Некромант на страже человечества. Том 7

Глава 1

После смерти патриарха одного из четырех сильнейших родов Ижмарила я поймал отделившееся от его тела облачко и превратил его в яркий оранжево-красный шарик, который занял свое место в Теневом могильнике. Туда же отправился и труп. Тем более, что кольцо с его руки Анна уже сняла.

В отличие от боя с цедриком, я не заметил, чтобы в умениях дварфа мелькали частицы, отличные по цвету от Межмировой Энергии. Что это означало – пока не ясно. Но зато я обрел первое тело гуманоида-воина ступени Объединения. Теперь бы только найти несколько спокойных минут, чтобы воскресить его в виде нежити.

Отправив перед собой Катура, я выглянул из трофейной комнаты наружу. Трибуны находились в смятении. Одни рвались к выходу, другие пихали свой кулак в рожу соседа. Народ галдел. Стражники пытались восстановить порядок, но их числа определенно не хватало.

И только ведущий, как ни в чем не бывало, продолжал освещать происходящие события:

– Совместными усилиями Леошкортс и Огненная Ведьма одолели всю верхушку рода Глендельвейд, включая патриарха! Кажется, в скором времени нас ждут перестановки в иерархии Ижмарила, и кто-то новый получит право пользоваться всеми благами Цитадели. Одно можно сказать точно – Глендельвейдов мы там не увидим. Но какой все-таки неожиданный поворот в нашем, турнире, дорогие зрители! Кто бы мог подумать, что Леошкортс окажется магом, а Огненная Ведьма воином? Какие же удивительные умения они использовали, чтобы так искусно притворяться?

– Он совсем отбитый, что ли? – спросил я вслух, не удержавшись.

– Определенно. – без тени сомнений подтвердила Энн, после чего ткнула пальцем в цедрика. Тот закономерно никак не отреагировал. – За что ты с ним так, братишка? Он тебя при жизни обидел?

– Скорее его жизнь обидела. – хмыкнул я. – С рождения такой страшный.

– Ну ясно.

Вот так просто. Будто только вчера вечером вместе за одним столом сидели, а не провели долгие годы в разлуке. Черт, я ведь не сомневался, что она мертва! Отомстить хотел…

Миллионы вопросов роились у меня в голове, толкаясь и пытаясь пробиться вперед, словно фанаты на концерте любимой группы. Однако, я прекрасно понимал, что нам вряд ли удастся в текущей обстановке поболтать по душам, а потому решил начать с самого простого и насущного:

– Ты как Огненными шарами швыряешься? Это же магия.

– А ты как мечом размахиваешь? – вопросом на вопрос ответила Анна. – Больно быстро для мага.

– Умение. Заклинание, в смысле.

– Ну и у меня умение. – пожала плечами Копейщица. – Нашла токин с Огненным шаром. Выучила, распознала, улучшила. А потом слила с одним из своих приемов. Так и вышло.

– Но это же чары! – возмутился я, подобрав с пола челюсть.

– А какая разница? – хохотнула Энн. – Хотя несколько лет угробить пришлось, конечно. Знала б, что так сложно, никогда бы не взялась.

Мда. Вот на что способен пытливый ум и полное отсутствие тормозов. Я еще себя талантом мнил. Уникумом. А тут, вон, люди боевые и магические приемы объединяют!

– А как же шипы? – спросил я.

– Эти? – в руке Анны появилась пара угольно-черных трехгранных снарядов. – Мне их кузнец знакомый кует. Я их так просто кидаю.

– Но зачем?

– Чтобы выманить Инделлан!

В зеленых глазах моей сестры полыхнула такая лютая злоба, что я невольно посочувствовал любому, кто решит перейти ей дорогу или случайно наступит на любимую мозоль. Я, вроде, уже всякого повидал, и со смертью, считай, на ты, но даже мне на секунду стало не по себе. Хотя, может, и я так же выгляжу, когда думаю о нелюдях?

– Так она все-так здесь? В Ижмариле? – с полуутвердительной интонацией произнес я.

– О-о-о! – протянула Энн. – Она не просто здесь. Она и есть настоящая Огненная Ведьма!

– В смысле? – не понял я. – А ты?

– Братишка, не прикидывайся глупее, чем ты есть. – снисходительно улыбнулась Анна. – Я очень долго пыталась ее выследить. Что только не делала. Но она сама кого-то искала и уходила от любых встреч. И тогда я решила украсть ее личность! Сделала себе маску, как у нее, стала везде выдавать себя за нее, даже распустила слухи, что она спит с мужиками в тавернах.

– Но это не помогло. – догадался я, припомнив, что нечто подобное уже слышал.

– Именно. Слухи она пресекла самым радикальным образом, а на меня выйти все равно не пыталась.

– И тогда ты решила громко заявить о себе. Турнир.

– Ну можешь же, когда хочешь. – похвалила меня сестра. – Я решила, что если займу от ее имени первое место, а потом публично опозорюсь, этого она простить мне не сможет. Но тут появился ты и все испортил. Не убивать же тебя ради мести. Хотя что-то мне подсказывает, что и не получилось бы.

Она уважительно покосилась на мою свиту, даже не догадываясь, что это лишь малая часть от того количества оживших мертвецов, которое я мог бы поставить под свои знамена.

– Ну так считай, тебе крупно повезло. – усмехнулся я, разминая шею. – Я знаю мимо чего ненавистная нам тварь Инделлан точно пройти не сможет.

– Ну и мимо чего же? – поинтересовалась Энн, отбросив за спину непослушную прядь рыжих волос.

– Не прикидывайся глупее, чем ты есть, сестренка. – вернулся колкость я. – И готовься к неприятностям.

– Уж к ним я всегда готова. Жги!

Я сорвал и выкинул в сторону маску, прочистил горло и встал на самом краю призовой комнаты лицом к трибунам. Завидев меня, народ расшумелся еще сильнее. Мне же требовалась если не полная тишина, то хотя бы ее подобие.

Тогда, взмахнув рукой, я разом опустошил содержимое одного из своих колец, и целая гора ржавого металла с высоты больше моего роста рухнула на опустевшие каменные трибуны. Раздался оглушительный лязг и скрежет, привлекший внимание как минимум половины стадиона. От неожиданности зрители ненадолго замолкли, чем я тут же и воспользовался.

– Я не Леошкортс! – провозгласил я во всю мощь прошедшей две эволюции глотки. – Меня зовут Леон оу трей Капауло, и я человек! Я барон Дальнего Крутолуга, давэр караванщиков, убийца лича и тот, кто сбежал из рабства эльфийской шахты! Возможно, вы обо мне слышали. – я взял небольшую паузу, дав публике вспомнить, о чем идет речь. – Теперь я уничтожил один сильнейших родов нелюдей этого города! Больше никогда они не смогут помыкать нами. Люди Ижмарила! Настало время поднять голову! Хватит терпеть власть захватчиков! Вместе мы сильнее! Очистим город от чужеродных ублюдков! Вернем Краеугольный Камень! Планета снова будет нашей!

Громкие слова, громкие лозунги и очень мало смысла. В обычных условиях они не имели бы никакого эффекта. Но иногда достаточно спички, чтобы вспыхнул пожар.

Люди веками сносили издевательства представителей иных рас, считавших нас от рождения своими рабами. Народ вокруг был разгорячен Битвой Сильнейших и крайне недоволен тем, что она внезапно прервалась. То, как я борюсь с нелюдями, мог видеть каждый на протяжении всего турнира, а часть моих слов несколько минут назад подтвердил ведущий.

Я чувствовал, что весы колеблются в шатком равновесии. Всего одна крохотная песчинка могла склонить их в ту или иную сторону. Либо сражение за свободу, либо дальнейшее прозябание под пятой иномирцев.

Последнего я допустить не мог.

Выцепив взглядом агрессивно настроенного орка, я в мгновение ока прикончил его Укусом мертвеца, воскресил в виде зомби и натравил на ближайших сородичей. Это и стало последней каплей, способной прорвать плотину.

Больше не осталось случайных потасовок. Люди доставали оружие, а те, у кого не было, брали в руки камни. И в едином порыве они выплескивали на нелюдей весь тот гнев, всю боль и обиду, что поколениями копилась в их сердцах! Организовываясь в группы, люди выводили неспособных сражаться, а остальные, не боясь смерти, вставали против тех, кто еще недавно помыкал ими.

Сегодня кровь лилась не только на арене, но и на трибунах!

– Лихо ты о себе заявил. – присвистнула Анна, наблюдая разворачивавшуюся внизу баталию.

– Совместил полезное с полезным. – холодно ответил я, прекрасно осознавая, что только что обрек на смерть сотни, если не тысячи.

– А не с приятным ли?

– Я сделал то, что должен был кто угодно до меня. – покачал головой я. – И если никто до сих пор не удосужился, то почему бы не начать мне?

В конце концов я обрел уже немалую силу, и настала пора обернуть ее на благо человечества.

– А что Инделлан? – фыркнула Энн.

– Думаю, даже если ее нет в Цитадели, слухи ее найдут. – криво ухмыльнулся я. – Я больше не прячусь. А теперь пора помочь избав…

Договорить я не сумел, потому что заметил, как в меня летит заклинание. И среагировать успел лишь потому, что держался наготове на случай, если Инделлан окажется поблизости и решит разом поставить точку в нашем с ней конфликте. А такое вполне могло произойти.

Вот только вместо Огненного шара, запущенного с трибун, на меня падал песчаный кулак размером с сарай. Причем с потолка!

Мгновение мне понадобилось, чтобы извлечь из Тени кучу костей и светляков. Еще одно чтобы отскочить назад, увлекая за собой Анну. И буквально за миг до того, как вражеские чары превратили нас в кровавые лепешки, я сотворил у них на пути Нерушимую Крепость Некроманта, придав ей форму стены, закупорившей нишу.

Раздался страшный грохот, и мое сильнейшее заклинание, успешно противостоявшее ночью магии Объединившего, разлетелось в щепки, а меня с сестрой отбросило к дальней стене, засыпав обломками костей. Правда и чужое плетение тоже развеялось, потеряв свою силу. Эх, успел бы влить побольше Межмировой Энергии – вообще бы устоял.

Но все же, что за поразительная мощь!

– Айнилиэль, мы договаривались не вмешиваться в турнир! – сквозь звон в ушах услышал я голос ведущего.

Айнилиэль? По мне местный лорд вдарил, что ли? Разделивший?! Так я тогда, получается, еще неплохо выступил. Объединенное заклинание определенно стоит любого потраченного на него времени!

Но с какой радости ведущий так запросто общается с кем-то, стоящим на вершине лестницы развития? Неужели…

– Турнир закончился, Корнелиус. – ответил Айнилиэль, хотя я его едва расслышал. – Тот факт, что ты продолжаешь что-то комментировать, ничего не меняет.

Так ведущий и правда второй лорд города! Вот так номер. Но теперь хотя бы понятно, каким образом он успевал уследить за каждым приемом участников.

Используя Катура, словно перископ, я осмотрелся его глазами и увидел, как пространство над ареной в стремительном полете прочертила фигура, улетевшая под самый купол Цитадели. Это был довольно молодо выглядевший мужчина, однако седые волосы непрозрачно намекали на немалый багаж прожитых лет. Его тело покрывали простые одежды, у пояса он придерживал длинный изогнутый меч, а стоял он, как ни странно, на еще более длинном мече, который и нес его вперед.

Навстречу Айнилиэлю.

Тот, как нетрудно догадаться по имени, оказался эльфом. Высоким, статным, черноволосым и одетым в дорогой костюм восточного богатея. В руке он держал украшенный изящными узорами золотой кувшин, а в воздухе его поддерживала полусфера, сформированная из спрессованного песка.

Оба лорда, являвшихся единственными Разделившими в городе, зависли друг напротив друга, установив зрительный контакт. Ни один не отводил взгляда, а напряжение между ними достигло такого уровня, что превратилось в клубы пара, видимые даже обычным Пробужденным.

Потасовки на трибунах затихли, и все внимательно следили за исходом встречи сильнейших.

– Ты сотни раз говорил мне, что все эти турниры – пустая трата времени. – не изменяя своему расслабленному тону, напомнил Корнелиус. – Чего вылез-то тогда? Этерний закончился?

– Не дерзи мне, чел! – волком прорычал Айнилиэль. – Я позволяю твоим жалким сородичам играть в самостоятельность только потому, что Подавителей в городе на всех не хватит. А вы еще и плодитесь, как кролики, демон задери вашу грязную расу.

По лицу ведущего скользнула тень, но он быстро взял себя в руки.

– И все же мы договаривались не вмешиваться, что бы ни происходило. – стоял на своем мужчина. – Уверен, Битву Сильнейших еще можно вернуть в обычное русло.

– Какое русло? Ты совсем из ума выжил? – усмехнулся нелюдь. – Началось восстание. На остальных мне плевать, но я несу волю князя и не позволю безнаказанно убивать эльфов!

– А ты не забыл, как твой князь с тобой обошелся?

– Это не твое дело. – жестко отрезал Айнилиэль.

– И все же я настаиваю на невмешательстве. – Корнелиус поудобнее встал на своем летающем мече. – Ижмарильцы сами разберутся со всем происходящим. К тому же нам с тобой, как Разделившим, точно нет нужды влезать в мелкие распри.

– Я все сказал. – нахмурился ушастый. Из его кувшина вылетело новое облако песка, объемом сильно превышавшее максимальную вместимость сосуда. – Я сделаю то, что считаю нужным. Можешь попытаться мне помешать, если набрался смелости за последние двадцать лет. Помнится, в прошлую стычку ты едва от меня сбежал.

– В последний раз предлагаю решить все миром, Айнилиэль. Нам нет нужды драться.

За спиной ведущего появился блестящий полуторный меч. Зависнув в воздухе, тот замерцал, а затем принялся раз за разом раздваиваться, пока число мечей не превысило полтора десятка. Разлетевшись веером, они образовали некоторое подобие павлиньего хвоста, где место перьев заняла остро наточенная сталь.

– Освоил новый прием? – хмыкнул эльф. – Не поможет. Без эволюции тебя меня не победить, чел!

