коленки.

Оглядевшись, обнаружила, что промахнулась и оказалась в совершенно незнакомой части города. Какие-то трущебы, покосившиеся деревянные дома, некоторые полуразрушены. Я и не знала, что в столице есть подобные кварталы. Немногочисленные прохожие поглядывали с презрением на заплутавшую дворянку в дорогих одеждах.

– Монетку! – я вздрогнула от окрика высокого голоса, обернулась и увидела мальчишку, совсем оборванца, замотанного в изъеденную молью волчовку. – Дайте монетку, леди! Ну, дайте монетку, – он жалобно протягивал ручку.

Я пошарила по карманам, но обнаружила, что не взяла деньги. Мрак, даже экипаж теперь не смогу нанять. Раздосадовано вытащила руки из карманов и ответила мальчишке с растерянной улыбкой:

– Нету монетки.

Беспризорник вдруг изменился в лице, во взгляде пропала детская наивность, он сплюнул себе под ноги и произнес:

– Тварь наряженая, – и смылся, а я так и осталась смотреть ему вслед, растерялась совершенно, взгляд подернулся пеленой слез, готовых вот-вот сорваться с ресниц.

– Чего встала? – грубо толкнул кто-то в спину, и я пошатнулась, чуть не упав. Повернулась, увидела низкорослую, полную женщину. Она походила на старуху в сером шерстяном платке и безрукавке поверх грязного платья. Потемневшее лицо испещряли морщины, но вряд ли ей было много большим сорока. Просто так выглядит. Я много таких видела в Аринкае, простые люди стареют быстро.

– Простите, – робко прошептала, потом вдруг осознала, что такое поведение мне совсем не свойственно, растерла лицо руками, смахивая не к месту выступившие слезы, выпрямилась, придала взгляду уверенности и громко поинтересовалась. – Подскажите, как пройти к центру города?

Женщина вдруг раскатисто рассмеялась.

– Центр? – спросила она. – А это и есть центр, не видишь что ли? – махнула она рукой в сторону полуразвалившихся домов.

– А где же дворец, дома аристократов?

– Да тут, рядом, – она снова неопределенно махнула рукой. – А ты чего так удивляешься? Думала, весь Аттарант – это красивые дворцы, сады и площади? Нет, Аттарант – это бродяги, нищие, грабители и мошенники всех мастей. Ты бы шла отсюда, девочка, покуда не сняли-то с тебя плащик дорогущий, – взгляд ее стал хищным, а я посильнее закуталась в плащ, будто защищаясь, но потом вспомнила, что в любой момент могу применить магию и немного расслабилась.

– Я думала, Империя достаточно богата, чтобы обеспечить достойную жизнь всем гражданам. В Аринкае простой народ не бедствует, всем находится работа. В деревнях Эрсинкая люди живут натуральным хозяйством и тоже довольны. Почему же в столице есть вот такое… – не договорила, чтобы не оскорбить горожанку.

– В Аринкае-то? – усмехнулась женщина. – Это где магов жгли? Нет уж, спасибо. Аристократам нет дела до тех, кто не смог устроиться в служки или в ремесленники. Многие приехали из провинций, вроде твоего Аринкая, но так и не сгодились для столицы.

– Я поговорю с лордами. Быть может, они просто не знают, что здесь…

– Да все они знают, милая. Нет им дела до нас.

– На что же вы, вообще, здесь живете?

– Кто подаяниями, а кто посмелее, промышляет по всякому, – она хитро сощурилась, помолчала немного, подошла ближе и показала рукой в противоположную сторону от хибар. – Видишь, шпиль там виднеется? – я кивнула. – Вот к нему иди, выйдешь прямо в квартал аристократов, а там и дворец виден будет. И беги поскорее, а то сюда и стража поодиночке не заглядывает.

– Я из имперской гвардии, – отчего-то мне захотелось показать, что я вовсе не слабая девочка. – Некромант, – но женщина вдруг рассмеялась.

– Прям таки некромант? Беги уже, фантазерка.

– Хотите, покойника подниму? – вот уж не знаю, зачем мне это надо было, но неверие горожанки сильно разозлило.

– Ну, пойдем, – она вдруг схватила меня за руку и потянула к трущебам. Идти не хотелось, но отступать поздно. Эх, ну кто меня за язык тянул?

– Постойте, хотите сказать, у вас там трупы есть?

– Есть один. Тебя как звать-то?

– Дайренн, – представилась, потом исправилась. – Леди Дайренн Эрсиэ.

– Меня можешь звать Ишей. Тут дело такое странное. Ни с чего помер мужик. Не пил уж так, чтоб вусмерть, не болел. Взял да помер. А стражу сюда не дозовешься. Старики поговаривают, маги нас вытравить хотят. Чтоб землю освободили.

– Ну, существует много причин для смерти. Не обязательно маги ведь. Может и просто сердце остановиться.

– Но ежели маги, ты ведь почувствуешь?

– Да, – с уверенностью ответила.

Внутри хибара выглядела не лучше, чем снаружи. Ни в какое сравнение не идет даже с деревенскими избушками Эрсинкая. Всюду грязь, мусор валяется, кажется, здесь и не слышали об уборке. На окнах не то, что занавесок, стекол нет. Окно затянуто высушенным бычьим пузырем.

– Алья, – позвала Иша, – выходи! Дело есть!

В коридор вышла хозяйка, хромоногая и худая, похожая на старую ведьму, какими их изображают в сказках, с крючковатым носом и одним глазом.

Атмосфера дома начала на меня давить. В голове роились мысли, что я, вообще, тут делаю? Не мне разбираться с этой проблемой. Не мое это дело. Но уйти сейчасне позволила гордость.

Алья окинула неприязненным взглядом меня, улыбнулась щербато Ише и, кряхтя, заговорила:

– Это что ты такое привела в мой дом?

– Леди Дайренн Эрсиэ, – представила меня Иша. – Мужика своего не схоронила еще?

– Куда там? Земля мерзлая, да и везти некому. В погребе лежит он. Ты чего задумала, Иш?

– А сейчас увидишь. Пошли в погребок, – она тихонько подтолкнула меня в спину.

Дом не отапливался. В соседней комнате виднелись угли от костра, который жгли прямо в помещении. Трупный запах ощущался, но не столь сильный, каким он мог быть летом. Но едва Алья открыла погреб, вонь стала сильнее.

Иша подожгла лучину, и при ее тусклом свете я ступила на деревянную лестницу, ведущую вниз.

Зловоние усилилось, но было вполне терпимо. По крайней мере, мне удалось сохранить невозмутимый вид. Женщин, кажется, запах не беспокоил вовсе. А, вот, когда я увидела труп, то едва ни вскрикнула. Мертвая кожа вспузырилась, будто обожженная. Вместо левого глаза зияла почерневшая дыра.

– И вы говорите, ничто не предвещало его смерти? – удивленно воскликнула я.

– Да у него давно уже эти ожоги были, – отмахнулась Алья. – Месяца два, точно. С тех пор, как с шахт вернулся. А потом взял да помер.

– Здесь не некромант нужен, а лекарь-посмертник, – ответила ей.

– Не можешь, значит, оживить? – ехидно спросила Иша.

– Могу, – ответила, приступая к плетению символа.

Я была уверена, что Иша ошибается. Маги тут не при чем. И силовых потоков никаких переплетенных не виделось. И демонов рядом не было. Но я все же подняла труп, надеясь, что он сможет говорить.

Покойник открыл один глаз и захрипел. Он был слишком слаб, чтобы подняться. Однако жертвовать своей крови я не собиралась.

– Нужна кровь, – произнесла я, обращаясь к женщинам, теперь стоявшим с изумленно приоткрытыми ртами, из которых воняло похлеще, чем от трупа. Иша первая опомнилась, вытащила из кармана небольшой ножик и спросила:

– Чья кровь?

– Любой из вас. Немного.

Иша протянула руку. Я взяла у нее нож и полоснула по протянутой руке. Темная полоса проступила на запястье. Перевернув руку, я надавила на нее так, чтобы капли крови упали на лицо мертвеца.

Неупокоенный застонал, сымитировал вздох, огляделся одним глазом, затем принял сидящее положение.

– Ах ты старый выхлюсень! – высказалась Алья. – Думал, легко от меня отделался? Я ж тебя и с того света достану! Куда деньги дел?!

– Где я? – не обращая внимания на Алью, спросил мертвяк у меня.

– Вы умерли. Я – некромант, воскресила Ваше тело, чтобы Вы ответили на некоторые вопросы.

– Дерьмовина! – выругался труп. – Издох все-таки?

– Так и есть.

– Пусть говорит, где деньги, – вмешалась вновь Алья.

– Нет у меня никаких денег! Я подох, поняла? Дура!

– Чтоб тебя мрак пожрал! – пожелала ему одноглазая.

– Вы хотите узнать, как он умер или про деньги?

– Все хочу узнать, – выступила Алья. – И про деньги, и как он там живет на том свете, и кто его убил.

– Нет никакого того света. Ничего нет. Пустота.

– Ах ты ж, хлясь какая! – выругалась она.

– Умертвие не может помнить, что происходило с… – хотела пояснить концепцию трех составляющих жизни, тхен, техрим, хемоу, но решила упростить, – с его душой. Тот свет вполне может существовать, не волнуйтесь.

– Это что ж получается? – всплеснул руками труп. – Я виноват, что не помню?

– Это не важно. Откуда у вас ожоги? Вы помните, кто убил Вас?

– Никто не убивал. Сам подох, – изобразил печальный вздох мертвец.

– А Ваши ожоги? Откуда они?

– Шахты… Они заставляли работать нас в шахтах. Там… что-то древнее. Древнее зло. Там оказалась вода. Мы ныряли в подземное озеро, а потом кожа покрывала ожогами, которые не заживали. Я не знаю, что это. Никто не знал.

– Кто заставлял Вас работать там? Где эти шахты?

– Далеко на севере. Я точно не знаю, где, но… мог бы показать… на месте. Он так и не заплатил. Он знал… знал, что все умрут. Обещал золото, но обманул.

– Кто?

– Я не знаю имени. Богатый лорд в дорогих одеждах. Плащ с кровавым подбоем и руки в белых перчатках. Я покажу то место. Я помню дорогу.

– А деньги? Там есть деньги? – снова вмешалась Алья.

– Да… в шахте… под водой… деньги, – говорить ему было все труднее, а я не знала способа помочь ему.

– Поехали, – Алья начала шарить у себя за пазухой, достала какой-то сверток, взглянула тайком, снова спрятала. – Хватит на повозку. Поехали.

– Куда? – удивленно спросила Иша.

– К шахтам. За деньгами, – глаза Альи алчно блестели.

– Его нужно упокоить, – попыталась я образумить женщину. – И в шахту нельзя, там же вода ядовитая… – она посмотрела на меня, как на идиотку.

– Это тебе, леди, о деньгах заботится нечего, а мне детей кормить.

– Каких детей? – вопросительно уставилась на нее Иша.

– Ай, – махнула одноглазая рукой, – не твое дело, Иш. За домом последи, пока мы с Эжиком смотаемся.

– С мертвяком, что ли? – недоумевала Иша. – Алья, опомнись, Эжик мертв!

– Да какая разница! Все, мы поехали, – она ухватила умертвие за руку и потянула на себя, послышался треск, и мне показалось, что она сейчас оторвет мертвецу руку.

– Послушайте, Алья, – вновь попыталась ее образумить. – Вы не можете уйти отсюда с умертвием. Это уже не Ваш супруг. Он будет разлагаться и терять разум.

– До шахты доедем, а там пусть разлагается. Только деньги пусть достанет, – она торопливо куталась в платок, укрывавший ее плечи.

– Дура ты, Алья. Жадная дура, – заговорил мертвец. – Там яд, хлясь ты безмозглая. И деньги не наши. Плохие деньги.

Не дожидаясь, пока они закончат спорить, я незаметно сплела знак упокоение и собралась уже направить его на умертвие, как вдруг Алья схватила меня за руку. С силой сжала запястье.

– Чего это ты собралась сделать, – прищурив единственный глаз, спросила она.

– Это же леди, – испуганно шикнула на нее Иша, но одноглазая и не думала меня отпускать.

– Пустите, – постаралась я придать голосу твердости, чтобы прозвучало, как приказ. – Иначе я применю огонь, – в венах уже разбушевалось пламя.

Хоть Алья и была худой, как жердь, физически она превосходила меня в силе. Рука жесткая, жилистая, пальцы как тиски. Я попыталась вырваться, но не вышло, и мне ничего не оставалось, как дать ярость обратиться в огонь.

Едва с кончиков пальцев сорвались искры, как одноглазая выпустила мою руку, вскрикнула, тряся обожженной ладонью. Я закрыла глаза и постаралась не дать разгуляться пламени. Может быть, эти люди неприятные и глупые, но вряд ли они заслужили смерть. И только погасив ярость, до меня дошло, что Алья не могла увидеть, что я сплела знак упокоения, если только сама не владела магией.

Мертвеца я все же упокоила, и, не обращая внимания на ругань Альи и Иши, поспешила выбраться из погреба. Ступеньки из гнилых досок опасно прогибались под ногами, но я все же выскочила, выбежала из хибары и бегом помчалась в сторону императорского дворца.

***

Дверь дома мастера огня открыла незнакомая служанка в годах. Она окинула меня оценивающим взглядом, потом неохотно сделала реверанс.

– Лорд Эрсиэ здесь? – поинтересовалась у нее.

– Его Светлость не велели никого пускать к лорду Эрсиэ, – ответила она басовитым голосом.

– Тогда проводите меня к эрцгерцогу.

– Его Светлость отбыли в императорский дворец.

– Я – леди Дайренн Эрсиэ. Немедленно пропустите!

– Простите, миледи, не могу ослушаться Его Светлость.

– Прекрасно! – в сердцах топнула ногой. Стоило с таким трудом добираться сюда, чтобы меня развернула какая-то служанка. Уже планировала, какими еще путями могу пробраться в дом, как в голову пришла иная идея. Видя, что я не ухожу, продолжая стоять на пороге, служанка добавила:

– Я доложу Его Светлости, что Вы приходили, как только он явится. Прошу простить, – еще немного и она вытолкала бы меня.

Пошарив в карманах, извлекла бумагу, свидетельствующую о моем новом статусе. Сомневаюсь, что служанка посмеет не впустить служащего имперской гвардии, к тому же мага. Хитро ухмыльнувшись, протянула ей документ, добавив:

– Дело государственной важности. Не думаю, что Его Светлость похвалит Вас за то, что Вы препятствовали стражу правопорядка. И Вы ведь понимаете, что я имею право входить куда угодно, не спрашивая ничьего разрешения? – в конце я слукавила, никакого такого права я не имела, такого права у гвардейцев нет, но откуда знать об этом служанке?

Женщина побелела, поджала губы и испуганно произнесла:

– Входите.

Пока я поднималась с ней к покоям Дарриана, все размышляла, отчего Аданир отдал приказ никого не впускать? Чьего визита он опасался?

Служанка остановилась перед дверью, хотела зайти первой, но я оттеснила.

– Не нужно докладывать. Вы свободны.

Некоторое время она стояла рядом. И мне ясно, зачем. Приложится ухом к двери и будет так стоять. Поэтому я продолжала ждать. Она нервно дернула фартук, еще раз поклонилась и направилась обратно к лестнице.

Распахнув дверь, обрадовалась, что его хотя бы не заперли. Дарриан сидел в кресле и что-то читал, какой-то старинный манускрипт. Услышав, скрип двери, он посмотрел на меня, широко улыбнувшись, и поднялся с кресла.

– Демон все-таки сумел пройти, – он подошел ближе и крепко обнял меня. – Почему ты ушла во Тьму?

– Эти культисты меня заперли! – пожаловалась. – Я сначала дверь сломала, потом стену. Что это, вообще, было? Ты знаешь, зачем они меня заперли?

– Да, я говорил с твоим куратором. У тебя будет новая способность. Может быть, уже есть, не знаю. Культа Тьмы бояться не следует.

– Мне не нравится, что они поклоняются Тьма.

– Не обращай внимания. Они ничего плохого тебе не сделают. Тебе же не обязательно оставаться с ними. Считай, что просто воспользуешься неким благом.

– И меня пугает, что ты их поддерживаешь!

– Выбора нет, – пожал он плечами. – Тьма нужна тебе.

– А если бы меня не нашли?

– Служители культа все равно бы заметили пропажу.

– И, вот, прям ни капельки мне их опасаться не стоит? – я подозрительно сощурилась.

– Пока не вижу повода. Пока, – сделал он акцент на последнем слове.

– Сегодня произошло кое-что еще. Я была в нищем квартале. Это совсем рядом, пешком дойти можно.

– Ох, как тебя угораздило-то?

– Ты знал?! Знал, что там живут люди? Знал про эти ужасные трущобы?

– А что тебя так возмущает? Нищие везде есть.

– В Эрсинкае нет. И в Аринкае все более-менее имеют нормальные дома.

– В Эрсинкае – пожалуй. Но моим крестьянам не надо обеспечивать толпу аристократов, живущих в замке. Подати я беру мизерные. Потому что один. К тому же весьма не беден. На счет Аринкая ты ошибаешься. У старых западных ворот, с обратной стороны городской стены живут те, кто не в состоянии платить подати. Леди Ариэ не станет защищать их в случае нападения. Нищих там немного, в город их не пускает Орден. По крайней мере, раньше так было. В Аттаранте им хотя бы предоставляют крышу над головой.

– Там ужасные условия. С этим нужно что-то делать. Работу им дать, например.

– А ты думаешь, нищими становятся просто так? Думаешь, работы им нет? Ошибаешься. Есть люди, не способные к труду. Дашь им денег, пропьют или проиграют. Дашь работу, начнут лениться. Знаешь, почему бедности всегда сопутствует грязь? Почему у нищих в домах так грязно? Ты входила внутрь? – я кивнула. – Потому что нищета – это следствие лени. Все вполне закономерно. Им проще жить, вот, так и бесконечно жаловаться, чем что-то изменить в своем образе жизни.

– Но там один мужчина работал в шахте. У него все тело как в ожогах теперь.

– Значит, рано или поздно вытянет себя.

– Он мертв!

– Постой, что ты там вообще делала?

– А давайте в таверну пойдем? – я поднялась на носочки и прошептала ему на ухо. – Служанка подслушивает за дверью.

– Хорошо, – он улыбнулся в ответ и снова обнял.

***

В это время суток таверна пустовала. Подавальщик подметал пол, недовольно поглядывая, как мы усаживаемся за дальний столик. Потом все же отложил метелку, принес меню. Молча. Искоса глядя на меня и старательно отводя взгляд от магистра.

– По городу уже поползли слухи, – произнес лорд Эрсиэ, когда парень вернулся к уборке. – Люди бояться смотреть в глаза тому, кто приговорен к смерти.

– Приговорен?! А разве эрцгерцог не решил этот вопрос?

– Приговор отсрочен. Аданир Адлен не вступился за меня. И, честно говоря, я не слишком рад домашнему аресту в его доме.

– Тогда почему он забрал тебя к себе?

– Чтобы я никого больше не убил. Император считает, что Адлен в состоянии со мной справиться, – усмехнулся Дарриан. – А мальчишка слишком самоуверен.

– Получается, он твой надзиратель?

– Получается так.

Вернулся подавальщик, поставил кувшин вина на стол, все так же не произнося ни слова, хотя мы ничего и не заказывали еще. Я удивленно посмотрела на него, парень поймал мой взгляд и ответил:

– За счет заведения. Хозяин велел, – и он снова спрятал глаза.

– Видишь, как хорошо здесь относятся к смертникам, – рассмеялся магистр.

Парень побелел, потом покраснел и поспешил скрыться.

– Расскажи про квартал нищих. Что тебя так взволновало?

И я принялась пересказывать все, что произошло со мной после освобождения из Тьмы. Про ужасы нищенского квартала, про мальчика, обозвавшего меня, про мертвеца и шахту.

– Неужели ты не поняла, что за шахта? – магистр хитро улыбнулся, но я действительно не понимала. – Подсказываю, монеты, древние, радиация, ну?

– Шахта связана с древними технологиями?

– Именно. Вода заражена, но это не яд, а радиация. Вода использовалась для охлаждения ядерного реактора. Они раскопали древнюю атомную электростанцию. И никакие это были не монеты. Это были таблетки урана. Как та, что ты приносила.

– Это из-за них такие ожоги?!

– От одной монеты вреда не будет. Интересно было бы выяснить, кому понадобился уран? Что за богатый лорд в плаще с красным подбоем…

– У Аданира есть такой плащ.

– А еще у Лагельда, у Норимэ наверняка был, у Тефриэ, да практически у каждого придворного. Белые плащи с красным подбоем сейчас в моде. Это мог быть кто угодно. Знаешь, кого я подозреваю? Орден Света. Раддан вполне мог знать местонахождение АЭС. Там наверняка сохранились карты.

– Тогда зачем Раддан спрашивал у меня про артефакты? Если он знал о шахте, то зачем ему одна монетка?

– Он ведь не говорил ясно, что ищет. Речь могла идти и не о монетке. И, кажется, я знаю, что можно сделать, – Дарриан хитро сощурился. – Как на счет того, чтобы нанести визит резиденции Ордена?

– Устроить погром еще и в столице? Я могу взять Бусю.

– Эй, я собирался допросить Раддана, а не вновь ввергнуть его в сумасшествие.

– Можно припугнуть, – улыбнулась я в ответ.

– Только нужно предупредить Лагельда и этого демона. Когда мы захватим Раддана, нам потребуется где-то его скрыть. Лучше всего для этого подойдет дом Лагельда.

– Каилю эта идея вряд ли понравится.

– Он же терпит присутствие демона. И тебя. Ничего, потерпит и Раддана. Едем к Лагельду. Нужно все провернуть до полуночи. Иначе Адлен объявит, что я сбежал.

Мы оставили недопитый кувшин с вином и спешно покинули таверну, так и не сделав заказ, удовлетворившись лишь бесплатной выпивкой.

***

В этот раз душа перед входом не было, Каиль сам распахнул дверь. Светлые волосы растрепались, а в синих глаза сверкали молнии.

– Явилась! – зло прошипел он. – Мы тут с ума сходим, а она шляется, невесть где!

– Это точно, – усмехнулся за моей спиной Дарриан.

Я подавилась вдохом от такого заявления. Я-то ожидала, что магистр станет защищать меня и оправдывать, а он быстренько переметнулся на сторону мага воды!

– Издеваетесь?! – взвизгнула. – Оба?

Они согласно кивнули. Оба.

Дыхание у меня перехватило снова.

– Твой чай стынет, – произнес Каиль, впуская нас внутрь.

Вчетвером на маленькой кухне оказалось неимоверно тесно. Каиль злился и шипел, постоянно натыкался на нас, пока разливал чай. Пришлось выдвинуть стол на середину и принести еще табуретку с комнаты.

Мне пришлось вновь рассказать историю про нищенский квартал и шахту. И про древние технологии, которые, как предположил Дарриан, обнаружились в той шахте. Говорила я уверенно, хотя сама не слишком понимала, что такое атомная электростанция, радиация и заражение.

– На тебе больше нет метки, – вдруг произнес демон.

– Какой метки? – поинтересовался Дарриан.

– Метки от жрецов Рацех. – пояснил Ареан. – Значит, больше Дайренн не является объектом преследования для демонов.

– Это из-за Тьмы, – пояснил Каиль. – Тьма освободила тебя. Вот почему не стоило бояться служителей культа.

– Мы, теоры мхирут связаны особой клятвой с Рацех. Первое убийство обязательно, второе – желательно. Жертвы отмечены особым знаком, который видят демоны. От первого невозможно отказаться. Невозможно противостоять этой силе. Чтобы отказаться от первого убийства, нужно иметь неимоверную силу воли. Я не смог. Дайренн повезло, что она оказалась не первой на моем пути.

Мысли вдруг вернули меня в Лэнг, будто я вновь оказалась перед жрицей, а рядом стоял Артхаэн. Стоял и сжигал прядь моих волос, чтобы я никогда больше не смогла его позвать. Видел ли он ту самую метку?

– И много таких, кто охотится за людьми в нашем мире? – поинтересовался Дарриан.

– Вообще-то нет, – ответил Ареан. – Но иногда жрецов Рацех призывают существа иных миров. Это большая редкость. И, пожалуй, единственный шанс для такого, как я, увидеть ад, – он замолчал, на лице отразилась тревожность. – Надеюсь, с Милиной все в порядке, – едва слышно пробормотал он. Кажется, только я и услышала.

– А как же ты вернешься назад? – спросил Каиль. – Ты ведь планируешь?

– Как только за мной явится жрец. Меня должен отпустить тот, кто призвал.

– В Ордене Света есть технология, способная открыть портал между мирами. Я сам ею пользовался.

– Этот Орден… они согласны помочь? – воодушевился Ареан.

– Нет, – ухмыльнулся Дарриан.

– Тогда…

– Мы их заставим, – магистр широко улыбнулся. – Однажды мы с Дайренн уже штурмовали резиденцию Ордена в Аринкае. Тогда я был лишен магии и зрения, мы сильно рисковали и почти потерпели поражение. Теперь же нам не составит труда захватить одного из адептов.

– Вы это сейчас серьезно? Захватить одного из адептов? – Каиль удивленно приподнял брови.

– Раддан. Нам нужен маг по имени Раддан, – уточнил Дарриан. – Наэппи у вас?

– В шкафу сидит, – Ареан презрительно скривился. – Оно не сожрет нас всех?

– Не думаю. Дайренн его приручила. В прошлый раз Раддану от наэппи хорошо досталось. Думаю, даже пытать его не придется.

– Пытать?! – воскликнул Каиль, чуть не подавившись чаем. – Вы собираетесь пытать члена Ордена, действующего на всей Асшийской Империи по указу императора? Дарриан, Вам, конечно, терять нечего, но мне пока что не грозит смертная казнь!

– Каиль, ты ведь не трус, – спокойно произнес магистр.

Мастер воды покраснел, побагровел даже. Теперь его лицо резко контрастировало с цветом волос, а глаза потемнели, как море во время грозы.

Я спрятала улыбку за чашкой чая, но Каиль, кажется, заметил, судя по уколовшему меня взгляду.

– И каков же план? – выдавил он из себя.

– Сейчас ты вызываешь экипаж, мы едем к резиденции Ордена Света. Ты, Каиль с демоном остаешься у входа. Я прикрываю Дайренн под мороком на всякий случай. Дайренн заявляет, что вспомнила кое-что об артефактах. Думаю, ее пропустят внутрь беспрепятственно. Далее она ведет Раддана в таверну. Какая ближайшая к резиденции?

– «Рога и крылья», – пояснил Каиль. – Отвратительное заведение.

– Вот и отлично, – улыбнулся Дарриан, – не жалко будет разгромить. Когда Дайренн и Раддан сядут за стол, вы двое устроите скандал и драку. А я тем временем парализую Раддана.

– А что если уничтожить его магию? – заявила я. – Тьмой.

– Попробуй. Если не получится, я подстрахую. Наделав шуму, мы преспокойно исчезаем, прихватив с собой Раддана. Только в таверне все должно произойти быстро, чтобы наш пленник не успел вмешаться, да и стража не подоспела.

– Могу поджечь чего-нибудь, – предложила с энтузиазмом.

– Не стоит. Каиль, у тебя подвал есть?

– Вы его еще и ко мне хотите притащить?! – голос его сорвался на крик, затем он процедил сквозь зубы. – Ненавижу людей.

– Ничего, – Дарриан похлопал его по плечу, от чего маг воды задергался, будто молнией его шарахнуло. – Тебя любить его никто не заставляет. Ненавидь, сколько влезет.

– Последний вопрос, – маг воды стал мрачнее тучи. – Вам, может, и весело, но когда, мрак вас всех раздери, все это закончится? – далее добавил, чеканя каждый слог. – Мне очень хочется побыть одному. Совсем одному, понимаете?

Вот, это его «совсем одному» неприятно задело. Будто камнем в меня кинул. Понятно же, что «совсем одному» подразумевало, что и без меня. Но виду я не подала, все же я маг, и воля у меня стальная. По крайней мере, должна быть таковой.

– Скоро, – ответил магистр. – У нас есть вполне определенный срок – до следующего полнолуния, после чего приговор приведут к исполнению.

При слове «приговор» я испуганно вздрогнула. Мне казалось, что месяц – это очень много, едва ли не целая жизнь, но то, как произнес это магистр, сдержанно, без какой-либо паники, словно давно уже смирился с тем, что если не получится, приговор будет исполнен.

– Дарриан, – произнесла я, – но у тебя ведь есть запасной план. Если не получится…

– Нет, Дайренн, – все так же спокойно ответил он. – Конечно, я смогу сбежать, хоть на край света, хоть на западное полушарие, но у меня есть определенная ответственность перед теми, кто доверился мне. Император отправит войска в Эрсинкай, а воины не станут церемониться с крестьянами, даже если они не окажут сопротивления. А они восстанут, я знаю их. Эту войну им не выиграть. Да и побег… Что-то меня не прельщает западное полушарие, крайний север или Кадаф, – усмехнулся он.

– И ты добровольно пойдешь на смерть?

– А ты думаешь, я смогу жить, зная, что все мои люди погибли?

– Дарриан, я верю, что мы справимся, приговор отменят, и все будет хорошо, но вдруг… – мне даже произнести это было страшно, – я могу натравить Бусю на войска императора. У нас есть магия. Мы могли бы…

– Это заговор, Дайренн. То, что ты предлагаешь, это заговор, гражданская война в Асшийской Империи. Ничего хорошего из этого не выйдет.

Мне вдруг стало так страшно, что вздохнуть больно. Мышцы сковало, в горле пересохло. Я поднесла к губам чашку, попыталась сделать глоток, но поперхнулась, закашлялась, в глазах потемнело.

– Дайренн, не думай, о том, что может не получиться, – мягко произнес магистр, накрыв мою руку своей ладонью. – Думай о том, как заманить Раддана.

Следующий глоток чай пролез в горло. Спазм постепенно отпускал, но вкус показался чересчур насыщенным. Слишком сладкий и с горечью, не горячий, но жгучий, как перец. Это потом до меня дошло, что никакой мистики тут нет. Просто я забыла чай размешать, вот на дне и остались горный мед и имбирь.

Глава 14

Даже я не могла видеть Дарриана, когда мы приблизились к резиденции Ордена. Но его присутствие все равно ощущала неведомым образом. Знала, что он стоит за спиной, и потому мне не было страшно.

На стук в дверь среагировали не сразу. Пришлось стучать ногой, и уже появилась мысль спалить тяжелую деревянную дверь, но тут она со скрипом распахнулась.

Адепт в серой мантии окинул меня недовольным взглядом, затем произнес:

– Женщинам в Ордене не место, – собираясь захлопнуть дверь, но я успела вставить ногу.

– Мне нужен адепт Раддан.

– Вопрос в том, нужна ли ты адепту Раддану? – ухмыльнулся человек в серой мантии. Осторожно прощупав магические потоки, поняла, что он не маг, а, значит, не занимает высокого поста.

– Если он узнает, что ты не сопроводил меня к нему, от тебя мокрого места не останется, – прошипела зло. – Доложи, что прибыла леди Дайренн Эрсиэ.

– Послушай, девочка, – он сделал шаг ко мне, угрожающе нависнув, сощурив круглые, как у ворона, глаза, – господин Раддан никого не принимает. Уходи, пока стражу не позвал.

Я почувствовала зловонное дыхание этого адепта, и меня вдруг такая злость взяла. Руки затряслись от ярости, я схватила его за ворот мантии и, несмотря на то, что он был выше ростом, сильнее, да и вообще мужчиной, с силой отшвырнула его. Кажется, даже магию не применила, один лишь всплеск гнева в крови придал мне столько сил, что адепт не устоял, нелепо шлепнувшись на задницу. Затем, прищелкнула пальцами, но вызвала не светящийся шар, а рыжее пламя, заплясавшее на кончиках пальцев. Сама не знаю, как это вышло.

Я склонилась над растерянно сидящим на полу адептом, поднесла горящие пальцы к его лицу, он отпрянул, почувствовав жар.

– Где Раддан? – прошипела над ним.

– Третий подземный этаж, – испугано пролепетал адепт, – вторая локутория.

Перешагнув через него, я уверенно направилась к раздвижным дверям, видневшимся в конце коридора. Мне было известно, что за ними находится особое устройство, позволяющее перемещаться между этажами. Кажется, эту штуку называют лифтом. Очень старое устройство, двери покрыты ржавчиной, кое-где прогнили насквозь. Но когда я нажала кнопку, двери с грохотом разъехались в стороны.

Затылком я ощущала дыхание Дарриана. Он был невидим и неслышим, но, оказавшись внутри передвигающейся кабинки, магистр сам нажал кнопку нужного этажа, потому что я не понимала этих странных символов, украшавших кнопки. Совсем не похожи эти знаки на наши руны.

Как и в Аринкае, освещением здесь служил неприятный мертвенно-бледный свет, заключенный в стеклянные колбы. Отвратительный свет. Куда лучше выглядели бы привычные канделябры или простые факелы. Я люблю живой свет от пляшущего пламени. Свет от огня не стиснут в стеклянной сфере, он свободен, потому не только светит, но и согревает. А в этих штуках свет, словно в тюрьме, томится и медленно умирает.

Третью локуторию мне так же помог отыскать магистр, тихонько стукнув по двери. Я не стала ждать приглашения, а попросту вломилась внутрь.

Самого Раддана я заметила не сразу. Локутория оказалась завалена бумагами настолько, что беспрепятственно пройти к столу, не свалив какую-нибудь кипу, было архисложно. Адепт Ордена Света терялся среди зарослей макулатуры. Конечно, я опрокинула одну из стопок книг, зато сразу после этого увидела самого Раддана, сидящего за столом, не менее заваленном, чем все помещение. И как можно, вообще, кого-то принимать в таком кабинете?

– Ты?! – взревел адепт, когда я приблизилась. – Чего тебе надо?! – кажется, мне не были рады.

– Нужно поговорить.

– Та тварь с тобой? – он выпучил маленькие черные глазки.

– С чего бы? – пожала я плечами.

– Но как ты тогда вошла? Кто пустил тебя?!

– Сама вошла. Ваша охрана никуда не годится.

– Кемид, – он вдруг подскочил на месте, – где он?!

– Тот здоровяк, что открыл мне дверь? Жив он, ничего с ним не сделается.

– А остальные?

– Я пришла не для того, чтобы убивать.

– Тогда, зачем?

– У меня есть информация об артефактах.

– Тогда садись и рассказывай, – надменно и одновременно визгливо произнес Раддан.

– Так не пойдет. Ваши адепты чересчур любопытны. Нужно уединиться.

– Хорошо, – недовольно выдохнул Раддан, – И куда я должен идти с тобой? В твой дом?

– В таверну. К тому же я голодна.

– Хорошо, – повторил адепт, тщательно скрывая свое раздражение. – Только без фокусов.

Я заметила, как вокруг Раддана мелькнула серебристая сеть. Эта странная магия не поддавалась моему влиянию, в чем я имела удовольствие убедиться, когда мы атаковали резиденцию Ордена в Аринкае. Эту защиту я пробить не смогу, но, возможно, сумею воспользоваться новой способностью и поглотить его магию Тьмой? И пусть меня не успели обучить этому методу, интуитивно должна понять, как это делается. По крайней мере, очень на это надеялась.

Раддан взял меня под руку и повел к этому жуткому устройству под названием лифт. Резиденция Аттаранта выглядела еще более древней и жуткой, чем в Аринкае. Само здание строилось еще до начала времен, и, кажется, ни разу не ремонтировалось. Штукатурка на стенах почернела и местами осыпалась, обнажая деформированные кирпичи. Зловещие лампы мерцали, грозя потухнуть, издавая жужжащие звуки.

Лифт с грохотом распахнул створки. Я подумала про Дарриана и поняла, что больше не чувствую его присутствия. Вполне возможно, он постарался лучше скрыться, но мне стало страшно от того, что он мог и вовсе меня покинуть. Виски заломило осознанием того, что я могу и не справиться в одиночку с Радданом.

Адепт Ордена смотрел на меня с самодовольной ухмылкой, в его глазах читалась уверенная победа, дескать, вот и все, ты сдалась, сама пришла. Захотелось немедленно выцарапать его поросячьи глазки и вырвать седые клочья волос, но пришлось подавить ярость усилием воли.

– Господин Раддан! – воскликнул тот самый адепт, который не пускал меня на входе, едва мы вышли из лифта. – Видит Свет, я пытался ее остановить!

– Уйди, Кемид, – отмахнулся от него Раддан. – В другой раз советуйся со мной, кого пускать, а кого нет. Ты уже поплатился за самоуправство, так что просто уйди.

Адепт растерянно отошел в сторону, пропуская нас к выходу.

Раддан спешил так, что я едва поспевала за ним. Если бы он не держал меня под локоть, наверняка бы уже поскользнулась и грохнулась на обледеневший тротуар.

«Рога и крылья» – еще одно отвратительно пафосное заведение, чуть менее дорогое, чем «Золотой павлин», и собирается здесь аристократия, чтобы напиться вдрызг. Погромы тут не редкость, потому помещение отделано дешевым деревом, покрытым красной краской. Тем же образом сделаны квадратные столы, застеленные белыми кружевными скатертями. Раддан презрительно скривился при виде антуража таверны, а я бросила взгляд на сидящих за дальним столом Каиля и Ареана. Они уже начали спор на повышенных тонах, кажется, даже успели перейти к взаимным оскорблениям. Обы не снимали капюшонов, дабы оставаться неузнанными. На их столе я разглядела бутыль с прозрачной жидкостью. И вряд ли это была вода.

Раддан подозвал подавальщика, и тот усадил нас за свободный столик. Я же сделала заказ, пожелав прожаренный стейк и вина. Адепт Света недовольно поджал тонкие губы.

– Прикажешь еще и ждать, пока ты насытишь свое чрево?

– А почему бы и нет? – изобразила я кокетливую улыбку. – Мы ведь должны выглядеть естественно и не привлекать лишнего внимания.

– О, дырку тебе под ноги, Дайренн! Ради каких великих тайн я вынужден терпеть твое общество?

– Дай мне поесть спокойно. Мне трудно собраться с мыслями на пустой желудок.

Когда подавальщик, наконец, принес блюда, я заметила, как Каиль вскочил с места, выкрикнув очередное оскорбление, и поняла, что отведать блюда мне вряд ли удастся.

Ареан тоже вскочил, взял кубок, кинул в нашу сторону, намереваясь специально попасть в Раддана. Но промахнулся. Кубок угодил в лоб молодому лорду за соседним столом. Парень не стерпел подобного обращения, подлетел к демону, схватив того за грудки. Капюшон слетел, открыв нашему взору копну ярко-синих волос. В следующее мгновение Ареан поднял лорда и швырнул прямо на наш стол. Бутыль с вином опрокинулась прямо на адепта Света.

– Это здесь ты решила спокойно поговорить?! – взревел Раддан, резко поднявшись, пытаясь руками стряхнуть расползающееся по мантии вишневое пятно.

Молодой лорд тем временем поднялся и зарядил кулаком прямо в нос Раддану. Тот даже магию применить не успел. Зато я сосредоточилась, но вместо силовых потоков призвала туман, обволакивающий несуразную фигуру адепта Света. Раддан даже понять ничего не успел, как серебристая сеть истаяла, сделав его безоружным.

Мимолетным взмахом руки я заставила полыхать скатерть на соседнем столике. Послышались крики, Раддан схватил меня за руку, но в то же мгновение рядом с ним оказались Ареан и Каиль, а за их спинами я увидела Дарриана, плетущего какое-то сложное заклинание. Мне пришлось ненадолго отозвать Тьму, чтобы магия подействовала на Раддана.

Взгляд адепта Света заволокло пеленой, тело расслабилось, а губы расползлись в блаженной улыбке. Он выпустил мою ладонь и был подхвачен демоном. Казалось, он вот-вот потеряет сознание, но Раддан послушно шел за демоном, почти не шатаясь.

***

– Вы почему даже внешность не изменили? – отчитывал Дарриан мастера воды и демона. – А если вас кто-нибудь узнал? Особенно тебя, Каиль?

– Я боялся, что Дайренн нас не узнает, испугается и сожжет к мраку, – ответил маг воды, застегивая оковы на руках невменяемого адепта Света.

– Не слишком-то ты высокого мнения об интеллектуальных способностях моей ученицы.

– А он долго в таком состоянии будет? – спросила я.

– Сейчас наложу еще магических пут и приведу его в чувство. Как ты нейтрализовала его защиту? – спросил Дарриан.

– Туманом. Я просто позвала его, как делали культисты.

– Интересно, – протянул магистр. – Буся у тебя?

– Уррр, – пискнул зверек, забираясь мне на плечо.

– Тогда я снимаю морок, а ты снова лишишь его магии.

Призвать Тьму оказалась очень просто. Не могу описать, как именно это делается, оно даже не из меня как бы исходит, но при этом обволакивает тело, как туман, не подпуская вездесущие магические потоки. Не уверена, что вижу этот туман на том же уровне, что и магию.

Мышцы лица адепта мгновенно напряглись, зрачок сжался в точку, взгляд стал осмысленным и злым.

– Так и знал, что нельзя тебе доверять, – прохрипел он, глядя на меня.

– Просто непростительная наивность, Раддан, – произнес Дарриан, а затем поднес к его носу монетку. – Знаешь, что это?

Адепт посмотрел на монетку, но, видимо, магистр слишком близко поднес ее, и глаза Раддана сошлись к носу, отчего лицо его приобрело невозможно комичный вид. Я хихикнула.

– Ничего об этом не знаю, – ответил он, вернув глаза в нормальное положение.

– Буся, – произнесла я, и маленький наэппи прыгнул мне в руки.

Зрачки адепта Света моментально расширились, лицо исказилось.

– Я ничего не знаю! – вскричал он.

– Ты видел такой знак? – спросил магистр.

– В древних рукописях! – выкрикнул он. – Я знаю, что это, но никогда не видел этих артефактов! Я не знаю, откуда они взялись!

– Зачем ты приходил ко мне? – спросила, поглаживая наэппи.

– Кто-то похитил из Ордена древние карты. Я даже не знаю, что именно там было отмечено. Не знаю! Но мы подозревали, что речь шла о древнем оружии. Возможно, кто-то хотел им воспользоваться, чтобы устроить переворот в Империи. Я знал, что лорд Норимэ охотился за древними артефактами, но я не знал, зачем! – он был близок к истерике и не сводил взгляда с Буси.

– Орден Света причастен к его смерти?

– Нет! Я сам хотел бы знать, кто его убил. Больше я ничего не знаю! Орден тут не при чем! – он дернулся в цепях, кажется, попытался дотянуться до магических потоков, но невидимый туман плотно окутывал его, блокируя любые силовые линии.

– Только пропажа карт привела тебя к Дайренн? – прищурившись, спросил Дарриан. – Ты врешь, Раддан, – его ладонь засияла серебристым светом, я знала, что это означает, он собирается считать сознание Раддана. Тот, кажется, тоже осознал, что ему грозит. Магистр не успел коснуться головы адепта, я резко дернула его за камзол. Дарриан обернулся ко мне, недовольно сдвинув брови.

– Мне нужно Вам кое-что показать. Срочно, – я продолжала дергать полу его камзола. – Давайте выйдем.

Дарриан фыркнул, но пошел за мной, хоть и выражал недовольство всем видом. Мы поднялись по лестнице и откинули люк подвала. Отойдя на достаточное расстояние от входа, чтобы нас не было слышно, я заговорила полушепотом:

– К нему нельзя применять магию. Тьма поглотит ее.

– И полагаться придется только на его слова?

– Если я отзову Тьму, он опять оплетет себя этой серебряной сетью, с которой я не могу справиться. Вдруг он выкинет какой-нибудь фокус?

– Раддан может, – согласился Дарриан. – Ты ведь понимаешь, что мы не можем его отпустить.

– Мы его убьем? – я как-то не подумала, что похищение может завершиться таким образом, и испугалась.

– Не знаю. Но отпускать его нельзя. Его натура гадкая и мстительная. После допроса я введу его в анабиоз, а когда все закончится, мы решим, что делать.

Он положил руку мне на плечо. Ладонь оказалась горячей и тяжелой, я поежилась под ее тяжестью. Представила, как беспомощный Раддан будет лежать в подвале, а потом умерщвлен. Жутко стало от такого холоднокровия. Не могу я в этом участвовать, но уже участвую, как ни крути. Это я заманила его. И если Дарриан примет такое решение, это будет и моя вина.

Мы вернулись в подвал, и я как-то иначе взглянула на Раддана, прикованного к стене. Не то, чтоб с жалостью, нет, никакого сочувствия я к нему не испытывала. Если я кому и сочувствовала, так это себе, потому что оказалась втянута во все это.

Адепт Света безвольно обвис цепях, даже не обратив внимания, что мы вернулись.

– Уррр, – мяукнул наэппи, прыгнув мне на плечо. Раддан вздрогнул, поднял голову.

– Будете копаться еще и в моих мозгах? – обреченно спросил он. – Я вряд ли это переживу.

– Нет, Раддан, – ответил Дарриан, – обойдемся пока без этого.

– Этот символ. Я видел его на картах, – заговорил адепт. – Я знаю, что он означает. Это невидимый яд, летающий по воздуху и поражающий все вокруг. Это зло в чистом виде. Древнее зло, от которого люди отреклись тысячу лет назад. И когда пропали карты, мы поняли, что некто желает его пробудить.

– Предположения есть, кто это мог быть?

– Нет, – Раддан опустил голову. – Но я следил за Норимэ. Я знаю, что он покидал Аттарант и бывал рядом с местом, отмеченном на карте. Я мог бы показать…

– Ты хочешь попытаться сбежать? – оборвал его Дарриан.

Раддан растянул тонкие губы в грустной улыбке.

– Не стану врать, это было бы неплохо, – ответил он. – Если, конечно, ты совершишь ошибку.

– Если ты говоришь правду, – вдруг произнес Ареан, обращаясь к адепту, – то мы на одной стороне. Я чего-то не понимаю? – он обернулся к Дарриану. – Он ведь не враг нам. Нам нужен тот, кто призвал жрецов Рацех, как и ему. Это ведь одно и то же лицо.

– В целом ты прав, Ареан, – ответил Дарриан. – Ошибаешься ты лишь в том, что Раддан не враг нам. Слишком глубока пропасть между нами. И вряд ли один лишь инцидент способен ее сократить.

– Ваш демон прав, Эрсиэ. Делить нам нечего.

– Не будь на тебе оков, ты бы заговорил иначе.

– Сними цепи и увидишь, – натужно улыбнулся адепт. – Нет, правда, чем ты рискуешь? Вы лишили меня магии, разве я могу представлять опасность для вас?

– Кто знает, Раддан, – пожал плечами Дарриан.

– Я мог бы показать то место. Я знаю, где это. Я следил за Норимэ.

– Это шахта? – догадалась я.

– Верно, – ответил Раддан, – и я покажу ее. Снимите цепи.

– Я подумаю, – ответил Дарриан.

После чего мы покинули подвал. Задавать вопросы далее не имело смысла. Ни коем образом мы не могли подтвердить или опровергнуть его слова.

Каиль отправился на кухню готовить очередную порцию чая. Демон прошмыгнул в спальню, которую я, вообще-то, привыкла считать своей, а меня задержал Дарриан.

– Я не могу его простить из-за тебя, – шепотом произнес он. – Просто не могу.

– При чем здесь это?

– Он пытался тебя убить, если ты забыла. И мне очень не хочется в его компании отправляться на поиски этих шахт. И вообще, я так подумал, зачем нам туда ехать? Что мы там увидим? Понятно, что шахтой заправлял Норимэ, но что толку?

– Получается, что лорд Норимэ причастен к этому заговору с древним оружием?

– Даже если так, что нам это даст?

– Если Норимэ сам виновен, зачем искать его убийцу? Мы можем оправдать тебя, доказав, его вину.

– Ага, тогда я признаюсь в убийстве, но буду оправдан, поскольку действовал во благо Империи. Отличный план, но есть один нюанс. Норимэ никак не мог быть главным в этом заговоре. Тем более, остается еще и Тефриэ, и старый эрцгерцог Адлен. Заговор не раскрыт, и дело даже не в том, что опасность угрожает Империи. Сомневаюсь, что меня подставили случайно. Кому-то это было очень нужно. Не та я фигура, чтобы делать из меня случайную жертву. Они попытаются снова.

– Но шахту посетить нам все равно надо. Если Норимэ не сам все затеял, значит, теперь шахтой заправляет кто-то еще.

– Наверное, это было бы правильно, но мне не хочется… – он не договорил, а вдруг склонился к моему лицу. Очень близко. Я затаила дыхание…

– А пойдемте чай пить, – резко окликнул нас Каиль.

Дарриан в момент отстранился, злобно сверкнув фиолетовым глазом, а Каиль продолжил невинно улыбаться, держа в руках поднос с булочками. Зачем он, вообще, притащил сюда поднос, если все равно приглашал в кухню, осталось загадкой. Но я невольно улыбнулась, поймав взгляд ярко-синих глаз.

Ареан с расторопностью хорошей хозяйки расставлял чашки и столовые приборы. Каиль водрузил поднос не на стол, а на полку над окном, а на тарелку каждому определил по две булочки.

– Каиль, я можно взять варенье? – спросил демон, открыв один из кухонных шкафчиков.

– Можно, – ответил мастер воды, – но не думаю, что клубника хорошо будет сочетаться с сырной выпечкой.

Они оба тихо засмеялись. Очень мило, что они нашли общий язык, но мне вдруг пришла в голову нелепая мысль, что не просто так демон занял мою спальню. Он куда лучше вписался в общество Каиля, чем я. Кажется, Ареан совсем не раздражал светловолосого мага. От собственных мыслей я смутилась и покраснела.

– Завтра мы отправляемся к шахтам, – садясь за стол, объявил Дарриан.

– Завтра? – удивился Каиль. – Но я не могу завтра.

– О тебе речь и не идет. Это не твоя забота, Каиль, – ответил магистр.

– Нет-нет, так не пойдет, – возмутился лорд Лагельд. – Теперь это и моя забота. Что ж я тут один останусь?

– Мне казалось, ты любишь одиночество, – усмехнулся Ареан.

– Ну… – он замялся. – Нет, я тоже хочу к шахтам. Только завтра… Этот дурацкий прием, – он закатил глаза. – Ненавижу.

– Какой прием? – спросил Дарриан.

– Обыкновенный, – с досадой произнес Каиль. – Я ведь официально придворный маг. Вот, и приходится терпеть эти скучные приемы во дворце. Ненавижу.

– Почему ты раньше не сказал? – в голосе Дарриана послышалось возмущение. – Меня-то, конечно, туда никто теперь не пустит, но вот Дайренн очень даже может пойти с тобой.

– Ох, – вздохнула я, вспомнив бал в Адалендире, а затем подобно Каилю прошипела. – Ненавижу.

– Брось, Дайренн, – магистр похлопал меня по плечу, – это твой шанс побеседовать с императором.

– А он, можно подумать, станет меня слушать?

– Нужно иметь более высокое мнение о себе. Ты теперь не просто ученица мастера огня, мало того, что ты – имперский гвардеец, служитель культа Тьмы, так еще и единственный некромант в столице. Одно только это означает твое немедленное представление ко двору, – Дарриан хитро сощурился. – Только не пей незнакомых напитков.

Кровь мгновенно прилила к лицу.

– Я не собираюсь там, вообще, пить! Аданир Адлен тоже там будет?

– Скорее всего, – произнес Каиль. – А почему ты о нем вспомнила? – взгляд его потемнел.

– Не знаю, – пожала я плечами, – просто вспомнила.

Ответ Каиля не удовлетворил, он напустил на себя мрачный вид, уткнувшись в любимый чай.

Проводить Дарриана меня не пустили, впрочем, сам магистр тоже был против. Не так, чтоб категорически против, но мягко убедил меня, что сам в состоянии добраться до дома мастера огня. А я уже слишком устала, чтобы спорить.

Спальню Ареан все же оставил мне, а его Каиль определил в гардеробную. Я видела, как мастер воды затащил туда матрас и одеяла.

Несмотря на усталость, я никак не могла заснуть, ворочалась, ерзала, все переживала о предстоящем приеме у императора, не слишком хорошо представляя, на что этот прием, вообще, похож? Однозначно, это не бал, каковой стал моим позорным воспоминанием в Адалендире. Ох, мне ж еще и платье надо! Не явлюсь же я в дорожном костюме. А у меня ни одного платья, кажется, не осталось. И денег нет. Только дурацкие монетки из ядовитого металла…

Глава 15

Разбудил меня Каиль, бесцеремонно сдернув одеяло. Это хорошо, что у меня нет привычки спать голой, но я все равно завизжала, отбирая ценное укрытие из коварных лап мастера воды.

– Будешь сопротивляться, дождь вызову, – пригрозил он.

– Я спать хочу! – взвизгнула, сворачиваясь клубочком на простыне.

– Бегом в купальню! – скомандовал он. – Нам еще за платьем надо успеть и к цирюльнику. Или ты в пижаме к императору приползешь?

– Мрак бы побрал ваш прием, – буркнула, но все же соизволила слезть с кровати.

– Ты ломаешь мне все стереотипы, – возмущенно ответил Каиль. – Все девушки мечтают о балах и приемах, а ты – «мрак бы побрал». Да тебя за такие слова благородные леди покусают.

– Зубы обломают, – ответила, проходя мимо Каиля в сторону купальни.

Горячая вода разморила, так бы и лежала на границе сна и бодрствования еще несколько часов. Но даже тут мне не дали насладиться покоем. Дверь распахнулась, и ухмыляющийся Каиль бросил на туалетный столик сверток с одеждой.

– Это уже платье? – спросила, глядя на вещи.

– Ага, размечталась. Это твой костюм. А за платьем сейчас поедем. И выходи уже. Время.

Каиль покинул купальню, но я слышала, как он прислонился к двери. А вот шагов – нет. Ждет, мерзавец, когда я выйду.

Стоило мне выбраться из купальни, как мастер воды подхватил под руку и потащил к холлу, да так шустро, что я даже домашнюю туфлю потеряла.

– Платье сама выберешь. Не слишком вычурное, не для бала, юбка не должна быть пышной. Никаких кринолинов. Прием – это… короче, скажешь мастеру, он сам тебя оденет.

– Может, ты все-таки поможешь мне?

– Не могу, мне надо камзол забрать. Вот к цирюльнику вместе поедем, – он встряхнул растрепанные волосы. – Смотри, какая у меня мочалка на голове, – хихикнул и добавил. – Да и у тебя не лучше.

Наспех завернувшись в плащ и засунув ноги в сапоги, я вышла следом за Каилем на улицу. Экипаж уже поджидал нас.

В Аттаранте мне еще не доводилось посещать дорогие магазины готового платья и салоны. Расточительство было мне непозволительно в ученичестве у лорда Норимэ. Конечно, я приобрела некоторые наряды, чтобы сойти за столичную леди, но не настолько дорогие, в каких можно было бы явиться в императорский дворец. Теперь я и вовсе осталась без сбережений. И, конечно, меня очень волновал вопрос, кто оплатит мой визит к мастеру платьев? Конечно, я предполагала, что теперь мне полагается жалование от имперской гвардии, но этого явно будет недостаточно, чтобы оплатить подобные наряды. Я видела красивые вывески этих магазинов, а так же цены. Платья украшались драгоценными камнями, а золотые нити действительно делались из золота. Да за такие наряды мне не один год расплачиваться.

Экипаж затормозил у большой вывески, повествующей, что за деревянной дверью с бронзовой оковкой начинается царство шелка, кружев и драгоценностей. Лавка так и называлось «Шелковое царство». И судя по нарядам в витрине, здесь продавались лучшие платья в столице.

Каиль буквально вытолкнул меня из повозки, и тут же умчался, а я так и осталась растерянно стоять у двери магазина, не зная, что мне делать. У меня едва хватило бы монет на дорогу домой, не то, чтобы на магазин. И я готова была расплакаться, когда дверь распахнулась, являя миловидную старушку, совсем не похожую на работницу модной лавки.

– Что же ты стоишь? – спросила женщина в простом платье. – Я ведь жду тебя, милая.

– Простите… – я хотела сказать что-то еще, но растерялась.

– Этот пройдоха Лагельд даже не соизволил тебя представить, как следует. Проходи, девочка. Я знаю, зачем ты пришла.

И я пошла за ней внутрь. От хозяйки магазина, а я почему-то была уверена, что это именно хозяйка, словно исходил такое уютное тепло. Она показалась мне волшебницей из сказки, какую мама рассказывала в детстве. Мне самой стало вдруг так хорошо, несмотря на то, что в дорогих заведениях я часто ощущала себя замухрыжкой. Здесь все было иначе, словно весь магазин существовал только для меня. Я огляделась по сторона и заметила, что в зале никого, кроме нас, нет. И лишь множество зеркал и деревянные фигуры, обряженные в шелка, окружали нас.

– Меня зовут леди Аниса Тальвин, но Каиль зовет меня тетушка Аниса, хоть мы и почти ровесники, – рассмеялась дама. – Ты тоже можешь звать меня так. А как твое имя, милое дитя?

– Дайренн, – ответила, немного запнувшись. Сложно не запутаться, когда у тебя несколько имен.

– Необычно имя, – ответила тетушка Аниса. – Ну что ж, пойдем. У меня кое-что есть для тебя.

Мы прошли мимо деревянных истуканов, по коридору со стеллажами, на которых располагались отрезы ткани и миниатюрные копии платьев. Аниса привела меня в небольшой зал с одним зеркалом.

– Тебе нравится фиолетовый? – спросила волшебница. – Этот цвет отлично подойдет к твоим волосам. А кожа будет казаться фарфоровой.

– Нравится, – скромно ответила ей, а потом все же поинтересовалась. – А Вы ведь тоже маг? – дело в том, что меня очень заинтересовал вопрос возраста. Если Каилю около сотни лет, а тетушка Аниса ему почти ровесница, то без магии она вряд ли дожила бы до такого почтенного возраста, а с магией могла бы и вовсе не стареть.

– Нет, – рассмеялась она. – Куда там, – махнула рукой. – Моих талантов едва ли хватает на шитье. Колдую помаленьку, но до магов мне далеко.

Колдунья, значит. И мне вдруг стало грустно. Потому что есть те, кто может жить почти вечно, обновляя свой организм при помощи магии, а есть те, кто состарится и умрет. И ничего с этим не поделаешь. Редкий целитель способен вернуть молодость другому человеку, зато едва ли не каждый маг может поддерживать собственную юность бесконечно долго.

Старушка прищелкнула пальцами, и на меня вдруг свалился целый ворох одежды. Я взвизгнула, попыталась выбраться, но запуталась еще больше.

– Опять не получилось, – послышался голос колдуньи. Ее ловкие руки помогли мне выпутаться. Ворох шелковых одеяний упал на пол.

– Что это? – спросила, глядя на кучу лоскутков, не слишком походившую на платье.

– Да так, ерунда, – она снова прищелкнула пальцами и ткань вспыхнула голубоватым пламенем. – Хотела произвести впечатление, но не вышло. Я сейчас, – она быстрым шагом покинула помещение, когда лоскутки исчезли в пламени без следа. У меня бы непременно осталось черное пятно на полу.

Аниса вернулась с большим свертком в руках. Этот цвет нельзя было в полной мере назвать фиолетовым. Скорее, это было нечто среднее между сиреневым и синим. Очень насыщенный оттенок.

– А теперь закрой глаза, – произнесла колдунья, – и ничего не бойся. Для тебя я сотворю волшебное платье без иголки и нитки.

И я повиновалась.

Мне показалось, что слишком долго ничего не происходит. Колдунья не касалась меня, даже не снимала старую одежду. И уже подумала, что снова ничего не вышло с ее колдовством.

– Ну все, открывая глазки, – вдруг сказала она.

Поскольку стояла я у зеркала, то стоило поднять веки, как взгляд поймал отражение. И я увидела тонкую фигуру в сине-сиреневом шелке. Платье не имело множества пышных юбок, кружев и прочего, а нежно струилось атласом, словно водопад в лучах заката. Длинная юбка доходила до пят, обнажая лишь острые носки изящных туфелек на тон темнее юбки. Плечи прикрывала полупрозрачная пелерина, будто призрачная дымка. Тончайшая ткань переливалась, едва ее касался луч света. Лиф украшала золотая вышивка, а широкий пояс был расшит бриллиантами, слишком крупными, чтобы принять их за настоящие. Наверняка это проделки алхимиков, подумала я, но какая разница, если сияют они как истинные?

Я подняла юбку и увидела под ней чулки с золотыми подвязками и ажурные панталончики выше. Бросила взгляд на пол, и заметила, что мои вещи аккуратно сложены в стопочку.

– Я же говорила, фиолетовый тебе подойдет, – довольно заявила колдунья. – Погоди, ты же не явишься во дворец в своем старом плаще? Сейчас я тебе принесу прекрасную меховую накидку.

– Спасибо, тетушка Аниса! – крикнула я ей в след, но, кажется, она не услышала.

Я снова принялась вертеться перед зеркалом. Крутанулась на пятке, глядя, как развевается юбка. И платье само такое легкое, совсем не сковывающее движений, не то, что наряд, который мне пришлось надевать в Аделендире. Никаких кринолинов, корсетов и прочего.

Белоснежный мех, опустившийся мне на плечи, оказался таким мягким и теплым, что я в момент разомлела. Настолько уютное ощущение, словно я оказалась в самой удобной постели. Невероятный мех.

– Ну, все, – пробормотала Аниса. – Можно и во дворец.

– Спасибо! – еще раз поблагодарила я колдунью и тут же взволновалась. За платье ведь нужно заплатить, а у меня только мелочь в мошне звенит. И я даже не знала, что спросить? Сколько стоит? А не дадите ли вы мне рассрочку?

– Каиль уже едет за тобой. Я всегда его чую. Испортить платьице не бойся, оно заговоренное от грязи и дыр. Можешь смело по лужам прыгать, ничего с ним не сделается.

– Тетушка Аниса, – я все же решилась спросить, – а сколько я Вам должна?

– Чего должна? – она удивленно вскинула брови.

– Ну, золота.

– А, так за все уже уплачено, – махнула рукой колдунья.

В подробности она вдаваться не стала, а я так поняла, что Каиль обо всем уже договориля. И брать у него деньги мне было еще неудобней, чем у Дарриана. Но Анисе я, конечно, ничего не сказала.

Она проводила меня до двери, обняла на прощание, а когда я вышла на улицу, рядом уже стоял экипаж, а возле него в шикарном темно-синем камзоле переминался с ноги на ногу Каиль. До чего же красив он был в наряде цвета ночного неба, расшитом серебром. Даже растрепанные волосы лишь дополняли образ, ничуть не портя впечатления. Ему и к цирюльнику не надо, без того до невозможного хорош. Он широко улыбнулся, подал мне руку и усадил в карету.

– Как тебе платье? – поинтересовался Каиль, когда экипаж тронулся.

– Потрясающе! – ничуть не солгала я. – Никогда не видела таких тканей.

– И не увидишь. Тетушка Аниса лично ездит на восток шелкопрядов заговаривать.

– Дорогое, наверное.

– Самое дорогое в столице. Но для тебя совершенно бесплатно, – он взял мою ладонь в руки

– Каиль, мне неудобно принимать такие подарки, – я высвободила руку.

– Глупости, – фыркнул он. – Мы ведь живем вместе. И все у нас теперь общее, разве не так? Я тебе еще штучку купил, – он вытащил из кармана бархатную коробочку. Откинув крышку, я увидела подвеску на тонкой золотой цепочке. Сам кулон был выполнен в виде полумесяца из прозрачного камня. Очень красивая, тонкая работа. А еще здесь лежало кольцо. Золотое, с небольшим камешком, но явно не купленное вместе с подвеской, старомодное, такие носили лет сто назад, не меньше.

– Каиль… – я закрыла коробочку, – я не могу это принять.

– Можешь, – настойчиво произнес мастер воды. – Я достаточно богат, чтобы купить тебе безделушку.

– Но ведь ты не покупал кольцо.

– Да, точно. Кольцо мне бесплатно обошлось, здорово, правда? Оно ж старое уже, стоит всего-то пару медяков, наверное, его еще моя прабабка носила, выкинуть хотел, но вдруг тебе приглянется?

– Ты определенно издеваешься, – произнесла, не сумев сдержать улыбки. – Это фамильное кольцо.

– Какая разница? – отмахнулся он. – Надевай, будет твое.

– Это ты мне сейчас предложение делаешь? – щеки опалило жаром.

– Ну… – он почесал голову. – А почему бы и нет?

Со мной это впервые. Дважды, нет, трижды мне довелось побывать фальшивой невестой, но предложения мне не делали ни разу. Кольцо, что купил мне Дарриан в Аринкае, я теперь носила на среднем пальце, а не на безымянном. Магистр отказался его забирать, но после нашего расставания я так и не смогла от него избавиться. Кольцо служило напоминанием о моих приключениях, не более. Но Каиль, кажется, сейчас говорил всерьез, а не предлагал очередную мистификацию. Конечно, он сделал это нелепо и глупо, но чего, собственно, еще ожидать от затворника?

– Мне нужно подумать, – ответила банальнейшей фразой.

Маг воды отобрал у меня коробочку, вытащил колечко, повертел в руках.

– И золото тут с примесями, и бриллиантик тусклый. Хлам, а не драгоценность, – пробормотал он, а потом резко схватил меня за руку и напялил кольцо на безымянный палец. – Носи.

– Каиль, – взвизгнула я, – так не делается!

– Зато на приеме никто приставать не будет. Носи, сказал.

– Ты – придурок, Каиль, – выпалила в сердцах, пытаясь теперь стащить колечко, но не тут-то было. Золотой ободок крепко вцепился в палец.

– Подвеску сама наденешь или мне постараться? – ухмыльнулся он.

– Зачем ты это сделал?

Он вдруг склонился к моему лиц.

– А ты еще не поняла? – прошептал он, а глаза стали совершенно сумасшедшими, словно в глубине синевы разыгралась буря. – Я не хочу ждать, когда ты сбежишь куда-нибудь со своим фальшивым родственником. Думаешь, я не вижу, как он смотрит на тебя? Единственное, чего я хочу, чтобы ты осталась. Я терпеть не могу посторонних людей в своем доме, но тебя готов терпеть вечность, – он вытащил подвеску и надел на меня через голову. Кулон утонул в белоснежных мехах.

А я не могла ни слова вымолвить, настолько растерялась. Каиль отстранился, вообще, отвернулся к окну. Я слышала, как сердце ускоряет пульс, кровь пульсировала в висках, а руки отчего-то холодели. Не то, чтобы Каиль мне не нравился, но он слишком торопил события. Я вдруг поняла, что не просто не хочу связывать жизнь с ним, а, вообще, не хочу замуж. Он был прав, мне слишком мало лет. Проживи я сотню-другую, совсем иначе бы смотрела на вещи. Каиль был слишком странным и непонятным. Может быть, для него «не вызывает отвращения» достаточная причина, чтобы поспешно сделать предложение, но мне казалось, что для этого требуются куда более возвышенные чувства.

В мыслях вдруг всплыл образ Дарриана в тот момент, когда Кроцелл ранил его, а я, да и сам он, подумал, что убил. Его прикосновения и вкус крови на губах. Тогда я думала, что это то самое, один раз и на всю жизнь. Мне казалось, жизнь приобрела, наконец, определенность. Но это оказалось совсем не так. С Каилем же никакой определенности в принципе быть не могло. Он ведь сумасшедший. Абсолютно сумасшедший.

Пока мы ехали к цирюльнику, мастер воды хранил молчание. Не знаю, о чем он думал, на лице не отражалось ни единой эмоции. Когда извозчик остановил экипаж, он так же молча вышел из кареты, подал мне руку и улыбнулся, будто бы ничего между нами и не произошло.

Я спрятала кулон под накидку, а, вот, кольцо снять больше не пыталась. Каиль же, кажется, и вовсе забыл об инциденте. Он помог снять накидку в гардеробе, затем окинул мой наряд одобрительным взором.

– Очень красивое платье, – произнес он с широкой улыбкой. – Жаль, что тетушка только женские наряды выдумывает. А как тебе мой костюм?

– Прекрасно, – ничуть не соврала. – Тебе идет синий цвет.

– Еще бы, это же цвет моей стихии. А тебе, вот, должны идти красные тона, ты ведь мастер огня. Но фиолетовый тоже отлично. Как облако в лучах заката.

– Давно ты знаком с леди Анисой?

– В юности я жил у нее какое-то время. Мне тогда было примерно столько же, сколько тебе. Это она устроила меня в ученики к магу. Сначала я занимался артефактами, но потом понял, что моя стихия – вода.

– Так она, и впрямь, тебе родственница?

– Она мне такая же тетка, как некромант тебе дядька, – он вдруг нахмурил брови, словно я что-то неприятное ему сказала. Да и произнес это резко.

– Извини, я что-то не то спросила, – повинилась я.

– Нет, ты тут не при чем. Просто предшествовали тому не самые приятные события. Ты ведь не знаешь, что отец выгнал меня из дома? Конечно, не знаешь, это ведь случилось сто лет назад. А Аниса… тогда она была моложе. Значительно моложе и красивее. И теткой стала мне уже многие годы спустя. До этого… а, впрочем, не важно, – махнул он рукой.

Меня пробрало любопытство, я хотела расспросить его, что не важно, но тут появился смешной человек, маленький, круглый, наполовину лысый, но с длинной косой, болтающейся сзади.

– А, вот ты и явился, – колобкообразный человек хотел обнять Каиля, но тот отстранился.

– Никаких прикосновений, Эрнас, – ответил маг. – Но я тоже рад тебя видеть. Мне нужна твоя помощь. Ты только посмотри на меня, – он потряс волосами. – Это никуда не годится. Сделай так, чтоб прилично было идти в свет.

– А ты никак во дворец собрался?

– Прием, – скривился Каиль. – Ненавижу приемы.

– Понимаю, – широко улыбнулся цирюльник. – Может быть, представишь меня своей прекрасной спутнице?

– Совсем забыл, Эрнас, это – леди Дайренн Эрсиэ, моя подруга. Близкая подруга, потому ей тоже нужно соорудить на голове что-то похожее на то, что носят эти расфуфыренные дамы во дворце. Дайренн, это Эрнас, просто Эрнас, он не любит титулов и пиетета. Да и нет у него никаких титулов.

– Очень приятно, – реверанс изображать не стала, раз это «просто Эрнас».

– И мне особенно приятно, – заулыбался цирюльник, а круглое лицо приобрело нежно-розовый цвет, он поднес мою ладонь к губам, но вместо поцелуя просто крепко ее пожал. – Каиль, сия невероятная леди тебе просто подруга? Ты ведь не станешь ревновать, как в прошлый раз?

