Нечисть

Глава 1

Утро воскресенья расколол дикий ор умирающего в мучениях медведя. Подскочив с кроватей семья Агафоновых побежала на источник шума в гостиную.

- Что случилось? – в ужасе спросила Татьяна у дико оравшего и совершавшего непонятные подскоки мужа.

- Ааааа! Съели все? Подавитесь, гады! – продолжал свои бешенные пляски Николай, не обращая внимания на семью, пребывающую в шоковом состоянии. – Что? Неудачник я, да? Так в Буе и помру? Облезьте!!! Миллионер! Я теперь миллионер!!! Аааа!!!!

- Мам, - шепотом обратилась к Татьяне старшая дочь, Ксюша, задвигая находящегося в ступоре младшего брата за спину и прикрывая ему глаза рукой – кажется пора дурку вызывать, допился батя.

***

На пятнадцатой минуте бесовских танцев в квартиру начали названивать соседи с требованием прекратить балаган и дать честным людям отдохнуть в законный выходной по-хорошему или людям придется приглашать участкового.

- Извините, - сжавшись в комок извинялась Татьяна – сама не понимаю, что случилось. Я сейчас его успокою.

- Да гони ты их в шею, Танюха! – выглянул в коридор виновник переполоха. – Че с ними разговаривать? Не ровня они нам. Мы теперь МИЛЛИОНЕРЫ!!! – проорал Николай, потрясая лотерейным билетиком, сорвавшим этим утром самый большой в истории джек-пот.

***

- Это мы теперь куда угодно можем уехать? – стоя в спальне с остекленевшим взглядом спрашивала мужа Татьяна. – Даже в Турцию?

- Таня, какая Турция? Какая Турция, я спрашиваю??? – горячился Николай.

- А что, тебе Турция не нравится? Вроде же хорошо отдохнули… А, точно, зачем нам Турция, мы же теперь даже в Испанию переехать можем!

- Таня, какая Турция? Какая, в жопу Испания??? – багровея лицом отозвался Николай. – Ты что, совсем ничего не понимаешь? На хрена нам Испания? У тебя дети есть! Их во взрослой жизни кто пристраивать будет? Я? Я свою жизнь только-только устроил! Что мне теперь, спиногрызов твоих на себе в забугорье волохать? Не-е-ет, пусть здесь в люди выбиваются.

- Но, как тогда?.. – робко спросила жена.

- А так! В средствах мы теперь не стеснены, к Бую не привязаны. Переезжаем! В Москву! К бомонду! Чем мы теперь хуже сливок общества? А спиногрызов в элитную школу запихнем. Связи, Танечка, они с детских лет приобретаются, со школьной скамьи. Эх, если б я в свои школьные годы обзавелся нужными связями, я бы уже знаешь, где был? Да в администрации как минимум! А без связей и протекции всю жизнь в ЖЭКе батрачить пришлось. Ну ничего, я еще наверстаю!

- А Испания? – грустнея взглядом снова спросила Таня – дети же и там учиться смогут и связи заводить…

- Хех, вот правильно говорят, бабы – дуры! – хлопнул себя ладонями по бокам Николай. – Слышь, дура, зачем детям твоя Испания, если здесь самый завалящий начальник чего-нибудь может зарабатывать больше, чем целый министр там? Ты чё, детям счастья не желаешь? Нет, я все решил. В Москву переезжаем. Сначала я мотанусь, жилье найду, школу подберу, а потом и вы ко мне приедете.

Подслушивающие под дверью дети нервно покосились друг на друга.

***

В Москву уезжали спустя неделю. Ровно столько понадобилось, чтобы собрать памятные вещи, забрать документы из школы, подписать договор с агентством, на продажу квартиры, уволиться с работы и хорошенько это дело обмыть. Одного Николая в столицу жена не пустила, мотивируя тем, что его и покормить-то некому будет, и рубашку никто не погладит. Заверения в том, что накормит его ресторан, а рубашки он будет носить аккуратно, чтоб не помялись, Татьяну не убедили. Обычно тихая и покорная, на этот раз она проявила удивительную настойчивость и добилась того, что уезжали они всей семьей. Чемоданов было мало, всем необходимым было решено закупиться на месте. Татьяна хотела снять на время квартиру, пока семья будет подбирать подходящий вариант постоянного жилья, но муж настоял, что жить они будут в отеле.

- Я теперь не голь перекатная! Хочу жить как человек! С комфортом и уборкой в номере! А не слушать бесконечное «Коля убери носки, Коля, выброси бутылки, Коля, опять твоей воблой весь дом провонял».

В этом вопросе спорить с мужем Татьяна не стала. Просто заказала два номера повышенной комфортности в отеле, расположенном в пяти минутах пешком от Кремля.

Заселение прошло спокойно, если не считать настороженно-чумных глаз администраторши на абсолютно спокойном лице, которая заполняя документы пыталась понять, сумеет въезжающее семейство оплатить свое проживание в отеле или будет скандал и удержание штрафа из ее зарплаты.

- Желаю приятного пребывания – выкладывая ключи на стойку сказала она, сожалея, что нельзя вывернуть гостям карманы и проверить их платежеспособность. Этика, чтоб ее.

***

На следующий день семья Агафоновых отсыпалась, ходила по магазинам и гуляла по центру. Татьяне и Сереже прогулка понравилась, Николай ходил, потому что надо, не деревенщина же он бескультурная, в прекрасном тоже понимает, а Ксюша – потому что потащили, всем своим видом демонстрируя, что ей не нравится и лучше бы ее оставили в номере.

Второй день пребывания в столице Николай решил посвятить устройству детей в школу. «Ибо нечего в разгар учебного года бездельничать! И так неучи». Еще в поезде из всего многообразия московских школ его заинтересовали две. В них он и направился. Сначала в ту, которая располагалась ближе к отелю. Однако совершив прогулку по территории школы в компании директора, разочаровался. Слишком мало на его взгляд было дисциплины, слишком много шума, да и контингент так себе. Кого ни попадя берут. Нет, не за этим он детей в Москву тащил. Попрощавшись с директором и не обещая вернуться, Николай направил свои стопы ко второму варианту. Вторая школа заинтересовала его не в пример больше: расположенная в лесопарке, она тем не менее находилась на территории Москвы, и в пешей доступности от дороги и остановок. Вокруг было тихо и красиво. Школу ограждал высокий ажурный забор по внутреннему периметру которого ходили двое охранников. Третий стоял около ворот и очень придирчиво сверял протянутые Николаем документы с данными приглашенных на сегодня посетителей.

- Проходите, – прозвучало наконец разрешение.

- А куда идти? – немного робея перед габаритами охранника спросил Николай

- Толя, проводи, – сказал стоящий на воротах одному из совершающих бесконечный обход охранников. Один из мордоворотов снялся с маршрута и качнув головой, приглашая следовать за ним, потопал к школе. Николай поспешил следом.

- Пришли, – остановившись перед дверью с табличкой «директор» сказал Толя и не дожидаясь, пока сопровождаемый зайдет в кабинет, ушел.

Немного нервно оправив купленный вчера костюм Николай постучал в дверь и дождавшись приглашения вошел. Кабинет был просторный, оформленный в бежевых тонах. На окнах шторы, на стенах картины. Несколько диванов, штук пять кресел, шкафы с документами и посередине кабинета, огромный письменный стол, за которым восседала молодая женщина в строгом костюме, с не менее строгим выражением лица.

- Добрый день, – без намека на улыбку сказала она – вы ко мне?

- Да. Я вам звонил сегодня утром… По поводу детей. В школу их хочу… – под строгим взглядом начал сбиваться с мысли Николай, крутя пуговицу на пиджаке.

- А, помню, присаживайтесь, – указала рукой на одно из кресел, стоящих перед столом директриса, внимательно рассматривая посетителя. Он был довольно высокий, но в спортзале явно был гостем не частым, о чем свидетельствовал начавший расти животик. Грубые, рабочие руки и обветренная кожа лица, без лишних слов поведали о том, что о салонах красоты их владелец знал только понаслышке. Довершал картину костюм, явно дорогой и новый, но сидящий настолько криво, что становилось понятно, к подобной форме одежды мужчина не привык. – Людмила Артемьевна, –представилась она. – Мой помощник, Вадим Алексеевич – кивнула директриса на мужчину, сидящего на одном из диванов.

- Николай Леонидович.

- Очень приятно. Итак, Николай Леонидович, я вас внимательно слушаю, – складывая ладони домиком и устраивая на них подбородок сказала Людмила Артемьевна.

- Ну, я, это… - растерял все слова под таким пристальным вниманием Николай. – Это, переехали, детей бы в школу.

- Вы хотите устроить детей в школу? – перевела невнятные бормотания на человеческий язык Людмила Артемьевна.

- Да, – с облегчением кивнул Николай.

- И хотите, чтобы дети учились именно в этой школе?

- Да! – энергично закивал Николай, находя потерянное красноречие. – Я в разных был, у вас самая лучшая! И места красивые, и охрана серьёзная, и дисциплина наверняка хорошая, и по рейтингам вы лучшие, да и экология…

- Мне приятно слышать столь лестные характеристики, однако я не смогу принять детей на обучение, – перебила посетителя директриса.

- Почему? – растерялся мужчина.

- Видите ли, Николай Леонидович, у нас элитная школа. Как вы и сказали - лучшая. Здесь учатся наследники очень громких фамилий, высокопоставленных чинов, – брезгливо поджимая губы начала объяснять Людмила Артемьевна. – Сюда не берут всех подряд. Иначе это будет не элитная школа, а проходной двор. Начнет страдать дисциплина, снизится успеваемость, и мы перестанем быть лучшими. К тому же детям других социальных кругов будет тяжело влиться в коллектив. Вы понимаете?

- Понимаю! – широко улыбнувшись ответил Николай. – Все понимаю! Это хорошо, что у вас такие серьезные требования при зачислении. Я бы тоже не хотел, чтобы мои дети учились с кем попало. Круг общения очень важен. И мы с вами, как взрослые, солидные люди это прекрасно осознаем, – продолжал улыбаться Николай, доставая из внутреннего кармана пиджака пухлый конвертик и пододвигая его по столу в сторону директрисы. – И дети у меня такие же, с пониманием дети. Эти… этикеты с детства знают, в любые коллективы мигом вливаются, и успеваемость нормальная. В общем, школу не посрамят. Очень талантливые дети, вы главное местечко им найдите.

- Мда? – задумчиво протянула Людмила Артемьевна окидывая взглядом содержимое конвертика. – Ну, если вы настолько в них уверены…

- Уверен! Не дети, ангелы!

- …тогда мы готовы предоставить им место в нашей школе, – изобразила милую улыбку директриса, заканчивая начатую фразу. – Оставьте Вадиму документы, он оформит все необходимые документы. К занятиям дети смогут приступить со следующего понедельника, форму и учебники заберете в пятницу.

- Спасибо! Спасибо! Вы не пожалеете! – начал трясти протянутую руку счастливый отец, уходя вслед за Вадимом Алексеевичем, разбираться с бумагами.

- Всего доброго, Николай Леонидович – сняв копии с нужных бумажек и подписав договора попрощался Вадим Алексеевич. – Не забудьте заехать в пятницу.

***

- Ну и зачем ты согласилась? – недовольно поинтересовался вернувшийся в кабинет начальницы помощник, вытирая платком руку, которую на прощание потряс Николай.

- А почему бы и нет? Хочет смерд выпендриться, пусть повыпендривается. Вряд ли детки его здесь надолго задержаться, а деньги лишними не бывают. Да и нашим воспитанникам практика, - объяснила свое решение Людмила Артемьевна, ласково поглаживая конвертик кончиками отросших черных когтей.

Выйдя за школьную территорию Николай посмотрел на часы и самодовольно улыбнулся. Он думал, что пристроить детей в школу будет труднее и дороже. Вот, что значат манеры и умение говорить! Часы показывали три часа дня, возвращаться в номер и нарываться на очередную семейную экскурсию не хотелось, поэтому Николай решил заняться поиском квартиры. Не растрачивать же попусту такой удачный день? Дойдя до лавочки, он достал смартфон и начал искать подходящего риелтора.

***

- Цена не важна, главное, чтобы все было по высшему разряду – час спустя, сидя в уютном ресторанчике с кружкой пива, втолковывал Николай приехавшему на встречу молодому человеку. Звали молодого человека Михаил, был он риелтором и в его профиле было так красиво написано про большой опыт работы, в том числе со сложными заказами, про сжатые сроки и индивидуальный подход к клиенту, что листать другие анкеты не осталось никакого желания. – Вот прям круче, чем у звезд. И чтоб соседи достойные, не хочу с кем попало рядом жить.

Михаил кивал в такт словам клиента и не мог решить, как реагировать. С одной стороны, запросы, которые озвучивал клиент сулили такие комиссионные за сделку, с которыми он мог спокойно устроить себе отпуск на полгода в какой-нибудь тропической стране. С другой – ну не выглядел человек, сидящий напротив настолько обеспеченным, чтобы потянуть такие хотелки. Уж в этом Михаил разбирался. Простая речь, отсутствие манер, криво сидящий костюм и то, как он налегал на пиво, выдавали в заказчике рабочего человека из провинции, скопившего немного денег и приехавшего покорять Москву. Не осознавая, что обеспеченность там и нищенство здесь по сути являются равнозначными понятиями. Вот если бы он искал бюджетную вторичку на окраинах…

- Я вас понял, постараюсь учесть все пожелания, – решил завершить встречу Михаил, поняв, что ничего нового не услышит. – Мне потребуется несколько дней, чтобы подобрать варианты, потом я свяжусь с вами и согласую время показов, – в конце концов, чем черт не шутит, конечно не элит, но вдруг хоть на комфорт у клиента денег хватит. Комиссионные конечно будут меньше, но…

- Добро, – согласился Николай, заказывая себе очередную кружку пенного напитка. – Ты главное шустрее ищи, я долго ждать не могу.

***

Михаил позвонил через два дня и сообщил о том, что подобрал несколько вариантов, а также поинтересовался, готов ли клиент смотреть квартиры на следующий день? И если да, то можно ли организовывать все просмотры на один день или будет неудобно? В ответ он получил бурную радость и заверения в том, что готов смотреть все за раз, даже в том случае, если вариантов будет вдвое больше. Пообещав заехать за Николаем и лично отвезти его на все объекты Михаил попрощался с Николаем и начал организовывать просмотры шести квартир на один день. В общем, практически совершал подвиг.

***

Михаил проклинал тот несчастливый час, когда ответил на звонок этого клиента. Лучше бы в тот день он разбил телефон. Они ехали смотреть уже шестую, последнюю из запланированных к просмотру квартир, и пока клиентам не нравилось ничего. Да, сегодня мужчина был не один, а взял с собой жену, но на его характере это ни коим образом не отразилось. Он вел себя так же громко и был всем недоволен. Михаил показывал паре сталинки в центре, показывал квартиры в новых, разрекламированных ЖК, попытался отвезти их за МКАД, предварительно назвав стоимость запланированной к показу квартиры. Он был уверен - впечатлившийся конскими ценами предыдущих вариантов и более здраво оценив свои возможности, Николай поедет смотреть скромную хрущевку и на этом эпопея с поиском элитного жилья будет закончена. Как же он ошибался… Смотреть скромную хрущевку Николай отказался наотрез, закатив такой скандал, что слышали кажется все четыре полосы дороги метров на триста в обе стороны от эпицентра звука. Михаил в очередной раз за сегодняшний день обругал себя за дурость и излишнюю доброту. Почему он их на такси не отправил? Зачем решил возить на своей машине? Теперь даже не свернешь никуда по-тихому, чтобы потеряться и забыть ненормальных заказчиков как страшный сон. И черт с ними, с плохими отзывами. Их и почистить можно, а нервы не лечатся. Хорошо, что наслаждаться громким пыхтением и слушает обвинения в непрофессионализме осталось не долго. И что квартира последняя, запланированная на сегодня к показу.

- Ну, неплохо, – закончив осмотр вынес вердикт Николай. – Просторненько, чистенько…

- И кухня какая хорошая, – добавила Татьяна.

У Михаила отлегло от сердца, неужели возьмут?

- Зачем тебе кухня, дурында? Ты что, готовить собралась? – увидев неуверенный кивок жены Николай рассмеялся. – Вот юмористка! Твоей стряпни я уже наелся. Повара наймем, чтоб как в лучших ресторанах готовил. И горничную, и гувернантку… Так что на кухню не смотри, - возвращаясь из сладких грез подытожил он. – В общем обстановку оценивай.

- Уважаемый - обратился Николай к риелтору – а кто еще живет в этом доме? Звезды там, или политики какие известные?

Порывшись в памяти и планшете, Михаил сообщил, что звезд в этом доме нет, впрочем, как и политиков. Здесь живут в основном бизнесмены средней руки, которые пока не успели сделать свои фамилии знаменитыми на всю страну.

- Не подходит, – тут же теряя интерес к квартире отрезал Николай. – Я ж говорил, рядом с кем попало жить не буду! Хочу с достойными людьми соседствовать. Что ж ты работаешь-то так плохо? Ей богу, поменяю я тебя.

«Да и фиг с тобой, меняй! Найди себе другого идиота, по всей Москве с тобой мотаться. Все равно у тебя денег даже на студию в Некрасовке не хватит, богатей хренов!» - и только собрался озвучить свои мысли, как клиент достал какую-то бумажку и стал трясти ей в воздухе.

- Что, думаешь денег у меня нет? – прозорливо прищурился Николай. – Как бы не так, есть! И побольше, чем у некоторых. Новости видел? Те, где про розыгрыш рекордного джек-пота рассказывали? По всем новостям крутили. А кто выиграл знаешь? – и наблюдая, как вытягивается лицо риелтора с ехидцей закончил: – Правильно понял, я и выиграл.

Минуту назад готовый взорваться Михаил резко поменял свое мнение о клиенте и почувствовал к нему небывалый прилив любви.

– Какая досада, Николай Леонидович. Видимо в первую нашу встречу я не совсем верно понял ваши потребности, – сладким до приторности голосом обратился он к клиенту - Я думал, что вы не будете против стать соседом активных, предприимчивых людей, которые смогли не только купить квартиру в этом доме, но и не закрыть после этого бизнес.

- Да? А на окраину ты меня к каким людям хотел отволочь? К тем, которые получают среднюю зарплату и еще не склеили ласты?

- Это было недоразумение. Я просто немного неправильно оценил ситуацию, но теперь все переосмыслил и готов со всем тщанием подобрать вам квартиру мечты.

- Вот же балабол. Ладно, даю второй шанс. Только учти, третьего не будет.

- Не волнуйтесь, подобные промахи больше не повторятся. Учту все ваши пожелания и подберу варианты в кратчайшие сроки.

- И чтоб как минимум один на всю страну известный человек в том доме жил! – прощаясь на улице напомнил Николай. – Напишу потом мужикам - обзавидуются. Ладно, Танюха, день был долгим, поехали что ли домой?

Глава 2

Уезжая утром, родители оставили Ксюше деньги и велели не скучать. Что ж, желания родителей надо выполнять по мере сил, решила Ксюша и начала искать варианты развлечений недалеко от отеля.

- Смотри, – сидя рядом с братом на широкой кровати говорила она, уткнувшись в телефон. – Мы можем пойти в тир, или в боулинг. О, а здесь даже с арбалета можно пострелять! Куда пойдем?

- Ксень, - брат смотрел на нее глазами побитого щенка. – Я в зоопарк хочу.

Отказать брату Ксюша не могла.

Натянув любимые джинсы, черную футболку с группой Sabaton и не менее любимые берцы, она по привычке затянула волосы в низкий хвост и дождавшись брата вышла из номера.

Ксюша была в Москве только однажды, тогда, когда семья летала на отдых в Турцию. И город ей не понравился: слишком большой, слишком шумный, слишком быстрый, да еще метро… Оно произвело на девочку просто неизгладимое впечатление. Казалось, что стоит выпустить руку мамы и она потеряется и останется здесь навсегда, а семья забудет о ней и отправится дальше, на море. А эскалаторы? Конечно, в том, что ее пугает движущаяся лестница она бы не призналась и под пытками, но факт оставался фактом. Поэтому, когда спустя несколько лет, мама сказала, что они с папай поедут в отпуск только вдвоем, ужасно обрадовалась. Бог с ним, с морем, главное, что не пришлось тащиться в шумный город, по которому нормально передвигаться можно только под землей. Она и в Буе прекрасно отдохнула. Даже то, что пришлось присматривать за младшим братом, отдых не испортило. Брата она обожала. Сейчас же, вынужденная по прихоти отца переехать сюда навсегда, радости не испытывала. Почему нельзя было оставить ее дома? Она уже взрослая, сама бы прожила. Там остались друзья, там был с таким трудом заработанный авторитет. А здесь? А здесь никто не знает, что тронуть Ксению Агафонову чревато травмами. Это с виду она маленькая и слабая, а на деле за себя постоять сможет. Удар ей еще Димка Свиридов ставил, а он между прочим, боксом занимается. Да и до Димки, с не поставленным ударом в обиду она себя не давала никогда. Но как при таком количестве народа до каждого донести, что не стоит ее обижать? А ей ведь еще брата защищать надо…

Сережа недолгий визит в Москву, в силу возраста не запомнил, и теперь при каждом выходе в город крутил головой по сторонам так, что казалось еще немного, и шея просто отвалиться. Ему, в отличие от сестры город нравился. Много людей, которым нет до тебя никакого дела. Даже если сделаешь что-нибудь глупое, никто не обратит внимания, не расскажет родителям, нет мальчишек хулиганов, которые не бьют тебя только потому, что боятся ответки от старшей сестры, зато на словах изгаляются как могут. А еще много кондитерских. Вот, где счастье! Как бы еще туда Ксеньку затянуть? А то идет нахохлившись, по сторонам хмуро зыркает. Нет, чтобы радоваться. И на метро они сейчас кататься поедут. А там такие классные эскалаторы! Встал на них и ногами шевелить не надо. Не выдержав переполняющего его восторга, Сережа начал идти вприпрыжку.

В номер вернулись вечером. Сережа фонтанировал энергией. Еще бы, и на зверей посмотрел, и сахарной ваты наелся, и за пирожными сестру затянул. Чудесный день! Ксюша чувствовала себя лимоном, пропущенным через мясорубку. Поездка туда-обратно в метро, огромные расстояния и норовящие оттоптать ноги люди не способствовали улучшению настроения.

«Ну хоть брат доволен», - утешила себя Ксюша и пошла в душ, смывать усталость тяжелого дня. Перед сном зашла мама и рассказала, что найти постоянное жилье сегодня не удалось, придется пожить в гостинице еще немного.

- Скучно вам здесь, - гладя сына по голове сетовала она. – Ни дворов нормальных, где погулять, ни соседей, с кем подружиться. Потерпите немного, через несколько дней уже в школу пойдете. Там и общение будет и новых друзей заведете.

- Мам, – позвала Ксюша – а где школа находится? Пешком отсюда дойти можно?

- Не знаю, я не особо еще в городе ориентируюсь, но кажется пешком туда точно не дойдешь. Зато на метро можно доехать. Папа говорил, там как-раз станция неподалеку.

- Просто супер, – без энтузиазма отозвалась Ксюша, чувствуя, что идти в новую школу хочет все меньше и меньше.

***

Михаил отодвинул в сторону всех клиентов, забил на девушку и даже на любимого кота обращал внимание через раз. Он искал. Искал так, как никогда прежде. Нарисованный воображением размер комиссии за затребованную везунчиком квартиру подстегивал не хуже плети. Он обзвонил всех знакомых риелторов, потом обзвонил их знакомых, а затем начал трясти всех, кто хотя бы гипотетически мог помочь в поиске нужной недвижимости. Душой он был уже там, на тропических островах, с освежающим коктейлем в руках. Жаль, что тело все еще находилось в Москве… Ничего, он справится. Подберет нужную квартиру, даже если для этого придется грохнуть старого владельца! Приободрив себя такой мыслью Миша вернулся к звонкам. Время поджимало.

***

Странные слухи ползли по школе с начала недели. Кто-то видел странного посетителя, выходящего из директорского кабинета, кто-то слышал, как помощник директрисы давал распоряжение поставить новые парты в двух классах - втором и девятом.

Все это заставляло учеников гадать, кто собирается влиться в их коллектив? Все, кто был достоин, уже учились в этой школе, а слухов о том, что в Россию переезжают представители зарубежной элиты, не появлялось. Так продолжалось до пятницы, когда влетевший в столовую Стас, поведал «широкой общественности» что видел, как Вадим Алексеевич передает форму и учебники какому-то мужику, чем вызвал шквал вопросов:

- Ты его узнал? Фамилию слышал?

- Как выглядит?

- А дети с ним были?

- Не, его я не знаю. Детей не было. Вообще странный какой-то дядя. На наш уровень не тянет. Морда помятая, пузо торчит, костюм как будто первый раз напялил. Весь какой-то нескладный. В общем, я так и не понял прикола.

Кто-то высказал предположение, что возможно приезжал водитель. Но Стас эту мысль категорически отверг:

- Да ты бы видел, как с ним наш Вадим разговаривал, с водителями так не общаются.

- Ну-у... Не знаю... Семьи разные бывают. Может там такая, что и с водителем разговаривать рекомендуется исключительно вежливо.

- Вадиму рекомендуется??? К нам что, английская королевская семья переезжает?

- Смысл гадать, скоро сами все узнаем, - спокойно сказал Марк, заканчивая обед. - Пошли в класс, скоро урок начнется.

- Тебе что, совсем-совсем не интересно? - догнав парня в коридоре, спросила Инга, эффектная блондинка, звезда школы и, по совместительству, девушка Марка.

- Совсем. Зачем гадать, все равно не угадаем, а время лучше провести с пользой.

***

Неожиданный звонок телефона заставил Михаила вздрогнуть и расплескать кофе на кота. Кот водно-кофейные процедуры не оценил и с протяжным «Мяу-у-у» спрятался под диван.

- Да, - недовольным голосом ответил Михаил, - что хотел?

- Я хотел? - удивился голос в трубке. - Это ты, Миша, очень хотел квартиру найти. Или уже не надо?

- Есть интересные варианты? - недовольство в голосе Михаила резко пропало.

- Есть один. Как раз под твои запросы. Запад, два уровня, выход на крышу, отдельный подземный гараж, закрытая территория. Короче, шикарный вариант, все как ты хотел - дорого-богато.

- А ты не в курсе, там кто-нибудь из известных живет? Так, чтобы, вся страна знала? - уже с интересом уточнил Михаил.

- Цветник, Мишенька, настоящий цветник! Один другого известнее. Адрес скину в Телеге, я там буду через час. Если интересно - подъезжай.

- Сколько мне это будет стоить? - подозрительно уточнил Михаил. - Ты меня без комиссии не оставишь?

- Не парься, там бабла на троих хватит, - хохотнул голос в трубке.

***

Звонок настиг Николая на выходе из школы. На экране высветился номер риелтора.

- Да, Миша? Есть новости?

- Есть! Я нашел! Идеальный вариант!

- Идеальный? - со скепсисом уточнил Николай - Уверен, или как в прошлый раз?

- Абсолютно. На сто сорок шесть процентов. Приезжайте, сами убедитесь. Вам когда удобно?

- Куда ехать? Подожди минуту, сейчас соображу... - ответил Николай, открывая карты. - О, так это ж рядом! Минут через двадцать буду. Жди.

- Да, - только и успел ответить Михаил, перед тем, как клиент бросил трубку.

- А если бы я был не здесь? - обращаясь к молчащему телефону риторически спросил он.

***

- Вот, можешь же, когда хочешь - осмотрев квартиру, довольно произнес Николай. - А то возил по каким-то трущобам. И до школы детям близко, красота. А известный кто здесь живет?

- Живут. Что не квартира, то знаменитость, - улыбаясь во все тридцать два зуба ответил Михаил. - Оформляем?

***

В отель Николай вернулся ближе к вечеру, нагруженный учебниками, формой и купленными по пути бутылками коньяка для себя и бутылочкой вина, для жены.

- Танюха, мы переезжаем! - заорал он, вваливаясь в номер. - Я квартиру купил. Будем обмывать!

- Куда переезжаем, когда? - ошарашенно спросила жена. -Ты же за формой поехал. Когда успел?

- За формой, - согласился начавший отмечать по пути Николай. - А по пути такую квартиру нашел! Вам понравится. Эй, спиногрызы, форму с учебниками получаем и к столу, праздновать!

- Ура-а-а!!! Праздник! - обрадовался Сережа. - Конфеты, мороженное.

- Успокойся, не будет никакого мороженого, - забирая у отца школьные принадлежности, сказала Ксюша. - Все, что ему надо было для праздника, он уже принес.

- Но-но... Не хами отцу. Праздничный ужин я уже заказал. Так что мухой. И переоденься, сил нет на твоих уродов смотреть.

- Это не уроды! Это Слипкнот, офигенная группа, между прочим. Хотя кому я это рассказываю. В чем хочу, в том и хожу, - выходя за дверь, заявила Ксюша.

- Ну зачем ты так? Ей сейчас и так нелегко. Город чужой, друзей нет, - вступилась за дочь Татьяна. - И не всегда футболки страшные. Вспомни себя в 15 лет.

- Я отцу не хамил. Он бы мне таких люлей прописал. А она пользуется моей добротой.

- Это что??? – врываясь в номер закричала Ксюша, потрясая школьной формой.

- Форма. Школьная. Очень красиво смотрится, я видел, - не понял претензий дочери Николай.

- Почему здесь юбка?

- А что такого. Мальчикам брюки, девочкам юбки. Все нормально.

- Не нормально! Я в юбке ходить не буду! Пусть штаны выдают.

- Будешь. Нет у них штанов для девочек. А без формы в школу не пускают. Сейчас, подожди... - листая правила школы, пробормотал Николай, - вот, пункт 7.3 - «каждому ученику выдается комплект школьной формы - брюки и пиджак для мальчиков, юбка и пиджак для девочек. Учащиеся допускаются на территорию школы строго в форме. Ученик, нарушивший форму одежды, до занятий не допускается.» Видишь, не я это придумал. Правила такие. Так что, перестань психовать.

Ксюша смотрела на отца полным возмущения взглядом и производила впечатление человека, который вот-вот лопнет.

- Кстати, - добавил он, - я ж тебе подарок купил! Вот, держи.

- Это что? Туфли!? - подняв крышку коробки, выдохнула Ксюша.

- Туфли. Смотри, какие красивые. И с формой сочетаться должны хорошо. А то у тебя ж под юбку и обуть-то нечего. Только берцы да кроссовки таскаешь.

- Ни за что! – громко хлопнула дверью Ксюша, вылетая из комнаты.

- Вот и поговорили!

***

- Ксень, ну ты чего? - теребил сестру, решившую все же примерить обновки, Сережа. - В самом деле ведь красиво.

- Ужас! - припечатала Ксюша, отходя от зеркала на заплетающихся ногах. Туфли, купленные отцом, были на высоких каблуках, ходить на которых девочка не умела. - Что за школа, в которую только в таких юбках пускают? Она же даже колени не прикрывает! Ни наклониться, ни пенделя хорошего отвесить.

- Зато красиво! Как принцесса.

- Угу, принцесса. Тебе хорошо, ты в штанах. Эх, где бы брюки такие намутить? Интересно, добрые одноклассники не откажутся поделиться?

- Откажутся. Я бы отказался. Если они тебе свои штаны отдадут, им же в твоей юбке ходить придется…

- Ну а что, зато красиво! - передразнила брата Ксюша, - Кстати, туфли тоже могу пожертвовать.

- Нет. Мальчики в юбках не ходят.

- Шотландцам это расскажи - рассмеялась сестра. - Ладно, время еще есть, придумаю что-нибудь, - закидывая туфли в дальний угол пообещала себе девочка.

***

- Ну вот, наша новая квартира. Скромненько, конечно... Ну так и мы люди простые, - самодовольно улыбаясь, проводил для семьи экскурсию Николай. - На пыль внимания не обращайте, в понедельник выйдет горничная. Повар тоже в понедельник. Ну а пока мамкину стряпню потерпеть придется. Ну ничего, столько лет ели, два дня осталось.

Татьяна только закатила глаза и покачала головой.

- А мне нравится, как мама готовит, - возразил Сережа, - особенно пироги с вареньем.

- Цыц, малец! Тебя не спрашивали. Ты еще в жизни ничего не понимаешь. Попробуешь - почувствуешь разницу. Ну что, народ, разбираем комнаты! Наша с мамой - первая от лестницы.

- Ну, значит, моя в конце коридора, - сказала Ксюша и подхватив свою сумку, пошла на второй этаж.

- Ксеня, меня подожди! - кинулся за ней брат. - Я в соседнюю хочу!

После того, как с вещами было покончено, Ксюша с Сережей спустились на кухню, где уже во всю хозяйничала мама, заваривая чай и нарезая бутерброды.

- Закончили? - с улыбкой спросила Татьяна. - Устали? Чай будете с бутербродами?

- Будем, - радостно ответил Сережа, - я так проголодался!

Схватив бутерброд и откусив добрую половину, он продолжил болтать от переполнявших его чувств:

- Здесь здорово! У меня теперь своя ванная, не придется ждать Ксюху по утрам. А шкаф! Там же в прятки играть можно. И вообще, здесь места много. Давайте возьмем собаку! Здесь то она поместится?

- Давай поговорим с папой об этом, - предложила сыну Татьяна.

- Ага, бультерьера. Зубастого. Чтоб все боялись, - вставила Ксюша.

- Нет, лабрадора. Они умные и играть любят. С ними никогда не скучно.

- Балда, кто твоего лабрадора испугается? Он же кусаться не умеет!

- Ему кусаться и не придется! Он будет веселый и добрый. А в случае опасности я его сам защищу!

Татьяна поперхнулась чаем, Ксюша закашлялась в кулак. Нарисованная воображением картина защиты лабрадора впечатляла.

- Что за приступ коллективного бронхита? - поинтересовался вошедший в этот момент Николай.

- Обсуждаем покупку собаки, - заявил ему сын, - я хочу лабрадора, а Ксюша - бультерьера. Придется брать двух!

- Кхм... Ладно, обдумаем. Танюш, я тут подумал. С соседями надо бы познакомиться, а с пустыми руками не принято ходить. Может, пирог какой сварганишь по-быстрому? А я пока за запивкой в магазин сбегаю.

- Тебя же не устраивает как мама готовит, - ехидно напомнила Ксюша. - Тебе не подходит, а соседям нормально?

- Я это пол жизни ел, а им экзотика будет. Приготовишь? - просяще посмотрел на жену Николай.

- Приготовлю - вздохнув ответила Татьяна.

- Отлично! Я мигом, - подхватывая ключи выскочил за дверь мужчина.

К моменту его возвращения на столе стоял не только пирог, но еще три вида салатов, отварная картошка, привезенные из Буя маринованные грибы и соленые помидоры.

- Вот это ты молодец! Хозяюшка. Теперь и в гости сходить не стыдно. Переодеться только надо. Особенно тебя, Ксения касается. Что ты все в своих джинсах шляешься? Не надоело? Давай, изобрази что-нибудь приличное.

- Ничего другого нет. Только джинсы и футболки. Еще шорты есть. Не устраивает - могу остаться дома.

- Я без Ксюши не пойду, - заявил Сережа, хватая сестру за руку.

- Я не понял, что за бунт? Еще ты скажи, что не пойдешь, - обратился Николай к жене.

- Ну а правда, может ты один сначала сходишь? - ответила Татьяна. - Зачем всем вместе вваливаться? А если у людей планы? Неудобно будет.

- Та-а-а-к, мне что, больше всех надо? Я что, в Москву для себя поперся? Ну-ка встали, улыбки натянули и пошли с соседями знакомиться - рявкнул Николай.

Глава 3

День у Александра Покровского выдался очень насыщенным: сначала встреча с владельцем фирмы, на которую он положил глаз, а теперь еще и руку, затем деловой обед с партнерами, несколько телефонных переговоров… и это несмотря на то, что день был субботним. Если в будние дни основная работа не оставляет времени на личные дела, значит их надо решать в выходные. Согласны ли с этим мнением его партнеры, Александра не интересовало никогда. Побесятся, поменяют планы, получив неожиданный звонок или сообщение о необходимости встречи и придут как миленькие, сверкая улыбкой и спрятав раздражение куда подальше. Испорченный выходной не такая большая плата за дружбу и покровительство со стороны Покровского. И в том, что он ожидает от партнеров братского разделения доходов тоже ничего удивительного нет. Кто ж в нынешнее время дружит забесплатно?

Вернувшись домой во второй половине дня и привычно пропустив мимо ушей трескотню жены об очередной вечеринке, на которой их ждут завтра вечером, он прошел в кабинет, отдохнуть и расслабиться после насыщенного дня. Домашний кабинет был личной крепостью Александра. Он пускал сюда далеко не всех и не всегда, предпочитая рабочие дела решать в рабочем же кабинете или на нейтральной территории ресторанов, а гостей принимать в одной из двух гостиных. Две их было на случай, если закатившая очередную вечеринку жена, начинала выгонять мужчин прочь, под предлогом срочно возникшей необходимости обсудить что-то исключительно женским коллективом. Тогда он с мужчинами просто переходил во вторую, не используя для посиделок кабинет.

Включив Бенни Гудмена и взяв в руку стакан виски Александр направился к креслу, стоящему около окна. Отхлебнув из стакана, он откинулся на спинку закрыв глаза. Хорошо. Все хорошо, и кресло, и виски, и музыка, и прошедший день, да и вообще вся жизнь. Он принадлежал к высшим слоям общества, занимал очень высокий пост, имел достойную жену и, главная гордость, сына, которому уже сейчас прочили большое будущее. На здоровье жаловаться тоже не приходилось, несмотря на то, что лет ему уже было… мда, не важно. Главное, что выглядит он не старше сорока, и реального возраста ему никто не даст, даже официального. Состояние полной удовлетворенности собой и миром нарушил переливчатая трель дверного звонка. Недовольно поморщившись Александр открыл глаза. Кого еще нелегкая принесла? Он никого не приглашал, Марк наверняка тоже, он всегда заранее предупреждает о визитерах. Жена? Она могла. Ни дня без общения, ни вечера в тишине. Как же надоело. Сейчас придется идти изображать радушного хозяина. Черт, такое настроение угробила.

***

Услышав звонок в дверь Светлана очень удивилась. Она никого не приглашала, Марк вроде тоже гостей не ждал, по крайней мере не предупреждал. Муж? Нет, вряд ли, этот бы точно сообщил. Охрана о визитерах не предупредила, а это значит, что на них был заказан пропуск. О соседях Светлана даже не подумала. Они никого не приглашали, а приходить без приглашения? Даже без звонка? Так никто не поступает.

- Открой, – велела она горничной.

Коротко кивнув девушка ушла. До Светланы донесся щелчок замка, затем послышался невнятный разговор, переходящий на все более повышенные тона. Пришлось выходить и смотреть, что происходит. Происходило странное, по ту сторону порога стоял незнакомый мужик, и придерживая одной рукой дверь, чтобы не закрыли, второй отчаянно жестикулировал, втолковывая что-то горничной. Девушка стояла с дикими глазами, одновременно пытаясь объяснить, что без приглашений пускать не велено и закрыть дверь.

- Что здесь происходит? - спросила Светлана. - Оля?

- Светлана Андреевна, - затараторила горничная, - вот, открыла дверь, а там эти. Говорят, к хозяевам пришли. К кому именно сказать не могут. Сказала, чтоб уходили, а они ругаться начали.

Светлана перевела взгляд на стоящих в дверях визитеров. Их оказалось четверо, держащий дверь, скандальный мужчина, притулившаяся за его спиной женщина и двое детей.

- Здрасте! - поздоровался мужчина. - А мы к вам познакомиться вот зашли. Соседи мы ваши новые, сегодня только переехали. Думали придем как положено, посидим, поговорим. Рядом же жить придется, как не познакомиться? Пирог испекли, чин по чину все, приходим, а нас не пускают. Вы бы провели беседу со своим персоналом, безобразие какое-то, гостей на пороге держать!

По мере произнесения речи брови Светланы поднимались все выше и выше. Соседи? Они? Как??? Да их охрана даже на территорию не должна была пускать. Юродивые живут по ту сторону забора, сумасшедшие тем более. Кто пустил психов? Нет, в доме была пустая квартира, но представить, что в нее могли въехать они? Фантазии Светланы на такие подвиги не хватило. Мужчина тем временем выиграл битву за дверь и распахнул ее во всю ширь.

- Проходите! - скомандовал он себе за спину. В коридор аккуратно, как будто нехотя вошла женщина. Она была еще не старая и вполне симпатичная, но одета настолько просто и безвкусно, что не спасала даже хорошая фигура. Волосы стянуты в пучок, а уставшее лицо могло бы послужить иллюстрацией к статье о полной затюканности жизнью. В руках без признаков маникюра было блюдо с пирогом. Она посмотрела на Светлану, взглядом прося прощения за поведение мужчины, судя по обручальным кольцам, мужа. Следом зашел мальчик лет восьми, большеглазый, светловолосый, с короткой стрижкой и выражением восторга на лице. Он внимательно рассмотрел Светлану, а затем начал вертеть головой во все стороны, приоткрыв от удивления рот. Потом девочка-подросток, она была очень похожа на женщину, такая же худенькая и миловидная, но на мир смотрела не зачухано-устало, а дерзко и настороженно. Коротко стриженные волосы были собраны в низкий хвост, обтрепанные джинсы, тяжелые ботинки и футболка с принтом какой-то рок-группы довершали образ пацанки с окраины. Она не сильно насупила мальчику на ногу и шикнула на него, призывая вести себя приличнее. Руки девочки были заняты какими-то контейнерами. Последним зашел мужчина. Светловолосый, высокий, но уже начавший заплывать жирком, он сиял широкой улыбкой и двухдневной щетиной. Он был одет в дорогой костюм, но чувствовал себя в нем явно некомфортно.

«В спецовке смотрелся бы органичнее» - подумала Светлана.

- Вот, моя семья: Татьяна, моя жена, дети, Ксюша и Сережа, - представил он вошедших. - Я – Николай, - под конец представился мужчина и попытался цапнуть хозяйку квартиры за ручку, чтобы запечатлеть на ней поцелуй, но Светлана сумела увернуться и спрятала обе руки за спину. - Ну что, показывайте, где можно провизию сгрузить? А муж дома? Большая небось семья? - сыпал вопросами Николай, вертя головой во все стороны не хуже сына. - А вас, кстати, как зовут?

- Светлана, - представилась ошарашенная напором постелей женщина. - А-а-а... Вы, простите, зачем? - и сделала неопределенный жест рукой, не в силах подобрать нужные слова.

- Так я ж говорю, знакомиться пришли. По-соседски. Пирожок вот принесли, соленья всякие, да и про запивку не забыли, - поднял руку с пакетом Николай. - Мы ж с понятием, с пустыми руками в гости не ходим.

Светлана стояла в ступоре. Таких посетителей ей принимать еще не доводилось. Что делать она не представляла.

- Оля, позови Сашу, - в голове, наконец, родилась спасительная мысль. У него опыта в отваживании всяких-разных побольше будет.

***

- Александр Васильевич! - в кабинет, после короткого стука, даже не дождавшись приглашения, заглянула горничная. - Вас хозяйка зовет, там такое! Идите скорее.

- Где находится это «там» и что в нем произошло? - с раздражением поинтересовался Покровский.

- В коридоре, люди какие-то пришли, говорят, соседи новые. Не похожи совершенно. У вас все соседи солидные, а эти странные какие-то, с едой пришли, знакомиться говорят.

Брови Александра поползли на лоб.

- Ну выставите их за дверь. Зачем вообще пустили?

- Я пыталась, не уходят! И хозяйку не слушают. Поэтому она за вами и послала.

- Ладно, - вздыхая, поднялся из кресла Покровский. - Давай посмотрим, что там за соседи такие.

Спустившись со второго этажа, Александр обнаружил, что незваные гости уже «пробили первый рубеж обороны» и захватили гостиную. Жена стояла с обреченным выражением лица и всем своим видом показывала, что все от нее зависящее она сделала, теперь вся надежда на него.

- О, вот и хозяин пришел! Здорово, сосед, меня Николаем зовут, - Николай протянул руку хозяину квартиры, - а тебя?

Александр еще раз обвел взглядом гостиную, задержавшись на гостях, оценил расставленные на столике закуски и бутылки, взглянул на жену, широко улыбнулся и протянул в ответ руку.

- Александр, - представился он, с удовольствием наблюдая, как выражение лица жены меняется с обреченности на крайнюю степень удивления, - с моей супругой вы, наверное, уже успели познакомиться.

Он повернулся к оставшейся в дверях гостиной горничной, на лице которой отражалась та же степень удивления, что и у хозяйки дома.

- Оля, будь добра, попроси Марка спуститься к нам, - и уже обращаясь к гостям продолжил. - Вы располагайтесь, сейчас сына дождемся и познакомимся поближе.

Удивление на лице Светланы сменилось возмущением. В мужа вонзился взгляд, требующий объяснений, который он проигнорировал.

- Светочка, распорядись по поводу чая.

Проводив взглядом демонстративно чеканящую шаг хозяйку, Николай усмехнулся:

- Вот это правильно, это по-нашему. Баб надо в кулаке держать, а то слушаться перестанут. Я вот дочку упустил, не доглядел по малолетству, так теперь к порядку призвать не могу. Дерзит, не слушается, не знаю, что из нее вырастет.

- Не переживайте, это переходный возраст. У меня сын примерно ее ровесник, в последнее время тоже характер показывает. Нормально, пройдет.

- Чего звали? - Марк зашел в гостиную всем своим видом показывая, что его оторвали от важных дел, к которым ему не терпится вернуться.

- Вот, как я и говорил, - показывая рукой на сына, произнес Александр, - стоило перейти в среднюю школу, как всё воспитание потерялась. Марк, познакомься, наши новые соседи. Это Николай, а это ...

- Моя жена, Татьяна, дочь Ксения, сын Сергей - представил семью Николай. - Будем знакомы, - и протянул Марку руку.

- Ты что, прикалываешься? - оглядев руку и ее владельца, Марк с непереводимым выражением лица повернулся к отцу. - Какие соседи? Ты их где откопал?

- Марк, я настойчиво рекомендую тебе найти потерянное воспитание и поздороваться с гостями. Это наши новые соседи. Только сегодня заехали. Решили зайти, познакомиться.

- И их охрана пропустила?

- Марк! - повысил голос Александр - Я просил быть вежливее.

- А что я такого сказал? Ты на них внимательно смотрел? Какие они соседи? Даже на обслуживающий персонал не тянут.

- Слышь, ты за языком то следи, а то в челюсть пропишу, - не выдержав, вскочила Ксюша.

- Ксения! Марк! - раздались одновременно голоса Николая и Александра.

- Сели, успокоились, улыбнулись, - добавил Александр на правах хозяина дома.

В комнате воцарилось молчание. Ксюша, не сводя с Марка убийственного взгляда, села в кресло. Она злилась. Злилась на отца, который потащил их знакомится, злилась на мать, которая не смогла ему возразить, злилась на себя, за то, что не послала всех с этой дурацкой идеей и не осталась дома. И теперь ей приходится сидеть здесь и терпеть эту семейку. Что мать, что сын с первого взгляда вызвали у нее стойкое неприятие. Этакие богатенькие снобы, вообразившие себя невесть кем. Глава семейства, на первый взгляд был адекватнее. Но Ксюша ему не доверяла. Что-то было в его взгляде такое... Ей казалось, что таким взглядом смотрит какой-нибудь ученый на новый вид насекомых, с любопытством разглядывая каждого в отдельности, подмечая каждую мелочь. Они для него тоже такие насекомые. А сыночек этот вообще обнаглел, поставил их семью ниже прислуги. Если бы ей такое сказали в ее родном Буе, то она бы уже пинала своими любимыми берцами по ребрам того, кто рискнул это сделать. Предварительно постучав кулаками по его наглой роже.

Марк тоже был не в восторге от происходящего. Он вообще не мог понять, что происходит. На его памяти отец никогда не опускался до общения с людьми такого уровня. Не зря же он отгородился таким количеством помощников и секретарей, которые отсекали всевозможных просителей, заявителей и просто возмущенных граждан. А тут... Не только не вызвал охрану, чтобы их выкинули из дома, но еще и чай с ними собрался пить. Да еще и его зачем-то позвал, как будто ему это нужно. Ну хочет сам пообщаться с «народом», пусть общается. Может не только чай, но и водки с ними выпить, вон закуска уже стоит. А ему то это зачем? Юноша сидел и мерился взглядом с наглой девкой, которая посмела ему хамить. Но с отцом ссорится не хотелось, тем более непонятно из-за кого. Поэтому, совладав со своими чувствами, он напустил на лицо спокойное выражение и улыбнулся. Чисто по-американски, во все тридцать два зуба. Этакая приветственная улыбка, которая не несет никакой информации и ничего не значит.

Ксюша тоже решила не раздувать пока конфликт. В основном, чтобы не огорчать мать, которая и так, судя по ее виду, чувствовала себя не в своей тарелке и смотрела на дочь умоляющим взглядом. Она всегда так смотрела на нее, когда Ксения начинала ругаться с отцом, молчаливо прося не выходить за рамки и не доводить Николая до бешенства. Поэтому девочка постаралась состроить милую мордаху и улыбнуться. С ее нерождённым актерским талантом притворяться Ксюше удавалось редко. Лицо всегда выдавало все ее мысли окружающим. Так что выражение ее лица скорее походило на сцену из немого кино, говорящую зрителям: «О'кей, пока замяли. Улыбаемся и машем. Но я запомнила и при случае припомню. А память у меня хорошая и фантазия буйная.»

Вообще из всей находившейся в гостиной компании лучше всего себя чувствовали Александр и Сергей. Сережа с любопытством разглядывал богатую, но при этом стильную гостиную, над которой явно работал очень профессиональный и талантливый дизайнер, сумевший совместить, казалось бы, несовместимое - явно видимый достаток хозяев и одновременно строгость и четкость стиля «хай-тек». При этом не впадая ни в какие крайности - на в минимализм, ни в любимый стиль нуворишей девяностых - «дорого-богато». Мальчик не обращал большого внимания на то, что обстановка в комнате начала накаляться, он видимо даже не понимал этого. Хотя конечно видел, что сестра недовольна, но за эти несколько дней он уже привык к тому, что Ксюше все не нравится. Ни Москва, ни новая школа, хотя они в ней еще даже не побывали. Так что ничего особенного с сестрой не происходило. Он же был доволен. Ему все нравилось - и Москва, и их новая квартира, и школьная форма и даже новые соседи. Хозяйка квартиры была такая красивая! Он таких раньше только в кино видел, вот бы мама тоже такой была. И хозяин квартиры хороший, не кричит, улыбается. Вот только сын у них какой-то вредный, но дядя Саша сказал, что это из-за возраста и пройдет.

Вернувшаяся с чаем Светлана разрядила обстановку.

- Черный, зеленый, фруктовый, улун, - сказала она, показав на сервировочный столик - Я не знала ваши предпочтения, поэтому попросила заварить разные сорта.

- Я фруктовый буду! - подняв руку выкрикнул Сережа.

- Воздержусь, - Марк.

- Зеленый, пожалуйста, - Татьяна.

- Обойдусь, - буркнула Ксюша.

Светлана перевела взгляд на мужчин.

- Черный, не разбираюсь я во всех этих изысках.

- Улун, Светочка, - попросил муж. – И Марку тоже. И кусочек пирога ему отрежь.

- Итак, - продолжил беседу Александр получив чашечку чая. – Сюда вы переехали только сегодня, а где жили до этого?

- В гостинице, – простодушно ответил Николай. – Очень неудобно. Людей много, шумно, да и не свое оно.

- А в более глобальном смысле?

- Приехали чтоль откуда? Так с Буя мы, хороший город, бывал? – по лицу Александра становилось понятно, что не только не бывал, но и название слышал чуть ли не в первый раз. – Костромская область, не далеко от Москвы.

Понимания не прибавилось.

– Ладно, - махнул на бесполезные пояснения Николай, - в общем город хороший, но маленький. А как в маленьком городе детей устраивать? Правильно, никак. Вот я так подумал, взял семью, да и привез в Москву. Помыкались немного в гостинице, а сегодня вот, сюда переехали.

- А кем вы, простите, работаете? – не выдержала Светлана.

- Электриком. Только я уже не работаю, уволился перед переездом. А жена швеей была. Так что, если что понадобиться, розетку там поменять или юбку ушить, вы не стесняйтесь, обращайтесь. В лучшем виде сделаем.

- Неужели электрики столько зарабатывают? – диковато покосилась на мужа Светлана.

- Да щас, дождешься от этих крохоборов зарплат нормальных! Еле-еле на жизнь хватало. По телевизору смотришь – про средние зарплаты и индексацию рассказывают, к начальству придешь – где мол моя средняя по стране зарплата, а они в телевизор посылают. Хрен говорю с вами, хоть проиндексируйте, обещали же! А они опять, по тому же маршруту отправляют. Говорят, кто обещал, тот пусть и индексирует, а у нас денег на это нет. А как до них, обещальщиков, доберешься, если они свои рожи только в телевизоре показывают? Отобещаются с трибун и все, до следующего выступления про обещания забывают. Пока в лотерею не выиграл, так с хлеба на гречку и перебивались. – в сердцах высказался Николай. - А вы кем трудитесь?

- Жена домохозяйка, а я, можно сказать, представитель тех самых обещальщиков из телевизора, - посмеиваясь ответил Александр.

- А-а-а, вон оно как… - ненадолго стушевался Николай. - Ну ладно, у каждого есть свои недостатки, правда?

- Совершенно согласен, – кивнул в ответ Александр.

- А не оставить ли нам наших дам посекретничать наедине? И им интереснее будет, и мы получше познакомимся, - с намеком приподняв непрозрачный пакет, оставшийся стоять у его ног сказал Николай.

- Интересная идея. Светочка, ты же на нас не обидишься? А Марк пока может занять Ксюшу и Сережу.

- А может я лучше с вами? – Марк с мольбой смотрел на отца, перспектива развлекать незваных гостей ужасала.

- Хех. Мал ты еще, с нами ходить. Через пару лет позовем, - добродушно хлопнул парня по плечу Николай.

- Через пару лет будет уже не актуально, – покосившись на девочку, которую ему предстояло развлекать, пробурчал Марк, смиряясь со своей судьбой.

Интерьер второй гостиной отличался от той, которую они только что покинули только цветом. Если главная гостиная была выдержана в светло-кремовых тонах, то та, в которую пришли, была в более темной, коричневой гамме.

- Присаживайся, – махнул рукой в сторону кресел Александр, – бокалы, фужеры, снифтеры, рюмки, стаканы? – остановившись напротив бара спросил он.

- А кружки пивные есть? – выставляя на стол штук шесть бутылок пива спросил гость. - И тарелочки какие? – из пакета появилась вобла.

- Найдем, – пообещал хозяин дома. Пивом с воблой его не поили уже очень давно.

- Слушай, а о налогообложении ты что думаешь? – поинтересовался Александр, под конец второй бутылки пива.

- Да что тут думать, как есть бандиты! – не задумываясь выдал характеристику Николай. – Как вычет какой получить – так миллион справок им собери, а как халтурку какую выцепишь вне работы, так тут же «ой-ой, а что это за тысяча у вас неучтенная на карту упала»? Тьфу! Кровопийцы!

- Ого, - деланно посочувствовал Александр изо всех сил стараясь сдержать улыбку. Откровения соседа забавляли. Оказывается, не всегда общение с простым народом было утомительным, иногда оно вполне неплохо поднимало настроение и скрашивало вечер.

***

- Что это было? – возмутилась Светлана, как только за гостями закрылась входная дверь.

- Это? – приподнимая бокал спросил у нее муж – Пиво с воблой, довольно неплохое. Хочешь попробовать?

- Не ёрничай! Ты прекрасно меня понял. Что это был за спектакль, почему ты их не выгнал? Из-за тебя я битый час была вынуждена изображать радушную хозяйку перед этой селедкой замороженной, а Марк - развлекать их оторву.

- Квиты, - отсалютовал ей бокалом Александр. – Напомнить, сколько раз я был вынужден развлекать твоих гостей? А сколько раз я просил их не приглашать?

- Моих? Я их не только для себя приглашаю. К тому же, там хотя бы известные, полезные люди, а эти… - Светлана замешкалась, подбирая подходящий эпитет.

- Что эти? Забавное, непосредственное семейство. Мне нравится. А что до лоска, пообтешутся. Вот вытащим их в высшее общество… Пусть тоже позабавятся. А то болото какое-то. Трясина и тоска.

- Ты собрался тащить их в свет??? Да тебя на смех поднимут! И меня с тобой вместе!

- Пусть попробуют. А если ты так переживаешь за свою репутацию, можешь заняться его женой. Привести ее внешний вид к своим стандартам красоты. Насколько я могу судить, база там неплохая.

- А с тем, что они притащили, что делать прикажешь? – решив пока не комментировать заявления мужа перевела тему Светлана.

- Распорядись, чтобы завтра пожарили картошки, прекрасное дополнение выйдет. Грибочки, огурчики, тебе понравится, – подмигнул жене Александр выходя из гостиной.

- Понравится… неплохая… - обдумывая слова мужа Светлана подняла со стола кусочек воблы и покрутила его в пальцах. – Чтобы перекрасить это чучело потребуется скупить магазин косметики. Хотя… - кусочек машинально отправился в рот. – Тьфу, тьфу, гадость какая! Как это можно есть? Оля, убери немедленно! Стол с хлоркой промой и проветрить не забудь. Тьфу!

Глава 4

В школу Ксюша уходила на цыпочках и не дыша, а еще с большим запасом по времени, пообещав подождать брата за воротами дома. Она понимала, если родители пропалят ее в таком виде из дома не выпустят. Понимал это и Сережа, и получив заверения сестры, что она его не бросит и обязательно дождется, стал спокойно собираться в школу сам. Похихикивая, в ожидании представления, которое сестра устроит в школе.

-А где Ксюша? – спросила Татьяна, заходя в комнату сына. – Не могу ее найти.

- Уже ушла, – застегивая пиджак ответил Сережа.

- Так рано? Зачем? А ты как в школу добираться будешь? Тебя проводить? – засыпала его вопросами мама.

- Э-э-э, ей было надо… надо… в магазин. Вот она и вышла пораньше, купит, что надо и подождет меня на выходе. Не надо меня провожать, не волнуйся, – у Сережи на лбу аж испарина от волнения выступила. Вдруг мама не поверит и пойдет провожать его в школу, а там Ксюша стоит. Она ему такой подставы ни за что не простит.

- Да? Ну тогда ладно, - согласилась Татьяна. Сережа с облегчением выдохнул. - Собирайся скорее, а то опоздаешь. Я вам обед приготовила, возьмешь на кухне.

- Хорошо. Мам, а когда к нам папин повар придет? И он еще про домработницу говорил.

- Говорил, – вздохнула Татьяна. Она без энтузиазма относилась к затее мужа с наймом персонала. Терпеть целыми днями дома посторонних людей ей не хотелось.

- А когда она придет, мы с Ксюшей больше не будем убираться? Даже у себя в комнатах?

- Будете! – строго ответила ему мама. – Сами насвинячите, сами и уберете.

- Ну почему-у-у-у??? – заныл Сережа.

- Чтобы ценили труд. И свой и чужой. Общие помещения, если будет у нас работать, пусть убирает, а ваши комнаты – это целиком ваша ответственность. И ругать за бардак я буду тоже вас, – улыбаясь щелкнула сына по носу Татьяна. – Понял?

Сережа кивнул.

- Ну, раз понял, тогда быстрее собирайся. В первый день в школу опаздывать совсем некрасиво.

- Ой! – посмотрел Сережа на часы. – Ксюха меня убьет! Я убежал! – подхватывая рюкзак прокричал он матери.

- Обед не забудь!

***

- Ты заблудился? – раздраженно спросила Ксюша, когда брат наконец вышел на улицу. – Чего так долго?

- Меня мама провожать хотела, ты же раньше ушла, еле отболтался, – ответил ей брат.

- Ладно, - сразу подобрела Ксюша – Главное, что отболтался. Бежим скорее, времени в обрез, а мне еще в школу заходить.