Из кувшина вылетало все больше песка, постепенно прессуясь и уплотняясь, пока не он принял форму здоровенного енота, покрытого причудливыми узорами, с острыми зубами и мощным чешуйчатым хвостом. Зверь не дотягивал размером до Императорского Трицебыка, но в повозку Умана уже бы не влез.

– Ничего себе они вытворяют! – восхищенно выдохнула Энн, подобравшись поближе как краю. – Даже не верится, что на следующей ступени я смогу так же.

– Если доживешь. – буркнул я, приказав Катуру держаться к ней поближе и быть готовым в любой момент защитить. – Ты тоже видишь, необычные оттенки в их умениях?

Моя сестра, задрав голову, сосредоточенно уставилась на двух Разделивших.

– Хах! А ведь и правда! – воскликнула она. – Если б ты не сказал, не заметила бы. Что-то блестящее у воина и коричневое у мага. Будто часть Межмировой Энергии. Руку на отсечение – это как-то связано с одной из стадий!

Я ночью пришел к тому же выводу. Интересно, что известно Энн об этой ступени. Ведь для нее она следующая. Сильно сомневаюсь, что с ее характером она до сих пор ничего не выяснила и решила навсегда остаться Объединившей.

Тем временем лорды закончили свои приготовления и теперь сверлили друг друга взглядами, не обращая внимания на тысячи следящих за ними глаз. И не удивительно. Ведь с их уровнем силы практически любой будет казаться недостойным внимания муравьем. А то и микробом.

– Уйди с дороги, Корнелиус. – снисходительно бросил Айнилиэль, и песчаный зверь возле него угрожающе клацнул клыками. – Последний шанс. Я накажу виновных, и играй дальше в добренького правителя сколько влезет.

– Ты зальешь город кровью людей. – хмуро покачал головой мужчина.

– Одним больше, одним меньше. – пожал плечами эльф. – Никто не заметит. Новых настрогаете.

– Так не пойдет. Мы договаривались не вмешиваться, и так оно и будет. К тому же мне не терпится проверить на тебе парочку новых умений.

– Я напомню тебе твое место, жалкий чел. – холодно проронил нелюдь, извлекая из кувшина новую порцию песка. – Готовься молить о пощаде!

С этими словами он сформировал несколько десятков песчаных стрел и тут же швырнул их в ведущего. Следом прямо по воздуху рванул и зверь.

И одновременно видя, что лорды не договорились, вспыхнуло сражение на трибунах.

По камням снова струилась кровь.

Глава 2

Первые несколько секунд я невольно залюбовался схваткой Разделивших. Вряд ли кто-то из пришедших посмотреть Битву Сильнейших рассчитывал увидеть нечто настолько впечатляющее.

Впрочем, они и не увидели. Сражение шло на таких скоростях, что даже мне было сложновато за ним уследить. Но я справился.

Десятки песчаных стрел Корнелиус умудрился разом отбить собственным мечом. Взмахнув тем по неимоверно сложной траектории, он отразил каждый снаряд, не получив ни единой царапины. Одновременно с этим он принялся метаться в воздухе, используя клинок под ногами на манер серфборда, чтобы уйти от зверя, а мечи за его спиной вообще, казалось, жили собственной жизнью. Одни защищали хозяина от новых угроз, другие пытались достать Айнилиэля, а еще часть раз за разом обрушивались на шкуру монстра, оставляя на ней порезы и сколы.

Эльф тоже не отставал. Он использовал песок не только для атаки, но и для обороны, с легкостью придавая ему всевозможные формы. Я даже не мог понять, являлось ли это одним единственным сложным заклинанием или множеством мелких, использование которых доведено до автоматизма.

Впрочем, умение ведущего тоже оставалось для меня загадкой. Время от времени нелюдю удавалось уничтожить то один, то другой из летающих мечей, однако их общее число при этом почему-то не менялось. Возможно, настоящим являлся только оригинальный клинок, а остальные служили лишь его копиями, однако вычленить подлинник в чехарде мельтешащих стальных лезвий оказалось не так-то просто.

Использовали они и другие умения. Например, Айнилиэль формировал песчаные облака, в которые пытался загнать противника, а также использовал для его поимки сети. Корнелиус же удивил меня дистанционными ударами, когда порезы от его взмахов и выпадов появлялись гораздо дальше, чем он физически мог дотянуться. Правда ушастый оказался готов и к такому, вовремя прикрываясь песчаными щитами.

В общем, Разделившие резвились по полной, а я, убедившись они всецело увлечены друг другом, и до моей скромной персоны в ближайшее время им дела не будет, вернулся к той каше, которую сам же и заварил.

Баталия на трибунах разгорелась ни на шутку. В едином порыве люди выплескивали на иномирцев гнев за века угнетений. Каждый имел на сердце шрамы за пережитые унижения, и слова, которые так и не сорвались с губ из-за риска стать последними. Одних били, других грабили, третьи с рождения чувствовали себя пылью под ногами «высших рас». У кого-то в рабство увели сестру, чтобы измываться над ней в той же гильдии авантюристов. И любой так или иначе хоть раз да ощущал на себе тяжесть ошейника, даже если ему никогда не довелось его носить.

Как мне.

Так и не прошедший за две эволюции рубец на шее неизменно напоминал о загубленном детстве, проведенном в кромешной тьме подгорной шахты. Хотя я помнил и без него. Прекрасно помнил. Даже если хотел бы забыть…

Поэтому группу нелюдей, решивших, что им удастся поживиться на наших с Энн трупах, оставшихся после заклинания Айнилиэля, я уничтожил без всякой жалости. Их встретил отряд гуманоидной нежити, который после короткой стычки пополнился новыми членами, и они вместе побежали уже в обратную сторону, подконтрольные воле Некроманта.

Моей воле!

Сражения шли повсюду. Задачу людям облегчал тот факт, что в отличие от нас, нелюди в большинстве своем не выступали единым фронтом. Эльфы держались особняком и даже не думали помогать дварфам или оркам. Те в свою очередь втайне радовались гибели ушастых, но поддерживали преимущественно своих. Клиотов же презирали вообще все.

Хотя имелся и неприятный аспект. Предатели, которые за деньги или по другим причинам примкнули к родам иномирцев. К тому же под плащом или маской далеко не всегда стопроцентно угадывалась раса. Правда многие последовали моему примеру и расстались с инкогнито, чтобы отличаться хотя бы от эльфов и не получить клинок под ребра от товарища по оружию, но трудности все равно оставались.

Так что я, ввиду отсутствия возможности командовать каждым приспешником в отдельности, отдал им приказ убивать только гарантированно распознанных нелюдей. Ну и защищать себя, естественно.

Словно генерал на холме, я стоял на одном из верхних ярусов, осуществляя руководство ходом боя. Зомби и гули падали один за другим, но на их место тут же вставали новые, а общее число нежити под моим контролем неуклонно росло. Над чем трудился лично я, а помогал мне в этом Гожар, лежа в своей костяной люльке.

Личей же и умертвий я пока использовал преимущественно для обороны. Подобно штабным офицерам они расположились подле меня, изредка применяя умения и чары, чтобы защитить своего господина от случайных угроз.

В какой-то момент в мою сторону направилась еще одна группа нелюдей. На этот раз более организованная и более сильная. Явно члены какого-то рода, решившие упрочить свое положение, убив наглеца, посмевшего сковырнуть Глендельвейдов с вершины иерархии.

Впереди бежали три дюжих орков в броне разной степени потрепанности. Двое из них тащили щиты, а один его, видимо, утратил и прикрывался каменной скамьей, вырванной из пола с корнем. За ними спешила пара эльфов, отдававших приказы, тыл же прикрывала пятерка дварфов. Также со стороны к ним пробивалось еще несколько фигур в плащах и масках. Не то Химеры, не то предатели из числа людей.

Разметав во все стороны сражавшуюся нежить и их противников, отряд несся ко мне не с самыми дружелюбными намереньями, о чем говорили полетевшие в меня заклинания.

Пришлось отвлечься на ребят. Раз уж они так жаждут внимания Некроманта, то они его получат!

Один из личей сотворил на пути нелюдей ледяную стену, но ее оперативно уничтожили мощным Огненным шаром. Осколки льда и сполохи пламени убийственным фейерверком брызнули во все стороны, а отряд уже бежал дальше, не обращая на такую мелочь внимания. Определенно опытная и слаженная группа, не раз сражавшаяся бок о бок, и знающая о своих сильных и слабых сторонах. К тому же Развивших, находящихся на различных стадиях, среди них тоже хватало.

Это я понял, когда направленные на устранение прорыва умертвии не смогли сходу разобраться с проблемой. Сильнейшие воины моей армии мертвецов забуксовали, столкнувшись с серьезным отпором и не пали лишь благодаря поддержки личей и темных клириков. Последние, достигнув количества трех штук, теперь оперативно успевали восстанавливать повреждения мертвой плоти и даже следили за состоянием рядовых бойцов.

Хотя приказ экономить силы и держать в приоритете элиту исполняли неукоснительно. Все-таки «лечили» они, по сути, моей Межмировой Энергией. Запас ее у меня обширный, но не безграничный. А заварушка еще только набирала обороты.

Видя успех дерзнувшего бросить мне вызов рода, их решили поддержать и еще некоторые из числа борзых да амбициозных. Ну или надеялись обойти соперников и первыми урвать жирный куш в моем лице. Я не знал. Да и неважно это.

С невозмутимостью застывшего во льдах мамонта я наблюдал, как сквозь бурное моря хаотичного сражения ко мне приближались акульи плавники сильнейших нелюдей, оказавшихся поблизости. Один. Два. Целых три ручейка возомнивших о себе невесть что ублюдков, прокладывали себе путь, не жалея ни своих ни чужих. Типичные мрази, считающие себя венцом творения.

– Я возьму на себя тех, что справа. – без тени сомнений бросила Энн, беря копье наизготовку. – Не сдохни тут, пожалуйста, братишка.

Она уже хотела шагнуть в сторону намеченной цели, как я остановил ее, придержав за плечо.

– Подожди. – спокойно проговорил я, оценивая обстановку.

– Чего ждать-то? – спросила Анна. – Разберусь с правыми и помогу с…

– Подожди. – настойчиво повторил я, перебив.

Три отряда практически одновременно выскочили на залитое кровью и заваленное растерзанными телами пространство. Не сбавляя скорости, они неслись ко мне, но именно этого я ждал. Самая лучшая приманка – та, которая уже продемонстрировала свою силу и теперь кажется беззащитной. Но кто сказал, что у меня закончились козыри?

Без единого звука из Теневого могильника вынырнула туша монстра, занявшая сразу несколько рядов трибун. На его теле зияла ужасающих размеров рваная рана в боку и еще одна поменьше в районе шее, но чудовище это несколько не смущало. Ведь оно и так давно умерло.

Страхоклык. Как прозвал его некогда Леуш. Похожая на моржа тварь, с которой мы сражались в Трещине близ Заманска во время умановского Испытания Верности. После того, как я научился создавать личей, я кучу времени потратил, чтобы оживить этого монстра, и лишь этой ночью в гулкой тишине логова клиотов мне удалось, наконец, сделать финальный штрих.

Получился еще один лич. Весьма специфический и чрезвычайно сильный. Особенно с учетом того, что материалом для него служил Королевский зверь. Умение создавать ловушки он, к сожалению, не сохранил, но зато другое мне удалось воссоздать для него практически в полной мере.

Нелюдям оставалось до нас с Энн всего несколько шагов, как вдруг на них откуда ни возьмись обрушилось два с половиной десятка сотканных из голубой дымки самураев. Пусть они и не имели физических тел, но их катаны оставляли на телах врагов самые настоящие кровоточащие раны, в результате чего некоторые ублюдки так и вовсе сходу расстались с жизнью, рухнув на пол.

– И этот твой? – удивленно проронила Анна, разглядывая Страхоклыка.

– Угу. – с гордостью буркнул я, не отвлекаясь от руководства нежитью.

– Что-то я уже сомневаюсь, что одолела бы тебя в бою один на один.

– Только сейчас поняла? – хмыкнул я.

– Не зазнавайся, братишка!

Хохотнув, Энн дружески пихнула меня кулаком в плечо и все-таки умчалась сеять смерть в рядах нелюдей. Хорошо хоть силы сдержала в отличие от Леуша. Эти двое по-другому свои чувства проявлять вообще умеют?

В отличие от нас тогда в Трещине, нелюди довольно быстро нашли слабое место «самураев» и принялись методично их уничтожать, не жалея Межмировой Энергии. Вот только Страхоклык прекрасно создавал новых, а добраться него я никому не дам. Слишком ценная получилась игрушка.

К тому же немало смятения внесла в ряды врагов Анна. Ее копье мелькало с головокружительной скоростью, неизменно находя бреши в защите, а порой и пробивая ее мощными умениями. Эта хрупкая на вид рыжеволосая девушка, металась из стороны в сторону, уходя из-под ударов еще до того, как те по ней проводили, и никто не мог за ней угнаться. В редкие же моменты ее копье превращалось в щит, которым она филигранно отводила угрозы в сторону.

Уже трофейное оружие из числа призовых освоила. И когда успела только?

Но наибольший ущерб нелюдям наносили все-таки блестящие стальные копья, которые пробивали порой по несколько выродков за раз, и не каждая защита выдерживала такие попадания. Ведь дождавшись своего момента, из комнатки с турнирными наградами на всеобщее обозрение вышел обладающий двумя телами и кучей конечностей клиот, сходу подключившийся к схватке. Благо металла ему для этого я предоставил с избытком.

В итоге, хоть смельчакам и оставалось до меня всего несколько шагов, преодолеть это роковое расстояние они никак не могли, падая один за другим, словно осенние листья на ветру. Мне же оставалось лишь ловить их души, да превращать в светляков, а также оперативно воскрешать Осознавших в виде гулей. Развившие же занимали свое место в Теневом Могильнике, смиренно дожидаясь, когда у меня дойдут до них руки.

Таким образом еще четыре рода нелюдей Ижмарила прекратили свое существование.

Пять. Если учесть, что по другую сторону арены Делакруа и Громоушевы, объединившись, сжили со свету Багрянец Осени вместе с зазнавшимся Селорифингом и его остроухим папочкой, как бы того ни звали.

Но и появление спаянного спиной к спине Мутанта не прошло незамеченным.

– ЦЕДРИК! – пронесся по трибунам горестный рев сотен клиотов.

