Некрасивая

Глава 1

НЕКРАСИВАЯ

ПРОЛОГ

Она увидела подругу в окно, прошла в прихожую, остановилась у двери.

Подруга поднималась к ее квартире долго, и пока не раздался звонок, шестнадцатилетняя девушка смотрела на себя в зеркало. Впервые за последние месяцы, увидев собственное отражение, она не заостряла внимание на внешности. Не до того.

Хорошо, что родителей нет дома. Они бы заметили, что с ней что-то не так. Но они ничем не смогли бы ей помочь. Только бы помешали.

По другую сторону входной двери послышались шаги, шорох прижимаемой кнопки звонка – и по квартире понеслась соловьиная трель.

Этот слащавый звук ей никогда не нравился. Она поморщилась, как от пронзительного рева трубы.

Открывать не хотелось.

Хотелось заорать, потребовать, чтобы подруга убиралась от этой квартиры подальше. Высказать все, что она о ней думает. Хотелось задеть подругу так, чтобы та ответила матом, не выдержала и ударила в дверь с обратной стороны. Добиться того, чтобы подруга утратила над собой контроль, рассвирепела, чтобы исчез весь ее внешний лоск.

Нет, нельзя.

То, что она задумала, начинается здесь, в ее квартире. Но лишь начинается.

Открыть дверь надо, иначе она сама все испортит. Не только открыть, но и оставаться обычной, как всегда.

И задуманное станет реальностью.

То, что она пережила за последние три недели, обязывает ее покончить со всем этим. Она приняла решение и отступать бессмысленно.

То, что она пережила за последние три недели, дает ей право сделать с подругой и ее кавалером все, что угодно.

1

Ира рассматривала в зеркале алое пятнышко на месте выдавленного прыщика. Пятно набухло так, что идти сегодня на прогулку в центр города глупо.

Девушка попыталась замазать пятно. Напудренное, оно все равно выделялось, уже по-другому, но также непривлекательно.

Ира расстроилась. Глянула в глаза своему отражению. Ее губы, и без того тонкие, поджались и словно исчезли. Внутри появилось неприятное жжение. Верный признак того, что душа погружается в тоску, и мрачное состояние гарантировано на весь вечер.

Вот-вот придет Лана. Она уже звонила. Сказала, выхожу. Правда, «выхожу», несмотря на соседний подъезд – это минут пятнадцать-двадцать. Даже у Иры, прежде чем выйти, Лана подолгу смотрит на себя в зеркало, касается волос, обтягивает блузку.

Лана.

Ее лучшая подруга и, если признаться, единственная. Ире больше не с кем выйти вечером в город. Прогуляться по центральной улице, которую подростки иногда называют «Бродвей», по Набережной. Одна не пойдешь. Что о ней подумают? Девочка ищет приключений? Да и страшновато.

Без Ланы только и остается, что сидеть дома.

С другой стороны, прогуливаться с Ланой – одно расстройство. Лана – стильная. Может, ее не назовешь красавицей, но она очень привлекает парней. Есть в ней что-то от самоуверенной принцессы, осознающей, насколько высоко ее положение. И вкус у нее – позавидуешь. Одевается красиво, сексапильно. И она уверена в себе.

С такой подругой прогуливаться – лишь оттенять собственную непривлекательную внешность. В то же время Ира понимает, что, сидя дома, она тем более никого себе не найдет.

Девушка вздохнула, отвернулась от зеркала, подошла к окну.

Почему ей так не повезло? Почему ей досталась такая внешность? Мало того, что у нее безликое лицо, так еще и эти прыщи вылезают один за другим, как будто ей тринадцать-четырнадцать лет. Фигурой она тоже похвастаться не может.

Грудь плоская, ее практически нет. Грузная нижняя часть тела. При этом сверху девушка выглядит худощавой. Она напоминает себе поплавок. Будь она хотя бы и снизу тонкой, длинноногой… Обидно.

Ира прилегла на кровать. В соседней комнате слышался звук работающего телевизора, иногда – голос матери.

Ира похожа на отца. То же лицо. Такое же невзрачное. Серые глаза с короткими ресницами, тонкие губы, слишком острый нос. Лоб низкий, волосы редкие, бесцветные и неживые.

Как-то Ира окрасилась в ярко-рыжий цвет, но пожалела об этом. Отец что-то недовольно бурчал, что-то типа «рано ей выкрашиваться» и «похожа на девочек с улицы красных фонарей». И одноклассники смотрели так, что Ира поняла: она выделила себя, но выделять себя можно, если ты не уродина. Соседи тоже косились, и девушка скоро избавилась от крашеных волос.

Все ее проблемы из-за отца? Из-за того, что один непривлекательный мужчина однажды встретил женщину, которой понравился, и решил завести семью?

Но мать Иры – приятной внешности. Почему Ира не пошла в нее? Ее старшая сестра Лена, например, и подростком была очень ничего. Только сейчас, родив второго ребенка, расплылась, поблекла.

В дверь позвонили. Лана.

Ира встала, но из комнаты не вышла. Уставилась на свое отражение в зеркале. Зачем она трогала этот прыщ? Только хуже сделала.

Нет, идти никуда нельзя. Во всяком случае, пока не стемнеет. Под светом уличных фонарей набухшее пятно не так бросится в глаза. Лана, скорее всего, не станет ждать темноты. Ей-то нечего стесняться. Жаль. Придется оставаться дома. И потерять один из последних теплых дней.

Сейчас, в начале осени, кажется, что лето не заканчивалось, но хорошая погода может внезапно прерваться. Похолодает, пойдут дожди. И тогда Ира еще насидится дома долгими осенними вечерами.

В квартиру позвонили второй раз. Ира по-прежнему стояла перед зеркалом, и в прихожую пошла мать.

Услышав самодовольный голосок подруги, Ире захотелось плакать.

Мать заглянула в комнату.

– Ты что, сама не можешь открыть? Это к тебе.

Ира ничего не сказала, и мать вернулась к отцу.

В комнату вошла Лана, распространяя сладковатый запах своих духов.

– Приветик, подружка. Ты еще не собралась?

В голосе Ланы послышалось недовольство. Сама она позволяла себе готовиться к вечернему моциону сколь угодно долго, но, если ее заставляли ждать другие, могла и взбеситься.

Ира скользнула взглядом по лицу подруги, выглянула в окно.

Лана – высокая, ноги длинные, ровные. Под обтягивающими белыми брючками выделяются трусики. Изгиб бедер у подруги в самый раз. Розовый топик коротенький, узкий. Обтягивает грудь так, что и без того не маленькая, она кажется громадной. На открытом пупке – пирсинг.

Ира как-то заикнулась о том, чтобы проколоть пупок, но мать воспротивилась, не позволила. Сказала, что возможно заражение, да и кому ее дочь собиралась эту красоту показывать?

Да, некому. Парня нет, на пляж Ира не ходит – стесняется, и с такой бледной кожей от пляжа только проблемы. Одевать же короткую маечку родители все равно не позволят. Вот и получается, что пирсинг на пупке – ненужная роскошь. И что обидно, Лана ни разу не толкала Иру к тому, чтобы это сделать.

– Давай позже, – сказала Ира.

– Позже стемнеет. В чем дело, подруга? Пошли, пройдемся.

– Сейчас не могу.

– Не можешь? С чего это вдруг?

Ира повернулась к ней.

У Ланы большие ярко-зеленые глаза, маленький носик, полные губы. Она их подкрашивает умело подобранной помадой. На длинных ярко-белых волосах – «мокрая химия». В лице что-то модельное, от тех девушек, что можно увидеть на обложках женских журналов.

Картинка, не девушка.

– Живот болит, – Ира не знала, как она вообще может отказать подруге без веской причины.

– Месячные, что ли?

Ира поморщилась. Почему-то ей не нравилось, когда об этих делах говорят открыто, пусть даже и девушки ее возраста.

– Нет, просто живот разболелся.

Лана, недовольная, хмыкнула.

– Подумаешь, проблема… Пошли, погуляем, живот и пройдет. Вот увидишь.

Конечно, подруге нет дело до ее самочувствия. Она просто хочет пройтись по «Бродвею», показать себя и желательно с подругой. Даже такой самоуверенной девушке одной гулять неловко. Лана настроилась на прогулку, плевать она хотела на Ирин живот.

– Болит сильно, – сказала Ира. – Может, позже? Я таблетку приняла, скоро пройдет.

Лана обхватила зубами краешек нижней губы, пожевала его. Ясно, что в ее планы такой поворот событий не входил. Лишь в редкие моменты, когда она жевала губу, Лана отчасти теряла свой блеск.

Она с сомнением смотрела на Иру.

– Совсем нельзя потерпеть?

Ира вздохнула. Лана вцепится в нее крепко, прежде чем отпустит. Она привыкла, чтобы получалось так, как хочет она. Но Ира просто не может выйти в центр с таким лицом.

Она покачала головой.

– Подруга, ты не соображаешь, – сказала Лана. – Когда сидишь дома, ты думаешь про живот, и только хуже становится. Когда гуляешь, ты отвлекаешься. Неужели не ясно?

Ира посмотрела в окно. Врать она умела неважно и опасалась, что Лана, заглянув ей в глаза, все поймет.

– Лана, давай попозже. Часика через полтора. Пока у меня дома побудем, поговорим, и я отвлекусь.

Лана изменилась в лице.

– Что ты несешь? Часика через полтора стемнеет. Я не хочу ползать в темноте, когда можно было выйти, пока светло. Пошли сейчас.

Ира покачала головой.

– Я не смогу нормально ходить, – она погладила живот.

Лана что-то невнятно пробормотала, полезла в свою сумочку, достала сотовый телефон стоимостью, по ее словам, в три сотни долларов. Наверное, не хотела тратить времени на уговоры подруги. Набрала номер.

Ира следила за ней, колеблясь. Не наложить ли еще пудры на выдавленный прыщ и не пойти ли все-таки на прогулку?

– Алка, привет, – заговорила Лана по телефону. – Ты сейчас где? Еще не приехала? Ладно, ладно, потом созвонимся.

Лана набрала следующий номер, поморщилась, когда механический голос сказал, что абонент временно не доступен, набрала еще один.

– Наташка, привет. Пошли, пройдемся. Погода классная. Что? Со своим сейчас? Дома остаетесь? Ладно, счастливо развлечься, – набирая очередной номер, она прошептала. – Дура коротконогая.

Ира почувствовала, что краснеет. Если у Наташи ноги короткие, что говорить о самой Ире? Что же Лана говорит о своей подруге из соседнего подъезда в ее отсутствие? Точно ничего хорошего. У Наташи хотя бы лицо симпатичное.

– Привет, Галка. Ты куда-нибудь идешь? Что? Предки не пускают? Серьезно? Что ты уже… – Лана фыркнула. – Вечно у тебя все не вовремя. Ничего. Ладно, пока.

Она посмотрела на Иру. О чем-то задумалась.

– Так, у Алеси мобильника нет. Принеси обычный телефон.

Ира вышла из комнаты, вернулась с трубкой домашнего телефона.

Лана торопливо набрала номер.

Похоже, на том конце трубку снял кто-то из родителей, и голос у Ланы изменился. Стал вежливо-слащавым.

– Добрый вечер. Позовите, пожалуйста, к телефону Алесю. Во дворе? С парнем? Да, позовите.

Минуту она ждала, поглядывая на Иру, в окно, на свой сотовый.

Не отыскав никого из знакомых, кто составил бы ей пару для вечерней прогулки, Лана, не стесняясь, звонила девушке, с которой не только не дружила, но раньше даже оскорбляла.

– Это Лана, – заговорила Лана после паузы. – Привет. Как дела? Нормально? Просто звоню. Хочу предложить прогуляться по набережной. Пошли, погодка классная. Ну и что, что с Димой? Втроем можно пройтись. Еще и веселее. Проведете меня и делайте с собой, что хотите. Ладно, не ломайся, я сейчас за вами зайду.

Она свысока глянула на Иру, пошла на выход.

– Ладно, лечи свой живот, подруга.

Ира осталась одна, и вместо Ланы комнату заполнила тоскливая пустота.

Ира понимала, что Лана не та подруга, какую ей бы хотелось. Иногда возникала мысль, что Лана ее просто использует. Раньше, пока Алла не поступила после девятого класса в техникум, Лана никогда не предлагала Ире выйти вечером в город. Она приходила к Ире, но только поболтать, убить свободное время. Потом Алла ушла из школы и теперь приезжала домой не на каждые выходные. И Лане пришлось искать ей замену. Была еще одна подруга, но она все свободное время проводила со своим парнем, и, в конечном итоге, Лана с ней рассорилась навсегда.

Как только за подругой закрылась дверь, Ира пожалела, что не пошла с ней. Черт с ним, с этим прыщом, все равно к ней никто не подойдет знакомиться. Если и подойдут парни, то из-за Ланы.

Внутри появился тугой обжигающий комок. Снова захотелось расплакаться. Вместе с этим пришла злость на саму себя. Почему она такая эмоциональная? Чуть что – сразу в слезы. Мать однажды сказала, что Ира вся в бабушку. Та тоже беспокоилась по любому поводу. Громкую истерику не закатывала, но могла погрузиться в долгую слезливую депрессию из-за мелкой, несущественной неприятности.

Что же делать? Измениться? Но как? Как этого добиться, если ей так надоело быть одной, она так устала от одиночества, но найти какого-нибудь парня нереально? Кто обратит внимание на девушку с такой внешностью? Не будь этой проблемы, у Иры вообще не было бы никаких проблем, она уверена в этом.

Со здоровьем благополучно, родители есть, учится хорошо, куда поступать уже решила. Нехорошо только в личной жизни. И это препона, как опухоль, высасывает из нее жизненные соки.

Ира встала, подошла к окну. Через дорогу напротив их дома – частный сектор. До центральной улицы идти всего две минуты, но здесь очень тихо, как на окраине. Перед окнами их квартиры два дерева – ива и липа. Ива старая, с толстым стволом. Своими гибкими ветвями она касается земли. Липа моложе. Ствол тонкий. В июле это дерево заполняет комнату Иры ароматом своего цветения. Нежно-сладковатый запах.

Странно, подумала Ира, деревья – живые существа, и они все чувствуют. Она читала, что растения обладают памятью, испытывают любовь и тоску. Узнают людей, которые за ними ухаживают. Как же они выдерживают все время находиться на одном и том же месте?

Ире казалось, что она бы умерла, проведи она годы в стенах своей квартиры. Может, растения с рождения смиряются со своей нерадостной участью? Смиряются и благодаря этому живут не менее счастливо, нежели люди?

Под окнами прошла парочка. Возраст – немного старше Иры. Они шли в обнимку.

Ире стало чудовищно тоскливо. Надо было идти с Ланой, было бы легче. Смотреть в окно – грустно. Периодически будешь видеть вот такие парочки. И думать, что могла бы ходить так с парнем сама.

Ира отвернулась от окна.

Не пойти ли на прогулку одной? Скорее всего, она встретит Лану с Алесей и ее парнем. Где в их городе гулять? Обычно все дают круг по «Бродвею» и набережной. Если где-нибудь остановиться, обязательно встретишь нужных знакомых.

Ира подошла к зеркалу. На лице по-прежнему выделялось пунцовое пятнышко. Ладно, все равно скоро стемнеет. Лучше, чем сидеть дома и ощущать, как тебя живьем пожирает тоска.

Девушка начала собираться. Еще раз нанесла пудру, осталась довольна, предупредила родителей и вышла из квартиры.

Спустя неделю она жалела, что не осталась в этот вечер дома.

2

Она прошла по Набережной, поднялась и вернулась по центральной улице. Гуляющих было много, но Ланы с Алесей и ее парнем Ира не заметила.

Изредка попадались одинокие девушки. В основном они куда-то спешили. Ира тоже шла быстрым шагом, чтобы со стороны не выглядеть прогуливающейся. Похоже, никто не обращал на нее внимания. Все, как обычно. Правда, раньше она никогда не прогуливалась вечером одна, но пока ничего страшного не происходило, и девушка немного успокоилась.

Где же Лана?

Еще раз пройти по Набережной? Наверное, Ира слишком торопилась и не заметила их компанию. Сейчас все скамейки на набережной заняты, народа много.

Она снова прошла вдоль реки, но подругу по-прежнему не заметила. Ира поднялась возле детского парка, вышла на «Бродвей». В этой части центральной улицы гуляющих было меньше. Ира сбавила темп. Она миновала церковь и огороженный забором католический собор, который реставрировали уже не первый год, и где в прошлом располагался бар. Потом старый жилой дом в пять этажей. Гостиницу, опять жилой дом, кинотеатр. Еще один дом, где первый этаж занимала нотариальная контора, фирменный магазин местного пивзавода. Дальше шли магазины «Евгения» и «Евростиль», где было летнее кафе, и здесь уже стало людно.

Ира миновала трехэтажное здание основного универмага города и возле «Детского мира» задержалась на остановке. Десятка два людей ждали автобус или маршрутное такси.

Темнело. На остановке уже горел свет, и видимость была хорошей.