***

Около школы было очень оживленно. Ученики собирались стайками перед воротами и, обсуждая дела, уроки и учителей, спешили на занятия. На охрану, стоящую на воротах внимания никто не обращал. Толик, дежуривший в этот день на воротах таким положением дел был доволен и отвечал им полной взаимностью. Утро проходило в штатном режиме. Пока к воротам школы не подошли двое незнакомых детей, девочка и мальчик. К виду мальчика у Толика претензий не возникло, но вот девочка… Нет, юбка и пиджак, прописанные в регламенте школы, на ней были, а в остальном… В остальном был мрак. Вместо привычных взгляду изящных туфелек на ножках девочки красовались побитые жизнью ботинки армейского образца, руки, вместо маникюра, украшали перчатки с обрезанными пальцами, продуманную небрежность прически заменял низкий хвост гладко зачесанных, коротких волос, лицо поражало полным отсутствием макияжа, апофеозом выступала выглядывающая из под расстегнутого пиджака футболка с изображением мужиков предельно разрисованного вида. Челюсть Толика впервые в жизни почувствовала силу земного притяжения.

- Здрасте! – поздоровалась виновница его удивления, проходя мимо. Она успела отойти на несколько шагов, прежде чем Толик сумел очнуться от «дивного видения» и кинулся за ней.

- Куда? – рявкнул он, - А ну вернись! В таком виде пускать не положено!

Девочка остановилась, жестом велела мальчику отойти в сторону и медленно обернулась. Представление начиналось.

- В каком «таком»? – хлопая ресницами спросила она. - Все как у всех, юбка, пиджак… Что вам не нравится? Других вы почему-то не тормозите.

- У других под пиджаком рубашки, а не это… - охранник замолчал, силясь подобрать достойный эпитет. - Безобразие! – нашлось наконец нужное слово.

- А вы под каждый пиджак заглядываете? – кошмарная девица приподняла брови. – Ай-яй-яй, а говорили – приличная школа. И вообще, какая вам разница, что у меня под пиджаком? Даже если ничего нет. Правила школы я выполнила, юбку вашу дурацкую нацепила, чего еще?

- Еще рубашка должна быть! И туфли! Учеников, одетых не по форме в школу пускать не велено. Футболки и ботинки в форму не входят, – отрезал охранник.

- Вот еще, вы правила внимательно читали? В вашей обязаловке прописано наличие верха и низа, вот они, на мне. Все остальное – на мое усмотрение. Все? Тогда до встречи, я на уроки опаздываю.

Толик покраснел, схватил девицу за рукав и приготовился отстаивать честь школы до конца. Выяснение проходило очень бурно, и через некоторое время вокруг спорщиков образовалась толпа ребят, с интересом наблюдающих за спектаклем. Ребята даже начали гадать, кто же выиграет это противостояние? У девочки язык был подвешен лучше, но за охранником стояла администрация школы, свято соблюдающая свой устав. В разгар спора, когда из всех доводов у Анатолия остался только грубо-силовой, который он из последних сил старался не применить, к школе подошел Вадим Алексеевич, которого столь большое количество учеников на входе несколько удивило.

- Что происходит? - пройдя сквозь толпу, обратился он к взмокшему охраннику, удерживающему неизвестную девицу, в форме школы.

- Вот, - дергая уголком рта ответил Анатолий, светлея лицом от осознания того, что решение проблемы можно сбагрить на плечи начальства. – Ученица новая, не по форме одета, я ее не пускаю, а она спорит.

- Действительно, - оглядывая Ксюшу с головы до ног проговорил Вадим Алексеевич, - нестандартный подход к моде. Могу узнать, чем вызван такой выбор?

- Вашими правилами! – складывая руки на груди, и с вызовом глядя на Вадима ответила ученица. – Которые я, кстати говоря, не нарушила.

- Кхм, Анатолий, иди, следи за порядком на входе, дальше ученицей займусь я. Как я могу к вам обращаться? – спросил Вадим уже у Ксюши.

- Ксения Николаевна, – ответила Ксюша, вызвав улыбку у Вадима.

- Ксения Николаевна, могу ли я надеется на мирное урегулирование данного конфликта?

- Ни за что!

- Что ж, Ксения Николаевна, в таком случае, не прогуляться ли нам к директору, для решения спора?

- А пойдемте! – подмигивая брату согласилась Ксюша. – Все равно не переспорите.

***

Стук в кабинете раздался неожиданно. Обычно по утрам никто из учителей в кабинет директора не заходил, ученики тоже предпочитали обходить стороной дверь с золоченной табличкой, а помощник входил без стука, поэтому три коротких удара в дверь вызвали у Людмилы Артемьевны некоторое недоумение.

- Войдите, – сказала она, спешно принимая достойную директора позу и напуская на лицо выражение строгости.

- Добрый день, Людмила Артемьевна. – поздоровался Вадим, заходя в кабинет. Лицо директрисы начало из строгого трансформироваться в удивленное, но тут в кабинет за Вадимом зашла незнакомая девочка и маска строгости вновь вернулась на ее лицо. – Вот, знакомьтесь, Ксения Николаевна, наша новая ученица.

- Здрасьте, - с вызовом глядя на директрису, поздоровалась Ксюша. Брови Людмилы Артемьевны поползли вверх.

- Не могли бы вы разрешить наш спор, - продолжил Вадим Алексеевич. - Ксения утверждает, что ее форма одежды соответствует требованиям школы. Я же считаю, что в таком виде ученик не может присутствовать на занятиях.

- Это почему это? - возмутилась Ксюша. - Я вашему громиле говорила и вам повторю. Вы сами то те правила читали? Ничего я не нарушаю, как написано, так и оделась - юбка и пиджак. Не понимаю, из-за чего столько шума подняли.

- Мы «те» правила не только читали, я их сам лично писал, - ответно возмутился Вадим Алексеевич. - Мне же в голову не могло прийти, что у кого-то хватит фантазии в школу в берцах припереться! Я же не мог каждую деталь гардероба расписывать!

- Ну раз не могли, то какие теперь ко мне претензии? Если у вас фантазия скудная, это не значит, что я должна свою ограничивать. Я могу идти? - повернулась к директрисе Ксюша.

- Нет! - резко ответил Вадим Алексеевич.

- А я не к вам обращалась!

Людмила Артемьевна, до этого момента с интересом следившая за перебранкой, постучала карандашом по столу, прерывая спорщиков.

- Вадим, а ведь это твоя недоработка. Надо было предусмотреть все варианты.

- Так вы же сами правила согласовывали!

Карандаш стукнул по столу с оттенком угрозы. Поняв, что в данный момент выяснять, кто, кому и что согласовывал, лучше не стоит, Вадим замолчал. Удовлетворенная тишиной, Людмила Артемьевна перенесла свое внимание на Ксюшу.

- Ксения, я сожалею, что неточность в правилах привела к сложившейся ситуации. Но, согласитесь, ваш внешний вид действительно слишком вызывающий. Возможно, вы рассмотрите возможность в дальнейшем одеваться более традиционно?

- Возможно. Если вы разрешите мне ходить в школу в брюках. В этом случае я согласна и на рубашку, и на туфли.

- Недопустимо, - воскликнул Вадим. - Это будет полное нарушение правил.

- Нет так нет. Мне и в моих ботинках удобно.

***

До класса Ксюша добралась только к середине урока. Не смотря на все старания Вадима, ее внешний вид не претерпел больших изменений. Только перчатки исчезли с рук. Это была единственная уступка, на которую она согласилась после долгих споров с администрацией школы.

- Ребята знакомьтесь, у нас в классе пополнение, Ксения Агафонова, - представила Ксюшу учитель истории, Екатерина Сергеевна. - С этого дня она будет учиться с нами. Надеюсь, вы проявите свои лучшие качества и поможете Ксении поскорее влиться в коллектив. Ксюша, вот твоя парта, присаживайся, доставай учебники. С ребятами познакомишься на перемене.

Кабинет разительно отличался от того, что Ксюша привыкла видеть в своей старой школе. Явно свежий ремонт радовал глаз светло-кремовыми оттенками. Парты были большими, хотя и рассчитанными на одного ученика. Вместо привычных жестких стульев стояли удобные мягкие кресла, похожие на компьютерные. Досок было целых две - помимо привычной, грифельной доски, укомплектованной коробочкой мела, рядом имелась еще одна, напоминающая большой экран. На столе учительницы, тоже большом и явно не самом дешевом, стоял компьютер, а кресло, на котором «восседала» учительница, Ксюша видела только в кино, у директоров каких-нибудь компаний.

На последних словах Екатерины Сергеевны Ксюша, с интересом оглядывающая класс, проследила за направлением руки и замерла. Ее взгляд наткнулся на Марка, парта которого стояла перед ее. Марк взирал на нее не менее офигевшим взглядом.

«Бли-и-и-ин», - мысленно простонала Ксюша, направляясь к своему месту, - «вот подстава!»

***

Проследив взглядом за тем, как сестра ушла отстаивать свое право на индивидуальность, Сережа все еще похихикивая над представлением, которое она устроила, пошел искать свой класс. Гуляя по коридорам школы, Сережа с восторгом разглядывал обстановку. Небольшие диванчики, множество аквариумов с красивыми рыбками и картины, развешанные по стенам, поражали воображение.

Но самый сильный восторг вызвали кресла, заменяющие ученикам этой школы привычные, жесткие стулья. Зайдя в класс, он остановился около двери, боясь пройти дальше.

- Ты кого-то ищешь? - услышал он звонкий голос с дальнего края класса.

- Нет, - ответил Сережа, поворачивая голову и разглядывая сидящую за партой девочку, которая с не меньшим интересом смотрела на него. - Это же кабинет 2 «Б»?

- Да. А ты кто? Я тебя не знаю.

- Я сегодня первый день здесь учиться буду. Только перевелся.

- Ух ты, классно! Так это для тебя парту рядом со мной поставили? Иди быстрее сюда, вот здесь будешь сидеть. Я Алиса, а тебя как зовут? А откуда ты перевелся? А сколько тебе лет? А где ты живешь? - засыпала его вопросами девочка.

Сережа даже немного растерялся от напора.

- Сережа, - буркнул он, подходя ближе. - Мне восемь лет. Живу недалеко отсюда.

- Здорово, мне тоже восемь! А когда у тебя день рождения? У меня в ноябре будет, придешь ко мне на праздник?

Дойдя под шквалом вопросов до парты, Сережа начал копаться в рюкзаке, доставая учебники. К такому активному проявлению дружелюбия он не привык и под напором девочки терялся.

- Учебник математики можешь не доставать, у нас первым уроком чтение. Его Виктория Александровна ведет. Хотя она и другие уроки ведет, только по английскому другая учительница. А Виктория Александровна хорошая, хотя и строгая. Она сейчас подойти должна. И другие ребята сейчас придут, я вас познакомлю.

Пока Алиса вываливала на Сережу горы информации, в класс вошли несколько учеников, на которых Алиса сразу переключила свое внимание.

- О, привет! - замахала она рукой. - Идите скорее к нам. У нас новенький в классе, я вас сейчас познакомлю. Это Сережа, ему восемь, он недавно переехал и живет недалеко от школы, - не дожидаясь, пока одноклассники подойдут, поделилась Алиса информацией. - Он хороший, и я его пригласила к себе на день рождения.

Одноклассники, в отличии от Сережи, к манере общения Алисы уже привыкли и в словесном потоке не терялись. Вычленив из ее речи главное, они оставили рюкзаки на партах и пошли знакомиться.

Глава 4

В школу Ксюша уходила на цыпочках и не дыша, а еще с большим запасом по времени, пообещав подождать брата за воротами дома. Она понимала, если родители пропалят ее в таком виде из дома не выпустят. Понимал это и Сережа, и получив заверения сестры, что она его не бросит и обязательно дождется, стал спокойно собираться в школу сам. Похихикивая, в ожидании представления, которое сестра устроит в школе.

-А где Ксюша? – спросила Татьяна, заходя в комнату сына. – Не могу ее найти.

- Уже ушла. – застегивая пиджак ответил Сережа.

- Так рано? Зачем? А ты как в школу добираться будешь? Тебя проводить? – засыпала его вопросами мама.

- Э-э-э, ей было надо… надо… в магазин. Вот она и вышла пораньше, купит, что надо и подождет меня на выходе. Не надо меня провожать, не волнуйся. – У Сережи на лбу аж испарина от волнения выступила, а ну, мама не поверит и пойдет провожать его в школу, а там Ксюша стоит. Она ему такой подставы ни за что не простит.

- Да? Ну тогда ладно. - согласилась Татьяна. Сережа с облегчением выдохнул. - Собирайся скорее, а то опоздаешь. Я вам обед приготовила, возьмешь на кухне.

- Хорошо. Мам, а когда к нам папин повар придет? И он еще про домработницу говорил.

- Говорил – вздохнула Татьяна. Она без энтузиазма относилась к затее мужа с наймом персонала. Терпеть целыми днями дома посторонних людей ей не хотелось.

- А когда она придет, мы с Ксюшей больше не будем убираться? Даже у себя в комнатах?

- Будете! – строго ответила ему мама. – Сами насвинячите, сами и уберете.

- Ну почему-у-у-у??? – заныл Сережа.

- Чтобы ценили труд. И свой и чужой. Общие помещения, если будет у нас работать, пусть убирает, а ваши комнаты – это целиком ваша ответственность. И ругать за бардак я буду тоже вас. – Улыбаясь щелкнула сына по носу Татьяна. – Понял?

Сережа кивнул.

- Ну, раз понял, тогда быстрее собирайся. В первый день в школу опаздывать совсем некрасиво.

- Ой! – посмотрел Сережа на часы. – Ксюха меня убьет! Я убежал! – подхватывая рюкзак прокричал он матери.

- Обед не забудь!

***

- Ты заблудился? – раздраженно спросила Ксюша, когда брат наконец вышел на улицу. – Чего так долго?

- Меня мама провожать хотела, ты же раньше ушла, еле отболтался. – ответил ей брат.

- Ладно, - сразу подобрела Ксюша – главное, что отболтался. Бежим скорее, времени в обрез, а мне еще в школу заходить.

***

Около школы было очень оживленно. Ученики собирались стайками перед воротами школы и, обсуждая дела, уроки и учителей, спешили на занятия. На охрану, стоящую на воротах внимания никто не обращал. Толик, дежуривший в этот день на воротах таким положением дел был доволен и отвечал им полной взаимностью. Утро проходило в штатном режиме. Пока к воротам школы не подошли двое незнакомых детей, девочка и мальчик. К виду мальчика у Толика претензий не возникло, но вот девочка… Нет, юбка и пиджак, прописанные в регламенте школы, на ней были, а в остальном… В остальном был мрак. Вместо привычных взгляду изящных туфелек на ножках девочки красовались побитые жизнью ботинки армейского образца, руки, вместо маникюра, украшали перчатки с обрезанными пальцами, продуманную небрежность прически заменял низкий хвост гладко зачесанных, коротких волос, лицо поражало полным отсутствием макияжа, апофеозом выступала выглядывающая из под расстегнутого пиджака футболка с изображением мужиков предельно разрисованного вида. Челюсть Толика, впервые в жизни, почувствовала силу земного притяжения.

- Здрасте! – поздоровалась виновница его удивления, проходя мимо. Она успела отойти на несколько шагов, прежде чем Толик сумел очнуться от "дивного видения" и кинулся за ней.

- Куда? – рявкнул он, - А ну вернись! В таком виде пускать не положено!

Девочка остановилась, жестом велела мальчику отойти в сторону и медленно обернулась. Представление начиналось.

- В каком «таком»? – хлопая ресницами спросила она, - Все как у всех, юбка, пиджак… Что вам не нравится? Других вы почему-то не тормозите.

- У других под пиджаком рубашки, а не это… - охранник замолчал, силясь подобрать достойный эпитет, - безобразие! – нашлось наконец нужное слово.

- А вы под каждый пиджак заглядываете? – кошмарная девица приподняла брови – Ай-яй-яй, а говорили – приличная школа. И вообще, какая вам разница, что у меня под пиджаком? Даже если ничего нет. Правила школы я выполнила, юбку вашу дурацкую нацепила, что еще?

- Еще рубашка должна быть! И туфли! Учеников, одетых не по форме в школу пускать не велено. Футболки и ботинки в форму не входят – отрезал охранник.

- Вот еще, вы правила внимательно читали? В вашей обязаловке прописано наличие верха и низа, вот они, на мне. Все остальное – на мое усмотрение. Все? Тогда до встречи, я на уроки опаздываю.

Толик покраснел, схватил девицу за рукав и приготовился отстаивать честь школы до конца. Выяснение проходило очень бурно, и через некоторое время вокруг спорщиков образовалась толпа ребят, с интересом наблюдающих за спектаклем. Ребята даже начали гадать, кто же выиграет это противостояние? У девочки язык был подвешен лучше, но за охранником стояла администрация школы, свято соблюдающая свой устав. В разгар спора, когда из всех доводов у Анатолия остался только грубо-силовой, который он из последних сил старался не применить, к школе подошел Вадим Алексеевич, которого столь большое количество учеников на входе несколько удивило.

- Что происходит? - пройдя сквозь толпу, обратился он к взмокшему охраннику, удерживающему неизвестную девицу, в форме школы.

- Вот, - дергая уголком рта ответил Анатолий, светлея лицом от осознания того, что решение проблемы можно сбагрить на плечи начальства. – ученица новая, не по форме одета, я ее не пускаю, а она спорит.

- Действительно, - оглядывая Ксюшу с головы до ног проговорил Вадим Алексеевич, - нестандартный подход к моде. Могу узнать, чем вызван такой выбор?

- Вашими правилами! – складывая руки на груди, и с вызовом глядя на Вадима ответила ученица. – Которые я, кстати говоря, не нарушила.

- Кхм, Анатолий, иди, следи за порядком на входе, дальше ученицей займусь я. Как я могу к вам обращаться? – спросил Вадим уже у Ксюши.

- Ксения Николаевна. – ответила Ксюша, вызвав улыбку у Вадима.

- Ксения Николаевна, могу ли я надеется на мирное урегулирование данного конфликта?

- Ни за что!

- Что ж, Ксения Николаевна, в таком случае, не прогуляться ли нам к директору, для решения спора?

- А пойдемте! – подмигивая брату согласилась Ксюша. – Все равно не переспорите.

***

Стук в кабинете раздался неожиданно. Обычно по утрам никто из учителей в кабинет директора не заходил, ученики тоже предпочитали обходить стороной дверь с золоченной табличкой, а помощник входил без стука, поэтому три коротких удара в дверь вызвали у Людмилы Артемьевны некоторое недоумение.

- Войдите. – сказала она, спешно принимая достойную директора позу и напуская на лицо выражение строгости.

- Добрый день, Людмила Артемьевна. – поздоровался Вадим, заходя в кабинет. Лицо директрисы начало из строгого трансформироваться в удивленное, но тут в кабинет за Вадимом зашла незнакомая девочка и маска строгости вновь вернулась на ее лицо. – Вот, знакомьтесь, Ксения Николаевна, наша новая ученица.

- Здрасте, - с вызовом глядя на директрису, поздоровалась Ксюша. Брови Людмилы Артемьевны поползли вверх.

- Не могли бы вы разрешить наш спор, - продолжил Вадим Алексеевич, - Ксения утверждает, что ее форма одежды соответствует требованиям школы. Я же считаю, что в таком виде ученик не может присутствовать на занятиях.

- Это почему это? - возмутилась Ксюша. - Я вашему громиле говорила и вам повторю. Вы сами то те правила читали? Ничего я не нарушаю, как написано, так и оделась - юбка и пиджак. Не понимаю, из-за чего столько шума подняли.

- Мы "те" правила не только читали, я их сам лично писал, - ответно возмутился Вадим Алексеевич, - мне же в голову не могло прийти, что у кого-то хватит фантазии в школу в берцах припереться! Я же не мог каждую деталь гардероба расписать!

- Ну раз не могли, то какие теперь ко мне претензии? Если у вас фантазия скудная, это не значит, что я должна свою ограничивать. Я могу идти? - повернулась к директрисе Ксюша.

- Нет! - резко ответил Вадим Алексеевич.

- А я не к вам обращалась!

Людмила Артемьевна, до этого момента с интересом следившая за перебранкой, постучала карандашом по столу, прерывая спорщиков.

- Вадим, а ведь это твоя недоработка. Надо было предусмотреть все варианты.

- Так вы же сами правила согласовывали!

Карандаш стукнул по столу с оттенком угрозы. Поняв, что в данный момент выяснять, кто, кому и что согласовывал, лучше не стоит, Вадим замолчал. Удовлетворенная тишиной, Людмила Артемьевна перенесла свое внимание на Ксюшу.

- Ксения, я сожалею, что неточность в правилах привела к сложившейся ситуации. Но, согласитесь, ваш внешний вид действительно слишком вызывающий. Возможно, вы рассмотрите возможность в дальнейшем одеваться более традиционно?

- Возможно. Если вы разрешите мне ходить в школу в брюках. В этом случае я согласна и на рубашку, и на туфли.

- Недопустимо, - воскликнул Вадим, - это будет полное нарушение правил.

- Нет так нет. Мне и в моих ботинках удобно.

***

До класса Ксюша добралась только к середине урока. Не смотря на все старания Вадима, ее внешний вид не претерпел больших изменений. Только перчатки исчезли с рук. Это была единственная уступка, на которую она согласилась после долгих споров с администрацией школы.

- Ребята знакомьтесь, у нас в классе пополнение, Ксения Агафонова, - представила Ксюшу учитель истории, Екатерина Сергеевна. - С этого дня она будет учиться с нами. Надеюсь, вы проявите свои лучшие качества и поможете Ксении поскорее влиться в коллектив. Ксюша, вот твоя парта, присаживайся, доставай учебники. С ребятами познакомишься на перемене.

Кабинет разительно отличался от того, что Ксюша привыкла видеть в своей старой школе. Явно свежий ремонт радовал глаз светло-кремовыми оттенками. Парты были большими, хотя и рассчитанными на одного ученика. Вместо привычных жестких стульев стояли удобные мягкие кресла, похожие на компьютерные. Досок было целых две - помимо привычной, грифельной доски, укомплектованной коробочкой мела, рядом имелась еще одна, напоминающая большой экран. На столе учительницы, тоже большом и явно не самом дешевом, стоял компьютер, а кресло, на котором "восседала" учительница, Ксюша видела только в кино, у директоров каких-нибудь компаний.

На последних словах Екатерины Сергеевны Ксюша, с интересом оглядывающая класс, проследила за направлением руки и замерла. Ее взгляд наткнулся на Марка, парта которого стояла перед ее. Марк взирал на нее не менее офигевшим взглядом.

Бли-и-и-ин, - мысленно простонала Ксюша, направляясь к своему месту, - вот подстава!

***

Проследив взглядом за тем, как сестра ушла отстаивать свое право на индивидуальность, Сережа все еще похихикивая над представлением, которое она устроила, пошел искать свой класс. Гуляя по коридорам школы, Сережа с восторгом разглядывал обстановку. Небольшие диванчики, множество аквариумов с красивыми рыбками и картины, развешанные по стенам, поражали воображение.

Но самый сильный восторг вызвали кресла, заменяющие ученикам этой школы привычные, жесткие стулья. Зайдя в класс, он остановился около двери, боясь пройти дальше.

- Ты кого-то ищешь? - услышал он звонкий голос с дальнего края класса.

- Нет, - ответил Сережа, поворачивая голову и разглядывая сидящую за партой девочку, которая с не меньшим интересом смотрела на него. - Это же кабинет 2 "Б"?

- Да. А ты кто? Я тебя не знаю.

- Я сегодня первый день здесь учиться буду. Только перевелся.

- Ух ты, классно! Так это для тебя парту рядом со мной поставили? Иди быстрее сюда, вот здесь будешь сидеть. Я Алиса, а тебя как зовут? А откуда ты перевелся? А сколько тебе лет? А где ты живешь? - засыпала его вопросами девочка.

Сережа даже немного растерялся от напора.

- Сережа, - буркнул он, подходя ближе, - мне восемь лет. Живу недалеко отсюда.

- Здорово, мне тоже восемь! А когда у тебя День Рождения? У меня в декабре будет, придешь ко мне на праздник?

Дойдя под шквалом вопросов до парты, Сережа начал копаться в рюкзаке, доставая учебники. К такому активному проявлению дружелюбия он не привык и под напором девочки терялся.

- Учебник математики можешь не доставать, у нас первым уроком чтение. Его Виктория Александровна ведет. Хотя она и другие уроки ведет, только по английскому другая учительница. А Виктория Александровна хорошая, хотя и строгая. Она сейчас подойти должна. И другие ребята сейчас придут, я вас познакомлю.

Пока Алиса вываливала на Сережу горы информации, в класс вошли несколько учеников, на которых Алиса сразу переключила свое внимание.

- О, привет! - замахала она рукой. - Идите скорее к нам. У нас новенький в классе, я вас сейчас познакомлю. Это Сережа, ему восемь, он недавно переехал и живет недалеко от школы. - Не дожидаясь, пока одноклассники подойдут, поделилась Алиса информацией. - Он хороший, я его пригласила к себе на день рождения.

Одноклассники, в отличии от Сережи, к манере общения Алисы уже привыкли и в словесном потоке не терялись. Вычленив из ее речи главное, они оставили рюкзаки на партах и пошли знакомиться.

Глава 5

Закрыв за сыном дверь, Татьяна отправилась на кухню, решив приготовить легкий завтрак к пробуждению мужа. Пока жарилась яичница, на кухне появился заспанный Николай.

- Ты что, опять за готовку взялась? - возмутился он - Сколько повторять можно, ты больше не готовишь. Для этого теперь специальный человек будет. Профессионал! А твоей стряпней я уже по горло сыт.

- Ну в последний же раз простую яичницу поесть можно? Не голодными же ходить. Или что по-твоему, твой профессионал придет с полными подносами снеди? Или он тебе как-то по-другому яичницу жарить будет?

- Да, по-другому! Профессионально!

- Ну и прекрасно, - Татьяна выложила обе порции яичницы себе на тарелку и пододвинула к себе чашку кофе, приготовленную для мужа. - Ну и замечательно. Сиди голодным. Жди.

- Э-э-э, а кофе?

- А что кофе? - округлила глаза Татьяна. - Как я могу тебе позволить пить растворимый кофе, приготовленный дилетанткой. Не-е, жди своего профессионала, он тебя правильным напоит.

- Ну и подожду, - бросил мужчина, уходя с кухни под насмешливое фырканье жены.

***

Возмущенный поведением жены, Николай привел себя в относительный порядок и устроился на диване в гостиной, ожидая прихода повара. В десять часов раздался звонок от охраны.

- Николай Леонидович? Здравствуйте, охрана беспокоит. К вам женщина пришла, говорит домработница. Пускать?

- Пускайте, - ответил несколько разочарованный Николай, слушая пронзительные трели желудка. - Там еще повар должен будет подойти, его тоже пропустите.

- Хорошо, понял вас.

Через несколько минут прозвучал звонок в дверь. На пороге стояла приятная женщина средних лет, с располагающим лицом.

- Доброе утро, - поздоровалась она. - Николай Леонидович? Я Лариса, домработница.

- Здравствуйте. Проходите. Таня!!! Иди знакомиться!

- Добрый день, - поздоровалась подошедшая Татьяна. - Татьяна.

- Лариса, очень приятно.

- Таня, покажи Ларисе квартиру, расскажи ей все нюансы, а я вам мешать не буду, не мужское это дело, - Николай снова устроился на диване в ожидании.

Следующий звонок в дверь раздался только через час.К тому моменту трели, издаваемые желудком Николая, приобрели басовую тональность и звучали все громче. Открыв дверь, Николай увидел молодого хлыща. Его густые черные волосы были уложены гелем, темные глаза из-под тяжелых век смотрели нагло и вызывающе, а под носом красовалась тонкая ниточка усов, судя по блеску, тоже щедро смазанных гелем.

- Базиль, – представился хлыщ, оттирая Николая плечом и проходя в квартиру.

- А-а-а, - разворачиваясь к нему, протянул Николай.

- Повар, - небрежно бросил хлыщ, - где моя мастерская? Мне не терпится приступить! - взмахнув руками, артистично воскликнул он.

- Таня!!! - с диким выражением лица позвал жену Николай. - Проводи его. Это повар. Через сколько можно ждать обед? - задал он мучавший вопрос.

- Приготовление пищи - процесс непредсказуемый и временных рамок он не терпит, - с еще большим артистизмом воскликнул Базиль.

Желудок Николая взвыл особенно громко.

***

- Это чё? - ошалело ткнул пальцем Николай в блюдо, напоминающее клубок червей.

Когда в агентстве по подбору домашнего персонала его спросили, что он ожидает от повара, какого человека им нужно искать, Николай не задумываясь ответил – экзотики! Полета фантазии и умения удивлять! Мол, традиционным он и так уже успел насытиться. Помнится, тогда менеджер по подбору как-то странно улыбнулась и сказала, что у них есть на примете человек, который идеально подойдет под требования Николая. Сейчас, глядя на расставленные на столе тарелки Николай с тоской подумал, что погорячился, высказывая подобные пожелания.

- Мальки угря, блюдо японской кухни, - ответил невозмутимый повар, - еще на обед я приготовил кровяной бульон и балют. А на десерт будет панна-котта.

- Тащи десерт, - обозрев квадратными глазами произведения высокого кулинарного искусства, велел Николай, с грустью вспоминая яичницу, от которой отказался утром. - А это убери. Весь аппетит отбивает.

***

Дети возвращались из школы в смешанных чувствах. Сережа был весел и пылал энтузиазмом, Ксюша, напротив была мрачна, как грозовое облако.

- Как прошел первый день в школе? - улыбаясь, встретила детей Татьяна. Улыбка, впрочем, быстро померкла, разбившись о внешний вид дочери. - Ты что, в таком виде в школу ходила?

- Ага, администрация в курсе, в школе все супер, - ухмыляясь, ответила Ксюша и поспешила уйти в свою комнату.

- Мама, там так здорово! И рыбки плавают, и с ребятами я со всеми перезнакомился! Они такие классные, особенно Алиса! - фонтанируя энтузиазмом, отвлек на себя внимание матери Сережа. - И учительница хорошая. И стулья классные. А Ксюха опять всем недовольна. А покушать что-нибудь есть?

- Нет, солнышко.

- Почему? Папин повар не приехал? – на лице мальчика отразилось разочарование.

- Приехал, - вздохнула мама. - Но кушать пока нечего. Зато нам обещали царский ужин. Иди пока, переодевайся, а я тебе какао сделаю, хорошо?

- Хорошо. Я мигом переоденусь и приду!

- Нет, не надо приходить на кухню, – нервно покосилась в сторону означенного помещения Татьяна. – Лучше я в комнату принесу. Не будем отвлекать повара.

Здорово! - просиял Сережа и помчался наверх.

А Татьяна отправилась на кухню, готовить обещанное какао, а заодно оценить обещанный ужин. После приготовленного Базилем обеда, женщина подозревала, что спать им придется ложиться голодными. Есть подобные шедевры она не отважится. И детям не позволит.

***

Ксюше казалось, что она сейчас взорвется от переполнявших ее эмоций. Сняв ненавистную юбку девочка комом запулила ее в угол комнаты.

- Супер, чудесно просто! – шипела она, вспоминая день, проведенный в школе. – Не школа, мечта, – пиджак полетел в другой угол. - И однокласснички как из сказки! – одна из любимейших футболок, с изображением группы Mushroomhead, так поразившей воображение охранника, отправилась в третий угол. – Про Фредди Крюгера! – дополнительно украсив комнату разлетевшимися в разные стороны ботинками, Ксюша завернулась в плед и плюхнулась в кресло, продолжая пыхтеть и кипятиться.

Как и просила учительница, коллектив класса проявил все свое дружелюбие и предельно точно дал понять - Ксюше среди них не место. Особенно старался смазливый гад, с которым она свела знакомство накануне и стая его подпевал, которых набралось чуть ли не половина класса. Нет, сам Марк не сказал ей ни одного оскорбительного слова, в отличие от белобрысой швабры, висевшей на нем все перемены, но общее впечатление от его слов, даже не адресованных ей напрямую, а сказанных как будто в пространство, было хуже, чем если бы он оскорблял ее в лицо. Швабра же себя никак не сдерживала, пройдясь и по росту - Ксюша была ниже ее сантиметров на пятнадцать, плюс каблуки - и по одежде, и по происхождению. Правда некоторые ребята участие в травле не принимали, но и начинать общение не спешили. Конечно ей и раньше доводилось бывать в роли изгоя, например, когда познакомилась с роком и влюбилась в него с первых аккордов. Одноклассники, соседские ребята и даже друзья тогда не поняли ее увлечения и пытались всеми возможными способами вернуть ее «в нормальное общество. Ведь это же одни наркоманы слушают!». Но три разбитых носа и одна вывихнутая рука быстро решили проблему. За Ксюшей признали право слушать любую музыку, даже классическую. И одеваться так, как она захочет. Тогда у нее очень резко сменился круг друзей, она почти перестала общаться с девочками и обзавелась большим количеством приятелей среди мальчишек. С ними было проще и интереснее. Они не сплетничали, не обсуждали новинки косметики и не сходили с ума по шоппингу. А то, что ей пришлось начать драться гораздо чаще - не беда. Она всегда любила контактный спорт и боли не боялась.

Но не бить же носы всему новому классу. Во-первых, родители у них такие, что шуму не оберешься, а во-вторых… Ксюша сама себя не понимала, справилась же она в прошлый раз, значит и в этот как-нибудь разберется, да и не очень-то хотелось заводить дружбу с этой «золотой порослью», а значит поводов для такой хандры быть не должно. Однако в этот раз она почему-то приняла нападки сверстников очень близко к сердцу.

Поэтому, выйдя из школы и увидев брата, сияющего искренней улыбкой и тепло прощающегося с какими-то детьми, предохранители в ее голове полетели окончательно. Она ни за что нарычала на Сережу и только чудом не сорвалась на мать. Хотя если бы в коридоре их встречал отец, устроивший Ксюше всю эту сказку, чуда бы не произошло.

Татьяна, заглянувшая к ней в комнату, чтобы позвать на чашку какао увидела дочь в нетипичном для нее подавленном состоянии.

- Что случилось? – спросила она, проходя в комнату и прикрывая за собой дверь.

- Ничего. Все хорошо. Не видно что ли? – растянула рот в оскале, долженствующем изображать улыбку Ксюша.

- И все-таки, что случилось? В школе сильно ругались из-за твоей выходки с одеждой?

- Нет. Поворчали конечно, но в конце концов за мной признали право ходить как хочу. Разошлись мы вполне мирно, – уже нормально улыбнулась Ксюша, вспоминая концерт, устроенный помощником директрисы в кабинете вышеозначенной. Он спорил, просил, даже голос попытался повысить, но тут уж вмешалась директриса и очень доступно объяснила ему, что повышать голос в этом кабинете имеет право только один человек, и это не Вадим. После чего вполне доброжелательно разрешила Ксюше одеваться так, как ей нравиться, в рамках разумного, конечно. По крайней мере до тех пор, пока администрация школы не доработает устав.

- Тогда откуда такое настроение? – продолжала допытываться мама.

- Я им не нравлюсь.

- Кому?

- Всем. Классу, директрисе, помощнику ее, да даже учителям!

- Откуда такие выводы?

- Оттуда. Одноклассники даже не скрывают, в открытую издеваются, а остальные пакостят, прикрываясь улыбкой и заботой. «Ой, неужели ты не знаешь этот материал? Как же так? Я думала ты догадаешься на выходных полистать учебники» - передразнила она кого-то. – Разве это нормально, спрашивать нового ученика в первый же день? – обратилась она к матери.

- Может, в их школе так принято? – предположила Татьяна.

- Ага, везде не принято, а в этой принято. Нет, она просто хотела меня на посмешище выставить. И теперь у класса есть еще один повод позлословить. Вам всем здесь хорошо, все нравится. Плохо только мне! – под рукой не оказалось ничего, что можно было бы швырнуть в стену, поэтому Ксюша выпустила злость ударив кулаком по спинке кресла.

- Ошибаешься, – спокойно возразила Татьяна – Нам всем не по себе. Мы растеряны и встревожены изменениями, ну, разве что, кроме отца… И тоже, как и ты, остались без друзей. Но мы стараемся. Сережа младше, он легче воспринимает перемены, но также он храбриться для тебя, чтобы ты не разочаровалась, я стараюсь держаться для вас, а ты взяла и расклеилась.

- Есть повод, -сильнее заворачиваясь в плед буркнула девочка.

- Есть. Но они и раньше были, и ты всегда со всем справлялась, почему теперь нос повесила? Одноклассники к тебе скоро привыкнут и начнут общаться нормально. Учителя тоже быстро поймут, что ты не такая страшная, как хочешь казаться. Надо только чуть-чуть подождать, – погладила дочь по голове Татьяна.

- Да, - вздохнула Ксюша. – Наверное ты права.

- Ну вот и хорошо. А пока, для поднятия боевого духа и настроения, предлагаю запить горечь первого школьного дня большой чашкой уже наверное, остывшего какао, которое ждет нас у Сережи в комнате.

- А что-нибудь посущественнее какао у нас найдется?

- Шоколадка. Из личных запасов Сережи. Подойдет?

У Ксюши округлились глаза. Раньше мама была категорически против перекусов сладким, а уж предложить это сладкое вместо полноценного обеда? Невозможно.

- А еще существенней? У нас же с сегодняшнего дня должен быть повар. Или он не приехал? – повторила Ксюша вопрос брата.

- Приехал, - печально подтвердила Татьяна. – И даже обед приготовил, – воспоминания об обеде снова заставили женщину содрогнуться от отвращения. – И несмотря на то, что в настоящее время этот гений от кулинарии занят приготовлением ужина, я бы на него сильно не рассчитывала и съела предложенную шоколадку.

***

- Слушай, Базиль, а что-нибудь человеческое ты приготовить можешь? – томясь над тарелкой с салатом поинтересовался Николай. Ну как салатом - салатом это назвал стоящий неподалеку творец. Хотя Николай все больше склонялся к слову «творюн». Для Николая же это были просто листья зелени, даже без майонеза. Он в детстве кроликов подобными кормил и сам приобщаться к кроличьей диете желанием не горел. Еще на столе присутствовали какие-то страшные, неизвестные ему морские гады, лапки, при жизни принадлежащие лягушке, как любезно пояснил Базиль, подавая блюдо на стол, и хаггис источавший запах мяса. Но единственным хаггисом известным Николаю были подгузники, и блюдо с таким названием особого аппетита тоже не вызвало. К тому же, несмотря на то, что стол был сервирован очень красиво и все заморские яства были разложены по большим тарелкам, количество их было настолько мало, что создавалось впечатление, что Базиль вознамерился посадить всю семью на диету. Остальная семья тоже не спешила приступать к трапезе, тоскливыми глазами обводя накрытый стол. Хотя еще несколько минут назад, когда Базиль объявил, что ужин готов, радостно поспешили в столовую. Проголодаться успели все.

- Что вы подразумеваете под этим понятием? – высокомерно приподнял бровь гений кулинарии.

- То и подразумеваю, картошечку там вареную, мяса жареного, супчик там… салат в конце концов нормальный, не пустую траву, а оливье или винегрет. Селедка под шубой опять же.

- Я не готовлю столь обыденные и неэлегантные блюда. Они не соответствуют моему статусу.

- А если я тебя очень сильно попрошу? На это ж только любоваться можно, и то если нервы крепкие, а я поглядками сыт не буду. Мне еды хочется. Сытной.

- Как я и думал, - сквозь зубы процедил повар, – ни вкуса, ни элегантности. Даже если вы будете настаивать, я не буду марать свои руки о столь приземленные продукты, – отрезал он.

- Я просил лучшего специалиста, а прислали шарлатана! – вспылил Николай.

- Я и есть лучший специалист! Сложнейшие нетрадиционные блюда! Свободная импровизация! Я могу сотворить что угодно!

- Ага, сотворить можешь, а вот с готовкой я гляжу, не очень.

- Ну нет, я в таких условиях работать отказываюсь! Ищите себе стряпуху из пельменной! И не забудьте оплатить мой рабочий день! – в коридоре громко хлопнула дверь.

- А сегодня мы чем ужинать будем? Этим? – спросил у родителей Сережа, ковыряя вилкой листики салата.

- Сегодня придется этим, – с тяжелым вздохом ответила Татьяна. – Что-то нормальное готовить уже поздно. А завтра приготовлю все, что ты захочешь, хорошо?

- Хорошо. Запеканку хочу, сладкую, – кивнул довольный ребенок, начиная активно хрустеть салатом.

- А для меня картошечки нажаришь? – заискивающе обратился к жене Николай.

- Какой картошечки? – удивилась в ответ она. – Ты же моей стряпней наелся, тебе теперь только деликатесы подавай, как в лучших ресторанах. Я так готовить не умею. Я тебе на завтра свою порцию сегодняшнего ужина оставлю, а потом ты еще одного повара найдешь.

- Да ну их, рестораны эти. Порции маленькие, еда на вид лучше, чем на вкус, да и готовят они без души. Я лучше по старинке питаться буду, тем, что ты сделаешь. Ты у меня очень-очень вкусно готовишь. – сделал Николай попытку подлизаться к жене. Но она только повела плечами, вставая из-за стола и унося свою тарелку на кухню. – Ну хоть майонеза принеси! – с тоской глядя на листья в тарелке крикнул ей вслед муж.

Глава 6

Собираясь в школу во вторник, Ксюша твердо решила следовать советам мамы и не обращать внимания на нападки одноклассников. Однако благие намерения разбились о надменную рожу Марка и ехидные ухмылки его подпевал, встретившие ее на пороге класса. Причины такой радости она поняла, подойдя к своему месту, стул около ее парты отсутствовал. Одноклассники с интересом наблюдали за ней.

«Не дождетесь», - закипая решила Ксюша и начала спокойно готовиться к уроку. Вытащив учебники и тетради, она села на стол и подняла взгляд на доску, на которой уже была выведена тема сегодняшнего урока. – «А почему бы и нет»? - обозрев несколько разочарованные отсутствием ожидаемой реакции лица одноклассников, она взяла тетрадь и используя грудь Марка в качестве подставки, переписала тему. Закончив, Ксюша посмотрела Марку в лицо и широко улыбнулась, выражение его лица полностью компенсировало вчерашний день. Класс безмолвствовал.

- Здравствуйте ребята, - вместе со звонком вошла в класс Екатерина Сергеевна, - сегодня мы с вами рассмотрим период, ой... - взгляд педагога зацепился за Ксюшу - Это что? Ты почему на столе сидишь?

- Так больше не на чем, - пожала Ксюша плечами.

- А кресло твое где?

- Не знаю, я думала сломалось, и вы заменить попросили, или еще что-то, а другое просто принести еще не успели.

- Я-а-асно, - Екатерина Сергеевна обвела класс тяжелым взглядом. - Стас, - ласково улыбаясь позвала она одного из учеников, - сходи к завхозу, спроси, где потерялось новое кресло для новенькой ученицы.

Назначенный на ответственную миссию ученик мученически скривился, завхоз был очень нудным и общаться с ним лишний раз не горел желанием никто. Тем более Стасу очень не хотелось объяснять, куда делось кресло, выданное всего лишь день назад. К казенному имуществу завхоз относился трепетней, чем к своему.

- Или, возможно он сумел починить старое и готов вернуть его? – дала ему подсказку Екатерина Сергеевна, наблюдая как просиявший шалопай бегом припустил из класса.

***

Впечатленные одноклассники до окончания уроков переваривали поведение новенькой ученицы, еще вчера так забавно реагировавшей на их выходки, и почти жестокий, если представить разнос, который бы завхоз устроил Стасу, поступок учительницы. Этому занятию были посвящены все перемены и даже обеденный перерыв. Мысль, до которой додумался коллективный разум была проста, вчера Ксюша реагировала на словесные нападки, вот ими и надо продолжать ее изводить. А школьную собственность трогать больше не надо, во избежание. Поэтому третий школьный день встретил Ксюшу шакальими оскалами и издевательской репликой белобрысой мымры.

- Эй, деревенщина, –язвительным тоном обратилась она к Ксюшиной спине. – Что ты опять на себя напялила? Это у тебя вкуса нет, или родители такие нищие?

Ответа не последовало.

- Эй, ты оглохла? Или сказать нечего? А косметика? Ты вообще в курсе, что она есть? Узнай, тебе не помешает. Такую рожу только под толстым слоем «штукатурки» прятать, хо-о-отя, не факт, что поможет, - не успокаивалась Инга, под одобрительные смешки друзей.

- Ну тебе виднее, - хмыкнула в ответ Ксюша. – Чувствуется большой теоретический и практический опыт по части отделочных работ.

- Да у меня приглашения к сотрудничеству от модельных агентств нескольких стран! – вспыхнула Инга.

- А если тебя умыть, они еще будут в силе?

Ответ Инги прервал звонок и вошедший вместе с ним в класс учитель. Перепалку пришлось прервать, но только до следующей перемены.

- А ботинки свои ты у отца позаимствовала? У вас, наверное, одна пара на двоих? – как только класс покинул преподаватель возобновила «беседу» Инга.

- Нет, я добыла их в неравном бою с солдатом срочной службы, он проиграл и поплатился за это берцами, - огрызнулась в ответ Ксюша, вызвав смешки нескольких одноклассников.

- Ты еще и дерешься? Ужас. Может ты бешеная? Прививку давно делала, справка от ветеринара есть?

На этот раз звонок помешал достойно ответить уже Ксюше.

На обеденном перерыве, когда ребята направились в столовую Ксюша, впервые, последовала за ними. Вчера она осторожно объяснила маме, что быть единственной в классе, приходящей в школу со своим обедом ей не хочется. Хотя бы потому, что у ребят и так хватает поводов, чтобы поиздеваться. Дополнительные давать не хотелось. Поэтому она, как и все остальные, обедать будет в столовой. Мама согласилась.

- Куда идешь, деревня? – раздался за спиной голос Марка, которого Ксюша, вообще-то, предусмотрительно пропустила вперед.

- В столовую, - через плечо ответила она. - Проводишь?

- В столовую? – передразнил ее Марк - А тебе туда зачем? Ты разве не знаешь, что там все платно? И дорого. Лучше возвращайся в класс, к традиционному обеду из коробочки. Не нарушай традицию, заведенную еще, э-э-э, как там дыра называлась, из которой ты приехала?

- Буй, - нацепив на лицо милейшую улыбку ответила Ксюша. – Бедный, как же у тебя с памятью плохо, раз ты три буквы запомнить не можешь.

- Я запоминаю только нужную информацию. Зачем забивать память информационным хламом? – отбил выпад Марк. – А брат твой где?Или он не хочет рядом с тобой лишний раз светиться? Стесняется? Он-то вроде поадекватнее будет.

«Ну все» – только и подумала Ксюша, с разворота впечатывая кулак, в идущего за ней по пятам Марка.

***

- Вопиющий случай! Ни разу такого безобразия у нас не было, пока ты не появилась! Ударить одноклассника! В челюсть!!! У него же теперь синяк на пол подбородка будет! – забыв о культуре кричала на Ксюшу Людмила Артемьевна, тыкая пальцем в Марка, который прижимал к лицу пакет со льдом, выданный школьной медсестрой. Вынужденная вместо законного обеда разруливать конфликт директриса была зла.

- Я не хотела, - растирая все еще ноющую руку сказала Ксюша, глядя на Марка исподлобья.

- Что? - несколько убавив громкость переспросила директриса.

- Я не хотела, - повторила Ксюша громче и отчетливей. - В челюсть бить не хотела, - продолжила она после небольшой паузы. - Я хотела дать в глаз. Пусть бы потом ходил, путь себе освещал. Но эта орясина вымахала такого роста, что до глаза можно было достать только в прыжке, пришлось бить куда достану.

- Кошмар! - только и смогла выдохнуть Людмила Артемьевна. - И это девочка! Как тебя только родители воспитывали?

- Нормально они воспитывали. Если бы они, - Ксюша неопределенно махнула головой в сторону двери, - держали свое мнение при себе, мне бы не пришлось распускать кулаки.

- Какое мнение?

- Нелицеприятное, - усмехнулась Ксюша. - Что, думали буду молчать и терпеть? - обратилась она уже к Марку - Надеюсь теперь мнение поменялось?

- Ма-а-арк? - нахмурившись Людмила Артемьевна перевела свой гневный взгляд на пострадавшего.

- Что? Да мы шутили просто, подумаешь. Кто ж знал, что она бешеная такая и шуток не понимает?

- Я предупреждала, - все еще глядя на него исподлобья ответила Ксюша.

- Когда?

- В день знакомства. Не помнишь? Бедный, я же говорила, что с памятью у тебя беда. Видать, не я первая тебя в голову приложила.

- Почему «в голову»? - переспросил Марк, на миг убирая от лица лёд. - Ты же мне в челюсть съездила. К тому же не «в голову», а «по голове», двоечница.

- А что, челюсть не на голове? А «по голове» я тебе дать не могла, «по голове», это когда в ней мозги есть, в твоей нет, так что все я правильно сказала, - показала язык Ксюша.

- Ах ты мелкая... - начал закипать Марк.

- Хватит! - рявкнула Людмила Артемьевна, чувствуя, как начинает болеть голова. - А ну прекратили! Ты, - ткнула она пальцем в Марка, - гордость школы, чтоб я больше не слышала, что ты оттачиваешь свое остроумие на других учениках, а ты - палец переместился на Ксюшу, – держи свои неандертальские замашки при себе. А сейчас - вон! Отношения свои выясняйте за пределами школы, хоть поубивайте там друг друга, а в здесь чтоб ни одного конфликта. Поняли?!

- И вы просто так это оставите? - возмутился Марк - Она же...- и осекся под пожелтевшими на миг глазами директрисы - О'кей, уже уходим. Я тебе этого с рук не спущу, - прошептал он на ухо Ксюше выходя из кабинета.

- За пределами школы!!! - прогремел на полкоридора директорский рык.

***

- Классно ты ему врезала! – внезапно услышала над своей головой Ксюша, только вернувшаяся в класс после пропесочивания в директорском кабинете и полностью погрузившаяся в свои мысли. Подняв глаза, она увидела одного из своих одноклассников, высокого, русоволосого парня. Обычно он сидел в другом конце класса и никак на нее не реагировал, однако сейчас стоял около ее парты и широко улыбался. – Слава, - представился он, протягивая Ксюше руку, на которую она посмотрела с подозрением и не спешила пожимать. Еще раз осмотрев его с ног до головы и задержав внимание на протянутой руке, девочка вздохнула:

- Окей, сдаюсь. В чем подвох? – во взгляде Славы появилось недоумение. – Ты намазал ладонь клеем и после рукопожатия нас разлучит только хирург? Или насовал в рукава иголок, или… - череду ее предположений прервал громкий ржач.

- Нет, я конечно догадался, что ты уникум, - сквозь смех простонал одноклассник, вытирая выступившие на глазах слезы, - но даже не подозревал, что настолько. Даже в мыслях не было делать ничего вышеперечисленное, смотри – чуть успокоившись заверил он и демонстративно сцепив руки в замок помахал ими перед Ксюшиным лицом после чего без малейшего труда разжал. – Что там еще, иголки? Тоже нет, – комментировал он, выворачивая наизнанку манжеты сначала школьного пиджака, а затем и рубашки. – Выводить тебя из класса, чтобы другие ребята успели нашпиговать твое кресло кнопками я тоже не собирался, как не собирался делать и все остальные пакости, которые ты могла себе напридумывать. Я просто хочу с тобой подружиться, потому и подошел. Вторая попытка, я – Слава, – вновь протягивая ей руку второй раз представился парень.

- Ксения, – немного поколебавшись все же ответила на рукопожатие Ксюша. Поведение Славы категорически не вписывалось в сложившийся в ее голове сценарий поведения одноклассников. Согласно ему, она должна была получить шквал порицания, ведро желчи, тонны помоев и кучу гадостей, но никак не предложение дружбы. Однако, замечание нового знакомца про кресло могло быть очень полезно, самой Ксюше по какой-то причине такой вариант в голову не приходил.

- Да, я знаю, - отмахнулся Слава. – Ну и навела ты шороху. Не сильно ругали?

- Нет, попросили больше не устраивать разборок в школе и отпустили.

- А за пределами школы, Змеюка значит, разборки разрешила?

- Ну… вообще, да.

- Классно, – чуть прижмурил глаза от удовольствия Слава. – Слушай, ты когда в следующий раз надумаешь ему морду бить, зови меня, поучаствую. И отмазка есть, нам Змеюка разрешила.

- Вообще-то, - педантично уточнила Ксюша, догадавшаяся, что Змеюкой новый знакомый величает директрису. -Она разрешила это мне.

- Ай, какая разница, - махнул парень рукой, снова возвращая на лицо широкую улыбку. - Она разрешила тебе, ты разрешила мне, я еще кому-нибудь, и мы все бьем Марка, здорово же?

Ксюша почувствовала, как по мимо воли ее губы тоже разъезжаются в улыбке, а в груди разливается тепло. Кажется, вписаться в новый коллектив будет не так уж и трудно.

***

После слов мужа Светлана пребывала в смешанных чувствах. С одной стороны, перспектива общения с новой соседкой была ей по меньшей мере неприятна, с другой, она прекрасно знала, просто так муж словами не раскидывается и если пообещал вытащить этот табор в свет, на потеху, так сказать, публике, можно быть уверенной, так и поступит. А значит ее задача сделать все возможное, чтобы хоть немного эту самую потеху уменьшить. Нет, конечно, как и сказал Саша, никто из коллег-приятелей своего «фи» в слух не озвучит. Ему. Не-е-ет, все прелести выходки мужа ощутит на себе она, причем даже не от вышеупомянутых коллег, они свое мнение оставят при себе, чего не скажешь про их дражайшие половинки. Вот уж кто не упустит возможности самоутвердиться за чужой счет и унизить ближнего. Обычно Светлана подобные забавы одобряла и тоже была не прочь принять в них участие, но не в качестве же объекта для дурацких шуточек! А значит… А значит, надо пересилить себя и попытаться слепить из чудовища, нет, не красавицу, но хотя бы человекоподобное существо. Ну и как она должна это сделать? Судя по первому впечатлению существо было пугливо и затюкано, и получив прямое приглашение прогуляться до салона красоты могло сбежать или шлепнуться в обморок, и что с ней потом делать? Хотя... если потом дотащить обморочную особу до храма красоты и велеть преобразить, можно будет отделаться малой кровью и обойтись без уговоров. Чем бы ее так напугать? С другой стороны, кто даст гарантию, что без должного ухода через пару дней волшебный эффект современной косметологии не испариться и из своей норы снова не выползет оно, бесцветное чудище с пучком на голове? Нет, надо не просто преобразить, а убедить в необходимости метаморфозы и вдолбить основные постулаты поддержания красоты, только тогда затея увенчается успехом. Правда останется еще ее муж, как там его? Николай? Неотесанная громадина, не имеющая ни малейшего понятия о воспитании. А эта его манера влезать в вещи, которые совершенно не умеешь носить? Светлана с усмешкой вспомнила криво сидящий костюм. Нет уж, с отцом семейства благоверный пусть разбирается сам, ее задача - облагородить женскую составляющую семьи, особенно старшую ее половину. Младшую можно будет оставить дома или, на худой конец, потерять по пути.

Осталось только подружиться. А как? На тренингах, которые она любила посещать с подружками ей рассказывали, что найти подход и втереться в доверие можно к кому угодно. Легко им было говорить, они явно не были знакомы с Татьяной. И как же быть?

***

Стандартные, рутинные дела затянули ее. Приготовить обед, убрать бардак в гостиной, привести в порядок спальню. С Ларисой они договорились, что она будет приходить три раза в неделю, этого было вполне достаточно, чтобы в холодильнике не переводились продукты, пол был чистый и не успевала скапливаться пыль. В более частых визитах нужды не было, текущую работу она выполняла сама, должна же она была делать хоть что-то, чтобы занять время и не покрыться пылью. Один раз она пожаловалась на скуку мужу, но в ответ получила море непонимания, и предложение чаще ходить гулять. Одной. У него на всю эту ерунду теперь времени не было. Он, пообщавшись с соседом, решил открыть свое дело, какое – не рассказывал, «не твоего ума дело, все равно не поймешь», отвечал ей Николай, когда приходил вечером домой, а утром уходил снова.

Поэтому, услышав звонок в дверь, Татьяна сильно удивилась, для возвращения детей из школы было слишком рано, а больше она никого не ждала. Муж? Нет, он теперь раньше восьми не приходит, да и ключи у него с собой, но других вариантов нет. Обо всех остальных визитерах охрана бы предупредила. Не заглядывая в глазок Татьяна распахнула дверь и остолбенела, на пороге стоял человек, которого она меньше всего ожидала увидеть. Соседка, в квартиру которой они так нагло ввалились в день переезда, и которая была от этого обстоятельства явно не в восторге, как и от навязанной мужем необходимости развлекать гостей, по мнению Татьяны не могла появится на пороге ее дома никогда. Но появилась, и не просто появилась, а с приглашением сходить в кафе. Конечно же надо было отказаться, в обществе этой женщины Татьяна терялась и чувствовала себя ущербной. Казалось, в ней всего было слишком, она была слишком ухожена, слишком дорого одевалась, излучала слишком сильную уверенность в себе… Но Таня так устала. Устала от одиночества, от непрошибаемой уверенности мужа в своей правоте, от его нежелания слышать и считаться с ее мнением, от пренебрежения. И самое плохое, что даже поделиться теперь было не с кем. Не вываливать же свои проблемы на Ксюшу, ей и так сейчас плохо, ее саму надо выслушивать и поддерживать, а не загружать еще сильнее, к тому же, очень не хотелось еще больше обострять их с отцом, и без того не самые лучшие, отношения. Звонить старым подругам… Она пробовала, но натолкнулась на стену непонимания и агрессии «зажралась, омосквичилась, хвастается, меня б на твое место, я б не жаловалась», так и сквозило в ответах бывших подружек. А потому, немного поколебавшись, Татьяна все же решилась принять приглашение.

***

В первый момент Светлана была уверена, что получит отказ. Слишком быстро растерянность во взгляде Татьяны сменилась паникой, но уже через несколько секунд на смену панике пришло сомнение, переросшее в решительность.

- С удовольствием, - услышала Светлана ответ, который совершенно не ожидала, – только плиту выключу.

О том, чтобы переодеться и накраситься не прозвучало ни слова.

- Надеюсь ты не против, заведение будет фешенебельным, - намекнула Светлана и окинула выразительным взглядом невнятную кофту, и традиционный пучок на голове соседки.

- Нет, что ты, буду рада посетить любое место. А то уже засиделась дома, если честно, - улыбнулась Татьяна, исчезая в недрах квартиры. Намек она не уловила или проигнорировала.

С губ Светланы сорвался тихий стон, задача будет сложнее, чем ей казалось.

Второй казус произошел на улице, Татьяна была уверена, что до обещанного кафе они будут добираться пешком. Щас! Печально осмотрев свои дизайнерские туфли, на прекрасной, но все же слабо приспособленной к длительным пешим прогулкам шпильке, на кроссовки, красовавшиеся на ногах своей спутницы она старалась лишний раз не смотреть, Светлана попыталась объяснить ей, что путешествовать им будет удобнее на машине и не только по причине шпилек, но и по тому, что расстояние до заведения, в которое они намеревались попасть составляло более десяти километров. Татьяна согласилась. Правда, увидев на какой машине предстоит ехать и узнав, что везти их будет личный водитель попыталась уговорить Светлану взять такси, но в итоге смирилась и села в салон. Вовремя, еще минут пять препирательств и ехать ей бы пришлось в багажнике. Света никогда не отличалась большим запасом терпения. Поездка прошла спокойно, Светлана изображала из себя экскурсовода, рассказывая о бутиках, мимо которых проезжала машина, а Татьяна молча смотрела в окно. Еще одна неловкость чуть не произошла на входе в ее любимое заведение, швейцар, заметив приближающуюся к входу Татьяну, намеревался дать ей отворот поворот, к счастью, Света успела привлечь его внимание и взглядом показать, что все нормально и эта посетительница идет с ней. Конфликта удалось избежать.