– Не советую проверять. Позови Тениру, пусть она займется Дайренн.

Когда Эрнас, раскланявшись, удалился, Каиль склонился к моему уху и прошептал:

– Я тебя ему не доверю.

– Неужели ты, и впрямь, настолько ревнив? – усмехнулась в ответ.

– О, ты просто не знаешь Эрнаса.

– Можешь не волноваться, как бы помягче выразиться, он не в моем вкусе.

– Ты даже не представляешь, сколько девушек говорили так же до тебя. А у меня, между прочим, нестабильная самооценка.

– Постараюсь не нарушать ее хрупкое равновесие.

– Эх, – вздохнул он, посмотрев на кольцо, – уже нарушила.

Эрнас вернулся с высокой дамой, точнее дама не была такой уж высокой, может чуть выше меня, но прическа… наверное, чтобы добраться до ее вершины, мне потребовалась бы лестница. Это была не прическа, а архитектурное творение, настоящая башня с оконцами, в которых вместо стекол поблескивал горный хрусталь, лестницами, парадной, колоннами. И мне что-то не хотелось иметь на своей голове нечто подобное.

– Госпожа Тенира Брахесс, – дама назвала свое имя и присела в реверансе. И как ей удавалось сохранить равновесия с такой махиной на голове?

– Леди Дайрен Эрсиэ, – как и полагается, представил меня Эрнас. – Тенира, ты ведь знаешь, что следует сделать, дабы леди достойно предстала перед императором? – дама кивнула, пошатнув башню.

– А Вы мне такую же… башню сделаете? – растерявшись, спросила я. Это не слишком-то вежливо, но что поделать? Манеры мои желают лучшего.

Рассмеялись все, а после госпожа Тенира заговорила мелодичным голосом:

– Вы впервые отправляетесь на прием, леди? Подобные прически не приняты в высшем свете, но показывают мастерство цирюльника, потому я ношу, как Вы выразились, башню на голове.

Я выдохнула. Бесконечно радовало, что мне не придется носить дом на голове.

Тенира изящно крутнулась на каблуке, отчего ее платье закружилось колокольчиком, и вполоборота произнесла:

– Следуйте за мной, леди.

Я прошла по темному коридору и оказалась в зале цирюльни. Тенира усадила меня в кресло перед большим зеркалом, прикоснулась к моим волосам, затем окутала тонкой тканью, чтобы не запачкать одежду.

– У Вас красивый цвет волос, очень насыщенный. Красить не будем, – она принялась расчесывать меня мягкой щеткой. – Но я бы посоветовала все же сделать пару прядей сиреневыми в тон к платью. Это будет необычно.

Мне еще не приходилось видеть столичных дам с цветными прядями. Видимо, новая мода. Но я всегда с любопытством смотрела на яркие прически демонов. Какой же красивый цвет у Ареана! А как забавно смотрелась трава на голове Кадара. И, если честно, мне всегда хотелось иметь нечто подобное в своем образе, только не приходило в голову, что можно использовать краску. А иллюзии у меня неважно выходили, потому я не прибегала к ним для наведения красоты. В общем, недолго думая, я кивнула. Пусть делает, как знает.

Тенира принялась намазывать пряди особой пастой, дурно пахнущей, от которой глаза слезились, но я стоически терпела экзекуцию. Затем она еще и лицо вымазала мне какой-то мазью, отчего кожу стягивало так, будто меня клеем выпачкали. Губы склеились, не то, что говорить, дышать могла с трудом. Она еще долго меня мучила, мыла, снова чем-то мазала, опять мыла. Я закрыла глаза и попыталась абстрагироваться от происходящего. Дарриан рассказывал, что так следует делать, если окажешься в пыточной. Ох, если бы Тенира была палачом, ей бы все секреты удалось выведать.

Наконец, она вытерла меня, я смогла открыть глаза. Тенира принялась обдувать волосы странной штукой, дышавшей горячим воздухом. Она крутила ручку и водила вокруг меня раструбом, отчего мокрые волосы мгновенно превращались в сухие. Высушенные локоны ложились красивой волной, а обрамлявшие лицо пряди приобрели сиреневый оттенок.

Закончив с сушкой, она заколола волосы с одной стороны жемчужной заколкой. И все. Никаких башен на голове. Красиво и лаконично.

– Косметика тебе ни к чему, – уверенно заявила Тенира. – Разве что чуть блеска навеки, – и она едва не ткнула мне кисточкой в глаз! Рефлекс сработал вовремя, веко закрылось, и я ощутила лишь щекотку, хихикнула и чихнула, хотя красила она вовсе не нос.

– Ох, – выдохнула я, открыв глаза, – Тенира тем временем стащила с меня покрывало, и я увидела себя во всей красе.

Казалось, ничего значительно в лице не переменилось, но я вдруг ощутила себя ослепительной красавицей. И волосы блестят, и локоны лежат красиво, а не как попало, и цвет насыщенее, и, конечно, сиреневые пряди. Лицо стало светлее, глаза и губы ярче. Никогда не думала, что у меня такой красивый цвет глаз. Зеленые, чуть с желтизной, словно искорки в глубине мерцают. И как она так сделала? Магия, не иначе.

– Спасибо, Тенира, – искренне поблагодарила я церюльницу, несмотря на неприятные ощущения на протяжении всей процедуры.

Каиль встретил меня в холле, нервный, встревоженный и… причесанный. Его торчащие во все стороны длинный лохмы теперь были заплетены в сложную косу и перевязаны синей лентой на конце. Он показался мне не просто молодым человеком со странностями, а настоящим благородным лордом. Истинным придворным. Если бы не сверхъестественно синие глаза, я бы и мага в нем не заподозрила. И, конечно, нельзя было не признать, что выглядел он очень красиво. Я даже засмущалась, но потом вспомнила, что и я ничуть не хуже.

– Как же ты долго, – пробурчал он. – Я уже и экипаж организовал помпезный. Хожу тут из угла в угол, – он подошел ближе, взял в руку сиреневую прядь моих волос. – Это что?

– Тенира сказала, что так модно сейчас, – ответила, потупив взгляд.

Каиль обернулся к цирюльнику:

– А почему мне так не сделал?

– Лорд Лагельд, так это же только для леди, – попытался объясниться Эрнас.

– Я тоже такие хочу, – заявил мастер воды. – Только синие.

Эрнас еще немного попытался поспорить, но Каиль не из тех, кого можно убедить логикой. Если что-то взбрело ему в голову, то он этой же головой стену проломит, но своего добьется. И чем глупее чушь, въевшаяся в его мысли, тем упрямее становился маг. Эрнасу ничего не оставалось, как снова усадить Каиля в кресло и приняться за покраску. Теперь ждать пришлось мне.

Тенира устроила меня в холле за небольшим столиком для газет, принесла чай и печенье, чтобы скрасить мое ожидание. Столик располагался в нише, и сама цирюльница не могла составить мне компанию, потому что попросту не поместилась бы под низким потолком из-за своей прически.

Вернулся Каиль совершенно довольный, широко улыбался и трогал пальцами синий локон, вплетенный в косу. Будто бы кожей мог почувствовать отличие синих волос от привычных белых. И улыбка у него была такая по-детски искренняя, что я тоже заулыбалась в ответ.

Расплатившись с цирюльником ассигнацией, номинал которой я так и не заметила, мы покинули салон. Экипаж, который все это время ожидал нас, оказался не простым, а имеющим право въезда во дворец. Выглядел он, конечно, красиво, белый с золотом, вот только зима – не лучшее время для поездки в открытой повозке. Это одна из мер безопасности. Считается, что в открытой карете невозможно провезти баллоны с ядовитым газом или кого-либо из персон нон грата. Можно подумать, во дворец нельзя попасть под личиной, тем более среди гвардейцев нет магов, уровня Дарриана или даже Каиля. Досмотр транспорта, въезжающего во дворец, запрещен, дабы не нанести оскорбления аристократам.

Морозный ветер обдувал лицо и постоянно срывал накидку с головы. Хоть бы магический купол какой сделали для этих карет. Надо было заранее об этом позаботиться, а то теперь даже на силовых линиях не сосредоточишься из-за ветра. А, вот, Каиля холод совершенно не беспокоил. Он улыбался зимнему солнцу, красиво откидывал выбившуюся прядь с лица, а на меня, замерзшую, вообще, не смотрел. Мне захотелось немедленно вылить на самодовольного мага ведро воды, но так как никакой жидкости под рукой не оказалось, я куталась в накидку и ждала, когда, наконец, это закончится.

Во дворец мы прибыли заранее, впрочем, не мы одни. У ворот стража учтиво склонила головы и пропустила нас внутрь. Дворец поражал величием и помпезностью. Огромные залы, широкие лестницы, перила, изящно выкованные из чистого золота, алые ковровые дорожки и бордовые драпировки на стенах. И все такое большое, величественное, что себя ощущаешь маленькой и ничтожной.

Каиль помог мне снять меховую накидку и провел в зал, где уже собрались приглашенные на прием. Здесь даже присесть было негде. И чего мы так рано приехали? Чего они все так рано приехали?

– Придется ждать около получаса, – произнес мастер воды. – Вообще-то, прием давно уже начался, но император должен показать, как он занят, поэтому прием всегда задерживается на пару часов.

– То есть мы еще и опоздали?

– Конечно, – улыбнулся Каиль. – Я ведь тоже очень занят, все-таки придворный мастер воды, а вот прочая аристократия томиться уже второй час. И чем меньше значимость персоны, тем ранее ей следует явиться. Будь ты одна, должна была бы как минимум за два часа приехать. Хотя нет, будь ты одна, могла бы не приезжать вовсе.

Я задохнулась от возмущения.

– А как же твои разговоры о том, что я единственный некромант в столице?

– Видишь ли, некромантов не любят. Дарриана не позвали не только потому, что он обвинен в убийстве. Не многие хотят видеть здесь любителя мертвяков.

– Вот, сейчас я тебя самого в мертвяка с удовольствием бы превратила.

– А меня-то за что? Вот, сама посмотришь, как шепотки поползут в толпе, едва тебя представят императору.

Когда массивные двери с золотой оковкой распахнулись, послышалась негромкая музыка, торжественная и лирическая одновременно. Вроде бы и марш, но такой нежный, тихий. Кажется, играл клавикорд, арфа и какой-то духовой инструмент, похожий на флейту, только чуть грубее. Два герольда, парень и девушка встали в одинаковые позиции в дверях, отставив обтянутые чулками ноги в стороны и провозгласили:

– Его Императорское Величество Исентиар Второй приветствует Вас, благородные лорды и леди, – герольды встали у каждой створки двери, открывая проход. Я успела заметить лестницу, ведущую вниз. Гости стали выстраиваться в очередь, чтобы пройти в двери. Они так суетились, торопились, толкались, что стали походить на крестьян в базарный день.

– Вот, из-за этого и не люблю эти приемы. Можно подумать, от места в очереди зависит его положение в свете, – шепнул мне на ухо Каиль.

Сам он не стал принимать участия в битве за место, потому мы стояли в самом хвосте. Когда кто-то проходил внутрь, герольды громогласно называли имена и титулы гостей, да с таким пафосом, будто персоны значимей нет на этом свете.

Меня не слишком интересовали личности приглашенных, обратила я внимание лишь тогда, когда герольды выкрикнули имя Аданира Адлена.

– Следовало ожидать, что наш северный друг будет здесь, – произнес Каиль, – Надеюсь, здесь он не станет объявлять тебя своей невестой.

– Гляжу, ты не слишком рад эрцгерцогу.

– А с чего мне радоваться ему? Он напыщенный, глупый и высокомерный.

– По-моему, он только пытается казаться таковым.

– Он даже в нашу сторону не взглянул, – фыркнул Каиль.

– Ну, он мог и не знать о нашем присутствии, – пожала я плечами.

– Мог бы и поинтересоваться, буду ли я здесь. И представили его, слышала, как? Придворный мастер огня. Какой он мастер? Так, подмастерье-недоучка. Нельзя в его возрасте стать мастером. Еще бы магистром обозвали.

– Перестань, Каиль. Парень в том же положении, что и мы, по сути.

– Только у него поддержка императора, северных армий и не в меру хитроумной мачехи.

Каиль так разнервничался из-за эрцгерцога, что мы едва не прозевали свою очередь. Мастер воды оказался перед дверью, едва не сбив с ног тощего лорда.

– Лорд Каиль Лагельд, – объявили герольды. – Придворный мастер воды, со своей спутницей, леди Дайренн Эрсиэ, некромантом имперской гвардии.

Шепотков я не услышала. Толпа вдруг замерла, уставившись на меня, но я гордо вскинула голову и, поддерживаемая Каилем, сделала осторожный шаг по крутым ступеням.

Император неподвижно стоял на возвышении, напоминавшем сцену. Он был одет в традиционный черно-золотой камзол, а на плечах его покоилась алая мантия. Голову венчала корона, массивная и не слишком красивая, зато видно, что очень старая. На короне были выгравированы незнакомые символы. И где-то я уже видела такие.

Исентиар Воторой оказался вовсе не стариком, как я предполагала. Ему от силы можно было дать лет тридцать пять. Черные волосы изящной волной выбивались из-под короны, а, вот, лицо не выражало ничего, словно застывшая маска.

Мы подошли к сцене, Каиль склонил голову, а я присела в глубоком реверансе. А после сдвинулись в сторону, слыша, как герольды объявили очередного гостя.

Представление шло долго и нудно, а мы вынуждены были стоять и наблюдать за всей процессией. Приглашенных было не меньше сотни. Наверняка и самому императору удовольствия сия церемония не доставляла.

Когда все гости оказались в зале, император развернулся и вышел через маленькую дверцу на самой сцене, а церемонеймейстеры сопроводили процессию далее.

На императорских приемах не принято устраивать пир, никого не рассаживают, большой стол, вообще, не предусмотрен, имеются лишь высокие круглые столики с напитками и закусками, а по углам расставлены мягкие диваны за ширмами, где можно уединиться и пообщаться с кем-нибудь из гостей, прихватив бокал вина или пирожное. Так же имелся зал для танцев, откуда доносилась музыка, зал для игр, где лорды и леди с лишними деньгами развлекались игрой в карты, зал гаданий, где оракулы предсказывали судьбу всем желающим, в большинстве случаев врали, конечно.

Мы оккупировали один из диванчиков. От вина я отказалась, отдав предпочтение вишневому соку и пирожным, не хватало еще в императорском дворце опозориться. Каиль же перепробовал большинство предлагаемых напитков, улегся на диван, так, чтоб его за ширмой видно не было, и, кажется, задремал. Общение с гостями ему удовольствия определенно не доставляло.

– Вот, ты где, – послышался голос эрцгерцога, представшего передо мной в белоснежном камзоле с аккуратно собранными в низкий хвост волосами, – О, – его взгляд упал на сапог Каиля, – так ты здесь не одна, – он хитро улыбнулся.

Я отложила пирожное на миниатюрный поднос, прикрепленный к ширме, поднялась и, как полагается, исполнила реверанс.

– Рада Вас видеть, лорд Адлен, – произнесла я.

– Оставь церемонии, Дайренн, – небрежно махнул он рукой, а потом резко приблизился, – после всего, что между нами было, – и рассмеялся. – Вина? – он взял бокал у проходящего мимо подавальщика.

– Нет уж, – отказалась решительно. – И попрошу надо мной издеваться, – кровь прилила к лицу.

– Матушка не приехала на прием. Она занята вопросами наследования лорда Тефриэ. Ты ведь в курсе, что произошло?

– Я была там.

– Так вся эта история – правда? Глава имперской гвардии назвал имя убийцы, а потом отказался от своих слов? Уж не потому ли, что допрос вела леди Эрсиэ?

– На что ты намекаешь? – поведение Адлена начало раздражать.

– Приговор лорду Эрсиэ был вынесен. Но не был исполнен по твоей личной просьбе. И тут же новое убийство. Тебе не кажется это странным?

– В момент убийства Дарриан Эрсиэ находился уже в своей камере. Нас видела стража. К тому же допрос трупа Тефриэ велся в присутствии служителей культа Тьмы и исправника. Дарриан никак не мог совершить это убийство, и подлог с моей стороны тут исключен.

– Дайренн, я доверяю тебе, но у меня к тебе есть приватный разговор. Ты видела зимний сад?

– А как же?.. – я посмотрела на дремавшего Каиля.

– Маг воды большинство приемов проводит именно таким образом. Совершенно не умеет веселиться.

Зимний сад располагался под самой крышей, но нам не пришлось идти по лестнице. Подняться туда можно было при помощи подъемной площадки. Чем-то это походило на лифты в резиденции Ордена, вот, только в движение площадка приходила под воздействием магии. Отец рассказывал, что создал ее мастер воздуха. Он заставил подниматься площадку силой ветра.

В отличие от лифта эта конструкция была открытой, и от падения нас защищало только кованое ограждение, не доходившее мне и до пояса. Устройство взмыло вверх, и я, взвизгнув, вцепилась в Аданира. Эрцгерцог лишь улыбнулся и крепче прижал меня к себе.

Площадка замерла перед стеклянной дверью, которая сама отъехала в сторону, стоило нам приблизиться. А за ней нам открылся вид на чудесный сад. Аданир высвободил меня из объятий и провел через зеленую арку, обвитую виноградной лозой, мимо цветущих деревьев, испускающих невероятные ароматы.

Я запрокинула голову и увидела ночное небо с россыпью звезд. Удивилась, как же быстро настала ночь, но потом до меня дошло, что это не настоящее небо, а воссозданная магами иллюзия. Да и звезды чересчур яркие, и луна слишком большая, отчего в саду было светло, как днем. Лорд Адлен провел меня к качелям, умело стилизованным под естественные. Скамейку, поросшую цветущим мхом, оплетали лианы, и таким образом она болталась меж двух деревьев. На самом же деле это был не мох, а мягкий бархат, а цветы – вышивка, да и лианы вовсе не лианы, а прочные канаты, привязанные к дереву. Это даже не магия, искусство, но выполненное столь тщательно, что в нем проявилось волшебство.

Конечно, я плюхнулась на качели, а лорд Адлен начал меня раскачивать.

– Ты говорила, – начал он, – что в предсмертной агонии человек в состоянии разглядеть того, кто находится под мороком?

– Когда рвется серебряная нить, – подтвердила я.

– Почему же тогда Норимэ и Тефриэ видели Дарриана Эрсиэ?

– Я бы и сама хотела знать ответ.

– И если бы убийцей и впрямь был магистр Эрсиэ, мертвец мог бы его опознать?

– Если бы Дарриан использовал морок. Но он не столь глуп.

– Пойми, в какой ситуации я оказался. Если лорд Эрсиэ не виновен в двух убийствах, то виновен я во всех трех.

– С чего Вы взяли?

– Император сам мне об этом сказал. Поэтому… я верю, что ты докопаешься до истины. И… – он снова замялся, перестал меня раскачивать, – только дай мне клятву, что это останется между нами.

– Не понимаю…

– Я хочу сделать признание, – прервал он меня.

– Аданир… – я растерялась, потому что в такой ситуации оказалась впервые.

– Мне хочется помочь тебе разобраться во всем. Но я не хочу на эшафот, понимаешь? Ты дашь мне клятву? Настоящую, на крови.

Он остановил качели, и я заметила тоненький стилетик в его руке.

Сердце в груди заклокотало. Меня раздирало любопытство, но в то же время я понимала, что эта информация ничем не поможет Дарриану, если я дам клятву. На крови – это не шутки. Это, вообще, не снять.

Я молчала, не зная, что ответить. По сути, я легко могла уйти, оставив Аданира без излияния откровений. Он бы никак не сумел задержать меня, а его магию я легко могла разрушить Тьмой.

Тьма!

Меня осенило. Конечно никакой уверенности в том, что сработает, не было. Но ведь метка, оставленная жрецами Рацех, каким-то образом истаяла! Клятва – это та же метка на энергетической оболочке. Но мне даже не обязательно принимать печать на себя. Едва Аданир сплетет символ, я, окутав себя Тьмой, разрушу печать, едва она коснется тумана.

На мгновение я закрыла глаза, призывая туман. Тончайшая дымка коснулась кожи, не позволяя силовым потокам приблизиться ко мне. Слишком тонкая, чтобы отсутствие силовых потоков можно было заметить. И увидеть ее могли лишь культисты. Аданир Адлен ничего увидеть не мог.

– Хорошо, – согласилась я, протянув ему руку.

Эрцгерцог опустился на одно колено, взял мою руку, поднес к лицу, будто собирался поцеловать. Обжигающе холодное лезвие полоснуло по запястью. Алые капли упали на траву. Аданир что-то зашептал над моей окровавленной рукой, я видела, как магические потоки сплетаются в причудливый узор, оплетают мою ладонь и… исчезают.

Закончив шептать, лорд Адлен вытащил платок и приложил к ране.

– Сейчас я все вылечу, – произнес он. – Я знаю лекарские заклинания.

– Не надо, – я резко отдернула руку, потому что прекрасно понимала, сейчас никакое заклинание на меня не подействует, а сгонять Тьму раньше времени я опасалась. – Там рана – пустяк.

– Все равно, не вернешься же ты к приему с порезом?

– Мне нельзя лекарских заклинаний. У меня… аллергия. Ужасная аллергия на ранозаживление. Я вся покрываюсь красными пятнами и три дня чешусь. Пусть само зарастает.

– В первые о таком слышу, – Аданир поднялся с колена. – В таком случае, – он закатал рукав, открывая моему взору изящный обережный браслет из тонкой белой кожи с потрясающей золотой вышивкой, – считай это подарком, – оберег соскользнул с его руки и сам переполз на мое запястье, обвиваясь, словно змея. – Теперь хотя бы заметно не будет.

– Спасибо, – улыбнулась я скорее своему удачно сработанному плану, чем Адлену, но тот, конечно, воспринял все на свой счет.

– Старый эрцгерцог Адлен, мой отец всегда отличался жестоким нравом. Он не был милосерден ни к подданным, ни к собственной семье. Казни проводились едва ли не каждую декаду. Самые разнообразные казни. Отец придумывал все новые и новые способы болезненного умерщвления своих подданных. Я видел множество казней и успел к ним привыкнуть. Я думал, что это нормально, так и должно быть. Так везде. Аристократы казнят простолюдинов. Никогда не задумывался, чем же эти люди заслужили такую смерть? Вся моя жизнь подчинялась строгой дисциплине, непослушание даже в голову мне не приходило. Так было до того, как появилась Илмира Тефриэ. Она владела магией. Могла насылать мороки, в том числе и на моего отца. Тот никогда в жизни не отпустил бы меня учиться в Аттарант. Но кое-чему я уже научился у Илмиры, потому сумел добиться этого разрешения. Жизнь в столице меня поразила. Я увидел, что простолюдины учтивы с аристократами, но при этом смотрят без страха, улыбаются и даже шутят. Никто не трепещал передо мною, сыном эрцгерцога. Я мог зайти в таверну, и народ не разбегался в ужасе, они, вообще, не замечали меня. А уж ученичество… – он вдруг умолк.

До меня стало доходить, к чему ведет Аданир. Я даже могла бы пожалеть его, но старалась держать эмоции под контролем, памятуя, что либо он, либо Дарриан…

– Ты был учеником лорда Норимэ? – предположила я.

– Да, именно, – он вытащил еще один платок и приложил к глазам. – И я до сих пор скорблю о его кончине, – а вот здесь промелькнула фальшь. Лорда Норимэ я слишком хорошо знала, знала о его пренебрежительном отношении к людям, о его скверном характере, и что-то мне подсказывало, Аданир Адлен не был в восторге от учителя. Переигрывал он, сильно переигрываал.

– Зачем же ты убил его? – мне надоело ходить вокруг да около. Хотелось поскорее услышать признание.

– Лорда Норимэ? – он удивленно уставился на меня. – Зачем же мне убивать единственного человека, что согласился меня обучать?

– Тогда в чем ты хотел признаться? Знаешь ли, меня как раз именно убийца лорда Норимэ беспокоит больше всего.

– Но я ведь совсем не о том! – вдруг разозлился Аданир. – Отец… Морок долго не продержался. Отец пришел в себя и потребовал меня назад. Уже тогда он был болен, хоть и обзавелся молодой женой, понимал, что век его скоро закончится. Отец вернул меня в Адалендир, запретив покидать город, какова бы ни была причина. У меня состоялся крайне неприятный разговор с ним, а шрамы до сих пор дают о себе знать. Показать?

– Не стоит, – ответила, слегка скривившись. – Я уже поняла, что у тебя был не самый лучший отец на свете. Но зачем ты мне все это рассказываешь? – не то, чтоб я действительно не понимала, мне хотелось поскорее закончить беседу и вернуться к Каилю.

– Затем, чтоб ты знала. Мне было за что его убивать. Я просто хотел уехать. Он не дал.

– Для чего тогда тебе потребовался некромант? Насколько я поняла, никто не собирался расследовать это убийство.

– Потому что все и так знали. Нет, в глаза меня никто не осуждал, но я слышал, как придворные шепчутся, что Аданир Адлен убил собственного отца. Даже Илмира распространяла эти слухи. За это я начал ее ненавидеть. За моей спиной она говорила, что Аданир Адлен слаб, что он будет править не стальной рукой, а мягкой лапкой. Говорила, что мне потребуется помощь. Именно тогда она придумала это прозвище, Адди. Ненавижу! – последнее он процедил сквозь зубы, а кулаки его затряслись.

– Аданир, – произнесла я, коснувшись крепко сжатого кулака, – я все поняла, можешь… – договорить он не дал.

– Дай мне высказаться! – рявкнул он. – Да, я навел на себя морок с образом Илмиры. А как еще я мог проникнуть в его спальню? Я уехал в Аттарант почти сразу, но прекрасно знал, с какими словами поминают мое имя в Адалендире. Я должен был очистить свое имя. И я поклялся юстиниарам, которые уже были готовы учинить расправу надо мной, что найду истинного убийцу. Откуда мне было знать, что он увидит мое лицо?! Откуда?! – теперь в его глазах заблестели неподдельные слезы.

У меня сложилось неоднозначное впечатление об Аданире. Если все, что он рассказал про отца, было правдой, то его вполне можно понять. Тиран эрцгерцог не сумел бы воспитать в сыне благородство. Только тщеславие и жестокость. Его поступки вызывали отвращение, я говорю о попытке обвинить во всем мачеху. Но в то же время невозможно считать его злодеем. Человек с искалеченной психикой способен на страшные преступления, но вина его делится с тем, кто его искалечил. Я не могла осуждать Аданира, не имела на то права. Но и полностью оправдать была не в силах. У него другая система морально-этических ценностей. И мне по-своему было его жаль.

– Зачем ты мне это рассказал? – холодно спросила. – Хочешь жалости с моей стороны?

– Мне нужна помощь. Я – беглец. Если Илмира явится к императору, мне конец. Я не знаю, что мне делать.

– Возможно, твоя мачеха лишь рада твоему отъезду. Зачем ей это?

– Нет, она отнюдь не рада. Я знаю, что ей необходимо уничтожить меня. Несмотря на преступление, мои дети могут претендовать на Адалендир. А Илмира… она мечтает о столичной жизни, но и доходы от Адалендира терять не захочет. Жизнь в столице дорогая, а ей потребуется самое лучшее. Она хочет передать северные владения своему роду.

– Отрекись от северного престола. Ты ведь не хочешь возвращаться. Зачем тебе Адалендир?

– А деньги? – он наивно хлопнул ресницами. – На что я буду здесь жить? Жалованье придворного – сущие гроши.

Интересное дело, если жалованье столь мало, на что же Каиль живет? Или потребности Аданира куда больше? И мой отец, будучи придворным мастером огня, никогда не жаловался на бедность.

– Сколько же тебе платят? – спросила я прямо.

– Тысячу золотом в три полнолуния. По правде я еще ни одного жалованья не получил.

Не сказать, что сумма маленькая. На жизнь хватит с лихвой. Тысячу золотых заплатил за меня Дарриан, когда я познакомила его с семьей. Но дом в столице на эти деньги не купишь и за год. В Аринкае, конечно, Аданир был бы самым богатым, но вряд ли он захочет ехать в Аринкай.

– А Каиль столько же получает?

– Почем мне знать? У Лагельда акции златобанка. И еще какие-то шелкопряды. Разве кто станет делиться такой информацией?

– Аданир, тысяча залотых – это, конечно, немного, но я не вижу иного выхода. Отрекись от Адалендира.

– Не могу, – прорычал он. – Это мой дом. Я не могу оставить все Илмире. Я мог бы предложить ей регентство, но она не согласится.

– Почему?

– Потому что сама мечтает покинуть Адалендир. Ей нужны деньги, а не жизнь там.

– Как и тебя.

– Да!

– В таком случае я не знаю, как тебе помочь, – я слезла с качелей и собиралась уйти, но Аданир удержал меня, взяв за руку.

– Постой, – его рука скользнула к плечу, – не оставляй меня, – тихо произнес он, – не оставляй… – он опустил глаза, словно осознав тщетность просьбы.

– Я попробую… – выдавила через силу, потому что пробовать мне ничего уже не хотелось. Со своими проблемами бы разобраться.

Аданир вдруг резко прижал меня к себе, так крепко, что ни вдохнуть, и прошептал:

– Спасибо.

Глава 16

Когда я вернулась вниз, Каиль рвал и метал. Аккуратная коса растрепалась, синие пряди падали на лицо, а в глазах разыгралась буря.

– Где ты была?! – проревел он, едва мы с Аданиром появились в зале.

– Ты спал. Я не стала тебя будить, – я постаралась придать голосу как можно больше спокойствия.

– Где ты была?! – повторил он, чеканя слоги, зловеще нависая надо мной. Вид его был настолько ужасен, что я невольно взяла эрцгерцога за руку.

– Каиль, я тебе все расскажу после приема. Обещаю.

– Ты была с ним? – мастер воды бросил пылающий взор на Аданира.

– У нас был приватный разговор. Прекрати истерику, лорд Лагельд, – произнес эрцгерцог, а после обернулся ко мне. – Пройдем в зал танцев?

– Нет, Аданир, это развлечение не по мне, – ответила, высвободив руку и подойдя ближе к Каилю, оказавшись, таким образом, между ними.

– Ты за это ответишь, Адлен, – прошипел маг воды.

– Да как ты смеешь, – прошипел в ответ Аданир. – Забыл, кто перед тобой?!

– Я вызываю тебя на дуэль, Адлен, – Каиль потер свои руки, задрал рукава, обнаружив, что перчаток на нем нет, а затем вдруг схватил какого-то лакея, стянул с его руки перчатку и швырнул в эрцгерцога. Я еле успела отскочить, чтоб перчатка в меня не попала.

– Вызов принят, – спокойно произнес Аданир. – Когда и где?

Мне на плечи опустились чьи-то руки. Я вздорогнула, но никак не могла вывернуться, чтобы посмотреть, кто этот наглец.

– Сейчас, – произнесли прямо у меня над ухом, но достаточно громко, чтобы понять, реплика относится не ко мне, а к предполагаемой дуэли между магами. – Мастер воды против мастера огня, – произнес незнакомец. – Освободите место для боя и поставьте купол, чтобы не задеть гостей, – а затем уже тихо, что слышала только я. – Мне начинает нравиться этот вечер.

Я, наконец, вывернулась из-под навязчивых рук, хотела возмутиться такой наглостью, но опешила, увидев лицо императора. Надо было что-то сказать, что там по этикету полагается? Но у меня все словесные конструкции рассыпались в пыль.

Люди начали расступаться, образуя круг. Император взял меня за руку и повел за собой. Я хотела возразить, прекратить все это и примирить Каиля с Аданиром, но была не уверена, можно ли препятствовать распоряжению самого императора.

– Я весьма о тебе наслышан, – произнес Исентиар Второй совсем тихо. – Правда, что в западном полушарии есть жизнь?

– Там есть растения и животные, но нет людей, Ваше Величество.

– Потрясающе. У меня есть идея основать там колонию. Как ты на это смотришь?

– А почему Вас интересует мое мнение?

– Ай, как не хорошо отвечать вопросом на вопрос, – мне стало неудобно, но император вдруг рассмеялся. – Но мне нравятся твои манеры.

– Ваше Величество, боюсь, я просто недостаточно компетентна в вопросе колонизации западного полушария.

– Брось, дорогая, ты единственная за последнюю тысячу лет, кто побывал там. Это даже интереснее, чем Кадаф, хотя о нем я тоже хотел бы послушать. Но не сейчас, конечно. Чуть позже я хотел бы иметь с тобой приватную беседу, если, конечно, лорд Лагельд не вызовет после этого меня на дуэль, – усмехнулся император.

– Не думаю, что он посмеет.

– О, ты плохо знаешь Лагельда, Аллиэнн.

От упоминания настоящего имени меня словно молнией прошибло. Хотя глупо было бы думать, что императору неизвестна вся эта история. Ведь, по словам Гамигина именно он послал Каиля Лагельда, чтобы тот вонзил в меня ашхсит.

– Мне тоже нужно поговорить с Вами, – произнесла я.

– О заговоре? – произнес он это, словно речь шла о какой-то совсем незначительной мелочи.

– Откуда?.. – он не дал договорить.

– Придворные все время плетут заговоры, – отмахнулся император.

Тем временем маги создали защиный купол над свободным пространством, которое теперь служило ареной. Аданир и Каиль стояли напротив друг друга.

– Они ведь не насмерть будут биться, – испугано спросила я.

– Надеюсь, что до этого не дойдет, – ответил император. – Смерть эрцгерцога не входит в мои планы.

– А Каиль?

– О, неужели ты считаешь, что мальчишка способен причинить вред лорду Лагельду? Каиль только прикидывается идиотом, ему ни к чему устраивать кровавую бойню и портить мне праздник.

Мне же совсем не шуточным казалось настроение мастеров воды и огня. Пока они только взглядом испепеляли друг друга, но в их лицах читалась неприкрытая ненависть.

Император поднял руку вверх и раздался гонг, оповещающий о начале битвы.

Некоторое время маги продолжали стоять, пронзая друг друга взорами, полными ярости. Каиль вдруг улыбнулся и без каких-либо заметных манипуляций вызвал гром. Аданир вздрогнул, хотя ничего не произошло, отступил назад, я видела, как он выплетает из силовых линий какое-то сложное заклинание. Вокруг мастера огня заплясало пламя. Это напоминало защитный круг, пламя доходило ему до пояса. Лорд Адлен хищно улыбнулся, решив, что заклинание Каиля не удалось, превратившись лишь в громкий хлопок.

Каиль демонстративно сложил руки на груди. Взгляд стал спокойным и уверенным, словно и пьян он вовсе не был. И тут я заметила, что пол под куполом блестит от влаги. Пока он стал просто мокрым, но, кажется, вода прибывала, не выплескиваясь при этом из круга. Послышалось шипение от огненного щита Аданира. Тот сделал шаг в сторону, шипение стало громче. В светло-голубых глазах эрцгерцога появилась растерянность.

– Маги вправе использовать любые методы во время дуэли, кроме обыкновенного оружия, – шепнул мне император. – Кажется, эрцгерцог сейчас призовет сущность. Иначе он рискует утонуть.

Вода, действительно, прибывала, и уже доходила обоим магам до щиколоток. Пламя Аданира шипело и грозило погаснуть. Эрцгерцог яростно сверкнул ледышками глаз, огненный круг вдруг разомкнулся, вытянулся в струну и завращался с бешеной скоростью, иссушая все пребывающую воду. Магов заволокло паром. Огненный вихрь ринулся на Каиля, но был остановлен взмахом руки, а следом на Аданира сверху хлынул поток воды, примерно такой же, как тот, что охраняет вход в жилище Лагельда.

Эрцгерцог не успел защититься, вода промочила его камзол насквозь, с волос текло ручьем. Он снова вызвал пламя, примерно так же, как это делаю я, чистой силой. Огненный поток рванул на Каиля, но маг воды успел выставить щит, и его самого не задело пламенем, лишь снесло ударной силой, прижав к ограждающему куполу.

У меня сердце колотилось бешено, а воздуха не хватало. Мне казалось, что одна единственная ошибка будет стоить кому-либо из них жизни. Слишком опасные силы они используют.

Каиль, тем временем, погасил пламя, но уже не улыбался, обрушивая на Аданира волну, которая помимо воды несла в себе осколки льда. Эрцгерцог не устоял на ногах, вокруг него мелькнули искры, заставляющие расплавиться острые ледышки, грозившие впиться в тело мастера огня.

Вспыхнула молния, но Аданир успел отвести удар, снова вызвал пламя, направив на Каиля. Совершенно бесполезное пламя, когда повсюду вода.

Под куполом основательно разыгралась гроза. Самая настоящая, с громом, молнией и ливнем. Аданир уклонялся от разрядов, метал огненные шары, но те не достигали цели. Уровень воды поднялся до колен. Кажется, маг воды решил попросту утопить оппонента.

Аданир топнул по воде, заставив ту забурлить. Снова повалил пар. Я испуганно вдохнула и затаила дыхание. Мне показалось, что Каиль сейчас сварится в кипяте. Но мастер воды вдруг подпрыгнул, прекратил дождь, а вода под его ногами вдруг замерзла. Теперь Каиль стоял на твердой поверхности.

Я видела четкую линию, где кипяток превращался в лед. И граница постепенно сдвигалась в сторону лорда Адлена. Вскоре ноги Аданира сковало льдом, и он уже не мог сдвинуться с места.

Теперь все пламя эрцгерцога было направлено на то, чтобы освободиться, но лед плавился крайне медленно. Ни на что другое Аданиру сил не оставалось.

Каиль выпустил еще одну волну, сбившую эрцгерцога, заставившую провалиться под лед. Аданир оказался полностью под замерзшей водой, затем все же вспыхнуло пламя на короткий мир, лорд Адлен вынырнул, сделал вдох, и его снова утянуло на дно, а вода покрылась тонкой коркой. Вспышка повторилась, Аданир снова вдохнул, но уровень воды все поднимался.

Победа Каиля была очевидна. Мастеру огня нечего было противопоставить ледяному плену. Ему едва хватало сил, чтобы дышать.

– Прекратите это, – попросила я императора.

И тот уже собирался поднять руку, как вдруг раздался взрыв, Аданир вырвался, буквально взлетел, и что-то бросил на лед. Я не могла разглядеть, что именно из-за обилия пара.

Внути купола все заволокло темнотой. Послышались нечленораздельные крики, в которых невозможно было вычленить отдельный голос. Кажется, они оба кричали.

Когда черный дым начал рассеиваться, стало видно, что под куполом появился кто-то еще. Какая-то фигура в черном камзоле нависла над лежащим на ледяной поверхности Каилем, Аданир распластался у противоположной границы арены.

– Вот и все, Лагельд, – послышался сдавленный возглас Аданира.

– Что за… – произнес император, поднял руку, раздался гонг, но маги и не думали останавливаться. Точнее маги-то оба беспомощно лежали, останавливаться не думала фигура, склонившаяся над мастером воды.

Из-за не успевшей полностью развеяться черноты я не могла разглядеть, кто это или что? Но чувствовала, как от него исходит угроза. Страшная, смертельная угроза. И он был так близко к Каилю, еще мгновение и все, конец!

От волнения я впала в полутранс, на уши давила барабанная дробь моего собственного пульса, а перед глазами вместо реального мира заплясали силовые потоки. Я видела линии Аданира, почти иссякшие, и разрозненные силовые потоки Каиля, а еще знакомую сеть, оплетавшую лиловыми лучами фигуру незнакомца.

– Демон! – выкрикнула я. – Там демон!

Толпа аристократов, наблюдавшая за происходящим кошмаром, охнула, послышались шепотки, я поймала удивленный взгляд императора.

Нужно было срочно действовать, иначе неизвестно, что натворит сейчас демон. Я хотела было сжать силовые потоки чужака, но не могла дотянуться. И тогда призвала Тьму.

Серебристый туман потянулся к заграждающему куполу, легко проник внутрь, разрушив целостность защиты, и ледяная вода хлынула на растерянных аристократов. Они бросились врассыпную, а я продолжала заставлять Тьму поглощать магию.

Силовых потоков не осталось, вместе с ними и темнота вокруг магов истаяла, позволяя разглядеть демона. Длинные черные скрывали его лицо, но было в нем что-то неуловимо знакомое. Я знала этого демона.

В крови разгорелось пламя. Ослепительная ярость обожгла внутренности, и я выкрикнула:

– Артхаэн!

Демон вздрогнул и резко обернулся ко мне, сверкнув кровавым взором.

– Я должен… – через силу выдавил он из себя. – Уходи! Быстро!

– Арт, не смей!

Он резко выпрямился, повернулся ко мне и с присущей лишь демонам интонацией прошипел:

– Или он, или ты. Уйди!

Лишенного магии демона не сложно поймать, имея даже минимум заклинаний в арсенале. Все равно, что справиться с простым смертным. Я использовала сеть, простенькое плетение, способное обездвижить противника. Мне пришлось отозвать туман, чтобы магия подействовала. Хватило одного лишь мгновения. Арт не сумел дотянуться до возвращающихся потоков и повалился навзничь, опутанный невидимой паутиной.

– Что это было? – спросил император.

– Я призвала Тьму и разрушила всю магию.

– А этот… он кто?

– Демон, то есть теор. Энкелат Артхаэн. Я не знаю, почему он появился здесь. Но сейчас он не опасен.

– Надеюсь, что не опасен, – произнес император, а затем добавил. – Это был лучший прием в моей жизни, – и расхохотался.

Я огляделась и поняла, что в зале уже никого нет. Не было слышно ни музыки, ни светских бесед в соседних залах.

– Кажется, гости покинули Вас.

– Да и мрак с ними, – махнул рукой император.

Каиль уже пришел в себя, поднялся на ноги и тщательно оттряхивал камзол. Безуспешно отряхивал, презрительно глядя на скованного Артхаэна.

– Что за дрянь ты сотворил? – он взглянул на все еще лежащего и совершенно мокрого Аданира.

Эрцгерцог хранил молчание, а я не знала, что можно говорить в присутствии императора, а что нет. Несмотря на откровенную глупость Аданира, я не желала ему зла. А какое наказание грозит за вызов демона в императорском дворце, я понятия не имела. Так же я не могла знать, понял ли император, что произошло?

Исентиар Второй приблизился к эрцгерцогу, подал тому руку и помог подняться. Аданир выглядел испуганным, жалким и несчастным. Он, действительно, был еще мальчишкой, и теперь с него слетела вся его надменность. Вода текла с него ручьем, он дрожал от холода так, что слышался стук зубов, а лицо казалось заплаканным.

– Что же ты натворил, эрцгерцог… – это был не вопрос, скорее, досада императора. Аданир потупил взгляд, уставился на мокрый пол.

– Простите, Ваше Величество, – пробубнил парень.

– Совсем не это желал я услышать, – император покачал головой. – Сможешь сам себя высушить?

– Ваше Величество, – вмешалась я, – он лишен магии, – несомненно, магические потоки возвращались, но их было явно недостаточно, чтобы лорд Адлен хоть немного согрелся.

– В таком случае тебе дадут возможность привести себя в подобающий вид. А после я жду тебя в кабинете, – император обвел взглядом и меня, и Каиля, и даже демона. – Всех вас жду в кабинете, – с этими словами император удалился.

Аданир тут же переменился в лице, в глазах мелькнуло пламя, чтобы тут же погаснуть.

– А когда магия вернется? – спросил Каиль.

– Скоро, можешь не волноваться, – я присела рядом с лежащим на мокром полу Артхаэном. – Кажется, ты больше не желал меня видеть? – спросила и хищно ухмыльнулась.

– Ты все неверно поняла, – ответил он, потом пристально заглянул мне в глаза. – Я не вижу, потому что ты отняла магию?

– Не видишь? – его взгляд отнюдь не походил на слепой.

– Не чувствую… потребности.

– Какой еще потребности? – удивилась я.

– Развяжи меня. Я больше… хотя не стоит.

– Арт, я тебя совсем не понимаю. Ты бросил меня в Лэнге! Ты сжег мои волосы!

– Так было нужно. Я все объясню. Если смогу.

– Вы были знакомы? – послышался голос Аданира.

– Теперь это не имеет значения, – ответила, стараясь не выдать грусть. – Лорд Адлен, зачем Вы призвали демона?

– Я не хотел, – произнес он дрогнувшим голосом. – Это вышло случайно.

Мне показалось, что он хотел сказать, что-то еще, но тут в зал вошли слуги, целая делегация челяди. Они увели сначал эрцгерцога, затем Каиля, а после аккуратно подняли Артхаэна. Я ослабила путы, чтобы он мог хотя бы идти. Демон удовлетворенно кивнул мне, и ушел, ведомый под руки двумя служанками.

Мне же не требовалось переодеваться, благодаря особым свойствам моего наряда, даже ноги не промочила. Отдых мне так же не был нужен, я ведь не участвовала в битве. Вот, потому сопроводили меня прямиком в кабинет императора.

Обстановка, где предпочел принимать нас монарх, мне понравилось. Помещение не давило громадными размерами, как это принято во дворцах. Небольшое помещение и Т-образный стол, во главе которого восседал сам император. Здесь не было ни ярких цветов, ни обилия золота. Весьма скромно оформлено, но, в то же время, дорого и со вкусом. Светлое дерево и стены, обитые темно-коричневым бархатом.

Служанка подала холодный чай с пирожными. Мне очень понравился напиток, больше походивший на лимонад. Каиль, как истинный любитель всевозможных чаев, наверняка бы оценил.

– Очень хорошо, что я могу поговорить с тобой до того, как приведут магов. Мне бы хотелось знать о демоне, что явился сюда. Ты ведь можешь рассказать?

– Разве Вам можно отказать, Ваше Величество?

– Разумеется, нет, – усмехнулся он.

– Артхаэн участвовал в пленении Гамигина. Тогда он исполнял роль аркелата, но таковым не является. Артхаэн – не высший теор, он носит титул энкелат.

– Подожди, я что-то совсем ничего не понял. Аркелат, энкелат – это, вообще, что? Лорд? Герцог?

– Сложно перевести их титулы на наши понятия. У теоров это не только титул, а, скорее, биологический вид. Высшие теоры могут посещать наш мир. Артхаэн этого делать по своей воле не в силах. Для них чистота крови – это не просто общественная норма, а необходимость. Я не очень сама понимаю, да и к делу это отношения не имеет.

– Мне знаком лишь экхар Кроцелл. Насколько я понял, он правит Кадафом.

– Так и есть, но у власти там стоит триумвират. Помимо экхара Кроцелла, есть еще аркелатесса Ллеандра и церфит Кассион. Это высшие теоры.

– Это ведь, действительно, Аданир его призвал? Но как? Неужели он имеет власть над демонами?

– По всей видимости, имеет. Но мне кажется, лучше спросить его самого.

– Хорошо, – он отставил чашку и потянулся. – А теперь я хотел бы поговорить о другом. Лорд Эрсиэ… я знаю, что он невиновен. Но, тем не менее, приговор ему вынесен. Если я оставлю убийство придворного мага без внимания, у моих врагов появится преимущество. Заговор, о котором ты догадываешься, далеко не единственный. Несмотря на все мои усилия, многие недовольны нынешнем правлением. У них есть на то основания. Асшийская Империя на пороге гражданской войны. Один неверный шаг, и она начнется. Аристократы, особенно в провинции, недовольны. У многих есть поддержка Ордена Света и других подобных структур. Пока я опираюсь на культ Тьмы, он позволяет держать магов под контролем. Но война – это не только маги. Я не могу сейчас обвинить во всем Аданира Адлена, мне нужен север. И не могу допустить, чтобы меня обвинили в слабости или коррупции. Чем дольше я тяну с казнью, тем уязвимее становлюсь. И если придется делать выбор между жизнью одного магистра и смутой в Империи, мой выбор очевиден.

– Ваше Величество, я найду настоящего убийцу.

– Им не должен стать Аданир Адлен. И дело совсем не в его родственных связях. Мне нужен север, Аллиэнн.

– Но я и не подозревала Аданира.

– Даже после сегодняшней выходки?

– Мне казалось, я знаю его. Он не мог… – я замялась, вспомнив, что эрцгерцог поведал в зимнем саду.

– Илмира Адлен не сможет удержать север. Там царят патриархальные нравы. Эрцгерцогиня никуда не годится.

– Странно… – удивилась я, – мне она говорила совсем иное.

– Она тщеславна и невежественна. Северу нужен Аданир Адлен.

– Вы знали о древнем оружии? Об урановых монетах, что нашли в шахте, обозначенной на карте Ордена Света?

– Нет, – император приподнял бровь. – Откудя тебе это известно?

– Шахтой заправлял лорд Норимэ.

– Любопытно.

– Я еще не до конца все выяснила, но подозреваю, что убит он был именно по этой причине.

– Ты видела эту шахту?

– Нет, но мы как раз собирались туда отправиться. И мне нужно, чтобы Дарриан Эрсиэ поехал с нами.

– Это можно устроить. Как гвардеец ты имеешь право перевозить заключенного. Напишешь письменное прошение сегодня же.

– Дарриан мог бы лучше рассказать о древнем оружии. Когда-то оно уничтожило прежнюю цивилизацию. Оно очень опасно. Орден Света хранит знания о нем. Они до сих пор пользуются древними технологиями. У меня есть подозрение, что и оружие у них есть. Но заговор устроили не они. У них украли карту.

– Откуда ты так много знаешь об Ордене?

– Адепт Ордена – наш пленник, – призналась я.

– Ох, леди Аллиэнн. Орден Света не простит такого проступка. И так как это законная организация, я должен принять меры. Но не буду. Пока не буду. Надеюсь, Вы урегулируете этот вопрос. Желательно бескровно, а не как в прошлый раз.

– Я не причиню вреда Раддану, он уже и так…

– Раддан?! – перебил меня монарх. – Вы пленили мага из Ордена?!

– А что в нем особенного? – пожала я плечами.

– Мне нравится твоя непосредственность, Аллиэн, но Раддан не тот человек, который оставит тебя в покое. Просто прими к сведению.

Совершенно бесцеремонно, без доклада и элементарного стука в дверь в кабинет ввалился Каиль. В руке он сжимал бутылку с прозрачной жидкостью, и что-то мне подсказывало, в сосуде явно не вода.

– Ваше Величество, – он отсолютовал бутылью и сделал несколько жадных глотков.

– Присаживайся, Каиль, – невозмутимо ответил император.

Мастер воды плюхнулся рядом со мной, растрепал мне волосы и со звоном взгромоздил бутылку на стол.

– Твое поведение меня пугает, – шепнула ему.

– Я просто волнуюсь, – ответил он так же шепотом. – Я всегда волнуюсь в присутсвии Его Императорского Величества, – монарху он поклонился, не вставая со стула.

– Не обращай внимания, Аллиэнн, – произнес император, – лорд Лагельд всегда идиотничает при мне. Он вовсе не пьян, но ему нравится таковым притворяться, – я удивленно посмотрела на монарха. – Просто ты еще плохо знаешь моего мастера воды.

– О, у моей невесты еще будет время узнать меня, – Каиль собственнически положил руку на спинку моего стула, типа обнял.

– Если ты и дальше будешь демонстрировать свои дурные качества, боюсь, у тебя не будет невесты, – усмехнулся император.

– Лорд Лагельд несколько торопит события, – я обернулась и скинула руку Каиля. Он посмотрел на меня, сдвинув брови и звучно выдохнув носом, но руку убрал.

– Что послужило началом конфликта с эрцгерцогом?

– Не что, – ответил Каиль, – а кто. Он грязно домогался Дайренн.

– Ваше Величество, Каиль преувеличивает. Очень сильно преувеличивает, – я одарила его ледяным взором.

– Ясно, – ответил император. – То есть, конфликт не имеет отношения к делу. Это радует. Аллиэнн рассказала мне о древнем оружии, заговоре и о том, что у вас в плену маг из Ордена. Можешь что-то добавить?

– Да, Ваше Величество. Проблема в том, что демон и этот адепт Ордена находятся у меня дома. Можно ли выделить отдельное жилье для демона и воспользоваться пыточной для адепта? А то, знаете ли, не люблю посторонних людей видеть в своем доме. К тому же этот демон, вообще, живет в гардеробной. Надоело мне до жутиков!

– Демон? – император удивленно приподнял бровь. – Еще один?

– Да, этот, как его, Ареан, – произсен Каиль. – Он свою подружку потерял и ко мне зачем-то приперся.

– Почему ты умолчала о демоне? – монарх повернулся ко мне.

– Это не столь важно, хотя и имеет отношение к делу. Ареан связан клятвой со жрецами Рацех, а те, в свою очередь, заставляли его убивать. Он не может ничего рассказать из-за этой клятвы. Но, кажется, я уже знаю, как решить проблему.

– Зачем ты его выгораживаешь? – зло произнес Каиль. – Нашему Величеству следует знать, что именно Ареан убил Норимэ.

– И почему же ты не сказала? – взгляд императора стал таким острым, что мне едва ли не больно сделалось, но я вытерпела столь пристальное внимание.

– Да потому что он даже не знал, кого убивает. Ареан – исполнитель, но кто-то ведь организовал все это? Кто-то вызвал жрецов Рацех, а те уже поставили метку на лорда Норимэ и отправили Ареана его убить.

– Да уж, – протянул император, – самое любопытное ты утаила. Коварство женщин не знает предела. Меня удивляет, что при желании оправдать лорда Эрсиэ, ты не попыталась предъявить правосудию истинного убийцу. Неужели жизнь Дарриана Эрсиэ для тебя не столь ценна, как жизнь этого демона, которого и казнить-то я не могу?

– Дело не в этом. Даже если Вы сумеете осудить за убийство демона, мы никогда не узнаем, кто за всем этим стоит. Что стоит призвать другого демона и все повторить? Как мы сумеем раскрыть заговор?

– Не лишино логики. А почему я никогда не слышал об этих жрецах? Это какой-то новый культ? – поинтересовался монарх.

– Потому что существуют они не в нашем мире.

– Кадаф, – произнес император.

– Кадаф – лишь один из городов. Насколько я поняла, Ареан из Шаб-Квахера. Милина упоминала этот город.

– Ты не хочешь составить карту потустороннего мира? Так хорошо о нем знаешь, – усмехнулся правитель.

– Не так уж и много. Просто запомнила название. Я никогда не была нигде, кроме Кадафа, – потом вспомнила, что это не так. – Ну, в Лэнге еще, цитадель С’Ньяка, – потом еще вспомнила. – И в Киш-Зкауба чуть-чуть, там келаты живут. А больше нигде не была.

– Милая Аллиэнн, тебе впору книгу писать о своих приключениях.

– Вот, как только они закончатся, непременно напишу, – буркнула в ответ. Подобное внимание, конечно, льстило, но в то же время неимоверно смущало. Я не считала свои приключения такими уж героическими, да и заслуг себе никаких не приписывала. Просто стечение обстоятельств. Не слишком-то приятных обстоятельств, если уж вспомнить подробности.

– Аданир Адлен тоже вызвал демона, не так ли? – напомнил монарх.

– Насколько я понимаю, это не сложно. В доме лорда Норимэ мы нашли странную бутылку, которая перенесла нас в Киш-Зкауба. Это было, когда мы вернулись из Адалендира. Возможно, Аданир нашел нечто подобное. Лорд Норимэ наверняка оставил записи, амулеты.

– А ты не думала, что Адлен и до этого владел этим искусством? – произнес Каиль. – Что, если именно он все затеял?

– Слишком глупо, – резюмировал император. – Аданир не настолько безрассуден, чтобы использовать то же оружие, каким уничтожил Норимэ. Да и зачем ему было убивать мастера огня? Тот был его учителем. Я доверяю Аданиру. Интересно, скоро он явится?

– Он принимает ванну в выделенных ему покоях, – издевательским тоном произнес Каиль.

– Демон не сбежит? – поинтересовался у меня император.

– Надеюсь, что нет. Я еще не слишком разобралась с действием Тьмы.

В дверь постучали, затем появился лакей с измученным лицом, церемонно раскланялся, а после произнес:

– Эрцгерцог Адалендира Аданир Адлен просит принять.

– Пусть войдет, – махнул рукой император.

Лакей снова принялся бить поклоны, пятясь к выходу.

– Ваше Величество, – показалась лохматая голова Аданира, – можно? – его взгляд не отрывался от пола. Выглядел он до невозможного виноватым.

– Входи, Аданир, – разрешил монарх.

Эрцгерцог прошел, втянув голову в плечи и сел напротив меня. В глаза он не смотрел никому из нас.

– Ваше Величество, я не хотел, – произнес он. – Я не вызывал лорда Лагельда на дуэль. Но я не мог не ответить на вызов.

– Демона зачем призвал?

Аданир не ответил, все так же глядя в стол. Мне его даже немного жаль стало. Будто его бить тут будут.

– Аданир, – обратилась к нему я, – что ты использовал?

– Камень, – ответил он, – обычный камень. Я метился в Лагельда, но…

– Хочешь сказать, ты случайно вызвал демона? – прищурился император. Мне не понравился столь провокационный вопрос. Он ведь сам подсказал, что нужно ответить.

– Да, – ответил лорд Адлен, коротоко взглянув на монарха, – Ваше Величество, я никогда бы не посмел, но слишком испугался, что Лагельд утопит меня в ледяной воде.

– Я знаю, – улыбнулся император.

Не могу сказать, что почувствовала ложь в словах Аданира, но в его поведении мерещилась фальш. Слишком наигранное чувство вины, слишком цепко он ухватился за версию императора. Я никак не могла понять, что именно насторожило меня. Но речи Аданира не увязывались с увиденным. Опасаясь смерти бросить простой камень? Я бы на его месте использовала весь свой резерв, самую страшную магию, на какую только способна, а тут – камень. Это не менее глупо, чем осознанно вызвать демона.

– Ты знаешь этого демона? – спросил Каиль. – Почему именно он пришел? – этот вопрос, по правде, хотела задать я.

– Я ты у меня не допытывайся, – прошипел Аданир, – Это все из-за тебя!

– Прекрати, Аданир, – рыкнул император, – Речь сейчас не о Лагельде. Так ты знаешь этого демона?

– Нет, я ни с кем не знаком из Кадафа.

– Врешь! – прорычал Каиль. – Ты знал ту девчонку, Милину. Она ночевала в твоей палатке! Знаешь, что демон сделает с тобой, когда узнает?

– Обойдись без угроз, Каиль, – осадил его монарх.

– Милина не демон, – пояснила я.

– Ох, пожалуй, хватит, – вдруг произнес император. – Я слишком устал. Давай закончим на этом. Мне есть о чем подумать, а обилие свалившейся на меня информации должно занять свое место в голове.

– А как же демон? – спросила я.

– Пусть побудет до завтра в катакомбах.

– Ваше Величество, энкелат Артхаэн исполнял обязанности аркелата во время пленения Гамигина. Мы не можем так обращаться с ним. Это грозит обострением отношений с Кадафом, – выпалила я на одном дыхании.

– С Кадафом? – усмехнулся император. – Ты говоришь так, будто это соседнее государство, а не другой мир. Какие у нас могут быть отношение с Кадафом? Мне нет дела до демонов.

– На дне океана расположен портал. Кроцелл и высшие теоры могут беспрепятственно проникать в наш мир. Это большой риск.

– Не больше, чем оставлять на свободе существо из иного мира.

– Его магия нейтрализована Тьмой, но я не уверена, что это продлится достаточно долго. Как только он обретет свою силу, то без проблем вырвется откуда угодно. Артхаэн очень силен.

– Учитывая твое тесное знакомство с ним прежде, могу позволить тебе забрать его. Но если этот демон учинит беспорядки или убьет кого-нибудь, отвтетственность на тебе. А теперь все свободны.

Окончание беседы мне не понравилось. Император хотел поскорее от нас отделаться. Это очевидно, но неужели он так резко почувствовал усталость, едва Аданир явился?

Каиль галантно помог мне подняться, а эрцгерцог продолжал сидеть, следя боковым зрением за нами обоими. Мы покинули кабинет, свершив пологающиеся по этикету действия, но лорд Адлен так и не вышел.

Мне до чесотки любопытно было, о чем император будет с ним разговаривать, но из-за двери не доносилось ни звука. Конечно, я бы попробовала применить магию, усилить себе слух или прощупать защиту кабинета, но к нам уже приблизились слуги, собиравшиеся незамедлительно препроводить нас к выходу.

Едва я хотела потребовать, чтобы нас отвели к Артхаэну, как ту же к нам приблизился один из придворных и сообщил, что готов сопроводить меня к демону. Одну.

– Я иду с ней, – решительно произнес Каиль.

– Простите, лорд Лагельд, но Его Величество велел допустить к демону только леди Эрсиэ.

– Каиль, я ненадолго. Возьми экипаж и жди у ворот. Пожалуйста.

Мастер воды фыркнул, выражая всем своим естеством неудовольствие, но подчинился. Уж не знаю, внял он моему увещеванию или просто осознал, что с приказом императора спорить не стоит.

– Только не вздумай привести ко мне в дом еще одного демона, – буркнул он, уходя.

Интересно, куда мне еще его вести?

Как и следовало ожидать, катакомбы распологались под дворцом, но не там же, где содержались заключенные, под сторожевой башней, а под самим дворцом.

– Мое имя Киррен аш’Адлен, – представился мой провожатый. – Я новый глава имперской гвардии.

Удивительное совпадение. После смерти одного из родственников мачехи эрцгерцога пост отдан незаконнорожденному из рода самого эрцгерцога. Любопытно было бы расспросить, как так вышло, но не задашь ведь вопрос напрямую. Префикс аш’ означает женскую линию рода. Я и сама после смерти отца носила фамилию аш’Керен. Но чаще такое бывает, когда женщина рожает ребенка без мужа, давая свою фамилию, или же когда мужчина не знатного рода. В таком случае мать, скорее всего, захочет сохранить дворянство, а потому фамилию не меняет, но дети не наследуют дворянского титула. Чаще случается, конечно, первое. Отец тогда считается неизвестным, и дворянство у наследника сохраняется.

– Очень приятно, лорд аш’Адлен, – я намерено обратилась к нему по титулу, который он не назвал, чтобы хоть немного вынудить его поделиться информацией.

– Господин аш’Адлен, – поправил меня провожатый. – Я не дворянин.

– Не знала, что этот пост может занимать простолюдин, – пожала я плечами.

– Да, это так, – ответил мужчина. – Но, поверьте, я получил вполне аристократическое воспитание. Титул – вопрос лишь правил наследования.

– О, у меня и в мыслях не было упрекнуть Вас в неподобающем воспитании. Не знала, что у эрцгерцога есть родственники в столице.

– А как же им не быть? Все аристократы так или иначе имеют общую кровь. В этом как раз нет ничего удивительного.

А ведь, и вправду, аристократические семьи так или иначе имеют не просто общую кровь, но и непосредственно связаны с правящей династией. Нынешний император не имеет прямых потомков, а значит, в случае его смерти трон перейдет к ближайшему родственнику. Жаль, я не слишком прилежно изучала династические древа влиятельных родов Империи. Ведь логично было бы предположить, что заговор против монарха мог устроить именно его наследник.

Господин аш’Адлен довел меня до массивной двери, окованной серебром. Существует поверье, что этот металл способно оградить от злых духов и других сверхъестественных сил. Нет, оно, конечно, используется в некоторых алхимических процессах, но серебряная дверь никому вреда не причинит.

– Дальше я не пойду, – мой провожатый отодвинул засов, а потом вручил мне ключи. – Мне не велено, – пробурчал он под нос, хотя понятно было – он просто боится. – Следующую дверь ключиком откроете. Цепей на демоне нет, так что осторожнее.

– Я знаю этого демона, – ответила, – не волнуйтесь, – а после прошла внутрь.

В коридоре оказалось совсем темно, потому я выпустила светящийся шар, чтобы иметь больше шансов попасть в замочную скважину.

Когда я открыла дверь, не сразу заметила Артхаэна. Комнатка освещалась одной свечой с подрагивающим огоньком. Свечка стояла на столе, а у противоположной стены находилась кровать, и я не сразу поняла, что это вовсе не перина, а сам демон лежит лицом вниз на голой доске.

– Арт, – позвала я тихо, войдя внутрь.

Он встрепенулся, резко принял сидячее положение, его красные глаза чуть мерцали в полумраке. Арт откинул назад длинные волосы. Они у него еще сильнее отросли, а вся его фигура казалась тонкой, изяшной и какой-то нереальной.

– Зачем ты пришла? – прошипел он.

– Чтобы спросить. Может быть, объяснишь мне, что происходит?

– Нам нельзя больше видеться, – он отвел взгляд, но затем вдруг снова пристально уставился на меня.

– Да в чем дело?

– Метка, – удивленно выдохнул он, поднялся, подошел ко мне и внимательно осмотрел. – Ее нет? – выражение лица приоблрело глупый вид.

– Жрецы Рацех, – догадалась я. – Ты ведь об этом?

– Но как? – он провел рукой по моим волосам, коснулся плеча.

– Не суть, Арт. Лучше сам объясни все.

– Прости меня, – вдруг произнес он. – Я должен был объясниться, но слишком боялся.

– Так хоть теперь объяснись!

– На тебе была метка. Знаешь, что это означает?

– Приблизительно. Ареан хотел меня убить, но ты тут причем? Это ведь только для низших демонов.

– Я – энкелат, – произнес он так, будто это все объясняло. – И это было мое первое убийство. То самое, от котого нельзя отказаться.

– Арт, но разве энкелаты относятся к низшим демонам?

– Не мхирут, конечно, – усмехнулся он. – Но и не высший. И я так же попадаю под влияние жрецов. Сопротивление их воле крайне болезненно.

– Почему я раньше ничего об этом не знала?

– Потому что тогда это не имело значения. Но после того, как ты покинула Кадаф, я отправился к жрецам. Мне нужно было обрести хоть какое-то равновесие. Они могли выполнить любое желание, после двух заданий. Знаешь, что я пожелал? – он приблизился, и его дыхание обожгло, но не теплом, а ледяным холодом. От этого мороз по коже прошелся.

– Меня? – испуганно спросила.

– Наивная, – усмехнулся Арт. – Я пожелал забыть тебя. Ты знаешь правила? Первое – обязательно. Я должен был убить первого, кого встречу с меткой Рацех. Угадай, кого я встретил? – улыбка его стала хищной.

– Поэтому ты бросил меня в Лэнге?

– Я знал, что ты выживешь. Ты ведь почти бессмертна. А в Лэнге тебе грозил лишь холод. Неприятно, но не смертельно. Еще раз прости.

– И гадостей наговорил… – глаза стали влажными. – И прядь мою сжег…

– Очень трудно сопротивляться воле жрецов. Особенно это касается первого убийства. Второе совершаешь уже по своей воле. Если не передумал.

– Но теперь нет никакой метки?

– Теперь я собственной магии даже не ощущаю. Что со мной?

– Тьма. Я лишила тебя магии Тьмой. Она же избавила меня от метки. А ты не можешь расторгнуть этот договор со жрецами?

– Только выполнив первое убийство. Кто-то призвал меня, чтобы я это сделал. И теперь метка на том светловолосом маге.

– Каиль. Значит, Аданир успел поставить эту самую метку.

– Ее способны установить только жрецы. Аданир из них?

– Нет. Это тот, кто призвал тебя. Он всего лишь человек.

– Можешь вывести меня отсюда? Я чувствую себя неуютно, – он передернул плечами.

– Думаю, да. Но я не пойму, как на Каиле могла оказаться метка жрецов Рацех? Он не был в твоем мире.

– Не знаю. Но мне не стоит видеть его сейчас.

– Ох, он ждет меня в экипаже у ворот. Но я могу снять эту метку. Со мной же получилось.

Арт нахмурился и некоторое время молча смотрел себе под ноги.

– Тогда поступим следующим образом, – наконец, заговорил он. – Ты сейчас уйдешь, но прежде выведи меня из этих казематов. Как только снимешь метку со своего приятеля, позови меня по имени, – он протянул руку к моим волосам и когтем отсек прядь, выкрашенную в сиреневый цвет. – Видишь, нет ничего непоправимого.

Я лишь улыбнулась в ответ. Артхаэна я простила быстро и без лишних эмоций, потому что очень хотела простить. Даже если бы он придумал совершенно несусветное оправдание, все равно бы простила. А если бы он никак не обелился, то я сама бы домыслила что-нибудь. Может, глупо, но это лучше, чем сжигать себя изнутри обидой и ненавистью. Тем более, я прекрасно понимала, как только Арт отправится назад, мы вновь расстанемся. И лучше расстаться друзьями.

Мы покинули комнатушку, погасив свечу, прошли через темный коридор, где под потолком болтался мой угасающий шар, и до смерти перепугали господина аш’Адлена.

Арт взял меня за руку. Его ладонь оказалась твердой и гладкой, и такой холодной, словно высечена изо льда. И я сразу начала дрожать от холода.

Господин аш’Адлен всю дорогу молчал, с подозрением поглядывая на демона. Он проводил нас до гардеробной, где я забрала меховую накидку, затем до ворот, а после, поклонившись, поспешил удалиться.

На улице уже стояла глубокая ночь, а дорожки замело снегом. Я удивилась тому, как быстро пролетело время

– Каиль ждет за воротами, – произнесла я тихо. – Дальше тебе нельзя.

– Только позови, – едва слышно ответил демон, выпуская мою ладонь.

Артхаэн мгновенно скрылся, будто бы растворился в воздухе. Я еще раз огляделась, в поисках демона, но во внутреннем дворе уже не было никого. Исчез. А я вдруг осознала, что кое-что забыла. Он ведь все еще окутан Тьмой! Как же я смогу позвать его?

– Арт! – выкрикнула я в темноту.

Тишина. Стражники уже поднимали ворота.

– Тише, – прошептал голос, а мне на плечи легли холодные руки. Даже сквозь меховую накидку я чувствовала их холод.

– Я должна отозвать Тьму, – произнесла, обернувшись. – Вернуть тебе магию?

– Ты всерьез думаешь, что твоего странного колдовства хватило надолго?

– Хочешь сказать…

– Как только я понял, что это, сразу развеял твои чары. Способностей у меня больше, чем у человека, хоть в вашем мире я слабее.

– Мне пора, – проговорила, выворачиваясь из ледяных объятий, и тут же подумала, что летом прикосновения демона казались куда приятнее.

Экипаж ожидал прямо за воротами. Я оглянулась, но Артхаэн снова исчез.

– Ох, как хорошо, что ты одна, – выглянул Каиль из повозки. – Я уж боялся, что в моем доме теперь будет жить куча демон, а самого меня куда-нибудь в гардеробную выселят. Подремал немного, даже кошмар приснился про этих...