Ира стояла, отстраненно разглядывая прохожих, и думала, не пойти ли домой. В темноте Лану тем более не заметишь. Продолжать прогулку в одиночестве после наступления сумерек не хотелось.

Она уже собиралась идти, когда мимо медленно прошел парень в голубых джинсах и белой футболке. В руке он держал бутылку пива. Он был один и явно никуда не спешил. Приятное лицо, высокий, темный. Волосы вьются.

Ира замерла, задержала дыхание. На мгновение ей показалось, что она встретила знакомое, даже родное лицо, но парень все-таки был незнакомым. Чем-то он напоминал мальчика из начальных классов, который очень нравился семилетней Ире. Вот откуда впечатление, что она его знает.

Парень посмотрел на Иру, и та почему-то взгляд не отвела. Их глаза на секунду-другую встретились. Кажется, взгляд у молодого человека был заинтересованным. Он даже замедлил шаг, как будто колеблясь, подойти к девушке или нет, но все же двинулся дальше.

Ира смутилась, но смотрела ему вслед.

Парень оглянулся. Он оглянулся на Иру!

Почему она стоит на остановке вместо того, чтобы медленно идти? Парень заговорил бы с ней, и, быть может, они бы познакомились. Сейчас он уже вряд ли вернется.

Парень не пошел прямо по улице, свернул между универмагом и «Евростилем». Прежде чем скрыться из виду, снова оглянулся. Кажется, даже остановился, словно выясняя, не идет ли Ира за ним.

Мгновение она надеялась, что он возвратится. Нет, он ушел.

Не отдавая отчета своим действиям, Ира поспешила следом.

Глава 2

Пожалуй, не будь этих взглядов с его стороны, она бы ни за что не решилась на это. Сердце заколотилось, но Ира все-таки свернула за универмагом.

И сразу увидела этого парня.

Он по-прежнему шел медленно и оказался близко. Улочка упиралась в старый ресторан на берегу реки, который сейчас превращали в ночной клуб. Здесь никого, кроме них, не было. Ира сбавила темп, в первый раз спросила себя, зачем пошла за парнем?

Вопрос остался без ответа. Она шла, она хотела снова посмотреть в его глаза, хотела пройти как можно ближе. Ее тянуло к этому совершенно незнакомому человеку, которого она впервые увидела несколько минут назад.

Парень оглянулся.

Ира вздрогнула. Уже смеркалось, но он явно ее заметил. Он знает, что она идет за ним!

Дура! Что ты делаешь?

И все-таки она не повернула назад, она пошла за парнем, лишь умерила шаг. Кажется, парень пошел медленней. Ира уже не сомневалась, что он проявлял к ней интерес. Она не задумывалась, чем вызван этот интерес, насколько он искренен, в эти минуты Ира не могла на чем-то сосредоточиться.

Парень свернул налево, пошел вдоль ограды, огораживающей поросший травой склон к Набережной. Снизу, справа, слышались голоса гуляющих. Слева стояли старые деревянные дома. Ира думала, парень спустится, но он пропустил узкую лестницу, пошел дальше.

Впереди, на повороте улицы, уходящей налево, виднелся самолет-памятник. Старый истребитель, укрепленный за хвостовую часть на склоне в зависшем положении. Настоящий самолет с кабиной, которую можно открыть и забраться внутрь, если у вас нет страха или мозгов, и вы готовы пролезть по хвосту, не думая, что в случае падения отделаетесь не только испугом.

Парень не дошел до самолета, остановился. Зачем-то склонился к ограде. Ира, не останавливаясь, прошла мимо. Парень пытался открыть бутылку пива. Он искоса глянул на нее, и у девушки задрожали ноги. Она уже не помнила о пятне на своем лице, о собственной непривлекательности.

На повороте, у самолета, она остановилась, сделала вид, что рассматривает Набережную внизу. Сейчас парень пройдет мимо. Удобнее варианта для него нет. Если он, конечно, не передумал и хочет с ней познакомиться.

Неужели он все-таки подойдет к ней?

Самой реки почти не было видно, только залив, отделенный длинным узким полуостровом. Основное русло превратилось во что-то черное и смутное.

– Извините, – послышалось сзади.

Ира не слышала его шагов, вздрогнула. Резко обернулась.

– Не напугал?

Он стоял, чуть отведя в сторону руку с бутылкой пива. По бутылке и пальцам стекала пена. Парень виновато улыбался.

– Нет, – Ира мотнула головой. – Все нормально. Засмотрелась.

– У вас салфеточки не будет? – он приподнял руку с бутылкой. – Так пиво открыл, что половина вылилось.

– Сейчас. Салфетки есть.

Ира суетливо полезла в сумочку. Проклятые салфетки отсутствовали. Она их не взяла. Все время с собой носит пачку, но вот один раз они понадобились – и она их не взяла.

– Лучше этим, – она протянула платок.

Парень с сомнением посмотрел на ее руку.

– Не жалко? Испачкаю ведь. Пивом будет пахнуть, – он шмыгнул носом, по-прежнему улыбаясь.

– Ничего, – Ира, взволнованная, напряженная, заставила себя улыбнуться. – Постираю.

– Спасибо.

Он вытер руку, другую, протянул платок обратно.

– Пива хотите?

– Нет, спасибо. Я его… как-то не очень люблю.

Сказала и подумала, что не стоило отказываться.

– Может, тогда джин-тоник? – предложил парень. – Грейпфрут или там какое-нибудь зеленое яблоко?

Ира заколебалась. Не хотелось, чтобы ей что-то покупал незнакомый человек. Но девушка беспокоилась, что отказом оборвет повод для знакомства.

– Джин-тоник можно.

– Меня зовут Руслан. А вас?

– Ира.

Некое подобие спокойствия вернулось к Ире минут пятнадцать спустя.

К этому моменту они вновь стояли у самолета. Сходили к ближайшему магазину, и Руслан взял ей джин-тоник. Незаметно перешли на «ты», и девушка расслабилась.

Руслан оказался разговорчивым. Ира в основном слушала, изредка отвечая на незначительные вопросы: где живет, есть ли брат или сестра, куда хочет поступать после школы, любит ли ходить на пляж. Общаться ей было легко.

Лишь на вопрос, когда у нее был парень, она ответила не сразу. Помялась, не решаясь сказать, что у нее еще парня не было. И пробормотала, что очень давно. К счастью, Руслан подробностей не выяснял.

Руслан выпил свое пиво, предложил взять еще по бутылочке. Ира, поблагодарив, отказалась. Сказала, что ей хватит и одной бутылки. Напиток, пусть и слабоалкогольный, уже подействовал на нее. Руслан пожал плечами и взял себе еще пива.

Ира все больше подключалась к разговору. Ей было хорошо, весело. Не осталось никакого стеснения. Смутно она понимала, что это, скорее всего, действие джин-тоника и темноты. Что получится завтра, когда не будет ни того, ни другого, она не задумывалась.

Руслан жил на районе, называвшемся Вокзал. Провожать Иру ему было удобно – по пути домой. К самому подъезду она не рискнула подходить, не хотела, чтобы увидели соседи. Ира с Русланом остановились за соседним домом. Замолчали, глядя друг на друга. Затем Руслан приблизился к ней вплотную, и она догадалась, что он попытается ее поцеловать.

Когда-то в воображении она представляла, как начнется знакомство с ее будущим парнем. И ни о каких поцелуях в первый вечер она даже не думала.

Но сейчас она не отстранилась не только из-за боязни оттолкнуть этим парня, ей самой хотелось поцелуя. Ей скоро исполнится семнадцать, а она ни разу не целовалась. Некоторые из ее одноклассниц уже спали со своими парнями, не то, что целовались.

И она подалась навстречу Руслану.

Долго не удавалось заснуть. Ира ворочалась, принимала одно положение, другое, но тщетно – сон не шел.

Она по-прежнему чувствовала руки Руслана на своей спине и ягодицах, чувствовала его губы. Она дрожала, когда поцелуй прервался, дрожала, даже расставшись с парнем и вернувшись домой.

Она немного смутилась, когда руки Руслана сползли ниже спины, но отстраниться было невозможно. К этому мгновению все ее тело размягчилось, стало податливым, горячим. Необычные ощущения захватили ее полностью.

Уже спустя несколько часов, за полночь, когда прошло действие джин-тоника, Ира попыталась анализировать прошедший вечер. Да, она была счастлива, впервые счастлива с того момента, когда осознала, что существует противоположный пол, и ее тянет к мальчишкам. И в то же время где-то под этими светлыми ощущениями змейкой скользил страх.

Достойно ли она себя вела? Не надела ли глупостей?

Руслан взял номер ее домашнего телефона, обещал позвонить. Посетовал, что у нее нет сотового, но Ира сказала, что после школы всегда дома. Завтра и послезавтра, в выходные дома с утра.

Неужели у нее появился молодой человек?

Или для парня это был ничего не значащий случай, и он вообще не позвонит?

От этих предположений стало нехорошо. Ира попыталась успокоиться, напомнила себе, что парень заинтересовался ею с самого начала, как только увидел на остановке. Да, он слишком хорош для девушки с такой внешностью, как у Иры, но разве она раньше не видела пары, в которых партнеры, казалось, вовсе не подходили друг другу?

Смирившись, что заснет не скоро, Ира открыла глаза, посмотрела в окно.

Если Руслан позвонит, надо убедить его встретиться ближе к сумеркам. Так Ира будет чувствовать себя уверенней. Она понимала, что рано или поздно он посмотрит в ее лицо при свете дня, но лучше оттянуть этот момент.

Ира подумала о Лане. Как подруга вела себя с парнями?

С Ланой часто знакомились. Изредка она держала себя высокомерно, изредка вообще не говорила ни слова, игнорируя лепет парня. Но чаще она давала номер телефона. Чтобы потом морочить звонившим голову, говорить, что занята или плохо себя чувствует. Или предлагая перезвонить завтра.

Бывало, она с готовностью шла на знакомство. Но лишь в тех случаях, когда парень ей очень нравился. Они не обсуждали с Ланой эту тему, но Ира была уверена, что у подруги уже были мужчины, правда, она слишком привередлива, и угодить ей сложно.

Лана всегда ставила себя так, чтобы ей угождали. Она говорила, что, если кому-то понравилась, этот человек должен делать для нее все. Если он настоящий мужчина.

Конечно, Ира просто не сможет себя так вести. Во-первых, не хватит наглости, во-вторых, и это самое главное, по внешности Ире до подруги далеко. Нет у нее такого права, требовать, чтобы парень угождал ей.

Тем более такой, как Руслан.

Ира снова увидела перед собой его лицо, темные вьющиеся волосы, глаза с длинными, как у девочки, ресницами. Снова почувствовала его руки.

Хоть бы он завтра позвонил! Она даже не знает номер его телефона. Дура, не додумалась спросить на всякий случай. Хорошо, что он записал ее номер в свой сотовый. Не забудет.

С этими мыслями она заснула.

3

Номер на определителе был незнакомым. Дрожащей рукой Ира сняла трубку.

– Да?

– Привет!

Это был он!

Ира едва не закричала в трубку, что очень ждала его звонка. Все-таки сдержалась. Руслан позвонил, и этого было достаточно.

Они поболтали ни о чем. Как хорошо, когда выходные и как не хочется идти на учебу. Руслан учился в местном техникуме, и его тем более не радовала такая жизнь.

Руслан не переходил к тому, что им надо бы встретиться, и она забеспокоилась. Появились мрачные мысли. Сейчас он скажет, что ему куда-нибудь пора идти и положит трубку. И ничего не скажет насчет встречи. Но уже шесть часов. Она весь день просидела у телефона и уже думала, что он вообще не позвонит.

Да, вчера они с ним целовались, но кто знает, вдруг он был выпившим и сегодня, вспомнив ее, решил, что совершил глупость?

Девушка решилась сама:

– Ты идешь гулять?

– Да, иду. Чего дома сидеть? Пока тепло, надо ловить момент.

Пауза.

Ира хотела спросить о месте встречи, но, взволнованная, запнулась.

– Мне подойти к твоему дому? – спросил Руслан.

– Да. Было бы неплохо.

Снова пауза.

– Руслан?

– Я здесь, здесь.

– Думала, что связь прервалась.

– Нет, я просто думаю. Ира, может, ко мне в гости сходим? Музыку послушаем или фильм какой посмотрим? У меня много набралось, чего я не смотрел.

Ира молчала. Что ей говорили про мальчиков, предлагающих пойти к ним домой?

– Может, лучше погуляем на улице? Ты же сам сказал, хорошая погода.

– Конечно, погуляем. Немного погуляем и ко мне сходим. Вечер длинный. Так что?

Если ему отказать, он отменит встречу? Или пройдется с ней для приличия, чтобы через полчаса сослаться на то, что ему куда-то срочно понадобилось?

У Иры защемило внутри. Что делать? Ей не нравилось, что он так быстро предложил в гости, но с другой стороны она хотела его увидеть, очень хотела. И хотела верить, что он предлагает пойти к нему просто так. Без определенной цели, о которой не говорят вслух. Может, действительно хочет показать ей какой-то интересный фильм?

– Руслан, а твои родители? Мы им не помешаем?

Сейчас он скажет, что родителей не будет, и они никому не смогут помешать, если даже захотят.

– Чем мы им помешаем? Они в своей комнате смотрят телек. У нас в доме комнат много, так что не волнуйся.

Ира тихо вздохнула. Значит, родители дома, и она может ни о чем не волноваться. Опять стало хорошо. Парни вовсе не одинаковые, как утверждала одна одноклассница. Руслан точно не как все. Он всего лишь хочет ее развлечь.

И она этому только рада.

Как только они договорились о встрече, к Ире пришла Лана.

Лана бросила на кресло сумочку, присела на кровать, откинулась на локти.

– Приветик, подруга. Вчера с классными парнями познакомилась.

Она не спросила у Иры, как дела, прошел ли живот. Все, как обычно. Она хотела, чтобы подруга выслушала то, что ей сейчас необходимо рассказать.

– Оба ничего. Один, правда, получше, но второй мне тоже понравился. У него машина. Темно-серый «мерс». Предлагал покататься.

Лана хохотнула. Ира решила поддержать разговор:

– И ты согласилась?

– Еще чего? Пусть звонит на мобильник, если надо, и я подумаю. Может, я лучше с его другом буду гулять. Я еще не решила, – Лана снова засмеялась.

Обычно Иру смущало отношение Ланы к противоположному полу, как к вещам, ее высокомерный анализ случившихся знакомств. Но в этот момент Ире было легко на душе, и она спокойно, без смутной, необъяснимой тоски воспринимала все, что подруга рассказывала.

Лана, которая чаще всего была недовольна внешним видом приближавшихся к ней парней, за один вечер встретила двух, кто ей понравился. Ира была рада за нее.

– И где ты с ними познакомилась?

– На Набережной, у «Ефросиньи».

Ира кивнула. Возле этого монумента, куда подъезжают свадебные эскорты, где в праздники ставят помост для эстрады, всегда полно гуляющих. Там самый красивый вид на реку, видна вся излучина.

– Они подъехали на тачке, вышли к лестнице. Мы там с Алесей и ее дружком стояли. Димка взял ром-колу.

– Ты с этими парнями сегодня встречаешься?

– Нет, – Лана хихикнула.

– Не звонили еще?

– Звонили, только я сделала вид, что мобильник не у меня. Пусть еще позвонят, – она заметила удивленный взгляд подруги и засмеялась. – Успеется еще, подружка. Сегодня – суббота, можно и без них потусоваться. Может, еще кто-нибудь найдется.

Ира постаралась остаться внешне равнодушной к этим словам. Лана будто коллекционировала тех, кто обращал на нее внимание и подходил знакомиться. Она могла использовать парня в своих мелких целях, чтобы он ее чем-то угостил, куда-то подвез, но дальше дело не шло.

И что ей надо? Неужели она ведет себя так только потому, что хороша собой?

– Ну что, ты идешь? – спросила Лана.

Ира замялась. Если в начале разговора, услышав про двух парней, она была уверена, что Лана не предложит ей прогуляться вместе, теперь ситуация изменилась. Ира снова понадобилась Лане.

– Не могу, – Ира сказала это нехотя, очень тихо.

Лана фыркнула.

– Подруга, в чем дело? Опять живот болит?

– Нет, живот не болит. Просто я… Вчера я познакомилась с парнем. И сегодня… мы с ним встречаемся.

Ира хотела сказать что-нибудь другое, например, что нужно к бабушке, но она не любила лгать, и у нее это плохо получалось. И еще Ира решила, что о таком важном событии в своей жизни она должна сказать хотя бы подруге.

– Что? – Лана растерялась. – Ты с кем-то познакомилась?

Ира молча кивнула.

– Ты же вчера дома сидела, – Лана усмехнулась. – Как ты могла с кем-то познакомиться? Ты прикалываешься?

– У меня прошел живот. Я… я посидела у телевизора, и мне захотелось куда-нибудь выйти. И я пошла пройтись.

Лана недоверчиво изучало лицо подруги. Ее красивые губы поджались.