Внутри Света снисходительно наблюдала, как ее спутница в восхищении крутит головой во все стороны, приоткрыв от удивления рот, очень сильно напоминая в этот момент своего сына. Но самая большая нелепость произошла после того, как официант, проводив их к столику, отошел, позволяя ознакомиться с меню. Светлане это уже давно не требовалось, но новая посетительница явно не могла сразу сделать заказ. Наблюдая за чуть остекленевшим взглядом соседки, разглядывающей меню она естественно подумала, что Татьяна просто растерялась от обилия выбора. Еще бы, пять страниц напитков и восемь страниц десертов никого не могли оставить равнодушными. Чтобы облегчить ей выбор, Света решила порекомендовать самые лучшие десерты, имеющиеся в арсенале заведения. Чего она совершенно не ожидала, так это тихого признания о нехватке денег. Это было за гранью. А муж? Он ей что, денег не дает? Или она все быстро спускает? Нет, не похоже… Спустя непродолжительное время Света все же решилась озвучить мучивший ее вопрос. В ответ соседка, запинаясь и краснея ответила, что деньги ей муж дает и их вполне достаточно на обычные нужды, но не на посещение подобных мест.

Мысль о том, что затрапезный вид Татьяны вина не столько ее, сколько ее жлоба-мужа начала настойчиво стучаться в голову.

- … ты не обращай на меня внимания, заказывай, что хочешь. Я буду только чай, – закончила мысль Татьяна и указала на самый дешевый напиток в меню.

«Отлично, вот и наладили отношения», - раздраженно подумала Светлана. – «Вот и поговорили по душам. Прекрасно просто! Я что, зря полдня на эту курицу потратила?»

- Нет, - резко сказала она, заметив, как вздрогнула Татьяна от ее тона. - Никакого «только чая» не будет. Выбирай что хочешь, я оплачу. Не выберешь ты, закажу я, – и видя, что ей собираются возразить, добавила. – Молча выбирай, благодарности не нужны.

***

Когда Светлана говорила про фешенебельное кафе, Татьяна представляла себе обычное заведение с чуть более вычурной мебелью и ценником, умноженным на два. Реальность же сильно превзошла фантазии. Начать с того, что на входе их встретил швейцар и окинул ее таим взглядом, что становилось понятно, не будь рядом Светланы, не пустил бы и на порог. Швейцар. В кафе. Его наличие стало понятно, когда они наконец через длинный коридор попали непосредственно в зал. Кафе представляло собой оранжерею.Обычную оранжерею с множеством ярких, прекрасных цветов и раскидистых, нереально зеленых деревьев. В центре зала высился фонтан. Столики были или спрятаны под деревьями, или располагались рядом с яркими клумбами. Расстояние между ними было более чем внушительное, а вот сама мебель, вопреки ожиданиям, совершенно не вычурной. Аккуратные, резные стулья и столы выглядели почти воздушно и прекрасно вписывались в интерьер. Звучала музыка и пение птиц, второе скорее всего было фонограммой, никаких птиц в зале Татьяна не заметила, а вот музыка вполне живой. Пока официант вел их к столику в глубине зала, она успела увидеть коллектив музыкантов: флейта, скрипка, арфа, больше ничего разглядеть не удалось, но впечатление произвело изрядное.

Помимо них в зале находились всего четверо женщин, они сидели за столиком возле одной из клумб, что-то весело обсуждали и излучали полное довольство жизнью. Их наряды были подобраны со вкусом, лак соперничал по яркости с экзотическими цветами и в этом интерьере они смотрелись уместно и органично, в отличие от самой Татьяны. Украдкой взглянув на кроссовки, в которые она впихнула ноги перед выходом из дома, Татьяна поспешила присесть за столик и спрятать это безобразие от глаз окружающих. Посмотреть в лицо официанту она не решилась. Их столик стоял под деревом и его ветви создавали ощущение уединенности. Чтобы скрыть от Светланы охватившее ее смятение, Татьяна решила ознакомиться с меню и застыла. Какие два раза, ценник отличался раз в пять! И судя по всему, кроме чашки чая заказать здесь она ничего не сможет. Что? Ну вот что надо добавлять в пирог, чтобы продавать его кусочек по две тысячи рублей? А чашка кофе за тысячу? Его варят в Бразилии и доставляют сюда самолетом? Светлана к меню даже не прикоснулась, она просто подождала несколько минут и начала бойко перечислять самые лучшие, с ее точки зрения, десерты, подаваемые здесь. Надо ли говорить, что стоили они дороже, чем злополучный пирог, первым попавшийся на глаза? Выслушав очередную хвалебную оду «вот этому замечательному тортику», Татьяна наконец решилась тихо признаться:

- Я боюсь, у меня не хватит денег, – сказала она. – Я буду только чай, - женщина ткнула пальцем в самый дешевый напиток и захлопнула меню.

Как и следовало ожидать, глаза соседки расширились от удивления, а лицо очень забавно вытянулось.

- Тебе муж денег не дает? Или ты их так быстро тратишь? – спросила Светлана через некоторое время. В ее вопросах сквозил явный скепсис, на последних словах ставший заметно сильнее.

Ну и что она должна была ответить? Что муж оставлял денег ровно столько, чтобы хватило рассчитаться с домработницей и купить продукты? Что все, что выходило за рамки рассчитанных им расходов, она оплачивала сама, из денег, которые откладывала, пока работала, но запасы были не безграничны и теперь подходят к концу? Что подойти и в открытую попросить большую сумму ей не позволяет гордость? Полепетав что-то невразумительное Татьяна попыталась закрыть неприятную тему и заказать-таки этот несчастный чай, но ей не позволили. Света в приказном порядке вела выбрать что-то более приличное и взглянув в ее сердитое лицо спорить Татьяна не решилась.

***

Сделав заказ и дождавшись, когда его принесут, Светлана снова решила поднять заинтересовавшую ее тему.

- И все же, сколько денег он тебе дает? двести тысяч, триста?

- Ну, - замялась ее собеседница, - мы еще не так долго живем в Москве, итоговую сумму расходов считать рано… Но он оставляет на уборщицу, и на продукты…

- Нет, - оборвала ее бормотание Светлана. - Сколько он дает на твои личные расходы? – и увидев, как Татьяна заливается краской, потрясенно ахнула – Вообще ничего??? Как же ты с ним живешь? А главное, зачем?

От жалости, проскользнувшей в глазах Светланы долго сдерживаемые эмоции выплеснулись наружу.

- Тебе не понять, - чувствуя непонятную злость начала говорить Татьяна, - ты яркая, эффектная, знаешь, как добиться своего и муж тебя любит, а я... - и рассказала все. И какой красивой считалась в юности, и как ухаживал за ней Николай, и как интересно с ним было, и как со временем все начало меняться. Как перестал помогать с домашними делами (не мужское это дело), как вместо цветов стал таскать домой пиво (какой с веников прок? только деньги переводить). Как перестал обращать внимание на ее внешний вид и как после рождения Сережи она с этим смирилась. Зачем красить ногти, если лак очень быстро потрескается и его придется менять? Ежедневный макияж с маленьким ребенком - это тоже роскошь. Зачем издеваться над ногами и ходить на каблуках, если продукты из магазина удобнее носить в кроссовках. Юбки покинули ее гардероб по той же причине. Про то, как за два десятка лет превратилась из женщины в «домашний комбайн»: постирать, погладить, приготовить, убрать. И про последнее, самое обидное, когда весь ее труд на протяжении стольких лет обесценили в несколько слов. Татьяна рассказала все, даже то, чем не делилась раньше ни с кем, потому что осталась бы непонятой. Чем она может быть недовольна? Мужик в доме есть, пьет в меру, руки не распускает, если что-то надо починить - чинит (когда есть время и желание, последнее особенно важно), по бабам не шляется. Живи и радуйся! Радоваться с каждым годом получалось все хуже, ощущение затягивающей трясины сменилось сначала отчаянием, а затем безразличием. И переезд в Москву ситуацию не исправил.

- А когда ты ему в последний раз встряски устраивала? - спросила Светлана, переварив бурный поток информации.

Татьяна посмотрела на собеседницу с неподдельным недоумением, вынудив ее пояснить свою мысль.

- Ну там, скандал закатить, посуду побить, соблазнить?

В понимании Татьяны все вышеперечисленное было недостойно и некрасиво, а последнее еще и стыдно, о чем она и сообщила собеседнице.

- Понятно, - вздохнула Светлана. – Удобная хранительница очага, тихая скромная, незаметная. Милочка, запомни, женщина соглашательная – удобна только в качестве домработницы, в чем ты и имела счастье убедиться. Мужики такого не любят, им эмоции нужны, короткие замыкания. Чтоб искрило и фонтанировало, чтоб шел домой и не знал, что его там ждет, милая кокетка, хозяюшка с тарелкой борща, или злобная фурия, которая, не получив приятного сюрприза этот самый борщ ему на уши наденет. Тогда и цветы домой таскать начнет и приятные безделушки дарит, и вообще баловать больше. А здесь? – она выразительно окинула взглядом свою собеседницу. – Кто ж захочет таскать цветы заезженной кляче? Удел клячи пахать, пока копыта не откинуться. Кляче не надо помогать, и подвигов в ее честь совершать не хочется, даже с пылесосом, и в подарок она получит, максимум, мешок картошки, а милые безделушки он, через некоторое время, начнет носить другой, которая не забывает искрить. Если бы я вела себя с мужем так как ты, место его супруги давно оказалось бы вновь вакантно. Но я не стесняюсь требовать внимания, не отказываю себе в развлечениях и никогда не ленюсь красиво выглядеть. Я могу вывести его из себя, обидеться и не разговаривать несколько дней, или, через секретаршу, отменить все его встречи и утащить куда-нибудь на выходные. И ему не скучно. Скука - враг всех отношений.

- И что мне делать? - выслушав отповедь поинтересовалась Татьяна.

- Меняться! Если постараешься и приложишь достаточно усилий в твоей жизни тоже наступит «фейерверк».

- Не уверена, что знаю с чего начать...

- Не переживай, я помогу, - начиная чувствовать себя крестной-феей подбодрила Светлана. – Для начала, заставь его выделять больше денег, без него, увы, мы бессильны. А потом... я не я, если через месяц упорной работы над собой твой Николай не приползет прощение вымаливать.

Глава 7

- Дрянь, да как она посмела вообще! – шипела Инга в среду вечером, разглядывая радующий всеми оттенками синего и фиолетового синяк на лице Марка. – Психопатка! Очень больно?

- Нет, - отрезал Марк, убирая руку девушки от своего лица. – Ты меня зачем позвала, с уроками тебе помочь или синяком моим любоваться? Любоваться можно и в школе, если я больше не нужен - то я поехал.

- Ты чего такой злой? – надулась Инга. – Я вообще-то за тебя переживаю, имею право, как твоя девушка.

- Переживать будешь потом, а сейчас давай учиться. Что тебе непонятно?

- Все, - вздохнув, призналась Инга, утыкаясь взглядом в учебник геометрии. По опыту она прекрасно знала, если у Марка нет настроения для нежностей – лучше не навязываться. Отморозит так, что мало не покажется. В пол уха слушая как он объясняет ей решение задачи, девушка думала о случившемся. Как так получилось? Они же ничего плохого не делали, шутили, развлекались, даже кресло вернули, а она драться полезла. Они же себе такого не позволяли, держались в рамках, а новенькая за них вышла, значит вина полностью на ней. А они, ну, то есть Марк, сторона пострадавшая. Его должны были пожалеть, а ее наказать, но не сделали, ни того, ни другого. Немыслимо! Директриса посмела отругать Марка, она видите ли решила, что их шутки были слишком злыми, и замяла дело. Конечно, если о таком происшествии станет известно, ее явно не похвалят, зато справедливость восторжествует! Просто надо, чтобы все родители об этом узнали. – А давай твоим родителям расскажем о случившемся, - поделилась она идеей с Марком. - И другие пусть тоже расскажут. Если будет скандал, её по любому исключат из школы.

- Нет, - твердо ответил Марк, поднимая глаза от учебника. – Мы ничего не будем рассказывать родителям, ни моим, ни чьим другим, закрыли тему. Решай, - указывая на задачу потребовал он. Сказать по правде, сразу после разговора, состоявшегося в кабинете у директрисы, он, пылая праведным гневом тоже хотел пожаловаться родителям, чтобы они в порошок стерли эту заразу вместе с ее семейкой. Хорошо не успел. Немного остыв и вернув себе способность спокойно мыслить, Марк пришел к выводу, что мама, может, и отправилась бы к соседям, выяснять отношения, а вот отец вряд ли. Он бы, скорее, захотел подробнее выяснить причины конфликта и обратился за пояснениями ко всем его сторонам, а выяснив… Нет, пусть лучше и дальше думает, что сын получил синяк бесясь с друзьями на перемене. Это не так стыдно, как признаться в том, что схлопотал по морде от девчонки, рост которой составляет метр с кепкой. Заткнуть рты зубоскалам в школе он может, а что ему делать, если на эту тему начнет шутить отец? - Инга, ты меня поняла? – собираясь домой решил еще раз напомнить о своей позиции по поводу конфликта с Ксюшей Марк. – Родителям о произошедшем ни слова, вообще никому об этом не рассказывай, никакой самодеятельности.

- Да-да, - закатила глаза девушка, - я поняла. Эта тайна умрет вместе со мной.

- Хорошо, - улыбнулся Марк одной стороной губ, нормально улыбаться ему было больно, - увидимся завтра.

- Так я это и оставила, - сказала Инга захлопнувшейся двери и бросилась искать телефон. – Злые шутки говорите? Не знаете вы, Людмила Артемьевна, что такое злые шутки. И не узнаете, а вот деревенщина узнает, я ей покажу. Лена, привет, - сказала она уже в трубку. – Касательно произошедшего с Марком, думаю, мы не можем это так оставить…

***

Можно ли сойти с ума от переутомления? А от стресса? Эти вопросы очень сильно интересовал Ксюшу в последние несколько дней. Сначала она не обратила внимания на происходящее, уставший мозг заядлого любителя ужастиков вкупе с очень богатым воображением и раньше играли с ней злые шутки и раскрашивали действительность страшными красками, поэтому излишнее оволосение нижних конечностей одной из одноклассниц сильного впечатления на нее не произвели, в конце концов, может девушка просто ноги побрить не успела, правда через несколько минут заросли исчезли, но не суть. Потом были сужающиеся в щель зрачки, резко отрастающие ногти и немыслимо клыкастые улыбки. Бороться с галлюцинациями было решено с помощью сна. Сказано – сделано и не дожидаясь десяти часов вечера Ксюша отправилась в кровать. Не помогло, стоя в дверях класса и созерцая рога, выросшие на голове одноклассника с оттенком философской задумчивости, поняла она.

- Привет! - приветственно хлопнул ее по плечу подошедший сзади Слава, отчего Ксюша влетела в класс. - Ты чего не заходишь?

- А? - обернулась к нему Ксюша. - Ты тоже это видишь? - спросила она, показывая на рогоносца и остолбенела. Рогатых людей в классе больше не было.

- Что? - уточнил Слава, окидывая взглядом кабинет.

- Ничего, - буркнула Ксюша, делиться галлюцинациями ей не хотелось. Еще чего не хватало, потерять друга из-за переутомления. - Кроме бугая, который, не соизмеряя силы бьет бедных девушек по спине. А если бы ты меня сломал?

- Какая связь между тобой и «бедной девушкой»? Почему ты собрала такие диаметрально противоположные понятия в одном предложении? - вступил в шутливую перепалку Слава, проходя к своему месту. - Или ты кого-то успела обидеть и теперь ищешь, на кого бы спихнуть вину?

В ответ Ксюша состроила забавную рожицу и показала язык.

- Как домашка? - спросил Слава, вспомнив остекленевший взгляд, которым Ксюша сосредоточенно гипнотизировала доску на протяжении всего урока. Оказалось, что французского языка, изучаемого в их школе третьим иностранным, в программе ее бывшей школы, не было. Ну, то есть был на выбор или испанский, или французский, в отличие от их школы, где «или» не предусматривалось.

- Не спрашивай, - обреченно махнула рукой Ксюша, для которой наличие в учебном плане третьего иностранного языка стало неприятным сюрпризом. - Надеюсь больше в вашей программе никаких извратов нет? Китайский на следующей неделе не планируется?

- Нет, нам и трех языков за глаза хватает. Остальные можно изучать по собственной инициативе и своими силами. А что, ты хочешь выучить китайский?

- Мне бы с французским разобраться, - печально вздохнула она. Изначально, понадеявшись на «авось» Ксюша решила, что особых проблем новый язык не вызовет. Не даром ведь говорят, если знаешь один язык, врубиться в другой будет гораздо легче. Возможно так и происходит, когда начинаешь учить язык с самых основ, но метод точно не работает, если приходишь в класс, где язык учат уже несколько лет. Вчера она поняла это с особой ясностью, после того, как не сумела расшифровать ни одного слова произнесенного на уроке. Хотя нет, приветствие и прощание она перевести смогла. Наверное, все же стоило проявить больше прилежности и ознакомиться хотя бы с азами. Эта светлая мысль пришла ей в голову, когда она попыталась выполнить домашнюю работу, успехами в которой интересовался Слава. Ну не отвечать же ему, что из всего задания сама поняла только запятые, которых было прискорбно мало. Остальное выполнялось при помощи переводчика, и что он там напереводил, было известно только Гуглу. Впрочем, уже к концу занятий о содержании узнал весть класс. Учитель, лысоватый, тощий мужик средних лет, премерзко ухмыляясь, попросил ее выйти к доске и прочитать свою работу перед всем классом. Отказать учителю было невозможно и пришлось идти позориться. Читать на французском она естественно не умела и, после недолгих раздумий, заменила его испанским, ей показалось что он будет более похож на оригинал, нежели английский. Однако учитель экспромт не оценил и отобрав у нее тетрадь зачитал работу лично, не стесняясь отпускать комментарии не только по поводу написанного, но и умственных способностей писавшей. Таких веселых уроков школа еще не видела, ухохатывались все, за исключением Ксюши, Славы и читающего учителя. Оправдания про новый язык Андрей Борисович слушать не стал и влепил двойку.

- Не расстраивайся, - попытался подбодрить ее Слава после уроков.- Борисыч мужик неплохой, просто немного расстраивается, когда к его предмету относятся пренебрежительно.

- Пренебрежительно??? Бог с тобой, как можно относиться пренебрежительно к предмету, на котором присутствуешь второй раз?!

- Не кричи. Он не любит, когда мы филоним и очень не любит, когда мы пользуемся онлайн-переводчиками для выполнения домашки. А уж если ты на его уроке будешь пытаться подменить французский любым другим языком, вообще звереет. Мы это поняли в пятом классе, ты узнала сейчас. Если больше не будешь так делать, он постепенно сменит гнев на милость и прекратит придираться.

- А как еще я могу сделать и прочитать эту чертову домашку? – прошипела Ксюша. – Или лучше ее совсем не приносить?

- Нет, вот так точно делать не надо, - поднял руку в предостерегающем жесте Слава. Ну, хочешь, я с тобой позанимаюсь? Домашку вместе сделаем?

- Ты? – скептически приподняла бровь Ксюша. - Ты так хорошо знаешь французский?

- Да уж получше некоторых. Не переживай, азы объяснить смогу, а дальше, если захочешь, будешь занимать сама.

- Ну хорошо, - тщательно обдумав идею согласилась Ксюша. – Где мы будем заниматься?

- Где? – немного растерялся Слава. – Ну, можем в школе…

- Нет! – перебила Ксюша. – Только не в школе. Давай другие варианты.

- Ладно, - немного обескураженный реакцией, Слава начал обдумывать другие варианты размещения. – Можем пойти в кафе, но там шумно, или поехать ко мне домой, не особо близко, конечно, но после занятий обещаю организовать твою транспортировку до дома.

- А если у меня? – выдвинула встречное предложение Ксюша. – Я живу недалеко, дома тихо, и уж свою транспортировку ты по любому организовать сумеешь.

- Родители против не будут?

- Пф, - фыркнула Ксюша. – Отца скорее всего нет дома, а мама только обрадуется. Ну так ты согласен? – и получив утвердительный кивок продолжила. - Отлично, брата заберем и вперед.

***

«Надо было вести их разными тропинками», - с раздражением думала Ксюша, глядя на веселый треп брата и друга, совершенно игнорирующих ее собственное существование. Ну да, возможно не стоило пинать их так сильно, но что еще оставалось делать, если эти балаболы не нашли лучшей темы для разговора, чем ее скромная персона? Кто бы мог подумать, что они так быстро найдут общий язык? Сразу после знакомства Сережа к новому другу сестры отнесся с изрядной долей настороженности и не спешил начинать общение, но уже через десяток минут непрекращающегося Славкиного трепа перестал стесняться и признал в нем «своего», оттаял и включился в беседу… о ней. Напрочь игнорируя ее присутствие! Естественно она возмутилась и приняла меры, а они обиделись и начали обсуждать какие-то непонятные игрушки, не обращая на нее внимания. Мальчишки! А она значит скучай?

На подходе к дому Слава немного притих, а подойдя к дверям квартиры и вовсе разнервничался.

- Ты чего? – спросила Ксюша, решив, что обижаться ей уже надоело.

- Да знаешь, - хмыкнул Слава, - только сейчас сообразил, иду знакомиться с матерью девушки и без цветов. Некрасиво как-то.

Пришлось подпрыгнуть, но целебный подзатыльник, избавляющий от глупых мыслей она таки отвесить смогла.

- Мам, мы дома, - крикнула Ксюша заходя домой.

- Слышу, - ответила Татьяна с кухни. – Мойте руки и за стол, я пирожков испекла.

- Ура, пироги! – забив на немытые руки Сережа поспешил на кухню.

- Я точно не помешаю? – нерешительно переминаясь у порога, уточнил Слава. – Может в следующий раз?

- Брось, никому ты не помешаешь. Мама по чуть-чуть не печет, там на всех хватит и еще останется. Или ты пирожки не ешь? Диета?

- Ем, - опроверг подозрения Слава. – Очень пирожки люблю, особенно сладкие, правда дома их редко готовят.

- Ну тогда не тупи и проходи скорее, а то Сережа их тоже очень любит, как и я. Пока будешь рефлексировать, все самое вкусное съедят.

***

- Кушай, не стесняйся, - с улыбкой глядя на Славу, Татьяна доложила на стол сладкой сдобы. – Я очень рада, что Ксюша пригласила тебя к нам. Она редко друзей приглашает.

- Ну, я здесь не просто как друг, - почему-то краснея ответил Слава. – Я скорее, как репетитор, буду помогать ей с французским, а то у нее такой завал.

- Ах, помогать, - улыбнулась Татьяна, – замечательно. А как вы подружились?

- Ну, она так классно съездила Марку по роже, что я не мог не подойти, - не обращая внимания на гримасы Ксюши сообщил Слава.

- Что она сделала? – немного растерянно переспросила Татьяна, переводя взгляд со Славы на дочь.

- На вот, займи рот, вкусно, - впихивая пирожок в уже открытый для ответа Славин рот, оборвала откровения Ксюша.

- Ксюха побила Марка, - радостно прозвучало с другой стороны. Рот не в меру болтливого брата тоже украсился сдобой.

- Мам, не переживай, все нормально, - поспешила успокоить маму Ксюша. – Информация о драке сильно преувеличена. Он пошутил, я пошутила, обменялись, так сказать, юмором. Недоразумение уже исчерпано, теперь мир-дружба-жвачка. Ты главное не волнуйся. В школу же не вызывали, значит, все хорошо. Ну, мы пойдем заниматься, - она подхватила Славу под локоть и начала вытягивать из-за стола.

- Эй, я еще не наелся, - возмутился он.

- Позанимаемся – продолжишь, можешь оплату пирожками взять, - прошипела в ответ девочка и ребята ушли наверх.

- Я, наверное, тоже пойду, - Сережа торопливо встал из-за стола, опасаясь маминых расспросов. Врать он не любил, как и получать по шее от сестры.– Уроков назадавали – жуть!

Татьяна только покачала головой детям вслед. Надо же, Ксюша ударила Марка. За что? Он же такой милый мальчик, воспитанный, вежливый, красивый, почему бы с ним не подружиться? Хотя, Слава тоже кажется мальчиком неплохим, с учебой помочь вызвался и на непростой характер дочери не обижается. Сами разберутся, в итоге решила женщина, возвращаясь к плите. Света на травмы сына не жаловалась, значит, сильных повреждений нет, из школы, как и сказала Ксюша, тоже не дергали, поэтому и ей заморачиваться не следует.

***

Татьяна хорошо усвоила все премудрости, которыми с ней поделилась Светлана и действовать решила точно придерживаясь ее советов.

- Никогда не спрашивай про деньги в лоб, - учила соседка наивную в таких вопросах Татьяну, - всегда начинай издалека. Выбери день, когда у него прошла удачная встреча, или просто нагрузка была не высокая. Распорядись, чтобы на ужин были только его любимые блюда, открой бутылку вина. Встреть его с улыбкой, узнай как дела. Рассказ, конечно, может затянуться, но выслушать надо обязательно. Желательно, не торопя и хоть немного вникая в то, что он говорит. Дополнительные вопросы приветствуются. Потом похвали, позови за стол и только там можно аккуратно переходить к делу. Сумму желательно немного завысить, тогда, в случае если он выделит меньше, тебе все равно хватит.

- А если он сразу даст столько, сколько попрошу? – уточнила Татьяна.

- Сразу? – задумчиво протянула Света. – Да, было пару раз. Ну… радуйся, считай, что ты хорошая жена и тебе дали премию. Можешь тратить. И главное, не забудь намекнуть, что это не для тебя, все эти расходы исключительно для него.

- Это как?

- Купишь красивый комплект белья, пусть порадуется. Хотя, в твоем случае он от радости обалдеет, даже если ты все спустишь в салоне красоты…

Все наставления Татьяна запомнила, а придя домой еще и записала, чтобы ничего не забыть и не перепутать. Спросить про нагрузку мужа было не у кого, об успехах в делах он ей тоже не говорил. Как она поняла, поиски дела, которым он хотел бы заняться, результата пока не приносили, дело не находилось. А посему, подкат она решила организовать в пятницу, перед выходными. Вечер пятницы сам по себе настраивает человека на добродушный лад. Вторая загвоздка возникла с меню. Что такого можно приготовить, чтобы порадовать мужа? Николай ясно дал понять, что хочет экзотики, но ничего подобного она никогда не готовила. Найти в интернете рецепт? А если получится невкусно? После долгих раздумий было решено сварить борщ и напечь пирогов с разными начинками, как ему нравилось раньше. Связываться с вином Татьяна не решилась, во-первых, не разбиралась, а во-вторых, муж предпочитал более крепкие напитки, которые она тоже не умела выбирать. Встретив детей из школы и скормив им половину пирогов, Татьяна отправила в духовку вторую партию и приступила к приготовлению борща. Сегодняшний ужин должен быть безупречным.

***

- Как-то по-спартански у тебя тут, - оглядев Ксюшину комнату вынес вердикт Слава. – А где же милые девичьему сердцу безделушки? Шкатулочки, бабочки, цветочки? Где розовый цвет и обилие плюшевого зверья?

- С дуба рухнул? – выразительно приподняла брови Ксюша. – Посмотри на меня, где я и где плюшевые звери?

- А что, с тобой даже плюшевые не уживаются? – подколол он, и глядя, как Ксюша начала оглядывать комнату в поисках метательного снаряда, быстро перевел тему. – Где расположимся?

- За столом, - буркнула в ответ девочка, - или ты уроки на полу обычно делаешь?

- Всякое бывает. За стол, так за стол, я не привередливый. Как поступим, я объясняю тебе основы, и ты пытаешься сделать домашку, а я тебя поправляю и объясняю непонятное, или начнем с домашки, а потом пройдемся по азам?

- А давай так: ты делаешь домашку, я ее нагло у тебя списываю, а потом ты пытаешься мне что-то объяснить?

- Интересный вариант, - кашлянул Слава, - наверное, можно и так. Я буду подробно объяснять, что делаю и почему так, а ты потом, если будет непонятно, задашь вопросы. Согласна? Начинаем. Вопросы есть? – закончив с заданием поинтересовался Слава.

Ксюша покачала головой.

– Отлично, - обрадовался парень, - да ты этот язык на счет раз одолеешь! Сейчас еще по основам пробежимся и на следующем уроке будешь поражать Борисыча впечатляющими успехами. На алфавите останавливаться смысла не вижу, там все понятно, перейдем к звукам. Смотри, гласные, -е, -а, -о, -у, -u, тоже ничего сложного, надо просто запомнить, -е звучит как наша «ё», только короче, правда есть случаи, когда она произносится как «а», например, femme (женщина), но это частные случаи. А, да, на конце слов, как и в английском, не читается. Следующая –а, все стандартно, «а», она «а» и есть, как и i, смысла останавливаться не вижу. –о тоже сюрпризов не принесет, а вот –u забавная, звук между нашим «у» и «ю», примерно, как в слове «тюль». Очень интересная буква –у, когда стоит рядом с гласными, она как бы делит слово на две половины и у каждой имеется свое собственное –i. С этим закончили, теперь к сочетаниям гласных, -ai и-ei читается как «э», -eu и –oeu тоже «э», но мягче. Сложи губы, как будто хочешь сказать «о», но произнеси «э», вот так, - показал он. Ксюша попробовала повторить его трюк, но успеха не достигла. - Ладно, с опытом придет, - выслушав ее попытки махнул рукой Слава. – Едем дальше…

Дальше были еще несколько сочетаний гласных букв, буквы согласные и их сочетания, носовые звуки:

- Слушай внимательно, пытайся уловить разницу. Во французском они очень важны.

Потом были артикли и диакритические знаки. Ксюша перестала воспринимать информацию примерно к середине быстрой и насыщенной лекции. Она сидела, пропуская слова мимо ушей и думала о том, что полиглоты – люди сумасшедшие. Потому что только изначально чокнутые могут запихнуть в голову столько правил и исключений, и не свихнуться.

Закончив лекцию, Слава предложил перейти к практике.

- Я напишу несколько слов, а ты попробуешь их прочитать, - говорил он, выводя в тетради слова. - Что это? – показал он на первое.

- Закорючки, - равнодушным взглядом скользнув по написанному ответила Ксюша.

- Да? А по-моему, это слово leçon, то есть, урок. А это? – показал Слава на второе слово.

- Еще одни закорючки, - вздохнула Ксюша.

- de français, – хмыкнул Слава, глядя в тетрадь и пытаясь понять, действительно у него такой плохой почерк или просто ученица придуривается. - А если прочитать вместе, что получится?

- Набор закорючек?

- Нет, попробуй прочитать. Я же объяснял правила, ты что, не слушала?- ответа не последовало, и парень решил уточнить: - Действительно не слушала? С какого момента?

- Примерно с носовых звуков, - призналась Ксюша.

- Перерыв, - захлопнул тетрадь Слава, - мне надо успокоиться. Продолжим через несколько минут и только попробуй снова филонить!

***

- Я больше так не могу, - остужая разгоряченный лоб о поверхность стола простонал Слава. – Это невыносимо. Значит так, - резко распрямляясь и смотря на Ксюшу в упор продолжил он, - я сейчас поеду домой и постараюсь найти сайты и приложения, по которым даже ты сможешь самостоятельно подружиться с языком. Будет что-то непонятно – спрашивай, постараюсь объяснить, но индивидуально я с тобой больше заниматься не буду. Еще минут пятнадцать таких занятий, и я тебя убью, а если не убью, то вознесусь на небо, как великомученик и страстотерпец. Моим родителям ни один из этих вариантов не понравится, так что рисковать я не намерен. Понятно?

- При условии, что ты будешь делать со мной домашние работы так же, как и сегодня, - выдвинула встречные требования Ксюша, разминая затекшие плечи. Занятия утомили и ее тоже.

- То есть, делать за тебя? – уточнил Слава.

- Сам помогать вызвался, я тебя не заставляла. А теперь что, не справился и в кусты? – шмыгнула носом Ксюша, давя на жалость. – А как же я? Я так на тебя надеялась.

- Вымогательница. Ладно, - сдался Слава, - согласен. Только мне интересно, как ты, с таким подходом, собираешься контрольные сдавать?

- До них еще далеко, придумаю что-нибудь, - легкомысленно махнула рукой девочка. – В крайнем случае, ты поможешь.

- Ага, - хмыкнул Слава, - телепатически протранслирую тебе в мозг правильные ответы с другого конца класса. Я же великий маг, ты не знала?

- Не прибедняйся, ты умный, ты обязательно придумаешь, как впихнуть в меня знания, или я сама справлюсь, ну или тебе придется героически отвлекать препода, пока я буду списывать с подготовленных тобой шпаргалок.

Слава только глаза закатил. Воистину, наглость – второе счастье.

***

Как оказывается нелегок труд преподавателя, на постоянку он бы такого не вынес, - размышлял Слава по пути домой. – Нет, все же профессию сильно недооценивают, а затраты нервной системы вообще исчислению не поддаются. Вот он сегодня не смог справиться всего с одной, относительно взрослой, ученицей, которая, гипотетически, сама понимает, что знания нужны в первую очередь ей самой. А если представить на ее месте целый класс раздолбаев, которым надо что-то объяснять? А если они еще и возрастом помладше? И рукоприкладство к ним применять запрещено. Даже если очень хочется или выполняется с целью скорейшего закрепления материала, ну или для стимуляции внимания. Как же хотелось ее стукнуть! Но нельзя, джентльмен дам не бьет, даже если они сами напрашиваются. Нет, и все же, почему в списках героических профессий нет учителей? Случайно забыли вписать или намеренно пропустили, чтобы не вселять тревогу в ряды ребят, поступающих в педвузы? Кстати о них, интересно, как они вообще отваживаются туда идти? После выпуска из школы их одолевает амнезия и они забывают о том, как ведут себя дети на уроках или просто надеются, что им по жизни будут попадаться только адекватные детишки? Может спросить у своих учителей? А заодно поинтересоваться, как он сам себя ведет на уроках, а то со стороны ему кажется, что все нормально, а учителя его может прибить хотят, вот как он сегодня Ксюшу. Но нельзя, этика, чтоб ее.

***

Целую неделю Николай без устали носился по городу. Во время соседских посиделок Александр вскользь бросил фразу, что все успешные люди занимаются бизнесом. Просто так подобные намеки не делают, понял Николай, а значит, чтобы соответствовать тому кругу, в который так хочется попасть, надо открыть свое дело. Какое? Определенных предпочтений и устремлений у него не было, и он решил положиться на интуицию. Что может быть проще, казалось ему, катайся по городу, разглядывай вывески, читай в интернете, чем занимаются фирмы и жди, пока в голове не раздастся щелчок – вот оно! Однако дни проходили один за другим, а щелчка все не было, уверенность в правильности выбранного метода начала исчезать. Дома тоже не все было гладко, после истории с поваром жена практически перестала с ним разговаривать, на ужин кормила полуфабрикатами и вообще, вела себя очень отстраненно. Ну да, возможно он немного погорячился, когда сказал, что готовит она плохо и питаться ее стряпней дальше желания он не имеет, ну выпалил сгоряча, с кем не бывает? Он же извинился, и даже магазинную гадость ест безропотно, чего еще надо этой женщине? Как же домой ехать не хочется. Блин, он то, уезжая в Москву думал, что все проблемы остались позади, и жизнь у него теперь будет исключительно счастливая и размеренная. Оказалось, деньги не решают все проблемы, они просто меняют форму и размер.

Дома ждал приятный сюрприз. Жена наконец сменила гнев на милость и не просто простила его, но и, наверно мучимая угрызениями совести, приготовила вкусный ужин, ароматы которого витали по всей квартире.

- Уже пришел? – ласково улыбаясь вышла в коридор Татьяна. – Давай помогу, - она забрала у него куртку и повесила в шкаф. – А я пирожков напекла, хочешь? Иди быстрее, мой руки и за стол. Как твои поиски продвигаются, решил, что хочешь открыть?

- Нет пока, думаю. Слишком много вариантов, не хочу ошибиться, - ответил Николай, немного растерянный от такой встречи.

- И правильно! – горячо поддержала жена. – Ты у меня такой умный! Зачем торопиться, мы же никуда не опаздываем. Надо все хорошенько обдумать, взвесить и только потом открывать, чтобы закрываться не пришлось.

- Угу, - кивнул Николай, усаживаясь за стол и выслушивая непрекращающиеся дифирамбы своему уму, предприимчивости и доброте. В голову начали закрадываться нехорошие мысли.

- А ты знаешь, - продолжила жена, разливая по тарелкам густой, наваристы борщ и нарезая хлеб, - я даже рада, что ты нас в Москву привез. Здесь конечно непривычно немного, зато так красиво. И город красивый и люди. И одеваются хорошо, и прически всякие делают, а я с одной стрижкой уже не помню сколько лет. Как думаешь, может стоит поменять?

- Я понял, - остановил поток слов Николай, наконец осознав, почему ему сегодня так рады дома. – Столько хватит? – спросил он, выкладывая на стол тысячу.

Тарелка в руках Татьяны дрогнула, она внимательно посмотрела на купюру, после чего медленно подняла глаза на мужа.

- Это шутка? – тихо уточнила она.

- В смысле? – в свою очередь не понял Николай. – Ты же денег попросить хотела, на стрижку? Вот, я дал. Тебе что, не хватит? – искренне удивился он.

Татьяна почувствовала, как в голове сгорели предохранители.

- Хватит? – прошипела она. – Тысячи, да? Благодетель! –тарелка борща полетела в сторону мужа, который, к сожалению, успел увернуться. – Ты хоть знаешь, сколько денег на красоту дает муж Свете?

- Какой Свете? – шокировано переспросил Николай, совершенно не ожидавший, что жена вообразит себя метателем тарелок и решит потренироваться на нем.

- Соседке нашей! Что, думаешь не я не видела, как ты ее разглядывал? А что бы и не поглядеть на красоту. Только на эту красоту ее муж денег в месяц выделяет больше, чем ты мне за всю жизнь дал! Раньше мы жили небогато, ладно, я все понимаю, нечего было давать, я и не просила. Но сейчас? На дорогущий коньяк у тебя есть, на костюмы есть, на бизнес есть, даже на такси есть, а на жену только тысяча? Да иди ты знаешь куда с такими подачками? – кастрюля супа отправилась на пол по траектории тарелки, а жена в слезах выбежала из кухни.

- И что это было? – спросил Николай у пустоты, глядя на расползающееся по полу пятно борща.

***

И опять напряженная неделя, просто какой-то круговорот запар в природе. Завал на работе, обсуждения в высоких кабинетах, плюс дела своих фирм, все это требовало времени и затягивало в непрерывную карусель дел. Затягивало настолько, что синяк, украсивший лицо сына он отметил только краем сознания, не до того было. Отмахнувшись от оправдательного лепета Марка, он ушел работать в кабинет. Не до синяков сейчас и вообще, какой пацан без них растет? Позже жена, кажется, что-то рассказывала о какой-то встрече в кафе, он, признаться, тоже не вслушивался. Появилась возможность войти в новый, амбициозный проект, длительный и с хорошим финансированием. У него было все, инсайдерская информация, подвязки, перспективы, не было только фирмы, с которой можно было туда влезть. Кого попало на такие проекты не тянут, а проверенных людей, пользующихся его полным доверием на примете не было. Хоть сам фирму организуй и жену туда гендиром назначай. Услышав слово «красота», он молча отдал жене всю имеющуюся в бумажнике наличность, чтоб точно хватило, и снова погрузился в свои мысли. За всем этим калейдоскопом он совершенно забыл о новых соседях, посиделках с пивом и последующих обещаниях, так испугавших его жену. Поэтому звонок в дверь и последующий за ним визит Ольги, спрашивающей, примет ли он Николая Леонидовича не вызвал ничего, кроме раздражения.

- Какого Николая Леонидовича? – едва сдерживая недовольство в голосе переспросил он.

- Соседа вашего, который на прошлой неделе въехал, - прошептала горничная. Она работала в доме Покровских не первый год и настроение хозяев считывала очень быстро. – Вы с ним еще в кофейной гостиной общались.

- А, этот, - Александр наконец вспомнил забавное семейство и его непосредственного главу. – Да, проводи туда же, скажи, приду через пару минут. Немного отвлечься мне не помешает.

Вопреки ожиданиям Александра, сегодня в гостиной его ждал не веселый рубаха-парень с бутылкой пива, а взволнованный и подавленный мужчина. Он не вскочил в приветствии, не начал шутить и балагурить, а тихо сидел на диване и сосредоточенно разглядывал дубовый паркет под ногами. Ты посмотри, неужели у везунчиков в жизни тоже бывают проблемы? – подумал Александр. - И где только вляпаться успел. И почему ко мне пришел, неужели уже выяснил, рядом с кем живет?

- Николай, добрый вечер, - произнес он уже в полный голос, привлекая к себе внимание. – Не ожидал тебя сегодня увидеть. Просто так зашел или по какому вопросу? Могу предложить что-нибудь выпить?

- Да, привет, по вопросу я, - немного рассеяно ответил сосед, игнорируя последнее предложение. - Слушай, я вот спросить хотел, - помявшись выдавил из себя Николай, и наконец собравшись с духом выпалил, - ты сколько денег жене на красоту даешь?

- Чего? – опешил Александр, ожидавший от соседа абсолютно любого вопроса, начиная от «есть ли у него знакомый прокурор» и заканчивая «давай поженим наших детей». Абсолютно любого, кроме этого.

- Ну, на салоны там всякие, тряпки, на что еще бабы, ой, женщины, деньги тратят, вот ты конкретно в месяц сколько дашь?

- А, ну, - Александр задумался, подсчитывая примерную сумму, вести точные расчеты ему в голову раньше не приходило. – Около четырехсот тысяч, возможно больше, я не считал.

- Ско-о-олько? – изумился Николай. – Куда так много?

- Честно? Не интересовался, - улыбнулся Александр. – Но предполагаю, что на названные тобой салоны красоты и тряпки. Плюс кафе, поездки, еще какая-то мелочь, не в курсе. А тебе такие сведения к чему?

- Жена, - тихо сказал сосед. Александр только бровь приподнял, безмолвно показывая, что ничего не понял и все еще ждет пояснений. – Жена у меня сегодня денег попросила, ну, на красоту. С работы встретила, ужин приготовила, про дела спрашивала, - продолжил Николай и замолчал.

- И? – подбодрил рассказчика Александр, узнавая сценарий выкачивания средств из мужа.

- Вот и «и», - вздохнул Николай. – Дал я ей денег, чай не жлоб. Целую тысячу, а она в истерику. Тарелкой в меня запустила, а потом еще и кастрюлю швырнула, с борщом, между прочим.

- Ско-о-олько? – в точности скопировал Александр интонацию соседа несколькими минутами ранее. Подумать только, тарелка, кастрюля. Ха! Да ему даже представить страшно, что сотворила бы с ним Света, получив такую сумму на красоту. Оторвала голову и бросила в его мертвое тело?

- Да кто ж знал, что этого не хватит? Я ведь прекрасно помню, стрижка женская, восемьсот пятьдесят рублей, она сказала – хочу стрижку поменять, я и дал ей на стрижку. Зачем психовать? Просто скажи - мало, надо больше, и точную цифру. Но не такую, как ты назвал, это, по-моему, слишком. Что нужно с собой делать за такие деньги? Тебя самого такие суммы не смущают?

- Нет. Мне нравится, когда моя жена хорошо выглядит и когда у нее хорошее настроение тоже нравится. В первую очередь потому, что ее хорошее настроение обеспечивает таковое у меня. В нынешнее время все стоит денег, поэтому в названной мной сумме нет ничего удивительного. Проведем аналогию: представь, что ты купил себе хорошую машину, о которой долго мечтал, и что - начнешь в нее после покупки 92-й бензин заливать, потому что хороший стоит дорого? Или отправишь на ТО в гараж к соседу самоучке, потому что у него дешевле, чем в хорошем сервисном центре? Или всякие приятные мелочи для салона покупать не станешь из соображений экономии? Вот и с женщинами так же, завел себе хорошую модель, будь добр поддерживать. Деньги можно заработать, а вот найти вторую адекватную женщину – не факт. Я для своей, помимо прочего, придумал одно развлечение, устраивать мне выходной-сюрприз. Это когда у меня, вроде, куча дел и отдыхать я не собираюсь, а она их все отменяет и увозит меня куда-нибудь. Главное подкидывать ей эту идею тогда, когда действительно важных дел на выходные не запланировано. И все довольны, я отдыхаю от работы и тусовок, Марк – от родителей, а она наслаждается ролью рулевого.

- С такой стороны я ситуацию не рассматривал, - протянул Николай, пытаясь уложить в голове откровения соседа. – Надо обдумать. Слушай, у меня ведь еще вопрос есть, - вдруг оживился он. – Помнишь, на прошлой неделе ты говорил, что все успешные люди бизнесом занимаются? Я тоже решил заняться, вот только с направлением никак не определюсь, всю голову уже сломал, а идей никаких не появилось. Никуда душа не лежит. Можешь что ни будь посоветовать?

- Бизнес, говоришь, - Александр окинул собеседника оценивающим взглядом, просчитывая плюсы и минусы возможного сотрудничества. Плюсов выходило больше. Знакомы они конечно мало, но не похож сосед на человека, у которого мозгов хватит на интриги, а дури на кидок. – Есть у меня одна идея. Не хочешь открыть фирму, занимающуюся поставками и монтажом электрооборудования, охранных систем, видеонаблюдения, пожарной сигнализации? Ты же электрик, тебе это должно быть близко. С заказами я помогу.

***

- Знаешь, ко мне сейчас наш новый сосед приходил в расстроенных чувствах. Говорит, ему жена скандал устроила на почве недостаточного финансирования ее красоты, - сообщил жене Александр, заходя в спальню.

- О, у нее все-таки есть характер, - усмехнулась супруга. – Приятная неожиданность.

- Так и думал, что идея была твоя.

- Это не идея, это единственно возможный вариант развития событий. Ты же сам сказал ее облагородить. И уж скандалить я ее точно не учила, я рассказала о мирном варианте добычи средств, - обняла его Света, утыкаясь носом в плечо.

- Знаю, - поцеловал жену в макушку Александр. – Мне описали ужасно знакомую сцену встречи мужа с работы. Тяжело было не догадаться.

- Есть претензии? – подозрительно уточнила Света.

- Никаких, - заверил ее муж. – Наоборот, сильная благодарность. Ты даже не представляешь, насколько вовремя он пришел.

Глава 8

- Может все же надо было сначала за одеждой съездить? – нервно теребя рукав блузки спросила Татьяна. Вопрос звучал уже третий раз и больше не казался Светлане забавным, ровно, как и повышенная нервозность соседки. Шоковая тарелочная терапия вкупе с откровениями Александра дали положительный результат, и Николай снабдил супругу средствами на поход в салон красоты, а заодно и на шопинг. Решив не откладывать дело в долгий ящик, Света сразу позвонила своему стилисту и, не раскрывая подробностей, попросила быть в воскресенье к обеду на рабочем месте, потому что у нее для него есть сюрприз. Естественно, отказа не последовало. Тогда же и прозвучал в первый раз вопрос про одежду, Света только головой покачала и не вдаваясь в объяснения сказала нет. Второй раз она услышала его, встретив Татьяну у машины, на которой и должна была состояться поездка. Следует отдать должное, в этот раз соседка подошла к своему внешнему виду более ответственно и нарядилась в рубашку и джинсы, даже кроссовки на балетки поменяла, и ресницы накрасила, но контраст с внешностью Светланы все еще был необъятным, заставляя Татьяну чувствовать себя неуютно. Не спасал даже хвост, в который она против обыкновения убрала волосы вместо пучка, гладкий и низкий, он оставлял ее вид все таким же мышистым, только теперь у мышки появился хвостик. И снова вместо внятного ответа Татьяна получила покачивание головой и отрывистое «потом». И вот теперь вопрос звучал в третий раз, вынуждая Свету снизойти до объяснения, которое, по ее собственному мнению, озвучивания вслух не требовало.

- Не надо, - твердо произнесла она. – Сначала над твоим образом должен поработать стилист, а потом, исходя из того, что он с тобой сделает, мы отправимся подбирать тебе новый гардероб.

- Разве так важно, что он сделает? – не поняла Татьяна. – Подстрижет по-другому и все, не сильно я и поменяюсь.

- Не скажи, хороший стилист может сотворить с человеком чудеса. И потом, почему ты решила, что измениться только стрижка? Прическа, брови, макияж - прорабатываться будет все. Готовься, в кресле придется отсидеть не один час.

Татьяна только недоверчиво покачала головой.

Салон красоты, в который они приехали представлял собой отдельно стоящее двухэтажное здание и по виду был очень солидным. Внутренние интерьеры первое впечатление только усилили: просторный холл, мягкие диваны, обилие зеркал и света создавали иллюзию бесконечного пространства. Там же была стойка ресепшн, за которой сидели две девушки, внешне больше напоминавшие кукол. При виде Светланы обе куклы расцвели самыми счастливыми улыбками, не угасшими даже при виде Татьяны, стоящей рядом.

- Добрый день, - поздоровалась одна из них. - Лео уже приехал, я сейчас его позову.

- Присаживайтесь пожалуйста, - подхватила эстафету другая. – Могу я что-нибудь предложить, чтобы скрасить ожидание: чай, кофе, сок, шампанское? – обратилась она к Татьяне. – Вам, как обычно, зеленый чай с жасмином? – уже у Светы уточнила она.

- Я пока откажусь, – ответила Света игнорируя диван. – Здесь очень хорошие чаи, попробуй, - сказала она Татьяне и направилась за ушедшей девушкой.

- Можно стакан воды, - через силу улыбнулась ожидающей ее ответа девушке Татьяна, и чтобы занять чем-то руки, схватила с рядом стоящего столика первый попавшийся журнал.

- Конечно, - не переставая сиять профессиональной улыбкой ответила девушка, - одну минуту.

***

- Светик, солнышко, привет, - вышел ей навстречу молодой парень, сияя не менее лучезарной улыбкой, чем девушки с ресепшн. – Знаешь, у меня на сегодня были намечены свои планы, но ты меня так заинтриговала, что я не смог отказать.

«Заинтриговался он, как же», - холодно подумала Света. – «Да ты бы прискакал, даже если бы я тебя среди ночи вызвонила, причем туда, куда я бы сказала. Я в вашем заведении денег оставляю немерено. Таким клиентам в просьбах не отказывают».

- Я очень ценю, - улыбнувшись в ответ сказала Света.

- Не томи, что за сюрприз? – пританцовывая от нетерпения поторопил ее Лео.

- О, он просто грандиозен. Пойдем, - поманила его Света в сторону холла.

- Что это? – состроив брезгливую гримасу протянул парень, через отражение разглядывая Татьяну, читающую журнал.

- Сюрприз. Нравится? – подмигнула Светлана растерявшему большую часть энтузиазма стилисту.

- Это не сюрприз, это пугало. Зачем ты его сюда притащила? Что мне с ним делать?

- Работать, Лео. Преображать. Прояви таланты и сделай из нее красивую женщину.

- Я стилист, а не волшебник. Из обезьяны павлина не сделаешь, - предпринял попытку отвертеться Лео.

- А ты постарайся, - проникновенно протянула Светлана, положив руку ему на плечо.

Посверлив Светлану взглядом в течение нескольких секунд, стилист глубоко вздохнул, вернул на лицо радушную улыбку и направился к Татьяне.

- Добрый день, - поздоровался он, подойдя к женщине, сидящей на диване и окидывая ее внимательным профессиональным взглядом. – Светлана сказала, что вы желаете преобразиться? Меня зовут Лео, и я готов вам в этом помочь. У вас есть какие-то конкретные пожелания?

- Н-нет, - неуверенно протянула женщина, - я вообще думала только стрижку поменять, но Света сказала, что вы меня полностью преобразите, - карие глаза взглянули на него с непередаваемой надеждой.

Ну… если присмотреться повнимательней, то все не так уж и плохо, подумал Лео. Времени, конечно, придется потратить кучу, но достойного результат на выходе он добьется.

- Значит, вы полностью доверяете моему выбору? -уточнил он. – Простите, забыл спросить, как вас зовут.

- Татьяна, - представилась женщина, утвердительным кивком отвечая на его вопрос.

- Пойдемте, Татьяна, вас ждет великое преображение.

***

Приятный молодой человек, решила Татьяна, усаживаясь в парикмахерское кресло. Стиль у него правда немного непривычный, но так сейчас вроде модно. Очень потертые джинсы (у Ксюши были такие, она их носила дома, потому что выкинуть было жалко, а на улицу ходить стыдно), широкая, будто растянутая футболка с непонятным принтом, покрытые татуировками руки, кеды на ногах. На лице небольшая бородка и забавная, ассиметричная стрижка, волосы, кажется, были мелированы. Встреть она его на улице, ни за что бы не поверила, что перед ней работник индустрии красоты, парень скорее был похож на студента. Но Света привезла ее именно к нему, значит надо просто довериться и посмотреть, что получится.

- Текстура хорошая, - стянув с хвоста резинку и запустив руки в ее волосы тем временем рассуждал Лео, - густота тоже. Но вот длина… все портит. С такой длиной мы ничего путного сделать не сможем. Режем! Потом окрашивание… думаю, «Тигровый Глаз» подойдет идеально, ну а после займемся лицом, - подмигнул он Татьяне и потянулся за ножницами.

- А Лео – это сокращение от Леонида или от Льва? – улучив минуту, пока стилист отошел, спросила Татьяна у соседки. – А то не знаю, как к нему обращаться, так фамильярно вроде неприлично.

- Шутишь? – прыснула в ответ Света, но увидев совершенно серьезное лицо Татьяны, ответила. – Это сокращение от Федора, Лео его псевдоним, чтобы звучало интереснее. Но обращаться к нему реальным именем не советую, не оценит. Такого на голове натворит, замучаешься исправлять. Поэтому не заморачивайся, обращайся как представился.

- Лео, - спустя некоторое время все же решилась обратиться к стилисту Татьяна, наблюдая как все большее количество ее волос оказывается на полу – вы правда думаете, что получиться что-то приличное?

- Безусловно, - невозмутимо ответил парень, неуловимо преобразившийся во время работы, и переставший походить на беззаботного студента. - Вы очаровательная женщина, просто очень глубоко свое очарование спрятали. Сейчас я немного поколдую и сделаю его вновь заметным окружающим. И давайте на «ты», мне так проще работается.

***

- Я гений, - самодовольно констатировал Лео.

- Безусловно, - согласилась с ним Светлана, разглядывая преобразившуюся Татьяну. Конечно, в ее внешности еще были изъяны, но серой мышью и замороженной селедкой назвать женщину стоящую перед зеркалом язык бы уже не повернулся. – Ну как тебе? – спросила она у Татьяны, зачарованно рассматривающей в зеркале свое отражение. – Здорово, да?

- Даже не вериться, - не отводя взгляд от зеркала ответила Татьяна. В нем отражалась женщина, едва перешагнувшая порог тридцатилетия. Изрядно укоротившаяся шевелюра самыми длинными прядками едва доставала до лопаток, а у лица была значительно короче и создавала красивые волны. К тому же, как и обещал, Лео покрасил ее. Но как! На голове преобладал ее родной темно-каштановый цвет. Стилист обработал только отдельные прядки: часть из них высветлив сильнее -те, что у лица, а другой части, наоборот, добавив теплый, золотистый цвет. Результат действительно напоминал камень тигровый глаз и необычайно шел Татьяне. Вдобавок стилист придал ее прежде прямым бровям легкий изгиб и чуть изменил их цвет. В результате Татьяне, отвыкшей от своей привлекательности, казалось, что так хорошо она не выглядела даже в молодости. - Неужели я могу быть такой красивой?

- Можешь, - хмыкнула Светлана. – Ты еще и не такой можешь. Когда я закончу над тобой работать ты себя вообще не узнаешь. Давай, расплачивайся и поехали, времени много, а нам еще в одно место заехать надо.

На кассе чуть дрогнувшей рукой Татьяна отсчитала нужную сумму и не дожидаясь Светланы, оставшейся рассчитываться за свои процедуры, вышла на улицу. После отдушек от всевозможных средств, которыми ее мазали, красили и натирали в салоне, загазованный воздух Москвы казался восхитительно свежим. А еще прохладным, пока Лео работал над ее преображением, наступил вечер. Как и обещала Света, посещение оказалось долгим.

- Ну что, готова? – спросила вышедшая Светлана.

- К чему? – уточнила она у соседки. - Мы куда дальше?

- Как куда? В другой храм красоты - в магазин косметики. Сдается мне, что у тебя арсенал не особо велик: дешевая тушь, возможно пудра… - дождавшись утверждающего кивка, подтверждающего ее полную правоту Светлана продолжила: – Этого категорически мало! Нормальный макияж таким набором не сделаешь, так что поедем укомплектовывать тебя косметикой.

- Но я все равно особо краситься не умею, - робко попыталась возразить Татьяна.

- Ерунда! У женщин это получается на уровне инстинктов, - отмахнулась Света. – Посмотришь несколько видео уроков и все поймешь.

***

Магазин, в который Светлана приехала для покупки косметики по размерам мог посоперничать с покинутым или салоном красоты. Два этажа заставленные тюбиками всевозможных видов и марок заставляли глаза разбегаться, а мозг гадать об области их применения. Неужели это все нужно мазать на лицо? Сколько же на это потребуется времени? Светлана подобных тревог не испытывала и кивком позвав за собой одну из девушек-консультантов, решительным шагом направилась вглубь торгового зала.

- Чем я могу вам помочь? – спросила девушка остановившуюся у одного из стеллажей Свету и поспешившую к ней присоединиться Татьяну.

- Видите ее? – кивнула женщина в сторону Татьяны. - Ей нужен полный набор косметики, абсолютно все, начиная от праймера и заканчивая средствами для снятия и кисточками. Подберите.

После этих слов чувствовавшая себя немного неуверенно Татьяна, начала чувствовать себя еще хуже. Невообразимо воодушевившаяся девушка-консультант бешенным электровеником носилась по залу подбегая к Татьяне с бесконечными шиммерами, люминайзерами, антисернами, гидрофильными маслами, корректорами… Названия были незнакомы, назначение всех этих баночек тем более оставалось загадкой. В ее время к макияжу подходили проще, а набор косметики, необходимый для наведения красоты был гораздо скромнее. В конце концов, растерянная Татьяна просто встала у одного из стеллажей, периодически вытягивая руку, для нанесения на нее того или иного средства и позволила Свете и девушке-консультанту самим разобраться с тем, что ей нужно. Лишь бы поскорее отсюда уйти. Единственное, в выборе чего непосредственно она принимала участие, это парфюм.

Что сказать, набор получился впечатляющий, даже с учетом того, что уходовой косметикой она успела затариться еще в салоне. Всевозможные баночки, тюбики, карандаши, палетки и наборы кисточек занимали несколько пакетов, а итоговая сумма вышла чуть ли не больше той, которую она оставила в салоне красоты. Тяжело вздохнув и напомнив себе известную поговорку, что красота требует жертв, Татьяна пожертвовала магазину сумму, которую раньше зарабатывала за несколько месяцев и забрав пакеты направилась к машине, в надежде, что эта остановка была последней и теперь они поедут домой. Как ни странно, но от времяпрепровождения, которое большинство женщин считали отдыхом, она почувствовала только зверскую усталость.

***

В выходной день вся семья была дома и открывая дверь Татьяна предвкушала реакцию мужа. Наверное, сначала будет шок, потом изумление, а затем, наверняка, радость. Он поймет, что просьба денег была не просто глупой прихотью, и что старалась она в первую очередь для него.

Первым в коридор, услышав хлопок двери выскочил Сережа. Он радостно рванул к матери, а затем резко остановился и с сомнением начал ее разглядывать, медленно подходя ближе.

- Ух-ты! – восхищенно выдал сын, подойдя ближе. – Это правда ты? Правда-правда?

Татьяна энергично кивнула головой, присаживаясь перед сыном на корточки.

- А ты теперь всегда –всегда такая будешь? – все еще с недоверием в глазах уточнил сын.

- Наверное, - немного неуверенно ответила Татьяна, растроганная реакцией сына, - я постараюсь.

- Постарайся, - серьезно кивнул Сережа. – Ты такая красивая стала.

Второй вышла Ксюша. Одобрительных слов не сказала, но в лице поменялась. Зная характер дочери, особо бурной реакции Татьяна и не ждала, и изменившееся выражение лица сказало ей достаточно, чтобы понять, дочь перемены тоже оценила. А вот муж, чье одобрение ей хотелось получить больше всего, встречать не вышел. Он сидел в гостиной и раздраженно щелкал пультом, переключаясь между каналами.

