Некромант на страже человечества. Том 4

Глава 1

– Они у тебя всегда такие сообразительные?

– Тупые, как пробки. Даже бутерброд сделать не могут. Не говоря уже о супе или банальном бигосе.

– Смешно. – Гурдияр изобразил на изможденном лице некое подобие улыбки. – Гожар своих только для сражений использовал.

– Ну… – протянул я. – Они еще на велосипеде катаются и до пяти считают. – и тут же, глядя на вытянувшееся лицо мэлэха, добавил. – Шучу. Только до трех.

Не знаю, поверил ли мне до конца караванщик и понял ли вообще шутку, но меня это особо не волновало. Потому что, едва выбравшись из «хатки» кобольдов я попал на торжественную встречу, организованную собственными прислужниками. Передо мной в ряд стояли Элельвед, Гибольт и один из пары последних уцелевших в сражении Лемилингов. Они закончили потрошить дохлого Пустынного Тритона и приволокли мне свою, вернее мою, добычу.

Забрав у гуля отнюдь не маленькое сердце, я спрятал то в Теневом хранилище, выделив ему толику Межмировой Энергии, чтобы не испортилось. Извлеченное эльфом ядро Королевского монстра отправилось в кольцо. При этом я обратил внимание, что в отличие от ядра Матриарха Нетров поверхность кристалла покрывали изящные линии фиолетовых узоров, перекочевавшие туда с тела ящерицы.

А вот с кольцом Гожара возникли проблемы.

Руки клиота успели пробыть в желудке монстра от силы минут пять. Это до смерти последнего. И еще сколько-то после. Но этого вполне хватило, чтобы практически полностью растворить плоть Химера, так что теперь в жвалах муравья покоилась чуть ли не скелетская конечность с жалкими ошметками чудом сохранившегося мяса.

И плевать бы я хотел на тело нелюдя, вот только досталось и внепространственному вместилищу. Едва стянув с перста мертвеца кольцо, я сразу же отметил, что его металл потерял блеск и гладкость, а попытка заглянуть внутрь не увенчалась успехом. Будто на глухую стену наткнулся.

– Его нужно в гильдию авантюристов нести. – глядя на мои потуги, посоветовал Гурдияр. – Результата не обещаю, но у них там разноплановых спецов хватает. Может что и придумают.

– В Заманске я их найду?

– Конечно. А куда, по-твоему, стекаются таланты из ближайших захолус… в смысле небольших городов? Скажешь, что от меня пришел, получишь приветственный бонус.

– Ну и тебе кой-чего перепадет. – не спросил, а утвердил я.

– Само собой. – не стал отпираться мэлэх.

Про гильдию эту слышать мне уже доводилось. Впервые ее упомянул при мне Чагаш в беседе с Александэлом, затем, после встречи в шахте, рассказывал Леуш, а позже и Уман. Насколько я понял, туда вступали люди, лишенные богатого покровителя или именитой родословной с целью банально заработать денег. Ну и, может, сделать себе имя, которое в последствии так же можно будет монетизировать. Ведь далеко не каждый был в состоянии подниматься по лестнице развития без помощи вспомогательных ресурсов, а амбициозных людей хватало в любые времена.

В общем, гильдия принимала заказы на все подряд – от охраны и заказных убийств до добычи определенной части тела конкретного монстра или, скажем, поиска сбежавшей кошечки – а затем находила тех, кто всем этим готов заниматься. За что имела определенный процент с награды и была в курсе всех мало-мальски важных событий и веяний.

На мой взгляд подобную организацию логичнее было бы назвать артелью наемников или как-нибудь в этом духе, но гильдия авантюристов существовала уже несколько веков, обросла связями, писаными и неписаными законами, правилами, про нее слагали анекдоты, да и вообще большинству цивилизованных людей она казалась неотъемлемой частью бытия. Как религия или коррупция. И лишь в захолус… небольших городках вроде Дальнего Крутолуга о ней слыхом не слыхивали.

– На твоем месте я бы взял с ящерицы не только сердце, но и глаза, печень, желчный пузырь и диафрагму. – прокомментировал мою добычу Гурдияр. Будто не слышал, что успел рассказать мне перед боем клиот. А может и правда не слышал. – Если твои мертвяки их еще не искромсали в хлам.

– Гожаровская нежить и правда только дралась? – уточнил я, отдавая прислужникам соответствующий приказ.

– По крайней мере ни разу не видел, чтобы они делали что-либо без его непосредственного контроля.

Любопытно. Воскрешенные Троттам Нетры имели довольно большую свободу действий, и именно поэтому я вкладывал такую возможность в свои чары при их создании. А ведь обучайся я некромантии у того же Гожара и сейчас руководил бы каждым шагом каждого зомби, вместо того чтобы болтать с мэлэхом, пока мои трупаки продолжали самостоятельно потрошить Тритона. Просто удивительно сколько разных форм и модификаций одного и того же заклинания может существовать.

Когда зомби притащили мне уцелевшие запчасти монстра, я отправил их убедиться, что в деревне кобольдов не осталось никого живого, а сам прошелся среди трупов, пряча самые перспективные в Теневом хранилище. Схватка с чертовым нелюдем существенно истощила мой запас тел, и теперь приходилось пополнять его тем, что имелось под рукой. Хотя некоторые экземпляры я нашел вполне достойными.

И пусть на перемещение мертвецов в Тень и обратно требовался совсем мизер Межмировой Энергии, но я все равно сжимал в кулаке осколок Этерниейвой руды, пополняя запас. Ведь как бы близко от выхода из Трещины не располагался Заманск, но до него еще требовалось добраться. И если Императорский Трицебык по-прежнему никуда не делся, то мне пригодится каждая крупица, которую я успею восполнить. И то не факт, что как-то поможет…

– Ты закончил? – с плохо скрываемым нетерпением спросил меня мэлэх, когда я вернулся назад к месту главного сражения и спрятал в Хранилище труп Гожара. От того, конечно, мало что осталось, но тела Развивших на дороге не валяются. Глупо оставлять его здесь, если можно без проблем унести с собой.

– Помочь тебе сходить до ветру? – участливо поинтересовался я. – Прости, но это как-нибудь сам. И зомби под такое дело тоже не выделю. Не то обоссышь, и куда мне его потом? Над ним же остальные потешаться будут.

– Смешно. – выдал караванщик без тени улыбки на все еще бледном лице. – Хочу напомнить, если ты забыл, что мы по-прежнему находимся в Трещине. Которую нужно обязательно закрыть. А с этим могут возникнуть некоторые трудности.

– Если снаружи не прошла пара веков, и бык давным-давно не ушел по своим делам. Где и сдох от старости в кругу семьи.

– На счет второго всем сердцем молю Захауруна…

– Что-то в прошлый раз не особо помогло.

– …а на счет первого сильно сомневаюсь. – пропустив мою ремарку мимо ушей, закончил Гурдияр. – Трещины с временным расхождением встречаются нечасто. Я за всю жизнь видел всего одну.

– А я уже побывал в двух.

– Тем меньше шанс, что эта станет третьей.

– Прости, но теория вероятности работает не так. – вздохнул я.

– Что?

– Не важно. Сам пойд… попрыгаешь или помощников отрядить?

– Пока давай помощников. – нехотя попросил мэлэх. – Силы лучше экономить. Мне, возможно, еще с Трицебыком драться.

– Один раз уже подрался. – буркнул я, но так, чтобы караванщик меня не услышал.

Все-таки перспектива весьма вероятной встречи с Императорским зверем заставит нервничать кого угодно, кроме, разве что, мертвеца. Гожар поэтому уже не волновался. Но поменяться с ним местами я бы не согласился, даже ради душевного спокойствия всей людской расы. Мне еще семью воссоединять. По крайней мере то, что от нее осталось…

На поляну с уцелевшими членами Каравана мы вернулись весьма впечатляющей процессией: Гурдияр, опирающийся на плечи Элельведа и зомби-орка (другого, а не того, с которым я уходил в лес. Хотя для меня они особо не различались), зомби-Лемелинг, зомби-эльфийка и еще трое оживших мертвецов, один из которых являлся Высшим Пустынным Тритоном.

Впрочем, впечатляющей процессия выглядела лишь для кочевников, я же не мог не покачать головой, понимая, что потерял больше двух третей своего отряда и еще больше заранее заготовленных и тщательно отобранных тел.

Правда нельзя не брать в учет, что сражаться мне пришлось с превосходившим меня на целую ступень магом и равным ему по силам Королевским зверем. К тому же для Некроманта подобные потери – на самом деле ерунда. Всегда можно «навербовать» новых солдат, и те даже сопротивляться не станут.

А вот приобрел я куда больше. Тут и открытие «Третьего глаза», позволяющее гораздо быстрее воплощать в реальность чары, а заодно расширившее максимально доступный запас Межмировой Энергии, и новые успехи в освоении магии смерти, включающие создание гуля и похищение приведения, и добыча ядра прошедшего эволюцию монстра вместе с наиболее ценными частями его тушки.

Хотя наиболее ценным призом, я бы, наверное, все-таки счел именно семена синих плодов, позволяющих заняться совершенствованием собственных души и тела. Ведь даже Некрономикон говорил, что подобного рода ресурсы встречаются крайне редко, и найти такой считается невероятной удачей. Я же вообще смогу заняться их выращиванием. Непонятно только пока где и когда. Но, главное, возможность остается за мной.

Ну и еще наличествовало кольцо Гожара с неведомым содержимым, но я не возлагал на него особых надежд. Тем более вообще не факт, что удастся из него хоть что-то извлечь.

В общем, урожай я собрал нехилый, но изумленные взгляды караванщиков, осознавших, что именно мне повинуется вышедший из леса выводок зомби, все равно знатно потешили мое эго. Сперва они заметили своего мэлэха, затем обратили внимание на мертвецов, потом поискали глазами Гожара, а когда не нашли, дружно обернулись ко мне. И на их вытянутых лицах отчетливо читалась вся гамма удивления, густо замешенная на восхищении, и слегка приправленная завистью.

Точно так же мы с Леушем в детстве смотрели на Алаума, управлявшего Королевским зверем, а теперь я и сам мог бы помериться с ним силой. Хоть еще и не достиг ступени Развития. Чудно.

– Может мне кто-то соизволит помочь? – недовольно произнес Гурдияр, сорвав со своих людей пелену завороженности. – Или так и будете пялиться?

К нему тут же, встрепенувшись мокрыми псами, подскочила пара воинов и переложила руки мэлэха себе на плечи. Следом подошел и Степан, задавший интересовавший многих вопрос:

– А где…

– На бороде! – огрызнулся, перебив мага, мэлэх. – Гожар оказался клиотом. Ублюдок напал на нас исподтишка и прикончил Григора с Делягой. Мог бы и меня отправить к Захауруну, если бы не Леон.

Взгляды людей вновь сосредоточились на мне, но на этот раз я видел в них уважение и благодарность. Ведь мэлэх не просто нес на себе роль лидера группы по интересам, но также являлся лицом кочевников и гарантом репутации. Уман после смерти отца, как ни старался, так и не смог достичь прежнего уровня доверия к его Каравану. И не сможет, как минимум пока не станет Развившим.

– Спасибо! – Степан от имени всех остальных сердечно пожал мне руку. – Если мы можем что-то для тебя сделать, то…

– Для начала вы можете держать язык за зубами! – вновь прервал его Гурдияр. По дороге мы обсудили с ним некоторые моменты, но я не думал, что он так быстро начнет их реализовывать. – Как видите, барон – и наш друг – обладает недюжинным талантом. И, думаю, все понимают, что у любого таланта найдутся завистники. Не всегда доброжелательные. Даже к нам, вечным странникам, умудрилась прибиться крыса. Что уж говорить про тех, кто вынужден годами жить на одном месте. – люди с пониманием кивали, слушая лидера. – А потому я запрещаю обсуждать с кем-либо способности Леона! Даже с членами Совета. Напомню, что по нашим законам вы имеете полное право со всеми вопросами отсылать кого угодно к своем мэлэху. То есть ко мне.

Таких особенностей Уман не упоминал. Впрочем, я все равно понимал, что шила в мешке не утаить – потому и спрятал в Теневом хранилище гуля с темным клириком – однако надеялся, что в случае чего хоть какое-то преимущество сумею за собой сохранить. Но также не мешало заняться и созданием новых козырей.

– А теперь о насущном. – сменил тему Гурдияр. – Что с повозками?

– Две потеряны безвозвратно. – отрапортовал Степан, бросив короткий взгляд в сторону расположенных плотной группой телег. – Не считая той, которую сожрал Трицебык. Мы использовали их для ремонта остальных.

– Товары?

– Почти все уцелели. Распредели между фургонами.

– Хтолиски?

Степан поджал губы.

– С этим сложнее. – сообщил он, покачав головой. – Несколько погибли, налетев на колья. Других ранили сраные коротышки. Скажу честно: долгого перехода они не выдержат.

– Долгого нам и не нужно. – отрезал мэлэх. – Город рядом, а там за три дня залатаем. В Заманске есть хороший ветеринар с нужными умениями. Что с… – Гурдияр скривился от прострелившей искалеченную ногу боли, пару раз глубоко вдохнул и продолжил. – Что с Трицебыком?

– Не знаю, мэлэх. Не проверяли. – пожал плечами маг. – Ждали тебя.

– Это правильно. Да, это правильно…

Гурдияр медленно окинул взглядом людей, фургоны, Хтолисков. Оценил обстановку, прикинул варианты. Как ни крути, но все упиралось в один вопрос: ушел Императорский зверь или караулит у выхода из портала? Так же нас устроил бы вариант, если монстр сожрал всех кобольдов с Тритонами и завалился спать. Мы бы тогда даже трогать его не стали. Тихо закрыли бы Трещину, да и шмыгнули мимо. А дальше путь местный Лорд разбирается с проблемой. У него для этого всяко больше возможностей.

Задумался и я.

Что я могу сделать в сложившейся ситуации? Какую выгоду извлечь? Материальную? Репутационную? Экономическую? Может использовать Императорского зверя для попытки продвижения по лестнице развития? Или для углубления понимания магии смерти? Вот уж где угроза жизни нависнет, как нож гильотины над шеей приговоренного!

Хотя нет. Куда я полез… Это явно меня еще не отпустила эйфория от победы над предыдущими противниками. Даже обладай я полным запасом Межмировой Энергии, укомплектованным отрядом прислужников и неограниченным запасом тел, Императорского Трицебыка мне не одолеть. Тот Развившего воина, вон, одним касанием чуть в инвалида не превратил. К тому же такая махина!

Хотя… Последний факт мог, как ни странно, играть на руку и окружающим. Кое-какая мыслишка у меня зародилась.

– Можешь отправить зомби на разведку? – тем временем обратился ко мне мэлэх. – Так чтобы… не знаю… смотреть его глазами или что-нибудь в этом роде.

– Так делал клиот? – я вопросительно изогнул одну бровь. Мне как раз закончили бинтовать оставленную старым кобольдом рану, и теперь я ее даже не чувствовал. Врачи у Гурдияра не в пример лучше крутолужских.

– Нет. – честно ответил караванщик. – Но я думал, что ты…

– Точно не через портал. – перебил я. – Можно было бы попробовать, но…

– …рисковать нельзя. – закончил за меня он.

– Именно.

Мэлэх задумался.

– Оллег! – крикнул он.

Не прошло и пары секунд, как к нам прискакал мальчишка лет десяти. Прыткий, верткий, со смуглой, как и у остальных караванщиков, кожей и заостренными чертами лица, делавшими его чем-то похожим на фенека – пустынную лису. Разве что без хвоста и с вполне обычными человеческими ушами.

Парнишка был примерно того же возраста, что и Мих с Тихом при нашей первой встрече. Второй, правда, так и не случилось. Близнецы погибли задолго до того, как я освободился из плена нелюдей. Жизнь караванщиков – не сказка.

– Да, мэлэх? – глядя снизу вверх, обратился Оллег, нет-нет да бросая полные любопытства взгляды на моих зомби. – А можно их потрогать?

– Потом. – серьезным тоном произнес Гурдияр. – Сперва нам снова понадобится твое умение.

– Я готов, мэлэх! – радостно воскликнул парнишка.

Чуть в стороне тревожно заломила руки женщина. Но промолчала.