– Каиль, – перебила его, залезая в повозку, – нам срочно нужно снять с тебя метку. Жрецы Рацех сделали тебя целью для демонов. Арт объяснил кое-что про них. Думаю, Тьма способна стереть ее.

– Я – цель?! – испугано взвизгнул маг воды, едва мы тронулись. – И этот синеголовый меня тоже попытается убить?! Снимай быстрее!

– Может, хотя бы до дома доедем?

– С ума сошла?! Ареан меня убьет, сожрет и костьми не подавится!

– Какая у тебя богатая фантазия.

– Это не фантазия, он сам говорил, что у них демоны жрут магов.

Вспомнилась моя первая встреча с Артхаэном. Как я испугалась, что меня действительно съедят. И тихо хихикнула.

Меня печалило лишь одно, я так и не успела увидеть Дарриан. Может быть, Аданир и не отказал бы мне, но сейчас меня, прежде всего, заботила метка жрецов у Каиля. Ведь, вполне возможно, в нашем мире могли пребывать и другие демоны. И они уж точно не устоят перед соблазном убить отмеченного мага.

Все это время, что мы отсутствовали, Ареан неустанно следил за Радданом, но при этом освободил пленника от цепей, оставив лишь одну окову на ноге. Магия попрежнему была недоступна адепту Свету, и я не думаю, что Ареану грозила опасность, но все же…

Когда мы спустились в подвал, то увидели премилую картину. Раддан и демон сидели за столом и играли в какую-то игру, бросали кубик и двигали фишки.

– Это что? – скривившись, произнес Каиль.

Ареан повернул голову, просиял улыбкой и невинно произнес:

– Мне было скучно, – демон лениво потянулся.

– А если бы он сбежал? – взъелся Каиль.

– От меня еще никто не сбегал, – уверено заявил Ареан.

– Кроме твоей подружки, Милины, – хмыкнул мастер воды.

– Я про пленников, – обиженно ответил демон, поправив сапфировый волосы, красивой волной упавшие на плечи. – Раддан, уже поздно, – обратился он к адепту, – отправляйся спать. Завтра у тебя трудный день.

И Раддан, не говоря ни слова, поплелся к сдвинутым сундукам, заменявшим ему койку, лег и, кажется, сразу уснул.

– Как ты это сделал? – удивилась я, зная, что демонам проблематично пользоваться магией в нашем мире из-за личных настроек.

– А ты думаешь, Раддан стал бы играть со мной в настольные игры, если бы я не ввел его в глубокий транс?

– Так ты еще и гипнозом владеешь? – удивленно вскинул брови Каиль. – Где гарантия, что все это реальность, а не твои проделки с моими мозгами?

– Любой демон этим владеет, – пожал плечами Ареан. – Но не каждого можно подвергнуть такому состоянию.

– Постой, а можно заставить вместо себя видеть другого человека?

– Конечно.

– И именно так ты заставил увидеть лорда Норимэ вместо себя другого человека. Но почему именно Дарриан? – возмутилась я.

– Не знаю. Говорят, может явиться самый большой страх. Но я сделал это не специально.

– Самым большим страхом у Норимы и Тефриэ был лорд Эрсиэ? – удивился Каиль. – Я, конечно, тоже немного побаиваюсь некроманта, но не настолько.

– Самый большой твой страх, что лорд Эрсиэ придет к тебе жить, – усмехнулась я.

– О, – Каиль закатил глаза, – мой самый большой страх уже случился. В моем доме полно народу!

– Ареан, ты можешь описать, как именно выглядит эта метка? – поспешила я перевести тему.

– Посмотри внимательнее на Каиля. Видищь символ над головой? Похожий на двух змей.

Мастер воды вдруг ощупал свою макушку, встряхнул волосы, будто пытаясь согнать прицепившийся к нему символ. Едва сдержав смех, я пригляделась. Действительно, что-то лиловое имелось над головой, то есть, теперь уже терялось в растрепанных светлых волосах. Очень маленький, едва заметный, сплетенный из чужеродных энергетических потоков, символ.

Тьма проплыла легким облаком над Каилем, пригладила волосы. Я впервые столь внимательно могла наблюдать, как она обволакивает силовые линии, и как те истончатся, растворяются, будто металл, погруженный в кислоту. Каиль вряд ли что-то почувствовал, а демон едва ли увидел саму Тьму.

– Потрясающе, – выдохнул Ареан. – Суть в том, что силовые потоки столь тонкие и туго сплетенные, что их невозможно распутать. Такой тонкой работой владеют лишь жрецы Рацех, и сплетают знак они при помощи специальных инструментов.

– Каким образом метка могла оказаться у Каиля? Он ведь не был в твоем мире.

– Для жрецов Рацех расстояние не помеха.

– Аданир бросил какой-то амулет, после чего явился демон и едва не убил Каиля.

– Дайренн преувеличивает, – улыбнулся маг воды. – Меня не так-то просто убить.

– Тем не менее, как на нем могла оказаться метка? – треповательно спросила у Ареана.

– Вряд ли это случилось в момент появления демона. Скорее всего, жрецы добрались до него ранее. Кто-то желал тебе смерти, Каиль, – он повернулся к мастеру воды.

– Ареан, а тебе тоже пообещали исполнить одно желание? – задала я последний интересующий меня вопрос.

– Да, – неохотно ответил демон, и по его выражению лица стало ясно, что подробностями делиться тот не собирается.

– Знаешь, я могла бы попробовать уничтожить клятву, которой ты связан со жрецами.

– Не надо. Возможно, я все же доведу это дело до конца.

– То есть оно столь желанно, что ты готов убить еще кого-нибудь?

– Мне не хочется отвечать на этот вопрос.

Я и сама почувствовала, что уже перегибаю палку. Ареан смущался, переминался с ноги на ногу, отводил взгляд змеиных глаз, горящих в полумраке подвала ярко-желтым.

– Все, – вдруг выдохнул Каиль, – я устал. Не могу больше терпеть! Хочу чаю!

И мы с демоном дружно рассмеялись. И как он так долго терпел-то без своего излюбленного напитка?

Оставив Раддана спать в одиночестве, мы покинули подвал. Каиль едва ли не бегом влетел в кухню, тут же бросился к своим шкафчикам, баночкам с разнообразными травами, воспламенил жаровню и принялся колдовать над закипающей водой.

А я едва не забыла сделать еше одну вещь и, усевшись на стул, завопила во все горло:

– Артхаэн! Арт! Можешь возвращаться!

Маг и демон не поняли моего выступления. Каиль чуть было не уронил чашки, в которые уже разливал ароматный напиток, а демон, и вовсе, чуть со стула не упал.

– Что это было? – отойдя от шока, спросил Каиль.

– Ничего, – пожала плечами. – Просто я общяла Арту, что позову его, как только сниму с тебя метку. Чтобы он не убил тебя.

– В моем доме будет жить еще один демон?! – мастер воды закатил глаза и изобразил, что вот-вот грохнется в обморок. Еще и воду пролил.

Спустя несколько минут раздался настойчивый стук в дверь. Быстро же Арт нашел меня. Я радостно рванула в прихожую, распахнула дверь и увидела насквозь мокрого демона. За моей спиной послышались смешки.

– Прекрасный прием, – произнес Артхаэн, прохлюпав мокрыми сапогами в прихожую.

– Каиль, можно взять что-нибудь из твоей одежды? – спросила я у мага, но тот лишь недовольно зыркнул на меня.

– Не стоит, – махнул рукой Арт, а после закрыл глаза и принялся сушиться при помощи магии. Вода испарялась, превращаясь в маленький облачный вихрь, кружащий над демоном. Наконец, он предстал перед нами в абсолютно сухой одежде, откинул театральным жестом упавшие на лицо пряди и клыкасто улыбнулся.

– Кайо, энкелат, – произнес Ареан, учитиво склонив голову.

– Кайо, мхирут, – ответил Арт.

– Чего? – спросил Каиль.

– Проходи, Артхаэн, чувствуй себя, как дома, – пропела издевательски, искоса глядя на Каиля. Тот побагровел.

Но Арт не оценил моей шутки, нахмурился, попятился к выходу.

– Кажется, я зря пришел, – проговорил он еле слышно.

– Нет-нет, – попыталась его остановить. – Не обращай внимания. Просто Каиль не умеет быть гостеприимным.

– Просто у меня всего одна гардеробная, – пробубнил маг воды.

– Гардеробная? – Арт удивленно приподнял бровь.

– Я живу в гардеробной, – радостно заявил Ареан.

– Знаешь ли, мне и в прошлый раз ад не слишком понравился, но, кажется, я даже не подозревал, насколько абсурдным может быть твой мир.

– Ад? Хотите сказать… – Ареан вытаращил и без того круглые глаза.

– Да, мой друг, мы в аду, – развел руками Арт.

– Но почему небо не горит огнем? Почему люди не похожи на живых мертвецов? Почему я не вижу всех тех ужасов, о которых читал в книгах?

– Потому что ты родился намного позже тех событий, когда ад действительно был адом.

Интересно, каков же возраст демонов? Даже если учесть, что время здесь бежит быстрее, чем там? Но спрашивать напрямую я не решилась, дабы не ужаснуться цифрам.

– Ладно, – махнул рукой Каиль, – на кухне чай стынет… – он не договорил, развернулся и вышел, но если я правильно поняла, это было своеобразное приглашение.

Арт с любопытством разглядывал странное жилище мастера воды. Его очень удивили скромные размеры кухни, где едва можно было поместиться вчетвером. Красноокий демон занял место напротив Ареана. Каиль, хоть и ворчал что-то себе под нос, но все же не обделил Арта своим обожаемым чаем, хоть и буркнул что-то, дескать, на троих только рассчитывал, а тут еще один нарисовался.

– Значит, ты тоже оказался во власти жрецов? – спросил Арт синевласого демона.

– Мне осталось второе убийство, но… – Ареан посмотрел на меня, – я отложил дело на потом.

– Что ж, и мне, – из-за клыков улыбка Артхаэна казалась хищной.

– Второе? – я бросила удивленный взгляд на Арта.

– Второе – не обязательно, – подтвердил мою догадку Артхаэн. – Но мне все равно трудно сдерживаться. Видимо, из-за более могущественной крови.

– Арт, а кто был первым?

– Какой-то человек.

– Лорд Тефриэ? Глава имперской гвардии?

– Понятия не имею, кем он был. Я взялся за первого попавшегося, дабы не навредить тебе. Это случилось сразу после того, как я покинул тебя в Лэнге, чтобы не встретить тебя более.

От нериятного воспомининания меня передернуло, но я постаралась подавить кольнувшую в прошлом обиду и продожила разговор:

– Хоть что-нибудь известно о том, кто послал тебя убивать? Кто изначально обратился к жрецам?

– Знаю, что он человек. Кажется, даже не маг, – ответил Арт. – Не уверен, что не маг, но было в нем что-то странное. Я видел только силуэт, когда был у жреца Рацех. Но мне и в голову не пришло, что он мог быть из твоего мира.

– А кто знает, – обратилась я ко всем сразу, – кто унаследует трон Империи, если Исентиар Второй внезапно скончается?

– Сложный вопрос, – ответил Каиль. – Прямых наследников нет. Даже близких родственников у императора не имеется. В таких случаях обычно назначают приемника. Но Исентиар еще не стар, потому речи о передаче власти не велось. Император вполне еще может жениться и обзавестись наследником. Конечно, нельзя исключить и вероятность внезапной смерти, но мне неизвестен план на этот случай.

– А кому известен?

– Я так думаю, что Аданиру Адлену. Первая супруга старого эрцгерцога принадлежала к правящей династии Ашхай. Имени не помню, но, кажется, она приходилась двоюродной теткой Исентиару Второму. То есть лорд Адлен ему получается троюродным братом.

– А почему я раньше об этом не знала?

– Я как-то сам не придал этому значения, – пожал плечами Каиль.

– А Тефриэ имеют какое-то родство с династией Ашхай? Зачем понадобилось убивать главу имперской стражи?

– Думаешь, заговор устроил тот, кто может претендовать на трон по праву наследования? – догадался Каиль.

– Именно.

– В таком случае мы имеем очень большой круг подозреваемых. Едва ли не каждый дворянин имеет отношение к правящей династии. За исключением лорда Эрсиэ, он слишком древний.

– То есть Дарриан – единственный, кто не мог быть заинтересован в заговоре?

– И именно по этой причине его и подставили, я считаю. У меня есть подозрения, что сам император имеет на всякий случай документ, где указан преемник, но вряд ли он поделится этой информацией с кем-либо, а наследника по крови мы все равно не вычислим, их слишком много, не считая бастардов, – произнес маг воды.

– А бастарды не имеют право претендовать на престол? – удивилась я. В нашем обществе к незаконнорожденным относились, как к людям второго сорта. Вот поэтому-то я так не хотела носить фамилию аш’Керен.

– Имеют, если получат должную поддержку дворянства и не будет других претендентов. Подобное уже случалось лет пятьсот назад. Вот, только если у императора и есть бастарды, их имена никому не известны. Он тщательно блюдет свою репутацию.

– И мы опять пришли к тому, с чего начинали. Мы ничего не знаем, – заключил Ареан. – Мы знаем, кто убил этих двух лордов, но ничего о заказчике. И мне тут пришла мысль, – он вдруг замолчал.

– Ну и? – невытерпел паузы Каиль.

– Нам нужен тот, кто обратился к жрецам Рацех, – продолжил, наконец, Ареан. – Значит, жрецы знают его. И мы могли бы…

– Исключено, – прервал его Арт. – Жрецы ни за что не выдадут заказчика. Это слишком опасно.

– Но Дайренн может так же лишить их магии этой своей странной силой. Я сам чувствовал, как оно действует.

– Жрецы Рацех – это не какой-нибудь мхирут, которого может нейтрализовать обыкновенный человеческий маг. Я развеял Тьму за несколько минут. Для высших теоров – это проблема пары секунд. А на жрецов может, вообще, не подействовать.

– Чем они так отличаются от прочих теоров? – не унимался Ареан. – Разве жрецы владеют чем-либо, кроме этих клятв, меток? – демон презрительно скривился.

– Я и близко не могу знать всех их возможностей. Не думаю, что даже экхар Кроцелл знает. Рацех – это очень древний и страшный культ, зиждущийся на крови и смерти. Знаешь, что означает их название? – Ареан помотал головой. – Ра – «свет», «цех» – можно перевести с древнего наречия Каддафа как «сгинь, уйди» или же «кровь», звучит, практически, одинаково. «Свет крови» или «Уйди, свет». А еще одно из наших светил именуется Ра, он заходит последним, и наступает тьма.

– А как называется второе? – мне стало просто любопытно.

– Оро, – ответил Арт. – Ра и Оро.

– А ты неплохо осведомлен, – произнес Ареан. – Я всего этого не знал.

– Прежде чем прийти к жрецам, я наводил справки. Сам подумай, зачем им убийства, если это не имеет особого ритуального смысла?

– И в чем же этот смысл?

– Они поглощают силу отмеченного, – ответил Арт. – Не магию, а жизненную энергию.

– А зачем? – поинтересовался Каиль.

– Наверное, чтобы быть сильнее.

– Тогда почему бы им просто не убивать всех подряд? – снова спросил Каиль.

– Чтобы не впасть в немилость экхара, полагаю. А так существование жрецов устраивает всех.

– Глупость какая, – фыркнул Каиль. – У вашего правителя под носом кто-то собирает силу с неизвестной целью, а всех все устраивает, – он сморщил нос, будто почувствовал нечто на редкость зловонное.

– Наш мир довольно сложно устроен. Тебе не понять. Это у вас любой человек может захватить трон, устроить заговор, а в нашем мире для того, чтобы стремиться к власти, необходимо иметь особые качества, присущие лишь высшим теорам. А таковых всего трое.

– Полагаю, нам в любом случае следует побеседовать с Кроцеллом. Кажется, он сказал далеко не все, что знал при нашей последней встрече.

– А как же шахта? – спросил Каиль. – Мы не поедем туда?

– Завтра, – ответила коротко, потому что рот исказила зевота. Кажется, мы слишком засиделись.

– Завтра… – повторил за мной Артхаэн.

Глава 17

Мне снились собаки. Стаи бездомных псов с лаем проносились мимо стен, сложенных из идеально выточенных прямоугольных камней. Внутри здания находились люди, но это был не жилой дом. Какое-то древнее сооружение с дымящими трубами и слабым желтоватым свечением окон. Но если теперь от таких построек остались одни руины, во сне здание функционировало как должно.

Бездомные псы сновали на задворках в поисках пищи. Они с лаем обрушивались на очереднут толстую крысу, прошмыгнувшую под стеной, но неповоротливая с виду зверушка ловко ускользала от клыкастых пастей.

Из-за стены доносился шум, удары молота по наковальне, жужжание механизмов, я слышала, как огромные шестерни вращаются внутри неказистой постройки.

Небо становилось темнее, и лихорадочно-желтые окна – ярче. Ветер завывал, подпевая собачьему лаю. Круглую луну заволокли облака, вырывающиеся из гиганстких труб, упирающихся в самое небо. И от этого пейзажа становилось жутко.

Потом я увидела округлую площадку с хлипким ограждением. В центре возвышалось несколько стеклянных столбиков, в которые человек опускал темно-серые монетки. Те самые урановые монетки! А внизу плескалась вода. Сам человек был одет в странный желтый костюм, похожий на бумажный, а лицо его прикрывала стеклянная пластина.

Я знала, что он занимается крайне опасной работой. И тут вдруг что-то пошло не так. Взвыла сирена, человек дернулся, опрокинул пробирку с монетками, сорвал маску, будто стал задыхаться, а потом вдруг перевалился через ограждение и угодил в воду.

А сирена становилась все громче, добавились голоса людей…

Проснулась я еще до того, как первые лучи солнца заглянули в окно. Небо на востоке лишь слегка розовело, но в сон совершенно не клонило. Какое-то нериятное чувство трепыхалось в груди. Казалось бы, ничего не случилось, но у меня из головы не шел тот мужчина, что упал с площадки. Откуда-то я знала, что он точно не выжил. А еще эти жуткие сирены. Я никогда не слышала подобных звуков, но в меня они вселяли такой ужас, будто произошло что-то необратимое.

Чтобы хоть немного отогнать ночной морок, отправилась нежиться в купальню. Набрала полную ванну горячей воды, набулдыхала туда всевозможных масел, чтобы даже пар ароматный стоял, и с упоением провалялась там пару часов. Настроение улучшилась.

Когда я покончила с водными процедурами и соизволила выйти, никто уже не спал. Повсюду слышался шум, что-то падало, разбивалось, хлопали двери. Я осторожно подкралась к гардеробной, за дверью которой спорили Каиль и Артхаэн, кажется.

– Не могла, я тебе говорю! – скрывался на крик Каиль.

– Тогда где? Где же искать?! – не менее взвинчено отвечал Арт. – Ни в спальне, ни в кухне! Нет нигде!

– Значит, это вторжение! Это Раддан! Убью его! – последнюю фразу Каиль прорычал столь грозно, что я стала опасаться за жизнь все еще необходимого нам адепта Света.

Собравшись с духом, я распахнула дверь гардеробной, и на меня тут же уставились три пары глаз: желтые, синие и красные. И все одинаково злые.

– А… – протянула, замявшись, – что ищете?

Но они молчали, продолжая сверлить взглядами. Каиль угрожающе сделал шаг ко мне.

– Где ты была ночью?! – прошипел он.

– Тебя мы ищем, – пояснил Арт, виновато улыбнувшись.

– Почему ушла, ничего не сказав? – строго спросил Ареан.

– Куда ушла? – не поняла я.

– Я принес тебе утренний чай, – произнес Каиль. – А тебя не было в постели!

– Я была в купальне, – ответила, еле сдерживая смех. – Вы меня дома потеряли, что ли?

– Мы весь дом перевернули, этого мага допрашивали, пытать хотели, а ты… – Каиль смотрел на меня с таким укором, будто я совершила самое отвратительное преступление на свете. Да и демоны кололи осуждающими взорами, дескать, как ты могла?

– Вы сейчас серьезно? – ситуация забавляла. – Не догадались заглянуть в купальню?

– Ты всегда допоздна спишь, – пожал плечами Ареан.

– Я предположил, что ты одна могла отправиться к жрецам Рацех, – пояснил Арт.

– Идиоты. Вы все трое, – произнесла я и, резко развернувшись, отправилась в кухню. Искать заваренный для меня утренний чай. Обратил этот водяной меня в свою чайную веру все-таки.

***

Раддан, лишенный магии, казался совершенно сломленным. Он даже слова против не высказал, когда Каиль надел на него особые браслеты, которые накаляются добела всякий раз, когда носящий замышляет зло. Адепт Света, вообще, не произносил ни слова, двигался, как послушная кукла, а в расширенных зрачках зияла пустота. Потом до меня дошло, что это особые гипнотические способности Ареана ввели его в такое состояние. Раддан шел позади нас, без энтузиазма переставляя ноги.

Когда мы приблизились к дому мастера огня, меня вновь охватило то же неприятное чувство, что и по пробуждению. Что-то было не так.

Дверь открыла незнакомая служанка, молча кивнула, когда я поинтересовалась, дома ли лорд Адлен. Так же, не произнося ни слова, провела нас к кабинету. Из-за двери доносилось невнятное бормотание, а еще запах. Запах гари. Некоторое время я не решалась постучаться, но Каиль, со свойственной ему непосредствественностью, распахнул дверь, а далее у меня случилось то, что называют когнитивным диссонансом.

Дарриан с хищной улыбкой возвышался над забившимся в угол Аданиром. Более того, в руке он сжимал изящный нож для колки льда, лезвие которого раскалилось докрасна. И как только магистру руки не жжет?

– Дарриан? Это ты? – окликнула его, не веря собственным глазам. Уж больно агрессивно он выглядел.

Магистр обернулся, резко сменив выражение лица, даже нож убрал.

– Рад тебя видеть, Дайренн.

– Что происходит? – спросила, глядя на стремительно отползающего Аданира.

– Ничего особенного, – пожал плечами Дарриан, – мальчишка попытался меня убить, – он резко повернулся к неуспевшему скрыться эрцгерцогу и прошипел. – А я предупреждал.

– Я не хотел! – взвизгнул Аданир. – Это не я!

– А кто? – подойдя ближе и наклонившись, прошипел магистр.

– Не знаю!

– Дарриан, это и вправду мог быть не он, – вступилась я за Аданира. – Старый эрцгерцог тоже назвал его убийцей, а Норимэ и Тефриэ назвали твое имя.

– Считаешь, что я не могу отличить морок от реальности?

– Лорд Эрсиэ, – вмешался Ареан, – некоторые теоры владеют техникой гипноза и способны внушить все, что угодно жертве. В частности, я такой техникой владею.

– Хорошо, – глаз Дарриана сверкнул красным. – Ну, давай, внуши мне что-нибудь, – он сделал шаг в нашу сторону.

Ареан едва ли не попытался спрятаться за моей спиной, но только дернулся, сумев сдержать порыв.

– Вы сейчас не в том состоянии, – пролепетал демон.

– Я всегда не в том состоянии, чтобы на меня можно было воздействовать, мальчик.

– Что ты собираешься с ним делать? – спросила я.

Дарриан не ответил, внимательно взглянув на нож.

– Лорд Эрсиэ! У меня не было злого умысла! – выкрикнул Аданир, – Я просто хотел взять одну книгу! И все!

– С ножом для колки льдя? – ухмыльнувшись, спросил магистр.

– Я случайно его схватил со столика! Видно, служанка оставила…

– Не убедительно, Аданир, – Дарриан покачал головой, а потом вдруг оказался рядом с эрцгерцогом, ухватил его за шкирку и поставил на ноги. – Но сегодня я не стану тебя убивать, – магистр похлопал его по плечу. – Ты ведь не такой дурачок, каким кажешься. И ты ведь не станешь чинить мне припятствия, когда я покину этот дом. Ты, как и полагается, сделаешь отметки, что Дарриан Эрсиэ всегда находился под арестом, едва наступал комендантский час. Ты не станешь посылать погоню, как за беглецом. Не станешь писать начальнику стражи.

– Но я ведь должен с Вами… как сопровождающий… – лорд Адлен не договорил.

– Нет, Аданир, ты должен остаться. И это не обсуждается, – он еще раз похлопал эрцгерцога по плечу.

Адлен так и остался в кабинете, когда мы покидали дом. Он даже пошевелиться не решился, и нас никто не сопроводил до выхода. И, пожалуй, я была только рада, что эрцгерцог не поедет с нами. И пусть мне его немного жаль, перепугался-то он не на шутку, но я не могла ему доверять.

А еще этот сон не выходил из головы. Неприятное предчувствие.

– Он, и впрямь, пытался убить тебя? – спросила у магистра, когда мы оказались на улице.

– Он спалил мою комнату, – Дарриан произнес это таким тоном, каким сообщают о ничего незначащей ерунде, типа у тебя штанина рваная или нос в золе. И я даже не сразу осознала, что именно произошло.

– Серьезно?

– Думаешь, он это случайно сделал? – магистр хитро ухмыльнулся.

– Ну, он и меня вызвал как бы случайно, – произнес Арт.

– Энкелат Артхаэн? – обратил к нему взор Дарриан. – Какими судьбами?

– Так благодаря Вашему неудавшемуся убийце я здесь, – демон очень мило улыбнулся, и посмотрел на меня из-под ресниц.

Рассказывать Дарриану все здесь и сейчас я не собиралась, но Арт об этом не мог прознать, и за его игривым настроем я отчетливо видела нарастающее беспокойство по поводу того, что известно Дарриану. Арт хоть и демон, но против некроманта если и выстоит, то с большими потерями. А уж если его и магии лишить… Вот, потому-то он и пытался предугадать, чью сторону я займу.

– Я тебе потом все расскажу, – обратилась я к магистру.

– Надеюсь, – сухо ответил Дарриан, а в глазах промелькнула злость. Не на меня, конечно, на Арта. И тут уж я задумалась, действительно ли магистр не в курсе того, что произошло в Лэнге? Или у него свои источники информации?

– Раддана стоило бы привести в чувства, – произнес Каиль. – Ему дорогу показывать.

Адепт Света пребывал в прострации, скользил невидящим взором по заснежанной улице, улыбался неведомым мыслям, словно полностью лишился разума. Даже немного жаль его стало.

– Может быть, стоит для начала нанять экипаж? – предложил Ареан.

– Не стоит, – ответил Дарриан, загадочно улыбнувшись. – Верни его разум. У меня есть кое-какая идея.

Синевласый демон подошел к адепту, поводил когтистами дланями перед его лицом, а потом как заорал:

– Проснись!

Раддан передернул плечами, потянулся, будто, и впрямь, только проснулся, затем пугливо огляделся.

– Как я сюда попал? – выдал адепт после осмотра местности.

– Не имеет значения, – произнес Дарриан, подойдя ближе. – Ты обещал отвести нас к шахтам. Дорога туда есть?

– Кажется, есть, только старая, разбитая. Но повозка проедет.

– Меня не повозка интересует. В резиденции должны быть образцы древних самоходных машин. Мне нужна такая.

– Хочешь, чтобы мы заявились в Орден?! – вскрикнул Раддан. – С ума сошел?

– Раддан, мне нужна машина, – отчеканил Дарриан. – Ехать на телеге несколько суток я не собираюсь.

– Но… – адепт хотел возразить, но тяжелый взгляд магистра пресек все возражения. – Хорошо, – согласился Раддан, – я проведу в резиденцию одного из вас.

– Двоих, – тоном, не терпящим отказа, произнес Дарриан.

– Кого именно?

– Меня и Дайренн. Мне потребуется помощь с машиной, а Дайренн умеет с ними управляться.

– Я не уверен, что эти устройства все еще пригодны, – предупредил Раддан. – Последний адепт, что владел искусством древних, много лет назад умер.

– В Аринкае машины были в превосходном состоянии. Неужели в столице дела обстоят хуже?

– Я понятия не имею, что с этими машинами. Я маг, а не археолог.

До резиденции мы добрались на экипаже. Было решено, что демоны и мастер воды будут ждать в той же близлежащей таверне, что мы разгромили, пленяя Раддана. Конечно, они выразили недовольство, но все же сделали, как велено.

Чтобы пройти внутрь, Дарриан создал иллюзию, превратившую нас в послушников ордена. Я даже пугалась, видя вместо магистра совершенно незнакомого юношу в сером балахоне.

Через главный вход мы прошли беспрепятственно, двинулись по направлению к лифту, и Раддан уже нажимал на кнопку, когда позади послышался оклик:

– Куда ты пропал?

Я дернулась, увидев боковым зрением незнакомого адепта, а Раддан медленно обернулся.

– Неотложные дела, адъюнкт Нарис.

– Ты оставил открытой локуторию. Прецептор искал тебя.

– Что ему нужно? – Раддан заметно напрягся.

– А мне почем знать? – пожал плечами адъюнкт, а потом вдруг пристально посмотрел на меня. – Не из наших послушники-то.

– Из Аринкая, – невозмутимо ответил Раддан. – Из выживших.

– К прецептору явись. Это срочно.

Адъюнкт уже развернулся, желая лишить нас своего общества, но тут вдруг встревожено вгляделся в лицо Раддана и спросил:

– Что с тобой случилось?

– Ничего, – не слишком уверенно ответил адепт Света. – Все в порядке, адъюнкт Нарис.

– Почему на тебе нет щита? У тебя проблемы, Раддан?

– Нет-нет, адъюнкт, я использовал нестандартные силовые потоки, щит на мне есть, просто невидим.

– Опять с демонической силой заигрываешь? – на лице адъюнкта появилось злорадное выражение. Он вдруг сжал пальцы щепотью и запустил в Раддана что-то... я не смогла разглядеть, что именно, но оно было сильным, и если щит не отразит магию, обман раскроется. Единственное, что я могла сделать, так это призвать Тьму и окутать адепта Света невидимой поволокой.

Заклинание истаялов в миллиметре от Раддана, который теперь и вздохнуть боялся, выпученными глазами глядя на адъюнкта, замершего в недоумении. А меня теперь волновало лишь одно, не исчезла ли наложенная на меня иллюзия от призыва Тьмы? Я обратила взор к Дарриану, но тот по-прежнему был под маской чужого лица. С облегчением выдохнула.

– Изумительно, Раддан, – произнес адъюнкт. – Ты должен немедленно написать мне полную формулу заклинания.

– О, боюсь, это займет несколько дней. Оно очень сложное, – ответил адепт.

– Тогда жду к полнолунию с подробным отчетом. И немедля к прецептору.

– Только послушников определю, – Раддана учтиво склонил голову. Нам с Даррианом пришлось последовать его примеру. И головы мы не поднимали, пока не послышались удаляющиеся шаги адъюнкта.

Когда дверцы грохочущей махины открылись, чтобы доставить нас вверх, Раддан шагнул в лифт первым и потянулся к кнопками с номерами этажей. Я была уверена, что самоходные машины и здесь располагаются в самом низу, в каком-нибудь ангаре, но адепт Света почему-то нажал верхнюю кнопку. Я всполошилась, но ничего не сказала вслух, только взглянула на Дарриана.

– Куда ты везешь нас, Раддан, – магистр тоже встревожился.

– Я должен побывать у прецептора, – нехотя ответил он.

– Ты понимаешь, что мне ничего стоит убить тебя прямо сейчас? Только посмей выкинуть какой-нибудь фокус.

– Никаких фокусов, Эрсиэ. Адъюнкт тотчас же доложил по ментальному каналу, что я прибыл с двумя послушниками. И если я сейчас же не отчитаюсь перед прецептором, меня объявят отступником. Прецептор знает, что никаких послушников из Аринкая быть не может.

– И что же ты собираешься делать?

– Придется идти к прецептору с повинной.

– А не проще быстро забрать машину и уехать отсюда? – предложила я.

– Проще, – согласился Раддан, – но только в том случае, если вы не собираетесь возврашать меня живым. Ты ведь это хотела сказать?

Кровь прилила к лицу. Меня еще ни разу вот так не обвиняли, глядя в глаза. Стыдно-то как стало, мало того, что глупость сморозила, так еще и подставилась сама же.

– Дайренн не знает правил Ордена, Раддан, – вступился за меня Дарриан. – И она точно не станет тебя убивать.

– Естественно, – тонкие губы адепта растянулись в улыбке. – Она не станет, а вот ты…

– Зависит от твоего поведения. Собираешься представить нас прецептору?

– Ни в коем случае. Он сразу же распознает иллюзию.

– Но отпустить тебя одного… Нет, исключено. С тобой пойдет Дайренн. Я сниму иллюзию, ее в лицо не знают.

– Она – женщина! В Ордене нет женщин!

– А откуда твоему прецептору это знать? На ней мужская одежда, лицо не подкрашено, как у женщин принято. Просто красивый мальчик.

– Хорошо, – процедил Раддан сквозь зубы, когда двери лифта со скрежетом, наконец, распахнулись.

Снова узкий коридор, грязные стены и болезненно-желтый свет немагических ламп. Что подвалы, что покои прецептора, одинаковая обшарпанность и убогость убранства.

– Я буду ждать здесь, – произнес Дарриан, застыв у лифта.

По коже пробежало беспокойство, граничащее со страхом. Раддан подхватил меня под локоть и шепотом начал объяснять правила, пока мы шли по коридору:

– У прецептора молчишь. Как только входим, опускаешь голову и не поднимаешь глаз, пока с тобой не заговорят. Если спросит что-то, голос погрубее сделай. Выражай почтение всячески и благодарность. Не вздумай улыбаться. Спасся чудом, ничего не помнишь, во всем мне и прецептору благодарен. Сболтнешь лишнее, превратит тебя в шкворчащую лужицу. Прецептор – мастер теней. Все поняла?

Я кивнула, а потом все же поинтересовалась:

– А что такое мастер теней? Впервые слышу.

– Ох, темнота, – вздохнул Раддан, но так и не ответил.

Дверь в кабинет прецептора выглядела столь же непрезентабельно, как и все остальное. Обыкновенная деревянная, с облезшей краской. Раддан стукнул дважды, подождал, потом еще дважды. Дверь со скрипом открылась. Сначала я подумал, что сама, но потом заметила юного адепта, тянувшего за ручку. Захотелось хихикнуть, но тут же вспомнила наставления Раддана и опустила голову ниже.

Самого прецептора я видеть не могла из-за опущенной головы и капюшона, который легким движением руки накинул на меня Раддан еще до того, как мы вошли внутрь.

– Ты ослушался, – послышался зычный бас, – ты покинул Орден без моего позволения.

– Простите, прецептор Никейяр, – виновато пробормотал Раддан. – Мои послушники внезапно оказались живы. Необходимо было встретить их.

– Второй где?

– Ему нездоровится с дороги, – не слишком уверенно соврал Раддан.

– Желаю видеть обоих.

– Уверяю, как только послушнику станет лучше, я представлю его Вам. А пока я привел лишь одного, позвольте представить Дай… – адепт закашлялся, вовремя спохватившись, – Дайоса.

– Ты врешь мне Раддан, – вдруг произнес прецептор. – Неужели ты думал, я не способен видеть твоих мыслей? Ты весь дрожишь от страха. Сам разкажешь или…

Даже на расстоянии я ощутила, как затрясся адепт. Весь его план летел к мраку. Прецептор уже все знал, и ничего хорошего нам это не сулило.

Я не стала ждать, пока случится что-то совсем плохое, и подняла голову, пристально глядя на прецептора. Тот несколько удивился такой наглости, а Раддан и вовсе зашатался на грани обморока. Прецептором оказался высокий и нескладный человек с длинными спутанными волосами, неопределенного цвета, которые давно следовало бы вымыть. Лицо с хищными чертами, выраженными надбровными дугами, поросшими кустистыми бровями, орлиным носом и презрительно кривящимися тонкими губами. Возраст даже на вид не определить. Что-то около тридцать, может, сорока, а может и за пятьдесят. По факту же, как магу, ему могла быть не одна сотня лет. Особенно мне не понравились его глаза. Выцветшие, как покрытое инеем болотце, с едва заметными точками зрачков.

Прецептор поднял руку, будто в приветственном жесте, и я бы так и не поняла, в чем дело, если бы Раддан не толкнул меня в стоящего подле двери адепта, выкрикнув:

– Нет!

Действовала на автомате, не думая. Кровь вскипела моментально, но вместе с пламенем из рук полилась Тьма. На какое-то время темнота заволокла взор. Собственно, я понятия не имела, что же такое натворила. Меня парализовало от страха, и разумом завладели инстинкты.

Там, где стоял юный адепт-привратник, теперь зияла черная дыра. Прецептор все же успел выпустить свою страшную магию, но по нелепой случайности она ударила по его же приспешнику, обойдя меня стороной. Случайно это вышло, или я каким-то образом отразила атаку, понятия не имела.

Раддан резко дернул за руку, помогая таким образом встать.

– Что ты наделала?! – зло прошипел маг.

Я все еще не могла разглядеть, что случилось с прецептором, из-за языков пламени, плясавших перед глазами. Раддан выволок меня в коридор и прикрыл дверь.

– Что же ты наделала… – повторил адепт, но теперь уже сокрушенно, без вопросительных интонаций.

– А что я сделала? Он бы убил нас!

– Тебя! – прошипел Раддан. – Он хотел убить тебя, потому что прочел мысли.

– Твои мысли!

– Да какая разница! Знаешь, что сейчас начнется? Весь Орден начнет охоту на нас. А ты взяла с собой эту жуткую тварь?

– Бусю? – переспросила. – Нет, но он сам может прийти.

– Прекрасно, – рыкнул Раддан.

Дарриана я узнала не столь по видоизмененной внешности, сколь по энергетическим потокам. Индивидуальные магические линии уникальны, как отпечатки пальцев, только память надо хорошую иметь, чтобы узнавать.

– Что случилось? – спросил магистр, уже нажимая кнопку лифта.

– Она прикончила прецептора, – ответил Раддан.

– Потому что кое-кто не сумел скрыть свои мысли, – огрызнулась я.

– Потому что кое-кто лишил меня магии, – парировал адепт.

– Дайренн, зачем ты это сделала? – Дарриан с сухой укоризной посмотрел на меня.

– Он первый начал, – по-детски оправдывалась я. – Я не знаю, как так вышло, но он пытался убить меня.

– Ты все правильно сделала, – поддержал магистр, а потом обернулся к Раддану. – Веди к машинам и быстро.

Наконец, приехала эта скрежещущая коробка, и, оказавшись внутри, адепт Света совсем раскис.

– Они все равно убьют меня, – начал он причитать. – Они сожгут меня как еретика, – кажется, он был готов зарыдать.

– Асшийская Имперая большая, – произнес Дарриан. – Если ты поможешь нам, я помогу тебе обосноваться на новом месте.

– А как же Орден?

– Никак, – отрезал магистр.

Мои предположения оказались верны. Как и в Аринкае, древние артефакты располагались на самом нижнем этаже. От движения вниз, а лифт еще и рывками ехал, у меня все внутренности подпрыгивали, даже мутить начало.

Когда створки лифта разъехались, мы оказались в темном коридоре, лишенном даже этого мертвенно-бледного света электрических ламп. Магист выпустил световую сферу, и я увидела полное запустение орденского подвала. Неужели им самим приятно находиться в здании, где пластами свисает паутина, штукатурка осыпалась, обнажая изуродованные временем кирпичи, а еще этот запах нюхательной соли? От рассеянного света, прошмыгнув в темноту, спряталась здоровенная крыса. Я застыла, судорожно соображая, не боюсь ли я их? Кажется, нет.

Коридор оканчивался металлическими воротами, а в петлях висел здоровенный замок. Раддан пару раз дернул его, послышался лязг.

– Они уже идут за мной, – пробормотал адепт.

– Тогда посторонись, – Дарриан широким взмахом руки отодвинул его от ворот. Вспыхнули силовые потоки, и тяжелый замок с грохотом упал на бетонный пол.

– Они близко, – проблеял Раддан, но магистр уже открывал тяжелую воротину с металлическим скрежетом, и слова адепта потерялись в этом звуке.

Нас ослепила яркая вспышка. Я не сразу поняла, что это зажглись огромные лампы, направленные в нашу сторону. Закрыла глаза, отказавшись от бесполезного зрения, но магические потоки могла видеть и сквозь веки.

Мы просчитались. Машины хоть и были здесь, но нас ждали. Множество адептов света, одетых в форму боевиков, стояли рядом с самоходными каретами, выставив перед собой палки. До меня не сразу дошло, что это никакие не палки, а древнее оружие, вроде того, что я видела у магистра, когда мы штурмовали аринкайскую резиденцию. Стреляющая палка. Это не магия, а, значит, Тьма не поможет.

– Верни мне магию, – прошептал еле слышно Раддан. – Без нее я не смогу защитить нас от ружей.

– Дайренн поглотит любое заклинание, – произнес так же тихо Дарриан.

– Ты не видишь? Это не маги. И ваши фокусы тут не помогут. Я должен сплести серебряную сеть.

– Откуда мне знать, что ты не специально завел нас в ловушку?

– Сейчас не время. Они ждут приказа, чтобы открыть огонь. Поверь мне, хоть раз в жизни!

– Нет, – отрезал Дарриан.

Вряд ли они пришли бы сейчас к компромиссу. Я уже видела, как самоуверенность подводила магистра. Конечно, он здесь самый древний и мудрый, и логика мне тоже подсказывала, что Раддан вполне мог заманить нас сюда специально. Но… я поверила ему. И отозвала Тьму.

Руки адепта Света засияли лунным светом, и серебристая сеть со скоростью ветра окутала нас невесомой паутинкой.

– Что ты наделала?! – вскрикнул Дарриан.

Загрохотало. Что-то маленькое, но смертоносное проносилось мимо, старательно огибая серебряную сеть. Магистр схватил меня за руку, заставил пригнуться.

Мы побежали. Выстрелы преследовали нас, а я никак не могла сосредоточиться, чтобы выпустить пламя на нападавших. Магистр заставил меня опуститься на пол, спрятавшись за какой-то конструкцией. Только теперь я поняла, что все это время была с закрытыми глазами.

– Сеть специально разработана для защити от огнестрела, – пояснил, оказавшийся рядом Раддан. – Она выдержит. И любое магическое влияние так же отражает.

– Хочешь сказать, они неуязвимы? – спросил Дарриан.

– Стандартными средствами их не взять. Даже магия демонов не подействует. А вот Тьма…

– Можно бы попробовать, но, боюсь, Тьма лишит защиты и нас, тогда они смогут атаковать этими стреляющими палками прежде, чем мы сожжем их.

Их было немерено. Адепты света прочесывали каждый угол ангара, и не могли нас найти только из-за наведенного морока Дарриана, который я и сама не сразу разглядела. Периодически раздавались новые выстрелы.

Яркий свет больше не слепил, но теперь я предпочла бы темноту, чтобы можно было спрятаться. Морока надолго не хватит. Пусть с ружьями ходили простые смертные, но не могло быть такого, чтобы здесь не оказалось ни одного мага.

Дарриан указал на дальнюю стену. Там стоял ящик, в котором беспорядочно лежали точно такие же палки. Он жестом велел двигаться за ним. Ползком.

Едва не свалив какую-то тяжелую металлоконструкцию, походившую на столпотворение стремянок, мы все же добрались до ящика с оружием. Магистр наспех проделал какие-то манипуляции с ружьем и сунул его Раддану. Затем выбрал стрелялку для себя. Мне почему-то сие замысловатое устройство не доверил. А еще он нашел эти маленькие взрывающиеся штуки – гранаты.

– Быстро насылаешь Тьму, – прошептал мне на ухо Дарриан, – а мы отстреливаемя. Много Тьмы. Как можно больше. А после ты должна успеть призвать огонь. До того, как они восстановят защиту.

Я кивнула, и спряталась за ящиком, собираясь с силами. Призвать Тьму не сложно. Мне даже не нужно видеть, кого я ею атакую. Она просто придет и возьмет то, что принадлежит ей, не деля на своих и чужих. Можнт быть, и есть способ ею управлять, но пока я могу контролировать лишь количество. И сейчас я собиралась отпустить контроль.

Дарриан и Раддан заняли оборонительные позиции, приложив ружья к плечу. Гранаты висели на поясе у Дарриана, но если он решит ими воспользоваться, самоходные телеги наверняка придут в негодность.

Тьма расползлась во все стороны, хищным зверем пожирая силовые потоки, высасывая серебряную сеть досуха.

Несколько коротких выстрелов. Это Дарриан. Послышался звук падающих тел. Мертвых тел.

Ответ не заставил долго ждать. Магистру пришлось пригнуться, чтобы его не задело.

Раддан выстрелил в лампу, которая сама развернулась в нашу сторону.

Звон стекла, чей-то сдавленный крик. Шаги. Я больше не вижу Дарриана из-за ящика.

Тьма уже далеко. Достаточно далеко от меня, чтобы силовые линии начали возвращаться. Их было мало, потому мне потребовались все разом. Маги, если таковые были среди адептов, не успели даже коснуться их.

Я не плела заклинания. Подобно Тьме я поглощала силовые линии, заставляя вскипеть кровь. Внутри разгорался пожар, и мне оставалось лишь выплеснуть его наружу. Только бы не задеть Дарриана.

Нужно было пробраться поближе, и я вылезла из укрытия, рванув вперед, высвобождая на бегу пламя, расплескивая искры, заставляя плавиться металл и вспыхивать деревянное покрытие.

Воздух заполонили мучительные крики. Снова выстрелы. Я пыталась дотянуться до остальных потоков, чтобы снова и снова изливать пламя, но недоставала. Я видела, как восстают обгоревшие мертвецы. Дарриан превращал павших в свою армию.

Очередной рывок, огонь рыжей пеленой заволок взор. Опять крики. Все смешалось, закружилось сумасшедшей каруселью. Безумие и отчаяние захватило меня. С потолка капала расплавленная сталь. Воздух стал ядовитым от смрада. Снова выстрелы. Снова крики…

Что-то ужалило в бедро. Я все еще бежала по инерции, но вдруг начала заваливаться, нога стала словно чужой. Даже не сразу поняла, что нестрпимая боль разливается по всему телу. Из горла вырвался мучительный крик, превратившийся в языки пламени, и я упала.

Артхаэн рассказывал о жуткой войне, произошедшей тысячу лет назад. Небо закоптилось от огня, терзавшего землю. Изуродованные, искалеченные мертвецы выползали из пламени, продолжая нелепую и бессмысленную битву. Мир обратился в ад. И этот ад я могла видеть сейчас.

Резко дернули за руку. Я вскрикнула, но не услышала своего голоса. Меня протащили по полу, как мешок. И вдруг сверху полилась вода. Такая прохладная и приятная, способная погасить мою горящую кожу. Сердце возвращалось к привычному ритму, но вдруг странно замерло. И я не знала, спасение это или смерть.

Глава 18

Меня трясло и очень сильно, от этого начиналась тошнота и головная боль. Резкий запах гари с той примесью ароматов, что царит алхимической лаборатории, бил в нос, от чего тошнота усиливалась. Тело занемело, я попыталась перевернуться на бок и свалилась. Застонала.

– Проснулась? – послышался голос Дарриана. – Я снял боль, но залечу полность только, когда приедем.

– Голова болит, – пожаловалась я, попыталась подняться, но не смогла. – Что за вонь?

– Глушитель пробит, – ответил магистр. – Машина совсем древняя. Как бы к мраку не развалилась.

Я все-таки приняла сидячее положение, осмотрелась. Мы находились в тесной движущейся колымаге. И трясло как в телеге без рессор на полном ходу. С трудом забралась на сиденье, увидела перед собой затылок Раддана, а место возницы занял Дарриан.

– А где остальные? – поинтересовалась в первую очередь.

– Пришлось оставить их в Аттаранте, – буднично пояснил магистр. – Нужно было уходить очень быстро. Даже не представляю, в каких убийствах теперь меня обвинят, – произнес он это почему-то со злорадной улыбкой, я могла видеть ее через зеркало, висевшее прямо на стекле. Интересно, вот, зачем это зеркало нужно? Неужели возницу в древности так заботил внешний вид? Что-то я не замечала, чтобы Дарриан в него смотрелся. А еще снаружи по бокам тоже были зеркала. Надо же быть таким самоблюбленным, чтобы даже телегу зеркалами обвешивать. А ведь стоят они недешево.

– Не волнуйся, – заговорил Раддан, – они нагонят нас, если захотят. Невозможно было не заметить, как мы покидали Аттарант.

– А как мы его покидали? – спросила я.

– О, нас провожали с фейерверками, – усмехнулся Дарриан. – Раддан прав, демоны наверняка нас заметили. Вся столица заметила.

– Особенно шикарна была погоня за этой развалюхой на каретах, – рассмеялся адепт Света. Бывший адепт Света. Ему-то уж точно не светит вернуться в Орден.

– Получается, теперь мы не сможем вернуться в Аттарант? – спросила я.

– Почему же? – Дарриан вскинул брови. – Ты у нас служишь в имперской гвардии, я нахожусь под бдительным присмотром эрцгерцога, Каиль, вообще, не был с нами, до демонов никому нет дела. Проблемы могли бы возникнуть только у Раддана. И только с самим Орденом. Но нет больше Ордена, – усмехнулся магистр.

– Весело тебе? – рявкнул адепт Света. Бывший адепт Света.

Самоходная телега вдруг странно задергалась, зачихала и замерла. Сначала я даже обрадовалась, мне очень хотелось выйти на воздух. От странного запаха невыносимо стискивало виски. Но Дарриан вдруг ударил со злостью по рулю и тихо, так что слов не разобрать, выругался.

– Что случилось? – спросил Раддан.

– Сдохла, – ответил магистр. – Бензин кончился. Дальше идем пешком.

– А, – просияла я, – вспомнила! Это такая жидкость из квадратных бочек, – в памяти сохранился момент, как я сама вот так же встала на тракте, когда ехала на маленькой желтенькой тележке. – Давай немного подождем, очень хочется воздухом подышать, – попросила я. – Не заливай эту штуку сразу.

– Дайренн, – магистр обернулся ко мне, посмотрел как на дитя неразумное. – Дальше мы идем пешком.

– Как пешком?! – взвизгнула.

– У нас больше нет бензина. Я не успел взять канистры.

– Канистры – это… – спросил Раддан.

– Это такие большие фляги с горючим, – ответил Дарриан, открывая дверцу.

Я тоже попыталась выйти вслед за ним, открыла дверцу и… поняла, что не могу встать на ногу. Я ее не чувствовала! Но, так как тело уже приготовилось к выходу, не смогла удержаться и вывалилсь на дорогу.

– Дайренн! – ко мне вдруг подскочил Раддан, хотел помочь подняться, но я остановила его жестом. Даже если бывший адепт Света меня и поставит на ноги, вряд ли они меня удержат. И я продолжила сидеть, облокотившись на колесо, размышляя о том, каким образом мы теперь пойдем пешком? А впрочем, не так много я вешу, донесут как-нибудь. Эта мысль меня немного успокоила.

– Раддан, – приблизился к нему со спины Дарриан и положил руку на плечо, – ты иди пока, посмотри, нет ли кого в округе. Вдруг преследователи успели нагнать нас.

– Да какие преследователи? – махнул рукой адепт. – Если кто-то и выжил, сомневаюсь, что он в состоянии хоть как-то передвигаться.

– Иди, говорю, – убедительно посоветовал магистр, – хворост для костра собери. Зайца поймай или птицу какую. Понял?

– Нет, – мотнул головой Раддан.

– Хорошо, – вздохнул напряженно некромант. – Просто уйди с глаз. Надо так.

– Так бы сразу и сказал, – пожал адепт плечами.

Уходил он медленно, вальяжно, постоянно оглядывался, но хватило одной встречи со взглядом магистра, чтобы Раддан ускорился и скрылся из виду по другую сторону машины.

Дарриан присел рядом со мной, коснулся руки и произнес:

– Штаны снимай.

– Что?! – взвизгнула и, если б не бесчувственная нога, подпрыгнула бы на месте.

– У тебя ранение в бедро.

– И?..

– Мне нужно тебя долечить. А через одежду я этого сделать не могу.

– Но…

– Дайренн, ты когда к лекарю ходишь, всегда морочишь ему голову перед осмотром?

– Но… то лекарь, – я засмущалась, краска прилила к лицу.

– Я лучше лекаря, – коварно ухмыльнулся Дарриан. – Я – некромант.

Снять штаны сама я не смогла. Чтобы их снять, нужно сначала подняться, а у меня не получалась. Я распахнула мантию, расшнуровала пояс, стащила штаны с талии и начала подпрыгивать на пятой точке, стараясь выползти из них, как змея.

Дарриан без зазрения совести рассмеялся. Положил свои обжигающе горячие когтистые длани на мои руки и произнес:

– Сейчас помогу, – он сказал это тихо, но меня будто волной обдало. Волной теплого летнего воздуха. Его ладони скользнуль к поясу, пальцы подцепили ткань, и он начал медленно стаскивать с меня штаны. У меня дыхание перехватило от неловкости.

На белой ткани пантолончиков разлилось темное-бардовое пятно. И я вдруг задрожала, осознав, что сейчас Дарриан стащит с меня и белье, даже попыталась отстраниться, но магистр распустил подвязку и просто задрал ткань.

На кончиках черных когтей блеснуло зеленое пламя. Магистр принялся рисовать символы, едва касаясь кожи.

– Пулю я уже извлек, – пояснил он. – Еще в резиденции Ордена сразу вытянул, но залечить не успел.

От его легких прикосновений кожа покрылась мурашками, а в животе разлилось приятное тепло. Нет, ни один лекарь не вызывал у меня подобных ошушений.

Символы вспыхнули, ослепив яркими искрами, но тут же превратились в дымок. Я от неожиданности взвизгнула, хотя больно мне не было, а когда посмотрела на ногу, от ранения не осталось и следа.

Дарриан опустил кружевную ткань и завязал бантик, потом отстранился и произнес:

– Одевайся, – он отвел взгляд, будто сам испытал неловкость, поднялся, а потом громко крикнул на всю безлюдную округу. – Раддан! Возвращайся!

Для начала я пошевелила пальцами излеченной ноги. Кажется, двигаются. Попыталась встать, но нога все равно плохо слушалась, и я едва не свалилась, схватилась за магистра, а штаны сползли в область щиколоток.

Дарриан поставил меня в устойчивое положение, молча наклонился и принялся натягивать на меня штаны. Я раскраснелась, перехватила пояс и, отвернувшись принялась завязываться. Мне стало так неловко, что я никак не решалась обернуться и посмотреть в глаза магистру, будто что-то постыдное учудила. Ощущения почти такие же, как после бала в Адалендире. Хотя нет, там точно было хуже.

– Раддан! – еще раз выкрикнул Дарриан, не обращая на мои терзания внимания.

– Да здесь я! – послышалось в ответ, и я увидела, как он ковыляет с охапкой хвороста. – Нет тут никаких зайцев, – посетовал он, приблизившись, – куда хворост класть?

– Выбрось, – ответил некромант.

Адепт Света опешил, его руки сами опустились, и сухие ветки рассыпался у его ног.

– Ну… – по его лицу, по поджатым губам и сщурившимся глазам было видно, что он хотел выругаться, но не стал, махнул рукой и побрел к машине с уже пустыми руками.

– Идти сможешь? – спросил у меня Дарриан.

– А далеко? – я огляделась. Мы находились посреди поля, рассеченного старым, давно неезженным трактом. Похожий пейзаж окружал нас на пути к Адалендиру, только этот был еще более безжизненным и унылым, а степь местами укрывал посеревший снег.

– Видишь? – Дарриан указал направление. – Там, у линии горизонта лесок, а посреди какое-то строение. По всей видимости, оно и есть.

Я напрягла зрение, но ничего так и не увидела. Похоже, все-таки далеко.

***

Мне почем-то казалось, что шахта – это такая дыра в земле, очень глубокая, в которую спускаются по веревкам и что-то выковыривают в земле. А тут… башня. Цилиндрическая башня, наполовину утопленная в холм, а рядом еще одна, поменьше, практически полностью ушедшая под землю, только верхушка и торчала.

Мы подошли ближе, и я заглянула внутрь каменного кольца. Темно, но внизу виделось какое-то движение, будто вода плескалась, что-то поблескивало, отражая проникшие на такую глубину солнечные лучи.

Дарриан вынул маленький коробок, на котором отображались незнакомые символы, поднес к колодцу, и символы забегали быстрее. Я не могла их прочесть, но магистр нахмурился, будто увидел что-то неприятное.

– Что это? – спросила я. – Что там такое?

– Это, – Дарриан помахал передо мной коробком, – показывает степень опасности среды. Так вот, здесь излучение в один зиверт, внизу, наверняка, больше, поэтому спускаться туда мы не станем. И вообще, лучше уходить поскорее.

– Стоять на месте, – послышался окрик. – руки за голову, иначе пристрелю!

Дарриан и впрямь приложил ладони к затылку и начал медленно поворачиваться. Раддан последовал его примеру. Ну и мне ничего не оставалось, как сделать то же самое.

С первого взгляда стало ясно, что это не маг. Мужчина в черной мантии держал арбалет наизготове и целился, по всей видимости, в Дарриана. Оружие вряд ли представляло для нас опасность, по крайней мере, мне не составило бы труда направить в человека струю огня до того, как он успеет выпустить болт. Но мы ведь приехали за информацией, а не за тем, чтобы убивать. Да и одежда показалась мне знакомой. Это не просто черная мантия, а принадлежность к определенной группе. Похожа на те, что носят служители культа Тьмы, но нет, он не был культистом. У тех нет этого знака на поясе в виде трех пересекающихся линий.

– Возьмем его живым, – шепнул Дарриан.

– Молчать! – рявкнул артбалетчик. Палец на спусковом крючке дрогнул, но болт не выстрелил. Арбалет вдруг рассыпался в его руках, словно был слеплен из песка. Мужчина продолжал держать вытянутые вперед руки, которые теперь покрывала серая пыль, его рот приоткрылся, а глаза стали круглыми и полубезумными.

А я вдруг вспомнила, где видела такую форму одежды. Юстиниар! Один из тех, кто присутствовал при воскрешении эрцгерцога Адлена-старшего. Не, конечно, вряд ли он присутствовал при воскрешении, но форма на нем была точно юстиниарская.

Мужчина, наконец, стряхнул пыль с рук, и почти уже сорвался бежать, но Раддан задержал его мелкой серебристой сетью. Юстиниар повалился лицом вниз и забился в мерцающей паутинке, как вытянутая неводом на берег рыба.

Мы подошли ближе, разглядывая несчастного, тот перестал трепыхаться, и теперь взирал на нас расширенными от страха зрачками.

– Убьете? – выплюнул он. – Мой господин сожжет вас дотла!

– Кто твой господин? – спросил Дарриан, но мужчина, стиснув зубы, хранил молчание. – Кто?! – прорычал магистр.

– А я знаю его, – встряла в допрос, – на нем форма адаледирского юстиниара.

– Адлен? – спросил Дарриан пленника.

– Все вы будете гореть, как в аду!

– Ты работал на старого эрцгерцога? – спросил Дарриан, но пленник вдруг захрипел, глаза его закатились, изо рта полилась розовая пена. – Мрак! – выругался магистр, и принялся выпутывать юстиниара из сети, но было уже поздно. Он умер. Дарриану не оставалось ничего иного, как создать из трупа умертвие. Покойный открыл глаза, закашлялся, как живой.

– Уйди! – гаркнул он, отплевывая пену, забившую легкие.

– Ты не ответил на вопрос, – произнес Дарриан. – И я не дам тебе умереть, пока все не выяню.

– Некромант, – презрительно рыкнул юстиниар.

– Кто владеет шахтой? Отвечай, или начнешь разлагаться заживо. Я тебе это устрою, поверь.

– Старый эрцгерцог был глупцом, – ответил неупокоенный и рассмеялся, отчего розовая пена полезла у него через нос. Отвратное зрелище.

– Но шахта была его? – не терял надежды Дарриан добиться от него истины.

– Когда-то была. Но этот глупец не знал, что с ней делать, – снова послышался булькающий смех.

– А кто знал? Аданир Адлен?

– Миру близится конец, – опять этот мерзкий смех. – Мир скоро превратится в ад. И ты сгоришь в нем!

– Как ты думаешь, – обратился Дарриан ко мне, – за всем этим мог стоять Аданир Адлен?

– Не знаю, – пожала плечами. – Он убил старого эрцгерцога, – выдала я.

– Аданир? – Дарриан удивленно вскинул бровь.

– Я разве не говорила? – заискивающе посмотрела на магистра.

– Нет, – взгляд его стал колючим. – Я правильно понял? Аданир убил старого эрцгерцога? Но зачем-то просил тебя поднять его труп? И ты умолчала?

– Просто столько всего случилось… – отвела я взгляд, посмотрела на ухмыляющегося Раддана.

– Тогда я не понимаю, почему ты не предположила, что он убил и Норимэ, и Тефриэ? – его левый глаз полыхнул синим.

– Да потому что император не собирается судить Адлена. По крайней мере, без доказательств он точно ничего делать не станет. Хотя, боюсь, что и с доказательствами будет лишь покрывать Аданира.

– А при чем тут тогда Норимэ? – вставил слово Раддан. – Он точно был здесь. Мы ведь…

– Мы знаем только, что у него был белый плащ с красным подбоем. О том, что это был Норимэ, мы могли только предполагать. Ты видел его у шахты?

– Нет, но… – Раддан замялся, почесал нос. – Но он был совсем рядом. А теперь, выходит, шахта принадлежала эрцгерцогу?

– Привезем этого к Аданиру, – он кивнул на мертвеца. – Посмтрим на реакцию. В крайнем случае, покопаюсь в его голове.

– В чьей? Мертвеца?

– Нет, эрцгерцога.

– Но это будет незаконной добычей доказательств. У нас нет санкций для допроса аристократа такого рода. Мы не можем… – забеспокоилась я.

– А кто у нас служащий имперской гвардии? – с ухмылкой Дарриан ткнул в меня пальцем. – Ты выпишешь такое разрешение. И когда все подтвердится, император не сможет уже покрывать Аданира.

– А если не подтвердится? – к мраку карьеру, но за такое мне самой будет грозить эшафот.

– Подтвердится, – заверил меня Дарриан. – Я давно чую, не все чисто с этим мальчиком. Не нравится он мне, – магистр смешно сморщил нос.

– Предлагаю решать проблемы по мере их поступления, – глубокомысленно заключил Раддан. – Как мы отсюда теперь выберемся? Пешком?

– А ты как сюда попал? – повернулся магистр к мертвецу.

– Не твое дело, – буркнул мертвяк.

– О, – ласково протянул Дарриан, – поверь, то, что ты умер, не помешает мне применить, как это раньше говорилось, спецсредства. Я знаю достаточно способов разговорить мертвеца. И все они жутко болезненны.

Неупокоенны изобразил на лице презрение, сплюнул кровавую пену и прокаркал:

– Там, – махнул он рукой в сторону башне, – за градирней, где лагерь рабочих, там есть телега и лошади. Упокой меня, некромант.

– Не могу, – развел руками Дарриан, – мне нужно показать тебя мальчику.

– Я все сказал, – он снова сплюнул желто-красный сгусток. – Упокой… плохо.

– У тебя отек легких. Он тебя и убил. Сделай вдох, как будто органы целы, у тебя получится, ты недавно мертв, а потом сплевывай, пока легкие не иссохнут, – Дарриан вздернул мертвеца за шиворот, поставил на ноги, а потом отвел нас с Радданом в сторону, но я все равно видела, как красно-белая масса изливается из нутра мертвеца. И все это с такими ужасными звуками, будто лягушек давят босыми ногами. Мне и самой захотелось опустошить желудок, хотя он и без того был пуст.

– Нужно уходить быстрее, – произнес Дарриан, – здесь все заражено. А еще у меня есть подозрения, что градирни затопило грунтовыми водами. И это грозит новой экологической катастрофой. Слишком близко к Аттаранту.

– Разве за тысячу лет не выветрились все яды? – спросила я.

– Нет, Дайренн, – снисходительно улыбнулся Дарриан, – для этого требуется около семисот миллионов лет. Нужно предупредить императора. И придумать, как это остановить при помощи магии.

– Неужели древние технологии столь смертоносны, что миллионы лет могут отравлять планету? – удивился Раддан.

– Боюсь, они еще хуже. Древние вполне могли разнести планету в клочья.

За этой башней, или, как выразился мертвец, за градирней мы действительно увидели лагерь. Вот, только я думала, что поселение давно опустело, но там были люди. Они лежали на спальниках под открытым небом, израненные, искалеченные, покрытые страшными ожогами. Двое, что еще не настолько обессилили, чтобы только лежать, держали в руках концы веревок, тянувшихся в трубу. Их руки и лица так же были покрыты волдырями, из которых сочилась черная кровь.

Дарриан подбежал к одному из них, отнял веревку и стал вытягивать.

– Что ты делаешь?! – вскрикнул человек. – Он еще не закончил! – он попытался оттолкнуть магистра, но не сумел, упал на землю. – У него есть воздух!

– Беги отсюда, пока жив, – прорычал Дарриан. – Беги, кому сказал! – и он оттолкнул второго человека, державшего веревку, тоже начал вытягивать. По его напряженному лицу было заметно, что тащит он что-то тяжелое.

Из жерла башни вдруг показалась сине-зеленая голова с огромными круглыми глазищами. Он совсем не походил на человека, скорее на морское чудовище: обтянутое блестящей зеленой кожей, с огромными перепончатыми лапами, а на спине у него имелся странного вида плавник, желтый, поросший тиной.

Существо повалилось на землю, и я была уверена, что оно сейчас задохнется, как рыба без воды. Но оно встало, ухватило себя за морду и дернуло так, что едва само себе голову не оторвало.

Тем временем, Дарриан извлек второе существо. Такое же, только синие. И оно так же принялось дергать свою морду.

– Еще кто-нибудь есть в градирне? – спросил Дарриан у людей.

– Нет, – ответил один из тех, что держал веревку, – у нас только два платья для погружения.

– Платья, – усмехнулся Дарриан, – вы даже не знаете, как это называется. Уходите, как можно скорее, иначе все подохните. Здесь опасно.

– Но нам деньги платят за опасность, – возмутился один из тех, что лежал на земле, с покрытыми язвами ногами.

– Никакие деньги того не стоят, – ответил магистр. – Уходите немедленно!

Послышалось конное ржание. Обернувшись, увидела, что неподалеку стоит весьма потрепанный омнибус, запряженный тройкой хилых кляч, видимо, на нем и доставляли рабочих, а рядом арба, тоже видавшая времена получше, с одним конем, но поздоровее.

Когда я вновь взглянула на водяных чудищь, то обомлела. У них появились вполне человеческие головы, а рядом лежала кожа с лиц. Неужели, это излучение такое с ними проделывает?

– Дарриан, все эти люди могут превращаться в водяных? – спросила я. – Из-за этой радиации?

Магистр лишь рассмеялся.

– Нет, Дайренн, – все же соизволил он ответить, – это просто костюм. Гидрокостюм и акваланг. И ты тоже могла бы превратиться в чудовище и плавать под водой. Видишь, – он указал на желные плавники у них на спинах, – это баллоны с кислородом. Так они могут дышать под водой. Древняя технология.

Смутилась, покраснела от своей необразованности.

– А я-то думал, что это за странная одежда, – произнес Раддан. – Видел такие в хранилище Ордена. Видно, их тоже успели украсть, только никто не хватился.

– У вас там неплохие штуки водятся, – улыбнулся магистр, – почему же вы все знания растеряли?

– Это случилось задолго до меня, – вздохнул Раддан. – Если б я только знал назначение всех этих вещей.

Несчастных рабочих загрузили в омнибус. Дарриан помог каждому, отсыпал монет на лекарей, и пустил транспорт в сторону Аттаранта. Затем подошел к так называемым гидрокостюмам, поводил над ними своим коробочком.

– Нельзя их уже использовать, – с досадой произнес он. – Слишком высокий фон, – но, тем не менее, все равно прикоснулся им, извлек из маленького мешочка серые монетки. – Вот, за этим они ныряли? – обратился он к мертвецу.

– Да, – ответил он, – но я не знаю, что это.

Дарриан ссыпал монетки с ладони на землю.

– Это уран, – произнес магистр. – Лучше бы никому теперь не знать, что это и как применяется.

Старая арба не предназначалась для перевозки большого количества людей, а нас было трое, не считая мертвеца. Раддана было решено усадить верхом, а я, Дарриан и труп расположились в повозке. Я положила голову на плечо магистру и сделала вид, что не замечаю, как он обнял меня. Где-то у ног сидел мертвец, но меня это совсем не смущало, слишком устала. А потом я просто отключилась, будто кнопочку волшебную кто нажал.

Глава 19

Растолкали меня, когда мы уже ехали по самому Аттаранту. Вокруг стоял такой шум, будто мы ехали по сельскому рынку или по площади в разгар народных гуляний. Люди кричали, что-то неразборчивое, но агрессивное, как мне показалось. Я выглянула наружу и увидела, что горожане, как бы ни вся столица, вывалили на улицу. Они орали, держа в руках стяги, деревянные щиты, исписанные странными лозунгами, разбрасывали листовки, но арбу так трясло, что я никак не могла сфокусировать зрение, чтобы прочесть написанное. Наконец, бессмысленный гвалт сложился в более-менее понятную речь. Они скандировали: «Свободу знанию! Долой Орден!»

– Что происходит? – поинтересовалась у Дарриана. Он все-таки умный, все должен знать.

– В прошлом это называлось демонстрацией, митингом, протестом. В общем, горожане почему-то взбунтовались против Ордена. И есть повод предположить, что мы к этому руку тоже приложили.

– В смысле? – не поняла я, при чем тут бунт. Мы ведь никого против адептов Света не натравливали, насколько помнится.

– Кажется, вы не только в Аринкае уничтожили Орден. Но и до столицы добрались, – обернувшись к нам, произнес Раддан.

– Радуйся, – крикнул ему магистр, – нет Ордена – нет проблемы.

Мне не понравился задорный настрой Дарриан. Мне не нравилось происходящее. Это походило на начало революции, гражданской войны и тому подобное. А смута ни к чему хорошему не приводит. По крайней мере, в ближайшей перспективе.

Сумеречное небо окрасилось алым заревом. Мне хотелось думать, что это просто восход солнца, ведь мы вполне могли провести в дороге всю ночь, но что-то подсказывало, это пожар или взрыв.

– Куда поедем-то? – сквозь шум толпы донесся голос Раддана. – К магу воды?

– Нет, едем к эрцгерцогу.

Раддан развернул лошадь, и направил арбу в сторону центра города. Толпа становилась плотнее, люди расступались неохотно, тогда адепт Света выхватил у кого-то знамя и стал вторить толпе:

– Долой Орден! Долой! – кричал он, и народ отступал в сторону, давая дорогу, восхищенно глядя на орущего адепта Света. Их даже не смущало, что одет он хоть и в изуродованный, но все же орденский плащ.