- Явилась? – спросил он у жены, окинув ее долгим взглядом. – Вот правду говорят, жену надо искать в бане. Ну и сколько это стоило?

- Не переживай, - дрогнувшим голосом ответила Татьяна, - не все потратила.

- И то радует, - вздохнул Николай. – Где столько времени пропадала, я думал раньше вернешься, ужин человеческий приготовишь, а так пельмени варить пришлось.

- Гуляла, - вздернув голову, ответила Татьяна, - чувствуя, как настроение катится вниз. - Ты же мне говорил не скучать дома, вот и воспользовалась советом.

- Так я тебе по будням гулять говорил! И не до стольки! Или хотя бы заранее об ужине позаботиться.

- Знаешь что, - испытывая настоятельную потребность поплакать, ответила Татьяна, - найми повара! - и резко развернувшись, ушла наверх, понимая, что ехать завтра за новой одеждой ей уже не хочется.

***

Расстройство расстройством, решила Татьяна следующим утром, проводив детей в школу, а срывать договоренности некрасиво. В конце концов, это не Светлане надо таскаться с ней по всей Москве и исправлять ее запущенный вид. И даже не Николаю, а ей самой. К тому же будет глупо, потратив вчера столько денег, бросить все на полпути.

Вспомнив слова Светы по поводу видео-уроков макияжа, Татьяна начала готовиться к поездке.

- Что с тобой? Что за ужас на лице? - спросила Светлана, увидев соседку, подходящую к машине.

Татьяна, потратившая на просмотр видео-уроков и попытки их повторить несколько часов и полагающая, что результат получился не таким уж и плохим, немного обиделась.

- Макияж. Ты же сама сказала посмотреть видео. Вот я по ним и повторяла.

- Да? - недоверчиво уточнила Света. - Странные ты уроки нашла. Нет, в таком виде нельзя никуда ехать. Надо срочно исправлять. Пошли.

Затащив Татьяну домой, Света начала снимать с нее неудачный макияж, по ходу дела комментируя полученный Татьяной результат.

- Милочка, в каком из просмотренных тобой уроков дали совет так безбожно замазываться бронзером? Такие видео следует удалять, чтобы не страдало чувство прекрасного.

- Там говорили, что бронзер поможет стать визуально моложе, - попыталась оправдаться Татьяна.

- Да? И на какой возраст ты хотела выглядеть, на пятнадцать? Ибо только в таком возрасте простительно настолько безобразно краситься. А в твоем возрасте, да еще и с настолько светлой кожей, данное средство следует применять с большой осторожностью и только в особых случаях.

- А зачем мы его тогда купили? - не поняла Татьяна.

- Я же говорю, в особых случаях может пригодиться, но однозначно, не в таких количествах. А румяна? Что ты сотворила со своими щеками?

- Так, - теряясь еще больше пробормотала Таня, - говорили, что румяна тоже помогают лицу выглядеть моложе.

- Помогают, - усмехнулась Светлана, берясь за кисточку. - Только опять же, в небольших количествах и правильно подобранного оттенка. Скажи мне, - набирая немного средства с руки на кисть и плавно растушевывая его по лицу, продолжила она, - неужели ты не заметила разницы, между тем, что вчера сделал Лео и тем, что сегодня получилось у тебя? Или думаешь, он не умеет макияж накладывать? Я тебе сказала посмотреть всего лишь последовательность действий, технику нанесения... а не бездумно дурацкие советы повторять.

Светлана справилась с макияжем за каких-то полчаса (чувствовался опыт) и женщины наконец смогли выдвинуться за покупками. Торговый центр, в который они приехали, на первый взгляд ничем не отличался от тех, в которых Татьяна бывала ранее, но случайно зацепившись взглядом за ценник, висевший на обычной с виду блузке, висевшей в витрине магазина, она поняла, что ошиблась.

- Так, первым делом за бельем, - непререкаемым тоном объявила Светлана.

- Зачем? - удивилась Таня, - У меня хватает белья, новое не нужно.

- Нужно. Красивый гардероб начинается с красивого белья, - безапелляционно заявила Света. – Не могут красиво сидеть шмотки, которые напялили на лифчик с рынка. Да и женщина в хорошем белье чувствует себя совершенно по-другому.

Возразить на это Татьяне было нечего, и она покорно поплелась следом за Светланой.

Магазин, на котором Света остановила выбор, был заполнен разнообразными моделями нижнего белья, но все оно было чересчур миниатюрным, по сравнению с тем, к которому привыкла Татьяна и откровенным. И стоило неоправданно дорого. Платить тридцать тысяч за бюстгальтер? Зачем? Что в нем особенного??? Да на эти деньги можно укомплектовать семью зимней верхней одеждой, а уж на нее ткани побольше уходит! А пижама за сто восемьдесят? В ней спать надо или в высший свет выходить?

- Не стой столбом, - подтолкнула Светлана соседку к стеллажу. - Выбирай, что нравится.

- Ты знаешь, я такое не ношу, - попыталась возразить Татьяна. - Может другой магазин поищем?

- Зачем? В этом самый большой выбор. Практически все бренды найти можно. Смотри, - она сняла вешалку на которой был черный комплект белья, - прекрасная базовая вещичка. И размер вроде твой, примерь.

- А...

- А я пока еще что-нибудь выберу.

Сидит неплохо, вынуждена была признать Татьяна надев выбранный Светой комплект. И ощущается комфортно, но цена... Да и количество ткани, которое пошло на пошив нижней части несколько смущало. Конечно, что такое стринги Татьяна знала, в таких любит ходить дочка, но для женщины средних лет, как она считала, это перебор.

- О, - заглянула в примерочную Светлана, передавая стопку отобранного для примерки белья. - А неплохо смотрится. Как ощущения? Комфортно? Отлично, вот это еще померь.

Татьяна только обреченно вздохнула, задергивая шторку кабинки.

***

- Я это не надену! - твердо заявила Татьяна, глядя на подсовываемые ей консультантом укороченные и очень широкие штаны в клетку.

- Но это же модно, - переглянувшись со Светой попыталась настаивать девушка.

- Без разницы, не надену! Такой моды мне не надо, хочу по-человечески выглядеть!

- Ладно, - вздохнула Света, и обратилась к продавцу, - у вас есть классические модели?

***

- По-моему, оно не очень хорошо сидит, - скептически разглядывая себя в зеркале, заметила Татьяна. Платье-футляр, в которое ее заставила облачиться Света, сидело несколько странно, практически висело на ее фигуре и подчеркивало все недостатки.

- Это потому что ты худая, а не подтянутая, - возразила Светлана. - Ничего, месяц-два в спортзале и оно сядет просто бесподобно!

- Еще и спортзал? - удивилась Татьяна.

- Конечно. А ты что думала, оденешься, накрасишься и все? Красотка?

Татьяна, которая так примерно и думала, промолчала.

- Нет, милочка, этого мало! - лекторским тоном продолжила Света. - Спортзал, регулярные посещения косметолога - все это необходимо, чтобы временный результат стал постоянным. И кстати, что у тебя с иностранными языками?

- В школе учила немецкий.

- И? какие успехи?

- Поздороваться смогу, - честно оценила свой уровень Татьяна.

- Ясно. А с английским что?

- Когда-то помогала дочке учить алфавит.

- Я-а-а-асно... - протянула Света. - Надо исправлять. Найди хорошую школу иностранных языков. Хотя, - окинув Татьяну долгим взглядом продолжила она, - я лучше сама найду. Запишешься на курсы английского. Ускоренные. Времени в обрез. И будешь очень усердно там заниматься. Поняла?

- Нет. Зачем? - искренне удивилась Татьяна.

- Да потому что все образованные и культурные люди знают, как минимум один иностранный язык. Лучше английский, он универсален. И раз уж так получилось, что ты ни один не знаешь, начни с него.

- Коля тоже не знает...

- Коля может не знать что угодно, это его проблемы, а ты знать должна! Хочешь в группу записывайся, хочешь - в индивидуальном порядке занимайся, но выучи. Понятно?

Возражений больше не последовало.

***

- Значит так, - инструктировала Светлана соседку по пути домой, - сейчас сброшу тебе сайт фитнес клуба, в который я хожу, и телефон своего тренера, она йогу ведет и тренера по стретчингу и пилатес. Завтра позвонишь, запишешься на пробную тренировку. Куда, выбери сама. Рекомендую попробовать все три направления. Лично я на йоге остановилась. Школой английского займусь завтра.

Татьяна покраснела.

- Что еще? - с тяжелым вздохом спросила Светлана.

- Я, наверное, не смогу, у меня деньги кончились.

- Попроси еще, - как само собой разумеющееся посоветовала Светлана.

- А если не даст? - вспомнив встречу после салона красоты, уточнила Татьяна.

- Ну тогда запусти в него еще чем-нибудь. Метод показал свою результативность. И вообще, потребуй, чтобы он дал тебе дубликат карты. Деньги то, по сути, общие. Или ты думаешь, что он все наличными хранит? Не теряйся. Скромные барышни были популярны лет двести назад. Помнишь, что я тебе говорила про «короткие замыкания»? Вот и «короти»!

Глава 9

Новая жизнь Сереже нравилась все больше и больше. Начать с того, что у него появилась отдельная комната, и теперь никто не нудил над ухом «Ложись спать, завтра не встанешь. Сейчас телефон отберу». Нет, сестру он любил, но чрезмерная опека и то, что его считали маленьким ребенком, иногда бесило. Зато теперь книги и видео были доступны для него в любое время! Главное сделать вид, что лег спать, а потом можно аккуратно взять телефон и делать, что захочется, и никакого контроля! Правда вставать по утрам стало сложнее, но Ксюша с задачей подъема сонного брата все равно справлялась. В особо тяжелых случаях, она просто стаскивала его за ногу с кровати.

Новые одноклассники тоже вызывали только положительные эмоции. Во многом благодаря Алисе, в коллектив его приняли сразу, и в отличие от прошлой школы никто не пытался задирать его в классе или цеплять после школы, пока сестра не видит. Необходимость в защите Ксюши отпала, и он стал чувствовать себя намного увереннее. Да и сама Ксюша наконец перестала напоминать ворчливую бабку и начала больше улыбаться. Причины такой перемены он понял, когда сестра познакомила его со своим новым другом. Слава был классный! Сначала Сережа немного стеснялся высокого, взрослого парня, но легкий характер и отсутствие предубеждений перед его возрастом, быстро расположили Сережу к нему. Правда, пришлось немного пострадать от тяжелой ноги сестры. Наверное, все-таки не нужно было обсуждать Ксюшин характер в ее присутствии. Но это стоило того! Полученные пинки по пятым точкам быстро сблизили их. Настолько, что Слава пообещал научить его кататься на роликах, а еще играть в крутую компьютерную игру. Раньше он в такие игры не лез, компьютер бы не потянул, зато теперь, с новым компьютером отказывать себе в удовольствии не собирался.

Но самое главное – мама. Она стала намного красивее! Он ее даже не сразу узнал, когда она домой вернулась. Она, конечно, и раньше была красивой, но не такой как тетя Света, или мамы его новых одноклассников, которых он видел, когда они заезжали за ними в школу. А теперь она стала лучше всех! Как бы ее одноклассникам показать?

- Чему улыбаешься? - голос Алисы вернул его в реальный мир. Оказывается, за размышлениями он не заметил, как оказался в классе. - Хорошее что-то случилось?

- Да.

- Расскажешь? - сверкая глазами от любопытства спросила девочка.

- Ага, мы переехали в Москву.

***

- Получила? - спросил Слава вместо приветствия. Учебные материалы по французскому он скинул своей неудавшейся ученице в тот же вечер, когда состоялось их занятие.

- Ага, - без особого энтузиазма ответила Ксюша. Утро было тяжелым - понедельник, и вспоминать о ненавистном предмете не хотелось

- А заглядывала? - подозрительно уточнил он.

В ответ Ксюша широко улыбнулась и покачала головой, вызвав у Славы тяжелый вздох.

- Я тебя не понимаю. Тебе понравилось перед классом позориться?

- Не очень. Но я больше и не буду, ты же этого не допустишь? – голосом «пай-девочки» ответила она, окидывая подозрительным взглядом класс. Выходные дни прошли без галлюцинаций, и Ксюша очень надеялась, что и в школе ничего необычного больше не увидит.

Первая половина дня полностью оправдала ее ожидания. Отзанимавшись литературой, историей и русским она практически успокоилась, убедившись, что страшные видения ее больше не посещают. Вторая половина тоже началась спокойно. Пообедав в столовой, класс направился на урок физики, которую Ксюша не любила чуть меньше, чем иностранные языки. Она была абсолютно убеждена, точные науки для девочек должны быть по желанию! Нет желания или способностей – освобождение. Ну кому легче от того, что бедные девчонки в старших классах с боем и слезами продираются сквозь дебри формул и задач? Зачем этим головы забивать? Увы, великие умы в высоких кабинетах до такой светлой мысли пока не додумались и ей приходилось сидеть на уроке, сконцентрировав внимание на том, что вещает учитель и вертеть ручку между пальцами, чтобы простимулировать умственную активность. Получалось плохо. Увеличив амплитуду вращений, она добилась только одного, ручка выскользнула из пальцев и с тихим стуком упала на пол.

- Блин, - в пол голоса высказала Ксюша несогласие с ситуацией и наклонилась поднять беглянку. Она уже собиралась выпрямляться, подобрав укатившуюся письменную принадлежность, как краем глаза зафиксировала какую-то странность. Сместив взгляд в сторону аномалии, Ксюша застыла. Всего в нескольких партах наискосок от нее на полу стояли копыта. Самые натуральные копыта, как у козы, от которых вверх поднимались очень волосатые лодыжки, усиливая сходство с представителем семейства парнокопытных. Не в силах отвести взгляд от такого зрелища, Ксюша продолжала таращиться на них, придя в себя, только услышав недовольный голос учителя.

- Агафонова, тебя радикулит разбил? Сядь ровно.

Вздрогнув, Ксюша выпрямилась, но сосредоточиться на уроке больше не могла. Слова слились в сплошной бубнеж, а мысли упорно возвращались к увиденному. В конечном итоге она не придумала ничего лучше, чем снова уронить ручку. Еще раз наклонившись она целенаправленно посмотрела туда, где стояли копыта и застыла повторно. Копыт больше не было. Был ряд обычных ног, мужских и женских, не выделяющихся особой волосатостью.

- Агафонова! Ты там ножки одноклассниц оцениваешь? Будь добра делать это на перемене, а сейчас сядь прямо и внимательно слушай меня, завтра спрошу по теме.

Не впечатленная угрозой Ксюша потрясла головой и медленно выпрямилась. Становилось действительно страшно.

- Что случилось? – подошел к ней после урока Слава. – Ты бледная какая-то. Так впечатлилась угрозой учителя? Хочешь, - практически через силу выдавил он, - я тебе с физикой помогу?

- Нет, не надо. Я просто себя не очень хорошо чувствую. Наверное, домой пойду. Предупредишь учителей?

- Хорошо, - Слава нахмурился. – Может тебя проводить?

- Нет, не надо, - повторила Ксюша, сгребая в рюкзак все, что было на парте. – Лучше учителей предупреди.

Стараясь как можно меньше смотреть по сторонам, девочка быстро покинула кабинет, оставив Славу встревоженно смотреть ей вслед.

***

Дома никого не было, но это было даже хорошо. Не будет лишних вопросов: «Что случилось?», «Почему так рано?» и «Кто проводит Сережу?», а чего его провожать? Сам что ли не дойдет? Дорогу знает. С такими мыслями Ксюша поднялась в свою комнату и села за компьютер.

Галлюцинации – первый вопрос, который она задала поисковику. И тут же получила ответ: «Ложные либо искажённые образы и явления, обманчивое восприятие мира, возникающее под внешним воздействием в результате болезни либо под воздействием химических веществ, в изменённом состоянии сознания, отличном от обычного». Глаза зацепились за слово «болезни», и всезнающей паутине был задан второй вопрос. «Повреждения мозга, опухоль, эпилепсия, все это может вызывать галлюцинации у человека однако самой частой причиной является шизофрения. Очень часто эта болезнь передается по наследству, иногда даже через несколько поколений, поэтому, если вам известно, что в роду был человек, больной шизофренией, не откладывайте визит к врачу».

Насколько было известно Ксюше, в роду подобных болезней не было. Правда лично она знала только бабушку и дедушку, да и тех лишь со стороны мамы, но все же. Наверное, о наличии родственников с подобными проблемами ей бы сообщили. Или нет? Может родители решили поберечь нежную детскую психику, по принципу - меньше знаешь, меньше шансов заболеть? Да и говоря откровенно, где гарантия, что родители всех своих предков правильно учитывают? Может какая-то из прабабушек ребенка на стороне нагуляла и мужу в качестве родного подсунула. А настоящий отец был из этих… с наследственностью… Вот она теперь и расхлебывает. Может такое быть? Да в легкую. Так, что там еще написано?

«Бывает так же, что галлюцинации развиваются под влиянием физиологического истощения, эмоциональной перегрузки (длительных стрессов) или под воздействием химических веществ. Попробуйте взять выходной и подумать, как вы можете разграничить нагрузку и снизить переутомление. Помните, галлюцинации никогда не возникают спонтанно, всегда их появлению предшествует болезнь, событие или предрасположенность. Если не получается справиться самостоятельно – обратитесь к врачу. Он поможет найти первопричину и не допустить повторения приступов».

Поход к врачу Ксюша решила оставить на крайний случай и для начала попробовать разобраться самостоятельно. Что написано в статье? Шизофрения, опухоль, эпилепсия, травма или стресс. В вариант с шизофренией ей верить не хотелось, опухолей у нее тоже не было (по крайней мере она на это искренне надеялась), эпилепсии не было совершенно точно, да и головой она в последнее время не билась. Что остается? Стресс! Можно считать стрессом нежеланный переезд в Москву и полный класс придурков, с которыми приходиться общаться каждый день? Наверное, да. А что надо делать при стрессе? Ксюша снова полезла в интернет. «Пейте успокоительные» – посоветовал он, и, захватив кошелек, Ксюша побежала в ближайшую аптеку.

- У вас есть успокоительные? – пытаясь отдышаться спросила она провизора.

- Да, - удивленно глядя на растрепанную девушку с лихорадочно горящими глазами, у которой никак не получалось выровнять дыхание, ответила провизор.

- Дайте самое сильное! – потребовала Ксюша.

- У вас рецепт есть? – раздалось в ответ.

- Нет. А разве так купить нельзя? – в глазах странной посетительницы появилось отчаяние.

- Можно. Но не самое сильное. Сильные препараты только врачи выписывать могут, а вот те успокоительные, которые на травах, я вам продать могу. Вам какие?

- А какие самые сильные?

- Все примерно одинаковы, - пожала плечами провизор. – Валерьянка, пустырник, глицин, разные их сочетания. Есть в каплях, есть в таблетках. Таблетки носят накопительный эффект, но потом действуют лучше, капли помогают успокоиться сразу, но накопительного эффекта достичь не удастся.

- Все, что перечислили дайте! – решительно потребовала Ксюша, доставая из кошелька купюру.

Дома Ксюша вылила в чашку половину пузырька валерьянки и немного разбавив ее водой выпила, морщась от отвращения. Спустя еще пол часа в рот было отправлено десять таблеток пустырника. В инструкциях к препаратам дозировка была гораздо меньше и принимать их вместе, наверное, было нежелательно, но она же и не вместе принимает. Целых тридцать минут подождала! И вообще, ей очень требуется быстрый эффект, так что к черту рекомендации, риск оправдан. Еще в прочитанной ею статье рекомендовали восполнять запас витаминов, необходимых организму, испытывающему интенсивные нагрузки. Что дома есть из овощей? Надо посмотреть. Заодно, может получиться убрать изо рта мерзкий привкус лекарств.

***

«Пять минут, полет нормальный!» – весело думала Ксюша, направляясь в сторону уборной. – Почему ей раньше не пришло в голову посмотреть решение проблемы в интернете? Сколько нервов можно было сэкономить! Запасы купленных накануне успокоительных улетали с космической скоростью, вкус во рту стоял гадкий, и общее состояние стало слегка заторможенным, но честное слово, оно того стоило! Глюки пропали! Целый день она окидывала класс внимательным взглядом. На каждом уроке как минимум один раз роняла на пол ручку и осматривала ноги одноклассников, и даже проходя обещанный допрос у доски, уронила на пол мел, чтобы иметь возможность осмотреть конечности из наиболее удобной точки. Все было нормально! Странности прекратились! Как же было здорово!

На большой перемене, отправив Славу с друзьями занимать места в столовой, она сама в приподнятом настроении танцующей походкой пошла немного в другом направлении.

«Так, - размышляла Ксюша, заходя в кабинку, - такими темпами запаса мне хватит примерно до конца недели. Потом надо будет опять в аптеку заходить. И, наверное, идти придется в другую. В этой провизорша и так на нее квадратными глазами смотрела, пробивая все затребованные лекарства. В следующий раз может не продать. Эх, как бы выяснить, что из купленного помогает лучше, а что действует слабее, и отказаться от лишнего?»

- У-у-у-у-у! – послышалось внезапно из соседней кабинки. По коже пробежались мурашки. Звук не был похож, на обычные завывания подростков, решивших попугать друг друга, и Ксюша настороженно замерла. – Х-х-х-х, - прозвучал другой звук, не менее мурашковызывательный, чем первый. Ксюша прижалась ухом к перегородке и затаила дыхание. –Ш-ш-ш-ш-ш. Рау-у-у-у! – резанул по ушам неприятный рев, заставив подпрыгнуть и пулей выскочить к умывальникам.

- Что это было? – спросила она у девочки, спокойно стоящей у раковины и намыливающей руки.

- Где? – ответила та недоуменным взглядом.

- Здесь, сейчас! Звуки странные! Ты слышала? – чувствуя, как скатывается в истерику выкрикнула Ксюша.

- Нет, - пожала плечами девочка, спокойно вытерла руки и вышла в коридор. Проводив ее долгим взглядом, Ксюша глубоко вздохнула и подошла к кабинке, из которой слышались звуки. Набравшись смелости и задержав дыхание, она резко открыла дверь. Кабинка была пуста. Проделав эту манипуляцию со всеми остальными дверями и никого за ними не обнаружив, Ксюша вытащила из рюкзака очередную пластинку успокоительных, выщёлкивая на руку сразу десяток таблеток. Кажется, аптеку придется посетить гораздо раньше, чем она планировала.

***

Заметив сестру, идущую по коридору и забавно озирающуюся по сторонам, Сережа решил немного пошутить. Он приложил палец к губам, чтобы друзья не выдали его намерения раньше времени и ловко лавируя в толпе школьников, спешащих на обед, начал подкрадываться к сестре. Сережа думал, что неожиданно подкрадется к Ксюше и резко схватит ее за руку, возможно, даже зарычит. А Ксюха в ответ рассмеется, она же такая смелая! Она схватит его за плечи, потреплет по волосам, скажет, что давно заметила намерения брата, а потом они все вместе пойдут в столовую. Но реакция оказалась другой. Едва он прикоснулся к руке сестры, завывая при этом дурным привидением как Ксюша совершила невероятный прыжок в сторону и вбок, дико при этом заорав.

- Ты что, дурак? – набросилась она на брата, как только смогла немного успокоиться и рассмотрела шутника. Сережа стоял совершенно растерянный, он не помнил ни одного случая, чтобы сестра позволила себе показать страх при посторонних. И уж точно она не боялась таких детских пугалок. – Никогда больше так не делай!

- Ксюх, я не хотел, - попытался оправдаться Сережа, заметив, как начинают перешептываться одноклассники. – Извини.

- Дурак! – еще раз в сердцах припечатала Ксюша и поспешила уйти, больше не обращая внимания на брата.

- Ты же говорил, она у тебя крутая и ничего не боится, - подошел к Сереже один из одноклассников, Мишка. – А она на простую шутку как ненормальная орет.

- И ничего не «ненормальная»! – обиделся за сестру Сережа. Может у нее просто настроение плохое?

- Ага, - не поверил ему Глеб. - Люди всегда при плохом настроении визжать и прыгать начинают. Трепло! – бросил он, задевая Сережу плечом и проходя мимо.

***

- Мам, - вяло ковыряя вилкой в обеде позвала Ксюша. – А ты можешь, когда готовишь, побольше овощей в блюда добавлять? Или вообще, только из них что-нибудь готовить, котлеты там морковные… еще что похожее…

- Ты же не любила овощи, - удивилась Татьяна. - Откуда такие внезапные желания?

- Да так, - неопределённо пожала плечами дочь. –Просто как-то подумалось, что овощи – это полезно. Особенно для нас сейчас, переживающих сильный стресс в связи с переездом и попытками приспособиться к незнакомой окружающей обстановке, - вспомнила Ксюша слова, приведенные в одной из прочитанных ею статей. – К тому же я тут про авитаминоз прочитала… Страшная штука! Ногти ломаются, волосы выпадают, кожа тусклая и постоянная усталость. Вон, у Сережки уже первые признаки проявляются, по утрам добудиться невозможно.

- Хорошо, - согласилась Татьяна, пристально посмотрев на сына. – Буду готовить как можно больше овощных блюд. Еще за фруктами схожу, они тоже полезные. Будете грызть морковку и яблоки.

Сережа, посмотрел на сестру с возмущением. Ее внезапную тягу к здоровому питанию он не разделял и желанием есть морковные котлеты, загрызая их яблоками, не горел. К тому же он прекрасно знал, что причиной тяжелого подъема по утрам является далеко не авитаминоз, но предпочел промолчать и не спорить с Ксюшей. Они и так только-только помирились. Причем как-то странно. Сестра, дожидавшаяся его у ворот, была очень хмурой и, кажется, грустной. Она стояла в одиночестве и не обращала никакого внимания на происходящее вокруг. Даже его не сразу заметила. И домой шла так же, погрузившись в свои мысли и не обращая внимания на его попытки извиниться. А потом вдруг ожила и спросила, не видел ли он чего-нибудь необычного в школе? Или, может слышал? Получив отрицательный ответ, посмурнела еще больше, а через пару минут сама попросила прощения за инцидент, произошедший на перемене. Чудеса! И вчера она из школы раньше ушла, написала сообщение, что плохо себя чувствует и сказала возвращаться самому. И родителям об этом попросила не говорить. Раньше она его всегда из школы забирала. Даже с температурой приходила, а тут вдруг взяла и бросила. Что-то странное с сестрой твориться. Не надо ее пока расстраивать. Хочет есть овощи – пусть ест, он поддержит, ему не жалко. И все же, еще вчера утром все было хорошо, что же случилось?

***

- Вам понравился тренер? – вежливо спросила девушка на рецепции, забирая ключи от шкафчика в раздевалке.

- Очень, - выдавила из себя вымученную улыбку Татьяна.

- Очень рада. Постоянное посещение оформлять будете?

- Э-э-э, не сейчас. Я хочу еще другие направления попробовать, потом выберу.

- Я вас поняла. Но лучше решать быстрее, на пилатес очень много желающих, когда надумаете удобного времени может и не быть.

Изобразив подобие вежливого оскала и поблагодарив девушку за совет Татьяна наконец вышла на улицу. Нет уж, стреляйте ее, а на пилатес она больше ни ногой! Пусть первый раз останется последним.

Сайт, который ей скинула Света очень красочно расписывал преимущества всех видов тренировок, проводимых в клубе. Прочитав описания тех занятий, которые ей рекомендовала соседка, Татьяна остановилась на пилатесе, обещавшем «Комфортные тренировки, оставляющие легкость во всем теле и позволяющие по-новому ощутить свой позвоночник». Действительно, упражнения, которыми её нагрузила тренер и которые Татьяна выполняла, обливаясь потом и мечтая о прекращении пытки, позволили ей ощутить свой позвоночник совершенно по-новому. Как впрочем и все остальные кости и мышцы тела. После тренировки она чуть ли не ползком направлялась в душ, потому что сил на поддержание тела в вертикальном положении осталось крайне мало. Нет, с пилатесом покончено! Не ее. И стретчинг, пожалуй, тоже пробовать не стоит. Насколько она успела заметить, по обоим этим направлениям значился один тренер. Интересно, Света будет сильно ругаться, если рекомендацию о посещении спортзала она выполнять не будет?

Размышляя о возможности получить отвод по здоровью, Татьяна окинула взглядом улицу в поисках кафе. Тело, после непривычных издевательств, настойчиво требовало отдыха и подпитки. Искомое заведение было замечено в бизнес-центре, напротив. Вывеска на рекламной стелле сообщала, что кафе не только имеет место быть, но и готово напоить всех желающих вкусным кофе, тонизирующим чаем и свежевыжатыми соками, а также накормить свежайшей выпечкой и комплексными обедами.

«Дорого наверно», - с легкой грустью подумала Татьяна, разглядывая здание, сплошь состоящее из стекла и прикидывая, во сколько ей обойдется легкий перекус. – «Да и фиг с ним!» – решила она, ощутив очередной спазм в перетруженных мышцах и направилась в сторону БЦ.

Заняв столик возле окна и стараясь не смотреть на цены в меню, Татьяна заказала чашку кофе и кусочек яблочного пирога. Чтобы чем-то занять себя в ожидании заказа, она начала разглядывать пейзаж за окном. Стоило признать, он завораживал. Пожалуй, только ради этого вида стоило сюда зайти. Расположение кафе на восемнадцатом этаже и панорамные окна давали прекрасный обзор на небольшой сквер с прудом и город, простирающийся за его пределами. Город шумел, город бежал, город жил своей бешенной жизнью. Бесконечной лентой тянулись машины, идущие по тротуарам люди спешили по своим делам. Вообще, как заметила Татьяна, в Москве люди очень редко предпочитали неспешный темп передвижения. Чаще всего, что пешеходы, что автомобилисты, носились просто с бешенной скоростью. Скверик напротив представлял собой островок спокойствия. Клены, осины и тополя, высаженные ровными рядами, радовали прохожих золотом и багрянцем листвы, растущие здесь же елки, создавали контраст голубовато-зелеными иголками. Здесь люди не торопились, они неспешно прогуливались по дорожкам, проложенным между деревьями и вокруг небольшого прудика, и наслаждались спокойствием. Внезапно Татьяне очень захотелось посетить это заведение поздним вечером, когда на улице будет темно и город украсится сотнями светящихся огней. Зрелище должно быть фантастическим.

- Прекрасный вид, - раздался мужской голос неподалеку от нее. – Мне тоже очень нравиться здесь сидеть. И раз уж вы сидите за моим любимым столиком в одиночестве, наберусь наглости напроситься к вам в сотрапезники. Позволите?

Мужчина, отвлекший Татьяну от созерцания, был высок, статен и хорош собой.

«Примерно моего возраста», - прикинула женщина, окинув его внимательным взглядом. – «Кольца на пальце нет. Ухоженный и без лишнего веса, видимо нашел волю пересилить себя и не сбежать от тренера-садиста после первого занятия», - подумала Татьяна, ощутив укол совести.

Мужчина стоял около столика и не выказывал ни капли нетерпения. Просто спокойно ждал, когда его закончат разглядывать и примут решение.

«Николай бы уже взорвался», - внезапно пришло ей в голову. Чтобы отогнать непрошеную мысль пришлось помотать головой, а потом приглашающим жестом указать мужчине на стул, стоящий напротив.

Кивком поблагодарив ее за разрешение, мужчина сел за столик и перевел взгляд на окно.

- Мне нравится это место, - заговорил он. – Оно прекрасно в любую погоду. Что бы ни творилось на улице: жара, дождь, снег, что бы ни происходило в жизни, я знаю, что можно прийти сюда, посмотреть в окно и хоть ненадолго отвлечься от всего. Просто наблюдать за жизнью, кипящей вокруг. Вам так не кажется?

- Не уверена, что могу судить. Я здесь в первый раз. Но да, место мне понравилось, оно умиротворяет, - поддерживая разговор ответила Татьяна.

- Вам это требуется? Умиротворение, - пояснил он свою мысль, глядя на недоуменное лицо собеседницы.

- Да, не помешало бы, - честно ответила та. – Так все непонятно в жизни стало. Слишком быстро все меняется, не успеваю приспособиться. А сегодня, представляете, впервые пошла в спортзал, - почему-то начала откровенничать Татьяна. - Выбрала, кажется, самое легкое направление, и знаете, уже через пятнадцать минут умирала от нагрузки. Никогда не думала, что такая слабачка.

- Не правда, - возразил ее собеседник, - вы не слабачка, просто тренер мог слишком сильно на вас насесть или направление не ваше. Помниться, когда я, классический офисный хомячок, - мужчина забавно надул щеки, изображая означенного зверька. Это выглядело настолько комично, что Татьяна рассмеялась, - впервые пошел в спортзал, своего тренера просто проклял. Мне казалось, что такого изверга и злодея не сыскать больше во всем мире и единственное, о чем он мечтает, чтобы я взмолился о пощаде и умер сразу после этого. Но шло время, я начал втягиваться и даже получать удовольствие от тренировок, а потом, по совету друга, решил поменять направление. Отходил две недели и вернулся к старому тренеру, хотя новый был не в пример добрее и не ставил себе цель уморить меня на занятиях.

- Почему же вы вернулись? – полюбопытствовала Таня.

- Честно? – задорно улыбаясь ответил мужчина. – Скучно стало. И просто слишком. У первого тренера я превозмогал себя, закалял характер и работал в полную силу, а у нового даже не потел особо. К тому же, исчез человек, на которого я направлял всю свою агрессию, и она начала выплескиваться на подчиненных, а это, я считаю, недопустимо.

Мужчина был прекрасным рассказчиком, и Татьяна увлеклась тем, что он говорит, пока какая-то неправильность не привлекла ее внимание. Осознав эту неправильность, она начала активно вертеть головой.

- Что-то случилось? – заметив, ее маневры спросил мужчина.

- Да, мы сидим уже несколько минут, а официант так и не подошел. Наверное, надо его позвать, чтобы вы смогли заказ сделать.

- Не надо. Я сделал заказ перед тем, как подойти к вашему столику.

- Как? – немного удивленно спросила Татьяна. – А если бы я вас не пустила?

- Ну, - пожал плечами сидящий напротив, - я бы просто занял один из имеющихся здесь в избытке свободных столиков. Однако, я знал, что мне не придется сидеть в одиночестве, в глубине зала, - и пояснил, глядя на приподнятые в немом вопросе брови женщины. – У вас слишком доброе лицо, для того, чтобы вы отказали человеку в столь незначительной просьбе.

- Вы так хорошо умеете читать по лицу? – с ужасом понимая, что кажется начинает кокетничать, спросила Татьяна.

- Работа обязывает, - разве руки мужчина, чуть пожав плечами. – А вот, кажется, и она, – услышав звуковой сигнал протянул он напряженным голосом, вытаскивая телефон из внутреннего кармана пиджака и читая пришедшее сообщение. Написав ответ, он вздохнул и поднял голову от телефона. – Жаль. Кажется, мой поздний обед отменяется. Прошу меня простить, работа, - отодвигая стул извинился он, намереваясь уйти.

- Почему вы подсели ко мне, - вдруг набравшись смелости спросила Татьяна, пока мужчина не успел подняться.

- А почему я не могу подсесть к красивой женщине, скучающей в одиночестве? – ответил он вопросом на вопрос и направился к стойке, рассчитываться за заказ, который так и не успел получить.

Татьяна сидела, как громом пораженная, «красивая женщина», сколько лет она не слышала подобных слов? Когда ей вообще в последний раз комплименты говорили? А сколько раз после замужества к ней подходили знакомиться мужчины? Риторический вопрос. «Может быть не так уж неправ был Коля, привезя нас сюда?» – пришла в голову неожиданная мысль. Она снова посмотрела в окно, только теперь ее интересовали не красоты за ним, а само стекло, точнее, свое отражение в нем. Она внимательно рассматривала его, пытаясь понять, действительно ли ее можно назвать красивой или ответ был всего лишь формой вежливости. И даже когда принесли заказ, как сказал официант, полностью оплаченный незнакомцем, составившим ей компанию, улыбка не сходила с ее губ.

Хорошее настроение не покидало Татьяну до самого вечера, а точнее, до слов соседки:

- Найду тебе курсы макияжа. Это невозможно. Контролировать тебя бесконечно я не могу, а выпускать в город в таком виде нельзя.

Света позвонила соседке, чтобы узнать впечатления от посещения зала. Получив невнятное бормотание на вполне конкретный вопрос, она насторожилась, и непререкаемым тоном позвала соседку в гости, на чашку чая. Отказываться Татьяна не стала, о чем сейчас сильно жалела. Мало того, что ее заклеймили дохлячкой и размазней, так еще в пух и прах разнесли ее макияж, которым, к слову, она очень гордилась. Учтя предыдущие ошибки, Таня решила не использовать половину непонятных баночек, отныне украшавших ее туалетный столик. Она ограничилась самым минимумом: база, тон, пудра, капелька румян и туш, и результат, по ее мнению, был вполне достойным.

- Не надо курсов, - попыталась отказаться от очередной образовательной ерунды Татьяна. Список курсов, куда ее стремилась запихать соседка, разрастался на глазах и начинал пугать. – Думаю, я и так нормально выгляжу, иначе, ко мне бы не подходили знакомиться мужчины.

- С тобой кто-то хотел познакомиться? – забыв про «угрозы» с горящими глазами подалась вперед Света. – Кто? Как? Где?

- Ну, не совсем познакомиться, - смутившись, призналась Татьяна, - имя он не спросил. Но зато оплатил заказ в кафе и развлекал разными историями. Такой хороший рассказчик.

– Какой непритязательный вкус… - под нос пробормотала Света и уже громче обратилась к Татьяне. – Вот видишь! Он даже имя не спросил. А если бы ты была при полном параде, это я про макияж, если ты не поняла, спросил бы! И имя, и телефон. Так что не обсуждается идешь учиться.

- Опять характер демонстрируешь? – раздался от двери голос Александра. – Танечка, учитесь давать ей отпор, иначе – затерроризирует, - весело продолжил он, подходя к дивану и целуя жену в щеку.

- Ты что такое говоришь? – зашипела Света, стукнув благоверного кулаком в плечо.

- А что, разве я не прав? –приподнял бровь Александр, поглаживая жену по руке. – Тебе только дай волю, вмиг кислород перекроешь.

- Слушай, иди отсюда! – заявила Светлана, теряя терпение. – У нас тут женские посиделки, ты мешаешь.

- Нет-нет, - поспешила возразить Татьяна, отставляя чашку в сторону и отводя взгляд от семейной идиллии, не вызывающей никаких других чувств, кроме зависти. В их семье подобные нежности давно не практиковались. – Время много, я пойду уже. Не буду вам мешать, да и Коля, наверное, уже домой вернулся. Доброго вечера.

- Школу макияжа постараюсь найти как можно быстрее, - заявила вслед уходящей соседке Света. – И иностранных языков тоже. И не вздумай бросать спортзал!!!

***

Ксюша с грустью смотрела на пустующую Славину парту. Следовало признать, без него в школе было скучно. И страшно. Он конечно не мог отогнать страшные видения, посещающие ее, но даже просто его присутствие рядом странно успокаивало. К тому же, само по себе нахождение в кругу людей отвлекало Ксюшу от мрачных мыслей и позволяло расслабиться. Когда Слава был в школе, он подходил поговорить с ней на переменах или зазывал в свою компанию. Ребята которые с ним общались против не были, но и за не выступали. Как показала практика, без присутствия рявыжатдом Славы, они просто забывали о ее существовании, предпочитая общаться между собой и не обращая на нее внимания. Возможно, если бы она сама подошла и попросилась провести с ними перемену, или сходить в столовку они бы и согласились, но навязываться Ксюша не любила. Гордость не позволяла. Вчера, когда немного смущенный Слава признался ей, что не придет завтра в школу, так как у него соревнования, Ксюша не придала его словам особого значения. Ну не придет и ладно. Не маленькая же она, чтобы не суметь провести один день в школе без него. Зря она так думала. Оказалось, за неделю общения Ксюша настолько успела привыкнуть к его присутствию где-то рядом, что оставшись одна чувствовала себя очень плохо. А еще тоскливо. И хотя сегодня она не видела ничего странного, ее не отпускало непонятное напряжение.

-М-м-м, - протянул Стас, заметив Ксюшины взгляды, которые она целый день бросала на пустующую парту. – Вздыхаем о возлюбленном? Даже день в разлуке кажется мученьем? Интересно, Ромео в курсе, что так тебе небезразличен?

- Иди к черту! – посоветовала ему Ксюша.

- Обязательно, - совершенно серьёзно кивнул Стас. - Вот уроки закончатся и сразу домой.

Достойного ответа на данную реплику Ксюша не нашла.

***

- Ну как ты тут без меня? – задорно подмигнул Слава, моментально замечая вошедшую в кабинет девочку.

- Да как обычно, - независимо пожав плечами ответила Ксюша, огибая его и направляясь к своей парте. Право слово, не признаваться же, что у нее ноги от счастья подкосились, когда, зайдя в класс, она увидела его в окружении одноклассников что-то оживленно им рассказывающего. И что ей даже не надо, чтобы он шел за ней и присаживался на краешек ее парты, для того, чтобы почувствовать себя спокойнее и увереннее. Достаточно просто знать, что он здесь и смотреть на его коротко стриженную макушку, расположенную на другом конце кабинета.

- Ты странная какая-то, - заглядывая ей в глаза сказал Слава. - Что-то случилось? Тебя обижали?

- Меня? Шутишь что ли, - беря себя в руки в привычной Славе, чуть нагловатой манере ответила девочка. – Я похожа на человека, которого можно обидеть?

- Похожа, - получила она неожиданный ответ и недовольная им, поспешила съехать с темы.

- Как соревнования?

- Отлично, - горделиво вскинув голову ответил парень с нетерпением ожидавший этого вопроса. – Всех победил! Я молодец, хвали меня, - и зажмурив глаза замер в ожидании похвалы. – И? – обиженно приоткрыл он глаз, посмотрев на Ксюшу, когда похвалы не последовало.

- Что? – невинно уточнила она.

- Тебе жалко, да? Приятных слов для меня жалко? – состроив комичное лицо, патетично воскликнул Слава. – Все, я обиделся! – и попытался встать с парты.

- Стой, - тут же ухватила его за ремень Ксюша, усаживая назад. – Я пошутила. Ты супер! Ты умничка! Ты молодчина! Ты самый молодцовый молодец, которого я когда-либо встречала!

- Издеваешься? – подозрительно уточнил парень, гася улыбку, расплывшуюся на его лице, после первых слов Ксюши.

- Ни в жисть! – стукнув кулаком в грудь твердо заявила она. – Просто у меня слов не хватает передать, какой же ты молодец! – и весело рассмеялась, гладя на очередную гримасу, украсившую Славино лицо.

***

- Макаров, - окликнула Славу после четвертого урока, заглянувшая в класс Екатерина Сергеевна. – Тебя Людмила Артемьевна зайти просит. – И глядя на вмиг напрягшиеся плечи парня мягко добавила, – Не волнуйся, хвалить будет.

- А, - подскочил вмиг повеселевший Слава, - хорошо. Я сейчас. Ты меня здесь подождешь? – поинтересовался он у Ксюши и получив подтверждающий кивок, пообещал вернуться как можно скорее и поспешил в «высокий» кабинет.

Без него сразу стало неуютно. Ребята общались между собой, практически не обращая на нее внимания, а если и обращали, то выглядело это как шушуканье за спиной с очень обидными смешками. Вот чем она им не угодила? Тем, что в обычной семье родилась? Так это не ее вина. Тем, что ее семья беднее? Возможно. Но разница сумм явно не такая уж и большая, неужели это так важно? Тем, что не следует кем-то навязанным правилам и ходит так, как ей нравиться, а не как того требуют общество и приличия? Так что плохого в том, чтобы иметь свой вкус и свое мнение? Сейчас же самый подходящий возраст для выражения себя, почему бы и нет? Когда еще удастся? Наблюдение за родителями и их друзьями показало, что во взрослой жизни на такие выкрутасы времени не остается. Голова другим забита.

Поняв, что сидеть в классе ей совершенно не хочется, Ксюша решила тоже прогуляться до кабинета директора и встретить Славу там. Выйдя в коридор, девочка решила, что раз вызвали, то хвалить будут явно больше пяти минут. А значит можно не торопиться, чтобы не пришлось долго стенку подпирать. «Пойду в круговую», - решила Ксюша, направляясь к дальнему коридору. К главному кабинету школы можно было попасть двумя маршрутами. Коротким пользовались те, кого вызывали срочно или конвоировали лично учителя. Длинным — те, кого вызывали, чтобы отчихвостить, или те, кому, как и Ксюше, надо было просто постоять рядом и подождать кого-то. Вообще, планировка в школе была довольно занятная. Младшие классы, как и столовая располагались на первом этаже, видимо, чтобы бедные детки не перетруждались, топая ножками на второй этаж. Так что шумная толпа малышни наверх никогда не поднималась, за исключением случаев вызова к директору. Пятые и шестые классы, те из ребят, у кого при переходе в среднюю школу не проходила шилопопость, предпочитали проводить перемены там же, а остальные ученики большую часть времени проводили в своем классе. Так что не было ничего удивительного, что по коридору Ксюша перемешалась в гордом одиночестве. Тем неожиданнее было услышать за спиной:

- Эй, деревня, что-то ты скатилась в последнее время. Мозгов на нашу программу не хватает?

Ксюша повернулась, намереваясь достойно ответить хаму, но взглянув на одноклассника, застыла на месте. Стас подходил к ней издевательски ухмыляясь и засунув одну руку в карман брюк. И все бы ничего, но на голове у него красовались рога, а из-за ноги, на миг, показался хвост. Ксюша издала сиплый стон и отступила на шаг назад.

- Тебе же, вроде, даже Славка помогать начал. Неужели ты настолько тупая, что даже с помощью личного репетитора простейшие вещи освоить не можешь?

- Настолько, – послышался ехидный голос Инги. Она спокойно взглянула на Стаса, не выказывая никаких эмоций, по поводу украсивших его рогов и продолжила. – Только кулаками махать и научилась, на это мозгов не надо, а все, что сложнее в одну единственную извилину втолкать не выходит. Хотя… я смотрю начинает осваивать хорошие манеры. Уже научилась уступать дорогу и не разевать рот, - Инга подошла ближе, и Ксюша почувствовала, как волосы на голове встают дыбом. У первой стервы школы была абсолютно красная, светящаяся радужка глаз.

- Ой, вы развлекаетесь, а можно мне с вами? – услышала Ксюша приближение третьего голоса и в поле ее зрения показалась одна из одноклассниц, и у этой одноклассницы, вместо рук было два крыла. И опять никто из стоящих перед ней людей не заметил ничего необычного во внешности друг друга.

У Ксюши подкосились ноги, и она упала на пол.

- О, как прогресс быстро пошел, - не унималась Инга, глядя в полные ужаса глаза Ксюши. – Уже поняла, в какой позе надо разговаривать с теми, кто тебя выше? Одна поправочка, не на жопу надо плюхаться, а на колени. Прими верную позу, - наклоняясь ближе к Ксюшиному лицу прошипела она, сияя своими нереальными глазами.

Наверное, она бы наговорила еще много чего, но рядом раздался голос Вадима Алексеевича.

- Что здесь происходит? - все четверо вздрогнули и повернулись в его сторону. – Мне повторить вопрос? – зверея на глазах спросил мужчина. Он подошел ближе, окинув всех четверых поочередно недобрым взглядом. И что печально, тоже никак не отреагировал на изменившийся вид учеников.

- Та-а-ак, - тоном, не обещающим ничего хорошего, протянул он. – Шутники, - обращаясь к побледневшей троице, стоящей неподалеку от Ксюши, сказал он, - ну-ка быстро в класс. Мы еще обсудим это происшествие. А ты, - повернулся он к Ксюше и закончил значительно мягче. - Агафонова, плохо выглядишь. Иди-ка ты домой.

Отказываться Ксюша не стала.

***

Домой она шла в прострации, абсолютно не фиксируясь на том, что происходит вокруг. И в квартиру зашла так же. Был ли кто-то дома она не смогла бы сказать, даже если бы вплотную прошла мимо. Практически на ощупь поднявшись наверх Ксюша дошла до своей комнаты и упала на кровать. В голове билась только одна паническая мысль. Шизофрения. Других вариантов не оставалось. Она почти неделю пила успокоительные в таких дозах, что у любого врача волосы бы дыбом встали ради того, чтобы «накопительный эффект» накопился как можно быстрее. Она перестала засиживаться за компьютером или в телефоне и начала больше спать, даже овощи есть начала, чтобы восполнить запас витаминов в организме. Ничего не помогало, а так как в отсутствии у себя опухоли или эпилепсии она была совершенно уверена, оставался только один вариант…

«Надо сообщить родителям», - проваливаясь в сон подумала Ксюша. – «Мама расстроиться».

Когда она проснулась, часы показывали восемь вечера.

- Ничего себе, поспала, - пробормотала Ксюша, а потом вспомнила происшествие в школе, вспомнила о необходимости признаться родителям в своей болезни и снова сникла. Ну и как ей начать разговор? Мама, не волнуйся, я капельку свихнулась? Меня чуть-чуть мучают галлюцинации, и я бы хотела немного посетить психиатра, чтобы он это исправил? Безусловно, именно такое признание необходимо услышать каждой матери от своей дочери-подростка, чтобы обрести спокойствие. - Ладно, на месте разберусь, - решила действовать по любимому плану Ксюша, решительно вставая с кровати. С кухни запахло чем-то очень вкусным и организм напомнил, что его надо кормить.

«Пирожков что ли заказать, пока в психушку не упекли? – думала она, переодеваясь и приводя себя в порядок. – Там вряд ли пирогами кормят. Наверное, и картошки жареной тоже не дадут. И вообще, так вкусно, как мама не накормят. Да и на уровень столовки новой школы рассчитывать глупо, скорее, на уровень ее садика, в котором кормили клейстером под видом каши и каменной запеканкой. А жаль, как-то за это время она привыкла питаться вкусно и вспоминать гадостные блюда желания не было. Она сегодня в столовке такой вкусный салат попробовала, мама никогда такой не делала, она еще выяснить хотела, что туда добавляют и попросить ее приготовить так же… Добавляют?» – Ксюша, остановилась напротив двери, так и не повернув ручку. В голове всплывали фразы из прочитанных в начале недели статей «…одной из причин может быть отравление химическими веществами». «ЛСД и другие психоактивные вещества могут стать причиной появления галлюцинаций». Тогда она не обратила на них внимания. Какие вещества? Она наркотики в глаза никогда не видела, не то, чтобы пробовать. А теперь вдруг все поняла. Столовая! Ну конечно! Когда ее начали посещать галлюцинации? После того, как она перестала приносить обеды из дома и начала ходить в столовую! И на выходных ее видения не мучили по той же причине, она не питалась в школьной столовке и не получала порцию их химикатов, – от переполнявших ее чувств Ксюша начала ходить по комнате. - Нет, не сходится… Почему тогда у брата симптомы не проявились? Хотя, если предположить, что младшеклассникам в еду добавляют меньшие дозы, чтоб они привыкали постепенно и не выдавали побочек, а с возрастом просто увеличивают дозировку… тогда все сходится! И то, что больше никто из ее класса от видений не страдает – они просто привыкли! Их организм привык к непонятным веществам и они на них не реагируют! В отличие от нее. Она попала сразу в старший класс, и сразу получила большую дозу, к которой организм готов не был, и результат не заставил себя долго ждать. Более того, с каждым съеденным в школе обедом эффект становился все более выраженным. Все сходится! Но это же кошмар... Такая престижная школа опаивает своих учеников, немыслимо! Зачем они это делают? И что теперь делать ей? Если она просто заявит об этом - ей никто не поверит. Еще и в психушку запихают, то-то Вадим порадуется. Доказательства! Надо найти доказательства.

***

«Вечер пятницы – самое лучшее время недели», - думал Сережа, садясь за компьютер. Уроки сделаны, в школу завтра вставать не нужно и можно играть сколько влезет. А утром спать сколько захочется, в школу же не надо. Зайдя в браузер, мальчик собирался найти игру, которую ему сегодня посоветовал одноклассник, но не успел он забить название в поисковик, как дверь в комнату резко распахнулась и в комнату влетела очень взволнованная сестра.

- Мы идем в школу! – решительно заявила она.

Глава 10

Вот правильно все-таки люди говорят, не знаешь, что делать – спроси совета у умного человека. Подумать только, сколько времени в пустую потратил. Неделю! Неделю целую потерял! Как дурак по городу катался, сигналов каких-то от интуиции ждал… Какая у него, мужика, может быть интуиция? Она у него, кажется, всего один раз за всю жизнь голос и подала. В тот вечер, когда после получения аванса и успешного его обмытия, он возвращался домой мимо газетного ларька и вспомнил Костика Игнатова, друга и коллегу, который стабильно, с каждой получки, на протяжении вот уже трех лет покупал лотерейные билеты, в надежде выиграть мало-мальски приличную сумму и свалить из Буя к чертовой бабушке. Сначала, когда на работе стало известно о его хобби, Костика поддерживали, мол, конечно выиграешь! Ух отметим! Затем подкалывали – что, мечтатель, не успокоишься никак? И не жалко столько денег в трубу спускать? А после и вообще забыли о чудачествах коллеги. Своих проблем выше крыши, еще о чужих причудах переживать. Подтрунивали, правда, иногда – мол, чего, фантазер, все играешь? Вот и сегодня, пока обмывали получку, вспомнили про забаву Кости, потом зашел разговор о лотереях в целом и о том, сколько денег еженедельно тратят доверчивые простачки, мечтающие получить миллионы на халяву. И какие молодцы они, предпочитающие эфемерному шансу на победу, вполне материальную бутылку пива. Или чего покрепче. Финансов уходит столько же, а удовольствия не в пример больше.

«Никогда ни во что подобное не играл», - подумал в тот момент Николай. – «Но ведь люди зачем-то играют… Любопытно, что же такое дают почувствовать эти лотереи», - озираясь по сторонам размышлял он. Никто из знакомых в поле зрения не попадал, и Николай наконец решился.

- Один разочек, - подходя к ларьку и выбирая билеты убеждал он себя. Всего один раз. Никто и не узнает. Просто любопытство удовлетворить.

От киоска уходил, как с места преступления, оглядываясь по сторонам и пряча компромат поглубже в карман джинсов. Не отпускало ощущение, что он сделал что-то очень глупое. Ощущение не отпускало вплоть до выходных, когда, проснувшись в восемь утра, что было совершенно нехарактерно для него в воскресное утро, он тихонько вышел из комнаты, достал билеты и пошел в зал, смотреть розыгрыш лотереи, намереваясь после просмотра сжечь компромат и больше никогда не участвовать в подобной ерунде.

- Николай Леонидович, вам нравится офис? – вырвал его из воспоминаний голос риелтора.

- Да, неплохо, - окидывая внимательным взглядом помещение согласился Николай. Офис был большой, просторный, не разделенный никакими перегородками, но имел два отдельных кабинета (во втором заместитель сидеть будет, решил Николай). Немного огорчал тот факт, что перед его кабинетом не было приемной, в которой можно было бы посадить красивую секретаршу в короткой юбочке… Но это не критично, секретаршу и в общем помещении разместить можно, пусть народ любуется. В остальном все было хорошо. И расположение (центр города), и класс (А+, а ниже он рассматривать категорически отказался), и в соседях сплошь солидные компании (кому-попало такие офисы снимать не по карману). Рядом с такими соседями и у него статус сразу поднимется.

- Доступ на территорию до двенадцати ночи, но, если вы задержитесь дольше, никто вас, конечно, выгонять не будет, - продолжил дожимать клиента риелтор. – Собственная охрана, вход по пропускам. И, конечно же, своя парковка.

- Уговорил, - залихватски махнул рукой Николай, - оформляй!

«Интуиция – ерунда чисто женская, остальным-то природа обделила. Мужикам на нее последнее дело полагаться», – убирая в портфель подписанный договор аренды и пожимая на прощание руку менеджера, подписавшего с ним договор, размышлял Николай. – «У нас логика есть. Замечательная штука! Не знаешь, что делать – подумай, порассуждай и найдешь ответ. Не можешь придумать сам, подумай, кто может тебе помочь. Красота! И не надо усиленно к себе прислушиваться в ожидании щелчка, рывка или какой другой ерунды. Все четко и понятно».

Не знал, какое дело открыть – пошел к за советом к Александру. То, что пошел изначально по другой причине не важно, важно, что пошел. И спросил. И получил не только совет, но и вполне конкретное деловое предложение – заниматься монтажом и обслуживанием охранных систем и видеонаблюдения. Заказчики с Александра, исполнители с него, прибыль пополам. Все честно. Осталось только закончить с регистрацией фирмы – умные люди уже отдали документы в налоговую, найти офис – сделано, и можно будет заниматься поиском персонала. Или хотя бы человека, на которого можно будет этот самый поиск персонала свалить… Как оказывается сложно открывать свое дело, оно еще по сути не открыто, а голова уже пухнет. Заместитель. Надо найти заместителя и пусть голова пухнет у него, а он будет руководить. Как в кино. Большой кабинет… большой телевизор на стене… и секретарша, которая носит ему кофе.

Дальше мечтать помешало урчание желудка, напоминая, что не все в его жизни так хорошо, как хотелось бы. И что если где-то что-то начинает складываться, то в другом месте может и порваться. Вот и у него порвалось... и снова дома. Жена, не дождавшись заслуженных комплиментов обиделась. Опять… Из-за какой-то пары слов! Нашла повод! Не нравиться? Не слушай! Что, у него нет права растеряться и ляпнуть глупость? Не человек, что ли? Вот он и растерялся немного, никогда жену такой не видел, удивился, язык сам вместо похвалы гадость и брякнул. Самому стыдно стало, а что делать? Назад слова не заберешь. Не на колени же было вставать и извиняться. К тому же он извинился. Когда Татьяна пришла к нему и сказала, что деньги закончились, он же без возражений дал еще. Неужели непонятно, что это были извинения? Или женщинам без слов никак? Не понимают? И им прямо жизненно необходимо, чтобы ими вслух восторгались и прощения тоже вслух просили? Но ведь это глупо, ждать комплиментов от взрослого, сорокалетнего мужика. Он давно не сопливый мальчишка, чтобы бледнеть, краснеть, да дифирамбы петь. И раз до сих пор не развелся, по другим бабам не пошел и руки распускать не начал, значит вот он тебе, лучший комплимент! Его матери таких хватало. Она и без слов понимала, что отец ее любит. Действительно без слов, на его памяти ни разу не было, чтобы он ей слово доброе сказал, или цветочек подарил, и все хорошо было! Никаких скандалов, никаких выяснений отношений и бойкотов. Значит можно без слов обходиться. Надо просто любовь по поступкам определять: понадобились деньги на красоту – получи, захотела дубликат карты – держи, намылилась на курсы разные (на кой ляд они бабе в сорок лет?) - и это пожалуйста! Не запрещает, дома не запирает, поддерживает, можно сказать. Что еще надо? И деньгами он семью обеспечить смог. Да, не заработал, но разве это важно? Главное же смог. Разве плохой из него муж вышел? Да половина женщин о таком мечтают! А жена не ценит. Подумать только, на диету посадила. Готовит рыбу на пару и овощи. Тушеные, на пару, в кляре, салат... Что он, травоядное? Лучше бы полуфабрикатами кормила. Так что теперь, перед возвращением домой, приходилось заходить в какое-нибудь кафе, нормально там обедать, а уже потом ехать домой, демонстрировать смирение и ковырять вилкой в овощах.

***

- Папа! – выскочил в коридор Сережа. Единственный, кто продолжал хоть как-то радоваться его возвращению домой. Сначала сын тоже обиделся на него, грубые слова, которые он сказал жене, дети расслышали прекрасно, но, к счастью, характер у Сережи был легкий и прощал он быстро. Ему стало жалко отца, с которым практически перестала общаться мама, а сестра разговаривала только в форме язвительных замечаний. Он прекрасно знал каково это, когда ты один и с тобой никто не дружит.

- Привет, - потрепал его по волосам Николай. – Все уже дома?