Это что же у него за умение такое?

Глава 2

В компании юного Оллега мы подошли к самому мареву выхода из Трещины. В прошлый раз мне не удалось его подробно рассмотреть, но теперь я увидел, что оно не только в высоту достигало пары метров, но и в ширину имело все четыре. Нет, скорее даже больше. Будь оно еще чуть шире, и при должном уровне воображения можно было бы представить, как с пронзительным гудком и стуком колес изнутри выныривает вагон метро. А следом еще один. И еще. И еще.

А в вагонах сидят простые работяги, которые едут по своим делам и не подозревают, что Земля уже несколько веков как захвачена нелюдями, а по измененной чередой Катаклизмов до неузнаваемости планете шарахаются монстры размером с трехэтажный дом.

Впрочем, это все лирика, и увидеть в нынешней жизни метро шансов у меня не больше, чем встретить Хтолиска в прошлой.

– Давай, парень. – Гурдияр потрепал мальчишку по волосам. – Туда и обратно. Как ты умеешь.

– Как он умеет? – не удержавшись, спросил я у Степана.

– Быстро. – вполголоса ответил маг. – Очень. У Оллега как умение пробудилось, так он нам все Трещины разведывал. Пока Гожар не явился со своими зомби.

– Ребенок? – удивился я. – А если там выход и вход не совпадают?

– Один раз так и вышло. Пришлось спасать. Но даже так это все равно наименьший риск. Смотри. Сейчас сам все увидишь.

Тем временем мальчик подошел вплотную к мерцающей завесе и встал в позу, будто собирается бежать кросс с высокого старта. Дернул кистями, сбрасывая напряжение, размял шею, пару раз вдохнул-выдохнул, напружинился, оттолкнулся и… распрямился, поворачиваясь к мэлэху.

– Готово! – улыбаясь во весь неполный комплект зубов, заявил он.

– Ну, увидел? – усмехнулся мне Степан.

– Да. – кивнул я.

– Да? – не поверил маг.

– Да.

И даже почти не соврал. За исключением того, что снова почувствовал себе ребенком, который пробрался на тренировку Сэра Чагаша и пытается разглядеть, его скоростной удар. Тот, правда, в итоге оказался стремительно промелькнувшей фигой, но все-таки я ее увидел. Хоть и не достиг тогда еще даже ступени Освоения.

Сейчас же, как ни странно, пришлось прибегнуть к тому же методу. Закрыв глаза, я покадрово представлял движения мальчишки. Вот напрягается икра толчковой ноги, вот ступня медленно погружается в уже успевшую подсохнуть от крови землю, вот под кожей муравьишками снуют мельчайшие частички Межмировой Энергии. А в следующий миг парень срывается с места и так быстро возвращается назад, что в какой-то момент кажется, будто он раздвоился и вернулся, не успев еще уйти.

Удивительная способность.

– Мерцающий шаг. Так называется его умение. – пояснил погонщик Хтолисков. – Хотя сам Оллег называет его «Прыг-Скок». Бестолочь. Но бестолочь везучая. Если когда-нибудь разовьет навык, то станет новым мэлэхом и поведет наш Караван на север. Ближе к столице.

– Он ведь еще даже не Освоивший.

– Вторая стадия первой ступени. Но Гурдияр в него много сил вкладывает.

– Сын?

– Племянник.

– Понятно.

Мальчишке действительно повезло с умением. Как и с тем, что он научился им пользоваться даже до непосредственного получения полного контроля над Межмировой Энергией. Мерцающий шаг являлся его неотъемлемой частью, такой же как нога, и тело само изыскивало способ оптимального распределения ресурсов. Требовалось лишь найти правильный подход. Оллег нашел.

Пока мы со Степаном вполголоса обсуждали способности следующего поколения, мэлэх расспрашивал нашего юного разведчика на предмет того, что тот успел рассмотреть в Диких Землях. И я прислушивался к ответам ничуть не менее внимательно, чем к словам мага. А может даже и более.

– Был?

– Был.

– Видел?

– Видел.

– Бык там?

– Бык там.

Гурдияр, не стесняясь присутствия детей и женщин, сочно выругался. Народ его не корил. У всех на языке вертелись примерно те же слова. А то и еще грубее. Каждый надеялся, что Императорский зверь куда-нибудь свалил, но реальность как всегда оказалась скупа на подарки.

– Что он там делает?

– Лежит, раны зализывает.

– Оллег! – Гурдияр сурово посмотрел на мальчика. – Сейчас не до шуток!

– Так я и не шучу, мэлэх! – искренне возмутился парень. – Лежит. И лижет. У него мясо с ноги аж до кости стесало. Даже ее саму задело. Так он язычищем своим здоровенным прям по кости и елозит. Все в слюнях. Но вроде мясо уже обратно нарастать начало. Больше не разглядел. Скакнуть еще? Я могу!

– Нет! – Гурдияр схватил за плечо уже дернувшегося в сторону Трещины парня. – Иди к матери. Издергалась вся.

– А зомби хотя бы можно потрогать? – с надеждой в голосе спросил Оллег.

Мэлэх вздохнул и одним взглядом переадресовал вопрос мне. Все-таки ребенок – есть ребенок.

– Ну попробуй. – разрешил я и кивнул на Элельведа, приказав тому замереть.

Под завистливые взгляды других детей мальчик сперва осторожно, а затем все смелее принялся ощупывать мертвое тело нелюдя. Впрочем, опознать в нем эльфа уже вряд ли бы кто-то смог. За прошедшие сражения, порой больше похожие на мясорубки, ходячий труп полностью лишился волос и ушей, а его серую кожу сплошным ковром покрывали уродливые рубцы от плохо затянувшихся ран.

И это еще темный клирик «лечил» более или менее ровно. Я же вообще такой ерунде, как внешний вид прислужников, внимания не уделял. Меня куда больше заботили их прочность и боевая мощь. А в остальном пусть хоть на сбежавших из лепрозория прокаженных смахивают.

– Он тако-ой мерзкий… – протянул Оллег. – Мне нравится!

В этот момент я приказал Элельведу замахнуться на парня, и мальчишка, громко ойкнув, в мгновение ока переместился за спину матери. Чем вызвал у караванщиков сперва оторопь, а затем и волну смешков, шумным прибоем смывшую напряжение и гнетущие мысли о предстоящей встрече с Императорским зверем.

Гурдияр посмотрел на меня с благодарностью. Хотя, честно признаться, специально я подобного эффекта добиться даже не пытался.

– Слушайте все! – громогласно привлек к себе внимание мэлэх, когда люди более или менее успокоились. – С той стороны нас ждет противник, сталкиваться с которым нам прежде еще не приходилось. – народ затих и теперь сосредоточенно внимал речи лидера. – Да, у нас нет шансов на победу. Но побеждать его нам и не требуется! Все, что мы должны сделать, это закрыть Трещину. Так велит нам закон. Так велит долг. И так велят нам сердца вечных странников Диких Земель. Вы со мной?

– Да! – раздался нестройный многоголосый хор.

– Не слышу вас! Вы со мной?!

– Да!!! – взревела толпа, вскинув руки к далекому небу, залитому зеленым светом ромбических солнц.

И пусть люди понимали, что задача перед ними возникла непростая, что выйти из передряги без потерь однозначно не выйдет, что стоящий сейчас рядом человек уже к вечеру может стать кучей парящего дерьма оставленного Трицебыком на раскаленном песке, но они даже не думали роптать или отступать. Да, кто-то украдкой вытирал непрошеные слезы, но на их лицах я видел решимость твердо идти по выбранному пути, даже если уже следующий шаг станет последним.

Меня даже гордость взяла за то, что мы с ними принадлежим к одной расе. И как только такой народ умудрился просрать свой Краеугольный Камень? Чертовы нелюди! Наверняка они вообще за него не сражались, а вероломно выкрали! Не иначе!

– Мы задержим быка, мэлэх! – выкрикнул широкоплечий мужчина, потрясая в воздухе отнюдь не игрушечным молотом.

– Задержим! – подхватила женщина, увешенная дротиками и другим метательным оружием, как новогодняя елка шариками.

– Костьми ляжем! – поддержал их еще один караванщик, с повязкой, закрывающей левый глаз.

Все больше людей выказывали свое желание помочь лидеру, и я видел, как в глазах Гурдияра загорался огонь благодарности и признательности. Безусловно он ценил каждого члена своей группы, и их слова тронули его да самой глубины души.

– Друзья! – мэлэх поднял руки, и люди постепенно затихли. – Спасибо вам за все! Я благодарен каждому, с кем делил небо и пыль дорог. – и почему его речь так похожа на прощание? – Но монстра отвлеку я сам!

Ах вот почему. Гурдияр же тем временем продолжал, не дав кому-либо себя перебить:

– Я уже все решил! Я лично сражусь со зверем и уведу его как можно дальше от Трещины. Тем временем вы поведете фургоны к городу, а Данил закроет портал. Степан, помнишь я рассказывал тебе о том, как проходить через Купол? Все необходимое получ…

– Как ты с ним драться собрался, мэлэх? – все-таки прервал речь лидера тот самый Данил – маг второй ступени, владеющий как минимум одним заклинанием воздушной стихии. – Ты на ногах еле стоишь! Лучше я отвлеку тварь, а ты…

– Я?! Еле стою?! – вскричал Гурдияр, вернув себе слово. Он отбросил костыли в стороны и, стиснув зубы, оперся на больную ногу. Пот выступил у него на лбу, но караванщик не издал ни звука и с вызовом смотрел на Данила, не отводя глаз. – Я – Развивший! Не забывай об этом! И я сделаю то, что должен сделать любой мэлэх, оказавшийся на мое месте! Это приказ. И он не обсуждается!

Я не знал, слышал ли Гурдияр историю Алаума, или у кочевников и правда существовали предписания и правила действий для подобных инцидентов, но, в любом случае, силе духа предводителя кочевников можно лишь позавидовать.

Однако у меня имелось свое видение сложившейся ситуации.

– Я отвлеку монстра. – спокойно произнес я, и в наступившем после речи мэлэха безмолвии мои слова долетели до ушей каждого. – И Трещину закрою тоже я. А поскольку я не принадлежу вашему Каравану, то и подчиняться ничьим приказам тоже не должен. И не буду.

– Ты свихнулся? – по-простому спросил меня Гурдияр, сбитый с панталыку настолько, что растерял весь свой героический тон. – Я видел тебя в деле, но ты не представляешь, о чем…

– Я. Закрою. Трещину. – роняя слова, словно надгробные плиты, проговорил я.

– Это невозможно! Ты всего лишь Осознавший.

– А это важно? – усмехнулся я. – Если хочешь, могу дать клятву Омиша.

В разрушенном лагере кобольдов воцарилась такая тишина, что слышно было, как муравьи щелкают жвалами, откусывая кусочки от сложенных в стороне трупов. Кажется, люди забыли даже как дышать, и в гнетущем молчании переводили взгляд с меня на мэлэха и обратно, дожидаясь решения лидера.

Сам Гурдияр несколько раз изменился в лице, одновременно желая принять мое предложение и борясь с чувством долга. Потому что он чувствовал, что предложенным мной способом имеет куда больше шансов спасти своих людей и вести их дальше в светлое будущее. Но мог ли он возложить такую ответственность на чужака? Позволят ли ему поступить подобным образом законы караванщиков? И, что куда важнее, разрешит ли совесть?

Решившись, мэлэх, кривясь от боли в ноге, прихромал ко мне и на глазах у всех заключил в крепкие объятия. Я подобных проявлений чувств не одобрял, а потому стоял, не шелохнувшись, но это ничуть не смутило воина.

– Теперь я понимаю, почему Уман рискнул репутацией ради тебя. – шепнул он мне на ухо. – Клянусь сделать все, что в моих силах, чтобы помочь ему пройти Испытание Верности.

Что? Это-то тут при чем?

Я далеко не сразу понял смысл слов, произнесенных караванщиком, но поразмыслив, все-таки догадался. Оказалось, что дилемма Гурдияра лежала даже еще глубже, чем я думал. Дело в том, что он, не зная о моих планах, одновременно не мог представить, что Осознавший, пусть и чрезвычайно сильный, сумеет противопоставить что-либо Императорскому зверю. То есть существу, эквивалентному по силам Объединившему – обладателю аж четвертой ступени!

Хотя я и правда не сумел бы. При обычных условиях. Сейчас же кое-какая идея пойманной в клетку птицей билась у меня в черепушке, заставляя рискнуть жизнью, и обещая определенные шансы на благоприятный исход. И я очень надеялся, что пернатое создание меня не подведет.

Мэлэх же в свою очередь решил, что я собираюсь пожертвовать собой ради спасения каждого члена его Каравана. И, наступив себе на горло, поставил благополучие своих людей выше собственной гордости.

– Понятия не имею, откуда ты узнал, но клятва Омиша – единственный способ обойти закон, призывающий нас закрывать Трещины, где бы мы их не встретили на просторах Терры. – держа меня за плечи, провозгласил Гурдияр. – Обойти по самому краю. По границе дозволенного. Но если кто-то, находящийся на ступени Осознания или выше, поклянется именем бога правды, что сотворит все возможное и пойдет до конца. Не отступит и не сдастся до достижения цели. То мы можем позволить ему сделать это за нас! Правда нужно соблюсти еще один нюанс.

С этими словами мэлэх взял в руку кинжал и полоснул им себя по правой ладони. Из получившегося разреза тонкой алой нитью заструилась кровь, а Гурдияр протянул мне оружие рукоятью вперед.

Черт бы побрал караванщиков с их традициями и ритуалами! Но в сложившейся ситуации сдавать на попятный было определенно уже поздно. Короткая вспышка боли, и вот наши ладони сплелись в крепком рукопожатии, а смешавшаяся кровь продолжила орошать ненасытную землю Трещины.

Причем я заметил, как воин, сосредоточившись, пропустил через свою руку небольшое количество Межмировой Энергии, и когда мы, наконец, расцепились на месте пореза белел едва заметный тонкий шрам. Вот интересно, а оставленную кобольдом рану он мне не мог так же запаять? Обязательно было до лагеря мучиться?

– Давэр! – под всеобщее ликование торжественно объявил Гурдияр. – Теперь ты – друг кочевников, и любой в Диких Землях обязательно придет тебе на помощь по первому зову. Но и ты должен ответить им тем же. Давэр. – повторил мэлэх. – Редко кто-то удостаивается чести настолько сблизиться с нами, не поменяв навсегда иллюзорное небо Купола на бескрайние просторы Терры. Ты один из немногих. Гордись!

Я едва не поперхнулся. Это что мне теперь любым бродягам помогать, если у их таратайки колесо отвалится или ездовая выхухоль лапку натрет? Вот это подфартило, так подфартило. Ничего не скажешь.

С другой стороны, я вроде и так собрался спасать человечество от власти нелюдей. Можно начать и с малого. Тем более, что один я в Диких Землях вряд ли окажусь, а если и окажусь, то помощь скорее понадобится мне. Но вообще о таких вещах нужно предупреждать заранее.

Я хотел уже в грубой форме намекнуть об этом Гурдияру, как тот, видимо, решил меня окончательно добить.

– А теперь, давэр, приноси свою клятву Омиша. – вернувшись к серьезному тону, заявил он. – И да поможет нам Захаурун в этот нелегкий час!

Глава 3

Честно говоря, я изначально рассчитывал, что до самой клятвы Омиша дело не дойдет, и хватит, как обычно, одной лишь готовности ее произнести. Но караванщики – люди деловые, и шуток на тему обрядов, похоже, не понимают. Еще и ритуал какой-то сотворили на серьезных щах. Я даже опомниться не успел, как меня записали в друзья всех кочевников.

Давэр. Почти деверь. Или дверь…

Интересно, уже поздно хлопать в ладоши с криком «Да я же пошутил!» или сейчас самое время?

Я медленным взором окинул толпу, и взгляды каждого из присутствующих были сосредоточены на мне. Мужчины, женщины, дети… И ни одного старика. Любопытно куда они их девают. Не удивлюсь если пускают на корм зверям. Или те сами уходят, чтобы не стеснять молодых?

Черт, о чем я вообще думаю!

Я встретился глазами с Оллегом. Мальчишка так и светился от счастья, будто стал свидетелем чего-то невообразимо важного. О чем он потом будет годами рассказывать всем и каждому в редкие визиты Каравана под Купол.