Наконец, мы подъехали к дому мастера огня. Отсюда был виден не только императорский дворец, но и резиденция Ордена Света. Только теперь ее не было видно. Совсем. Даже руин не осталось. Только все больше людей шли туда, где еще недавно находилась резиденция.

– Кажется, Ордена Света, и впрямь, больше нет, – произнес Дарриан, который уже вылез из арбы и стучал в дверь.

– Мне уже все равно, – отмахнулся Раддан, слезая с лошади.

Последней выползла из арбы я, если не считать мертвеца, который так и остался сидеть с видом, будто останется тут навеки. Потом за ним все же вернулся Дарриан, вытащил аккуратно, поставил на ноги, оттряхнул изгвазданную мантию юстиниара.

Служанка, открывшая дверь, отшатнулась, увидев красноватый блеск в глазах неупокоенного, она открыла рот, чтобы что-то сказать, но так и не произнесла ни звука, а рот закрыть забыла. Мы беспрепятственно проникли внутрь, поднялись по лестнице и направились прямиком к покоям Аданира Адлена.

Молодой эцгерцог нервно расхаживал перед окном взад-вперед, на нем был белый плащ с кровавым подбоем, а волосы растрепаны, всклокочены, будто он несколько дней не расчесывался. Заметив нас, он замер, резко обернулся, глядя совершенно обезумевшими глазами.

– Что вам надо? – спросил он, пренебрегая приветствиями.

– Что там случилось? – спросил Дарриан, подходя к окну и к самому Аданиру.

– Это ваших рук дело? Вы устроили переворот?

– Переворот? – спокойно произнес магистр, на лице его застыла ухмылка.

– Они сожгли Орден Света. Так они и до императорского дворца доберутся. А потом начнут вешать аристократов на шпилях их собственных домов! – испуганно пробормотал Аданир.

– Да ну, – усмехнулся некромант. – С чего все началось?

– Никто не знает. Я думал, что это вы устроили. Но вы здесь, а не на улицах. В орденских одеждах…

– Кстати, – Дарриан положил руку на плечо эрцгерцога, – дорогой друг, позволь нам воспользоваться твоей одеждой. Орденские мантии в данный момент не слишком уместны.

– Хорошо, – выдавил из себя Аданир, было заметно, как он хотел бы вырваться из-под руки некроманта, но не решался. – Берите все, что хотите.

– Вы слышали? – обратился к нам Дарриан, – эрцгерцог так добр, что позволил воспользоваться его гардеробом. – А теперь, дорогой друг, – он снова обратился к Аданиру, – посмотри на сие умертвие, – и он махнул рукой в сторону мертвого юстиниара, который сделал шаг вперед.

– Борнир… – пробормотал чуть слышно эрцгерцог.

– Так и знал, что вы знакомы, – улыбнулся Дарриан и убрал все-таки руку с плеча Аданира.

– Вы… убили его?

– Он сам это сделал. Поверь, я совсем этого не хотел. Живых, знаешь ли, допрашивать проще. Значит, шахта была твоей, – это был не вопрос, а утверждение. – Зачем тебе понадобился уран, лорд Адлен?

– Это не я! – взвизгнул мальчишески высоким голосом эрцгерцог. – Это не я все придумал! Я не знал, что у отца была эта мракова шахта!

– Не знал, когда убивал его? Не знал о столь любопытном наследии?

Аданир Адлен побледнел, подбородок затрясся, и он перевел на меня несчастный взгляд. Я кивнула, подтверждая его догадку.

– Все было так, как я тебе рассказал, – едва не плача ответил эрцгерцог. – Я только хотел жить в столице. Я ничего больше не хотел. Не хотел в этом участвовать!

– Участвовать в чем? – спросил магистр.

– Этот парень, он даже не дворянин, но маг. Явился в Адалендир. Сказал, что я должен добывать эти странные монеты. Сказал, чтоб нанимал людей из черни. Борнир, единственный верный мне юстиниар, он просто возил рабочих и отдавал монеты этому магу.

– А ты, вот, совсем не при чем? – на губах магистра заиграла жесткая усмешка.

– Совсем, – радостно кивнул Аданир.

– Наивный северянин, – рассмеялся Дарриан, – ты убил отца, хотел вернуться в Аттарант, но к тебе явился некий маг и рассказал про шахту. А зачем ты убил Норимэ? Чтобы занять его место?

– Это не я! – взвизгнул эрцгерцог. – Это все этот маг! Ему демоны подчиняются, я ничего не мог поделать! Норимэ что-то прознал о шахте. Это не я!

– Ни за что не поверю, что ты участвовал во всем это только потому, что боялся негоего мага, – спокойно произнес магистр. – Что он тебе обещал?

Аданир еще раз посмотрел в окно, потом, понурив голову, повернулся к Дарриану и тихо выдохнул:

– Трон.

– Прекрасно, – Дарриан зааплодирова, – просто прекрасно, бедный, несчастный мальчик. Исентиар будет в восторге, когда узнает.

– Но я бы не стал этого делать, если бы не этот маг. Он мог убить меня. Он все мог…

– А Тефриэ? Его зачем устранил?

– Так он же… – Аданир замялся, снова отвел глаза, – он же все мог раскрыть! Он же связан с этим культом Тьмы. Но не я его убивал! – снова перешел на визг. – Это все этот маг!

– Как его имя? Мне нужно знать все, что знаешь ты, если не хочешь, чтобы я приложил руку к твоим мозгам.

– Что здесь происходит? – послышался надменный женский оклик. Я обернулась и увидела Илмиру Адлен, эрцгерцогиню. Она заставила нас с Радданом посторониться, чтобы иметь возможность пройти в своей огромной юбке с кринолином, затем скривилась, заметив умертвие, которое уже начало источать зловоние.

– Матушка! – радостно воскликнул Аданир, словно увидел в ней спасение.

– Илмира Адлен? – к ней навстречу шагнул Дарриан, пренебрегая этикетом. Эрцгерцогиня поджала губы, прищурила глаза, ей явно не понравилось неподобающее обращение магистра, но ее взгляд встретился с его демоническими глазами, и леди Адлен не решилась что-то возразить.

– Адди, – она перевела взгляд на эрцгерцога, – что происходит?

– Ничего особенного, – ответил вместо Аданира магистр, – Аданир Адлен обвиняется в убийстве и организации заговара против императора.

– Вот как? – если ее и волновала судьба Аданира, она никак этого не выдала, лишь удивленно приподняла бровь над левым глазом. – Адди, это правда?

Эрцгерцог молчал, вперил взгляд в пол, а пальцы нервно перебирали край занавески.

– Можете не сомневаться, леди Адлен, – произнес магистр. Она обернулась, снова хотела возразить, но лишь открыла и закрыла рот.

– Это не я! – снова взвизгнул Аданир. – Это все тот маг! Он меня заставил!

– Итак, Аданир, – обратился к нему Дарриан, – назови имя.

– Он ведь мог и не говорить мне настоящего имени, – заблеял эрцгерцог.

– Назови имя, Аданир, – отчеканил некромант, делая шаг к нему.

– Арен Лераэ. Он из Ордена.

– Нет больше никакого Ордена, – вставил слово Раддан, обреченно вздохнув.

– Ты знаешь такого? – повернулся к нему Дарриан.

– Имя довольно распространенное, а вот фамилия… – Раддан замялся, походил по комнате. – Он из Кадафа, если имя реально.

– Сомневаюсь, – усмехнулся некромант. – К тому же, если тебе он не знаком, то вряд ли представился нашему Адди, – имя он произнес крайне издевательски, – настоящим именем. А тебя, – он обернулся к эрцгерцогу, – сейчас доставят в сторожевую башню, – с этими словами он вышел из комнаты, оставив нас в компании эрцгерцога и его матушки.

Аданир немного успокоился, но руки его так же дрожали, а, вот, леди Адлен удавалось сохранить полную невозмутимость, будто ее, вообще, не касалось происходящее.

– Вы… – заговорил эрцгерцог, – вы пока берите, что вам нужно? Позвать служанку?

– Не стоит, Аданир, – произнесла я. – В моих прежних покоях остались кое-какие вещи, – а потом я обернулась к Раддану. – Пойдем, – и потащила его к выходу в коридор.

– Стой, – позвал лорд Адлен. – А… – он покосился на мертвеца, – а этот?

– Пусть побудет здесь, – ответила, подошла к умертвию, и, хоть он и не стал бы меня слушаться, рявкнула. – Охранять! – с этим мы и покинули покои мастера огня.

Моя комната осталась без изменений. Когда я покидала дом, далеко не все имущество уместилось в чемодан. Кое-что пришлось бросить. По большей части это были платья, которые я редко надевала, но теперь, видимо, пришло их время. Поскольку дорожный костюм остался только один, и его я отдала Раддану. Не рядить же его в женские наряды, в конце концов?

Сама я отправилась в душ, но водные процедуры пришлось сократить до минимума. Не хотелось надолго оставлять эрцгерцога, а когда явится Дарриан, я не могла знать, как и не знала, куда он направился. Облачившись в скромное по столичным меркам светлое платье с глухим воротом и длинным рукавом, я выбрала изящные сапожки и плащ.

Раддану мой дорожный костюм оказался мал, но адепт Света постарался втиснуться, и слишком узкие штаны обтянули его кривоватые ноги, а куртка на животе не сошлась вовсе. Пришлось прикрыть все это безобразие плащом, наглухо запахнув.

Когда мы вернулись в покои эрцгерцога, его самого уже уводила стража, а Дарриан стоял, сложив руки на груди, рядом с Илмирой. Я не слышала, что она ему говорила, но магистр почему-то улыбался.

Аданир Адлен стойко перенес арест, не сопротивлялся, шел сам в окружении имперских гвардейцев, гордо вскинув голову и стиснув зубы. Но почему-то мне казалось, что недолго ему пребывать в тюрьме.

***

Пока мы ехали в наемном экипаже, я все сильнее волновалась за Каиля и демонов. Ведь Дарриан говорил, что они нагонят нас, но мы не встретили их ни возле шахты, ни на обратном пути. Они все еще были в городе, где теперь творился хаос.

Через окно я видела, что на месте резеденции Ордена осталось пепелище, на котором теперь бесновалась толпа.

Некоторые дома обьяло пламя, люди кричали, кто-то в ужасе, кто-то ликовал, так сразу и не разберешь, но мне было страшно, неимоверно страшно от того, что мир рушился у меня на глазах.

«Долой Орден!» – кричали они, а имперская гвардия щитами теснила толпу, не давая подступиться к дворцу императора. Но зачем им дворец, если резиденции Ордена больше нет?

Конечно, я в очередной раз забыла об излюбленной ловушке Каиля и угодила под ледяной водопад. Послышалось сдержанное хихиканье позади. Дарриан и Раддан стояли достаточно далеко, чтобы их не задело. А мне теперь снова переодеваться!

Когда дверь открылась, я даже не увидела, кто ее открыл из-за мокрых спутанных волос, залепивших лицо, стиснула кулаки и протопала в прихожую. Из моего рта вырвалось:

– Ыыыы, – но я никак не могла определиться, на кого все-таки злюсь. На Дарриана, посмевшего обсмеять меня в присутствии Раддана, на Каиля, устроившего эту дурацкую ловушку, или все-таки на себя за дырявую память.

– Чего? – послышался голос Каиля.

– Ничего, – зло прорычала в ответ, не оборачиваясь. – Мне нужна сухая одежда и горячий душ.

– Она просто устала, – пояснил Дарриан, он говорил что-то еще, но я не слышала, не стала ждать, а прохлюпала мокрыми сапогами до своей спальни. Там скинула мокрое платье, плащ, обувь. Одежда стала похожей на премерзкие водоросли, но я вздохнула с облегчением, глядя на размякшую кучу тряпья, а потом полезла в душ, встала под горячие потоки воды. Согрелась.

Едва успела вытереться и облачиться в мягкий домашний халат, как в комнату ввалился Каиль, даже не удосужившись постучать.

– А если бы я не была одета? – вскрикнула я, накидывая на голову полотенце.

– Но ты же одета, – невозмутимо ответил он, прислонившись к стене спиной и скрестив руки. – К тому же, когда все закончится, – он вдруг подошел ко мне так близко, что мои мокрые волосы коснулись его шелковой рубашки, оставив темные пятна, – ты ведь останешься? Со мной, – он отвел взгляд, будто сам смутился собственной смелости.

– А разве тебя уже не раздражает присутствие посторонних в доме? – язвительно спросила.

– Они, – он махнул рукой в сторону двери, – да, но ты – нет, – он напряженно поджал губы, сглотнул и произвес резко и отрывисто. – Я скучал.

– Каиль, – он был так близко, что мне пришлось положить руки ему на грудь и слегка обозначить дистанцию между нами, – я тоже скучала, но… – в его глазах отразилось синее море, покрытое тонкой коркой льда. Я видела, что нечто терзает его, заставляет путаться в словах, теряться, но разве поймешь, что вообще творится в голове у мастера воды? Нет, в целом, я его понимала. Но с трудом.

Он отстранился, отошел к двери, потом вдруг обернулся, широко улыбаясь, произнес шепотом:

– А я знал! – и вышел за дверь.

Все-таки он очень странный. Но, что удивительно, именно эта странность, можно сказать, даже степень помешательства, была невыразимо притягательной. Он вызывал во мне смятение, вносил сумбур, потому что сам руководствовался только ему понятной логикой. И, конечно, будил во мне любопытство, как все неизведанное.

Мне было трудно разобраться, что имеено я чувствую к Каилю, помимо любопытства, но когда он произнес вот это: «Ты ведь останешься?», со свойственной ему манерой речи, с нотками робкой надежды, я ощутила, как участился пульс, как горячая кровь прилила к лицу, как в области диафрагмы вспыхнул маленький огонек. Но я еще не разобралась в себе, потому не решилась ответить. Потому что не знала ответа. Но отчего-то сейчас стояла посреди комнаты и глупо улыбалась.

Тряхнув головой, отогнала всякие романтические мысли и все же вышла из комнаты. Но, как ни странно, никого не застала в кухне. Голоса шли из гардеробной, где поселился Ареан. И я пошла на звук.

А вот гардеробная стала совсем уже не гардеробной. Куда-то подевались вешалки с одеждой, добрая сотня пар обуви, полки, крючочки и все, что, как мне казалось, должно находиться здесь. Зато посреди опустевшей комнаты стоял большой стол, сооруженный на скорую руку из того досок и железных бочек. На столе громоздился чайник, куда ж без чая? А еще блюда с пирожками, фрукты, бутылка вина. За импровизированным столом собрались все, включая Раддана, которому, как я предполагала, надлежало бы вернуться в подвал и спать, но нет, пленник, а может, уже и не пленник, а гость восседал на деревянных ящиках, сложенных друг на друга, в каких обычно привозят овощи на рынок. Рядом с ним в громадном кресле с золотыми подлокотниками расположился Дарриан. Они едва слышно беседовали, словно старые друзья, а не заклятые враги.

– А потом, – Ареан говорил так, что слышно было всем, – Арт внушил одному господину, что нужно делать революцию. И тот залез на развалины таверны и стал речь толкать.

– Ты о чем? – спросила я, привлекая к себе внимание.

– О том, как прикрывая наше отступление, ребята совершили маленький переворот, превратившийся в серьезный бунт, – пояснил Дарриан.

Каиль соорудил из ящиков сидалище и для меня, молча усадил и придвинул чашку с подостывшим чаем.

– А что оставалось делать? – пожал плечами Артхаэн. – Этот Адлен сразу бы догадался, что это ваших рук дело. А так, получается, народ взбунтовался, разнес в клочья резиденцию Ордена, адепты бежали, а главное, никто не жалуется императору. Только этого… – демон замялся, припоминая вылетевшее из головы слово, – который главный там…

– Прецептор, – подсказал Раддан.

– Только его так и не нашли. Успел сбежать. Как бы до императора не добрался.

– Не доберется, – мрачно буркнул адепт Света. Бывший адепт Света.

– Почему? – удивленно сверкнул алыми очами демон.

– Его Дайренн зажарила. Даже тела не осталось.

Арт перевел все тот же удивленный взгляд на меня и произнес:

– За что ты его так? А мне-то казалось, ты вовсе не отличаешься кровожадностью.

– Это была самооборона, – ответила, а потом добавила, – он первый начал.

– Мрак с ним, с прецептором, – произнес Дарриан. – Я могу уехать уже сейчас, думаю, теперь, когда Аданир Адлен под арестом, с меня снимут все обвинения без вопросов. Признание Адлена я записал и уже передал нужному человеку. Вот только… – магистр задумчиво поднес чашку к губам, но пить не стал, – Адлен не врал про мага из Ордена. Но даже не это беспокоит меня. Радиоактивное заражение. Иссентиар не знает, насколько это опасно. Я замерил фон в городе и в реке. Боюсь, что нас скоро ждет новая волна лучевой эпидемии. В первую очередь пострадают те, кто магией не владеет. До начала Асшийской эпохи именно магам в этом плане везло больше. Я не уверен, что сейчас мы сумеем остановить заражение. Как бы не пришлось эвакуировать все население в западное полушарие.

– Вы это серьезно? – спросил Каиль. – В западное полушарие? Где вымерло все живое?

– Дайренн была там, – ответил магистр. – Переселение вполне возможно осуществить. Но это крайний случай. Тем более, что у нас нет столько кораблей, чтобы перевезти всех жителей, включая дальние провинции на востоке. Даже если попросим помощи Кадафа. И еще, – Дарриан пристально посмотрел на меня, – ты должна покинуть Аттарант. Возвращайся в Аринкай.

– С какой стати?! – возмутилась, едва сдержавшись, чтобы не подпрыгнуть на месте.

– Радиация, – ответил он.

– Но ты же говорил, что на магов она не действует! Разве я – не маг? Разве ты не говорил, что я едва ли не бессмертна из-за иртыма? Разве…

– Успокойся, Дайренн, – прервал меня магистр. – Дело не только в том, что я не знаю, как на тебе скажется влияние излучения. Я, и впрямь, не знаю, но отсылаю тебя не только потому, что беспокоюсь. Есть две причины, почему тебе нужно уехать. Сам я уехать сейчас не могу, нужно поговорить с Исентиаром, а объяснить, что случилось, могу только я.

– Чтобы ты не говорил, все равно буду думать, что ты просто меня отсылаешь, – я сложила руки на груди и демонстративно отвернулась.

– Думай, что хочешь, – ответил магистр, – но только ты сможешь войти в мой замок. Никому более моя нежить не подчинится. В Урановом лесу, я рассказывал, в дурном месте, захоронены радиоактивные отходы. И не просто так, а потому что там находятся залежи цеолитов. Это такой минерал, способный поглощать радиоактивные нуклиды. Там находятся его природные залежи. Ты должна привезти его сюда. Мы засыпем градирни цеолитом. Конечно, все равно получим зараженную зону рядом с Аттарантом, но если успеем, остановим распространение через грунтовые воды. Фон в городе пока не критичный.

– Как?! Как я привезу столько этого цеолита? На себе?

– Наймешь грузовой корабль и людей. Как можно больше, чтобы работали быстро. Я дам столько золота, сколько потребуется. Лаэш знает, что за минерал придется им добывать. Только подальше от дурного места пусть копают. Минерал нужен чистый. Лаэш и поручишь все работы. А сама, это вторая причина, почему тебе нужно ехать, сама отправишься в Аринкай, в Орден Света. Если помнишь, именно их портал я использовал для перемещения в Лэнг. Тебе нужно попасть в Кадаф.

– А это еще зачем? – удивилась я.

– Мага нужно найти. Поговоришь с Кроцеллом, он не откажет. А если потребуется, то и со жрецами Рацех.

– Это невозможно, – возразил Арт. – Жрецов даже теоры опасаются. С человеком они и словом не обмолвятся.

– С человеком – возможно, но не с экхаром, – ухмыльнулся Дарриан.

– И ты хочешь, чтобы я одна все это сделала? Почему мы не можем отправиться вместе?

– Почему же одна? С тобой поедет Раддан, поскольку без него ты не пройдешь в Орден. Лорд Лагельд тоже не обязан оставаться. Почему бы ему не сопроводить тебя? Ареан вполне мог бы уже вернуться домой. Поедешь с компанией.

– А я? – вдруг спросил Арт. – Вы про меня забыли или умышленно не упомянули?

– А ты останешься здесь.

Совершенно не знала, что ответить. Молчала, уткнувшись в чашку с остывшим чаем. Мне очень не понравился командный тон Дарриана. Не хотелось, вообще, покидать Аттарант, даже в сопровождении Каиля и Ареана. Неприятное ощущение, что от меня все-таки хотят избавиться не давало покоя. Мне столько пришлось сделать, чтобы Дарриан оказался на свободе, а он сразу отсылает меня из столицы. Самое обидное, что и возразить нечего. В замок смогу войти только я, беседовать с Кроцеллом, опять же, только мне. Не станет же он слушать Раддана, в конце концов?

– Значит, – недовольно буркнул Каиль, – меня Вы тоже отсылаете, а сами будете жить в моем доме?

– Именно, – Дарриан растянул губы в коварной улыбке.

– Когда все это закончится, – рыкнул мастер воды, злобно сверкая очами, – всех выгоню к мраку!

– Можно подумать, велико удовольствие жить в твоей гардеробной, – пробурчал Ареан.

– А тебе и не придется жить в гардеробной, – ухмыльнулся Каиль, – ты едешь с нами копать этот цеолит. Лопату не забудь.

– Тогда уж кайло, – посоветовал Дарриан. У демона расширились змеиные глаза, он повернулся ко мне, ища поддержки, но я тоже глупо хихикнула, представив, как Ареан грузит в тачки грунт и катит в Аттарант.

– И ты туда же, – бросил мне демон и демонстративно отвернулся.

Скользнув взглядом по физиономии Раддана, заметила, что лягушачий рот растянулся в мерзенькой улыбочке. Кажется, он один был доволен предстоящей поездкой. И мне это до боли не нравилось. Как Дарриан может отправлять меня с ним? Да мало ли, что он способен выкинуть еще? Одно маленькое приключение – еще не повод доверять бывшему врагу. Вот, чему он сейчас радуется? И глазки масленые, точно задумал что-то.

Ареан все еще демонстрировал неудовольствие, но все-таки переигрывал. Синевласого демона я, вообще, не воспринимала всерьез. Пусть он забавный, но что я по сути о нем знаю? Только то, что он бросил Милину в Адалендире, человеческую девушку, пусть и живущую в мире демонов, но лишенную магии. А еще он мастер вводить человека в транс, подсовывая галлюцинации вместо реальности. Можно ли в принципе доверять существу с такими способностями? А он ведь до сих пор не сказал,что за желание пообещали исполнить жрецы Рацех. И вряд ли скажет. Но ему я все же доверяла больше, чем адепту Света.

А вот Каилю мне очень хотелось довериться целиком и полностью. На грани иррационального. Несмотря на все его странности, замкнутость и мизантропию, мне хотелось верить, что именно он сделает все, чтобы защитить меня. И дело не в дурацкой дуэли из-за меня в императорском дворце, и не в том, что я практически сразу, оказавшись в сложной ситуации, поселилась у него, и даже не в том, что видел он меня в таком неприглядном виде, что и думать об этом стыдно, а все равно принял со всеми недостатками. В этом бесполезно искать логику. Просто он мне нравился, и я тоже приняла его со всеми странностями. И потому доверяла. Было между нами что-то общее, что-то глубоко личное, едва уловимое, и невозможно описать, что же такое объединяло нас. Просто он мне нравился…

Глава 20

Отбывали на рассвете. Мне почти ничего не пришлось делать самой, хоть Дарриан и давал поручения именно мне, но рабочих нанимал Ареан, у него хорошо получалось убеждать людей, а кораблями занимался Каиль, все же он лучше в них разбирался, и, вообще, вода – его стихия. Сама же я лишь приглядывала за Радданом и паковала вещи. Совсем немного вещей. Взяла одно лишь платья для выхода в Аринкае, чтоб не привлекать внимания. Аринкай – далеко не столица с ее свободными нравами, там штаны на девушке – уже повод для шепотков за спиной. Хотя, может, после падения Ордена, там и изменились нравы, кто знает?

Мы не могли прибыть на корабле сразу в Эрсинкай, нужно было сойти на берег в Аринкайском порту, а после нанять экипаж. Однако я надеялась позаимствовать самоходную телегу, если таковая еще осталась в поместье у дядьки. А куда он, собственно мог ее деть? Конечно, она там, лишь бы только бензин остался.

Каиль нанял большой барк, дорогой корабль, быстроходный, хоть и грузовой. Пассажирские от Аттаранта до Аринкая идут дольше, а барки используются для переправки ценных и срочны грузов, а так же почты. Путь безопасен, ни рифов, ни пиратов, а значит, уже через пять дней мы будем в Аринкае, если, конечно, повезет. В море-то всякое может случиться, а сейчас уже почти зима, и хоть грозы теперь редкость, холодный северный ветер, надувающий паруса до отказа, запросто может обратиться и штормом. Это еще хорошо, что море льдом не покрывается, иначе пришлось бы через восточные земли ехать в карете. Но много ль этих цеолитов увезешь каретой?

Говорят, существует два типа людей: те, кто любит море, и те, у кого морская болезнь. Так вот, хоть я и не страдаю от качки, морские путешествия не люблю. Впервые из Аттаранта морем мы отбывали с мамой после смерти отца. Второй раз я путешествовала на корабле после того, как меня прогнал Дарриан. И потому с морем у меня решительно не сложилось никаких положительных ассоциаций. Шум волн заставлял тревожно колотиться сердце, а крики чаек отдавались головной болью. Мне не хотелось уезжать. И не хотелось слышать, как волны разбиваются о причал.

Естественно, я не разделяла воодушевления Каиля, которому, судя по тому, как он радостно махал мне рукой с палубы, предстоящее путешествие нисколечки не претило. Он широко улыбался, положив вторую руку на плечо Раддана, мрачного, ссутулившегося так, будто рука Каиля весила как наковальня.

Спустившись вниз по каменным ступеням, я ступила на шаткий деревянный трап. Было страшно потерять равновесие, и я шла, раскинув в стороны руки, балансируя на узкой доске, но ни один из мужчин не догадался протянуть руку. Настроение совсем испортилось.

– Что-то не так? – поинтересовался Раддан, пристально заглянув мне в глаза.

– Не так, – буркнула в ответ.

– Да в чем дело? – убрав с лица улыбку, спросил Каиль.

– Не хочу в Аринкай. Не хочу плыть на этом корабле. И вообще, хочу спать.

– Пойдем, – Каиль убрал руку с плеча адепта Света и положил на мое, – отведу тебя в нашу каюту.

– В нашу?! На таком здоровенном корабле не нашлось для меня отдельной каюты?

– Ну, – мастер воды растерянно улыбнулся, взглянув на меня из-под ресниц, – ну, можешь, конечно, выбрать в соседи демона. Но я бы не выбрал Раддана. И демона тоже не выберу.

– То есть кают всего две?

– Ага, – довольно кивнул Каиль.

– В таком случае вы неплохо уместитесь втроем, – ухмыльнулась я, – а мне нужно одиночество и покой. В конце концов, непристало девушке ночевать в одной каюте с мужчиной. Перетаскивайте вторую кровать к себе.

Крутанувшись на пятке, направилась в сторону входа в каюты. По крайней мере, мне казалось, что каюты должны располагаться именно под небольшой деревянной надстройкой, в которой виднелась дверь.

– Ты куда? – вскрикнул Каиль, и послышались быстрые шаги. – Стой, крикнул он, настигнув меня. – Это же камбуз!

Пришлось остановиться.

Тяжело вздохнув, все же повернулась к мастеру воды. Он взял меня за руку и повел в противоположную сторону.

– Ладно, заодно и кровать сразу заберешь.

Меня ожидало целых два разочарования. Во-первых, каюта оказалась не каютой вовсе, а темным трюмом. Спускаться пришлось через люк в палубе по веревочной лестнице, которая страшно раскачивалась, трещала и грозилась оборваться в любой момент. Благо, что в трюме оказались очень низкие потолки.

Следом спрыгнул Каиль, проигнорировав ненадежные веревки. И мы очутились в совершенно темном корабельном подполе. Свет проникал лишь через щели в палубных досках. Здесь было сыро и неприятно пахло рыбой. Хоть и не страдаю морской болезнью, но тошнота тут же подкатила к горлу. А еще тут наверняка водились крысы. В таком мрачном сыром помещении никак не могло обойтись без крыс.

В паре шагов от люка обнаружилось две двери. Каиль распахнул одну из них, и из каюты полился слабый желтоватый свет масляной лампы. И я узрела второе разочарование – кровать была одна. Даже не двухспальная! Какой-то старый, обшарпанный топчан на полтора человека!

– Это что? – ошарашенно спросила.

– Наша каюта, – объявил Каиль.

– А где вторая кровать?

– Ух, – усмехнулся мастер воды, – размечталась. Это ж не пассажирский корабль, а грузовой. Нам и так еще нашли место.

– Пойду, посмотрю на вторую каюту.

– О, – протянул Каиль, – не стоит. Там еще хуже.

Он встал спиной к двери, блокируя выход, но я все же проскользнула у него под мышкой, выскочила в темный коридор и распахнула соседнюю дверь.

Вторая каюта была все-таки хуже. Здесь, вообще, не обнаружилось кровати как таковой, только старые, пропахшие водорослями одеяла, расстеленные на полу, паутина, пыль и маленькое оконце под самым потолком, скорее даже не оконце, а щель между досками, в которой застряла дохлая крыса.

Не знаю, почему, но рука вдруг сама вывела в воздухе некромантический символ, и печать шлепнулась прямо на толстую задницу грызуна.

Хвост шевельнулся, завращался, и толстая крыса с визгом плюхнулась на деревянный пол. Еще раз пискнула и прошмыгнула мимо меня в темноту коридора.

– Зачем ты это сделала? – удивленно спросил Каиль.

– Не знаю, – пожала плечами, – мне хотелось убрать труп. А теперь он сам убежал.

– И после этого меня еще называют странным, – он всплеснул руками, а заодно откинул за спину распущенные волосы. – Может, ты все-таки поймаешь свое чудовище?

– Как? Захочет, сама прибежит, – отмахнулась. – Меня куда больше волнует, что нам здесь негде ночевать. Как ты, вообще, выбрал такой корабль? Неужели нельзя было найти что-нибудь покомфортней?

– Нельзя, – недовольно буркнул Каиль. – Это грузовое судно. Тут комфорт не предусмотрен.

– И, конечно, тут нет ни душа, ни туалета.

– Откуда? – развел руками Каиль. – Но, если захочешь, буду по утрам вызывать для тебя дождь.

– Обойдусь как-нибудь.

***

Пыльную каюту ни Ареан, ни Раддан обживать не стремились. Демон прогуливался по палубе, а адепт Света ввалился в апартаменты, которые я уже посчитала своими, плюхнулся на койку, едва не придавив сидевшую там же меня. В отсутствии Дарриана он вдруг стал вести себя развязней и смелее, от чего мне становилось не по себе. Хотелось позвать Ареана и снова попросить ввести Раддана в транс. Молчаливым и покорным он мне нравился больше. Незаметно призвала Тьму и еще раз окутала его тончайшей паутинкой тумана. На всякий случай.

Меня все больше волновал вопрос, как мы все-таки разместимся на ночь, потому что никто не стремился приводить в приличный вид соседнюю каюту, а ночевать вчетвером на узкой койке я точно не хочу. В конце концов, это даже больше, чем просто неприлично.

– А, вот, чего Эрсиэ, – заговорил Раддан, – раз он такой умный, не нашел способ побыстрее переправиться в Аринкай? Как ему надо было, так сразу самоходную телегу раздобыл.

– В подвале Ордена вообще-то не оказалось древних кораблей, – процедила сквозь зубы.

– Да ни в жисть не поверю, что у магистра нет никакого секретного способа перемещаться, – протянул он противным манерным голоском.

– Секретный, – заговорил Каиль, – он на то и секретный, чтоб всяким адептам его не разглашать.

– Даже невесте своей не разгласит, что ли?

– Какой еще невесте? – глаза Каиля потемнели вплоть до фиолетового.

– Дайренн, какой еще? – гадкая улыбка застыла на его лице.

– К твоему сведению, – прошипел Каиль, склонившись к адепту, – Дайренн не его невеста. И никогда ею не была. И не будет. А если ты еще хоть раз затронешь честь Дайренн, я из тебя лужицу сделаю!

– Ой, какой ты нервный, – фальшиво спокойно ответил Раддан. – Нужна мне ее честь, как кобыле хвост.

– Вообще-то, – хмыкнул Каиль, – кобыле нужен хвост. Мух отгонять.

Раддан провоцировал. Слишком очевидно провоцировал, не знаю, ради какой цели, но у него получалось. Еще немного и Каиль что-нибудь вычудит. Вряд ли он снизойдет до банальной драки, а вот окатить ледяным дождем запросто может. Я ощущала это напряжение, сконцентрировавшееся вокруг мастера воды.

– Каиль, – я взяла его за руку, – а пойдем тоже по палубе прогуляемся, – не придумала ничего лучше, чтобы увести его от Раддана. С адептом Света потом сама решила поговорить.

Маг воды поджал губы, но все же пошел за мной, когда я потянула его за руку к выходу. Хотя тянуть было тяжело. Было полное ощущение, что волоком его тащу. Дотолкала мага до веревочной лестнице, взобрался он первым, а потом, когда я уже добралась почти до самого верха, вытянул меня за руки. Окатил суровым взглядом льдисто-синих глаз и спросил многозначительно:

– Ну?

– Ну, – согласилась, потому что не придумала ответа лучше, потом взяла его под руку, делая вид, что, и впрямь, собираюсь прогуляться. – Не видишь? Раддан тебя провоцирует. А ты принимаешь его правила игры.

– Хочу и принимаю, – пробурчал Каиль, но в голосе промелькнула неуверенность.

– Он не просто так это делает. Чего-то добивается, это точно.

– По-моему, он просто заносчивый дурак.

– Вряд ли. Раддан хитер, и я вообще жду от него подвоха.

– Тогда давай его в море выкинем? – воодушевленно предложил Каиль.

– Не стоит. Он знает, как открыть портал в Лэнг.

– Я не глупее Раддана, – обиженно произнес маг воды, – Разберусь уж как-нибудь. Так что? В море?

– Нет, – помотала я головой, – лучше попрошу Ареана вновь ввести его в транс.

– Ну, хорошо, – вздохнул Каиль, – но в море ему было бы хорошо, я нашел бы для него теплое течение.

По палубе пробежала крыса, замерла вдруг у борта, встала на задние лапки и сверкнула искорками красных глаз. Мое умертвие.

– Упокой эту тварь, – скривился мастер воды.

– Не хочу, – фыркнула в ответ, затем присела на корточки, протянула мертвому зверенышу руку, тот подошел, понюхал, словно живой. – Жалко, что я не могу его забальзамировать. Будет разлагаться и вонять.

– Дважды мерзость, – изобразил жуткое отвращение на лице Каиль. – Мерзость – крыса и мерзость – мертвяк.

– Охраняй, – приказала я крысе, коснувшись прохладной шерстки, а потом повернулась к магу. – Раддану подарю. Они с ней похожи.

***

Ледяной северный ветер надул пожелтевшие от старости паруса, и корабль набрал приличную скорость, прыгая на волнах, как здоровенная рыбина. Ветер дул в лицо, холодный, пронзительный, и меня пробирала дрожь.

Путешествие выдалось скучным, хотя, мне бы следовало радоваться возможности отдохнуть. Но что-то совсем не хотелось отдыхать. Да и весьма сомнительное удовольствие – отдыхать на койке, которую в порядке очереди занял Ареан. Мы решили, что демон будет спать днем, а мы с Каилем ночью. А во вторую каюту отправили одного Раддана. Нехорошо, конечно, но он ведь все равно ничего не запомнит. К тому же Ареан все же заставил матросов вымести паутину и перетряхнуть старые одеяла. Демон пообещал, что адепту Света будут сниться приятные сны. И моя совесть была спокойна.

И я уже думала, что прибудем мы благополучно, как на подходе к Аринкаю, корабль внезапно сел на мель. Откуда она тут только взялась? Свирепый ветер протащил барк волоком по дну, затрещали доски, и старое судно едва не развалилось на части.

Перепугавшись, я вцепилась в Каиля, не понимая, что случилось. Мне подумалось, что на корабль напало подводное чудовище и теперь утащит на дно, но вместо того, чтобы кануть в морскую пучину, судно накренилось слегка и замердл, крепко обосновавшись в грунте.

Я представляла, как можно сдвинуть лодку с месте, даже столкнуть с берега. Могла представить, как с мелководья выталкивают небольшие пассажирские суда. Обычно для этого как раз применяют барк с огромными парусами, дождавшись сильного ветра, а пассажиры пытаются сдвинуть застрявший корабль большими веслами. Но как быть с самим барком? Даже если все нанятые нами рабочие попытаются оттолкнуться от грунта гигантскими веслами, то скорее переломают весла, чем сумеют вырваться из плена.

– Просто сели на отмели, – Каиль успокаивающе погладил меня по волосам.

– Уже догадалась, – ответила, не отцепляясь от мага воды. – И что теперь делать?

– Садиться в лодки и грести к берегу, – ответил он.

– Но нам нужен этот корабль! – я все же отлепилась от него. – Как мы повезем цеолит?

– Никак, – пожал плечами Каиль и отчего-то улыбнулся.

– Неужели нет никакой магии, способной нас вытащить?

– Ну почему же? – взмахнул руками мастер воды. – Можно поднять уровень моря, чтобы мы смогли проплыть отмель.

– Ты сможешь? Это ведь твоя стихия.

– Я-то смогу, но попутно затоплю и Аттарант, и Аринкай, да и все прибрежные города, наверное.

– Просто прекрасно! – произнесла с издевкой. – Какой толк в магии воды, если ты не можешь сделать элементарной вещи – вытащить корабль с отмели?

– А какой толк в некромантии, если ты оживляешь одних дохлых крыс? – в голосе послышалась обида. – Какой толк в магии огня? Что ты можешь? Паруса подпалить?

– Каиль, но я ведь не придворный маг! – настала моя очередь обижаться. – Я только учусь и…

– Вот и я только учусь! – передразнил меня мастер воды. – Всю жизнь учусь, и еще половины не выучил!

Мне не понравился истеричный настрой Каиля. Точнее, он меня разозлил. Неприятно осознавать, что человек, единственный человек, которому я доверяла на этом корабле, капризно поджимает губы и не хочет даже подумать над проблемой. А ведь он знал магию воды, ее силу, ее возможности лучше любого из нас. Но теперь скорее к Раддану обращусь, чем стану уговаривать Каиля.

Ничего не ответив, я развернулась и спустилась в трюм, едва не запутавшись в веревочной лестнице. В темноте нашарила дверь нашей каюты, распахнула и крикнула:

– Ареан, вставай!

Демон подскочил на месте, причем, мне показалось, что он лежа сначала подпрыгнул, а лишь затем принял сидячую позу и распахнул ядовито-желтые глаза с едва заметными ниточками зрачков.

– Еще ведь мое время, – беззлобно возмутился он, почесывая синюю голову.

– Потом будешь спать. Мы на мель сели!

– Чего? – зевнул демон. – На кого сели?

– На мель!

– А… зачем? – удивленно хлопнул ресницами Ареан.

– Не зачем, а просто так. Надо придумать, как вытащить корабль.

– Откуда?

– С отмели!

– А зачем мы на отмель заплыли?

– Да какая разница! Выбираться надо.

– Так… – он еще раз зевнул, – объясни попрядку. Куда, зачем и кто сел?

– Корабль, барк наш, на мель сел. Здесь слишком мелко оказалось, и корабль не смог проплыть.

– И что теперь? Мы заблудились?

– Нет, – вздохнула, едва не закатив глаза от бессилия. – Корабль на мель сел, ты что, не понимаешь?

– Нет, – помотал синей гривой демон.

– У вас кораблей нет, что ли? Или ты такой безграмотный?

– Есть, – уверенно ответил Ареан, – только они по воздуху летают. Зачем им по воде плавать?

– Ох, – вздохнула еще раз, – корабль застрял, потому что уперся в дно. И дальше идти не может, понимаешь?

– Частично. Зачем он это сделал?

– Нет, с тобой решительно невозможно разговаривать, – на выдохе пробормотала, слегка отвернувшись. – Нужно подтолкнуть корабль, понимаешь?

– Ага, – кивнул демон, – только я все равно не смогу. У вас же другая магия тут.

– Тогда просто разбуди Раддана. Может, он знает, что делать, – обреченно произнесла я.

Лениво потянувшись, Ареан встряхнул волосы и с неохотой поднялся.

– Пошли, – махнул он рукой.

Адепт Света мирно спал на полу, будучи завернутым в одеяла, как в кокон. Кажется, ему было даже удобно.

– Это я сделал, чтоб он не замерз, – демон подошел к тугому свертку, присел на корточки. – Помоги его выпутать.

Приблизившись, присела рядом, и вдвоем мы стали разворачивать один слой одеял за другим. Раддан же мирно посапывал, как при нормальном глубоком сне, слегка ворочался, но не просыпался. Когда адепт Света оказался полностью распеленут, Ареан щелкнул его по носу и выкрикнул:

– Проснись!

Его глаза резко распахнулись, зрачок сжался в точку, но тут же расширился, заполнив всю радужку. Он дернул головой, на лбу проступил пот, а седые волосы тут же стали влажными, облепили лицо, словно мерзкая паутина. Раддан закашлялся, тяжело вздохнул и, наконец, сел.

– Мраков демон, – выплюнул он. – Опять что-то со мной сделал? – взгляд сверкнул злобой.

– Для Вашего же блага, – улыбнулся Ареан.

– Раддан, мы на мель сели, – сообщила я.

– Просто замечательно! – всплеснул он руками. – Всегда знал, что нельзя отправляться в путь с идиотами. Вы одним своим присутствием все портите.

– Я не для того тебя просила разбудить, чтоб слушать оскорбления. Ареан мог и навсегда оставить тебя во сне.

– О, – усмехнулся Раддан, – это были приятные сны.

– Могу и кошмаров наслать, – предложил Ареан.

– Можешь подтолкнуть корабль? – спросила прямо, проигнорировав их препирания.

– Что? – взвизгнул адепт Света. – Я тебе ломовая лошадь, что ли?

– Да нет, – отмахнулась я, – магией.

– И ты мне ее дашь? – подозрительно сощурился Раддан.

– Возможно. Если ты, и впрямь, знаешь, как это сделать, – улыбнулась я.

– Почему Лагельда не попросишь? Его стихия все-таки.

– У него с этим, так сказать, сложности.

– Не сдюжил маг воды, значит, – злорадно ухмыльнулся Раддан.

Каиль прохаживался по палубе, вглядываясь в морскую даль, с премилой улыбочкой, будто происходящее доставляло ему неимоверное удовольствие. Он с наслаждением вдыхал соленый воздух, улыбался пролетающим в небе чайкам, разглядывал что-то за бортом, не меняя выражения лица. И нас, вылезших из трюма, он не сразу заметил. А когда все же увидел, бросил краткий взгляд и снова отвернулся в сторону моря.

– Не можешь поднять уровень? – усмехнулся Раддан, похлопав Каиля по плечу. Тот вздрогнул, как от омерзения, будто не человек к нему прикоснулся, а червяк по спине прополз, и тут же резко обернулся.

– Могу, – процедил Каиль сквозь зубы, – только затоплю тогда все побережье. Сил у меня достаточно, поверь.

– Серебряную сеть ты плести, конечно, не умеешь, – усмехнулся Раддан.

– О, ну вы же так тщательно охраняете секреты Ордена, куда уж мне…

– Тогда поступим так. Я ограничу область твоей магии сетью. Ты поднимаешь уровень в одной конкретной зоне. Это не так много воды, даже когда я сниму сеть, уровень моря не станет критичным.

– Я так же могу ее испарить, когда выберемся из отмели.

– Под водой… – внезапно произнес Ареан. – Там что-то есть. Что-то странное. Будто бы полость, но ниже дна.

– Нужно поговорить с экипажем корабля, мне нужно знать осадку и водоизмещение, а так же глубину моря в этих местах, чтобы рассчитать, сколько воды потребуется. Создадим длинный коридор, чтобы пересечь мелководье наверняка, – произнес Каиль совершенно другим тоном.

– Иди к матросам, а я начну плести сеть, – ответил Раддан.

– Нет, пойдешь со мной. Ненавижу разговаривать с незнакомыми людьми, – заявил Каиль, и адепт Света без издевок согласился. Они вместе направились в ту часть корабля, где распологался весь персонал, оставив нас с Ареаном вдвоем на палубе.

Как же все-таки быстро от взаимных колкостей они перешли к деловому сотрудничеству. И меня это обрадовало. Все же не стоит придавать большого значения словам. Не важно, что они говорят, важно, что делают.

– Там что-то есть, – снова произнес Ареан.

– На дне?

– Под ним. Там что-то живое. Оно дышит.

– Чудовище?

– Нет, кажется, там люди. Мыслящие существа. Я чувствую их. Но не понимаю, как они там оказались. Слишком глубоко. Даже до дна не доплыть, а они еще глубже.

– Может… – честно говоря, меня немного напугали слова демона. – Может, тебе кажется? – неуверенно предположила.

– Может… – так же неуверенно ответил он. – Но это не просто отмель. Это что-то другое.

По коже пробежал холодок. Скорее бы уж корабль сдвинулся с места. Мне становилось не по себе. И крики чаек показались зловещими, и небо обложило тучами. Только грозы еще не хватало. Скорее бы уж добраться до Аттаранта.

Каиль и Раддан вернулись быстро, они все еще что-то обсуждали по дороге, негромко спорили, беззлобно, а потом оба, не глядя на нас с демоном, посмотрели за борт.

Небо неумолимо темнело, но было непонятно, тучи застилает лазурную высь, или же просто солнце опускается за горизонт. Внутри меня не унималась странная тревога.Еще не оформившаяся, неясная, но сердце учащало пульс предчувствуя… Что предчувствуя? Ощущение, будто что-то пошло неправильно. И дело не в том, что барк сел на мель, и не в поведении Каиля и Раддана. Я что-то упускала…

– Нужно выбираться отсюда как можно скорее, – словно озвучивая мои мысли, произнес Ареан.

– Я тоже это чувствую. Но не могу понять, что это.

– Я слышу, как оно думает.

– Оно?

– А может, они. Слов не разобрать.

– Может, все-таки снимишь с меня свой морок? – слегка повернув голову в мою сторону, выкрикнул Раддан.

– Сейчас, – выдохнула, борясь с ощущением неправильности, расфокусировала зрение и развеяла Тьму. Что ж, если Раддан выкинет какой-нибудь фокус, я всегда успею призвать Тьму вновь. Это быстро.

Небо совсем почернело, покрылось дымкой серых облаков, а море разгладилось, словно шелковая ткань. Ни ветерка. Душно как-то стало, совершенно несообразно обстановке. И тихо очень. Слышно было только, как палубные доски поскрипывают.

Я видела, как Раддан выплетает тончайшую сеть, словно из серебра сотканную. Он делал это не пальцами, как я сама привыкла, в его руке мелькал крючок. Не физический, сотканный из магических потоков. Но крючок точно такой же, каким салфетки вяжут. И адепт света старательно вывязывал сложный узор из тонких силовых потоков, затягивал узелки, но нити не рвал. И, кажется, теперь я знаю, как распутать эту сеть. Нужно лишь потянуть за крайнюю ниточку, и рисунок распадется.

Сеть росла стремительно, вытягиваясь вдоль борта, обрисовывая сильно вытянутый овал. Раддан взмок, старательно орудуя крючком. У адепта Света тактика разительно отличалась от моей. Если я полагалась в основном на чистую силу, на собственную волю, то Раддан брал умением. Как таковой силы у него не имелось, он практически не впитывал энергетических потоков, но при этом искусно использовал имеющиеся вокруг него линии. И даже зная, как устроена сеть, не так уж просто найти самый первый узел, чтобы ее распустить. А ведь это наверняка не единственный его навык. Наверняка, он может еще что-то в этом духе. И не будь у меня Тьмы, я бы ни за что не справилась с адептом Света.

Когда Раддан закончил сеть, то осел на палубу, как тряпичная кукла. Лицо исказила усталость, он утер пот со лба, прислонился к борту.

Пришло время взяться за магические потоки Каилю. Его магия была проста и не так изящна, он действовал силой, вращал широкими энергеническими линиями, заставлял их опускаться в море.

Подойдя к борту, я увидела, что вода поднялась, но корабль не двигался, увязнув в донном песке. Тогда Каиль заставил воду бурлить, я заметила, как от воды пошел пар, меня обдало теплым соленым воздухом, лицо покрылось капельками морской воды, и я отпрянула.

– Не кипяти воду, – прорычал Раддан, и клубящийся над поверхностью туман осел, снова став водой.

Корабельные доски затрещали, корабль накренился сильнее, пополз вверх, выкарабкиваясь из песчаного плена.

– Ветер, – произнес адепт Света. – Дуй в паруса.

И Каиль действительно начал дуть.

Теперь уже меня обдало ледяным потоком, волосы разметались, сильный порыв едва не сбил с ног, но меня успел подхватить Ареан. Ветер подул сильнее, пробирая до костей, и барк резко рванул вперед. Столь стремительно, что устоять на ногах снова стало невыносимо сложно. В ушах засвистело, и я прижалась к груди демона, пряча лицо.

– Кажется, проскочили, – выдохнул Каиль.

Я повернула голову в его сторону, слегка отстранившись от Ареана, и заметила, как мастер воды тяжело опустился на палубу рядом… Мрак, где Раддан?! Он ведь только что сидел здесь, в полуметре от того места, где теперь находился Каиль!

– Где Раддан?! – взревела я. Теперь уже мы втроем смотрели на прежнее местоположение адепта Света.

– Сбежал, гаденыш, – озвучил мои опасения Каиль, – испарился.

Раддан, и впрямь, будто испарился, вот, только что он сидел, прислонившись к борту, а теперь на этом месте лишь потемневшее пятно, словно маслом пропитанное.

Мастер воды вскочил на ноги, обошел темную кляксу, принюхался, а затем быстрым шагом рванул в носовую часть корабля, почти бегом. Мы с Ареаном бросились в противоположную сторону.

У самой кормы я увидела матроса, сидевшего на деревянных ящиках и покуривавшего трубку. Парень быд немногим старше меня, лет двадцати, коротко стриженный, с хитрым прищурмо глаз, в старых домотканых одеждах.

– Ты человека не видел тут? – спросил Ареан у матроса.

Парень раскрыл глаза шире, закашлялся, подавившись дымом, по лицу пошли багровые пятна.

– Н-нет, – он помотал головой.

Раддан исчез. Это стало очевидно, когда мы общарили весь корабль. Его не оказалось ни в трюмах, где перевозили рабочих, ни в форпике, ни в ахтерпике. Ни в каютах матросов, ни в камбузе, вообще, нигде. Я не могла вычислить его по магическому следу, тот резко обрывался в месте жирного пятна, Ареан же принюхивался, но поиски по запаху так же не увенчались успехом. Куда можно сбежать в море? Очевидно, что это какая-то незнакомая мне магия. И Каилю тоже был неизвестен способ мгновенного перемещения в пространстве.

Тем временем судно покинуло опасную зону и уперлось в серебряную сеть. Распускать ее я не стала, просто высвободила Тьму, заставив паутинку истаять, и барк двинулся дальше к Аринкаю.

Оставалось надеяться, что Раддан не устроит нам западню.

Глава 21

Как же мне опостылила рыба за время путешествия! Ненавижу теперь рыбу. Делов в том, что никакого провианта в дорогу на грузовом судне брать не принято. Здесь просто вылавливают рыбу сетями, а потом варят в большой лоханке. И вот этим кормят всех, матросов, рабочих и пассажиров, вроде нас. Жалуйся сколь угодно, все равно ничего, кроме рыбы, тут нет. Можно еще и голодать. Когда стал виден Аринкай, я отказалась от завтрака. Лучше куплю пирожок на рынке, чем снова стану давиться рыбной похлебкой. У кока, к тому же, просто антиталант к кулинарии. Мне казалось, он намерено готовит откровенную гадость, разваривает рыбу до состояния кашицы, избегает специй, в том числе и соли, потому что море и так якобы соленое.

Мне казалось, что вся я провонялась рыбой, соленым потом, запахами уборной, состоящей из одного ведра, и всякими нечистотами. Даже переодеваться в платье не стала. Надевать на грязное тело чистую одежду мне показалось кощунственным. Уж лучше заявиться в дом к дяде, чтоб хоть в баню сходить.

Но моим желаниям, кажется, не суждено было сбыться.

Когда барк причалил, и я смогла сойти на берег, собираясь уже прямиком бежать к дядькиному поместью, Каиль положил мне на плечо руку, заставив остановиться и обернуться. И тут я увидела, как на пристань выходят люди, много людей. Я совсем позабыла о рабочих. Их нужно было срочно отправить в Эрсинкай, и теперь не могло быть и речи о посещении моего старого жилища. Не могла же я, в самом деле, заявиться домой с такой толпой. И на улице ведь их не оставишь.

– Изенъяр, – выкрикнул Каиль, и вперед вышел длинный, тощий мужчина, кутавшийся в старую волчевку, – будешь за старшего. Найди экипажи, чтоб всех вас перевезли в Эрсинкай.

– А денег сколько? Извозчикам платить надобно, – Изенъяр улыбнулся щербатым ртом. Не думала, что рабочии выглядят так, он скорее походил на разбойника.

– Не из твоего кармана же платят, – ответил Каиль.

– Как знаешь, – пожал долговязый худыми плечами.

– Эх, сейчас бы большую, – я изобразила руками, насколько большую, – самоходную карету.

– Мечтай, – с усмешкой ответил Каиль. – Омнибусы тут водятся?

– Нет, – ответила я, – только маломестные экипажи.

– Так дело не пойдет. Нам ведь еще и цеолит этот возить придется. Представляешь, сколько это займет времени? – Каиль всплеснул руками.

– Не пойдет, – поддержал его Ареан. – Но пока мы вряд ли можем придумать что-то лучше почтовых экипажей.

– Вот ты и займись этим, – бесцеремонно ткнул пальцем в демона Каиль, потом положил руку мне на плечо и тихо так добавил. – Пойдем отсюда.

– Куда? – всполошилась я, не совсем понимая, что снова взбрело в голову мастера воды.

– В какую-нибудь гостиницу, таверну, постоялый двор, – он уверенно уводил меня от причала, – Куда-нибудь, где можно принять душ и поесть. Разве тебе не опостылила безвкусная рыба?

– Опостылила! – согласилась и ускорила шаг. – Еще как опостылила! И душ хочу, а лучше ванну, и переодеться, но разве нам не надо отправляться в Эрсинкай? Я ведь не могу оставить рабочих… – Каиль резко повернулся и приложил палец к моим губам, прервав тем самым мою речь.

– Стоп, – тихо, но твердо произнес он. – А с чего это ты возомнила себя главной?

– Ну… – до этого момента мне как-то не приходилось в этом сомневаться, а теперь вдруг подумалось, а действительно, чего это я? Но с другой стороны как-то даже обидно стало, будто меня принижают. Прямо как в тот раз, когда Кроцелл явился за мной в замок, а Дарриан меня не пускал. Ну, так то Дарриан…

– Думаешь, демон не найдет экипажей, чтоб перевести рабочих?

– Так мне же Дарриан поручил, – попыталась возразить.

– Не тебе, а всем нам, включая сбежавшего негодяя Раддана. Как бы ни он сам подстроил эту отмель, если, конечно, вообще такое умеет.

– А если Ареан не найдет экипажи? А если у него не хватит на то денег? А вдруг Раддан явится и что-нибудь натворит? Вдруг Ареан не справится?

Я говорила совершенно серьезно, но Каиль почему-то рассмеялся.

– Нет, неужели ты, и впрямь, считаешь, что демон не сможет обуздать какого-то недоделанного мага? Он просто усыпит адепта, как обычно, да и мало ли какие способности у демонов? – он все дальше уводил меня от пристани, придерживая за плечи так, что даже обернуться не получалось.

– Так дело в том, что я знаю способности демонов. Они не видят наших силовых линий. Даже у Арта были сложности с магией в этом мире. А он все-таки энкелат.

– Брось, Дайренн, – отмахнулся Каиль. – Любой демон стоит десятка магов. Иначе зачем бы маги призывали демонов?

– Если бы любой демон стоил десятка магов, то как бы маг, вообще, мог призвать столь могущественное существо, да еще и заставить себе служить? Сам подумай, даже я, недоучка, противостояла демону.

– Ну, то ты, а то маг какой-то. Ты – это совсем другое.

– Чего это я другое?

– У тебя от рождения всякие странные способности. Потом еще эта магия мира демонов, затем Тьма. Даже страшно подумать, какой силой ты будешь владеть лет через сто.

– У Раддана сил меньше, чем у меня сейчас, но ты видел, что он умеет? Видел эту сеть, действующую не только на магический, но и на физический план. А ведь ты сам не смог придумать, как поднять корабль.

– Корабль… – задумчиво повторил он. – Я все думал, что не так с кораблем? Почему он вдруг сел на мель там, где всегда проходил? Но с кораблем все в порядке. Дело в самой отмели. Ее ведь не было.

– Ареан что-то почувствовал. Будто там что-то живое, мыслящее.

– Там чудовище, – уверено заявил Каиль.

– Ты тоже что-то ощутил?

– Нет. Но что может быть под водой, если не морское чудовище? Это ж очевидно.

– Ну… наверное, – не решилась спорить.

Воздух Аринкая разительно отличается от столичного, да, вообще, какого-либо другого воздуха, каким мне только доводилось дышать. Даже в преддверии зимы воздух оставался душным, тяжелым, будто густой кисель, в котором увязаешь по самую голову. Редкие прохожие, кутаясь в серые плащи, бросали на нас косые взгляды. По большей части на Каиля, конечно. Он сильно выделялся среди простых горожан Аринкая, высокий, с развевающимися светлыми волосами, которые, будучи припорошенными мелкими снежинками, казались совсем белыми, в черном плаще с темно-синим подбоем, высоких сапогах и белых перчатках. Конечно, на его фоне терялась и я. Может, собственная внешность меня вполне устраивала, но все же не наделила меня природа столь величественной красотой. А уж в потрепанном дорожном костюме с накинутым глубоким капюшоном меня и вовсе можно было принять за мальчишку.

Мы прошли мимо резиденции Ордена Света. Снаружи ничто не напоминало о нашем с Даррианом налете. Остроконечные крыши, укрытые первым снегом, возвышались над массивной изгородью. Казалось, Орден вновь вступил в свои права, ворота отрыты, и люди то и дело снуют туда-обратно. Интересно, туда ли сбежал Раддан?

Удаляясь от резиденции, мы прошли мимо городского рынка, где у дядьки имелись торговые палатки с овощами. Мне ведь тоже доводилось частенько хаживать на рынок, забирать выручку или даже подменять продавцов. Когда-то мне нравилось это занятие – лишний повод уйти из дома, из-под бдительного надзора дядьки, свободно прогуляться по городу. Казалось, все это было в другой жизни. Или вовсе не со мной.

– Ты ведешь меня так, будто знаешь город, – произнесла я, заметив, что Каиль не глазеет по сторонам, а идет вполне целенаправленно.

– Вообще-то, я прекрасно знаю, где находилось поместье Керен. Это же я воткнул в тебя ашхсит.

Да уж, не слишком приятное воспоминание. Наверное, одно из самых жутких. И мне больше не хотелось ни о чем говорить.

– Можно было бы нанять экипаж, но, думаю, мы и пешком быстро доберемся до твоего дома.

– Это не мой дом, – буркнула в ответ.

– А где твой дом? Ты уже знаешь, какое место хочешь называть домом?

И снова мне нечего было ответить. Едва покинув дом дяди, я ощутила своим домом Эрсинкай, замок лорда Эрсиэ, но жестоко ошиблась. Аттарант мне нравился, но так и не стал мне домом. По причине отсутствия дома, как такового. Не считать же своим в конце концов жилище мастера огня? Нет у меня дома. Да и будет ли?..

***

– Кто там еще? – из-за двери послышался криклявый голос экономки. Все такой же противный, как и ранее. Не дождавшись ответа, она приоткрыла двери, высунув длинный нос.

– Доброго дня, – постаралась я выдавить улыбку.

– Эника? Не пущу! – она попыталась захлопнуть дверь, но я успела подставить ногу. С размаху старая домоправительница больно треснула по ступне, но сапог защитил, как смог.

– Это и мой дом, – настойчиво произнесла я, на что экономка поджала и без того тонкие, иссохшие губы.

– А никого тут нет! – выкрикнула она. – Уехали все.

– Куда? – удивленно спросила.

– К лорду твоему проклятущему! – в ее голосе появились визгливые, издевательские нотки.

– Они уехали к лорду Эрсиэ? – удивилась я. – В Эрсинкай?

– Сам он за ними приперся, – брякнула старуха. – На чернющей такой телеге без коней. И увез. Так никто их больше и не видел, – она вновь попыталась столкнуть мою ногу дверью, решив, что теперь-то я уж точно уйду, но у меня были другие планы.

– Самоходная карета, та, на которой дядя ездил, еще здесь?

– Эта мыльница здоровенная? – сморщила экономка огромный нос. – На заднем дворе, – неопределенно махнула она рукой, но потом будто опомнилась. – Тебе зачем? Господин Керен приедет, я ему все расскажу, – погрозила она кривым пальцем.

– Обязательно, – я широко улыбнулась, демонстрируя звериный оскал, а затем убрала ногу и захлопнула дверь сама, едва не прищемив нос экономке.

– Это что за ведьма? – неприязненно выпалил Каиль, стоило двери закрыться.

– Экономка, – ответила я.

– Вот поэтому у меня и нет слуг, – передернул плечами мастер воды.

Я же быстрым шагом обошла дом, пересекла подобие садо-огорода, который теперь больше походил на сад из-за скрывшего грядки снега, и вышла к секретному дядькиному сараю, рядом с которым стояла самоходная карета. Вся запыленная, колеса увязли в грунте, но целая, а рядом валялись квадратные фляги с топливом. Видимо, дядя так никуда и не ездил.

Машина, оказалась открыта, даже ключ не пришлось искать, он торчал под рулем. Я открыла дверцу и, обернувшись, взглянула на Каиля.

– Это что? – его синие глаза стали круглыми.

– Самоходная телега, – ответила, садясь за руль.

Осторожно провернула ключ, телега зарычала, но с места пока не сдвинулась. Боковым зрением заметила, как мастер воды вздрогнул, отскочил подальше.

– Что это, вообще, такое?! – взвизгнул маг.

Не ответила. Мне нужно было найти рычаг, открывающий запяток, или как в этой штуке называется место для багажа? Фляги с топливом я собиралась взять с собой, хоть и понятия не имела, куда его тут заливать? Собсвенно, это оказалось не сложно, просто подергала все имеющиеся рычаги. Правда, сначала включились какие-то махалки, бьющие по стеклам, я сразу их выключила, боясь, что они прорвутся внутрь телеги; потом зажглись фонари, щелкнуло что-то спереди – это открылась крышка, под которой распологались механизмы древней машины; потом, наконец, раздался щелчок позади.

Выйдя из телеги, в первую очередь прикрыла поплотнее отсек с механизмами, потом захлопнула маленький люк в боку, вспомнив, что именно туда Дарриан вливал топливо, и, наконец, откинула крышку запятка.

– Помоги топливо погрузить, – крикнула оцепеневшему Каилю. Он вдруг помотал головой, будто отгонял морок, потом взглянул на меня, слегка сдвинув брови, что придало выражению его лица не суровый, скорее, грустный вид.

– Что погрузить? – на лице его отразилось непонимание.

– Вот эти фляги, – я пнула ногой одну из них. – Они тяжелые, помоги в запяток положить.

Он приблизился, поднял обе емкости и с некой развязностью в образе закинул их в багажное отделение. Я же захлопнула крышку и скомандовала:

– Теперь садись в телегу, – но вместо того, чтобы занять место пассажира, Каиль вдруг полез на сиденье извозчика. – Да не сюда! – он замер, не успев влезть целиком. – С другой стороны дверь.

Мастер воды обернулся, кивнул, все так же непонимающе глядя на меня, на телегу, на все вокруг, но потом все же обошел наш транспорт и сел на переднее сиденье рядом с облучком.

– Большая педаль – стоять, маленькая – ехать, – повторила я еле слышно, садясь за руль, потом, нажала большую педаль, перевела большой черный рычаг в нужное положение, и осторожно убрала ногу. Телега покачнулась и поехала. Двинулись потихоньку, мне нужно было заново привыкнуть к этой телеге. С такой скоростью нас и старая кляча обгонит, но все же мы ехали. Тепло и уютно. Гораздо лучше, чем в простой карете.

Я даже вспомнила, как Дарриан заставлял в машине играть музыку. Понажимала кнопочки, опять же наугад, и со всех сторон сразу задребезжало, заскрежетало. Каиль вдруг взвизгнул, вжался в дверь, а мне стало смешно. Хотя не так давно я едва ли не так же реагировала на это чудо древнейшей цивилизации.

Потом я все же нашла, как сделать звук тише.

– Что это вообще за штука такая? Я не чувствую магии, – спросил Каиль.

– Изобретение древних людей, – пояснила, не отводя взгляда от дороги. – Их придумали еще до Асшийской Империи.

– И как же они сохранились? Не сгнили?

– Их сохранил Орден. Не знаю, как, но сохранил.

– Эта их серебряная сеть, – произнес Каиль.

– Хочешь сказать, заметил что-то? Магию?

– След, невнятный, но капитально въевшийся в эту телегу. Причем сняли сеть довольно давно.

– Наверное, Дарриан снял, – пожала плечами.

– Нет, не Дарриан, – уверенно ответил он. – У Ордена были планы на эти телеги, почти уверен. Иначе, зачем хранить такую древность? За тысячу лет от этой колымаги осталась бы одна труха. Разве ты сама не знаешь? Нет, они заставили время остановиться ради этих телег.

– Хочешь сказать, Раддан способен управлять временем?

– Не совсем. Это не значит, что он способен переместиться во времени. Но сеть не просто препятствует проникновению магии и физических объектов. Она будто бы заставляет прекратиться все процессы. Я читал об этом в одной древней книге. Будто бы существуют невидимые частицы, которые постоянно движутся, точно не могу объяснить, как, но от этого движения вещи стареют, изнашиваются, даже если ими не пользоваться. А серебряная сеть останавливает это движение. Как-то так.

– Нечто подобное рассказывал мне Кроцелл. Про частицы. Только я не слишком-то поняла.

– Я сам не понимаю. Но эта телега буквально пропитана была этой сетью. И будь эта она наместе, когда вы забирали телегу, вы даже прикоснуться к ней не смогли бы.

– Уверен, что Дарриан не мог ее сам снять?

– Нет, конечно. Как я могу знать наверняка?

А я никак не могла припомнить, колдовал ли над машинами Дарриан? А ведь там были не только самоходные телеги, еще множество устройств, и все мы трогали без опаски. Я так, вообще, магии от них не ощутила, никаких следов и тому подобного, хотя, возможно, тогда мне просто не хватило опыта.

Выехав на главную улицу, я нажала на маленькую педаль, и телега понеслась быстрее, мягко подпрыгивая на кочках, а я сделала музыку погромче, и салон наполнился голосами, скрежетом скрещенных в битвах мечей, переборами струн и боем набата. Жуткое сочетание, но в то же время завораживающая. Странная музыка древних, живущих до начала времен.

***

Деревья давно уже сбросили пожухлую листву и теперь мерцали в свете холодного зимнего солнца, словно превратившиеся в соцветие крошечных кристаллов. Вспомнился Кадаф с его сахарными замками, хрустальными башенками и тончайшими узорами. Но это всего лишь иней, снег, лед. За городом уже настоящая зима, и если бы снега было чуть больше, колеса самоходной телеги увязли бы в сугробах.

Самоходную телегу я собиралась, как и прежде, оставить у домика Аниры, уже притормозила почти до полной остановки. Машина заскользила на плотно утрамбованном снегу, едва не пошла юзом, но тут я заметила, что дальше от селения виднеется широкая дорога, которой раньше не было. Словно лезвие она разрезала Уранов лес на две половины.

Я снова надавила на маленькую педальку, телега выровнялась, и мне стало видно, что за лесом, проходя между крон деревьев, высится мост. Дарриан все-таки сделал это – прямой путь к замку.

Однако стоило мне въехать на мост, как я сильно об этом пожалела. Дорога довольно круто уходила вверх. Пальцы стиснули руль до побелевших костяшек, в ушах застучало. Высота была приличная, а мост узковат. Одно неверное движение, и я полечу вниз вместе с телегой. Это вам не лошадь, чующая высоту. Телега ничего не чует. Она полностью подчинена моей воле. Ох, но как же трудно контролировать ее. Одно радовало, никаких поворотов, путь прямой, нужно только держать руль. Машина доедет. Она сможет.

Несмотря на морозный воздух, я вспотела от напряжения. Скрежещущая музыка начала мешать, а я никак не могла выпустить руль, чтобы выключить ее.

– Убавь звук, – процедила сквозь зубы.

– А как?

– Не знаю, – пробормотала, не разжимая рта, – выключи ее.

– Я не умею. Давай ты сама.

– Не могу.

Каиль принялся нажимать на все кнопки, я слышала щелчки, но музыка не прекращалась, а потом он, видимо, что-то нажал, и телегу едва не разорвало от громкости. Я завизжала сперепугу, вдавила маленькую педальку, машина понеслась вперед, взрезая припорошенную снегом гладь моста. А я уже ни о чем не могла думать. Мне казалось, я уже лечу вниз.

Но мост вдруг кончился, а мы оказались перед каменными ступенями, ведущими в замок. Конечно, я не успела толком затормозить. Машина завизжала и столкнулась с первой ступенькой. И только так остановилась.

Мне удар не показался сильным, к тому же я крепко держалась за руль, а вот Каилю не повезло. Он неудачно подпрыгнул и стукнулся лбом о стекло.

– Долбанный мрак! – выругался мастер воды, потирая ушибелнный лоб, на котором виднелся кровоподтек.

– Прости, – выдохнула, с трудом отлепляя пальцы от руля.

Каиль одарил меня гневным взором.

Ноги затекли, и я едва не вывалилась из телеги, когда попыталась вылезти. Меня подхватил Каиль, уже успевший покинуть машину.

В первую очередь я осмотрела искалеченную морду телеги. Стеклянные фонари разбиты, металл покорежило, а на лобовом стекле трещина. Не знаю, от головы Каиля появлись она или от удара о камень?..