- Да, - подтвердил сын, - ты последним пришел, – и тут же начал тараторить: - Представляешь, у нас сегодня контрольная была по математике, я на пять написал. А еще нам сочинение задали написать, про домашних животных. Ромка будет про ящерицу писать. Представляешь, у него ящерица живет! Он мне фотографии показывал! А у Алисы кошка. И вообще, у всех ребят в классе кто-то есть, хотя бы рыбки, а у нас нет. Давай все-таки заведем собаку?

- Мы подумаем, - привычно отмахнулся от сына Николай. – С мамой посоветуемся. Она на кухне?

- Да.

- А на ужин что? – с затаенной надеждой поинтересовался мужчина. Может жене надоело обижаться и его простили, и кормить опять начнут по-человечески.

- Кабачки с баклажанами, - бодро отрапортовал сын, вмиг разбив радужные мечты отца. – Название такое смешное… забыл… Смешное такое название, как в мультике, - попытался объяснить Сережа.

- Рататуй, - подсказала Татьяна, выходя в коридор и вытирая руки полотенцем. – Ужин готов, зови сестру, пошли за стол.

- Ксюха-а-а-а-а!!! - закричал мальчик на весь дом, - ужин готов, спускайся!

- Имелось ввиду, что ты поднимешься наверх и лично ее позовешь, - покачала головой Татьяна.

- Зачем? - удивился Сережа. - Она и так все слышит, я проверял, - ответил мальчик, направляясь на кухню. Татьяне оставалось только вздохнуть и пойти вслед за сыном.

- Я офис снял, - сказал Николай в спину жены. Надеясь, хоть это ее порадует. Покажет, что он не просто так по городу мотается, как бездельник, а занимается серьезным делом.

- Молодец, - холодно ответила она, не поворачиваясь к нему лицом. – Руки мой и пошли ужинать.

Атмосфера за столом не радовала. Сережа активно делился историями про школу, и выпрашивал собаку, Татьяна пыталась урезонить сына в собачьих хотелках, объясняя, что они совсем недавно переехали и, пока окончательно не обустроятся на новом месте, собаку лучше не заводить. Бледная дочь вяло ковыряла вилкой в тарелке, практически не обращая внимания на происходящее. Ее поведение слегка удивляло, раньше она бы не молчала, она бы сидела и активно поддерживала брата в вопросе выпрашивания щенка, дерзила Николаю, проверяя его нервы на прочность, или смотрела что-нибудь в телефоне. А сейчас сидит, ни на кого внимание не обращает. В школе проблемы или перебесилась наконец? Хорошо бы было. Помниться в детстве была такой хорошей девочкой, веселой, доброй и его любила, а потом как отрезало. И началось все с того момента, как она начала слушать эту бесовскую музыку. Жена говорила "потерпи, это переходный возраст, успокоится" и он терпел. Хотя понять было сложно, он сам подобной ерундой никогда не страдал. И в облаках не витал. Вообще, был мальчиком на редкость приземленным и беспроблемным. В то время, как все соседские мальчишки мечтали стать юристами, экономистами и бандитами, он, на радость родителям, решил, что пойдет получать рабочую профессию. Потому что она всегда накормит, ведь без юристов и экономистов общество прожить может, а вот без токарей, электриков, строителей и сварщиков - нет. И ведь прав оказался. Друзья -товарищи, отучившиеся на модные профессии с удивлением обнаружили, что юристы в таких количествах никому не нужны, а он, вернувшись из армии, работу нашел легко. Правда, на школьной встрече выпускников присутствовали несколько человек, которые смогли, не смотря на бесполезные профессии, осесть в соседних областных центрах, чем были неимоверно горды и без устали "сочувствовали" менее удачливым одноклассникам.

С женитьбой так же, пока другие искали получше, да покрасивше и мечтали о моделях из телевизора, он обращал внимание на тех, кто рядом. И ведь нашел! Милая, смешливая девушка, сразу привлекла его внимание. Может и не модель, решил он тогда, зато к жизни, как и он, подходит прагматично, принцев на лимузинах не ждет, подвигов в ее честь не требует, хозяйственная и понимающая. Хорошая жена. Была. До переезда. А здесь как подменили. Обижается, не разговаривает, кормит не пойми чем, тарелками швыряется. Никакого понимания и поддержки. Или у нее тоже переходный возраст начался?

Надо с Александром посоветоваться, узнать, как он так умудряется и с женой не ругаться и в делах успевать и ребенка воспитывать. Вон как Марка воспитал, ни слова поперек отцу сказать не смеет. Пусть поделится секретом. Кстати, надо бы еще спросить, кем он работает, а то смешно сказать, он собирается работать с человеком, о котором ничего кроме имени не знает.

Отставив практически нетронутый рататуй, Николай поднялся из-за стола, и отправился узнавать дома ли сосед и готов ли он принимать гостей.

***

- Дурак, - высказал честное мнение Александр, выслушав откровения Николая о произошедшем инциденте и ситуации, которая сложилась дома после него. – Тебя кто так с женщинами обращаться учил?

- Сам… - немного растерянно ответил Николай, ожидавший от соседа немного другой реакции на свой рассказ. Он хотел поддержки и совета, как все исправить и воспитать жену. А нарвался на критику и осуждение.

- Оно и видно, - хмыкнул сосед. – А поучиться бы стоило. В первую очередь следить за языком, всегда пригодится. И в бизнесе тоже. А то так растеряешься где-нибудь, как ляпнешь чего, потом не разгребешь. Ты же взрослый человек, подумай, прежде чем что-то сказать. Лучше раза два. Бизнес – не жена, ошибок не прощает и цветами откупиться не выйдет. И в положение твое никто входит не станет, либо ты умный и контролируешь язык, или ты вне бизнеса.

Николай сидел немного ошеломленный полученной отповедью, но подумав, решил слова более опытного человека запомнить. И стараясь хоть немного сгладить неловкость и оправдаться, рассказал Александру о снятом сегодня офисе.

- Хорошо, что нашел, - сдержанно похвалил его Александр.

- Я вот думаю, дальше-то что? Персонал искать? А можно этим до регистрации фирмы заниматься или нет? И кто мне вообще нужен?

- А это тебе решать, - пожал плечами сосед. – Специалиста по тендерам я предоставлю, в офисе сидеть не будет, но документы подготовит грамотно. Твоя задача или самому их вовремя в систему загружать, или найти человека, который три кнопочки осилит. Кандидатуру бухгалтера желательно согласовать со мной, в остальном – у тебя полная свобода действий. Бери кого хочешь и в любых количествах, фирма же твоя. Планируешь выполнять заказы своими силами – ищи рабочих, собираешься отдавать в субподряд – ищи фирму. Ты, главное, помни, претензии по качеству работ, если что, будут предъявлять тебе. Я там ни при чем. Поэтому к выбору исполнителей рекомендую подходить ответственно. А уж начинать поиск до или после открытия конторы смотри сам.

- А… помощь? – в недоумении спросил Николай, до этого момента пребывавший в уверенности, что сосед будет принимать более деятельное участие в ведении дел, хотя бы в первые месяцы работы.

- Какая? – удивился Александр. – Я же сразу сказал, с меня заказы. Все. Остальное делаешь ты. И претензии, в случае чего тоже ты получать будешь, как и разгребать их. Меня в твоей фирме нет.

- А если мне что-то непонятно будет? – окончательно растерялся Николай.

- Будет непонятно, приходи, объясню. Но работать за тебя не буду, своих дел по горло. Или учись и врубайся в дела или, если не готов, пока не поздно - не лезь, - жестко отрезал сосед.

С такой стороны добродушный Александр открылся Николаю впервые и открытие это было неприятным. До этого момента сосед был вполне миролюбивым и добродушным, а здесь… такая резкая перемена. Почему? Что не так-то? Кому из них это сотрудничество вообще нужно? В душе начала подниматься волна обиды и Николай уже собирался плюнуть на все и уйти, гордо хлопнув дверью, но сквозь пелену обиды в сознание пробилась мысль – ему. Сотрудничество нужно в первую очередь ему. Сосед себе и другого компаньона найдет, жесткого и решительного, который не побоится трудностей и вникнет во все дела. А ему тогда что делать? Опять по городу носиться и думать, чего б открыть? А офис? Простаивать будет? Так жалко, за него ведь уже уплочено. Самому открыть фирму по направлению, которое предложил Александр? И разница? Что так, что так, все равно в делах придется разбираться. К тому же, что он будет делать, если дело не пойдет? Сейчас, на первых парах с заказами обещает помочь сосед. Если его не будет, сможет ли сам Николай найти клиентов. Сейчас ему хоть какую-то помощь предлагают, без нее открываться еще страшнее будет. Мысль о том, чтобы вообще ничего не открывать, и просто спокойно жить дальше, даже не рассматривалась.

- Хорошо, - наступив на горло гордости согласился Николай. – Только я, наверное, сначала часто обращаться буду. А потом постараюсь сам справляться, – и вспомнив жену спросил: – А может мне на курсы какие пойти?

- Какие курсы? – не понял его сосед.

- Ну, те, где бизнесу учат. Дела вести, с людьми разговаривать, руководить…

- Если бы в мире существовали действенные курсы, на которых учат хорошо вести бизнес и становиться успешными руководителями, - хохотнул Александр, - туда бы уже очередь вокруг всего света стояла. Подобные навыки приходят с опытом и нарабатываются практикой. Все, кто будет говорить тебе другое и обещать сделать "бизнесменом" после прохождения недельных тренингов – сказочники, которые ищут лохов и разводят их. Вообще тренинги - очень интересная тема. У меня жена их очень любит, регулярно посещает. Ей там рассказывают много чего занимательного, а вот на практике применять это занимательное удается редко. И претензии потом не предъявишь, мол, фигово как-то учите, ребята. Нет, можешь конечно, но в ответ получишь что-то вроде «Мы не отвечаем за успешность освоения курса нашими слушателями. Если у вас не получилось, возможно вы просто плохо нас слушали и вам требуется пройти курс еще раз». Так что не советую с таким связываться. За работой научишься гораздо лучше и быстрее.

- А с женой-то что делать? – вспомнил Николай вопрос, из-за которого и пришел сегодня к Александру.

- С женой? – задумался сосед, возвращаясь в привычное Николаю добродушное состояние. – Извинись, - пожал он плечами, - отправь отдохнуть. Нет, отдыхать не надо, Света не оценит. Тогда извинения, цветы, комплименты, ресторан. Можно в другой последовательности. И помни, женщины любят ушами. Деловые партнеры, по крайней мере в начале сотрудничества, тоже. Тренируйся.

Глава 11

- Мы идем в школу! – решительно заявила Ксюша, заходя в комнату брата.

- Ксень, ты чего? – оторвавшись от увлекательного занятия, повернулся к ней мальчик. – Мы там сегодня уже были. Теперь до понедельника свободны. Да и не работает школа вечером.

- А я не говорила, что мы туда учиться пойдем, - подходя к шкафу и доставая из него джинсы и толстовку брата ответила Ксюша.

- А зачем тогда? – не понял Сережа, озадаченно наблюдая за самоуправством сестры.

- Да просто, - пожала плечами Ксюша, с интересом разглядывая белый потолок. – Осмотримся без посторонних, глядишь, что интересное найдем. Ты со мной? – спросила она, протянув брату выбранную одежду.

Сережа молчал.

- Боишься? – подначила его сестра. – Трус.

- А вот и нет! – вскакивая со стула закричал Сережа. – Ничего я не боюсь! Но Ксень, - гораздо тише закончил он, - может, мы лучше в понедельник осмотримся? Зачем это ночью делать?

- Не получится! В понедельник в школе будет куча народу, как ты в такой толпище осматриваться будешь? Думаешь, нас везде с радостью пустят? А сегодня только охрана, и та на улице. Гуляй - не хочу!

«Вот я и не хочу», - подумал Сережа и сделал еще одну попытку переубедить сестру.

- А как ты мимо охраны пройдешь? Ворота-то закрыты, - привел он убийственный с его точки зрения аргумент.

- Через забор, - легкомысленно пожала плечами Ксюша. – Если быстро перепрыгнуть они ничего не заметят.

- Я не допрыгну, - честно признался мальчик.

- Не переживай, я подсажу, - успокоила его сестра.

- Когда пойдем? – сдаваясь спросил Сережа.

- Часам к двенадцати, я думаю. Родители уже уснут, а у нас будет время спокойно все осмотреть и до утра вернуться домой.

- А охрана? – задал Сережа вопрос, внезапно пришедший ему на ум. Про себя мальчик очень надеялся, что сегодня кто-нибудь из родителей будет маяться бессонницей и им не удастся выйти из дома незамеченными. Да пусть хоть поругаются, главное, чтобы не спали!

- Что охрана? – не поняла Ксюша. – Сказала же, через забор перепрыгнем.

- Это в школе, а здесь? Как мы из дома выйдем?

- Вообще не проблема. Что там, что здесь, задача охранников сделать так, чтобы посторонние по охраняемой территории не шастали. Выходящие из дома квартиранты, в какое бы время они не выходили, их мало интересуют.

- Но мы еще маленькие, они могут потом родителям рассказать…

- Вот потом и будем думать, - отрезала сестра. – Если ты идешь со мной, то сейчас лучше ложись спать, засыпающий на ходу помощник мне не нужен.

Обреченно развернувшись в кресле, Сережа выключил компьютер.

***

- Ксень, - позвал сестру Сережа, когда они шли через парк. Идти было страшно, в темноте привычные очертания предметов искажались, а подсвеченные фонариком и вовсе выглядели пугающе. Было непонятно мимо чего ты проходишь, стены деревьев или армии чудищ, тянущих к тебе свои загребущие лапы. Не так давно они отошли от проезжей части на достаточное расстояние, чтобы шум от дороги перестал до них долетать, и звуки, которые раньше хоть как-то успокаивали и отвлекали от неприятных мыслей исчезли. Теперь чудища, тянули свои лапы в полной тишине, изредка перешептываясь между собой на непонятном языке, от чего по спине у Сережи маршировали армии мурашек, не смотря на относительно теплую погоду и очень теплую кофту, которую его заставила надеть Ксюша. Чтобы хоть немного отвлечься от страшных мыслей, он решил поговорить с сестрой. Звуки голоса немного успокаивали. – А все-таки, почему тебе надо в школу именно ночью?

- Странная она, школа эта, - ответила Ксюша, радуясь желанию брата поболтать. Ей путешествие через ночной парк тоже удовольствия не доставляло. Как она и рассчитывала, из квартиры удалось выйти совершенно спокойно и даже не особо таясь. Родители спали достаточно крепко, чтобы не услышать щелчок замка, тем более с такого расстояния. Охрана на выходе тоже проблем не доставила. Встретив прямой взгляд недавно переехавшей девочки, с наглым видом проходящей мимо, и тянущей за собой брата, как шарик на веревочке, они решили, что причин поднимать шум нет. В конце концов, они придомовую территорию охраняют, а не малолетних сопляков, решивших ночью прогуляться. А вот прогулка по ночному парку стала серьезным испытанием для Ксюшиных нервов. Мало кто знал, но Ксюша была девочкой очень впечатлительной. Помниться, познакомившись с одним из шедевров японской кинематографии, а именно фильмом «Один пропущенный звонок», она несколько лет открывала дверь, не заглядывая в дверной глазок. Обозлённый дух девочки с кинжалом, который может воткнуть его тебе в глаз, казался гораздо страшнее, чем те неясные опасности, о которых предупреждали родители. А после фильма «Челюсти» все лето просидела на берегу реки, не в силах заставить себя зайти в воду. А ну, там акулы-переростки. И неважно, что такая акула в их маленькой речушке не поместиться. А вдруг? На берегу спокойней. Мама иногда спрашивала, зачем она продолжает смотреть подобные фильмы, если они так пугают. И что ей было ответить? Интересно? Силу духа тренирую? Не признаваться же, что ужастики оказались единственным жанром кино, героев которых было не жалко. Ну как можно жалеть девицу, которая зная, что за ней гоняется маньяк, лезет ночью одна в подвал без фонарика каждый раз, как услышит непонятные шорохи. А попытка спрятаться от того же маньяка в шкафу или ванной комнате, которые располагается на втором этаже? Конечно, дверь на улицу - она же для слабаков, зачем звать на помощь, если можно попытаться вырубить психа вантузом или вешалкой. Из-за подобных девиц слезы лить не хотелось. Из-за подобных девиц слезы лить не хотелось. А вот картины, в которых влюблённым приходится преодолевать трудности, чтобы быть вместе, или, ещё хуже, кто-то из положительных героев героически умирает — такие сцены неизменно вызывали потоки слёз. Особенно в популярных фильмах про супергероев. Весь имидж насмарку. Поэтому приходилось, сжав зубы, культивировать силу духа. И сейчас, проходя по неосвещенным дорожкам парка, она вспоминала все фильмы, сюжеты которых начинались или заканчивались в подобных местах и боялась едва ли не больше брата. Очень легко было представить, как из-за какого-нибудь куста поднимается какой-нибудь маньяк в страшной маске и сжимая в руках тесак для разделки праздношляющихся дураков начинает неспешную охоту за ними. Но вида, как обычно, не показывала. – Непонятная. Учителя, директриса, Вадим этот, зачем бы он там нужен был… Вот я и хочу попробовать найти причины непонятностей.

- Я ничего необычного не замечал, - возразил Сережа, останавливаясь. – Может тебе показалось просто? Пойдем домой, а в школе в понедельник осмотримся…

- Нет! Надо сегодня.

- Зачем?

- Ты не поверишь, - тяжело вздохнула Ксюша, но рассказывать начала. – С тех пор, как мы стали ходить в эту школу у меня начались галлюцинации. Вижу не пойми, что! И слышу… Только я, понимаешь? Я думала, это стресс. Успокоительные пить начала … Не помогло. Еще хуже стало!

- Может тебя просто одноклассники разыгрывают? – предположил Сережа, который не понаслышке знал, как жестоко умеют шутить дети.

- Нет! Это не розыгрыш! В классе, в туалете, в коридоре… Это везде происходит! Меня сегодня в коридоре накрыло, - почти шепотом продолжила рассказ Ксюша, - так страшно было. Глаза, перья, рога… А они смотрели друг на друга и ничего необычного не видели! И Вадим Алексеевич не видел, - совсем тихо закончила она. – Или ты считаешь, что он тоже так шутит?

- Н-нет, - неуверенно ответил Сережа, утешающе поглаживая сестру по руке. - Взрослые так шутить не могут. Тогда почему ты это видишь?

- Я думаю, нам в столовке что-то добавляют в еду. Глюки начались сразу после того, как мы начали туда ходить.

- А почему я тогда ничего не вижу? И другие ребята. Они учатся гораздо дольше нас, с ними почему ничего необычного не происходит?

- Думаю младшеклассникам дают меньшие дозы отравы, чтобы привыкали постепенно, а к старшим классам организм адаптируется и спокойно реагирует на большие дозы. Поэтому я и начала видеть черте что! Не привыкший организм сразу получил большую дозу дряни. Понимаешь?

- Нет, - честно ответил мальчик. – Ксюх, зачем это школе? Если об этом узнают им будет плохо. И вообще, как они угадают, куда и сколько отравы сыпать? Меню-то на всех одно…

- Не знаю! Может смотрят, кто заказывает и сыплют каждому индивидуально, или еще как, не знаю я! – разнервничалась Ксюша.

- А зачем нам сами идти? Давай расскажем взрослым и пусть они разбираются? Родителям или полиции?

- Ага, - невесело усмехнулась Ксюша. – Мне и ты-то не веришь, а хочешь, чтобы поверили они. Что я им скажу? Здрасьте, я пошла в школу и у меня начались глюки. Я думаю, что нас всех травят, разберитесь пожалуйста. Ах да, школа, в которую я хожу, одна из самых крутых в стране. Так? Нет, Серега. Или мы сегодня что-то находим и идем кому-то жаловаться, имея на руках доказательства, или завтра я поеду в дурку.

- И что мы должны найти? – робко поинтересовался Сережа. В то, что школа их травит верилось с трудом, но и оставить сестру в одиночестве, когда ей так плохо он не мог.

- Не знаю, - пожала плечами Ксюша, возобновляя движение. – Поле конопли на крыше или секретную лабораторию в подвале. Может запасы непонятного порошка у Людмилы Артемьевны в кабинете… Ищем все, что подпадает под определение «странно». Потом выбираемся из школы, поднимем шумиху и пусть дальше другие ищут. А мы получим несколько дней внеплановых каникул и другую школу, без галлюциногенов и дурацкой формы! – закончила Ксюша довольным голосом. Перспектива распрощаться с опостылевшей юбкой почти окрыляла.

- Я не хочу в другую школу, - нахохлился Сережа, тем не менее последовав за сестрой. – Мне и в этой нравится. Здесь ребята хорошие.

- Серег, знаешь что… никакие ребята не стоят нашего здоровья, - очень прочувствованно заявила Ксюша. Очень. Контраргументов у Сережи не нашлось.

***

- Проходим, не задерживаемся, раньше начнем – раньше закончим, - командным тоном разгонял по углам толпу малолетних оболтусов Вадим Алексеевич. – Эй! – окрикнул он группу подростков, начавших что-то обсуждать на повышенных тонах. – Все конфликты решайте за пределами школы. А здесь не надо, здесь нервный я.

- А почему мы в подвале собираемся, - решил задать мучавший всю толпу школьников вопрос Стас. – И почему практически ночью? Что мы, упыри какие?

- А что, разве нет? – деланно удивился Вадим Алексеевич. – Я же вас всех просил задержаться после уроков. Что вы мне ответили? Вам некогда, у вас дела, секции, врачи, репетиторы… Хорошо. Не можете собраться днем, соберетесь ночью. Выдать вам нагоняй я готов в любое время, а после десяти часов вечера, я уверен, он получится еще более качественным.

- Могли бы учителей попросить, они бы нам все передали, как обычно, и никому бы не пришлось сюда среди ночи переться, - буркнул насупившийся Стас.

- Не-е-ет мой милый, - нежно пропел Вадим. - В данном вопросе простым информированием от учителей мы ограничиться не можем. Здесь уже требуется личное напутствие от меня и от Людмилы Артемьевны. А касательно твоего первого вопроса, скажи мне, неупырь, у тебя на примете есть другое место, способное вместить такую прорву народа?

- Столовка, - неуверенно предложил Стас.

- Вот я из-за кучки полудурков там перепланировку не делал, - поменял тональность общения Вадим Алексеевич. – Наша «столовка» на культурно-массовые мероприятия не рассчитана. А вещать я откуда буду, с витрины? Здесь посидите. И да, надо посадочные места обеспечить. Мальчики, - вновь повысив голос окрикнул он присутствующих парней, - поднимаемся наверх, берем свои кресла и несем их сюда. Потом ту же манипуляцию проделываем с креслами девочек. А ты, - придержал он за плечо отправившегося за своим креслом Стаса, - дополнительно обеспечиваешь посадочными местами меня и нашего любимого директора.

- Почему это? – возмутился парень перспективе заниматься спортом за руководство школы.

- Потому что иначе я до всех присутствующих доведу сведения о том, кому они обязаны своим пребыванием здесь в столь поздний час, - ласковым голосом поведал Вадим непутевому ученику. Испустив мученический вздох Стас поплелся за креслами.

***

- Ш-ш-ш, - зашипела Ксюша на брата, который не замолкал ни на минуту, рассказывая все, что приходило ему в голову, - не шуми, подходим.

Посидев немного в кустах, ребята установили интервал, с которым охрана обходит периметр школы и, дождавшись окончания очередного обхода, отправились штурмовать забор. Первым на ту сторону было решено отправлять Сережу. Во-первых, остаться одному с этой стороны забора ему было страшнее, чем оказаться с той (там охрана, с ними спокойнее), а во-вторых, без помощи сестры перелезть через забор он никак не мог. Поэтому Ксюша, согнувшись в три погибели, предоставила брату свою спину в качестве ступеньки. Дальше он должен был зацепиться за перекладину и подтянувшись перебросить себя на другую сторону, где ему, опять же, должна была помочь спуститься Ксюша. Провалить вылазку из-за неудачного прыжка брата с забора ей не хотелось. Потоптавшись на сестринской спине, мальчик наконец смог зацепиться за верхние перекладины и подтянувшись вверх, оседлать забор. Хорошо, что он был без пик и насадиться на него не было никакой возможности.

Как и ожидалось, для Ксюши забор серьезной преградой не стал, а вот что было неожиданно, так это то, что дверь в школу оказалась не заперта. Вообще, о такой неприятности, как запертая дверь Ксюша подумала только оказавшись по эту сторону ограды, но не возвращаться же домой из-за такой мелочи? Просчитав все возможные варианты попадания в школу, она решила не расстраивать брата раньше времени и для начала, для очистки совести, проверить парадный вход. И если он окажется закрытым (а с чего бы ему быть открытым среди ночи?), искать запасной. А если и там ничего не выйдет, лезть через окно. Однако запасные варианты задействовать не пришлось. Окрыленная удачей, Ксюша в первую очередь решила проверить школьную столовую. Вдруг они хранят порошок прямо там и поиски удастся завершить очень быстро? Мелькнула мысль отправить брата осматривать кабинеты, но была почти сразу отметена. Во-первых, вдруг Сережа что-нибудь проглядит? Что, по пятам за ним ходить и перепроверять? А во-вторых, вдвоем было все-таки спокойнее.

Столовая была пустой и стерильно чистой, столы вытерты, стулья задвинуты. В кухонном отсеке картина была такой же: тарелки стояли аккуратными стопками, столовые приборы лежали в контейнерах, чашки висели на специальных подставках. Кастрюли и сковородки также были составлены ровными рядами и сияли чистотой. Из продуктов на кухне присутствовали только кофе в зернах, заварка, сахар и соль. Вспомнив сериалы, которые иногда смотрел отец, Ксюша решила попробовать сахар и соль на вкус, но отличий от обычных продуктов не нашла.

«Жаль пакетов никаких нет, можно было бы отсыпать по чуть-чуть и отдать куда-нибудь на проверку», - с досадой подумала она. – «Ладно, на обратном пути возьму бумагу и вернусь», - решила Ксюша, выходя в коридор. Надо было проверить кабинеты. Не то, чтобы она надеялась найти там что-то необычное, но для очистки совести… Как ни странно, кое-что необычное все же нашлось, а именно, ее тетрадь с домашкой, за отсутствие которой биологичка (вот стерва!) влепила ей двойку. А вот директорский кабинет, в отличие от всех остальных помещений, оказался заперт.

- Черт! – подергав ручку двери ругнулась Ксюша. Отмычек, как и таланта взломщика, у нее не было. В сердцах попинав дверь ногой и не дождавшись никакой реакции, она попыталась испепелить ее взглядом. Дверь оставалась безучастна. Еще раз пнув по двери и хоть немного отведя душу, Ксюша повернулась к брату, который держал фонарик.

- Куда дальше? – шепотом спросил Сережа., испытавший облегчение от того, что Ксюша наконец перестала шуметь. Все время, которое сестра играла в частных детективов, он чутко прислушивался, не идет ли кто в их сторону. А еще ждал, когда наконец Ксюше надоест страдать дурью и они смогут уйти. Ночная школа производила гнетущее впечатление. – На крышу, коноплю искать?

- Нет, - так же шепотом, недовольно ответила Ксюша. – С коноплей я погорячилась, не тот климат. Пошли в подвал.

- А может лучше домой? – в спину сестре, тихо сказал Сережа.

***

- Уважаемые учащиеся, - вещал Вадим Алексеевич, стоя перед рядами сидящих учеников. Помещение было большим, пустым иего голос звучал очень гулко. Учителя, которых так же обязали прибыть в школу на внеплановое собрание, сидели в стороне и сцеживали зевки в кулак. Атмосфере педагогического засыпания способствовало освещение. Ученики, проникнувшись «упыриными» мотивами категорически воспротивились включению света и затребовали свечей. Учителя, как ни странно идею поддержали и теперь большое помещение было наполнено неярким светом и дрожащими тенями на стенах, даря молодежи "атмосферу", а педагогам возможность придремывать в пол глаза. – Как вы все наверняка знаете, с недавнего времени в нашу школу перевелись два новых ученика. Они не имеют никакого отношения к нашему кругу, обычные люди. Я знаю, что до этого момента мы избегали принимать в школу подобных учеников, но в этот раз решили сделать исключение, - Вадим бросил короткий взгляд в сторону директрисы и продолжил речь. - Мы надеялись, что вы проявите такт, понимание, воспитание… Что поможете ребятам влиться в коллектив. Ну или включите голову и поможете им поскорее покинуть нашу школу. Увы, надеялись мы напрасно.

- Не знаешь, чего Вадим так завелся? – тихо шепнул на ухо Инге Денис, сидящий за ней старшеклассник, который эпизодически принимал участие в их маленьком развлечении.

- Мы сегодня очень удачно «пошутили», - так же шепотом начала рассказ Инга, чтобы не привлекать внимание Вадима Алексеевича. – Подловили ее в коридоре вместе с Леной и Стасом, показали частичный оборот. У нее такая рожа была, ты бы видел, - расплылась Инга в счастливой улыбке. - Полкоридора на заднице проползла, пока в стенку не уперлась. А потом нас засек Вадим. Жалко, еще немного и она бы окончательно свихнулась. Думала, он нас на месте пришибет, - хихикнула Инга, - а нет, вон, болтологией решил ограничиться.

- А-а-а, - глубокомысленно протянул Денис, жалея, что пропустил столь забавный момент.

- … продемонстрировали безответственность, безголовость и решили в лучших традициях детского сада попугать новеньких… собой! – по рядам слушателей пробежал шепоток. Демонстрация истинного вида непосвященным была строго запрещена и могла жестоко караться старшими родственниками. – Сегодня я сам, лично, наблюдал за подобным прискорбным инцидентом. Личности пугателей, на первый раз, я называть не буду, хотя и подозреваю, что раз был далеко не первым, а количество участников такого замечательного развлечения гораздо больше трех. Но хочу предупредить, в понедельник я поговорю с запугиваемой девочкой и попрошу оперативно информировать меня обо всех подобных шутках. И поверьте, в следующий раз я не буду таким добрым, как сегодня, - сверкая шестью рядами тонких и острых зубов закончил речь «добрый» помощник директора.

По мере выступления Вадима Алексеевича, Марк все сильнее и сильнее скашивал глаза на Ингу. Под конец монолога он не выдержал и развернулся к девушке всем корпусом, разглядывая ее с возмущением, смешанным с негодованием.

- Я просил ничего не делать! – с трудом сдерживая злость прошипел Марк. – А ты что устроила?

- За тебя мстила, - пискнула Инга. Направляясь на собрание, она совершенно упустила из вида то, что Марк узнает о ее маленькой мести и будет очень сердиться.

- М-м-мстительница, после собрания поговорим - наконец сумел выдавить из себя Марк и снова сел ровно.

Слава, выслушав спич Вадима Алексеевича проделал те же самые телодвижения, но разворачивался в сторону Марка. А развернувшись, увидел интересные перешептывания и переглядывания двух самых неприятных персонажей своего класса. В голове начала складываться ясная картина. А еще становилось понятно странное поведение Ксюши в последние дни.

Пока происходило переглядывание всех со всеми и обсуждение услышанного, слово взяла Людмила Артемьевна, заменив севшего перевести дух и успокоиться помощника.

- Дорогие ребята, - начала выступление директриса, притянув к себе горящие взгляды учеников. Горящие – в прямом смысле. После выступления Вадима, в помещении продолжала гореть едва ли половина свечей, света не хватало и присутствующим пришлось перестроить зрение, чтобы видеть происходящее. – Мне очень прискорбно осознавать, что вы настолько не контролируете себя. Что желание пошутить над кем-то заглушает голос здравого смысла…

***

- Ксюха, - тяжело сглотнув позвал Сережа, стоя в нескольких метрах от подвала, в который так рвалась попасть сестра. - Помнишь, я сказал, что не боюсь? Я соврал. Давай не пойдем туда? Пошли домой, давай лучше с родителями поговорим. Хочешь, я скажу, что тоже что-нибудь вижу, ты только расскажи, что. Нам двоим они поверят. Давай не пойдем?

- Тш-ш-ш, - зашипела в ответ сестра, – не ной. Последнее помещение осталось, осмотрим и пойдем. Я чувствую, там что-то есть. Без доказательств нам не поверят, положат в одну палату и все. Не хочешь туда идти – постой здесь, - сказала Ксюша, развернувшись к двери.

- Мне страшно, - цепляясь за руку сестры проныл мальчик.

- Не бойся, - ободряюще улыбнулась ему Ксюша. – Я же с тобой. А я здесь самая страшная! – расправив плечи и выпятив грудь заявила она.

Сережа засмеялся и перехватив фонарик поудобнее, пошел за сестрой, стараясь держаться на шаг позади нее.

- Ксюх, там что-то шумит, - прошептал Сережа, отступая еще на пол шага назад за спину сестры.

- Я слышу, - берясь за ручку двери ответила ему сестра. – Говорила же, у них лаборатория в подвале! Сейчас мы их накроем, - азартно выдохнула девочка рывком распахивая дверь.

***

- … в завершении могу сказать только одно, данное происшествие я возьму на особый контроль, и, если узнаю еще хоть об одном случае… - резко распахнувшаяся дверь потушила оставшуюся часть свечей в помещении, оставив одиноко гореть свечку, стоящую на полу, у стены, у которой расположились учителя и заставила директрису прервать воспитательную речь. – Я просила не беспокоить! - рявкнула она, вытягивая шею вверх на недоступную обычному человеку высоту и сверкая на вошедших яркими, желтыми глазами с вертикальными зрачками. – Эт-то что еще такое?

Все присутствующие, вслед за Людмилой Артемьевной, повернули головы в сторону входа.

***

Фонарик выпал из ослабевших Сережиных пальцев и с тихим скрежетом покатился по полу. В подвале было темно. Большое помещение освещала единственная свечка, стоящая у одной из стен, и фонарик, который теперь прокладывал узкую дорожку света на полу. Но Сереже это не помешало рассмотреть множество ярких, разноцветных точек, сияющих на уровне глаз присутствующих. Рядом с ним, не издавая ни звука, каменным изваянием застыла сестра.

- Я просила не беспокоить! – вдруг раздался голос Людмилы Артемьевны и над макушками присутствующих показалась ее голова на неестественно вытянутой шее. Увидев застывших в дверях ребят, она чуть приоткрыла рот и выдохнула – Эт-то что еще такое?

- Кто впустил? – не тише директора рявкнул вскочивший Вадим Алексеевич, пугая отросшими на глазах когтями и исказившимися в отталкивающую гримасу чертами лица. – Отвечать! – рявкнул он еще раз, направляясь к застывшим детям. Последний "рявк" произвел на ребят отмораживающий эффект, и они с дикими воплями бросились бежать.

Глава 12

- Ксень, что это было? – спросил Сережа, забравшись с головой под одеяло в комнате у сестры. Вообще-то пару лет назад он заявил, что достаточно взрослый и вместе с сестрой засыпать больше не будет, но решил, что сегодня исключение простительно. После шоковой терапии, которую им устроил Вадим Алексеевич они пулей взлетели по лестнице, а затем не менее быстро пересекли двор и выбежали в парк, через оказавшиеся открытыми ворота. Хотя, как казалось Сереже, если б ворота были закрыты и через забор пришлось прыгать, в этот раз он вполне сумел бы справиться и без помощи сестры. Остановиться смогли только далеко в парке. Ноги, получавшие удивительную резвость, выдали все скрытые резервы и сумели унести их от страшного места на приличное расстояние всего за несколько минут. Потом правда подломились и отправили новоявленных спринтеров обниматься с землей, но это было уже не страшно. С трудом верилось, что чудища, которых они увидели, бросятся в ночи гонять их по парку. Кое-как отдышавшись и худо-бедно заставив ноги относительно твердо держать своих владельцев в вертикали, ребята стали думать, как будут выбираться к цивилизации. Пока бежали за направлением не следили, и, как итог, оказались в той части парка, в которой раньше не бывали… Хорошо, что они взяли с собой телефон, и вдвойне хорошо, что уровень развития современных технологий позволил запихать в него не только калькулятор, камеру и фонарик, но еще и карты с GPS привязкой к местности. Плохо только, что привязка эта на местности поросшей деревьями работала через раз и криво. Немного поплутав по округе и наконец разобравшись со своевольным девайсом, они не только смогли выйти к дороге, но даже сделать это в обход школы. Домой вернулись только под утро. Охрана была в шоке, увидев растрепанных детей с дикими глазами, в измазанной грязью одежде и с царапинами на лицах, которые с независимым видом на чуть заплетающихся ногах прошли мимо. Чем может заниматься ночью детвора, чтобы вернуться домой спустя несколько часов после выхода в таком состоянии, они боялись даже предположить.

- Не знаю, - сильнее прижимая к себе брата и плотнее заворачиваясь в одеяло ответила Ксюша. Дома ей пришлось вспомнить, что она старшая и должна позаботиться не только о здоровье брата, но и о спокойствии родителей. Сообщит охрана об их ночной прогулке или нет, это еще бабушка надвое сказала, а вот то, что, увидев грязных, расцарапанных чад в поюзанных шмотках они и без всяких подсказок всю правду вытрясут – факт. Отправив брата мыться, Ксюша собрала грязную одежду в пакет и запихнула его поглубже в шкаф, честно пообещав себе постирать при первой возможности. Затем помылась сама и потихоньку сварив какао, взяла пузырек перекиси, тюбик с заживляющим кремом и пошла к брату. Боевые ранения может и не были очень страшными, но в обработке все же нуждались. Сережа обнаружился в ее комнате, он замотался в одеяло и забился в угол кровати, но все равно продолжал трястись и стучать зубами. Пережитый стресс вырывался наружу. Насилу напоив его горячим шоколадом и обработав царапины, она не стала выгонять брата в его комнату, а забралась под одеяло и подтянула его поближе к груди пытаясь согреть.

- Мы ведь не могли вдвоем видеть одинаковые галлюцинации? Так ведь не бывает? Помнишь, еще в мультике говорили, что невозможно сойти с ума вместе с кем-то. Значит, мы здоровы? Но что мы тогда видели?

- Я не знаю, - повторила Ксюша в который раз за эту ночь. Сережина мысль о невозможности коллективного сумасшествия несколько приободрила. Было бы очень печально осознать, что своей ночной прогулкой она запустила у брата дремавшую доселе болезнь.

- Так страшно было, - пожаловался Сережа, плотнее заворачиваясь в одеяло. – Никогда еще так не боялся.

- Да, я тоже, - призналась Ксюша. В голове метался нестройный рой мыслей. С ума она не сошла, это хорошо. И детей в школе не травят не пойми чем, это, наверное, тоже хорошо. Но чем тогда объяснить ту бесовщину, которую она видела в последнее время? На галлюцинации не спишешь, значит надо искать другую причину. За размышлениями о том, чем можно объяснить непонятные явления, завершением которых стал ночной шабаш она уснула.

Во сне пришло осознание - духи! Или демоны. Злые неупокоенные сущности, которые обитают в нехороших домах и вселяются в людей. Возможно в школе несчастный случай произошел или ее на месте старого кладбища воткнули, не суть. Главное, что теперь там водиться непонятная жуть, которая запугивает, а затем подчиняет себе тела живых! Другого объяснения происходящему придумать не удалось.

***

Утром их разбудила мама, если можно назвать утром второй час дня. Не дождавшись, чтобы дети спустились на завтрак ни к десяти, ни к двенадцати, Татьяна забеспокоилась и решила проверить, в чем дело. А когда нашла их спящими в обнимку в Ксюшиной комнате сильно удивилась - постулируемые сыном лозунги о взрослости она знала хорошо. Насилу растолкав детей и не сумев получить у них внятного ответа о причинах столь продолжительного сна, Татьяна внимательно всмотрелась в заспанные, помятые лица с расфокусированным взглядом и пошла за градусником. В таком состоянии они бывали только подхватив простуду. Вместе с градусником им досталось разрешение целый день валяться в кровати, по чашке чая с лимоном и розетка малинового варенья. А в перспективе – брусничный морс, вкуснятина. Пока чаевничали, Ксюша поделилась с братом озарением, пришедшем к ней во сне и, хотя в духов Сереже верилось еще меньше, чем в непонятные лаборатории, он вынужден был согласиться с сестрой. Другого объяснения непонятным свечениям глаз и неестественно зубастым улыбкам придумать было сложно.

- Что будем делать? – спросил мальчик, отставив в сторону чашку с чаем и активно истребляя любимое варенье.

- Прикидываться больными, - ответила сестра. – Надо симулировать изо всех сил, чтобы нас оставили дома, и попытаться убедить родителей перевести нас в другую школу. Других идей у меня пока нет.

- Ну ладно, дома - так дома, - согласился Сережа, отправляя в рот очередную ложку лакомства.

Долго симулировать не получилось, уже в понедельник мама вытолкала их в школу, не смотря на все попытки изобразить слабость, апатию и легкий кашель. Аргументировалось решение просто, если накануне вечером они нашли силы, чтобы скакать по комнате как кони и драться подушками, то сегодня их сил наверняка хватит на двадцатиминутную прогулку до школы. А там можно и посидеть. Возразить было нечего, дикий забег и драка подушками действительно имело место быть. Покосившись друг на друга и издав тяжкий вздох, дети поплелись собираться в школу.

- Ну и куда ты пошел? – окликнула Ксюша брата, который чуть сгорбившись направился в сторону парка.

- В школу, - немного недоуменно ответил он.

- Ты совсем дурак, да?

- А что делать? Дома же остаться не удалось…

- И что? – удивилась Ксюша. – Это не значит, что мы должны туда переться. Лично я в эту школу даже под дулом автомата не пойду. Не получилось посидеть дома, просто погуляю в другом месте, не велика беда.

- Ты предлагаешь прогуливать? – округляя глаза спросил Сережа.

- А что еще мне остается делать? – ничуть не смутившись спросила в ответ сестра.

- И где ты собираешься это делать? – оглядевшись по сторонам спросил мальчик.

- Не знаю. Сейчас сяду в какой-нибудь автобус, уеду подальше от дома, чтобы родителям на глаза не попасться и погуляю несколько часов. Погода хорошая, не замерзну. Ты со мной? – протянув руку поинтересовалась она у Сережи. Отказываться тот не стал.

***

- А сколько мы будем прогуливать? - спросил Сережа, на ходу откусывая от эскимо. Автобус, на который они сели, через несколько остановок привез их к небольшому скверу, в котором ребята и решили остаться.- Допустим мы прогуляем сегодня, а завтра что делать будем? Тоже прогуляем? И сколько мы будем этим заниматься? Рано или поздно родители узнают…

- Прогуливать придется до тех пор, пока не придумаем, что еще можно сделать. Просто так возвращаться нельзя. Неизвестно, что с нами после этого случиться. Потеряемся где-нибудь по пути домой, и все. Я так не хочу. Вечером попробуем поговорить с родителями на счет перевода.

- С трудом вериться, что папа согласится, - отозвался Сережа.

- С трудом, - согласилась Ксюша. – Но если отправить на переговоры тебя, может получиться.

- Скорее мы духов из школы как-нибудь прогоним, - буркнул Сережа. - Вот чего они могут бояться?

- Святой воды и экзорцизмов, - хмыкнула сестра.

- Воду достать не сложно, - задумался мальчик, -а эти, как их, эрзе… ну, второе, что ты сказала, это что?

- Это когда берут священника и отправляют в оккупированное потусторонними силами место. А дальше как повезет, - усмехнулась Ксюша и задумалась. – Знаешь, а ведь это идея! Пошли искать церковь!

Церковь нашлась недалеко, явно недавно построенная, с небольшой колокольней и церковной лавкой при входе. Она притулилась недалеко от детской площадки, на которой захотел остаться Сережа, пока сестра пойдет искать человека, готового взяться за изгнание злых сил, и смотрелась в окружающем пейзаже чем-то чужеродным.

- Только никуда с площадки не уходи, - согласилась Ксюша, собираясь с духом для разговора. Все же не каждый день она искала экзорцистов. – Ладно, я пошла.

- Ксень, может хоть пиджак застегнешь? - окликнул ее брат, выразительно глядя на выглядывающую из-под сестриного пиджака футболку в черепушках, щедро украшенных металлическими заклепками.

Совету брата Ксюша вняла, и застегнула пиджак на все пуговицы, но несмотря на это, ее появление в храме произвело фурор. Находившиеся в нем люди метали на нее полные осуждения взгляды и недовольно поджимали губы. Видимо девицы в коротких юбках, тяжелых ботинках и с непокрытой головой заходили в святую обитель не часто.

- С кем здесь можно поговорить по поводу нечистой силы? – громко спросила Ксюша у прихожан, надеясь, что ей расскажут где искать батюшку. Самой тратить время на его поиски было лень, к тому же, от непривычного, тяжелого запаха, витающего в воздухе, начинала болеть голова.

- Сатанистка! – громко взвизгнула одна из теток, до этого усердно отбивавшая поклоны перед иконой, тыча в Ксюшу пальцем. – Дьяволопоклонница!

- Пошла прочь из святой обители! – поддержала экзальтированную дамочку одна из бабушек, находившихся в церкви, начиная недвусмысленно потрясать тростью.

- Вы чего? – удивилась девочка, отступая на шаг назад. Из шапочного знакомства с верой, она вынесла, что православные люди должны быть добрыми, чуткими, милосердными… Угрозы физической расправы с применением подручных средств в этот список точно не входили. – Мне помощь нужна…

- Какая тебе помощь, антихристка? Таким как ты никакой помощи быть не должно! Пошла отсюда! – уже несколько бабулек сомкнув ряды начали теснить Ксюшу из храма. Приходилось отступать.

- Что за шум? – услышала она глубокий, спокойный голос откуда-то сбоку. – Нина Антоновна, Серафима Семеновна, - голос обратился к двум самым рьяным поборницам добродетели, - что вы делаете?

- Да вот батюшка, - мигом растеряв всю воинственность и превращаясь из злобных мегер в божие одуванчики, пропели бабульки, - сатанистку из храма выгоняем, - одна из названных ткнула в Ксюшу пальцем, чтобы у священника точно не возникло сомнений, кого именно они окрестили сатанисткой. – И не постыдилась же прийти! Да еще в таком срамном виде! Да с непокрытой головой! Прям с порога про нечистого речь завела, хулиганка!

- И ничего не про нечистого, - запротестовала Ксюша. – Я спросила, с кем могу поговорить по поводу демонов, а они как давай кричать и клюшками махаться! Тоже мне, оплот нравственности и взаимопомощи, чуть не побили!

Слушавший эту перепалку батюшка только брови приподнял от подобного замечания, а скандал между тем пошел на второй виток:

- Ах ты приспешница дьявола! Да тебя за такое камнями забить мало! – возмутилась бабушка, первой начавшая махать клюшкой.

- Прекратите! – чуть повысил голос священник. – Девочка сказала правильно, двери церкви открыты для всех, кто приходит за помощью. Мы не сортируем людей по внешнему виду, - бабульки пристыженно замолкли. – Пойдем, дочь моя, - обратился он к Ксюше, - я выслушаю тебя.

- Отец Тимофей, - представился священнослужитель, когда они вошли в небольшую комнатушку с запирающейся дверью. Обстановка в ней была спартанская, деревянная лавка вдоль одной стены, небольшой стол, несколько стульев с другой стороны, пара чашек, электрический чайник и несколько икон. – А к тебе как обращаться?

- Ксения, - ответила Ксюша, внимательно разглядывая священника. Он был очень молодым, этого не скрывали ни окладистая борода, ни чуть нахмуренные брови, ни нарочито строгое выражение лица. Веселые искорки, то и дело вспыхивающие в глазах, сводили на нет всю показную серьезность. Явно недавно закончил семинарию, или как там называются институты для попов, решила Ксюша. Хорошо, будет легче убедить его помочь.

- Что привело тебя ко мне, Ксения?

- Честно говоря, мне было все равно к кому, - призналась Ксюша, почесав кончик носа. – Но то, что я попала именно к вам это хорошо, - вздохнула она и начала рассказ.

Второй раз за время их короткого знакомства брови священника поползли наверх, да так там и остались. Бедный ребенок, подумал Тимофей, когда в своем рассказе Ксюша дошла до просьбы провести экзорцизм по изгнанию злых духов из школы. Здесь уже не священник, а психиатр нужен. И куда только родители смотрят, ведь явно же помешательство не сегодня началось. Неужели им все равно?

- Вы мне поможете? – в отчаянии спросила Ксюша, глядя на недоверие и жалость в глазах церковника. – Я правду говорю! Правду! Я не одна это видела, мой брат тоже там был! Он сейчас на улице стоит, если надо я его приведу и он все подтвердит! Поверьте мне, - с мольбой в голосе продолжила девочка. – Нам очень нужна помощь.

Как и предполагала Ксюша, сан отец Тимофей принял недавно, меньше года назад, к тому же в церковь он шел не за мирскими благами, а по зову души. Он действительно хотел помогать людям. И видя страдания девочки, сидящей перед ним, равнодушным остаться не смог.

Если для нее это так важно, размышлял Тимофей, надо попробовать помочь, а то мало ли что она в своем помешательстве натворить может. Решит, что пред ней демон стоит и устроит повальную резню, кому от этого хорошо будет? Да и мне грех на душу… Спрошу адрес, съезжу, посмотрю на эту школу, молитвы почитаю, лишним не будет. А потом попробую убедить девочку отправиться к врачу. И с родителями ее пообщаться не помешает, пусть они ее лечение контролируют. Ну нельзя же так ребенка запускать.

- Хорошо, - согласился он. – Я схожу и посмотрю, что можно сделать.

- Спасибо!!! – от переизбытка чувств Ксюша бросилась священнику на шею.

- Ну что? – спросил Сережа, когда сестра вернулась из храма.

- Все хорошо, согласился помочь! Сказал, в ближайшее время займется и сообщит мне о результатах.

- В ближайшее это когда? И как? Нам теперь каждый день сюда ездить придется?

- Нет, он у меня номер телефона взял, сказал, сам позвонит.

- Хорошо. Главное, чтобы не затягивал, - вздохнул Сережа и взглянул на время. – Нам еще три с лишним часа где-то гулять, куда дальше двинемся?

***

Выполнить данное странной девочке обещание отец Тимофей сумел только на следующий день. Отслужив первый и шестой час утренней службы и поговорив с прихожанами, он предупредил коллег, что ненадолго отлучится и вышел из храма, планируя обернуться за несколько часов. Почитав о месте, которое собирался посетить, отец Тимофей удивился, неужели в столь респектабельных учебных заведениях, настолько наплевательски относятся к здоровью своих учеников. Он считал, что за те деньги, которые отстегивают родители обучающихся, детям должны не только ежегодные диспансеризации устраивать, но и личных кураторов приставлять. Чтобы контролировали, как подопечные справляются с нагрузкой и не нуждаются ли в помощи извне. Может с руководством школы поговорить, описать сложившуюся ситуацию? Нет, отказался Тимофей от заманчивой идеи. Это будет нарушение тайны исповеди. Необходимо самому аккуратно повлиять на девочку, чтобы она рассказала о своих проблемах не только ему, но и кому-либо из близких взрослых.

Тихое, удаленное от дорог и домов место в окружении деревьев, в котором располагалась школа настраивало на созерцание и покой. Само здание, старинный особняк, из белого и серого камня с ажурным, высоким забором без слов наводило на мысли о надежности и солидности заведения. В голове не укладывалось, как кому-то могла прийти мысль о том, что здесь обитает зло.

«Ну и что дальше делать?» - размышлял отец Тимофей, внимательно осмотрев всю округу и не обнаружив ничего подозрительного. –«Вернуться и сказать, что все, что мог сделал? Помолился, благословил местность… Нет, врать нехорошо». Если он собирается утверждать, что сделал все возможное, для изгнания зла, значит надо на самом деле молитвы прочесть. Эх, и чем заниматься приходится? Надо для начала куда-нибудь с дороги отойти, а то позора не оберешься, если кто-нибудь заснимет, как он посередь деревьев на забор крестом машет.

Найдя небольшую полянку, огороженную кустами так, что с дороги сразу и не поймешь, что с той стороны кто-то есть, отец Тимофей взял в руки крест и молитвенник и укоризненно покачав себе головой начал совершать обряд.

***

Стас вышел из школы в преотвратнейшем настроении, второй день подряд ему попеременно полоскали мозги то директриса, то ее заместитель, обвиняя во всех смертных грехах. Ага, как будто это он ту парочку на собрание протащил… Сами облажались, а теперь ищут на кого ответственность спихнуть. А вот фигушки! Не он придумал розыгрыш, он только немножко в нем поучаствовал и охрану, которая не в состоянии засечь двух мелких вторженцев тоже не он на работу брал. Так что какие к нему могут быть претензии? И вообще, Ингу почему-то так не кошмарили. Что за дискриминация? Папе что ли пожаловаться? Нет, наверно не стоит. Он участие в таких забавах не одобрит, может еще и на сторону Людмилы Артемьевны встать, тогда еще и дома нотации выслушивать придется. Вот засада!

Сегодня вызов к директору пришел сразу после окончания уроков, и домой ему теперь предстояло возвращаться в одиночестве. Никто из приятелей не стал дожидаться, пока Стаса отпустят с очередной головомойки. Сволочи, подумал он со злостью, неужели так трудно было задержаться? Тогда можно было бы съездить куда-нибудь, развеяться… Домой в таком настроении возвращаться не хотелось, раздражение настойчиво требовало выхода. Отойдя от забора на расстояние достаточное для того, чтобы его не смогла разглядеть охрана, он дал раздражению выход и немного попинал деревья. Злость почти отпустила, когда он услышал невнятное бормотание, доносившееся из-за расположенных неподалеку кустов. Пока решал, послышалось ему или нет, бормотание повторилось снова, превращаясь в сплошной речитатив. Заинтригованный Стас решил обойти кусты и посмотреть, что же там происходит, тем более, что мотив речитатива показался до боли знакомым.

- Это что за концерт? – пробормотал потрясенный парень себе под нос с удивлением разглядывая представшую перед глазами картину. Мотив бубнежа не зря показался ему знакомым, на поляне за стеной кустов обнаружился размахивающий крестом священник. – Он что, деревья освещает? - недоумевал от происходящего Стас. А потом сообразил, не деревья, школу! Типа со злыми духами борется. – Щас я тебе устрою духов, - хихикнув, пообещал спине священника Стас и аккуратно, стараясь не шуметь, полез через кусты, на ходу отращивая себе рога и хвост.

***

Ощущение неловкости и несуразности, которое давило на плечи в начале службы, постепенно сошло на нет и речь отца Тимофея зазвучала ровно и гладко. В конце концов, какая разница, что и где освещать? Хорошая молитва еще не одному месту не повредила. Было хорошо, а станет еще лучше! Он дошел почти до середины, когда услышал за спиной деликатное покашливание. Внутренне приготовившись объясняться с прервавшим его человеком, отец Тимофей повернул голову на звук и громко заорал от неожиданности. Рука, с зажатым в ней крестом, резко вылетела вперед и угодила четко в лоб пришельцу. Как и следовало ожидать, шутник, столь неосмотрительно заставший его врасплох и напугавший, без чувств свалился к его ногам. Придя к Богу Тимофей никогда не забывал о теле и старался поддерживать его в хорошей форме, в частности несколько раз в неделю занимаясь боксом и каждый день тягая гири и штангу. Тяжело вздохнув и страдальчески поморщившись Тимофей присел на корточки рядом с поверженным парнем, не иначе как перепутавшему дату Хэллоуина и решившему прогуляться по округе в маскарадном костюме черта. Зато теперь становились понятны заявления пришедшей к нему девочки. Видимо ее так же попугали несколько раз, она и поверила.

Ну, хоть какая-то радость, решил Тимофей. Теперь я знаю, что на самом деле смогу ей помочь. Надо только этого шутника в чувство привести и уговорить обойтись без скандала, а потом можно будет ей позвонить и сообщить, что поводов для страха нет и все с ней произошедшее, просто злая шутка.

Прежде чем начать реанимировать поверженного врага, отец Тимофей решил снять с него маску, все же лицезрение чертячей морды перед глазами - это не то, что приятно видеть священнику. Да и подростка, лицо которого больше не скрывает маска пристыдить наверняка будет проще, подумал он и дернул за рога, пытаясь сорвать богомерзкий атрибут. Дернул раз, второй… Потом потянул за пятак, который красовался на лице вместо носа… и с размаху сел на траву. Маска не снималась.

***

«Электриком было проще», - раздраженно думал Николай, просматривая очередную порцию резюме кандидатов в его помощники. Идеальных кандидатур не было. Попадались или люди без опыта вообще, или без опыта в нужной сфере, или с опытом и даже с готовностью работать, но за такую зарплату, что цензурных слов просто не оставалось. И это он еще с ними лично беседовать не начал.

На самом деле он еще и вакансии не выкладывал, решил, что для начала стоит изучить, что вообще сейчас предлагает кадровый рынок. Кадровый рынок был необъятен и предлагал специалистов на любой вкус, цвет и кошелек, оставалось только понять, какой из них нужен именно тебе. А как это понять? Особенно с учетом того, что искомые специалисты иной раз использовали в своих резюме такие слова, что для расшифровки приходилось использовать Гугл. Пришлось углубиться в вопрос требований к специалистам ремонтно-строительной сферы вообще и компетенций помощника руководителя такой компании, в частности. Тут-то и выяснилось, что резюме – это цветочки. Да он в жизни столько непонятной хрени не читал! Законодательные акты, которые зачастую противоречили один другому, технические требования, требования к компаниям, допускаемым до участия в тендерах и другая ерунда, которая просто кипятила мозг. В очередной раз ощутив настоятельную потребность шандарахнуть ноутбук, на котором работал, об пол и попрыгать на нем сверху, Николай пытаясь успокоиться, ненадолго прикрыл глаза и откинулся на спинку дивана.

Почувствовав, что раздражение отпускает, он открыл глаза и перевел взгляд на жену, которая сидела в кресле напротив и усердно что-то бормотала себе под нос на буржуйском языке. Сегодня у нее было занятие английским и теперь она упорно повторяла пройденный на прошлом занятии материал и поминутно сверяясь со словарями пыталась выполнить домашнее задание.

Вот нечем же людям заниматься! Нет, чтобы мужу в чем-то помочь, она в английский вперлась. И дети тоже… Надо же, что удумали, в другую школу захотели! Да щас! Сколько нервов и денег ему стоило их в эту запихать, а теперь возьми и переведи? Да ни за что! Тем более, что наверняка изначально идея принадлежала Ксюше. Которая сначала придумала глупость, а потом убедила брата помочь ей в реализации. Вся в мать, снова завелся Николай, но вслух ничего не сказал. Слишком свежи были в памяти воспоминания о последней ссоре. И хотя, следуя совету Александра, он помирился с женой, притащив ей огромный букет цветов и извинившись за свое поведение, даже пару комплиментов сказал, было видно, что совсем его не простили. Так что накалять ситуацию снова не хотелось. И так чисто овощное меню только-только стало дополняться чем-нибудь более существенным.

Ничего, люди в любом возрасте учатся, и он тоже сможет. Был же дед, который в семьдесят лет программированию обучился! А он что, дурнее? Если для успешной работы и вливания в коллектив толстосумов ему потребуется разобраться в технических требованиях, управлении персоналом и остальной лабуде, он разберется. Ведь руководить фирмой, вообще ничего не зная, явно будет тяжело. Хотя бы выборочно, но дела контролировать надо. Опять же, если его начнут дурить работники, разобраться будет нереально, а перед законом отвечать придется ему. Нет, лучше он сейчас с трудом почитает, чем потом легко сядет в тюрьму. Стиснув зубы, Николай вернулся к своему занятию - просмотру резюме и чтению полезных материалов для открытия бизнеса.

***

Слава посмотрел на пустующую который день парту и тяжело вздохнул, Ксюши не было уже четыре дня. После ее фееричного появления на школьном собрании в пятницу вечером, он не знал, что делать и решил, что объяснять что-либо по телефону будет неуместно, и лучше будет поговорить в понедельник лично. Как раз за пару дней он успеет собраться с мыслями и придумает, как поделикатнее рассказать ей о том, что она увидела. Не придумал. Поэтому, не увидев Ксюшу в понедельник он вздохнул с некоторым облегчением, появился еще один день на составление речи, а уж до завтра он точно успеет подготовиться к разговору. Не успел… И Ксюша опять не пришла. Не появилась она и на следующий день. Слава даже до младших классов дошел, в надежде, что Сережа продолжает спокойно ходить в школу и Ксюшино отсутствие с произошедшим инцидентом никак не связано. Но нет, мальчик так же, как и сестра уже четыре дня не посещал занятия.