– Ну, Ирка, ты даешь… Животик, понимаешь, у нее разболелся. Со мной она, видите ли, не захотела выйти. Одна пошла.

– Лана, я же просила тебя подождать. Я таблетку выпила и…

– И что за парень? Как выглядит?

Что-то в ее голосе Ире не понравилось. Неужели Лана за нее не рада? Почему? Она сама вчера познакомилась, да не с одним, с двумя!

Ира хотела сказать, что парень очень привлекательный, но пробормотала:

– Так, нормальный.

Лана пожевала краешек губы.

– Да-а, подруга, ты у нас быстрая девчонка. Так одна и ходила?

– Я тебя хотела найти с Алесей. Думала, увижу где-нибудь.

– И сколько ему лет? Как зовут?

– Руслан. Ему девятнадцать.

Лана задала еще пару вопросов, где это Ира его нашла, и как это он подошел к ней. Ира не чувствовала, что подруга за нее рада, и это ее смутило.

– Ладно, беги на свиданьице, – Лана взяла трубку. – Придется снова звонить Алеси. Боже, ее Димка – настоящий даун.

Руслан открыл калитку, пропустил Иру во двор.

– Проходи.

Ира вошла, огляделась.

Много зелени, соседские участки не видны. Во дворе беседка, увитая виноградом. Очень тихо. Дом Руслана находился в переулке под названием Вишневый. Она и не знала, что в ее городе есть такие названия. Дом симпатичный, бледно-голубой с белыми ставнями.

Ире понравилось. И она решилась сама предложить:

– Руслан, может, в беседке посидим?

Она смущалась предстоящей встречи с родителями. Это было единственное, что ее тревожило. Вдруг она им не понравится? Не понравится, как девушка их сына. Для людей вообще внешность многое значит.

Руслан кивнул.

– Давай. Иди, я сейчас гляну, где мои предки.

Она прошла к беседке, пугливо посматривая на окна. Руслан предупреждал родителей, что придет с девушкой? Если да, они, наверное, уже заметили ее?

Ира вошла внутрь. Зелень винограда была плотной, и в беседке царил полумрак. В жару здесь, наверное, настоящая благодать. Сейчас тоже было неплохо. В листве виднелись иссиня-черные грозди мелкого винограда. Ира хотела сорвать веточку, но одернула себя. Пусть сначала Руслан предложит.

Она присела на скамейку, оперлась руками о шершавый деревянный столик. Прикрыла глаза, глубоко вдохнула. На миг показалось, что она где-то далеко-далеко, в огромном необитаемом лесу.

Все было так хорошо. Прекрасный вечер. Теплый, безветренный. Руслан угощал ее мороженым и бананами. Она отнекивалась от угощения, но он купил лакомство и вручил ей без лишних уговоров. И про себя она поблагодарила его за настойчивость. Ей даже захотелось пойти к нему домой. Захотелось, чтобы он ее поцеловал. Если в начале она смущалась, что они встретились засветло, теперь это прошло. И она чувствовала себя счастливой.

В беседку вошел Руслан. В руках он держал бутылку крепленого десертного вина и два широких, в форме яблока, бокала.

- Что сказали твои родители?

Руслан пожал плечами.

– Их нет. Ушли куда-то, – он поставил бутылку и бокалы на столик. – Может, в магазин или к соседям.

- Значит, скоро придут?

- Да. В общем, мы с тобой знакомство еще не отметили. Пиво и джин-тоник – это так, не считается. Вот вино это уже нормально.

– Руслан, твои родители… ничего на это не скажут?

Парень хмыкнул.

– Не волнуйся. Они в беседку даже не зайдут. И что мы такого делаем? Подумаешь, бутылочку вина на двоих выпьем. Сегодня – суббота.

Ира кивнула. Наверное, это и к лучшему, выпить вина. Для полного ощущения праздника.

Руслан откупорил бутылку, разлил вино по бокалам. Они с Ирой чокнулись.

– За нас, – сказал Руслан.

Глава 3

В какой-то момент она смутно поняла, что сильно опьянела.

Все шло замечательно, стемнело, и Руслан включил свет на крыльце. Завеса винограда создавала в беседке приятный полумрак. Они с Русланом разговаривали, вдыхая запах вина и виноградных листьев, и вдруг алкоголь подействовал. Резко, Ира даже не ожидала. В бутылке еще оставалось по половинке бокала на каждого.

– Ира, пошли в дом. Уже холодно. Все-таки не лето.

Ире было тепло, даже жарко, но она кивнула.

– Пошли.

Руслан взял недопитую бутылку, бокалы, пошел к дому. Ира следом за ним. Голова закружилась, но девушке удалось идти прямо.

Они прошли в комнату Руслана. Ира заметила, что в доме не меньше четырех комнат. У Руслана стены были увешаны плакатами. Ира попыталась прочитать надписи, но буквы расплывались, и она оставила эту затею.

– Ну, что? – Руслан разлил остатки вина по бокалам. – Уговорим бутылочку?

Ира вяло замотала головой.

– Нет, Руслан. Мне уже хватит. Пей сам.

– Нет уж. Все поровну. Давай-давай, капелька осталась.

Ира взяла бокал. Они в очередной раз чокнулись. Она поморщилась, залпом осушила бокал. Вино ей нравилось, но после третьего бокала она уже заставляла себя пить. Полбутылки – для нее слишком много.

Руслан поставил пустую бутылку на пол, подсел к Ире. Она и подумать ни о чем не успела, как они уже целовались, лежа на кровати. Руслан навалился на нее, его рука скользнула ей под юбку.

Ире было приятно, но она все же попыталась отстраниться от парня.

– Руслан, твои родители могут прийти, – ей было тяжело говорить. – Вдруг они заглянут в твою комнату?

– Не заглянут, – он снова накрыл ее губы своим ртом, руки стали настойчивей.

– Руслан… Руслан, подожди.

– Не бойся, предки не придут.

– Откуда ты знаешь?

– Они уехали к бабке в деревню. Завтра приедут.

Он солгал, что они пошли в магазин или к соседям. Мысль была вялой, несущественной. Как будто Ире об этом сказал кто-то посторонний. Может, он не хотел, чтобы она боялась к нему идти? Потому и солгал?

Эти мысли прервались. Руслан опять целовал ее. Ира как будто таяла. В животе стало горячо и приятно. Когда Руслан забрался пальцем под трусики, где-то внутри шелохнулся страх.

Ира оттолкнула парня.

– Руслан, ты чего? Что ты делаешь?

– Я? Ничего. Я просто… Я хочу тебя. Разве ты против?

И снова продолжительный поцелуй.

– Руслан, я… У меня никого не было. Я еще… девочка.

– И что? Ты не хочешь меня? Я же твой парень. Я что не нравлюсь тебе?

– Нравишься. Очень-очень нравишься. Но… может, не надо так… быстро?

– Я не могу терпеть. И ты… ты на меня так действуешь! Я же твой парень. Чего ты боишься?

Он опять навалился на нее, поцеловал. Ира почувствовала, что хочет этого так же, как он, но ее по-прежнему что-то останавливало. Останавливало, хотя она сама мечтала об этом, ей давно снились эротические сны. Уже полгода она занималась самоудовлетворением, иначе нельзя было терпеть.

И она так долго ждала, когда у нее появится свой парень. Она боялась, что оттолкнет его, и Руслан после этого вечера ей больше не позвонит.

– Руслан, скажи, я… тебя нравлюсь?

– Конечно, Ирочка, конечно. Разве я стал бы с тобой встречаться? Ты мне до безумия нравишься.

Она смутилась. «До безумия».

– Руслан, я ведь… я… – она не смогла закончить.

– Что ты?

– Ничего. Я боюсь, Руслан.

Он обнял ее.

– Вот, дурочка. Ну, чего ты боишься? Что тебе будет больно? Да?

Об этом она и не думала. Лишь бы ему было хорошо, она обойдется.

– Ты будешь со мной встречаться?

Он улыбнулся.

– А что я делаю? Я со вчерашнего дня считаю тебя своей девушкой. Ведь так?

– Да. Руслан, я…

Пауза. Его руки ласкали ее между ног. Ира закрыла глаза. Дыхание участилось.

– Я боюсь, – прошептала она.

– Не бойся, не бойся, я аккуратно, – он целовал ее шею, сжимал грудь и нашептывал. – Я так тебя хочу, так хочу… Ну, давай, не отталкивай меня…

– Руслан.

Он уже стягивал с нее трусики.

– Разве ты не хочешь, чтобы именно я был твоим первым мужчиной?

Ира подумала, что не будь выпившей, она бы вела себя по-другому. Но сейчас… сейчас она…

– Хочу, – прошептала она. – Чтобы ты был… первым мужчиной.

Когда это случилось, боли она не почувствовала. Ей было очень хорошо.

4

Пальцы ее дрожали, когда она набирала его номер.

Он был дома.

– Привет, Руслан, – выдохнула она, прикрывая глаза. – Все, сегодня я могу выйти вечером на улицу.

Прошло два мучительно долгих дня. Руслан звонил ей, но ее не пускали родители.

В субботу вечером родители заметили, что она выпившая. Кроме того, она очень поздно пришла. Такого ни разу не случалось, и отец с матерью были в шоке. Отец разозлился, сказал, что не выпустит ее из дому неделю. После школы – домой.

Ире было плохо. Ее мутило, ноги дрожали, когда Руслан провожал ее. Даже прощального поцелуя не было. Отчасти такой знаменательный вечер был подпорчен еще до скандала с родителями. Ира смолчала на упреки родителей, желая поскорее лечь в кровать. Когда легла, ее начало кружить, как на карусели. Вместе с приятными воспоминаниями о Руслане, появился страх, что отец сдержит слово, и она нескоро увидит своего парня, о котором так долго мечтала.

И еще был страх, что отношения с Русланом, так прекрасно начавшись, прервутся.

– Руслан, – прошептала она в полумрак комнаты. – Я тебя люблю.

На утро, в воскресенье, Ира сначала ужаснулась. Как она на такое пошла? Что он о ней подумает? На вторую встречу она легла с ним в постель!

Постепенно страх ослаб. Руслан знает, что он у нее первый, и это многое значит. Она снова жаждала того, что было вчера. И когда Руслан позвонил, она хотела кричать от переполнившего ее чувства. Он позвонил ей, и он хотел с ней встретиться снова!

К сожалению, угрозы отца не были пустыми. Он действительно не пустил ее вечером на улицу. Она просила его, даже не сдержалась и заплакала, но это не помогло.

Руслан, кажется, не расстроился. Сказал, что они с Ирой встретятся в следующий раз. Это ее немного успокоило. Она опасалась, что он не поймет ее, решит, что она лжет, не хочет с ним встретиться. Но он поверил, даже посетовал, что у нее такие строгие родители.

В понедельник родители снова не пустили Иру на улицу, и она испугалась, что действительно придеться сидеть дома целую неделю. Она была в отчаянии. Даже позвонила Лане, попросила прийти к ней, рассчитывая, что с подругой родители ее отпустят. Постесняются при постороннем человеке отчитывать свою дочь.

Не повезло. Лана сказала, что уже идет на встречу с парнем, спешит и потому не может прийти к ней.

Позвонил Руслан, узнал, что неволя продолжается, вздохнул и предложил ей позвонить самой, когда ее, наконец, выпустят вечером. Она попросила его прийти к ней домой, но он отказался. Сказал, что сделает только хуже, и ее родители, тем более, станут держать Иру дома. Зная своих отца и мать, она признала, что Руслан прав. Когда он положил трубку, Ира заплакала. Казалось, она глотнула кислоты, так ее разъедало внутри.

Надо было что-то делать. Если так будет продолжаться, Руслан просто-напросто бросит ее. Зачем ему такая девушка, с которой нельзя встретиться?

И она решилась. Рассказала матери, что у нее появился парень, он ей очень нравится, и хочет с ней встречаться. Она попросила мать воздействовать на отца. Она обещает, что больше не придет так поздно, тем более, выпившей.

Мать удивилась. Ира так и не поняла, обрадовалась она за дочь или нет. Но она поговорила с отцом. Отец зашел в комнату к своей младшей дочери. Искоса поглядывая на нее, повертел в руках книжку в мягкой обложке, точилку для карандашей в виде обезьянки. Спросил, как дела в школе, справляется ли Ира с домашними заданиями.

Она заверила его, что все нормально, тем более, учебный год только начался, и учителя пока не очень их загружают.

Отец покивал головой и, больше ничего не сказав, вышел из комнаты. Ира поняла, что завтра ее отпустят, и не стала уточнять у отца. На всякий случай утром спросила у матери, можно ли ей сегодня вечером погулять. Можно, сказала мать.

И вот, дождавшись, когда Руслан придет из техникума, она позвонила ему и сообщила, что свободна.

Руслан молчал, и она его окликнула.

– Эй, ты меня слышишь?

– Дело в том, что я не думал, что тебя сегодня отпустят, и договорился с друзьями. Надо поболтать кой о чем. Извини, Ирка.

У нее на спине появилась гусиная кожа. Внутри заныло.

– Руслан, ты… ты не можешь перенести встречу с друзьями?

Он молчал, сопел в трубку.

– Или давай ты встретишься с ними, быстро поговоришь, о чем тебе надо, и зайдешь ко мне?

– Не получится. Это надолго. Давай завтра.

Ира вздохнула. В конце концов, он хотел с ней встретиться, просто сегодня занят. Она сама виновата. Нужно было хотя бы предупредить заранее.

– Руслан, завтра мы обязательно встретимся? Обещаешь?

– Обещаю.

– Ты… хочешь меня… увидеть?

– Конечно, хочу. Только сегодня не получится.

– Тогда до завтра?

– Да, пока, – и он положил трубку.

Лана появилась неожиданно. Она редко звонила Ире, заходила и все. Зачем звонить, если идти в соседний подъезд?

Когда Лана спросила, пойдет ли подруга гулять, Ира обрадовалась. Она бы провела вечер и дома, но ее переполняли эмоции, и хотелось пройтись. И на этот раз ее желание и возможности совпали с желанием Ланы.

Подруги вышли на «Бродвей». Лана рассказывала, что ей разонравился тот парень, один из двух друзей, которыми она восхищалась на выходных. Он тупой, сказала она. Без конца ржет, как ненормальный, выпендривается, сколько на свадьбе у старшего брата недели две назад выпил водки и как утихомирил какого-то оборзевшего мужика.

– Он даун какой-то. Предложил пойти на речку в Посадки. Я сказала, что не хочу. И он потащил меня на мостик на заливе. Начал там лапать. Я его и послала подальше.

Ира вспомнила субботний вечер. Очень хотелось рассказать подруге, что Ира уже знает, что такое мужчина. Она догадывалась, что у Ланы ее неопытность вызывает снисхождение, если не презрение. И все-таки Ира не решалась.

Даже когда Лана, сделав паузу в своем монологе, поинтересовалась, где сейчас тот, с кем подруга встречалась в субботу, и почему она сегодня одна, Ира лишь ответила:

– Он сегодня занят. Ему надо поговорить с другом. Мы с ним завтра встречаемся.

– Да? И как прошло свиданьице в субботу?

– Все было хорошо.

Некоторое время Лана искоса посматривала на подругу, наверное, хотела спросить что-то еще, но к ним как раз подошли знакомиться трое подростков. Подруги медленно шли по Набережной, на скамейках сидели компании или парочки. Парни, подошедшие к подругам, были младше их, максимум – одногодки. Один из них пытался завязать беседу, двое других лишь рассматривали девушек.

Лана ответила, что они с подругой спешат, недовольно глянула на парня, и подростки, перегнав девушек, пошли дальше, о чем-то негромко переговариваясь.

– Малолетки… – голос Ланы переполняло презрение.

Несмотря на возраст, один из них Ире понравился, но она не жалела, что из-за подруги знакомство не состоялось. Теперь у Иры был Руслан. И его ей достаточно.

Они прошли Набережную и сворачивали, чтобы подняться наверх, между склоном детского парка и кафе «Нептун», единственным заведением на берегу реки, когда Ира остановилась.

Навстречу шли двое парней и девушка.

Одним из парней был Руслан.

Ира вздрогнула, смутилась. От неожиданности и, наверное, от того, что рядом находилась Лана.

Она заметила, что подруга уже обратила внимание на ребят. Лана, прогуливаясь, всегда смотрела по сторонам, изучала тех, кто шел навстречу. Она всегда была не прочь познакомиться с кем-нибудь, хотя и вела себя так, словно мужской пол вызывал у нее лишь раздражение.

Ира посмотрела на Руслана и заметила, что он смотрит на Лану. Он даже не видел саму Иру! Она растерялась, не решаясь его окликнуть.

Лишь когда они почти поравнялись, он бросил беглый взгляд на подругу девушки, привлекшей его внимание, и его глаза расширились.

– Ирка?

– Привет, – тихо сказала она.

Руслан остановился, покосившись на Лану, и сопровождавшие его парень и девушка пошли дальше. Парень оглянулся на Руслана.

– Мы будем у мостика.

– Хорошо, я сейчас.