Передавая друг другу информацию, и обращая внимание тех, кто еще не заметил, все находившиеся вокруг арены Химеры повернули головы в мою сторону. Наверняка большинство из них ни разу не видели своего лидера вживую, но уж описание его точно знали. Слишком необычной внешностью тот обладал.

И вот теперь клиоты Ижмарила разом осознали, что их дорогой цедрик – светоч надежды и путеводная звезда всей расы – прислуживает обычному челу. Да еще и в виде нежити. А значит все мечты о возрождении пошли прахом и, возможно, уже через несколько поколений они и сами станут лишь частью истории, навсегда исчезнув с лица планеты.

И пусть сделанного уже не исправить, но за него нужно хотя бы отомстить!

В едином порыве Мутанты, даже те, которые пытались пробиться к выходу, побросали все и ломанулись ко мне. Одни рыдали, другие кричали; их били в спину как люди, так и нелюди; но они все равно прорывались со всех сторон к одной точке в надежде прикончить того, кто обрек на забвение целую расу.

То есть меня!

И я был совсем не против. Ведь вокруг меня уже сформировалась немалая свободная область, доступ к которой ограничивала продолжавшая сражаться нежить. Гули и зомби «живой» стеной преграждали путь нелюдям, разрывая всякого, кто нес мне угрозу. Если же их сил не хватало, то в дело включались умертвии с личами, совокупной мощью решая проблему.

В образовавшуюся зону даже стали стягиваться раненные люди, помогая друг другу остановить кровь и обработать другие повреждения. От случайных заклинаний я прикрывал их Призрачными щитами, и несчастные смотрели на меня со смесью благодарности и восхищения, не смея даже выразить свое почтение словами. Но я читал эмоции на их измученных лицах и чувствовал, как во мне зарождается необъяснимая волна тепла, большая, чем мне доводилось испытывать когда-либо прежде.

Однако разбираться с ней времени не было.

Все больше клиотов добирались до меня, и если раньше захваченная нежитью область постепенно расширялась, то теперь граница забуксовала и начала даже медленно сжиматься. Объединившись, Химеры стали третьей силой, ведущей бой на трибунах. Они перестали тупо защищать себя и, как и люди, сплотились одной целью, чтобы сообща дать отпор внешним нападкам и пробиться ко мне.

Угодив в кровавую мясорубку, уроды падали, как колосья во время жатвы, но их оказалось слишком много, чтобы противостоять им в одиночку. Даже с учетом моей личной армии, восстановившей свою численность до сотни единиц всевозможной нежити.

Все чаще подключались к делу личи, вычленяя и беря на себя вражеских магов. Страхоклык без устали штамповал «самураев», а темные клирики уже третий раз требовали подзарядки Межмировой Энергией, не переставая клубами черного дыма лечить моих прислужников.

И все же я держался!

Один против целой расы. Не будучи не то, что Разделившим, но и даже не достигнув по факту ступени Объединения. Хоть мне и оставалось до нее всего полшага. В одной руке я сжимал крупный осколок этерния, впитывая из него силы, а в другой – костяной меч, источавший ауру ужаса. Я ходил с ним вдоль линии фронта под прикрытием Призрачного щита и кормил его душами павших врагов, пряча часть в Теневом могильнике в виде светляков.

Последних в результате побоища скопилось так много, что я даже начал использовать их для создания призраков, тут же выпуская в бой. Эти бестелесные сущности вносили еще больше хаоса в ряды врага. Ведь их даже видеть могли далеко не все.

Кроме того, вокруг меня стали образовываться очаги сопротивления, где люди, откликнувшиеся на мной призыв, объединялись не только друг с другом, но и примыкали к рядам подконтрольной мне нежити, признав в них союзников.

То, о чем я мечтал так долго, наконец начало сбываться. И это было лишь самое начало!

Глава 3

Страшное побоище под куполом Цитадели продолжалось уже несколько минут, хотя по ощущениям прошло уже никак не меньше часа. То тут, то там сверкали вспышки Межмировой Энергии, порождая всевозможные заклинания с умениями, и собирая обильную кровавую жатву. Многие сражались при помощи зверей, монстров, големов, марионеток и других подконтрольных сущностей, однако таким же большим числом прислужников, как у меня, не мог похвастаться никто. Даже близко.

Кроме того, не прекращался и поединок Разделивших, проходивший на совершенно ином уровне. От него во многом зависело чем вообще закончится сегодняшний день, однако это не повод складывать лапки и смиренно ждать окончания схватки. Слишком долго люди терпели издевательское отношение иномирских захватчиков и теперь, с моей легкой руки, они подняли головы, чтобы смело взглянуть в глаза ублюдков и отомстить за века унижений.

Сперва один город, а затем и вся Земля!

Я лично поведу в бой каждого, кто готов вместе со мной строить новый мир. И мои силы Некроманта мне в этом помогут.

В какой-то момент ко мне чуть ли не с другой стороны арены умудрился пробиться Леуштилат. Его броню покрывали вмятины, а тело порезы, однако не похоже, чтобы все это его сильно волновало. В одной руке здоровяк сжимал массивный двуручный меч, а другой тащил за шкирку Власа, которого умудрился в целости и сохранности приволочь с собой.

– Какая мощь, какая мощь… – лепетал регистратор, широко распахнутыми блюдцами глаз, взирая на слаженную работу моей армии. Маску он где-то потерял, но, судя по всему, еще этого не понял. – Во имя всех богов, я о таком даже в легендах не слышал! Ты… ты Некрарг? – обратился он ко мне, находясь в шаге от того, чтобы пасть ниц в священном ужасе.

– Я Леон. – ответил я, Призрачным щитом прикрыв нас обоих от шквала ветряных лезвий. Влас этого даже не заметил. – Что еще за Некрарг?

– Демон смерти. – пояснил Леуштилат, переводя дух. – Вроде как-то уже обсуждали.

– Я такую ерунду не запоминаю. – отмахнулся я, убрав меч в кольцо. Вокруг стало слишком много союзников. Да и тот, кажется, обожрался и улегся переваривать мои щедрые подношения. По крайней мере примерно так я это ощущал. – Рад, что ты цел, друг.

– Я тоже рад, что ты цел. – отозвался воин-жрец, хотя привычное выражение беззаботной расслабленности на его лице сменилось мрачной сосредоточенностью. – Но мне крайне не нравится то, что ты затеял. Столько смертей! Сатвелеон этого не одобряет.

– А многовековое унижение людей он одобряет? – мгновенно вспылил я. – Рабство, боль, страдания, сломанные судьбы? Такие, например, как наши с тобой! Или его устраивает, как нелюди обращаются с представителями нашей расы? И не говори, что ты этого никогда не видел!

– Ладно, ладно, не кипятись. – попытался успокоить меня воин. – Что сделано, то сделано. И хоть я этого не поощряю, но понимаю, что у тебя могли быть свои причины.

– Свои причины. – буркнул я. – Странно, что тебя нет этих причин.

И все же с эмоциями я что-то перегнул. Наверное все-таки сказалось напряжение боя. Как-ни крути, но я не робот и не нежить. Пусть я и повелеваю смертью и даже один раз на себе ее испытал, но по-прежнему остаюсь живым человеком со всеми преимуществами и недостатками.

Хотя Леуш своим лояльным отношением к нелюдям порой и правда подбешивает.

– Что у вас там с Огненной Ведьмой вышло? – спросил здоровяк, меняя тему. – Куда она вообще делась? Отомстил за сестру?

– Да! Что вышло? – неожиданно очнулся от транса Влас. – Я на тебя такие деньги поставил! – он вновь осознал ситуацию и застонал, закрыв голову ладонями. – Плакали мои денежки…

Кто о чем, а слесарь о прокладке.

– Так вышло, что она и есть моя сестра. – сообщил я, с трудом веря в собственные слова. – Анна.

– Да ну! – воскликнул Леуштилат, вздернув брови.

– Ну да.

– Так это же здорово!

– А похоже, что я грущу?

– Похоже, что ты недостаточно радуешься. И где она?

– Прости, не до того немного. – я оглядел ближайшее пространство, но в хаосе сражения и вспышек Межмировой Энергии не нашел даже ее выделяющейся рыжей шевелюры. – Там где-то. – я махнул рукой в сторону особенно громких криков боли. – Наверное.

– Ну ты даешь, дружище. Я бы на твоем месте ее от себя не отпускал.

– Да ее попробуй удержи!

– И то верно. – улыбнулся Леуш. – Поду тогда тоже.

– Куда?

– Попробую уменьшить количество жертв. – ответил воин-жрец и с этими словами нырнул обратно в пучину битвы. Я только и успел, что прикрепить к нему пару призраков, приказав защищать.

Вот ведь добрая душа…

Тем временем давление клиотов все нарастало. Словно обезумившие, они рвались ко мне с жаждой мести в налитых кровью глазах. Химеры падали замертво один за другим, сраженные когтями, умениями и магией, но все равно смогли отвоевать у нежити пару метров пространства, заставив отступить.

Самоотверженность на грани безрассудства.

Или за гранью.

Тем более, что с уменьшением площади мне стало проще ее защищать, и я даже сумел выделить четырех зомби, чтобы те отвлеклись от боя и таскали мне кости, добывая их из растерзанных тел. Материал, нехватку которого я начал остро ощущать после завершения объединенных чар.

К тому же ко мне присоединился довольно крупный отряд людей, как я понял, состоявший сразу из двух родов, что тоже упростило задачу. Кивнув мне, они молча принялись за дело, влившись в ряды нежити. В результате ситуация немного стабилизировалась, и я умудрился найти возможность посмотреть, как там поединок под куполом.

Дела у Корнелиуса обстояли не ахти. Даже при беглом осмотре, я заметил на теле мужчины несколько ран, в то время как Айнилиэль отделался лишь порванной штаниной. Тем не менее людской лорд не оставлял попыток достать противника. Его мечи раз разом вспыхивали фиолетовым, порождая различные эффекты всевозможных умений, но спрессованный песок держал крепче стали, не давая пробиться к мягкой плоти.

Сказывалось преимущество мага над воином. Ну и возможность эволюции, естественно.

Но особенно Корнелиусу без тени сомнений мешал песчаный зверь. За прошедшее время нелюдь еще больше нарастил его тело, превратив в настоящее чудовище с когтями, клыками и похожей на чешую броней.

Тварь по пятам преследовала седовласого мужчину, не давая тому ни секунды покоя и вынуждая атаковать себя вместо хозяина. Кое-где на магическом создании виднелись оставленные мечами трещины и порезы, но не похоже, чтобы это хоть как-то влияло на его функциональность. От монстра так и веяло силой, а создать его позволило явно не заурядное заклинание.

Увернувшись в очередной раз от когтистой лапы, Корнелиус взмахнул мечом в направлении врага, но тот успел прикрыться песчаным диском, избежав дистанционной атаки. Далее последовал молниеносный обмен умениями, в результате чего на плече воина появился еще один порез. К тому же зверь все также висел у него на хвосте, не давая полностью сосредоточиться на противнике.

Я невольно покачал головой и досадливо цыкнул. Если так пойдет и дальше, то Корнелиус либо погибнет, либо ему придется бежать, после чего вся мощь Разделившего эльфа обрушится на меня и моих свежеобретенных союзников. А я сильно сомневался, что смогу противопоставить ему что-то серьезное. Разве что засесть в «бункере» и до конца Межмировой Энергии наблюдать, как сраный енот резвится с моей нежитью.

Не вариант.

А значит седовласому требовалось помочь. И желательно как можно скорее.

Заглянув в море души, я обнаружил, что там осталось меньше четверти от изначального запаса сил. Не так и плохо, с учетом того, сколько я уже колдовал. Что-то поступало от Этерниевой руды, что-то я прямо на ходу впитывал из воздуха, но это все незначительные величины, сравнимые со статистической погрешностью. Хотя лучше, конечно, с ними, чем без них.

Вздохнув, я взял около десяти процентов и распределил их между личами и темными кликами, не забыв под завязку залить Гожара и цедрика. Ведь им сейчас предстояло знатно потрудиться. Как, очевидно, и мне.

Пока валявшийся в костяной люльке дохлый клиот превращал гибнущих сородичей в зомби, поддерживая общий уровень мертвого мяса, я полностью сосредоточился на управлении сильнейшей из подконтрольной мне нежити. Повинуясь мои приказам, могущественный лич принялся один за другим формировать из металла копья и диски, которые сразу швырял в песчаного монстра, оставляя на его теле все новые «раны».

Сперва Айнилиэль не обращал на это внимания. Находясь на вершине лестницы развития, он не думал, что кто-то кроме Корнелиуса способен навредить его питомцу. Вот только, пусть заклинания цедрика и стали слабее, чем при жизни, но тот не зря являлся лидером целой расы. А я не просто так носил гордый титул Некроманта и столько времени возился с воскрешением нелюдя, выложившись при этом на полную.

Нашпигованный металлом, словно утка дробью, песчаный монстр заметно потерял в подвижности, а я и не думал прекращать обстрел. Железа для снарядов я припас с избытком, а такую тяжесть даже с помощью магии запросто с места не сдвинешь. К тому же время от времени я прощупывал и оборону нелюдского лорда. И пусть тот с легкостью защищался, но зато таким образом я дал понять Корнелиусу, что он не один.

Седовласый воин, стоит отдать ему должное, в изменившейся обстановке сориентировался быстро. Продолжая увиливать от ставшего куда более грузным страшилища, он начал все больше внимания уделять атакам, вынуждая эльфа частично сменить акцент на оборону. Ушастый не забывал огрызаться, но ему нужно было время, чтобы адаптироваться к бою один на два.

На его уровне это одна-две секунды. И, если я хотел сделать хоть что-то значимое, а не просто слегка пощекотать ублюдку нервы, мне требовалось действовать именно в этот короткий промежуток.

Чем я и занялся.

Забросив монстра, я сосредоточил огонь непосредственно на Айнилиэле. Копья и диски летели в него чуть ли не сплошным потоком. Тот с легкостью защищался, однако его внимание раздергивалось.

Воспользовавшись этим, Корнелиус облетел врага с другой стороны и принялся атаковать его оттуда, пытаясь развернуть эльфа ко мне спиной.

Ушастый маневрировал, избегая такого исхода.