И что теперь делать? Дать ей время успокоиться и не торопить или все ж попытаться поговорить и все объяснить? Раздумывал Слава, в пол уха слушая пояснения учителя о ковалентной неполярной связи и ее отличие от связи ионной. Первый вариант представлялся более предпочтительным, но вот если представить себя на месте Ксюши, что бы он подумал в такой ситуации и как поступил? Наверное, захотел перевестись, или, уйти на домашнее обучение, без разницы. Главное, не возвращаться в бесовскую школу. К тому же не отпускало чувство вины…Ведь мог же предусмотреть возможность запугивания, но нет не предусмотрел, и даже не заметил, что над ней начали издеваться. Друг называется… а зачинщики всего этого безобразия вон они, сидят себе спокойно и никаких мук совести не испытывают. Наверное, правильнее все же второй вариант, пойти и поговорить с ней. Рассказать все, как есть, без утайки, а дальше пусть сама думает, захочет она продолжить общение или нет. И идти надо сразу после уроков, чтобы не успеть передумать. И так за оставшееся до окончания занятий время запасы решительности наверняка подистощатся. Может стоит уйти раньше? Нет, это не дело, и так последние несколько дней никакие знания в голову не лезут, еще прогулов для полного счастья не хватало. Надо попытаться сосредоточиться, вдруг придется помогать Ксюше наверстать пропущенное? Решительно тряхнув головой Слава сфокусировался на том, что говорил учитель.

***

- Слава, - искренне улыбнулась Татьяна, увидев парня на пороге. – Опять с Ксюшей позаниматься договорились? А чего не вместе пришли? Проходи. Что же вы не предупредили? Я бы пирог испекла…

- Здрасьте, - поздоровался Слава, заходя в дом. Так как дверь перед его носом не захлопнули, он сделал вывод, что родителям Ксюша ничего рассказывать не стала. Это внушало надежду на то, что выслушать его она не откажется. – Я Ксюшу пришел навестить. Она уже четыре дня в школе не была, у нее все хорошо?

- В смысле? – переспросила Татьяна переставая улыбаться. – Она же каждый день туда ходит. Только-только вернулась, переодеваться пошла…

Сообразивший, что сказал что-то не то Слава, только беспомощно пожал печами и попытался как можно милее улыбнуться.

***

Стук в дверь застал Ксюшу, сидящей на кровати в расстроенных чувствах. Неделя заканчивалась, теплая погода тоже, а решения проблемы она найти не смогла. Отец категорически отказался даже рассматривать вариант перевода, отец Тимофей на связь не выходил, что делать дальше было непонятно. Погода начала портиться, сегодня с неба сыпалось непонятная гадость, то ли дождь, то ли изморось, напоминая о том, что живут они отнюдь не в южных широтах, и что сентябрь подходит к концу. Скоро гулять по улицам целыми днями будет уже не так приятно, да и не дело это. Ладно пропустить неделю учебы, ну две… а потом что? ОГЭ за нее кто сдавать будет? Сереже проще, программу началки она ему объяснить сумеет, а вот самой пора уже что-то решать. Развернувшись на звук открывающейся двери и увидев стоящего на пороге Славу, она переменилась в лице, а вид маячившей за его спиной очень сердитой мамы заставил ее нервно сглотнуть и поежиться в преддверии серьезного разговора.

- Ксения, - начала мама тем самым тоном, который сулил очень большие неприятности, - к тебе пришли. Я сейчас принесу вам чай, пообщайтесь пока, а потом, мы с тобой о-о-очень серьезно поговорим, - пообещала дочери Татьяна и пошла за обещанным чаем.

- Привет, - поздоровался Слава, неловко переминаясь у порога и не решаясь зайти в комнату. – Я волновался. Вот, решил в гости зайти.

- Ага, - тяжело вздохнула Ксюша. – И в качестве мести за пережитые волнения не придумал ничего лучше, чем просветить мою маму о том, что я уже неделю школу прогуливаю, так?

Слава смущенно опустил глаза.

- Ладно вредитель, проходи, - разрешила Ксюша, пересаживаясь в дальний угол кровати. Не то, чтобы она думала, будто парень наброситься на нее и попытается как-то навредить, но чем дальше от него она находилась, тем ей было спокойнее. Его полыхающие в темноте глаза она во время ночной вылазки разглядеть успела.

Заметивший ее маневры Слава грустно усмехнулся и уселся в компьютерное кресло, стоящее у письменного стола. Повисло неловкое молчание. Начинать разговор первым никто из них не спешил. Вернувшаяся с чаем Татьяна удивленно оглядела хмурую дочь и расстроенного чем-то Славу, и составив на стол принесенные угощения тихо вышла из комнаты, давая детям возможность спокойно поговорить. По всей видимости им это было очень нужно.

- Сильно будут ругать? – спросил наконец Слава. И видя вопрос в Ксюшиных глазах пояснил: - За прогулы.

- Нет, наверное, - слегка пожала плечами Ксюша. - Как-нибудь отболтаюсь.

- Хорошо, - ответил Слава и опять замолчал, подбирая подходящие слова. – А где вы были, раз дома ничего не знали? – предпринял он еще одну попытку начать разговор.

- Гуляли, - односложно ответила Ксюша, не вдаваясь в подробности.

- Ясно… Сильно испугались? – наконец спросил он, заметив, как вздрогнула от его вопроса Ксюша. – Знаешь, я бы, наверное, тоже испугался. А с учетом того, что тебя еще и перед этим запугивали, вообще боюсь представить, что ты сейчас должна чувствовать… Но знаешь, все не так страшно, как ты могла подумать. И физического вреда тебе никто бы не причинил.

- Мне и морального хватило, - буркнула Ксюша. – «Не так страшно», - передразнила она, - ты хоть представляешь, что я чувствовала, думая, что схожу с ума?!

- Нет, - признал Слава, – не представляю. Но если все было настолько плохо, почему ты мне ничего не рассказала? Я бы тебя поддержал.

- Да я думала мне никто не поверит! – вспылила Ксюша. – Мне брат родной не верил, пока своими глазами не увидел, родителям я вообще сказать побоялась! А ты говоришь, что мне надо было пойти и все вывалить постороннему человеку? К тому же, - гораздо тише продолжила она, не замечая, как скривился Слава, услышав про «постороннего», - ты мой единственный друг в этом чертовом городе, и я не хотела, чтобы ты перестал со мной общаться из-за странностей.

- Я бы не перестал! – возразил Слава, поднимаясь с кресла и перебираясь ближе к Ксюше. Слова про единственного друга понравились ему гораздо больше, чем про постороннего. Он дошел до того места, на котором сидела Ксюша и видя, что бегать с воплями вокруг кровати от него не собираются, рискнул присесть на пол неподалеку от нее и взять девочку за руку. -И если впредь ты увидишь что-то страшное или непонятное, можешь смело рассказывать мне обо всем! Я обязательно помогу. Хотя, скорее всего подобные случаи больше не повторяться. Вы заявились как раз в тот момент, когда Людмила Артемьевна толкала пламенную речугу о недопустимости такого поведения. Знаешь, мы впечатлились, - проникновенно признался он. - А потом впечатлились еще раз, когда она на пару с Вадимом остервенело трясла всех нас, выясняя, кто рассказал о собрании и протащил вас в школу. А когда выяснилось, что никто из учеников этого не делал, впечатляться начала охрана, - от воспоминаний о произошедшем на губах парня появилась задорная улыбка. – Кстати, как вы туда попали? И зачем?

- Через забор перелезли, - призналась девочка, посмеиваясь над описанной Славой сценой. – А потом оказалось, что парадная дверь открыта, мы и зашли… - и рассказала о том, как вообще смогла додуматься до подобной выходки. Слава только и мог, что поражаться буйству ее фантазии. Это ж надо, додуматься до конопли на крыше!

- Ничего подобного у нас не происходит, - искренне заверил он, стараясь сохранять серьезность. А то мало ли что, вдруг он сейчас рассмеётся, а Ксюша решит, что это он над ней потешается и начнет выгонять. Когда в следующий раз поговорить удастся? А может пронесет и неприятного разговора удастся избежать, размечтался парень.

- А что у вас происходит? – на корню душа радужные мечты, поинтересовалась Ксюша. - Я же прекрасно помню что видела, и даже Сережа приобщился. И я тебе скажу, что увиденное в привычную нам картину мира никак не вписалось. К тому же, что за учебное заведение проводит собрание ночью? Это ненормально, так быть не должно! Или это у вас фишка такая?

- Нет, это не фишка. Это проявление нездорового чувства юмора Вадима Алексеевича, помноженного на его же раздражение. Давай я тебе сейчас кое-что расскажу, а ты мне пообещаешь, что про это никто больше не узнает, хорошо? – вместо ответа Слава получил полный подозрения взгляд. – Ничего противозаконного, - замахал он руками. - И ты даже можешь все рассказать брату… при условии, что он тоже не будет всем подряд разбалтывать об услышанном. Все равно никто не поверит.

- Ладно, - немного неуверенно кивнула Ксюша, внимательно разглядывая одноклассника, – давай попробуем. Обещаю.

- Хорошо, - чуть улыбнулся Слава. – Только сначала один вопрос, ты рассказала мне о своих предположениях касательно происходящего до собрания, а какие предположения у тебя есть теперь? Только честно.

- Ну, - замялась Ксюша, не зная, как признаться в своей вере в потусторонние силы и не быть поднятой на смех. – Я решила, что виноват злой дух или демон, который завелся в школе. Что он запугивает людей, а потом захватывает их тела.

- Ужастики любишь? – хмыкнул Слава. – Интересная версия, и даже почти близко к истине… Скажи, ты знаешь, кто я? – задал он следующий вопрос.

- Слава… Вячеслав Макаров, - не понимая, куда клонит парень ответила Ксюша.

- Моя фамилия тебе ни о чем не говорит?

- Нет.

- А Покровский?

- Фамилия Марка.

- И все? Ну ты даешь, ходишь в одну из элитнейших школ и даже не поинтересовалась с кем учишься, - укоризненно покачал головой Слава. – А между тем Александр Покровский, отец Марка, является главой Федеральной Налоговой Службы, слышала о такой? А мой возглавляет МЧС, - внимательно глядя на Ксюшу начал рассказывать Слава. Судя по лицу, девочка статусностью одноклассников впечатлилась. – Еще у нас есть дети церковников, МВДшников, ФСИНовцев… В общем, цветник. Кстати, что ты вообще знаешь про истеблишмент?

Ксюша задумалась. Знала она немного, политика в сферу ее интересов не входила никогда и про сливки общества знала только то, что слышала от родителей и их друзей, а они эти самые сливки обсуждали в таких выражениях, которые повторять при сыне одного из обсуждаемых было как-то невежливо.

- Ну, - аккуратно подбирая слова начала отвечать Ксюша. – Знаю, что они очень хорошо живут, что у них очень хорошие зарплаты и все родственники от десяти лет и старше талантливые бизнесмены.

- Обширные знания, - фыркнул Слава. – И в основе своей верные, но не совсем полные.

- Так просвети меня.

- Просвещу. Я думаю тебе стоит узнать, что когда тебя пугали в школе, никаких посторонних приспособлений ученики не использовали, ни галлюциногенов, ни масок… Пользовались только тем, чем наградила природа. Дело в том, что они не совсем люди, они древние, - и увидев заинтересованно приподнятые брови Ксюши пояснил: - нечисть. Вампиры, кикиморы, русалки…

- Ты сейчас меня разыгрываешь? – оборвала откровения Ксюша.

- Нет, я абсолютно серьезен, - возразил Слава и продолжил рассказ. - Когда-то давно, людей на планете было мало, и с древними они практически не пересекались. Спокойно жили и не мешали друг другу. Но шло время, люди активно размножались и вскоре пришли на те территории, которые принадлежали древним. Древние вторжение не одобрили и начали воевать с людьми. Ты наверняка об этом в каких-нибудь мифах читала, там правда все переврали, но не суть. Потом война стала перманентной. Люди, в отличие от долгоживущих древних плодились очень быстро и сколько бы народа не погибло в войне, на их место приходили новые люди. В какой-то момент древним это надоело и кому-то из старших пришла в голову мысль, что толпу, которую не можешь победить надо возглавить и подчинить. История не сохранила имени того, кто это придумал, но он воистину был мудр и велик. Древние последовали его совету. Идея была настолько гениальна, что такой порядок мироустройства сохраняется до сих пор. Древние занимают высокие посты и правят людьми, а люди подчиняются и обеспечивают их комфорт, - закончил ликбез Слава и стал ждать реакции Ксюши на свой рассказ. Как и ожидалось, девочка ему не поверила.

- Ты шутишь? – с непередаваемым выражением лица поинтересовалась она. - Думаешь, я в это поверю? Русалки… вампиры… древние… Долго сочинял? Решил поприкалываться? Не смешно! И вообще, почему ты о людях во втором лице рассказывал?

- Потому что я тоже древний, - вздохнув признался Слава.

- Ты? Хорошо сохранился, больше шестнадцати и не дашь, - съязвила Ксюша.

- А мне и есть шестнадцать, - спокойно ответил он. – Древние тоже рожают детей и взрослеем мы так же, как и вы. Никакой разницы.Вот только живем гораздо дольше.

- Да? И кто же ты тогда? Кикимора?

- Оборотень.

- Как символично, - фыркнула Ксюша. – И в кого оборачиваешься, в большого серого волка?

- Нет, в большого бурого мишку, - улыбнулся парень. – У меня же папа МЧС курирует.

- Не понимаю…

- Ну, как бы так сказать… Понимаешь, у нас клановая система, и когда между кланами начались стычки за власть, мы решили поделить сферы влияния, чтобы избежать лишних споров. С тех пор оборотни медведи отвечают за те ведомства, которые разгребают последствия всяких катаклизмов и бедствий, оборотни волки – взяли контроль над органами правопорядка… есть еще те, кто перекидывается в диких кошек, но они не очень любят политические игрища, слишком независимы. Они все в основном в бизнесе.

Судя по квадратным глазам с настороженностью следящими за ним, Слава понял, что Ксюша ему все еще не верит и пытается понять, это у него все-таки юмор такой нездоровый или он просто псих.

- Ну как же тебя убедить? – запуская пальцы в волосы спросил Слава. – Давай, я тебе кое-что покажу, только ты постарайся не орать, - попросил он, скидывая пиджак и начиная расстегивать рубашку.

Ксюша с интересом следила за представлением. Ей было любопытно насколько далеко зайдет импровизированный стриптиз. Увы, Слава ограничился оголением верхней части тела, а затем пристально посмотрел ей в глаза и раздался в плечах раза в полтора, параллельно покрывшись густой бурой шерстью. Горло перехватил спазм, помогая сдержать данное парню слово не орать, если бы не он, вряд ли бы Ксюше удалось его сдержать.

- Что это? – сумела наконец выдавить она.

- Частичный оборот, применяя такие фокусы тебя и доводили. Можешь потрогать, если хочешь, - разрешил он, чтобы окончательно развеять все ее сомнения. Ксюша предложением воспользовалась и подойдя ближе сначала провела ладонью по лохматой руке, затем по плечу, а затем, под громкий вопль негодования, попыталась выдрать клок шерсти с загривка. - Как тебе? – поинтересовался Слава, когда Ксюша наконец смогла поверить своим глазам и перестала пытаться его ощипать.

- Излишне волосато, - хихикнула Ксюша. - Тебя б побрить, и можно смело вязать свитер.

Слава обиделся и перекинувшись назад поспешил одеться. Когда последняя пуговица на рубашке была застегнута и парень, с молчаливого согласия Ксюши, устроился рядом с ней на кровати, она начала проговаривать полученную информацию вслух, пытаясь уложить ее в голове.

- Так значит, я попала в нечеловеческую школу, в которой учиться не пойми кто, у вас кланы, и каждый клан контролирует свое направление, так? Людей кроме нас с Сережей там нет и все остальные учащиеся… кто? Вот Марк, например, он тоже оборотень?

- Нет, Марк вампир. Как-то так исторически сложилось, что сбор податей они контролируют.

- А прозвище кровососы… - начала Ксюша.

- Скорее всего было дано абсолютно случайно, - закончил ее мысль Слава. – Но удивительно точно. Папа говорит, что люди иногда просто поражают его своей интуицией.

- Да ну? – не согласилась с ним Ксюша. – То есть кровь они не пьют?

- Уже давно нет. Мы эволюционируем, как и вы, и вампиры, например, научились питаться не кровью, а эмоциями. Отрицательными. Поэтому и выбрали себе то направление деятельности в котором этих отрицательных эмоций через край. Как рассказывал отец, одна удачная камеральная проверка и они весь вечер ходят пьяные и еще несколько месяцев сытые. Так что не переживай, кусать тебя никто не будет.

- Ага, - ничуть не успокоилась Ксюша. - А кто еще есть?

-Много кого, - пожал плечами парень, - злыдни, они в службе судебных приставов в основном сидят, гоблины в минфине, в минздраве лихо…

- Кто? – не поняла Ксюша. Про лихо она слышала только то, что его не надо будить, если они спит и теперь очень хотела узнать почему.

- Одни из представителей нечисти. У них плохое зрение и они питаются страданиями людей. Как правило не отстают от выбранной жертвы, пока не сведут ее в могилу, - охотно пояснил Слава.

- Как символично… - снова протянула Ксюша, давая себе обещание ходить в больницы как можно реже.

- Еще есть волоты, это великаны, они в основном работают в нашей охране.

- Школьные охранники из них?

- Да. А завхоз – домовой.

- Техник тоже домовой? – вспомнив старого, но бодрого и вечно веселого дедулю уточнила девочка.

- Нет, техник леший. Вообще, когда количество лесов сократилось и плутать народ в них стало сложнее, они принялись осваивать новые технологии. Лешие теперь в IT-сфере. Не злые, но вредные. Навигационное оборудование разрабатывают и улучшают. Не ломают, а добавляют в маршруты «творческие решения». Чтобы водитель минут двадцать поплутал, прежде чем сообразит, что его завели не туда. Люди ругаются на навигатор, а лешие — довольны. Конечно не совсем испуг, но на недостаток негативных эмоций не жалуются. А наш техник старый очень. Сказал, что не желает во всем этом техническом мракобесии разбираться и лучше уж в школе кем-никем потрудится. Все общение. Да и парк рядом знатный, иной раз кого и поплутать заставить выходит.

- А-а-а… - протянула Ксюша, пытаясь переварить информацию. - А Людмила Артемьевна кто?

- Виверна. А Вадим Алексеевич аспид. Вообще образование под ними, но у нас так получилось, что директорствует представительница другого вида.

- Какая прелесть – выдавила потрясенная Ксюша. – Слушай, а Стас, он кто и от кого? – спросила она, вспоминая оригинальные атрибуты, периодически украшающие голову ее одноклассника.

- Черт, - сверкнув глазами выдал Слава, подтвердив ее догадку. – А от кого… попробуешь сама угадать?

Ксюша задумалась, и начала сопоставлять странную связь между тем, к какому виду относятся нечистые и тем, какую службу они выбирают себе для контроля и побледнев округлившимися глазами уставилась на Славу.

- Да-да, именно они, - подтвердил он ее догадку.

- Не может быть… - выдала потрясенная девочка. -Я же в понедельник в церковь ходила, просила священника, чтобы он духов из школы изгнал … Он же согласился помочь… Зачем?

- Ты с такой просьбой в церковь пошла? – восхитился Слава. – И даже нашла того, кто согласился помочь? Фантастика. А вообще, ты что думаешь, что общалась с представителем древних? Брось, на таких рядовых позициях никого из наших нет. Нигде. Так что можешь ходить по инстанциям спокойно, никого кроме людей не встретишь.

Проговорили они допоздна, а потом Слава взглянул на часы и заспешил домой. Разговоры разговорами, а домашние задания никто не отменял. Ксюша назадавала ему целую кучу вопросов, пыталась подловить на путанице, но в итоге поверила, что все рассказанное – правда. Развеяв ее опасения на тему жестокого ритуального убийства директрисой прямо в коридоре школы, за своевольное ночное проникновение и сорванное собрание, он сказал, что будет рад видеть Ксюшу завтра и попрощался. Оставляя девочку укладывать в голове новые знания о мире.

***

- Кого я вижу? - услышал Слава голос Марка, выйдя за порог Ксюшиной квартиры. Сам Марк в домашней одежде стоял, привалившись плечом к стене, около двери лифта и ехидно ухмылялся.

- Чего выперся? – неласково поинтересовался Слава. То, что Марк живет где-то в этом доме он знал, но личной встречи надеялся избежать.

- Да вот, выглянул в окно, смотрю – ты топаешь. Ну не ко мне же в гости… Стал думать к кому, а вариантов-то не так уж и много. Думал с тобой побеседовать, так чуть не уснул, пока тебя ждал. Что ты там так долго делал?

- Не твое дело, - неласково ответил Слава.

- Неужели заинтересовался серой мышью? Никого посимпатичнее найти не мог? Какая непритязательность, - попытался уязвить оппонента Марк.

- Да лучше серая мышь, чем кукла, у которой в голове ветер свищет, а главная цель в жизни – шопинг, - совершенно спокойно ответил Слава, с удовольствием наблюдая, как самодовольная ухмылочка сходит с лица одноклассника.

- А твои родители уже в курсе, с кем ты дружбу водить начал? – прошипел Марк.

- А они моих друзей не фильтруют. К тому же, насколько я знаю, твои тоже на эту тему не загоняются. А вот знают ли они, что любимый сынок, разобидевшись на синяк, решил наплевать на все запреты и показать свою сущность, чтобы попугать девчонку, которая ему его поставила, это вопрос, - не остался в долгу Слава, оттесняя Марка от лифта.

- Я не знал о запугивании, - признался Марк. – Это была идея Инги. Меня в курс дела не посвящали, я бы такого не допустил.

- Ну вот мы и нашли доказательство великого ума твоей подружки. Кстати, я смотрю синяк уже сошел? Хорошая регенерация. Добрый совет, не нарывайся. Если врежу я, регенерация так быстро не справится, - сквозь закрывающиеся двери попрощался Слава.

***

После ухода Славы Ксюшу ждала фееричная головомойка. Ей высказали за все: и за то, что прогуливала, и за то, что обманывала, а главное, за то, что подбила на подобное брата. Без ее тлетворного влияния он бы до такого точно не додумался, была уверена мама. Закончилось все обещанием провожать и встречать ее из школы, буде подобное повториться еще хоть раз. И это еще в воспитательной беседе не принимал участия отец.

- Провожать, встречать, да хоть в классе вместе со мной сидеть! – кипятилась Ксюша, для успокоения нарезая круги по комнате брата. – Прогуливать мы начали… Да я бы посмотрела, кто после подобных зрелищ не начал! Небось, если б узнали, что их разлюбезные соседи – кровососы, тоже дальше в гости ходить поостереглись!

- Так может и рассказать? – спросил Сережа, которого сестра уже успела просветить на тему того, в чьем окружении им посчастливилось оказаться. Сильного потрясения он не испытал, во-первых, после теорий, выдвигаемых сестрой уже попривык ко всякой паранормальной жути, а во-вторых, они уже две недели среди этих нелюдей отучились. Если их до сих пор не съели, значит не такие эти древние и злые.

- Нет, я обещала, что расскажу только тебе, - вздохнула Ксюша и села на кровать.

- Жалко. Зато теперь мы можем вернуться в школу. Завтра пойдем, да? – с надеждой спросил Сережа у сестры.

- Ты – да, а я, наверное, еще день пропущу.

- Почему?

- Хочу съездить к отцу Тимофею. Надо же узнать выполнил он обещание или нет. А то может он мой номер телефона потерял, и теперь переживает, что не может связаться. Это же неправильно. А если еще не ездил - отменю просьбу.

- Мама ругаться будет, - с сомнением протянул Сережа, которому идти в школу одному было жутковато.

- Еще один денечек, - подмигнула ему сестра. – Она ничего не узнает.

***

- Сережка, ты пришел! – с радостным криком повисла на шее мальчика Алиса. И тут же в своей излюбленной манере начала тараторить. – Ты почему не приходил? Болел, да? А чем болел? Очень плохо было? А ты вообще часто болеешь? Я вот нет. Не люблю, дома сидеть скучно.

- Тише, я за тобой не успеваю! – взмолился мальчик. Алиса заливисто засмеялась и за руку потащила его к парте, а то вдруг уже забыл где сидит. Как обычно, они пришли первыми и в классе оказались вдвоем, поэтому Сережа рискнул тихо спросить. – Лиса, а это правда, что вы все нечисть.

Девочка перестала смеяться и резко отпустив руку Сережи отшатнулась.

- Откуда ты знаешь? Тебе кто-то из наших рассказал?

- Я видел, - обтекаемо ответил Сережа, - а потом мне рассказали. Я хотел узнать, может пошутили?

- Нет, не пошутили, - тихо ответила Алиса, отводя глаза. – Я не знаю, кто тебе рассказал, этого делать нельзя, но ты, пожалуйста не рассказывай больше никому.

- Не буду, я уже обещал, - ответил Сережа, вызвав у девочки слабую улыбку. – Лиска, а ты кто? Оборотень или вампир?

- Вот еще, - фыркнула девочка. – Я мавка! – ответила она, гордо задрав нос.

- А в чем разница?

- Мы красивше! А еще плаваем хорошо.

- Покажешь?

- Конечно! Я кого угодно обогнать могу! А еще долго под водой не дышать!

- Здорово. А кто еще у нас в классе есть?

- Значит так, - оживая и возвращаясь к привычной манере разговора откликнулась Алиса, - слушай. Ромка, он…

***

- Мальчик пришел, - сообщил Вадим Алексеевич, заходя в директорский кабинет и ставя на сто Людмиле Артемьевне чашку кофе.

- А девочка? – спросила директриса, поднимая глаза от документов, которые изучала до прихода помощника.

- Нет, только мальчик. Вызывать будем?

- Зачем? – откладывая бумаги в сторону вопросом на вопрос ответила Людмила Артемьевна.

- Побеседовать, предупредить, чтобы не распространялся о том, что увидел. Да наконец спросить, где шляется его сестрица и когда она собирается явить нам свой светлый лик. Неделю уже как на иголках сижу, надоело.

- Не вижу смысла. Если б они хотели что-то рассказать, уже бы рассказали. Но видимо детишки нам попались умные и сумели сообразить, что им все равно никто не поверит. Зачем переводить время на пустое сотрясание воздуха? Вот с девочкой я бы побеседовала, когда она появится. А появится она, я думаю уже скоро. Скорее всего в понедельник, надолго она брата в одиночестве не оставит. Дождемся, поговорим, тогда и будем решать, стоит нам переживать или нет. Хотя я все же думаю, что проблем не будет.

- А если будут? Не люблю заминать скандалы. Зачем ты их вообще приняла?

- А почему бы и нет? – проигнорировав первый вопрос ответила Людмила Артемьевна. – Пусть учатся на здоровье. Они – школьной программе, наши дети – контролю над собой. Не помешает. Небольшое недоразумение в стенах этой школы мы сгладить сумеем, а вот если они в обычной жизни начнут своими способностями щеголять, вот тогда могут быть проблемы.

С такой стороны Вадим на ситуацию не смотрел, а посмотрев в очередной раз поразился мудрости своей руководительницы, а еще изворотливости. Это ж надо так уметь, любую ситуацию себе во благо повернуть. Талант.

***

Второй визит в храм особого волнения у бабулек не вызвал. То ли помог платок, которым Ксюша покрыла голову, то ли втык, полученный от отца Тимофея. Заметив в стороне батюшку, беседующего с одним из прихожан она дождалась окончания разговора, а затем спросила, где может найти отца Тимофея. Ответ ее шокировал. Оказывается, отец Тимофей от сана отказался и найти его в этой церкви более невозможно.

- Ка-а-ак? – только и выдохнула Ксюша. – Я же с ним только в понедельник разговаривала.

- Мы тоже были удивлены его решению. Он очень любил службу и прихожан. А еще были удивлены поспешностью, с которой произошло извержение из сана. Но это его решение, мы можем только помолиться за то, чтобы он смог найти свой путь в жизни.

- А номер его телефона у вас есть? Можете мне дать?

Священник заколебался. По его лицу Ксюша видела, что сейчас ей откажут, поэтому сделала щенячьи глаза и сложив ладони лодочкой, попросила еще раз:

- Пожалуйста! Мне очень надо! Он обещал мне помочь!

Издав тяжкий вздох, священнослужитель достал из кармана рясы телефон и продиктовал Ксюше заветный номер. Искренне его поблагодарив и даже поставив свечку перед одной из икон, она выскочила на улицу на бегу нажимая кнопку дозвона.

- Слушаю, - прозвучал из динамиков знакомы глубокий голос.

- Отец Тимофей, это я Ксюша, - зачастила она в трубку, проживая, как-бы на том конце не прервали связь. – Я к вам в понедельник приходила, просила помочь. Вы меня помните?

- Помню. Тебя будет очень тяжело забыть. Где номер взяла?

- В храме. Вы все не звонили, и я начала волноваться, приехала к вам, а мне сказали, что вы сняли сан.

- Именно так.

- Почему? Мне казалось, вам нравиться служба. И моя просьба…

- Нравилась, - с тоской повторил бывший священник. - Я потерял веру, - признался он, - во многом благодаря твоей просьбе.

- Вы ходили туда, да? Что-то видели? Не пугайтесь, я могу вам все объяснить! Давайте встретимся, и я все расскажу, по телефону, наверное, о таком говорить не стоит… Но поверьте, все не так, как вы думаете.

- Все именно так. Ксения, спасибо за предложение, но я не смогу с тобой встретиться. У меня вечером поезд, возвращаюсь домой. К служению я больше не вернусь. Раз ты во всем разобралась и не боишься, я могу только порадоваться за тебя, а еще пожелать стойкости, которой не хватило мне.

Бывший священник завершил разговор.

Глава 13

- Агафонова, тебя просили препроводить в директорский кабинет, как только появишься в школе, - было первое, что услышала Ксюша, зайдя в класс после недельного отсутствия. – Но поскольку я искренне считаю, что ты достаточно взрослая для того, чтобы найти дорогу самостоятельно, за ручку я тебя туда не поведу. Сама доберешься.

- Вещи-то хоть можно оставить? – спросила Ксюша у Екатерины Сергеевны, показав на рюкзак, свисающий с левого плеча.

- С вещами иди, - подала голос Инга. – Если тебя сейчас вышибут, не придется еще раз на твою рожу любоваться.

- Оставь, - разрешила учительница, - и иди. Лучше не доводить до момента, когда придут за тобой.

- С тобой сходить? – предложил Слава.

- Макаров, ты куда собрался? – возмущению Екатерины Сергеевны не было предела. – У тебя сегодня что, индивидуальное расписание и первый урок отменили?

- Сама справлюсь, - подмигнула ему Ксюша и пошла получать заслуженный нагоняй за прогулы.

***

- Можно? – постучав в двери спросила Ксюша, заглядывая в директорский кабинет. Вопреки ее надеждам, Людмила Артемьевна была в кабинете не одна. Ее незаменимый помощник и верная правая рука, обнаружился на диване, с чашкой кофе и ноутбуком, на котором мужчина внимательно что-то читал.

- О, Ксения Николаевна, заходите-заходите, - поприветствовал ее Вадим, отставляя ноутбук в сторону. – Вы все же решили почтить нас своим присутствием! Весьма отрадно. А то мы уже начали переживать, что больше вас не увидим.

Ксюша внутренне поморщилась, общаться с вежливой и рассудительной Людмилой Артемьевной ей нравилось больше, нежели с ее ехидным заместителем.

- Ну что вы, Вадим Алексеевич, как я могла, - проходя в кабинет и усаживаясь на кресло для посетителей вежливо возразила Ксюша. – Просто дома были кое-какие дела, вот я и не приходила.

- Да? А родители эти дела подтвердят?

На это ответить Ксюше было нечего, и она лишь пожала плечами, признавая свое поражение.

- А знаете ли вы, Ксения Николаевна, что наша школа очень негативно относится к прогулам? Вплоть до отчисления. Что, кстати, прописано в школьных правилах, знание которых вы столь виртуозно нам демонстрировали не столь уж давно. Неужели данный пункт проскользнул мимо вашего внимания? – с насмешкой, скрытой под маской любезности поинтересовался Вадим.

Ксюша покосилась на Людмилу Артемьевну, ожидая, что та вступит в разговор и одернет своего помощника. В конце концов, все здесь присутствующие были прекрасно осведомлены, из-за чего она уроки пропускала, но директриса молча сидела за своим столом и с интересом следила за развитием событий. Было видно, что перепалки помощника со строптивой ученицей она воспринимает как увлекательные представления и лишать себя удовольствия от просмотра не собирается.

- Да, что-то такое там действительно было, - согласилась Ксюша, решившая, что раз никто ее спасать не спешит, придется защищаться самой. – Однако, я думаю, вы примете во внимание тот факт, что прогуливала я не по злому умыслу, а в силу некоторых объективных обстоятельств. Кто угодно на моем месте устроил бы себе небольшой отдых, если бы увидел то, что довелось увидеть мне.

- Неужели? Да, кстати, хорошо, что напомнили. А что собственно вы делали ночью, на территории школы? – продолжил давить на нервы Вадим.

- Расследование проводила.

- Расследование… чудесно. А известно ли вам, что проникновение со взломом на частную территорию законом нашей страны сильно не одобряется? Вплоть до уголовной ответственности?

- Прекратите, а, - устало попросила Ксюша. – Ничего вы мне не сделаете. Во-первых, ничего я не взламывала, двери, как и ворота, были открыты, во-вторых, вы меня что, совсем за дуру держите? Какая уголовная ответственность, мне всего пятнадцать. Меня могут посадить только за очень тяжелое преступление, к которым ночной визит в школу отнести точно нельзя. Ну пожалуетесь вы, и что мне сделают? Отругают и штраф родителям выпишут? Очень страшно. К тому же, тогда я, в свою очередь, все расскажу про вас!

- Угрожаешь? – развеселился Вадим. – И что же ты можешь про нас рассказать?

- Все! – запальчиво выкрикнула Ксюша, собираясь выложить все, что рассказал ей Слава, когда вдруг вспомнила его слова, которые он повторял не раз, за время их разговора:

–Я тебя очень-очень-очень прошу, никому ничего не рассказывай. Если кто-нибудь узнает, что я проболтался, у меня будут просто мега-проблемы.

- А кто узнает, что рассказал ты? – удивилась тогда Ксюша.

- Ну а кто еще? Не сама же ты до такого додумалась, - улыбнулся парень. – Поверь, вычислить будет не сложно.

- Я скажу, что вы травите учеников, или, что в школе завелись злые духи, с которыми вы вступили в сговор и продали им души! А Сережа подтвердит! – на ходу меняя текст, выдала Ксюша, понимая, что несет полный бред.

- Чего? – выражение лица Вадима внутренние ощущения полностью подтвердили. – Что мы сделали? – мужчина перевел взгляд на Людмилу Артемьевну, как бы спрашивая у нее, не ослышался ли он. Однако, судя по ошарашенному виду руководительницы, Вадим понял, что услышал все правильно. Переварив полученную информацию, он подтянул к себе ноутбук и начал что-то печатать. – Вот, - выдал он, закончив набирать текст и разворачивая ноутбук монитором к ученице, - ознакомься.

- Что это?

- Это, подборка желтой прессы за последний месяц. Ты только посмотри, какие заголовки: «Инопланетяне похитили женщину и попытались продать ее в сексуальное рабство», «Черти третий месяц терроризируют жителей деревни в Тверской области, заменяя им воду на самогон», «Полтергейст вселился в кошку и летал вокруг Кунсткамеры». Дальше зачитывать? Иди, рассказывай свою историю, она прекрасно дополнит тот список бреда, который уже имеется на просторах интернета.

- Может и бреда, а родители ваших учеников такому точно не обрадуются.

Теперь возразить было нечего уже Вадиму.

- Если ко мне больше вопросов нет, может я на урок пойду? Что-то еще успею послушать… И так много пропустила, теперь нагонять придется, - спустя несколько минут молчания спросила Ксюша, посмотрев на директрису.

- Иди, - кивнула ей Людмила Артемьевна, жестом прося собравшегося возразить Вадима, помолчать.

- Твой впечатления? – спросила Людмила Артемьевна у Вадима, когда дверь за ученицей закрылась и стих звук ее шагов.

- Наглая девица, - честно высказался он в ответ. – Дерзит и не краснеет.

- Ну, это-то не удивительно. В тех кругах, в которых она воспитывалась, такое поведение нормально. Дает хоть какой-то шанс на то, что тебя не сожрут. Я спрашивала не о впечатлении от девочки в целом, я в курсе, оно не самое лестное, а конкретно, касательно нашей ситуации.

- Будет молчать, - хмыкнул Вадим. – С таким бредом она сильнее сама ославится, чем нас подставит.

- Я тоже так думаю. Ну что, теперь ты успокоился?

- Не совсем. Мне кажется, она сказала не то, что хотела. И тогда возникает вопрос, что она знает?

- Это не важно, - отрезала Людмила Артемьевна. – Что бы она ни знала, не сказала сейчас, промолчит и в дальнейшем. И потом, доказательств у нее все равно нет, так ведь? А раз так, считаю вопрос закрытым, возвращаемся к работе. И вообщ6е, будь спокойнее, нервы портят цвет лица, смотрю на тебя, не молодой мужик, а упырь какой-то, ей-богу. Страшно в одном кабинете сидеть.

***

-Вернулась? – поприветствовал возвратившуюся на урок Ксюшу Марк. – За вещами, я надеюсь?

- Не дождешься, - ответила она, проходя к своему месту.

- Тихо! – прикрикнула на них Екатерина Сергеевна. - Для общения есть перемена, а сейчас я вообще-то урок веду.

- Извините, - буркнул он, и вернулся к конспектированию материала.

- Сильно ругали? – поинтересовался Слава, подходя к Ксюшиной парте, как только прозвенел звонок и им разрешили пойти на перемену.

- Нет, попытались напугать, но мне уже, наверное, ничего не страшно, - слабо улыбнулась Ксюша. – К тому же, после твоего рассказа бояться уже вроде, как и нечего.

- Ты им ничего лишнего не сказала? – немного нервно спросил Слава.

- Нет, я же обещала. А за информацию спасибо, я у тебя в долгу.

- Сходишь со мной на выходных погулять, и мы в расчете, - подмигнул ей Слава, тут же поспешив отойти подальше, чтобы не получить отказ.

Проводив его озадаченным взглядом, Ксюша тряхнула головой и внимательно уставилась в одну точку, усиленно пытаясь понять, что это было? Ее что, на свидание позвали? Нет, просто на дружескую прогулку. Занять свободный день, показать интересные места… Успокоив себя такой мыслью она решила, что отказываться, пожалуй, не станет.

В противовес приятному чувству, поселившемуся в груди после приглашения Славы, выступали насмешки Марка, который вдоль и поперек прошелся и по ее прогулам, и по ее виду, в момент «героического» распахивания подвальной двери, и даже по бесконечным отираниям Славы возле нее. Причем делал это в те моменты, когда услышать его могли только представители его же компашки. Ксюша стойко терпела весь день, но, когда по возвращении домой столкнулась с зубоскалом на лестничной клетке, и выслушала очередной комментарий на тему, что обычно природа отдыхает на младших детях, но в ее случае все произошло наоборот, не выдержала и затолкнув брата в квартиру, развернулась к Марку.

- Слушай, кровосос, тебе еще не надоело? Второй раз по морде получить захотел?

- Второй раз не получиться, - заверил ее Марк, - в первый раз тебе повезло. Ну, знаешь, эффект неожиданности там… К слову, прозвище ты сама придумала или Славка проболтался? – и увидев, как отвела глаза Ксюш, понял: - Значит проболтался. Как интересно, ничего для тебя не пожалел, все секреты выболтал, молодец какой! Вот интересно, а если об этом станет известно, как думаешь, его сильно накажут?

- Не сильнее, чем вас! Вы первые пугалки устроили!

- Ну, положим, я ничего не устраивал, все произошло без моего участия, чем я, признаться, сильно опечален. К тому же, после наших «пугалок», ты такими точными прозвищами не кидалась, значит, просветили тебя уже после. Я бы не стал, Инга тоже… Применяем дедукцию и вуа-ля, остается только один кандидат. Ну так что, будешь изображать из себя хорошую девочку или мне сообщить о не в меру длинном языке одного Ромео?

- Не посмеешь, - прошипела Ксюша, - я тогда о вас всем расскажу!

- Ой, испугала, - засмеялся Марк. – Нет, ну реально же смешно. Что ты расскажешь? Что в правительстве одни кровососы сидят? Так народ и без тебя в курсе. Или что директриса твоей школы чешуей обрастает? Ну-ну, иди. Знай, я тебя не забуду! Буду минимум раз в месяц к тебе в психушку с апельсинами приезжать, на нервы действовать, - мечтательно вздохнул он.

Ксюша сжала кулаки и решительно шагнула вперед. Издевательства над собой она стерпит, а вот то, что Славе может из-за нее достаться было неприятно. А значит, надо получить у Марка обещание не распространяться о произошедшем.

- Успокойся, - поднял руку Марк, заметив ее приготовления. - Бешеный хомячок, это забавно, но не под дверью моей квартиры. Скажут же, что я виноват. Ладно, не буду пока вас выдавать, наверное, интересно будет с тобой общаться без утайки. И кстати, троллить тебя мне не надоест еще о-о-очень долго, это так весело! – заверил ее Марк, козырнув на прощание и зашёл в квартиру.

- Ни фига себе обнаглели, - вспомнив разговор с Вадимом Алексеевичем ошарашено пробормотала Ксюша ему в след. – Вообще ничего не бояться!

***

«Если это минимальная программа каждой современной цивилизованной женщины, то те женщины, которые освоили максимальную просто киборги», - мрачно думала Татьяна, вываливаясь с занятий по английскому. Голова пухла от незнакомых слов и предложений, язык заплетался от непривычной артикуляции, а впереди была еще йога и домашнее задание по английскому. Теперь она очень хорошо понимала страдания дочери по поводу необходимости изучения третьего иностранного языка… Куда их столько? Они же перепутаются все! Тут от одного мозг грозится забастовку объявить, а там… Бедные дети. Хотя, признаться честно, английский был не единственной причиной перегрузки Татьяниного мозга. Стараниями Светланы, ее дни теперь были загружены всякими образовательно-развивающими программами, подготовки к ним или отработки после, настолько, что время, когда ей некуда было ходить и приходилось постоянно сидеть дома, вспоминались с ностальгией. Фитнес клуб, английский и курсы визажа были только первыми ласточками. И, как показала практика, даже не самыми страшными.

Когда во время очередного своего визита к соседке Света пригласила Татьяну составить ей компанию за обедом, она не почувствовала ничего плохого. Пригласила и пригласила, знак вежливости или просто скучно стало. Но когда на стол, за который она имела несчастье сесть выставили целую батарею столовых приборов, от которых разъехались глаза, она поняла, что согласилась зря. А когда Света, глядя на ее растерянное лицо сказала, что к уже запланированным для изучения дисциплинам требуется добавить этикет, окончательно осознала свою ошибку, но было уже поздно. Затем к этикету добавилась риторика, чтобы Татьяна научилась свободно поддерживать разговор и не замолкать после каждого слова. И вот последние два образовательных курса были воистину страшны, страшнее даже, чем английский. Татьяна пыталась пожаловаться Светлане на непомерность нагрузки и на то, что у нее просто не хватит времени на изучение всего этого одновременно, но сочувствия не дождалась. Именно тогда и прозвучала фраза, про минимальную программу каждой цивилизованной женщины.

- У тебя же куча свободного времени, а ты жалуешься! – выговаривала ей Света. – Я бы поняла твои страдания, если бы все эти занятия надо было посещать ежедневно, но нет. Они проходят всего два раза в неделю.

- Йога три, - возразила Таня.

- Йога - это не занятие, а отдых, - не приняла аргумент Света. – Так что ее вообще вычесть можно. И что у нас тогда остается? Восемь занятий в неделю. Не так уж и много.

- Но задания на дом…

- Не ной, это будет занимать всего пару часов в день. Плюс проезд, плюс йога, все равно, в среднем у тебя остается семь-восемь свободных часов ежедневно! Тебе что, семь часов не хватит, чтобы выполнить домашние задания?

- Ну, они занимают довольно много времени, - обтекаемо ответила Татьяна. – К тому же, семье тоже необходимо уделять внимание.

- Ну так не трать время даром, препираясь со мной, а иди и что-нибудь выучи. Вот и время свободное появится. К тому же, учиться тяжело только по началу, а потом не заметишь, как втянешься, - заявила ей тогда Света. Пока правда процесс втягивания был совершенно незаметен.

Единственные курсы, которые мне действительно необходимы, сердито думала Татьяна, спускаясь по лестнице, - это те, на которых учат не давать собой помыкать и говорить четкое и уверенное нет. Где бы такие найти? Вот там я бы задания с удовольствием отрабатывала.

На улице шел дождь. Не очень сильный, но вкупе с холодным ветром, постоянно меняющим свое направление, и задувающим под зонтики прохожих, с задачей увлажнения он справлялся на отлично, даже с перевыполнением. Запланированный маршрут, включающий в себя небольшую прогулку до метро, поездку до нужной станции и короткую же прогулку до фитнес-клуба, претерпевал вынужденные изменения. Мокнуть категорически не хотелось. Взглянув на часы Татьяна поняла, что если вызывать такси, то у нее образуется весьма приличный запас по времени. Домой, конечно, ехать смысла нет, а вот посидеть в полюбившемся ей кафе, на восемнадцатом этаже бизнес-центра, вполне хватит. Кивнув своим мыслям, она достала телефон.

***

- Вы опять заняли мой любимы столик, - услышала Татьяна, когда официант принес ей заказанную чашку чая и салат. – И теперь мне вновь придется напрашиваться к вам в сотрапезники. Позволите?

- Конечно, - улыбнулась Татьяна, которая втайне надеялась вновь встретить составившего ей в прошлый раз компанию мужчину, но столь быстрого исполнения своих мечтаний не ожидала. – Вы снова сделали заказ заранее? – не заметив поблизости официанта с меню поинтересовалась она.

- Да. На самом деле, я здесь настолько постоянный клиент, что мне можно даже не озвучивать заказ. Сотрудники уже давно выучили какое меню в какой день недели у меня на обед. Заказывать скорее приходится в тех случаях, когда я хочу изменить привычный распорядок. Ну что ж, рассказывайте, вы смогли поладить со своим тренером?

- Признаться, я его поменяла, вместе с направлением занятий.

- И на чем же вы остановили свой выбор?

- Йога. Не знаю, насколько она эффективнее в плане поддержания тонуса тела, но то, что я не выползаю после занятий как выжатый лимон, меня безусловно радует. И так нагрузок стало, хоть отбавляй.

- Расскажете?

- Ну, - замялась Татьяна. – Я даже не знаю, как начать. К тому же, вы наверняка меня на смех поднимете…

- Ни в коем случае!

- Поверьте, я бы сама над собой посмеялась, если бы не было так грустно. Взрослая тетя не может сказать нет установившей над ней шефство женщине и беспрекословно ходит на все занятия, на которые ей велели ходить. Разве не смешно? Визаж, йога, английский, мне уже этого было за глаза. Но она решила, что мало и теперь я посещаю еще курсы этикета и риторики. Я не понимаю английский, путаю закусочную вилку и вилку для салатов, не могу запомнить законы современной риторики и на курсах макияжа меня периодически ругают за неправильный подбор цветов. Я по несколько часов ежедневно трачу на выполнение того, что задают нам на дом, а ведь еще нужно уделить время семье. С грустью вспоминаю время, когда сидела дома и знать не знала, всех этих премудростей.

- Зачем хвататься за столько всего и сразу, если тяжело? – озадачено спросил мужчина. - Может лучше изучать все это постепенно?

- Не могу, - уныло улыбнулась Татьяна. – Света говорит, что надо все, сразу и в сжатые сроки. А еще добавляет, что это минимум знаний, который должен у меня быть.

- Какая суровая женщина, ваша Света, - иронично заметил он и замолчал, ожидая, когда официант расставит принесенный заказ на столе. – Знаете, - произнес он, когда официант отошел, - с подбором цветов я вам, пожалуй, помочь буду не в состоянии, а вот со всем остальным, вполне могу. Английский я знаю отлично, разговорная практика чуть не каждый день, поддерживать беседу ни о чем умею, и правила этикета мне не чужды. Если хотите, готов поделиться знаниями.

- Типа репетиторства? – игриво уточнила Татьяна.

- Выходит, что да, - поддержал он ее игру.

- И сколько же будут стоить занятия с вами? – продолжила кокетничать Татьяна

- Я думаю, что регулярных обедов с вами для начала будет достаточно.

- А потом? – уже серьезно спросила Татьяна. Желание кокетничать исчезло напрочь. – Возможно вы не поняли, но я замужем.

- Я все понял, - заверил ее собеседник. – И ничего предосудительного пока не предлагаю. Только помощь в учебе и совместные обеды, которые мы и так изредка устраиваем, - обвел он стол рукой, иллюстрируя свои слова. – Ну так что, вы согласны?

Татьяна закусила губу и задумалась. Она понимала, что соглашаться было совершенно неправильно, но мужчина, сидящий напротив, не казался опасным. К тому же ей так не хватало общения - обычного, теплого, а не того диктата, который устроила ей Светлана.

- Да, - кивнула наконец женщина. – Когда мы будем заниматься?

- Скажите мне расписание ваших занятий, - ответил он, доставая телефон и начиная что-то в нем набирать. – Я сравню его со своим расписанием, и мы определим удобное нам обоим время. А еще я попрошу сказать ваше имя и номер телефона. А то странно как-то, в репетиторы я вам набился, а имя не узнал.

- Татьяна, - представилась она.

- Игорь, - улыбнулся в ответ мужчина. – Ну вот и познакомились. Сейчас я еще добуду ваш номер телефона и больше вы не потеряетесь. Вас так давно не было видно, признаться, я боялся, что вы больше и не придете. А я даже не знал, как вас найти.

Глава 14

Найти заместителя оказалось на удивление не сложно. Перелопатив кучу информации и составив список компетенций, которым должен обладать его будущий помощник, Николай составил очень подробную вакансию, решив, что лучше он потратит чуть больше времени на написание текста, зато потом не придется отсматривать горы резюме и отсеивать неподходящих кандидатов. Стратегия себя оправдала, видя список обязанностей и требований, представленный в вакансии, большого количества желающих впрягаться в подобную кабалу не нашлось, а резюме из разряда «молодой, амбициозный, готов быстро всему научиться и приступить к работе» Николай сразу отклонял.

- Научиться они быстро готовы, - фыркал он под нос, отправляя стандартный отказ очередному соискателю. – Я тоже научиться готов, только где учителя взять? Нет, милый, двух готовых обучаться руководителей одна фирма точно не выдержит. Вот научишься, тогда и откликайся.

Подходящий человек появился буквально через несколько дней. Николай, изучая его резюме только диву давался, неужели такие люди существуют? Соискателя звали Андрей Иваньшин, был он на четыре года моложе самого Николая, имел несколько высших образований и такой опыт работы в разных организациях строительно-ремонтного профиля, что оставалось только удивляться, зачем ему вообще по найму работать? Тут уже впору свою фирму открывать. Непонятки закончились на собеседовании, когда кандидат заломил за свои услуги такую цену, что Николая чуть кондратий не хватил. С такой зарплатой открывать свое дело действительно не обязательно, понял Николай. Зачем брать на себя всевозможные риски, если и так можно жить вполне комфортно. Сказав сакраментальную фразу «я вам перезвоню», Николай в тот же вечер пошел к Александру, за советом по поводу кандидата и оправданности его запросов. Сосед пребывал в благодушном настроении и в небольшой помощи не отказал. Устроившись в кресле со стаканом бурбона и описанием трудового пути Андрея, он начал быстро пробегать по тексту глазами. Потом вчитался внимательнее. Закончив ознакомление с пятью листами текста, повествующими о становлении Андрея Иваньшина в качестве высокооплачиваемого специалиста, он отложил распечатку и поднял глаза на Николая.

- Ну? – в нетерпении спросил он. – Подходит? Не много запросил?

- Удивительное попадание, - задумчиво протянул Александр пристально глядя на соседа. – Коля, а ты знаешь, что просто поразительно везучий человек?

- Да я б так не сказал, - пожал плечами Николай. – Обычный вроде. Все как у всех, ничем не выделяюсь.

- Не скажи. Жена замечательная, дети хорошие. В лотерею выиграть умудрился, сюда попасть, со мной знакомство свести. И даже помощника найти именно такого, который тебе просто жизненно необходим. Это ли не везение?

- Так значит он подходит? – вычленил самое главное для себя Николай, пропустив мимо ушей замечание про жену и детей. – А зарплата? Может попробовать на меньшую сумму сторговаться?

- Подходит. Я конечно могу позвонить кое-кому, навести справки о его работе, но не думаю, что он сильно приукрасил, - кивнул на резюме Александр. – Лично я бы его по зарплате двигать не стал, если только в большую сторону. А так, дело твое. Только учти, если ты его упустишь, локти потом себе до колен сгрызёшь.

После такого напутствия, вопрос принятия Андрея был решен.

А вот чего Николай не ожидал совершенно, это того, что найти секретаршу будет гораздо сложнее, чем толкового зама. Красивая девочка в короткой юбке, сияющая улыбкой и приносящая кофе, о которой мечтал Николай, грозила обернуться серьезными расходами. Девочки, которые присылали свои резюме, были прекрасны, у многих было хорошее образование и опыт работы, но Николай упорно не мог понять, почему в их резюме стоит цифра, сопоставимая с зарплатой Андрея? Однажды, беседуя с очередной кандидаткой по телефону, он попытался это выяснить, на что получил ошеломительный ответ, что очень красивых и без особых обязанностей обычно для особых обязанностей и ищут. А это стоит денег.

- А если и без обязанностей, - отрезала девушка, послушав невнятные кваканья и бульканья Николая в трубку, долженствующие объяснить, что ничего подобного он в виду не имел и красавица ему нужна только для декоративных целей. – Эстетика нынче стоит дорого. Я что, на себе экономить должна?

Этот разговор помог ему переосмыслить подход к поиску секретаря и убрать из вакансии словосочетание «очень красивая». Да, девушки, которые стали откликаться на вакансию после этого не могли одним небрежным взмахом ресниц уложить к своим ногам штабели поклонников, но были вполне милы и не требовали за свою внешность астрономических сумм. Вспомнив удивительное преображение жены и великую силу макияжа, Николай понял, что дешевле будет взять вот такую, обычную и пару раз в неделю, когда будет сильно хотеться эстетики, отправлять ее к визажисту, нежели «замахиваться» на девушку, которая сама освоила все премудрости правильной покраски. Придя к таким выводам, Николай стал азартно изучать поступившие резюме, стремясь выбрать самую лучшую кандидатку из тех, что выразили готовность работать в его фирме. В один из таких моментов к нему и зашел Андрей.

- Николай Леонидович, а чего мы собственно ждем? – поинтересовался он, присаживаясь напротив непосредственного руководства и складывая руки домиком. – Я третий день на работу приезжаю, чтобы просто посидеть. Не то чтобы я был сильно против, чем себя занять я найду. За ваши деньги я даже пасьянсы раскладывать готов, но все же, может мы уже делом каким займемся?

- Понимаешь в чем проблема, Андрей, - оторвался от увлекательного занятия Николай, - мне с заказами помочь обещали. Тендеры там, то-сё… я под это дело и фирму создавал. Но тендеры эти еще не проводили, заказов пока нет, заниматься нечем. Что мы сейчас сделать можем? Только ждать.

- А вы когда фирму открывали, обговаривали, что она только под конкретные заказы работать будет? Самостоятельный поиск заказов исключен?

- Нет вроде, ничего такого мы не обсуждали. У меня полная свобода действий. Да только где их самостоятельно искать, заказчиков тех? Фирма новая, кто ж к нам пойдет?

- Ну попытаться то мы можем, - уйдя мыслями глубоко в себя и активно что-то просчитывая возразил Андрей. – В тех же самых тендерах самостоятельно поучаствовать, вдруг что выиграем. Плюс, могу поговорить со своими старыми клиентами, вдруг у них появились новые объекты, которые они согласятся нам подкинуть?

- Пробуй, - развел руками Николай. – Возражать не буду, а если что получится, только порадуюсь. А то пока не заработок, а расходы одни.

- Конечно, - тонко улыбнулся Андрей. – Еще вопрос, вы рабочих в штат брать планируете, или мы все на аутсорсинг отдадим?

- Не знаю, не думал еще. Как лучше будет?

- Лучше будет набрать своих, в которых сможем быть уверены, что работают на совесть и делают все качественно. Но нанимать стоит не прямо сейчас, а чуть попозже, когда хоть какие-то заказы на горизонте замаячат.

- А когда они замаячат, мы сумеем быстро найти таких, которые на совесть работают? – усомнился Николай

- Конечно. У меня есть на примете несколько замечательных специалистов, которые вполне готовы поменять место работы, при условии назначения им адекватной зарплаты, - заверил его Андрей. - Плюс, можно будет немного воспользоваться заемной силой, а потом уже доукомплектовывать штат в зависимости от потребности в людях, так должно выйти дешевле. Только учтите, к фирме с персоналом, должен прилагаться человек, который занимается кадровым делопроизводством. И здесь тот же вопрос, мы будем брать человека в штат, или отдадим ведение сторонней фирме?

- Не знаю я, - повторил Николай, чувствуя, что такие вопросы решать пока не готов. - Ты, кажется, в этом хорошо разбираешься, подумай как лучше и сам реши. Меня только в известность поставить не забудь, – и вернулся к прерванному занятию.

Получивший полный карт-бланш Андрей удовлетворенно кивнул и вышел из кабинета. Наконец-то он нашел себе занятие и больше не придется скучать, не зная, к чему себя приложить. К тому же, как он понял, вмешиваться в его работу Николай особо не будет и оспаривать решения тоже не станет. Это хорошо, значит, ему будет где развернуться.

***

Английский язык перестал казаться Татьяне непонятной, зубодробительной абракадаброй. Удивительно, но Игорю потребовалось не так много времени, чтобы вполне доступно объяснить ей то, с чем не справился преподаватель на курсах. И хотя длинные фразы по-прежнему завязывали ее язык морским узлом, а времена упорно путались в голове, с простейшей лексикой, из разряда заказа обеда в кафе или уточнения дороги к гостинице она теперь справлялась вполне хорошо. И риторика с этикетом больше не вызывали в душе Татьяны волны ненависти. Это было удивительно, без всяких зубрежек и заумных словес ее добровольный репетитор умудрялся так подать материал, что он переставал казаться сложным и заумным и накрепко оседал в голове. Татьяна не могла понять, то ли в Игоре пропал великий педагог, то ли дело в том, что в нем, в отличие от всех остальных тренеров и преподавателей она была заинтересована, вот и запоминала все, что он говорит. В любом случае, учиться ей стало не в пример легче, и на занятиях ее теперь хвалили гораздо чаще.

Единственным минусом в их встречах оказалось то, что Татьяне пришлось вновь пойти на пилатес. Просто выбора другого не было. Покрутив свое расписание и так, и этак Игорь пришел к выводу, что заниматься им будет удобнее вечерами. Хотя бы потому, что обеденные перерывы у него не имели четкой привязки ко времени и сдернуть с обеда его могли в любой момент. Ну не заставлять же Татьяну сидеть в кафе и ждать, когда он освободиться. А вот после окончания рабочего дня, Игорь уже мог с чистой совестью слать всех дергальщиков лесом и полностью посвятить ей свое время. Правда, график у него был не совсем нормированный, и рабочий день стабильно завершался после восьми вечера, но Татьяна заверила Игоря, что это не проблема и кататься туда-сюда по городу она не будет. Она просто сдвинет занятия йогой на более позднее время, чтобы заканчивать тренировки к концу его рабочего дня. Каково же было ее разочарование, когда профессионально подтянутая и улыбчивая девушка за стойкой рецепции, сообщила ей, что окон для записи на интересующее ее время у тренера йоги нет. На стретчинг записаться не удалось по той же причине. Единственными доступными ей вариантами оказались пилатес и современные танцы.