И не он один.

Странно, но я снова испытал то чувство, будто в груди вспыхнула искра. Крохотная. Но теплая и живучая, как пробивший асфальт одуванчик. Более того, она быстро нашла себе союзницу, и они закружились в радостном танце, пусть не способном растопить ледяные стены моего сердца, но зато пускающем мириады разноцветных бликов. Таких же ярких, как они сами.

– Я, Леон, человек, барон Дальнего Крутолуга и Некромант, всей своей сущностью клянусь закрыть эту Трещину. Чего бы мне это не стоило! Омиш.

Под оглушительные овации от меня, как и некогда в Бездне, отделилось небольшое серебристое облачко. Застыв в воздухе, оно пару раз дернулось, будто решая куда ему податься, завертелось игривым псом, пытающимся поймать собственный хвост, и взорвалось фейерверком, втянувшимся мне обратно в грудь.

При этом я обратил внимание на то, что не заметил при заключении договора с Некрономиконом. Ведь тогда я в прямом смысле находился при смерти, и мне было не до разглядывания необычного явления. А может с того раза я достаточно продвинулся по лестнице развития, чтобы подметить сей небольшой нюанс. Ну или имела значение эволюция.

Не суть.

Главное, что я увидел, как крошечная часть сполохов, вместо того чтобы вернуться ко мне, бесследно растаяла, будто туман поутру. Немного. Наверное меньше десятой доли процента. Но все же…

И что бы это могло значить?

– Мы слушаем тебя, давэр. – серьезным тоном, в котором проскакивала нотка почтения, явно отсутствовавшая ранее, обратился ко мне Гурдияр. – Каков твой план? Что мы можем для тебя сделать?

– В первую очередь – не мешать. – решительно отринув в сторону лишние мысли, ответил я.

Услышав эту фразу, мэлэх чуть не поперхнулся уже готовыми сорваться с губ словами, а его лицо резко вытянулось, став похожим на оплывшую маску восковой фигуры. Остальные караванщики выглядели не менее ошарашенными. Они определенно были готовы оказать любое содействие и не рассчитывали на столь явное пренебрежение.

– Для моей задумки нужно чтобы рядом оставалось как можно меньше живых. В идеале – вообще никого. – я немного сгладил углы. – Магия смерти, все дела. – многозначительно добавил я. Многие закивали с пониманием, а уважение в их глазах выросло даже выше, чем прежде. – Степан, у тебя получится провести через Трещину по две повозки в ряд?

Маг подошел к мареву, окинул его изучающим взглядом, что-то прикинул, закатив глаза и беззвучно шевеля губами, постучал пальцем по подбородку.

– Я не уверен. – медленно произнес он. – Теоретически должно получиться. Но тут довольно узко, и…

– Никаких «и»! – оборвал его Гурдияр. – Если надо, значит сделаем!

– Конечно, мэлэх! – встрепенулся Степан после чего повернулся ко мне и добавил. – Я проведу здесь весь Караван по две повозки в ряд, как нитку через игольное ушко. С первой попытки и на полной скорости. От меня ведь это требуется, давэр?

– Совершенно верно. – подтвердил я. – Давайте готовиться.

Работа закипела.

Часть караванщиков взялась перекладывать товар в фургонах, чтобы придать им большую устойчивость, другие укрепляли изготовленные кобольдами мостки, а третьи устанавливали их надо рвом с кольями таким образом, чтобы позволить Хтолискам взять максимальный разгон. Дети же тем временем выискивали в траве мельчайшие камушки, щепки и осколки костей, чтобы ничего не попало ни под лапы ящериц, ни под колеса повозок.

Дело спорилось, и уже скоро весь Караван выстроился в колонну под два, расположившись на самой широкой тропе через лес. Лица людей переполняла решимость, а вектор движения смотрел четко на выход из Трещины. Туда, где нас поджидал раненный Трицебык. Императорский Трицебык!

Все приготовления завершились, и к порталу, возле которого теперь стоял лишь я один, прихромал на костылях Гурдияр. Он проникновенно посмотрел мне в глаза и, положив руку на плечо, крепко сжал.

– Я восхищен твоим мужеством, Леон! – серьезно, без тени глумления произнес мэлэх. – Редко встречается кто-то из оседлых, готовый ради нас пожертвовать столь многим. Твое имя станут передавать из уст в уста по всей Белой Пальмире!

– Я не собираюсь ничем жертвовать. – честно сообщил я.

– Конечно. – Гурдияр грустно улыбнулся и лишь сильнее сжал мое плечо. Судя по всему, он по-прежнему думал, будто я ценой своей жизни отвлеку тварь на себя, дав им время добраться до города. – Мы будем ждать тебя у стен Купола до заката. Или… до появления иной угрозы. Спасибо, давэр. Спасибо…

Мэлэх уковылял назад к своим людям, а я пару раз глубоко вздохнул, успокаивая колотящееся сердце. Погибать я, может, и не собирался, но наличие в плане Императорского зверя добавляло к задумке такое количество «если», что предприятие превращалось в авантюру сродни ставке на жизнь при игре в монетку.

У меня в руке сам собой появился старый, потертый, медный гульден. Ловким щелчком я отправил его в полет, поймал, замер и посмотрел на результат. Выпал лев. «Кошак», как сказал бы Леуш. Впрочем, какая разница, если я ни на что не ставил?

Осыпался пылью осколок этерния, отдав мне последние крохи Межмировой Энергии. С его помощью мне удалось восстановить около десяти процентов запаса. Больше, чем я сумел бы впитать из воздуха за то же время, но и вместе с тем ужасно мало. Хотя имей я даже тройной резерв, я бы все равно не сумел в честном бою одолеть монстра, эквивалентного по силам Объединившему. Но не совсем же с голой задницей к нему выходить?

Все.

Нет смысла больше тянуть.

Я поднял руку и дал знак начинать.

Хтолиски сорвались с места одновременно и, как мне показалось, даже с небольшой пробуксовкой. Не медленно и печально, как машины на светофоре после появления разрешающего сигнала, а словно единый организм, где морды стоящих вторым рядом зверей будто прикипели к задникам впередиидущих фургонов. Степан действительно выжимал все возможное из своего умения и из подконтрольных ему монстров.

Пары повозок проносились мимо меня одна за одной, обдавая порывом ветра и исчезая по другую сторону портала. Иногда я выхватывал взглядом лица караванщиков, и все они неотрывно смотрели на меня, прижав руку к груди. Прощались. Я им не отвечал.

Последним шел фургон мэлэха с прикрепленной к крыше надтреснутой костяной пластиной, отчищенной от мяса. Ну и правильно. Не оставлять же ее здесь. Наверняка кучу денег стоит.

Черт! И о чем я вообще опять думаю?

Караван пролетел мимо меня подобно поезду, забывшему сделать остановку на одной из станций. А следом в дрожащее марево перехода шагнул и я, предварительно призвав из Теневого хранилища всех доступных мне прислужников.

Я весь напрягся и прищурился, в ожидании теплового удара Диких Земель и поднятого колесами облака пыли, однако неожиданно обнаружил себя отнюдь не посреди пустыни. А вместо смертельно опасного монстра на меня смотрела ослепительной красоты молодая девушка, будто бы вырезанная искусным скульптором из белого мрамора.

Хотя вряд ли можно сказать «смотрела» про ту, чьи веки были смежены, словно при глубоком сне. Даже ресницы не дрожали. Но тем не менее я чувствовал, что она неотрывно наблюдала за мной неким непонятным мне образом.

Окинув пространство быстрым взглядом, я понял, что нахожусь в замкнутом помещении без окон и дверей. Однако света вокруг хватало с избытком. Тот многократно отражался от белых мраморных стен, но не слепил, а лишь подчеркивал особенности этого места.

Главными из которых на мой взгляд являлись барельефы и золотые узоры, находившиеся в постоянном движении. Мужчины и женщины, рыбы и птицы, монстры и обычные звери – они плавно перетекали из одной формы в другую, не задерживая метаморфозу ни на одну секунду. Будто несколько жидких картин, слитых в один чан, который не то художник, не то повар помешивал черпаком, не давая застыть.

От постоянного мельтешения меня начало мутить, и я снова сосредоточил свой взгляд на девушке.

Или женщине?

Или старухе?

Потому что ее лицо тоже начало меняться, то являя собой не прошедшую еще Церемонию Пробуждения малышку, то отжившую свой век даму на смертном одре. И при этом каким-то непостижимым образом она продолжала сохранять свою противоестественную красоту, достойную легенд, од и прочего эпоса.

– Хватит! – рявкнул я, закрыв глаза и выставив перед собой руку ладонью вперед. – Прекращай. Если не хочешь, чтобы я все тебе тут заблевал. Убираться не буду – предупреждаю сразу.

– Дерзко. Но честно. Мне нравится. Ты любопытный. – переливчатым голосом, собравшим в себе сотни разных тембров и интонаций, произнесла незнакомка. – Ты можешь видеть лишь то, что зримо.

– А что незримо – никто видеть не может. – буркнул я, осторожно открывая глаза.

Лицо девушки снова застыло мраморной маской, а вот стены продолжали бурлить, будто нарочно заставляя меня сосредоточиться на собеседнице.

Помнится, разок я уже оказывался в ситуации, чем-то похоже на эту. И тоже при попытке покинуть Трещину.

А ну-ка…

Ну да, точно. Начисто пропала связь с прислужниками. Да и Межмировой Энергии вокруг я снова не ощущал. Хотя…

Я сосредоточился, напряг взгляд и неожиданно понял, что Энергия не отсутствовала в окружающем пространстве. Наоборот. Все вокруг целиком и полностью состояло из нее! Словно вылепленный из песка куличик. Или, в данном случае, скорее замок. Вот только, как я ни старался, мне не удалось отколупнуть себе ни единой крупицы.

– Любопытный экземпляр. – произнесла незнакомка, разглядывая меня сквозь сомкнутые веки. – Как я могла тебя проглядеть? Как такое случилось?

– А тебе мужик, в ковер завернутый, не брат случаем? – брякнул я, не оставляя попыток достучаться до местной Межмировой Энергии. – Больно похоже болтаете.

– Ковер? – переспросила девушка и вдруг, не сделав ни единого шага, оказалась вплотную ко мне. При желании я мог бы даже ее лизнуть. Или укусить. Но вряд ли кому-либо пришло бы в голову пробовать на вкус что-то пахнущее одновременно горной свежестью и вековой пылью. – Так это все его рук дело! Он скрыл тебя от меня!

– Я вообще-то сам по себе. – заявил я, медленно пятясь.

Но сколько бы я не отстранялся, она так и торчала передо мной, как приклеенная, таращась своим переменчивым лицом с неизменным выражением. В какой-то момент я наткнулся спиной на каменную тумбу, на которой стояла ваза. Пошатнувшись, та упала и разбилась, а часть осколков осыпалась на пол. Но это нисколько не впечатлило хозяйку мраморного склепа.

– Да кто ты, черт побери, вообще такая? – раздраженно выдал я, поняв, что так просто от незнакомки не отделаться. – И отцепись уже от меня!

– Я всегда была, есть и буду возле тебя! – провозгласила она патетичным тоном. – Я Океноа – богиня судьбы. А ты – часть моих снов.

– Скорее кошмаров тогда уж.

– Ты слишком наглый для того, кто говорит с богом!

– Богов не существует.

– Я стою прямо перед тобой.

– А я перед тобой. И что? Я тоже бог?

– Дерзкий выскочка! – выдохнула «богиня», обдав меня смесью запахов гнили и цветочного луга. – Видимо поэтому он и нашел тебя первым. Но теперь, что бы ты ни делал, я оберну это на благо себе!

– Оберни-ка вот это!

Я наконец нащупал достаточно крупный осколок вазы и, зажав тот в кулаке, обрушил импровизированное оружие на возомнившую о себе невесть что девицу. А в следующий миг закашлялся, потому что вдохнул слишком много пыли, поднятой стремительно улепетывающими от меня фургонами.

Вернее не от меня, а от того, кто чересчур резво для такой массивной туши поднимался на ноги у меня за спиной. Императорский Трицебык почувствовал новую жертву, способную хоть немного утолить его голод.

Черт! Тупая лжебогиня весь настрой сбила! Чтоб с нее налоги за все ее личности брали!

К счастью, план мой был прост, как гнутый гульден, да и все приготовления я совершил заранее, а потому мне удалось быстро вернуться на старые рельсы. Горой возвышавшийся надо мной монстр еще не успел до конца распрямить свои похожие на вековые деревья ноги, как из марева портала вылетели две веревки и намотались на рога бычары.

Я лично руководил действиями оставшихся в Трещине зомби, и потому бечевы угодили точно в цель, а скользящие узлы затянулись и не грозили соскользнуть. Конечно, совокупная мощь десятки пусть и улучшенных мертвяков не могла противостоять такой громаде, но движение головы монстра немного замедлилось, и он, по-прежнему находясь в неустойчивом положении, слегка пошатнулся.

Веревки натянулись, точно струны дутара и даже издали едва различимый звон. Наверное, кто-то смог бы сыграть на них что-нибудь народно-зажигательное, однако подходящих великанов мимо не проходило. К счастью. С одним бы исполином справиться.

Туго переплетенные нити начали лопаться одна за другой, вот только я использовал не простую веревку, а украденную из Каравана нелюдей, угодившего в нашу с Уманом засаду. Не знаю зачем ублюдки укрепили ее стальными прожилками, но теперь они пришлись мне как нельзя кстати. Прожилки, а не ублюдки.

И все же сил не хватало. Будь положение Трицебыка чуть более устойчивым, и он легко бы отправил моих приспешников в полет, и именно поэтому я настоял, чтобы Степан как можно быстрее проскочил под носом у монстра. Так я имел хоть какие-то шансы совершить задуманное.

И под треск постепенно сдающихся тросов из марева пушечным ядром вылетела моя главная ударная сила. Гуль!

По моей точной наводке он со всего размаху угодил в поврежденное колено зверя. Как и сказал Оллег, регенерация уже шла полным ходом, но надрезанная коленная чашечка еще торчала из плоти, представляя собой отличную мишень.

Гуль не промахнулся. Раздался оглушительный хруст, и… нога монстра лишь немного подогнулась, заставив его еще чуть-чуть потерять равновесие. Хрустели же кости нежити, не выдерживавшие столкновения.

Черт! Императорский зверь оказался еще прочнее, чем я думал!

Мысли лихорадочно метались у меня в голове, словно осы во встревоженном улье. Я надеялся застать чудовище врасплох и заставить его шагнуть в Трещину, чтобы таким образом серьезно ранить, а если повезет, то и убить, но план, похоже, успехом не увенчался. Все-таки существо, эквивалентное по силам четвертой ступени, – даже близко не моя лига.

Вообще имелся и запасной план, по которому я должен был вернуться назад в Трещину и дождаться подмоги из Заманска, но теперь его начисто перечеркивала клятва Омиша. Черт бы побрал караванщиков с их неукоснительным следованием правилам! Попробовали закрыть портал, не вышло, – отойдите в сторону и дайте дорогу кому-то более компетентному. Объединившему, например. А лучше двум.

Все эти мысли промелькнули у меня в голове со скоростью света, и я уже всерьез собирался нырнуть обратно в Трещину в надежде, что клятва Омиша засчитает мою попытку, как вдруг почувствовал в правой руке нестерпимый жар. И одновременно с этим с нее что-то капало.

Кровь!

Но откуда?

Глава 4

Я бросил быстрый взгляд вниз и понял, что до сих пор сжимал в руке осколок вазы, порезавший мне ладонь. Вот только теперь тот медленно таял, словно забытое на столе мороженное. Или скорее сухой лед, превращаясь не в жидкость, а в… пары Межмировой Энергии!

Да, именно так! И часть уже через руку, заставив ту гореть огнем, впиталась в тело, доведя мой запас практически до трети. Где бы я не побывал и что бы оттуда не уволок, но оно оказалась в несколько раз эффективнее Этерниевой руды!

Вот только мою руку будто варили в кипящем масле, от чего кожа на ней пошла волдырями, и я понял, что если ничего не сделаю, то имею все шансы вообще лишиться конечности. А потому, недолго думая, я размахнулся и швырнул осколок прочь.

