Некромант на страже человечества. Том 5

Глава 1

Путь до Триомажа вышел неблизкий. Город располагался все еще в центральных землях региона Белой Пальмиры, но уже на самой границе с северными. Которые в свою очередь являлись довольно тонкой прослойкой, предшествующей региону Зеленого Ламаная с вожделенным Светом Зарницы.

По дороге мы дважды делали небольшой крюк, заезжая в другие города для пополнения запасов, торговли и обмена информацией. Таким образом выяснилось, что в Триомаже пропало даже больше Караванов, чем думали в Заманске, и по слухам там же канула в небытие отправленная из столицы экспедиция. Что совсем уж ни в какие ворота не лезло.

Если, конечно, являлось правдой.

Тем не менее, подобные сведения лишь подливали масла в огонь, заставляя Еленгу все больше роптать и переживать за судьбу товарищей. Однако, будучи караванщицей до мозга костей, она все равно беспрекословно подчинялась приказам Умана – ее мэлэха.

Хотя и забралась выше него по лестнице развития.

Да, Еленга тоже являлась Развившей. Но если Уман лишь недавно, как и я, вскарабкался на эту ступень, то она находилась на ней уже больше трех лет, освоив пару следующих стадий. Что, собственно, и позволяло ей контролировать целых двух Королевских Зверей, эквивалентных ей самой по силе.

Уман пока что так не мог.

Как, естественно, не мог и Хвост, хоть и умудрился в пути стать Осознавшим.

Хвост вообще довольно много времени проводил в обществе Еленги. Сперва они сошлись на почве схожих врожденных умений, а потом оказалось, что бывший каторжник, обладающий слабым характером и практически не имеющий собственного мнения, отлично дополнял сильную духом и волевую кочевницу. Со стороны эта пара выглядела крайне необычно – как союз египетского бегунка и крокодила – но им было комфортно в обществе друг друга, а потому остальные тактично помалкивали. Даже если приходилось прятать улыбки под капюшонами накидок.

Леуш подружился со всеми. Он знал каждого члена Каравана по имени, кто с кем в каких родственных связях состоял, сколько лет было их детям, когда и при каких обстоятельствах погибли родители, выудил сведения о любимых блюда, взглядах и планах на жизнь, об отношении к остальным кочевникам и, кажется, даже оказался посвящен в расписание регул у женщин.

Все это Леуштилат выяснил еще в первый день, до того как зажглись вечерние звезды, и Уман объявил привал. Я же за это время лишь соорудил себе более или менее удобное лежбище из того, что нашлось в кольцах.

Интересно было наблюдать и за метаморфозами Ждана. По первости тот держался робко и вздрагивал от каждого скрипа. А если уж фургон наезжал колесом на камень, то начинал дрожать, как пробитый Паркинсоном старик, и молился всем богам, которые только приходили на ум. Возможно даже выдумывал новых, потому что о некоторых я слыхом не слыхивал.

В целом, вполне объяснимое поведение для того, кто всю жизнь прожил под Куполом, а представление о Диких Землях имел лишь по популярным страшилкам. Многие из них, кстати, не слишком далеко ушли от правды.

Но все изменилось уже после первого нападения монстров.

То случилось на третий день странствия. Неожиданно земля задрожала, и из-под песка один за другим полезли существа, похожие на кротов. Только вот размером они превосходили годовалого теленка, и кроме длинных и острых когтей обладали зубастой пастью, а также похожим на змею языком, унизанным электрическими стрекалами.

От последних больше всего людей и пострадало. Оказалось, что твари предпочитали парализовывать жертв мощным разрядом, а потом утаскивать в свои норы для дальнейшего пиршества. Ну или других целей. Сами они нам не рассказывали, а проверять на своей шкуре никто не рискнул. Лишившихся же подвижности людей удалось успешно отбить.

Собственно нападение напугало лишь своей внезапностью, и монстров уничтожили за несколько минут. Несмотря на богатый атакующий арсенал, прочностью шкуры они похвастаться не могли. Да и Королевских зверей среди них не оказалось. Сплошь Суверенные, да Высшие.

Таким образом, довольно быстро оправившись от первого шока, караванщики вдарили по обидчикам всем доступным арсеналом умений. Запела сталь, полетели чары, хлынула кровь, орошая привычные к подобному зрелищу Дикие Земли.

Неплохо постарались и Лилу с Лолилом. Ловко орудуя своими мощными щупальцами, они хватали чудищ, поднимали тех в воздух и разрывали на части, ловя и поглощая вывалившиеся наружу внутренности.

Милые осьминожки. Вернее Октанонты.

В общем отбиться удалось без потерь. Разве что пострадало одно колесо, которое принялись экстренно ремонтировать, а раненные тем временем потянулись к забившемуся от страха в угол Ждану. Ведь другого лекаря у Каравана теперь не было.

Спектр повреждений оказался довольно широк: порезы, вывихи, поражение электричеством, открытые раны, сведенные судорогой мышцы, ослепление и даже один довольно неприятного вида открытый перелом. Сперва Ждан лишь ошалело хлопал глазами, но, оказавшись в родной стихии, постепенно втянулся и принялся на ходу стряпать мази и снадобья, параллельно проводя анализ травм и раздавая рекомендации.

Не остановился он и когда Караван продолжил движение.

А уж после того, как спустя несколько дней к нему потянулись благодарные пациенты, исцеленные созданными на коленке лекарствами, знахарь и вовсе расцвел, словно сирень по весне. Да и цвет имел примерно такой же. Правда последнее возможно благодаря палящему солнцу, от которого не скрыться, даже если вообще не вылезать из фургона.

Нельзя сказать, что Ждан по щелчку пальцев стал другим человеком, но в обществе караванщиков он почувствовал себя нужным и полезным, что существенно подняло его самооценку.

Я тоже времени зря не терял. Уединения в подобных условиях ожидать не приходилось, однако мне соорудили на бортике фургона откидную панель с навесом, где я по большей части и пропадал. Статус давэра давал свои привилегии.

Благодаря Угрюмому Чагашу, я знал, какие стадии требовалось преодолеть для достижения ступени Слияния и становления Объединившим.

Хорошо хоть «Слившим» не назвали – звучало бы так себе. Да и ассоциации вызывало бы не лучшие.

В общем, сперва требовалось в собственном море души создать участок более плотной Межмировой Энергии. Нечто на подобии острова или, возможно, ядра, как у Королевских монстров. Сойдет даже рыхлая клякса размером с горошину, однако чем большей плотности и размера получится добиться, тем проще станет преодолевать последующие стадии. Да и в целом манипулировать силой.

Это для магов. Воины, вроде, тоже занимались чем-то схожим касательно строения тела, но в подробности я не вникал. Со своим бы разобраться.

Далее, покончив со стадией формирования, требовалось особым образом подготовить пару своих умений, создав в их структуре связи, похожие на разомкнутые замочки. А потом, используя ядро, как центр притяжения, слить два умения воедино, получив на выходе нечто совершенно новое, с уникальными свойствами и параметрами. Что и являлось второй и третьей стадиями ступени Слияния. Тоже по-своему слитых.

Причем Чагаш рекомендовал использовать для подобных целей именно улучшенное на предыдущей ступени заклинание, что позволило бы создать совсем уж уникальные чары, способные повергнуть противника в шок самим фактом использования.

Мысль, не лишенная смысла, но это Чагаш все-таки загнул. Опытный воин или маг должен быть готов к любому неожиданному повороту во время схватки. Что бы противник ни выкинул и какой козырь ни достал из рукава. Впрочем, ему, как всего лишь Осознавшему, подобное заблуждение простительно.

«Всего лишь Осознавшему». Эк я возгордился. Сам ведь совсем недавно эту ступень перешагнул.

Но ведь перешагнул же все-таки! А значит имею право! Некоторые до старости доживают и достигают меньшего, а у меня вообще кучу лет из жизни похитили. Чертовы нелюди!

Кстати, примером объединенного заклинания являлись марионетки Андрианора. Получив базовые чары из токина, он сперва полностью их ассимилировал, обретя возможность создавать изделия любых форм и размеров, а затем, слив с чем-то еще, вдохнул в них некоторое подобие жизни. Плюс каким-то образом добавил возможность передачи контроля другим людям. С одной стороны не самое нужное свойство, но с другой, если он собирался посвятить свою жизнь служению лорду Заманска, то для города и его жителей польза очевидна.

Сперва я хотел пойти тем же путем и слить улучшенное «Создание зомби» с «Привидением». Ну или «Гуля» с «Привидением». Что-то из этой области. По моим прикидкам должен был получиться новый тип нежити, о котором я грезил с последней посещенной Трещины. Нечто способное не только полагаться на одни лишь грубую силу и ловкость, но и использовать какое-нибудь боевое умение. А лучше не одно.

Наличие даже всего пары таких прислужников существенно увеличило бы мощь моего отряда.

Однако, поразмыслив, я решил, что мне нет необходимости изгаляться подобным образом и чесать левой рукой правое ухо. Некромант я или погулять вышел? Я сам в состоянии создать чары для нежити нового типа! Причем с теми параметрами, которые будут нужны именно мне.

А слить можно и что-то попроще. Менее значимое. Например «Теневой могильник» со светляком. Последний, правда, вообще не заклинание, но все равно интересно, что бы в таком случае получилось. Летающие светящиеся сферы с заключенным внутри ожившим мертвецом? Так это уже покеболы какие-то…

Жутень, я выбираю тебя!

Хах, ладно, что-то я отвлекся.

Октанонты с утра до вечера размахивали щупальцами, толкая фургоны сквозь палящий зной Диких Земель, но мне все равно казалось, что к Триомажу мы приближаемся в час по чайной ложке. День за днем вокруг одни и те же лица; неизменный пейзаж примелькался настолько, что походил на застывшую картинку, приклеенную поверх реальности; и даже неунывающий Леуш уже скорее раздражал своей неизменной улыбкой, чем поднимал настроение.

Он, кстати, тоже не только зубоскалил, но и пытался деликатно обратить караванщиков в свою веру. У него мало что получалось, но воин-жрец не отчаивался и продолжал свои ненавязчивые проповеди. Которые, на удивление, никого не смущали. Посвящал он время и тренировкам. Однако мне казалось, что я все же провожу за ними куда больше времени.

И результаты не заставили себя ждать.

После множества бесплодных попыток мне, наконец, удалось создать в море души точку притяжения, к которой я начал стягивать Межмировую Энергию, трамбуя ее и уплотняя до предела. В принципе, если бы меня устроила крохотная рыхлая клякса, то к конечному пункту маршрута, я бы, может, и закончил, но я не желал довольствоваться малым и планировал выжать максимум, на который способен. А благодаря эволюции и выстроенному в самом начале фундаменту, доставшемуся мне потом и кровью, мог я немало!

Так же не забывал я и о Некромантии. На ходу, без должного пространства, заниматься ей было не очень удобно, однако я все равно прикладывал максимум усилий для наращивания собственного могущества.

Во-первых, мне удалось существенно расширить Теневой могильник. Теперь, если бы вдруг нам по пути попался дохлый Императорский Трицебык, мне бы уже не пришлось бросать его на съедение другим монстрам, и я бы забрал всю тушу себе целиком. С живым таким, правда, пока что все так же встречаться не хотелось бы. Его костяную броню мы вряд ли пробьем, а шанс, что рядом окажется бритвенно-острая Трещина, стремился к нулю.

Во-вторых, я, не откладывая в долгий ящик, принялся постепенно изменять структуру пары заклинаний, готовя их к слиянию. Практика предыдущей ступени показала, что если стадии не завязаны друг на друга, то их все-таки можно менять местами, а то и преодолевать параллельно, экономя время. Я же не хотел тратить годы на становление Объединившим!

Так же я вел разработку и новых чар.

Меня крайне заинтересовало умение Марка, который, будучи магом, одалживал силы у своего питомца, что позволяло ему неплохо показывать себя в ближнем бою. Я еще после встречи с Гожаром размышлял над такой возможностью, но лишь благодаря очной демонстрации процесса получил кое-какое понимание сути и продвинулся на сим поприще. Причем я отметил, что лучше всего связь устанавливалась с правой рукой. Возможно, имело какое-то значение взаимодействие с осколком и оставленная им рана. А может и нет.

Взялся я и за создание нового типа нежити. Став обладателем тела Лагдуфа, являвшегося, на минуточку, Развившим, я хотел сотворить прислужника, способного пользоваться оружием и применять умения. Я не мог вывалить труп на всеобщее обозрение, чтобы его не увидел Леуш (да и вываливать все равно было некуда), а потому работал над ним прямо в Теневом могильнике. Не очень удобно, но лучше, чем ничего.

Кроме того, скрепя сердце, и с превеликой осторожностью я вновь предпринял попытку порождения лича. Памятуя о предыдущем опыте, едва не стоившем мне жизни, я не лез на рожон и вообще особо не усердствовал, но и результатом похвастаться не мог. Я чувствовал, что мне не хватает какого-то важного элемента. Крупицы знаний, что могла бы позволить достичь желаемого. А потому Аглорн, убитый еще в Дальнем Крутолуге, по-прежнему оставался никчемной бездыханной тушей с серебряным кольцом в длинном остроконечном ухе.

Чертова нелюдь! И тут не сдавался.

Возможно, мне смог бы помочь Некрономикон, но с последней ночи в «Духовной Пагоде» я его больше не видел. В тот раз артефакт долго глумился над тем, что я едва не двинул кони в Трещине, а его лишенный эмоций блеклый смех до сих пор звучал у меня в ушах, вызывая зябкую дрожь. Так что где бы он ни шлялся, без дельного совета пусть лучше на глаза не показывается. Все равно при наличии рядом такого количества ушей не явится.

Может соскучится и реально поможет? Хотя вряд ли, конечно. О чем это я. Лишь бы не мешал.

По мере продвижения на север концентрация Межмировой Энергии в пространстве постепенно возрастала, что и позволило Хвосту с Кисточкой достичь ступени Осознания. Я же лишь с тоской вспоминал оставленный позади массив и довольствовал тем, что есть.

Монстры так же становились сильнее. Все чаще попадались стаи, целиком состоявшие Высших и Суверенных зверей, причем число последних даже преобладало. Встреться такая, когда я путешествовал с прежним Караваном Умана, и нам пришлось бы туго. Стало понятно, почему для перемещения к столице требовалось являться как минимум Развившим. И чем больше Развивших в группе, тем лучше.

Трещина за все время нам встретилась всего одна. Караванщики, как водится, при ее виде встали в стойку и не сдвинулись с места, пока ее не закрыли. Проблем с ней, к счастью, не возникло. Внутри оказалось царство льда, что резко контрастировало с температурой в Диких Землях, но зато удалось пополнить запасы воды и даже добыть несколько редких растений.

Обитавшие там твари тоже проблем не доставили.

А вот токин приятно удивил. Он содержал заклинание «Ледяная глыба», создающее небольшой айсберг в выбранной точке пространства и обрушивающее тот на голову противника.