Возникла неловкая пауза.

Ира сделала вид, что обтягивает кофточку, сама же незаметно глянула на Лану. И ей не понравилось то, как подруга смотрела на Руслана. Очень не понравилось.

– Ты еще не поговорил с другом? – спросила Ира.

– Что? Нет, я… Не получилось. Ладно, это не срочно.

Ира была рада, что случайно встретила Руслана, и в то же время испытывала сильное беспокойство. Она подумала, что, раз уж они остановились, надо для приличия познакомить парня со своей подругой, но Лана ее опередила:

– Ирка, представь нас с молодым человеком друг другу.

Ира тихо извинилась, назвала их имена.

– Мы стоим посреди дороги, – сказала Лана. – Пошлите куда-нибудь.

И они снова повернулись к Набережной. Ира глянула на парня.

– Руслан, тебя твой друг с девушкой ждет.

Руслан махнул рукой.

– А-а… ладно. Если что, звякнет мне на мобильник.

Лана тут же влезла:

– У него есть девушка, пусть ее и развлекает. Нечего отвлекаться.

Руслан заулыбался, довольный шуткой. И остался с ними.

Казалось, Ира могла быть только довольна, но радости не было. Слишком уж оживленной была Лана. И Руслан поддерживал разговор с охотой, лишь изредка поглядывая в сторону Иры.

Она шла слева, Руслан – посередине, и ничего ей в голову не приходило, она просто молчала. Когда Руслан предложил пива, Лана сказала, что это сейчас то, что надо. Ира отказалась и теперь как будто еще больше отдалилась от подруги и парня.

Спустя некоторое время, когда совсем стемнело, Руслан купил еще по одной бутылке пива. Ира забеспокоилась. Кажется, Руслан и Лана не спешили расходиться, но Ире уже нужно было домой.

К счастью, допив пиво, Руслан сам предложил провести девушек.

– Вы же рядом живете?

– В соседних подъездах, – сказала Лана.

И они пошли к их дому.

Ира была расстроена. Она пыталась себя убедить, что Лана так живо общается с Русланом просто потому, что он – парень ее близкой подруги. Пыталась досказать себе, что Руслан лишь отвечает на это общение, и они с ним не могли оставить Лану одну, но это не помогало.

Они остановились у подъезда Иры. Следующий, третий, был подъездом Ланы.

– Нас, пожалуйста, друг за другом, – Лана засмеялась. – Все равно тебе по пути.

– Да, – Руслан глянул на Иру. – Ну, тогда пока?

Ира пробормотала:

- Пока. Ты завтра позвонишь, Руслан?

Они уже шли дальше.

– Да, конечно, – Руслан даже не оглянулся.

Ира шагнула к подъезду, внутри все сжалось. Зачем она остановилась возле своего подъезда? Надо было пройти к подъезду Ланы. Подруга ушла бы первой, и Ира еще постояла бы с Русланом вдвоем.

Дура! Какая же она дура! Весь вечер молчала, пока Лана щебетала, поглядывая на Руслана так, словно он встречается с ней, не с ее подругой! Вспыхнула злоба на подругу, на обстоятельства, но все это померкло перед жгучим беспокойством.

Ира поднялась на один этаж, выглянула в окошко подъезда на лестничном пролете.

Темно. Слишком темно, никого не увидишь. Воображение, тем не менее, нарисовало ей парня с девушкой. Ее парня. Неужели они там стоят и по-прежнему общаются?

Выйти из подъезда и подойти к соседнему, чтобы убедиться, что Руслан с Ланой давно разошлись?

Ира повернулась и даже спустилась на пару ступенек, но что-то ее удержало. Глупо как-то. Она лишь покажет, что не доверяет Руслану. Выставит себя в его глазах ревнивой дурочкой.

Не надо. Завтра он позвонит, и все будет хорошо.

Ира быстро поднялась к своей квартире.

5

Она сидела на своей кровати и, не моргая, смотрела в стену.

Лишь когда в глазах появились слезы, Ира смахнула их, зажмурилась, беззвучно зарыдала.

Теперь последние сомнения исчезли.

Руслан больше не испытывает интереса к Ире. И, кажется, встречается с ее подругой. Вчера он сказал, что не сможет увидеться с Ирой, у него срочное дело. Ира позвонила Лане, но подруги не было дома. По сотовому она тоже не ответила.

Возможно, Лана тут ни причем, но относительно Руслана надежды почти нет.

Сегодня Ира позвонила ему днем, и, когда Руслан сказал, что опять занят, она, едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться в телефонную трубку, потребовала объяснений.

– Я спешу, – сказал парень. – Я тебе позже сам перезвоню.

– Подожди, не клади трубку. Ты… Ты больше не хочешь меня видеть?

– Почему? Я же говорю, я очень занят. Когда освобожусь, я обязательно…

– Руслан! Если я тебя чем-то обидела, ты прости меня, – она сама не поняла, как это у нее вырвалось. – Скажи, ты не рад, что я… так быстро согласилась лечь в постель?

– При чем здесь это?

– Но до тебя у меня никого не было! – она почти кричала. – Ты у меня – первый мужчина. Ты мне нравишься! Я хочу быть с тобой! Я хочу тебя, Руслан!

Он молчал, и она тоже замолчала, лишь так можно было еще сдерживать слезы.

– Скажи, – кое-как выдавила она. – Ты меня не бросил? Нет?

– Нет, – Руслан говорил недовольным тоном, словно из него вытягивали это признание. – Все, Ирка, я спешу.

– Руслан, подожди! Мы сегодня встретимся?

Молчание. И опять недовольство в голосе:

– Сегодня я очень занят, серьезно.

– Ты встречаешься с моей подругой? Да?

Сопение.

– Слушай, я уже не могу разговаривать.

– Так встречаешься или нет? Ты не ответил.

– Ни с кем я не встречаюсь, – выкрикнул он. – Я сам по себе. И никому ничего не должен. Все!

Он отключился.

Глава 4

В эту ночь она плохо спала.

«Я никому ничего не должен. Я сам по себе». Эти слова Руслана без конца вращались у нее в голове.

Ире ничего не хотелось, по школе она ходила, как оглушенная. Не понимала, о чем идет речь на уроках. К счастью, ее ни разу не вызвали, но ей было все равно. Она думала о Руслане. И о своей подруге.

Если бы Лана училась с ней в одной школе, Ира давно бы подошла к ней и попыталась выяснить правду. Пришлось терпеть. Не позже, чем в три часа дня она увидит подругу.

Как же так? Почему Руслан так поступил с ней? Он говорил, что она ему нравится, что они с ним будут вместе. Почему? Что ему не понравилось? Что она сделала не так? Она согласилась лечь с ним в постель, только бы ему было хорошо. Согласилась, хотя если девушка ни разу не была с мужчиной, решиться ей на такое непросто.

Внутри из-за тоски все жгло, и она, не в силах усидеть, ушла с последнего урока. Пришла домой, положила вещи, сполоснула лицо холодной водой. Вышла из подъезда, проверила, дома ли Лана. Подруги еще не было после школы.

Ира решила ждать ее у подъезда. Все равно она ничего сейчас не сможет делать. Ни уроки, ни уборку в квартире. Чтобы хоть на чем-то сосредоточиться, ей нужно поговорить с Ланой.

Ждала она недолго, от силы минут пятнадцать.

Лана возвращалась домой не одна. С девушкой, своей одноклассницей.

– Привет, подруга, – Лана вряд ли была рада видеть Иру. – Что ты тут делаешь?

– Тебя жду.

– Меня? Зачем?

Ира не хотела говорить при посторонних.

– Надо поговорить, Лана.

Лана поджала губы.

– Некогда. Не сейчас, нам с Наташей нужно кое-что сделать. Я тебе позже позвоню.

Какая ты деловая! И что вы сейчас будете делать? Просматривать видеокассеты, чтобы выбрать, какими меняться? Или щебетать про то, кто из одноклассниц нашел нового парня, и достойна ли она его?

– Это надолго? – спросила Ира.

Лана заколебалась, затем с глубокомысленным видом кивнула.

– Да. Созвонимся, подруга.

Они вошли в подъезд, Ира тоскливо проводила их взглядом. Она так и стояла, не зная, идти ли домой. Она понимала, что нужно было настоять на своем и пойти вместе с девушками к Лане домой, но в этом случае разговора все равно бы не получилось, пока Наташа не уйдет.

Вышла Наташа. Взглянула на Иру, ничего не сказала и пошла, держа в руках три видеокассеты. Наверное, забрала свои.

Ира взглянула на часике на левой руке. Десяти минут не прошло! Она разозлилась на Лану. Говорила – надолго, сама же только кассеты отдала, и все.

Ира поднялась на второй этаж, к квартире подруги, вдавила дверной звонок.

Лана распахнула дверь, увидела Иру, нахмурилась.

– Слушай, я уже в ванну собралась, – она действительно была в халате. – Я же говорила, что потом позвоню.

Ира хотела сказать, что Лана солгала ей, что Наташа пришла к ней надолго, на самом деле всего лишь хотела избавиться от подруги.

Вместо этого она тихо сказала:

– Мне нужно срочно с тобой поговорить.

Ей не хватило духу обвинить Лану, тем более, это ничего бы не дало. Лана наверняка бы выкрутилась, придумала что-нибудь. Например, что Наташе позвонил ее парень и попросил срочно встретиться.

Лана прикусила губу, с недовольным видом посторонилась. Ира вошла к подруге в квартиру. Она здесь редко бывала, обычно Лана приходила к ней сама. Когда они были еще маленькими девочками, Ира проводила немало времени и в этой квартире, но это было раньше.

– Что ты хотела? Давай быстрее, Ирка. Я устала после школы.

Ира повернулась к ней.

– Ты встречаешься с Русланом?

У Ланы приоткрылся рот, она смущенно улыбнулась, затем на лице появилось злое выражение.

– В чем дело? Это допрос?

– Нет. Я просто хочу знать. Ты… встречаешься с Русланом?

Лана отвернулась, сделала вид, что ищет что-то в сумочке. Достала расческу, зажигалку, положила их на место.

– Ты же знаешь, подруга, мне никто не нужен. Все они безмозглые самцы.

Ты сама безмозглая самка, едва не закричала Ира. Она боялась разрыдаться, если не сдержится. Она молчала, и Лана, уже уверенно глядя на нее, сказала:

– Ирка, забей ты на них. Нафиг это тебе надо? Нагуляешься еще. Они все тупые, как валенки. Я понимаю, ты познакомилась с парнем, но это не значит, что с ним надо быть все время.

Он стал моим первым мужчиной! Вслух Ира прошептала:

– Я его, кажется, люблю. Он… он… – она не смогла закончить, пытаясь не заплакать.

Лана хихикнула. Опомнившись, осеклась, посмотрела на подругу внимательней.

– Успокойся, другого найдешь. Поверь, если один подошел, подойдет другой. Это, как фартить начало, так и будет.

Казалось, Лана сейчас подойдет к Ире и обнимет, успокаивая.

Не подошла.

Ира поняла, что больше не в силах сдерживаться, но реветь при подруге не хотела. Хотя она так ничего определенного не узнала, Ира развернулась и, не говоря ни слова, вышла.

Внизу, у выхода из подъезда, она не выдержала и разрыдалась.

Было еще темно, когда она проснулась. И солнечный день сменился ночью не только во сне и реальности, но и в душе. Какие-то мгновения назад она была счастливейшим человеком в мире, и вот тьма обрушилась на нее с особенной изощренностью.

Только что ее тело ласкали его руки, жадно и в то же время нежно. Руки Руслана. Она слышала запах его кожи, чувствовала все в малейших деталях.

Как у него между ног затвердело, как он стянул с нее трусики. Как раздвинул ей ноги, прежде чем войти в нее. Медленно-медленно войти и начать двигаться, ускоряя темп. Он придавил ее своим телом, тяжело, прерывисто дыша, но это была самая приятная тяжесть в ее жизни. Пусть бы он всегда придавливал ее так.

И она кончила. Кажется, вскрикнула и… проснулась.

Чтобы понять, что это всего лишь светлый яркий сон, не более. Чтобы понять, что она спит в своей кровати одна, абсолютно одна, и Руслан где-то далеко, ни с ней, и они по-прежнему не вместе.

Ира разрыдалась. Она сдерживала себя, чтобы не разбудить родителей, только их сейчас не хватало, их взглядов и вопросов. Они ей ничем не помогут, если даже рассказать причину своих слез. Впрочем, Ира и не допускала того, чтобы рассказать им правду. Ей казалось, она задохнется от стыда.

Накинув одеяло, уткнувшись в подушку, она рыдала до тех пор, пока это состояние не прошло. Девушка, мокрая от пота и слез, откинула одеяло, села на кровати, уперлась взглядом в серый прямоугольник окна.

Что же делать?

Руслан не звонит, дома его нет, по сотовому не отвечает. Лана ведет себя, как будто ничего не изменилось в их отношениях. Если они с Русланом и не встречаются, Ире от этого не легче. Ей хочется увидеть Руслана, ее уже выворачивает, как наркоманку, так ей этого хочется. Боль такая жгучая, монотонная, бесконечная. И ничто не помогает.

Ира как-то слышала, что после болезненного расставания с мужчиной женщине срочно нужно познакомиться с другим. Но это средство не для Иры. Во-первых, где она с кем-то познакомится? К ней никто не подходит на улице, в школе на нее не обращают внимания, и сама она не посещает места, где есть незнакомые парни. Во-вторых, и это самое главное, она хочет быть с Русланом и только с ним. Любой другой парень сейчас лишь оттолкнет ее.

И как же ей поступить в таком случае? Ей кажется, что она может сойти с ума, если ничего не изменится.

За окном тьма уступила место серым тонам, когда Ира, наконец, легла. Она немного успокоилась при мысли, что сама найдет Руслана и поговорит с ним. Скажет, как сильно его любит, как хочет его. Скажет, что он ей снится по ночам. Скажет, что они с ним должны быть вместе, потому что подобные чувства так просто не возникают.

Возможно, увидев ее, осознав, как она без него мучается, Руслан изменит свое поведение. Поймет, что такой девушки, такого отношения ему не найти. И она его простит. Конечно, простит. Если любишь, надо обязательно прощать.

Она заснула, и ей снова приснился Руслан.

Во сне они сидели на берегу пруда на даче у ее дедушки.

6

На этот раз Ира была одета и обута, высматривая подругу в окно.

Вчера она заметила Лану случайно. Минут за десять до этого Ира звонила, предлагала выйти на улицу, благо, что погода по-прежнему была теплой и сухой.

Лана отказалась, сославшись на то, что очень устала в школе, и у нее под вечер разболелась голова. Говорила она вполне убедительно, без обычной живости в голосе, и потому Ира удивилась, когда у окна, размышляя, не сходить ли к Руслану домой, увидела спешащую подругу.

Лана солгала ей, и почему-то Ире показалось, что есть лишь одна причина этой лжи: встреча с Русланом. В противном случае, почему Лана говорила, что никуда не пойдет? Что ей скрывать? Она скорее дважды расскажет о новом знакомстве и предстоящем свидании, нежели вообще промолчит. Ира знала Лану, знала, что та ничего не стесняется и уж тем более не стесняется своей невзрачной подружки из соседнего подъезда.

Ире захотелось позвонить Лане на сотовый, сделать вид, что она беспокоится за самочувствие подруги. Спросить, как ее голова? Не лучше ли выйти на свежий воздух?

Любопытно, что бы ответила на это ее подруга? Что головная боль не ослабла, и Лана останется дома на весь вечер?

Кто знает? Ира вспомнила о Руслане, засуетилась, одеваясь, чтобы пуститься следом за подругой. Если проследить за Ланой, Ира выяснит, встречается ли та с Русланом. Окончательно убедится, что подозрения верны.

Когда она выскочила из подъезда, Ланы уже не было видно. Ира опоздала. Подумала, не выйти ли на центральную улицу, надеясь на удачу, но не решилась. Вместо этого она сделает все, как надо, завтра.

Сегодня она в то же самое время позвонила Лане домой, снова предложила прогуляться.

– Не могу, Ирка, дела.

На этот раз подруга даже не придумывала причину отказа, просто сказала, что с Ирой никуда не пойдет. Ира и не допытывалась. Вместо этого она быстро оделась и подошла к окну.

Сегодня ждать пришлось дольше. Неужели Лана с Русланом сегодня не встречаются? Ира все стояла у окна, хотя ноги заныли, и ждала. Ее беспокоило, что Лана могла выйти из подъезда в другую сторону. Да, от их дома можно идти гулять лишь к центральной улице, но вдруг Руслан зашел за Ланой, и они сразу пошли к нему?

Когда Лана появилась на улице, спешащая, в короткой белой юбке, сверкающая, как дорогая новогодняя игрушка, Ира растерялась. Замершая, как парализованная, она провожала взглядом подругу, пока та не выпала из поля зрения.

Лишь тогда оцепенение исчезло, и Ира выбежала из квартиры, игнорируя вопрос матери.