Но не куда попало, а в гуля!

Моему броску позавидовал бы любой питчер, ведь я угодил точно в цель, да еще и умудрился попасть в спину нежити острой частью, вонзив черепок в мертвую плоть. Удивительно, но по каналу, связывавшему меня с прислужником, я почувствовал, что тот испытал боль – хотя я думал, что такое в принципе не возможно – а в следующий миг осколок начал стремительно впитываться в тело дварфа. И не просто впитываться, а временно наделять его чудовищной силой.

Таким поворотом грех не воспользоваться!

– Круши! – крикнул я, подтвердив приказ ментальной командой, и гуль принялся за дело.

Не знаю, как ему удалось закрепиться на колене Трицебыка, но руки он точно для этого не использовал. Потому что те мелькали с невероятной скоростью, раз за разом выбивая из кости зверя фрагменты, летевшие теперь во все стороны. Я даже движений разглядеть не мог, но коленная чашечка постепенно превращалась в решето, угрожая в любой момент сдаться под неожиданно мощным натиском.

Монстр заревел от боли. Одной только звуковой волны хватило, чтобы оглушить меня и отбросить в сторону. Все еще находясь в неустойчивом положении, тварь дернула головой, и пятерка зомби, по-прежнему цеплявшаяся за веревку, вылетела из Трещины, словно попавшаяся крючок рыба. Другая пятерка каким-то чудом еще держалась. Скорей всего благодаря наличию в ней Элельведа. Но это не могло продлиться долго, и уже следующий рывок наверняка определит им ту же участь.

С момента моего возвращения в Дикие Земли прошло от силы секунды три, хоть те и растянулись для меня на долгие минуты. Ситуация балансировала на грани, словно уравновешенные чаши весов, и любая мелочь могла сместить баланс в ту или иную сторону. Удручало лишь то, что теперь даже если Гибольт перепилит монстру колено, то упадет тот мимо марева, и закрыть портал у меня все равно не получится.

Скрипнув зубами, я поднялся на ноги. Сам не до конца понимая, что делаю, я бросился вперед и налету поймал трос, с болтавшимися на нем зомби. Тремя. Потому что остальным двум, как оказалось, вырвало руки из плеч. В этот момент коленная чашечка Трицебыка окончательно сдалась, и чудище начало падать, а я что есть силы дернул веревку в сторону Трещины.

И силы на удивление у меня нашлось немало. Из-за осколка вазы? Нет, скорее мне передалась часть мощи от временно усиленного гуля. Хотя какая сейчас разница!

Я дернул еще раз, одновременно приказав тянуть удержавшимся на ногах зомби. Мои мышцы заныли, кости трещали, а глаза, казалось, готовились вот-вот вылезти из орбит от напряжения, но это усилие стало той самой соломинкой, которая сместила чашу весов в нужную мне сторону.

Продолжая извергать оглушительный рев, голова падающего монстра угодила аккурат в дрожащее марево. Пусть не целиком, как я изначально планировал, да и вообще наискосок, но главное, что половину черепухи словно лазером срезало. Одна часть оказалась с этой стороны, а другая, включая один рог, глаз и часть зубов, угодила под свет зеленых солнц. Где и осталась.

Вот только, несмотря на частично потерянный мозг, Императорский зверь не умер. Я едва успел отскочить в сторону, чтобы не быть раскатанным в блин, когда чудище попыталось встать. Оно рефлекторно дернулось, оперлось на поврежденную ногу и снова угодило мордой в Трещину.

Еще один кусок морды бесследно исчез, а второй рог продольно обтесало; обрубок языка, ничем больше не удерживаемый, вывалился на заливаемый кровью песок; следом шлепнулся серый комок размером с тыкву – все, что осталось от мозга исполина.

И на этот раз чудовище совершенно точно сдохло!

На подкашивающихся ногах я подошел к рогу, длинной превосходившему мой собственный рост. В результате контакта с краем Трещины в одном месте тот особенно истончился, да так что две части соединяла лишь перемычка толщиной в палец. Правда, если вспомнить, Гурдияр сильнейшим ударом даже на столько не смог углубиться своей саблей в костяную пластину.

Я чувствовал, как заемная сила покидает меня. И все же, размахнувшись, я обрушил ребро ладони на самый тонкий участок. Раздался хруст, брызнула кровь, и к моим ногам упал кусок рога длиной с метр. Вот так номер! Это же, я теперь сильнее Гурдияра? Сильнее Развившего? Временно, конечно, но… Где бы еще добыть таких осколочков? А лучше сразу всю вазу!

– Э-эй! Океноа, или как тебя там! – крикнул я, озираясь по сторонам. – Пригласи-ка снова в гости! Я у тебя забыл кое-что. Забрать нужно!

– Ты общался с богиней? – раздался у меня над ухом лишенный интонаций голос.

Я хотел было выхватить из кольца багор, но вовремя сдержался.

Некрономикон.

– Явился, не запылился. – буркнул я. – Уйди, старушка, я в печали. И вообще не мешай. Э-эй! О-ке-но-а!

– Ты общался с богиней? – настойчиво повторил Некро.

– Да какое там. – вздохнул я, не дождавшись ответа. Кувшинчика, похоже мне не видать. Как и дудочки. – Обычная барышня. Ну изменчивая немного. Но кто не без греха? И вообще, богов не бывает. Сам не в курсе что ли?

Получается артефакт и вправду не все знает обо мне и моих перемещениях. Не зря я его про типа в ковре не спрашивал. Или все-таки знает и уверенно притворяется? Хотя зачем ему? Какие вообще могут быть мотивы у летающей говорящей книжки?

– Я-то как раз в курсе об обратном. – прошелестел Некрономикон. – Но тебя же, осла упрямого, не переубедишь.

– От букваря первоклашки слышу.

– И ты уверен, что тебе вправду нужно что-то из божественных чертогов?

– А ты расскажешь, как Гожар вырубил Гурдияра?

– Не прикидывайся глупее, чем ты есть, партнер. – Некро демонстративно от меня отвернулся. – Сам же уже догадался. Не заставляй великого и прекрасного меня заря сотрясать воздух.

– Да ты же только этим и занима…

Я осекся на полуслове, почувствовав что-то неладное.

Не с собой. С гулем.

Отыскав того взглядом, я увидел, что дварф лежит на песке лицом вниз. Без движения. А по спине у него медленно расползалось серое пятно, пожиравшее мертвую плоть и заставлявшее ее осыпаться прахом.

– Черт!

Я вызвал из Тени темного клирика и приказал тому лечить, но результата не увидел. Я заливал в клиота все больше и больше Межмировой Энергии, а Гибольт уже целиком скрылся в черных клубах, однако серый тлен продолжал распростираться, пока полностью не поглотил моего прислужника.

Я осознал, что, не выбрось я вовремя осколок, такая же участь могла постигнуть и меня. Холодная струйка пота медленно скатилась вдоль позвоночника, и я уже не был уверен, что хочу себе целую вазу или ее обломок.

– С большой силой приходит и большая…

– …задница. – закончил я за Некро.

– Совершенно верно.

– Кстати. Знаешь загадку: «Как убрать убрать слона в холодильник»? У меня есть похожая. Как затолкать быка в Теневое хранилище? Не хотелось бы бросать такую тушу, и… – я понял, что разговариваю сам с собой. – Ну да, ну да. Пошел я на хрен. Как обычно.

Я устало плюхнулся прямо в лужу крови, которую не успевал впитывать песок. Гибольта я потерял. Впрочем, не такая большая цена за спасение собственной жизни. Тем более, что у меня еще оставался труп Осознавшего орка и пара весьма перспективных тел кобольдов, из которых мне ничто не мешало сотворить новых гулей. Благо технологию я уловил. А заодно и заклинание соответствующее до ума доведу.

Но с осколком, конечно, казус вышел. Похоже черепок и правда состоял из концентрированной Межмировой Энергии, как бы невероятно это ни звучало. Повезло, еще что я догадался кинуть тот в гуля, а не в быка. Если бы его сила подскочила на пару ступеней, то я даже не знаю, чем бы все закончилось. Но я бы здесь точно уже не сидел.

В чем оказался прав Некрономикон, так это в том, что я действительно догадался, как Гожар вырубил Гурдияра. Похоже существует некое заклинание, позволяющее некроманту заимствовать силу своего прислужника. Ну или что-то в этом роде. Никогда бы такое в голову не пришло, если бы сам не испытал! Насколько же в самом деле многогранная магия…

Вот только обо всем этом можно подумать и в более спокойной обстановке, а не сидя в луже крови, посреди Диких Земель, в компании исполинской туши, которая без всяких сомнений скоро привлечет к себе внимание окрестных монстров. Хотелось бы к этому моменту находиться как можно дальше.

Но сперва нужно сделать еще пару дел.

Я глянул на солнце. Неистово палящий багровый шар медленно клонился к закату, готовясь вскоре нырнуть в песчаное море. Гурдияр говорил, что будет ждать меня до захода, а значит время еще осталось. Хоть и немного.

Ни на что особо не надеясь, я сплел воскрешающий фиолетовый жгут и вонзил тот в тело разлегшегося передо мной монстра. Короткий анализ подтвердил мои опасения: даже если бы я умудрился поднять его в виде нежити, то это на эта ушла бы такая прорва Межмировой Энергии, сколько я пока что не мог в себе удержать. Мне требовалось увеличить свой резервуар еще раза в полтора-два или проторчать возле тела несколько дней.

Впрочем, узнай кто-то что я вообще теоретически способен заполучить в прислужники существо на пару ступеней выше себя, он бы мигом изошел на говно, а потом лопнул от зависти, забрызгав все вокруг зловонными ошметками.

Но из сложившейся ситуации я мог извлечь и другую пользу. Размяв шею, я удалил из жгута лишние элементы, а остальные оборот нарастил и принялся с их помощью исследовать плоть мертвого гиганта. Фиг знает когда еще предоставится такая возможность, а потому нужно выжимать максимум!

Нити моих чар червями расползлись по внутренностям Императорского Трицебыка, собирая для меня информацию о костях и мышцах. Существо, достигшее такого высокого уровня, должно было многократно себя усилить, и я хотел знать, как оно этого добилось, чтобы потом использовать эти знания для улучшения собственной нежити. А может и создания новой. Еще более сильной, чем гуль. Ведь зачем останавливаться на достигнутом?

Параллельно с исследованием, я приказал уцелевшим зомби найти для меня ядро монстра. Без Гибольта им плохо удавалось потрошить плоть даже уже погибшего чудища, но к моменту, когда я поднялся на ноги, они все-таки справились.

Ядро на удивление не сильно превосходило размерами два предыдущих, которые мне прежде доводилось держать в руках. Все тот же призматический желтый кристалл с гладкими гранями, похожий на Этернивую руду. Вот только этот показался мне каким-то… более насыщенным что ли. Как будто в нем содержалась более высокая концентрация чего-то, чего я и сам пока не понял.

Но, в любом случае, глупо оставлять такую драгоценность в пустыне. Будет трофеем, раз уж бычару воскресить не удалось.

Кстати о трофеях. Ядро отправилось в кольцо, а следом за ним туда же улетел и метровый кусок рога со сколом у основания. Коли отломал – нужно брать. Наверняка что-то да стоит. А может удастся найти ему и другое применение.

Ну и, конечно, токин.

Кряхтя, как старый дед, я подошел к дрожащему мареву Трещины, все это время раздражавшему меня своим гулом. К последнему, правда, теперь прибивался вой монстров, почуявших гору дармового мяса. Вой приближался.

Рано они. Я думал, у меня будет больше времени.

Найти Сосредоточие труда не составило, а потому уже скоро в ладонь мне упирались ребра фигурки, содержавшей в себе какое-то умение. Марево исчезло, но в последний момент я заметил чуть в стороне еще один узел.

Второе Сосредоточие? Точно! Тогда в Крутолуге Чагаш ведь тоже добыл еще один токин после того, как Алаум закрыл гноллью Трещину.

Это из-за эволюции?

Плевать. Я едва успел схватить таявшее перекрестие силовых линий и выжать из него дополнительную фигурку, как на гребнях барханов стали появляться монстры. Они пока лишь водили носами и клювами, но я не сомневался, скоро самые смелые подкрадутся поближе, после чего лавину тварей сможет остановить разве что только напалм. Да и то не факт.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что на своих двоих мне через них не пробиться. К счастью, кое-какая заготовка на подобный случай у меня имелась.

Вывалив из Теневого хранилища кучу прихваченных в Дальнем Крутолуге костей, я воспользовался полученной из осколка кувшина Межмировой Энергией и с ее помощью сотворил Костяную стену.

Посреди пустыни эта небольшая ширма смотрелась крайне нелепо, но прятаться за ней я не собирался. А потому, убрав связи, отвечающие за вертикальное положение укрытия, я опрокинул его плашмя и забрался сверху, как на коврик. Жесткий и крайне неудобный коврик. Который тут же подняли на плечи послушные моей воле зомби.

Я хотел уже было скомандовать выдвигаться, как мой взгляд упал на рог Трицебыка. В месте, где я отломал от него кусок, остался след моей крови. Вряд ли это имело большое значение, но по различным признакам я уже давно предположил, что кровь в текущей эре играет не последнюю роль. Возможно, исключительно отданная добровольно, а может и не только. Но на всякий случай, я тщательно стер свой след с рога и лишь потом приказал прислужникам бежать со всех ног.

Должен сказать, падишахом в паланкине я ощущал себе секунды две. И то пока мы стояли на месте. Меня нещадно мотыляло из стороны в сторону, а задница медленно, но неотвратимо превращалась в отбивную. В какой-то момент я и вовсе чуть не свалился, а потому выхватил из Тени чью-то берцовую кость и, закрепив ту в вертикальном положении, вцепился в нее руками и ногами.

И это вот таким макаром я собирался путешествовать через Дикие Земли? Благослови тебя, Гурдияр, все те сущности, в которые ты веришь, за то, что ты вовремя прибыл в Куртолгу и не дал мне совершить эту ошибку!

Я чувствовал себя одновременно шейкером в руках бармена, щелкунчиком, угодившим в стиральную машину, и безбашенным участником родео на быке, от мастерства которого зависит его жизнь. И тем не менее я умудрялся зорко следить за обстановкой и управлять тремя последними зомби, клином бежавшими впереди, потому что окрестные монстры, не выдержав, рванули к бесхозной горе мяса, оглашая окрестности многоголосым воем и клекотом.

Повезло еще, что со стороны города они перли не так активно и мои прислужники более или менее справлялись с прокладыванием пути. Но пару раз мне все же пришлось швырнуть Укусы мертвеца в самых ретивых тварей, почему-то решивших, что из меня выйдет отличная закуска перед основным блюдом. Последних крох Межмировой Энергии едва хватило.

А потом звери резко стались у меня за спиной, и пусть они и затоптали оставленные Караваном следы, но направление я запомнил, а потому без труда достиг Купола. Где верный своему слову Гурдияр честно не входил в город, хоть и не надеялся меня увидеть.

Ну что, мэлэх, сюрприз!

Глава 5

Скорей всего, после путешествия верхом на Костяной стене моя задница превратилась в один сплошной синяк, а копчик и вовсе стерся под корень, но я старательно сохранял на лице невозмутимое выражение. А что – нужно соответствовать. Потому что явись к кочевникам Захаурун во плоти, на него смотрели бы с меньшим трепетом. Не сомневаюсь, что за прошедшее время они меня уже похоронили. Возможно дважды. А я словно воскрес и вернулся к ним нести слово о спасении. Так можно и новую религию основать случайно.

С последним не сложилось, так как, в гробовой тишине спустившись на землю, и распрямившись, я не смог сдержать вырвавшейся из меня короткой матерной тирады. Образ спасителя оказался безнадежно разрушен. Ну да и фиг бы с ним.

– Ты выжил! – не веря своим глазам, воскликнул Гурдияр, прихромав ко мне при помощи пары кочевников. – А Трещина? Что с Трещиной?

Вместо ответа я швырнул ему пару токинов. Мэлэх сосредоточился, погрузился куда-то вглубь себя, а затем выдал:

– «Быстрый тычок» и… Ого! «Друг зверя»! Человека с таким умением в любом Караване примут с распростертыми объятиями. Можно даже свой собственный основать. Значит и вправду закрыл…

– А у меня был выбор? – спросил я и только теперь обратил внимание, что с выполнением клятвы Омиша у меня в душе будто разгладилась некая складка. Или развязался узел. Хотя до этого я их присутствия даже не ощущал.