Кочевники такому подарку судьбы крайне обрадовались. Оказалось, что «Глыбу», сформированную из смеси Межмировой Энергии и рассеянной в воздухе влаги, вполне можно растопить и выпить, что являлось крайне ценным приобретением в условиях пустыни. Поэтому Уман, не мешкая, выучил заклинание и повысил свою значимость среди прочих мэлэхов.

В общем, путешествие до Триомажа прошло практически без инцидентов. Мне даже призывать своих прислужников пришлось от силы раз шесть. Да и то хватало их десятой части. С различными же ранами, болезнями, поносом и прочими житейскими неприятностями оперативно справлялся Ждан.

Так бы и прибыли мы в пункт назначения с выражением скуки на загорелых лицах и под знаком любимцев фортуны, однако в какой-то момент Дикие Земли все же решили напомнить, что они отнюдь не лужайка для променада. И подкинули нам крайне неприятный сюрприз.

Глава 2

Стоял обычный денек. Не важно какого месяца, потому что календарь в Диких Землях годился разве что в качестве растопки. Ну или для плотного «общения» с пятой точкой. Не более.

Солнце медленно клонилось к закату, и не думая сбавлять жар своих смертоносных лучей; воздух дрожал над разогретым за день песком, заставляя мечтать об освежающем холодном душе; Леуш развлекал малышей, показывая фокус с «исчезающим» пальцем, а мэлэх уже начал выискивать взглядом пригодный для ночлега бархан. Хотя на мой взгляд все они походили друг на друга, как блохи на плешивой дворняге. И простирались до горизонта примерно в том же количестве.

До Триомажа по прикидкам Умана и Еленги оставалось дней пять. Сущие пустяки по сравнению уже преодоленным маршрутом.

Но именно в тот вечер томную плавящую тишину в клочья разорвал встревоженный окрик одного из разведчиков:

– Стойте! Беда, мэлэх! Впереди тварь! Командуй «стоп»!

Еленга и без дополнительных указаний заставила Октанонтов остановиться, и те застыли, сложив щупальца бесформенной кучей.

– В чем дело, Симхах? – осведомился Уман, соскочив на песок.

Надо же. И этот уже имена запомнил! Впрочем, ему по должности положено.

К разведчику подошли сильнейшие члены Каравана, а также и мы с Леушем. Кочевник стоял, опираясь руками на собственные колени, и жадно хватал ртом горячий воздух. Запыхался. И это при том, что обладал умением быстрого бега, необходимым для дозорных.

– Впереди. – Симхах махнул рукой себе за спину. – Километра полтора. Монстр. Похож на личинку. Здоровенную. – он осмотрелся. – Размером с два наших фургона. Нет, даже больше!

– Ты испугался большой личинки? – приподнял одну бровь я.

– Ты бы тоже испугался, давэр. – проникновенно произнес мужчина. – Личинка Императорская!

Я уже знал, что у некоторых разведчиков Каравана имелся навык определения степени угрозы монстра. Похоже это был тот самый случай.

– Вот это дело! – радостно воскликнул Леуштилат, потирая руки. – Наконец достойный противник! Да, дружище? – он ткнул меня кулаком в плечо. – Сейчас мы его…

– …обойдем. – закончила за Леуша Еленга. – Никто в здравом уме не станет связываться с Императорским зверем. Даже если он выглядит, как обычная личинка. Я ведь права, мэлэх?

Караванщица испытывающим взглядом посмотрела на Умана. Будто всерьез сомневаясь в его умственных способностях. Да, за прошедшие недели она ни разу не посмела оспорить его решение, но все еще не простила уведенную из-под носа должность.

– Определенно. – подтвердил Уман, напряженно всматриваясь вдаль. После чего бросил взгляд на готовящееся нырнуть за горизонт солнце и добавил. – Привал откладывается. Обходим широким крюком по левую руку. Будем идти пока вероятность угрозы не снизится до минимума. И да поможет нам Захаурун.

– Ну тоже неплохо! – с довольным видом кивнул Леуштилат, ничуть не расстроившись. – Устроим ночные маневры, порассказываем страшилки под звездами, дружно покажем кукиш оставшемуся с носом монстра. Красота!

– Погоди. – нахмурился как раз подошедший Кисточка. – Ты же сам говорил, что у личинок, червей и змей носа нет. Что они типа как шнурки.

– Ага! – тут же подхватил Хвост. – Как шнурки.

– Не-не. – поправил их Симхах. – У змей как раз нос есть.

– А, точно! – оперативно поправился Хвост. – Так он и говорил. Слушайте, а что если именно из-за этого зверя Караваны пропадают? Не каждый с Императорским справится. Вот до Триомажа и не добираются.

– Вряд ли. – осадил его я, по правде тоже не горя желанием рисковать понапрасну. – Караваны должны были подъезжать с разных направлений. Хоть один бы проскочил. Разве что личинок несколько десятков, и они окружили город.

– Ну да, ты прав. – снова принял чужую точку зрения Хвост.

– Несколько десятков Императорских личинок… – задумчиво протянула Еленга. – Надеюсь, давэр, Захаурун тебя не слышал.

– Хватит болтать. Выдвигаемся. – закончил дебаты Уман.

– По осьминозкам! – отсалютовал Леуш, и первым ловко вскарабкался по колесу.

Еленга демонстративно закатила глаза, но отдала приказ Октанонтам, и Караван пришел в движение, круто забирая влево.

Вообще в этом вопросе караванщицу я понимал. «Осьминозка» – очередной продукт креатива Леуштилата, объединившегося в одном слове «осьминог» и «повозка». На мой взгляд получилось по-идиотски, но большинству кочевников на удивление понравилось, и термин прижился. Особенно среди детей, которые в здоровяке души не чаяли. Возможно потому, что чувствовали в нем родственную душу. Не по уровню интеллекта, так по сумасбродству идей и отсутствию тормозов.

Мы уверенно огибали лежбище Императорского зверя по безопасной дуге, но самые зоркие караванщики, все равно облепили правые борта фургонов. Они, не моргая, вглядываясь в удлинявшиеся в с каждой минутой тени и готовились в любой момент ввязаться в жестокий неравный бой. Хотя каким образом должна сражаться личинка, я, как ни крути, не понимал.

Собственно, именно из-за угрозы Императорского монстра другую опасность мы и прозевали.

Почти.

Я сидел на своей платформе, располагавшейся с левого борта, и, пользуясь случаем, вновь пытался создать заклинание использования силы приспешника. Заходящее солнце светило мне в глаза, заставляя щуриться, но я все-равно заметил, как участок пустыни передо мной вдруг пришел в движение. Не сразу, но я все-таки понял, что это шевелился вовсе не песок, а обитатели Диких Земель, надвигавшиеся на нас сплошным живым ковром.

– Здравствуй жопа Новый Год… – вполголоса произнес я и тут же завопил, что есть мочи. – Монстры! Слева!

После чего извлек из Теневого могильника четыре десятка зомби, половину гулей и темного клирика, на которых и пришелся первый удар незваных гостей. Незнающая боли и страха нежить, даже не дрогнула, когда на нее налетели превосходящие силы противника. Мертвая плоть столкнулась с живой в неистовой бурлящей мясорубке, однако мои прислужники не отдали и пяди земли, стоя, как вкопанные.

И там же и погибая.

Если бы не я, Каравану пришлось бы туго, но я выиграл достаточно времени, чтобы остальные среагировали и вдарили по тварям всем имеющимся в запасе арсеналом.

Резко запахло жареным. В прямом смысле. Потому что Уман завел свой пулемет, созданный путем улучшения «Огненного шара», и принялся нескончаемым потоком пламенных сфер поливать неприятеля. Получилось весьма эффективно. Даже лучше, чем в Трещине.

Я же, с достоинством пережив первый напряженный момент, рассмотрел агрессора. Им оказалась целая орда приплюснутых шести- а порой и восьминогих насекомых различного размера. От таксы до страуса. Они с легкостью скользили по песку, едва перебирая конечностями, а порой совершали невероятные прыжки, пытаясь обрушиться с неба. И была их перед нами целая тьма.

– Пескомеры! – определил вид монстров Уман. – Быстрые мрази! Не уйдем.

– Без тебя знаю! – огрызнулась Еленга, уже остановившая повозки и один за другим посылавшая в полет небольшие ветряные вихри. Питомцы ее при этом прекрасно справлялись самостоятельно, в клочья разрывая подбиравшихся слишком близко к фургонам чудищ.

Впрочем, таких проворных становилось с каждой секундой все меньше.

Получив оплеуху, Караванщики всерьез взялись за дело и принялись рьяно уничтожать монстров. Их тела сыпались на песок одно за другим, а серебристая гемолимфа не успевала впитываться, образуя целые ручьи, стекавшие к низинам, и скапливавшиеся в лужи. Сквозь стрекот и шелест лапок приказов не слышалось, но особых команд никому и не требовалось. Всех объединяла общая цель: защитить своих, перебить тварей, выжить.

И кочевники достойно справлялись с задачей.

При поддержке нежити они решительным рывком сумели оттолкнуть тварей и, встав перед фургонами дугой, принялись методично уничтожать насекомых. Последние напирали, но им не хватало ума воспользоваться численным преимуществом и завершить окружением, а потому они вставали на место убитых, чтобы тоже пасть, пронзенные оружием или заклинанием.

Наибольшие же проблемы доставляли прыгучие особи. Взмыв над линией фронта, они так и норовили обрушиться на головы сражающихся, однако караванщики не первый день топтали Дикие Земли и отлично понимали, что делать.

Воины даже не смотрели наверх, сосредоточившись на врагах перед собой, прекрасно зная, что их прикроют маги. Бойцы полностью доверяли своим товарищам, и те не подвели, оперативно переключившись на наиболее опасные цели.

Я тоже не бездействовал. Зомби и гули сражались бок о бок с кочевниками, успешно противостоя нашествию насекомых. Их острые когти рвали хитин, как бумагу, а самых ценных прислужников своевременно отлечивал темный клирик, с которым я по мере необходимости делился Межмировой Энергией. Вместо павшей же нежити я поднимал новую из числа Пескомеров и тут же бросал их в бой уже на нашей стороне.

Причем в какой-то момент меня осенило, и я принялся воскрешать сбитых попрыгунчиков, выбирая тех, которых не сильно покорежило магией. Этих я не берег и сразу засылал в толпу врага, отправляя их над головами людей. Приземлившись, камикадзе держались от силы несколько секунд, но они создавали дополительные очаги сражения, что замедляло продвижение орды и облегчало жизнь воинов.

Заметив мой успех, маги быстро сориентировались и начали стараться убивать «десант» более аккуратно, а не разрывать его на части убойными чарами. Они по достоинству оценили мою стратегию и быстро перестроились для достижения максимальной эффективности.

Но и на этом я не остановился. Оказалось, что силы монстров никак не зависели от их размеров – крупные особи запросто могли оказаться эквивалентными обычным Пробужденным, а более мелкие на равных бились с Осознавшими, доставляя им немало проблем.

Собственно, на Суверенных Пескомеров я и нацелился, поднимая их в виде гулей!

Да, находясь в тылу, мне ничто не мешало сосредоточиться на несколько секунд, чтобы получить более могущественную нежить, способную существенно влиять на ход сражения, а не просто разменяться на парочку обычных монстров.

Под воздействием магии смерти тела тварей претерпевали существенные изменения, наращивая заостренные костяные зубцы на лапах, что делало их похожими на грубые пилы. Жвала удлинялись, а хитин приобретал большую плотность. И каждое такое чудовище позволяло отступить израненному бойцу, неспособному более держать в руках оружие.

Вообще стоит отдать караванщикам должное – они бились отчаянно, не обращая внимания на мелкие травмы. Даже получив несколько кровоточащих ран, они стискивали зубы, но оставались в строю, понимая, что заменить их некому. И лишь получив поддержку в виде могущественной нежити, тонким ручейком потянулись к Ждану. Некоторых, потерявших сознание от потери крови и крайнего изнеможения, даже пришлось нести на руках неспособным сражаться кочевникам.

И все же без потерь не обошлось.

Пал молодой воин, вполне неплохо орудовавший похожим на серп ножом. В пылу боя он вырвался слишком далеко вперед и, лишившись поддержки товарищей, оказался растерзан сразу несколькими тварями.

Погибла покрытая шрамами воительница, практически достигшая ступени Осознания. Она банально оступилась, споткнувшись об попавшийся ноги кусок мертвого монстра, и, из-за усталости не сумев восстановить равновесие, рухнула под ноги наседавшим на нее насекомым.

Умер и один Осознавший. Тот умело сражался, практически не получив ран, однако в очередной раз взмахнув топором, даже умением не сумел пробить панцирь возникшего перед ним гада. Тварь оказалась Королевской и мощным ударом лапы разворотила бойцу грудь, сломав ребра и достав до сердца. Не помогли ни броня, ни многократно усиленное в процессе развития тело.

К счастью, неподалеку оказался Леуштилат и не позволил чудовищу продолжить кровавую жатву. От его двуручного меча пало уже немало Пескомеров, а самого его густо покрывала кровь вперемешку с серебристой гемолимфой. Но воин-жрец не обращал внимания на раны и продолжал размахивать своим грозным оружием, сея вокруг себя смерть.

Зная Леуша, он наверняка хотел бы сразиться один на один с грозным противником, но я ни в коем случае не желал терять друга, а потому его с самого начала боя прикрывала пара гулей. Лечение которых стояло у темного клирика в приоритете.

Втроем они одолели монстра, и я, не удержавшись, призвал из Теневого могильника часть резерва, под прикрытием которого отправился на передовую. Я не мог позволить себе упустить столь ценный материал.

Дело в том, что это было уже третье Королевское насекомое, затесавшееся в рядах роя. Но первых двух успели своевременно обнаружить, после чего Уман с Еленгой обрушивали на них всю свою совокупную мощь Развивших. При поддержке других магов они превратили тварей в не поддающееся идентификации расчлененное и обожженное месиво.

Тут же труп Королевского монстра хоть и пострадал, но все оставался полезен достаточно сведущему в некромантии магу.

То есть мне!

– Стой, давэр! – крикнул заметивший мое поползновение караванщик, однако я не обратил на него внимания.

Я сам решу, что мне делать. И вообще, без меня потерь было бы уже куда больше. Гораздо больше! Так что имейте совесть, господа хорошие.

Сжимая в руке свой новенький меч и держа наготове практически уже оформленные в заклинание чары, в сопровождении группы мертвых бодигардов я добрался до передовой. Шум здесь стоял еще громче, чем возле фургонов. Шелестели и стрекотали лапки насекомых, трещал раскалываемый сталью хитин, ревела – хоть уже и тише, чем в начале – магия.

Подобравшись к интересовавшему меня трупу, я быстро спрятал его в Теневой могильник и хотел уже отправиться назад, как тут прямо передо мной с неба упали сразу два Пескомера. Суверенных!