На этот раз Лана не успела скрыться, не зря Ира оделась заранее. Подруга шла быстро, но это ее от слежки не спасло. К счастью, Лана не оглядывалась, и прохожих было достаточно, чтобы не опасаться быть замеченной.

Спустя всего пару минут подтвердились самые худшие опасения. Лана шла на встречу с Русланом.

Он ждал ее на другой стороне «Бродвея» возле универсама.

Она ходила следом за ними в таком состоянии, как будто приняла какое-то лекарство, затормаживающее умственную деятельность. Просто шла следом, глядя в их спины, глядя, как рука Руслана время от времени обнимает Лану за талию или ягодицы.

Если они останавливались, останавливалась она. Они шли дальше, шла дальше она. Они ее не замечали. Казалось, они вообще никого вокруг не замечали. Когда встречались знакомые Ланы или Руслана, им приходилось дважды окликать эту парочку, прежде чем те замечали, что их кто-то приветствует.

Боль внутри была притупленной, почти не чувствовалась. Все чувства были приглушены. Ира не опасалась, что ее заметят, она двигалась следом по инерции, и, наверное, поэтому ее так долго не могли заметить. К ней никто не подходил, не останавливал. Только на Набережной компания подростков бросила вслед какую-то колкость, но она не обратила на это внимания.

Стемнело, поток гуляющих поредел. Все-таки уже не лето. Подросткам нужно на учебу, завтра рано вставать.

Ира приблизилась к парочке. Наверное, Руслан и Лана пошли медленней. Они уже двигались по направлению к ее дому, по узенькой асфальтированной дорожке, пролегающей за домами. Руслан оглянулся, приостановился и… оглянулся снова.

Он узнал ее. Света уличных фонарей было достаточно, чтобы рассмотреть человека. Парень убрал руку с талии Ланы, что-то ей быстро заговорил, и та, кажется, тоже немного напряглась.

Подруга остановилась, обернулась к медленно приближающейся Ире.

– Привет, Ирка. Гуляешь? Не страшно одной?

Если она и растерялась сначала, это быстро прошло. Сейчас она вовсе не собиралась оправдываться перед подругой и даже была готова с ней пообщаться. Она улыбалась. Ничуть не растерянно.

Ира подошла к ним, остановилась. Она молчала, и Лана спросила:

– Где была? Кого видела?

Руслан тоже пробурчал «привет» и теперь делал вид, что кого-то высматривает, хотя прохожих не было. Да и кого он сейчас хотел найти?

Неловкую паузу снова прервала Лана:

– Мы вот с Русланом случайно встретились, прошлись по «Бродвею», по Набережной. Никого из знакомых не встретили. Делать нечего, и я решила, что пора домой.

Она щебетала, улыбаясь, как будто ничего не случилось. Как будто все трое были давними знакомыми, и никто ни у кого никакого парня не уводил.

Ира молчала. Она не могла говорить. Если полчаса назад ее эмоции словно обложили чем-то мягким и непроницаемым, теперь внутри все беззащитно оголилось, и горячая ноющая боль уже растекалась в груди и животе. Если сейчас она скажет хоть слово – разрыдается.

Лана замолчала, незаметно поморщилась, снова заставила себя улыбнуться.

– Ну, что Ирка? Пошли-ка по домам. Я уже спать хочу.

Руслан поспешил распрощаться.

– Завтра очень рано вставать, – это выглядело жалким оправданием.

Он быстро повернулся и пошел. Ира хотела его окликнуть, но по-прежнему чувствовала, что разрыдается. И еще ее останавливала Лана. Не решалась Ира требовать ответа у Руслана при подруге.

– Пошли, – теперь Лана говорила уже не так бодро. – Поздно уже.

На секунду Лана приостановилась возле своего подъезда, наверное, хотела что-то сказать, но пробормотала только «пока» и ушла.

Ира так и не сказала ни слова.

Ира прикрыла глаза, поглубже вдохнула и вошла в подъезд.

Она видела, как Руслан зашел в подъезд Ланы. Она его ждала. Теперь ему с Ланой нечего было скрывать, и парень заходил за своей девушкой к ней домой. Потом они шли гулять.

Ира видела их вчера. И позавчера. Проходящими под ее окнами.

Лана ей не звонила. Руслан тоже. Ира приходила из школы, садилась на кровать и, уставившись в окно, сидела так, пока не приходили с работы родители. Про учебу девушка не думала, смутно оправдывая себя тем, что до конца четверти она свое наверстает. Впрочем, ей было не до того. В конце концов, мать спросила ее, в чем дело, спросила, не случилось ли чего в школе, но Ира смогла ее убедить, что просто обдумывает предстоящее сочинение по литературе.

Слишком болезненно жгло где-то внутри, и эта боль практически не утихала. Имей Ира силы сосредоточиться на чем-то другом, возможно, стало бы легче, но она даже не пыталась.

Перед глазами стояли Руслан и Лана, его руки на талии подруги, их улыбающиеся лица, их невнимание к тому, что их окружало.

И еще собственное отражение.

В эти дни Ира чаще обычного подходила к зеркалу, но в отличие от прошлых раз смотрелась в него не дольше нескольких секунд. Из нее будто бы выплескивалась волна ненависти и жалости к самой себе. Волна исходила откуда-то из желудка и, поднимаясь выше, застилала глаза слезами, заставляя девушку отвернуться от собственного отражения.

Конечно, вся ее проблема была во внешности, только в этом. Она вспоминала, каким взглядом Руслан смотрел на ее подругу, когда впервые увидел ее там, возле детского парка. И даже не замечал Иру. Еще бы. На что у нее смотреть? Серая, невзрачная, одевается никак, пользоваться косметикой не умеет, да и родители не больно-то дают денег на это, по их мнению, ненужное занятие. В отличие от нее подруга привлекает внимание всех проходящих мимо парней. В отличие от Иры Лана – сладкая вожделенная конфетка.

Конечно, у Иры возникал вопрос: почему же Руслан все-таки подошел к ней знакомиться в прошлую пятницу? Из-за нечего делать? Вынудило одиночество?

Лана, как и некоторые другие девушки, уже не раз говорили, что без постели парни, большинство из них, долго не могут. Максимум три-четыре дня. Им это надо так же, как вода и пища. И, если потребность слишком сильна, они готовы совершить это с кем угодно.

Выходит, Руслан познакомился с Ирой, чтобы получить только это?

Чем дольше Ира думала об этом, тем сильнее сопротивлялась. Не может быть, нет! Она не хотела в это верить. Он обратил на нее внимание, потому что она ему понравилась.

Почему же он встречается не с ней? Наверное, потому что Лана красива, не то, что Ира.

И еще Ира допускала, что в вечер знакомства Руслан не рассмотрел ее, как следует. Темнота – друг молодежи, избитая фраза, которую часто слышишь. И темнота в ту пятницу действительно помогла Ире познакомиться. Но темнота не вечна. На смену ей всегда приходит свет. Свет, показывающий предметы во всей их реальной красе. Свет, подчеркивающий их недостатки.

Вполне возможно, что Руслан, увидев на следующий день девушку, с которой вчера познакомился, разочаровался. И продолжил отношения по инерции, от неимения лучшего.

От этих мыслей не стало легче. Наоборот. Злость на Руслана была чем-то эфемерным. Ире все сильнее хотелось его увидеть. Желание крепло, обжигая душу, становилось неуправляемым. Вместе с этим желанием крепла уверенность, что во всем виновата Лана. Не будь ее, Руслан бы продолжал встречаться с Ирой, и, быть может, со временем полюбил бы ее.

Скорее всего, так и было бы.

Не встреть она Руслана вместе с подругой, все было бы хорошо.

Может, за своего парня нужно бороться? Может, Руслан ждал чего-то подобного?

Не зная, так ли это, не зная, где та самая истина, Ира мучилась все сильнее. Она знала только одно: она хочет видеть Руслана. Хотя бы видеть. Так ей будет легче. Ослабнет эта обжигающая боль, и душа немного успокоится.

Сегодня Ира вышла к подъезду и встала так, чтобы Руслан, подойдя к дому, не смог ее увидеть. И когда он вошел, Ира поняла, что на этот раз они с Ланой останутся у нее дома. Накрапывал дождик, Лана брезгливо относилась к такой погоде. В такие дни она сидела дома. Выла, что не в силах сидеть в четырех стенах, но все-таки сидела.

Ира должна увидеть Руслана и поговорить с ним. Поговорить с Ланой.

Она поднялась на второй этаж, позвонила в дверь.

Глава 5

Лана неверяще смотрела на нее, словно Ира давным-давно пропала без вести.

– Ты? Что ты хотела?

Лана держала дверь полуоткрытой и не предложила Ире войти. Она смотрела на свою подругу недовольно, как человек, которого оторвали от важного дела. Ира поняла, что подруга не собирается ее впускать. Весь вид Ланы показывал: говори, что хотела, и не отвлекай меня.

Ира поступила наивно, желая выяснить отношения с подругой и парнем, из-за которого теперь мучилась. Ей даже не позволят его увидеть. Разумнее было подождать, когда Руслан и Лана выйдут на улицу, и остановить их там.

И она пробормотала первое, что пришло в голову:

– У меня телефон не работает. Разреши позвонить.

Лана, не ожидавшая такого, растерялась и посторонилась. Не позволить подруге воспользоваться телефоном, было бы уже слишком. И Лане ничего не оставалось делать, как впустить ее.

Ира вошла в квартиру, увидела коричневые туфли Руслана, вздрогнула. Захотелось позвать Руслана, потребовать объяснений. Сказать, что она была девочкой, когда он с ней переспал, после чего бросил. Ира промолчала. Она не видела, как Руслан входил сюда, она пришла сюда с определенной целью.

Пока Ира снимала туфли, медленно шла к телефону, брала трубку, она суматошно думала, куда позвонить. Ничего в голову не приходило. Набрать номер Руслана и сказать, что не дозвонилась до того, кто ей понадобился? Нет, Лана увидит номер и все поймет.

Она уже поднесла палец к кнопкам на аппарате, когда подумала о матери. Позвонить матери на работу. Мать уже дома, но Лана этого не знает и проверять, конечно, не будет.

Ира набрала нужный номер. На том конце трубку сняли, и женский голос сказал: «Да?». Ира назвала мать по имени-отчеству, попросила позвать. Женщина сказала, что ее мать уже ушла. Ира извинилась, положила трубку.

Повернулась к подруге, посмотрела ей в глаза.

Лана стояла на пороге своей комнаты, оттуда слышалась приглушенная музыка, что-то легкое и попсовое. Руслан, наверное, был там.

– Ну? – Лана была недовольна.

– Ты с Русланом? – вырвалось у Иры.

– Нет, я… А что?

Конечно, подружка, совсем ничего.

– Руслан, здравствуй! – Ира повысила голос, чтобы ее услышали.

Какой-то звук в комнате, и за Ланой появился Руслан. Смазливый темноволосый парень, ставший первым мужчиной Иры. Он выглядел растерянным.

– Привет, – он поднял в приветствии руку.

Ира почувствовала, как внутри растекается что-то горячее, болезненно и в то же время приятно. Задрожали руки, ноги, на глаза накатила какая-то пленка.

Лана повернулась к нему, и парень отступил, позволив ей закрыть дверь. Лана снова посмотрела на подругу, скрестила руки на груди.

– Позвонила?

Ира тихо сказала:

– Ты с ним встречаешься.

Слова получились обвиняющими.

Лана вызывающе смотрела на нее.

– Встречаюсь. И что?

– Ничего. Ничего, но только он уже встречался со мной.

Лана ждала продолжения. Ира силилась что-то сказать и кое-как пробормотала:

– Так нельзя. Нельзя, я же… Нельзя.

Лана оглянулась на дверь в свою комнату. Кажется, музыка там стала тише. Лана прошла на кухню, подала знак Ире идти за ней. Ира подчинилась.

Лана закрыла дверь, повернулась к подруге.

– Послушай, Ирка, только не надо сцен. Хорошо? Подумаешь, встретилась с кем-то два раза. Если хочешь знать, он сам мне звонил. Я говорила ему, что не могу с ним встретиться, что ты – моя подруга, но он все равно звонил и умолял, что хочет меня увидеть. Только никому не говори, но он даже говорил, что наложит на себя руки, если я с ним не встречусь.

Ира сглотнула. Ей стоило больших усилий не разрыдаться. Она не пыталась убедить себя, что подруга лжет, она лишь впитывала ее слова, и образы, порожденные словами Ланы, казавшиеся жалящими искрами костра.

– Чтобы он перестал звонить, я согласилась. Что мне было делать? Он мог покончить с собой.

Ира прикрыла глаза. Шмыгнула носом. Внутри все уже полыхало.

Лана пристально посмотрела на нее, неожиданно сменила тактику.

– Подумай сама… Тебе разве жалко, что твоя подруга с кем-то встречается? Что с того, что до меня кто-то встречался с тобой, Ирка? Ты же не эгоистка. Если хочешь знать, мы с ним очень подходим друг другу. У нас даже имена подходят: Руслан и Лана. Мы с ним…

Ира не выдержала. Из глаз выступили слезы. Она развернулась, выбежала из кухни.

– Ирка! Подожди!

Ира всадила ноги в туфли, бросилась к входной двери.

– Ирка!

Она обернулась к Лане.

– Не подходи ко мне! Ты мне больше не подруга!

– Заткнись!

Ира не ответила. Она выскочила на лестничную площадку, хлопнула дверью.

Лану в квартиру впустила мать. Сама Ира даже не пошевелилась.

Она сидела на кровати и смотрела в окно. Три дня она почти ничего не ела, сильно похудела, но это не принесло ей привлекательности, скорее наоборот. Сильнее обострился нос, худые руки стали костлявыми.

Она постоянно думала о Руслане, забыть его не получалось. Она отчетливо видела его глаза, вспоминала, как целовалась с ним. Прошлой ночью он ей приснился. В который раз.

На вопросы родителей она отвечала невнятно, стараясь не показываться им, делала вид, что читает учебники. Но стоило матери или отцу выйти из ее комнаты, как девушка отлаживала книгу и снова прокручивала одни и те же мысли. И никак не могла добиться того, чтобы ей стало легче.

Появление Ланы удивило ее, хотя внешне это ни в чем не выразилось: Ира слишком устала, чтобы как-то реагировать. Она не думала, что Лана когда-нибудь зайдет к ней, но подруга зашла.

Лана непринужденно поздоровалась с ней, спросила, как дела. Ира невнятно ответила, и вряд ли Лана разобрала слова, но удовлетворилась и этим. Ира не спрашивала, что заставило подругу прийти к ней, Лана рассказала все сама.

Оказывается, Руслан уехал на два дня по каким-то делам. И Лана решила навестить подругу. Все-таки они уже столько дней не виделись. Ира почувствовала злость. Лана бесцеремонна. Парень уехал, ей стало скучно, и она, ничего не стесняясь, пришла к своей подруге, у которой увела парня. И которая уже сказала, что Лана ей не подруга.

И в то же время Ира почувствовала облегчение. Появление Ланы, ее болтовня, облегчили ее состояние, отвлекли. В одиночестве боль переносилась сложнее. Эта смесь таких разных ощущений смутила девушку. Ира даже растерялась, пытаясь понять, чего в ней сейчас больше: злости на подругу или благодарности, что та все-таки пришла и отвлекла ее?

Лана что-то рассказывала, не беспокоясь, слушает ли ее подруга. Казалось, она в каком-то смысле старается загладить свою вину перед подругой. Но это, как ни странно, не вызвало у Иры благодарности. Ира лишь внимательней всмотрелась в лицо Ланы, выбрав момент, когда та, болтая, уставилась в окно и не заметила, что подруга за ней наблюдает.

Она осознала, что Лана, по сути, очень примитивна. Ира поняла это с неожиданной для себя ясностью. Она знала это и раньше, но как-то смутно, будто отворачивалась от того, кто ей об этом говорил.

Да, ее подруга хороша внешне, умеет одеваться, но это все ее достоинства. По большому счету, она глупа, всегда говорит об одном и том же, разговаривает примитивно, у нее завышенные требования, завышенное самомнение. Она ничем не интересуется, кроме самой себя и тем, кто и сколько раз обратил на нее внимание. Так или иначе, она всего лишь яркий фантик, под которым ничего нет.

Почему же Лана стала ее подругой? Наверное, потому что они живут рядом, и у Иры просто не было выбора. Быть постоянно одной или же рассчитывать хоть на что-то, иногда выходить с подругой в город. Лишь благодаря своей внешности и стилю Лана интересует парней и получает от них то, что ей надо. Лишь благодаря внешности она получила и Руслана. Разве нет?

Мысль породила новый всплеск злости, но какой-то бессильной, пустой, оставившей горечь, а не желание что-то совершить.

Ира уткнулась лицом в колени. Кажется, присутствие Ланы себя исчерпало. Ире захотелось остаться одной.

Лана замолчала, помедлила, спросила:

– Ирка, ты чего?

– У меня голова разболелась.

Лана ничего не сказала, просто сидела, ожидая продолжения. Ира подняла голову.