- Всегда хотела научиться танцевать, - улыбнулась Татьяна, думая о том, что готова ходить куда угодно, лишь бы не попасть снова к той садистке, которая пробовала на прочность ее позвоночник в первый раз. – А можно как-нибудь посмотреть, что это за направление такое?

- Конечно. Сейчас у одной из групп как-раз проходят занятия, могу вас проводить. Вечерние занятия ведет другой тренер, но общее впечатление о направлении вы составить сумеете. К тому же у нас есть несколько записей, которые демонстрируют успехи наших учениц, могу вам потом показать.

«Оказывается, пилатес – не самое страшное направление, на которое можно попасть в фитнес-клубе», - философски размышляла Татьяна, наблюдая, как молоденькие девушки, на каблуках такой высоты, на которых она бы даже устоять не смогла, активно прыгают по залу под какую-то излишне бодрую мелодию. – «Какое счастье, что сообразила сначала посмотреть, что это за танцы такие, а не стала сразу записываться. На своих двоих я бы отсюда не ушла…»

- Вам понравилось? - глядя в непроницаемое лицо посетительницы осведомилась администратор. – Показать видео?

- Нет-нет, не стоит, - поспешила откреститься от перспективы оказаться в больнице с переломами ног Татьяна. – Думаю, пилатес подойдет мне больше.

В первый вечер на тренировку она собиралась, как на казнь, раздумывая, останутся ли у нее силы на какую-либо умственную деятельность после предстоящей экзекуции или на встречу в кафе явится пребывающая в астрале тушка. Как ни странно, все прошло не так плохо, как ожидала Татьяна. После занятия она не выпала из зала на подкашивающихся ногах, чувствуя, как болит все, что только может болеть, а вполне спокойно вышла, ощущая лишь чуть большее напряжение в мышцах, чем бывало после йоги и это более чем стоило общения с Игорем. Он был замечательным! Галантный, веселый, спокойный, он не раздражался, если Татьяна чего-то не понимала, не упрекал ее за глупость, а спокойно, в очередной раз и чуть по-другому, объяснял непонятные моменты. Он не перегружал ее теорией, а с шутками и прибаутками объяснял все на практике. Так Татьяна обогатилась знаниями того, какое вино к каким блюдам подходит, как пообщаться с официантом только при помощи столовых приборов и научилась вполне сносно поддерживать ничего не значащие разговоры. В первый же вечер, как только официант принес им меню, Игорь заявил, что во время ужина общаться о делах вредно для пищеварения, и что все вопросы, связанные с ее занятиями, они будут обсуждать за десертом, а до того… А до того, Татьяне отныне нужно было придумывать тему беседы, которой они бы могли скрашивать ожидание заказа. По началу было сложно. Те темы, на которые раньше общалась с друзьями Татьяна, обычно касались семьи, работы и финансовых трудностей, и для обсуждения с Игорем казались неподходящими. Не рассказывать же ему насколько по-свински ведет себя Николай, или о том, как интересно было жить, когда до очередной зарплаты оставалось полторы недели, пятьсот рублей и полупустой холодильник. Да и тема разницы между кардным и гребенным сатином тоже казалась не самой подходящей. Сначала разговаривали о детях, Татьяна поделилась интересными историями из жизни своих детей, Игорь рассказал пару забавных случаев, произошедших с племянницей. Потом делилась воспоминаниями о Буе, рассказывала о истории города, а затем в ход пошли все темы, хоть как-то подходящие для обсуждения: прочитанные когда-то книги, просмотренные фильмы, последние новости и исторические события, они обсуждали все. И с каждым вечером поддерживать беседу у Татьяны получалось все лучше, а возвращаться домой хотелось все меньше. Игорь не забывал хвалить ее, всегда делал комплименты, и не заострял внимание, если она совершала какой-то ляп. В общем, делал все то, чего ей так не хватало дома и чему она так завидовала, когда находясь в гостях у соседки, становилась свидетельницей общения Светланы и Александра. Поэтому, когда Игорь предложил ей не разъезжаться по домам сразу после ужина, а, если позволит погода, устраивать небольшие прогулки по принципу: идем, пока не устанем, согласилась не раздумывая. И когда Игорь предложил в один из свободных от занятий вечеров сходить в театр, тоже согласилась - ей просто нравилось быть рядом с ним. Из единичной акции походы в театр превратились в еженедельное мероприятие. На каком-то одном Игорь зацикливаться не стал, и они посещали разные театральные подмостки. Каждый спектакль, как и ужин, завершался прогулкой по городу, во время которой они делились впечатлениями от увиденного, обсуждали произведение, по которому ставилась пьеса и просто разговаривали обо всем, что приходило в голову. Погода им не мешала никогда. Драматический Татьяне понравился, в оперетту она влюбилась раз и навсегда, а вот современные постановки отклика в душе не нашли.

- Видимо я слишком стара для всего современного, - вздохнула Татьяна, рассказывая о впечатлениях от увиденного, и поведала Игорю о своей «почти попытке» записаться на современные танцы.

- Да, мне современное искусство тоже несколько чуждо, - смеясь согласился с ней Игорь.

Возвращаться домой получалось все позже и позже, времени не хватало ни на что, ни на дом, ни на детей, ни на Николая. И на кухонную возню его тоже оставалось очень мало, да и желания по пол дня стоять у плиты Татьяна больше не имела. Хорошо, что была Лариса, которая поддерживала в доме порядок, и что Ксюша умела готовить достаточно хорошо, чтобы после школы накормить себя и брата, а вот с ужинами была беда. Вопрос найма повара из блажи мужа превращался в насущную необходимость. Однажды, во время прогулки, Татьяна спросила у Игоря, как проблему домашнего питания решает он, ведь точно не сам готовит. Представить его у плиты с половником в руках не хватало никакой фантазии, да и со временем у него было так же туго. Оказалось, проблема решалась двумя способами: еда или заказывалась в ресторане, или в фирме, привозящей готовые блюда на неделю. Хотя, вторым вариантом Игорь пользовался редко, столько, сколько доставляли, он не съедал практически никогда, и часть блюд оказывалась в помойке. Подробнее изучив эту тему на следующий день, Татьяна пришла к выводу, что нанимать повара им совсем не обязательно, ассортимент блюд, предлагаемый компаниями доставки готовых обедов, был довольно разнообразен и подходил их семье идеально. Немного успокоив свою совесть тем, что теперь дети не будут голодными, и Ксюше не придется регулярно стоять у плиты Татьяна снова с головой погрузилась в свое увлечение.

Николай на поздние возвращения жены особого внимания не обратил, сам регулярно допоздна пропадал в офисе. Спросил пару раз, где ее носит, но увидев предъявленные корешки театральных билетов и получив приглашение в следующий раз пойти на представление вместе с ней, с вопросами лезть прекратил. А после того, как в холодильнике снова появилась еда и вовсе успокоился. Захотелось жене культурно просветиться, пусть себе ходит, просвещается. Он же и сам ей говорил дома не засиживаться, главное, чтобы действительно, его с собой тягать не начала. Мысль о том, что Татьяна может посещать подобные места не одна, ему в голову не приходила.

Инцидент с Николаем особого впечатления на Татьяну не произвел, а вот перед детьми было стыдно, никогда раньше она не уделяла им так мало внимания. Прежде, все время, которое Татьяна не проводила на работе, она посвящала детям, почитать книжку, поговорить, подурачиться, утешить. А после переезда и вовсе стала жить только их проблемами. С появлением же Игоря приоритеты сместились. В очередной раз возвращаясь домой поздним вечером и находя детей давно спящими, Татьяна успокаивала себя мыслью, что совсем их она не забросила, в выходные же она оставалась дома. К тому же, у Сережи есть Ксюша, она его в обиду не даст и брошенным себя чувствовать не позволит, а Сережа, в свою очередь не даст заскучать сестре. Целуя спящих детей и укладываясь спать Татьяна думала о том, что долго подобное продолжаться не может, в конце концов Игорю надоест с ней возиться и она снова будет целыми днями сидеть дома, жить проблемами детей, ждать мужа с работы и пропадать на кухне. И вспоминать, как здорово было гулять с Игорем по ночной Москве и обсуждать закончившийся недавно спектакль. Так обязательно будет. Но сейчас ей слишком нравилось чувствовать себя живой, вспоминать, что мир не ограничивается четырьмя стенами квартиры, что мужчину могут заинтересовать не только ее кулинарные таланты, но и она сама, ее внутренний мир, это было слишком ценно, чтобы она смогла отказаться.

***

- Серега, я дома! – громко закричала Ксюша, захлопнув за собой дверь. – Ты обедать будешь? Если будешь, то спускайся, сейчас разогрею.

Ответа не последовало. Рассудив, что ей все равно придется идти на второй этаж переодеваться, а там и к брату в комнату заглянуть можно, вдруг он спит, Ксюша не стала снова повышать голос, и молча пошла наверх. Сережа не спал, брат нашелся там, где и положено быть болеющему человеку, в кровати. Он сидел на ней, плотно замотавшись в одеяло, сложив на груди руки и надув губы.

- Ты чего на весь мир обиженный? – спросила Ксюша, подходя к брату и кладя руку на лоб, чтобы проверить температуру. – И не отзываешься, я тебя на счет обеда спрашивала, ты что, не слышал? У нас сегодня макароны с котлетами, хочешь?

- Не буду я есть, - буркнул Сережа, сердито тряхнув головой и скинув руку сестры. – Уйди.

- Та-а-ак, что за демарш? – спросила Ксюша, присаживаясь на край кровати и пресекая попытку брата уползти от нее подальше. – Плохо себя чувствуешь? Врача вызвать?

- Нет, - пропыхтел Сережа, выкручиваясь из одеяла. – Уйди.

- А что тогда? Если ты мне не скажешь, что произошло, я не смогу тебе помочь.

- А ты и так не сможешь! Мама опять по своим делам ушла! – запальчиво выкрикнул брат.

- И? Ты из-за этого дуешься? – приподняла брови Ксюша.

Сережа не ответил. Он бросил бесполезные попытки выкрутиться из одеяла, чтобы отползти подальше от сестры и наоборот, начал активно в него заворачиваться, формируя вокруг себя плотный кокон. Ксюша посмотрела на ужимки брата и вздохнула, разговор обещал быть сложным.

- Серег, так нельзя, - ткнула пальцем в одеяло Ксюша, одеяло дернулось и хрюкнуло. – Ты же сам был рад, что у мамы какие-то увлечения появились, что теперь поменялось?

- То, что я заболел, а она все равно ушла, - из-за одеяла голос брата прозвучал глухо.

- Ну и что? Она и раньше не все время рядом с нами сидела, и уходила когда ты болел, на работу, например. Мы же как-то справлялись, и ты так не реагировал.

- Сейчас она не работает. И вообще, не такая стала.

С этим спорить было сложно, мама в последнее время сама на себя была не похожа. Начать с того, что в какой-то момент любовные романы, единственная литература, с которой Ксюша ранее ее видела, чудесным образом сменилась на книги других жанров, детективы, громкие новинки, научпоп, даже «Горе от ума» у нее почитать попросила. Мама говорила, что делает это для занятий риторикой, чтобы было, о чем говорить на занятиях, но Ксюша чувствовала, что дело не только в занятиях. На выходных занятий у нее не было, но она все равно оставалась странной: отвечала невпопад, думала о чем-то своем, и постоянно улыбалась. Разве так люди реагируют на высокую нагрузку? Да и что это за занятия, которые чуть не посреди ночи заканчиваются? Клуб анонимных сов? Подозрения сменились уверенностью, когда мама перестала просить ее помочь с английским, с чем раньше обращалась регулярно. В первый раз когда мама подошла к ней с подобной просьбой, Ксюша, посмотрев на тему, которую начала проходить мама, решила, что дело плевое, и сейчас она ей все ка-а-ак объяснит! Но очень быстро поняла, что была не права и начала активно сочувствовать Славе. Как он, бедный, столько времени ее дурость терпел? Оказалось, что объяснять простейшие для тебя вещи человеку, который в этих вещах «ни в зуб ногой» и вообще имеет склонность притупливать, очень сложно. Потерпев полное фиаско в попытках объяснить маме разницу между Simple и Perfect. Ксюша отправила ее искать ответы в интернет, и дала себе слово подналечь на французский. Злоупотреблять Славиной добротой больше не хотелось. И вообще, надо было его как-то отблагодарить. Например, пригласить в гости и напечь сладких пирогов, он же говорил, что ему нравится. Героизм надо поощрять. В последнее же время подобных просьб не поступало. А почему? Скорее всего потому, что она нашла другого, более интересного и подкованного помощника. Маму Ксюша ни в коем разе не осуждала, но Серёже ее поведение надо было как-то объяснить, а это было сложно.

- Ты же понимаешь, что не прав? – спокойно спросила она. – И что ведешь себя сейчас совершенно некрасиво, мама, если бы увидела, сильно расстроилась. Подумай, нас ведь тоже по пол дня дома не бывает, и что, нас мама когда-то встречала с подобным концертом? Или что, если бы сейчас она заболела, а не ты, ты бы перестал ходить в школу, чтобы сидеть с ней рядом и читать книжки?

- Да, - сердито пропыхтел Сережа.

- Нет, - отрезала Ксюша. – Потому что у тебя есть обязанности, одна из них – учеба. И у нее теперь так же.

- До ночи? – ехидно спросил брат, давая понять, что он не такой маленький, как о нем привыкли думать.

- Нет, наверное, не до ночи, - вынуждена была признаться Ксюша. - Возможно, она просто где-то нашла себе друзей и общается с ними после занятий… Сереж, нам надо за маму порадоваться, а не истерики устраивать. Подумай, разве она нам когда-то гулять запрещала? Нет. И сейчас не запрещает, тебя же после школы домой никто не загоняет, ты можешь спокойно задержаться и пообщаться с друзьями. Почему же мама этого делать не может? И за прогулы она нас не сильно ругала, и папе ничего не рассказала, а ты не можешь смириться с тем, что обед тебе сегодня я греть буду. Эгоист ты, Серега.

- Я не эгоист, я просто к маме хочу! – обиделся на сестру Сережа.

- А это и есть эгоизм, - хмыкнула в ответ та, - когда я хочу, и все. А мама хочет немного отдохнуть. Она много лет жила по маршруту дом-работа-дом, пусть развеется. Что мы с тобой, сами с назначениями врача не справимся? Или спать не уляжемся? - подмигнула Ксюша взлохмаченной голове брата, показавшейся из-под одеяла. – А если тебе вдруг воспитательного момента доставать перестанет - обращайся, покапаю на мозги в лучшем виде. Обещаю делать это как можно более неотличимо от родительских нотаций, - клятвенно заверила девочка, наблюдая, как лицо брата покидает нетипичное, угрюмое выражение. - Ну что, «Абдул», котлеты с макаронами есть будешь?

- Ага, - кивнул Сережа, спуская ноги на пол и тут же падая назад от сильного тычка сестры. – Ты чего?

- Здесь сиди, я сейчас все принесу, - и глядя на недоуменное лицо брата притворно удивилась: - Как, ты разве не знаешь, что если больной съедает обед в кровати и смотрит при этом мультики, то он выздоравливает в два раза быстрее? Не знаешь? Знай!

- А ты где будешь?

- Как где? С тобой. Ведь если съесть обед в кровати за просмотром мультиков, выздоровление проходит в два раза быстрее, а если проделать все это вместе с любимой сестрой, уже завтра здоровым проснешься! Хочешь завтра проснуться здоровым? – Сережа кивнул. - Тогда тебе ответственное задание, вспомнить самый-самый целебный мультик. Сам не вставай, вернусь - включу.

Сестра ушла, оставив Сережу с широкой улыбкой на лице и твердым убеждением, что у него самая лучшая сестра в мире!

Глава 15

Обещанную Славе на выходных прогулку пришлось отложить практически на месяц. Сначала не пускала мама, требуя для начала исправить все те тройки и двойки, которые посыпались на Ксюшу как из рога изобилия, после того как она устроил себе неделю внеплановых каникул. Потом в небесной канцелярии что-то перепутали и в Москве случился локальный сезон дождей. Лужи достигли впечатляющей глубины, пешеходы массово переобувались в резиновые сапоги, владельцы седанов начали завидовать владельцам внедорожников, и все вместе они испытывали жгучую зависть к счастливым обладателям резиновых лодок. Складывалось стойкое ощущение, что еще неделя подобных ливней и их владельцы смогут неплохо зарабатывать, развозя народ на работу, эдакое такси на воде. Какие уж гулянки, по такой погоде? Потом заболел Сережа, и Ксюша все свободное время проводила с ним, строго контролируя выполнение всех предписаний врача, а еще выполняла роль массовика-затейника. Они играли в приставку, в морской бой и карты, или в сотый раз пересматривали «Звездные Войны», от которых Сережа был просто без ума, или, что было гораздо хуже, начинали смотреть бесконечный мультсериал про говорящие машинки. В любом случае, погулять со Славой в это время она могла только дома, да и то, строго от кухни и до Сережиной комнаты.

Слава к постоянным переносам относился философски - не получается, значит не получается, ничего страшного, как-нибудь потом сходим. Но в свои слова видимо и сам не особо верил, потому что когда Ксюша наконец сообщила ему, что кажется на этих выходных сможет сдержать свое обещание и пойти с ним гулять, Слава выглядел скорее ошарашенным и растерянным, чем довольным. Возможно, если бы Ксюша сообщила ему эту новость хотя бы на несколько дней раньше, он бы обрадовался гораздо сильнее, но увы, на дворе была пятница, времени до выходных практически не оставалось, а идей, куда они пойдут с Ксюшей, не было. Изначально, когда он приглашал ее на свидание, погода еще вполне позволяла устроить полет на воздушном шаре, или отправиться в один из этно-парков, в изобилии расположенных в Подмосковье, или, на худой конец, на теплоходе по речке покататься. А сейчас? Намораживать сопли плавая по реке или по уши в грязи бродить по ноябрьским, раскисшим от дождей, лесам… нет, он конечно любит экстрим, но это уже перебор. Требовалось срочно придумать что-то еще. Со своими идеями было туго, и Слава решил прибегнуть к помощи «мировой паутины». Что сказать, интернет помог не сильно. Если отбросить не подходящие из-за погодных условий идеи, до которых он додумался и сам, основной мыслю, красной нитью проходящей через все статьи, посвященные свиданиям, была рекомендация отвести девушку в ресторан или кафе, и в романтической обстановке, располагающей к сближению, просто пообщаться с барышней. Возможно, если бы Ксюша была обычной девушкой, милой и повернутой на романтике, она бы и оценила подобное, но зная ее характер Слава чувствовал, что нужного впечатления кафе, даже самое дорогое, на нее не произведет.

Требовалось что-то другое, необычное, способное произвести на нее незабываемое впечатление. Решительно закрыв сайты с бесполезными советами, Слава стал вспоминать, что вообще интересного может предложить современная индустрия развлечений? Вот например, если бы он не на свидание собирался, а просто хотел весело провести выходные с друзьями, куда бы они пошли? В этом направлении думать оказалось проще, идеи, как можно провести время, нашлись очень легко, но самыми интересными и занятными показались боулинг и квесты. Поразмышляв еще немного, Слава пришел к выводу, что боулинг развлечение хоть и интересное, но вполне обыденное, а вот квесты заслуживают внимания, особенно если вспомнить, какое разнообразие жанров предлагают устроители данных забав. Вспомнив, чем увлекается Ксюша и потратив еще немного времени на просмотр вариантов, он нашел идеально подходящий ей квест.

- Супер! – радовался парень, скачивая билеты. - Кажется, мне все же удастся устроить незабываемое приключение.

***

Собираясь на встречу со Славой Ксюша жалела только об одном, о том, что не додумалась предложить ему пойти гулять в пятницу вечером, или ночью… Да хоть рано утром! Главное, что в таком случае она смогла бы избежать безудержного маминого энтузиазма.

Татьяна, дождавшись наконец первого свидания дочери, пребывала на седьмом небе от счастья и искренне хотела помочь ей подготовиться как можно лучше.

- Ксюшенька, ну что же ты опять свои джинсы натянула, - выговаривала она дочери. - У тебя же свидание, ты хоть юбочку надень.

- У нас не свидание, - закатывая глаза в неведомо который раз поправляла мать Ксюша, – у нас дружеская встреча. И юбочек, кроме школьной, у меня нет.

- Я тебе свою дать могу, размер-то один! Хочешь? И тебе в одежде разнообразие и Славе приятно будет.

- Мам, я тебе русским языком только что сказала, он меня каждый день в юбочке видит, так что с точки зрения разнообразия джинсы будут для него более непривычны. И вообще, отстань ты от меня с этой несчастной юбкой, прекрасно же знаешь, как я их ненавижу!

- Ну тогда хоть кофточку, - попыталась настоять на своем Татьяна, глядя как дочь натягивает черную толстовку поверх обычной, черной же футболки.

- Ноябрь месяц, какая кофточка, я ж околею, - в изумлении округлила глаза Ксюша.

- Потерпишь! Ради первого свидания можно. Ну ты сама подумай, как можно в этом куда-то идти? Никакой эстетики!

- Ногами? – с невинным лицом предположила Ксюша, решив больше не реагировать на инсинуации про свидание.

- Тьфу на тебя! – не выдержала Татьяна. – Как ты не понимаешь? Вот встретитесь вы придете… а куда вы, кстати, собираетесь?

- Без понятия, - честно ответила Ксюша. – Славка сказал, что это сюрприз и мне определенно понравится.

- Значит, наверняка что-то романтичное. Ты просто обязана хорошо подготовиться и соответствовать, чтобы не пришлось сгорать со стыда.

- Не волнуйся, я пожароустойчивая.

- Ксюша, ну хоть макияж! – взмолилась Татьяна, видя, что в вопросах одежды дочь не переубедить.

- Я накрасилась.

- Да? А почему я этого не вижу? – не поверила Татьяна.

- Значит, хорошо накрасилась. Мамуль, не переживай, сейчас так модно, - заверила ее дочь.

За разговором сборы переместились к входной двери и Татьяна, увидев в какой обуви намеревается идти дочь, снова не выдержала:

- Ты в этом идти собираешься? – тыча пальцем в ботинки воскликнула она.

- Да. А какие проблемы? – не поняла Ксюша, продолжая шнуровать обувь.

- Ксения, это уже не смешно! Обуй что-нибудь другое! Да хоть мои сапоги возьми! Нельзя в таком виде на свидание!

- У тебя сапоги на каблуках, я на них плохо держусь, - ответила Ксюша, закончив зашнуровывать обувь и потянувшись за курткой. - Мамуль, пожалей Славку. Если я выйду к нему как ты хочешь, при полном параде и на каблуках, он умрет от удивления. Или от смеха. Ты хочешь, чтобы его смерть была на твоей совести? – застегивая молнию спросила Ксюша, и не дождавшись ответа матери, помахала рукой потешавшемуся все время сестриных сборов Сереже (вот предатель, даже не подумал посочувствовать!) и выскочила за дверь. Конечно Слава еще не приехал, но лучше она его в подъезде подождет, для нервов спокойнее.

***

Ждать пришлось минут пятнадцать, однако за это время Ксюша успела сильно продрогнуть, и разозлиться на весь белый свет. Стоя на улице, продуваемой всеми ветрами и вздрагивая каждый раз, как под ее куртку пробирался очередной, особенно сильный порыв, она на чем свет стоит костерила смену времен года, разность атмосферного давления, свою несчастную судьбу, а также маму и Славу. Причем последним доставалось сильнее всего. Редкие прохожие с недоумением поглядывали на девушку, прыгающую на тротуаре и злобно что-то бубнящую себе под нос.

- Кофточка, - шипела Ксюша, растирая замерзшие, покрасневшие руки, - вот сама бы в кофточке на таком ветру и стояла! Мало ей Серегиной болезни, еще и меня решила простудить? Классная идея, суперская просто, вот только за Сережей ухаживала я, а за мной кто будет? И что будет потом? Опять «Ксения, что за безобразие? Как можно так учиться? Ты какой пример брату подаешь» - передразнила она маму. - А этот приглашальщик где потерялся? Адрес забыл? Зачем надо было на выходные договариваться, что мы, после школы никуда сходить не могли? Или это специально, чтобы можно было опаздывать спокойно?

За подскоками она не заметила, как к тротуару подъехало такси, постояло, ожидая пассажирку, а затем открылась дверь и из машины показалась Славина голова, окликнувшая ее. Прекратив занятия физкультурой, Ксюша поспешила к машине, готовясь дать выход накопившемуся раздражению.

- Чего так долго? – накинулась на парня Ксюша, как только забралась внутрь. – Думала околею, пока тебя дождусь.

- В смысле долго? Я же чуть раньше приехал, - недоуменно ответил Слава, посмотрев на часы. - Мы к часу договаривались, а сейчас без десяти, - он развернул руку так, чтобы девушка могла рассмотреть циферблат. - Ты чего такая злая?

- Да так, - с досадой ответила Ксюша, пытаясь успокоиться. В конце концов, Слава действительно не виноват, что она так долго на улице торчала. И в том, что погода такая мерзкая тоже не он виноват. Надо прекращать выкаблучиваться и не портить ему настроение. – Небольшое недоразумение дома.

- А-а-а, - понимающе протянул Слава, - тебя тоже пытались на свидание собрать? – и получив удивленный взгляд Ксюши утвердительно кивнул: - Ага. Все утро мама пыталась убедить меня, что неприлично являться на первое свидание без цветов, даже предлагала помочь с выбором. Никаких аргументов не слушала, пришлось спешно сбегать. Я из-за этого раньше и приехал.

На самом деле он и сам, до подсказок мамы, думал о том, чтобы подарить Ксюше цветы, но… Слава представил себе реакцию Ксюши, в момент вручения букета и место, в котором этот букет может оказаться в последствии и решил не рисковать.

- Видимо все мамы одинаковые, - усмехнулась Ксюша, окончательно успокаиваясь. В салоне такси на всю работала печка, поэтому руки довольно быстро вернули себе чувствительность, а тело перестала колотить мелкая дрожь. Устроившись поудобнее она с любопытством спросила у Славы: - Куда мы едем??

- Не волнуйся, тебе понравится! – ответил чрезвычайно довольный собой парень.

- Это я уже слышала, можно поконкретнее? Любопытно же, - чуть надула губы Ксюша.

- Любопытной Варваре… слышала такую присказку? Вот и терпи, - остался неумолимым Слава. – Если я сейчас все расскажу, сюрприза не получится.

***

Здание, перед которым остановилось такси было ничем не примечательным, обычная серая коробка, три ступеньки и небольшое крыльцо, и ни одной вывески. Ксюша с сомнением покосилась на Славу, однако тот, не выказывая ни капли сомнений, спокойно попрощался с таксистом и направился в сторону крыльца. Делать было нечего, пришлось идти за ним.

На ресторан точно не похоже, размышляла Ксюша. Зря мама об одежде переживала, наоборот, если бы я оделась, как хотела она, сейчас выглядела бы глупо. Но все же, что за дом такой? Слава что, по заброшкам решил полазить, а меня взял за компанию, как более опытную? Нет, не заброшка, опровергла она свою собственную мысль, наблюдая за тем, как подошедший к двери Слава нажимает на кнопку звонка и слушая переливчатую трель.

- Что здесь? – не выдержав, снова спросила Ксюша.

- «Спирит», - наконец сознался Слава, название показалось Ксюше смутно знакомым. – Крупнейшая компания квестов в Москве, самые крутые и правдоподобные постановки. Мы с ребятами как-то ходили, ощущения – огонь.

В глазах Ксюши зажегся огонек предвкушения. О таком развлечении как квесты она пока только слышала, не было в ее маленьком родном городке ничего подобного, но все, что она слышала было интересным и захватывающим, поэтому испытать новомодную игрушку хотелось неимоверно. Бросив на Славу почти влюбленный взгляд, она нетерпеливо покосилась на дверь, ну когда ее уже откроют? Интересно, какой квест Слава выбрал? Вот бы приключенческий, типа Форт Боярд. Или детективный, тоже хорошо. Они будут разгадывать загадки и ловить преступников, здорово же!

Дверь наконец открылась и их запустили внутрь. Коридор был совершенно обычным, несколько диванов и кресел, гардероб, в небольшом ответвлении были боксы для личных вещей, в которых их заставили оставить верхнюю одежду и телефоны, после чего повели вглубь. Молодой парень, с очень живым, подвижным лицом, на ходу торопливо проводил инструктаж:

- На прохождение маршрута отводится полтора часа, загадок практически нет, главная цель вовремя и полным составом пройти все локации. Если попадетесь и не сможете выбраться – вы проиграли. Если одного из вас схватят, второй может попытаться вытащить его. Если не сможете найти выход с какой-то локации, есть возможность попросить подсказку...

- Я знаю, - перебил его Слава, - я читал правила и на игре уже не в первый раз.

Однако парня его слова совершенно не убедили, и он спокойно закончил знакомить посетителей с правилами игры, после чего открыл малозаметную дверь, толкнул ребят внутрь и с громким хлопком захлопнул дверь. Комната, в которой оказались ребята была очень темной, из освещения присутствовала лишь тусклая лампочка, висящая под потолком, но и она явно доживала свои последние часы, мигая без конца. Такого освещения на большую комнату было недостаточно, и, чтобы дать глазам привыкнуть к освещению, и не набить себе шишек в незнакомом месте, Ксюша решила немного постоять. Вскоре интерьер комнаты стал более различим, и Ксюша смогла рассмотреть грязно-бурые стены, покрытые непонятными разводами, старую, местами сломанную мебель, давно потухший камин из-за решетки которого высыпалась зола и развешенные по стенам цепи в непонятных потеках. Последние впечатлили ее сильнее всего, на Форт Боярд обстановка не тянула совершенно однозначно, на детективную историю тоже походило слабо.

- Славка, а что это за квест вообще? – спросила Ксюша чуть дрогнувшим голосом и тут же испуганно вздрогнула, звук получился очень гулкий.

- «Во тьме», хоррор такой, - шепотом ответил ей Слава, учтя искажение звука в помещении. – По легенде мы попали в старый, заброшенный дом, в котором проживает безумная семейка, сумасшедшая девица и два ее братца маньяка. Они естественно очень не любят гостей… или любят? – с небольшим сомнением протянул Слава. – В общем, когда в их дом забредают случайные путники, они всеми силами стараются их поймать и убить или привести своей сестре, которая тоже гуманностью не отличается, а мы должны этого не допустить, быстро пройти через дом и выбраться наружу. Ты же любишь всякие ужасы, вот я и выбрал такую историю. Создатели обещают незабываемые ощущения и впечатляющую реалистичность, да и отзывы о нем хорошие, как раз для таких любителей, как ты, - закончил ликбез совершенно довольный собой парень, ожидая реакции своей спутницы: радости, энтузиазма, восторга, которых, почему-то не последовало. - Тебе нравится?

Ксюша тяжело сглотнула и неуверенно кивнула. Что-что, а оказаться в ужастике, в роли главного героя, она мечтала меньше всего. Девочка стояла и раздумывала, можно-ли закончить игру прямо сейчас и как сказать об этом Славе не обидев, он же старался, искал, отзывы изучал, а она ему, «все, спасибо, заканчиваем…»? Малодушие победило, Ксюша набрала воздуха в грудь, чтобы попросить друга закончить игру, как где-то за дверью раздался громкий истошный крик, переглянувшись ребята поспешили к источнику шума. Выскочив из комнаты, они обнаружили коридор, длинный и узкий он уходил в обе стороны и утопал в темноте, освещение здесь было такое же убогое, как и в комнате. Решить в какую сторону бежать им помог еще один истошный вопль, раздавшийся с правого конца коридора, поспешив на звук они добежали до поворота и осторожно выглянули из-за угла. За углом оказался зал, большой, гораздо больше помещения, в котором они оказались изначально и хорошо освещенный. Светильники, развешенные по стенам, давали достаточно света, чтобы можно было спокойно осмотреть комнату, и оценить и хирургический стол, и стоящий около него столик с разложенным на нем впечатляющим арсеналом всевозможных колюще-режущих приспособлений, и несколько стульев с подлокотниками, с которых сиротливо свисали пустые сейчас наручники…

«Лучше бы здесь было так же темно, как и в остальной части дома», - в панике поняла Ксюша, наблюдая, как стоящая к ней спиной женщина, мурлыкая себе под нос какую-то веселую песенку, протирает тряпочкой инструменты. Еще сильнее она укрепилась в своем мнении, когда с другого конца зала распахнулась дверь и здоровенный детина в черном комбинезоне с толстым слоем грима на лице и битой в руке, за ногу втащил в комнату какое-то тело. За телом тянулась широкая кровавая полоса и признаков жизни оно не подавало.

- Идиот! – набросилась женщина на бугая, разглядев, что тот притащил в зал. – Я тебя отправила его вернуть, а не убить! Ты сломал мою игрушку, кого мне теперь лечить? – кричала она, стуча кулаками по затянутым в черную ткань плечам. Бугай поник, скуксился и даже не пытался остановить ее. – Раз сломал, тогда меняй! – не терпящим возражений тоном приказала женщина. – Иди и принеси мне другую игрушку!

Ксюша приросла к месту, во все глаза разглядывая лежащего на полу, без всякого сомнения мертвого человека. Реализм, обещанный создателями, действительно впечатлял. Только что, практически на ее глазах убили человека, это ли не незабываемое впечатление? Интересно, а если они со Славой попадаться в руки этого громилы, они тоже станут для кого-то таким же впечатлением? Погрузившись в свои мысли Ксюша чуть не заорала, когда почувствовала, что кто-то осторожно схватил ее за руку и потянул прочь от страшной комнаты. Не пойми каким чудом сдержав рвущийся наружу крик она возмущенно посмотрела на Славу. Тот молча постучал по часам, безмолвно намекая на то, что время не ждет и если они хотят вовремя закончить маршрут, пора выдвигаться. В очередной раз судорожно кивнув Ксюша развернулась и пошла вперед, стараясь ни на шаг не отставать от Славы. Комнату, из которой они вышли, ребята прошли мимо, а вот в следующую комнату, оказавшуюся у них на пути, заглянули, быстро осмотрелись и, не найдя ничего интересного, продолжили путь. Так было и со второй, и с третьей, в четвертую, чуть отошедшая от потрясения Ксюша отважилась заглянуть сама. Темнота уже не казалась такой пугающей, шагов позади слышно не было, а выбраться из этого чёртова места хотелось неимоверно. Ксюша справедливо рассудила: если они будут осматривать комнаты по отдельности, а не топтаться вдвоём, процесс пойдёт быстрее. Слава не возражал и предложил закрепить за каждым свою сторону, чтобы не метаться по коридору. Ксюша согласилась и выбрав левую, тут же нырнула в очередную комнату, Слава, чуть пожав плечами, вошел в дверь напротив. Так прошли сорок минут игрового времени и не пойми какая часть маршрута. За это время они нашли ключ, затем дверь, которую этим ключом нужно было открыть, и которая выводила в другой, не менее темный и длинный коридор, затем нашли лестницу и, вопреки всем законам логики, поднялись на второй этаж. Ксюша настолько привыкла к темноте и успокоилась, решив, что маньяк остался далеко позади, что совершенно забыла о легенде, которую ей рассказал Слава, а именно о том, что маньяков в доме было двое. Поэтому, в тот момент, когда при осмотре очередной комнаты внезапно распахнулась вторая, не замеченная ею ранее дверь и на пороге нарисовался громила, не ниже первого, в такой же черной хламиде, но с немного другим гримом и топором, вместо биты, Ксюша заорала. С громким и пронзительным воплем выскочив в коридор она в панике заметалась по нему пытаясь сообразить, где искать Славу. Услышав за спиной тяжелые шаги и так и не определив, в какой стороне искать поддержку она распахнула ближайшую дверь и вбежала в комнату, обстановка в которой разнообразием не баловала: стол, покрытый грязной скатертью, кисточки которой доставали чуть не до пола, полуразломанная кровать, запыленное зеркало и шкаф. Недолго думая Ксюша забралась под стол, здраво рассудив, что из-под него выбраться все же несколько проще, чем из шкафа. Сжавшись в комочек под пыльной скатертью Ксюша вспоминала немного было поблекший в памяти кровавый след на полу, оставленный мужчиной, которого она увидела в самом начале игры и старалась дышать как можно тише, а лучше вообще не дышать. Глубоко вздохнув, она задержала дыхание вслушиваясь в скрип открываемой двери и тяжелые шаги маньяка, который, прошел мимо стола и направился к шкафу. Не сдержавшись, Ксюша всхлипнула от облегчения и замерла, наблюдая как маньяк сначала остановился, а затем развернулся и пошел в ее сторону. Самым логичным действием сейчас было выскочить из-под стола и попытаться убежать, но ноги не слушались. Поведение перепуганных бедолаг в фильмах, над которыми раньше девочка только смеялась, больше не казалось бредовым и вызывало понимание. Кажется, она была несправедлива, возможно они все же не были полными идиотами, и заслуживали сочувствие, а все их нелепые действия были вызваны не непроходимой тупостью, а ужасом, начисто лишающем способности думать. Чувствуя, как все волосы на теле встают дыбом (раньше она считала эту фразу метафорой), Ксюша только и смогла, что плотно зажмурить глаза, чтобы не видеть приближающихся ботинок и размышлять, можно ли поседеть в пятнадцать лет и насколько актуальной будет эта проблема, если маньяк все же поймает ее.

***

Услышав громкий крик Слава, полностью погруженный в игру и получающий от процесса массу удовольствия вздрогнул и выронил странный, продолговатый предмет с семью гранями, который до этого вертел в руках и пытался понять, пригодиться он в игре или это просто мусор и его можно без зазрения совести бросить тут. Опознав в кричавшей Ксюшу, он поднял с пола и засунул в карман непонятную фиговину, решив, что она его не утянет, а вот дойти до финала и топать назад, выяснив, что оставил здесь нечто важное, будет обидно. Парень выскочил в коридор и заметил широкоплечую фигуру, скрывающуюся в одной из комнат. Недолго думая Слава бросился туда.

- Эй! – крикнул он, увидев, как один из актеров, с кровожадным выражением на лице берется за край скатерти, явно намереваясь сдернуть ее со стола. Услышав окрик, маньяк обернулся и увидев наглого парня, спокойно стоящего в дверях и разглядывающего его, оставил скатерть в покое и пошел за ним. Мальчишка бросился наутек.

Поплутав немного по коридорам и комнатам Слава оторвался от преследователя и вернулся в комнату, в которой осталась Ксюша. Конечно он немного мухлевал, перестроив глаза и уши так, чтобы спокойно видеть в темноте и слышать чутче, чем дано человеку, но и оставлять Ксюшу надолго в одиночестве ему не хотелось. И правильно, понял он, когда обнаружил девочку там же, куда загнал ее актер, съежившуюся и с плотно зажмуренными глазами. Слава дернул ее за руку, чтобы вытащить из-под стола и тут же пожалел об этом, по ушам резанул громкий вопль, оглушая и малость дезориентируя в пространстве, вернуть слух в норму он не успел. А еще едва успел увернуться, чтобы избежать знакомства своих ребер с Ксюшиным ботинком. Кажется, предупредить ее о том, что причинять вред актерам строго запрещается он забыл. Быстро зажав ей рот и решив, что над причинами такого поведения он подумает позже, Слава крепко схватил Ксюшу за руку, вздернул на ноги и побежал. Вторая часть игры понравилась ему гораздо больше чем первая, наконец в ней появилась динамика. Они бегали, прятались и судорожно искали выход. Несколько раз их чуть не поймали, но это только добавило драйва. Наконец, когда была открыта последняя дверь (непонятный предмет о необходимости которого раздумывал Слава, действительно оказался ключом), получена причитающаяся порция поздравлений и забраны вещи, ребята, под радушное приглашение «приходить еще», вышли на улицу.

- Слушай, а неплохо так было, да? – спросил Слава у непривычно тихой Ксюши. – Хоть и не страшно, но довольно динамично, особенно во второй части.

Ксюша мрачно посмотрела на Славу, решая, шутит он когда рассуждает о том, что было не страшно или действительно такой, на всю голову отбитый. А уж если вспомнить о сцене в самом начале игры… Они же должны об этом заявить, разве нет? Поделившись своими сомнениями со Славой, она получила обескураженный взгляд и взрыв искреннего смеха. Не понимая такой реакции, Ксюша нахмурилась.

- Ты что, серьезно решила, что там произошло убийство? – так и не сумев совладать со смехом уточнил Слава. – Серьезно? А я все думал, почему ты так странно себя ведешь…

- А что, разве нет? – перебила его Ксюша.

- Нет, - покачал головой парень.

- А кровь тогда откуда?

- Это была краска.

- Откуда ты знаешь? – недоверчиво уточнила она.

- Почуял, - честно признался он. – А точнее, не почуял, там не пахло кровью. И безумием не пахло, люди, у которых психика нарушена пахнут немного по-другому, - пояснил он свои слова и добавил, - а еще тот «труп», которым нас хотели напугать дышал, хоть и тихо, я прекрасно слышал.

- Так что ж ты молчал? – возмутилась Ксюша, чувствуя настойчивое желание стукнуть Славу как можно сильнее. – Так сложно было рассказать?

- Ты не спрашивала. Я не думал, что ты все всерьез воспримешь, думал весело проведем время, получим незабываемые впечатления…

- Вот с последним все получилось, впечатления поистине незабываемые, - заверила его девочка и пошла прочь.

Слава растерянно смотрел ей вслед не понимая, что сделал не так. Она же любит ужасы? Любит, сама не раз об этом упоминала. Он устроил ей возможность побывать внутри ужастика, испытать более сильные эмоции, чем может дать просмотр фильма, чем она недовольна? Видимо, это и есть проявление женской логики, на которую иногда, после общения с мамой, сетовал папа, понял Слава и покачав головой поспешил догнать ее.

- Не обижайся, я не знал, что ты так испугаешься, - примирительно сказал он. - В следующий раз обязательно предупрежу.

- В следующий раз я с тобой никуда не пойду, пока не получу точную информацию о том, куда мы идем, зачем и на сколько, - фыркнула Ксюша. – И не факт, что после полученных сведений я соглашусь.

- Договорились, - в ответ фыркнул Слава. – Решай, куда дальше пойдем? Раз я провинился, дальше маршрут составляешь ты, тир, боулинг, скалодром?

- Может кафе? – выдвинула встречное предложение Ксюша, чувствуя, как мелко подрагивают ноги. – А потом можно просто погулять.

- Тебе же холодно, - удивился предложению Слава.

- Ничего, совсем не замерзну, - заверила его Ксюша. – К тому же, утром я долго на одном месте простояла, а теперь мы двигаться будем. Хочется спокойно время провести, активностей мне сегодня уже за глаза.

***

Легкий перекус помог Ксюше окончательно прийти в себя и заказав горячий шоколад на вынос ребята неспешно пошли в сторону центра, грея руки о теплые бока бумажных стаканов.

- Значит, ты умеешь не только становиться излишне волосатым, но и нюх у тебя лучше, чем у меня? – осторожно задала Ксюша интересующий ее вопрос. В стенах школы и после занятий, когда провожал ее домой, Слава старался больше не обсуждать с ней тему своего происхождения и девочка боялась, что и сейчас он отделается односложным ответом и сменит тему.

- Да, - кивнул парень. - И нюх, и слух, и зрение, все лучше, и скорость реакции тоже выше. И заметь, это я еще ипостась не менял, - дал он довольно развернуый ответ и Ксюша поспешила продолжить расспросы:

- А если бы сменил?

- Если бы посреди игровой площадки вдруг появился медведь? Думаю, тогда бы в панике бегала и орала не только ты, - ехидно усмехнулся Слава, но заметив, как нахмурилась Ксюша, начал объяснять подробнее. – Если бы сменил, было бы не интересно. Какой смысл ходить на подобные игры, если прекрасно видишь в темноте, слышишь и чувствуешь, где находятся актеры и можешь спокойно избегать встречи с ними, или убежать, скорость у меня тоже выше, так что не догонят. Я, признаться, ненадолго частично изменялся, помнишь, когда тебя под стол загнали? Вот тогда, чтобы быстрее к тебе вернуться. И ты знаешь, совсем не интересно было. Поэтому, как только тебя забрал, заканчивал маршрут как обычный человек. Почти. Все же органы чувств у меня гораздо лучше, даже сейчас.

Ксюша только завистливо вздохнула, эй бы подобные умения, она бы весь этот квест мигом прошла! Сколько нервов бы сэкономила.

- А другие тоже так умеют? Ну, Марк там, Стас?

- Умеют что?

- Видеть и слышать лучше чем мы, не изменяя себя, - как могла, попыталась сформулировать вопрос Ксюша.

- Чем вы – да, чем мы – нет. Все же звериная сущность в этом отношении дает определенные преимущества.

- И поэтому вы с ними враждуете? Оборотни с вампирами? Из-за ваших преимуществ?

- С чего ты это взяла? – с недоумением спросил он и тут же расплылся в ехидной улыбке. - А-а-а, киношек насмотрелась? Нет, мы с ними не враждуем, хотя конкретно Марка и его компашку я не люблю, да и он ко мне симпатии не питает, но это частности, на отношения внутри нашего общества они не влияют. И вообще, прекращай верить всему, что показывают по телевизору, ничего полезного там не скажут, а дури нахватаешься.

- Где еще мне брать информацию, если ты ничего не рассказываешь? – обиделась Ксюша. - Фильмы и интернет. Не хочешь, чтобы я читала и смотрела всякую, как ты выразился, дурь, тогда расскажи мне сам! - потребовала она.

- Что ты хочешь узнать? – сдался Слава.

- Все! Например, я читала, что вампиры бояться серебра, святой воды и чеснока. Если я приду в школу с серебряным крестиком и приложу его ко лбу Марка, он сгорит? А если оболью святой водой рассыпается в прах? Но в других источниках пишут, что со сто процентной гарантией вампира может убить только осиновый кол, где правда?

- Осиновый кол может кого угодно убить со сто процентной гарантией, - заверил ее Слава. – Что касается остального, если ты обольешь Марка, да и любого другого вампира водой, любой, закидаешь серебром или чесноком реакция будет одна, тебя громко и прочувствованно обругают.

- То есть они ничего этого не бояться? – чуть разочаровано протянула Ксюша. – А зеркала? Они же не должны в них отражаться? Как они с этим справляются? Или тоже вранье? А если не вранье, можно ли их сфотографировать?

- Вранье, - подтвердил ее догадку Слава, - фотку Марка на доске лучших учеников школы видела? Как бы она по-твоему там оказалась если бы его нельзя было сфотографировать?

- Может портрет, - буркнула раздосадованная Ксюша.

- Ага, с фотокачеством, - поддел ее Слава. – Все, что ты сейчас перечислила – неправда, как и непереносимость солнца, да и много что еще. Ксюша, пойми, перед тем как мы начали вливаться в ваш народ долгое время шла война. Люди знали, что мы существуем и были настороже, искали врага и иногда вычисляли нас и убивали. Это было неприемлемо, требовалось как-то с этим бороться. Поэтому и были придуманы все эти лже-способы проверки. Что проще, пустить слух, что вампиры не имеют отражения и боятся серебра и солнечного света, а потом, при возникновении подозрений с легкостью прогуляться под солнышком с куском серебра под мышкой пожевав предварительно чеснок или с пеной у рта доказывать, что люди не правы? А если они решат осиновым колом правду выяснить? Этот-то способ любого к вампирам приравняет, как я и говорил. И с русалками так же и с оборотнями. Все наши якобы слабости мы придумали сами, и ничего общего с реальностью они не имеют, просто позволили нам спокойно и без лишнего шума влиться в общество людей, спокойно жить среди вас, а потом… Ты помнишь, как раньше выбирали вождей?

- Нет.

- Вождями становились самые сильные, самые ловкие, самые уважаемые люди. Как думаешь, какой шанс у обычного человека конкурировать в ловкости и силе с нами? Никакого. Ничего удивительного, что спустя совсем не долгий срок вашими вождями стали мы. А получив власть еще сильнее озаботились тем, чтобы истории о вампирах, гоблинах, гарпиях и всех остальных превратились в сказки. И советы по разоблачению в них прописали, для самых недоверчивых, и ведь получилось. Кто сейчас в нас верит?

- Никто, - согласилась с ним Ксюша. - Какие умные у вас были вожди.

- Ага, - сказал Слава с отчетливой гордостью. – А касательно способностей, о которых ты спрашивала в начале, у каждого рода свои преимущества, у оборотней развиты органы чувств, у вампиров скорость и регенерация, русалки могут очень долго обходиться без воздуха и вообще, очень легко втираются в доверие, в этом отношении их только инкубы переплюнуть могут, как видишь, внакладе никто не остался.

«А люди?» — хотелось спросить Ксюше. Но вопрос прозвучал бы не по адресу. Засунув возмущение подальше, она снова сосредоточилась на рассказе Славы.

***

- Как все прошло? – в нетерпении спросила Татьяна, вернувшуюся дочь. Счастливой Ксюша почему-то не выглядела.

- Нормально, - чуть пожав плечами, устало ответила она.

- Где были? – продолжила допрос Татьяна. – Славе не пришлось за тебя краснеть?

- Нет, - вздохнула Ксюша, - Это мне из-за него бледнеть пришлось.

- Это как? – не поняла Татьяна.

- Не важно, - отмахнулась Ксюша. – У вас как день прошел?

- Спокойно, как еще он мог пройти? Так куда вы ходили? – не дала поменять тему разговора Татьяна.

- Слава устроил мне полное погружение в мир любимого кино, - непонятно ответила дочь.

- А кафе? – спросила Татьяна, решившая, что дочь имеет в виду поход в кинотеатр.

- Ага, зашли перекусить, а потом просто гуляли. Честное слово, ничего интересного.

- А цветы? – не могла успокоиться Татьяна.

- Какие? – не поняла Ксюша.

- Которые принято дарить на первое свидание, - возмущенно выдала мама. Ксюша только головой покачала. - Что, он даже цветы не подарил? – недоверчиво уточнила она.

- Нет. Мам, я же говорила, что это не свидание. Слушай, я так устала, просто с ног валюсь, я пойду отдохну, ладно? – потирая пухнущую от обилия впечатлений и полученных знаний голову спросила Ксюша.

- Может поужинаешь сначала?

- Не хочется пока, может позже, - улыбнулась Ксюша, и пошла отдыхать, оставив маму возмущаться нравам нынешней молодежи, это же надо, даже цветы не подарил!

Глава 16

Светлана вернулась домой светясь от радости, новая прическа и пальто прекрасно поднимали настроение. В очередной раз полюбовавшись на себя в висящее в коридоре большое, ростовое зеркало, Светлана пришла к выводу, что прекрасна как никогда. Короткая стрижка удивительно шла ей, делая и без того молодо выглядящую женщину еще моложе, плюс стройная, подтянутая фигура, плюс ярко горящие глаза, да, пожалуй, если правильно одеться, ее можно будет принять за ровесницу сына. Рассмеявшись своей фантазии, в которой она приходит встречать сына из школы, вся такая похорошевшая и помолодевшая и с радостным визгом бросается ему на шею, наблюдая, как зеленеет от злости физиономия его подружки. Не то, чтобы она была сильно против Инги, но иногда ее непробиваемая самоуверенность и наглость раздражали. Было бы неплохо сбить с нее спесь. А то додумалась, «Светлана Андреевна, в вашем возрасте вредно столько смеяться, морщины появятся.» Малявка! Не настолько она и старше самой Инги!

- Чему радуешься? – спросил жену Александр.

Светлана вздрогнула, увидеть мужа дома так рано она не ожидала.

- Да так, - слегка смутившись ответила она, не желая признаваться мужу, что причиной радости стало планирование мелкой пакости. Все равно не одобрит. Все же в некоторых вопросах Александр был жутким занудой. – А ты чего сегодня домой так рано вернулся? Не ожидала.

- Дожил, в своем же доме не ждут, - в шутку посетовал Александр и поспешил сделать комплимент по поводу новой прически жены. За все годы семейной жизни он накрепко усвоил, что невнимание к внешности Светы может обернуться грандиозным скандалом, а так как во время крика, обычно приятный голос благоверной становился больше похож на рев циркулярной пилы, Александр предпочитал уделять чуть больше внимания изменениям в ее внешности, нежели лишний раз слышать этот звук. Увидев удовлетворение на лице Светланы и взметнувшуюся к волосам руку, он решил, что с реверансами можно заканчивать и задал действительно интересовавший его вопрос. – Как там твоя протеже, готова к выходу? Давно ее не видел.

- С чего - это она стала моей и тем более протеже? – фыркнула Света. – Это из-за тебя мне пришлось вплотную ей заняться.

- Но тебе же понравилось, - прозорливо отметил Александр. – И не надо корчить такие рожицы, - посмотрев на взлетевшие к волосам брови жены отметил он. – Я прекрасно знаю, как ты любишь руководить, командовать и преображать, а тут такое счастье - человек, который совершенно не может тебе сопротивляться и беспрекословно выполняет все рекомендации.

Света вздохнула, за годы совместной жизни Александр узнал ее хорошо, даже слишком. Поняв, что заставить мужа почувствовать вину не получится она еще раз вздохнула и снова улыбнулась, все равно развлечение было классным. Как и сказал муж, командовать ей нравилось.

- Ну так что, готова? – снова напомнил о своем вопросе Александр.

- Наверное, - чуть неуверенно пожала плечами Света, Татьяну она не видела уже несколько недель, что было немного удивительно, с учетом того, что раньше соседка прибегала к ней чуть ли не через день, а потом вдруг пропала. Сначала Светлана не обратила на это особого внимания, не приходит и не приходит, хоть отдохнуть от нее немного, потом забеспокоилась, а вдруг это бунт? Возможно Татьяна просто забросила все занятия и боится в этом признаться, вот и не показывается ей на глаза? Однако, после телефонного разговора это предположение пришлось отмести, сконфуженной Татьяна не показалась, а зная ее характер смущение и неуверенный лепет в случае, если бы она все забросила, выдали бы ее с головой. – А тебе зачем?

- Да вот, думаю настало время показать их семейство миру, но решил сначала с тобой посоветоваться, а то вдруг Татьяна не готова, а я все за твоей спиной организовал? Ты мне этого долго не забудешь, - поддразнил он.

- Конечно не забуду, не над тобой же потом смеяться будут, - возмутилась жена.

- Ты преувеличиваешь, - возразил Александр.

- Я преуменьшаю, - сделала большие глаза Света. – Что за повод? Перенести никак?

- Не желательно, - протянул Александр. - Я хотел показать партнерам, через кого собираюсь проводить деньги. Конечно, можно обойтись и без личного знакомства, мне и на слово поверят, но все же лучше представить Николая. К тому же я столько о нем рассказывал, что общественность просто сгорает от желания познакомиться.

- Ладно, - согласилась Света, - раз без этого не обойтись, значит будем готовиться. Когда планируешь мероприятие?

- На субботу. Успеешь подготовиться?

- Успею, и Татьяну подготовлю. Надеюсь, их детей мы туда не потащим, о них ты общественности ничего не рассказывал? – спросила Света понимая, что при попытке преобразить Ксюшу она наверняка потерпит полное фиаско, слишком строптивой показалась ей девица.

- Нет, это будет излишне, - успокоил ее муж.

***

Звонок раздался совершенно неожиданно. Вздрогнув от неожиданности и чуть не выронив из рук чайник Татьяна пошла открывать дверь. На пороге стояла Света, заставив Татьяну удивиться еще сильнее. Некоторое время назад она перестала заходить к соседке за помощью, предпочитая по всем вопросам обращаться к Игорю, общение сошло на нет, и Светлана казалась этим обстоятельством вполне довольной. По крайней мере попыток связаться она не предпринимала. Единственный звонок был с вопросом о том, продолжает ли Татьяна заниматься. Тем удивительнее был её визит.

- Танечка! – лучась энтузиазмом воскликнула соседка, заставив Татьяну внутренне напрячься от нехорошего предчувствия. – Хорошо, что ты дома, я боялась, что могу тебя не застать. У тебя же на первую половину дня сегодня никаких планов нет? Отлично, собирайся!

- Куда? – спросила ошеломленная напором Татьяна на шаг отступая вглубь коридора.

- По магазинам. Собирайся быстрее, по дороге подробнее расскажу, - поторопила ее Света.

С сожалением осознав, что все еще не способна сопротивляться напору Светланы, Татьяна покорно поплелась собираться. Утешением служила мысль о том, что было бы гораздо печальнее, возжелай Света ее общества вечером. Нет, со своей робостью определенно надо что-то делать и как можно быстрее. Она уже взрослая девочка, пора научиться говорить «нет» всем тем, кто, как им кажется, лучшее нее знает, как ей распоряжаться своим временем. С другой стороны, как минимум Свете она должна быть благодарна, ведь если бы не ее неуемный энтузиазм, она бы так и осталась серой, затюканной мышкой, целыми днями сидящей дома, разве смогли бы в таком случае пересечься орбиты их с Игорем жизни?

- Уже готова? Быстро ты, - похвалила ее Света, без спросу решившая в ожидании соседки похозяйничать на кухне. С трудом подавив вспыхнувшее в груди раздражение, Татьяна напомнила себе о необходимости быть благодарной и поспешила увести Свету из квартиры.

По долгам надо платить, утешала себя Татьяна, подходя к машине. Вот расплачусь и в следующий раз с чистой совестью смогу захлопнуть дверь перед ее носом.

- Зачем тебе так срочно понадобилось ехать в магазин? – спросила Татьяна, оставив вторую часть вопроса «И почему надо было обязательно тащить меня с собой?» при себе.

- Мне? – удивилась в ответ Света. – Это тебе срочно надо подобрать себе наряд, я лишь составляю компанию.

- У меня есть в чем ходить, зачем мне новая одежда? – уточнила Татьяна, чувствуя, что ничего не понимает. У нее и так после прошлого раза шкаф вещами забит, зачем ей еще что-то покупать?

- Затем, что в субботу мы организовываем небольшую вечеринку, вы тоже приглашены. Вечер ни к чему не обязывающий, но выглядеть все равно надо достойно.

- На какую вечеринку? – ошарашено переспросила Татьяна.

- Тихую, домашнюю, - небрежно пожала плечами Света. – По большей части это предлог для мужчин собраться всем вместе и поговорить о делах, а мы в это время будем просто отдыхать и общаться. Народа будет не очень много, но подготовиться все же следует. Сегодня выберем что-нибудь подходящее из одежды, а в субботу заедем в салон, сделаем прическу и макияж, о записи я уже позаботилась.

- Могу я отказаться? – поинтересовалась Татьяна, чувствуя новый приступ раздражения от того, что в очередной раз Света все решила сама и просто поставила ее перед фактом. – Раз ты говоришь, что разговор пойдет о делах, значит мое присутствие не обязательно, достаточно, чтобы Коля пришел, я ведь правильно понимаю?

- Не совсем. Ты конечно можешь не прийти, но для бизнеса твоего мужа будет лучше, если все-таки придешь. Вы новенькие, вас никто не знает и естественно, хотят посмотреть, пообщаться и оценить. Если на вечер явится только Николай, сразу возникнут вопросы, где его жена, почему не пришла? И главное, нужно ли сотрудничать с человеком, который даже в своей семье отношения наладить не может, как он тогда бизнес будет развивать?

- Коля уже знает?

- М-м-м, не уверена, - чуть выпятив нижнюю губу ответила Света. – Кажется, Саша собирался сегодня с ним поговорить.

Ну хоть не мне одной сегодня сюрприз будет, - отворачиваясь к окну подумала Татьяна. Хотя, зная характер Николая, его подобное известие совершенно не расстроит.

***

- …а потом она заявила, что уже записала меня в салон! – возмущенно закончила пересказывать утренние события Татьяна.

- Так значит ты мандражируешь? – подтрунил Игорь, глядя на расстроенную спутницу. – Боишься оказаться в незнакомом окружении и облажаться? – прозорливо продолжил он.

Татьяна только рот открыла, вот так поддержал! А где сочувствие? Где утешение? Почему он издевается???

Игорь наблюдал за ее гримасами изо всех сил пытаясь сдержать смех, Татьяна давно перестала чувствовать себя скованно в его обществе и даже не пыталась сдерживать эмоции и контролировать мимику. Смотреть на нее в такие моменты было невероятно приятно.