Спасибо хоть не Королевских.

Но что, блин, маги в фургонах заснули что ли?

Действуя на одних рефлексах, я швырнул в левого монстра скалящийся фиолетовый череп, а под опускавшиеся мне на голову лапы второго подставил костяной меч. Укус мертвеца не убил первого, но заставил издать полный страдания скрипящий звук, а заодно конвульсивно дернуться, что позволило ближайшей нежити навалиться на него всей толпой. Со вторым вышло поинтереснее.

Изготовленное из рога Императорского Трицебыка оружие с легкостью отсекло монстру конечности. От меня же требовалось лишь удержать его в руках. С чем я и справился, одолжив силу у ближайшего гуля!

Ненадолго, всего на полторы секунды (все-таки создавать заклинание я еще не закончил), но я ощутил в правой руке легкость и мощь, недоступные мне прежде. И я не только отбил атаку, но и, продолжая движение, продольно резанул по шее нависшей надо мной твари, вспоров ее от головы, до середины груди.

Меня окатило фонтаном гемолимфы, а поверженный монстр упал мне под ноги.

Другого же прикончил Леуш, вонзив свой меч тому в спину.

– Решил составить мне компанию? – хохотнул воин-жрец, умудрившись перекричать шум боя. – Вместе мы…

– Не отвлекайся! – грозно перебил его я, Укусом мертвеца прикончив подбиравшегося к другу слабого Пескомера.

Леуштилат вернулся к схватке, а я отправился назад к фургонам. Не забыв, конечно, прихватить с собой и трупы напавших на меня чудищ. От таких подарков не отказываются.

Оказалось, что владеющие магией караванщики не заснули и отнюдь не проморгали монстров, пытавшихся укокошить их драгоценного давэра. У них банально закончилась Межмировая Энергия. После нескольких минут интенсивного сражения маги один за другим выходили из строя, успев за это время отправить в полет по нескольку десятков смертоносных заклинаний. И лишь Уман с Еленгой продолжали вести обстрел, хоть уже и не так резво, как в начале.

Воины тоже выдохлись. Но они хотя бы могли продолжать сражаться и без использования Межмировой Энергии. Пусть и с меньшей эффективностью.

И лишь моя личная армия не только не показывала признаков усталости, не только не перестала уничтожать врагов, но и по итогу боя стала сильнее! Ведь в процессе сражения часть слабых зомби я заменил на гулей, чье число достигло теперь двадцати двух. Да и в море души у меня плескалась еще почти половина от максимального запаса силы. Несмотря на то, что все это время я колдовал практически беспрерывно.

Ослабевшие воины все больше прятались за нежитью, нанося удары из-за их спин, но, к счастью, количество Пескомеров в рое оказалось не бесконечным, и в строю осталось лишь десятка полтора неуемно наскакивавших особей. Вдвое больше же вообще предпочли убежать вглубь Диких Земель.

Что немало насторожило Умана.

– Все по фургонам. Живо! – скомандовал он, гаркнув во все горло. – Еленга, трогай.

– Но… – начала было караванщица, однако мэлэх ее перебил:

– Это приказ!

Тут же пришли в движения щупальца Октанонтов, толкая повозки. Кочевники под прикрытием нежити цеплялись за спицы колес и таким образом поднимались наверх. Когда же все обрели укрытие, я спрятал уцелевших прислужников в Теневой могильник.

И тут, с другой стороны, в лучах закатного солнца показалась туша Императорской Личинки, спугнувшая остатки монстров. Она степенно ползла, привлеченная запахом крови. Здоровенная, ребристая, похожая на круассан с зубастой пастью.

Оказавшись на месте бойни, чудовище на миг замерло, заставив нас немало напрячься, однако в итоге оно предпочло нам гору свежих трупов, которых и начало с жадностью поглощать.

Все облегченно выдохнули.

Я хотел уже швырнуть Укус мертвеца в последнего семенившего за нами Пескомера с перебитой лапой, как меня остановил Хвост.

– Не трогай его. – попросил тот, положив ладонь мне на предплечье. – Это теперь мой. Тумбочка.

Ну Тумбочка, так Тумбочка. Что ж я изверг какой питомцев убивать?

Глава 3

– Понимаешь теперь, почему забираться так далеко без Развивших – форменное самоубийство? – спросил меня Уман на привале, который мы все-таки сделали спустя почти целую ночь непрерывного движения. Но хоть Императорская Личинка осталась далеко позади. – А ты хотел Освоившим рвануть. Я ж тогда тебя еле отговорил.

– Освоимшим? – присвистнул Леуш. – Вот это сила духа! Вот это отвага!

– Скорее невообразимое упрямство и завышенное самомнение. – поправил его мэлэх. – Не обижайся, Леон, но ты и вправду порой ведешь себя несколько… эгоцентрично. Хоть и не всегда безосновательно. Повезло еще, что с нами аж четверо Развивших. Иначе…

– Да понял я, понял. – буркнул я, глядя как укладываются на короткий сон перебинтованные бойцы. Лишь единицам удалось выйти из бойни без ранений. И то скорее благодаря невероятной удачи, нежели выдающемуся мастерству. – Но я все равно доберусь до Света Зарницы. Чего бы мне это ни стоило!

– Я с тобой, дружище. – приобнял меня Леуштилат. – Найдем твоих родителей!

Уман лишь покачал головой.

Кроме воинов, расставшихся с жизнью непосредственно на поле боя, еще один скончался чуть позже от полученных ран. Как итог, Караван не досчитался Осознавшего и троих Освоивших. На мой взгляд потери более чем существенные. Но кочевники отнеслись к ним спокойно и даже многократно благодари меня за помощь. По их словам, без меня и моей нежити людей погибло бы куда больше. Если вообще не все.

С другой стороны, без меня они бы сюда вообще не поперлись.

Но все равно с каждым искреннем «спасибо, давэр» я чувствовал, как в груди у меня разливалось тепло, природу которого понять мне не удалось. Будто крепкого алкоголя глотнул. Только путешествовал тот не по пищеводу, а где-то глубже. Гораздо глубже.

Из трофеев можно отметить резко выросшее количество гулей в моем отряде. Который теперь на две трети состоял из Пескомеров. Так же несколько прихваченных с поля боя туш я отдал караванщикам на растерзание, чему они крайне обрадовались. Особенно жвалам и гемолимфе, имевшим какую-то ценность. Но и другие части тел обещали пустить в ход.

А одному особенно ловкому кочевнику так и вовсе удалось перед бегством умыкнуть оба ядра уничтоженных магами Королевских монстров. На эти трофеи я не претендовал, потому что мне тоже одно досталось. Правда извлекать из трупа я его не планировал, а хотел использовать для создания более могущественной нежити нового типа. Хоть процесс пока и застопорился.

Чем ближе мы подбирались к Куполу Триомажа, тем безумнее теории исчезновения Караванов строили люди. Из закоулков памяти извлекались легенды о Блуждающей Песчаной Пасти, о стальных птицах, пикирующих с неба, о хищных Трещинах, охотящихся на путешественников, словно живые, о вспышках света, несущих смерть всякому, кто их увидит, и о многих других вещах, в части из которых угадывалось влияние былых времен.

Грешили и на нелюдей, и на монстров, и на игры богов, и даже на сезонную миграцию тех самых Пескомеров, которые, якобы, действовали сообща с Императорскими Личинками, добывая для тех пищу. А городу, мол, не повезло оказаться у них на пути.

А уж про версии Хвоста и Кисточки я вообще молчу. Хотя бы потому, что они до сих пор порой путали значение слов, из-за чего понять их конспирологические гипотезы становилось еще сложнее.

И все же, спустя пять дней после сражения с насекомыми, мы успешно добрались до границы Триомажа. О чем сообщила Еленга, а не мэлэх, потому что Уману, в отличие от нее, лично бывать здесь еще не приходилось. Однако он все равно первым подошел к Куполу и, пользуясь отцовским ключом, пропустил всех внутрь.

Далеко не в первый раз мне довелось попадать в город подобным образом, и обычно никаких проблем с этим не возникало, но тогда я почувствовал нечто странное. Будто при прохождении преграды, моего сознания коснулось что-то… что-то… нечто, описать которое словами оказалось крайне сложно. Словно меня просеяли через сито, рассмотрели под микроскопом и сочли недостойным внимания. Не самое приятное чувство, между прочим.

– Вы ничего странного не заметили? – спросил я у Леуша с Уманом, греша на обострившиеся чувства Развившего.

– Вроде все в порядке. – ответил мэлэх, настороженно оглядываясь по сторонам. – А что?

– В носу свербит. – пожаловался Леуштитал, потирая переносицу и невольно корча рожи. – Кажется мошка залетела. Или пылинка. Сатвелеон, да что ж такое?

– Лучше бы тебе мозг залетел. – пробубнила Еленга, поглаживая Лолила по щупальцу. – Послал же Захаурун команду…

– Леон, в чем дело? – поинтересовался Уман. – Ты что-то заметил.

– Да так. – отмахнулся я. – Показалось, наверное. Не обращай внимания. Куда здесь идти? Что-то не вижу, чтобы нас кто-то встречал.

Раз дело не в ступени развития, я решил, что, возможно, какую-то роль играла эволюция, которую я прошел единственный из спутников. А может и на всей Земле. Из людей, естественно. Однако никакой видимой угрозы я не заметил и решил пока не обращать внимания. Но все равно держать ухо востро. Впрочем, как и всегда.

Попав под Купол, мы оказались на лесной опушке. По левую руку шелестели листвой березы с осинами, а по правую протиралось мшистое болото, унизанное корягами мертвых деревьев. Словно гнилые, подточенные болезнью зубы, те торчали из подернутого ряской рта, распространяя вокруг удушливый запах сырости и тлена.

Из нависших над головой свинцовых туч накрапывал мелкий дождь.

– Что-то тут как-то… тухло. – выдал Кисточка, зябко поежившись.

– Ага, в Заманске получше было. – подхватил Хвост. – И в Силинодине.

– Да нормально все! Вы чего, друзья? – ловя ртом холодные капли, выдал Леуш. – Сейчас и пыль с нас собьет, и напиться можно вдоволь. А потом найдем местный трактир и горяченького бахнем. Так супчика свежего хочется! Щей кислых или борща наваристого. На телятине.

– Я бы тоже не отказался. – поддержал его Ждан, которого мало-помалу отпускало напряжение Диких Земель. – И запасы трав надо пополнить. Не то после следующей драки с монстрами лечить придется подорожниками.

– Да ты, я смотрю, совсем освоился, парень! – хлопнул его по плечу Леуштилат, чуть не сбив с ног. – Так держать.

Получив неограниченный доступ к дармовой воде, караванщики тут же принялись умываться и замачивать особо грязную одежду. Лилу с Лолилом, выпустив по особому отростку, похожему на длинный тонкий хобот, погрузили их прямо в болото и принялись жадно пить, поглощая влагу в промышленных объемах. Я даже подумал, что они тут сейчас вообще все осушат, но водоем оказался не так прост и лишь немного обмелел, по-прежнему угрожая проглотить зазевавшегося путника.

Может другие Караваны так и сгинули? Промахнулись, да захлебнулись нафиг. Только бульки на поверхности похлюпали немного. А народ снаружи панику разводит, вместо того чтобы банально указатели поставить.

Да не, бред, конечно. У кочевников свои способы определять, где войти на территорию города. Вон и тропа через лесок уходит. Заросшая правда слегка. Но ведет явно сюда – к Куполу.

Я постучал костяшкой пальца по невидимой преграде, однако ничего необычного не обнаружил.

– Как лучше к людям выйти? – решил посоветоваться с Еленгой Уман. – Опушкой или по дороге?

– Ты мэлэх, ты и решай. – фыркнула женщина, демонстративно отвернувшись.

– Ну тогда правь прямо. – пожал плечами Уман. – Народ, не расслабляемся! – крикнул он. – Оружие наготове!

Щупальца Октанонтов так же легко отталкивались от мокрой земли, как от песка или камней, а потому уже довольно скоро болото с лесом остались позади, и мы выехали на широкий простор зеленого луга, вдоль которого шла все та же тропа. Получается и особой разнице в маршруте тоже не было. Если только дорога где-то не ветвилась.

Впереди уже виднелись первые домишки, хаотично разбросанные, как игрушки в песочнице, а за ними виднелись силуэты более серьезных построек, знаменовавшие начало города. Правда разглядеть их более детально из-за завесы дождя не удавалось.

Подъехав поближе, мы встретили первых триомажцев. Они мирно занимались своими делами, что на корню убило теорию, об открывшейся под Куполом Трещины. Если бы территорию наводнили монстры, местные явно не стали бы это скрывать. А может и вовсе были бы уже все мертвы.

Прибытию Каравана люди обрадовались и обещали позже прийти к главной площади для мелкой торговли. Но общаться отказались, сославшись на дела, и отправили нас к некой Василе, как к ответственному и сведущему в разных вопросах лицу.

Василу мы застали, возделывающей внушительного размера огород. Ей оказалась крепко сложенная женщина лет сорока, ловко орудовавшая мотыгой размером чуть ли не с оглоблю. Именно про таких говорят, что она и горящего коня на скаку остановит, и дом разберет, и сына на дерево посадит. Насквозь мокрый от дождя и пота сарафан плотно облегал ее дебелое тело, но работницу сей факт ни капли не смущал.

Неподалеку же суетился тощий лысеющий мужичок примерно того же возраста, чья деятельность, казалось, сводилась к имитации деятельности.

– Левее правь телегу-то! – гаркнула Васила, заметив приближение Каравана. – Морковь мне подавите! И щупала свои подберите. Не на этом… как его… променаде!

– Вот это наш человек! – хохотун Леуш, хлопая в ладоши. – Может она все Караваны и прихлопнула? За то что морковь подавили.

Я же с удивлением отметил, что женщина, в отличие от предыдущих встреченных триомажцев, и правда являлась Освоившей. В Дальнем Крутолуге это позволило бы ей стать охотницей и считаться важным и почитаемым членом общества. Здесь же, очевидно, для выхода за Купол требовалось достичь большего. Впрочем, судя по отношению остальных, она и так неплохо устроилась.

– Ну мимо же прошел, не судьба до выгребной ямы донести? – прикрикнула Васила на мужика, как раз перешагнувшего через наполненное чем-то ведро. Тот покорно подхватил емкость и ушел за дом. – Что привезли? Мне кресало новое надо и полкило соли. Ну и удобрений зелененьких таких. В прошлый раз прикупила, удачные оказались. За все – даю пятьдесят медяков. И ни гульденом больше!

– Уман, смотри в оба, она тебя без трусов оставит. – не удержавшись, хмыкнул я. – Купит вместе с фургонами и титулом. Еще и должен останешься.