– Больше ни за что не поеду на этой тарантайке, – произнес мастер воды.

– Она и так больше не поедет, – мне стало жаль телегу, да и обратно добираться пешком не слишком-то хотелось. Только представлю, как из этого оврага, что образовался в дурном месте, придется выкарабкиваться по снегу.

– Нам наверх? – Каиль поднял кверху указательный палец, я кивнула, и мастер воды, подхватив под руку, потащил меня по ступеням. Лестница заледенела, я все время поскальзывалась, вцеплялась в Каиля, и мы оба едва не съезжали по ступеням, как по ледяной горке.

Преодолев столь тяжкий подъем, мы беспрепятственно прошли под аркой, лишь горгульи проводили нас взглядом.

Под ногами шуршали опавшие листья, небо заволокло низкими облаками, сквозь которые прорезались солнечные лучи. Потеплело.

«Здесь всегда осень», – говорил Дарриан. И сейчас меня очень обрадовал сей факт. Осень, как завершение жизненного цикла. Здесь природа застыла в своем вечном умирании. Только теперь я поняла, почему здесь всегда осень. Деревья, кустарники, иссохшая травы под ногами – это такие же умертвия, как и животные, люди. Дарриан заставил растения продолжать странную полужизнь. Это вовсе не время застыло здесь, все гораздо проще.

А еще я почувствовала странную тоску в груди, будто бы вернулась, наконец, в то место, по которому так сильно скучала. Будто вернулась домой…

– Это кладбище? – вырвав меня из потока мыслей, вдруг спросил Каиль, когда мы проходили мимо надгробий. – Здесь живут мертвецы? Выбираются по ночам и устраивают кровавый пир, нападая на случайных путников…

– Нет, – рассмеялась я, а ведь когда-то сама так думала, – мертвецы живут в замке.

– Гадость какая, – скривился мастер воды.

У парадного входа, я заметила желтолицего дворника. Он сметал в кучу листья, но хулиганистый ветер тут же разносил их по округе. И неупокоенный начинал всю работу сначала.

– Зачем Вы их подметаете? – обратилась я к дворнику. – Оставьте листья.

Мертвец замер, затем поднял на меня взгляд, сверкнувший горящими угольками и отрицательно покочал головой, потом вдруг улыбнулся, растоптал один хрустящий лист и снова принялся за работу.

– Мертвяк? – Каиль крепко сжал мою руку.

– Дворник, – ответила.

Не успела я подойти к двери, как та распахнулась, и на порог выскочила Лаэш. Она широко улыбалась, демонстрируя пожелтевшие зубы, красноватые глаза вспыхнули адским пламенем, но тут же погасли, снова стали почти человеческими. Она замахала руками, что-то пытаясь донести до меня, потом вдруг отмахнулась и крепко обняла меня.

– Я скучала по тебе, Лаэш, – произнесла я.

Мертвая девушка отстранилась, взяла мою руку и потянула на себя, демонстрируя второй рукой, что мне следует идти за ней. Потом вдруг будто бы что-то вспомнила, перевела взгляд на Каиля, указала на него пальцем, снова посмотрела на меня и пожала плечами.

– Лаэш, он со мной. Это лорд Каиль Лагельд. Магистр в курсе, – она согласно кивнула и потащила меня в замок.

Мы прошли так быстро, что я не успела даже показать мастеру воды чудовиш в холле. Мертвая девушка повела нас на второй этаж, дальше по коридору, мимо кабинета Дарриана, затем остановилась возле никем обычно не занятой опочивальни. Она широко улыбнулась, показав полный комплект пожелтевших зубов, указала пальцем на дверь и энергично закивала.

– Что там? – спросил Каиль, но я так и не поняла, кому адресован вопрос. Если Лаэш, так она все равно не сможет сказать, а если мне, то я могла бы с тем же успехом спрашивать у него.

Пожав плечами, я потянулась к дверной ручке, но ладонь Каиля накрыла мою кисть прежде.

– Ты чего? – удивилась я.

– А вдруг там какая-то ловушка? Вдруг, Раддан побывал уже здесь? Насколько можно доверять умертвию? – я поймала хмурый взгляд Лаэш.

– Доверяю, как самой себе, – ответила, и лицо мертвой девушки снова озарилось улыбкой. – Лаэш – особенная, – произнесла я с теплотой, с какой обычно отзывался о ней магистр.

Каиль убрал руку, дозволив мне завершить начатое. Ручка провернулась, замочек щелкнул.

По правде, я никогда не заходила в эту комнату. Знала лишь, что в ней никто не живет. Отчего-то я решила, что это небольшая спаленка, на подобие той, где магистр держал Арисси. Но это оказались весьма недурные покои из нескольких комнат. Из гостиной, в которой расположился небольшой диванчик, обитый красным бархатом, круглый стол и несколько стульев в тон к дивану, вели три двери. По всей видимости, за одной из них скрывалась уборная, а две другие вели в спальни. Этакая комната для гостей, повышенной комфортности.

Одна из дверей распахнулась, смачно скрипнув, и на пороге появилась моя мама. Ее глаза удивленно распахнулись, а рот бесшумно произнес мое имя: «Эника». А я успела заметить, как сильно она изменилась. Вместо старенького, безвозвратно утратившего цвет, платья, в котором я обыкновенно видела ее, на ней был серо-коричневый дорожный костюм с серебряной шнуровкой на груди и мягкие туфли, а волосы собраны на макушке и перетянуты лентой. Она выглядела свежее и даже счастливие. Даже морщинки на лбу разгладились.

– Мама! – я подбежала к ней, обняла, потом все же отстранилась и спросила. – Как ты сюда попала?

– Лорд Эрсиэ привез нас сюда. Он говорил, что заберет тебя из столицы на несколько дней. Как раз к твоему дню рождению обещал явиться. Но… я думала, что-то случилось, – в ее глазах заблестели слезы.

– Ох, случилось, – вздохнула я, но увидев испуганный взгляд мамы, поспешила исправиться, – но все живы.

– А где же лорд Эрсиэ? – ее взгляд переместился на Каиля.

– Он остался в Аттаранте, – ответила, невольно сделав шаг назад, к застывшему на пороге мастеру воды. Быстро обернулась, заметив, что лицо мага напряжено, а губы сжаты, но в то же время растянуты в вымученной улыбке, а в глазах колючие ледышки, он нервно перебирал пальцами край плаща, переминался с ноги на ногу, будто желая уйти.

– Урфис! – вдруг вскрикнула мама, подбежала к соседней двери, постучала. – Урфис, Эника приехала!

Я смутилась, испытала смешанные чувства. С одной стороны, кажется, мы примирились после того, как спасли моего дядьку из плена Ордена Света, но с другой в глубине души я все еще испытывала к нему неприязнь. И было совершенно непонятно, как теперь он меня встретит. Снова начнет ворчать? Тогда зачем он, вообще, приехал? Или же та тысяча золотых и чудесное спасение окончательно исправили дурной характер? Вряд ли.

Дверь приоткрылась, и в щель высунулось круглое, помяток лицо дяди. Он звучно зевнул, не удосужившись прикрыть рот рукой, потом взглянул на меня, криво улыбнулся и тут же уставился на Каиля.

– А ты еще кто такой? – сурово спросил дядя.

– Лорд Каиль Лагельд, придворный мастер воды, – сухо ответил маг.

– Что он тут делает? – вопрос адресовался не то мне, не то маме, так сразу и не поймешь, но мама пожала плечами, а я промолчала. – Где этот некромант? – его брови скучились к переносице.

– Лорд Лагель, – начала говорить я, но Каиль сделал шаг ко мне, положил на плечо руку и продолжил вместо меня:

– Я ее жених, – с достоинством произнес мастер воды, и выдохнул с облегчением.

– Еще один? – еще сильнее нахмурился дядя.

– Опять? – удивленно вскинула брови мама.

– В смысле? – повернулся ко мне Каиль. – Еще один? Мне в очередь записаться? Откуда они про Адлена знают?

– Адлен? – рыкнул дядя. – Еще и какой-то Адлен есть?

– Не было никакого Адлена, – вскрикнула я. – И вообще никого не было!

– Эника, – печально вздохнула мама, – не нужно представлять каждого знакомого мужчину в качесте своего жениха. Понимаю, ты боишься осуждения, но ложь куда больший порок в иных случаях.

– Да ничего я не боюсь! – голос сорвался на визг.

– Давай уйдем, – скловшись к моему уху, прошептал Каиль. – Не хочу обсуждать это.

– Подожди, Каиль, – я осторожно выскользнула из-под его руки.

– Аллиэнн, объяснись немедленно, – потребовал дядя. – Сколько их еще будет?

– Нисколько. Этот – настоящий, – и мне самой стало страшно, насколько легко дались эти слова. Я ведь еще ничего не решила. Мне просто некогда было об этом думать. И все решилось как-то само, без моего участия. И мне даже возразить теперь нечего, сама ведь все подтвердила.

– Хотя бы не демон, – буркнул дядя. – И даже не некромант. Чего ты издергалась, Элотрисс?

– Лорд Каиль Лагельд, придворный мастер воды, – проговорила она так, будто пробовала слова на вкус. – А я ведь знаю Вас. Вы приходили к моему супругу, лорду Аргано. И не раз.

– Да, – потупил взгляд маг, – было дело. Я тоже помню, Вас, леди Элотрисс Аргано.

– Уже нет, – ответила она, слегка опустив голову, ссутулив плечи. – Элотрисс Керен. И я не леди.

– К мраку суеверия, – махнул рукой Каиль. Слишком простецкий жест. Лорды так себя не ведут. Особенно при посторонних.

– Так это правда? – строго спросила мама.

– Правда, – кивнула я.

По ее суровому взгляду, поджатым губа и напряженным скулам, я прекрасно видела, что мой выбор она не одобряет. И это несколько странно, учитывая, что Каиль не первый, кто представился моим женихом, но ни на Дарриана, ни на Артхаэна мама не смотрела так, как на мастера воды. Кажется, было что-то еше, о чем я не знаю. Дядя тоже с некоторым удивлением смотрел на маму. Повисла напряженная пауза, но тут в гостиной появилась Лаэш, активно жестикулирующая, она пыталась сопроводить нас куда-то, но не могла никак сообщить, куда именно. Видя, что мы не понимаем, подбежала к столу и начала изображать подавальщицу. Это выглядело так забавно, что я не сдержала смешок, да и мама слегка улыбнулась, довольно сдержано, но я все же почувствовала, как обстановка немного рязрядилась. Собственно, стало ясно, что Лаэш приглашает нас в отобедать.

***

Прежде, чем отправиться в трапезную, я все же приняла быстрый душ и переоделась в бархатное черное платье, достаточно скромное, чтобы его можно было назвать домашним. Сразу почувствовала себя лучше. Вдохнула полной грудью, с полным ощущением того, что я дома. Так хотелось, чтоб все, наконец, закончилось, поверить, что это не временная передышка, а окончательная победа. Но, к сожалению, это не так.

Наконец-то нормальная еда, а не скользкая пресная рыба, которой вполне можно пытать. Это были мои первые мысли. Мертвый подавальщик успел накрыть стол к нашему приходу, и теперь стоял возле клависина, покачиваясь в такт печальной мелодии, выводимой Норой.

Сердце тронуло минорным аккордом, я всем телом ощутила, насколько несчастна Нора, хотя лицо ее выражало прежнюю безмятежность, на губах играла легкая полуулыбка. Но… ведь куда гуманнее было бы ее упокоить. Вот только без Дарриана я все равно этого не сделаю. Не имею на то права.

Стоило поднять крышку блюда, как в нос ударил аромат жареного мяса и пряностей. У меня аж голову повело от желания нормально поесть, а желудок сжался в болезненных спазмах. И вопреки правилам этикета, не дождавшись, пока все рассядутся, я нацепила кусочек на вилку и отправила его в рот.

– Опять, значится, дворянин, – буркнул дядя, грузно бухаясь на стул.

– Урфис, – тихо, но отчетливо-возмущенно произнесла мама. Дядя зыркнул на нее исподлобья и вернулся к изучению содержимого тарелки.

– А Вы, собственно, сами-то кто? – спросил Каиль.

Кровь прилила к лицу. Со всеми этими приключениями я совершенно забыла о правилах приличия, и не представила ни дядю, ни маму, как полагается. И Каиль сам представился, словно крестьянин какой. Так стыдно стало за свою оплошность. Мало того, что все мои приключения в столице были сплошным позором, так еще и дома опростоволосилась.

Дома…

Даже в случайных мыслях я зову замок домом.

– Каиль, – я встала, пытаясь запоздало исправиться, – позволь представить тебе господина Урсфиса Керена, моего дядю. Как я поняла, с мамой ты уже знаком?

– Вроде того, – пожал плечами маг воды, по его лицу пробежала тень раздражения. Я снова села на место. Кажется, никто и не придал значения нарушению этикета, и я успокоилась, к тому же увидела, как дядя цепляет куски мяса ножом, а не вилкой, и едва сдержалась, чтобы не рассмеяться. Нет, не потому, что мой дядька так смешно ест, а над своей же глупостью. Это ж надо, так серьезно относиться к условностям. И почему на балу у лорда Адлена я совсем не думала об этом? Хотя… лучше и не вспоминать, почему.

Дядя запоздало отреагировал, отложил нож на край тарелки, вытер лицо салфеткой и пристально посмотрел на Каиля.

– И снова Аллиэнн не снизошла до того, чтобы просить благословения, – покачал он головой. – А Вы, лорд, достаточно богаты, чтобы содержать семью?

– Урфис, – с укоризной произнесла мама. Она, впрочем, как и я, уже догадалась, дядя будет просить денег.

– Так и сама Д… Аллиэнн неплохо зарабатывает, – вот и не поймешь, издевается он или, впрямь, сама наивность. – Она же теперь некромант имперской гвардии.

Повисла пауза. Кажется, купечество одинаково негативно относится и к некромантам, и к гвардейцам. А тут я в своем лице объединила оба столь неприятных понятия.

– Что у тебя случилось, – хрипло спросила мама. – Почему лорд Эрсиэ так и не появился? Он обещал обернуться за декаду, не больше, но его все не было. А теперь являешься ты и делаешь такое заявление…

– Там много чего произошло, – я потупила взгляд, поняв, что совершенно не хочу рассказывать о своих приключениях. Ни о смерти лорда Норимэ, ни о поездке в Адалендир, ни об Ордене, которого больше нет, вообще, ни о чем. Теперь это моя жизнь. И ни к чему расстраивать маму. Все закончилось, и закончилось хорошо. Почти закончилось…

– Я думала, ты едешь учиться магии огня, но как тебя угораздило вновь связаться с этой дурной наукой? Да еще и в солдаты записаться? Разве это достойно порядочной девушки?

– Мама, я не записывалась в солдаты! – возразила я. – Некромант нужен для расследования преступлений. Это же внутренняя имперская гвардия!

– Все равно… как-то… – он начала запинаться.

– Леди Аргано, там длинная история, – на мое счастье вмешался Каиль. – Может, как-нибудь потом? Тут миру грозит катастрофа, а вы о статусах сокрушаетесь.

– Керен, – снова поправила его мама, сглотнув. – Госпожа Керен, лорд Лагельд, – потом все же спросила. – О какой катастрофе Вы говорите?

– Сам точно не объясню, вот магистр Эрсиэ, конечно, лучше разбирается в этом. Тут и заговор против императора, там какую-то дрянь ядовитую нашли. Теперь, вот, здесь какой-то минерал добывать будут. Скоро демон с рабочими прибудет. Еще надо придумать, как на корабль все доставить.

– Заговор? – охнула мама. – Снова с Орденом Света связано?

– Нет, – отмахнулся Каиль, – никакого Ордена больше нет. В столице восстание против адептов Света, – потом он резко повернулся ко мне. – Расскажи, как прикончила самого главного.

Я чуть не подавилась. Вот уж о чем мне совсем не хотелось рассказывать.

– Раддан бежал, – вдруг вспомнила. – Вдруг он сюда явится?

– Адепт Света? – удивился дядя. – Я помню его. Разве он жив?

– Жив, только седой стал, – ответил Каиль. – Только зачем ему сюда суваться?

– Не знаю, – ответила. – Но не верится мне, что Раддан просто так сбежал.

– Явится, так лишишь его магии, – произнес Каиль.

– А если нас здесь уже не будет? Ты ведь помнишь, куда мы идем дальше? – только бы он о Кадафе не заговорил ко всему прочему.

– Ты не останешься? – мышцы на лице мамы напряглись, глаза сузились.

– Нет, может быть, позже вернусь. Оставайтесь пока в замке.

– Вот мрак! – вспылил дядя, хлопнул по столу. – Да сколько можно в этом замке нам торчать! У меня хозяйство все в бездну скатится!

– Я… потом все объясню, – процедила сквозь зубы.

Больше не хотелось есть. Единственным желанием моим было уйти в свои комнаты, в свое крыло замка. Обдумать все, а потом поспать. Этот допрос становился невыносим. Я снова ощутила себя маленькой никчемной девочкой, которая должна отчитываться за каждый свой шаг. Это чувство сдавливало так, словно меня гранитной плитой накрыло. В Аттаранте все было иначе. Там я ощущала себя личностью, мое мнение имело значение, а здесь снова будто почувствала себя ни на что не способной.

– Мне нужно отдохнуть, – выдавила из себя и встала.

– Сядь, Аллиэнн, – ох, как я успела отвыкнуть от этих окриков. Растерялась, чуть было не рухнула обратно на стул по привычке, но все же выстояла.

– Я устала с дороги, – отчеканила, глядя дяде в глаза. – Мне нужно отдохнуть. И никто не вправе меня более задерживать.

Зазвенела тишина. Даже клависин стих. Только ножки стула заскрежетали по каменному полу, когда я выходила из-за стола.

– Я провожу, – послышался голос Каиля, когда я уже была у дверей трапезной. Быстрые шаги, и прохладная, как морская волна, ладонь легла на мое плечо.

Не произнеся ни слова, мы пересекли кладбище, ступая по влажной дорожке, поднялись по растрескавшимся ступеням к арочной двери. Заскрежетали петли, и по коже пробежал холодок. Кажется, я не была здесь целую вечность.

Под потолком вспыхнула саламандра, желтоватые огоньки побежали по кованому позвоночнику существа, озарив холл приятным оранжевым светом. Как же тут хорошо, уютно.

– Почему ты не выбрала комнату рядом со своими родственниками? Неужели общение с ними тебе столь неприятно?

– Не в этом дело, – ответила, поднявшись по лестнице. – Просто я жила в этом крыле. Оно мое, понимаешь?

– Наверное, – пожал маг плечами. – Мой дом, он ведь тоже мой, – после непродолжительной паузы он с неудовольствием заметил. – А твой, получается, здесь.

– Я не знаю. На самом деле никакой это не дом. Я здесь не останусь. Дарриан сам отослал меня. Поэтому, не стоит думать, что у меня, вообще, есть какой-то дом.

– Ну, – улыбнулся Каиль, развернув меня к себе лицом, – я ведь тебя уже никуда не отошлю, – он склонился очень близко к моему лицу, по телу пробежала дрожь, я прикрыла глаза, ощутив его дыхание, но мастер воды вдруг отстранился и произнес недовольно. – Разве только сама сбежишь, – открыв глаза, поймала его потемневший взгляд.

– Каиль, – я выпуталась из объятий, – мне, и вправду, нужно отдохнуть. Займи любую из комнат на этаже.

– Любую? – ухмыльнулся он хитро. – Уверена?

– Конечно, любую, кто тебе воспротивится-то?

– Хорошо, – и снова эта коварная ухмылка. – Тогда я займу твою.

Глава 22

Когда я проснулась, за окном шуршал дождь, царапая колючими капельками козырек над балконом.

– Мрр, – послышалось рядом с ухом. Я повернулась и уткнулась носом в меховую мордочку Тинки. Красноватые огоньки в ее глазах засияли ярче. Я провела рукой по шерстке. Влажная. Видно, только пришла с прогулки.

Под шум дождя можно целую вечность проваляться в постели, завернувшись в одеяло. И я не спешила вставать, наслаждаясь дождливым осенним утром. Как же приятно высыпаться в мягкой свежей постели, не дожидаясь, когда наступит твоя очередь занимать койку, не деля комнату ни с кем. Как же мне, оказывается, нравится одиночество. Ощущение, что рядом нет никого, кто бы мог нарушить твой покой. Кажется, я заразилась от Каиля не только любовью к чаю.

К слову, я так и не знаю, ночевал он в этой комнате, или все же решил соблюсти приличия и выбрал другую спальню. Но проснулась я одна, чему была несказанно рада. Одна, не считая кошки.

В последний раз потянувшись, я выкарабкалась из-под одеяла, нашарила под кроватью домашние туфли и прямо в ночном платье вышла на балкон. Мне хотелось посмотреть, танцуют ли Таннай и Лендра под дождем? Перегнувшись через перила, я увидела мертвецов, кружащихся в странном танце. Они улыбались, подставляя лица холодным капелькам, срывающимся с неба.

– Что ты делаешь? – спросил Каиль, оказавшийся совсем близко. А ведь я даже шагов не слышала.

– Смотри, – указала я на мертвецов, – они танцуют.

– Гадость какая, – ответил мастер воды. – Разлагающиеся трупы, мокнущие под дождем. Сейчас они разбухнут, как старые бревна.

– Не говори глупостей, – мне стало обидно, будто это мои умертвия. – Таннай И Лендра, как и все мертвецы в замке, забальзамированы. Они не разлагаются и не разбухают.

– Все равно, гадость.

– Не надо их обижать! – резко повернулась к мастеру воды.

– А разве они могут слышать? Разве старые покойники не утрачивают разум?

– Не утрачивают, – скривившись, передразнила Каиля. – Их никто не заставляет танцевать, это их желание. А раз есть желания, значит, они разумны. Умертвия живут своей жизнью, но все могут понимать, – я снова посмотрела вниз на причудливый танец мертвых.

– Думаешь, им нравится, что сотворил с ними лорд Эрсиэ?

– А почему нет? Они улыбаются, радуются дождю. Разве плохо?

– Ну… – протянул мастер воды, – вдруг они хотят, чтобы их упокоили?

– Когда-то я задавала Дарриану тот же вопрос. Ты же видел Нору? – я посмотрела на Каиля. – Девушка за клавесином, – он кивнул, потом лицо его вдруг вытянулось, а глаза округлились.

– Та самая Нора? – отчего-то шепотом спросил маг воды, будто боялся, что нас подслушают танцующие мертвецы, даже бросил беглый взгляд вниз, желая убедиться, что им по-прежнему нет до нас дела.

– Та самая, – кивнула я. – Дарриан уверен, что даже такая жизнь лучше, чем ничего. Нет никаких гарантий, что после смерти есть хоть что-то.

– Хочешь сказать, что умирая, мы продолжаем находиться в теле? В разлагающемся мертвом теле?

– Не знаю. Дарриан говорил о серебряной нити, связующей техрим, тхен и хемоу. Техрим разлагается, но что происходит с тхен и хемоу неясно. Тхен – тело мыслящее, иногда оно возвращается в полной мере, а иногда лишь малая его часть. То же самое и с чувствующим телом Хемоу. Раньше я думала, что разум мертвого зависит от того, сколько прошло времени с момента смерти, но теперь вижу, что это не всегда так. Мое первое умертвие не говорило и походило на голема, а лорд Тефриэ был полностью в сознании, не утратил ни чувств, ни разума. Почему? – сделала паузу, задумалась, потом всплеснула руками. – Откуда мне знать?

– А мертвые, которые долго пролежали в земле, они ничего не рассказывали? Ты спрашивала у лорда Эрсиэ?

– Насколько мне известно, ничего, – покачала головой, а после добавила. – Тефриэ желал упокоения, но он тоже не знал, что ждет его за гранью, – я умолчала, что лордом Тефриэ движило любопытство, и о том, что он предлагал снова поднять его спустя время, обещая запомнить все, что произойдет с ним. Конечно, маловероятно, что он сумеет осуществить задуманное. И, скорее всего, в следующий раз не вспомнит ничего даже о земной жизни. Но сейчас не время для сомнительных экспериментов.

Некоторое время мы еще наблюдали за Таннаем и Лендрой. Дождь почти прекратился, и умертвия замерли, устремив взоры к горизонту, туда, где восходила радуга, а желтоватое осеннее Солнце касалось лучами мокрых надгробий.

– Там… – неловко нарушил тишину Каиль, – там рабочие прибыли. И демон с ними. То есть не в смысле, пошли они все к демону, – зачем-то начал пояснять маг, – демон с ними прибыл, ну, который Ареан.

– Я поняла, Каиль.

– Ты идешь? – он неопределенно махнул рукой.

– Да, только приму душ и переоденусь, – мне показалось, что Каиль собирался уйти, но почему-то все еще стоял рядом со мной, и потому я добавила твердо, даже слишком твердо. – Иди.

***

– А вот это и есть цеолит, – радостно выкрикнул Ареан, сунув мне под нос крохотный камешек. Обычный такой камешек, каких сотни под ногами.

– Как ты узнал? – первое, что я спросила.

Демон вложил камушек мне в руку.

– Нагрей его.

– Зачем?

– Ты же маг огня, нагрей его.

– Ты не ответил, зачем? – с сомнением я покрутила в руке камушек.

– Увидишь, – хитро улыбнулся Ареан.

Раскрыв ладонь, я сосредоточилась на минерале. Одно дело дать волю пламени и сжечь все вокруг, но создать направленный точечный выброс – это совсем другое. Я еще не настолько хорошо владею своей силой.

Я почувствовала, как закипела кровь в капиллярах под кожей, пристально глядя на камушек. Вдруг сам минерал будто бы закипел, запрыгал на ладони, шипя и плюясь паром. Кожу обожгло, я взвизгнула и уронила в снег пляшущий камушек. Но боль не отступила. Я поднесла ладонь к лицу и увидела вздувающийся волдырь. Ожог. Самый настоящий ожог. Позор мастеру огня.

Ареан ухватил мою руку и быстро сунул в ладонь горсть снега. Я снова взвизгнула, опять обожгло, но теперь холодом. Вырвала руку и на всякий случай отступила от демона.

– Надо охладить кожу, – пояснил он свои действия. – Так быстрее пройдет.

– К мраку! – ответила я. – Целитель нужен, тогда быстрее пройдет.

– Кто ж камень в руке поджигает? – покачал головой Ареан.

– Раньше всегда из рук пламя выпускала, оно меня не обжигало.

– Ты его выплескивала, вот оно тебя и не трогало, – послышался сзади голос Каиля. Он обвил одной рукой меня за талию, а второй взял мою покалеченную конечность, поднес к губам и что-то прошептал. На мгновение я увидела зеленоватую вспышку, а потом вздыбившаяся кожа снова стала гладкой.

– Спасибо, – поблагодарила его и поспешила высвободиться из объятий.

Работы по добыче цеолита кипели вовсю. Вооруженные кирками и лопатами рабочие раскурочили здоровенную яму в выжженном овраге, и теперь откалывали куски от залежей минерала, складывая камешки в холщевые мешки. Пока я приводила себя в порядок и подбирала подходящую для прогулки по зимнему лесу одежду, они успели наковырять несколько мешков.

Когда мы ехали сюда, больше всего меня волновала транспортировка груза до порта. Корабль-то способен перевозить большой вес, а, вот, как доставить минерал до Аринкая? Телеги, даже самые большие, все равно недостаточно вместительны. А их нужно много, да и ехать они будут медленно, даже если каждую тройкой лошадей снарядить. К тому же, это дорого, хоть Дарриан и велел не стесняться в средствах.

Выход из положения нашел Ареан, как ни удивительно.

Прямо в воздухе парило нечто, похожее на гигантскую чашу. Настолько гигантскую, что в нее уместился бы целый корабль. Я заворожено наблюдала за тем, как в чашу забирались по веревочным лестницам рабочии и забрасывали мешки с цеолитом.

– Ареан, – услышала голос Каиля, звучавший не менее удивленно, чем мои мысли. – Что за дрянь ты сотворил?

– Я же обещал, что справлюсь с перевозкой, – тряхнув синими волосами, гордо произнес демон.

– Но ты ведь даже местной магией не владеешь?

– А это не магия, – улыбнулся Ареан. – Просто, вы-то не в курсе, но частицы, из которых все состоит, не имеют массы. Они очень маленькие, невидимые, еще они могут вести себя как волна…

– Постой, – перебила я, – мне уже рассказывал про волны и частицы Кроцелл, но я все равно ничего в этом не понимаю. Это же ваша магия, которая не совсем магия?

– Это просто знание о природе вещей. Я встретил в том городе одного мага, он рассказал, что эта наука была утрачена еще в древности, но сам он знал довольно много. Без магии тут, конечно, не обошлось, нужно было создать поле, ограничивающее воздействее поля, придающего частицам массу.

– Поле на поле, – пробурчал Каиль, – а в поле рожь да пшеница, небось.

– Постой, о каком маге ты говоришь? – неприятное предчувствие кольнуло в груди.

– Обычный такой маг, – пожал плечами Ареан.

– Как его имя? Он из Ордена? Ты встретился с Радданом?

– Да нет же, – он задумался, сузил желтые глаза. – Ай, – махнул демон рукой, – Тьма над Лэнгом! Не помню я, как его звали. Встретил его в порту, точнее, вытащил из моря. Его судно затонуло, вот, я и помог немного, одеждой поделился, а заодно и проблемой своей.

– Странно все это, – прокомментировал Каиль. – Маг, обладающий древним знанием, в Аттаранте, где, вообще, магов не слишком уважают, если они не члены Ордена. Очень странно…

– Да какая разница? – отмахнулся демон. – Главное, у нас теперь есть транспорт.

– А если этот транспорт разорвется на куски по пути? – разозлился Каиль. – А если он что-то такое примагичел, что теперь цеолит негодным станет?

– По-твоему, я совсем дурак, Каиль? – глаза демона вспыхнули желтым огнем. – Если ваш Раддан был в моих руках послушной куколкой, неужели ты думаешь, что я не справлюсь с разумом какого-то мальчишки?

– Мальчишки не обладают древним знанием. И о твоих интеллектуальных способностях я не осведомлен. А маг этот не так-то прост.

– Думаешь, – обратилась я к мастеру воды, – это тот самый маг, что использовал Аданира Адлена?

– Уверен! – фыркнул Каиль. – А этот, – он бросил презрительный взгляд на демона, – попросил у него летающее корыто!

– А что я должен был сделать? – перешел на крик Ареан. – Убить? В плен взять? Пытать? Может, мне всех магов пытать?

– Может и всех, – скрестив руки, Каиль отвернулся.

– Пожалуй, начну с тебя, – буркнул демон.

Я не видела, что сделал Ареан, но Каиль вдруг затрясся, будто замерз сильно. Сначала подумала, это он от злости содрогается. Но маг вдруг упал на четвереньки и… залаял. Громко так, заливисто, как лает маленькая собачка, стараясь напугать собаку покрупнее. Мастер воды вываливал язык, дышал ртом, подпрыгивал на четырех конечностях и никак не хотел прекращать омерзительный лай.

– Ареан! – я была возмущена поведением демона. – Прекрати!

– Хочешь составить ему компанию? – и эта угроза меня напугала. Это ведь не магия, и защиты у меня никакой нет.

– Но так нельзя, – уже не слишком уверено возразила я.

– А я не хочу терперь попреки от бестолкового мага. Уводи его, за лесом придет в себя. Отправляйся в Кадаф, а я доставлю груз в Аттарант.

– Но ты должен пойти со мной. Там же двой дом!

– Мой дом – Шаб-Квахер. Туда я и вернусь вскоре. А в Кадафе мхируту делать нечего.

– Сделай хотя бы так, чтобы он замолчал! – этот лай был просто невыносим.

– Он на меня лает. Уведешь, перестанет.

Гавканье не давало сосредоточиться на мыслях. Мне нужно было отправляться в Кадаф, но в то же время доставить цеолит в Аттарант. И я никак не могла быть в двух местах одновременно. А довериться Ареану после такой выходки?.. Не в сговоре ли демон с тем магом? Нужно хорошенько все обдумать, а тут еще и Каиль надрывается, как сумасшедший. Если Ареан, и впрямь, связан с тем магом, то зачем проболтался сейчас? Или же он настолько глуп, чтобы довериться незнакомцу? А, может, просто чересчур самоуверен?

– Ты мысли читать умеешь? – спросила демона прямо.

– С чего ты взяла?

– Если ты умеешь управлять людьми, то можешь проникать в их разум?

– Это не магия. Я никуда не проникаю, но под действием гипноза могу расспросить человека, и тот будет говорить правду.

– И что говорил тот маг?

– Ничего. Я не расспрашивал его, только воспользвался помощью

– Но если это тот самый маг, какие гарантии, что он не устроит нам здесь какую-нибудь западню?

Ареан растянул губы в улыбке, бросив на меня взгляд из-под ресниц.

– Он обо мне и не вспомнит. Я все же не настолько туп, чтобы оставить ему воспоминания.

Задумалась. Мне очень хотелось доверять демону, потому что кого-то нужно оставить здесь, на добыче цеолита. И объяснял он все весьма вразумительно.

– И все равно, – заговорила я, – тебе не следовало отпускать того мага. Ты ведь знаешь, нам нужен тот, кто вступил в связь со жрецами Рацех.

– У вас тут магов пруд пруди, куда ни плюнь, попадешь в мага. А я в вашей магии не слишком разбираюсь. Откуда мне было знать, что он сотворил нечто особенное, а не то, что каждый может?

Что ж, может, он, и впрямь, так подумал. Откуда ему было знать?..

Каиль уже охрип от лая, изо рта капала слюна, синие глаза покраснели, нужно было уводить его скорее, пока с ним не случилось непоправимого. Уводить и надеяться, что демон не обманул.

– Как мне его увести? – спросила, кивнув на мастера воды.

– Прикажи ему.

– Каиль, ко мне! – скомандовала, словно настоящему псу. Маг вздрогнул, мотнул головой, и вприпрыжку подбежал ко мне, больно ткнувшись головой в колено. Мне больно, как ему – не знаю.

– Вот видишь, хороший пес, – зло рассмеялся Ареан.

– Он этого не простит, – произнесла, не оборачиваяся к демону. – За мной, Каиль.

Радостно подпрыгивая, мастер воды помчался вниз по склону оврага, немного забегал вперед, оборачивался, весело повизгивая, ждал, пока я добреду до него.

– Хороший мальчик, – потрепала его по волосам и тут же взмолилась, хоть бы он ничего не запомнил.

Едва показались крыши эрсинкайских избушек, как мастер воды распластался на снегу лицом вниз и замер. Осторожно приблизившись, присела рядом, коснулась его головы, осторожно, боясь, что он вскочит и опять меня облаит. Или, вообще, покусает.

– Ненавижу, – Каиль прошипел вполне по-человечески, не поднимая лица.

– Ты как?

– Убью демона, – он тяжело поднялся, сначала на четыре кончности, потом, глубоко вздохнув, встал на ноги. Я тоже поднялась, заглянула в его синие глаза, но Каиль отвел взгляд, стряхнул рукавом снег с лица, вытер руки о плащ.

– Все помнишь?

– А ты как думаешь? – рявкнул Каиль, резко обернувшись. Глаза полыхнули синим пламенем, и я даже отскочила назад испугано, но тут же напустила на себя грозный вид.

– Не кричи на меня, – огрызнулась, но голос дрогнул.

– Он знал, чем можно меня добить, – заговорил он таким жутким тоном, что голос его словно пилой по нервам прошелся. – Знал, что я ненавижу терять контроль, – при этом маг воды начал обходить меня, как хищник добычу, медленно, бесшумно ступая, чтобы снег не скрипнул, – быть невластным над собственным телом, – он резко замер, приблизился и прошипел мне прямо в лицо. – Убью демона.

– Каиль, ты меня пугаешь, – и это было чистой правдой. Не важно, какой силой я владею, не имеет значение, что я могу лишить его магии в два счета, с таким Каилем мне было не по себе.

Он резко отстранился, отвернулся, опустив голову так, что лицо завесили светлые пряди, которые он начал нервно теребить. Я молча наблюдала за его действиями, не решаясь подойти ближе.

Каиль вдруг резко отбросил волосы, запрокинув лицо к небу. Глубоко вздохнул. Только теперь я все же осмелилась приблизиться. Сердце колотилось так, будто бы я подходила к дикому зверю. Но когда он посмотрел на меня, глаза его были влажными.

– Ты ведь не бросишь меня теперь? – спросил он еле слышно, голос терялся в завываниях ветра.

Я сделала еще шаг к нему, протянула руку к его лицу, прикоснулась, но тут же хотела убрать руку, пресекая порыв, только Каиль перехватил мою кисть, не давая отпрянуть.

– Ты пугаешь меня, – повторила.

– Я сам себя пугаю. Мне часто бывает страшно. Очень страшно. На грани безумия. Но больше всего я боюсь сам себя. И Ареан об этом знал.

– Но тебе нечего бояться. Ареан, конечно, идиот, но это была лишь глупая выходка.

– Нет-нет, он знает то, чего ты не знаешь. Я сам проболтался однажды за чашкой чая. Думаешь, я всегда был таким?

– Каким? – прозвучало провокационно.

– Я не хотел говорить, – он выпустил мою руку, снова отвел взгляд, выдохнул носом. – Не хотел, чтобы, вообще, об этом кто-то знал, но некоторые люди имеют власть надо мной. Это не магия, и не то, что сотворил со мной демон, что-то другое. Именно поэтому я стараюсь никого близко не подпускать, хоть и прошло уже много времени. Может, и не осталось больше тех, кто мог управлять мною.

– Не магия и не этот демонов гипноз? Тогда, что?

– Однажды я убил человека. Женщину. Это было так странно и неприятно, что до сих пор не могу забыть. Четверть века назад.

– Если не хочешь говорить, не надо, – на самом деле мне самой не слишком хотелось слушать давнюю, возможно, уже не имеющую никакого значения, историю. Тут с сегодняшними событиями бы разобраться, а четверть века назад меня еще и впомине не было.

– Нет, я хочу, – настоял Каиль. – Ко мне в дом пришел незнакомец, просто вошел и сел напротив меня, не помню ни его лица, ни одежды. А потом я вдруг почувствовал непреодолимое желание. Настолько сильное, что не смог усидеть на месте. Я выбежал из дома и рванул в центр Аттаранта, бежал, что было сил. И все как в тумане. Пустой трактир, хозяйка расставляет бокалы на полках. Она улыбнулась мне. И я помню, что тоже ей улыбался. Она говорила что-то, но слов было не разобрать, и моя рука сама потянулась к ней, так быстро, что женщина даже не успела отпрянуть, как пальцы сомкнулись на ее шее, легко так, – он сжал руку в кулак. – Будто ветку сухую переломили. А потом туман развеялся, и я остался наедине с телом несчастной, которую видел впервые. Зачем я это сделал?! – голос сорвался в истерическое рыдание так резко, что я все же отпрянула. – Я так и убежал. Вернулся домой, но там не было и следа этого странного человека. Расследования не было, моя жертва оказалась ведь простолюдинкой. А потом, спустя год, может, два, все повторилось. Но в этот раз жертвой оказался маг, который просто отключил меня, и убийство не свершилось.

– Жрецы Рацех? – удивленно спросила.

– Не знаю. Я никому этого не рассказывал. Думаешь, я псих?

– Не думаю. Ты, конечно, со странностями, но не псих.

– И ты сможешь мне доверять? – с надеждой спросил он. – После того, что я сделал?

– Четверть века для меня – все равно, что вечность. Это больше, чем вся моя жизнь. Разве может это теперь имеет значение?

– Ареану я не говорил о том, что совершил. Рассказал в общих чертах. Но так и не понял, мог ли это быть жрец Рацех? И что это, вообще, было? Но с тех пор я никого не впускал в дом. И ловушки поставил.

– Думаешь, холодный душ остановит этого… это существо?

– Душ – это самая безобидная из моих ловушек. Из других ты бы просто не выбралась, – он смерил меня оценивающим взглядом. – Хотя нет, ты бы выбралась.

Его ладонь вдруг скользнула мне под плащь, обвила талию, и Каиль с силой притиснул меня к себе. Вторая рука забралась в волосы, теплая, почти горячая…

Дыхание остановилось. В груди заклокотало так быстро, что страшно было сделать вдох. Воздуху просто не хватило бы места, легкие выпрыгнули бы под натистом ударов сердца. Щеки коснулось обжигающее дыхание, и я вдруг напряглась, вытянулась в струну и замерла, ощущая, как снизу поднимается волна жара. К лицу прилила кровь, в виски ударила барабанная дробь, а я вся была как пружина сжатая пружина, готовая выстрелить. Но пошевелиться не могла.

Вдох. Через силу. Чтоб в глазах перестало темнеть. Почувствовала, как тяжело входит воздух, и голова пошла кругом. И меня словно пелена обволокла. На грани потери сознания.

Он прижался щекой к моей щеке, щевельнул дыханием пряди волос.

– Знаешь, – прошептал Каиль, – если ты просто уйдешь, я переживу. Это не станет трагедией. Я даже глупостей делать не буду, обещаю. Но я точно не переживу, если однажды причиню вред тебе.

Его руки расслабились, и я едва не упала. Ему вновь пришлось подхватить меня, и я растеклась в объятиях растаявшим воском сгоревшей свечи. Пульс затихал. Пальцы вцепились в ворот его плаща, в волосы. Мне так не хотелось отпускать его. Но не время сейчас. Потом, когда все закончится, у нас будет еще полно дней и ночей. Когда-нибудь…

Мне хотелось сказать, что я не уйду, что события четвертьвековой давности теперь не имеют значения. И что меня-то не так просто убить. Но я так ничего и не сказала. А продолжала стоять, до боли в пальцах вцепившись в ткань его плаща.

Глава 23

Пасторальные виды, открывающиеся на деревушку, пробудили во мне желание наконец-то обрести покой, поселиться в уютном домике с соломенной крышей, и забыть о дворцовых интригах, кровавых переворотах, странной магии, природу которой я не понимала, демонах и древних знаниях.

Мимолетное, впрочем, чувство. Развеевшеся с первым же порывом холодного ветра. Нет уж, покой для покойников, а «отдыхать» недаром имеет один корень со словом «дохнуть». Ни к чему мне эти умиротворяющие пейзажи.

Каиль держал меня за руку, и только благодаря ему я устояла на ногах, когда снег вдруг превратился в скользкий лед. Очень скользкий, будто землю специально залили водой, которая теперь превратилась в стекло. И прямо перед домом Аниры. И как же она ходит-то теперь?

– Посторонись! – послышался громкий оклик, я попыталась отойти в сторону, но Каиль и не думал отступать, и мои ноги вдруг неуклюже разъехались, но все же, я бы наверняка устояла, вцепившись в мастера воды, если бы не Анира. Она слету наскочила на нас, да на такой скорости, что самоходная телега не всякий раз так разгонится. В итоге мы не выстояли. Все трое. Анира плюхнулась на нас сверху, при этом еще дико хохоча. Мне же совсем не до смеха было, я больно треснулась локтем, и в отличие от Аниры тихо завыла. Каиль нечленораздельно выругался.

– Ох, леди Дайренн, давненько к нам не хаживали, – защебетала крестьянка, принимая полусидячее положение. – А где магистр наш?

– Лорд Эрсиэ не смог приехать. Дела в столице, – ответила, поднимаясь с трудом.

– Ох, – вздох предназначался Каилю, на которого Анира теперь смотрела с неприкрытым восхищением. – Это что за лорд к нам пожаловал? – она расплылась в улыбке. Кажется, крестьянка не спешила подниматься на ноги, полулежать на льду ей было весьма комфортно. А, вот, Каиль быстро поднялся, и, вздернув за шиворот, помог встать и мне.

– Вам нужна помощь? – спросил Каиль, протянув руку.

– Да какой там, – отмахнулась Анира, неловко переворачивась из-за многослойных одежд. Но поднялась она все же на порядок быстрее меня.

– Позвольте представить, – я указала на Каиля, – лорд Каиль Лагельд, придворный мастер воды.

– Ох, – Анира даже покраснела, кокетливо хлопнув ресницами. – Хорош лорд, – от такой фамильярности Каиль и вовсе онемел.

– Лорд Лагельд, позвольте представить госпожу Аниру. Мы с лордом Эрсиэ часто останавливались… – и тут меня в спину снова толкнули. Не сильно, но обидно.

– Какого мрака! – выругалась женщина, что толкнула меня. – Какого мрака моя дочь не со своим супругом!

Я обернулась, продолжая держаться за Каиля, застывшего в ступоре, и встретилась с тяжелым взглядом разъяренной женщины. Признаться, не сразу узнала в этом пылающем праведным гневом лице Техмисс.

– Арисси? – уточнила я. – Разве она не в Кадафе?

– В каком Кадафе! Не знаю, что это демон сделал с ней, но моя девочка уже несколько дней дома! И ничего не говорит!

– Уверена, что экхар Кроцелл не стал бы обижать Арисси. И он очень переживает об отсутствии супруги, – я попыталась говорить как можно более спокойно. Техмисс не в шутку пугала меня.

– Так пусть явится и заберет ее!

– Но ведь она сама его покинула. Кроцелл ничего не желает делать против ее воли.

– Вот сволочь! – выругалась Техмисс. – Позор на всю деревню!

Мне было совершенно непонять, чем так недовольна Техмисс. Насколько я поняла, Арисси сама сбежала из Кадафа, уж не знаю, каким путем. Кроцелл об этом говорил, когда я пребывала в его владениях. И это неудивительно, девочка жаждала приключений, едва пришла в себя после пленения Гамигином. Потому я была уверена, что вины Кроцелла тут нет, что бы ни говорила сама Арисси.

– Почему она сама не вернется в Кадаф?

– Дык, знала б она, как, – развела руками Техмисс.

Едва не сказала, что в Кадаф мы как раз и направляемся, но потом взглянула на остолбеневшего Каиля и промолчала. Все-таки следует с ним согласовать, захочет ли мастер воды взять в попутчики взбалмошную неуправляемую девчонку, являющуюся супругой экхара Кроцелла.

– Каиль, – обратилась я к спутнику, – может, остановимся у Аниры? Отдохнем перед дальней дорогой?

– Нет! – вдруг воскликнул он. – Я лучше пешком до Аттаранта дойду, чем задержусь в этой сумасшедшей деревне!

– Фу-ты ну-ты, – фыркнула Анира.

– Лапти гнуты, – в тон ей ответила Техмисс.

Каиль склонился к моему уху:

– Они не понимают, кто мы?

– Дарриан их разбаловал, – так же шепотом ответила. – Тут субординация между сословиями не в почете. Они лорда земли по имени зовут. Просто по имени, представляешь? Но уважают при этом.

– А ничего, что шептаться в присутствии третьих лиц неприлично, – погрозила пальцем Анира.

– А ничего, что я – лорд? – Каиль придал голосу грозности, но крестьянки вдруг захихикали.

– А нашего лорда куда дел? – Техмис бесцеремонно ткнула в мастера воды пальцем.

Я почувствовала, как Каиль наполнил грудь воздухом, готовясь вот-вот взорваться. И уже приготовилась зажимать уши, предчувствуя жуткий крик, но маг выдохнул, погладил живот и произнес ехидно:

– Съел, – и ощерился в улыбке. Все-таки он очень странный. Никогда не знаешь, что от него ожидать.

– Вот падлюка белобрысая, – высказалась Техмисс, но тоже улыбнулась.

– Может, зайдете все-таки? – поинтересовалась Анира.

– И Арисси мою заберите.

– Зачем? – подозрительно спросил Каиль.

– Затем, – крайне информативно ответила Техмисс.

– Мы должны забрать эту девочку? – повернулся ко мне Каиль.

– Ну… – протянула я, – вообще-то, мы могли бы это сделать.

– А я с телегой подсоблю, – вставила реплику Анира. – Помнишь, желтую телегу. Большую-то лорд Дарриан забрал, а маленькая у меня так и стоит.

– Моя тележка? – обрадовалась я. – Желтая с круглыми глазками? Она цела?

– А что с ней сделается? Только техмиссину девчонку заберите. Она тут все селение переполошила. Магии учится, гуся моего собакой обратила.

– Да-да, верните ее этому демону, пока она дом мне не спалила, – поддержала мать Арисси.

– В Кадаф? – неуверенно спросил Каиль. – Мы ведь едем в Кадаф?

– Едем, – подтвердила.

– Ох, как удачно, – выдохнула Техмисс.

А мне стало страшно. Что же такого еще могла натворить девочка, что собственная мать с радостью возвращает ее в мир демонов?

***

Маленькая желтая тележка ожидала меня под небрежно сооруженным навесом, заботливо укрытая покрывалами. Мне показалась, что она рада увидеть меня, улыбается блестящим металлическим ртом, глядит круглыми фонарями с надеждой.

Каиль помог снять покрывала, стряхнул пыль с желтых бочков. Я не знала, достаточно ли топлива в ней, но возвращаться к разбитой телеге, в которой остались полные фляги, мы не стали. Понадеялись на удачу.

Мастер воды категорически отказался заходить в дом Аниры, торопился покинуть селение, как можно скорее. Но добрая Анира вынесла чашки с чаем, и я заметила, как изменился взгляд Каиля. Он вылез из телеги, куда уже успел забраться, принял чашку и чуть ли не раскланялся, благодаря крестьянку за чай. Вот, как легко заполучить его расположение. Впрочем, травяной чай в холодный зимний день был достоин всяческих похвал.

– Только Арисси скажите, будто супруг ее вас послал, – произнесла заговорщицким шепотом Техмисс. – А то ведь не поедет, – и ушла за дочерью.

– А Вы не поделитесь рецептом чая, дорогая Анира? – любезничал с крестьянкой лорд Лагельд. – Я, знаете ли, большой ценитель сего напитка. В моем доме каких только трав не найдешь. Иногда я даже сам изобретаю рецепты.

– Ой, да какой там рецепт, – кокетливо отвернулась Анира. – Щепотку сушеных одуванчиков, щепотку чабреца, одну гвоздичку да капельку лавандового масла, а еще меду ложку побольше да лист александрийский. Вот и весь рецепт.

– Лист александрийский? Впервые слышу.

– Да там чуточка его, чтоб организм прочистить. Пищеварение улучшает.

– Так это зелье? – удивленно приподнял бровь Каиль. – Вы – целитель?

– Да куда уж мне, – махнула она рукой. – Так, чуть по чуть травы знаю. В селение без этого никак. Только зря я вам в дорогу чая дала. Не подумала чего-то.

– В каком смысле? – спросила я.

– Говорю же, чистит организм. А как его чистят-то? – она умолкла, многозначительно покачала головой, ожидая, пока до нас дойдет смысл, и видимо, понимание она прочла в моем лице. – Вот-вот, – подняла она указательный палец вверх.

Каиль едва не подавился чаем.

– Слабительное?! – он тут же отставил чашку.

– Говорю же, – пожала она плечами, – не подумала чего-то.

Пришлось отказаться от чая и вернуть напиток хозяйке. Мне-то еще повезло, отпила совсем чуть, а вот Каиль… по обыкновению он почти все выпил, оставив на дне темный осадок.

– Спасибо, – процедил сквозь зубы маг воды и отдал чашку.

– Да не волнуйтесь так, – ответила Анира, – может, и не подействует еще, – и крестьянка поспешила скрыться в доме.

– И что теперь делать? – так и не поняла, ко мне он обратился, устраиваясь на переднем сидении, или вопрос был риторическим.

– Надеяться, что не подействует.

– Прекрасно! – прошипел маг воды. – Просто прекрасно! Уверен, она это специально сделала. Я ей сразу не взлюбился.

– Прекрати, я знаю Аниру. Она не стала бы травить тебя.

– А это и не отрава, это лекарство, – саркастично произнес Каиль. – Не понравился я ей, вот и сделала гадость напоследок.

– Наоборот, – попыталась я защитить Аниру, – ты ей очень понравился. Куда сильнее, чем следовало. Я же вижу, какие она взгляды на тебя бросает.

– И где логика?

– Ну, у тебя скрутит живот, и ты останешься в доме Аниры. Она будет ухаживать за тобой и так далее.

– Как романтично, – всплеснул руками Каиль, – спасать возлюбленного от поноса. Только в этой сумасшедшей деревне такое могло случиться со мной.

Наверное, Анира все-таки услышала наш диалог. Потому что так и не вышла. Даже не попрощалась. Стыдно стало, наверное. Или ждет, когда у Каиля живот скрутит, и он сам к ней прибежит.

– Да с чего мне врать? Явились, говорю. Сам этот демон послал, – долетели до моих ушей обрывки разговоров Техмисс, а потом появилась и Арисси собственной персоны. И я бы ни за что ее теперь не узнала. Волосы коротко острижены, даже мужчины не носят таких коротких причесок, и все торчит в разные стороны. Мало того, еще и выкрашено это безобразие в синий цвет. На лбу какие-то рисунки странные, одна бровь кольцом проткнута. Рубаха драная, с одним рукавом, подпоясана цепью, на каких собак держат. Штаны еще страшнее, все в пятнах выгоревших, коленки протерлись, одна штанина подвернута, другая длинная, а на ногах что-то похожее на чопины. Арисси совершенно не походила на ту белокурую девушку, что когда-то вышла замуж за самого главного демона.

– Это что? – спросил Каиль, хватая меня за руку. – Это оно – супруга демона?

– Арисси, – произнесла девушка, протянув мастеру воды кисть с длинными синими ногтями. Каиль не решился коснуться ее руки.

– Забирайте этот позор Эрсинкая, – Техмисс подтолкнула дочь в спину.

– Серость, – фыркнула она на мать.

– Пугало ты огородное, – ответила Техмисс.

Не дождавшись рукопожатия, Арисси убрала ладонь. Немного придя в себя, я выдавила робко:

– Привет, Арисси, – потом добавила. – Садись на заднее сиденье.

– А Кроцелл правда за мной прислал? – она скривилась с сомнением.

– А кто же еще? Я недавно была в Кадафе, он очень переживает.

– Прелестно! – девочка подпрыгнула и захлопала в ладоши. – Так ему и надо. Не будет говорить, что я не экхарисса.

– Ты из-за этого сбежала?

– Да много из-за чего, – махнула она рукой. – Слишком много на себя берет.

– Так он, как ты могла бы заметить, повелитель Кадафа.

– Вот, – подняла она указательный палец к небу, – а я – повелительница. А он что-то про кровь мне там рассказывает. При чем тут кровь?

– Лучше бы тебе послушать объяснения Кроцелла, потому что я не знаю всех тонкостей.

– Да нет никаких тонкостей! Обыкновенный расизм! Потому я и вступила в оппозиционное движение. А Кроцелл грозится всех их отправить в Лэнг. Но ведь должна быть оппозиция! Иначе это тирания, диктатура и, вообще, беспредел!

– Давай я просто отвезу тебя в Кадаф. А там ты все выскажешь Кроцеллу. Он обязательно тебя послушает. Садись в машину.

Я думала, придется дольше ее уговаривать, но Арисси послушалась, помахала рукой матери. Каиль занял место рядом с водительским, а я быстро попрощалась с Техмисс, и мы тронулись в путь.

Однако Арисси молчала недолго.

– Города не должны делиться на теорские и человеческие. Это – расизм. Почему в Шаб-Квахер, где живут люди, никогда не заходят высшие теоры? Даже средний класс теоров там не бывает. Почему в Киш-Зкауба не пускают людей? Почему жрецы Рацех насильно используют низших теоров? Почему экхар вообще допускуют их существование?

Я чуть с дороги не съехала, услышав о жрецах, но справилась с собой.

– Что ты знаешь о жрецах Рацех? – спросила прямо.

– А чего о них знать? Трихангова секта убийц, чтоб их всех Лэнг пожрал! И любой мхирут может оказаться в их власти. А не выполнит поручение, сам станет жертвой. Им все равно, кого убивать. Они через метку высасывают жизненную силу. Это их способ существования. И все это с разрешения экхара! И если нет заказов от высших теоров или хотя бы теоров среднего класса, они просто убивают людей. Просто так! Хотя могли бы терпеть. А экхару до бездны, – слово «бездна» она произнесла с ударением на последний слог, – что в Шаб-Квахере просто так пропадают человеческие жители. И всяким мхирут мнит себя там царем и богом! Но им мало Шаб-Квахера! Они какие-то штуковины придумали, чтобы через океан в наш мир мхирутов отправлять. Но Кроцеллу и это до бездны!

– То есть жрецы Рацех просто питаются таким образом? А все остальное, эти заказы на убийства, метки – лишь способ урегулирования отношений между теорами и жрецами? – произнес Каиль.

– Именно! – воскликнула Арисси.

– Жрецы – не теоры и не люди, правильно? – спросила я.

– Конечно, нет. Это пожиратели, паразиты. Их бы вообще истребить надобно. Но Кроцелл хочет мира с ними, причем любой ценой. Мне кажется, если бы Рацех потребовали бы каждый день приносить им жертву, высшие теоры и то согласились бы. А теперь они еще и в наш мир полезли! Уроды!

– Почему их называют жрецами? Какой-то культ? – спросил Каиль.

– Да потому что жрут они! – ответила Арисси.

Машину пришлось оставить за городом. Слишком много внимания она привлекла бы в Аринкае. До резиденции Ордена добирались пешком. Арисси вытащила из заплечной сумки плащ с рукавами, накинула капюшен, но полы его оказались слишком коротки, чтобы скрыть разодранные коленки.

План у нас был прост. Я накрываю Тьмой резиденцию Ордена, мы врываемся через главный вход и надеемся не встретить особого сопротивления. Все наиболее сильные маги Ордена стали жертвой Буси, поэтому бояться нам было особо нечего. Единственную опасность для нас представляло древнее оружие. Но и с этим мы вполне могли справиться.

Ворота оказались открыты, и нам не пришлось перелезать через забор. Впрочем, главный вход так же не был заперт.

Когда мы оказались внутри, в освещенном болезненно-желтым светом коридоре, в памяти пробудились неприятные воспоминания. Затхлый воздух с привкусом нюхательной соли заставил поморщиться, глаза заслезились. Удивительное дело, снаружи буквально дворец, но внтури тлен и безысходность просто зашкаливали. И как сами адепты выносят такую обстановку?

Мы беспрепятственно прошли к движущейся коробке, летающей меж этажами, а я все пыталась припомнить, где находилась та комната с порталом? Кажется, в самом низу. Уверенно нажав кнопку, я услышала знакомый скрежет, а едва двери раздвинулись, хотела войти, но лифт оказался вовсе не пуст.

Мой взгляд наткнулся на вытянувшееся от удивления лицо адепта Света. Он узнал меня, впрочем, как и я его. Передо мной застыл Аренъяр Амданэ, бывший ученик лорда Эрсиэ, он же адепт Света.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он.

– А ты? – нелепо, но больше мне ничего не пришло в голову.

– С тобой демон? – он кивнул на Арисси.

– Экхарисса Арисси, повелительница Кадафа, – представилась она, скинув капюшон и гордо вздернув нос. Она пыталась глядеть на Арена сверху вниз, вопреки своему невысокому росту.

– Даже так, – ухмыльнулся Арен, и эта ухмылка показалась мне крайне неприятной.

– Пропустишь нас? – спросила я, уперев руки в проем лифта, не давая дверям схлопнуться.

Некоторе время парень пристально разглядывал меня, склонив голову к плечу, потом заговорил, растягивая слова:

– Я помню, как ты дала мне уйти. Я помню, что стало с теми, кто уйти не смог. Четверо остались в живых. Из них лишь один не утратил разум. Того, что разорвал ногтями себе брюхо и намотал собственные кишки на кулак, я сам добил. Но я благодарен тебе. За то, что ты сделала с ними, но не со мной. И поэтому я дам тебе уйти сейчас. Беги, не оборачивайся. Уезжай на восток, как можно дальше от земель Империи. Потому что скоро я возвращу на Землю ад. Но я дам тебе уйти. Я все помню.

– Арен, я не могу. Мне нужно к порталу.

– Кадаф? – хмыкнул он. – Мне плевать на Кадаф, но ты не пройдешь через мой дом.

– Твой дом? Резидеция?

– Именно. А теперь уходи. Мне некогда тебя уговаривать. Вы все, уходите!

– А, может, ты просто спалишь его? – тихо поинтересовался Каиль.

– Такая грозная? – рассмеялся Арен. – А ведь когда-то едва не издохла в цепях. Я все помню.

– Времена меняются, – ответил за меня Каиль.

– О чем ты говоришь, Арен? Какой ад ты вернешь? – его напыщенные речи показались мне отвратительней жужжания навозной мухи.

– Не будет больше ни Ордена, ни Империи, будет новый мир, возродившийся на руинах старого. Потому что у меня есть то, что даст мне абсолютную власть.

– И что же это? – с презрением спросил Каиль.

– Оружие. Самое мощное оружие в истории цивилизации, – с пафосом произнес Арен.

– Да ты никак дурак? – произнесла Арисси и вдруг пнула ногой парня в колено. Удар не сильный, но Арен взвыл, прищелкнул пальцами, пытаясь применить магию, но ничего не произошло. Тьма, опустившаяся на резиденцию Ордена, сделала свое дело. Он щелкнул еще раз, потом еще и еще, но у него ничего не выходило.

– О каком оружии ты говоришь? – спросила я. – Отвечай, или я, и впрямь, спалю тебя заживо!

В глазах Арена мелькнул старх, но он не ответил. Он просто исчез. Без всяких молний, клубов дыма и прочей мишуры. В мгновение ока лифт оказался пуст.

– Ты отозвала Тьму? – спросил Каиль.

– Нет, – покачала я головой, войдя в лифт, осматривая стены, будто не веря, что Арен просто исчез. – Он как-то применил магию.

– Плохо, – вздохнул Каиль. – Значит, Тьма неуниверсальна. Давно знакома с этив выродком?

– Он был учеником Дарриана. Не настоящим учеником, а лазутчиком Ордена. Когда я оказалась в плену у адептов Света, он помог мне. И за это я позволила ему сбежать прежде, чем выпустила наэппи.

– Кажется, его все же зацепило безумием. Это же и есть тот самый маг, о котором говорил Адлен, – тем временем мы все погрузились в лифт, и я нажала нижнюю кнопку. Кабина со скрежетом двинулась вниз.

– Кто? Арен? – усмехнулась я. – Да это просто смешно. Стали бы его слушать жрецы Рацех, как же!

– Мне кажется, ты его недооцениваешь. Как он сбежал сейчас? Из-под Тьмы?

– Не знаю, как, но устроить революцию с древним оружием и этими жрецами… Да у него мозгов не хватит. Слышал, как он говорил? Дурак напыщенный.

– Хорошо, если так. Но магия его непроста.

Лифт резко затормозил, стукнувшись обо что-то так сильно, что мы подпрыгнули чуть ли не до потолка. После чего двери разъехались, открывая путь в совершенно темный коридор. А я даже светящуюся сферу создать не могла, потому что для этого пришлось бы отозвать Тьму.

Арисси полезла в карман и извлекла маленькое устройство, похожее на толстую курительную трубку. Переместила переключатель, и темноту коридора рассек луч света.

– Фонарик, – пояснила девушка. – Не магия, а научное знание. Кроцелл объяснял, как оно работает, но я не поняла ни бездны, – и снова ударение на последний слог в слове «бездна».

Компактный фонарь хорошо освещал путь, не давая споткнуться о старые лампы, вывалившиеся из стен кирпичи, мусор. Память никак не хотела давать ответа, как долго идти до портала. Радовало одно – никаких адептов мы больше не встретили. Но спустя несколько минут отстутсвие орденских слижителей показалось мне дурным знаком. Неприятное предчуствие царапнуло изнутри, засело в ребрах, ожидая своего часа. Неужели тут не осталось никого, кроме Арена? Интересно, а Раддан тоже здесь, в резиденции? Или совсем сбежал?

Наконец, коридор показался мне знакомым. Вспомнилась трещинка в каменном полу, осыпавшаяся штукатурка, обшарпанные двери, ведущие в странные лаборатории. Спустя десяток дверей, мы попали в большой зал, выложенный плиткой, посреди которого, словно арена, возвышался портал.

Мы обошли вокруг, сначала один раз, потом второй. И было совершенно непонятно, как им пользоваться. Вот, сейчас бы пригодилась помощь Раддана. Или хоть у Арена спросить бы, что тут и как. Да хоть какого-нибудь адепта второсортного поймать. Но зал оставался совешенно пуст.

– А дальше что? – не выдержал мастер воды.

– Да мне почем знать? – возмутилась в ответ, но разгореться ссоре не дала Арисси. Она что-то сделала с порталом, и теперь над возвышением появилось сияющее голубоватое кольцо.

– Это не магия, – сказала она. – У нас есть похожая технология. Но без магии не запустить. Отзови эту мракову Тьму.

– Что ты сделала?

– Да просто энергию подала. Только она убьет нас, если магически не скорректировать выход.

И я приказала Тьме развеяться. Воздух тут же загудел, словно с десяток пастухов начали трубить в свои рожки, нескладно, разобщно, но в то же время завораживающе. Слышалось в этих звуках что-то величественное.

– Думаешь, теперь не убьет? – спросила у Арисси.

– Кто не рискует, сам дурак! – выкрикнула она и вдруг прыгнула прямо в круг. И исчезла. Оставалось надеяться, что она, и впрямь, попала в Кадаф, а не рассыпалась на эти самые мельчайшие частицы.

Мы еще раз обошли портал, маг воды кинул в него монетку зачем-то, и медный кругляшь исчез, не достигнув центра. Непонятно, какое знание ему дало это.

– Идем? – спросил Каиль. И, взявшись за руки, мы беспрепятственно прошли через голубоватый круг. И уже в следующий миг все погасло. Весь мир погас.

Глава 24

Тусклый свет желтоватых фонарей осветил небольшое помещение. С первого взгляда стало ясно, что это не Кадаф и даже не Лэнг. Маленькая железная коробка, в которой можно было сделать лишь пару шагов от стены до стены. Или один большой шаг. Высоты едва хватало, чтобы Каилю не приходилось пригибаться. Но светильники свисали на уровне его лба. Ни дверей, ни окон, а стены из сплошного металла. Арисси здесь не было. Комната, вообще, оказалась пуста, только уродливые светильники торчали из потолка.

И я уже хотела начать паниковать, потому что не знала, как отсюда выбраться, как одна из стен отъехала в сторону. Яркий свет ослепил, и потому сначала невозможно было разглядеть людей, стоящих в коридоре, но я узнала голос.

– Я же говорил, еще двое, – произнес Арен.

– Вы, как всегда, правы, энкелат Лераэ, – ответил ему высокий, кажется, женский голос.

– Энкелат? – не поверила услышанному. – Энкелат? – повторила снова. – Ты – демон, Арен?

– Теор, девочка. Теор энкелат Лераэ. Но ты можешь по-прежнему называть меня Ареном. Мы с ним давно уже одно целое.

– Где Арисси?

– Повелительница Кадафа? – произнес Арен с наигранным удивлением. – Разве высший теор не способен противостоять какому-то энкелату? Ах, экхарисса оказалась фальшивкой, – и он леденяще рассмеялся. – Бедная человеческая девочка совсем не знала, в какие игры заигралась.

– Знаешь, что Кроцелл с тобой сделает за эту человеческую девочку? – в моем голосе промелькнула угроза, и он нахмурился.

– Знаю, – спокойно ответил Арен, все равно я видела в нем всего лишь адепта Света, а никак не могущественного демона. – Но она мне и не нужна. Пусть Рацех забирает ее. На ней уже есть метка. И любой из исполителей не сможет устоять, – усмехнулся он. – Причем же здесь я?

– Отпусти ее!

– Отпущу, непременно. Как только мы достигнем Шаб-Квахера, где обитает полно низших демонов, – его губы растянулись в отвратительнейшей улыбке, затем он обернулся к женщине, стоявшей за его правым плечом. – Уведи их, – произнес Арен и отошел в сторону.

Тощая дама приблизилась ко мне, протягивая непропорционально длинные руки. Слишком длинные и тонкие, словно змеи, и, кажется, в них не было костей. Руки неестественно вытягивались, извивались, опутывали меня, словно веревки, а я не могла даже пошевелиться. И вся она была какая-то скользкая, противная, похожая на червя. Лишь краем глаза я могла улавливать, что она делает, потому что была не в силах оторвать взгляда от ее пульсирующих зрачков. Темно-зеленая радужка словно заполнила все глазное яблоко, а зрачок ритмично увеличивался, будто погружая меня в бездну, и этот ритм отдавался у меня в груди. Я ощущала, как по телу ползут отвратительные руки-червяки, сжимают, не давая дышать. Мне хотелось кричать, но я могла только смотреть в ее жуткие глаза. И понимала, что если не перестану смотреть, бездна поглотит меня. Нужно отвернуться. Не смотреть! Не смотреть!

Мне потребовались неимоверные усилия, чтобы закрыть веки, соизмеримые с попыткой сдвинуть гору. Но у меня получилось! Я больше не видела ее. А потом я призвала Тьму. Самую разрушительную, всепоглощающую Тьму. Я не знала, подействует ли она на демонессу, или кем там являлось это существо? Но больше ничего применить я сейчас не могла. Если начну всматриваться в силовые потоки даже под закрытыми веками, рискую вновь потонуть в пульсирующих зрачках.

Позади закричал Каиль так громко и пронзительно, что резануло по барабанным перепонкам. Я резко качнулась назад и инстинктивно открыла глаза. Худющая женщина с короткой пепельной стрижкой стояла неподвижно, и руки ее были самыми обычными, возможно, слишком тонкими и все-же длинноватыми, но никак не походившими на червей.

Обернувшись, заметила что Каиль в полном здравии, только перепуган не в меру. Но живой, не ранен.

– Где Арисси?! – выкрикнула я прямо в лицо женщине. Вышло так мощно, что ее волосы зашевелились, а сама она покачнулась и вдруг рассыпалась, издав напоследок стеклянный звон.

– Вот это да… – произнес Каиль. – А я и не знал, что ты так умеешь.

– Я тоже не знала, – ответила, разглядывая россыпь осколков.

Мои руки дрожали, в барабанные перепонки ударял пульс, и вся я тряслась будто бы замерзла, но мне не было холодно, напротив, на лбу проступил пот. Мне было страшно. До паники страшно от собственного могущества. Я ведь совсем не хотела ее убивать, только высвободиться, убежать отсуюда, но не убивать. И самое страшное, ведь не в первый раз это делаю. И что я чувствую? Да ничего, по сути. Лишь ужас от того, насколько страшным существом я являюсь. Но ни сожаления, ни сочувствия. Ничего.

Каиль положил руки мне на плечи, теплые, успокаивающие. С ним легче. Осторожно стряхнула с сапога осколки. Может, она и не умерла? Соберется потом, склеится как-нибудь… Вряд ли, конечно.