На пару мгновений я прервал обстрел, сделав вид, что у меня закончились силы. Я даже взял в руки склянку, будто собираясь ее выпить. Заметив это, нелюдь вновь полностью сосредоточился на воине, а я тут же заслал в него три копья, выпущенных чуть ли не одновременно, а за ними еще пару дисков.

Айнилиэль с его эволюциями, конечно, успел среагировать. Вот только, начав давить врага, он не желал больше тратить время на жалкого меня, а потому, не оборачиваясь, прикрылся потерявшим часть своей эффективности песчаным монстром.

Теперь уже Корнелиусу, угодившему под внезапный ураганный пресс, приходилось туго, но именно такого исхода я и добивался. Ведь за кучей заклинаний металлической магии, я прятал еще одно, рассчитанное на совершенно иной метод воздействия.

Следом за блестящими на солнце копьями и дисками летел небольшой невзрачный фиолетовый череп. Улучшенный Укус мертвеца, который я еще немного доработал непосредственно перед запуском. И если обычные снаряды вновь увязли в песчаной броне, то колдовской череп пролетел сквозь нее!

Как и ожидалось, тварь имела огромное физическое сопротивление, за счет чего могла выдержать в том числе и атаки смешанного типа, но вот чисто магические эффекты являлись ее ахиллесовой пятой. А именно к такому типу заклинаний принадлежал Укус мертвеца, рассчитанный непосредственно на поражение души, или чего там на самом деле ею именовалось. От такого не спасут ни щит, ни толстая шкура. Только прямое противодействие подходящим умением, вроде того, как это сделала на арене Энн.

Таким образом я рассчитывал, что мои чары пройдут через чудовище, как вайфай сквозь стену, и ударят непосредственно в Айнилиэля. Его они, конечно, не убьют, но собьют с ритма, что позволит Корнелиусу нанести решающий удар.

Чего я не ожидал, так это того, что песчаный монстр будет обладать куда более сложной внутренней структурой, и мое заклинание тупо в нем завязнет. Разорвав, впрочем, несколько ключевых узлов и связей.

Тварь дернулась, будто ее прошибло током. Енот мелко задрожал, мотыльнулся вверх-вниз, а затем и вовсе принялся хаотично метаться из стороны в сторону, постепенно осыпаясь на головы сражающихся.

Заметив неладное, его хозяин попробовал восстановить поврежденное плетение, вот только это оказалось не так-то просто. Тем более, что Корнелиус, заметив слабину, снова перешел в наступление, вынуждая мага заботиться в первую очередь о собственной шкуре, а не о колдовской зверюшке.

Я видел нити Межмировой Энергии с вкраплениями коричневых частиц, которыми Айнилиэль пытался исправить ситуацию, однако зверь дрожал все сильнее и, наконец, взорвался песчаным фейерверком, превратив половину стадиона в филиал пустыни.

Эльфу подобный укол от более слабого противника не понравился. А если точнее он привел его в бешенство. Благородные черты лица исказились гневом, а из кувшина вылетела новая порция песка. В мгновение ока она сложилась в массивный кулак, устремившийся вниз. За ним же, словно молодняк за вожаком, полетел целый сонм песчаных стрел.

Мощно. Эффектно. Но на этот раз я был готов.

Груда костей, на части из которых еще не обсохла кровь, а также десятки светляков пришли в движение, формируя Несокрушимую Крепость Некроманта. Причем защитил я не только себя вместе с нежитью, но и ближайших людей, попавших в радиус массированной атаки. И пусть некоторые даже понять не успели, что именно им грозит, но, всколыхнув восстание, я взял на себя ответственность, а значит должен был делать все, что в моих силах для уменьшения потерь.

С оглушающим грохотом вражеская магия обрушилась на колдовские стены. Удар вышел даже сильнее, чем в прошлый раз, однако я влил в защиту сразу треть от остававшейся Межмировой Энергии, и Крепость устояла.

Я выдержал атаку Разделившего!

Спасенные мной люди смотрели на меня со священным трепетом, словно я только что на их глазах превратил воду в Мохито, или что-то вроде того. Вот только времени купаться в лучах славы у меня не было, потому что сражение продолжалось, и от меня по-прежнему требовалось полное сосредоточение.

Убедившись, что чертов нелюдь больше не пытается нас достать, я сотворил в Крепости проход и вышел наружу.

Осмотрелся.

Схватка лордов достигла нового витка. Поддавшись импульсу в попытке поквитаться со мной за енота, Айнилиэль серьезно открылся, и Корнелиус не преминул этим воспользоваться. Теперь левая рука эльфа висела плетью, а из-под роскошных одежд вытекала кровь, капая на засыпанную песком арену. Кто бы мог подумать, что на этой Битве Сильнейших ее оросит кровь Разделившего!

Подобная рана не стала фатальной, позволяя магу и дальше вести бой, однако, что куда важнее, инициатива полностью перешла к Корнелиусу. И если тот нигде не ошибется, то его шансы на успех заметно вырастут.

Но имелись положительные последствия и для меня. Нежить, люди и нелюди, не обращая внимания на изменившийся ландшафт, продолжали сражение. Особенно усердствовали клиоты, не оставлявшие надежды поквитаться со мной за цедрика, и давившие что есть мочи. Эти не дрогнут и не отступят. Будут биться до последнего. До полного уничтожения. Что меня полностью устраивало.

Ведь если остальным плевать, драться стоя на камнях или песке, то у меня в загашнике имелись ребята, будто специально дожидавшиеся этого момента. И я, конечно, не стал их сдерживать, разом выпустив на волю четыре с лишним десятка Пескомеров!

Расстановка сил вокруг резко изменилась.

Глава 4

Сорок жуков-переростков резко хлынули во все стороны, сея смерть в рядах нелюдей. Они с легкостью скользили по песку, отрывая головы и вспарывая грудные клетки, и умудряясь при этом уклоняться от большинства атак. Пескомеры оказались в своей родной стихии и, даже став нежитью, показывали настоящий мастер-класс подвижности. Разве что аксели с тулупами не крутили. Лишние конечности, видать, мешали.

Теперь под моим единовременным контролем оказалось сто пятьдесят оживших мертвецов, и вся эта орда, неукоснительно следуя моей воле, бросилась в атаку. Сражавшиеся поблизости люди, получив поддержку, тоже поднажали, развивая успех. И под столь мощным прессом враг дрогнул!

Да, клиоты по-прежнему стояли намертво, погибая с проклятьями на устах, но среди остальных нелюдей нарастала паника, и то один, то другой бросался в сторону выхода. Тем более, что на противоположном конце стадиона созрел еще один очаг сопротивления.

Делакруа и Громоушевы, разделавшись с Багрянцем Осени, объединились с несколькими более слабыми родами и общими усилиями давили иномирцев. Ведь самые сильные их семьи оказались к этому моменту уничтожены (частично мной), а иные предпочти благоразумно отступить, чтобы переждать конфликт и посмотреть, чем все закончится.

Ничем хорошим.

Для них, естественно.

Словно крысы с тонущего корабля, нелюди бежали из Цитадели. Иногда по одному, иногда группами, но победа была уже у нас в кармане. Оставалось лишь собраться все силы в кулак, отринуть усталость и нанести последний решающий удар, который навсегда изменит положение вещей в отдельно взятом городе.

К счастью, усталости мои прислужники не знали. Так же как страха, боли, голода, жажды и всего остального, что могло бы помешать им перемалывать ублюдков в кровавое месиво. Сплошной мертвой стеной они шагали по трупам, не считаясь с потерями. Ведь хозяин всегда сможет сделать новых, а недостатка в материале сегодня не было. Смерть правила бал на арене Ижмарила!

Не пасовал и Корнелиус. Избавившись от постоянной угрозы в виде здоровенной песчаной твари, и получив небольшое преимущество инициативы, он планомерно развивал успех, не давая Айнилиэлю перевести дух.

Неоднократно эльф пытался создать нового монстра, извлекая порции песка из своего кувшина, но на это требовалось время, а воин каждый раз пресекал поползновения, усиливая натиск. Весьма разумно с его стороны, ведь вряд ли ушастый позволит снова избавиться от его питомца таким же образом.

С земли казалось, будто Разделившие играют в салочки. Один носился за другим в попытке запятнать, а второй улепетывал, уворачиваясь. С той лишь разницей, что происходило это в воздухе и на скоростях, уследить за которыми мог далеко не каждый. И пока большинство видело лишь непрекращающиеся вспышки Межмировой Энергии, да высекаемые сталью из спрессованного песка искры, я отчетливо понимал, что Корнелиус постепенно берет верх.

Его атаки сохраняли свое изящество и точность, в то время как Айнилиэль все больше огрызался, словно загнанный пес. Возможно, сказывалась рана. Или гнев из-за полученной от меня оплеухи. А может не мог отделаться от мысли, что его побеждает жалкий чел, не способный пройти эволюцию. Фиг знает, что творилось в голове чертового нелюдя.

Но когда, тот, заложив очередной вираж, устремился к главному выходу, я ничуть не удивился. Ведь снаружи его ждал открытый простор и царство песка, в котором его преимущество стало бы неоспоримым. Даже если не победит, то уж уйти от погони и затеряться труда точно не составит. А потом можно вернуться с новыми силами и жестоко отомстить каждому, кто посмел заставить его испытать унижение.

Корнелиус старался остановить врага, заслав тому в спину летающих мечей и использовав какое-то умение, резко удлинившее оружие в его руках, но Айнилиэль от всего защитился своим вездесущим песком и продолжал прямой наводкой лететь к выходу.

При прочих равных он бы точно сумел сбежать. Все-таки, пусть они оба и находились на одной ступени, но из-за эволюций эльф был сильнее. Корнелиус же получил преимущество только за счет инициативы. Без подавляющего превосходства так просто верх не взять.

Ну или без посторонней помощи.

Уничтожение последних клиотов проходило как раз неподалеку от главного выхода с арены, и сверху на нелюдя обрушился целый шквал Огненных шаров. Будто зенитка пыталась сбить пикирующий истребитель. Явно подключилась Энн, чьи мысли, похоже, совпали с моими.

Нелюдь среагировал и выстроил над собой песчаную крышу, от которой заклинания отскакивали, словно обычный град. Силен гад!

Но и я не стоял на месте. Зачерпнув половину от остававшихся десяти процентов Межмировой Энергии, я скинул вниз кучу костей со светляками и сформировал из них прочную стену Несокрушимой Крепости Некроманта, полностью перекрывшую проход.

Не знаю, какой твердости Ядро умудрился вырастить себе Айнилиэль, но он не влетел головой в преграду, а успел сотворить перед собой плотный песчаный конус, который использовал, как таран. Еще и вращаться заставил на манер сверла.

Вряд ли какое-то обычное заклинание могло бы остановить Разделившего, но я не зря сплел свои чары сразу из двух защитных. Да еще и сил в них ухнул больше, чем могли накопить пара Освоивших.

В итоге конус лишь наполовину погрузился в кости, раздробив их, однако навылет пройти не сумел, и эльфу пришлось резко отворачивать в сторону.

Где его уже поджидал Корнелиус.

Последовала ярчайшая вспышка от сразу нескольких использованных умений, а затем всеобщему обозрению предстала картина поверженного лорда нелюдей, пронзенного насквозь четырьмя мечами. Остальные он, даже в столь критической ситуации умудрился отразить. Но и этого хватило, чтобы оборвать его жизнь и навсегда запечатлеть на холеном лице выражение крайнего изумления.

Айнилиэль погиб, что стало сигналом последним уцелевшим нелюдям к безоговорочному бегству.

Кто-то бросился их преследовать, кто-то устало рухнул на землю, выпустив из рук оружие, кто-то ликовал, празднуя победу. Я же, отдав приказ нежити, добивать уцелевших клиотов, занялся совершенно другим.

Как и положено, после смерти, от тела эльфа отделилось серебристое облачко. Покачиваясь из стороны в сторону, оно принялось медленно подниматься, чтобы пройти через купол Цитадели, а затем раствориться в далекой небесной выси. Мне категорически не хотелось упускать столь редкий материал, как «душа» Разделившего, а потому я быстро сплел фиолетовую сеть и накинул ее на интересующий меня объект.

Мне показалось, будто я заарканил в лассо асфальтоукладочный каток. Облако не только не подумало остановиться, но и потащило меня за собой, порвав несколько нитей плетения.

Ну уж нет! Так просто не уйдешь!

Я принялся тянуть, что есть мочи, параллельно накидывая все новые и новые петли. Остальные даже не видели, с чем я борюсь, но мое мастерство Некроманта уже шагнуло достаточно далеко, чтобы позволить мне не пасовать даже перед такой сложной задачей.

Мышцы трещали, магические каналы кипели, но я не сдавался, по миллиметру подтягивая к себе вожделенную цель. В тот момент кто-то попытался достать меня заклинанием, но Катур прикрыл, а личи превратили засранца в смрадную кучу дымящейся плоти. Моя армия верна и неподкупна, и всегда готова защитить своего хозяина.

Постепенно мне все же удалось обуздать душу Разделившего. Возможно, из-за того, что среди фиолетовых частиц моей магии в какой-то момент промелькнула одна крохотная ядовито-зеленая. Хотя, может, мне это только показалось от перенапряжения. Но в итоге я сумел закуклить облако, превратив его в очередного светляка.

Ярко-ярко-красного. Словно солнце Диких Земель.

Спрятав трофей в Теневой Могильник, я соскочил вниз и застал Анну, изучающей содержимое кольца Айнилиэля. Рядом, сидя на покрытом песком полу арены, Корнелиус обрабатывал раны целебной мазью. Сопровождавшие его во время боя мечи исчезли, и остался лишь один единственный на поясе.

Недолго думая, я забрал себе и тело эльфа тоже. Никто не возражал.

– Анна! Это и правда ты? – воскликнул спрыгнувший неподалеку Леуштилат. Повреждений на его теле прибавилось, а пара элементов брони оказались безнадежно испорчены, однако здоровяк не обращал на это внимания. – Во имя Сатвелеона, как такое возможно? Хотя какая разница! Безумно рад, что ты жива!

Энн даже в этом сражении умудрилась обойтись лишь парой ссадин и одним кровоподтеком. Хотя билась в самой гуще.