– Не учи отца детей делать, давэр. – спокойно ответил мне мэлэх. – Торговля – моя жизнь. – после чего повернулся к Василе. – Купить все необходимое можно будет уже вечером на главной площади. Но, думаю, кое-что сторгуем и сейчас. – он не глядя вытянул назад руку, и один из караванщиков вложил в нее блестящее изделие, напоминающее помесь кастета и накладных усов бравого гусара. – Отличное кресало в обмен на информацию.

– Товар вперед. – легко согласилась женщина.

– Так может ты не знаешь, что мне нужно.

– Ладно, спрашивай. Побыстрее только. Дел невпроворот!

Из-за дома вернулся мужик с ведром. Поставив то на место, он бросил настороженный взгляд на фургоны с монстрами на крыше, опасливо покосился на Тумбочку, щипавшего траву у обочины, вздохнул, потоптался на месте и взялся за другое ведро, стоявшее рядом.

– Куда поволок, бестолочь? – рявкнула на него Васила. – Это крапива с клевером для свиней. Им рано еще!

– Так как же я узнаю, ягодка моя?

– Спрашивать нужно если не знаешь! Послал же Сатвелеон муженька. Иди пока курам зерна насыпь. Из левой бадьи! Смотри не перепутай, Куз!

Мужик снова вздохнул и удалился, а Васила уперла руки в бока и вопросительно уставилась на Умана. Разве что ножкой не притопывала. Наверное, чтобы землю не уплотнить ненароком. Не то снова взрыхлять придется.

– Странного случалось что в последнее время? – поинтересовался мэлэх.

– Странного? – задумалась женщина. – Да чего странного? С той стороны города, слышала, недавно теленок двухголовый родился, с клеймом Шахака промеж глаз. Сожгли сразу. А пепел в лесу закопали. Медведица молодая повадилась к домам подходить. Отогнали. Погода третий день ни к демону. Хоть бы уж ливануло нормально, да солнце выглянуло. Но тебе же не это нужно? Конкретней спрашивай, или давай кресало и не мешай.

– Спрашиваю конкретно. – потеряв терпение, перебил я, не дожидаясь реакции Умана. – Куда пропали прибывшие в Триомаж Караваны? Была ли экспедиция из столицы и, если да, то что искали? Слышно ли что-то о нелюдях? Не бунтуют ли авантюристы? Появлялись ли в городе монстры? Это то, что считают странным. А не медведицу и воду с неба.

Торговать Уман, может, и умел, но сейчас требовался другой подход. Прямой, как удар копьем в пузо. Иначе эта бой-баба нам всем тут мозги ложечкой выест, будем ходить слюни пускать, как муж ее.

Ну а заодно и пару наиболее популярных теорий из числа придуманных по дороге решил прощупать. Чего время зря терять? Мне еще до Света Зарницы добираться.

О ней тоже хотел спросить, но тут требовался кто-то более компетентный. Вроде Дамы Трех Ка. Если не она виновна во всех бедах, конечно.

Васила грозно стрельнула в мою сторону глазами, но я себя не на помойке нашел и взгляда отводить не стал. И не таких за две жизни повидал. Пускай местными крутит, как хочет, а меня так просто на понт не взять. Так что я, наоборот, напустил на себя грозный вид истинного повелителя мертвых, который возымел должный эффект даже без хладной свиты и прочей внешней атрибутики.

– Никто никуда не пропадал. – уже более спокойным тоном ответила женщина. – С чего взяли-то вообще? Приезжают, торгуют, уезжают. Все как обычно. Пореже разве что появляться стали. Ну так это раз на раз не приходится. Не по расписанию же. – она подняла с земли мотыгу и оперлась на нее, словно знаменосец. – Монстры, хвала Сатвелеону, в город только мертвыми попадают. Солдаты приносят. Или авантюристы. И бунтовать им не с чего. Живут сыто, пьют в три горла, девки на них гроздьями вешаются. А что мрут иногда, так так тут ничего удивительного. Сами знали на что шли. А про эксипи… эпски… тьфу! Из столицы не приезжал никто, короче. Не слышала. Ну что, стоит чего моя информация?

Я переглянулся с Уманом, Леушем и Еленгой, но не увидел на их задумчивых лицах и тени понимая происходящего. Как, впрочем, и они на моем. Васила, конечно, могла чего-то не знать, но Караваны имеют слишком важное значение в жизни городов, чтобы не заметить их отсутствия. А те, получается, прибывали в Триомаж, а потом успешно его покидали.

Ну и в чем тогда проблема?

Не могли же в Заманске все напутать. Да и другие полисы по дороге твердили все о том же.

Непонятно.

– Дорогая, а это куда? – из дома вышел Куз с плотным тканевым свертком в руках. Не зная, что с ним делать, он, как и было велено, поинтересовался у жены. Однако ответ обескуражил даже меня.

– Что ты все спрашиваешь? – грозно зыркнула на него Васила. – Своей головы нет что ли? Догадайся!

Мужчина обреченно вздохнул. Во взгляде его явственно читалось: «Боги, за что мне все это?». Сперва схлопотал за бездействие, потом за инициативу. За то, что не спросил, и за то, что спросил. Круг замкнулся. И как из него выбираться?

Понуривший голову Куз, вяло перебирая ногами, направился к сараю, за дверью которого безмолвно исчез. Я понадеялся, что его там ждет что-то получше, чем кусок мыла и шнурок с потолка. Жаль беднягу.

Уман тем временем бросил Василе кресало и дал знак выдвигаться. Что бы ни происходило, но раз Караван прибыл в город, он обязан следовать традициям и организовать торговую точку. Хотя бы на день. Да и вопросы лучше задавать кому-то более сведущему. Ладно хоть с жителями, похоже, все в порядке.

– Эй, караванщик! – мы уже немного отъехали, когда из-за спины раздался все тот же зычный голос. – Караванщик!

Уман обернулся, однако оказалось, что Васила имела в виду отнюдь не его.

– У меня в городе дочь. В «Пегас и Пони» трудится. Ладная девка. Олесой зовут. – сообщила женщина, глядя мне в глаза. – Ты парень видный. Загляни. – и вновь, не обращая внимания на противную морось, принялась ковырять мотыгой влажную землю.

Я же под насмешливыми взглядами кочевников понял, в каком заведении ноги моей точно не будет. Яблоко от яблони, как известно, недалеко падает. Хотя тут скорее шишка от сосны.

Чур меня, чур!

Глава 4

Противный мелкий дождь так и не думал ни завершиться, ни разразиться уже уважающим себя ливнем, медленно превращая дорогу в раскисшую хлябь. К счастью, Королевским Октанонтам подобное проблем не доставляло, и они уверенно толкали фургоны вперед вместе с килограммами налипшей на колеса грязи.

Триомаж представлял собой крупный город с разбросанными вокруг него мелкими домишками занимающихся земледелием жителей. Чтобы далеко не ходить. Потому что территорию он занимал несколько большую, чем Заманск. Причем и по размеру Купола, и по площади самого поселения.

Главным же источником прибыли являлась угольная шахта.

Как я уже знал, залежи черного золота обнаружили здесь после Третьего Катаклизма и с тех пор активно добывали, торгуя им с другими городами. К тому же Триомаж получил довольно удачное расположение, расположившись на пересечении сразу нескольких торговых путей, что обеспечивало постоянный приток товаров и новой крови.

Здесь имелся театр, дававший регулярные представления для всех, кто готов был немного раскошелиться для приобщения к прекрасному, а в музее древностей Уман обещал мне удивительные экспонаты, сохранившиеся со времен Первого Коллапса. Сам он их никогда не видел, но ему рассказывал отец.

Я подумывал заглянуть на досуге и посмотреть на расколотый айфон 54super-puper-pro. Ну или что там еще могли показывать? Не съедобную же втулку от туалетной бумаги, в самом деле.

Едва достигнув мощеных улиц города, мы с Леушем, Хвостом и Кисточкой отделились от Каравана. Кочевники отправились организовывать торговую точку, а я решил начать расследование со знакомства с Королевой Кровавой Казни. Так что путь наш лежал прямиком в местное отделение гильдии авантюристов.

Не могу сказать, что я шел с оружием в руках и сверлил взглядом каждого встречного, однако я все равно держался настороже. Мне крайне не нравилась сложившая ситуация, а еще больше меня нервировала неопределенность. Не доходи Караваны до города – это была бы ситуация непростая, но понятная. Откройся под Куполом Трещина – тоже ясно что делать. А так…

В общем для пущего спокойствия, меня сопровождали по паре зомби и гулей, включая Элельведа и Жутня, а остальные прислужники готовились выскочить из Теневого могильника по первой же команде. Ну и нельзя забывать о Тумбочке, семенившей возле Хвоста, словно верный пес.

И лишь Леуштилат шагал, беззаботно закинув руки за голову и глазея по сторонам, будто папуас, впервые увидевший цивилизацию. Но ему простительно.

Со стороны мы, наверное, должны были казаться весьма странной компанией и привлекать внимание, однако местные жители, как выяснилось, видали и не такое. Они любезно подсказывали нам дорогу, ничуть не смущаясь ни нежити, ни грозного Суверенного Монстра, а один мальчик так и вовсе принялся упрашивать Хвоста покатать его на Пескомерке.

Если бы не мое грозное «кхе-кхе» тот бы непременно согласился.

Мы уже почти дошли до здания гильдии, как внимание Леуша привлек величественный собор, построенный в классическом готическом стиле. Многочисленные витражи, башни, шпили, ворота с кованой оградой. Кое-где виднелись оставленные временем изъяны, однако без всякий сомнений за строением следили и старались вовремя ремонтировать.

Храм Сатвелеона.

Наверное, в более солнечную погоду он должен был создавать ощущение света и благочестивости, однако сейчас лишь давил своей монументальностью. Ну или я себе это все придумал.

– Сатвелеон. – Леуштилат сложил ладони лодочкой и воздел их к ненастному небу. Чуть подумав, жест повторили за ним и бывшие каторжники. Я не стал. – Давайте зайдем и помолимся Богу Света о хорошей погоде и успехе нашей миссии. Уверен, он нам непременно ответит!

Я раздраженно цыкнул.

Конечно, я заметил здание заранее – оно нехило возвышалось над крышами остальных домов, как и еще несколько других строений в городе – однако я надеялся, что проблем не возникнет, и мы спокойно пройдем мимо.

– Почему бы и нет. – легко согласился Хвост. – Заодно и Тумбочку осветим.

– Думаю, Магбар на меня не обидится. – пожал плечами Кисточка. – Потом и к нему загляну. Наверняка в таком большом городе нашлось местечко и для Бога Войны.

– Леон? – Леуш вопросительно на меня посмотрел.

– И не проси! – решительно открестился я.

– Всего на пять минуточек.

– Да конечно. – скептически бросил я. – Ты же пока со всеми прихожанами не познакомишься и каждому молитву не прочтешь, не успокоишься. Мы здесь вообще-то по делу.

– М-м-м… Бросим монетку? – с добродушной улыбкой предложил воин-жрец.

– Никакой монетки. Хотите идти – идите. Но без меня.

Леуштилат замолчал на пару секунд, явно пытаясь придумать еще какой-нибудь аргумент, но не преуспел и пожал плечами, смирившись.

Я хотел уже было уйти, как он остановил меня, положив на плечо свою широкую теплую ладонь.

– Дружище, неловко просить, – пробасил Леуш, – не одолжишь пару гульденов? Поиздержался что-то.

Неловкости на его лице я не заметил ни грана, но отказывать другу смыла не видел.

– Только пирушку не устраивай, как в Заманске. – предостерег я, ссыпая ему горсть меди с редким вкраплением серебра.

– Спасиб, дружище. – просиял Леуштилат, убирая деньги в кольцо. – Никаких пирушек до окончания миссии!

Он дурашливо отдал мне честь и направился уже ко входу в храм, но на этот раз его окликнул уже я:

– Слушай, Леуш, а как выглядит Сатвелеон?

– В смысле? – не понял он.

– Ну, как старик с седой бородой, или мускулистый мужик на огненной колеснице, или человек с головой сокола, или молодой воин со щитом и копьем? Кто он?

Леуштилат посмотрел на меня, как на несмышленое дитя, и добродушно рассмеялся.

– У богов нет облика, Леон. – произнес он менторским тоном. – Они просто боги и все. Высшие сущности, что оберегают нас, неразумных, от злых сил. И мерить их по человеческим меркам так же бессмысленно, как пытаться ходить на голове.

– А старик Газон рассказывал, что где-то далеко-далеко люди только на голове и ходят. – встрял Кисточка, но тут же сам себя одернул. – Хотя… Теперь это уже не кажется таким уж правдоподобным.

– Может он не людей имел в виду, а еще кого-нибудь? – предположил Хвост. – Например…

Дальше я уже не слушал, и махнув рукой, отправился вверх по улице, оставив спутников и их религиозно-географический диспут.

Но слова Леуша меня все-таки заинтересовали. Он, как воин-жрец с соответствующим умением, да еще и аббат в придачу, в вопросе явно разбирался. Но кем тогда являлись завернутый в ковер тип и переливчатая баба, «пригласившие» меня на беседу в свои обители?

Последняя вообще себя нескромно богиней объявила. Хоть и имела вполне зримый облик.

Мда, тут так просто не разберешься.

Здание гильдии, как и в Заманске, представляло собой монументальное сооружение похоже на бункер, способный выдержать ядерный взрыв. Не в эпицентре, конечно, но все же. У входа стояла целая группа переговаривавшихся авантюристов, не обративших на меня особого внимания, и я беспрепятственно зашел внутрь.

Здесь разделение на ранги бросалось в глаза еще сильнее. Вместо крохотных оградок, зоны отдыха вообще разнесли на разную высоту, и подниматься к ним следовало по ступенькам. Одна для бронзовых, две для железных, три для серебряных, и так далее. В идее явно прослеживалась отсылка к лестнице развития. Мол, чем дальше забрался, тем выше сидишь.

Барная стойка, правда, присутствовала тут лишь одна на всех, но зато от стола к столу, сновали вышколенные официанты, готовые обслужить лучших представителей рисковой профессии и их клиентов. К бронзовым и железным подобный сервис не относился. Они таскали себе все сами. Ну или, как я успел заметить, бросали мелкую монетку кому-то из молодых ребят, которые в достатке крутились неподалеку, жадно пожирая глазами овеянных славой героев и кумиров.

Имелся так же стенд с заданиями, столы регистрации, несколько чучел различных монстров, таблица рекордов, приватные кабинки, красиво украшенная пурпуром дверца, возле которой ошивалась фривольно одетая женщина на излете красоты и возраста свежести. За отдельной дверью скрывался, судя по вывеске, доступный каждому зал для спаррингов.

Ну и в целом обстановка выглядела значительно богаче, чем в том же Заманске. Но, как и там, доступ ко внутренним помещениям дозволялся отнюдь не каждому. О чем свидетельствовал случайно подслушанный мной диалог.