– Ареан проделывал то же самое, – произнес Каиль.

– Рассыпал людей в пыль?

– Нет, я не о том. Лишал воли, заставлял видеть то, чего нет. Она так же умеет.

– Умела, – поправила я.

– Давай не будем об этом. Тебе ведь неприятно.

– Не будем, – мне, и впрямь, было неприятно, и я с трудом отвела взгляд от осколков.

Мы находилилсь в каком-то коридоре. Очень странное место, хорошо освещенное, но совершенно непонятное. Какие-то трубы, тянущиеся вдоль стен, вентили, приборы со стрелочками и светящиеся символы, бегающие по черным пластинкам. Никогда не видела ничего подобного, но неуловимо помещение напоминало то, что попадалось нам в резиденции Ордена, и то, что валялось в дядькином сарае. Одно слово – древние технологии. Коридор длинный, но узкий из-за многочисленных приборов. Впереди за арочным проемом лестница, ведущая вверх, а перед аркой слева спуск вниз, огороженный металлическим заборчиком. И свет такой яркий, но совершенно неживой, немагический, мертвый.

А еще мне показалось, будто бы мы движемся. Странная вибрация вокруг, неясный шум, какое-то гудение, перебиваемое ударами пульса. И воздух такой тяжелый, словно давит со всех сторон. От этого даже голова начала болеть.

Мы пошли не вверх, а вниз. Мне думалось, логично предполагать, что пленников держат в подземелье. Всегда казематы располагаются в самом низу, что в сторожевой башне, что в резиденции Ордена. Но лестница оказалась короткой и вела в точно такой же коридор, только выхода из него я не увидела. Лишь вентилей стало больше. У дальней стены располагался самый большой. Я просто стояла и смотрела на него, как вдруг вентиль начал со скрежетом проворачиваться. У меня внутри все сжалось. Мне показалось, что я нахожусь внутри гигантской трубы, и сейчас хлынет поток воды. Я уже слышу ее шум.

А потом открылась дверь. Эта круглая штука с вентилем оказалась всего лишь дверью. Но еще сильнее я удивилась, когда увидела Раддана. Он замер не менее удивленно разглядывая нас. Потом развязной походкой подошел ближе, растянул лягушачий рот в улыбке.

– Кого я вижу! – воскликнул он.

Вперед выступил Каиль, загородив меня.

– Ты! – он тыкнул в него указательным пальцем, так тыкнул, что Раддан невольно сделал шаг назад, но его это не спасло. В следующее мгновение Раддана окатило водой. Бывший адепт Света открыл рот, затрясся не то от злости, не то от холода, потом схлопнул челюсти, так ничего и не сказав.

– Какого мрака ты сбежал, Раддан? – спросила я, высунувшись из-за спины Каиля.

– Пленники иногда бегут, знаешь ли. Но почему вы оба тут разгуливаете?

– А почему бы нам не разгуливать? – насмешливо спросил Каиль.

– Да потому что я обменял себя на вас! – выпалил он и тут же состроил такое лицо, что стало ясно, сболтнул он лишнего.

– Ты знаешь, где мы? Как отсюда выбраться? Это мир демонов?

– Возможно, – Раддан снова улыбнулся, но все еще клацал зубами от холода. – Нельзя было водичку потеплее сделать?

– Могу окатить кипятком, – ответил Каиль, – хочешь?

– Обойдусь. Тьма на демонов не действует, – теперь он обращался ко мне. – Сбежать отсюда нельзя. Мы под водой. Очень глубоко. Советую сдаться Лераэ. Тебе нечего ему противопоставить.

– Ну, одного демона она уже разнесла в клочья. В прямом смысле.

– Даже так? – Раддан недоверчиво приподнял бровь.

– Ты знал, что Аренъяр Амданэ, которого Орден подослал в свое время в замок Эрсиэ, и Арен Лераэ – одно и то же лицо.

– Ты действительно можешь убивать демонов? – проигнорировал мой вопрос Раддан.

– Иди, посмотри на оставшуюся кучку от демонессы, – ответил за меня Каиль.

– Я просто пытаюсь выжить, – вдруг жалобно протянул Раддан. – И, кажется, вы преследуете в настоящий момент ту же цель.

– Нам абсолютно все равно, выживешь ли ты или нет, – произнес Каиль.

– Понимаю. Но я ведь не о себе. Мы могли бы помочь друг другу. Арен уверен сейчас, что вы оба уже заперты в кристалле. Потому он меня и выпустил. Чтобы освободить место. Я мог бы не разубеждать его в этом.

– А я могу убить тебя прямо сейчас, и ты никого и ни в чем не сможешь разубедить, – ответил Каиль.

– Но ты ведь не знаешь, где мы. А демона, что заставляет меня говорить, с вами нет. А я мог бы многое рассказать добровольно.

– Чего ты хочешь взамен? – спросила я.

– Всего лишь выжить. Любой ценой. И мне не слишком нравится идея стать сосудом для еще какого-нибудь демона, дабы он сумел овладеть магией двух миров. И если выбирать сторону, я скорее выбрал бы тебя, Дайренн. Ты не лишина благородства.

– О, как это мило, – улыбнулась я. – Меня больше смущает, что благородства лишен ты. Какова гарантия, что ты не переметнешься на сторону Арена, если дела наши будут плохи?

– Никаких, – развел руками Раддан. – Но разве у тебя есть выбор?

– Есть. Я, действительно, могу тебя убить, – ответила начистоту.

– И ничего не узнать.

– Я могу убить тебя и после, – произнесла и сама себе усмехнулась.

– Я готов рискнуть. Говорю же, ты не лишена благородства. Хочешь, покажу, где держат пленницу с синими, как у демона, волосами?

– Пусть рассказывает, – произнес мастер воды, – но если попробует выкинуть хоть какой-нибудь трюк, я сам его прикончу.

– Вот и славненько, – потер руки Раддан. – Только переоденусь для начала, – он подергал свой мокрый плащ.

– Подожди, а где сам Арен? Пока ты будешь себя в порядок приводить, вдруг он явится?

– Он сейчас в рубке, наверное, к всплытию готовится, – произнес Раддан и, резко развернувшись, поскакал туда, откуда вышел.

– Стой! – крикнула ему вслед. – К какому всплытию?

Раддан не ответил, но Каиль схватил меня за руку и пошел за ним. Тяжелую дверь с вентилем адепт Света не запер. Наверное, просто не успел.

Мы оказались в маленьком помещении, напичканном теми же странными приборами, здесь было еще больше труб, шлангов, циферблатов со стрелочками, и посреди всего этого на уровне груди висела полка, обтянутая коричневой кожей. Эта штука заменяла Раддану кровать. Совесем узкая, свалиться с такой – ничего не стоит. На полке лежала одежда, какие-то свертки. Да уж, не императорские палаты.

– Могу я хотя бы переодеться в одиночестве? – буркнул Раддан.

Еще раз окинула помещение взглядом и убедилась, что выход отсюда только один, хотя, кто знает, какие тут потайные ходы скрываются? Но я все же вышла за дверь, прихватив с собой Каиля.

– Он меня бесит, – шепотом произнес мастер воды.

– Придется потерпеть, – ответила, и тут же была вынуждена вцепиться в Каиля, чтобы устоять на ногах. Пол задрожал, а потом и вовсе накренился, не сильно, но ощутимо. И движение стало чувствоваться явственнее. Будто бы мы в огромном лифте. И звуки стали громче, назойливое гудение и жутковатый скрежет.

– Ты хоть понимаешь, мы в нашем мире или уже у этих, у демонов? – спросил Каиль, которому тоже было не по себе, судя по виду.

– Похоже на древние сооружения, – ответила, но не слишком уверено. – Не знаю, что это за мир. Я видела город Киш-Зкауба, он совсем не похож на Кадаф. Может, это мир демонов, а может, наш, только находимся в каком-то секретном сооружении, сохраненном Орденом Света с древнейших времен. А может быть, вообще, ни в одном из двух миров. Вдруг этих миров больше?

– А не так давно я и не подозревал, что моя жизнь изменится столь круто, – задумчиво произнес мастер воды.

Послышались нетвердые шаги. Выглянув через плечо Каиля, увидела Раддана, одетого в неизменную орденскую мантию.

– Пленницу держат в машинном отделении. Я отведу вас туда, – произнес он с гордым видом спасителя и прошел мимо нас к лестнице, по которой мы спустились.

Пока мы шли, я все время думала, не заманивает ли Раддан нас в очередную ловушку? Что ж, он мог. На всякий случай призвала Тьму, не так много, как в прошлый раз, но достаточно, чтобы нейтрализовать человеческих магов. Мои руки нагрелись, готовые в любой момент выплеснуть огонь. Каиль также пребывал в напряжении, это было заметно по крепко сжатым челюстям и тяжелому взгляду.

Мы поднялись по лесенке и оказалиись в помещении, где я расправилась с демонессой. Раддан взглянул на горстку осколков, но ничего не сказал, повел дальше, через арку. Лестница вверх состояла всего из двух ступенек, а помещение почти не отличалось от тех, что мы покинули: все те же бесконечные трубы, приборы непонятного назначения. Наверное, нужно изучить целую науку, чтобы со всем этим управиться.

Раддан подошел к большому вентилю, вмонтированному в пол, провернул, откинул крышку люка и полез вниз. Мы спускались следом, затем бывший адепт Света снова взобрался на лестнице, захлопнул люк и провернул такой же вентель, прикрепленный к крышке снизу.

Здесь было так тесно, что втроем мы с трудом уместились, а потолок настолько низкий, что даже мне приходилось пригибаться, чтобы не задевать головой всякие штуковины, торчащие из него. Еще больше труб и циферблатов, а гудение, скрежет и странный стук, похожий на стрекот саранчи, становились громче.

Мы протискивались по совсем уж узкому коридору, извилистому и жутко неудобному. Это место явно не предназначалось для людей. Скорее уж для каких-то червей, что могли бы тут ползать.

Свет стал красноватым и тусклым, от чего человеческая кожа теперь походила на оголенное мясо. Коридор закончился тупиком, став чуть шире, но недостаточно, чтобы сделалось комфортнее. А потом у больших черных штуковин я увидела Арисси. Ее тело было заключено в кристалл, словно в ледяную глыбу. Тоненькая фигурка девушки в нелепых одеждах была неестественно изогнута. Наверное, она пыталась сопротивляться, руки вывернуты, позвоночник выгнут, голова запрокинута, а рот открыт в безмолвном крике.

– Как ее освободить? – первое, что спросила.

– Магия демонов, – ответил Раддан. – Я не вижу ее, но знаю, что плетение сложное.

Прикрыв глаза, присмотрелась к «тюрьме» Арисси. Сеть демоновых силовых потоков оплетала ее тело, но в то же время была объемной, словно сплетена из несколько слоев. И больше это все-таки походило на решетку. Я была не уверена, что получится расплести это, но придется пробовать. По крайней мере, я видела, а это уже полдела – знать, что следует сотворить.

– И вы тоже должны были быть в таких кристаллах, – пояснил Раддан.

Так вот, оказывается, что пыталась сделать та демонесса.

– Расплетай скорее, и уходим отсюда, – произнес Каиль.

– Куда уходите? – усмехнулся Раддан. – Вы оба так и не поняли? Мы под водой. Очень глубоко под водой.

– Как это возможно? Я ведь дышу, – произнес Каиль.

– Ох, как сложно объяснять вам все, – тяжело вздохнул бывший адепт Света. – Эрсиэ давно бы уже все понял.

– Объясни уж как-нибудь, – с издевкой сказал мастер воды.

– Этот подводный корабль – древняя технология. Если вы и выберетесь отсюда, то будете раздавлены толщей воды. Нужно дождаться, пока мы доберемся до Кадафа.

– Кадаф? – спросила я. – Так, значит, мы уже не в нашем мире?

– Пока еще в нашем мире, а, вот, через пару дней будем у побережья Кадафа. Если ты не помнишь, портал, связующий наши миры, находится на дне океана, – ответил бывший адепт Света.

– Вот, значит, как теперь демоны пробираются в наш мир, – дошло до меня.

– Ареан, ваш мраков гипнотезер, его ведь тоже доставили на этом судне, как я понял, – произнес Раддан.

– Тогда как мы, вообще, отсюда выберемся, если находимся так глубоко под водой, как ты говоришь? – спросила я.

– Да врет он все, – отмахнулся Каиль. – Не может корабль плавать под водой. Чтобы двигаться, нужен парус. Откуда под водой парус? Рассказывай кому другому.

– И как же ты живешь совсем без мозга? – Раддан взглянул на него с фальшивым сочувствием. – По-твоему, без лошади телега не поедет? А как же самоходные телеги? Древние технологии. Арен, когда он еще был Ареном, а не демоном Лераэ, сумел восстановить многие механизмы.

– Откуда он узнал, как их восстановить? – спросила у него.

– А он достаточно стар, чтобы помнить, как оно было. Он едва ли не старше Эрсиэ. Неужели ты обманулась его внешностью?

– Погоди, Аренъяр Амданэ – брат Теньяра, ученика лорда Эрсиэ, которого убила Лаэш, – погрузилась я в воспоминания. – Он явился в замок и представился братом Теня. Да и внешне очень похож. И тогда он точно не был никаким демоном. Уж лорд Эрсиэ наверняка бы распознал. С Тенем я познакомилась у лекарши, он приходился ей каким-то родственником. Лаэш перерезала ему горло, когда тот пытался принести в жертву ребенка.

– Не было никакого родственника лекарши, и никакого брата этого родственника. Орден отправлял только адепта – очень сильного мага. Того, кого ты называешь Ареном. Хотя это не его имя, но не суть. Смысл в том, что он был только один. Кто такая Лаэш, я, вообще, не в курсе.

– Да быть такого не может! Лаэш – создание магистра, она – умертвие, то есть не совсем, но не важно. Кого в таком случае она убила?

– Видимо, недостаточно качественно убила.

– Да я тело видела! И Тинка, кошка, у него кошка была мертвая!

– Повторяю, – отчеканил Раддан, – адепт, направленный к лорду Эрсиэ, был только один. Ты не могла видеть его тело, потому что вот он, живой и почти здоровый, управляет подводным судном.

– А что там с демоном Лераэ?

– Я не знал, что его опыт удался. Теперь они живут в одном теле. Я знал лишь, что он проводил такие эксперименты. Но человеческая сущность обычно погибала. Страшно представить теперь уровень его могущества.

– Если он такой всесильный, зачем ему понадобилось древнее оружие? Шахты эти… – я сильно усомнилась в способностях Арена.

– Ох, мрак, сколько же ты вопросов задаешь! – воздел к потолку руки Раддан, но вышло не очень, потолок оказался слишком низким, и адепт Света стукнулся кистями об металл.

– Ты обещал рассказать все, – напомнила я.

– Но я же не могу рассказать то, чего не знаю!

– А ты постарайся, – вставил слово Каиль. Раддан изменился в лице и посмотрел на мастера воды с легким опасением.

– Подводный корабль идет в Кадаф через портал на дне океана. Как только окажемся на стороне мира демонов, бежим.

– Как бежим? Вплавь? Знаешь, какая холодная вода в Кадафе? – произнесла я.

– Нет, вплавь нас раздавит давлением. Есть спасательная капсула. Одному мне все равно с ней не управиться, поэтому можете быть уверены, без вас не сбегу. К тому же капсула не может передвигаться самостоятельно. А магией мира демонов владеешь только ты, Дайренн. И маг воды тебе поможет.

– План твой понятен. И как долго еще до Кадафа? Сколько мы будем здесь прятаться? – спросил Каиль.

– Около двух суток по земным меркам. За это время как раз успеете распаковать свою подружку.

– Думаешь, обнаружив, что одна из демонесс рассыпалась, Арен не начнет искать виновных?

– А об этом я позабочусь. Мне нужно идти, пока меня не хватились. Заодно приберусь за тобой, – Раддан с хитринкой в глазах посмотрел на меня. – Пищу принесу, как смогу. Есть вопросы?

– А уборная тут имеется? – спросила и залилась румянцем.

Раддан кивнул на люк в углу и скрылся за переплетениями труб. Ох, не слишком-то мне все это нравилось…

– А не проще ли захватить корабль? Все-таки мы не самые беспомощные существа на планете, – предложил Каиль.

– На этой планете, – поправила я. – На счет другой – мы ничего не знаем. К тому же, ты знаешь, как управлять подводным судном? Я – нет.

– Ну… – протянул он, – может, Раддан знает?

– Сомневаюсь, – пожала плечами.

Расположились мы прямо на полу, даже подстелить тут нечего было. Я так устала, что не было сил даже рассмотреть плетение кристалла, пленившего Арисси. Просто прислонилась к плечу Каиля и закрыла глаза.

***

Мне показалось, что я задремала лишь на мгновение и пробудилась от громких шагов по стальному полу.

– Как они выбрались?! – прорычал Арен, который теперь нависал надо мной, – Как?! Я спрашиваю!

За его спиной стыдливо прятался Раддан.

– Энкелат Лераэ, – промямлил бывший адепт Света, – клянусь, они были в кристалле, когда я уходил. Я здесь ни при чем! – последние звуки сорвались на писк.

– Есть вещи, адепт Раддан, которые невозможны лишь потому, что они невозможны! – прошипел, слегка склонив голову, демон.

– Но откуда мне знать! – взвыл Раддан.

– Предатель, – прошипела я.

– Дайренн, – прошептал Арен, склонившись ко мне, – ты всегда мне нравилась, Дайренн.

Я обернулась к Каилю, ведь нам ничего не оставалось, как атаковать демона прямо сейчас, но взгляд мастера воды, будто у мертвеца, остекленел, а лицо стало покрываться инеем. Он уже ничего не видел и не слышал.

– Арен, прекрати! – взвизгнула, но тут же была вздернута за шиворот сильной рукой и поставлена на ноги, и теперь оказалась лицом к лицу с Ареном. Хотя, никакой он уже не Арен, передо мной демон Лераэ. Вертикальные зрачки запульсировали, то заполняя полностью болотистую радужку, то вновь сжимаясь в тонкую нить. Рот ощерился, обнажая треугольные зубы.

– А что ты сделаешь, Дайренн? Что ты можешь-то? – усмехнулся Лераэ.

Я призвала Тьму. Много Тьмы, окутав все помещение невидимым туманом. Услышала, как взвыл Раддан, что-то упало, но демон продолжал смотреть на меня с улыбкой.

Отшатнулась, едва не споткнулась о лежащее на полу тело Каиля, оно уже успело покрыться стеклянной коркой. Вскинула руки и вылила на Лераэ жидкий огонь.

Его волосы вспыхнули, и теперь лицо, исказившееся гневом, обрамляло пламя. Гневом, яростью, но не болью. Одежда демона горела, но тело оставалось невредимым. Лераэ рассмеялся, сбрасывая истлевшие лохмотья.

– Какая же ты глупая, – произнес полностью обнаженный демон, стряхивая искры с каким-то чудом уцелевших волос. – В трубах кислород и масло. Знаешь, что будет, если рванет?

Огонь сошел на нет, как ни бывало. Лишь пепел у ног Лераэ напоминал о нем. А еще…

Я в ужасе отпрянула назад, снова споткнулась о закованного в кристалл Каиля, схватилась за трубу и закричала от отчаяния.

Позади демона лежал обгоревший труп. Раддан… он ведь просто пытался выжить. А я лишила его жизни, пусть ненамеренно, но я всегда боялась, что произойдет нечто подобное. Больше всего боялась. А Раддан, может, он и предатель, но он ведь и не скрывал этого. Он просто пытался выжить…

Не вышло…

Глаза наполнились слезами, в груди что-то сжалось, больно так, и я захлебнулась вдохом.

– Прекрати, – прошипел демон, схватил меня за руку и потащил прочь по узкому коридору, просто перешагнув тело Раддана. Мне тоже пришлось просто перешагнуть.

Я не сопротивлялась. Просто не могла придумать, как я могу сопротивляться? Ни Тьма, ни огонь не причинили ему вреда. А что я еще могла-то сделать? Я покорно поднялась по лестнице, лишь тихо всхлипывая. Вот и все, наверное. Это конец. Мы проиграли.

Арен протащил меня через длинный коридор, открыл дверь с большим вентилем, втолкнул меня внутрь, затем мы прошли через простую дверь, деревянную, оказавшись в небольшой комнате, одна из стен которой представляла нагромождение приборов, а две других были оборудованы скамейками, похожими на ту полку, которую Раддан использовал в качестве ложа. Демон с силой усадил меня на одну из обтянутых кожей досок. Сам достал одежду откуда-то сверху, напялил штаны и рубашку, сел напротив.

– Зачем все это, Арен? – спросила я, растирая по щекам слезы.

– Во-первых, Арена здесь нет. Перед тобой Лераэ, энкелат, теор, – с гордостью перечислил он. – Во-вторых, что я тебе сделал? Конкретно я конкретно тебе?

– Зачем ты убил лорда Норимэ? Зачем понадобилось убивать лорда Тефриэ? Зачем, вообще, тебе понадобилось это древнее оружие?

– О, я вижу, ты настроена на диалог, – усмехнулся демон. – Но разве я убил Норимэ? Разве это не твой друг мхирут Ареан? Разве не энкелат Артхаэн расправился с Тефриэ? Более того, я никогда не был знаком с этими людьми. Единственное, что мне хотел заполучить, это оружие. И совсем не для того, чтобы идти войной на ваш мир. Что бы ни говорил Арен, мне не нужна ваша Империя. Но в моем мире нет урана. Вот мне и пришлось сыграть в эту странную игру.

– Арен и ты – разные личности? И цели у вас разные? – уточнила я.

– Именно. Но ты не нужна ни мне, ни ему. Я мог бы отпустить тебя, если хочешь.

– А остальные? Каиль? Арисси?

– Твой друг мне не нужен. Можешь забрать девчонку. Только Рацех все равно доберутся до нее. От метки никуда не деться. Я выпущу тебя в человеческом городишке, Шаб-Квахере. Там безопасно.

– Хорошо, – согласилась я, пытаясь скрыть радость. Метка для Тьмы не проблема. Вот, только если верить Раддану, Шаб-Квахер вовсе не безопасное место.

– Тогда, прошу тебя, веди себя хорошо, чтобы мне не пришлось запирать тебя в кристалле. И не мешай мне с добычей урана.

– Хорошо, – снова согласилась я, – но можно узнать, чисто из любопытства, что будет с Кадафом?

– Хочешь выведать мои планы, девочка? – рассмеялся Лераэ. – Мир не может принадлежать теорам. Они почти такие же как люди. Но так же являются всего лишь пищей для Рацех. Разве справедливо, что высшая раса должна влачить жалкое существование?

– Рацех? – уточнила я. – Они – высшая?

– Следующее звено в цепи питания. После теора.

– Но зачем Вам-то вступаться за Рацех?

– Да потому что я один из них. И всегда им был. Как только все закончится, я оставлю это жалкое человеческое тело, такое хрупкое и ненадежное.

– Но ведь, насколько мне известно, у Рацех есть договор с экхаром Кроцеллом.

– Был договор. Пока эта безмозглая экхарисса, которая даже экхариссой зваться права не имеет, не устроила настоящее революционное движение. А экхар все сделает для нее. Даже пойдет на истребление целого народа.

– Ясно, – фальшиво-сочувственно покачала головой. – Но я все равно не понимаю, как ваша раса питается, если убиваете вы не сами? И даже рядом при этом не находитесь.

– Снова любопытство? – усмешка исказила его рот.

– А что же еще? – пожала плечами.

– Квантовая нелокальность, – задумчиво произнес он. – Рацех не едят людей в том смысле, в каком ты понимаешь. Мы – сущность коллективная. Каждая жизнь делится на всех воплощенных и невоплощенных. Я же говорю, в этом теле я сильно ограничен.

– Коллективная? – удивилась я. – Как пчелы?

– Примерно. Еще вопросы будут? – он попытался изобразить милую улыбку, но с остроконечными зубами вышло не очень.

– Арен говорил, что собирается устроить ад на земле.

– Мало ли что он говорил, – ответил демон, растягивая слова. – Ему не суждено выжить в этой войне.

– Он сейчас слышит это?

– Понятия не имею. Но я слышу, что говорит он, – демон умолк посмотрел на прибор с задумчивым видом, потом снова повернулся ко мне. – Мы уже пересекли границу между мирами. Скоро прибудем в Шаб-Квахер. А теперь я вынужден покинуть тебя, – он провел пальцем по моему лицу, а меня передернуло так, будто змея проползла по коже. – Надеюсь на твое благоразумие, – с этими словами он меня покинул, и нельзя сказать, что я была этому не рада.

С его стороны было весьма опрометчиво надеяться на мое благоразумие. Стоило его шагам перестать доноситься из-за дверей, я тут же выскочила из комнаты, побежала обратно, туда, где лежал Каиль. Я собиралась распутать этот кристальный кокон. И сделать это нужно было до того, как нас вновь обнаружит Лераэ.

Проникнув в узкий коридор, заполненный трубами, едва не споткнулась о сгоревшее тело Раддана. Теперь уже мало что в этом угольно-черном силуэте напоминало бывшего адепта Света. Такое тело даже поднимать бессмысленно. И, наверное, мне не стоило пробовать…

Пальцы сами вычертили символ, цепляя магические потоки. Не наши. Чужие. Печать легла на то место, где должно было быть лицо, но теперь виднелась лишь сплошная черная корка. Лиловое свечение будто впиталось в растрескавшуюся плоть, превращаясь в красноватые отблески, словно уголь вновь начинал тлеть.

Тело не поднялось, но странным образом неуловимо изменилось.

– Отвратительно, – услышала я едва различимый шепот совсем рядом. Вздрогнула, пугливо огляделась, но никого не увидела.

Труп все так же лежал у моих ног, не подавая признаков жизни. Наверное, все-таки не из каждого тела выходит умертвие.

Глупая была попытка. А если бы и вышло, вряд ли Раддану это понравилось бы.

– Просто пытаюсь выжить… – произнес тот же шепот, но более отчетливо. Теперь я уже подскочила, вжалась спиной в стену, разглядывая полумрак. Здесь кто-то был, теперь уже нет сомнений.

По телу пробежал озноб, сердце заколотилось, болезненным звоном ударило по барабанным перепонкам.

– Кто здесь? – попыталась придать голосу твердость, но вышло как-то жалобно.

Ответа не последовало. А я не знала, что делать. Здесь было слишком шумно, постоянный гул работающих механизмов мешал прислушиваться. Не различить ни шагов, ни голосов.

Разум пытался успокоить сам себя, подсовывая самое удобное объяснение сверхъественных явлений – «показалось». А может, и впрямь, показалось? Переволновалась, слишком устала, этот ужасный гул, опять же…

Осторожно отлепилась от стены, едва не обожглась об горячую трубу, приблизилась к двум голубоватым кристаллам, внутри которых были скованы человеческие тела. Не время поддаваться влиянию галлюцинаций.

Первым на очереди был Каиль. Аккуратно коснулась кристаллической структуры силовых потоков. Начала расплетать. Дело шло медленно, узлы оказались слишком тугими, а мне никак не удавалось найти закономерность в плетении, чтобы, дернув за один поток, распустить всю сеть. И ни смять, ни порвать ее не удавалось, слишком прочная, будто из стали.

Несколько раз мне снова слышался странный голос, но, пребывая в кошмарном напряжении, я не могла разобрать слов. И снова постаралась списать все на «показалось».

На предельной концентрации, мне удалось распутать еще ряд узлов, поток выпрямлялся, превращаясь в тонкую ровную линию, уходящую ввысь. Чужая магия, неприятная и жесткая, будто проволока.

Наконец, в центре, над крайней верхней точкой кристалла, высвободился мощный поток почти белого цвета. Я схватила его двумя руками и дернула, словно стержень вынимая. Линия оказалась скользкой, неподатливой, будто рыбу в воде ловишь рукой. Но, вцепившись метафизическими когтями, мне удалось вырвать этот стержень. Я не устояла на ногах, повалилась на спину вся липкая от пота.

– Дуреха, – послышался шепоток, на это раз совсем близко, и я едва не вскрикнула, отползла к стене, приподнявшись на локтях, но тут увидела, что Каиль смотрит на меня не стеклянными обмороженными глазами, а осознающим нормальным взглядом, если слово «нормальный», конечно, применимо к Каилю.

– Живой, – выдохнула я, и губы сами растянулись в улыбке.

Мерцающая кристаллическая решетка распадалась на составляющие и таяла в воздухе. Каиль поднял руки, осмотрел их внимательно и подтвердил:

– Действительно живой, – голос звучал удивленно, – Ты уже расправилась с этим выродком?

– Ты слишком высокого обо мне мнения, – усмехнулась в ответ.

– А там кто? – он приподнялся на локтях и посмотрел мне за спину.

– Раддан, – призналась я.

– Жестоко демон его, – покачал мастер воды головой. – Сколько ж мощи надо иметь, чтоб такое сотворить-то?

– Это не он, – ответила, опустив голову.

Каиль оттолкнулся руками и быстро оказался в непосредственной близости от меня, склонился надо мной, коснулся рукой лица, заставил посмотреть на него. В моих глазах скопились слезы.

– Ты его так? – удивленно спросил маг.

– Нечаянно, – промямлила, отводя взгляд. – Он просто хотел выжить. А я…

– Уверен, у тебя была причина, – произнес он.

– Не было. Я Лераэ атаковала огнем. Раддан просто сзади стоял. Просто стоял и ничего мне не сделал.

– Просто хотел выжить, – снова услышала шепот и тихий смешок.

Сперепугу обхватила Каиля за шею, прижалась к его груди.

– Ты слышал? – прошептала, боясь услышать отрицательный ответ. Мне страшно было бы сойти сейчас с ума.

– Здесь кто-то еще? – спросил он.

– Не знаю. Мне нужно освободить Арисси, а потом уйдем из этого подвала. Мне страшно.

– Брось, Дайренн. Если он не напал до сих пор, значит, сам боится. Нужно убираться отсюда. Проклятый лабиринт.

– Мы под водой, ты забыл?

– Ты веришь в это?

– Не знаю, во что верить…

Каиль поднялся и заодно поставил меня на ноги. Меня колотило, как при простуде. Слишком устала, слишком напугана, всего слишком. Мне бы сейчас домой… хоть в какой-нибудь дом, отлежаться в мягкой постели, выспаться и поесть. Не могу вспомнить, когда ела последний раз. Кажется, еще в замке Эрсиэ.

Я приблизилась к кристаллу Арисси и начала расплетать сложные узлы. Пальцы, даже те, что не физические, дрожали, а потоки выскальзывали. Выходило совсем дурно. И невыносимо медленно. Терпение иссякало, а силы покидали меня. Еще немного и я могла бы потерть сознание. Под закрытыми веками изображение поплыло, и пальцы уже вслепую перебирали силовые потоки. Наконец, я нащупала толстый энергетический стержень, впилась изо всех сил, рванула и очнулась уже в объятиях Каиля.

Ноги отказывались держать меня, голова шла кругом, желудок сжался, подкатил к горлу, и я порадовалась, что так давно ничего не ела, иначе меня точно бы стошнило. Чужая магия. Нехорошая.

Я уже не видела, пришла ли в себя Арисси, зрение отказало, что магическое, что простое.

– Вверх! – громким шепотом прокричали мне в ухо. – Вверх! Дальше!

Меня несли, по всей видимости, быстро, потому что трепыхало неимоверно, голова откинулась назад и мотылялась из стороны в сторону. Мне казалось, что она вот-вот отвалится или, вообще, взорвется. Но не было никаких сил контролировать себя.

Не знаю, слышал ли Каиль этот странный шепчущий голос, но он явно указывал направление. Говорил про какую-то спасательную капсулу, которая сумеет добраться до поверхности.

– Руби! – вновь услышала я этот шепот. – Руби, кому говорю!

Меня опустили на холодный пол. Слишком резко, я стукнулась головой обо что-то железное, взвыла, попыталась встать. Голова словно огнем изнутри полыхала.

Звонкие удары по металлу. Шипение. И прохладные руки снова подхватили меня. Каиль бежал, а позади уже слышались взрывы.

– Кислород и масло! – скрежетал шепот. – Кислород и масло! Теперь вверх! Крути! Открывай!

Страшный грохот, звук рвущегося металла. Страшно…

Каиль грубо втолкнул меня в узкое пространство, а я ощутила себя тряпичной куклой. Распласталась в нише, не обращая внимания на холод металлического пола. Был слышен звук проворачиваемых вентилей, потом горохот стих, будто отдалился.

Зашипело, и меня с силой прижало к полу, вдавило так, что, наверное, отпечаток моей безвольной тушки останется на жестком металлическом полу. Вокруг забулькало, вновь заскрежетало.

– Все, – выдохнул Каиль, упал рядом, положил руку мне на лоб. Боль отступала, а вместе с ней уходило и сознание.

Глава 25

Очнулась я все на том же стальном полу. В горле свербило, тело пробрал холод. Сначала подумала, что все еще нахожусь на том же подводном судне, но сверху виднелось маленькое круглое оконце, в которое светило полуденное солнышко. А еще слышался шум волн.

Каиль лежал рядом, не спал, но был обессилен, под носом запеклась кровь, а пальцы нервно теребили рукав рубашки. Выглядел он неважно. Хотя, сама я, наверняка, имела вид куда хуже.

Напротив сидела Арисси, обняв колени. Лицо было грязным, замученным и уставшим.

– Да в бездну, – снова ударение на последний слог, – такие приключения! Ни за что больше из замка не выйду! К мраку эти революции!

– Мы выбрались? – хрипло спросил Каиль. – Что там?

– Море там, – ответила Арисси. – Мрак знает, куда нас несет теперь. Эта штукенция неуправляема.

– Мы выбрались? – повторила я за Каилем.

– Я ж говорила, выживет, а ты заладил: «Подохла, подохла», – скривила рожицу Арисси.

– Я не так говорил.

– Да какая разница! Смысл тот же. Живая? – она посмотрела на меня. – Дайренн?

– Еле теплая, – ответила и поежилась, подтягивая ноги к груди.

– Думаешь, Лераэ – мертв? – спросил Каиль.

– А ты видел, как там рвануло? Там и демон не выживет.

– Он не демон, – сказала я, – он – Рацех.

– А они – бессмертные, что ли? – фыркнула Арисси.

– Мой огонь на него не подействовал. Совсем.

– Это и был тот самый жрец? – спросил Каиль. – Лераэ?

– Именно. И на всех нас метка, – ответила я.

– Вот дрыгапрыг безмозглый! – выругалась экхарисса. – Кроцелл его на ленточки порежет!

– Сейчас в себя приду и сниму метки. Тьму нужно призвать.

– Не выйдет, – мрачно произнес Каиль.

– Это еще почему? – удивилась я.

– Ты эту метку видишь?

– Вижу, – подтвердила я.

– А ведь ты уже призывала Тьму. Я помню. Только она не пришла.

– Как так?

– Когда ты атаковала Лераэ, Тьма не подействовала не только на него. Метка бы уже исчезла, понимаешь?

– Но я ведь видела Тьму…

– Наверное, – пожал плечами Каиль, – тут какая-то неправильная Тьма.

***

Мы еще долго дрейфовали, до той степени, что начало казаться, будто целую вечность придется провести в море. У меня желудок сводило от голода, а Каиль не мог применить магию в этом мире. Лишь к вечеру Арисси увидела землю на горизонте.

Было так холодно… Или у меня начался жар? В горле скреблись кошки, нос перестал дышать, а тело мелко подрагивало. Давненько меня не одолевала банальная простуда. Обычно рядом всегда оказывался, если не профессиональный лекарь, то хотя бы маг, владеющий азами целительства. А здесь ни Каиль не мог воспользоваться магией, даже самой простой, ни сама себе помочь я оказалась не в состоянии. Не сильна я в целительстве, это во-первых. А во-вторых, мне сейчас сил не хватило бы даже на то, чтоб фитиль зажечь. Какое уж тут лечение?..

Каиль раздобыл какое-то подобие весла, открыл проход в одной из стен, отчего внутрь стал задувать холодный ветер, и пытался подгрести к берегу. Получалось плохо, наше плавательное средство все же больше подчинялось волнам, чем веслу, но Каиль не оставлял попыток.

Лишь глубокой ночью нас принесло достаточно близко к берегу, чтобы без риска можно было добраться вплавь, хотя у меня не было никакой уверенности, что я смогу догрести обессилившими руками до берега. Я боялась, что у меня ноги сведет судорогой в холодной воде, и без того сильно знобило.

Я прыгала первой, и, вот, удивительное дело, вода совсем не показалась мне холодной. Море приятно обволакивало, расслабляло закоснелые мышцы, мягко поддерживало. Мне не пришлось даже особых усилий прикладывать, чтобы удержаться на поверхности. И теплым оно было, как кисель. А я-то думала, что в этом мире море невыносимо холодное, судя по моему предыдущему опыту. Интересно, бывает ли оно одновременно и теплым, и холодным? А, может, это какое-то другое море?

Стоило выбраться на берег, как стало ясно, что никакой это не Кадаф. Не было тут ни ночных огней, ни сахарных замков, лишь вдали слабо светились желтоватые окна прямоугольных строений. Совсем не похоже на то, что я видела в этом мире. Даже засомневалась, а туда ли мы попали?

Мокрая одежда неприятно липла к телу, и даже слабый ветерок, дувший с моря, пробирал до костей. Холодно, мокро, отвратительно.

Песок закончился, и теперь мы шли по ровной и твердой поверхности, будто по спекшейся глине. Я была не слишком уверена, что нам стоит идти к этим странным домам. Они оказались большими и совершенно лишенными эстетики. Просто каменные коробки, не уступавшие размерами дворцам, а вот внешний вид – мрачный, унылый. Неприятное место.

– Шаб-Квахер, – произнесла Арисси. – Я была здесь.

– Это далеко от Кадафа? – спросила я.

– Пешком не дойти, – ответила она. – Нужна леталка.

– А ты никак не можешь сообщить о своем местоположении супругу? Неужели нет никакого способа связи?

Арисси промолчала, затем только коротко ответила:

– Нет.

Мне показалось, что она врет. Наверняка, способ имеелся, просто Арисси не хотела им воспользоваться. Гордость не позволяла, это я понимала. Но сейчас меньше всего на свете меня интересовала ее гордость.

– Жаль, – вздохнула я. – Про Шаб-Квахер говорил Лераэ. Здесь очень много тех, кто с радостью выполнит заказ Рацех. А мы все отмечены.

– Неужто мы с каким-нибудь мхирутом не сладим? – хмыкнула Арисси.

– Без магии? – произнес Каиль.

– Ну, ты, может, и без магии, а вот я кое-что умею, – вздернула нос экхарисса. – Но не суть. Есть у меня тут друзья. Вот к ним мы сейчас и отправимся. Может, и Милина уже вернулась.

– Милина? – удивилась я, потому что точно знала одну Милину, которая как раз из Шаб-Квахера.

– Подружка моя. Заодно кота у нее заберу, раз уж домой возвращаюсь.

– А у нее глаза случайно не разные? Один желтый, другой фиолетовый? – поинтересовалась я.

– Так ты ее тоже знаешь? Вот и хорошо.

– Да, знаю, только, насколько мне известно, она сейчас в Кадафе под присмотром Кроцелла.

– Вот зараза! – воскликнула Арисси. – Ну, ничего, я Ареану все расскажу.

– Ты и с ним знакома? – удивился Каиль.

– Он мне волосы подпалил, мхирут безмозглый! – выкрикнула девочка.

– А, так твоя прическа – не дань моде?

– Нет! – воскликнула она, топнув ногой. – Милине вообще глаз выбило из-за него. Думаешь, у нее от природы глаза разные?

– Не ожидала от Ареана.

– Да это потому что мы его поработить пы…, – проговорилась Арисси, но внезапно оборвала себя, проглотив окончание. – Да ладно, мрак с ним, – махнула она рукой.

Дома все-таки не были одинаковыми. Да и не такие уж они уродливые, если приглядеться. Сложены из ровных кирпичиков, цвет которых в темноте не разглядеть, вокруг деревца всякие. Любопытно, что в каждом из строений было по несколько одинаковых входов. Не так, чтоб парадный и черный, а будто бы несколько черных, а парадного совсем не было. Мы прошли мимо двух таких домов, стоящих углом. Один чуть повыше и покороче, а второй длиннющий, я насчитала около десяти входов. И зачем столько в одном доме?

Строения соединялись аркой, и мы прошли под ней. И вот тут я заметила, как преобразился город. Во-первых, появились фонари. Не слишком яркие, похожие на масленые лампы, но все же осветившие широкую улицу, по обеим сторонам которой высились прямоугольники домов. Вот, только фасады зданий не были одинаково-безликими. Их украшали скульптуры, поддерживающие балконы, вывески магазинов, колонны и странные картины без рамок.

Посреди улицы росли деревья в два ряда и склонялись таким образом, что кроны соединялись анфиладой.

Меня удивило, что на улице нет людей. В Кадафе, насколько я помню, ночная жизнь ничем не отличалась от дневной. А здесь было так пусто, что даже собственные шаги пугали.

– Почему людей нет? – поинтересовалась у Арисси.

– Так рассвет скоро, – пояснила она, показывая на небо, чуть порозовевшее вдали. – Ночные уже спят, дневные – еще. Ничего, сейчас до штаба нашего дойдем, там всегда весело.

– Штаба?

– Ага, – гордо поддвердила она. – Наш секретный штаб, – добавила девочка шепотом. – Только Кроцеллу не говори.

Освещенная часть города быстро закончилась, по всей видимости, фонари горели лишь на главной улице, и как только она осталась позади, дома стали меньше – всего-то в два этажа, они выглядели старее, а некоторые и вовсе оказались разрушены. Местами встречались хижины, походившие немного на эрсинкайские избушки. И здесь, среди каменных коробок, эти домики показались мне совершенно неуместными.

Арисси остановилась возле обветшалого дома, который некогда имел второй этаж, но сейчас остался только один.

– Вот видишь, в каких условиях тут люди живут, – произнесла она, открывая одну из деревянных дверей.

Резко пахнуло подвальной сыростью, даже с забитым носом я чувствовала эту вонь. Я не сразу разглядела две лестницы, одна вела вверх, другая вниз. Никаких фонарей внутри не оказалось, но свет будто бы откуда-то сверху падал. Но Арисси почему-то направилась вниз.

Спустившись, мы проследовали по длинному коридору, где уже кое-где горели настенные канделябры, и можно было разглядеть растрескавшуюся штукатурку, исписанную незнакомыми символами.

Коридор оканчивался железной дверью с кнопками. Арисси нажала три из них, как мне показалось, случайно, поскольку никих обозначений не имелось. Замок щелкнул и с противным скрипом дверь отворилась.

Запахло дымом и теплом. На стене плясали тени от огня. Посмотрев в другую сторону, я увидела трех человек, сидевших у камина. Их глаза слабо мерцали в полумраке. Два парня и девушка, кажется, хотя, так сходу и не поймешь. Одежда странная, волосы у всех длинные. И вообще, я не уверена, что все они были людьми. Может, теорами, а, может, еще какими-нибудь существами.

– Что с прической? – произнес один из незнакомцев с темной копной собранных в хвост волос. Говорил он со странным акцентом, будто язык этот ему не родной.

– Так, – махнула рукой Арисси, – демон один случился.

– А где Милина? – произнес другой, с растрепанными, светлыми или рыжеватыми волосами, сидевший ближе всех к огню. Казалось, будто пламя касается его руки, но, видимо, не обжигая.

– Она так и не объявлялась? – вскинула брови Арисси, повернувшись ко мне. – Почему Кроцелл до сих пор не отпустил ее?

– Может, следует за нее порадоваться? – предположила я. – В Кадафе она в безопасности.

– Ага, в безопасности, – недовольно скривилась Арисси. – А Кроцелл с ней в безопасности?

– Нашла о чем переживать, – хмыкнула девушка. Все-таки, и впрямь, девушка, хотя фигура ее не особо отличалась от мужской. Такая же крупная, мускулистая, в разорванных штанах и широкой рубахе. Только красивые черты лица выдавали в ней девушку. Ну и голос, естественно.

– В отличие от тебя, Алли, я не могу переломать ему позвоночник, чтоб никуда не делся, – произнесла Арисси, уперев руки в боки. Я еще раз взглянула на Алли, убедилась – она может.

– Ты зачем чужаков привела? – поинтересовался растрепа.

– Это не чужаки, это мои одномиряне. Дайренн и Каиль.

– Дайренн… – произнес парень с хвостом, будто перекатывая мое имя на языке, – Интересное совпадение.

– Это не совпадение, – ответила Арисси, гордо вздернув нос. – Это та самая Дайренн – спасительница мира, маг двух миров, победительница невоплощенной богини Асши и аркелата Гамигина! Ну, та самая, которую я вам в пример приводила.

Так вот, откуда ползли эти слухи! Вот почему Милина мое имя чуть ли не в легендах слышала. Арисси, похоже, обеспечила мне тут славу. Стало лестно и немного смешно.

– И тот самый магистр с армией мертвецов? – Алли с благоговением посмотрела на Каиля.

– Нет, – ответил сам мастер воды. – Мое имя лорд Каиль Лагельд, придворный мастер воды, что тоже неплохо.

– Неплохо-неплохо, – покачала головой Алли, голос ее стал приглушенным, томным. – А меня зовут Алли, и я тоже люблю воду.

– Это потому что у нее рыбих хвост, – хихикнул за ее спиной растрепа. Он сидел так близко к огню, что мне казалось, его волосы вот-вот вспыхнут. Мое нутро порывалась оттащить его от камина.

– Заткинись, Феукс, – Алли вдруг толкнула его локтем, да с такой силой, что парень перекувыркнулся и влетел прямо в камин. Я охнула, но услышала, не крик боли, а тихий, потрескивающий, как поленья, смех. Парень выкатился из огня, и, удивительное дело, даже его одежда не пострадала.

– Феукс – саламандр, – пояснила Арисси. – Алли – русалка, – ох, ничего себе, русалочка!

– Перестань называть меня этим дурацким словом! – возмутилась девушка. – Я – аватиакх, а вот Феукс – шин, а никакой не саламандр.

– А я – Ремай, и я – теор, – произнес парень с хвостом.

– Какой из тебя теор, – пнула и его Алли. – Рем – мхирут-полукровка. Его даже Рацех не призывали никогда.

– И все равно я отношусь к теорам, – возразил Ремай.

– А где остальные? – спросила Арисси, прервав прирекания.

– По домам разбрелись, – ответила Алли. – Решили, что ты либо погибла, либо вернулась в Кадаф. Короче, без тебя тут все развалилось.

– Что развалилось? – поинтересовался Каиль.

– Да так, – Арисси опустила взгляд, – революцию хотели сделать, – она немного помолчала, потом вновь вздернула нос. – Я же говорила, Кроцеллу совершенно нет дела до того, как живут низшие теоры и люди. А они ведь такие же люди, как и я! А Рацех их безнаказанно истребляет! Потому что жрать хотят!

– Но если Лераэ погиб, а у Рацех разум коллективный, как у пчел или муравьев, и сам Лераэ был главным, то, выходит, нет больше Рацех? – произнесла я.

– Ага, мечтай! – возразила Арисси. – Твой огонь ему вреда не принес, думаешь, он не выбралася с подводного корабля? Наверняка, уже идет по нашему следу.

Стоять я больше не могла, опустилась прямо на каменный пол поближе к камину, но не так близко, конечно, как находился Феукс. Еще немного, и я потеряла бы сознания, но тут ко мне повернулся саламандр и произнес:

– Есть хочешь?

Точно! Еда! Мне срочно требуется хоть какая-нибудь еда. И тогда я вновь буду полна сил.

– Буду, – выпалила я, тут же перестав предобморочно закатывать глаза.

Феукс вдруг сунул руку в огонь и извлек вертел с мясом. И как я его сразу не заметила-то? Здоровенные такие куски, насажанные на стальной прут. Мясо немного обуглилось, но аромат источало потрясающий. Феукс руками снял кусок и сунул мне. Я немного растерялась, ожидая, что он все-таки предложит тарелку и приборы. Ага, размечталась! Пришлось, как и всем, брать кусок прямо пальцами.

Каиль, брезгливо поморщившись, тоже взял порцию, а потом, позабыв про все приличия, впился в него зубами, а не отщипывал по кусочку, как делала я.

Одежда, пока я сидела у камина, немного подсохла, но все равно я была вся отвратительно грязная и мокрая. Переодеться тут было совсем не во что.

После трапезы, я скинула верхнюю одежду, оставшись в рубахе и штанах. Сапоги тоже сняла, оставшись еще и босиком. Вымыла руки в находившемся прямо в доме источнике. Из стены за камином торчала железная труба, из которой текла вода, она уходила в дыру в полу, и, судя по неприятному запаху, хоть и не сильному, отверстие служило еще и отхожим местом.

Вообще, все здесь мне видилось мерзким и отвратительным, словно я оказалась в тюремной камере. И не будь я столь голодна, ни за что бы не прикоснулась к этому обугленному куску мяса. И мыться бы не стала в практически клозете. Гадостно и тошнотворно, но я слишком устала, чтобы выказывать свое фи. Человек привыкает ко всему. Если уж я к мертвецам смогла привыкнуть, то и убогие жилища мне нипочем.

Рубаха высохла достаточно быстро, но меня все равно знобило. И я с радостью завернулась в полосатую шкуру животного, тяжелую и теплую, любезно предоставленную Ремаем.

– Ей лекаря бы, – услышала голос Каиля, усаживаясь в уголке. Был ли среди обитателей подвала хоть кто-то, обладающий навыками целителя, я так и не узнала. Усталость взяла свое, и сознание поспешило покинуть мою больную голову.

***

Как ни странно, проснулась я легко и больше не ощущала недомоганий. Желудок, конечно, вновь заурчал, все-таки ему показалось мало вчерашнего кусмища, и он требовал продолжения трапезы. Но это мелочи по сравнению с тем, что меня больше не трясло от холода, горло не саднило, а нос беспрепятственно дышал. Все-таки лекарь со мной поработал вчера ночью.

Высунувшись из-под шкур, обнаружила, что в подвале рядом со мной остался один лишь Ремай. Заметив, что я проснулась, он подошел ближе и произнес:

– Солнца уже высоко, – наверное, это утреннее приветствие такое. – Как ночь прошла? – говорил он, растягивая шипящие.

– Нормально, – ответила и тут же прикрылась шкурой. Негоже постороннему видеть меня в нательной рубахе. Ладно, когда мне плохо было, как-то не слишком меня внешний вид волновал, но теперь-то я в добром здравии, значит, и приличия блюсти надобно.

– Там Алли тряпье свое принесла, чтоб ты переоделась.

На колченогом табурете лежал сверток. Вот, уж верное название местной одежды – тряпье. Все рваное, на мой взгляд, нательная рубаха и та приличнее выглядит. Однако вслух я это не озвучила.

– Спасибо, – выдавила.

Он взял сверток и протянул мне. Пришлось привстать, высунувшись немного, принять скромный дар. Одеждой оказались штаны с дырами на коленках, рубаха, почти как моя нательная, только ярко-зеленая с рисунком и без застежки, зато тянущаяся, еще имелось некое подобие куртки из какой-то шуршащей ткани и ботинки. Вот, ботинки мне понравились. Белые, со шнуровкой, на толстой подошве, но при этом легкие. Их я надела с удовольствием. А, вот, весь мой внешний вид вызывал негодование. Оборванка в вещах с чужого плеча.

– Ну вот, – оценил мой облик Рем. – Теперь тебя от местных не отличить.

– Почему вы вещи не зашивате?

– В смысле? – Рем удивленно приподнял бровь.

– Ну, – я выставила дырявое колено вперед, – дырки? У вас шитье под запретом? Или иголки в дефиците?

Полудемон звонко рассмеялся, потом вымолвил:

– Это ж для красоты!

Хороша красота в дырках. Понимаю, жемчугом расшивают для красоты, золотыми нитями, цветным шелком, наконец, но чтоб дырки! Для красоты! Вот, уж странный народ эти демоны.

– А куда все делись? – перевела тему, потому что недоумевать уже порядком надоело.

– Арисси за котом пошла к Милине. Надеется ее дома застать. Алли к себе вернулась, ее смена кончилась. А твой беловолосый друг с саламандром ушли за завтраком, и, кажется, они решили позавтракать без нас. Если хочешь, не будем их ждать. Арисси сказала, что нужно распускать штаб, дело совсем серьезно. Революции не будет.

– А вы прям всерьез собирались одолеть Кроцелла? Я не знаю, как здесь, но в моем мире за заговор против правителя вам грозила бы смертная казнь.

– Да какой всерьез, – махнул рукой Рем. – Арисси внимание своего мужа привлечь пыталась, вот и затеяла эту игру с секретным штабом. Сначала весело было, но когда у Милины получилось призвать мхирута, все пошло не так. А потом мы сами осознали масштабы действий Рацех. О них же никто ничего не знал. Ни теоры, ни человеки. И тут выяснилось, что у каждого в Шаб-Квахере есть знакомый, которого жрецы мишенью сделали. Она хотела уже возвращаться в Кадаф, просить как-то повлиять на жрецов, но тут этот мхирут получил задание от жрецов. А девчонки за ним увязались. Вот, мы в штабе и придумали дежурства на случай, если они вернутся.

– То есть вы просто играли? В революцию? – недоверчиво скривилась я.

– Ну да, мы же еще несовершеннолетние, дети, по сути. Так почему бы и не поиграть? – улыбнулся этот двухметровый «ребеночек».

Дверь заскрежетала и в помещение влетела Арисси, прижимавшая к груди сверток.

– Забрала все-таки, – с порога выпалила она. – А Милина не объявлялась.

– Чего? – спросил Ремай, нахмурившись.

– Кота забрала, – она развернула ветошь и извлекла на свет малюсенького котенка, черненького с блестящими глазками.

– Зачем оно тебе? – удивился Рем.

– Надо, – крайне информативно пояснила Арисси и вновь спрятала малыша в тряпице. – Этот кот станет символом нашего революционного движения! – добавила она гордо.

А я подумала, действительно, детский сад какой-то.

– Кот, – скривился полудемон. – Одно название.

– А чем не кот? – возмутилась Арисси. – Хвост, уши, лапы! Полноценный кот!

– Мелковат только, – усмехнулся Рем.

– Сам ты мелковат, – она слегка толкнула полудемона в плечо, а я не сдержалась и хихикнула. Арисси сама-то ростом меньше меня, а высоченного полутеора обвиняет в мелковатости.

– Ты же сказала, что революция отменяется, – напомнил Рем.

– Ага, – кивнула она, – отменяется. Потому что у кое-кого оружие есть такое, что забубенит весь Шаб-Квахер и мокрого места не оставит. Надо мужу моему доложить. А, вот, как все закончится, еще что-нибудь придумаем. С этими Рацехами как-то не очень вышло. Но Кроцелл, как узнает про оружие, так сразу всех Рацехов и порешит, это точно. Так что считай, мы победили и все такое. Я остальным послание разослала, что буду вести переговоры с экхаром. Осталось только леталку раздобыть.

– Наигралась все-таки, – грустно заметил Рем.

– Не-не, – замотала головой Арисси, – я еще вернусь.

– Буду надеяться, – вздохнул Рем. – Без тебя тут совсем тоскливо будет.

– А давай ты со мной полетишь?

– Нет, Ари, как-нибудь без меня. Останусь здесь, нести вахту в штабе, – грустно произнес он и выпрямился по стойке смирно.

Мне показалось, что с Арисси их связывает нечто большее, чем дурацкая игра. Да и не был экхар Кроцелл для нее подходящей партией с самого начала, особенно если вспомнить, какое странное действие он оказывает на людей. Впрочем, не мое то дело.

Ремай остался в подвале, а я не могла отделаться от его пронзительного взгляда, давящего в спину.

– Нужно уходить, – услышала я тиший шепот.

– Что? – спросила я.

– Ничего, – удивленно взглянула на меня Арисси.

– Ты слышала что-нибудь?

– Нет, – ответила она, а потом добавала: – кажется.

– Уходите и быстро, – повторил голос.

– А теперь? – спросила я.

– Кажется… – она вдруг схватила меня за руку и крикнула: – бежим!

Не знаю, увидела ли Арисси, от кого мы бежали, но мне было очень страшно. Когда мы оказались на ярко освещенной двумя солнцами улице. Я никак не могла отдышаться, а в висках стучали противные молоточки.

– Ты видела? – спросила у Арисси, едва переведя дух.

– Нет, – пожала она плечами.

– А зачем бежали-то?

– Ну… страшно, – протянула она.

– Ты этого голоса испугалась? Ты ведь слышала?

– Ага, – кивнула Арисси, – жуткий такой голосишко. А голоса в голове просто так разговаривать не будут.

– Но ты его не видела?

– Нет, – помотала она головой.

Мы отошли от дома, в котором провели не слишком уютную ночь, на несколько шагов. При свете дня он казался совсем ветхим, полуразрушенным и унылым. Весь его образ навевал тоскливые мысли. Не так уж красив мир демонов, как мне казалось ранее.

– Знаешь, куда пошел Каиль?

– Да, тут недалеко одна дрянная забегаловка. Наверняка Феукс повел его туда, – Арисси махнула рукой, указывая направления.

Мы уже начали двигаться в нужную сторону, как вдруг позади послышался страшный грохот. Не сговариваясь, обе обернулись и увидели, что от дома, где мы только что были, не осталось ничего. Камни разлетелись во все стороны. Нас сшибло с ног ударной волной, чудом не задев камнями. Вероятно, не задело как раз благодаря тому, что мы повалились на землю, инстинктивно прикрывая головы руками. Посреди развалин полыхало пламя. Странное пламя, будто алые облака вздымались от разрушенного дома, разрывая стены, швыряясь булыжниками и комьями земли. Никогда такого не видела. Совсем не похоже на привычный мне огонь, хотя цвет тот же, а вот форма… не знаю, что это такое.

– Рем! – закричала Арисси, пытаясь подняться, но невидимая мощь заставляла нас прижиматься к земле. – Там же Рем! – она попыталась ползти в сторону дома.

Рев пламени заглушил крики Арисси. Я тоже кричала. Кричала, чтобы она оставалась на месте, не пыталась встать, потому что камни все еще летали в воздухе. Кричала и не слышала собственного голоса.

Я ухватила Арисси за шиворот и прижала к земле, накрыв собой. Девчонка была слабее меня, ниже ростом, меньше весила. Ей не удавалось выползти, несмотря на отчаянное сопротивление. Я понимала, что Арисси не смирится, но она сама же видела, Ремая уже не спасти.

Тем временем, не давая юной экхариссе вырваться, я пыталась сплести сеть, подобную той, какой пользовался Раддан. Только у него было какое-то приспособление, а у меня только руки. И тут что-то холодное коснулось плетущих пальцев, я попыталась ухватить поток, но вместо силовой линии ощутила металл.

– Так будет лучше, – произнес уже ставший знакомым шепчущий голос.

Крючок! Тот самый крючок, что я видела в руках у Раддана! Неужели этот голос…

– Раддан? – позвала я почему-то тоже шепотом.

– Плети, плети быстрее, – прошептал он.

Серебристая сеть накрыла нас плотной пеленой, даже звуки стали тише. Теперь я слышала лишь яростные вопли Арисси. Ее голос постепенно переходил в сдавленные рыдания и нечленораздельную ругань.

– Уходите, – прошептал Раддан. – Он уже здесь.

– Как?! – вскрикнула я, прижимаясь к земле.

– Обернись сетью, – ответил он.

Попыталась подняться, но так, чтобы не дать Арисси выскочить из-под сети. Сопротивлялась она уже не так рьяно. Завернула ее вместе с собой в кокон из мерцающей паутинки. Сеть из чужеродных потоков отливала синевой и выглядела такой хрупкой, что, казалось, ее и пальцем прорвешь, но осколки, все еще летевшие в нашу сторону, вдруг меняли траекторию, огибая нас по дуге.

Поднявшись на ноги, я одной рукой обняла Арисси за плечи, а другой удерживала сеть. Бежать в таком положении было не слишком удобно.

– Нужно предупредить остальных, – пискнула Арисси. – Алли, Териэн, Ламеди, – начала она перечислять, но вдруг резко остановилась, и я чуть не упала, а Арисси повернулась к горящим обломкам здания. – Рем… – выдохнула она.

– Каиль и Феукс недалеко, – напомнила ей, – в дрянной забегаловке.

– Да, – безжизненным голосом согласилась она. – Совсем не игра. Это я во все виновата.

– Идем в забегаловку, – напомнила снова и чуть ли не волоком потащила ее прочь от разрушенного строения.

– Раддан сказал, что некто уже здесь.

– Раддан? – переспросила Арисси. – Который погиб?

– Это его голос мы слышали.

– А кто уже здесь? Это он поджег штаб? Это он…

– Не знаю, – перебила ее, потому что Арисси снова начала всхлипывать. – Может, Арен, то есть Лераэ, все-таки выжил. Не знаю.

Забегаловка, которая, и впрямь, оказалась дрянной, судя по непрезентабельному внешнему виду, находилась совсем рядом, и здесь все еще чувствовался запах гари, а от места пожара доносился звук падающих камней.

Возле обшарпанной, некогда белой, одноэтажной постройки столпились люди. Они глазели поверх наших голов в сторону горящего дома. Обернувшись, я увидела, как над домами вздымаются огненные облака.

В толпе мелькнули длинные светлые волосы, Каиль протиснулся вперед, заметив нас. Следом за ним шел Феукс.

– Что там случилось? – спросил маг воды совершенно спокойно, будто поинтересовался, не гроза ли намечается? Обидно стало, выходит он совсем обо мне не беспокоился. Подумаешь, взрывы какие-то непонятные, ну, дом рухнул… Нет, мне определенно стало обидно.

– Штаб сгорел! – вскрикнула я. – Его по камешкам разнесло!

– Штаб? – недоуменно скривился Каиль, будто не осознавал, что я сейчас сказала.

– Рем… – прошептала Арисси, – он не выбрался.

– Ремай?! – взвизгнул Феукс.

– Погоди, – Каиль склонил голову к плечу, – ты говоришь о том месте, в котором мы провели ночь?

– Да! – вскрикнула Арисси. – Рем погиб!

Выражение лица Каиля изменилось, он вдохнул через рот и задержал дыхание, так и забыв сомкнуть после губы. В глазах отразился ужас, тут же сменившийся яростью. Его кулаки непроизвольно сжались, а рот он все-таки захлопнул, скрипнув зубами.

– Вы ведь могли тоже не выбраться, – произнес он.

– Могли. Но мы пошли искать вас, а Рем остался, – произнесла я. Арисси уже ничего не говорила. Она плакала, прильнув к Феуксу, а тот гладил ее по волосам.

– Это Лераэ? – спросил Каиль.

– Не знаю. Раддан сказал, он уже здесь. Но не называл имени.

– Раддан? Он жив?

– Нет. Но я слышала его голос. И он помог сплести сеть, которая защитила нас от обломков.

– Нужно предупредить остальных, – Арисси отстранилась от саламандра.

– Я это сделаю, – произнес Феукс. – А ты лети в Кадаф, расскажи обо всем экхару.

– А вдруг вы не справитесь? – возразила Арисси.

– А что ты можешь сделать? У тебя есть способ остановить этого… – он замялся, потому что не мог знать, о ком идет речь. – Мы скроемся. У меня есть огонь, Алли спрячется на дне моря, Ламеди обратится в камень. У нас есть способы укрыться, а вот у тебя нет.

– Рем тоже думал, что сможет скрыться, – ответила Арисси.

– Лети в Кадаф, – отчеканил приказным тоном Феукс. – Леталка на заднем дворе у Алли. Хоть и старая, но должна долететь. Только высоко не поднимайся.

– Уходи, – послышался шепот Раддана. – Быстро уходи!

Я уже собиралась последовать его совету, но вдруг воздух разразил страшный гул, будто само небо раскололось. Порыв ветра едва не вырвал из рук сеть. Толпа, что стояла у заведения, завизжала, бросилась врассыпную. Деревья с треском высвобождали корни и падали наземь. Гул доносился со всех сторон, но я снова обернулась к возносящемуся к небу пламени, будто ожидая увидеть источник гула и ветра там.

Увидела. Темная фигура медленно двигалась в нашу сторону. Вытянутая, какая-то изломанная вся, колени сгибались в обратную сторону, руки болтались, как тряпье, колыхались на ветру, словно не руки вовсе, а пустые рукава. Лицо наполовину обожжено, до черноты. Но невозможно было не узнать Арена. Точнее, Лераэ, воспользовавшегося его телом. Он двигался медленно, но в каждом движении чувствовалась угроза. Так хищник подступает к жертве. Не желая спугнуть раньше времени, но в то же время с уверенностью, что добыча не уйдет.

Феукс вспыхнул факелом. Я вскрикнула, подумав, что и его испепелил демон. Но саламандр только хохотнул и расправил два огромных огненных крыла. Нам даже пришлось отскочить в сторону, чтобы не задело.

– Бегите, – голос его еще больше стал похож на трескучее пламя. – Его я смогу задержать.

Я хотела возразить, но Каиль кивнул, а потом ухватил нас с Арисси за руки и потащил прочь.

– Феукс! – выкрикнула экхарисса, попыталась вырваться, но Каиль крепко держал нас обеих.

Мне казалось, я могла бы вырваться, остаться, что-то еще предпринять, помочь, но страх бывает сильнее благородства. Мне было стыдно за собственную трусость, но я побежала. Почти не отстравая от Каиля. И не оборачивалась больше, несмотря на страшные грохочущие звуки за спиной.

Феукс ведь справится. Он выживет. Он ведь сам – огонь…

Ветер не смолкал и теперь бил в лицо, иссушая глаза, будто песком сыпал. И я почти ничего не видела. Только слышала этот ужасный звук.

А Каиль все бежал, не сбавляя темпа. Мне стало тяжело дышать, в боку закололо, а ноги отказывались подчиняться, путались. Как там Арисси, я и думать уже не могла.

Добраться к дому Алли мы не успели. Феукс не смог сдержать демона. Когда я совсем выбилась из сил, посмотрела назад и увидела, что Лераэ идет за нами. Идет, а не бежит! Спокойным шагом, прихрамывая на переломанных конечностях, но при этом расстояние между нами стремительно сокращалось!

Резко дернув Каиля, заставила его остановиться. Мастер воды замер на мгновение, оглянулся на меня, но тут же заметил идущего следом демона, изуродованное лицо которого ощерилось, обнажив треугольные зубы, а глаза полностью почернели. Всем видом демон показывал, что ему ничего не стоит расправиться с нами.

– Сюда! Быстро! – окликнул нас рычащий голос, да так громко, что заглушил гул.

И я увидела, как прямо на нас мчит огромная кошка. С одной стороны настигало чудовище Лераэ, а с другой дикая кошка!

Арисси вдруг вырвалась и помчалась навстречу разъяренному животному.

Я подавилась вдохом, ожидая, что сейчас кошка просто разорвет девчонку, но в следующий миг увидела, как Арисси сидит на спине зверя. А потом буквально в два прыжка кошка оказалась возле нас.

Каиль сообразил быстрее. Он подхватил меня, и теперь мы все трое оказались у кошке на загривке. Я вцепилась в Арисси, и зверь помчал вперед с такой скоростью, что у меня уши заложило, а глаза слезились. Я не видела ни Лераэ позади, ни, собственно, того, куда мы несемся.

Кошка вдруг подпрыгнула, я ощутила это по тому, как меня вдавило в ее хребет, а затем ее когти заскрежитали по металлу.

Открыть глаза я решилась лишь тогда, когда перестала ощущать перед собой шерсть. Точнее, это Каиль меня стащил и весьма неловко уронил на пол. Я увидела, как сверхну закрывается полупрозрачная сфера, а металлическая поверность, на которой я лежала, завибрировала и накренилась. Попыталась встать, но голова пошла кругом.

– Ну, – протянул знакомый женский голос, – ты чего раскисла совсем? Не понравилось кататься, что ли?

Я сфокусировала взгляд и увидела совсем рядом Милину, мрак только знает, откуда взявшуюся. Она сидела в кресле и вращала рукой дрыну, управляя транспортом, леталкой, в которой мы все, по-видимому, находились. В соседнем кресле восседала Арисси, запутавшаяся в ремнях. Каиль же, как и я, лежал на полу и держал меня за руку.

– А куда кошка делась? – спросила я.

– Так вот же она, – Каиль указал рукой на Милину, помогая мне встать и добраться до кресла. Когда все вокруг движется, это не так-то просто.

Арисси бросила ремни и вдруг расхохоталась истерически:

– Ну, Дайренн, ты даешь! Милину не узнала в ее естественном виде!

– Эй, кошка – мой теломорф, а не естественный вид! – возмутилась девушка.

А я припомнила, как Милина пыталась перекинуться там, в лесу, где мы впервые с ней встретились. Тогда у нее ничего не выходило, а теперь, похоже, магия вернулась.

– Как ты нашла нас? – спросила я у Милины.

– Кроцелл послал, – пояснила она. – Он наблюдал все это время за Арисси.

– Во, гад! – возмутилась экхарисса.

– И куда мы теперь летим? – поинтересовался Каиль.

– В Кадаф, – ответила Милина, поднимаясь все выше и выше.

Глава 26

Сахарный замок Кроцелла переливался в лучах полуденных солнц. Ра и Оро, вспомнила я. Красиво, но глаза слепит. Аж до слез. И я отвернулась от окошка.

Леталка опустилась ниже, но не к самой земле, а зависла на уровне окна. Крыша съехала в сторону, а окно в то же мгновение распахнулась. Милина вскочила с места, забралась на внешнюю обшивку и ловко перепрыгнула на подоконник.

У меня не было никакой уверенности, что я смогу повторить ее прыжок и при этом не размажусь о выложенные блестящими красными камнями дорожки, видневшиеся далеко внизу.

Следующей прыгала Арисси, и в ее глазах я не увидела ни страха, ни сомнения. Хрупкая фигурка скользнула с острого носа леталки прямо в комнату. И до меня донеслась ее нечленораздельная ругань.

– Давай ты теперь, – произнес Каиль, встав с кресла.

– А почему я?

– Потому что я тебя могу подтолкнуть, если вдруг передумаешь прыгать. А, вот, ты меня – вряд ли.

На четвереньках я забралась на остроносый корпус леталки. Она немного раскачивалась на воздухе, будто пустая бочка на воде. Коленки предательски дрожали, когда я поднималась в полный рост. Все-таки высота меня пугала.

Каиль обхватил меня за талию, встав позади.

– Ну, – он слегка подтолкнул меня, – давай!