– Прости, что сомневался в тебе, давэр. Забирай их. Они твои по праву. – кочевник вернул мне оба токина. Отказываться я не стал. В хозяйстве пригодится. – Не знаю, как тебе это удалось, и даже спрашивать не буду. Вижу, пришлось не легко. – он обратил внимание, на мою покрытую кровью одежду и усыпанную частично полопавшимися волдырями неподвижную руку. – Спасибо!

– Спасибо, давэр!

– Спасибо!

– Благослови тебя Захаурун! – вторили лидеру остальные караванщики, и я почувствовал, как от их искренней благодарности меня будто окатило волной… не знаю чего.

Но было однозначно приятно и как-то тепло что ли. Хотя, возможно, это просто отдавало последние лучи заходящее солнце Диких Земель. На пустыню медленно опускалась ночь.

– Может поговорим уже в городе? – чуть более резко, чем хотел, предложил я, отчаянно борясь с подступающей усталостью. – Денек выдался не из легких.

– И то верно. – Гурдияр поднял руку и сделал жест, будто пытался закрутить над головой вихрь.

Народ тут же расселся по повозкам, и фургоны сдвинулись с места. При этом я обратил внимание, что на телах некоторых Хтолисков появились новые раны. Похоже караванщики тоже умудрились столкнуться по дороге с еще какой-то проблемой.

Нашелся свободный транспорт и для меня. Я забрался в него вместе с Элельведом и зомби-орком, спрятав остальных уцелевших прислужников в Теневое хранилище. Туда же отправилась и развалившаяся на составные части Костяная стена. Не думал, что первое ее использование случится не для защиты, а для бегства.

Стена для бегства.

Я насмешливо хмыкнул.

Впрочем, хорошо, что я вообще разработал это заклинание. Без него пришлось бы куда хуже.

Гурдияр воспользовался ключом, и мы, наконец, оказались под защитой Купола Заманска. Здесь тоже вечерело, и небо украсила россыпь мерцающих звезд, похожих на далекие волшебные цветы, которые распускаются исключительно ночью. Игривый ветер принес запах некошеного луга, смешанный с дымом печных труб и свежестью недавно прошедшего дождя. Перед нами простиралось широкое поле, вокруг которого, по самой границе Купола, шла утоптанная тропа со следами копыт и колес.

Вдалеке виднелись силуэты окраинных зданий города.

– Местные жители не любят, когда Караваны въезжают к ним где попало. – пояснил мэлэх, видя мое недоумение выбранным маршрутом. Вместо того, чтобы двинуться напрямик, мы начали забирать влево, причем чуть ли не под прямым углом. – Потерпи еще немного. Отметимся у стражи, а потом тебе нормально промоют и обработают раны. Всяко лучше, чем сделают наши коновалы на ходу.

– В следующий раз ногу сам себе будешь вправлять. – буркнул в ответ на это немолодой лекарь. – Или учись ходить пяткой вперед. Причем именно одной.

– А почему одной, деда? – спросил его парнишка лет пяти.

– Потому что вторую монстр откусит. И я ее приделывать обратно не стану.

– Но мы же должны помогать друг другу. Так заведено!

Лекарь тепло улыбнулся и потрепал внука по голове.

– Конечно должны. Не слушай меня. Это я так. Ворчу.

Напряжение перехода, выдавшегося отнюдь не легкой прогулкой (особенно под конец), постепенно спадало, и почувствовавшие себя в безопасности люди завели праздные разговоры, обсуждая планы на ближайшие три дня. Лишь те, кто потерял родных и близких, сохраняли подавленный вид. Но и они мало-помалу начинали участвовать в беседах. Кочевники не позволяли себе долго оплакивать погибших. По-другому не выжить.

Я же, стараясь загнать боль поглубже в подсознание, откуда она уже не сможет мне мешать – старый навык, полученный еще в прошлой жизни, – вспоминал все, что успел выяснить про Заманск.

Местная почва обладала такой спецификой, что зерно здесь родилось плохо, а потому его преимущественно закупали в других городах, включая мой. Крутолуг всегда выращивал больше, чем требовалось на собственный прокорм. Заманчане же сажали лен, хлопок, коноплю и другие аналогичные культуры, из которых шили одежду и плели веревки.

Их Купол покрывал более обширную территорию, нежели наш, но ее часть занимало крупное озеро с островом посередине, на котором располагался замок местного правителя. Наверное, если бы не сумерки, я бы сумел его разглядеть даже отсюда. Но подобное меня не интересовало, а потому я и не пытался.

Городом правил граф, население превосходило наше в четыре с лишним раза, имелись общественные бани, библиотека, семь таверн, три публичных дома, две кузницы, два рынка и много еще чего интересного, включая отделение все той же гильдии авантюристов.

Храмов здесь возвели тоже на два больше, чем нужно. То есть два. Один большой, посвященный Сатвелеону, и другой поменьше, который делили между собой почитатели Магбара и Омиша. Как делили? Я понятия не имел и выяснять не собирался. Даже из любопытства.

Солнце уже бросало последние блики из-за горизонта, когда мы подъехали к чему-то, что, наверное, должно было считаться заставой. Пара приземистых деревянных домишек, курятник, загон с козами, непонятно зачем нужная смотровая вышка и вишенка на торте – ворота. Просто ворота. Без стены, частокола или каких-либо других защитных сооружений. К тому же с распахнутыми настежь хлипкими створкам, немного даже вросшими в землю.

Возле одной из них на корточках сидели двое молодых людей и увлечено играли в камень-ножницы-бумагу, время от времени передавая друг другу медные монетки. Нас они определенно не заметили.

– Ох ты ж суть твою епона-бобона нахухух ы-ы-ыть! – на одном дыхании выпалил игрок, когда его в щеку лизнул шершавый язык Хтолиска головного фургона.

Стражник – а это, очевидно, именно он и был – прямо из приседа сайгаком скакнул в сторону, приземлился на задницу, кувырнулся через спину, потеряв похожую на кепку шляпу, и только потом понял, что монстр запряжен в телегу и вовсе не пытается его сожрать.

Его более везучий товарищ разразился заливистым смехом.

– Предупредить не мог, гад, раз видел?! – взъелся на него прыгун, все еще бешено вращая глазами. – Я теперь с тобой даже в одном поле срать не сяду! А вы чего подкрадываетесь, бродяги? – он резко повернулся к Каравану. – Знаете ведь правила – въезжать строго в одном месте!

– Слышь, молодой. – ледяным тоном осадил его Данил, положив ладонь на рукоять фальшиона. – Ты тон-то поубавь. Нос не дорос так с Развившим разговаривать.

Он кивнул на грозно нахмурившегося мэлэха. Тот, даже с костылями в руках, смотрелся внушительно и распространял вокруг себя ауру силы. И что-то я ее раньше не замечал. Сдерживался что ли?

– Р-развивший? – пролепетал солдатик, медленно пятясь.

Второй тоже, поперхнувшись смешком, решил на всякий случай увеличить дистанцию. Похоже третья ступень и в Заманске считалась отнюдь не рядовым достижением.

– Зови капитана. – тоном, похожим на затишье перед готовой вот-вот разразиться бурей, произнес Гурдияр. – И лекаря. Живо.

– И ветеринара. – добавил Степан.

– До него сами доедем. Не к спеху. – качнул головой мэлэх.

Маг явно имел свое видение на этот счет, но спорить не стал. Точно не при посторонних.

– Капитан уже лег. – робко возразил стражник. – И лекарь, наверное, тоже. Не соизволите подождать до утра?

– А мне насрать! – рявкнул Гурдияр, умудрившись вложить в крик толику Межмировой Энергии. Парня снова швырнуло на землю и даже немного по ней проволокло. – И если о Императорском Трицебыке у вас за Куполом можешь хоть вообще не докладывать, то лекарь для давэра должен стоять здесь через пять минут. Время пошло!

Точно. Я же не сказал, что прикончил монстра. А караванщик и не спрашивал. Он даже подумать не мог, что я одолею тварь, и наверняка решил, что мне удалось спастись благодаря какому-нибудь фокусу магии смерти.

Ну, ничего страшного. Кому-то будет сюрприз.

Но зато как он распалился ради меня. Давэр, да? Похоже это больше, чем простое слово. Куда больше…

– Им-имперторский? – заикаясь, выдал молодой солдат.

Его и без того бледное лицо окончательно приобрело цвет покойника. Причем отнюдь не из-за взошедшей луны.

– Лекаря. – надавил Гурдияр. – Живо!

– Я к капитану. – пискнул стражник и быстрее ветра исчез в ближайшем домике.

Второй же под взглядом мэлэха усвистал в сторону города.

– Они же даже не Освоившие, да? – уточнил я из любопытства.

– Да какое… – махнул рукой Степан. – От кого им тут обороняться под Куполом? Так, привратники.

– Их сюда вроде в наказание ставят. – добавил Данил. – За отлынивание от тренировок. Или что-то в этом роде.

Наказывать безделием за безделие? Это или чертовски тупо, или гениально. Мне бы такое в голову точное не пришло. Как, впрочем, и увиливать от тренировок. Мне бы наоборот за них засесть поплотнее…

Тем временем из домика, где скрылся прогульщик, стремительным шагом, граничащим с бегом, вышел мужчина с пышными усами и нахмуренными бровями. Его явно только что выдернули из кровати, но срочная новость заставила капитана забыть обо сне и даже необходимости принять приличный вид. Он успел нацепить лишь штаны и влезть в сапоги с высоким голенищем, а потому луна теперь ласкала лучами его рельефное мускулистое тело, покрытой многочисленными шрамами.

И никакого оружия.

Забавно, что в нынешнюю эпоху фраза «Враг у ворот» вовсе не заставляет срочно созывать ополчение и выстраивать заслоны на пути неприятеля. Ну враг. Ну у ворот. Пусть там и сидит. Под Купол-то ему все равно не забраться. Максимум могут возникнуть проблемы с охотой и торговлей. А вот если рассмотреть врага, как добычу…

– Гурдияр. – сдержанно поздоровался воин, демонстрируя, что знаком с мэлэхом.

– Павел. – кивком на кивок ответил караванщик.

– Там правда Императорский зверь? Это он вас так?

– По большей части. – уклончиво ответил Гурдияр.

– Магбар, как же не вовремя… – выдохнул капитан, запустив пятерню в густую копну вьющихся волос. – У графа как раз сегодня праздник. День рождения дочери.

Мэлэх пожал плечами, дав понять, что он свою часть работы выполнил, а дальше можете делать, что угодно. Хоть вообще забить. Но Караван тогда выдвинется в путь с другой стороны Купола, несмотря на все законы и правила Заманска. И не факт, что решится еще раз наведаться в ближайшее время.

– Ладно. – принял решение Павел. – Без лорда такой вопрос все равно не решить. Эй ты, полудурок. – он обернулся к застывшему у него за спиной солдату. – Живо дуй в замок и доложи обо всем Его Сиятельству. Лично.

– Но…

– Ты еще здесь? – воин вздернул одну бровь, и парня как корова языком слизнула. Императорская. – Ну почему именно в мою смену… – он сокрушенно покачал головой. – Запрещенное что-то везете?

– Стальные яйца вот этого молодого мага. – Гурдияр кивнул в мою сторону.

– Прям стальные?

– Прям стальные. – подтвердил мэлэх без тени шутки.

Капитан смерил меня изучающим взором. Несмотря на страшную усталость, с каждой секундой лишь возраставшую, я взгляд не отвел и с места не сдвинулся. А то мало ли еще в штанах что звякнет. Придется за контрабанду отвечать.

– Проезжайте. – махнул рукой Павел.

– А досмотр? – уточнил Гурдияр.

– Будто в нем есть смысл. Вижу, вас и так потрепало. Бумажки сам заполню. Добро пожаловать в Заманск.

Мэлэх с благодарностью кивнул, дал знак, и Хтолиски потащили фургоны в сторону города. Вяло, но потащили. Им тоже определенно требовался отдых. А многим и квалифицированная медицинская помощь. К счастью, Степан надежно держал ящериц в узде, и те перебирали лапами, не пытаясь сопротивляться. Действительно бесценное умение для караванщиков.

По дороге я поинтересовался у Гурдияра на счет досмотра, ведь у нас ничего подобного никогда не было, и оказалось, что это до сих пор действующее рапоряжение предыдущего графа. Да, бессмысленный. Ведь как можно не доверять тому, кто владеет ключом от твоего города. Но унаследовавший титул нынешний лорд не спешил отменять указ отца, и стражникам приходилось его исполнять.

Хотя, при отсутствии свидетелей, всегда находились адекватные офицеры, готовые провести осмотр лишь формально, а то и вовсе исключительно на бумаге. Тем более если лично знали мэлэха. Павел как раз относился именно к таким.

Не успели мы еще достичь первых зданий, как на дороге показался отправившийся за лекарем стражник, за которым, позевывая, плелся молодой мужчина в распахнутом кафтане, накинутом поверх ночной рубашки. Тот явно не торопился, несмотря на все увещевания солдата.

– Вот. Лекарь. Как просили. – опасливо поглядывая на Хтолисков, сообщил Гурдияру служивый. – Еле растолкал.

– Животных не лечу. – тут же заявил знахарь, оценив состояние ящериц.

– Их и не надо. – отрезал мэлэх, жестом отпуская облегченно выдохнувшего стражника, и пропустив мимо ушей недовольное сопение Степана. – Вот пациент. – он указал на меня и спросил. – Отправишься в гостиницу или переночуешь с нами, Леон?

– Хочу сперва заглянуть в гильдию авантюристов. – с трудом подавив зевок, ответил я. – Есть важный вопрос.

– Как знаешь. – легко согласился караванщик. – Тогда, думаю, это тебе пригодится. – он извлек из кольца и передал мне небольшой закупоренный флакон с жидкостью темно-коричнево цвета. – Два часа бодрости, но потом свалишься замертво. Еще раз спасибо тебе, давэр. Мы в долгу перед тобой. Да не опалит песок Диких Земель твои ступни!

Гурдияр приложил ладонь к левой стороне груди и степенно кивнул, добавив какую-то фразу на неизвестном мне наречии. Я ответил тем же жестом, и Караван растворился среди улиц Заманска, оставив меня и моих зомби наедине с лекарем.

– Ждан. – представился целитель, протягивая руку. – Это как он тебя назвал?

– Не обращай внимания. – качнул головой я. – Леон. А поручкаемся, когда вылечишь вот это.

Я задрал рукав и показал поврежденную конечность. Кровь на ней засохла и теперь в неясном свете луны выглядела сплошной черной коркой, а вот волдыри, залезшие даже на предплечье, смотрелись, мягко говоря, омерзительно.

– Ого. – удивился Ждан. – Как это тебя угораздило?

Глава 6

Как угораздило? И что на это ответить? Мол, порезался об ночной горшок псевдобогини, а потом надавал по рогам Императорскому зверю? С одной стороны это даже не будет ложью, а с другой – кто поверит в такую правду? Да и кому она нужна, правда эта…

– Почесался неудачно. – буркнул я и, чуть подумав, залпом выпил подаренное Гурдияром зелье.

На вкус оно оказалось, как концентрированный горький шоколад с легким привкусом лимонной цедры. У меня лицо чуть само в себя не втянулось. Но зато уже через секунду в животе будто взорвалась шаровая молния, пронзив разрядами каждую клеточку моего тела, а усталость вылетела в форточку спасающейся от дихлофоса мухой.

Я таким бодрым себя не чувствовал с тех пор, как в одних шортах угодил в заросли крапивы. Еще в прошлой жизни. Ух знатно я тогда скакал, оглашая диким криком окрестности в радиусе пары километров.

Кричать мне сейчас не хотелось. Но вот пуститься в пляс – вполне.

– «Удар молнии». – принюхавшись, распознал снадобье Ждан. – Мощная штука, но злоупотреблять не советую. Можно случайно не проснуться. Ладно, давай посмотрим, что ты там начесал.