– Ну же, Андр, что тебе стоит. – канючила девушка, опиравшаяся на круглый щит и едва не касавшаяся собеседника грудью. – Я же не виновата, что приболела в тот раз. Сейчас бы тоже железной была.

– Знаю я, как ты приболела, Энэска. – бурчал неспешивший отодвигаться от нее парень с перебинтованной головой, рукой, ногой… да и в целом почти весь бинтах. – Зассала просто. И не зря, кстати. Мы чуть не сдохли пока того Дикопарда поймали. Капец тварюга! – он попытался почесать шею, но скривился от боли и передумал.

– Ну пожалуйста, Андр. – не сдавалась девушка. – Мне очень нужно то зелье! Я все сама оплачу. Ты только сходи к мастеру. Ну и тебе кое-чего перепадет. – она с намеком захлопала длинными ресницами. – Когда… заживешь весь.

– Ни-за-что! – по слогам отчеканил парень. – Если Королева узнает, мне кое-что до конца жизни не понадобится. Потому что придется с кое-чем расстаться. Если ты понимаешь, о чем я.

– Ну какой же ты трусишка, все-таки. – надула губки Энэска. – Ничего она не узнает. Ее вообще уже месяца три никто не видел. Как заперлась в «Винограде», так и с концами. Может и не выйдет вовсе. И точно-точно ничего не узнает.

– Выйдет, выйдет. И точно-точно узнает. Хотя бы потому, что ты стоишь тут и кричишь на всю гильдию. Вон тот хмырь первым и расскажет. – Андр кивнул в мою сторону, после чего заметил сопровождавшую меня нежить, сбледнул и быстро добавил. – Простите, уважаемый господин маг высокой ступени. Не хотел вас обидеть.

– Да чего ты перед ним… – начала девушка, но тоже быстро сориентировалась, взяла спутника под локоток и нервной походкой увлекла его в сторону. Где продолжила прессовать. Хоть и гораздо тише.

Сперва я и не сообразил, с чего вдруг ко мне такое отношение, но потом понял, что меня сопровождали целых четыре оживших мертвеца. Два из которых являлись гулями. Но даже если молодые авантюристы и не разбирались в видах нежити, то точно понимали, что так много прислужников Освоившему не подчинить. И Осознавшему тоже. А значит я как минимум Развивший, если не выше.

Эх, ребятки, ребятки. Знали бы вы что, у меня в Тени скрывается еще полсотни лично мной воскрешенных людей, нелюдей и монстров, штанишки бы стирать устали. А то и вовсе забросили бы опасное ремесло авантюристов, так и не подняв существенных рангов.

Впрочем, проблемы статуса молодых приключенцев меня волновали мало, но кое-что интересное из их диалога я все-таки почерпнул. Если упомянутая ими «Королева» – не кто иная, как Королева Кровавой Казни, то получается она уже три месяца, как пропала из виду. И примерно тем же периодом датируется первое исчезновение Каравана в районе Триомажа.

Совпадение? Не думаю.

На мгновение я задумался, не спрятать ли мне в Теневой могильник пару прислужников, чтобы меньше привлекать внимание, но потом решил все-таки оставить. Для безопасности. Когда вокруг творится неведомая дичь, и пропадают Объединившие, лишние пара мгновений, выигранные нежитью, вполне могут спасти жизнь.

Кстати, все еще не факт, что корень зла не сама Дама Трех Ка. В конце концов, кто мог навредить магу ступени Слияния? Гораздо логичнее, что она лично все организовала и теперь руководит из тени. Так что нужно держать нос по ветру, носки сухими, хвост пистолетом, деньги в банке – желательно трехлитровой – и… что там еще полагается в подобных случаях?

Ладно, разберемся по ходу.

Детектив, блин, какой-то. А мне еще семью спасать.

Перед тем, как идти искать кого-то обличенного властью, я решил еще немного пошататься по холлу, прислушиваясь к разговорам. И первым делом направился к стенду с заданиями. Народ возле него галдел, обсуждая заказы, сбиваясь в группы и перемывая косточки более успешным коллегам.

Ничего необычного.

Разве что здесь тоже висело уже знакомое мне объявление: «Требуется ядро монстра с визуальной особенностью и сердце того же монстра. Оплата ЛЮБАЯ!». От его вида, у меня невольно сжались кулаки, а скрежет зубов, наверное, услышали даже в Дальнем Крутолуге.

Чертовы нелюди! И сюда добрались!

Люди вокруг начали странно на меня поглядывать, но я быстро взял себя в руки и отошел в сторону. После чего, безуспешно попытавшись вычленить в толпе клиотов или их прихвостней, поднялся по трем ступенькам на платформу серебряных авантюристов.

Можно, конечно, было обнаглеть и прыгнуть выше головы, но я не видел никакого смысла затевать конфликт. Да, возможно, статус обладателя четырех прислужников позволил бы посидеть и среди золотых, и даже выше, но… зачем? Да и народу там было поменьше, а значит меньше шансов подслушать что-нибудь стоящее.

– Чего изволите? – услужливо поинтересовался мгновенно подскочивший ко мне официант с перекинутым через сгиб локтя полотенцем.

– Еда есть у вас или только напитки с закусью? – мрачно уронил я, стреляя глазами во все стороны разом.

– Для дорогих авантюристов серебряного ранга – все, что угодно. – не изменившись в дежурной улыбке, ответил разносчик. – В гильдии вы найдете все необходимое: от дырявых башмаков до редких ингредиентов. Можете здесь хоть жить, но не забывайте ходить на задания. – выдал он заученную и явно ни одну сотню раз произнесенную шутку.

– Тогда мне какое-нибудь рагу. Мясное. И обжигающе горячее. Свежий хлеб. Такой, знаешь, ароматный, с хрустящей корочкой. Зелени. И графин компота. Ледяного. Чтоб по нему слеза катилась. – заказал я, чувствуя, как рот наполняется слюной, а желудок рукоплещет всеми своими сфинктерами.

Не один Леуш истосковался в Диких Землях по нормальной еде. Приготовленной не на ходу и съеденной без необходимости иметь глаза на затылке на случай внезапного нападения монстров. Ну а если вдруг в моем рагу на зубах хрустнет хоть одна песчинка, я призову всю свою нежить и устрою тут такой дебош, что следующее задание будут выдавать будут уже на меня. За стертый с лица Белой Пальмиры город.

– Может быть водочки? – предложил официант.

– Никакого алкоголя. – бескомпромиссно отрезал я.

– Деловая встреча?

– Отнюдь.

– Тогда не желаете ли украсить свой вечер одной из бабочек мадам Кло? – предложил разносчик, кивнув в сторону пурпурной дверцы. – Могу рекомендовать Белинду. Сам не знаком, но слышал, что другие в восторге. Хоть и недешево.

Так у них здесь, получается, и свой бордель имеется? Вот так номер! Действительно все необходимое для жизни в наличии. От дырявых башмаков до редких ингредиентов. Интересно, продажная любовь относится больше к первой категории или ко второй? Опыт Заманска с его «Заглотом» заставил меня сомневаться на сей счет. Или, может, все дело в статусе заведения?

В любом случае, сейчас не до того.

Взглядом дав понять официанту, что его общество меня утомило, и что я жажду горячей пищи, а не женских прелестей, я оплатил свой обед, и уже скоро стол передо мной заполнился заказанными блюдами.

Запах стоял такой, что слюни потекли даже у зомби, а приборы сами собой прыгнули мне в руки. И уже с первого растаявшего во рту кусочка нежнейшей телятины я понял, что без особого умения так вкусно это блюдо не приготовить. Оно стоило каждого потраченного на него гульдена!

Как я не старался смаковать пищу, но все равно проглотил ее в один присест и, прихлебывая компот из сухофруктов, вернулся к подслушиванию ближайших бесед.

На удивление, ничего необычного люди вокруг не обсуждали. Слухи, сделки, забавные истории, планы на жизнь. Никаких таинственных происшествий или громких историй. Разве что упоминался все тот же демонический теленок и любопытная медведица.

Как ни крути – идиллия.

Но и это само по себе о чем-то да говорило.

Закончив с трапезой, я хотел уже направиться к столам регистрации, как тут напротив меня бесцеремонно приземлился мужчина с бледной кожей и такими большими мешками под глазами, что в них можно было бы без труда разместить половину содержимого моих колец.

– Я вас не звал. – нахмурившись, произнес я тоном, говорящим: «Катись на хрен».

– Кто ты такой, и чего тебе здесь нужно? – одновременно со мной выпалил мужчина тоном, говорящим: «Кто ты такой, и чего тебе здесь нужно».

Честный малый.

Но друзей он так точно не заведет.

Глава 5

Сытое пузо плохо располагало к конфликту, и я с любопытством разглядывал внезапного собеседника. Лет тридцати. Некогда холеный, но сейчас растрепанный. Со шрамами, но без уродств. С аккуратной прической, но немытыми волосами. Одежда чистая, но надетая впопыхах и невпопад. Даже пуговицы на рубашке застегнуты со смещением, из-за чего одна петля под воротником осталась без пары.

Весьма противоречивый внешний вид.

Однако при всем при этом нельзя не отметить гладко выбритый подбородок и тоненькую, будто нарисованную, линию черных усов, изогнутых к верху. Сим атрибутом мужчина явно дорожил и гордился.

На всякий случай я заставил прислужников подойти чуть ближе и заготовил с помощью «Третьего глаза» заклинание.

– Кто ты такой? И чего тебе здесь нужно? – с нажимом повторил Усатик.

– Могу задать тебе те же вопросы. – сохраняя невозмутимость, парировал я.

– У меня нет времени играть в эти детские игры!

– А у меня, напротив, весь день свободен. «Камень-ножницы-бумага», «Чики-брики», может быть «Съедобное-несъедобное»? «Салочки» и «Классики» не предлагаю – только что поел.

– Хватит паясничать!

Мужчина ударил ладонью по столу. Он явно сдерживал силу, но одна ножка все равно подломилась, стол накренился, и посуда медленно поехала к краю. Я даже не шелохнулся, а потому моему собеседнику самому пришлось уравновешивать мебель.

Люди вокруг прекратили разговаривать и с любопытством уставились на нас.

Скрипнув зубами, Усатик коленом подпер стол и бросил на него латунную фитюльку, в виде небольшой маски с зашитым ртом, глазами и с каким-то мусором вместо ушей. Стоило изделию коснуться дерева, как нас окружил полупрозрачный барьер, до неузнаваемости исказивший очертания всего, что оказалось снаружи, а звуки бурлившего жизнью холла и вовсе пропали.

Мгновение отделяло меня от команды «Фас» и брошенного в упор скалящегося черепа. Однако внешне я по-прежнему олицетворял собой познавшего дзен Будду.

– Ты, похоже, не местный? – полуутвердительно произнес мужчина. – С Караваном приехал? Откуда?

– Что за маска? – в ответ поинтересовался я. – Где взял? Сколько стоит?

– Может будешь отвечать на мои вопросы? – прорычал он.

– Может сперва хотя бы представишься?

Пара секунд игры в гляделки, и Усатик шумно выдохнул, сдувшись, как преступник под тяжестью неопровержимых улик. Он бросил взгляд на собственноручно возведенный барьер, будто убеждаясь, что тот еще действует, и устало откинулся на спинку стула. После чего помассировал виски и, пристально изучив моих зомби с гулями, проговорил:

– Значит правда не местный. Иначе не спрашивал бы. Я Пантелеймон, замглавы гильдии авантюристов Триомажа.

– Леон. – коротко представился я.

Дабы соблюсти приличия, я приподнял пятую точку от стула и протянул руку. Пантелеймон попытался ответить тем же, но чуть не уронил стол, который поддерживал, из-за чего рукопожатие получилось несколько смазанным.

– Аристократское имечко. – бросил я, и не думая притуплять бдительность. Врагом мог оказаться кто угодно.

Замглавы поморщился, словно его за зад ущипнул трансвестит.

– Речь не обо мне. Позволишь? – он кивнул на мою левую руку, явно имея в виду метку авантюриста.

Маэстро бы ее просто схватил. Этот же, отгородившись от лишний ушей и глаз, пытается играть в вежливость. Или просто очень устал, о чем так и кричал его внешний вид.

Не видя особых причин строить из себя не недотрогу, я положил левую руку на стол тыльной стороной вверх, и Усатик провел над ней ладонью, испустив облако Межмировой Энергии. Обязательное умение для администрации гильдии что ли?

– Барон Дальнего Крутолуга… это где вообще… – бубнил себе под нос замглавы, изучая информацию. Развивший. Маг. Три заклинания. Нормально… – «Нормально». – подумал я. – «Вот она разница между территориями. У нас это считалось о-го-го. Впрочем, у меня все равно больше». – Нет данных об объеме Межмировой Энергии. Это как так?

– В Заманске измерить не смогли. – хмыкнул я.

– Смешно. – оценил «шутку» Пантелеймон. – Заманск, Заманск, Заманск… – повторял он, вспоминая. – Это же глушь!

Мужчина скривился, будто теперь его лапал не один трансвестит, а целый взвод возбужденных геев. Ну уж простите, уважаемый, не всем повезло родиться так близко от столицы. Я бы вообще до сих пор мирно жил у себя дома, если бы не чертовы нелюди!

– И все же серебряный ранг в девятнадцать лет, да всего за неделю… – словно за соломинку ухватился замглавы. – Ты что там умудрился учудить в своем Заманске?

– Да так. – небрежно отмахнулся я. – Выполнил парочку заданий, закрыл Трещину, прошел Испытание Верности, помог выявить агентов клиотов в городе. У вас, кстати, тоже завелись.

– Испытание Верности это ведь не… – начал было Усатик, но тут до него дошел истинный смысл фразы. – Какие у нас, ко всем демонам, клиоты?!

Я вкратце описал ситуацию с заданием на ядро и сердце монстра. Без лишних подробностей, но в то же время так, чтобы истинность моих слов не вызывала сомнений. По мере моего повествования глаза Пантелеймона становились все шире, а под конец он и вовсе со стоном откинулся на спинку стула и вцепился руками себе в волосы, испортив еще и прическу.

– О, владыка милостивый Сатвелеон, за что мне все это? – стенал замглавы, раскачиваясь вперед-назад с пустым взглядом. – Я ведь всегда усердно молюсь, не грешу, помогаю приюту, регулярно жертвую на нужды храма. Как, демон побери, Королева со всем этим справлялась? – он хлопнул себя ладонями по лицу. Явно не в первый раз за день. – Еще и нелюди теперь… Нет, все. Пора с этим заканчивать. Сегодня же приму яд. А лучше два разных. Чтоб наверняка.

– Лучше три. – предложил ему я. – И меня пригласи. Я найду достойное применение твоему телу. Ты ведь Развивший? Воин? Я прав?

– Развивший, воин… – подтвердил он, кивая в прострации. – Стоп, что? Ты не офигел ли? Какое еще применение моему телу?

Я взглядом указал на свою безмолвную свиту.