– Я, в общем, тоже не жалуюсь. – хмыкнула моя сестра, разглядывая Леуша. – А ты…

– Сын Александэла. – подсказал я.

– А-а-а! – протянула Копейщица. – Помню-помню. Тот увалень, что умудрился подружиться с моим братцем. Демонический жрец. Вы до сих пор вместе таскаетесь, что ли?

– Я больше не Демонический жрец. – гордо выпятил грудь Леуштилат. – Теперь я воин-жрец и служу Сатвелеону.

– Воин-жрец? – переспросила Энн, будто пробуя словосочетание на вкус. – Тогда лучше бы выбрал Магбара. Он по достоинству ценит умелых бойцов.

– Прости, но веру не выбирают. – покачал головой здоровяк и воздел ладони лодочкой. – Она сама снисходит в сердц…

– Бла, бла, бла. – перебила его Анна. – Избавь меня от занудных проповедей.

– А вы все знакомы, я смотрю. – громогласно пророкотал голос ведущего, отдавшись у меня не только в ушах, но и в груди, копчике и даже пятках. А призрака, которого я отправлял охранять друга, так вообще сдуло. – Упс. Простите.

С этими словами Корнелиус снял с пояса небольшой желтый объект, похожий на рупор, и убрал в кольцо. Гулявшее по арене эхо мгновенно пропало.

Да и в целом стало довольно тихо.

Сражение прекратилось, а трупы и нежить не шумят. Разве что стонали раненные в ожидании, что кто-то окажет им первую помощь. Остальные же с трепетом смотрели на Разделившего. Теперь единственного в Ижмариле. Ибо, как я успел понять, лорды не принимали активного участия в жизни города, выступая, скорее, неким гарантом стабильности и безопасности. Лишь единицы могли похвастаться, что видели их хоть раз в жизни. Тут же столь могучий воин, достигший вершины развития, стоял, как простой смертный, общаясь с участниками турнира.

Хотя, по сути, он действительно по-прежнему оставался простым смертным. Ведь других сущностей и вовсе не бывает. Хах! Судя по выражению лиц патриархов сильнейших людских родов, уцелевших в битве, они бы со мной поспорили.

Впрочем, главное, что помогли. А думают и верят пускай во что заблагорассудится.

– Значит номера пять, двадцать три и тридцать четыре оказались друзьями. – уже обычным голосом произнес Корнелиус. – Какой неожиданный поворот в нашем турнире.

– Выходи из образа, старик. – бросила ему Энн, придав призовому копью форму кнута и повесив его на пояс. – Турнир сорван. И обратно его уже не вернуть. В этом тот сраный эльф был прав.

Даже разглядывая седовласого воина вблизи, я не мог с уверенностью определить его возраст. Что-то между тридцатью и шестьюдесятью. Однако у Анны, похоже, имелся свой способ.

– Что верно, то верно, Огненная Ведьма. – добродушно усмехнулся Разделивший. – Или уже не нужно тебя так называть?

Энн не ответила, вернувшись к изучению содержимого кольца Айнилиэля, и тогда лорд обратился ко мне:

– Ты трижды выстоял против магии Разделившего. Обладаешь объединенным умением, а сам всего лишь Развивший. Сражался мечом, хотя сам – маг. В твоей свите полно нелюдей, а ты призываешь их истребить. И это я еще не говорю о полутора сотнях различных прислужников, что до сего дня я вообще считал невозможным. Кто ты?

– Мне, вообще-то, тоже интересно. – поддержала его Анна, бросив на меня заинтересованный взгляд.

– Я Некромант. – просто ответил я.

Я не чувствовал от Корнелиуса никакой агрессии или даже подозрения в чем-либо. Только любопытство. А потому счел возможным приоткрыть ему завесу над некоторыми из своих тайн. Тем более, что такой могущественный союзник мне бы крайне пригодился. В городе осталось полным-полно чертовых нелюдей!

– Я Некромант. – повторил я. – И я верну людям нашу планету!

– Ох уж эта горячность молодости. – улыбнулся воин, глядя на меня, словно дедушка на внука, заявившего, что непременно станет суперменом. – Когда-то у меня тоже амбиции плескались через край.

– И что же изменилось? – бесцеремонно поинтересовался я.

– Я стал Разделившим. – пожал плечами воин. – Это как всю жизнь карабкаться по горным вершинам и вдруг понять, что стоишь на высочайшем пике. Чувство будто… – он задумался. – Будто выше уже некуда.

– Всегда остается небо. – бросила Энн.

– Ну вот туда я как раз пока не тороплюсь. – усмехнулся Корнелиус. – Хотя все там окажемся когда-нибудь.

Так значит ступень Разделения и правда последняя. Королева Кровавой Казни не ошиблась.

Короткая лесенка вышла. Куцая. Если бы не годы рабства и не проблемы с переходом между вехами, давно бы уже тоже стоял на вершине.

Или нет. Скорее даже наоборот. Потому что не напади нелюди на Дальний Крутолуг, я бы до сих пор тихо и мирно жил там со своей семьей. Помогал бы матери с бумагами, радовался трофеям отца, купался в любви родных и близких. Семью бы, может, завел. Возраст-то уже подходящий.

Но ведь для того я теперь и рву жилы. Я хочу, чтобы каждый человек на земле имел возможность прожить такую жизнь. Чтобы дети не теряли родителей, а родители не оплакивали смерти своих детей. Чтобы чертовы нелюди не вытирали об нас ноги. Чтобы любой с рождения получал шанс в полной мере познать счастье, коснувшееся меня лишь самым краешком.

– Ты мог бы найти наш Краеугольный Камень. – тихо проговорил я, еще не до конца вынырнув из собственных мыслей.

– А что его искать? – удивился Разделивший. – Он в Мифалласе. Источнике Вечного Счастья, как его называют эльфы. Не так далеко отсюда, кстати. По меркам Диких Земель, естественно.

– Тогда вернуть! – выпалил я, пораженный столь легко полученной информацией.

– А вот с этим сложнее. – покачал головой воин. – Эльфийская столица – это тебе не Ижмарил. Его защищает Купол. Со всеми вытекающими последствиями. И даже если каким-то чудом удастся попасть внутрь, то князь их, по слухам, прошел целых три эволюции. Боюсь даже представить, насколько он сильнее Айнилиэля. Ну и Объединивших там немало. Гиблое дело. Иначе давно уже кто-нибудь сильный да смелый камушек бы вернул. Атур тот же самый. Или Алмазная Дева Софина. Куда уж нам – простым смертным.

Вот из-за такого отношения люди до сих пор и прозябают под пятой нелюдей. Я, конечно, был благодарен Корнелиусу за помощь, но позиции его не принимал. С его-то силой сидеть на жопе ровно и играть в правителя города вместо того, чтобы заняться чем-то действительно важным! Он же будто аквариум себе завел и теперь день за днем сидит перед стеклом, наблюдая за жизнью рыбок, и бросая им время от времени горстку корма. Не слишком ли мелко для последней ступени?

Хотя, если вспомнить его метафору про горы…

Я хотел спросить лорда на счет стадий Разделения, раз уж выпала возможность пообщаться с кем-то, кто точно знал ответ, но тут на арену выбежала группа взмыленных мальчишек, в одном из которых я узнал Сима.

И, судя по выражению их лиц, случилось что-то непредвиденное.

Однако, несмотря на срочность, увидев Корнелиуса, они застыли, как мыши при встрече с тигром.

– Господин лорд, там такое… Тако-ое! – заявил один из них, наконец найдя в себе силы преодолеть оторопь.

– В городе беспорядки? – поинтересовался воин.

– Да! Вернее нет. То есть да. Но не только!

– Небесный зверь! – добавил конкретики Сим. – Тиранослон! И с ним еще толпа других. Идут прямо к стенам!

– И огры тоже вылезли. – подхватил третий. – Бьют всех, кого видят!

Час от часу не легче…

Глава 5

От услышанной новости с лица Корнелиуса мигом слетело расслабленное выражение. И не мудрено. Страшная угроза извне, и одновременно проблема внутри стен. Вот что бывает, если затягивать с закрытием Трещины. Не даром кодекс караванщиков предписывает им, бросив все, разбираться с порталами при первой же встрече. Видать бывали прецеденты.

Впрочем, не исключено, что начатое мной в Цитадели восстание и послужило причиной всех бед. Выплеснувшись наружу, мятеж, словно пожар, охватил улицы Ижмарила. Сражения, убийства, крики и кровь. Много-много крови. Которая и привлекала монстров. Огры же, обладая каким-никаким разумом, решили воспользоваться ситуацией и обернуть ее в свою пользу. Ведь в обычных условиях они не могли рассчитывать на победу над целым городом.

– Слушайте все! – провозгласил Разделивший, вновь достав свой «рупор». У меня аж в ушах зазвенело. – Ижмарил в опасности! Надо бросить все силы на защиту, если хотим еще хоть раз встретить рассвет. Бежать некуда, и вы все это знаете. Мы должны немедленно объединиться. Идите и передайте это каждому, кого встретите! В этот раз я лично возглавлю оборону!

Объединиться…

«Объединиться» подразумевало снова биться бок о бок с нелюдями против общего врага. А это, как известно, лучшим образом сближает даже самых непримиримых. И все, чего я здесь добился, пойдет псу под хвост! Почти все…

«Нет!» – хотел крикнуть я, но все-таки сдержался. Ведь если не сделать, как сказал Корнелиус, то умрут вообще все. И люди, и нелюди. Против последнего я, конечно, ничего не имел, но избавляться от иномирцев такой ценой не имело никакого смысла. Как ни прискорбно. Кого я тогда, получается, освобожу? Кучу растерзанных трупов?

Если бы только я был сильнее и мог сам разобраться с угрозами! Неужели я даже один единственный город не смогу вырвать из лап чертовых захватчиков?

Люди на трибунах кивали лорду и немедленно направлялись к выходу. Даже раненные, что еще могли передвигаться самостоятельно, стиснув зубы, ушли, чтобы защитить родных и близких. У каждого имелся кто-то, ради кого не жалко отдать жизнь. Будь то родители, дети, жена или просто девушка по соседству, при виде которой замирает сердце. Иногда нужно не думать, а просто делать. Делать то, что можешь. Или даже чуточку больше.

– Вас троих я тоже хочу попросить о помощи. – обратился к нам с Энн и Леушем Корнелиус, спрятав усилитель голоса. – Понимаю, вы не обязаны, но, боюсь, в текущих условиях, выбирать не приходится. Я лично отправлюсь на стену, а вы можете решить сами куда идти.

– Да конечно, дружище, в чем вопрос! – панибратски воскликнул Леуштилат, не размышляя ни секунды. – Сатвелеон учит нести свет в этот мир. И уж после всего, что мы тут натворили, мы просто обязаны…

– За достойную плату, думаю, можно. – перебила его Анна.

– Гильдия авантюристов подняла награду за избавление от огров! – тут же сообщил Сим, будто специально ждал момента. – Золото, токины, две недели в массиве и повышение ранга. Кажется, за оборону города тоже обещали немало. Но это не точно. Не знаю. Простите.

Думается, за сражение с Небесным зверем, эквивалентным по силе Разделившему, должны предлагать не меньше. Если не больше. И повышение ранга – это именно то, что мне нужно!

Еще когда мы с Энн бились на арене, и я принимал решение о срыве Битвы Сильнейших, у меня промелькнула мысль, что рано или поздно вознаграждение за Трещину достигнет этой отметки. А значит, даже если я не выиграю турнир, у меня все равно останется возможность попасть в Свет Зарницы. Пусть и по другому критерию.

Теперь же вообще можно даже выбрать: пойти бить огров или попробовать накрутить хвост Тиранослону.

У каждого варианта имелись свои плюсы и минусы.

Огры слабее, но они разумны, что позволяет им действовать сообща. Шапками забросать не выйдет, и в условную яму с кольями тоже не заманишь. Даже наоборот – придется учитывать возможность подстроенных ими ловушек.

С Небесным монстром в этом плане проще. Сам я вряд ли сумею нанести ему урон, но вот магия цедрика имеет все шансы. К тому же я могу использовать свое объединенное заклинание для сдерживания. Раз уж устояло против атаки Айнилиэля, то и тут не подведет. Да и заполучить такой материал для экспериментов лишним точно не будет.

Правда для этого нужно сохранить Ядро твари, а победить, не повредив его, будет не так-то просто. Да и Корнелиус, наверняка внесет наибольший вклад и станет на него претендовать. Других Объединивших оно тоже без всяких сомнений заинтересует.

Что же выбрать?

У меня в руках сам собой появился старый потертый медный гульден. Щелчок пальцев, и вот я уже смотрю на результат.

Огры.

В целом, я и сам склонялся в эту сторону, но всегда приятно, когда кто-то подтверждает твой выбор. Пускай это и всего лишь кусок бездушного металла.

Однако, все-таки оставалась еще кое-какая проблема.

– У меня почти закончилась Межмировая Энергия. – честно признался я, глядя внутренним взором на небольшое озерцо, плескавшееся на месте обширного моря. Даже Ядро над ним как будто немного потускнело. Хотя это, скорей всего, просто показалось. – На еще одну драку не хватит.

– Не удивительно! – фыркнула Анна. – После всего, что ты тут вытворял. – она окинула взглядом трибуны, где еще стояли в ожидании приказов десятки оживших мертвецов, включая жутковато выглядящего Страхоклыка с его «самураями». – Меня больше поражает, как ты вообще столько продержался всего на одном зелье. Или ты еще успел выпить?

Я покачал головой.

– Всего на одном? – вздернул брови Разделивший, даже не пытаясь скрыть шока. – Это же поразительно!

– Вы бы видели, что он в Диких Землях вытворял. – с гордостью заявил Леуш. – Хотя сегодня точно переплюнул все прошлые выходки!

– Надеюсь, у нас еще будет возможность это обсудить. – с искренней заинтересованностью во взгляде произнес Корнелиус, ни на секунду не забывавший о проблемах снаружи.

– Я тоже рассчитываю на эту беседу. – ответил я с намеком.

– Ну тогда точно получится. – коротко улыбнулся воин. После чего обратился к Энн, по-прежнему не выпускавшей из рук трофейное кольцо. – Среди вещей Айнилиэля должно быть зелье. Синее такое.