Расстояние было совсем небольшим, можно рукой коснуться окна, если, конечно, решиться встать на самый край и слегка наклониться вперед. В проеме окна, протянув руку, стояла Милина. А я… все-таки посмотрела вниз и ощутила, как сердце бухнулось о ребра, словно уже испытало все прелести свободного падения.

Я глубоко вздохнула, сжала руки в кулак и приготовилась. В конце концов, я ведь умею летать. И прыгнула.

Теплая рука сомкнулась на запястье прежде, чем нога скользнула мимо подоконника. Нет, я не промахнулась. Одной ногой приземлилась твердо, а вторая –почему-то мимо. Но Милина удержала. Спрыгнула я уже в знакомое помещение. Кажется, именно в этой комнате мы обсуждали битву с Гамигином, только теперь здесь было пусто.

Каилю с его-то длинными ногами и вовсе достаточно было сделать широкий шаг, чтобы оказаться в комнате. О нем я почему-то совсем не беспокоилась. И вообще, на меня накатилась такая усталость, что я тут же плюхнулась на округлый диванчик, откинулась на спинку и прикрыла глаза. Обрадовалась, что, наконец-то, можно полежать на чем-то мягком. Еще бы до туалетной комнаты доползти, принять ванну, переодеться в чистое…

– Ну и что тут делала Милина? У тебя? – заставил меня открыть глаза и вернуться к реальности недовольный возглас Арисси. Самой же девушки-кошки я в комнате почему-то не увидела.

– Обитала в своих покоях, – ответил бесшумно возникший в помещении Кроцелл. – Так ты благодаришь меня за спасение?

– Я бы и сама спаслась. Думаешь, у нас леталки не было?

– Ты о той развалюхе, что пылилась рядом с домом твоей подружки? – усмехнулся экхар. – На ней бы вы и до моря не долетели, – он подошел ближе к Арисси, провел рукой по коротко стриженым волосам. – Что ты с собой сделала, Ари? Очередной протест?

– Это все Ареан, – она обиженно надула губки. – А Милине, вообще, глаз выбил. И свой дал взамен. Красивый такой.

– Ничего, – улыбнулся он ей. – Отрастут. Больше не будешь убегать?

Арисси промолчала, но по ее хитрому взгляду очевидно, молчание – не знак согласия. Кроцелл, думаю, тоже понял это.

– Расскажешь сама, во что впуталась?

– Ах, – Арисси обошла его по кругу, лицо ее стало хищным, – теперь ты захотел меня слушать? Ты опоздал немного. Ремай погиб. Феукс наверняка тоже. Что с остальными, да и со всеми жителями Шаб-Квахера?! – ох, как грозно она кричала на повелителя Кадафа.

– Шаб-Квахер, насколько мне известно, уцелел. Мне ничего не известно о жертвах среди человеческого населения. Твоих друзей мне жаль.

– Если бы ты, – прошипела Арисси, тыкнув пальцем в грудь демона, – слушал меня раньше, ничего этого бы не произошло!

– Если бы ты не захотела поиграть в революцию, мне не пришлось бы тратить время на твои поиски. Знаешь, что я должен теперь сделать с бунтарями? И с тобой?

Лицо Арисси раскраснелось, взгляд пылал бессильной злобой. Она шумно выдохнула через нос и бросилась бежать в узкий коридор, изрыгая на ходу ругательства, перемежаемые плачем.

Кроцелл тяжко вздохнул, встряхнул белоснежные волосы и опустился на диван рядом со мной.

– Рад видеть тебя, Дайренн, – улыбнулся он.

– Кажется, я тоже очень рада в этот раз, – усмехнулась, но тут же смутилась, ощутив неуместность шутки.

– И тебя, – он повернулся к мастеру воды, – лорд Каиль Лагельд, рад видеть, – но в этот раз улыбка демона вышла неискренняя, коварная.

– Вы знакомы? – перевела я удивленный взгляд с Кроцелла на мага воды.

– Весьма поверхностно, – ответил демон, а Каиль и вовсе промолчал. – Я следил за Арисси, за ее играми, этим, так называемым, штабом, но в какой-то момент она исчезла из моего поля зрения. Она перебралась в твой мир?

– Я встретила ее в Эрсинкае, в доме матери.

– Надо было там ее и оставить, пока не повзрослеет, – буркнул демон. – Кажется, я не справляюсь с ее воспитанием.

– Ее мать, Техмисс, тем более не справляется.

– Вот чего, скажи мне на милость, ей не хватает?

– Мозгов, – ответил за меня Каиль.

– Нет, – возразил Кроцелл, – она не глупа, но в то же время постоянно делает глупости. Для нее все это, – он обвел руками пространство, – игра. Мы сосуществовали с Рацех многие века. И только Арисси пришло в голову объявить им войну. И заодно меня свергнуть. Что удивительно, народ в Шаб-Квахере за ней пошел. И, насколько мне известно, не только люди. За истеричной особой скрывается сила.

– Демон в человеческом теле оказался одним из Рацех, – произнесла я.

– Уже знаю. И потому не стану винить Арисси. Если бы не она, я бы не узнал о древнем оружии, прибывшем из вашего мира. Но я так и не понял мотивов Рацех.

– Кто они вообще такие? – спросил Каиль. – Арисси объяснила, но ее объяснение было немного… странным.

– Это просто следующее звено в цепи питания. Следующее после теоров. Жрецы Рацех существовали задолго до нас. И, возможно, будут существовать после. У них совсем иное мышление. И, честно говоря, я не знаю, как их уничтожить. Тела, которые они носят, заемные. А сами Рацех бестелесны.

– Они как пчелы, – вспомнила я, что говорил сам Лераэ.

– Пчелы? – Кроцелл удивленно приподнял бровь.

– Коллективный разум. И питание делится на всех воплощенных и невоплощенных. Лераэ сам объяснял примерно так.

– Это все понятно, но зачем им потребовалось ядерное оружие здесь? – задал вопрос демон.

– Ну, – неувенно пожала плечами, – хотел власть захватить, наверное.

– Нет, тут что-то другое, – возразил Кроцелл. – Рацех никогда не требовали большего. Да и не были ограничены, практически, ничем.

Нашу беседу прервал вихрем влевеший в комнату незнакомый рыжий демон, растрепанный, в разорванной рубахе, с окровавленным предплечьем. Он хватал ртом воздух и махал руками в сторону коридора.

– Кхад? – удивленно уставился на него Кроцелл. – Ине келано?

– Атан! Ариссси… – этого было достаточно, чтобы экхар сорвался с места, чуть не сбив рыжего, который едва успел отскочить в сторону. Я рванула следом, Каиль, естественно, за мной.

– Трихангова дочь! – на бегу выругался Кроцелл.

По коридору разнесся девичий визг, не слишком громкий, а затем какой-то грохот. Мы свернули в одно из ответвлений и оказались в небольшой спаленке.

У самого входа валялись осколки, а рядом с кроватью катались по полу две девушки, вцепившись друг другу в волосы. Арисси и Милина. Наверное, рыжий сам пытался их разнять, отчего и пострадал.

– Ари! – строго произнес Кроцелл, и девушки прекратили борьбу, но волос друг друга из пальцев не выпустили. – Прекрати немедленно!

– Ты мне не мамочка! – огрызнулась повелительница Кадафа, но Милину все же выпустила.

– Он – мой! – прошипела девушка-кошка и откатилась в сторону, отпустив короткие волосы Арисси.

– Я его нашла! – выкрикнула в ответ экхарисса, поднимаясь на ноги. – Мой!

Они делят… Кроцелла? Мне очень хотелось задать этот вопрос вслух, но это было бы бестактно, хотя…

– Кого они делят? – все-таки поинтересовалась тихо.

– Хотел бы я знать, – задумчиво произнес Кроцелл, а затем рявкнул: – Ари! Немедленно объясни, о чем спор!

– Она! – Арисси тыкнула пальцем в Милину, которая тоже уже успела встать. – Она не хочет мне уступать! А я ведь выше статусом!

– Пигалица, – произнесла Милина, – ты даже штаны задом наперед одеваешь, за кем ты там уследить можешь?!

– Сама ты пугалица! – ответила Арисси.

– Видишь, – тихо шепнул мне на ухо Кроцелл, – такой кошмар она устраивает ежедневно. А я ничего не могу с этим поделать.

– Она, – Арисси повернулась к нам, вновь тыкнув пальцем в Милину, – кота не отдает!

– Кота? – демон расхохотался, да так звонко, что смех его походил на сотню ледяных колокольчиков. – Кота?! Ари, ты в своем уме?

Только теперь я заметила, что на кровати, спрятавшись между подушками, сидит маленький черный котенок.

– Сейчас я все объясню, – вышла вперед Милина. – Ареан принес кота. И подарил мне. Потом я попросила Арисси последить за ним, ну, мне надо было отлучиться. А потом мы оставили кота у меня дома. И я бы, конечно, сама его забрала, но Арисси оказалась в Шаб-Квахере раньше и забрала его из моего дома. Но это мой кот, понимаете?

– Ари, – Кроцелл нахмурился, – что за бред?

– А я тоже хочу кота! – топнула ногой повелительница.

– Будет тебе кот. Самый лучший кот, какого только найду. И ты могла просто попросить, – устало произнес Кроцелл. – А этого, – он бросил презрительный взгляд на котенка, – отдай Милине. Надеюсь, я могу вас оставить? – он обвел взглядом комнату. – Больше драк не будет? – девочки промолчали. – Я должен распорядиться о комнатах для гостей. И тебя, Арисси, вынужден покинуть.

Его супруга лишь хмыкнула, вздернув нос.

Кроцелл обернулся к нам и жестом выпроводил в узкий коридор, в котором мы, вообще, с трудом уместились все вместе из-за того, что тоннель у самого входа в комнату, изгибался крутой петлей.

– Кхад, – обратился Кроцелл к подоспевшему рыжему, – сопроводи лорда Каиля Лагельда в его покои, – я хотела подойти ближе к Каилю, но демон положил мне руку на плечо. – Я сам сопровожу тебя, – от его ледяного прикосновения меня передернуло.

– Разве мы будем жить не в одних покоях? – спросила у демона почему-то шепотом, хотя Каиль все равно находился слишком близко, а потому все прекрасно слышал и отреагировал самодовольной ухмылкой.

– Думаю, это было бы чересчур поспешно, – ответил Кроцелл. – И попрошу не спорить, – пресек он мои возражения, подняв раскрытую ладонь вверх.

Каиль, стоявший за спиной демона, согласно кивнул, но лицо его помрачнело. Он развернулся вслед за рыжим и нехотя побрел по коридору.

Сначала мы шли за ними, но Кроцелл, остановил меня, придержав за плечо. Я обернулась, вопросительно взглянув на демона, но тот ничего не сказал, а медленно провел рукой по шершавой стене, и моему взору вдруг открылся проход. Мне показалось, что он и раньше тут был, просто я не замечала. Мы свернули в ответвление, которое закончилось небольшой комнатой, всю площадь которой занимала подвесная кровать.

Я подошла к округлому окну, выглянув наружу, увидела облака далеко внизу. Удивительно, как мы оказались на такой высоте?

Посмотрев вправо, заметила еще один ход, ведущий, по всей видимости, в уборную.

– Тебе следует отдохнуть, – произнес Кроцелл. – Кхад принесет обед чуть позднее. А пока у тебя есть время насладиться одиночеством, – с этими словами он это самое одиночество мне и обеспечил, покинув помещение.

Не могу сказать, что мне так уж хотелось остаться одной. Я бы желала побольше узнать о Рацех, обсудить произошедшее с Каилем, расспросить Арисси, она ведь достаточно много знает о жрецах. Но, скорее, следовало бы согласиться с Кроцеллом. Мне нужен был отдых. Может быть, я могла бы и дальше держаться на ногах, но мой резерв сил был на исходе. А Лераэ подождет. Я ведь уже в Кадафе, а, значит, в безопасности.

Только добравшись до ванны, круглой и гладкой, как стекло, поняла, насколько сильно устала. Вода здесь, к моему несказанному удовольствию, была теплой, а не ледяной, как принято у теоров, и ароматной, как розовый сад и голубоватой, как море. Мне потребовалось огромных волевых усилий, чтобы покинуть ванну и не уснуть прямо в ней. Но вышла я на удивление свежей и бодрой, будто хорошо выспалась. Обнаружила в гардеробной лохмотья, в которые и облачилась. Как ни крути, а одежда у демонов хоть и уродливая, но удобная.

А в комнате меня уже поджидал небольшой накрытый столик. Видимо, Кхад прикатил его, пока я плескалась. Под металлической крышкой обнаружился странный кубик зеленого цвета, он трепыхался, как желе и, вообще, выглядел не слишком аппетитно. Рядом с полупрозрачным кубиком лежали алые шарики, похожие на ягоды. Я взяла в руки кувшинчик, потому что он выглядел наиболее привычно, налила из него в кубок малиновой жидкости. Кажется, это сок, а не вино, но выпила я жидкости для храбрости, прежде чем приступить к блюду.

Тьфу, соленая! От неожиданности едва не выплюнула жидкость. Вот уж никак не ожидала, что напиток окажется соленым! Если и все остальное, такая же гадость, я, пожалуй, лучше умру с голоду.

Желейный кубик напомнил картофельное пюре, только иной консистенции, а то, что я приняла за ягоды, оказалось колбасками. Вполне съедобно, как ни странно. И только потом до меня дошло, что в кувшинчике находился соус, а вовсе не напиток. Но было поздно – блюдо съедено.

А вот под столом обнаружилась бутыль. Для нее-то и предназначался кубок!

Я рассмеялась собственной глупости и хлебнула напиток прямо из горлышка. Так сразу и не поймешь, вино или сок, что-то сладковатое с кислинкой, не слишком оно понравилось мне на вкус, но все же пить можно. Радовало одно то, что напиток не соленый.

Покончив с трапезой, откатила столик в дальний угол и разлеглась на кровати, мерно раскачивающейся на цепях, уставившись в потолок. Спать не хотелось, просто лежала, мерно покачивась, погрузившись в прострацию.

– Ты одна? – послышлся знакомый голос.

Резко поднявшись, я увидела насмешливый взгляд демонических глаз.

– Дарриан! – спрыгнув с кровати, подбежила к нему, – Откуда…

Он не дал мне договорив, крепко стиснув в объятиях. Так крепко, что я вздохом захлебнулась.

– Я очень по тебе скучал, – прошептал он.

Его горячее дыхание касалось кожи, а руки смяли просторную ткань рубахи. Но он вдруг выпустил меня из объятий и неловко отстранился. И взгляд отвел.

– Там, – начала говорить, чтобы заполнить неловкую паузу, – в нашем мире прошло много времени?

– Достаточно, чтобы мы решили проблему с радиацией. Но пока невозможно сказать, насколько безопасно жить в столице. Время покажет.

– Цеолит доставили к шахте?

– Да, доставили. Не хочешь прогуляться по вечернему Кадафу? Красивый город.

– С радостью, – ответила, и губы сами расползлись в улыбке. – А ты знаешь, как отсюда выйти?

– Конечно, – ответил Дарриан и медленно проследовал мимо меня к окну, высунулся наружу, затем повернулся ко мне, протянув руку. – Идем?

– Там леталка? – я подошла ближе, но не увидела никакого транспортного средства.

– Зачем? – произнес Дарриан. – Ты ведь умеешь летать.

– Я? Нет, – помотала головой, – я не умею.

– Умеешь, – настаивал он. – Я помогу, – и некромант вдруг запрыгнул на подоконник, все так же стоя лицом ко мне. – Дай руку, – протянул магистр когтистую длань.

Неуверенно вложила пальцы в его раскрытую ладонь. Нет, я, конечно, пробовала левитировать, но у меня была палка, да и так высоко я не залетала. А тут облака далеко внизу…

– Дарриан, я не смогу.

– Закрой глаза. Я буду смотреть вместо тебя. И сплету тебе крылья.

– А если не выйдет? А вдруг мы упадем?

– Закрой глаза и доверься.

И я послушалась. Сомкнула веки и тут же магистр руку дернул на себя, обхватил за талию и вывалился в окно вместе со мной.

Я взвизгнула, но падение почему-то оказалось очень быстрым. Мы тут же плюхнулись на что-то твердое. Не ушиблась лишь потому, что упала на Дарриан, который громко расхохотался.

– Конечно, ты не умеешь летать! – выдохнул он сквозь смех.

Открыв глаза, увидела, что лежим мы меж двух кресел, на металлическом полу летательного аппарата.

– Ты обманул меня! – разозлилась, поднимаясь на ноги, а затем, неулюже переползая в кресло.

– О, это было не трудно, – он никак не переставал смеяться, отчего я злилась еще сильнее.

– Зачем? Я ведь верила тебе!

– Это же розыгрыш, Дайренн. Я просто пошутил. Неужели ты всерьез обиделась? – он занял соседнее кресло за рычагом управления.

Промолчала. Не могу сказать, что, и впрямь, всерьез обиделась, но мне не было смешно.

Глава 27

Леталка стала снижаться, когда впереди показалось море, такое красивое, отбрасывающее радужные отблески. Пена на волнах искрилась, разбиваясь о кроваво-красные пески. Вода переливалось перламутром, отражая лучи двух солнце, крадущихся к горизонту.

Дарриан опустил летающую машину прямо на песок. А я-то думала, она только в воздухе умеет зависать.

Крыша отъехала в сторону, и магистр первым выбрался из кузова, подошел с другой стороны и помог вылезти мне.

Прохладный бриз заставил поежиться, а я и забыла, что одета не по погоде. Все-таки в Кадафе холоднее, чем в Шаб-Квахере. Дарриан молча взглянул на меня, снял свой плащ и накинул мне на плечи, оставшись в одном камзоле, которого, в принципе, было достаточно, чтобы не замерзнуть.

– Как ты сюда попал? Это Кроцелл тебя привел?

– Нет, – он отрицательно помотал головой. – У меня есть свои методы, – он приобнял меня за плечи, и мы небыстрым шагом двинулись вдоль берега. – Едва было покончено с шахтой, я отправился в Лэнг, а оттуда добрался до Кадафа. Побывав здесь однажды, теперь я знаю путь. Это было несложно. Я думал, что сразу встречу тебя в замке Кроцелла, но все вышло иначе… – он сделал паузу, отвел взгляд, затем произнес: – прости…

– За что?

– Я подверг тебя большому риску, отправив сюда. Я не думал, что портал приведет тебя на подводную лодку, а не прямиком в Кадаф. Понадеялся, что Раддан поможет. Нельзя было рассчитывать на врага.

– Ты не мог знать, чем все обернется.

– Должен был предполагать. Раддан рано или поздно предает всех.

– Ты знаешь, что с ним случилось?

– Знаю. И даже не вздумай винить себя из-за этого предателя, – я заметила, как сжался его кулак.

– Он просто хотел выжить…

– Любой ценой, – добавил он.

– Знаешь, я слышу его голос, – призналась я.

– Голос? – он удивленно вскинул бровь, посмотрев на меня.

– Я пыталась поднять тело, но у меня не вышло. Раддан стал призраком.

– Любопытно. Надеюсь, он не преследует тебя, желая возмездия?

– Вовсе нет, – помотала я головой. – Раддан спас меня и Арисси. Он предупредил, чтобы мы бежали. А вот Ремай…

– Кто это?

– Он погиб, – ответила, опустив взгляд. – Он был в подвале, когда дом начал гореть. Мы бы не смогли его вытащить.

– Я слышал о разрушениях в Шаб-Квахере. Ты ничего не сумела бы сделать.

– Лераэ хочет развязать войну здесь. Ему не нужна Империя.

– А знаешь, – он улыбнулся, – нам совсем не обязательно во всем этом участвовать. Все это касается лишь Кадафа. И демон справится без нас. Мы могли бы вернуться домой.

– Правда? – удивилась я, памятуя о битве с Гамигином. Почему-то мне казалось, Кроцелл каждый раз будет использовать меня. Но так ли уж я нужна, чтобы победить того, кто владеет древним оружием, против которого я все равно бессильна?

– А почему бы и нет? Уйдем сегодня же. И ты сможешь остаться в столице, продолжить службу, выйти за... – напоследнем слове он запнулся.

– Вдруг Лераэ явится в наш мир? – спросила я.

– А зачем ему это?

– Не знаю, – пожала плечами.

– Скажи, – голос его вдруг стал хриплым, – лорд Лагельд… – он вдруг умолк.

– Каиль? А что не так с ним?

– Он уже сделал тебе предложение? – спросил он излишне резко, чеканя слова. –Официально?

– Еще нет. И… – хотела сказать, что даже не думала об этом, да, и вообще, еще ничего не решила, но слова застряли в горле.

– Но он говорил об этом?

– Да.

– Каиль Лагельд не бросает слов на ветер. Если он говорил тебе об этом прямо, можешь не сомневаться, предложение последует.

– Тебя это тревожит? – мне не понравился его тон.

– Напротив. Я очень этому рад, – произнес он без малейшего намека на радость в интонациях. – Для тебя это лучшая партия.

– Лучшая? – я не сдержала усмешки.

– Он богат, титулован, влиятелен, имеет особые привилегии при дворе, к тому же будет предан тебе. Ко всему прочему, он, как и ты, еще молод. А мне – больше тысячи, – ах, ну да, он мерит по собственной мерке. Сто и тысяча – разница куда более серьезная, чем сто и семнадцать.

– Наверное, ты прав, – согласилась, но не слишком уверенно.

Когда я вернусь в Аттарант, можно будет считать, что жизнь у меня налажена. Служба при дворе, пусть и в должности некроманта, нестесненность в средствах, предстоящая свадьба на площади у поднебесного храма, перед хрустальной пирамидой в окружении мерцающих огней, а потом меня ждет бал в императорском дворце,как я мечтала когда-то. Наверное, так действительно будет правильно, но отчего-то мне неспокойно на душе. Хотя, возможно, мне просто еще не верилось, что все закончилось. Для меня закончилось.

Дарриан остановился, глядя в сторону горизонта. Затем опустился прямо на песок, не побоявшись запачкать камзол. А я присела рядом, случайно коснувшись его руки. Магистр заметил, хитро улыбнулся, а я отдернула руку, смутившись. Наверное, еще и покраснела, и, подумав об этом, отвернулась.

Оро и Ра подобрались к горизонту, окрасив море изумрудной зеленью, и казалось, что колышется трава, на которой распускаются пестрые цветы морской пены. А по лиловому небу проплывали рыжие облака. Будто бы художник перепутал краски. До чего же разительно Кадаф отличался от унылого Шаб-Квахера. До чего же разнообразен этот мир.

– Я не успел побывать в замке. Давненько там не был, – задумчиво произнес Дарриан. – Как там Лаэш, остальные?

– Все хорошо. Мама и дядя были там.

– Ох, я совсем про них забыл, – нахмурился магистр. – Странно, что они не уехали.

– Да, действительно.

Разговор не шел. Между нами ощущалось напряжение, какая-то принужденность и неловкость. Будто говорим о какой-то ерунде, когда есть столько всего важного, которое следовало бы сказать друг другу. Я тоже скучала по Эрсинкаю. И почему-то меня совсем не тянуло в столицу.

– Наверное, когда мы вернемся домой, тебе следует взять их в Аттарант, – произнес Дарриан.

– Зачем? Ой, в смысле, конечно, им не следует задерживаться в твоем замке, но… у них же есть дом в Аринкае. Зачем же им плыть в столицу? Да и у Каиля разместиться будет негде.

– Но разве они не должны присутствовать на твоей свадьбе? – его слова будто укололи. Не слова даже, а интонации. Я вздрогнула.

– А ты? – глупо, но мне хотелось, чтобы он тоже поехал со мной в Аттарант. Только в качестве кого? Наставника? Фальшивого родственника?

– Нет, – твердо произнес он. – Это ни к чему.

– Жаль, – вздохнула.

Он протянул руку к моему лицу, коснулся когтисными пальцами, заставил взглянуть в глаза, черные, глубокие, как сама бездна. И мне вдруг стало нехорошо. Если бы я не сидела, то наверняка бы пошатнулась, а, может, и в обморок свалилась. Дыхание перехватило.

– Какая же ты все-таки наивная, Дайренн, – тихо проговорил он.

– Что? – хотела возмутиться, но вышел какой-то неуверенный писк.

– Прошу, хотя бы не заставляй там присутсвовать. Я действительно рад, что у тебя все будет хорошо, но есть вещи, которые я видеть не хочу.

Я так и порывалась спросить, почему? Но не стала. И так ясно, что не скрывается за его так называемой радостью нечто совсем безрадостное. Только он все равно не скажет. Его воля – холодная сталь.

– Ладно, – выдавила из себя, пожав плечами, дескать, и шут с тобой. И снова повисла неловкая пауза.

– Завтра Кроцелл созывает совет, нам тоже следует поприсутсвовать, а после можем покинуть Кадаф.

– Аданир Адлен все еще под арестом? – мне было совершенно все равно, что с эрцгерцогом, но нужно же было хоть как-то заполнять эту давящую тишину.

– О, нет, – усмехнулся Дарриан. – Император сослал его. И, знаешь, куда? В Адалендир. И оставил за ним должность наместника, а номинально власть передал Илмире, которая теперь обосновалась в столице. Вот так-то, некоторых за измену казнят, а других делают наместниками. Но я согласился с решением. Мне все равно.

– Но это же неправильно! – я скорее удивилась, нежели возмутилась.

– Если так жаждешь его крови, можешь сама его убить, – магистр холодно рассмеялся.

– Нет, я не хочу его крови, но это же совсем неправильно. Должны были лишить титула, отправить на каторжные работы…

– О, думаешь, Адлен выжил бы на каторге? Ты еще более жестока, чем я думал.

– А вдруг он опять устроит заговор?

– Ну, во-первых, заговор устроил не он. А во-вторых, если Адлен и захотел бы что-нибудь вычудить, у него не хватило бы ума. И смелости. Одно дело рассчитывать, что на тебя никто и не подумает, и совсем другое – в любой ситуации быть первым подозреваемым. Адлен хоть и глуп, но не настолько.

– А ведь все сложилось так, как хотела Илмира. Она покинула Адалендир, но сохранила власть.

– Думаешь, она тоже замешана?

– А почему нет? Почему вышло именно так, как она хотела?

– Как бы то ни было, теперь уже не важно. Угрозы императору нет, миру – тоже. И мне неинтересно, какие интриги плела очередная придворная дама.

– А в Аттаранте ведь теперь нет мастера огня. К кому же я теперь в ученики пойду?

– Вот именно, мастера огня нет. Думаю, ты вполне могла бы занять эту должность.

– Я? Но я ведь толком ничего не умею.

– Ты умеешь призывать пламя. Этого достаточно. Остально придет с опытом. Думаешь, Адлен многое умел?

– Ну, не знаю…

– А тут и знать нечего. Кроме тебя, некому быть мастером огня. Возьмешь свое прежнее имя – Аллиэнн Аргано, дар у тебя наследственный. Никто не посмеет и взгляда косого бросить. Да и Лагельд – не последний человек в столице. К тому же, ты еще и некромант. Будешь вызывать суеверный страх у придворных, – Дарриан рассмеялся.

– Но я даже придворному этикету не обучена.

– Да кому он нужен, этот этикет? С твоими-то возможностями, можно ногой дверь в покои императора открывать.

– Неожиданно как-то. А император не будет против?

– Я говорил с ним. Исентиар недвусмысленно намекнул, что желает видеть тебя среди придворных, если, конечно, ты снизойдешь до этого.

Наверняка Дарриан преувеличивал. Сейчас расскажет, как император нижайше умолял уговорить меня.

Резкий порыв ветра заставил вздыбиться изумрудное море. Волна ударилась о песок, рассыпавшись искорками, а меня обдало колючими ледяными капельками. Я отвернулась, вытерая лицо плащем.

– Что это? – послышался голос Дарриана.

Я снова посмотрела в сторону горизонта. Море не просто взволновалось. Это было что-то другое, не похожее на волну. На поверхности воды выросла огромная шишка, как гора. И она приближалась, увеличиваясь в размерах.

Тревожность пробежала по коже. Я сжала руку Дарриана, испугано затаив дыхание. Мелькнула мысль, что это обычное дело для мира демонов, но липкий страх уже объял меня влажными лапами.

Теперь уже невозможно было принять шишку за обыкновенную волну, она вытянулась и вдруг взорвалась, как гигантский нарыв. Сначала нас в очередной раз обдало брызгами, а потом отбросило резким и весьма болезненным потоком воздуха. Я выпустила руку Дарриана, и меня протащило по песку.

– Дайренн! – услышала я его крик, но не успела даже взвизгнуть, как что-то подхватило меня снова, швырнуло на камни так, что звезды замерцали перед глазами. А потом вдруг небо потемнело, шум моря стих, но сама я оказалась в воде, хоть и не глубоко, будто на отмели, так, что лицо находилось на поверхности, несмотря на то, что я лежала, чувствуя спиной твердое дно. Мокро, холодно и мерзко.

– Встала! Быстро! – скомандовал чей-то голос. И я опомниться не успела, как меня вздернули за одежду, поставив на ноги. Теперь я оказалась лицом к лицу с этим человеком. Глаза постепенно привыкали к темноте, даже не к темноте, а, скорее, к полумраку. Свет здесь все-таки был, только очень тусклый, но я смогла разглядеть, кто передо мной.

– Лераэ, – выдохнула, попыталась отшатнуться, но тот крепко держал меня.

– Арен, – произнес он. – Сейчас я – Арен. И мне нужна помощь.

Он отпустил, но я едва не упала, голова закружилась. Все-таки я здорово приложилась, хоть и не ощущала боли. Я, вообще, ничего не чувствовала, кроме страха. Арен крепко сжал мое предплечье и потащил по коридору, наполненному затхлым подвальным воздухом. Под ногами хлюпало, а все освещение составляли тусклые кругляшки, встроенные в стены. Мы двигались внутри здоровенной железной трубы, старой и ржавой.

– Не знаю, слышит ли он сейчас, но ты должна успеть мне помочь, пока он не вернулся.

– А с чего ты взял, что я стану тебе помогать?

– Потому что это и в твоих интересах.

На одной из стенок трубы были впаяны металлические выступы. Арен отпустил мою руку и ловко вскарабкался по ним. Послышался скрежет и над моей головой разверзся люк.

– Иди за мной, – произнес он и полез в люк.

Некоторое время я разымшляла, а стоит ли мне лезть за ним? Обернулась, бросив взгляд на темный зев трубы, похожей на глотку неведомого существа. Поняла, что не слишком хочу искать другой выход и все же полезла следом за Ареном.

– Правильное решение, – прокомментировал он, когда я выползала наружу.

В итоге мы оказались в небольшом помещении без окон и дверей. Единственным выходом служил люк в полу. В одном углу находился стол, заваленный бумагами, в другом – расположился странный прибор квадратной формы с кнопками и торчащим сверху прямоугольником, определить назначение которого я была не в состоянии. Рядом с этой штуковиной располагались два кресла, обитых кожей, старых, потертых, из их разодранных боков торчала пожелтевшая вата. Арен указал на одно из сидений, сам же занял второе.

– Это тот самый бункер, – произнес он.

– Что? – переспросила, недоуменно косясь на прибор.

– Ракеты, – ответил он так, будто это слово все объясняло, – они почти готовы. И это последнее безопасное место.

– Ты, вообще, о чем?

– Оружие, ядерное оружие, – проговорил он громко и отчетливо, чеканя каждый слог, будто я глухая. Но со слухом-то у меня все хорошо, а вот с пониманием… – Оно почти готово. Еще немного, и от Кадафа не останится ничего.

– И зачем ты все это мне сейчас рассказываешь?

– Потому что сейчас я могу удерживать Лераэ. Он слышит, но не может завладеть телом. У меня немного времени. И я больше не хочу ему помогать.

– С чего бы это? – всплеснула руками и нервно рассмеялась.

– Я ведь слышу все, что он говорит. И ты тоже это слышала. Не будет мне ни власти, ни Асшийской Империи, ни просто сытой жизни. У него совсем другие планы, и я в них совсем не вписываюсь. Только мое тело! – он ударил кулаком по подлокотнику.

– Ага, – кивнула, – и ты хочешь теперь избавиться от него?

– Да! – вскрикнул Арен. – И я обещаю не уничтожать мир. Ни тот, ни этот. Поэтому и открыл тебе местоположение ракет. Ты сможешь уйти и все рассказать экхару Кроцеллу. Но прежде освободи меня.

– А с чего ты взял, что я умею это делать?

– Ты ведь владеешь магией двух миров.

– И что? Думаешь, я умею изгонять неких бестелесных духов? Я даже не понимаю, что из себя этот Лераэ представляет.

– Я расскажу. Рацех бывают двух видов: мглем и хигальм. Последние – невоплощенные. Когда-то существовал культ, жрецы которого жертвовали своим телом, превращая мглем в хигальм. Очень древний культ. И существовал он в обоих мирах. Поговаривают, что в глубокой древности границы между мирами не было. Тебе знаком этот культ. Ведь ты получила посвящение Тьмы?

– А это еще причем?

– Рацех питаются не жизненной силой, а магическими потоками. Разница лишь в том, что в твоем мире они служат людям, адептам культа Тьмы, а здесь заставляют людей служить.

У меня будто все внутренности вниз рухнули от такой новости. Рацех и культ Тьмы одно и то же! А, значит, я теперь одна из них?..

– Хочешь сказать, теперь я тоже ношу в себе подселенца Рацех?

– Нет. В твоем мире Тьма утратила самосознание. Ну, или не утратила, а превратилось во что-то иное, – пожал он плечами. – Во всяком случае, она не в тебе, а лишь тебе подчиняется. Здесь же Тьма осознана, она захватывает человеческие тела, заставляя их служить себе. В древности это назвали бы разными ветвями эволюции.

– Так вот почему здесь мне не удавалось призвать Тьму… – сказала вслух.

– Не удавалось? – Арен удивленно приподнял бровь, потом вздохнул и закрыл лицо руками. – Все зря… – протянул он сдавленно.

– Ты думал, я смогу вытащить из тебя Лераэ?

– Да никакой он не Лераэ! Я сам думал, что призываю демона, в себя впускаю, чтобы овладеть чужой магией! Мы делали это раньше, еще в Ордене. Но оказалось, что в теле теора уже поселилось Рацех! Сам Лераэ давно мертв. И меня ждет та же участь! – он вновь обратил ко мне полный надежды взор. – Помоги!

– Нужно поговорить с Кроцеллом. Ты должен рассказать ему все это. Он наверняка знает, как тебе помочь, но не я.

– Времени нет. Я скоро останусь без сил, и это существо вырвется на свободу. Тебе подвластна Тьма. Сделай что-нибудь! – он наигранно закатил глаза.

– Ну, хорошо, попробую, – сжалилась, хотя велики были мои сомнения, что я, вообще, могу ему помочь.

Сосредоточившись, я призвала Тьму. Я представляла, как ко мне устремляется едва заметный туман, как сущность, живущая ныне в теле Арена, притягивается к этому туману…

Ничего. Не было тут никакого тумана. Не знаю, прав ли был Арен, но Тьма, обретшая сознание, не подчинялась мне. Вообще, никак.

– Не выходит, – выдохнула.

– Пробуй еще! – истерически вскрикнул он. – Я не хочу жить запертым в собственном теле! Не хочу! – Арен обхватил голову руками и всхлипнул.

– Выведи меня отсюда. Отведи к Кроцеллу. Мы найдем способ. Экхар должен знать.

– Могу не успеть, – тяжело вздохнул он, давя слезы. Он медленно поднялся, подошел к ящику с кнопками, внимательно поглядел, и я-то уж подумала, сейчас нажмет чего-нибудь, и мы быстренько возвратимся в Кадаф. Но не угадала.

Уходили мы тем же путем. Снова через люк, затем долго блуждали по внутренностям трубы, в которой оказалось еще несколько таких же проходов, прикрытых круглыми крышками, они располагались как вверху, так и снизу, сбоку. Некоторые Арен открывал, и мы проникали в новые ответвления. Это был целый лабиринт, и я не представляла, как он ориентировался во всем этом многообразии труб?

– А зачем, вообще, этому Лераэ, ну, или тому, чем он стал, уничтожать мир? Как же оно будет питаться?

– Не думаю, что он непременно желает уничтожить всех живых существ. Ему мешают только высшие теоры, с которыми Рацех заключили сделку.

– А, может быть, стоит уничтожить само оружие?

– Как ты представляешь уничтожение урана? – усмехнулся Арен, будто я глупость какую предложила.

– Ну, сжечь, закопать, разломать на мелкие кусочки…

– Нет-нет, – прервал меня Арен. – Уран сам по себе распадается, но при этом выделяет колоссальное количество разрушительной энергии и при этом излучает то, что мы называли «зловонным дыханием Асши». Его нельзя просто так взять и сжечь. Все будет отравлено радиацией. Я не знаю, как, вообще, можно избавиться от урана.

– А если магией?

– Не знаю, – ответил Арен. – Все бесполезно, если вы не сможете найти способ изгнать это из меня.

– У Кроцелла был договор с Рацех, это ведь все не просто так. Значит, есть у него какие-то рычаги влияния. Иначе, зачем бы Рацех заключать такой договор?

Арен не ответил, лишь ускорил шаг. Было заметно, что идти ему все тяжелее, дыхание сбивалось, пот на лбу выступил, но он и не думал останавливаться.

– Если я начну терять контроль, постарайся как-то связать меня, что ли. Или нейтрализовать хоть как-то, – он внимательно посмотрел на меня, с шумом выдохнул и произнес. – В крайнем случае – убей. В этом теле он уязвим.

– До этого не дойдет, уверена, – я солгала. Не было у меня никакой уверенности. И, если придется… Нет, даже думать об этом не хочу.

Очередной люк вывел, наконец, нас на свежий воздух. Я с удовольствием вдохнула полной грудью, когда Арен захлопнул люк, находившийся прямо посреди поля, поросшего сочной, темно-синей травой.

– Простор Иллюзии, – произнес Арен. – Не верь ничему, что здесь увидишь. Где-то здесь я спрятал летательную машину. Нужно лишь разглядеть.

Я обвела взглядом огромное поле, достигавшее самых горизонтов, но не увидела никакой машины. Только бесконечное пространство, покрытое короткой травой, идеально ровное, будто искусственно созданное. Мне казалось, все направления равны, но Арен, оглядевшись по сторонам, целенаправленно потащил меня, причем не прямо, а странным образом петляя, будто обходя припятствия. Это потом до меня дошло, что никакое это не поле, просто я его так вижу. Но, как он и сказал, верить тут ничему нельзя – это иллюзия.

– А что ты видешь?

– Ты, и впрямь, хочешь это знать? – хитро сощурившись, поинтересовался он.

– Хочу, – уверенно кивнула.

Он приложил пальцы к моим вискам, надавил.

– Смотри моими глазами, – произнес Арен и большими пальцами прикрыл мне веки. – Смотри!

И я открыла глаза. Чужие глаза. Не было никакого поля, никакой травы, никаких просторов. И света не было, оба солнца давно уползли за горизонт. Над головой простиралось лишь чернильное небо, пустое, беззвездное. Ледяной ветер обжигал кожу, промораживал до костей, хотя раньше я не ощущала этого, пока смотрела своими глазами.

Я медленно опустила взгляд, разссматривая полуразрушенные строения. Несмотря на полную темноту, отлично видела почти развалившиеся дома, обрушившиеся крыши, груды камней, а на земле лежали человеческие тела. Большинство успели превратиться в скелеты, некоторые только начали разлагаться. Я ощутила смрад от гниющего мяса, отвратительный, сбивающий дыхание. Хотелось и вовсе прекратить дышать, чтобы не ощущать эту вонь. Тела были повсюда, сваленные в кучи, беспорядочно разбросанные по земле, несколько трупов висели на стене. Под ногами тоже были кости, и мне захотелось переступить на чистую поверхность.

Арен убрал руки, и на меня накатила волна боли, заставившая согнуться. Живот скрутило так, будто в него кинжал всадили. Я застонала, и Арен подхватил меня, не давая упасть прямо на старые кости, но когда мое собственное зрение вернулось, никаких костей уже не было. Я вновь стояла посреди бескрайнего поля синей травы.

– Что это? – жалобно выдохнула я.

– На меня не действует магия чужого мира, как и я на нее. Потому и не вижу иллюзий. Держись ближе ко мне, – и я вцепилась в его руку обеими своими, прижалась всем телом, потому что страшно идти и не видеть, даже не ощущать реального мира.

– Далеко еще до твоей леталки?

– Нет, за тем домом, – он смотрел куда-то в пространство, но я видела только синюю траву впереди. И от этого еще страшнее делалось.

Арен шел уверено, а я едва сдерживалась, чтобы не наступать на его ноги. Мне казалось, что я вляпываюсь в полуразложившегося мертвеца, делая каждый шаг, хотя даже через подошву ощущала только траву.

Вот дрянь! – вскрикнул Арен и резко оттолкнул меня в сторону. Я вскрикнула, повалилась на землю, попыталась поскорее встать, чуть не плача от омерзения, но вдруг застыла стоя на коленях, разглядывая собственные ладони. На них были только травинки, но теперь мне казалось, это я вижу травинки, а на самом деле на них прах давно истлевших тел.

– Зачем?! – выкрикнула я и только теперь заметила, что Арен принял странную позу и нелепо машет руками, а на лице его зияет кровавая рана.

– Дайренн! Огонь! – заорал он во все горло.

– Зачем?! – повторила я.

– Огонь! – снова закричал он. – На меня огонь! Или оно убьет меня!

До меня, наконец, дошло – на нас напали! И теперь Арен сопротивлялся, а я ничего не могла поделать, потому что слепа.

Сосредоточилась, пригляделась к силовым потокам. И хоть я не видела существо, магические линии огибали тело, создавая пустое пространство.

Кровь моментально закипела. Я вскинула руки, направляя всю свою ярость на существо. Арен отпрыгнул в сторону, а я изливала чистую стихию вникуда. Я не видела собственного пламени. Будто оно исчезало, едва сорвавшись с кончиков пальцев. Ни пламени, ни существа. Одна лишь пасторальная картинка, которую ничто не могло испортить.

Арен подхватил меня сзади, поднял на ноги, а силы мои почти иссякли. Не знаю, что случилось с напавшей на нас тварью, но парень почти волоком потащил меня дальше, потом снова толкнул. Сильно толкнул, и я опять упала, но в этот раз не на траву, а на что-то твердое. Твердый металлический пол летательного аппарата. Арен уже взлетал, когда я забиралась в кресло. Глядя вниз через окошко, я все равно видела бесконечное поле синей травы. И никаких чудовищ.

***

Я уже видела сахарный замок Кадафа, когда леталка вместо того, чтобы снижаться и сбавлять скорость, вдруг начала разгоняться, накренившись боком. Вцепившись в рукоятки кресла, я взвыла от невыносимого давление на уши. Мне всерьез стало страшно от того, что сейчас вот-вот голова лопнет.

– Арен! – закричала я, но своего голоса не услышала.

Его лицо сильно исказилось, он открыл рот, но гул заглушил его речь. Однако и без слов я поняла, что-то пошло не так. Это не Арен плохо управляется с этой штукой. Леталка больше не поддавалась управлению.

Под нами промелькнул замок экахара, огоньки деревьев ослепили, а потом вдруг стало совсем темно.

Сильный удар швырнул меня на лобовое стекло, ремни не выдержали. И все же это не было столкновением с землей. Если бы мы на такой скорости врезались в землю, меня бы не просто припечатало, а размазало бы тонким слоем. Но мы просто резко остановились.

И тут крыша начала отъезжать в сторону, и в просвете я увидела человеческое лицо, выглядывающее из-под капюшона. Или не человеческое, попробуй разбери тут.

Незнакомец заговорил на незнакомом языке, обращаясь ко мне. Потом только посмотрел на Арена. Кажется, тот тоже не понимал, чего хочет незнакомец.

– Отведите меня к экхару Кроцеллу, – произнесла я. – Он знает, кто мы.

Незнакомец рассмеялся, но, кажется, понял меня.

– А может к самому повелителю С'Ньяк? Зачем мелочиться-то?

– Вы не понимаете! – взвизгнула, поднимаясь на ноги. – Меня ищут!

– Да-да, – недоверчиво покачал он головой. – И ждут с нетерпением, – и снова рассмеялся.

– Я – Дайренн Эрсиэ! Да, та самая, что победила Гамигина!

Но незнакомец еще громче рассмеялся.

– А я – Асши невоплощенная.

И он вдруг резко схватил меня за одежду и выволок из леталки прямо на землю. Арена, кажется, тоже вытащили, судя по его крикам. Мне так и не дали подняться, незнакомец ухватил меня за шиворот и, протащив несколько метров, швырнул в угол. Следом прилетел Арен.

– По какому праву вы, человеческие существа, вторглись в Кадаф? – прорычал незнакомец.

– Я говорила, мне нужно к экхару Кроцеллу.

– Не положено, – отрезал он, резко развернулся и странным образом слился со стеной. Я не сразу поняла, что мы с Ареном остались вдвоем в абсолютно пустом каменном помещении. А еще я поняла, что не помню, как мы сюда попали. Не было тут ни леталки, ни прохода, через который можно было бы сюда попасть. Совершенно глухие каменные стены. И такой же каменный пол, на котором я и сидела.

Арен сжался в комок, обхватив себя руками и уткнув голову в колени. Плечи его подрагивали, будто он рыдал, но плача не было слышно.

– Я не знаю, что произойдет, если он вырвется. Я не знаю, сколько еще смогу удерживать его… – проговорил парень, едва не рыдая.

– Меня будут искать. Кроцелл наверняка уже знает, где я. Постарайся продержаться.

– А магия? Ты же владеешь магией этого мира, – он поднял голову и с надеждой посмотрел на меня.

– Я умею выпускать пламя и поднимать мертвецов. И еще пару мелочей. Но выбираться из замкнутого пространства – нет.

– Зато я умею. Давай попробуем создать телепорт. Ты должна представить место, где хочешь оказаться, протянуть туда линии, которые утащат тебя за собой. И осторожнее, проходя препятствия. Ты должна помнить, кто ты.

– Арен, я никогда этого не делала. Я не смогу. Это очень сложно.

– Ты не имеешь массы. Одна лишь энергия создает физическое тело, техрим. Передай его по потокам, и ты переместишься. Это не так сложно, ты уже знаешь основы.

Звучит-то просто, но на практике неудачная телепортация способна равеять мое тело так, что частицы никогда более не соберутся воедино. Это очень опасная процедура, требующая предельной концентрации. Этому учатся много лет. Сначала перемещают предметы, потом практикуются на животных, большая часть которых переместится мертвыми. И лишь когда маг научится перемещать живых существ так, чтобы они оставались живы, можно переходить к телепортации себя. Я же никогда, вообще, подобного делала.

– Я смотрела твоими глазами. Ты можешь смотреть моими и видеть силовые потоки. Ты ведь умеешь телепортироваться.

– И ты пойдешь на это? – удивленно посмотрел на меня Арен. – Зная, что я, может быть, уже совсем не я? Зная, что сущность, живущая во мне, может завладеть и твоим телом?

– А ты постарайся все-таки удержать его. В любом случае, быть равеянной – перспектива не лучше.

– Что ж, давай попробуем.

Он встал, выпрямился, протянул руки и помог подняться мне. Вообще-то, я понятия не имела, как следует разрешать смотреть своими глазами. Но мне казалось, что это все-таки проще, чем телепортироваться.

– Положи указательные пальцы мне на виски, а большими надави на глаза. И просто смотри.

Кожа его была холодной и липкой, как от пота. Прикасаться к нему оказалось не очень-то приятно, словно Арен уже не был человеком, а стал чем-то мерзким и противным, как жаба. Хотя, нет, жабы не вызывали у меня омерзения. Скорее как мертвец, которых я хоть и научилась не бояться, но все-равно брезговала.

Я стояла, широко распахнув глаза, но вдруг утратила зрение. Мои глаза мне больше не принадлежали. Тело налилось свинцом, готовое упасть, утратить искру сознания, но не падало, потому что окаменело. Потому что больше не было моим. Ощущение омерзительное, словно похоронена заживо. Представляю, как ужасно ощущал себя Арен, когда его телом овладевал Рацех.

– Здесь нет ничего! – вдруг услышала я голос и в следующее мгновение почувствовала себя в собственном теле, но утратила равновесие и повалилась на Арена, едва успевшего выставить руки и поддержать меня. Зрение возвращалось неохотно, но я увидела, что по лицу парня стекают две алые дорожки. Неужели это я так сильно надавила ему на глаза? Или предельное напряжение довело его до кровавых слез?

И я вдруг потянулась к нему, коснулась пальцами красной слезы, попыталась вытереть, но лишь размазала кровь по щеке, а он обвил меня руками, крепко сжимая, и произнес:

– Здесь нет никаких силовых потоков. Ничего не выйдет, Дайренн. Мы не успеем.

– Но что-то же нужно делать! – взвизгнула я.

– Я теряю контроль. И я не хочу отдавать ему себя. Теперь он знает, что я не с ним. Он больше не позволит мне выйти. Я не хочу так жить.

– Но что мы можем сделать? Мы можем только ждать, когда Кроцелл освободит нас. Только ждать…

– В этом теле я уязвим, – он выдохнул, и я ощутила, что дыхание его холодное, как у демона. – Он уязвим…

– И… что?

– Ты можешь сжечь его прямо сейчас. Еще немного и я утрачу контроль. Ты должна сделать это, пока он не вырвался.

– Арен, я не смогу.

– Я – адепт Ордена Света. Я пытался уничтожить замок Эрсиэ! – выкрикнул он и его обьятия превратились железную хватку, стиснув до ломоты в ребрах. – Я призвал Гамигина! Я призвал Лераэ! Это я все сделал! Я! – на его лбу выступила кровавая испарина, лицо исказила гримаса гнева, но мне не было страшно. Мне было смертельно жаль его.

Он разжал руки и оттолкнул меня.

– Давай! – проорал Арен. – Он идет! Тебе хватит собственной силы! Давай, – он протянул ко мне руки, дрожащие от напряжения. – Или я задушу тебя! Я! Не Рацех! Я сделаю это! Мне нечего уже терять!

Пульс застучал в висках, дыхание сбилось, я не знала, что делать, не знала, как поступить правильно, но его пальцы, и впрямь, потянулись к моему горлу.

– Я сделаю это, Дайренн, – прошипел он мне в лицо и сомкнул пальцы.

В глазах потемнело, я потянулась к силовым потокам, но не могла их поймать, слишком далеко. Мне нечем было защититься, пальцы беспомощно цепляли воздух. Мне нечем защититься! Нечем! Кроме огня…

Сознание помутилось, и я почувствовала, как закипает кровь. Не от ярости, как обычно, а от страха и беспомощности. Без магии у меня нет ничего, кроме внутреннего пламени. Но хватит ли его?

Это не было осознанным решением. На грани потери сознания я отпустила контроль и высвободила ту силу, что скопилась во мне. Страх, паника, боль, безысходность, все стало топливом для всепоглощающего огня.

Резкий глоток воздуха взорвал легкие, я не справилась с ним, захлебнулась, закашлялась, потеряла равновесие и больно стукнулась о каменный пол.

Его крик казался таким далеким, будто все происходило не здесь и не сейчас. Но с каждым болезненным вдохом он приближался, а так же треск пламени, запах гари и паленого мяса.

Когда я открыла глаза, не было уже ни криков, ни огня, лишь черный пепел витал в комнате. Даже тела не осталось. Только пепел…

У меня не было слез. Будто внутри меня тоже все выгорело. Только пламя сожгло меня изнутри. И теперь я – это пустой техрим, неспособный ни мыслить, ни чувствовать. Пустая оболочка, утратившая человеческую сущность.

– Экхар идет за тобой, – прошипел рядом с ухом голос Раддана. – Они уже близко.

– К мраку все, – хрипло огрызнулась.

Все кончено. Они придут слишком поздно. Арен мертв. Лераэ мертв. Рацех мертво. А я все еще жива. Продолжаю влачить свое жалкое, трусливое существования, пожирая жизни, словно Тьма. Да равзе ж я лучше их?

***

– Дайренн, – прохладная руку легла на лоб, но я была не в силах открыть глаза. – Она жива, только истощена сильно.

– Где второй?

– Клянусь, экхар, он был здесь.

– Куда же он делся?

– И откуда пепел?

Я уже не могла различить, кому принадлежат голоса, они слились в однообразный шум, который отдавался головной болью. Да и какая разница, кто пришел за мной? Свои или чужие…

Чьи-то руки подняли меня, я чувствовала движение, слышала шаги. Кажется, кто-то ругался. Опять незнакомый язык. Или я просто перестала различать человеческую речь?

– Дайренн, – снова кто-то произнес мое имя, а тело опустил на мягкую перину. – Открой глаза, Дайренн.

Веки бывают такими тяжелыми, что их поднятие требует неимоверных усилий. И все же я сделала это. И увидела Дарриана. Он сидел на покачивающейся кровати рядом со мной, сжимал мою руку. И лицо его было одновременно счастливым и печальным.

– Что с тобой произошло, Дайренн? И почему страж говорил, что ты была не одна?

– Я была не одна, – проблеяла едва слышно. – Арен, он был со мной. Мы летели к экхару Кроцеллу. Он мог помочь, – голос осип, меня душили слезы, только самих слез почему-то не было.

– Он сумел сбежать?

– Нет, – помотала больной головой, – я убила его. Вы пришли слишком поздно.

– Наверняка у тебя были на то причины, – он успокаивающе погладил меня по голове, но меня это только разозлило.

– Не было причины! – голос обратился надрывным криком. – Я убила его! Потому что он сам просил!

– Я думаю, Дайренн следует отдохнуть и восстановиться, – послышался голос Кроцелла.

– Времени нет, – произнес, кажется, Артхаэн. – Если то, что мне удалось выяснить, правда, в скором времени Кадаф будет уничтожен.

– Не будет, – возразила я. – Я убила его. И то, что жило внутри него.

– Хочешь сказать, угрозы больше нет? – удивленно произнес Кроцелл.

– Нужно найти, откуда он собирался делать запуск ракет, – проговорил Дарриан. – Нужно убедиться.

– Тьма и есть Рацех. Я могла призывать Тьму. И я уничтожила ее огнем. Арен рассказал. Он просто хотел, чтобы мы помогли ему. Просто хотел выжить… – слезы, наконец, потекли по щекам, и мне становилось легче. Боль отступала, будто выходила из глаз вместе с соленой жидкостью. Оставалась только пустота внутри. Но ведь с пустотой еще можно жить?

– Запуск ракет мог быть запрограммирован, – я не слишком поняла, что имел в виду Дарриан, да и остальные, кажется, тоже. – Так когда-то делали в моем мире в далеком прошлом. Ракеты стартуют сами в назначенный день. Дайренн, ты знаешь, где это? Он ведь говорил?

– Простор Иллюзии, – ответила я.

– Вот драные триханги! – выругался Кроцелл. – Единственное место, где я беспомощен, как ребенок. Как и любой, видящий магию. Нам потребуются чужие глаза.

– Я смотрела на него глазами Арена, – произнесла я. – Нужен просто человек, не владеющей магией этого мира.

– Я не вижу вашей магии, – вызвался Дарриан. – Каиль Лагельд, Арисси…

– Арисси! – зло прошипел Кроцелл. – А ведь ее придется брать с собой! Ее глаза не будут лишними. И я даже помочь ей там не сумею!

– Дайренн нужен отдых, – произнес Магистр. – Не думаю, что ей стоит отправляться с нами.

– Я могу, – вскрикнула, резко поднимаясь на локтях. Не то, чтобы мне сильно хотелось увидеть вновь Простор Иллюзий, но остаться наедине со своими мыслями было бы невыносимо.

Кроцелл приблизился к моей постели, склонился низко, к самому моему лицу.

– У тебя есть пара часов на отдых, – произнес он.

Я кивнула, после чего демоны покинули спальню. Со мной остался один Дарриан.

– У тебя совсем не осталось сил, – произнес магистр. – Но я могу поделиться с тобой. Тебе станет лучше.

– Дело не в силе, – отмахнулась, ведь я действительно не чувствовала усталость. Только невозможную тоску.

– Расскажешь, что произошло?

И я начала рассказ. Все события заняли не так много времени, еще и ночь не минула, как я исчезла, но, тем не менее, моя исповедь заняла почти все отведенное время на отдых. Я говорила и говорила, никак не могла остановиться. О природе Рацех, о Тьме, об Арене и захватившей его тело сущности.

Дарриан слушал молча. И еще некоторое время молчал после того, как я закончила рассказ, потом все же заговорил:

– У тебя не было выбора. Если бы ты промедлила, если бы Арен оказался трусливее, ты бы не выжила. Мне жаль, что так вышло, но это был единственный правильный выход. И Арен знал это. Знал с самого начала. У Кроцелла нет способа. Если бы был, Рацех давно были бы истреблены.

– Но остались ведь и другие Рацех. Ничего не закончилось.

– Рацех – существо коллективное. Обезглавь его, и они попросту не смогут питаться. Думаю, они все утратили разум.

– Но почему именно Арена, ну или то, что в нем жило, сочли головой этого организма?

– Кроцелл знал. Эти существа лишь наполовину разумны. Потому что пользуются разумом одного. Именно оно распоряжалось, кому жить, а кому стать пищей, – он сделал паузу. – А теперь закрой глаза. Я поделюсь с тобой чуть-чуть.

Веки с большим удовольствием опустились. Я почувствовала прикосновение горячих пальцев к лицу, плечам, шее. Это было приятно и немного щекотно. Я улыбалась, а Дарриан продолжал водить по мне пальцами, вырисовывая символы. А потом он вдруг лег рядом со мной, да так близко, что я смутилась, а он еще и к себе меня прижал, оплел руками.

Внутри разлилось приятное тепло. Так странно стало. Я ощущала его теплое дыхание, слышала биение его сердца, учащенное, напряженное, но мне становилось спокойнее рядом с ним. И так легко, будто с меня, наконец, сняли гранитную плиту, которой меня до этого придавило. И медленно отступало мучительное чувство вины. Пустота заполнялась теплом. И все становилось как прежде.

Глава 28

Как же хотелось домой! Кажется, я пресытилась приключениями на ближайшую сотню лет, как минимум. Не было никакого желания возвращаться в Простор Иллюзии не потому, что там страшно или опасно. Мне стало неинтересно. Серьезная опасность миновала, и я чувствовала, что там вполне могут бы обойтись без меня. Но, конечно, я ничего не высказала вслух. Кроцелл выделил большой летающий корабль, чтобы добраться до места.

И только теперь я смогла увидеться с Каилем. Он не явился ни к моему освобождению, ни тогда, когда мы занимались сборами. И я бы могла и обидеться, но почему-то тоже о нем не вспомнила. И теперь вместо обиды испытывала смешанные чувства пополам с виной. Каиль занял соседнее кресло, но некоторе время молчал, будто не решаясь заговорить. Лишь кончиком мизинца коснулся моей руку, лежавшей на подлокотнике. Будто невзначай.

– Ты так внезапно исчезла, – наконец, тихо произнес он, не поворачивая головы в мою сторону.

– Можно подумать, по собственной воли.

– Я заходил к тебе. Тебя не было в спальне. Думал, ты вернулась домой. Без меня.

– Вместо того чтобы обеспокоиться, что со мной случилось, ты первым же делом почувствовал себя брошенным? – меня это задело.

– Лорд Эрсиэ… – произнес Каиль. – Кроцелл сказал, что с тобой хотел побеседовать лорд Эрсиэ. При всем уважении к нему мне было неприятно.

– Он мой учитель, Каиль. И нам было о чем поговорить. Не вижу ничего удивительного, что Дарриан заходил ко мне, раз уж оказался в Кадафе.

– Наверное… – неуверенно согласился маг воды. – Но мне это неприятно. И какой бы логикой ты ни руководствовалась, мне всегда это будет неприятно. Прими как есть.

– В таком случае, знай, мне всегда будет, о чем побеседовать с Даррианом, нравится тебе это или нет. Прими как есть.

– И еще, я хочу, чтобы в столицу ты вернулась под своим именем. Леди Аллиэнн Аргано. Я не желаю, чтобы моей супругой становилась Дайренн Эрсиэ. Документы мы тебе выправим.

– Даже не знаю, – ответила. – Я как-то привыкла уже к новому имени. Оно мне стало ближе. Да и на службу меня принимали как Дайренн Эрсиэ.

– Ничего, это несложно поправить.

– А чем тебе мое новое имя не угодило?

– Мне не по себе от родства с некромантом.

– А тебя не смущает, что я сама некромант? И уже официально состою на службе в качестве некроманта?

– Для меня ты будешь мастером огня Аллиэнн Аргано. Разве тебе не буде приятно вернуться домой той, кем ты была от рождения?

– Я уже давно не та, кем была от рождения.

Летающий корабль резко устремился вниз, и я могда видеть в окошко чистое поле синей травы. Только теперь мне было известно, что нет никакой травы, здесь холодно и сыро, и разлагающиеся трупы повсюду, и этот запах гнили...

– Мрак, какая мерзость, – произнес Каиль, так же выглянув наружу.

Мы кружили над полем медленно снижаясь. Только теперь я заметила, что управляет кораблем Арисси, а Кроцелл сидит рядом. Она-то видит мир таким, каков он есть.

Летательный аппарат завис в воздухе примерно в метре от земли. Крышка откинулась, и я увидела, как Арисси спрыгнула первой на сочную траву.

– Что ты видишь? – поинтересовалась я у Каиля.

– Мертвецов, – ответил он. – Мерзость всякую, руины, мусор. Я не хочу туда идти.

– Придется, – ответила и полезла на крыло, с которого собиралась спрыгнуть. – Ты будешь моими глазами, – обернулась к Каилю.

– Ты не видишь этого? – удивился мастер воды.

– Это Простор Иллюзий. Я вижу синюю травку, бескрайнее поле синей травы. А, вот, Арен видел все так, как ты описываешь.

– Держимся вместе, – начал инструктаж Кроцелл, когда все мы оказались на земле. Энкелат Артхаэн идет с лордом Эрсиэ. Дайренн, – он взглянул на меня обжигающе холодно, – смотри глазами мастера воды. Ари – со мной. Дайренн, ищи вход.

– Ты умеешь смотреть чужими глазами? – спросил у меня Каиль.

– Кажется, умею.

– Тогда замри.

Каиль прикоснулся к моей голове. Руки его были прохладными и влажными. Совсем не похожими на теплые человеческие. Он быстро закрыл мне глаза большими пальцами, и теперь я могла оглядеться.

Снова чернильное небо над нами. Под ноги смотреть не хотелось. А запах мертвецов вызывал тошноту. Здесь можно было блуждать бесконечно, повсюду одни руины, мертвые тела, грязь. Как долго нам придется ходить по этому ужасному месту, прежде чем найдем тот вход в подземелье?

Мастер воды убрал руки, и теперь я снова ощутила чистый воздух. Облегченно выдохнула.

– Нужно найти люк, он на земле. Круглая и ржавая крышка.

– Разделимся, – произнес Кроцелл, – но далеко друг от друга не отходим. Здесь может быть опасно.

Я шла по чистому полю, наслаждалась солнечным днем, вдыхала свежий воздух в то время, как Каиль вел меня, едва ступая, постоянно озираясь, будто в панике, обходил препятствия. Остальные делали примерно то же самое. И мне показалось это смешным. Дарриан так нелепо шел по траве. Интересно, что он, вообще, видел?

Кроцелл и Ариссси забрели дальше всех, и я не сразу сообразила, что вскрикнула экхарисса.

– Вот мрак! – выругался Каиль, схватил меня за руку и побежал к повелителю демонов.

– Что там? – спросила набегу, но мастер воды не снизошел до ответа.

– Ари, где он? – Кроцелл крутился на месте, прислушиваясь к каждой стороне.

– Да вон же он! – она махнула рукой из-за его спины.

– Отойдите! – скомандовал демон, и мы, недобежав, застыли.

Экхар махнул рукой, и в воздух взвилось что-то черное. Облако мельтешащих точек метнулось вперед.

– Задел? – спросил Кроцелл.

– Нет! – взвизгнула Арисси.

– Дай взглянуть! – он быстро коснулся век девочки, потом отдернул руку, и та заиграла серебристыми искрами. Послышался грохот, а следом крик девочки. Мне показалось, что-то рухнуло.

– Готов! – радостно воскликнула Арисси.

– Кто там был? – поинтересовалась у Каиля.

– Мертвяк ходячий, – скривившись, ответил он. – Гадость! А ты сможешь с таким справиться?

– Уже сожгла одного тут.

– Вот этого? – Каиль пнул ногой что-то невидимое. – Ах ты... – он резко отдернуль ногу и толкнул меня назад. – Жги!

Я напряглась изо всех сил, но вместо огня из рук посыпались искры. Вряд ли они, вообще, кому-то могли причинить вред.

– И это все? – Каиль сделал еще шаг назад. – Оно сейчас сожрет нас!

– У меня сил не хватает! – успела взвизгнуть, и тут меня что-то ударило так, что я подлетела в воздух, а после больно ударилась спиной. Трава падения не смягчила, мне показалось, что у меня позвоночник хрустнул, но, тем не менее, я смогла перевернуться на живот и увидела, по-настоящему увидела, обо что ударилась. Это была слегка выступающая крышка люка. На этот раз она не трава ее не скрывала, выглядела она именно такой, какая есть, старой и ржавой. Я принялась отжимать крепления, напрочь позабыв про напавшее на меня существо.

– Сюда! – выкрикнула. – Вход здесь!

Я не видела, с кем дрался Каиль, но двигался он тяжело, держался за бок одной рукой и отбивался не слишком уверенно. Кажется, его противник был крупнее и на порядок сильнее. А мастер воды не мог воспользоваться ни чем, кроме кулаков. Он вдруг неловко подпрыгнул, согнулся, завалился на бок и глухо застонав, откатился в сторону.

Я почувствовала, как в крови начала закипть ярость. Глубоко вздохнула, ощущая, что вот-вот сорвется с кончиков пальцев пламя.

– Каиль, в сторону! – едва успела предупредить, как из мойх рук хлынул огонь.

Его не задело. Но я не могла увидеть, спалила ли чудовище или же промазала.

При попытке встать позвоночник пронзила жуткая боль. Не вышло. Я лишь подползла к лежащему на траве Каилю. Точнее, мне казалось, что я проползла по траве, что там было на самом деле, я знать не могла. Впрочем, и не хотела знать.

– Все хорошо, – выдохнул он, прикрывая рукой кровоточащую рану. – У тебя получилось.

– А ты? Ты будешь жить?

– Кто бы сомневался, – усмехнулся он.

– Я нашла вход. Но не могу идти. Кажется, я что-то себе сломала.

– Будь мы дома, вмиг бы тебя подлатал. Давай, попробую тебя хотя бы поднять.

Он попытался встать, получалось неважно, но Каиль все же поднялся. Рана в боку оказалась глубже, чем он желал показать. О том, чтобы поднять и меня, не могло быть и речи, но он склонился, ухватил меня за плечи.

– Каиль, не надо! – воспротивилась я, видя, как вытекает кровь из его бока.

– Не надо, – позади него возник Дарриан. – Я сам понесу ее.

Мастер воды резко выпрямился, лицо его напряглось. Было заметно, как он сдерживается, старается не кривиться от боли. Каиль открыл рот, чтобы возразить, но я оборвала его, повторив:

– Не надо, Каиль. Тебе самому нужна помощь.

Он не ответил, лишь поджал губы и шумно выдохнул через нос.

Дарриан откинул крышку люка, а потом осторожно взял меня на руки. Спина болела, но уже не так сильно. И мне показалось, это магистр что-то сделал.

– Думаю, я могу спуститься сама.

– Я тоже так думаю, – он хитро улыбнулся.

В чужом мире сложно пользоваться магией, но вовсе не невозможно. В каждом человеке есть свои силовые потоки. И ими можно манипулировать в любом месте. Может, Дарриан и не видит магических линий демонов, но мои-то ему прекрасно видны.

Я ощутила твердую поверхность под ногами, магистр отпустил меня. Теперь я чувствовала лишь несильную боль от ушиба, но не более.

Некромант начал спуск первым, но я задержала его на мгновение.

– Дарриан, Каиль ранен. Можешь что-нибудь сделать?

– Попробую, – ответил он, а мастер воды скривился, но возражать не стал. – Ты сможешь спуститься? Не хотелось бы, чтобы еще какая-нибудь тварь атаковала нас.

– Смогу, – уверено ответил Каиль.

Тем временем остальные участники экспедиции подтянулись к обнаруженному люку. Им повезло больше, чем нам с Каилем, по крайней мере, обошлось без травм и ранений.

Было заметно, что спускаться мастеру воды трудно, одной рукой держась за металлические выступы, а другой прикрывая рану в боку. Кровь уже сочилась меж пальцев, но Каиль держался, даже не морщился.

Следом за ним полезла я, но Дарриан вдруг подхватил меня и моментально спустил.

– Давай взгляну, – обратился он к Каилю, поставив меня на ноги.

– Не стоит, – отказался маг.

– Если ты сейчас сдохнешь, а я вижу, что у тебя есть все шансы сдохнуть, не думаешь, что это сильно расстроит Дайренн? – произнес Дарриан.

– Аллиэнн, – надменным тоном поправил Каиль. – Ее истинное имя – Аллиэнн Аргано, если Вы не знали.

– Я-то знаю, – усмехнулся магистр, – но уже давно дал ей новое, – он сделал паузу, а потом как рявкнул: – а теперь живо сядь!

Каиль от растерянности пошатнулся и плюхнулся прямо на ржавый пол трубы. Дарриан обошел его, опустился на одно колено и приложил руки к ране. Маг воды глухо застонал, закатив глаза.

– Потерпи, – мягко произнес некромант. – Полностью залечить здесь не смогу, но кровотечение остановлю и боль сниму.

Через мгновение Дарриан убрал руки.

– Это все? – Каиль недоверчиво уставился на рану.

– Нет, не все. В Аттаранте сразу к целителю.

– И на том спасибо, – сквозь зубы процедил Каиль.

– И тебе, Дайренн, нужно будет еще раз проверить целостность позвоночника. Спинной мозг не пострадал, но микротрещины могли остаться.

– Что тут за дрянь? – скривилась Арисси, спрыгнув вниз, а я увидела, как демоны, Кроцелл и Арт, задраивают люк.

Странно, источника света не наблюдалось, но я видела все, как днем. Только сейчас заметила эту особенность.

– Куда теперь? – поинтересовался Кроцелл.

И тут я поняла, что не помню даже в какую сторону идти? Арен так долго водил меня по этому лабиринту, что я совершенно не запомнила дороги.

– Кажется… – неуверенно заговорила я, – кажется туда, – махнула рукой в строну.

– Так не пойдет, – светловолосый демон подошел ко мне вплотную. – Если ты не помнишь, куда идти, просто опиши место, куда мы должны попасть.