Лекарь воздел ладони над моей рукой, и ту окутало мягкое фиолетовое облако. Определенно какое-то умение. Такого я еще не видел. Присмотревшись, я разглядел, как мою кожу бомбардировали десятки крохотных искорок, которые, чуть задержавшись, возвращались обратно к своему хозяину. И с каждой последующей лицо знахаря все больше вытягивалось, прогоняя последние остатки сна.

– Да быть такого не может! – наконец выдал он, закончив процедуру осмотра.

– Кости целы? – спросил я.

– Несколько трещин. Но это ерунда! Ты… Вы… Ты… кто вообще такой?

– В чем дело-то?

– В чем дело? – переспросил Ждан едва ли не криком. – Действительно, в чем же дело! – он всплеснул руками и упер их бока. – У тебя ожог! Ожог каждой клеточки в отдельности. Более того – у тебя ожог энергетического тела! Никогда такого не видел. Ты будто полоскал руку в чане кипящей Межмировой Энергии!

– Ну не то чтобы в чане…

– Даже если предположить, что такой может существовать, – продолжал лекарь, перебив меня, – то тебя должно было полностью разъесть от одного прикосновения. Целиком. Начисто! Обычный человек подобное пережить не в состоянии!

«Обычный человек». Так вот оно как вышло. Я-то как раз уже не обычный. Одна эволюция за плечами, и вторая идет полным ходом. А вот Гибольт, будучи при жизни дварфом, таким достижением похвастаться не мог. Его, может, не столько разъело сколько выжгло изнутри, но суть осталась прежней – украденный фиг знает где осколок вазы сперва многократно усилил гуля, а затем уничтожил.

И такая же участь имела все шансы постичь и меня, если бы я тогда хоть немного замешкался. Впредь следует осторожнее хвататься за что ни попадя.

Ждан явно хотел сказать что-то еще, но в этот момент у него за спиной, пронзительно взвизгнув, распахнулись ставни ближайшего дома. Я успел среагировать и отскочил, а вот лекаря с головы до ног окатил поток зловонных помоев.

– А ну пшли прочь, ироды! – рявкнул из темноты недовольный старушечий голос. – Ишь разорались под окном. Ночь на дворе! Обмажутся своей энергией и долбят друг друга в ж… – окончание фразы украл скрип захлопнувшихся обратно ставень. Но разгадать ее труда никому не составило.

– Это лечится? – спросил я, помахав рукой с беснующейся внутри болью. – Справишься?

– Думаю, да. – тихо ответил знахарь, снимая с ушей картофельные очистки. А затем, спохватившись, уточнил. – Не бесплатно! Деньги есть у тебя? Гульдены.

– Найдутся. – хмыкнул я. – Веди, эскулап.

Спустя минут десять блуждания по улицам Заманска, ноги принесли нас к обители Ждана. Добротный двухэтажный каменный дом, соседствовал с другими такими же, намекая на то, что лекарь не бедствует. Над деревянной дверью красовалась прибитая к стене вывеска с изображением змеи, оплетающей пучок трав, а окна первого этажа стыдливо прятались за коваными чугунными решетками.

– Чтоб не украли чего. – пояснил очевидное целитель и неожиданно вместо главного входа поманил меня в узкий темный проулок.

Так, распугав стаю крыс, мы обошли здание с другой стороны и проникли внутрь через неприметный черный ход. Зомби по просьбе Ждана я оставил снаружи. И скоро понял почему.

– Посиди тут чуток. – он зажег лампу и указал на простой стул с прямой спинкой. – Смою с себя всю дрянь.

– Давай только быстро. – сказал я, осторожно примостив отбитую пятую точку. – У меня меньше двух часов от Удара молнии. И еще дела есть.

– Угу. – изобразил филина лекарь и исчез за дверью.

Я осмотрелся. Не знаю почему, но вместо приемной или чего-то в этом роде Ждан привел меня в некоторое подобие чулана или кладовки. Причем весьма тесной. Шкафы, полки, тумбы – все окружавшее меня пространство занимали связки сушеных трав, мешочки, баночки, пиалы, кристаллы, порошки и еще черт знает что. Свободным оставался разве что небольшой столик, на который я аккуратно уложил поврежденную руку.

Пахло тоже соответствующе. В нос шибала такая смесь ароматов, что вычленить из них что-либо одно возможности не представлялось. Но, пару раз чихнув, я более или менее привык и перестал обращать внимание.

Долго ждать не пришлось, и скоро Ждан вернулся, на этот раз облаченный в белый халат, который вполне подошел бы какой-нибудь медсестре из моей прошлой жизни. Влажные волосы, лишившиеся украшений в виде ботвы и очистков, он зафиксировал простым ободком, а с собой приволок целый ушат чистой воды. В котором принялся деловито отмывать от крови и грязи мою руку.

Пока суть да дело, я сумел получше рассмотреть лекаря. Тот оказался лишь ненамного старше меня. От силы лет двадцать. Скорее даже меньше. Худой, практически тощий, с мешками под глазами, заметной сутулостью и на удивление холеными тонкими пальцами без единого шрама. Будто всю жизнь ими только в носу ковырялся.

Тем не менее обращался он ими на удивление ловко и, закончив омовение, принялся зашивать оставленную осколком рану, перемежая традиционный метод лечения и магическое воздействие. Да так, что я даже уколов иголки не чувствовал. Еще одно умение? Нет, не похоже. Скорее сам натренировался после долгих часов практики. Достойно уважения.

– Так. С этим покончено. – произнес Ждан, отложив в сторону иглу с нитью. – Теперь нужна заживляющая мазь. С костями проблем не будет, дело обычное, но на счет остального…

В этот момент дверь, ведшая внутрь дома, отварилась и на пороге возникла девочка лет двенадцати, одетая в длинную ночную рубашку, из-под которой торчали босые щиколотки. Потирая заспанное лицо, девочка оглядела меня, мою израненную руку и мой весьма непрезентабельный внешний вид, после чего с недовольным видом повернулась к Ждану.

– Брат, сколько можно! – возмутилась она, гневно топнув ножкой. – Ты ведь обещал, что не будешь больше работать по ночам!

Теперь хотя бы понятно, почему мы прячемся в кладовке. Хотя, судя по наличию здесь стола и стула, подобное явно случалось уже не раз.

– Анжи, дорогая, тут весьма необычный случай. – принялся оправдываться лекарь. – К тому же этот человек только что прибыл с Караваном, и… ты сама знаешь, как нам нужны деньги.

– А еще мне нужен здоровый брат. – парировала девочка. – Чего ты добьешься, если сляжешь? Мы потеряем дом, а меня продадут в бордель. И это все еще не покроет наши долги.

– Анжи, пожалуйста, иди спать. – ласково улыбнулся Ждан. – Я все улажу. Вот увидишь – все будет хорошо.

– Твои бы слова да Сатвелеону в уши. – вздохнула девочка, после чего снова посмотрела на меня. По-другому. Я, может, и выглядел сейчас, как грязный оборванец, но с Караванами кто попало не путешествует. – Уважаемый, пожалуйста, заплатите ему полную цену. – попросила она. – Мой брат добрый и… это не всегда хорошо.

Анжи печально вздохнула и, почав головой, закрыла дверь. Удаляющийся скрип половиц звучал в наступившей неловкой тишине, словно гвозди, забиваемые в крышку гроба.

– Прости, не думал, что она проснется. – извинился Джан. – После смерти отца оказалось, что он задолжал не тем людям. Хорошо хоть я унаследовал его умение. Правда имя пока себе сделать не успел. Но тебя это волновать не должно. – лекарь встрепенулся мокрым воробьем. – Так. На чем мы остановились?

– Мазь. – напомнил я, гоняя в голове тяжелые думы.

– Ах да. – Ждан встал и подошел к полке с ингредиентами. – Для костей подойдет вот это и вот это. Тут все весьма тривиально. Но вот ожог Межмировой Энергией… – он задумался. – Было бы проще, если бы ты был воином.

– Почему?

– У меня есть одна идея, но, чтобы она сработала, пациент должен уметь циркулировать Энергию в мышцах. Для тебя же… Даже не знаю. Может быть использовать экстракт неуловимы зимней? Или лучше…

– Делай мазь для воина. – прервал его размышления я.

– Но ты же маг. Разве нет?

– С этим я сам разберусь. Делай.

– Прости, но я не могу себе позволить изготовить снадобье, которое заведомо не сработает. Все, что у меня есть – это моя репутация, и она и так пока…

Он осекся, встретившись со мной взглядом. Я не угрожал ему, не давил и даже не думал о причинении вреда. Просто смотрел. Прямо, неотрывно, уверенно. Как смотрит тот, кто не сомневается в своих силах и знает, что может, а что не может.

И я знал, что благодаря эволюции мне подойдет лекарство для воина. Ведь мне так и так усиливать тело через поглощение Птичьих Пенчиков и циркуляцию Межмировой Энергии. А значит средство должно сработать.

Чего я не знал, так это того, что именно увидел в моих глазах Ждан. Но нельзя забывать, что он встретился взглядом с Некромантом. Настоящим повелителем смерти, а не кем-то кто, как Гожар, выучил несколько смежных заклинаний. Некромантия – моя суть, а это не может не наложить свой отпечаток. На поведение. Образ мыслей. И, конечно же, на душу.

– Хорошо. – с серьезным видом кивнул лекарь. – Я сделаю, как ты хочешь. Но, если ничего не получится, и у тебя отвалится рука, то ты сам будешь в этом виноват. Я прилюдно подтвержу клятвой Омиша, что сделал все, чтобы тебя отговорить.

– Годится. Приступай. – бросил я, прикидывая в уме, сколько у меня осталось времени до окончания заряда бодрости.

Ждан действовал сноровисто. Явно чувствовался опыт. Он взял большую пиалу, керамический пестик и принялся толочь ингредиенты, смешивая их в определенных пропорциях. Причем сушеные травы, кристаллы и прочие составляющие он брал не глядя, затем обрабатывал с помощью Межмировой Энергии и только потом бросал к остальным.

Иногда нагревал, иногда измельчал, иногда делал вообще что-то непонятное. Я отчетливо видел всего его манипуляции, но, даже будь меня перед глазами подробно описанный рецепт, я бы не смог повторить и десятой части от всего процесса.

– Какое у тебя умение? – не удержавшись, спросил я. – Врач? Лекарь? Что-то в этом роде, да?

– Хах! Если бы. – грустно усмехнулся Ждан, пипеткой добавляя в пиалу какую-то мутную жидкость. Смесь тут же пошла пузырями. – С таким умением я бы жил в замке графа, а Анжи не грозило бы продавать свое тело, чтобы расплатиться с долгами отца. – еще одна капля и бурление усилилось. – «Анализ травмы». Заклинание простое, но крайне полезное. Без него я бы в жизни не догадался, что у тебя с рукой. Да и никто бы не догадался.

Всего одно заклинание. До остального, получается, он дошел своими силами и бесконечным упорством. Даже сумел стать Освоившим. И все это ради сестры.

Как знакомо…

Прошло уже столько лет, но смешная, добрая девочка с безбрежными голубыми глазами до сих пор занимала особое место в моем сердце.

Мари… Простишь ли ты меня когда-нибудь?

– Почти закончил. – сообщил Ждан, вытирая со лба пот. – Осталось последнее. Катализатор. – он бережно взял с полки рябое щербатое перо. – Перо с холки молодого самца Птицеголового Канюка. Высшего, между прочим! Чем больше его добавить, тем быстрее подействует мазь.

Фыркнув, я потянулся к Теневому хранилищу, но на полпути вспомнил, что смогу сейчас из него достать разве что только усы Кобольда. Всех моих Канюков перебил Гожар.

Чертов нелюдь! И здесь поднасрать умудрился!

Жаль, что я не знал, о ценности этих перьев. Надергал бы про запас. А так…

– Бросай целиком. – велел я.

– Ты с ума сошел?! – выпучил глаза лекарь. – Ты хоть знаешь сколько оно стоит?

– Сколько?

Он придирчиво осмотрел состояние катализатора, от которого ранее явно уже не раз отщипывали частички, прикинул что-то в уме и изрек:

– Половину серебряка. Большого!

То есть пять серебряных гульденов или пятьсот медных. На такие деньги семья в Дальнем Крутолуге могла прожить несколько месяцев. Действительно немало. И при обычных условиях, я бы не смог себе такого позволить. Вот только от моей руки пало уже несколько треклятых нелюдей, имущество которых частично или полностью перекочевало ко мне в карман. Вернее в кольцо.

– Бросай целиком. – решительно повторил я.

Ждан открыл рот, закрыл, снова открыл и опять захлопнул, не издав ни звука. Он посмотрел на перо. Затем на меня. Недоверчиво прищурился. Но в итоге все-таки решился, и финальный ингредиент окутало облако Межмировой Энергии, в пару мгновений спалившее частичку монстра. Пепел же лекарь со всем тщанием вмешал в содержимое пиалы, не упустив ни крошки.

В итоге получилась вязкая белая субстанция с черными вкраплениями и радужными разводами. Возможно, она даже обладала каким-то запахом, но вычленить тот среди какофонии ароматов кладовки возможности не представлялось.

Взяв небольшую деревянную лопатку, Ждан, словно штукатурку шпателем, принялся наносить мазь на обожженную кожу. И уже с первых секунд я почувствовал легкую прохладу, принесшую облегчение. Будто наконец подействовала анестезия, и начало отпускать зуб, мучительно нывший последние несколько дней.

Хотя пальцы все еще не слушались.

Вычерпав все до последней капли, лекарь достал из халата марлю и в несколько слоев туго забинтовал мне руку, превратив ее в монолитную культяпку, которой даже задницу будет не почесать. Впрочем, я уже «дочесался». Пока хватит.

– Воину ступени Осознания я бы сказал, тщательно смыть все в родниковой воде дней через семь-десять. – протирая ладони влажной тряпкой, вымолвил Ждан. – Магу же, я предупреждал, вообще помочь не должно.

– Я помню. – произнес я, поднимаясь на ноги. – Это мои проблемы. Сколько с меня?

– С учетом всего… – принялся задумчиво бормотать целитель, выглядя при этом несколько застенчиво. – Перо Канюка, плюс то, плюс это, плюс ночной вызов… Семь серебряных и шестьдесят три медных гульдена. – подытожил он. Надо же! Перо взяло на себя больше половины стоимости. – Для ровного счета округлим до семи с половиной. – спешно добавил Ждан.

– Нет, округлим мы не так. – сурово заявил я.

– Да, конечно. – поник лекарь. – Семи серебряных будет вполне…

С громким щелчком я выложил на стол большой серебряный гульден.

– Это слишком много… – смущенно проговорил Ждан.

– За лекарство от уникальной травмы? – я изогнул одну бровь. – Я готов был заплатить больше.

– Но… почему? – он поднял на меня изумленный взгляд.

Я недовольно поджал губы.

– Когда-то у меня тоже была сестра.

– Младшая?

– Младшая. И старшая.

– И где они сейчас?

– Мертвы. – могильным тоном прошелестел я, заставив лекаря вздрогнуть. – Заботься об Анжи. Делай все, что требуется. Если не хочешь того же.

На мгновение замерев, Ждан сосредоточенно кивнул и забрал монету.

Глава 7

Сменив измызганные, изодранные и заляпанные кровью тряпки караванщиков на извлеченную из кольца приличную одежду, я оставил Ждана размышлять над последней произнесенной мной фразой и вышел в ночную тьму.

Просто удивительно, что в нынешней эпохе еще существуют люди, которые стесняются брать деньги за собственный труд. Я, конечно, не знал всех обстоятельств, но на месте этого лекаря я бы жилы рвал, чтобы как можно скорее вырваться из долговой ямы и обеспечить своей драгоценной сестренке достойное будущее.

Тем более он так на нее смотрел.

В этом взгляде я словно увидел себя из прежней жизни, когда Мари стала моим единственным лучиком счастья в мрачном, жестоком, безрадостном мире. Ради нее одной я терпел насмешки сверстников и брался за любую подработку, где в качестве платы обещали хотя бы буханку хлеба.

В новой жизни мне повезло куда больше. Жаль, что я не сразу смог этого оценить. А потом… потом стало слишком поздно.

Чертовы нелюди!