– Это? – Анна извлекла на свет стекленную колбу конической формы.

– Да. – подтвердил Корнелиус. – Оно может быстро восстановить около половины сил среднего Разделившего. Кстати, я претендую на часть вещей покойного. На большую часть.

– Сочтемся. – хмыкнула Копейщица. – Копыта не откинь сначала, дедушка.

Сестра протянула мне склянку. И снадобье в ней выглядело красивее большинства всего, что мне доводилось видеть в этой жизни. Да и в прошлой тоже.

За стеклом, играя различными оттенками, медленно переливалась ультрамариновая жидкость, испещренная белыми и голубыми мистическими разводами, а также множеством похожих на звезды искр. Будто кто-то зачерпнул частичку далекого космоса и, бережно сохранив, разлил по подвернувшимся под руку сосудам.

Страшно представить, сколько такая штуковина могла стоить, и какие ингредиенты для нее требовались. А еще любопытно, что за умелец ее сделал.

Без тени сожалений я откупорил пробку и залпом выпил микстуру, мгновенно ощутив прилив магических сил. На вкус, кстати, неожиданно оказалось, как парное молоко. Может кто-то просто подоил космическую корову?

Разделивший уже запрыгнул на свой летающий меч и хотел умчаться спасать город, но я его остановил.

– Стой! – крикнул я, прикинув, что Межмировой Энергии у меня хоть и стало больше, но до половины ей все еще далековато. – Мне нужно в массив. Хотя бы на полчаса.

– Я бы тоже не отказалась. – поддержала меня Энн.

– Там гибнут люди! – напомнил нам Леуш.

– И мы куда лучше поможем им, если сперва придем в форму. – осадил его я. – Тебе бы, между прочим, тоже не помешало. Заодно вот такую штучку освоишь. Лови.

Я бросил ему нечто, напоминающее бутылку Клейна, сделанную из… множества застежек женского бюстгальтера. По крайней мере крючков с петлями там хватало с избытком, и распутать их не смог бы даже самый опытный распутник. Такой вот каламбур.

– Это же… – начал Леуштилат.

– Синкоптум. – перебил его я. – Тебе пригодится. Сольешь умения и пойдешь насаждать добро и причинять справедливость. Все, как ты любишь.

– А ты?

– А у меня еще один. – успокоил я друга.

– Мальчики проводят вас в ваши комнаты. – распорядился лорд уже практически на лету. – Постарайтесь не задерживаться.

– Стой! – снова тормознул я Корнелиуса. На этот раз хором с Анной.

– Мне нужен массив Объединившей, а не Развившей. – тут же добавила сестра. – Развившей я только притворялась.

Воин кивнул.

– Ну а я займу комнаты Айнилиэля. – натянув на лицо хитрую ухмылку, заявил я. – Они ему больше не понадобятся.

– Но там же массив Разделившего! – ахнул Сим и сразу закрыл рот ладонями, глядя на меня со смесью восхищения и ужаса.

В голове Корнелиуса явно роился сонм вопросов, однако времени задавать их у него действительно не осталось. На что я, собственно, и рассчитывал.

– Проводите. – бросил он юнцам, после чего стремглав умчался защищать город.

– Через сорок минут у главного входа. – резюмировал я.

– Не опаздывайте, мальчики. – с улыбкой проворковала нам Энн, ступая за своим провожатым.

Ушел с Симом и я, не забыв сперва спрятать в Теневой могильник прислужников и несколько десятков наиболее ценных притащенных ими трупов.

Все-таки массовые сражения – самое раздолье для Некроманта. Ведь я не только восстановил прореженные цедриком ряды, но существенно их пополнил. Осталось лишь воскресить элиту – личей и умертвий. Чем я и собирался заняться в массиве. Не с одними же гулями к ограм лезть.

Вряд ли, выходя утром из своих покоев, Айнилиэль предполагал, что вернется обратно уже в виде мертвецки дохлого трупа. Да и нельзя сказать, что он прям вернулся. Все-таки вынимать его из Теневого могильника я пока что не планировал. Тело Разделившего слишком ценно, чтобы делать из него простого лича, а времени на серию полноценных вдумчивых экспериментов у меня не хватало.

«Простого лича». – мысленно фыркнул я. – «Кажется, кто-то опять зажрался».

Некоторые всю жизнь довольствуются тройкой безмозглых зомби, каждым из которых приходится управлять вручную. Под моим же командованием уже есть гули, личи, умертвии, темные клирики, приведения и призраки. А я все еще чем-то недоволен. Совесть, похоже, забыла переродиться после моей смерти во время Первого Вторжения.

Ну да и фиг бы с ней. Без нее даже лучше.

Комнаты нелюдского лорда оказались обставлены лакированным деревом, шелком, бархатом, а также изделиями из других редких для Ижмарила материалов. Эльф определенно любил роскошь и не отказывал себе в маленьких радостях жизни.

Да и в больших, в общем, тоже.

Например, тихо журчавший прозрачной ключевой водой фонтан заставил бы сойти с ума половину населения города. Я же вдоволь из него напился, смыл пот, пыль, да и завалился в массив, сплошь выложенный мягкими подушками с декоративными кисточками на углах.

Как и ожидалось, массив Разделившего существенно превосходил аналогичную структуру для более слабой ступени. Тем не менее, я уже примерно представлял, что меня там ждет, а потому стойко выдержал обрушившееся со всех сторон чудовищное давление. Концентрация Межмировой Энергии внутри оказалась столь высока, что из нее при желании можно было бы лепить снежки и устроить ими небольшую войнушку. Фиолетовые частицы даже сами просачивались в мое тело, что, не пройди я пару эволюций, без сомнений меня бы просто убило.

Жуткая штука!

Жутко полезная, я имею в виду.

Усевшись поудобнее, я закинул в рот очередной сушеный плод и принялся жадно впитывать силу, восполняя запас и одновременно циркулируя ее в теле и душе. Я попытался также воздействовать на стенки моря души в надежде увеличить его объем, но понял, что достиг предела на текущей ступени. Перейти же наследующую мне по-прежнему мешало препятствие, смести которое силой я не смог бы даже за год беспрерывной медитации в этом массиве.

Определенно стоит в ближайшее время заглянуть к Пифии. И, если она не поможет, срочно искать другие способы решения проблемы. Большие надежды в этом плане я возлагал на Корнелиуса и его знания. Лишь бы он не сдох в сражении с Небесным Тиранослоном. Это вообще будет фиаско тогда.

Не знаю как там Энн с Леушем, но свои полчаса передышки я провел с максимальной пользой. Рассортировав добытые во время сражения на трибунах тела, я поднял сразу несколько личей, догнав их общее число до двадцати девяти. Далеко не все из них при жизни достигли ступени Развития, однако наличие в моей армии собственного магического корпуса не могло не радовать.

В рядах умертвий тоже приросло. Целых четырнадцать могучих воинов, являвшихся при жизни Развившими, теперь стояли под моими знаменами, готовые беспрекословно выполнить любой мой приказ. Их не терзали сомнений, не грызли муки совести, не беспокоила оставшаяся на родине семья, и даже повышением по службе они не грезили. Идеальные солдаты, чье сердце на веки застыло, а последний вздох уже покинул тело вместе с любыми страхами и переживаниями. Такие не предадут и будут биться насмерть даже против кратно превосходящих сил противника. Пока я не решу иначе!

Особое место среди них занял отец Катура – бывший патриарх рода Глендельвейд. Объединивший, на чье поднятие из мертвых у меня ушло несколько драгоценных минут и целая прорва Межмировой Энергии.

Как и в случае цедриком, я использовал для воскрешение светляк его собственной души, но процесс прошел значительно проще и не потребовал от меня каких-то сверхъестественных усилий. Возможно, из-за того, что дварф не задействовал для своих умений частиц, отличных по цвету от фиолетового.

Я не знал.

Неплохо бы, опять же, поинтересоваться у Корнелиуса, но тот умчался спасать город от нашествия монстров. Как же неудачно все обернулось!

Или, может, как раз удачно?..

В результате всех действий я не успел восстановить полный запас сил, однако передышка в любом случае пошла мне на пользу. Я выжал из нее максимум и теперь был готов побороться с ограми за право повысить ранг авантюриста, что в свою очередь откроет мне путь в Свет Зарницы. Ведь с учетом уцелевшей каким-то чудом Анны я получил шанс воссоединить нашу семью в прежнем виде.

Возможно, мы даже сможем поселиться в каком-то тихом уголке вроде того же Дальнего Крутолуга, построим себе уютный дом с просторной гостиной, будем все ужинать за одним столом, смеяться, делиться эмоциями от прожитого дня, вспоминать былые деньки… Мама снова станет возиться с бумагами лорда, папа будет охотиться, Энн тренировать воинов, я – магов, Фил… Тоже чем-то займется. Слишком давно его не видел, чтобы строить какие-то предположения на его счет.

От столь радужных мыслей на сердце невольно потеплело, и сковавшая его ледяная корка дала трещину. Но я не позволил ей расползтись. Нельзя размякать раньше времени. До воплощения столь идиллической картины еще требовалось немало потрудиться, а для этого нужно быть твердым в своих действиях и помыслах. Вокруг полно угроз и опасностей, а любая слабина легко станет фатальной.

Я не мог себе позволить быть слабым.

Ради семьи. И ради людей всей планеты. Чтобы у них тоже появился шанс испытать чувства, которые подарили мне в детстве Жакер с Дианой. Отец и мать. Папа и мама. Родители! Настоящие, а не числящиеся по документам бездушной бюрократической машины.

Жаль, что Мари не переродилась вместе со мной. Ей бы тут понравилось.

По крайней мере в первое время…

Сестренка, увидимся ли мы еще когда-нибудь?

Глава 6

– Я смотрю, с Синкоптумом ты разобрался. – бросила Анна Леушу, оценивающе его разглядывая. Мы с ней пришли к выходу из Цитадели практически одновременно, но не успели переброситься и парой фраз, как подоспел мой друг. – Какие ощущения?

– Вещь! – максимально емко резюмировал Леуштиал, показав нам большой палец. – Умения влет слил. Даже напрягаться не пришлось. Так что я теперь Объединивший!

– Мои поздравления. – Энн дважды прикоснулась ладонями друг к другу, обозначив аплодисменты.

Присутствие Леуша в самом деле теперь ощущалось по-другому. До Королевы Кровавой Казни силой он, может, и не дотягивал, но вот Маэстро, каким я его запомнил, определенно обогнал. Причем резко. Рывком.

Любопытная штуковина.

– И что прям два умения с нуля объединил? – заинтересованно спросил я.

– Ну не совсем с нуля. – признался здоровяк. – Что-то я до этого и сам сделал. Немножко. Но, думаю, с нуля тоже должно сработать! Это как будто… как будто… – он сморщился, пытаясь подобрать аналогию. – Будто не понимал, как вставить меч в ножны, а потому вдруг раз! – он щелкнул пальцами. – И резко понял.

– Нужно быть совсем идиотом, чтобы не вставить меч в ножны. – усмехнулась Анна.

– А Шон, помните, после тренировки не справился как-то. – с теплотой улыбнулся Леуш. – Как же Угрюмый Чагаш тогда его отхлестал.

– Сэр Чагаш. – рефлекторно поправила его Копейщица. – Как он там, кстати? Не знаете?

А ведь и правда. Она всегда им восхищалась. И, похоже, сохранила в сердце это чувство, хоть уже давно могла бы уделать его одной левой.

– Нормально. – ответил я. – Наверное. Если не достал совсем жителей, и они его не отравили. Мы город спасать идем? Или дальше лясы точить будем?

– Идем, конечно, дружище! – воскликнул Леуштилат, сходу начав высматривать вокруг врагов. – Что за вопрос!

– Тогда надевайте. – я достал из кольца три легких плаща и одинаковые белые маски. – Нас не должны узнать.

– Э, нет, братишка, так дело не пойдет! – заартачилась Энн, а в глазах ее сверкали озорные искры. – Ты у нас приманка. Забыл, что ли? Ловим на живца. В Цитадели Инделлан, может, и не было, но она точно где-то в Ижмариле. И раз ты запорол мой план, будь добр отрабатывать новый. Никакой тебе маски!

Она забрала одну себе, одну всучила Леушу, а третью спрятала в своем кольце. И, в целом, была права. Пусть Анна и жива, но от идеи поквитаться с гадской эльфийкой я не отказался. Правда, получается, у сестры на это прав побольше. Придется действительно ходить светить лицом в ожидании, когда в него прилетит Огненный шар, и держать наготове защитные чары.

– А Пифия где живет, кстати? – поинтересовался я, когда со всеми приготовлениями было покончено.

– Там где-то. – Леуштилат махнул рукой в сторону южной части города. – А что?

– Думал по дороге заскочить. – разочарованно цыкнул я, припомнив, что огрская Трещина открылась на востоке. – Ладно, разберемся с делами и сразу туда.

– Проблемы по женской части? – хохотнула Энн. – Вот уж не ожидала от тебя! – я молча закатил глаза. – Ладно, пойдемте, мальчики. – позвала она, шагая на ведущую в нужном направлении улочку. – Огры сами себя не прикончат!

– Сеструха у тебя – отпад! – как когда-то в детстве, шепнул мне на ухо друг. – Мне б такую!

– Забирай. – повторил я свой давний ответ, невольно улыбнувшись.

– Может и заберу. – отклонился от «сценария» Луш и бросился догонять Энн. – Эй, а как ты выжила-то вообще? Поделись секретом. Вдруг пригодится!

Заберет он. Ага. Эта сама кого хочешь заберет и разрешения не спросит. По-моему, за прошедшие годы она стала еще более безбашенной и сумасбродной, чем прежде. А с учетом наличия высокой ступени, ее теперь вообще мало кто осадить сможет.

Мы шли по городу и всюду видели следы сражений. Удивительно, как быстро мой призыв выплеснулся за пределы Цитадели и распространиться по Ижмарилу. Кровь, выщербленные умениями стены и запах смерти невольно привлекали внимание, даже если пытаться думать о чем-то другом.

А я и не пытался.

Видать, и вправду нелюди достали своей безграничной спесью, раз недовольство жителей вспыхнуло, словно бензин от спички.