– Я лягу поспать. Может, пройдет.

Лана поджала губы, встала.

– Ладно, пока.

7

Дедушка жил один в трехкомнатной квартире в старой панельной пятиэтажке.

Он улыбнулся Ире, посторонился, пропуская внучку в прихожую. Чмокнул ее в щечку. Взял у нее пакет с кефиром, булкой и куриным окорочком, который приготовила его дочь, мать Иры.

– Сока хочешь? – спросил дедушка. – Вкусный. Я его сам из яблок давил.

Ира кивнула. Дедушка, довольный, улыбнулся.

– Может, ложечку сахара?

– Да, одну.

Ира рассматривала деда, пока он наливал ей сок, клал в чашку сахар, размешивал его.

После смерти бабушки за последний год дед сильно сдал. Похудел, ссутулился. Пропала та добродушная округлость лица, добавилось морщин.

Ира любила деда. Она сама предложила матери сходить к нему за кабачками, заодно принести ему скромный гостинец. Он жил от них недалеко, пятнадцать минут ходьбы. Ира надеялась, что немного отвлечется. Дед всегда был рад, если она приходила к нему. И с ним она могла говорить более откровенно, нежели с родителями.

Дед всегда был на ее стороне.

– Держи, – он подал ей чашку с надписью «Любимому дедушке».

Ира глотнула сока, благодарно улыбнулась.

– Вкусно.

– Вот и хорошо. Пей, есть еще литровая баночка.

Дед спросил, не торопиться ли она, и они немного поговорили. Он поинтересовался, как дела дома, как отец и мать Иры, как у внучки дела в школе, не тяжело ли ей учиться после лета?

Затем он повздыхал, вспоминая свою покойную жену, сказал, что она у него была самой милой, самой красивой женщиной. Дед сам коснулся этой темы, и его внучка не сдержалась:

– Деда, скажи, мужчины всегда выбирают красивых женщин?

Дед усмехнулся в свои седые усы.

– Почему всегда? И вообще, что значит красивая женщина? Слышала такое: нет некрасивых женщин, есть слепые мужчины?

Ира слышала это выражение уже не один раз. Она не могла объяснить причину, но все заезженные, избитые выражения вызывали у нее неприязнь. Казалось, люди, повторяя что-то слишком часто, искажали смысл сказанного.

Она ничего не сказала вслух, но про себя заговорила с дедом, пока он готовил ей вторую чашку сока.

Нет, деда, ты не прав. Это всего лишь чья-то сказка про слепых мужчин. Некрасивые женщины есть. Их не так уж мало. Удивительно, как вообще они кому-то нравятся. Кто берет их замуж? И даже я это понимаю, хотя мне неполных семнадцать, и я не ощущаю себя взрослой.

Ира поколебалась и все-таки сказала:

– Одна моя знакомая говорит, что от нее ушел парень потому, что познакомился с девушкой, которая ее намного красивее.

Дед задержал взгляд на внучке.

– Твоя знакомая?

Ира кивнула, прильнула к чашке. Не догадается ли дед, что речь идет вовсе не о какой-то знакомой? Дед, конечно, не знал, что у его внучки, по сути, подруг нет.

– Откуда она знает, что это из-за того, что другая девушка красивее?

– Она сам сказал. Ни ей, другой девушке. Та проговорилась.

Дед хмыкнул, задумчиво посмотрел в окно.

– Может, они поссорились или она его чем-то обидела?

Ира покачала головой.

– Все было хорошо. Пока он не познакомился с другой девушкой. Просто она очень красивая.

– Да-а… В жизни и такое бывает.

– И что ей теперь делать? Она… этого парня любит.

– Что делать? Пусть за него борется, если не может без него. Встретится с ним, скажет, что очень хочет быть вместе с ним. Пусть приворожит его, если по-другому не получится, – дед усмехнулся. – Вообще лучше всего найти ему замену. Наверное, он не достоин ее, раз ушел к другой.

Дед говорил что-то еще, но Ира его уже не слушала.

Приворожит!

Как она не подумала об этом раньше? Может, это не слишком честно, но она имеет на это право. В конце концов, не она виновата в том, что так получилось. Виновата ее подруга.

Впервые за последние дни у Иры появилась надежда.

Ей открыла женщина не старше сорока лет. Ухоженное, строгое лицо, темные глаза. Волосы светлые, крашеные.

Ира растерялась. Она ожидала увидеть женщину пожилого возраста. В ее представлении такими вещами, как «заговорить парня», должна заниматься бабушка. Во всяком случае, женщина не моложе ее матери.

– Это вы Дарья Андреевна?

Женщина кивнула.

– Проходи, – она распахнула калитку, пропуская девушку во двор.

Ира узнала об этой женщине, позвонив своей тетке, папиной сестре. Она волновалась, набирая номер, но у нее не было другого выхода. Она обдумала, что скажет тетке. Конечно, это надо не ей, одной подруге. Подругу бросил парень, ушел к другой. Она не может без него и хочет его вернуть. Ира решила помочь подруге.

Тетя могла как-нибудь рассказать об этом родителям Иры, но сейчас это казалось такой мелочью, что Ира не беспокоилась о предстоящих расспросах отца и матери. Она узнала имя, адрес, телефон и сразу позвонила.

Мягкий женский голос продиктовал уже известный Ире адрес и назначил время на завтрашний день.

И вот Ира уже заходила в дом нужного ей человека. В большой просторной комнате с дорогим мягким уголком хозяйка усадила девушку в кресло.

– Рассказывай. Какая у тебя проблема?

Ира заговорила. Сбивчиво, неуверенно. Она не ожидала, что объясниться будет настолько тяжело. Одно дело рассказать все, как есть, своему деду, и совсем другое – постороннему человеку, которого видишь первый раз в жизни.

Мешало Ире и то, что в выражении лица женщины было что-то требовательное, отсутствовало то участие, на которое, казалось бы, можно было рассчитывать.

Кое-как она выложила самое основное и робко заглянула женщине в глаза.

Та смотрела в окно, поглаживая свое колено. Глянула на Иру.

– Ты хочешь вернуть парня?

Ира кивнула не сразу. Она уже жалела, что пришла в этот дом. Женщина молчала долго. Во всяком случае, Ире так показалось. При этом бросала на гостью беглые, но цепкие взгляды. Казалось, она колебалась. Ире стало неуютно.

– У тебя есть его фотография?

Ира покачала головой.

– Нет. Мы с ним ни разу не фотографировались. Не успели.

– Жаль. Фотография один из лучших способов. Ты ее можешь достать?

– Не знаю. Он может мне не дать.

Женщина улыбнулась одними губами.

– Неудивительно. Ладно. Можно использовать что-нибудь другое. Ты можешь незаметно взять у него какую-нибудь вещь, которой он пользуется?

– Вещь?

– Да. Например, носовой платок, майку, зажигалку. Или расческу. Расческа – лучше всего. Особенно, если на ней окажутся его волосы. Тогда шансов больше.

Ира представила, как она сможет это сделать, и почувствовала страх неудачи.

– И мне надо принести вам его вещь?

– Да.

Женщина замолчала, ее взгляд ясно говорил, что в дальнейшей беседе смысла нет. Ира встала, и женщина проводила ее до калитки. Ира глянула на нее и спросила то, что ее мучило:

– Скажите, если я достану его вещь и принесу вам, он обязательно вернется?

Женщина как-то странно на нее посмотрела.

– Никто тебе ни в чем гарантии не даст.

Ира опешила.

– Но почему? Вы же… можете сделать так, чтобы он… – она запнулась.

– Это зависит от многих причин. Не все так просто.

Ира сглотнула, пытаясь сохранить внешнее спокойствие. Она уже чувствовала, что ее слезы, паника, страх в глазах этой женщины будут минусом, не плюсом.

– Скажите, если все получится, через сколько времени он… вернется ко мне?

– Я не знаю. Просто не могу знать. Быстро это не происходит. Может, через неделю. Но такое затягивается и на месяц.

Ира почувствовала слабость. Месяц? Целый месяц?

Она не выдержит столько! Это целая жизнь, и такая продолжительная боль убьет ее.

– Пойми, вещь, которую ты принесешь, надо вернуть ему обратно. Чтобы он продолжал ею пользоваться. На это нужно время.

Ира почувствовала, что вот-вот выступят слезы, и она разрыдается. И она поспешила уйти, пробормотав:

– Я принесу его расческу.

Женщина ничего не ответила.

Глава 6

Руслан смутился.

– Привет.

– Привет, – прошептала Ира.

Они стояли в шаге друг от друга, отводили взгляд в сторону.

Ира дожидалась Руслана на входе в его переулок. Она уже побывала сегодня у Ланы и убедилась, что никаких вещей, принадлежащих Руслану, у подруги нет. Не было у нее и фотографий. Они их еще не делали.

Ира как бы невзначай спросила у Ланы, не хотят ли они с Русланом сфотографироваться? Подруга сказала, что не мешало бы. Но когда это произойдет?

Ира поняла, что этот вариант отпадает. Надо идти к Руслану. По-другому никак.

К счастью, Лана ничего не заподозрила, хотя и разговаривала так, словно делала подруге одолжение. Ире было неприятно, но она терпела. Сдерживала желание уйти, пока не убедилась, что в квартире подруги ничего нужного не найдет.

По дороге к дому Руслана Ира спотыкалась, так дрожали ноги. Она хотела его увидеть и беспокоилась, что разрыдается, чего нельзя допустить. Главное – войти к Руслану в дом, выдержать паузу. И сказать, что ей нужно в ванную. Найти его расческу. Найти и спрятать.

Дождавшись Руслана, Ира испугалась, что у нее ничего не получится. Все выглядело просто лишь в воображении, но в реальности появлялись непредвиденные препятствия.

– Ладно, я пойду, – Руслан не смотрел на нее. – Спешу, извини.

Он не приглашал ее к себе.

– Руслан, можно зайти к тебе? Я хотела поговорить с тобой.

– Давай в другой раз. Сейчас некогда.

– Пожалуйста, Руслан.

– У меня сейчас предки дома. Ну их. В другой раз.

Она была в отчаянии.

– Руслан, я хочу пить. Ты разве не позволишь зайти к тебе, чтобы выпить стакан воды?

– Давай лучше в магазинчик отойдем, и я тебе фанты куплю. Пять минут идти.

Она едва не взвыла, все еще надеясь, что он позволит ей войти в дом. И в то же время она понимала, что ее настойчивость может и насторожить его.

– Руслан, почему к тебе нельзя зайти? Просто зайти к тебе и немного посидеть?

– Я сейчас спешу по одному делу. Давай завтра? Хорошо? Завтра в это же время?

Ира подумала, что так может и лучше. Всего один день подождать. Зато ей не придется настаивать, и она больше не вызовет у Руслана никаких подозрений.

– Хорошо, завтра в это же время.

Назавтра она пять минут давила кнопку звонка на калитке, прежде чем убедилась, что никто ей не откроет. Не было ли в доме хозяев или Руслан ей нарочно не открыл, Ира не знала.

Так или иначе, в его дом она не попала.

Женщина смотрела на нее без всяких эмоций.

– Принесла что-нибудь? – в голосе слышалось равнодушие.

Ира покачала головой.

– Нет. У меня не получилось.

Пауза.

Они стояли во дворе, и женщина не приглашала Иру в дом.

– Я не могу войти к нему. Он не пустил меня, а у подруги его вещей нет.

Женщина пожала плечами.

– Зачем же ты пришла?

Ира посмотрела ей в глаза, надеясь заметить хотя бы сочувствие. И надежду на то, что женщина что-нибудь придумает. Ничего похожего Ира не увидела.

– Сделайте что-нибудь, - она почти кричала. – Пожалуйста.

Кажется, это не подействовало. Женщина по-прежнему выглядела спокойной и отстраненной. И взгляд был жестким.

– Ну, пожалуйста, – прошептала Ира.

Женщина шагнула к ней, и теперь стояла вплотную. Она смотрела на девушку, не мигая. Ира не могла понять, что означает этот странный взгляд.

– Я бы тебе посоветовала ничего не делать. Забыть о нашем заговоре и не пытаться украсть вещь у этого парня.

Ира непонимающе посмотрела на женщину.

– Что?

– Ты слышала. Если не дошло, я повторюсь. Забудь о заговоре. Если хочешь знать, это ни к чему хорошему в конечном итоге не приведет.

Почти минуту они молчали. Ира пыталась осмыслить услышанное, но в голове возник мысленный сумбур.

– Но вы же сами мне сказали…

– Тебе это не нужно. Пойми, заговорить человека – это сделать что-то против его воли. Из этого ничего не получится. Да, он, возможно, вернется к тебе, но не потому, что сам захотел. Он будет терзаться, не понимать, почему это его вдруг потянуло к тебе. Это будет не любовь, это, как заменитель, что-то искусственное, не настоящее. В конце концов, все воздастся. И счастья ты себе на этом не построишь.

Ира прикрыла глаза рукой. Она как будто полетела в бездну. Только не разрыдаться! Только ни это! Она не сможет после этого сказать вообще ни слова.

– Но, Дарья Андреевна, я… Вы же сами предлагали мне… Я принесу его вещь, обещаю. Просто у меня не получилось сегодня. Я зайду к нему завтра и…

– Нет! Можешь не стараться.

– Я заплачу вам, Дарья Андреевна.

Женщина усмехнулась, и это было достаточным ответом. Ира растерялась.

– Но почему? Почему вы отказываетесь? Получается, кому-то вы помогаете, а мне сказали, что этого нельзя делать? Почему вы делаете заговор другим девушкам? Если это плохо?

– Послушай, девочка. Тебе это не надо. То есть ты считаешь, что надо, но я по собственному опыту знаю, что делать заговор для тех, кто жаждет этого так, как ты, нельзя. Ты слишком зациклилась на этом парне, и это нехорошо. Между тем ты не понимаешь, зачем это тебе.

– Дарья Андреевна, я…

– Вот скажи, ты что, мужа потеряла, с которым прожила лет пять? И от которого двое детей? По твоим словам, ты с ним всего несколько раз встретилась, и твоя подруга с ним дольше, чем ты. Пойми, от заговора выйдет какой-то толк, если вас многое связывало, если вас разлучили обстоятельства или какая-то беспринципная девица.

Ира опустила голову, чтобы не было видно, как у нее исказилось лицо, прикусила губу.

– Я не хочу подогревать твою ситуацию. Не хочу быть причастной, если ты выкинешь какое-нибудь безумство. Я решила не помогать тебе для твоего же блага. Так что…

Женщина замолчала. Разговор окончен.

Ира резко развернулась, бросилась к калитке. Из глаз уже выступили слезы.

– Он был моим первым мужчиной!

Она так и не поняла, разобрала ли женщина ее слова.

8

Когда Ира открыла дверь, она увидела Лану.

Ира не ожидала, что Лана вообще когда-нибудь зайдет к ней. В последний раз, четыре дня назад, Лана уходила от нее рассерженной. Можно сказать, Ира откровенно попросила подругу уйти, чего раньше никогда себе не позволяла.

– Привет, подруга! – голос Ланы звучал бодро.

Ира была измученной: скапливалась усталость. Она плохо спала, плакала, как только оставалась одна. В первую очередь сказывалась потеря надежды: ей отказали в заговоре, и теперь никто не смог бы ей помочь.

Последние вечера Ира проводила с родителями, тупо уставившись в телевизор. Присутствие еще кого-нибудь ослабляло боль. Позволяло хотя бы ненадолго отвлекаться от Руслана.

Ира молчала, и Лана спросила:

– Как поживаешь?

Неужели она не понимает, как ей сейчас? Впрочем, в вопросе не слышалось издевки. Скорее всего, Лана не догадывалась о душевном состоянии своей подруги.

– Нормально, – одно-единственное слово далось Ире с трудом.

И породило ощущение, что Ира проглотила мерзкое угощение, при этом улыбаясь приготовившей его хозяйке.

Лана откинулась на диване, расставила ноги. Она была в короткой белой юбке, и под ней виднелись белые трусики.

– Мы тут с Русланом в гости идем. К одному его знакомому. Классный парень. Не хочешь с ним познакомиться?

Ира недоверчиво глянула на подругу. Та говорила вполне серьезно.

Лана хочет познакомить свою подругу с парнем? Откуда такая забота? Наверное, чтобы Ира больше никогда не приближалась к Руслану. Он, конечно, рассказал Лане, что Ира приходила к нему и напрашивалась в гости.

– Так что? Идешь? Он тебе понравится. Чего дома сидеть?

Только Лана не понимала, что Ира так просто не выкинет Руслана из своих мыслей. Предлагай ей сейчас кого угодно – не поможет.

Ира покачала головой, но Лана этого не заметила. Она как раз посмотрела в окно. Снова глянула на Иру.

– Руслан давно хотел познакомить Женю с какой-нибудь девушкой. Вот и предложил тебя.

Руслан.

У Иры встрепенулось сердце. Внутри разлилась щиплющая теплота. Руслан. Она увидит Руслана. Хотя бы увидит. Это кое-что. Чего сидеть и мучиться, надеясь на чудо, если она может не только увидеть его, но и провести рядом с ним целый вечер?