Я шел по улицам Заманска в компании пары зомби. Ждан весьма доходчиво объяснил мне, как добраться до гильдии авантюристов, и я не боялся заблудиться. Как не боялся и случайных встречных. Даже если среди них кто-то и промышлял разбоем, то вид покрытой уродливыми рубцами нежити отпугивал маргиналов не хуже красно-синих сирен представителей власти. А может даже и лучше.

Я шагал уверенной походкой, жадно вдыхая теплый свежий воздух. И если иногда к тому примешивались запахи нечистот, выплеснутых в придорожные канавы, то это было все еще лучше, чем дурманящий хаос кладовой лекаря. Вот уж не думал, что стану когда-нибудь радоваться вони прелой мочи и скисшего дерьма.

Все познается в сравнении. Декарту тоже явно доводилось хлебнуть лишка, иначе вряд ли бы он это изрек.

В отличие от Дальнего Крутолуга, где жизнь с наступлением сумерек замирала, будто боясь привлечь внимание темных сил, а то и вовсе демонов, в Заманске даже ночью порой попадались прохожие. Иногда одиночки, старающиеся не привлекать к себе внимание и спешащие куда-то по им одним ведомым делам, а порой и шумные подвыпившие компании, вроде той которая вывалилась из переполненного музыкой и смехом заведения.

Плохо стоявшие на ногах мужчины пытались что-то заплетающимися языками выяснить у моих зомби, но фривольно одетые девушки быстро заставили их сменить вектор интереса. На всякий случай я запомнил местечко, потому что при виде пышных форм, призывно подмигивавших из глубокого декольте, в штанах у меня случилось неконтролируемое шевеление.

Которое не ускользнуло от наметанного глаза дамы. Та быстро оценила меня и моих «спутников» после чего подмигнула, кивнула в сторону кабака и послала мне воздушный поцелуй.

Да, определенно стоит наведаться. Я все же не монах.

Но позже. Сперва дела.

Штаб гильдии авантюристов представлял собой угрюмое каменное трехэтажное здание, похожее на форт. Толстые, окованные железом двери, узкие окна, походящие скорее на бойницы, и ни одного украшения. Вкупе с прямыми, как поля в тетради, стенами и мускулистым вышибалой у входа, заведение определенно не выглядело, как место, в которое хочется зайти.

Я перешагнул порог без тени сомнений.

Внутреннее пространство встретило меня гулкой тишиной просторного зала. Пол устилали потрепанные, но еще не окончательно стоптанные ковры, а фойе делилось на зоны невысокими деревянными оградками. И в каждой зоне имелся свой небольшой барный уголок, а также столы и стулья, чтобы заключать сделки в комфортной обстановке или просто отдохнуть в компании товарищей.

Сейчас народ отсутствовал, и лишь в самом дальнем от входа углу, в тени, сидели две фигуры, тихо обсуждавшие что-то, едва не соприкоснувшись лбами. Мое появление не вызвало у них и грамма любопытства. Как, впрочем, не заострял на них внимание и я.

Гораздо больше меня интересовали регистрационные стойки, располагавшийся у противоположной стены. Практически все из них в сей ночной час простаивали без дела, окутанные тьмой, но одну освещали мягким светом сразу несколько ламп, и за ней скучала девушка с египетским профилем, лениво водившая пальцем по некой ведомости.

Еще чуть дальше располагалась дверь, ведшая во внутренние помещение и, очевидно к лестницам, потому что ни одну из них я поблизости не наблюдал. Над дверью же висела трофейная доска с весьма необычной добычей. Та походила не то на маску маньяка из фильма ужасов, не то на кожу, снятую с головы гигантского плотоядного демонического кролика-убийцы. Хотя примерно так некоторые познавшие жизнь мужчины описывают улыбку своих тещ.

Решительным шагом я пересек зал, по дороге обратив внимание на крупный стенд, располагавшийся по правую руку. Тот занимал приличный участок стены, и его можно было увидеть из любой точки помещения. Так же как и вывешенные на нем объявления, пестревшие крошечными клочками бумаги, деревянными дощечками или даже целыми кусками плотно исписанной ткани.

– Добрый вечер. – вежливо поздоровался я, встав перед единственной работавшей в ночное время стойкой.

Никакой реакции не последовало.

– Кхм-кхм. – прокашлялся я, начиная терять терпение.

Девушка все так же демонстративно водила пальцем по строкам, не поднимая на меня глаз.

Честно говоря, я не ожидал подобного обращения в столь значимом месте, да и усталость прошедшего дня давила на плечи все нарастающим гнетом, а потому я мгновенно разозлился. Я хотел уже было повысить голос и, брызжа слюной, отчитать нерадивую сотрудницу, но в последний момент передумал.

Вместо этого я оперся локтями о стойку, наклонился вперед так, чтобы наши лица практически соприкоснулись, и коротко дунул ей прямо в нос.

На этот раз игнорировать меня уже не вышло.

– Что… Что вы себе позволяете?! – возмутилась девушка, отшатнувшись, и глядя на меня широко распахнутыми глазами. Такого поведения она точно не ожидала.

– О. Живая все-таки. – усмехнулся я, вновь принимая вертикальное положение. – А то я уж подумал, что кто-то бросил рабочее место и оставил вместо себя зомби.

– То есть я такая же страшная? – гневно нахмурилась сотрудница.

– Скорее такая же холодная и безжизненная. – пожал плечами я. – Но ты можешь убедить меня в обратном. Я сообщу тебе позже, где остановлюсь.

Девушка закатила глаза и фыркнула. Похоже подобные предложения поступали ей с завидной регулярностью, что позволило ей вернуться к привычной модели поведения. Впрочем, я не сильно расстроился. Дорога до кабака с пышногрудыми красотками надежно сохранилась в моей памяти.

– Что нужно? – через губу бросила сотрудница, скрестив руки поверх своих весьма скромных форм.

– Хочу узнать кое о ком.

– Из гильдии?

– Скорей всего.

– Информация о членах гильдии выдается только другим членам гильдии.

– Тогда не из гильдии.

– Тогда вам не сюда.

– А куда?

– Куда-нибудь в другое место. – произнесла она, голосом дав понять, какое именно место имеет ввиду.

Но приступ раздражения у меня окончательно прошел, и теперь я откровенно развлекался.

– В таком случае я хочу вступить в гильдию. – с беспечным видом выдал я. – С детства мечтал стать авантюристом. Приключения, монстры, романтика, все дела.

– Приходите утром. – безапелляционно заявила девушка.

– А почему не сейчас?

– Потому что сейчас не утро.

– А что будет утром?

– Взойдет солнце, прокричит петух, и ваше лицо сможет лицезреть кто-то другой.

Так вот оно в чем дело. Просто не хочет работать. Знакомая ситуация. Похоже такие личности встречаются во всех эпохах.

Может быть, в прежней жизни, если бы вопрос не торопил меня своей срочностью, я бы так и поступил. В конце концов несколько часов обычно ни на что не влияют. Но ради этого визита я выпил гурдияровское зелье, а потому отступать не собирался.

– Я знаю, что гильдия работает круглые сутки. – произнес я ледяным тоном, давая понять, что шутки закончились. – И я получу ответы на свои вопросы. Прямо сейчас.

– Хрен. Там. Плавал. – выплевывая слова, словно яд, процедила девушка, гневно прищурившись. Если бы взглядом можно было метать кинжалы, то я бы уже превратился в дуршлаг. – Тимон! – крикнула она. – Тут буйный. Разберись!

С надменным выражением лица сотрудница наблюдала, как ко мне уверенной походной направился охранявший вход бугай. Скорей всего тот не слышал нашего диалога, но теперь поигрывал мускулами, красуясь перед дамой. Ей это явно нравилось. А ему льстило ее внимание.

Дорогу громиле преградили мои приспешники.

– Эй! Проваливай лучше по-хорошему. – благородно предложил громила, доставая из ножен короткий меч с широким клинком. Пользоваться им он определенно умел. – На территории гильдии действуют только законы гильдии.

Опа. А вот этого мне никто сообщить не удосужился. Или верзила мне нагло врет?

– И что же они говорят? – спокойно поинтересовался я.

– Чтобы ты свалил на хрен!

Я не ответил.

Впрочем, с вышибалой диалог получился еще короче, чем с ночной дежурной. Быстро потеряв терпение, тот усилил руку Межмировой Энергией и рванул к зомби-орку, решив, что тот более опасен.

И ошибся.

Скакнув наперерез, Элельвед впечатал ладонь в грудь Тимона. Тот сумел заметить угрозу, но среагировать не успел и отлетел назад, проломив спиной оградку и превратив в щепки стол.

Насколько я понял, бугай уже достиг ступени Освоения и даже владел каким-то боевым умением. Вот только эльф при жизни был Осознавшим, и пусть сейчас он не мог пользоваться оружием или навыками, но зато я уже улучшил его тело с помощью некромантии. С орком громила, может, и справился бы. Но не с Элельведом.

Несмотря на страшный грохот, двое в углу даже голову в нашу сторону не повернули, продолжая вести свою беседу. Тимон лежал неподвижно, а девушка за стойкой беззвучно разевала рот, словно немая жаба.

– Убил… – наконец выдохнула она.

– Нет. – невозмутимо возразил я, совершенно точно зная, что это не так. – Я не убиваю людей. Без надобности.

Но мои слова не возымели эффекта, и испуганная сотрудница дернула за располагавшуюся сбоку от нее веревку, что спровоцировало звон колокола. Небольшого. Но звонкого, пронзительного, и раздражающе дребезжащего.

– А медь могла просто ответить на мои вопросы. – устало вымолвил я.

Но уже через несколько секунд двери, ведшие внутрь здания, распахнулись и из них высыпалось десятка полтора мужчин и женщин, вооруженных чем попало и зачастую едва одетых. Они определенно сладко спали где-то неподалеку и примчались по первому зову.

– В чем дело, Роза? – спросил высокий коренастый мужчина с трезубцем в руках.

– Маркус! Этот… Этот тип… – указала на меня сотрудница, всхлипывая и вытирая с глаз слезы. – Домогался до меня! А когда Тимон вступился, он… он убил его! Я так испугалась!

Засранка спрятала лицо в ладонях и принялась содрогаться в рыданиях. Должен сказать, весьма реалистичных. Такой талант зазря пропадает.

Толпа угрожающе качнулась в мою сторону, и я понял, что любые мои слова не возымеют успеха. Среди людей передо мной я не видел магов, однако часть воинов определенно достигла ступени Осознания, что сводило мои шансы на благоприятный исход схватки до исчезающе мизерных величин. Хуже того, что после танцев с Императорским Трицебыком и последующего прорыва к Куполу, Межмировой Энергии у меня осталось с гулькин хрен. В лучшем случае на одно-два заклинания.

Однако я даже не подумал о том, чтобы поднимать лапки к верху, и призвал из Теневого хранилища еще пару зомби. Их появление немного сбило воинов с толку, но они все еще имели подавляющее преимущество.

– Тимо-он… – всхлипнула сквозь слезы Роза, что и стало последней капелей.

Стоявшие впереди бойцы, сверкая Межмировой Энергией, уже рванули вперед, как их чуть не сбил с ног раздавшийся из-под потолка грозный окрик.

Вернее, мне только показалось, что из-под потолка, потому что голос принадлежал поистине высоченному мужчине. Тому даже пришлось пригнуться, чтобы протий через все ту же дверь.

Ростом он превосходил Маркуса, да и вообще любого, кого я встречал за две жизни, достигнув сантиметров так двухсот двадцати, а Тимон со всей его мускулатурой по сравнению с ним выглядел дистрофичным задохликом.

Черт, да мне собственный орк начал казаться хиляком.

– Что вы тут устроили посреди ночи? – пророкотал великан басом, похожим на обвал в горах. – Роза?

– Маэстро? – всхлипнула девушка, забыв даже изображать из себя жертву. – Откуда вы…

– Отвечай на вопрос! – оборвал ее гигант.

– Этот тип домогался до меня… – куда менее уверенно лепетала сотрудница. – Он убил Тимона… – почти шепотом добавила она.

И тем глупее прозвучала эта фраза, потому что Тимон как раз пришел в себя и сделал первую попытку подняться. Неудачную.

– Она все врет! – неожиданно заявила другая девушка, вынырнувшая из-за стоявшей напротив стойки. Примерно того же возраста и облаченная в такую же одежду, являвшуюся, видимо, униформой, только с чуть более выдающимся бюстом и с длинной светлой косой, перекинутой через левое плечо.

– Лика? – окончательно растерялась Роза. – Ты же ушла. Я сама видела!

В тот момент я понял, что случайно угодил в некую внутреннюю разборку, призванную выявить недобросовестных членов гильдии. На моем месте мог оказаться любой другой, прибывший с караваном Гурдияра, или просто решивший посетить здание этой ночью. Но выпало именно мне. Что отнюдь не продляло эффект Удара молнии, начавший уже постепенно ослабевать.

– Мне давно говорили, Роза, что показатели падают именно из-за тебя. – недовольно покачал головой Маэстро. – Я не хотел в это верить. Но теперь…

– Прошу, не увольняйте! – взмолилась Роза. – У меня дети!

– Не уволю. – решил великан. Девушка едва заметно выдохнула. – Пока не отработаешь причиненный тобой ущерб. – он указал на сломанную ограду и мебель. – А потом чтобы я тебя здесь больше не видел!

Роза рухнула на колени и разразилась рыданиями. На этот раз настоящими.

– А что на счет нас, патрон? – подал голос Маркус, всем своим видом выражая недовольство ночной побудкой.

– Неделя бесплатного проживания. – решил гигант, чем немало обрадовал воинов. – И тебе тоже. – обратился он ко мне. – За доставленные неудобства.

Маэстро, являвшийся главой отделения гильдии авантюристов в Заманске, хотел уже уйти, но я его решительно окликнул.

– Вообще-то я собирался поселиться в гостинице. – заявил я, не постеснявшись добавить голосу нотки вызова.

– Сдурел, шкет? – шикнул на меня Маркус. – Ты, может, и маг, но бери, что дают!

– Новички совсем берегов не видят. – покачала головой женщина лет сорока, почесывая висок острием стилета.

– Мы такими не были. – добавил другой авантюрист.

– Ты был хуже. – хохотнул четвертый.

Я же тем временем не сводил взгляда с Маэстро, хоть для этого мне и приходилось стоять, задрав голову. Тот, услышав мое заявление, сперва нахмурился, но затем внимательно рассмотрел четверку моих зомби, оценил состояние до сих пор не сумевшего подняться на ноги Тимона, что-то прикинул в уме и сказал:

– Хорошо. Для тебя неделя проживания в любой дыре города, куда тебя пустят. Если присоединишься к гильдии.

– Как раз собирался. – расплылся в довольной ухмылке я.

– Хэй, патрон, а можно нам тоже в гост… – начал было Маркус, но встретился взглядом с главой и осекся. – Все. Понял. Язык в задницу и по люлькам. Пойдем, народ, завтра отметим неделю халявы.

Народ, почесываясь, потянулся к двери, на ходу радостно обсуждая свалившуюся удачу.

– Ага, вот подфартило, так подфартило.

– Каждый день бы так.

– Мракобес с дружками локти будут грызть от зависти.

– Ха-ха! Точно! Они же только пару часов, как свалили.

– А меньше по бабам шляться нужно!

Последним ушел Маэстро, предварительно кивнув Лике, чтобы додежурила ночную смену. На Розу он даже не взглянул. Как, впрочем, и на меня. Что не удивительно. Ведь, если верить словам Гурдияра, глава местной гильдии вплотную подобрался к становлению Объединившим. То есть, при удачном раскладе, имеет все шансы сравняться по силам с Императорскими монстрами, вроде того самого Трицебыка!

Вот бы из такого гуля сделать!

– Будем оформляться? – лучезарно улыбаясь, поинтересовалась у меня Лика, жестом приглашая подойти к ее стойке.

– Будем. – согласился я. – Но сперва, известно ли гильдии что-нибудь про Фила? – задал я вопрос, ради которого, собственно, и пришел. – Я его ищу!

Глава 8

Еще в шахте Леуштилат упоминал, что Фил планировал воспользоваться гильдией авантюристов, как социальным лифтом, для получения привилегий и доступа к определенным ресурсам. А сразу он этого не делал, чтобы прийти уже сформировавшимся воином и ни от кого не зависеть. То есть поступил примерно как и я сейчас.