Вот только тел на пути нам почти не встречалось. Оказалось, что после новости об угрозе вторжения монстров, обе стороны конфликта быстро принялись утилизировать павших, чтобы не привлечь еще больше обитателей Диких Земель.

Не самое удачное место я выбрал для начала очистительного похода. Впрочем, возможно еще удастся вернуть события в нужное русло и избавить город от нелюдей. Не мечом и магией, так пером и бумагой. Законами, то есть. Ведь правила устанавливают сильнейшие, а местную верхушку я успел знатно прополоть от сорняков. Посмотрим, как оно получится.

С ликвидацией трупов я тоже помог. Те немногие, что встречались нам на пути, я прятал в Теневой могильник для дальнейшего использования. Попался даже один Развивший. При полном отсутствии видимых повреждений целых костей в теле осталось не так уж много.

Не слишком большая проблема для Некроманта.

Однако мужичку придется немного подождать для становления умертвием, потому что своего предела по единовременному контролю над нежитью этого типа я уже достиг. Грех жаловаться, с учетом того, что общее число моих прислужников перевалило за полторы сотни. С подобной силой я уже мог бы в одиночку захватить такой крупный город, как Заманск. Да что Заманск – Триомаж тоже уже не устоял бы. Разве что с Дамой Трех Ка пришлось бы повозиться. Но с правильной стратегией, думается, я бы ее одолел.

Повезло человечеству, что я на его стороне. Иначе все могло бы обернуться совсем по-другому. Все-таки магов смерти обычно причисляют к силам зла.

До места активных столкновений с ограми мы добрались довольно быстро. Но по дороге Анна все равно успела удовлетворить наше любопытство и вкратце пересказала историю своего спасения. Честно говоря, я ожидал чего-то захватывающего и сверхъестественного, однако реальность оказалась куда скучнее и прозаичнее. Удача, помноженная на халатность нелюдей – вот и весь секрет.

Как я уже знал, после захвата Дальнего Крутолга нелюди распорядились вырыть яму позади особняка, куда и сбросили вперемешку все трупы. Своих, чужих – без разбора. Я видел эту братскую могилу своими глазами и даже попрощался там с сестрой. А заодно насобирал костей для своих экспериментов.

Еще тогда я поразился малому слою земли, которым присыпали мертвецов, но и подумать не мог, что это стало одной из главных причин спасения Анны.

Очнулась она уже ночью, когда я во всю топал в сторону Нионанда, и сразу ощутила холод, удушье и ноющую боль в груди. Покойники вокруг еще не начали разлагаться, но уже остыли и придавили ее со всех сторон, а в рот насыпалась пара горстей земли, от которой пришлось отплевываться. Ведь Энн повезло оказаться в верхних слоях. В противном же случае она никогда не смогла бы выкарабкаться на поверхность.

Собравшись с силами и превозмогая боль, раненная Копейщица кое-как отползла в сторону и спряталась в лесу, где и выдернула из себя колдовской шип, едва не лишивший ее жизни. Оказалось, что Инделлан в попытке прикончить противницу запулила ей заклинанием ровно в середину груди. Туда, где у Анны висел небольшой металлический амулет, который она буквально накануне из вредности тиснула у Максимилиана. Вещицу пробило насквозь, но именно она и не дала эльфийке достать до сердца.

Впрочем, обычному человеку и так хватило бы. Но Энн буквально жила на плацу, проводя тренировку за тренировкой, а копье из рук так и вовсе не выступала даже во сне. Она находилась на третьей стадии первой ступени, а в момент, когда отбила Огненный шар, прорвалась и стала Освоившей. Ее тело было значительно прочнее, чем у простых Пробужденных. Даже несмотря на то, что она оставалась маленькой девочкой.

Именно сочетание всех этих мелких факторов и позволило ей не двинуть кони в первый день вторжения. А дальше за дело взялся характер. И его у моей сестры хватило бы на двух-трех взрослых мужчин.

Скрываясь от всех и вся, она жила в лесу, питаясь плодами природы, пока не выздоровела достаточно, чтобы начать делать мелкие вылазки в город. Заодно не упускала возможности и напакостить нелюдям. Анна прекрасно понимала, что не сумеет одолеть их в одиночку, но и просто так смотреть, как захватчики хозяйничают в ее доме, не могла.

На этом моменте рассказа я пожалел, что сестра не знала о расположении Нигдейки. Ведь в то же самое время в системе тайных проходов особняка прятались Леуш с Филом. Втроем им было бы куда проще выжить, да и история могла пойти совсем по другому руслу.

Окончательно оправившись от ранения, Энн решила покинуть Дальний Крутолуг, чтобы позже вернуться, заручившись поддержкой. Вот только первый Караван, прибывший для торговли, нелюди полностью уничтожили.

Та же участь постигла и следующий.

И тогда она рискнула пробраться на нелюдский!

С этим ей повезло и не повезло одновременно. В Караван она действительно проникла, вот только довольно быстро ее выловил мэлэх – немолодой орк, обладавший умением вызывать неодолимое, туманящее разум сексуальное влечение к своей персоне. Которым он без всякого зазрения совести и воспользовался.

На три долгих года Анна стала его игрушкой, согревавшей постель и выполнявшей любые грязные прихоти старого извращенца. Хуже всего, что из-за умения, она думала, будто сама всего этого хочет и не могла адекватно оценивать реальность.

Услышав об этом, я невольно стиснул кулаки, а моя и без того неиссякаемая ненависть к чертовым нелюдям, кажется, стала еще глубже. Даже добряк Леуш сокрушенно покачал головой. Энн же продемонстрировала амулет в виде двух плоских куриных лап, сжимавших сушеный глаз какого-то монстра. Тот защищал ее от любых ментальных воздействий, включая, похоже, ауру ужаса моего меча. Его она не снимала даже на время сна. Что, впрочем, совершенно не удивительно.

Заодно сестра показала и шрам, оставшийся на память от сражения с Инделлан, для чего ей пришлось оттянуть легкий кожаный нагрудник. Леуштилат при этом невольно зарделся, словно подросток, а я испытал смешанные чувства. Но отметина, в отличие от той, которой я наградил эльфийку, действительно получилась совсем небольшая. Хоть и бугристая из-за заживления без должного ухода.

Дальше Анна поведала, что вырваться из-под контроля ей помогло нападение монстров на Караван нелюдей. В сражении мэлэх получил рану, что в совокупности с угрозой жизни позволило Энн сорвать оковы разума. И пусть она еще не до конца осознала свое состояние, но это не помешало ей собственными руками прикончить орка и сбежать до окончания схватки.

Сбежать в никуда, потому что вокруг простирались бескрайние Дикие Земли.

Сестра не смогла сказать, сколько часов или дней она блуждала, мучимая жаждой и голодом. Ее мозг стер эти воспоминания. Но очнулась она, упершись в невидимую преграду. Та оказалась Куполом, чего Анна даже не сразу поняла.

Очередное невероятное везение в ее жизни. Вообще, похоже, судьба благоволила ей с рождения. Начиная с получения редкого умения «Копейщик» и заканчивая тем, что ее, находящуюся на грани смерти, обнаружили отправившиеся на охоту воины. Воины-люди!

Когда Энн выходили, она тут же добилась аудиенции местного лорда и стала требовать отправить экспедицию для спасения Дальнего Крутолуга. Но тот город оказался таким же мелким и незначительным, как наш родной, да и решиться на столь масштабные военные действия не так-то просто. Все-таки операция не на один месяц, к тому же с риском вообще не вернуться.

Так ей сказали и в более крупном полисе.

Тогда она стала совершенствоваться во владении копьем, попутно зарегистрировавшись в гильдии авантюристов для придания своей персоне большего веса. Впредь Анна не хотела надеяться на кого-либо и решила сама отбить город!

Но и слухи о Дальнем Крутолуге собирать не перестала.

Таким образом она узнала, что жестокая наместница оставила свой пост и зачем-то отправилась в Ижмарил. Энн последовала за ней. А позже ее догнала новость, что Крутолуг освободили и без нее. И более того, из той же новости, она выяснила, что сделал это не кто иной, как ее брат, которого она считала давным-давно мертвым.

А затем Анна окончательно добила нас с Леушем, сообщив, что пересекалась в Ижмариле с Филом! Тот умудрился ее найти, как и я, приняв за Инделлан. А когда недоразумение вскрылось, они немного поболтали, после чего Фил принял решение отправиться в Свет Зарницы. Какие-то слухи о людях, похожи на наших родителей, дошли и до него, и он решил их проверить. Энн же пообещала присоединиться, как только насадит на копье Инделлан.

Я хотел больше расспросить о нашем с ней брате, но тут нам стали попадаться первые огры, и пришлось отложить разговоры до более спокойного времени. Если такое вообще когда-то наступит в Ижмариле. Потому как пока что передохнуть он мне давал даже не каждой ночью.

Ограми, как я уже знал, называли могучих краснокожих созданий. Ростом и шириной плеч они превосходили даже орков, достигая порой двух, а то и двух с половиной метров. Как представители одной из диких рас, вроде гноллов или кобольдов, огры использовали примитивную, сшитую из шкур одежду и столь же примитивное оружие. В основном дубины. Однако попадались и особи успевшие уже разжиться трофеями в городе.

Из-за габаритов вторженцы из Трещины могли протиснуться далеко не по всем улочкам Ижмарила, а потому беззастенчиво расширяли их, круша стены домов. Похоже город-крепость ждала эпоха серьезных реконструкций. Если он, конечно, переживет сегодняшний день.

Первого огра прикончила Анна. Юркой куницей она метнулась вперед и, без видимого труда уклонившись от удара дубиной, вонзила копье в подбородок громилы, пробив его череп насквозь. Даже умений не использовала. Что не удивительно, ведь враг находился лишь на ступени Освоения.

За первым шествовали еще двое, сосредоточенно «воевавших» против каменных построек. Примерно тот же уровень силы. Энн с легкостью справилась бы с обоими, но теперь место позволяло, и на помощь ей устремился Леуштилат.

Ловко орудуя двуручным мечом, он без проблем отбил в сторону костяную палицу чуть ли не с себя размером, пропустил мимо пудовый кулачище и по рукоять погрузил клинок в грудь врага.

Леуш и до этого весьма неплохо сражался в ближнем бою, однако с достижением ступени Объединения, его движения стали еще более стремительными и в то же время плавными. Интересно было бы теперь глянуть его бой против Митрофана унд эс Громоушева. Зрелище должно получиться крайне впечатляющим.

И еще любопытно, какие умения мой друг слил с помощью Синкоптума. Но эта информация может и подождать.

Со вторым противником Анна также справилась без труда, а я, пользуясь случаем, воскресил один из трупов в виде улучшенного зомби. Страхолюдина получилась та еще. О чем мне не преминула сообщить сестра.

– Братишка, тебе не стыдно вообще таких уродов клепать? – укорила она меня с усмешкой. – Его и так жизнь обидела, а ты еще добавил. Не мог красоты какой-то навести что ли?

– В следующий раз обязательно займусь. – хмыкнул я, отправляя нового прислужника в Теневой могильник.

– Омишем поклянешься?

– Неужели ты мне не веришь? – притворно удивился я.

– Я так и думала! Ты та еще вруша!

Энн заливисто расхохоталась, и от ее смеха у меня стало тепло на душе.

– Остальных не спрячешь? – спросил у меня Леуштилат, кивнув на двух оставшихся. – Чтобы монстров не привлекали.

– Они слишком большие. И слишком слабые. – покачал головой я. – Только место займут.

Но кое-что я все-таки сделал. Призвал с десяток призраков, которые довольно быстро выпотрошили огров, добыв для меня их кости, и побросав те в Тень. Костяная булава отправилась туда же. Не в качестве оружия, а тоже как материал для заклинаний.

– Эй вы там! – крикнул я ижмарильцам, притаившимся в тени разрушенных зданий. – Приберитесь здесь. Вы точно знаете, как лучше. – те усиленно закивали. – А мы пока пойдем дальше. Нам еще город спасать.

Глава 7

Двигаясь на шум сражений и грохот разрушаемых задний, мы пробирались все глубже, неизменно уничтожая всех встреченных по пути огров. Тех оказалось на удивление довольно много. Будто они не из Трещины вылезли, а вторглись прямиком из соседней страны.

Что, кстати, все еще имело шанс оказаться правдой. Ведь краснокожие могли попасть на Землю во время Третьего Вторжения, и быть не дикой расой, а, например, просто лишившейся своего Краеугольного Камня. Трещина же в таком случае являлась бы туннельной и вела прямиком в их главное логово.

Впрочем, я и сам в эту теорию верил с трудом, а Анна ее вообще подняла на смех. Хотя Леушу она понравилась.

Пользуясь короткой передышкой, Энн решила поинтересоваться и нашими приключениями, а также каким образом я до ступени Разделения обзавелся комплексным умением Некроманта. Я не понял, как эти два явления связаны между собой, но ни ответить на ее вопросы, ни задать свои не успел. Ведь мы наткнулись на баррикады, обозначавшие прежние границы, захваченные ограми.

Всюду валялось множество трупов краснокожих, а также некоторое количество ижмарильцев, павших от их рук. Тела сноровисто растаскивали в стороны обычные горожане, попутно вытирая кровь особыми впитывающими губками. Такие же использовались и для очистки арены во время турнира.

Турнир…

Эх, как же все было на нем просто. Нет ведь – пошло псу под хвост. Во многом из-за меня. Однако, по-другому я бы в любом случае не поступил. Все-таки обрел сестру, которую считал давно мертвой. А это стоит любых неудобств и трудностей!

– О, еще приперлись! – увидев нас, презрительно бросил обильно покрытый татуировками орк. Не слишком молодой, судя по всему, но и еще не старый. В руках он держал большой зазубренный топор, а спину ему прикрывал круглый выпуклый щит в зеленую клеточку, что делало нелюдя похожим на черепашку ниндзя. Разве что без маски. – То никого, никого, а как награду подняли, так целая толпа прибежала. Из ваших, похоже.

– Вы тоже не спешили, так-то. – спокойно, но с явным внутренним напряжением отвечал ему мужчина, тоже вооруженный топором. Только поменьше. Маска полностью закрывала его лицо, а просторные одежды скрадывали телосложение, но, по голосу, он вряд ли был сильно старше меня. – Так что мы в равных условиях, Мугзанг.