Конечно, не в качестве его девушки, но все же. Целый вечер!

Вдруг что-нибудь изменится? Например, Руслан и Лана поссорятся. И Руслан поймет, что совершил ошибку, и расстанется с Ланой.

Эта мысль стала решающей.

– Хорошо. Пошли.

Женя оказался симпатичным парнем, таким же рослым, как Руслан, но для Иры это ничего не значило.

Он жил в соседнем районе в десяти минутах ходьбы от Иры. Только перейти центральную улицу и миновать несколько девятиэтажек. Его родители куда-то уехали на выходные, и трехкомнатная квартира была свободна.

На столике в его комнате уже стояла бутылка водки, четыре рюмки и кое-какая закуска. В стереосистеме звучала сборка зарубежной поп-музыки.

Женя улыбался и, не переставая, болтал. Ира украдкой посматривала на Руслана. Тот старался не встречаться с ней взглядом. Лана, как обычно, выглядела самоуверенной. Она постоянно говорила Руслану что-то ласковое, гладила ему по плечу, по спине, по бедру. Иру это злило, но она, конечно же, молчала.

Когда Женя разлил по рюмкам водку, Ира пыталась отказаться, но все трое стали укорять ее: за знакомство обязательно надо выпить. Ира заметила, что ни разу не пила водку.

Женя хохотнул.

– Ну, Ирка, тогда ты много потеряла. Давай-давай, пора исправляться. Не то так до пенсии ничего и не попробуешь.

Ей налили стакан минеральной воды, чтобы она могла запить. Ира поколебалась, подумала, что ей, наверное, не помешает расслабиться, взяла рюмку.

Когда она ее выпила, Женя одобрительно заулюлюкал. Ира поморщилась, глотая минералку, и все трое захохотали. Женя вручил ей бутерброд и снова пустился в пересказ того, какие у него случались истории после того, как он накачивался водкой.

Ира его почти не слушала. Ей было неинтересно. Она следила за тем, как Лана поглаживала Руслана. Каждое движение подруги отдавалось у нее внутри обжигающей болью.

И она уже жалела, что согласилась прийти сюда. Сегодняшний вечер лишь усилит боль.

Минут через пять Женя снова разлил водку. Теперь Ира не противилась и сразу подняла рюмку. Ей было нехорошо на душе, и она уже не видела ничего плохого в том, чтобы напиться. Она даже не обратила внимания, как переглянулись Женя с Русланом, когда Ира первая из всех подхватила рюмку.

Еще через десять минут они выпили по третьему разу. На этот раз пили за любовь. По словам Жени, третий тост всегда нужно пить за любовь. При этом Лана шумно чмокнула Руслана в щеку.

Когда Ира выпила четвертую рюмку, она почувствовала, что не столько опьянела, сколько ей стало нехорошо. Появилась головная боль, стало подташнивать. Женя заметил, что ей не по себе, и предложил сходить в ванную, ополоснуть лицо.

Ира так и сделала. Прошла в ванную, глянула на себя в зеркало и увидела, что побледнела. Водка не принесла ей ничего хорошего. Никакого облегчения. Внутри по-прежнему хозяйничала обжигающая тоска. Ноги ослабли, дрожали. И боль в голове усиливалась. Одно воспоминание о запахе спиртного вызывало рвотные спазмы. Нет, сегодня она больше не выпьет, чтобы от нее ни требовали те, с кем она проводит вечер.

Ира пустила холодную воду, ополоснула лицо. Почувствовала какое-то движение, оглянулась и вздрогнула.

На пороге ванной стоял Женя.

Он ухмылялся.

– Ну, как ты, Ирка?

Ире не нравился этот вариант ее имени. Раньше она уже просила Лану не называть ее так, но подруга то ли забывалась, то ли делала это назло. Посторонним людям Ира не решалась ничего говорить, как в теперешнем случае с Женей.

– Я больше не хочу выпивать. Мне уже плохо.

– Да? – улыбка Жени почему-то стала еще шире. – Хорошо, не пей.

Он посторонился, пропуская девушку из ванны. Когда она шагнула к комнате, Женя придержал ее за локоть.

– Постой, пошли в другую комнату. Руслан с подругой хотят о чем-то поговорить.

Ира глянула на закрытую дверь, как на вход в сказочное, но запретное место. Снова внутри болезненно заныло, и она прошла мимо комнаты следом за Женей.

Он предложил ей присесть на тахту, устроился рядом. Минуту говорил о том, что Ира правильно сделала, что пришла к нему в гости.

Неожиданно для Иры он обнял ее и приник ртом к ее губам.

Ира не ожидала этого от Жени и потому оттолкнула его не сразу. Он успел просунуть свой язык ей в рот, прежде чем девушка вскочила с тахты.

Женя оказался прытким. Он поднялся следом, схватил Иру за руку, потянул назад. Снова нашел ее губы своим ртом. На этот раз Ира оттолкнула его сильнее, он едва не упал.

– Что ты делаешь? – Ира смотрела на него, не мигая.

Он снова попытался схватить ее за руку, но девушка вырвалась, отступила к балкону.

– Не трогай меня.

– Не ори, пожалуйста, – он нахмурился, но выдавил улыбку. – Ну, чего ты испугалась? Что я такого делаю? Тебе разве неприятно?

Ира поморщилась: тошнота резко усилилась.

– Мы с тобой не встречаемся.

– И что? После этого вечера будем встречаться.

Ира покачала головой. Женя спросил:

– Я тебе не нравлюсь? – он шагнул к ней, протянул руку.

– У меня есть другой парень.

Сначала Женя удивился, потом хохотнул. Ира не поняла его реакции.

– Ладно, – он повернулся, – Пошли. Я хочу выпить.

Ира двинулась следом, и, когда Женя приоткрыл дверь в комнату, она сразу увидела целующихся Руслана и Лану. Он сжимал ей грудь. Она обхватила его голову руками. Они даже не слышали, как Женя открыл дверь.

Ира отшатнулась, чтобы не видеть их, попятилась прочь.

Женя, которого парочка ничуть не смутила, обернулся к Ире.

– Ты чего?

– Я… на балкон выйду. Мне плохо. Надо воздухом подышать.

– А-а… Как хочешь. Мы пока выпьем.

Она уже отошла на пару шагов, когда услышала голос Руслана:

– Где она? Что-нибудь получилось?

Он спрашивал друга об Ире.

– Ну, ее в задницу, эту вашу красотку.

Женя прикрыл дверь, но не плотно. И, стоя в прихожей, можно было слышать все, несмотря на музыку. Женя был уверен, что Ира уже на балконе.

Руслан хихикнул:

– Что, не понравилась? Водки надо было больше выпить.

– Не-е, я столько не выпью, – Женя заржал.

– Тише, – голос Ланы. – Еще услышит.

– Не боись, она на балконе. Ей поплохело, нашей красотке. Бедненькая, мало того, что личиком не вышла, так еще и слабенькое здоровьишко, – Женя хихикнул. – Ну, ты, Руслик, и подогнал чувиху. С такой мордой еще и ломается.

– А что ты хотел? Я же тебе говорил, что она не очень. Ты сам все знал.

– Знал, – Женя хмыкнул. – Но не до такой же степени. Боже, ну, и овца…

Ира попятилась. Ей стало дурно. Уже не от выпитой водки. От слов Руслана. Выражения Жени практически не доходили до нее. И фраза Ланы тоже была чем-то неважным. Но Руслан…

Ира выскочила на балкон, очередной рвотный спазм согнул ее. Девушка сплюнула на пол, кое-как выпрямилась. И поняла, что больше не может оставаться с этими людьми в одной квартире.

Она выбежала с балкона, в прихожей едва не поскользнулась, так ослабели ноги. Из комнаты показались Женя и Лана. Подруга что-то крикнула вслед, но Ира даже не обернулась. Она схватила туфли и, не обуваясь, выбежала на лестничную площадку.

Так и бежала до самого дома босиком.

Ира набирала номер Руслана в пятый раз. Пальцы так дрожали, что она сбивалась. И лишь в пятый раз все получилось: пошли длинные гудки.

Она не понимала, зачем это делает, ведь все стало ясно вчера. Все! Абсолютно все!

И то, как к ней на самом деле относился Руслан, как относилась Лана, ее единственная подруга, оказавшаяся врагом. И то, зачем они знакомили Иру с Женей. Конечно, не для того, чтобы загладить свою вину перед ней и избавить ее от одиночества. Совсем ни для этого.

Она все это понимала, но какая-то часть внутри, еще не избавившаяся до конца от очарования Русланом, не хотела в это верить. Не просто не хотела, эта часть молила о последнем шансе.

И девушка уступила этому голосу. Уступила, хотя внутри у нее со вчерашнего вечера была выжженная пустыня.

Она решила, что последний шанс получает не только некая ее часть, но и сам Руслан.

– Да? – приятный женский голос.

Наверное, мать Руслана. Все-таки она еще очень молода.

Ира поздоровалась, попросила к телефону Руслана. Его нет, сказала женщина. Ира извинилась, положила трубку. Она знала, что в это время Руслан дома, он должен быть там просто потому, что после учебы ему нужно переодеться, покушать.

Наверное, попросил мать, чтобы та сказала, что его нет.

Ира вздохнула, набрала номер его сотового, уже зная, что Руслан не ответит.

Так и вышло. На всякий случай она набрала сотовый еще раз и прождала минуту. И кто придумал определители номера для обычных телефонов?

Ира быстро вышла, поспешила к дому Руслана. Она должна его увидеть. И обязательно – сегодня. Увидеть и решить, что ей делать дальше. Почему-то Ира была уверена, что, упусти она пару дней, и прежней ясности сознания больше не будет. Она снова погрузится в вязкий мрак, из которого не сможет, да и не захочет выбраться. И этот мрак высосет из нее жизнь.

Конечно, она этого не хотела. К тому же сейчас была злость, не истеричная злость, как бывало раньше, нет. Холодная и ясная, как зимняя ночь в полнолуние. Отчетливая, размеренная злость, заставлявшая двигаться уверенно, быстро, но без лишней спешки.

Ира подошла к переулку Руслана, предполагая, что увидит его лишь поздно вечером, когда он будет возвращаться домой. Ее это не пугало. Она знала, на что идет. Она простоит здесь столько, сколько надо. Когда-нибудь Руслан вернется домой. Не вечером, так под утро. Нет, тогда следующим вечером. Рано или поздно, это случится, и ему придеться поговорить с Ирой. Ее ничто не остановит, ни темнота, ни холод ночи.

Она обязательно предложит ему то, от чего будет зависеть его дальнейшая судьба.

Ира шла, не ожидая увидеть Руслана скоро, и потому удивилась, когда они с ним едва не столкнулись. Парень вздрогнул. Тоже не ожидал встретить ее здесь. Конечно, он был дома, когда она ему звонила. Все, как она и предполагала.

– О, привет, – он растерялся.

Ира почувствовала слабость. По телу прошла дрожь, и девушка захотела присесть. Пришлось стоять. Не на землю же садиться? Ира подозревала что-то подобное. Как только увидит Руслана, злость покинет ее, пусть и ненадолго. Душа наполнится нежностью, тоской, участится дыхание, захочется коснуться груди Руслана, его лица, рук.

Захочется принадлежать ему, и пусть он ее топчет, пусть вытирает об нее ноги, лишь бы она была с ним, всегда с ним, всю жизнь, не жизнь даже, а вечность.

Она молчала, не в силах начать разговор. Руслан был напряжен.

– Ты чего вчера сбежала? Нормально же сидели. Женя не понравился?

Если тебя это действительно интересует, мог бы и трубку снять, когда я тебе звонила.

Она никак не могла что-то сказать, и пауза стала невыносимой.

– Может, тебе плохо стало? Ты бы не пила эту дрянь.

Ты же сам меня упрашивал вместе со своей Ланой, даже стыдил, что ломаюсь.

– Если стало плохо, ты бы сказала. А то выбежала… Мы подумали, что случилось чего.

Еще бы, подумали, перепугались, но не зашли, не позвонили.

Глядя на него, заметив, как он смущается, Ира засомневалась в том, что вчера он про нее сказал. Этого просто не могло быть. Наверное, ей послышалось. Что-то неприятное про Иру говорил Женя, вот ей и показалось, что Руслан поддержал его. На самом деле он ничего плохого не сказал. В конце концов, она его бывшая девушка, он – ее первый мужчина.

– Руслан, – она почувствовала, что может разрыдаться. – Я хочу тебя. Слышишь?

Он отступил на шаг, оглядываясь по сторонам, словно рядом находились люди и могли их услышать.

– Возьми меня, – она быстро шептала, как спешила. – Просто заведи меня куда-нибудь и трахни. Можешь встречаться с Ланой, но иногда хотя бы пользуйся мной. Я на все согласна.

Он стал ее обходить.

– Ира, мне надо идти. Потом поговорим.

– Неужели ты меня не хочешь? Совсем недавно ты говорил, что я тебе очень нравлюсь.

– Все, Ира, мне пора идти. Потом.

– Руслан, хочешь, я сделаю тебе минет? Хочешь?

– Ира, у меня есть девушка. Мне ничего не надо. Все, я пошел.

Он двинулся прочь, раздраженный и как будто перепуганный ее напором.

Она обернулась ему вслед.

– Руслан, я же… предлагаю тебе себя. Свое тело. Просто попользуйся мной. Один раз. Только один раз – и я больше не подойду к тебе.

Кажется, он приостановился на мгновение, колеблясь, не согласиться ли с ней.

– Я спешу.

Она смотрела ему в спину, пока он не скрылся из вида. Внутри у нее появилась пустота. Все чувства бесследно исчезли.

– Ладно, – прошептала девушка, когда парень свернул за угол. – Ты сам этого захотел.

Глава 7

9

Ира улыбалась. Все получалось, как нельзя лучше.

Она нашла нужные лекарства. На одной пачке было написано: «Димидрол». На другой – «Клофелин».

Пока дедушка пошел в магазин, оставив внучке торт-мороженое, у нее было достаточно времени. Ира уже выяснила у него, что димидрол гораздо слабее, а вот клофелин – то, что надо.

Нужной темы она коснулась вскользь, сказала, что прочитала в газете, как некая аферистка очистила случайного пассажира в поезде. Что-то подсыпала ему в стакан со спиртным. Дедушка заулыбался, покачал головой и рассказал, что именно та ушлая девица могла использовать. Он назвал несколько видов снотворного, которое человек ни за что не почувствует, если препарат развести с водкой. И сказал, что у него из этого есть.

Ира уже слышала это название: клофелин. Она как бы между прочим порасспросила деда, сколько и куда нужно влить, чтобы человек отключился. Уточнила, только ли с водкой действует препарат. Нет, сказал дед. Можно и в шампанское.

Когда она искала препараты, наткнулась на наручники. Настоящие стальные наручники, невесть откуда взявшиеся у деда. Раньше дед работал в милиции. Может, оставил себе на память одну пару?

Наручники она тоже прихватила с собой. Если до этого Ира думала о веревке, теперь она понимала, что наручники – вариант более надежный. Во всяком случае, можно использовать и то, и другое. Вряд ли дед обнаружит пропажу в ближайшие несколько дней. Если такое и случится, Ира будет стоять на том, что ничего не брала. Действительно, зачем ей это?

Рассматривая, как сталь поблескивает в полумраке дедушкиной спальни, Ира размышляла о том, что задумала.

Она желала Руслану и Лане смерти. Но сейчас такая вещь, как убийство, казалась чем-то неопределенным, далеким и малореальным. По большому счету, сам факт убийства был для нее несущественным.

Гораздо важнее то, что будет этому предшествовать.

Ее бывшему парню и его подруге предстоит осознать то, какую боль они причинили Ире. Прочувствовать то, что чувствовала она. И лишь после этого случится все остальное.

Дедушка еще не вернулся, когда Ира вышла из спальни. Она решила позвонить Лане отсюда. Она могла поговорить и дома так, чтобы родители ей не помешали, но Ире не терпелось поскорее узнать то, без чего не получится самое важное: согласятся ли Лана и Руслан приехать к ней на дачу?

Если во время телефонного разговора вернется дедушка, ничего страшного. Он деликатный и не станет прислушиваться к словам своей внучки.

Лана была дома, сама сняла трубку.

– Привет, – Ира старалась, чтобы голос звучал равнодушно.

– Привет. Ты откуда звонишь?

– Так, от родственников… Слышишь, у меня к тебе дело.

– Какое? Давай быстрее, мне уходить надо.

Вечно вы все спешите. Вам тошно со мной говорить?

Ира почувствовала горечь, но это быстро прошло. Она уже смирилась с тем, что никому не нужна. Только потому, что не родилась красавицей. Ладно, пусть так.

Горечь растаяла под медленным натиском холодной злости.