– Э, не! Обойдешься! – встрепенулся Усатик. – Они тоже когда-то живыми были что ли?

– Нет, блин. Из глины их слепил. Дунул, плюнул и за собой позвал.

Пантелеймон даже вздрогнул, видимо представив себя с выцветшими глазами, способными смотреть только в одну точку, в обрывках одежды и с острыми костяными спицами вместо пальцев. Хотя я и не стал бы использовать столь ценный материал для создания зомби или даже гуля, но он-то об этом не знал.

– Зачем приехал? – усилием воли перейдя на серьезный тон, спросил замглавы. – И отвечай быстро. Ты даже не представляешь, сколько у меня дел.

– У меня задание от главы авантюристов Заманска. Расследовать пропажу Караванов в районе Триомажа. Что-нибудь знаешь?

– Что не ты первый с таким приехал. Но до сих пор никто ничего не нашел. Хотя… – он задумался. – Подтверждение есть какое-нибудь?

– Письмо от Маэстро. Но передам я его только лично Даме Трех Ка. Которая, как я понимаю, несколько месяцев не выходит из «Винограда»?

– Растрепал уже кто-то… – вздохнул мужчина. – Хотя это все равно всего лишь официальная версия.

– А на самом деле?

– На самом деле она заперлась в особом месте. С массивом Объединившего.

– Пытается перейти на следующую ступень? – не удержал любопытства я.

– Да какое там. Сказала, что нужно стабилизировать что-то. Погоди! Какого хрена это я отвечаю на твои вопросы, а не ты на мои?

Я пожал плечами и загадочно улыбнулся. Свою выгоду я уже получил. Не придется тратить время на поиски «Винограда» и его проверку. Хотя нет, все равно придется. Не похоже, чтобы Усатик мне врал, но доверять ему безоговорочно тоже не стоит. В городе черт знает что творится.

– Умение какое-то психологическое что ли? – предположил тем временем Пантелеймон. – Ладно, плевать. Допустим, что я тебе верю. Предлагаю сделку: помогаешь мне с клиотами, а я скажу, где Королева Кровавой Казни. Ну а дальше уж сам пытайся до нее достучаться. Да – да, нет – нет. Идет?

Вот ведь хитрый жук. Хочет одновременно моими руками и решить проблему Химеров – потому что любой из местных может оказаться их сообщником – и попытаться вернуть свою начальницу – потому что он со всем ворохом ее обязанностей определенно не справляется.

С другой стороны, прополоть чертовых нелюдей и вычислить предателей, я готов даже бесплатно. А тут мне еще и помогут. А на счет Дамы Трех Ка мне нужно лишь убедиться, что не она является причиной всех бед. Если те вообще имеют место быть.

Ну или что она является.

Но тогда мне придется резко драпать из города, так как сил справиться с Объединившей, уже идущей к следующей ступени, я в себе пока что не чувствовал. Гулей и зомби для подобных целей определенно недостаточно.

Таким образом я согласился на сделку, и мы с замглавой быстро набросали план действий, наметив их на следующий день. Собственно, ничего сверхсложного. Я всего лишь воспользовался опытом Маэстро, за что его мысленно поблагодарил.

Несколькими рубленными фразами завершив диалог, Пантелеймон с явной неохотой забрал свою «маску», тем самым разрушив барьер, и встал из-за стола. Лишившись опоры, тот все-таки упал, а стоявшая на столе керамическая посуда со звоном разбилась. Но мужчина не обратил на это никакого внимания. Внизу его уже поджидала целая толпа людей, с какими-то бумажками, склянками и одинаково недовольным выражением лиц.

Под их взглядами замглавы, кажется, даже стал немного ниже.

Тяжело вздохнув, но грозно сдвинул брови и решительно направился вниз по лестнице, на ходу выслушивая жалобы и раздавая распоряжения. Никогда бы не подумал, что у руководителя гильдии так много дел. Маэстро, вроде, так сильно не напрягался. Или у него просто лучше талант управленца?

Когда толпа немного рассосалась, на месте остались лишь Леуш, Кисточка и Хвост со своей Тумбочкой. Все трое (за исключением Пескомерки, естественно) так и светились от счастья и призывно махали мне руками. Расторопный официант бросился собирать черепки, ну а я спустился узнать причину радости.

– Ты с кем это там секретничал, дружище? – заинтересованно вопрошал Леуштилат, жадно втягивая носом доносившиеся с кухни ароматы. – Здесь еще и готовят что ли?

– Причем весьма недурно. – подтвердил я. – А болтал я с местным замглавой. Не самый приятный тип. Но дело с ним иметь можно.

– А с главой ты и не поболтаешь. – с гордо поднятой головой заявил Кисточка.

– Ага. Она в каком-то «Волгограде» заперлась. – подхватил Хвост.

– В «Винограде». – уточнил я.

– Именно. Так ты уже знаешь? – удивился Леуш.

– Знаю. Как и то, что это неправда. Так что если вы такие довольные из-за добытой информации, то сделайте моськи попроще.

– Хах! – весело хлопнул в ладоши Леуштилат. – Леон и здесь нас опередил! Ну что за парень! О лучшем друге и мечтать грешно. Но у меня все-равно есть еще чем похвастаться!

Я вопросительно изогнул бровь, но ни один из троицы не торопился делиться секретом. Они заговорщически перемигивались и молчали, как зайки-партизаны на войне лесных зверей. Разве что ушами не шевелили.

А Тумбочка шевелила. Усами. Она двинулась ко мне не то с гастрономическим, не то с матримониальным интересом, но дорогу ей заградили Елельвед с Жутнем, тем самым спасая хозяина от посягательств. Каких бы то ни было.

– Долго в молчанку играть будем? – не выдержал я. – Есть что-то по делу, или вам просто местный священник хороший бордель посоветовал?

– Ну во-первых, не священник, а аббат. Как и я. – поправил Леуштилат.

– Ага. – поддакнул Хвост.

– А во-вторых, во время проповеди на него снизошло откровение Сатвелеона. И его устами Бог Света поручил мне разгадать загадку Триомажа. – с гордостью закончил воин-жрец. – Так что теперь у нас с тобой одна миссия, дружище!

– Она и так была одна. – недовольно пробурчал я. – Но зато теперь весь город знает, что мы здесь что-то ищем. А может и организатор бед тоже.

– Ну а мы знаем, что проблема в самом деле есть. – и не думая расстраиваться, гнул свое Леуш.

– Твоя правда. – чуть поразмыслив, согласился я. – Хотя источник информации, прямо скажем, сомнительный.

– Ну как ты можешь так говорить, Леон? – дружески укорил меня Леуштилат. – Тебя ведь даже в честь него назвали. Ты только вслушайся. Сатве-леон. Так что ты, считай, дитя света.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но так его и захлопнул, не произнеся ни слова. А что тут скажешь? В прошлой жизни я был Леонидом, а потому в новой и не задумывался о происхождении своего имени. Оно казалось мне само собой разумеющимся. Как и остальные имена, пришедшие из былых времен с некими изменениями или вообще без оных.

Вроде Александэл, Надья, Антоп, Даниир, Евген и других.

Но, если так подумать…

Если так подумать, то плевать, кто и что там обо мне думает! Я есть я, и никакие теистические бредни этого не изменят. Точка!

– Рекомендую попробовать рагу с телятиной. – ровным, как экваториальный климат, голосом произнес я. – Если ее подают кому-то ниже серебряного ранга.

– Посидишь с нами? – предложил Леуш. – Вместе веселее.

– Нет, пойду проверю кое-что.

– И что же?

– «Виноград». – честно признался я.

– Но ты же сам сказал, что Дамы Трех Ка там нет. – поразился Кисточка. – Зачем туда идти?

– Может нет, а может и есть. – уклончиво ответил я.

– Обман внутри обмана! – догадался Хвост. – Сказать всем, что она в «Винограде», а избранным, что не в нем. А на самом деле в нем. Это хитро! Только… зачем так делать? – смутился он.

– Вот заодно и узнаю. – хмыкнул я. – Бывайте. Встретимся завтра здесь же. Гильдия предоставляет все. От дырявых башмаков…

– …до редких ингредиентов! – хором закончили за меня Хвост с Кисточкой. – Нам уже сказали.

И под их веселый смех я вышел на улицу, где меня встретила все та же мелкая морось. Так уже и не скажешь, что лучше – она или жуткое пекло Диких Земель. Раздражает и то, и другое.

Пользуясь подсказками местных жителей, я без труда нашел искомое здание. Причем каждый первый норовил упомянуть, что именно там уже три месяца скрывается знаменитая Королева Кровавой Казни. А когда выйдет… Тут теории разнились. Но подобное единодушие лишь еще больше разжигало во мне подозрения.

«Виноградом» оказалась не то гостиница, не то тренировочный центр с несколькими массивами для Развивших и парочкой для Объединивших. На самом деле заведение называлось «Юраги», но внешне выглядело, как пирамидальное нагромождение сфер, каждая из которых являлась отдельными апартаментами.

На мой взгляд больше походило на здоровенную кучу козьего помета, чем на виноградную гроздь, но, видимо, у кого-то фантазия работала лучше, чем у меня. А может и сам владелец постарался, чтобы кто-нибудь ушлый его не опередил. Фиг знает. Да и неважно это.

Отмахнувшись от всех предостережений управляющего касательно опасности воздействия массивов не своей ступени, я оплатил доступ к комнате Объединивших. В отличие от шикарного жилья «Духовной Пагоды» выделенный мне шар делился всего на две неравные половины: крохотная прихожая и аскетичного вида комната для медитации.

Каморка гастарбайтера по цене месячного жалования солдата Дальнего Крутолуга. Не хило.

Впрочем, думаю, приходили сюда отнюдь не за роскошью и комфортом.

Отметив, что давление массива Слияния уже не заставляет меня сгибаться в три погибели и изнемогать от тяжести, хотя и остается весьма ощутимым, я уселся на плетеную циновку и извлек из Теневого могильника приведение. Колышущейся полупрозрачной простыней оно повисло в воздухе в ожидании приказов. И те не заставили себя ждать.

Поместив частицу своего сознания в бестелесную нежить, я осторожно провел ее сквозь стену и, глядя глазами прислужника, осмотрелся.

Ни души.

Как и ожидалась, вторая комната ступени Слияния пустовала, и никакая Королева Кровавой Казни в ней ни над чем не работала.

Я предположил, что, возможно, помещение имело некую защиту, из-за которой я не мог видеть ее обитателя, а потому проверил несколько других зон. И в некоторых из них обнаружил Разивших, сосредоточенно впитывавших Межмировую Энергию. Заглядывал я лишь мельком, чтобы моего прислужника не заметили, но факт оставался фактом – Пантелеймон не соврал, и Дама Трех Ка действительно засела в каком-то другом месте.

Значит ли это, что ему можно верить? Возможно. Время покажет.

Дальше я не стал растрачивать оплаченные часы впустую и сосредоточился на формировании собственного ядра, что при наличии массива делать стало куда проще.

Ну а на следующий день отправился на главную площадь Триомажа для встречи с Уманом. Я надеялся, что выясненная им информация дополнит мою. И мэлэх не подвел.

Глава 6

Поутру мелкая морось ненадолго прекратилась, позволив лучам ласкового солнца подсушить мостовую и поиграть бликами на стенах зданий. Ребятишки носились гурьбой, бодро шлепая по лужам, люди вывешивали белье на про сушку, и казалось, что так теперь будет всегда. Однако, едва я добрался до главной площади, как небо опять затянуло серой хмарью, и водная пелена вновь накрыла город вуалью дождя.

– Леон Приносящий Непогоду – так теперь будут тебя звать. – заявил мне Уман во время рукопожатия. – Только что же нормально все было.

– А что это вы не радуетесь? – хмыкнул я. – Считай пресная вода с неба. Бесплатная. Хоть упейся. О чем еще мечтать караванщикам?

– Если сделаешь так же в Диких Землях, станем молиться тебе вместо Захауруна, да просит он меня за это святотатство. – мэлэх поднял ладони лодочкой к небу. – Узнал что-нибудь? Не хотелось бы послезавтра угодить в какую-нибудь засаду на выходе из города.

– Кое-что узнал. – ответил я. – Но пока ничего особо конкретного.

Я поделился добытой информацией, приправив ее своими подозрениями и планами. В частности, озвучил мысль, что после намеченной на сегодня операции, хотел, пользуясь возросшим уровнем доверия, подробнее расспросить Пантелеймона. Тем более что тот явно что-то недоговаривал.

Так же я наделся узнать от него и об обстановке в столице, о чем не успел осведомиться накануне. Замглавы гильдии авантюристов такого крупного города точно должен быть в курсе проходящих там процессов. Может быть даже удастся выяснить что-нибудь непосредственно о судьбе пары людей, подозрительно напоминающих моих родителей.

Черт, вот чего я желал больше всего на свете! Лишь бы это оказались в самом деле они, и лишь бы с ними все было в порядке!

– Не густо. – покачал головой мэлэх, стряхнув с плаща скопившуюся в складке влагу. – Я ожидал от тебя большего, давэр. Возможно, весь мой Караван под угрозой.

А то я не понимаю.

– Сам-то что выяснил? – парировал я. – И вообще мы сейчас в одной лодке. И под одним колпаком. Вернее Куполом.

– И то верно. – согласился Уман. – Я воспользовался своим положением и наведался в замок местного лорда.

– Успешно?

– Не сказал бы. – нахмурился караванщик. – Меня даже на порог не пустили. Сослались на то, что многие внутри приболели. Мол ничего серьезного, но болезнь заразна, и они не хотят эпидемии в городе.

– Мы могли бы заслать им Ждана. – предложил я. – Вот уж кто точно справится с любой болезнью. Ну ты сам в курсе.

– А то я без тебя не догадался! Вчера родился и «агу-агу». – всплеснул руками Уман. – Прости. Нервы. – он скрестил руки на груди, из-за чего на плаще образовалась складка, в которой стала медленно скапливаться вода. Пришлось распрямить руки обратно. – Сказали, что у них своих лекарей хватает, и вообще все под контролем. Приезжайте через неделю.

– Смешно.

– Вот и я о том же.

К Уману подошел другой караванщик с вопросом касательно возможности предоставления скидки на крупный опт. Вообще, насколько я понял, торговля шла бойко. Не знаю, куда они подевали свои фургоны вместе с Октанонтами, но на площади стояли лишь лотки и палатки, и людей, несмотря на непогоду, пришло немало. Некоторые даже выстраивались в очереди.

Благо пространство позволяло.

В Дальнем Крутолуге посчитали бы сущим расточительством мостить камнем такой обширный участок земли. Это ж в случае чего с него даже травы не нарвешь, не говоря уже о чем-то более серьезном. Здесь же и народу жило куда больше, и земли свободной немерено, а на площадь выходило аж сразу целых два храма, по сравнению с которыми единственный крутолужский сошел бы разве что за чрезмерно помпезный сарай.