– Для тебя «господин Мугзанг», чел! – надменно фыркнул орк. – Нос не дорос так с Объединившим разговаривать. Повезло тебе, что монстры приперлись, не то всю вашу жалкую расу уже к ногтю прижали бы. Грязь бы из-под моих ногтей жрали, как вам и положено. Ну же, дай мне только повод! Или только из-за папиной спины тявкать можешь, Львиная Отрыжка?

Так это сын Львиного Рыка? Надо же. Такой молодой, а уже Развивший. Вполне мог бы в Битве Сильнейших поучаствовать.

Услышав издевки Мугзанга, отпрыск главы гильдии крепко сжал оружие. Так же поступили и стоявшие за его спиной спутники. Пришедшие с орком нелюди выглядели куда спокойнее. Численность оказалась примерно равна, но на их стороне был Объединивший, что вносило в расстановку сил существенный вклад.

Даже несмотря на то, что среди людей я с удивлением увидел Митрофана с его любимой шпагой на поясе. Этот-то тут что делает?

Впрочем, ни один из присутствующих меня, судя по всему, не узнал, но вот Леуш с Громоушевым кивками обменялись. Братья по стали, или как там обозвал их связь Леуштилат…

– Друзья, давайте не будем ссориться. – завел привычную шарманку Леуш, выходя вперед. – Уверен, огров на всех хватит, а их лидера мы сможем победить сообща. Ведь главное – это закрыть Трещину и защитить мирных жителей, правда?

Обе группы уставились на него, как на умалишенного. Я-то уже привык, а им в новинку. С полчаса назад, небось, активно друг друга резали, а теперь какой-то здоровяк в плаще и маске предлагает мир, дружбу и одну жвачку на всех. Так еще и воображаемую.

Энн же вообще беззаботно хохотнула, хотя я видел, как она напряглась при виде орка. Неудивительно с ее-то прошлым.

– Дебил. – коротко резюмировал Мугзанг, сплюнув себе под ноги. – В общем, мой род идет первым и забирает всю добычу себе. А вы, челы, можете остаться здесь и целовать друг друга в задницы, как вы это любите. Полезете за нами – убью лично, и никто об этом не узнает!

Сын Львиного рыка явно хотел что-то возразить, но я ему этого не дал, перебив:

– Да пусть катятся. – сказал я, пожав плечами. – Нам же работы меньше.

– Трус. – самодовольно бросил мне орк

Леуш дернулся уже было в мою сторону, чтобы предупредить мои действия, но я, к его удивлению, вообще пропустил оскорбление мимо ушей.

Он не знал, что с моим обновленным набором личей и умертвий мне не составляло особого труда в любой момент прикончить Мугзанга и всю его свиту. Тем более при поддержке Анны. Всяко не сложнее патриарха Глендельвейдов будет. Который, кстати, уже тоже слепо подчинялся мне в своем посмертии.

Так что пусть черепашонок кичится сколько влезет. И заодно разведает нам дорогу. А убьют его огры, я или кто-то еще – без разницы. Ведь встав у меня на пути, судьба у него отныне только одна – вечно служить мне в виде послушной нежити!

Мугзанг со своими нелюдями двинулся вглубь захваченных ограми территорий, а мы, чуть погодя, отправились следом.

Подобное положение ни в коем случае не означало, что мы просто гуляли по трупам. С момента открытия Трещины краснокожие успели превратить здешнюю часть города в руины и порой выпрыгивали из самых неожиданных мест. Несмотря на свои немалые габариты. Так что расслабляться не стоило.

Однако, нам все равно было куда проще.

Тем более, что с разных сторон тоже доносились звуки сражений. Это означало, что не мы одни решили защищать город изнутри, а не снаружи. Но, похоже, наши две группы продвигались пока что успешнее остальных.

Впрочем, огров все равно предстояло перебить подчистую или выдворить за пределы стен, а главную награду от гильдии получат те, кто принесет голову лидера и закроет портал. И вот тут уже я пасовать не собирался. Платиновый ранг авантюриста, мне, в отличие от Энн, взять еще только предстояло, и уж теперь меня точно ничто не остановит. Разве что только если предводитель огров окажется Филом. Но это уж совсем сюр.

Идя последним, я незаметно подбирал самые ценные трупы и складывал их в Теневой могильник. А заодно прислушивался к редким разговорам на случай, если кто-то из наших спутников окажется предателем, а то и вовсе клиотом. Всех Химеров в Цитадели я перебил, так что остальные не должны знать внешности убийцы их драгоценного цедрика, но это отнюдь не повод расслабляться.

После нескольких стычек с ограми, в которых я вообще не участвовал, Митрофан вдруг осознал, что Леуш стал Объединившим, с чем он его коротко, но торжественно поздравил. Услышав это, сын Львиного Рыка (которого, кстати, что забавно, звали Лев), возмутился нашим отношением к отряду Мугзанга. Ведь, имея в своих рядах Объединившего, мы могли бы диктовать свои условия с позиции силы, а не унижаться перед «сраными нелюдями».

Хороший мальчик. Из него точно будет толк.

Пока Лешутилат задвигал свою теорию о мире во всем мире и проповедовал веру в Сатвелеона, я подумал, что вообще у нас двое Объединивших. И я. Мерить которого обычными мерками как будто уже не было смысла. Ведь по факту я все еще оставался Развившим, но при этом имел чудовищный запас Межмировой Энергии, а также смог несколько раз выдержать удары Разделившего. С чем справится далеко не каждый на ступени Слияния.

Правда в основном я достиг подобного благодаря эволюциям, а насколько я успел понять, не так много рас на планете могли похвастаться аналогичными привилегиями. Со Второго Вторжения так и вовсе одна. Как, собственно, и с Первого. Эльфы.

Пускай с Мугзангом и шел один ушастый, но тот должен был являться изгоем среди своих, иначе не примкнул бы к орку.

Хотя по средним силам участников их отряд все-таки нас несколько превосходил. Ведь он чуть ли не на половину состоял из Развивших, в то время как у Льва таких товарищей оказалось меньше трети. Остальные же находились на ступени Освоения. Я даже удивился, каким образом он собирался побеждать предводителя огров, если тот уже успел одолеть более сильную группу авантюристов.

Впрочем, для меня это особого значения не имело. Со своими задачами я справлюсь самостоятельно.

Добравшись до Трещины, мы обнаружили, что недавно здесь состоялось жесткое побоище. Огры отчаянно защищали вход на свою территорию, но не сумели противостоять натиску Мугзанга. Их покрытые рваными ранами трупы лежали подобно кровоточащим мясным горам, создавая мрачную картину в красных тонах. Пара же погибших дварфов на общем фоне просто терялась.

– Такое сражение пропустили. – разочарованно вздохнула Энн, «добив» показавшегося ей живим огра. – Того и гляди все приключение им достанется. Что потом в старости вспоминать? Как подчищал хвосты за другими авантюристами?

– Ты планируешь дожить до старости? – поддел ее я, сделав вид, что удивился.

– Ну вдруг повезет. – пожала плечами Копейщица.

– Награду получит тот, кто выйдет живым из Трещины. – многозначительно произнес Лев, вытирая вспотевшие ладони о край одежды. – А все, что случится внутри, останется там навсегда.

Этот парень определенно нравился мне все больше. Если, конечно, я правильно понял его намек.

– Пойдемте скорее. – поторопил всех Леуш. – Может, им нужна помощь.

«Помощь им точно понадобится. Но вряд ли они ее получат». – подумал я, после чего добавил вслух:

– Идите, я тут чуть задержусь.

Один за другим мои временные спутники исчезли в дрожащем мареве, а я подобрал сильнейшие тела, часть из которых сходу воскресил в виде гулей, и извлек на свет последних уцелевших Пескомеров. Двадцать семь штук, включая одно умертвие. Без песка они заметно теряли в подвижности, но я дал жукам другое задание: охранять портал и не пускать в него огров или любых других нелюдей. Получить удар в спину категорически не хотелось.

Тем более что…

Встав перед самой Трещиной, я обернулся и пристально осмотрел окрестности. Меня не покидало какое-то странное чувство. И тем не менее, не заметив ничего необычного, я шагнул внутрь, лишь в самый последний миг почувствовав на себе чужой взгляд.

Оказавшись по другую сторону, моим первым желанием стало сразу вернуться обратно, но я решил, что так или иначе сделаю это после победы над ограми. С чем-то справятся Пескомеры. А если нет… Что ж, похоже все-таки придется держаться настороже. Впрочем, расслабляться я в любом случае не собирался.

– А тут прохладно. – бросил Лев, оглядывая окрестности.

– Ты, кроме Ижмарила, нигде не был? – спросил его Леуш.

– Нет пока. – ответил тот.

– Обязательно съезди в город под Куполом! В любой. – с воодушевлением посоветовал ему мой друг. – Сразу поймешь значение слова «прохладно». А если попадешь на зиму, то и снег увидишь!

– Снег холоднее, чем здесь? – недоверчиво уточнил сын главы гильдии.

– Отец рассказывал, что снег такой холодный, что может обжечь. – задумчиво произнес Митрофан, смахнув пылинку с эфеса шпаги. – А еще, что это просто замершая вода, которая лежит на земле.

– Чушь какая-то. – фыркнул Лев.

Я будто снова в Нионанде оказался и слушал разговоры каторжников. С той лишь разницей, что эти не путали понятия, нам не грозило весь день махать киркой за пару мисок похлебки, а вместо кромешной тьмы над головой ярко светило солнце. Обычное, а не убийственный красный шар Диких Земель.

Оглядевшись, я увидел бескрайнюю степь, заросшую чахлой растительностью. Изредка на глаза попадались кусты или невысокие деревца. Под такими даже от дождя не спрятаться. Теплый, а вовсе не прохладный ветер принес запахи цветов, от которых я за последнее время успел отвыкнуть. Под ногами, тихо пискнув, юркнула мышь.

Не самое радушное местечко, но все-таки куда лучше, чем беспросветная серая хмарь Трещины под Заманском.

Степь простиралась во все стороны насколько хватало глаз, желто-зеленым морем уходя к горизонту. И лишь в одном месте однотипный пейзаж нарушали горы. Невысокие. Даже без снежных шапок. Скорее холмы. Они походили на череду муравейников, выстроенных трудолюбивыми насекомыми посреди луга, и стояли так близко друг к другу, что, казалось, будто с одного на другой можно запросто перепрыгнуть.

Впрочем, это наверняка был обман зрения, вызванный большим расстоянием до объекта наблюдения. По крайней мере, доносившиеся оттуда звуки сражения едва долетали, и даже мой чуткий слух их еле улавливал.

– Идем к горам. – вынес решение Лев, указав топором в выбранном направлении.

– Будто тут выбор есть. – легкомысленно хохотнула Энн.

– Желающие могут остаться здесь. – ожог ее взглядом сын главы гильдии.

– Не кипятись, мальчик. – миролюбивым тоном произнесла сестра. – Никто не оспаривает твое лидерство. Так что веди нас вперед, храбрый воин.

В ее голосе все-таки проскользнула легкая издевка, но не настолько сильная, чтобы акцентировать на ней внимание. Скорее просто манера речи. Да и любой понимал, что в текущей ситуации затевать конфликт с союзниками будет верхом глупости. Тем более из-за такой ерунды. А потому Лев лишь гневно сверкнул глазами из-под маски и первым отправился в сторону гор.

Отойдя от Трещины метров пятьдесят, я извлек из Теневого могильника трех приведений и отослал их назад охранять проход с этой стороны. Все-таки мне не давал покоя тот взгляд. Если он, конечно, мне не показался. Да, в отличие от Пескомеров, столь слабая нежить не сможет никого остановить, но зато, если с ними что-то случится, я тут же об этом узнаю. Так что пусть висят. В бою от них все равно толку ноль.

Добравшись до гор, мы обнаружили, что те покрыты оспинами пещер, из которых на нас смотрели агрессивно настроенные огры. Однако, несмотря на всю свою злобу, они оставались слишком слабы и нападать не спешили, понимая, что одолеть нас не сумеют.

Мы тоже не тратили на них время и силы. Сперва требовалось разобраться с главной угрозой, а уже потом можно заняться зачисткой. Эти же, даже если решатся ударить в спину, особых проблем не доставят. Тем более мне.

Держась плотной группой и ожидая нападения в любой момент, мы добрались до входа в самую большую пещеру, откуда, собственно, и доносились звуки сражения. Хотя в последнее время те становились все тише.

Зайдя внутрь, мы попали в просторное пространство, украшенное черепами и шкурами. В дальнем углу стояла грубо сколоченная клетка с пленными представителями различных рас. Оглушающе пахло застарелым потом, испражнениями и свежей кровью.

Крови было много. И она продолжала литься.

В самом центре, сбившись спиной к спине, стояли уцелевшие члены рода Мугзанга с ним самим во главе. Меньше трети от начального числа. Их тела покрывали многочисленные раны, а в глазах отчетливо плескалась обреченность. Ведь нелюдей плотно окружали ряды могучих безжалостных воинов.

Раз за разом вооруженные чем попало огры волнами накатывали на врагов, чтобы нанести несколько ударов и тут же отступить, предоставив остальным возможность тоже поучаствовать в схватке. Настоящий конвейер смерти. Прямо на моих глазах изможденный дварф пропустил удар дубиной и рухнул с проломленным черепом, а его убийца не стал развивать успех и, издав победный клич, уступил место новому отдохнувшему сородичу.

Будто отработка боевой тактики.

Или изысканное развлечение для вождя.

А такой тоже имелся.

Огромный трехметровый огр сидел на троне из костей и черепов в окружении более мелких сородичей и даже детенышей. Его мускулистое тело покрывали только набедренная повязка, сшитые из шкур сапоги и потрепанный плащ, украшенный все теми же черепами. Многие из них явно принадлежали людям.

Возле трона лежал округлый валун, из которого торчал здоровенный меч, украшенный чем-то, подозрительно напоминающим лоскуты человеческой кожи. Судя по трещинам, камень неоднократно пытались разбить, но тот каким-то чудом до сих пор уцелел и служил неким подобием стойки для грозного оружия.

От вождя так и веяло силой, а с нашим появлением на его испещренном шрамами лице не дрогнул ни один мускул.