– У меня в эту субботу День Рождения. Давайте отметим вместе: я, ты и Руслан. На даче у моего деда. Шашлыки приготовим. Выпьем, – Ира говорила быстро, стараясь выложить как можно больше плюсов для Ланы, прежде чем она успеет отказаться. – Подарков не надо. Зачем? Просто купите шампанское, и – хватит. Знаешь, как там сейчас классно. Никого нет и все такое. Ты же там была уже два раза.

Лана молчала, раздумывая.

Ира сказала:

– Мне не с кем отмечать. Одна же я на дачу не поеду. Лана, составьте мне компанию, хорошо?

– Точно. Это же День Рождения у тебя в сентябре.

День Рождения Иры был в пятницу на следующей неделе. В последних числах сентября. Но Лана этого даже не помнила, хотя в позапрошлом году они провели этот день вместе.

Хороша подруга. Впрочем, ее невнимательность и забывчивость оказались сейчас кстати. Все-таки обычное приглашение отклонить было бы легче.

– Так что? Ты согласна? Уговоришь Руслана, если у него другие планы? Ради меня?

– Можно, – голос Лана звучал неуверенно. – Значит, на даче?

– Да. Подарков не надо.

– Говоришь, сейчас там классно?

– Еще как.

– Хорошо, ты меня уболтала, подруга.

На дачу они поехали на электричке. Дача находилась сразу за рекой на первой же остановке – пятнадцать минут езды.

Руслан встретил Иру с Ланой на вокзале. Ему было удобней прийти сразу сюда, не заходить за девушками. Пока Ира ехала с подругой в маршрутке на вокзал, они молчали.

Ира нервничала. Пока все оставалось на уровне планов, это казалось несложным и даже естественным. Теперь, когда планы начали претворяться в реальность, на Иру нахлынула неуверенность, страх.

Ожидая Лану у себя дома, Ира не могла успокоиться, подавить эти противоречивые ощущения, терзавшие ее душу. Почему-то, открывая Лане дверь, Ира представила, что подруга вручит ей подарок, пусть даже некую безделицу или мягкую игрушку. Если это случится, Ире станет еще тяжелее. Парень и девушка дарят ей нечто, она же замышляет унизить их, после чего лишить жизни.

Лана ничего ей не вручила, даже символичной открытки с какой-нибудь забавной карикатурой, каких сейчас кругом полно. Подруга лишь сказала:

– Ну, с Днем Рождения, Ирка. Расти большой.

Несмотря на это, воображение не оставило Иру в покое. Предстояла еще встреча с Русланом. Девушка с ужасом и в то же время с необъяснимой, совершенно ненужной и неуместной надеждой ожидала, когда парень встретит их на вокзале. Перед глазами у нее почему-то стоял голубой слоник, которого она как-то видела в «Детском мире».

Руслан пошел к ним на встречу, в руках у него был какой-то пакет.

– Привет, – сказал он Ире. – Я взял шампанское.

Подарка не было. Руслан даже не поздравил ее на словах. Только взял из рук сумку с мясом для шашлыков и предложил выйти к платформе.

Разочарование Иры удивило ее саму. Да, сегодня у нее вовсе не День Рождения, но Руслан и Лана об этом не знают. Да, она сама предложила Лане ничего ей не дарить, но все же… все же… Руслан воспринял все это буквально и не стал напрягаться.

Еще бы. Кто ему Ира такая? Уговорила его с Ланой составить ей компанию, и уже одного, что они согласились, вполне достаточно. Он даже не хочет попользоваться Ирой один-единственный раз. Зачем же ему тратиться и что-то ей дарить? Да, незачем.

Снова внутри появилась болезненная пустота. Вместе с этим появилась убежденность, что Ира поступает правильно. Этой парочке нужно заплатить сполна.

Руслан был молчалив, хотя не сказать, чтобы угрюм или недоволен. Лана же болтала без остановки.

Подошел «дизель», и они сели. Спустя четверть часа они уже спускались с платформы, чтобы пройти по узенькой тропке небольшой лесок и выйти к дачному поселку. Кроме них сошли всего три человека. Пожилая пара и зрелого возраста женщина. Все-таки дачный сезон завершился, и людей, желающих оказаться на своей даче, поубавилось. Ира отметила, что эти люди пойдут в другую часть поселка, их дома от ее дачи далеко. Отлично. Никто не помешает.

По-прежнему в основном говорила Лана. Похоже, она была возбуждена предстоящей тусовкой. Она шла по тропинке первой, оказалось, что она хорошо помнила дорогу на дачу Иркиного деда. Ира шла следом, Руслан – последним.

Ира смотрела в спину болтающей подруги, и ей стоило большого труда отвечать на редкие вопросы Ланы, делать вид, что она поддерживает беседу.

Боже, и как она столько лет с ней общалась? Она же дура! Безмозглая самоуверенная дура, мнящая о себе столько всего прекрасного! Ей повезло родиться с приятным личиком, и это все, что у нее было. Правда, реальность оказывалась такой, что в глазах парней приятное личико перевешивало все остальное.

Они прошли лесок, вышли к домикам, свернули вправо. На следующем повороте – налево. Спустя четыре дома они были на месте. Дача деда была из двух этажей, но, несмотря на это, домик смотрелся скромно. Небольшой по площади, он состоял всего из четырех комнат. Две спальни наверху, на первом этаже – кухонька, общая комната и еще одна спальня.

– Пришли! – Лана, радостная, указала Руслану на домик. – Вот эта хижина, где сегодня мы будем веселиться.

Ира нахмурилась. Она заметила, что в соседнем домике кто-то был.

Это серьезно осложняло ее замысел.

Пока Руслан и Лана вносили пакеты в дом, осматривались, поднимались на второй этаж и выходили из дома, изучая дворик, Ира суматошно решала, как быть.

Вообще-то она рассчитывала, что они выпьют шампанское в доме. Пока шашлыки будут готовиться во дворике, они зайдут в переднюю комнату, так сказать, для удобства: зачем выносить бутылку и бокалы, если они все равно позже вернутся в дом? Все-таки не лето, и вечером сидеть во дворе прохладно.

Присутствие соседей тем более обязывает напоить Руслана и Лану шампанским с клофелином в доме. Если раньше Ира еще допускала усыпить эту «сладкую парочку» во дворе и после втянуть в дом, сейчас это стало нереально.

Соседи – тетя Тома и дядя Коля – все увидят. Возможно, сейчас в соседнем домике лишь тетя Тома, она уже не раз бывала здесь одна. По ее словам, муж не очень-то стремился на дачу и предпочитал оставаться дома, чтобы поиграть с соседями в домино. Если он не стремился на дачу летом, осенью его, тем более сюда сложно затянуть. Однако достаточно одной лишь тети Томы. Чтобы наблюдать за соседями, ей помощников не нужно.

Получалось, что празднество во дворе опасно. Соседка вообще не должна знать, что они что-то устраивают. Иначе станет подозрительно, почему молодые люди, только что-то начав, исчезли в доме и не выходят. Не хватало, чтобы тетя Тома еще зашла к ним, будто для того, чтобы поинтересоваться, приедет ли дедушка Иры.

Ира занервничала, вытирая ладони о джинсы. Сердце так стучало, что отдавало болью.

Как же убедить Руслана и Лану остаться в доме?

Конечно, подавать им бокалы с клофелином во дворе тоже было бы опасно. Не будь соседки, Ира все равно бы нервничала, что в любой момент может появиться кто-то из других соседей. На этой улочке несколько десятков домиков. Впрочем, не будь иного выхода, Ира бы пошла на это. Главное – чтобы Руслан и Лана отключились. И оказались беспомощными.

Пока Лана, уже побывавшая здесь, показывала своему кавалеру второй этаж, выбирая спальню, где они, судя по всему, проведут ночь, Ира вышла во двор, посматривая на домик соседей. Участки разделялись сетчатым забором высотой Ире по грудь. Все видно. На участке деда росли два вишневых дерева, но они ничего не скрывали. С другой стороны домика места для посиделок нет: слишком близко подходит соседский участок. Но даже будь место и там, это было бы ненадежно: вход в дом просматривается тетей Томой. Втащить же бесчувственные тела Руслана и Ланы через окно Ире не под силу.

И почему она не подумала о возможном присутствии соседей раньше? Нигде нельзя уединиться. Ни в городе, ни на даче. Уж лучше бы она предложила Руслану и Лане выехать куда-нибудь в лес или на речку, где точно никого не будет. Но сейчас поздно: они приехали сюда, и любое другое предложение вызовет у Ланы протест. Ей здесь нравится, и менять место для празднования она не согласится.

Пока Ира рассматривала соседний домик, на крыльце появилась тетя Тома, невысокая полноватая женщина с неприветливым лицом и двойным подбородком. Она прищурилась, глядя на Иру. Их разделяло метров двадцать.

Сердечко Иры встрепенулось, когда она поздоровалась с соседкой. Та отозвалась:

– Здравствуй. Ты с кем? Дедушка не приехал?

Конечно, она их видела, всех троих.

– Нет, не приехал. Я с подругой, – она подумала, что надо упомянуть про Руслана. – И с ее парнем.

Женщина кивнула.

– Отдохнуть приехали?

– Да.

Чтобы оборвать разговор, Ира повернулась.

– Пойду, приберусь.

Она вошла в дом, осторожно выглянула в окно. Тетя Тома потопталась на крыльце и все-таки вернулась обратно. Отлично. Про деда она спросила, и теперь ей нет причины заходить сюда. В конце концов, у них с Ирой из-за разницы в возрасте не было приятельских отношений, чтобы наведываться друг к другу в гости.

Одной проблемой меньше. В дом никто не войдет. Надо лишь остаться здесь, и тогда все получится.

Приглушенный щебет Ланы стал отчетливее: парочка спускалась на первый этаж. Ира стояла к ним спиной. Она уже догадалась, какой найти предлог, чтобы разлить шампанское в домике и не выходить во двор. Тетя Тома нарушила ее планы, она же их и подправила.

Ира повернулась к подруге с парнем. Прежде чем она успела заговорить, на нее свалилась еще одна неожиданность.

– Ирка, – Руслан улыбался. – Мы тебе ничего такого не покупали, но это не значит, что ты сегодня не получишь подарка. Получишь, только чуть позже. Этот подарок еще не прибыл. Потерпи немного. Тебе понравится, обещаю.

10

На спине и руках выступила гусиная кожа. Ира не поняла, в чем причина такой реакции. Страх новой помехи или всплеск не до конца умерщвленной благодарности породил странное оцепенение. Скорее всего, и то, и другое.

– Что за подарок? – хрипло прошептала она.

Лана хохотнула. Руслан хитро прищурился, покачал поднятым кверху пальцем.

– Не-е, мы тебе ничего не скажем. Сюрприз. Сюрприз, – он переглянулся с Ланой. – Всему свое время.

– Ладно, – Лана хлопнула его по плечу. – Давайте мясо приготовим и вынесем во двор. Руслик, доставай шампура.

Что же они задумали? Что за подарок? Кто-то должен прийти? Или они что-то принесли с собой, но по какой-то причине хотят вручить это позже?

Ира растерялась. Вопросы оставались без ответа, между тем Лана уже говорила Руслану, что нужно вынести во двор.

– Подождите!

Подруга и парень недоуменно посмотрели на нее.

– Давайте попозже. Хорошо? Сначала немного выпьем, потом пойдем во двор.

Лана нахмурилась.

– Ирка, когда попозже? Сейчас уже четвертый час. Пока туда-сюда, пока шашлыки приготовим, уже темнеть начнет.

Ира прикрыла глаза, опустила голову, сделала вид, что поправляет волосы.

Не будь соседки, Ира бы не спешила. Они бы разобрались с шашлыками, посидели бы во дворе, вернулись бы в дом. Ира подмешала бы клофелин чуть позже, выбрав подходящий момент. Теперь же ей нужно действовать сразу. С первого бокала.

И это казалось в этот момент нереальным.

– Понимаешь, Лана. Здесь тетя Тома, наша соседка. Она… Я не хочу, чтобы она видела, как мы развлекаемся. Она потом деду знаешь, что наговорит? Выдумает столько, что меня родители потом месяц никуда не выпустят.

Руслан хохотнул. Его подруге это не показалось смешным.

– Я не поняла. Мы что, вообще шашлыков не попробуем?

– Нет-нет, все будет хорошо. Попробуем, обязательно попробуем. Тетя Тома скоро уедет.

– Когда скоро?

– Через полчаса, – Ира рисковала. – Может, минут через сорок.

– Откуда ты знаешь?

– Она сама мне сказала. Я только что с ней разговаривала, пока вы были наверху. Мы пока можем выпить и здесь посидеть.

Лана колебалась, стоит ли соглашаться с Ирой, и та догадалась, о чем она думает. Выручил Руслан.

– Ладно, потом, так потом… Давайте, что ли, в самом деле, шампусика глотнем.

Они начали выкладывать на стол бутерброды, фрукты и овощи, которые приготовила Ира. Лана бурчала, что Ира обращает внимание на каких-то бабулек, что ее волнует чье-то мнение. Говорила, что готова стриптиз станцевать, и ей все до одного места.

Руслан хихикал и шутил.

У Иры дрожали руки. Она понимала, что надо что-то сказать, отвлечься самой и отвлечь подругу с парнем, иначе они заметят, что с ней что-то не так. Ира понимала это, но в голову не приходило ничего, что оказалось бы к месту и отвлекло бы парочку.

Как же ей влить клофелин?

Маленькая бутылочка, вместившая две ампулы препарата, находилась у Иры в кармане джинсов. Она выпирала, но из-за кофточки навыпуск ее нельзя было увидеть. Использовать ее – это считанные секунды. Но как, если подруга и парень рядом и видят все ее движения?

Ее руки дрожали так, что Ира всерьез забеспокоилась: кто-нибудь из «сладкой парочки» вот-вот обо всем догадается.

Взять бутылку, пройти в кухню? Там налить три бокала и принести обратно?

Ира поняла, что не сможет сделать именно так. Они все поймут по ее лицу. И она сомневалась, что донесет эти бокалы в комнату, не выронив, не расплескав. Сейчас ей это не под силу. Если бы она сначала выпила сама, тогда другое дело. Может быть, успокоилась бы?

Но медлить она не может. Еще немного, и Лана обязательно вытащит их во двор. И потом этот подарок. Вдруг кто-то действительно придет? Кто? Пожалуй, это сейчас не имело значения.

– Давайте, я сама открою шампанское, – Ира через силу улыбнулась. – На кухне, чтобы скатерть не испачкать, если разольется.

Лана фыркнула.

– И чего ты, Ирка, всего так боишься? Подумаешь, скатерть испачкаешь.

– Жалко деда. Ему же мыть, не нам.

– Я сам открою, – сказал Руслан. – И ни капли не выльется.

Он стал срывать этикетку с горлышка бутылки.

Ира оцепенела.

Она с ними выпьет все шампанское и ничего не сделает. Они будут сидеть рядом, и она не рискнет подливать клофелин.

Неожиданно Лана подскочила из-за стола.

– Я сейчас. Схожу по-маленькому. Без меня не начинать.

Руслан аккуратно вытянул пробку. Как и обещал, шампанское осталось в бутылке, только газы вышли. Послышался сладковато-кислый запах. Руслан поставил бутылку на стол.

– Наливай, – сказала Ира. – Чего ждать?

Руслан так и сделал. Наполнил три бокала почти до краев. Из бокала Иры выплеснулась пена. Руслан чертыхнулся.

– Переборщил.

Ира приподнялась из-за стола.

– Надо тряпочку в кухне взять. Промокнуть скатерть.

– Ладно, я сам, – Руслан встал из-за стола. – Сиди.

Сегодня он был великодушен. Он пошел в кухню.

– Где тряпка?

– На раковине.

Ира смотрела ему в спину, говорила себе, что надо вытащить бутылочку, но руки стали чужими. Она их просто не чувствовала. Руслан скрылся в кухне. Секунда-две, и он возьмет тряпку.

Ира застыла. Казалось, Руслан двигается слишком быстро, словно о чем-то подозревает.

Давай же!

Она сунула руку в карман, нащупала бутылочку. Потянула ее из кармана. Стекло бутылочки показалось чем-то скользким и мягким, что сплющивается, пытается выскользнуть из пальцев. Ира освободила бутылочку, приподняла ее, отвинтила пробку.

Из кухни вышел Руслан.

Ира замерла, едва сдержав крик. И оставила руки под столом. С открытой бутылочкой. Господи, она упустила свой единственный шанс! И сейчас Руслан, заметив, что она что-то держит в руках, поймет, что происходит.

Руслан приподнял бокал, промокнул тряпкой сырое пятно.

– Без толку.

Ира хотела сказать, что ничего страшного, но не смогла произнести ни слова. Руслан пошел к кухне. В туалете послышался звук льющейся воды. Лана вот-вот вернется в комнату.

– Руслан… Выгляни в кухне в окно. Может, соседка ушла? Если дверь закрыта, ее уже нет.

Ира поборола оцепенение и страх.

Руслан отозвался:

– Хорошо.

И вошел в кухню.

Ира приподняла правую руку над столом. Как ей показалось, медленно-медленно. Ближе был бокал Ланы.

Ира потянулась к нему.