– Смотрю, гульдены текут рекой? – я кивнул головой на жаркий спор, разгоревшийся в соседнем лотке. Там бились за каждый медяк, и разве что искры из глаз не летели. Или летели. Но все вокруг слишком промокло чтобы загореться. – Удачно заехали.

– Так еще бы! – хмыкнул Уман. – Последний Караван уже недели три как уехал. Со слов местных, конечно. Для Триомажа большой перерыв. Слишком хорошо стоит.

– Следующий перерыв будет еще больше. – кивнул я. – Если не выясним, в чем дело.

– А самое паскудное, – продолжал мэлэх, пропустив мое высказывание мимо ушей, – что без дозволения герцога мне углем не закупиться! Что я отсюда повезу? Резные свистульки и леденцы на палочке?

Я представил себе два здоровенных фургона, груженых сладостями и детскими игрушками. Они медленно плывут через бесконечное море песка, перебирая щупальцами засевших на крыше осьминогов, и несут радость всем детям людской империи. Рождественская сказка с легким налетом хтони.

– Погоди. – спохватился я. – Ты же говорил, что здесь маркиз заправляет. Как его там…

– Помер маркиз. – перебил меня Уман. – Как оказалось. И уже года три как вместо него верховодит Его Светлость Влатислав ин тиэт Ундиназ. Старикан чуть ли не при смерти. Народ болтает, что его из столицы не то сослали, не то отправили доживать свой…

Меня будто молния ударила.

– Погоди, как ты сказал? – переспросил я.

– Народ болтает, что…

– Нет! Не это! Как лорда зовут?

– Влатислав ин тиэт Ундиназ. Слышал о нем что ли?

Я наморщил лоб и принялся щелкать пальцами в надежде подстегнуть память. Имя действительно казалось мне знакомым. Но откуда? В Крутолуге герцогов даже на картинках не видели, а уж Нионанде и подавно. Откуда им в нелюдской шахте взяться?

Но почему же тогда так свербит между переносицей и затылком?..

И почему перед лицом всплывает сцена разгромленной комнаты, трупы, кровь… Трупы и кровь. Будто их мало было в моей жизни. Последнее время я кроме них почти ничего и не видел. Такая себе подсказка.

– А у Влатислава дочери не случаем? – по-прежнему блуждая по лабиринту воспоминаний, осведомился я. – Свято… Нет, Лучезара, кажется.

– Дочери? – вскинул брови мэлэх. – Ну, говорят, что девчонка с ним приехала. Болезная вся. Бледная. Но для дочери маловата. Внучка скорее. Или служанка. Да и зовут Зарина. Вспомнил что-то?

– Пока не уверен. – по-прежнему хмурился я, так и не сумев поймать за хвост ускользавшую мысль. – Буду думать. С герцогом встретиться бы. Кто, как не он, может знать об исчезнувших Караванах.

– Да что ты говоришь! – уже второй раз всплеснул руками мэлэх. – А то я не пытался! С такими советами, давэр… Прости. – он вздохнул. – Весь на нервах. Сам понимаешь.

– Понимаю. – я его не винил. Ему доверили людей, а он уже нескольких потерял в пути, так еще и некая загадочная хрень может случиться в любой момент. Словно невидимый дамоклов меч, зависший над головой. Вот окажется, что Караваны прямо на выходе из-под Купола похищает злой дракон, и что делать? – Попробуй снова попасть в замок. Может тайком или еще как. Я в гильдии, если что. Там тоже дело есть.

– Добро. – отозвался Уман, уже взявший эмоции под контроль. Это со мной он мог показать истинное лицо, а для своих людей должен оставаться неколебимым уверенным в себе колоссом. Иначе никак. Бремя лидера. – Делай свои дела. Время есть пока.

Пожелав друг другу удачи, мы обменялись рукопожатиями, и я отправился назад к Леушу и остальным. Причем маршрут я специально выбрал другой, чтобы пройтись по еще не посещенной части города и послушать, что там говорят люди. Но из-за погоды прохожих я встретил не сказать чтобы много, и ничего подозрительного мне на глаза так и не попалось.

Загадка исчезновения Караванов никак не желала сдаваться, начав уже потихоньку меня подбешивать.

Как же удобно, когда перед тобой есть противник. Желательно чертов нелюдь. Убиваешь его, воскрешаешь в виде милой сердцу Некроманта нежити, и идешь себе дальше.

А тут…

Это что же, думать придется? Мы так не договаривались.

На обратном пути я немного заплутал и случайно подошел к зданию гильдии не с той стороны, но быстро отыскал узкий темный проулок, который должен был вывести меня в нужное место. Недолго думая, я отправил перед собой пару зомби, прикрывать спину поставил двух гулей, да и шагнул в неизвестность.

Неизвестность встретила меня размокшим крысиным пометом и зловонными лужами глубиной по щиколотку, однако возвращаться назад и идти кругом я не собирался. В конце концов, кто меня может здесь поджидать, если я сам оказался тут совершенно случайно? Ну а обычных бандитов, если такие вдруг попадутся я не боялся. Разве что те окажутся Объединившими. Но это уже из области комедии абсурда.

И тем не менее, я едва успел среагировать, когда в голову мне чуть не угодил темный предмет, прилетевший откуда-то сверху. Отскочив назад и врезавшись в собственных гулей, я застыл с костяным мечом в одной руке и верным пожарным багром в другой, настороженно озираясь по сторонам.

Неужели показались те, кто ответственен за проблемы с Караванами? Но почему никак не отреагировали прислужники?

– Видел бы ты себя со стороны. – раздался у меня над затылком знакомый бесцветный голос. – Словно танцующий муравей с передними лапками такими: дрыг-дрыг. Умора.

Я глянул себе под ноги и увидел осколки разбившейся при падении черепицы. Благодаря эволюции она не навредила бы мне, угоди даже по темечку. Кто об этом мог знать? Конечно Некрономикон. На кого еще не станет нападать моя нежить?

– Чего приперся? – недовольно бросил я, убирая оружие назад в кольца. – Хочешь рассказать, кто стоит за исчезновением Караванов?

– Почему обязательно «кто»? – изрек Некро, шелестя страницами. От льющейся с неба влаги его защищал зонтик, сформированный из ядовито-зеленых миазмов. – Может это «что».

– Тогда «что»?

– Или ни «кто» и ни «что». Или «кто» и «что» одновременно.

– Или кому-то давно на полях детородный орган не рисовали. – вздохнул я, закатив глаза. – Лети сюда, исправлю это досадное недоразумение.

– Вот вечно ты так. – артефакт сокрушенно качнулся в воздухе. – Помогаешь ему, подсказываешь. Жизнь спасаешь… А ему лишь бы похабщину какую накалякать. Не ценишь доброго к тебе отношения, партнер.

Если бы я мог закатить глаза еще сильнее, они бы уже сделали полный круг и вернулись обратно в нормальное положение. В какой вселенной ядовитые подколки и попытки вывеси меня из себя считаются помощью? Точно не в той, где случайное нарушение клятвы Омиша грозит неминуемой смертью. Иначе я бы уже давно изодрал чванливую книженцию на лоскуты, невзирая на культурную или иные виды ценности.

– А твои потуги создать умертвие и лича так же смешны, как желание лягушки петь в опере. – продолжал глумиться Некрономикон. – Я же говорил, что пока Узел Силы не сформируешь, даже пытаться бессмысленно.

– Узел Силы? – мгновенно заинтересовался я. – Это ты про ядро что ли?

– Ты так его решил называть? В очередной раз убеждаюсь в полном отсутствии у тебя фантазии. Сердцевина, нуклеус, эпицентр, фокус. Да хоть то же Сосредоточие, в конце-то концов. Нет. Ядро. Во имя смерти, почему на меня не свалился твой друг?

– Потому же, почему я не упал на руководство по греко-римской борьбе. Или сборник задач по шахматам. Что там с ядром?

– Я же тебе еще в прошлый раз все рассказал. Ты чем слушал?

– В прошлый раз ты сказал, что мне поможет одна из стадий на пути к Слиянию. Но какая и как, уточнить, видимо, запамятовал.

Некро издал звук похожий на тот, который издает высохший гриб дождевик, если на него наступить. С учетом отсутствия у книжки пищеварительной системы и, соответственно, выходного отверстия, наверное, это можно было считать вздохом.

– И для кого тогда распинался… – прошелестел он. – На что время свое тратил…

– На издевательства и попытки меня доконать. – подсказал я, ногой отпихнув врезавшуюся мне в сапог жирную треххвостую крысу. – И вообще, будто у тебя прям дел по горло. Знай себе – беси меня, да шляйся… где, кстати, шлялся?

– Где я только не шлялся… В смысле я вообще не шлялся! – возмутился Некрономикон. – Что еще за слово такое по отношению к могущественному артефакту!

– Ну так и как же, о могущественный артефакт, мне тогда сделать лича? – хмыкнул я.

– Да всего-то нужно поместить в тру… Ах ты хитрый жук! – Некро облетел вокруг моей головы, едва не задев меня черепом на обложке. – Думал провести меня? Меня?! И ведь почти получилось, жучара. Растешь! Скоро сможешь у детей леденцы отнимать. А потом, глядишь, и букварь тебе купим.

– Кое-кому он бы точно пригодился. – буркнул я, нарочито небрежно почесывая подбородок.

– Ха-ха, не дождешься! Второй раз я на одни и те же грабли не наступлю. – Некрономикон агрессивно захлопнулся у меня перед носом. – Все, труба зовет. Не плачь по мне. Или поплачь, если полегчает. Чао!

Прямо у меня на глазах он окутался саваном зеленого тумана, слился с ним и растаял, словно первый снег под проливным дождем.

Любопытное зрелище. Кажется, это в первый раз, когда Некро покинул меня, вот таким образом, а не когда я на что-то отвлекусь. Значит ли это, что я его в самом деле уел? Или он стоит настолько выше, что в действительности ему просто безразлична моя реакция?

Черт его знает.

Но несколько ценных подсказок я получил, а это уже что-то.

Получается мне не нужно подготавливать заклинание для слияния, чтобы мне открылась истина, помогающая создать лича. Достаточно лишь завершить формирование ядра. Это определенно радует.

В принципе, я бы мог закончить процесс хоть сейчас, но меня категорически не устраивало его текущее состояние. Я не собирался довольствоваться малым, и хотел увеличить как размер, так и плотность. Глупо заполучить идеальный фундамент и на его основе построить шалаш из веток. Хотелось бы как минимум особняк. А еще лучше замок.

Значит усиленными темпами завершаем стадию Узла Силы, а затем я должен поместить что-то в труп, и лич готов. Ну или почти готов. Что ж, уже неплохо.

А еще он назвал другой тип интересующей меня нежити умертвием. Оживший мертвец, способный после смерти применять умение. Хотя бы одно. Если еще поработать над структурой плоти, то подобный прислужник даже в единственном экземпляре способен существенно усилить мой отряд. А значит и поднять на новый уровень мое могущество, как Некроманта.

Жду не дождусь увидеть лица врагов, когда на них побежит нечувствующий боли труп со сверкающим Межмировой Энергией оружием в руках! А если таких будет несколько?

Я едва сдержал рвавшийся из груди инфернальный смех. Хотя чего это меня так пробрало? Вроде не замечал за собой подобного. Влияние магии смерти что ли?

Выйдя из темного проулка, я оказался неподалеку от входа в гильдию и хотел уже в нее зайти, как заметил, что на ноги мне налипло по килограмму нечистот. Два склизких коричнево-черных кома сомнительного происхождения, да еще и с вкраплениями какими-то. Кажется, те даже немного шевелились.

Плевать, что скажут или подумают остальные, но входить так в помещение – не уважать в первую очередь себя самого. Я мало чье мнение ценил в этой жизни, и еще меньше чье в прошлой, однако собственными принципами старался не поступаться.

Купание обуви в луже помогло слабо, морось тоже не справлялась, и тогда я, чуть подумав, достал из кольца старую тряпку. Но, конечно, и не подумал наклоняться вниз, а порвал ее на две части и вручил зомби, которым и приказал разобраться с проблемой.

Проходившие мимо люди, глядя на это зрелище, выпучивали глаза, однако комментировать не рисковали. В их понимании нежить и прислужники других видов годились разве что для сражений.

Для остальных, вероятно, так и было.

Но не для настоящего Некроманта!

Я мог использовать своих мертвецов так, как сочту нужным. Даже если кому-то это покажется странным, нелепым или вовсе нереальным. Там, где спасуют прочие маги, Некромант лишь получит новую возможность.

И именно за сим нетривиальным действом меня застали выскочившие из здания гильдии Леуш, Хвост и Кисточка. И чего им внутри не сиделось?

Глава 7

Леуш выскочил под дождь первым, но, увидев меня, сразу замер. А потому бежавшие за ним бывшие каторжники налетели ему на спину, но не смогли сдвинуть здоровяка с места и отлетели назад, чуть не упав. Кисточка явно хотел сказать что-то нелицеприятное, однако заметил меня и копошившихся возле моих ног зомби, да так и застыл с открытым ртом.

Оцепенение длилось не долго, и скоро Леуштилат расхохотался, спугнув стаю ютившихся под козырьком воробьев. Возмущенного щебеча, те улетели прочь искать другое укрытие.

– Клянусь всеми богами, Леон, только ты мог додуматься использовать зомби, чтобы почистить обувь! – выпалил мой друг, отсмеявшись. – Может они тебя еще и с ложечки кормят?

– Бывает и задницу подтирают, если у меня руки заняты. – усмехнулся я, и не думая менять позу. – Могу себе позволить. В отличие от некоторых.

– Да уж куда нам, простым смертным, до ваших магических заморочек! – махнул рукой Леуш. – Да, парни?

«Парни» лишь обалдело кивнули. Они сами совсем недавно вскарабкались на ступень Осознания и не обладали умениями, кроме как врожденным (а Кисточка свое так и вовсе еще не выяснил), и потому подобное применение сил казалось им сродни святотатству. Как преступников с императорского стола кормить.

– Куда собрались? – поинтересовался я, убедившись, что сапоги достигли приемлемой степени чистоты. А заодно приказал нежити разобраться и со своими ногами. – Договаривались же встретиться сегодня внутри.

– Так к нам мужик подошел. Со смешными усиками. Хотя скорее подлетел. – взялся объяснить Кисточка.

– Подпрыгнул. – поправил его Хвост.

– Подбежал, в общем. И давай сходу такой руками размахивать: «Где ваш Леон? Где шляется? У меня дел невпроворот! Сроки горят!». Или он сказал «сраки»?

– Может «строки»?

– В общем, вынь да положь ему Леона. Тебя то есть.

– Ага. – решительно кивнул Хвост, почесывая Тумбочку за… ухом? – А потом сразу убежал-упрыгал.

– И вы решили пойти меня искать. – догадался я, сдержав вздох.

– Это все он! – перевел стрелки Кисточка, указав на Леуша.