Я понимал, что за прошедшие годы мой младший брат мог существенно измениться, но все равно описал его Лике таким, как запомнил со слов Леуша. Всяко лучше, чем приводить в пример внешность испуганного пятилетнего мальчишки, которого я его оставил в Нигдейке во время нападения нелюдей на наш дом.

Удивительно, но девушка поняла, о ком шла речь. Вот только…

– Сожалею, но я не могу разглашать информацию о членах гильдии тем, кто в ней не состоит. – с искренним сочувствием сообщила она.

Я посмотрел на нее исподлобья.

– Нет, правда! – воскликнула Лика, подняв руки в защитном жесте. – Таков регламент. Но вы же все равно собрались к нам присоединиться, поэтому потерпите чуть-чуть, пожалуйста. – она кокетливо поправила косу и ослепительно улыбнулась. – Хорошо?

– Это долго? – уточнил я, прислушиваясь к внутренним ощущениям.

Инцидент с Розой занял отнюдь не несколько секунд, и подаренные зельем Гурдияра два часа бодрости приближались к концу. Мне же категорически не хотелось упасть бревном на полпути к гостинице или прямо здесь, у стойки.

– Отниму пару минут вашего драгоценного времени. – сообщила девушка, сняв с полки толстую книгу в твердой обложке и открыв ту на пустой странице.

– Можно на «ты». – разрешил я.

– Хорошо. И как мне к тебе обращаться?

– Леон.

Она записала.

– Род?

– Оу Трей Капауло.

– Титул, сан, звание, должность?

– Барон. – вздохнул я.

– Ого! Родной город, Ваше Благородие?

– Дальний Крутолуг. И я просил без формальностей.

– Я поняла. Просто шутка. Возраст?

Я ненадолго замешкался. С одной стороны, по сумме двух жизней, мне уже давно шел четвертый десяток, но даже если отбросить эту канцелярщину, то меня угораздило дважды угодить в Трещины с отличающимися от земных временными потоками, что тоже несколько усложняло подсчет.

Лика убрала перо от бумаги, чтобы не оставить кляксу, и подняла на меня вопросительный взгляд.

– Напиши девятнадцать. – решил я.

– Выглядишь старше. – отметила она.

– Мне с детства так говорят.

– Хорошо. – она, ничуть не смутившись, записала. – Ступень?

– Осознавший. Э-э-э… – еще одна сложность. – Полторы стадии. – и тут же, предвосхищая следующие вопросы, добавил. – Маг. Три заклинания. Одно из них – «Управление зомби».

Да, ложь. Но раскрывать о себе все карты я не собирался. Может им еще дать достоинство померить и Некрономикон предъявить? Хотя с последним, в отличие от первого, могли возникнуть трудности.

– Три заклинания на второй ступени? – удивилась девушка, записав все, что я сказал. – Весьма солидно для небольшого городка. А сколько штук нежити можешь контролировать?

Вместо ответа, я обернулся и окинул взглядом четверку безучастно застывших в ожидании приказов зомби. Лика сделала то же самое, а затем оставила соответствующую пометку в бланке. В этот раз даже врать не пришлось. Да и кто поверит, что максимальное число моих прислужников перевалило за три десятка? Главное, чтобы караванщики не проболтались.

– Прекрасно, Леон, почти закончили. – сотрудница гильдии вновь ослепительно улыбнулась. – Осталось выяснить объем доступной тебе Межмировой Энергии.

– Полтора ведра плюс-минус горсть. – буркнул себе под нос я.

Тем не менее девушка расслышала и сперва недоуменно на меня воззрилась, а затем рассмеялась, наполнив пространство вокруг себя звоном серебряных колокольчиков.

– Да ты шутник, я погляжу. – выдала она, утирая выступившую в уголке глаза слезинку.

– Отметь это в анкете.

– Непременно. – Лика и в самом деле чиркнула что-то в своей книге, после чего достала из-под стойки черную шкатулку с цифрой «2» на крышке. Стряхнув несуществующую пылинку, она открыла коробочку и выставила передо мной покоящийся на бархатном ложе небольшой прозрачный шар. – Это Измеритель. Направь в него часть накопленной Межмировой Энергии, и мы узнаем твой передел.

Не могу сказать, что озвученная процедура меня обрадовала. Я и без того знал, что благодаря эволюции и выстроенному в шахте фундаменту мое море души способно вместить больше силы, чем у рядовых Осознавших, но кричать об этом на каждом углу не планировал. Однако и способа уклониться тоже не видел.

– Сколько направить? – уточнил я.

– Чем больше, тем быстрее закончим. Но вообще хватит даже крохотной искорки.

Значит сказаться опустошенным тоже не выйдет. Что ж. Похоже придется все-таки привлечь к себе немножко внимания. Узрите же чего лишилось человечество из-за утраты Краеугольного Камня!

Для полноты картины стоило бы рассмеяться зловещим смехом, но я решил обойтись таинственной ухмылкой, с которой и возложил здоровую длань на холодную поверхность сферы.

Время поджимало, а потому, не мудрствуя лукаво, я зачерпнул все те жалкие остатки Энергии, сохранившиеся к текущему моменту, и разом влил их в Измеритель. Последовала ослепительная фиолетовая вспышка, раздался щелчок, будто от сырого полена в костре, и шар раскололся на две неравные части.

– Ой! – от неожиданности Лика прижала руки к груди отскочила назад. – Как так?

Не будучи даже Освоившей, она, конечно, не смогла понять причины произошедшего, а вот я все отлично разглядел. И почувствовал.

Сперва моя Межмировая Энергия стремительно облетела весь Измеритель, словно запущенная в новую клетку птица, проверяющая доступные границы, а затем она поделилась на две части, которые принялись синхронно метаться из стороны в сторону. Одна – в моей душе, а другая – в приборе. Причем ни та не другая, ни другая не проходили через одну точку дважды.

Кто бы и каким образом не создал этот шар, метод измерения доступного магу объема силы он выбрал весьма оригинальный. Вот только он не учел того, что свободное место в измерителе может закончиться раньше, чем в душе, а не наоборот. В результат чего сфера не выдержала напряжения и лопнула.

– Прошу прощения. – быстро пришла в себя девушка. – Наверное истек срок службы. Я сейчас.

Она стремительной лисой выпорхнула из-за стойки и, разве что не махнув хвостом, скрылась за соседней, где, сидя на полу, тихо всхлипывала Роза. Не обращая на наказанную коллегу внимания, Лика быстро взяла что-то с полки и, вернувшись, открыла передо мной коробочку с надписью «3».

– Вот. – сказала она. – Измеритель для Развивших. Им пользуются гораздо реже, поэтому все должно быть в порядке. Пожалуйста.

Вздохнув, я повторил процедуру и, спустя короткое время после фиолетовой вспышки… шар все так же лопнул.

А вот теперь удивился уже и я. Если в своем превосходстве над обычными Осознавшими я особо не сомневался, то факт того, что мой максимальный запас Межмировой Энергии пусть ненамного, но превысил уже показатели Развивших, стал для меня приятным сюрпризом. И ведь это я еще не закончил вторую эволюцию. Да и прохождение стадий текущей ступени должно что-то добавить.

Блеск!

Нет, сие открытие вовсе не означало, что я смогу раскидывать Развивших, как слепых котят. Да и один на один, с учетом различных факторов, хапну проблемы. Но я по крайней мере имел возможность с ними сражаться и даже рассчитывать на победу, о чем остальные Осознавшие не могли даже мечтать!

– Измеритель для Объединивших? – сохранив на лице маску невозмутимости, поинтересовался я.

– Таких нет. – механически, будто робот, ответила Лика, не отводя глаз от двух сломанных сфер. – У нас нет. – исправилась она. – В наше отделение никогда не приходили регистрироваться люди четвертой ступени. Да и во всем городе таких всего двое. Станет трое, если глава справится.

Ну да. Логично. Те, кто способен стать Объединившим, отправляются в земли более богатые Межмировой Энергией, а остальные вступают в гильдию гораздо раньше. Если вообще вступают, а не идут своим путем, пользуясь поддержкой рода или иных покровителей.

Все-таки без ресурсов развиваться куда сложнее. Будь, например, у Дальнего Крутолуга доступ хотя бы к «пирамидкам» Госгосков, то количество Осознавших в городе заметно бы возросло.

– Ну так что на счет моего вопроса? – напомнил о своем существовании я.

– Да! – девушка встрепенулась мокрой кошкой. – Это ведь не твоя вина, что у нас ломается оборудование. – «Вообще-то моя, но признаваться в этом я не стану». – Поэтому… Думаю, измерение силы можно провести и чуть позже. Поздравляю с вступлением в гильдию! Теперь ты – бронзовый авантюрист, Леон!

С этими словами она достала еще одно устройство, напоминающее офисную печать для документов – только изготовленную из металла и дерева, а не из пластика – прислонила его к моему предплечью и резко надавила, оставив на коже оттиск размером с ноготь большого пальца.

Тот походил на что-то среднее между следом от клейма и бесцветной татуировкой. Понимаю, что сравнение странное, но другого на тот момент в голову мне пришло. След не бросался в глаза, его не составило бы труда в случае необходимости скрыть или замаскировать, но что мне не понравилось, так это присутствие в нем следов Межмировой Энергии. Чужой. Впрочем, разобраться с этим можно было и позже.

– Теперь, как полноправному члену гильдии, я могу ответить на твой вопрос. – сияя искренней, а не дежурной улыбкой, сообщила Лика.

Рассказ ее вышел коротким. По моему описанию она действительно узнала Фила. Тот пришел к ним около трех лет назад и уже тогда вплотную подобрался к ступени Развития, что являлось серьезным успехом для его возраста. Зарегистрировавшись, он выполнил несколько заданий, но практически ни с кем не общался, из-за чего получил набор кличек, таких как Сыч, Бирюк и Мышонок.

Однако, когда последней его нарекли в глаза, Фил внезапно взбеленился и, не стесняясь использовать Межмировую Энергию и боевые умения, безжалостно отделал двух взрослых воинов ступени Осознания. Один даже чуть не расстался с жизнью, но его вовремя спас находившийся неподалеку гильдейский лекарь.

Сперва подобная реакция меня сильно удивила, но потом я вспомнил, что именно так мама назвала его перед тем, как закрыть одного в Нигдейке. «Сиди тихо, как мышонок. Я люблю тебя…» – последнее, что он от нее услышал, перед тем как надолго остаться в темноте и одиночестве тайных переходов особняка.

Трудно представить, что пережил тогда пятилетний малыш, не обладавший, как я, памятью о прошлой жизни. Возможно, он годами проклинал родителей, думая, что те его бросили. А может, наоборот, с трепетом сохранил последние воспоминания, пронеся их в сердце через боль, страдания и невзгоды, выпавшие на его долю.

Леуш говорил, что Фил стал даже более нелюдимым, чем я, и тоже всей душой ненавидел нелюдей. А еще стремился обрести силу, чтобы отомстить. В этом мы схожи. Но вот держать эмоции под контролем он явно не научился.

На мой вопрос, где я могу найти Сыча-Бирюка-Фила, сотрудница гильдии сообщила, что после того инцидента, он честно оплатил пострадавшим лечение, а затем покинул Заманск с первым же Караваном. Куда? Одному Сатвелеону ведомо. Но можно отправить запрос в отделения авантюристов других городов.

– И когда придет ответ? – поинтересовался я.

– Как повезет. – пожала плечами девушка. – От пары месяцев до пары лет. Смотря куда его занесло. И это не считая того, что он мог вообще сгинуть в Диких Землях. Я слышала, обстановка там не сахар. Жара, песок, монстры… Жуть! – она подняла ладони лодочкой к потолку, мотнула головой и посмотрела мне в глаза. – Отправляем? Кто он тебе?

– Не важно кто. – не стал признаваться я. – Отправляем.

– Два больших медных гульдена за связь с каждым смежным городом.

– Сколько из них севернее Заманска?

– Пять.

Я выложил на стол серебряк.

– Отправите ответ следом за мной. – сказал я, пододвинув монету вперед. – Я не планирую оставаться здесь так долго.

– Куда отправить?

– Я сообщу.

Лика кивнула, убрала гульден и сделала еще пару пометок в своей книге. После чего в очередной раз окинула взглядом моих зомби и причиненный одним из них ущерб и спросила:

– Не хочешь сразу ознакомиться с доступными заданиями? – она кивнула на пестревший объявлениями стенд. – Думаю, много времени для становления железным авантюристом у тебя не займет.

– Позже. – нахмурился я, чувствуя, что до окончания эффекта зелья осталось совсем немного. – Как мне пройти в «Приют Мастера»?

Я заранее все выяснил и планировал поселиться именно в этой гостинице, потому что она обещала специальные комнаты для Освоивших и Осознавших, где неким особым методом повышалась концентрация Межмировой Энергии. И это при том, что в Заманске ее и так заметно больше, чем в Дальнем Крутолуге.

Да, Гурдияр говорил, что цены в «Приюте» прямо-таки заоблачные, но я готов был раскошелиться ради такого эффекта. А теперь неделю проживания мне и вовсе оплачивала гильдия. Маэсто четко сказал «в любой дыре города», и я собирался использовать привилегию по полной.

– Сожалею, но, насколько мне известно, «Приют Мастера» сейчас полностью занят. – девушка скорчила огорченную гримасу. – Группа Сержа Злого на днях закрыла крупный заказ от лорда и сняла все комнаты с массивами Энергии. Для восстановления сил, развития, ну и… для чего вам там еще нужно. Наверняка остались еще обычные, но…

– Они мне нафиг не нужны. – перебил ее я, принявшись лихорадочно шевелить мозгами. – Черт!

– Оставайся здесь. – предложила Лика, облокотившись обеими руками на стойку. Мне открылся прекрасный вид на ее бюст. – Есть кровати в общем зале или отдельные апартаменты, если не хочешь компании. Завтрак входит в стоимость. И, может быть, что-нибудь еще. – добавила она многозначительным тоном. – К тому же лекарь посмотрит твою руку. Он доступен уже начиная с бронзового ранга. А с железного…

– «Духовная Пагода»! – выпалил я, вновь ее перебив. – Она свободна?

– «Духовная Пагода»? – удивленно переспросила сотрудница, отпрянув. – Но она же только для…

– Плевать. Свободна? Как найти?

Девушка пару раз удивленно хлопнула глазами, будто я невзначай осведомился, когда отправляется следующий трамвай на Луну. Не то псих, не то знает что-то, недоступное остальным. А может и то и другое одновременно. И стоит ли вообще с таким связываться?

– Ну! – поторопил ее я, не желая свалиться на пол от усталости прямо здесь. Зомби, конечно, в случае чего защитят, но мне все-таки хотелось бы достичь иных целей, а не только выспаться.

– От выхода направо, возле фонтана с выдрой налево и дальше прямо пока не упрешься. – словно в трансе, сообщила Лика.

Вторую часть инструкции я дослушивал уже на полпути к дверям.

– Послезавтра я свободна! – непонятно зачем крикнула мне в спину девушка, когда я уже одной ногой стоял на улице. Я в ответ даже не оглянулся.

Закинув в рот Птичий Пенчик, которые, кстати, уже почти закончились, я чуть ли не бежал по указанному маршруту, на ходу циркулируя Межмировую Энергию, и уделяя особое внимание поврежденной руке. Повернув у фонтана, я вдруг сообразил, что Лика всю дорогу проявляла ко мне знаки внимания, но в тот момент меня это волновало в последнюю очередь.

Хотя девушка определенно не дурна собой.

Нет, черт, о чем я вообще!

Чувствуя, как время утекает сквозь пальцы, я вихрем ворвался в двухэтажную пагоду, где чуть ли не нос к носу столкнулся со статным мужчиной лет сорока. Тот смерил меня и моих прислужников удивленным взглядом, но едва он открыл рот, как я выпалил:

– Комната с массивом! Срочно!

Мужчина рефлекторно мазнул глазами по двери справа от меня, и я тут же бросился к ней, крикнув на ходу:

– У меня разрешение гильдии! Маэстро платит!

Наперерез мне из темноты выскочили какие-то фигуры в плащах, но их задержали мои зомби, а я в компании Элельведа влетел в комнату и захлопнул за собой дверь.

В ушах у меня звучал последний окрик управляющего:

– Стой! Это только для Объе…

Но мне уже было плевать.