– Там, – начала вспоминать, – как будто комната была. Два кресла, совсем старых, с разодранными боками. А в углу штука какая-то стояла, похожая на древнее устройство.

– Что ж, – улыбнулся Кроцелл, – попробую увидеть это место, – спустя минуту, демон указал направление. – Нам точно туда.

К слову, это было не то направление, что указала я. И все же хорошо, что у демонов есть особые способности.

Все-таки идти мне все еще было непросто. Спина тягуче ныла, а ноги будто по острому лезвию ступали. Я так сосредоточилась на собственных шагах, что и слова вымолвить лишний раз не желала. Так и не заметила, когда мы оказались в той самой комнате с креслами и странным устройством.

Дарриан подошел к прибору, стоявшему в углу. О его предназначении я так и не узнала у Арена, но магистр, кажется, понимал, что это такое. Он с уверенностью жал на кнопки, пока прямоугольник сверху не вспыхнул голубоватым светом. На нем появилась какая-то схема, довольно-таки сложная, чтобы, вот так, сходу разобраться.

– Это технологии моего мира. Очень древние.

– Магистр Эрсиэ, – обратился к нему Кроцелл, – я несколько знаком с этими технологиями, но, тем не менее, не могу разобрать, что это?

– Я вижу план здания, а мы сейчас находимя здесь, – он ткнул в левый нижний угол схемы. А нам нужно оказаться тут, – Дарриан указал на правый верхний угол.

Все было бы просто, но вот беда: между двумя этими точками целый лабиринт. И, как я поняла, придется снова ползать по этим гигантским трубам.

– А что это за меняющиеся символы в углу? – поинтересовался Кроцелл.

– Вот мрак! – процедил Дарриан. – Эти символы означают, что нам нужно бежать. И бежать как можно скорее.

***

Дарриан бежал далеко впереди, а вместе с ним и демоны. Я уже не видела его и страшно боялась отстать, потеряться в этом жутком переплетении труб. Благо, что Каиль отставал вместе со мной. Вдвоем все-таки было не так страшно.

Не знаю, сколько это продолжалось, я совсем потеряла счет времени. Но за очередным люком лестница вдруг оказалась очень длинной. Далеко внизу виднелось подобие сторожевой башни, увенчанная округлой площадкой с хлипким металлическим ограждением. Именно туда вела лестница. Ох, мрак, какое же огромное пространство кто-то выточил под землей!

У меня дрожали коленки, когда я начала спуск по шатким железным перекладинам. Говорят, что вниз смотреть нельзя. Но вот как? Объясните мне, как не смотреть вниз, когда там самое страшное, и ты туда медленно, но верно движишься? Конечно, я невольно опустила взгляд. И еще сильнее задрожала от ужаса. Лоб взмок, а руки опасно заскользили. В какой-то момент оступилась, одна нога соскочила с перекладины. Я коротко взизгнула и повисла, прижимаясь к лестнице всеми частями тела.

– Держись! – выкрикнул Кроцелл, поплз вверх, но я уже нащупала опору и осторожно продолжила путь.

– Все хорошо! – ответила сдавленным от страха голосом.

Когда я добралась до площадки, то распласталась на каменном полу, тяжело дыша. Наконец-то все кончилось.

– Дайренн, – надо мной навис Дарриан. – Нам нужно идти вниз.

– Куда? – мне показалось, что я неверно поняла. В какой еще низ? Разве мы не внизу?

– Здесь еще один люк, – улыбнулся Дарриан. – А под ним еще одна лестница. Надо идти.

И все повторилось. В центре площадки, и впрямь, имелась круглая крышка, а за ней такая же ужасно длинная лестница. Только теперь ползти приходилось в узком колодце, упираясь спиной в стену. И я даже обрадовалась. Потому что не страдаю страхом замкнутого пространства.

И все-таки упираясь спиной в стенку ползти не так жутко. Да и вниз тут глядеть проблематичнее. Потому что не видно ничего.

Узкий вертикальный лаз привел нас в небольшое помещение. И оно показалось мне странно похожим на то, что я видела в резиденции Ордена Света. Какие-то ящики с мигающими кнопками, большие стеклянные светящиеся прямоугольники.

Дарриан с умным видом заглядывал в каждый из них. Кажется, он, и впрямь, понимал, что означают эти картинки и символы. А потом вдруг застыл рядом с одним из них. Побледнел, судорожно сглотнул, сжав кулаки.

– Мы опоздали, – хрипло проговорил он.

– Что? – подбежал к нему Кроцелл. – В каком смысле опоздали?

– Видите эти точки? – он указал на красные кругляши на синем фоне. – Это ракеты с ядерным зарядом. Через восемь минут стартует вот эта, он ткнул пальцем в один из выстроившихся в ряд кругляшей. – А вот эта, – его длинный ноготь указал на медленно ползущий и пульсирующий кругляш, – направляется к Кадафу. Мы опоздали. Я не знаю, как подействует радиация на теоров, не говоря уже о разрушительной силе взрыва, но вряд ли Ваш мир останется прежним.

– Но как?! – заорал Кроцелл. – Как они могли атаковать, если эта тварь мертва?! Дайренн убила ее, я точно знаю! – он кричал низким утробным голосом, и звук его заставлял подпрыгивать мои внутренности.

– Программа. Это программа все сделала, – пояснил Дарриан.

– Как остановить эту трихангову ракету?! – демон схватил магистра за одежду. – Объясняй, как я могу ее остановить?

– Внутри уран. Разделен тонкой перегородкой на две половины. Если перегородку сломать, масса урана станет критической. Случится цепная реакция, атомы начнут распадаться, выделяя колоссальное количество энергии.

– Значит, мне нужно сделать эту перегородку наиболее крепкой? – спросил Кроцелл.

– Да как ты это сделаешь? – вмешалась Арисси. – Она уже летит! Все! – ее тоже трясло. Ей было страшно, но страх она прятала за агрессией.

– Куда она летит? – не обращая внимания на супругу, Кроцелл обратился к Дарриану. Тот что-то нажал светящемся ящике, вокруг летящей ракеты появились бегающие цифры. А потом возникла картинка, изобращающая пляж, два блестящих холма из расплавившегося красного песка, а чуть поодаль замок.

– Она упадет в море у самого берега. И вода станет ядовитой, грубо говоря.

– Я поймаю ее. Поймаю и не дам этой перегородке сломаться.

– Кроцелл, – произнес магистр, – это тебе не стрелу поймать. И даже не пулю.

– О, ты еще не знаешь, на что способны демоны, – он хитро ухмыльнулся, а я в первый раз услышала, чтобы теор называл себя демоном.

Кроцелл поднял руки и вдруг рассыпался серебристой пылью.

– Даже меня не взял! – буркнула Арисси и пнула какой-то ящик.

Дарриан продолжал нажимать на кнопки, потом нажимал на сам экран, злился, ругался странными словами, снова нажимал кнопки.

Конечно, не стоит донимать человека, который и без того явно не в духе, но любопытство было сильнее.

– Что ты теперь делаешь?

– Пытаюсь недопустить запуск последующих ракет.

Я помнила, как плавилось здание в Шаб-Квахере. Как летели камни, как пламы вырывалась из разрушенного строения. Не знаю, было ли это древнее оружие или все-таки магия. Но это было страшно. Неужели каждая из этих красных точек способна причинить такой вред?

– Кроцелл справится, – услышала я голос Артхаэна. Он подошел сзади и положил мне руки на плечи.

– Я видела древнее оружие в Шаб-Квахере.

– Насколько я понял, разрушения в человческом городе несоразмеримы с тем, на что способны эти ракеты.

– Уверен? – с сомнением спросила Арисси. Да и мне казалось, что страшнее, чем в Шаб-Квахере и быть не может.

– Экхар так говорил, – пожал плечами Артхаэн, – целый город можно одной ракетой снести.

Неудивительно, что древние запретили даже изучать такое оружие. И правильно сделали. Может, самоходные кареты и были хороши, но ничто не стоит такой разрушительной силы. К тому же, как объяснял Дарриан, после взрыва еще и болезни всякие возникают у тех, кто жив остался.

А еще я вдруг поняла, что совершенно не хотела бы жить в те времена. Загадочная история, безусловно, интересна, но куда приятнее жить в наше спокойное время, чем в эпоху древних, когда, вот так, в один миг мог быть стерт целый город. Все-таки я очень люблю нашу цивилизацию. И в глубине души, как ни прикорбно в этом сознаваться, рада, что Рацех задумал разрушить Кадаф, а не Аттарант. Да и у демонов все-таки больше шансов справиться с этой бедой, чем у людей. К тому же, они, кажется, бессмертны.

Или не очень бессмертны…

Мне вспомнился Ремай, погибший во время взрыва. А ведь он наполовину теор. Мог ли он выжить? Но интересоваться у Арисси на этот счет я не решилась. Если выжил, сам даст ей знать о себе. А если нет, лучше не бередить ее память.

– Теперь вся надежда на Кроцелла, – произнес Дарриан, отойдя от прямоугольника с ракетами. – Это было даже проще, чем в кино показывали.

– Где показывали? – переспросила, не поняв слово «кино».

– Не важно, – отмахнулся магистр. – Главное теперь, чтобы Кроцелл, и вправду, сумел поймать ракету.

– А если он не сможет? – испуганно спросила Арисси.

– Тогда вы потеряете Кадаф, – серьезно ответил некромант. – А, возможно, и большее.

– Но мы ведь не можем оставаться здесь! – топнула она ножкой. – В Кадафе Милина осталась. И кот! Там мой кот!

– Экхар справится, нехдар Арисси, – произнес Арт. – Вы скоро вернетесь домой.

– Домой?! – вдруг яростно взвизгнула она. – Ты на что это намекаешь, энкелат? – ее брови сдвинулись к переносице, отчего взор стал комично суровым. – Хочешь сказать, обратно меня к мамочке отправят?

– Нет-нет, – протестующе замахал руками демон. – Я имелв виду Кадаф, нехдар.

– Какая я тебе нехдар?! – не унималась девушка. – Еще хиакинэ обзови! Получешь носом в пятку! – она смутилась, прикрыла ладошкой рот, поняв, что ляпнула глупость. – Пятку в нос, то есть, – быстро исправилась она, но момент был упущен. – Экхарисса, зови меня только так!

– Хорошо, – поперхнувшись смехом, произнес Арт, – экхарисса.

Она попыталась гордо удалиться, вздернув нос, но помещение было слишком маленьким, чтобы ей удалось отойти достаточно далеко. В итоге Арисси уперлась в стену, утыканную различными переключателями. Она с деловым видом рассматривала их, потом спросила, не обращаясь ни к кому:

– А это что за пимпа?

– Не трожь! – Дарриан вмомент оказался рядом с ней, но было поздно. Ее маленький пальчик уже ткнулся в большую кнопку с непонятными символами.

Раздался странный гудок, громкий, как корабельный сигнал, пронзительно-отвратительный, что я даже уши зажала. Свет замерцал, появились какие-то надписи на плоских прямоугольниках.

– Дура! – вскрикнул Даррин. – Какая же ты дура все-таки! Надо было тебя у Техмисс оставить! – не часто я видела такую гримасу ярости на его лице.

– Да что я сделала? – она обиженно надула губки.

– Ничего! Просто отправила нас в небытие!

Раздался металлический скрежет, и вся комната вдруг начала двигаться вверх, да так быстро, что я не удержалась на ногах и была немилосердно вжата в пол. С таким давлением и вздохнуть невозможно.

Затормозили мы так резко, что я подлетела кверху, вцепилась в кресло, но оно тоже не осталось на месте, а вместе со мною взмыло к потолку. Все случилось так быстро, что даже не успела углядеть момент, когда взлет сменился падением.

А потом все замерло. Я опять оказалась лежащей на полу и накрытой креслом. Благо, что оно не сильно меня придавило. С трудом, но все же выкарабкалась из-под мебели. Кажется, даже ничего из костей не сломала.

– Я не хотела, – проблеяла Арисси.

– Убил бы, – вылезая из угла, пробормотал Каиль.

– Все в порядке, экхарисса, – попытался сгладить ситуацию Артхаэн.

Дарриан подошел ко мне, подал руку и помог подняться.

– Поскольку все живы, не будем искать виновных, – при этом он пристально посмотрел на Арисси. – Будем решать насущные проблемы. Я, например, понятия не имею, где мы.

– Над нами темное небо, – Арт поднял палец вверх, указывая на открытый люк в потолке, через который мы проникли в это помещение. Более того, попали мы сюда не путем полета, а через портал.

– И холодно что-то, – поежилась Арисси.

Артхаэн подпрыгнул, ухватился за край люка и, подтянувшись, выбрался наружу.

– Кажется, это Лэнг, – крикнул он оттуда.

– Я туда не полезу! – Арисси встала в позу.

– Экхарисса… – учтиво склонился к люку Арт, наверное, хотел уговорить ее по-хорошему, но Дарриан просто схватил девушку чуть пониже талии, поднял вверх и сунул головой в дырку. Она заверещала, попыталась вырваться, но демон быстро утянул ее в проем, бормоча извинения за неподобающее отношение.

– Это для тебя она экхарисса, – усмехнулся магистр, – а для меня дочка моей крестьянки.

Следующей выставили наверх меня. Лицо тут же обожгло холодом. Как бы не замерзнуть нам в этой ледяной пустыне. А после из дыры появились Дарриан и Каиль.

Нам еще предстояло спуститься вниз, поскольку мы оказались на крыше, а лестница не была предусмотрена.

– А почему нельзя просто посидеть внутри и подождать, пока Кроцелл сам нас найдет.

– Потому что теперь мы не сможем узнать, жив ли он, – ответил Дарриан. – Если бы кто-то не нажимал на кнопку, мы бы, конечно, подождали его. А теперь придется топать ножками.

– Кроцелл жив! – взвизгнула Арисси. – Он не может меня тут бросить! И вообще, демоны – бессмертны!

– Буду несказанно рад, если окажется именно так, – произнес магистр. – А теперь прекрати визжать и спускайся вниз, если не хочешь, чтобы я рассказал Кроцеллу, благодаря кому мы оказались в Лэнге.

Кажется, он нащупал верный рычаг давления на Арисси. Она притихла и подошла к краю.

Прыгать – высоко. Арт, может, и справится, а вот я рисковала переломать ноги.

– Смелее, – хохотнул Дарриан, – ты ведь умеешь летать! – издевается! Хорошо, что еще не столкнул. А впрочем, я ведь умею летать…

Сосредоточилась на чужеземных энергетических потоках. Конечно, у меня не было под рукой палки, за которую можно уцепиться. Но мне ведь надо не взлетать, а всего лишь спланировать вниз, слегка замедлив падение. И я начала плести странную сеть, какой ранее никогда не пользовалась. Она делала пространство более плотным, но не настолько твердым, чтобы помешать упасть. Пусть будет как вода, к примеру.

– Ты что делаешь?! – услышала крик Каиля и сделала шаг вперед. Мое тело медленно, как перышко, опусилось вниз. Коснувшись подошвами твердой поверхности, я подняла голову и увидела перепуганное лицо мастера воды.

– Прыгай вниз! – крикнула ему.

Каиль, как и я плавно опустился на промерзшую землю.

– А я и не знал, что тут воздух такой твердый, – произнес он, улыбаясь.

– Дурак, – я легонько толкнула его в грудь, – это я сделала, – маг лишь недоуменно поднял бровь.

Арисси сбросили силой. Арт, конечно, не посмел, а вот Дарриан снова не стал церемониться. Она с визгом опустилась, и я заметила, что полет ее был гораздо быстрее, чем мой.

– Давайте быстрее! – крикнула я. – Воздушная подушка тает!

Дарриан и Арт прыгали одновременно. Вот, только я не предупредила, что прыгать нужно в одном и том же месте. Арт промахнулся. Но он все-таки демон, что ему сделается? Отряхнулся и пошел.

– А я и не знал, что ты так умеешь, – одобрительно произнес Дарриан.

– Я тоже не знала, – пожала плечами.

– Вот дурочка! – воскликнул магистр. – А если бы не вышло?

– Пришлось бы тебе залечивать мне ноги.

– А дальше что? – удивительно, но Арисси задала вопрос вполне логичный.

Во все стороны распласталась ледяная пустыня. Она была так похожа на бескрайнее поле синей травы своими просторами. Только без травы. И солнышко не светило. И вообще, тут было мрачно и жутко. А еще холодно.

Небо озарила кроваво-красная вспышка, словно рана, взрезавшая черные облака, но прореха тут же затянулась, так и не излившись кровью на землю. Завыл ледяной ветер, вздымая в воздух мелкий колючий снег.

Дарриан долго всматривался в разные стороны, будто надеясь разглядеть хоть что-то в непроглядной мгле. Сначала смотрел в одну сторону, затем в другую, потом обошел железный ящик, в котором мы прилетели, снова что-то разглядывал.

– Идем туда, – махнул он рукой, указывая направление. – Там что-то есть. Когда-то я так и не дошел до Кадафа. Надеюсь, теперь нам повезет больше.

– А, может, все-таки останемся и подождем? – непривычно робко предложила Арисси, не прекращая стучать зубами.

– Может быть, – растерянно развел руками Дарриан. – Подождем, пока нас сожрет какой-нибудь из кошмаров Лэнга?

***

Я не знала, сколько мы уже шли куда-то. Совершенно потеряла счет времени. И были велики мои сомнения, что хоть кто-то из нас понимал, куда же мы все-таки шли?

Здесь будто и вовсе не имелось времени, только холод, темнота, голая земля и совершенно не меняющийся пейзаж. Все равно, что перебирать ногами на месте. Никаких перемен. А идем ли мы, вообще, куда-нибудь?

– Это не Лэнг, – вдруг произнес Артхаэн, остановившись.

– В смысле? – следом за ним остановился и Дарриан. – Я знаю Лэнг, бывал тут не раз. Небо с красными всполохами, холод, что же это, если не Лэнг?

Я и Арисси шли чуть позади, потому что уставали быстрее, а следом за нами – Каиль, чтоб мы совсем уж не отбились, но голоса демона и магистра мы слышали отчетливо. Звуки разносились громким эхом в пустом пространстве, даже завывания ветра не заглушали их.

– Я умею перемещаться в Лэнге, – Арт размахивал руками, растеренно, беспомощно, – умею! Я знаю, как нужно идти, чтобы попасть в нужное место. Там пространство спутано, скомкано, но можно перебраться из одной точки в другую, это не сложно для теора. А здесь… – он обвел руками пространство, – ничего не работает. Мы не сдвинулись ни на шаг. Это что-то другое, не Лэнг. Оно выглядит, как ледяная пустошь, но что-то другое…

И от его слов мне стало жутко. Вообще, тут и без этого было жутко, но одно дело привычный старый кошмар, в котором, к тому же, меня сопровождают опытные спутники, для которых никакая тварь ледяной пустоши опасности особой не представляет. И совсем другое – оказаться в незнакомом пугающем месте, из которого не знаешь, как выбраться.

Липкая паника сделала кожу влажной, а зубы застучали, но колючий холод тут был ни при чем. Да и не так уж тут было и холодно. Ледяной воздух совсем не драд кожу, да и вся я вовсе не замерзла. Здесь даже ветер не пробирал морозом до костей. В Лэнге было не так, я точно помню.

– Это не Лэнг, – подхватила я мысль демона, подойдя ближе. – Здесь не холодно. Совсем ведь не холодно.

– И я не замерзла, – согласилась Арисси. – А ваш этот Лэнг на дух не переношу ведь. Но не мерзну же!

– Если это имеет какое-то значение, то мне тоже не холодно, – произнес Каиль. – Только я понятия не имею, каково в этом дурацком Лэнге.

– Допустим, – произнес Дарриан, – это действительно не Лэнг. Но что тогда? Что это может быть за место?

– Что это? – спросил Арт, но интонация его мне показалась странной. – Что это? – повторил он, вглядываясь в горизонт.

– Ничего, – пожал плечами Дарриан, но Арт сделал пару шагов в ту сторону, где что-то явно увидел.

Я тоже присмотрелась, но обычное зрение не давало ничего, тогда я попробовала приглядеться к силовым линиям, но магии тут почти не оказалось. Слишком мало потоков, не то, чтоб совсем невозможно ею воспользоваться, но, вот, сеть не сплетешь. А вдали, действительно, что-то было. Но не силовые потоки. Что-то другое, как туман, и в этих клубах дыма будто бы вырастало какое-то строение, только не плотное, не совсем настоящее.

– Я вижу, – выкрикнула, а потом обратилась к демону. – Арт, а почему ты не можешь просто переместиться отсюда домой? Ты ведь в прошлый раз вдруг исчез, – я не стала договаривать, что прошлый раз он попросту бросил меня в Лэнге.

– У меня не вышло, – ответил он, понурив голову. – Я могу иногда уходить темными путями, невидимыми. Но это работает не везде и не всегда. Тут много нюансов, но… в общем, не вышло у меня. Только я зря значения сему не придал.

– Да что вы там все видите? – подергала демона за рукав Арисси.

– Там какое-то строение, – ответил он.

– И странный туман, – добавила я. – И постройка странная. А еще силовых потоков почти нет.

– Идем туда, – скомандовала Арисси, вышла вперед, но, правда, направилась не в ту сторону.

– Не туда, повелительница, – мягким жестом остановил ее демон, затем махнул в сторону постройки. – Вон туда.

И Арисси зашагала с новым энтузиазмом.

***

Здание приближалось. Не знаю, видели ли что-нибудь остальные, но меня несказанно радовало наличие хоть какой-то цели. И в то же время пугала. А куда мы, вообще, дойдем? Когда дойдем…

Ветер стих, становилось теплее. Мне даже захотелось сбросить плащ, но я что-то не могла решиться. Да и ветер мог вернуться в любой момент.

Туман рваными лоскутами пытался укрыть безжизненную землю и казался теплым на ощупь, будто проносишь руку над пламенем свечи. Мне даже пришло в голову, что это не туман, а дым. Очень странный дым, который не уносится в небо, а опускается на землю.

Странно, прикосновение к туману вызывали неприятные ощущения. Будто касаешься чего-то мерзкого и отвратительного, суешь руку во влажное теплое болото, кишащее пиявками, над которым летают стайки кровососущих насекомых, как в Аринкае. И, вот, эти клочья тумана будто покалывали, не больно, но неприятно, как комариные укусы. Я старалась избегать соприкосновения с дымкой. Но ее становилось все больше. И я с ужасом представила, что скоро придется дышать этой гадостью.

– Арт, – позвала я демона, – а этим туманом вообще можно дышать?

– Каким туманом? – обернулся ко мне Артхаэн.

– Ты не видишь? – я указала на небольшое облачко, в которое он едва не наступил.

– Кажется, нет, – неуверенно произнес он, – я вижу только странное здание впереди.

– А кто-нибудь еще туман видит? – обратилась я ко всем.

По факту туман не видел никто, и я уже было подумала, что мне мерещется, но Дарриан вдруг предположил:

– Это как Тьма? Ее ведь только ты призывала. Ты ее видела.

– Наверное…

Неприятное предчувствие заставило передернуть плечами в попытке сбросить морок, но ощущение не исчезло. Тьма – это и есть Рацех, только не осознавшие себя, бессмысленные. Так насколько разумен этот отвратительный туман?

Чем ближе мы подходили к зданию, а теперь я видела некое подобие пирамиды, тем труднее становилось идти. Кажется, никто не замечал, как неприятно влияет туман. А, может быть, он только на меня действовал? У меня будто ноги увязали в этих розоватых клочьях. И почему они вдруг стали розовыми? В моем мире Тьма являлась белесой дымкой, а этот туман будто крови напился. Хотя, почему «будто»?

Это вовсе и не постройка. Теперь это отчетливо видно. Какие-то каменные глыбы, никак не соединяющиеся, плавали розоватом тумане. Вблизи они совсем не походили на здание. Даже на разрушенное. Камни, огромные камни неправильной формы парили в нескольких метрах над землей, слегка покачиваясь, словно на волнах. Снизу они были прозрачными, а вот вершины казались плотными, черными.

– Что это? – произнес Дарриан, поднимая глаза вверх. И мне вдруг стало до оцепенения страшно от того, что даже он не понимает, с какой штукой мы столкнулись. Артхаэн, на которого я надеялась, промолчал. Похоже, что и он не знал ответа.

Мне становилось дурно, перед глазами мельтешили красные точки, кожу покалывало, а желудок болезненно сжимаося и рвался выплеснуть содержимое. Этот туман был невозможно омерзителен. Он вдруг прильнул ко мне так, что не увернуться, обволок с головы до ног и, как мне показалось, стал медленно пожирать меня.

Я замахала руками, отбиваясь от розовой дымки, вскрикнула, но движения выходили смазанными, слишком медленными, чтобы отогнать туман.

– Оно меня сожрет! – всхлипнула, не прекращая махать руками.

– Кто? – спросил Дарриан, попытавшись остановить меня, но я вырвалась, отскочила в сторону.

– Вы не видите? – замерев, спросила я. – Туман! Он кровь пьет!

– Где? – не знаю, кто именно это произнес, кажется, Каиль, но все они странным образом озирались по сторонам. Они, действительно, не видели.

– Нужно уходить отсюда! – вскрикнула и попыталась отбежать в сторону.

Не вышло. Мне казалось, я, как минимум, должна была отдалиться на несколько метров, но я даже с места не сдвинулась. Эти камни, туман, они держали меня, я как в паутине застряла в этом розовом мареве.

Здесь совсем не было магии. Бесполезно и пытаться сложить заклинание. И тогда я выпустила пламя. Просто расслабилась и позволила огню течь из моих рук. Пламя изливалось прямо на глыбы, отчего те стали издавать звон, будто стекло задрожало, но когда поток иссяк, ничего не переменилось. Только звон остался, слабый, едва слышный, но давящий.

– Зачем ты это сделала? – поинтересовался Каиль.

– Мне здесь не нравится. Мне тут плохо! – голос сорвался на визг, и тут я заметила, как от глыбы отделилась тень, она спланировала к Арисси, закружилась вокруг нее, и та вдруг вскрикнула, прижав руку к плечу. Меж пальцев сочилась кровь.

– Экхарисса, – Арт подскочил к ней.

Я увидела, как она убрала ладонь, на ее плече зияла рана с рваными краями, будто кто-то вырвал кусок зубами.

С камня соскользнула еще одна тень. И еще.

Я вновь ударила огнем, но он не причинил никакого вреда, словно обогнул фигуру. Теперь уже было видно, что силуэт имеет человекообразную форму.

– Это Рацех! – Арт взмахнул руками, тень на мгновение застыла, но затем вновь двинулась к нам. – Здесь нет магии! Слишком мало!

Дарриан начал что-то шептать, еле слышно, но вдруг подул ветер, отгоняя туман. Однако тени это не задержало.

Они подступали со всех сторон, а мы оказались совершенно беспомощны. Одним прикосновением эти существа вырывали куски плоти. Туман наполнялся кровью, становился плотнее. Дышалось тяжело.

Каиль выкрикнул незнакомое слово, которое я даже разобрать не смогла. Скорее, он просто произнес какой-то нечленораздельный звук, и тут его фигура вдруг стала полупрозрачной, как стеклянная статуя, по которой потекла вода. Кажется, ему это помогло, тени не приближались.

Арисси в очередной раз вскрикнула, повалилась на землю, и Каиль, стоявший ближе всех к ней, накрыл ее своим прозрачным телом.

Дарриан вновь и вновь призывал ветер, тени немного замедлялись, но все же проскакивали, и тогда на вытянух вперед руках магистра проступали кровавые раны, а у его ног уже клубился кровавый туман.

Я прыгнула к нему, молотя руками по воздуху, пытаясь создать ветер хотя бы таким способом.

– Стой! – выкрикнул Арт, но мои руки уже покрылись мелкими царапинами.

Теней становилось все больше, возле каменных глыб в воздухе мелькали сотни силуэтов. Они все двигались туда, где стояли мы с Даррианом.

Еще один порыв ветра, вызванный некромантом, сбил меня с ног. Тени тоже отлетели, но и меня швырнуло слишком близко к ним.

– Уйди, Дайренн, – я слышала, как он кричал, но тени уже касались меня своими хищными лапами. Это было почти не больно, не страшнее комариного укуса, только кровь капала. Я попыталсь отползти, но они слишком крепко впились в меня, и я лишь скребла ногтями по земле, пытаясь вырваться.

– Призови Тьму! – услашала я совсем близко шепот Раддана. – Подчини Тьму. Они – твои, Дайренн! Они в твоей власти. У них больше нет разума.

Я попыталась сосредоточиться. Позвать Тьму так, как делала раньше.

Туман стал светлее, а по земле побежали потоки крови. Послышалось злобное, болезненное шипение.

Мой позвоночник сильно выгнулся под действием неведомой силы. Я видела перед собой изуродованные лица, раскрытые рты с вывалившимися языками и закричала от страха и боли.

Я заметила, как Арт вскинул руки, тени на мгновение выпустили меня, и вернулась возможность двигаться, но мне нужно было призвать Тьму. Призвать и подчинить.

– Беги! – крикнул демон, но я не сдвинулась с места. И тогда он вдруг прыгнул туда, где толпились тени, размахивая руками на лету и что-то крича. Тени отпрянули, и я даже успела встать на ноги, с новой силой приказала Тьме подчиниться. Белесый туман окутал меня и теперь медленно вытягивал на себя теней.

Я не видела, что именно случилось с Артом. Он коротко вскрикнул, и когда глянула туда, где он находился, успела увидеть, как его руки превратились в обглоданные кости. А он все еще пытался отгонять своей магией тени…

Хотела броситься к нему, уже зная, что делать. Ведь я знала, что белесый туман поглотит тени, они уже начали таять, но меня вдруг схватил и крепко сжал Дарриан.

– Не надо, Дайренн, – произнес он, сжимая меня до хруста костей.

– Пусти! – закричала, отбиваясь. – Я могу их подчинить! Они тают! Тают!

– Слишком медленно, – спокойно ответил магистр. – Ты не успеешь.

Артхаэна уже не было среди теней. Лишь алые капли зависли в воздухе. А призрачные силуэты все продолжали таять в белесом тумане. И кровь лиласть по земле.

Дарриан выпустил меня из рук. Я не могла ни вздохнуть, ни закричать, лишь из глаз беззвучно полились ручейки слез. Я стояла и смотрела, как растворяются тени и становятся Тьмой. Моей Тьмой. И где-то во Тьме теперь блуждала часть Артхаэна.

– Он умер? – послышался голос Арисси. Я слышала, как она и Каиль подошли сзади, но была не в силах повернуть голову.

– Говорят, демоны бессмертны, – произнес Дарриан.

– Рем – полудемон, – глухо проговорила Арисси. – И он умер.

– Кто знает?..

У меня же в голове не укладывалось, что Арт мог так глупо погибнуть. Он защищал меня от Гамигина, переправил через океан, помог добраться до Аринкая, охранял в Лэнге, и тут вдруг был так нелепо растерзан какими-то дурацкими тенями.

Из горла вырвался болезненный крик. Я не удержалась на ногах, рухнула на колени, направляя весь гнев на тени. Их почти не осталось. А камни звенели все громче.

– Назад! – вдруг крикнул Дарриан, схватил меня за плечи и отшвырнул в сторону. Я больно ударилась, потеряла связь с Тьмой, но теней все равно уже не осталось. Хотела возмутиться, поднялась, потирая локти, но так и застыла, сидя на влажной земле, потому что гигантские глыбы вдруг лопнули, как стеклянные банки и осыпались вниз блестящими осколками. И не было больше ни розового тумана, ни теней, ни Тьмы. И Арта больше не было…

***

Осколки под ногами хрустели, как ломающиеся тонкие косточки, будто тени не просто исчезли, а обратились в прах, истлели, оставив одни лишь хрупкие скелеты после себя. Я старалась смотреть под ноги, чтобы лишний раз не наступать на них, но с каждым шагом, с каждым хрустящим звуком перед глазами возникали образы мертвых тел, старых, скелетированных останков.

Небо начало окрашиваться в оранжевый цвет. Я даже не сразу поняла, что это. Сначала приняла явление за всполохи, но те были красными, как кровавые прорехи в черном небе, а тут оранжевые, как отражение большого пламени, скрытого за горизонтом. А потом и пламя показалось над темной полосой. Оба солнца, Ра и Оро, поднимались в небо, и мир приобретал краски. Земля перестала казаться пустой и безжизненной, полоска у горизонта отчетливо отливала изумрудной зеленью, под ногами хрустели уже не осколки, а крупный алый песок, а где-то далеко слышался шум моря. Этот рассвет будто пробудил меня от глубокого кошмара. И я бы с удовольствием подумала, что все привидившееся оказалось лишь сном, если бы не один омрачающий реальность факт. С нами не было Артхаэна. Его, вообще, больше не было. И потому я не могла радоваться восходящим солнцам. И ничто более не радовало.

Глаза снова наполнились слезами, но те не спешили разлиться ручейками по щекам, а застыли ледяной коркой, преломляя лучи ползущих вверх солнц.

– Там что? – чуть забежала вперед Арисси. – Море? Там, правда, море?

– Это что-то меняет? – устало протянул Каиль.

– Конечно! – обрадовано воскликнула она. – Всем известно, что города вытянулись вдоль моря. Можно идти по берегу и обязательно набредешь на какой-нибудь город.

– Море… – задумчиво произнес Дарриан. – Он ведь большое, море-то.

– Ну и что? – стояла на своем Арисси. – Рано или поздно дойдем!

– Сколько городов этого мира тебе известно?

– Ну, – Арисси растрепала и без того торчащие во все стороны волосы, – Кадаф знаю, Шаб-Квахер знаю, Ктул-Сотх знаю, – она замолчала, теребя короткие пряди. – О, еще Лэнг знаю!

– Еще Киш-Зкауба есть, я там была, – дополнила я список и услышала надменный смешок Дарриана.

– Это все? – спросил он. – В этом мире может быть еще тысяча городов, странных пустынь, местностей, населенных совсем не людьми и не демонами, а такими тварями, которых никто из вас и представить не может. Вспомни хотя бы своего Бусю, – эта фраза предназначалась мне. – А эти твари далеко не всегда такие дружелюбные. И если тебя, Дайренн, не тронула одна из них, это вовсе не значит, что остальные не сожрут нас в мгновение ока.

– Зачем Вы нас пугаете? И без того тошно, – возмутился Каиль.

– Затем, чтобы радость от наступившего рассвета не затмила ваш разум. Пока не доберемся до Кадафа, ни о какой безопасности не может быть и речи.

– Но ведь в Лэнге меня ни один из кошмаров не тронул, – попыталась возразить я, потому что мне надо было хоть немного успокоить истерзанные нервы, иначе и с ума сойти недолго.

– И тогда мы толком не поняли, почему, – ответил магистр. – А теперь, я думаю, дело не в настройках ашхсита. Дело во Тьме, что внутри тебя. Культисты просто так тебя бы не посвятили. Рацех сдерживали нежить Лэнга. А теперь их нет. И только представь, что будет, если наэппи ринутся в города?

– Разве теоры не в состоянии обуздать нежить? – произнесла Арисси.

– А разве этот мир населяют только теоры? – спросил Дарриан, но ответа и не ждал. – Экосистема всегда претерпевает изменения, когда исчезает звено пищевой цепочки. Даже какая-нибудь гусеница способна изменить мир. А тут, можно сказать, исчезла вершина цепи питания. Изменится ли мир демонов? А ты как думаешь?

– Но ведь без Рацех перестанут гибнуть люди и низшие теоры! – воскликнула Арисси. – Мир изменится и станет лучше!

– Если исчезнут, к примеру, кошки, мир станет лучше. Для мышей и крыс. Но вряд ли это понравится людям. Как думаешь, что произойдет?

– Ну, – Арисси снова почесала голову, – люди придумают, как уничтожать грызунов. Может, даже и их совсем истребят, – она умолкла на минутку. – Но я не хочу, чтоб кошки исчезли! Мне нравятся кошки!

– Прекрасно, что они тебе нравятся, но я не об этом. А о том, что система сама себя уравновешивает. Исчезнут кошки, за крысами явится другая угроза. Собаки, может быть. Да хоть и человек со своими ядами. Система вновь придет в равновесие. Мир изменится, претерпет катаклизмы, но все приходит к балансу рано или поздно. Ну, или разваливается окончательно. И, вот, мне интересно, как уравновесит себя система в отсутствии Рацех? Не думаю, что люди будут меньше гибнуть. Найдется что-то еще. Так всегда бывает.

Мне очень не понравились рассуждения магистра. Я почувствовала себя виноватой, и в то же время показалось, будто все, что я сделала, не имеело смысла. До этого я ощущала, как совершаю что-то важное, мир спасаю, пусть и чужой, а теперь выяснилось, грош цена моим победам. Точнее, наоборот, цена за них оказалась несоразмеримо высока. Ния, Раддан, Ремай, Арен, Арт…

Слезы, наконец-то, выплеснулись из глаз, но я поспешила утереться рукавом, пока никто не заметил.

– Хочешь сказать, – задавив слезы, произнесла я, – все зря? Арт погиб напрасно?

– Нет, Дайренн, нет, – поспешил утешить меня Дарриан. – Разве у всех нас был выбор? Ты все сделала правильно. А что будет дальше, я предсказать не в силах. Кто знает, вдруг мир демонов живет по другим законам? – он соврал, я знала, что он так не думает, но предпочла поверить ему. Поверить, что все не зря. А выбора у нас, и впрямь, не было.

Мы достигли побережья, когда оба солнца оказались за нашими спинами. Переставлять ноги уже было так тяжело, будто я носила обувь из свинца. Так и шаркала подошвой по песку, вздымая пыль, а когда стало совсем невмоготу, плюхнулась на песок.

– Устала? – рядом присел Каиль.

– Смертельно, – ответила, не поворачивая головы. Любое усилие казалось невыносимым.

– Лорд Эрсиэ говорит, что видит вдали город.

– В дали? Это значит, далеко, – вздохнула.

– Давай, еще немного осталось, – он тронул меня за плечо и встал.

– Не дойду, – уверено ответила и даже не предприняла попытки подняться.

– А магия? Тут есть уже потоки? Может, наколдуешь нам лошадь?

– Я не умею колдовать лошадей. Если найдешь мертвую, с удовольствием сделаю ее живой.

– Фу, гадость какая! Ехать на трупе.

– Ничего другого я не умею.

– А тебе и не надо уметь, – послышлся голос Дарриана. – Я буду смотреть твоими глазами. Здесь есть силовые линии?

Прикрыла глаза, чтобы увидеть тонкие ниточки магической энергии.

– Есть, но мало.

– Мне хватит, – уверенно ответил магистр, хотя пока не мог видеть, сколько их.

– А можно я не буду для этого вставать? – единственное, что меня интересовало, так это возможность сохранять неподвижность.

– Можно, – он опустился на песок рядом со мной, взял мои руки и поднес к своим глазам. – Просто позволь мне.

И я почти отключилась. Мои глаза, руки, все тело будто перестали принадлежать мне. Я перестала слышать шум моря, ощущать дуновение ветра, видеть редкие силовые линии. Не знаю, что забрал у меня Дарриан, но мне показалось, теперь ему принадлежит не только зрение, но и все мои чувства.

Вот и хорошо. Могу отдохнуть, пока он пользуется моими возможностями.

– Дайренн! – отрывисто выкрикнул он мое имя. – Дайренн, не спи! – а разве я спала? Мне показалось, мир пропал на мгновение. Я только собиралась отдохнуть, как на меня обрушились невыносимо яркие краски. Слепящие отблески морских волн, пронзительно изумрудная зелень вод, разноцветные гребни волн, рассыпающиеся о красный песок. И громко так стало, и свежо заодно.

Я передернула плечами, затрясла головой, пытаясь заново приспособиться к миру.

– Не вышло? – спросила я у магистра.

– Вообще-то, закончил, – ухмыльнулся он. Его руки все еще сжимали мои пальцы.

– Так быстро? И что же ты придумал?

– Быстро? – возмущенно воскликнула Арисси. – Да уже стемнеет скоро!

Я обернулась и увидела, как солнышки подползают к горизонту. Кажется, я потеряла счет времени в небытие. Жаль, что отдохнувшей себя не чувствала.

– Иди, взгляни, что вышло, – произнес Дарриан.

Подняться мне помог Каиль. Мне все еще трудно было стоять, не опираясь на кого-нибудь. Ноги гудели так, будто в них разыгрался трубный оркестр. В коленях не согнуть, и вообще, будто не мои они вдруг стали.

И я увидела плоскую поверхность, парящую в полуметре над землей. Будто доска, но и не доска, скорее, камень, только какой-то странный камень. Больше всего это походило на круг для заточки ножей.

– Что это? – удивилась я.

– Это песок, – ответил Каиль. – Он слепил это из песка.

– Давайте скорее, не думаю, что эта штука долго продержится, – скомандовал Дарриан и забрался на парящий песок, как на ковер.

– А я и не знала, что ты так умеешь, – удивилась я.

– Поверь, я тоже не знал, но надо же как-то приспосабливаться, – усмехнулся магистр, протягивая мне руку.

Я ступила на зыбкую поверхность. Песок не был твердым, слегка проваливался подо мной и, кажется, немного осыпался снизу. Но я этого не видела, только слышала. Следом на песочный ковер влезли Каиль и Арисси. И еще немного крупинок осыпалось. Конструкция выглядела ненадежной, казалось, вот-вот рассыплется пылью, и мы упадем вниз.

– Высоко подниматься не будем, – словно уловив мои мысли, произнес Дарриан. – Не знаю, сколько продержимся в воздухе. Готовьтесь, что придется падать, – интересно, как к этому можно подготовиться?

Песочный ковер резко дернулся и поплыл в ту сторону, где виднелся город. И хоть летели мы невысоко, упасть было бы крайне неприятно. Все равно, что упасть со скачущей лошади. Тоже невысоко, но свернуть шею можно запросто. Я держалась поближе к Дарриану, надеясь ухватиться за него, если мы все-таки будем падать. Обернувшись назад, увидела, как за нами остается шлейф из осыпающегося песка. По нему прекрасно видно, как быстро тает наш летающий коврик.

А потом я все-таки увидела город. На фоне уродливых каменных громадин казались игрушечными маленькие избушки, таящиеся в тени деревьев. Если бы не высокие серые стены, поселение выглядело бы таким земным, человеческим. Избушки чем-то напомнили Эрсинкай. Очень милые домики, в которых живут самые обыкновенные люди.

– Шаб-Квахер! – воскликнула Арисси. – Я так и знала, что мы выйдем к Шаб-Квахеру!

Пожалуй, я с ней соглашусь. Шаб-Квахер – не самый плохой вариант. Уж лучше, чем очередное зачарованное место, населенное тварями. А ведь в этом мире таких места едва ли меньше, чем городов. Я уже побывала в трех поселениях, а Арисси называла еще одно место, но разве это много для полноценного мира? А еще есть Лэнг со всякими цитаделями, из которых непонятно, куд выходишь, Просторы Иллюзий, вот это обиталище Рацех… Бывшее обиталище Рацех. Наш мир устроен куда проще и понятнее, чем этот. И мне до смерти надоели эти загадочные места.

Мы были уже на подлете к городу, когда наш транспорт все-таки не выдержал. Я упала на влажный песок, и меня протащило несколько метров по инерции, но, кажется, обошлось без травм. Только испугалась, резко ухнув вниз, да и то не сильно. Рядом со мной свалился Каиль, протянул руку, коснувшись моих пальцев, но встать не помог. Потому что пока он поднимался, я успела вскочить самостоятельно. Дарриан оказался впереди, упал лицом вниз и теперь отплевывался от песка, и почему-то смеялся. А вот Арисси повезло меньше всех. Она угодила в море, на самое мелководье, но промокла основательно и теперь выкрикивала всевозможные ругательства.

– И никто! – кричала она, выходя из воды. – Никто меня не удержал! Вам всем сухонько, а мне мокнуть, как вороне недобитой! – почему мокнет недобитая ворона, она, к сожалению, не пояснила.

Дарриан успел основательно очистить лицо от песка и подойти к нам. Он посмотрел на мокрую Арисси и произнес:

– Я дам тебе сухой плащ, не ори.

Свой плащ он вообще-то отдал мне. Здесь не так холодно, и я могла бы поделиться, но мне не понравился его не терпящий возражения тон. И я бы возмутилась, но, во-первых, плащ все-таки его, а во-вторых, Арисси, действительно, было очень холодно. Я помню, как мы все мокрые шли по Шаб-Квахеру. Ни за что бы не желала это повторить.

Но Дарриан подошел не ко мне, а к Каилю, одним движением распустил тесемки и стащил с него верхнюю одежду. Мастер воды даже не пошевелился, лишь растерянно, едва не со слезами, посмотрел на магистра.

– Ты ведь не против? – проговорил Дарриан.

– Личное пространство… – пробормотал Каиль, – полметра. Личное пространство, – голос его становился тише с каждым звуком, и последнее слово он произнес одними губами, потом подошел ко мне, взял за руку, переплетая пальцы, прошептал на ухо. – Я ведь только тебя терплю.

– Все хорошо, Каиль, – попыталась успокоить его. – Мы скоро вернемся домой, и там никто не будет вторгаться в твое личное пространство, ты снова будешь готовить свой чай…

– Мы? – перебил он меня. А я почему-то промолчала.

– Это самая окраина, – произнесла Арисси. – Тут рядом Милина жила, – она все еще дрожала: плащ, надетый на мокрые вещи, не слишком хорошо греет.

– Она ведь в Кадафе, – заговорил Дарриан.

– А, может, успела вернуться? И вообще, там родители ее, они меня знают, только… – она вдруг умолкла, смутившись.

– Что? – спросила я.

– Не говорите ей, кто я. Просто подружка. Со школы.

– А кто тогда мы? – Дарриан усмехнулся.

– Ну, Дайренн, тоже может быть подружкой. Со школы. Каиль на человека похож, а Вы, лорд, наполовину мхирут, друг мой. И вообще, ее мама – не моя мама, чтоб указывать, с кем мне дружить.

– Тебе и твоя мама не особо указ.

– И про нашу тайную организацию тоже не говорите.

Домик, где жила Милина, располагался у самого моря. Избушка выглядела мило и уютно в окружении садовых деревьев за невысоким деревянным забором. И сад в цветах, разносящих сладковатый аромат, смешивался с соленым морским воздухом.

Арисси уверенным жестом открыла калитку, просунув руку между прутьями, провела нас к дому и громко затарабанила в дверь.

Открывать не спешили. И я уж подумала, что никого нет дома, но тут дверь внезапно распахнулась, и на пороге возникла красивая женщина. Длинные черные волосы локонами ниспадали до колен, прикрывая изящную фигуру в облегающем платье цвета выдерженного вина. Слишком облегающем, больше походившем на нижнюю сорочку, но в мире демонов, наверняка, это считалось платьем. Примерно так же одевалась Ллеандра, только ее чересчур тощая фигура выглядела не так шикарно. Лицо хозяйки дома было бледным, но красивым, разве что слегка удлиненный нос не позволял назвать его идеальным. А вот глаза были ярко-красными, почти как у Арта. Не знаю, кем она была, но явно не человеком.

– Ари? – дама вскинула тонкие брови.

– Ако мено Милине? – интонация была вопросительной.

– Милина ту дому, – ответила хозяйка, – проходите, – последнее слово она произнесла на понятном мне языке. Да и это «ту дому» тоже перевода не требовало. Если бы не странный акцент, я бы подумала, они просто коверкают слова, будто дети.

– Они здесь все знают наш язык? – тихо спросила у Дарриана.

– Когда-то наши миры тесно переплетались. В каком-то смысле у нас общая история. А люди и вовсе были переселенцами. Ничего удивительного, что языки похожи. У теоров, к слову, иное наречие. А когда-то у них большой популярностью пользовалась латынь. Это очень древний человеческий язык. Просто раньше многие люди взывали к демонам, время здесь идет медленнее, чем у нас…

– Ой, сколько же там времени прошло! – перебила я Дарриана.

– Да, наверное, прилично, – ответил он и замолчал.

Мы прошли через узкий коридор, освещенный оранжевыми светильниками. Обычное человеческое жилище, какое можно встретить в любом конце света. И за его пределами. Избушка сложена из плотно подогнанных бревен, изнутри отполированных, без штукатурки. Я провела пальцем по дереву и удивилась его гладкости. Впрочем, у нас тоже умеют полировать, только обычно так поступают с мебелью, а стены покрывают толстым слоем алебастра.

Коридор вывел нас в гостиную, посреди которой стоял большой круглый стол.

– Милина в своей комнате, Ари, – произнесла дама, указывая на дверь перед нами. – Этот мхирут, знаешь его? – мне показалось, что она посмотрела на Дарриана, но взгляд красных глаз не сходил с Арисси.

– Какой мхирут?

– Который волосы тебе попортил, – скривилась дама.

– А он здесь?

– Был здесь, – пожала плечами хозяйка и внезапно удалилась. А я даже обрадовалась, что она не стала расспрашивать, кто мы и зачем пришли. Хоть мне и показалось грубым такое пренебрежение этикетом. Ну, да к мраку этикет.

В команату Арисси ввалилась без стука.

– Забрала-таки кота моего! – первое, что она сказала.

– Экхар Кроцелл тебе другого подарит, – скривила губы Милина.

– Плюнули и забыли, – Арисси вдруг протянула руку подруге.

– Забыли, – Милина пожала руку в ответ. – Рада, что ты жива.

– Давно из Кадафа вернулась?

– Не слишком. Явился вдруг твой супруг, нервный, всклокоченный и выгнал меня и Ареана.

– Значит, это было уже после того, как он покинул нас, – задумчиво произнес Дарриан. – Значит ли это, что он успел предотвратить ядерный взрыв? – вопрос показался мне риторическим.

– Ой, не знаю, – ответила Милина. – А вы, вообще, где были? Что случилось?

– Уничтожали Рацех, – произнесла я.

– Правда, что ли? – недоверчиво сощурилась Милина.

– Сущая правда, – подтвердил Каиль.

– Дай мне переодеться уже, – возмутилась Арисси. – Я вся мокрая.

– Ох, даже боюсь спрашивать, что случилось, – вдруг рассмеялась она.

– Я тебе в глаз дам! – разозлилась Арисси.

– Ой, не надо, у меня и так они теперь разные. Мама заметит, убьет, – и она прикрыла фиолетовый глаз челкой.

– Так ты не знаешь, уцелел ли Кадаф? – спросила я и, не дождавшись приглашения, села на диван. Здесь он, как ни странно, не был подвешен.

Милина встала, подошла к шкафу, открыла дверцы, и все шмотье вывалилось на пол.

– Ой, – пискнула она, запихивая одежду ногой обратно в шкаф.

Арисси присела на корточки, вытянула из вороха несколько рваных тряпочек, а потом скрылась за небольшой овальной дверцей, по всей видимости, в уборной.

Вещи так и остались лежать на полу, Милина не спешила их убирать, лишь буркнула:

– Потом, – напоследок пнув кучу, она оседлала стул задом наперед. – А что в Кадафе?

– Оружие из другого мира, – заговорил Дарриан. – Очень опасное, разрушительное оружие. Одно существо хотело уничтожить большую часть вашего мира. Кроцелл должен был остановить ракету. И мы не знаем, вышло ли у него.

– Ужас какой! И Ареан во всем этом участвовал?!

– Причем тут Ареан? – удивился магистр.

– Так он же загадал желание, чтоб Рацех исчезли, – вдруг выдала Милина.

– Самим Рацех загадал желание их самих и уничтожить? – усмехнулся Дарриан.

– Ну да, – кивнула девушка-кошка, – после того, как мы его вызвали, он согласился помочь.

– Выходит, сбылось его желание, – произнес Каиль. – Нашими руками…

– Но ведь это мы! – воскликнула Арисси, выходя из уборной. – Это же мы победили!

– Ты знаешь, что Ремая так и не нашли? – Милина произнесла серьезно и с укором.

– Даже тела? – грустно спросила экхарисса.

– Там все расплавилось. Дом целый расплавился! – она зачем-то изобразила размеры. – Никого там не нашли.

– Он ведь теор наполовину, они ведь бессмертны… – произнесла Арисси.

– Мхирут. Да еще и наполовину. Может, чуть живучее людей, но никак не бессмертен.

– А Феукс? – спросила Арисси. – Он жив?

– Жив. Только рука у него обгорела. Представляешь, чтобы у саламандра рука обгорела!

– А как остальные?

– Все хорошо. Алли из дома теперь не выходит, а остальные вернулись к обычной жизни. И знаешь, что? Я больше не хочу играть в такие игры. Мы – человеческие существа, это не наш мир, и не нам его менять, Арисси. Пусть высшие теоры этим занимаются.

– Но мы же победили! – зло прошипела Арисси. – Нет больше Рацех! Больше никто не будет убивать людей, чтоб сожрать их магию!

– Поначалу, может, и весело было, но потом… Мы слишком несерьезно отнеслись ко всему. Надо было тебе сразу с экхаром говорить.

– Да он же меня не слушал! Никогда не слушал!

– О, я только и делаю, что слушаю тебя, – послышался звонкий смех рассыпавшихся колокольчиков.

Обернувшись, я увидела Кроцелла. Он выглядел не как обычно, волосы растрепались и спутались, камзол изодран, а ноги почему-то без сапог.

– Кроц! – вскрикнула Арисси, подбежала к демону, и тот подхватил ее на руки. – Ну ты раньше не мог явиться?! Я в море упала!

– Не мог, – он постал ее на пол. – Прости, немного был занят, ловил эту трихангову ракету, – он окинул помещение взглядом. – Где энкелат Артхаэн?

– Погиб, – сухо ответил Дарриан.

– Значит, это правда… – помрачнел Кроцелл, – Я видел, но не знал,

– Разве теоры не бессмертны? – робко поинтересовалась я.

– Кто знает… – неопределенно развел руками демон.

Глава 29

Мне еще не верилось, что все закончилось. Что нет больше ни Рацех, ни угрозы древнего оружия. Даже когда мы прибыли в Кадаф, меня не отпускало напряжение. Будто я что-то упускаю, что-то не сделала, еще нечто важное только предстоит. Но, наверное, это было просто нервным переутомлением.

Кроцелл предлагал остаться, отдохнуть, но единственное о чем я могла мыслить, так это о возвращении домой. Я постоянно думала об Эрсинкае. Осталась ли мама в замке или вернулась в поместье? И сколько времени там прошло? Наверное, зима закончилась, а может и весна тоже. А может и год…

Мне не хотелось обсуждать, что теперь делать с оставшимся ураном, той шахтой под Простором Иллюзий. Все равно я во всех этих делах не разбиралась. И потому осталась в комнате, ожидая, когда же Кроцелл нас все же отправит домой.

Мерно раскачиваясь на подвесной кровати, я ждала, что в комнату войдет Каиль. Или Дарриан. Но рядом совершенно бесшумно возник Кроцелл. Я не сразу его заметила. Он стоял неподвижно и, кажется, даже не дышал. И потому вздрогнула, увидев его совсем близко.

– Может, стоило подать обед в спальню? – поинтересовался он, присев рядом.

– Не надо, – ответила сухо. – Дома поем.

– Вижу, тебя не радует победа.

– Меня не радует ее цена.

– Да… – задумчиво протянул он, многозначительно умолк, потом продолжил. – Мы, теоры, не совсем материальные существа. Различий между нами куда больше, чем кажется на первый взгляд. Я знаю, что у тебя в мыслях. Ты думаешь, куда девается тхен и хемоу, когда распадается техрим. О том, что случилось с этим человеком, голос которого ты все еще слышишь иногда. И сравниваешь с нами… Но мы устроены иначе. Наша сущность неразрывна. Нет никаких серебряных нитей, связующих наши составляющие. И потому мы бессмертны. Смерть для нас временна, а жизнь постоянна и вечна, потому что наша память неразрывна. Если мы и умираем, то не навсегда. По этой причине было неразумно убивать Гамигина.

– То есть Арт может быть жив?

– По крайней мере, я не знаю ни одного способа уничтожить теора навсегда. Так уж мы устроены, что всегда возвращаемся, – он улыбнулся, но взгляд его оставался серым и холодным. – И даже Рацех не могли изничтожить нас, потому и вступали в диалог.

– Но ведь и Рацех считались бессмертными?

– Если честно, я не знаю, как будет дальше.

– А люди? – почему-то спросила я. – А люди умирают навсегда?

– А многих ли вернувшихся знаешь ты? Не тех, кто становится куклами некроманта, а полноценно воскресших людей?

– Не знаю, – согласилась я.

– И, тем не менее, по одной лишь причине, что они не возвращаются, нельзя судить, будто это невозможно, – он сделал паузу, потом добавил. – И перестань уже мучить себя чувством вины.

– Я не мучаю, – возразила вяло. – Просто устала.

– Хочешь домой? – задал он столь долгожданный вопрос.

– Очень! – я даже смогла выдавить из себя радость.

– Тогда тебе пора.

Он взял мою руку, крепко сжал, и я вдруг почувствовала, как лицо покалывают холодные капельки дождя. Где-то высоко зашумели кроны деревьев, закаркала ворона, зашуршала сухая листва, подхваченная ветром.

Я стояла рядом с блестящим от дождя надгробием, а Кроцелла рядом не было.

Я дома.

***

Мне, конечно, следовало бы отправиться прямиком в Аттарант, я это знала, чувствовала, так было бы правильно, но почему-то так приятно было оказаться в замке лорда Эрсиэ. Я, конечно, порывалась прямо с порога попрощаться с Даррианом, мамой, отправиться в аринкайский порт и сесть на пассажирское судно, но магистр не отпустил, отправил в отдельное крыло, которое я все еще считала своим, распорядился об ужине, а потом я и сама не заметила, как уснула.

Впервые мне снилось что-то хорошее под шум дождя за окном, правда, я так и не смогла вспомнить, что именно. Но мне очень не хотелось, чтобы этот сон кончался. И все же, когда бока уже ломило от долгого лежания, я выползла из постели и еще пару часов отмокала в горячей ванне, вдыхая ароматические масла.

Только теперь я ощутила, что все действительно закончилось. Наконец-то.

Едва я переоделась в пригодовленное для меня платье, видно, Лаэш принесла, пока я плескалась, как она вновь явилась, ухватила сухими пальцами запястье и потянула прочь из комнаты, активно махая свободной рукой, дескать, быстрее. Противиться ей было совершенно невозможно.

Поскольку в кладбищенском саду всегда осень, совершенно невозможным оказалось понять, сколько же в самом деле прошло времени? А вчера я даже не поинтересовалась об этом у мамы.

Лаэш привела меня в трапезную, где за накрытым столом сидели мама и дядя. Выглядели они необычайно радостно, но мне почему-то эта радость показалась наигранной, нездоровой.

– Доброго дня, – пожелала я, присаживаясь на свободный стул. Почему-то у стола было только три стула. Дарриан, кажется, не планировал присоединиться. А жаль.

– Доброго, – улыбнулась мама еще шире, а дядя сухо кивнул, разглядывая содержимое бокала.

– А почему лорда Эрсиэ с нами нет? – поинтересовалась я.

– Ой, – махнула рукой мама, – он безумно занят в своем кабинете. Его же так долго не было, дел накопилось.

Интересно, какие у него могли накопиться дела? Но вслух я этого не сказала.

– Ты поедешь до Аринкая с нами? – спросил дядя.

– Наверное, – неуверенно кивнула.

– Лорд Эрсиэ был так любезен, что предложил оплатить и мою поездку в Аттарант, представляешь? – радостно сообщила мама.

– Да, замечательно, не правда ли? – процедил дядя.

– А ты хочешь в столицу? – удивилась я, глядя на маму.

– А как же? Разве я могу пропустить твою свадьбу?

– Я бы тоже поехал, но у меня хозяйство, сама понимаешь, – довод дяди показался мне неубедительным. Он, вообще, хоть раз ездил в поместье? Или все время жил в замке Эрсиэ?

Ничего не ответила. Нет, я думала о Каиле, но совершенно забыла, что не просто так еду к нему, а именно замуж. И сам факт замужества меня определенно пугал. Я как-то привыкла быть не то ученицей, не то подмастерьем, но никак не женой. А что, вообще, должна делать супруга придворного мага? А вдруг не справлюсь?..

– Магистр Эрсиэ нам все рассказал о лорде Каиле Лагельде, – вновь заговорил дядя. – Такая прекрасная партия, позже обязательно пришлю сыновей в столицу, ты уж присмотри им каких-нибудь дворянских дочерей, – наверное, это была шутка, потому что дядя рассмеялся. Но мне стало страшно от одной мысли, что мои двоюродные братья явятся в уединенное жилище Каиля. Он ведь этого не перенесет. Ох, надеюсь, он, и впрямь, пошутил.

– Да, Урфис, но Аллиэнн и сама теперь станет придворным магом, так ведь сказал лорд Эрсиэ?

– Главное, что замуж выйдет. А ты, смотри, – он погрозил маме пальцем, – с выкупом не опростоволосся. Маг, да еще и придворный, он ведь богат непомерно.

Я не знала, насколько богат Каиль. И никогда об этом не думала. Этот разговор был мне неприятен настолько, что захотелось немедленно вымыться. Будто в грязи изваляли. Хотя, вроде ничего такого они не сказали, вполне обыденные вещи. Но так тоскливо от этого сделалось. Я ведь не из-за денег или должности выхожу замуж. Он ведь мне правда нравится…

Попыталась успокоиться и не придавать словам большого значения. Но аппетит пропал. Даже вид хорошо прожаренного стейка не вызывал желания. И вино в горло не лезло.

– Принесите, пожалуйста, сок, – попросила я желтолицего подавальщика с рассеченной скулой. Тот мигом обернулся и поставил передо мной стакан с желтоватым напитком. Сделав маленький глоток, ощутила, как перестает свербить пересохшее горло. Легче стало, но не намного.

– Мы еще не решили на счет свадьбы, мама. Может быть, пока поживу в доме мастера огня, он теперь пуст, попривыкну к должности придворного мага, к тому же у меня еще и гвардейский чин. А ты пока просто познакомишься с Каилем…

– Сдурела?! – дядя побагровел. – Упустишь жениха, дурой будешь распоследней!

– Урфис, – попыталась охладить его пыл мама.

– Кому ты там сдалась, мастер огня! Да таких мастеров! Тьфу! Куй, пока горячо. Характер дурной у тебя, радовалась бы, что хоть кто-то берет, а она от дворянина морду воротит!

– Ничего я не ворочу! – от возмущения я встала. – Просто мы еще даже день не назначили. Не подготовились никак. Это ж надо гостей звать, платье выбирать.

– Вот с матерью все приготовите. И чтоб без дураков! – он погрозил мне кулаком.

– Хорошо, – процедила сквозь зубы и вышла из-за стола, так ничего и не съев.

– Аллиэнн! – послышался окрик дяди, но я не обратила внимания.

Хотела вернуться в свою комнату, но, проходя мимо приоткрытого кабинета Дарриана, остановилась, прислушиваясь, как его пальцы нервно шелестят страницами книги.

Он заметил меня, поднял глаза, захлопнул книгу.

– Зайди, пожалуйста, – произнес он полушепотом, но здесь было слишком тихо, чтобы я не услышала.

Молча подошла к его столу и некоторое время смотрела в его нечеловеческие глаза, не зная, что хочу сказать.

– Как скоро я уезжаю? – спросила, только потом поняв, как глупо прозвучала формулировка.

– Это тебе решать, – он усмехнулся. – Но твои родственники собирались отбыть чуть раньше, чтобы приготовиться в Аринкае к... – магистр не договорил, оборвал себя. – Ты могла бы и задержаться.

– Да, могла бы. Мама ведь поедет в Аттарант вместе со мной. Мне все равно ее ждать. А Каиль… – я тоже не договорила.

– Вот и хорошо, – ответил он. – Тем более, мне нужно подготовить для тебя новые бумаги. Лорд Лагельд уже сообщил, что ты вернешься к имперской службе под своим именем, Аллиэнн Аргано. Потребуются новые документы, а я снова напишу рекомендательные письма. Конечно, тебя и так уже приняли, но лишними рекомендации лично от меня не будут.

– Да... – согласилась, – не будут. Мало ли, как там сложится.

– Не волнуйся, Лагельд, несмотря на свои странности, человек надежный.

– Но странный, – мне отчего-то стало смешно, вспомнились его чайные церемонии, эти полметра личного пространства, но я все же не рассмеялась, лишь улыбнулась.

– Это ничего, – произнес Дарриан, а потом вдруг спросил: – ты действительно его полюбила? – потом вдруг смутился, отвел взгляд. – Прости, не мое дело.

– Нет, – ответила быстро и поймала удивленный взгляд магистра. – Нет, в смысле, это и твое дело. Ты имеешь полное право задавать такие вопросы. Просто все произошло так быстро. Я так и не успела все хорошенько обдумать.

– Это нормально. Все девушки волнуются и даже сомневаются, предпринимая такой шаг, как брак, – он потянулся к ящику стола, вытащил ларчик и протянул мне. – Это тебе. Подарок.

Красивый такой ларец, инкрустированный перламутром, тяжелый. А вот внутри… я обомлела от количества драгоценностей. Подвески, серьги, кольца, все из желтого металла, с разноцветными каменьями. Я впервые держала в руках такое количество драгоценностей. Нет, когда мы жили в Аттаранте, у мамы, конечно, были украшения, но не такие красивые, здесь камни размером с монету, изумруды, рубины, сапфиры. Это очень дорогой подарок.

– Я собрал лучшие безделушки, какие у меня скопились, – улыбнулся магистр. – Надеюсь, тебе нравится.

– Дарриан, но это же очень дорого…

– Молчи, – не дал он мне договорить. – Должно же быть у тебя приданое. А то что тебе мать сможет собрать? Ложки да полотенца? Нет уж, пусть у тебя будет ларчик. Сама подумай, мне эти безделушки к чему? И еще это, – он протянул мне бумагу.

Я развернула. Это была выписка со счета Златобанка. Там значилось, что мне переданы счета рода Аргано по праву наследования. И сумма такая, что не на одну жизнь хватило бы. И маме теперь дом в столице купить можно...

– Спасибо! – произнесла я, глядя на Дарриана. – Но как? Мама же отказалась.

– Она отказалась, а прямая наследница Аллиэнн Аргано никаких подписей не ставила. Имуществом не могли распорядиться без твоего позволения. Там еще дом в столице, участок земли за городом, еще что-то по мелочи. Все теперь твое, но я бы на твоем месте распродал недвижимость и приобрел другое. Дом пришел в запустение, а сельским хозяйством ты вряд ли станешь заниматься.

– Дом? Тот самый, где я жила когда-то? – Дарриан кивнул. – Наверное, так и сделаю, только посмотрю сначала, вдруг там остались вещи какие-то.

– Конечно, ты ведь все равно будешь жить в столице. У тебя будет время все хорошенько обдумать.

– Но как ты все успел?

– Кроцелл помог. Вообще-то, документы выправил Лагельд, как твой представитель, а демон передал мне. Здесь проходит больше времени, чем в Кадафе. Пока ты была в замке Кроцелла, Лагельд успел повидаться с императором. Его демон почему-то первым отправил его в Аттарант.

– И он… там вовсю готовится?

– Наверное, – Дарриан пожал плечами. – Там, в твоей комнате, Лаэш приготовила вещи, которые тебе, возможно, захочется взять с собой. Там всякие наряды, красивые и не очень. Лучше сама посмотри, что тебе может понадобиться. А Лаэш поможет упаковать в дорожные сумки.

– Дарриан, а ты не поедешь?

– Не думаю, что мне стоит ехать с тобой, – он нахмурился, потом и вовсе отвернулся. – Иди к себе, мне нужно еще немного позаниматься своими делами.

***

Спустя два дня стало очевидно, что в замке я подзадержалась. Мы почти не разговаривали с Даррианом, я лишь заглядывала иногда в его кабинет, но он постоянно был чем-то занят. Или делал вид. Да и о чем говорить? О моей надвигающейся свадьбе? Ему явно эта тема была не слишком приятна. Да и мне не хотелось об этом говорить.

Лаэш упаковала платья, которые непонятно откуда взялись. Наряды, которые я носила в замке, были, конечно, красивы, но совсем не походили на пышные бальные туалеты, которые принесла мертвая девушка.

В Аттарант я собиралась прибыть, как настоящая леди, то есть с несколькими саквояжами, в которых были платья, драгоценности и всякие мелочи. Никогда еще не путешествовала с таким обширным багажом. Наверное, придется нанять помощника, потому что сама я все это точно не утащу. Но теперь я вполне могла это себе позволить.

Самоходная карета, подготовленная для меня магистром, стояла у подножия моста, полностью загруженная и готовая отвезти меня до Аринкая. Как я и ожидала, зимадавно закончилась, и теперь мне не составит труда самой проехать по мосту, который больше не покрыт коркой льда.

Переодевшись в дорожный костюм, я сидела в своей комнате, а умертвия выносили последнюю сумку с моим внезапно обретенным имуществом, когда в комнату вошел Дарриан. Он молча проследовал к балкону, распахнул дверь, и в спальню ворвался влажный запах недавно прошедшего дождя. Я встала за его спиной, хотела что-нибудь сказать на прощание, но Дарриан опередил меня.

– Знаешь, у некроманта нет никаких перспектив, – заговорил он, глядя на серое небо, виднеющееся через балконную дверь. – Совершенно нет смысла посвящать жизнь тем, кому следует давно покоиться в земле. Нас не принимает светское общество, да и любое общество сторонится тех, кто дружен со смертью. Они нас просто брезгуют. Но к одиночеству быстро привыкаешь, а мертвые становятся идеальными собеседниками. А когда надоедают своим молчиливым присутствием, их можно просто упокоить, – он рассмеялся, но смех его прозвучал грустно, будто пропитанный безысходностью. – У тебя большое будущее в столице, ты станешь уважаемой леди, придворным мастером огня. С лордом Лагельдом или без него, не суть. У тебя может быть хорошее будущее. И все уже решено. Можно сказать, твоя жизнь удалась. И самым глупым твоим решением в жизни будет, если ты вдруг передумаешь. Ты будешь жалеть об этом до конца своих дней. Потому что я не могу тебе предложить ни балов, ни ученых сообществ, ничего, кроме безликих мертвецов, но… – он замолчал, повернулся, подошел вплотную, коснулся ладонями моего лица. – Я все равно хочу, чтобы ты осталась, – прошептал он, обдавая жарким дыханием. – Больше всего на свете, хочу, чтобы ты осталась. Это будет неправильно и жестоко по отношению к тебе. Я разрушу все твое будущее, но я все равно этого хочу. Очень хочу… – он резко отпустил меня и вышел на балкон, тяжело дыша. А я распустила тесемки легкого плаща, бросила на кровать и вышла следом.

И осталась…