– Нашли же. – расплылся в добродушной улыбке Леуштилат. – Дальше Купола все равно никуда не делся бы. Да и я знал, что ты свое слово держишь. Значит где-то рядом.

Фраза «держишь слово» из уст Леуша неприятно кольнула мою совесть. Хотя на счет тех чертовых нелюдей я ему ничего не обещал! Нечего со всякой поганью водиться. Сам виноват!

– Пойдем уже. – буркнул я. – Пока Пантелеймон из штанов не выпрыгнул.

Изгвазданные донельзя тряпки улетели в сточную канаву, и я первым шагнул в сухой холл гильдии.

Искать замглавы не пришлось. Он сам нас заприметил и, выскочив, как черт из табакерки, увлек за первый попавшийся столик, сразу окружив тот знакомым мне барьером. Кажется, мешки у него под глазами стали еще больше. Он спит хоть иногда вообще? Или на одних зельях держится? Внутривенно.

– Что так долго? – возмутился Усатик. Левый глаз его нервно дергался. – У нас в городе, оказывается, клиоты задания раздают, а ты шляешься непонятно где!

– Делами заниматься будем или трепаться? – парировал я. – Ты все подготовил?

– Все, все. – булькнул Пантелеймон. – Информация о найденных ресурсах уже ушла. Как раз правдоподобно получилось с вашим прибытием. Но учти, у меня свободных всего два часа. И то еле выделил. Если за это время «клиент» не клюнет…

– Клюнет-клюнет. – успокоил его я. – Приманку сделал?

Замглавы выложил на стол ядро Королевского монстра, которое с одной стороны, похоже, окунули в сургуч, а с другой раскрасили кисточкой. Еще и волос каких-то приляпали. Или это уже случайно?

Вздохнув, я пристроил рядом ядро эволюционировавшего Пустынного Тритона, добытое в Трещине. Разницу заметил бы любой, у кого есть глаза. Словно бриллиант и речная галька.

Леуш восхищенно присвистнул.

– Никогда подобного не видел! – он потянулся к вещице рукой, но я хлопнул его по ладони, не дав прикоснуться. – Еще и узоры такие необычные… Их будто сама Межмировая Энергия нарисовала. Где взял?

– С монстра вырезал. – честно признался я, тем самым заодно уйдя от ответа. После чего бросил Усатику. – Головой отвечаешь! Эта штука стоит больше, чем ты заработаешь за пять лет.

– Неужели… То самое? – он неверяще уставился на сокровище.

– Именно.

– Так может у тебя и сердце есть? Для достоверности.

Сердце имелось. Однако хранил я его в Теневом могильнике, защищая от разложения, и доставать без крайней нужды не хотел. Да и подозрительно что-то прозвучал вопрос. Как бы ни вышло, что Пантелеймон и сам нелюдям продался.

– Для затравки и этого хватит. – отрезал я несколько резче, чем собирался. – Давай начинать.

– Хорошо. – согласился Усатик. Я проследил, как ядро исчезло у него в кольце. – Со своей стороны я все уже подготовил. Есть пара человек, которым можно доверять на сто процентов. Они уже здесь. Девочки тоже проинструктированы отправлять всех по этому запросу к крайнему столу, чтобы…

– Пусть отправляют к среднему. – перебил я.

– Зачем? – удивился замглавы. – Там ведь больше народу. Затеряться легче.

– У тебя есть время спорить?

– Ладно, демон с тобой! – после секундного промедления согласился Пантелеймон. – Времени и правда в обрез. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– И еще мне нужна пара десятков длинных плащей. Не спрашивай для чего.

Усатик кивнул, забрал «маску», с которой исчез и барьер, и стремительным шагом направился к столам регистрации заказов, на ходу отбиваясь от окруживших его просителей, требователей, жалобщиков и прочих надоедливых личностей с «неимоверно важными и срочными делами».

Сдается мне Пантелеймону просто не хватает умения отделять зерна от плевел. А еще способности жестко послать на фиг всех, кто нагло пытается сесть ему на шею. Хоть и Развивший. Возможно поэтому мне так и легко удалось продавить свои решения.

– Это же заговор, да? – с горящим взором шепнул Леуш. Правда сделал это так громко, что привлек внимание сразу нескольких ближайших авантюристов.

– Заговор-заговор. – подтвердил я, увлекая его в сторону. – Хотя скорее засада. И ты мне в ней тоже нужен. Развивший лишним точно не будет. Только ты слишком приметный. Придумаем что-нибудь.

– Здорово! Настоящее приключение! Обещаю, дружище, я не подведу!

– А мы нужны? – с воодушевлением, но и не без тревоги в голосе поинтересовался Кисточка.

– Мы готовы! – храбро подтвердил Хвост.

– Ты со своей Тумбочкой сторожишь выход из гильдии. – поручил я последнему. – А ты сторожишь Хвоста и Тумбочку. – сказал я Кисточке. – Ловите любого, кто попытается сбежать. Но не геройствуйте. Ваши смерти никому не нужны.

Сие высказывание заставило бывших каторжников повеселеть, а Леуштилат так и вовсе одобрительно хлопнул меня по плечу, чуть его не отбив. Будто я когда-то кого-то на смерть посылал. Кроме нежити, естественно. Кого же они во мне видят с таким-то настроем?

Далее, после непродолжительной подготовки, потянулись томительные минуты ожидания. Народу в холле толпилось тьма. Одни приходили, другие уходили, кто-то сидел за столами, кто-то изучал стенд, чтобы потом пойти и заявить о выбранном задании. Реже задания сдавали и, получив награду, отправлялись праздновать или во внутренние помещения для встречи с лекарем, кузнецом или другими мастерами.

Хватало и желающих провести время в обществе красоток Мадам Кло. Эффектно разодетые (или скорее едва одетые) дамочки заливисто хохотали и всем телом прижимались к своим спонсорам, чтобы вскоре увлечь их в приватную кабинку, а то и вовсе вглубь здания.

Жизнь в гильдии бурлила и била ключом. Многие, как я понял, и правда проводили тут все свободное время, выходя наружу, только чтобы подзаработать денег. А некоторые так и работали здесь же. Охранниками. Разнимая редкие, но все-таки иногда вспыхивавшие конфликты.

Я держался чуть поодаль. Не слишком близко к столам регистрации – там и без меня народу хватало – но и не совсем на отшибе. Чтобы иметь обзор и одновременно пространство для маневра. Иногда я подходил к стенду, иногда к барной стоке, время от времени присаживался за столики или, как некоторые, подпирал стену, застыв с направленным куда-то вглубь себя взглядом.

Телохранителей при этом пришлось отозвать, чтобы не привлекать лишнего внимания. Ну и переоделся немного.

Хотя от костяной брони из пластины Императорского Трицебыка отказаться я не смог, спрятав ее под плащом. Благо погода снаружи по-прежнему жалостливо хныкала и шмыгала носом, так что подобный внешний вид никого не смущал. Похожим образом выглядели чуть ли не половина посетителей гильдии, а многие и не думали снимать капюшоны, так что на общем фоне я смотрелся самым обычным приключенцем, влачащим свое существование от одного удачно выполненного задания до другого.

Правду говорят, что ждать и догонять – хуже нет. Время тянулось, как нить моцареллы с куска пиццы, который поднимаешь все выше, а она так и не думает рваться. Особенно же обидно, что я с таким же успехом мог бы сидеть в массиве «Винограда» или более плотно заняться проблемой исчезновения Караванов. Но и деятельность чертовых клиотов в людском городе без внимания оставлять нельзя.

Куда ни кинь – всюду какая-то засада. Не в прямом смысле, так в переносном. Но, наконец, не прошло и трех часов, как томительное ожидание завершилось, резко сменившись активными действиями.

С громким хлопком столкнулись два заклинания возле интересовавшего меня регистрационного стола. Верный Пантелеймону маг попытался задержать некую личность, явившуюся за ядром, но не преуспел, и между ними завязался стремительный магический поединок. Послышались крики. Кто-то резко шатнулся в сторону, другие, наоборот, устремились поближе к конфликту, желая выслужиться перед гильдией и, возможно, скорее поднять себе ранг.

Как и опасался Пантелеймон, перенос операции чуть ли не в центр холла позволил сообщникам заказчика затеряться в толпе, и, стоило начаться заварухе, как те обнажили оружие, чтобы помочь лидеру скрыться. Однако, едва они подобным образом себя обозначили, как на каждого тут же стремительным рывком бросились один-два типа в плаще.

Это были мои замаскированные прислужники.

Я не из глупой прихоти хотел использовать более людное пространство, а намеренно позволил врагу привести все свои силы, чтобы разом их и поймать. И теперь семеро предателей барахтались на полу, придавленные нежитью. Кто-то уже вопил, получив один или несколько переломов, под другими расплывалась кровавя лужа – все-таки команда захвата из нежити получилась так себе. Я создавал их для сражения и убийства, а не для специальных операций. Но все же пока никто не погиб.

Тем временем маг Пантелеймона проиграл дуэль и отлетел в сторону с обожженной грудью и другими частями тела, а пару заказчиков окутало облако Межмировой Энергии, значительно повысившее их ловкость и скорость передвижения. Не то заклинание, не то какое-то специфическое умение. Но главное, что оно позволило им, пользуясь общей суматохой, увернуться от моих прислужников и других протянутых к ним рук, чтобы стремительным спринтом броситься к выходу.

Причем, похоже, с добычей!

Одного сграбастал Леуш. Все это время он притворялся рабочим и орудовал молотком, делая вид, что ремонтирует пол. Стоя на четвереньках, здоровяк не выглядел таким уж большим, а обычный работник много внимания в целом не привлекает. Правда Леуштилат несколько увлекся, поэтому несколько досок в итоге оказались полностью покрыты шляпками гвоздей. Но зато со своей задачей он справился.

Последний же супостат, ловко уйдя от медвежьего захвата воина-жреца, несся с такой скоростью, что его ноги едва касались пола, а мельтешащих людей он огибал, как стоячих. Лишь благодаря собственной ступени и эволюции, я вообще видел его движения. Для большинства же остальных тот наверняка и вовсе просто исчез.

По крайней мере Кисточка и Хвост, хоть и являлись уже Осознавшими, стояли перед дверью в позе вратарей во время пенальти и слепо водили головами, не в силах разглядеть кого ловить. Надежды на них было немного.

Кто-то из особо горячих авантюристов попытался остановить беглеца заклинанием, создающим магическую сеть, но промахнулся и спеленал невиновного. Другие же или еще не сообразили, что происходит, или не рисковали попасть по своим.

В конце концов, все описанное выше случилось или одновременно, или одно за другим в течение пары секунд.

И вот заказчику оставалось уже всего несколько шагов до спасительного выхода, как ему в лицо на противоходе впечатался кулак. Мой кулак. Идеально подгадав момент, я одолжил силы у Жутня и что есть мочи засадил по не успевшему среагировать спринтеру. Я даже сам своей прыти поразился.

Раздался сочный хруст костей, и от удара мужчина дважды кувырнулся в воздухе, после чего приземлился плашмя на пол с размозженным в кашу носом. Меня же его инерцией отбросило в сторону, заодно острой болью в пальцах напомнив, что я маг, а не воин, и заклинание все еще не завершено и нуждается в доработке.

Раненный и дезориентированный беглец попытался подняться на ноги, но тут на него налетел подоспевший Пантелеймон и снова повалил на землю. На этот раз окончательно. И сразу защелкнул на шее гада подавитель.

От очередного падения кулак преступника разжался, и из него выпало трофейное ядро. Глухо ударившись об деревянные доски, оно покатилось мне под ноги, и я с удивлением увидел, что это не мое ядро, а та самая подделка, которую изначально хотел использовать Усатик.

А где же тогда мое?

И все-таки я подобрал фальшивку и спрятал ее в кольцо.

– Спокойно! Все под контролем! – перекрикивая гомон толпы, провозгласил замглавы. – Операция завершена. Всем спасибо за содействие. В качестве компенсации за неудобство ближайший час на кухне действует скидка сорок процентов и двадцать в баре. Спешите успеть!

Вектор внимания авантюристов мгновенно сменился, и даже тот, кого спеленали магической сетью, уже не роптал, а торопился сделать заказ в числе первых. Мы же быстренько отконвоировали пленников во внутренние помещения, где раздели их до гола и приковали кандалами к стенам в подвале.

Всего восемь человек. Было девять, но один все-таки умер, не пережив полученных от гуля повреждений. Слишком хлипкий оказался, гаденыш. Сам виноват. Нечего было становиться предателем расы. Польстился на золото нелюдей – отправляешься кормить червей. Такой слабак мне даже в качестве материала для экспериментов не нужен.

Кстати, да. Я не оговорился. Раненные, избитые, голые и распятые в стылом подвале – все восемь изменщиков являлись людьми. Ни одного анатомического отклонения на их телах мы не обнаружили, а значит клиотов среди них не было.

– Сколько же всего нежити ты можешь контролировать? – обратился ко мне Пантелеймон, когда я спрятал «лишних» прислужников в Тень, оставшись лишь со стандартной четверкой телохранителей. – И ведь это не простые зомби. Я прав? Еще и удар твой в конце…

– Каждый имеет право на свои секреты. – прохладным тоном произнес я, с нескрываемым подозрением разглядывая замглавы.

С ним пришли двое воинов из числа авантюристов, а меня сопровождали Леуш, Кисточка и Хвост с Тумбочкой. Последняя как раз слизывала с каменного пола натекшую на него кровь, чем немало нервировала пленников. Впрочем, их судьба в любом случае оставалась незавидной.

– Секреты у тебя, конечно, о-го-го. – задумчиво проговорил Пантелеймон, почесывая подбородок. Но он быстро встрепенулся, как вылезший из лужи воробей, и раздосадованно воскликнул. – Всех демонов мне в братья, где я должен брать столько времени, чтобы это дерьмо разгребать?! Вил, что с Терехом?

– Назар сказал, что жить будет. – отозвался воин в кожаной броне и с наливающимся багрянцем фингалом под левым глазом. – Повезло, что всех ублюдков так быстро схватили. Больше почти никто не пострадал. Несколько ушибов и ссадин, но это не в счет. Твоя заслуга? – спросил он меня.

Я небрежно махнул рукой, дав понять, что не стоит акцентировать на этом вниманием, и продолжил пристально следить за Усатиком. Вил с благодарностью кивнул.

– Если ваш лекарь не справится, тащите своего мага к Ждану. – предложил Леуштилат. – Вот такой парень! – он показал большой палец. – Настоящий талант. В дороге даже без ампутаций обошлось, не говоря уже о чем похуже. У караванщиков его найдете.

– Спасибо за совет, но, надеюсь, Назар справится. – ответил замглавы. – А теперь…

– А теперь скажи-ка, где мое ядро. – оборвал его я. – Настоящее. А не поделка шестилетки.

Я пристально уставился Пантелеймону в глаза, готовясь к любому развития событий.