- Прежде чем ты кинешься на меня с кулаками, позволь заметить, что я считаю посещение подобных мероприятий необычайно полезными. – Татьяна перестала пыхтеть как ежик и посмотрела на него с интересом. – Сама подумай, во-первых, ты сможешь потренировать навыки общения, считай, что это своего рода экзамен, а во-вторых, серпентарий на подобных тусовках собирается редкостный, но и знакомства на них можно завести очень полезные.

- Зачем мне полезные знакомства? – все еще дуясь спросила Татьяна.

- Они всем нужны, на то и полезные, - нравоучительно произнес Игорь, щелкнув Татьяну по носу. Успокоившаяся было женщина на секунду опешила, а затем, издав короткий, невнятный вопль, начала прыгать вокруг мужчины, в попытке отплатить тем же. Из-за разницы в росте затея была заранее обречена на провал, но Татьяна очень старалась достать, не думая о том, как выглядит со стороны. Игоря вопрос мнения окружающих тоже не волновал: он уворачивался от ее рук, запрокидывал голову и громко хохотал, походя скорее не на взрослого мужчину, а на расшалившегося мальчишку. Наконец ему надоело это развлечение и он, улучив момент схватил Татьяну за руки, развернув и прижав спиной к себе. – Помниться ты сетовала, что у тебя очень бойкая дочь? Знаешь, кажется я начал догадываться от кого она взяла характер, - заметил он, выравнивая сбившееся во время дурачества дыхание.

Так же как и Игорь, развеселившаяся Татьяна в очередной раз задохнулась от возмущения. Сейчас она ему такой характер покажет!

***

- Что это? – глядя на стопку листов, скрепленных степлером, которые Андрей положил перед ним, спросил Николай.

- Договор на обслуживание БЦ. Я пролистал, у меня вопросов не возникло, ознакомьтесь пожалуйста и если вас все устроит, можно подписывать, – спокойно ответил помощник.

Николай недоверчиво покосился на Андрея и придвинул бумаги к себе. Не то чтобы он не доверял его мнению — доверял, и даже более чем, — но подписывать документы, даже не читая, тем более в присутствии Андрея, всё же не решился. А то мало ли, что в следующий раз на подпись попадёт? К тому же, хоть в общих чертах ознакомиться надо.

- Сколько? – полузадушено прохрипел он, дочитав до суммы контракта и перевёл потрясенный взгляд на помощника: - Тебе как это удалось?

- Довольно просто, - небрежно пожал плечами тот. - Я, как и собирался, связался со своими старыми клиентами, поговорил и один из них согласился доверить нам обслуживание своего здания.

- Вот так просто? – не поверил Николай. – Ты просто поговорил, а он просто взял и согласился?

- Ну, в общем и целом, да, - кивнул Андрей, решив не посвящать нового работодателя во все нюансы проведенных им переговоров. А также не расстраивать тем фактом, что если бы не его репутация - фига с два они бы получил такой контракт.

Еще некоторое время посверлив подчиненного недоверчивым взглядом, Николай неожиданно широко улыбнулся и со всей дури хлопнул ладонью по столу:

- Так это же здорово! – прокричал он, подскакивая с места и бросаясь обнимать помощника, немного шокированного таким проявлением чувств. – Это надо отметить! Сегодня же пойдем! – заявил Николай.

- Николай Леонидович, право слово, может не стоит? – попытался отвертеться от попойки с начальником Андрей. – Нечего еще особо отмечать, вот когда окончательно на ноги встанем, разовьемся… Да и день завтра еще будний, в каком состоянии мы работать будем?

- Как это нечего? – поразился Николай. – А первый контракт? Да это знаешь какое событие? Ого-го, какое событие! Раз в жизни только бывает! А ты мне хочешь праздник испортить? И нажираться тебя никто не заставляет, просто тихо посидим, отметим, Ирочку с собой возьмем… Если такое грандиозное событие не обмыть, это ж наверняка работа не заладится! Ты что, хочешь, чтобы мы закрылись?

Андрей связи между попойкой и закрытием фирмы не видел, о чем и хотел сообщить начальству, но Николай его опередил.

- Ирочка! - заорал он в приоткрытую дверь. - Быстро найди нам какой-нибудь хороший ресторанчик на вечер. Пойдем отмечать нашу первую сделку, ты с нами, - и хотел уже закрыть дверь, но вспомнив о чем-то снова распахнул ее во всю ширь. – Да, и подготовь что там надо, чтобы вам с Андреем премию выдать, я подпишу.

Недавно принятая на работу секретарша Ира переглянулась с появившимся из-за плеча начальника Андреем, поймала его утвердительный кивок и чуть пожав плечами принялась выполнять поручения Николая. Отмечать, так отмечать, начальству виднее, а то вдруг откажется сейчас и премии не получит? Ей же не обязательно будет много пить, к тому же Андрей тоже с ними пойдет, если что, утихомирит шефа, а премия она лишней не бывает.

***

Андрей считал себя человеком умным и прозорливым, причем, как отмечали окружающие, отнюдь не безосновательно, а посему, когда вечер, как и опасался Андрей, из спокойных посиделок стал превращаться в банальную попойку, совершенно не удивился. Немного огорчился - да, но не удивился. Сам он не пил, сославшись на то, что за рулем, и Ира практически не пила, ограничившись парой бокалов вина, зато Николай… Николай наяривал за них троих, один за другим провозглашая тосты: за успешное начало, за долгое сотрудничество, за Иру, за Андрея, за прекрасный вечер, опять за начало деятельности и снова за Иру. Очень быстро кофе, которым он поддерживал каждый тост Николая, перестал лезть в глотку, и Андрей перешел на сок, Ира же, наоборот, начала заказывать кофе и украдкой сцеживать в кулак зевки. Взглянув на часы, Андрей, как мог тактично объяснил подвыпившему начальству, что время уже довольно позднее и неплохо бы отправить девушку домой, отдыхать. Начальство, после недолгих раздумий согласилось, и Ира на прощание бросив на Андрея полный благодарности взгляд, поспешила ретироваться со стихийного корпоратива. Андрей остался. Не потому, что боялся испортить отношения с новым начальником и лишиться работы — найти новую с его опытом труда не составит, — а потому что понимал: в таком состоянии Николай сам до дома не доберётся, даже такси скорее всего не вызовет, а значит, сегодня ему придётся по совместительству подработать персональным шофёром и доставить упившегося в зюзю шефа домой, благо адрес был ему известен. Николай недавно хвастался, в каком доме живет, а Андрей, по давней привычке запоминать всю поступающую информацию, запомнил. Пригодилось. Сильного недовольства, по поводу того, что приходится так бездарно тратить личное время и ждать, когда наконец Николаю надоест пить, он не испытывал. Несмотря ни на что, новый работодатель все же вызывал в нем симпатию. Человеком он был неплохим, вот только малость бестолковым и излишне… порывистым? Задумавшись над подбором наиболее точной характеристики Николая, Андрей пропустил момент, когда на их столике возникла очередная бутылка коньяка. Третья по счету.

- Николай Леонидович, может не стоит? Давайте вы возьмете коньяк домой и продолжите отмечать дома, с семьей… - аккуратно попытался воззвать к здравому смыслу начальства Андрей. Не удалось. Видимо того самого смысла у Николая было не так уж много и к алкоголю он был гораздо более восприимчив, чем его хозяин, а потому, отключился первым.

- Не, - мотнул головой Николай, едва не свалившись со стула. - Они не будут. Они не рады. Не поддерживают. Я для них все! Все, понимаешь? А они меня не любят, - грустно возвестил минутой ранее веселый Николай, а потом резко махнул рукой, и снова повеселев возвестил: - А и хрен с ними! Давай выпьем!

Изобразив на лице подобие улыбки, Андрей отсалютовал начальству стаканом апельсинового сока и пригубив немного откинулся на спинку стула, в пол уха продолжая слушать бормотания Николая. Периодически кивая в ответ на его вопросы, Андрей погрузился в свои мысли. Подумать надо было о многом: как лучше организовать работу, сколько персонала набирать, к кому еще попытаться обратиться на предмет контрактов.

Из раздумий его вывел грохот. Оказывается, Николай попытался встать из-за стола, но не удержался на ногах и свалился на пол. Пора домой, решил Андрей, жестом прося суетящегося вокруг упавшего клиента официанта принести счет, и помогая Николаю вернуться на стул. В этот раз требования о продолжении банкета он проигнорировал. Практически волоча бесчувственное, тяжеленое тело шефа к припаркованной неподалеку машине, Андрей пытался смотреть на жизнь позитивнее. Получалось не очень. Как оказалось, Николай пребывал в очень неудобном для транспортировки состоянии, которое Андрей называл недоперепил, лучшим средством борьбы с которым выступал еще один-два молодецких глотка алкоголя, но увы, недопитый коньяк он оставил в ресторане. Дурак! Начальник периодически пытался вырваться и идти самостоятельно, попутно отдавливая Андрею ноги или наоборот, резко расслаблялся и наваливался на него всем весом, практически опрокидывая своего помощника на тротуар. Слабым утешением служила мысль, что завтра утром Николаю будет гораздо хуже, чем ему сейчас. Все это сопровождалось невнятными бормотаниями, обещаниями и похвальбой:

- Мы и са-а-ами можем! Все можем! И без помщи. Они еще уви-и-идят! Сами! – вещал пьяный Николай, пробуждая в душе Андрея недостойное желание бросить его прямо здесь.

Внезапно вопли и шатания прекратились, а сам Николай замер на месте уставившись на пару, веселящуюся на другой стороне дороги. Мельком бросив взгляд на дурачащихся неподалеку людей, которые совершенно не обращали внимания на происходящее вокруг и искренне им позавидовав, Андрей воспользовался моментом и дотащил пребывающего в ступоре начальника до машины. Однако при попытке усадить его на заднее сидение снова возникли проблемы: упершись одной рукой в крышу машины, а другой в открытую дверь, Николай ни в какую не желал садиться внутрь.

- Николай Леонидович, я вас очень прошу, садитесь в машину. Вы не единственный человек, которому сегодня надо домой, - взмолился Андрей, не оставляя попыток запихнуть шефа в салон. Николай был крупнее, но на стороне Андрея была трезвость, а потому, после непродолжительной борьбы, ему все же удалось запихнуть начальство в машину и захлопнуть дверь. Николай не возмущался - он довольно резво, для человека, который еще минуту назад на ногах держался с трудом перебрался к противоположной двери и снова стал наблюдать за веселящейся парочкой.

- Дались они ему, - покачал головой Андрей и смахнув выступившую на лбу испарину, поспешил за руль. Домой хотелось неимоверно.

Из окна отъезжающей машины уже далеко не такой пьяный Николай во все глаза смотрел, как его жена, весело смеясь, обнимается с каким-то мужиком.

Глава 17

Просыпаться было тяжело. Голова раскалывалась. Судя по ощущениям, ночью там произошла революция: власть захватили тараканы и теперь отплясывали на останках мозга развесёлый гопак, отмечая это событие. И проходило все это действо под аккомпанемент барабанов. Поморщившись от особо залихватского ритма, Николай принял волевое решение – встать и сходить за таблетками. Однако, организм был против. Почувствовав, что его пытаются поднять в вертикаль, он возмутился и намекнул, что вставать не желает. Вышло доходчиво. Упав на подушку Николай крепко зажмурил глаза, пережидая волну головокружения и тошноты, и попытался вспомнить, что было вчера и почему он так нажрался? В памяти всплывали разрозненные обрывки воспоминаний: вот он просыпается утром, вот едет в офис, мается там от безделья, вот приходит Андрей и приносит на подпись контракт. Собственные чувства: удивление, недоверие, радость, желание отметить, вихрем пронеслись в голове, заставив Николая поморщиться от боли. Как так? Ведь собирался же совсем чуть-чуть выпить, почему же так хреново? А домой он как попал? В голове услужливо появился размытый образ того, как Андрей расплачивается с официантом и тащит его к машине, на глазах выступили слезы. Вот что ни говори, хорошего он себе зама нашел, понимающего! Не бросил, довез, молодец! Надо будет вернуть ему деньги за посиделки и извиниться, а то решит еще, что он алкоголик какой и уйдет, не хорошо получится. Благодарность к Андрею настолько захватила чувства Николая, что даже тошнить стало меньше. Но на место тошноты пришли другие образы: как он упал в ресторане (стыдобища-то какая, в это заведение больше ни ногой!), как по пути до машины то ругался на Андрея, то пытался страстно обнять его и расцеловать его (извиниться. Обязательно. Лучше раза три) и как увидел жену, милующуюся с кем-то прямо на улице.

Не обращая внимания на возмущение организма Николай резко распахнул глаза и повернул голову влево. Вопреки опасениям Татьяна обнаружилась там, где и должна была быть, в кровати. Немного успокоившись и снова откинувшись на подушку Николай переждал очередную волну боли и попытался вспомнить, была ли жена дома, когда он вернулся. Не получилось. Память сотрудничать отказалась, намекая, что и так уже пошла на уступки и по-хорошему, даже те фрагменты, что он вспомнил, показала зря. Отчаявшись вспомнить Николай решил просто порассуждать: он проснулся дома, в своей кровати, раздетый. Домой его привез Андрей, это сомнений не вызывает, возможно он даже довел его до спальни, но одежда… Представить, как зам тащит его в кровать, а потом раздевает было решительно невозможно. Значит, снимал одежду не он, а Таня. Значит, она была дома, когда его привезли в бессознательном состоянии. Значит, около ресторана он видел не ее, потому что вернуться домой раньше, чем он, у нее бы не получилось. Так? Наверняка! Ведь вот же она, лежит рядом и спокойно спит, разве могла бы она так лежать, после обжиманий с другим мужиком? Конечно нет, она не такая, она хорошая, заботливая. Мысленно показав памяти язык, мол, знай наших, и без тебя обойтись могу, Николай продолжил рассуждения. Если эта хорошая и заботливая тащила его до комнаты, наверняка понимала, как ему будет плохо, когда он проснется, может догадалась таблетки на тумбочке оставить? Таблеток на тумбочке не нашлось и Николай, ругая жену на чем свет стоит (вот дурная женщина! Ведь понимала же, как ему будет плохо! Неужели так сложно о муже позаботиться?) аккуратно, придерживаясь рукой за стенку поплелся на кухню за анальгетиками. А вернувшись в кровать тут же снова провалился в сон.

Второе пробуждение было приятнее. С удовольствием отметив, что тошнота прошла и голова практически не болит, Николай смачно потянулся. Отлично! Душ, крепкий, сладкий чай - и он снова будет похож на человека! Горячая вода помогла избавиться от остатков головной боли, а на кухне его уже поджидал крепкий горячий сладкий чай и серьезная хмурая Татьяна.

- Это мне? – зачем-то уточнил Николай, хватая чашку и делая огромный глоток. О том, что жена подобное не пьет, он знал прекрасно.

- Тебе, - холодно ответила Татьяна и выжидательно уставилась на него. Чай закончился, а супруга взгляд так и не отвела.

- Что? – уточнил Николай, наливая себе вторую порцию чая и наконец садясь за стол.

- Хорошо погулял? – еще холоднее спросила Татьяна. – Что отмечал?

- Первую сделку! Представляешь, Андрей как-то убедил своих старых заказчиков заключить с моей фирмой контракт на обслуживание, ну как такое было не отметить? Ты из-за этого такая сердитая?

- Нет, - усмехнулась жена. - Что я вчера, в первый раз твою пьяную рожу увидела? Или до кровати в первый раз тащила? Ты уже в курсе, что в субботу приглашен к соседям?

Николай вскинул голову и задумался, забыв проглотить набранный в рот чай, отчего его щеки округлились, делая Николая похожим на хомячка. Подстегнутая словами жены память выдала еще несколько картинок: выпитая до половины бутылка коньяка, разговор за столом, звонок телефона и…

- Точно! – проглотив чай воскликнул он. - Сашка же звонил, сказал, что дело наконец сдвинулось с мертвой точки и в субботу он познакомит меня со своими партнерами, вот я на радостях и перебрал чуток. А ты об этом откуда знаешь?

- А меня тоже пригласили, как твою жену. Насколько я поняла, знакомство будет проходить в формате вечеринки и придут не только партнеры Александра, но и их вторые половинки, - выходя из-за стола просветила его Татьяна. – Постарайся нормально подготовиться.

- Это все, что ты мне хочешь сказать? Ты куда вообще? – удивленно спросил Николай.

- На занятия. Сейчас полдвенадцатого, твоего пробуждения я дождалась, о том, что ты в курсе предстоящего мероприятия, убедилась, добрый совет дала. Что еще?

Входная дверь захлопнулась, а Николай все сидел над чаем, размышляя о том, как изменилось в последнее время поведение Татьяны: домом почти не занимается, на него внимание не обращает, разговаривает как будто нехотя… Даже про самочувствие не спросила. Чувствуя, как в душе опять поднимает голову подозрение, Николай пошел собираться на работу. Подозрения подозрениями, а в офисе появиться надо. Хотя бы для того, чтобы извиниться перед Андреем.

***

Сосредоточится на словах преподавателя не получалось, мысли снова и снова возвращались к Николаю. Наконец педагогу надоела чрезмерная рассеянность прилежной обычно ученицы, пропускающей сегодня все его слова мимо ушей и он, назадавав ей в два раза больше домашки, чем обычно, отпустил Татьяну с занятий. Она не возражала. Раздражение, которое она почувствовала после разговора с мужем никак не хотело отпускать. Быстро сбежав по ставшей привычной лестнице, Татьяна толкнула дверь, поправила ремешок сумки и не особо задумываясь о выборе направления пошагала куда глаза глядят.

Это же надо, даже спасибо не сказал! Ни за чай, ни за то, что сначала тащила его на себе из коридора, в котором он решил заночевать, в спальню - а это, между прочим, целую лестницу преодолеть - ни за то, что уложила на кровать и раздела. Он это все воспринял как должное! Надо было оставить его спать внизу, тогда она бы не испортила себе впечатления от вечера и спина бы так не болела. Воспоминания о том, как они с Игорем, словно расшалившиеся дети, дурачились на улице, вызвали теплую улыбку на лице Татьяны. А о том, как после, напрыгавшись, купили чай и пили его, постоянно меняясь стаканчиками, сделали улыбку шире. Татьяна даже идти стала медленнее, смакуя в памяти вкус вчерашнего чая и душевного тепла, оставшегося после прогулки с Игорем, а потом снова вспомнила Николая. Улыбка пропала, как не было, шаг опять стал быстрым и резким. Картина того, как пьяный муж, подтянув под голову ботинок Ксюши сладко посапывал в коридоре мигом испортила настроение. Что вчера, что сегодня. Ничуть не изменился, как были на уме одни пьянки, так и остались. Сделку он отмечал! Первую! А потом вторую, третью и так до бесконечности, был бы повод… Бизнесмен!.. Хоть бы в спортзал пошел, с неприязнью подумала Татьяна, вспоминая мужнино пузико, которое после переезда стало только больше. Как только самому в зеркало смотреться не противно? Выглядит, словно вот-вот рожать пора. Нет, чтобы с Александра пример брать: ухоженный, подтянутый, воспитанный, почти как Игорь. Помотав головой, чтобы прогнать из нее непрошеные мысли об Игоре, Татьяна снова задумалась о Николае. Точнее, о предстоящем мероприятии. Идти не хотелось. Чтобы ни говорила Света, необходимость своего там присутствия она понять не могла. Зачем? Мужчины ладно, о делах будут говорить, а она? Просто чтобы была? Как аксессуар? Может все же не ходить, сказать, например, что заболела… Что она, заболеть внезапно не может? Погода вполне располагает ко всяким простудам. Не потащат же ее уважаемых людей заражать. Или потащат? Зная характер Светы - она может, а уж учитывая, что вечеринку Покровские устраивают у себя дома, точно не преминет заглянуть к соседке и уточнить, почему она отсутствует. Хотя, они же на завтра в салон записаны, так что еще раньше вечера заявится.

- Ладно, приду, покажусь, поулыбаюсь и уйду, - решила Татьяна. – Никто же не говорил, что мне там надо торчать пока все не разойдутся.

Немного успокоившись от принятого решения, Татьяна оглянулась по сторонам, стараясь понять, куда умудрилась дошагать. Местность была незнакомая и пришлось лезть в телефон.

- Ничего себе прогулка, - присвистнула Татьяна, когда GPS показал ее локацию. – Пробежка скорее, - добавила она, когда посмотрела на часы и поняла, что с момента выхода с занятий прошло не так уж много времени. Курсов, кроме английского, сегодня не было, вечернюю встречу Игорь вчера отменил, сославшись на то, что ей лучше пораньше лечь спать и как следует отдохнуть перед своим «экзаменом», шопинг ей не нравился, гулять больше не хотелось.

«Ладно, поеду домой», - решила Татьяна, вызывая такси, возвращаться к метро не хотелось совершенно. – «Надеюсь, Коля уже уехал», - чувствуя, что совершенно не хочет его видеть, размышляла Татьяна. Надеюсь, он сегодня опять вернется поздно. Надеюсь, у Покровских что-нибудь случиться, и они отменят свою вечеринку. «Пожалуйста», - попросила она непонятно у кого, - «пусть Света сломает ногу! Или вывихнет… Пожалуйста!»

Предчувствия были дурными.

***

- Шикарно! – еще раз поправив узел галстука и проведя рукой по волосам решил Николай. Новый костюм, новый галстук, новая стрижка, все это безусловно делало из него солидного человека. Новыми вещами он обзавелся вчера, когда после искренних извинений, принесенных Андрею и Ирочке, похвастался, что не только Андрей здесь работает, он тоже кое-чего стоит. И как раз на выходных пойдет производить впечатление и договариваться о новых контрактах.

- А в чем вы идти собираетесь? – после положенной порции восторгов и поздравлений, аккуратно поинтересовался Андрей, глядя на помятое лицо шефа.

- В костюме? – полувопросительным тоном ответил Николай.

В памяти тут же возник образ трех костюмов, в которых Андрей уже имел счастье лицезреть начальство. Все они были слегка помяты (вот прям как его лицо сегодня. Очень бы гармонично сочеталось) и сидели настолько безобразно, что возникал вопрос - как Николай вообще их купить умудрился, он что, в зеркало не смотрел? А консультанты? Где он нашел консультантов, которые впарили ему настолько отвратно выглядящие шмотки? Представив, как Николай является на переговоры в одном из этих шедевров портняжного искусства Андрей скривился и велел Ире немедленно найти хорошего косметолога, где-нибудь неподалеку и записать Николая к нему. И к парикмахеру. А сам, подхватив шефа под локоток, повез его за нормальным костюмом.

Консультанты тут ни при чем, вынужден был признать Андрей, когда Николай появился из примерочной в костюме, который выбрал для себя лично, и который смотрелся на нем родным братом предыдущих трех. Мученически закатив глаза и всучив Николаю ворох отобранных им для примерки сорочек, Андрей направился искать костюм, который бы более-менее прилично сел на нестандартную фигуру шефа.

«Инпошив. Вот прямо на следующей неделе отведу его к портному», - в отчаянии думал Андрей, глядя на выходящего в очередной раз из кабинки Николая. Костюмы, которые выбрал Андрей, смотрелись лучше, чем те на которые обращал внимание шеф, но все равно, сидели отвратно. – «Может, лучше пусть в повседневном идет?» - размышлял Андрей, глядя как начальник снова скрывается в примерочной. С последним приличным костюмом. Пусть лучше думают, что он ярый приверженец стиля кэжуал, чем потешаются над криво сидящим пиджаком. Услышав, как отъехала шторка кабинки, Андрей повернулся, внутренне готовый увидеть очередную вариацию кошмара, но к своему удивлению обнаружил вполне прилично сидящую на Николае пару.

- Опять плохо? – устало спросил Николай, глядя на молчащего помощника. – Это последний.

- Нет-нет, очень достойно, - поспешил успокоить его Андрей. – На пару раз точно хватит.

- А потом? – напрягся Николай. Снова становиться манекеном и перемерять кучу одежды не хотелось.

- Вы рубашки выбрали? – проигнорировал вопрос начальства Андрей. - Давайте я гляну. – К рубашкам претензий не возникло. Отловив счастливого Николая, взявшего курс на кассу, Андрей напомнил ему, что они подобрали далеко не все. Еще, как минимум, требовались ремень и галстук. С ремнем, как и с рубашками, проблем не возникло, но галстуки… Как оказалось, Николай был из тех мужчин, которые совершенно не умеют подбирать этот предмет гардероба. И носить тоже не умеют. И даже завязывать. Пришлось подбирать самому. Отчаявшись объяснить Николаю, как завязать четверной, самый простой узел, на галстуке, Андрей плюнул на объяснения и просто аккуратно снял завязанный галстук через голову Николая, попросив продавщицу так и упаковать и искренне надеясь, что хоть затянуть узел правильно Николай завтра сможет. Закончив с шоппингом, Андрей чувствовал себя уставшим, как старая, больная кляча, на которой перед убоем решили вспахать целину. Он так даже за целый день переговоров не уставал. Николай чувствовал себя не лучше, а его еще ждал пугающий визит в салон красоты. Ладно парикмахер, там все было привычно, но у косметолога он не бывал никогда и сильно нервничал. Что он, баба, по косметологам ходить? Зачем он ему? Мужику, чтобы быть красивым достаточно побриться и умыться, все! Подумаешь, сегодня он не очень хорошо с похмелья выглядит, пройдет. К завтрашнему вечеру уже будет значительно лучше. Андрей доводам не внял и во избежание недоразумений, отправился в салон вместе с Николаем. Откосить от визита в страшный кабинет не получилось. Хотя на деле все было не так уж и страшно, милая девушка наляпывала ему на лицо то одну, то другую дрянь, дополняя все это массажем, пока другая, не менее милая барышня, занималась его руками. Идея маникюра также принадлежала Андрею. Забирая у Николая пакеты, он чуть внимательнее присмотрелся к его рукам и захотел постучаться затылком о стену. Ногти начальника выглядели так, словно их топором обрубали. Взяв себя в руки и попросив в дополнение к преображению лица, преобразить заодно и руки нового клиента, Андрей начал вспоминать, что еще он мог забыть.

- Ты готова? – спросил Николай у жены, налюбовавшись наконец результатами предусмотрительности своего помощника и переводя взгляд на нее. Что сказать, Татьяна сегодня выглядела просто изумительно, длинное платье, цвета горького шоколада, замечательно подчеркивало все достоинства фигуры и оттеняло глаза, делая их еще глубже, плюс прическа, плюс умело наложенный макияж. Встреть он ее сегодня на улице, прошел бы мимо не узнав. Получив в ответ молчаливый кивок, Николай, как не раз видел в фильмах, залихватски подставил ей локоть, который Татьяна проигнорировала и все так же молча прошла мимо. Николай хмуро посмотрел ей вслед. Аккуратно расспросив Андрея, он выяснил, что помощник в квартиру не заходил. Довел Николая до двери, помог дверь открыть, а потом, по настоянию самого же Николая (Господи, оказывается, он после трех бутылок коньяка еще говорить мог!), попрощался и отправился домой. Была ли Татьяна дома, когда он вернулся, выяснить не удалось, что немного напрягало. Еще раз посмотрев на себя в зеркало, Николай решил не портить себе настроение и не выдумывать проблемы, конечно она была дома. И помогла ему дойти до спальни, и чай сделала. Все хорошо. Успокоив себя, чрезвычайно довольный собой и миром Николай последовал за женой.

***

- Виталий.

- Николай, очень приятно.

- Юрий.

- Николай, очень приятно.

- Алексей.

- Николай, очень приятно.

Знакомство длилось уже пару минут, и Николай всерьез опасался, что не запомнит, кто есть кто в этой компании. Да он уже половину имен забыл! Представляясь на автомате и пожимая протянутые руки, он решил не заморачиваться сильно по этому вопросу, и для начала просто ко всем обращаться на «вы», а там само запомниться. Наконец калейдоскоп имен и лиц подошел к концу. Переведя дыхание Николай ненадолго отошел к столику, на котором стоял алкоголь и налив себе немного виски залпом выпил. Требовалось расслабиться. Почувствовав, как напряжение постепенно начинает отпускать, Николай выдохнул еще раз, гораздо веселее и отправился вливаться в коллектив.

***

О том, что все будет плохо Татьяна догадывалась, но что будет настолько плохо, не могла даже предположить. Вечер не нравился ей совершенно. Сочащиеся ядом улыбки, издевки, замаскированные под вопросы и оскорбления, изображающие комплименты, так проходило действо, которое Света описывала, как «тихую, домашнюю вечеринку только для своих». Если так проходят все подобные сборища, то это первый и последний раз, когда она на них присутствует.

Начиналось все вполне невинно, их встретили и проводили в гостиную, где уже собрались практически все гости, коих, вопреки заверениям Светы, набралось немало. Потом было знакомство всех со всеми и несколько минут ничего не значащей беседы ни о чем. А потом мужчины собрались отдельной компанией, предоставив женщин самим себе и начался кошмар:

- Ах, Танечка, ваш супруг такой экстравагантный, - пряча улыбку за бокалом шампанского, который выдавали всем входящим в зал, произнесла одна из женщин. Света представляла ее, но имени Татьяна не запомнила.

- Да, он такой, - с трудом выдавила из себя ответную улыбку Татьяна, прячась за своим бокалом. Николай свой осушил сразу.

- Такой милый, - скорчила крысиную мордочку другая. – Вам так повезло!

«Вот и забери его себе, раз так считаешь», - хотелось ответить Татьяне, но она лишь кивнула и последовала примеру мужа, одним глотком выпив все содержимое своего бокала. В руку кто-то тут же сунул новый.

- Ой, а это правда, что вы были швеей? – подала голос еще одна разряженная фифа. – Это должно быть та-а-ак сложно! Я, например, вообще не умею шить. Сказать по правде, я вообще мало что умею делать руками, вообще ни дня не работала! А вы… я вами так восхищаюсь!

Не переставая улыбаться и кивать как болванчик на все выпады, Татьяна скосила глаза на компанию мужчин и позавидовала, там травлю не устраивали. Все еще раз перезнакомились и теперь мирно беседовали о чем-то, периодически посмеиваясь над словами, которые произносил ее муж, стоящий в центре компании со стаканом чего-то явно алкогольного в руках. Стало не по себе.

Зато выдалась возможность по достоинству оценить предусмотрительность Светы, заставившую ее ходить на всевозможные курсы и заниматься собой. Если бы не ее настойчивость, сейчас в помещении бы было на одного клоуна больше. Из нее и так пытаются сделать посмешище! Глубоко вздохнув и вспомнив замечание Игоря о том, что сегодняшний вечер будет для нее как экзамен, Татьяна попыталась взять себя в руки и выдержать его достойно. Вечер продолжался…

… Татьяне было неловко. Все происходящее, чем дальше, тем сильнее воспринималось ею как цирк, в котором роль главных артистов была отведена им с Николаем, и, что самое досадное, они с ней полностью справлялись! В очередной раз услышав громкий голос мужа, разносившийся, казалось, на весь дом, Татьяна поморщилась и допила очередной, неизвестно какой по счету, бокал шампанского, тут же подхватив со столика другой, полный. Неужели нельзя быть хоть немного тише? Неужели он не понимает, что смешон? Ее наивные мечты о том, чтобы покинут вечеринку одной из первых разбились о суровую реальность. Никто не хотел лишаться главного развлечения вечера, а потому все попытки Татьяны по-тихому откланяться пресекались на корню. Ее утягивали в компанию, совали в руки новый бокал и устраивали очередной сеанс завуалированных оскорблений, правда, не учли, что не привычная к большому количеству алкоголя Татьяна быстро захмелеет, раскрепостится и начнет хамить в ответ. Хотя, данное обстоятельство не сильно огорчило дам. Хищно переглянувшись они решили, что травить сопротивляющуюся добычу еще забавнее и увеличили напор. Николай дурил сам. Истории из жизни, рабочие моменты, сальные анекдоты, казалось, он не затыкается ни на секунду. Судя по всему, ему нравилось находиться в центре внимания — вспышки смеха, которые постоянно звучали вокруг, он относил на счёт своих историй и талантов рассказчика, даже не предполагая, что смеяться могут над ним.

Николаю было удивительно весело. Он не ожидал, что среди толстосумов будут такие приятные, простые в общении и весёлые люди. Вспомнив, как мандражировал в их обществе вначале, он недоуменно покачал головой. И начал рассказывать, как в самом начале своей карьеры электрика его с ещё одним недавно принятым парнем отправили проверить подстанцию — люди жаловались на частые перебои со светом. А они, вместо того чтобы всё исправить, обесточили весь квартал на несколько дней.

Николаю было очень весело. Татьяне было стыдно.

***

Домой она ввалилась как с публичной порки. Дикая усталость, чувство гадливости и грязь, которую Татьяна ощущала почти физически и дико хотела смыть. Николай напротив был бодр и доволен: хороший алкоголь, приятная компания, что еще надо человеку для счастья? Разве что красивую женщину. И вот же какое совпадение, она у него есть! Вот, стоит прикрыв глаза и прислонившись к стене. Красивая. Его. Расплывшись в пьяной улыбке Николай сделал шаг вперед и обняв жену поцеловал.

Почувствовав сильный запах алкоголя, смешанный со сладким одеколоном, и ощутив прикосновение влажных губ к коже, Татьяна распахнула глаза и резко оттолкнула от себя Николая. С брезгливостью глядя на мужа, который не удержался на ногах и теперь сидел на полу посреди коридора. Раскрасневшееся лицо, слипшиеся, растрепавшиеся волосы, сбившийся вбок галстук, перекошенный пиджак…

- Ты чего? – в недоумении спросил Николай не делая попыток подняться.

- Ты в зеркало на себя смотрел? – с непонятным выражением на лице ответила жена. – В таком виде не целоваться надо лезть, а идти и ложиться спать. Петросян недоделанный.

- Ну конечно, куда уж мне, убогому, до твоего хахаля. Не всем же с дебильным смехом по улицам скакать и чужих жен лапать! Или хочешь сказать, это не ты посередь улицы с каким-то мужиком обжималась? – выпалил Николай, вскакивая на ноги. Он выпалил это порыве злости, ожидая увидеть округлившиеся от удивления глаза и получить ответ из серии «С ума сошел? Что ты несешь вообще?».

Татьяна отреагировала по-другому: побледнев и еще сильнее вжавшись в стену. Она судорожно пыталась понять, откуда Николай мог узнать? Хотя, может и хорошо, что узнал? Паника сменялась решимостью.

Увидев в момент ставшее отчужденным и холодным лицо Татьяны Николай осознал, что не хочет слышать то, что сейчас скажет ему жена.

- Видел значит? – не услышав его мысленной просьбы ответила Татьяна. – Хорошо, значит притворяться смысла больше нет. Да, это была я, и что? И да, тебе до моего, как ты выразился «хахаля» очень, очень далеко. Начнем с того, что он себя в обществе вести умеет и мне бы не пришлось сгорать со стыда, наблюдая, как над ним все потешаются! Что, ты не знал, что смеялись над тобой? – увидев исказившееся лицо мужа поддела его Татьяна. – Знай. Твой талант комика не так высок, как ты привык о нем думать, а вот клоун - да, клоун ты талантливый.

- Таня… - попытался утихомирить жену Николай, но молчать Татьяне надоело.

- Что, неприятно слушать? А я только начала, слушай дальше! «Бабы-дуры, место женщины у плиты, что ты вообще можешь понять…», твои слова? А вот мой «хахаль» с твоим мнением не согласен. Он всегда готов выслушать мое мнение, не затыкает рот, не орет и не раздражается. Уверен, что я умная и все могу понять. Комплименты говорит, время уделяет… А ты? Убирайся, готовь, ублажай. Все. Что ты для меня вообще хорошего сделал? Сюда привез? Так я не просила! Я сюда не хотела, это твоя идея была! Ты меня услышал? Ксюша была против, ты ее услышал? Ты вообще кого-нибудь кроме себя слышишь, а?

- А что мне надо было до конца своих дней торчать в том болоте? Лишь бы только вам комфортно было? Что тебе не нравится? Да половина женщин о таком мечтать не смеет! – не выдержав, вспылил в ответ Николай. – Дом, прислуга, шопинг, любые твои заскоки! Английский, малевание, чем ты там еще развлекалась? Театры! Кредитку дал! А ты? Плохо тебе? Мало было? Душу я твою не разглядывал? Да я деньги заработать пытался пока ты себе мужика поинтереснее искала! Или он еще и побогаче заодно?

- Ты не деньги заработать пытался, ты попонтоваться хотел! Конечно, великий бизнесмен! А ничего, что ты без других, сам, ничего не можешь? Один контракт твой помощник достал, другой Александр даст в обмен на твою совесть. Что, забыл, как сидя перед телевизором слюной брызгал и утверждал, что если выбьешься в люди, ни копейки нечестной не возьмешь? Все? Стоило выбиться, как все обещания забылись?

- Какой нечестной? Я эти деньги за-ра-бо-та-ю! Понимаешь?

- Ой, не смеши. Ты правда такой наивный? Что ты заработаешь? Ты даже те деньги, которыми сейчас мне в нос тыкаешь, не заработал, а выиграл, разницу чувствуешь?

- Нет, не чувствую! Главное, что они у меня есть. Что-то не устраивает? Скатертью дорога, вали к своему скомороху! – в горячке выкрикнул Николай.

- А и пойду! – согласилась с ним Татьяна, подхватила сумочку, накинула поверх платья пальто и громко хлопнув дверью ушла из дома.

Глава 18

Выскочив на улицу, раскрасневшаяся, распалённая скандалом Татьяна поежилась. Всё же время года не располагало к прогулкам в вечернем платье, пусть даже поверх него и накинуто пальто, да и классические лодочки тепла не добавляли… Прохладный воздух забравшийся под одежду немного остудил затуманенный шампанским мозг и оглядевшись по сторонам Татьяна задумалась.

Из дома она ушла. Ладно. А дальше-то что? Время позднее, холодно, знакомых, к которым можно пойти нет. Хоть плюй на гордость и возвращайся домой. Хотя... Если бы на вечеринке у Покровских Татьяна выпила хоть немного меньше, она бы не решилась позвонить; если бы она не была так расстроена ссорой с мужем — тоже; да даже если бы на дворе была не глубокая ночь, а ранний вечер, она бы попыталась придумать что-то другое! Но обстоятельства сложились так, как сложились, других идей не было и Татьяна, достав телефон, нажала кнопку вызова.

***

Когда к сознанию Игоря пробился звонок, первым его порывом было выключить будильник и собираться на работу. Потом в мозг постучалась другая мысль, сегодня ж суббота, какой к черту будильник? Приоткрыв один глаз Игорь скосил его на стену, проектор показывал двадцать минут второго.

- Не приемные часы, звоните завтра, - пробормотал он и поглубже закопался в подушки, намереваясь дождаться окончания вызова и снова уплыть в страну Морфея. Желания общаться с кем бы то ни было в такое время у него не было совершенно. Вызов прекратился. Удовлетворенно вздохнув Игорь улегся поудобнее и снова начал проваливаться в сон, но тут телефон зазвонил опять.

- Какого черта? - возмутился он, открывая глаза и чувствуя, что обиженный сон, помахав ему на прощание, ушел к другому, более предусмотрительному человеку, догадавшемуся на ночь отключить звук на телефоне. От всей души пожелав звонящему долгих лет жизни и десяток детишек в придачу, Игорь потянулся к телефону. "Татьяна" высвечивалось на дисплее имя звонящего. Игорь приподнял брови, бросил еще один быстрый взгляд на часы и наконец принял звонок.

- Наконец-то, - услышал он встревоженно-виноватый голос Татьяны. - Извини, я тебя разбудила?

- Все нормально, - не опровергая предположение успокоил ее Игорь. - У тебя что-то случилось?

- Ну как сказать... - замялась женщина. - Может я лучше лично все расскажу? Могу я к тебе приехать?

-Сейчас? - немного растеряно спросил Игорь, взъерошивая волосы и снова бросая взгляд на время.

- Я помешаю? - глухо спросила Татьяна.

- Нет-нет, приезжай.

Продиктовав адрес Игорь отложил телефон, а затем несколько минут внимательно разглядывал пол, пытаясь собрать разбегающиеся мысли. Татьяна приедет. Ночью. Зачем? Что случилось? Как реагировать? Смысл гадать, скоро сама все расскажет. Придя к таким выводам Игорь встал с кровати и отправился в ванную, нужно было привести себя в порядок.

Причины приезда Татьяны оказались прозаичны, и слушая ее сбивчивый, торопливый рассказ, Игорь понял, что подсознательно чего-то такого и ожидал. Налив Татьяне кофе с коньяком - и согреться поможет и стресс снимет, Игорь и задумался. В том, что их увидел муж Татьяны не было ничего удивительного, особенно с учетом того, что не особо они и скрывались. В том, что устроил Татьяне скандал - тоже. И даже то, что поругавшись с мужем Татьяна приехала к нему было понятно и логично. Вот только открытым оставался вопрос, что делать дальше? Свою вину в случившемся Игорь понимал. О том, что у Тани есть муж он знал, но всерьез информацию как-то не воспринимал, что ли? Просто отмахивался от этого знания и продолжал дальше плыть по течению, куда вынесет. Вынесло. Больше отмахиваться не получится, надо принимать решение. Вот только для начала неплохо-бы уложить Татьяну спать, понял он, увидев, как она один за другим сцеживает зевки и пытается покомпактнее свернуться в кресле.

- Пойдем, примешь ванну и на боковую, - потряс он за плечо придремывающую женщину.

- А? – встрепенулась Татьяна. – Что? Нет. Я не хочу спать, да мне и не в чем…

- Я и вижу, - усмехнулся Игорь. – Пойдем. Я тебе что-нибудь из своего подберу.

- А косметика? Если я сейчас умоюсь, завтра утром ты увидишь пугало. Испугаешься…

- Танечка, по опыту могу сказать, что пугало я увижу, если ты сейчас не ляжешь спать, или сделаешь это не смыв косметику. И даже в таком случае, этого явно будет мало, чтобы меня испугать. Поверь, о том, что не все люди по утрам выглядят красиво я знаю. Как-никак уже сорок лет каждое утро на себя в зеркало любуюсь.

- Не правда, ты по любому выглядишь лучше, - поднимаясь из кресла и направляясь в ванную продолжила спорить Татьяна.

- Ну, это смотря на чей вкус.

Убедившись, что Татьяна благополучно добралась до кровати, Игорь вернулся в гостиную, выключил свет и подошел к окну. Ему вообще лучше думалось, когда была возможность смотреть на улицу. Если задуматься, именно из-за этой его привычки они с Татьяной и познакомились. Она действительно заняла его любимое место. Другой вопрос, что обычно увидев за своим столиком посторонних, Игорь разворачивался и уходил, чтобы вернуться в кафе позже. Почему же в тот раз, вопреки своим привычкам, он не ушел? Зачем заговорил? И почему потом начал наведываться в кафе по несколько раз в день и расспрашивать официантов о женщине, чье имя он не потрудился сразу узнать? Ведь говоря откровенно, ничего особенного в Татьяне не было. Внешность? Да, она красивая, но даже в его ближайшем окружении имелось несколько барышень, которые могли с лёгкостью затмить Татьяну. Эрудированность? Вряд ли. При первой встрече они общались исключительно на общие темы, Татьяна тогда вела себя очень скованно и сдержанно, говорила мало. Да и потом тоже. Долгое время она больше предпочитала слушать, чем говорить, начав полноценно поддерживать беседы не так уж и давно. Доступностью для легких отношений? Тоже нет. Не говоря уже о том, что в современном мире найти девушку для отношений без обязательств стало проще простого, Татьяна с самого начала не производила впечатление женщины, которую заинтересует подобный формат. Слишком серьезна, слишком консервативна. Плюс обременение семьей… В общем, особых причин обратить внимание не было. Но ведь зацепила! Возможно тем, что не стала строить из себя не пойми что и кокетничать напропалую, когда он спросил разрешения подсесть к ней, или тем, что ни при первой, ни при последующих встречах не поинтересовалась, ни его должностью, ни размером зарплаты, ни квадратурой его квартиры и местом ее расположения. Это было непривычно и подкупало. Уже очень давно он привык, что первым вопросом при знакомстве с девушкой стало не «Как вас зовут?», а «Какой у вас доход?». Татьяна была другой. Она не просила водить ее в самые дорогие рестораны и кормить деликатесами, не ждала подарков и, хотя Игорь видел, что нравится ей, не вешалась ему на шею, держа пусть небольшую, но дистанцию. Он уже и забыл, что такие женщины существуют. Ему просто было приятно проводить время с Татьяной. Настолько, что встреч три раза в неделю за ужином стало недостаточно. Поймав себя на этой мысли, он предложил Татьяне прогуляться после одной из трапез, ожидая получить отказ (время было довольно позднее) и на этом успокоиться. Но неожиданно получил согласие. С тех пор прогулки стали традиционным завершением их ужина, становясь все более и более продолжительными. Иногда доходило до того, что ему приходилось вызывать такси не только Татьяне, но и себе, возвращаться к кафе, забирать машину и только потом ехать домой. Потом и этого стало мало и он придумал походы в театр. Еще одна инициатива, которую Татьяна с радостью поддержала.

На работе сначала удивились, когда известный трудоголик и вообще всегда готовый задержаться в офисе и помочь с решением рабочих вопросов начальник начал три раза в неделю сбегать с работы максимально рано и негативно относиться к попыткам связаться с ним по телефону, но довольно быстро привыкли. А потом привыкли еще раз, уже к тому, что Игорь становится совершенно недоступен не три, а четыре вечера в неделю и начали решать вопросы строго в рабочее время. На первый взгляд это было хорошо, внезапно у него появилась целая прорва свободного времени, а на второй – плохо, что делать с этим временем в свободные вечера он не представлял. Вот если бы у него была семья… жена… такого вопроса бы не возникло. Но чтобы жена появилась ее надо найти. И понять, что нашел. А он нашел? Готов ли он жениться на Татьяне? Вопрос оказался сложным и однозначного ответа не имел. С одной стороны, Татьяна ему нравилась. Ему было легко с ней общаться, приятно проводить время и попробовать создать с ней устойчивую ячейку общества он был не против, но с другой были дети. Ее дети от другого мужчины. Вполне уже взрослые. Как они воспримут нового мужчину в жизни матери?

Поняв, что сейчас решение он не найдет и если продолжит размышлять об этом, то просто начнет гонять по кругу одни и те же мысли, Игорь потер глаза и посмотрел на время, часы показывали без двадцати семь. Здраво рассудив, что после тревожного дня и ударной дозы коньяка, сдобренного поздним отбоем, рано Татьяна не проснется, Игорь вытащил из шкафа плед и лег на диван. Несколько часов сна он определенно мог себе позволить.

***

Татьяну разбудил запах еды. Желудок, возмущённый неожиданной диетой, высказал протест, и ей пришлось вставать. По пути на кухню она забрела в ванную, чтобы умыться и расчесаться (пугать Игоря в первое же утро всё же не хотелось, несмотря на все его вчерашние слова), и, взглянув на себя в зеркало, испугалась сама. Из зазеркалья на неё смотрела кикимора с заплывшими узкими глазками, отекшим лицом непонятного цвета, распухшим носом и колтуном волос на голове, в который превратилась вчерашняя салонная причёска, сдобренная изрядной долей лака.

- Боже! – прошептала Татьяна, ощупывая лицо руками и судорожно вспоминая, какая косметика есть у нее в сумке. Выходило немного: тушь, пудра и помада — вот, пожалуй, и всё, чем она укомплектовала походную косметичку. И еще расческа, невелик набор.

«Может сбежать?» – подумала Татьяна, но быстро отказалась от идеи. Выйти из квартиры по-тихому получилось бы навряд ли, а в случае если Игорь увидит ее у двери, весь смысл побега теряется. Да и не хотелось ей опять оказаться на улице в тонком платье и туфлях.

- Ладно, безвыходных ситуаций не бывает, - пробормотала она, обращаясь к своему отражению. – Сейчас контрастный душ, потом легкий макияж чем имеется, а если не получится исправить положение, просто замотаюсь в штору, на манер паранджи.

Получив утвердительный кивок от чудища из зазеркалья Татьяна включила воду и сделав глубокий вдох шагнула под струю холодной воды.

Времени пришлось потратить довольно много, но к моменту выхода из ванной, выглядеть она стала вполне пристойно. Задорно подмигнув своему отражению Татьяна наконец отправилась туда, куда хотела уже очень давно, на кухню. На которой обнаружились не только источники вкусных запахов, но и Игорь, с ноутбуком и чашкой кофе.

- Доброе утро, - улыбнулся он Татьяне, поднимая глаза от экрана и внимательно оглядывая женщину. Для человека, легшего спать под утро, выглядела Татьяна неплохо, а в его рубашке, послужившей ей ночнушкой, так и вовсе замечательно, на его взгляд. – Хорошо выглядишь, - решил сообщить Татьяне о своих наблюдениях Игорь, - а говорила «я утром страшная, испугаю».

- Это «хорошо выглядишь» результат поистине титанических усилий. Если бы не они, ты бы уже бежал куда глаза глядят сломя голову. Вполне возможно, что через окно.

- Маловероятно, - усмехнулся Игорь и сменил тему. - Ты завтракать будешь? Могу что-нибудь приготовить.

- Ты же говорил, что не готовишь, - удивилась Татьяна, вспомнив как Игорь рассказывал ей о том, что предпочитает заказывать готовую еду, и не готовить сам.

- Обычно нет, но сегодня сделаю исключение. Так как я не знал когда ты проснёшься, чтобы не разогревать остывшее, я просто заказал продукты. Так что сегодня питаюсь домашним. Ну так что, яичницу будешь?

- Буду, - согласилась Татьяна. - Но, может я лучше сама приготовлю? – неуверенно добавила она.

- Сомневаешься в моих кулинарных талантах? – иронично уточнил Игорь. – Я не настолько безнадежен. Не переживай, я уже утром потренировался на себе, если бы было совсем плохо, тебе бы не предлагал. И вообще, гости должны отдыхать, вот садись и отдыхай. Можешь в гостиной телевизор посмотреть.

- Я лучше здесь посижу, - отозвалась Татьяна, усаживаясь на табуретку и с удовольствием наблюдая, как ей готовят завтрак, кажется, первый раз во взрослой жизни.

Кофе отправились пить в гостиную. Зайдя в комнату Татьяна озадачено посмотрела на плед, небрежным комом лежащий на диване и перевела вопросительный взгляд на Игоря.

- Сейчас уберу, забыл.

- Ты что, здесь спал? – ошарашено спросила Татьяна.

- Не то чтобы спал… подремал немножко. А что, что-то не так?

- Почему здесь? – все еще не могла понять Татьяна.

- Потому что в спальне спала ты, - ставя свою чашку на журнальный столик и складывая плед ответил Игорь.

- А другие комнаты?

- Их нет. Спальня, гостиная, кухня, кладовая. Все.

- Я думала, твоя квартира больше…

- А зачем? - пожал плечами Игорь. - Я живу один, большую часть времени провожу вне дома. Для чего мне сотни квадратов и десятки комнат? Чтобы спать мне хватает одной, куда девать остальные? Да и с уборкой возни меньше.

Посчитав дальнейший разговор о размерах квартиры неуместным, Татьяна уткнулась в чашку с кофе и замолчала. В конце концов, ей и самой не нравилась жить в слишком большой квартире, почему другим такое тоже не может быть не по душе?

- Знаешь, я думаю надо заказать тебе что-нибудь из одежды, - сказал Игорь, чтобы нарушить неловкое молчание повисшее в комнате. И пояснил свою мысль, когда Татьяна в недоумении подняла на него глаза: - Подумай сама, если ты сегодня не собираешься возвращаться домой, - Татьяна активно замотала головой, показывая, насколько именно не собирается этого делать, - тебе не помешает обзавестись чем-нибудь еще, кроме моей рубашки, как бы мне ни было приятно смотреть на тебя в ней. И так как в магазин ты пойти не можешь, предлагаю заказать все необходимое в интернете с доставкой на дом. Я уже нашел несколько магазинов, которые смогут доставить заказ сегодня, - открывая ноутбук, который принес с собой добавил он. – Как тебе идея?

- Никак, - внезапно краснея и опуская глаза тихо ответила Татьяна. Игорь, ожидавший совершенно другого ответа, растерялся.

- Почему? – Татьяна не ответила и вопрос пришлось задать еще раз.

- У меня нет денег, - через силу, еле слышно ответила Татьяна, вызвав у Игоря нервный смешок.

- И все? Это не проблема, заказывай, я оплачу.

- Я не могу… - все так же тихо и не глядя на него ответила Татьяна.

- Можешь, - оборвал Игорь ее возражения. – Считай, что это моя прихоть, значит, мне за нее и платить. Вдруг я просто хочу как можно быстрее получить назад свою вещь?

Наконец подняв глаза, Татьяна внимательно посмотрела на Игоря, слабо улыбнулась и потянулась за ноутбуком.

В процессе виртуального шопинга Татьяна отважилась обнаглеть настолько, что к списку вещей первой необходимости, добавилась косметика и кисточки, ходить перед Игорем страхидлой было неприятно. Итоговая сумма заставила Татьяну напрячься, но Игорь, не выказывая никакого недовольства, спокойно завершил оформление заказа. Ответив согласием на предложение Игоря отметить успешное завершение первого этапа покупок чашечкой кофе, Татьяна устроилась на диване поудобнее и, в ожидании обещанного кофе, не заметила, как задремала. А проснулась от неприятного ощущения, что что-то забыла. Сев на диване и поплотнее завернувшись в плед, которым была накрыта, Татьяна, нахмурив брови пыталась вспомнить, что же именно. Сонный мозг включался в работу неохотно, а когда включился Татьяна тихо застонала от злости на себя. Дети. За всеми своими переживаниями она совершенно забыла поговорить с детьми и объяснить им все! Сокрушённо качая головой, Татьяна отправилась на поиски телефона, пребывая в некотором недоумении: время ближе к вечеру, почему они сами за целый день ей не позвонили? Причины молчания стали понятны сразу, как был найден телефон, он оказался разряжен. Издав еще один горестный стон, Татьяна пошла просить подходящий шнур для зарядки, который удалось найти с большим трудом. Когда телефон наконец был включен на Татьяну обрушился целый шквал пропущенных звонков и сообщений. Звонили Ксюша и Сережа попеременно, не было звонков только от Николая. Почувствовав еще один острый укол совести, Татьяна нажала на кнопку вызова и стала ждать ответа дочери. Ответила Ксюша быстро, причем в таких выражениях, что, испытывай Татьяна чуть меньше стыда - непременно возмутилась бы. А так, признавая, что сама была не права, просто позволила дочери высказать все, что накипело.

- Ксюшенька, не сердись, - сказала Татьяна, когда бурный поток возмущений и упреков начал потихоньку утихать и появилась возможность вклиниться в монолог дочери.

- Не сердись? – задохнулась от возмущения Ксюша. – Я не сержусь, я… Я не знаю, как назвать то, что я сейчас испытываю, но это точно не сердитость! Ты хоть представляешь, как мы волновались? Тебя нет, трубку не берешь, домой не возвращаешься, отец сказал только, что вы поругались и ты ушла! Сережа пол дня тебя у двери караулит! Я не отхожу от окон и бесконечно названиваю! Так трудно было ответить?!!

- У меня телефон разрядился, извини.

- Не извиню! Ты когда дома будешь?

- Ксень, понимаешь, я пока не хочу домой возвращаться… - осторожно сказала Татьяна, чувствуя, что ответ дочери будет громким.

- И сколько это «пока» будет продолжаться? – напряженно спросила Ксюша, после непродолжительного молчания.

- Не знаю. Не думаю, что много, - поспешила успокоить дочь Татьяна. - Вы же справитесь без меня, правда? – на заднем фоне раздался звонок, и Татьяна завершила разговор: - Ой, это, наверное, курьер приехал, я тебе попозже позвоню, хорошо? Ты главное не волнуйся, со мной все хорошо.

Цензурных слов у Ксюши не осталось. Глядя на ни в чем не повинный телефон зажатый в одной руке, второй она придерживала начавший дергаться глаз и изо всех сил сдерживала то, что очень хотелось сказать миру и маме.

***

Придя на работу в понедельник Андрей очень удивился, увидев, что Николай уже в офисе. Обычно начальник не являл свой светлый лик раньше одиннадцати-двенадцати часов, а здесь смотри-ка, девяти нет, а он уже на месте. Зайдя поприветствовать шефа и поинтересоваться итогами прошедшей деловой встречи, он распахнул дверь в кабинет Николая и пораженно замер, разглядывая мрачную физиономию начальника. Задорное приветствие так и не сорвалось с языка.

- Что-то случилось? – с беспокойством спросил Андрей, аккуратно прикрыв за собой дверь и присаживаясь в кресло, стоящее перед столом Николая.

- Нет, нормально все, - недовольно ответил начальник, искоса зыркнув на Андрея.

- Встреча хорошо прошла? – задал еще один вопрос Андрей, сильно подозревая, что причиной мрачного настроения Николая могут быть проваленные переговоры и нежелание признаваться в своей оплошности.

- Нормально, - буркнул Николай, позволив Андрею чуть расслабиться, а потом добавил: - Наверное.

Андрей напрягся снова. Неопределенность всегда вызывала недовольство в его душе.

- У вас точно ничего не произошло? – предпринял еще одну попытку прояснить настроение шефа Андрей.

- Да, - тоном «произошло, но тебе не скажу» отозвался Николай.

Андрей вздохнул и сдался, нормально - значит нормально. Он же не психоаналитик, чтобы в душу лезть, захочет начальник сам расскажет, что случилось, а не захочет… Если плохое настроение связано с работой он и сам все достаточно быстро узнает, а если нет, то и знать ему об этом не обязательно. Придя к таким выводам, Андрей сел поудобнее и решил обсудить с Николаем текущие рабочие вопросы:

- Хорошо, тогда давайте пока поговорим про имеющийся у нас контракт. Я высылал вам кандидатуры рабочих, вы с ними ознакомились? От себя могу добавить, что этих людей я знаю давно, специалисты они хорошие. Я бы рекомендовал принимать их на работу всем составом, но если хотите, можем сейчас отобрать минимально необходимое нам количество сотрудников и оформить в штат только их. Однако… - заметив, что его не слушают, Андрей замолчал.

- Слушай, - нарушил тишину Николай, - вот чисто гипотетически, если бы от тебя ушла жена, ты бы что стал делать?

- Завел новую? – выдал первый пришедший на ум ответ Андрей, но заметив, что шутить начальник не настроен, посерьезнел. – В первую очередь мои действия зависели бы от характера отношений, связывающих меня с женой. Сколько лет мы вместе? Как жили в последние годы? Связывает ли нас что-то кроме быта? И исходя из ответов буду решать, как поступить. Возможно то, что жена от меня ушла, это хорошо и пойдет на пользу нам обоим.

- А если у вас есть дети?

- А что дети?

- У детей должна быть полная семья. Значит, вы должны помириться.

- Глупости какие, - фыркнул Андрей. – Никому мы ничего не должны! Жить вместе со ставшим чужим тебе человеком только ради детей, на мой взгляд самая большая дурь, которую только смогло придумать общество. Зачем? Что хорошего из этого должно получиться? Несчастные родители и дети, получающие извращенное представление о семье, это что ли?

- Почему извращенное? – не понял Николай.

- Да потому, что они прекрасно видят, что мама и папа друг друга не любят, а через некоторое время и ребенка, из-за которого вынуждены сосуществовать рядом с неприятным человеком, любить начинают меньше, или совсем перестают. Какую установку усвоит ребенок из такой жизни? Что семья – это обуза? Что родив ребенка человек лишается права на счастье? Опять же, зачем? Чтобы ему потом идеи самому обзавестись семьей и детьми в кошмарах снились? А то вдруг тоже с выбором спутника жизни ошибется.

- Какой-то у тебя нетрадиционный взгляд на этот вопрос, - почесав затылок выдал Николай.

- На счет традиционности не знаю, зато в адекватности уверен, - отпарировал Андрей. – Совместная жизнь только ради детей еще никого ни к чему хорошему не привела. К тому же у вас они уже вполне взрослые, если вы с женой им все объясните - должны понять правильно.

- С чего ты решил, что я про себя говорю? Я ж так, гипотетически, - округлили глаза Николай.

- Ага, - кивнул Андрей и поднялся. – Я пойду, у вас пока и без рабочих вопросов есть о чем подумать, но решение по кандидатам я бы все же попросил принять в течение ближайших нескольких дней.

Дверь за помощником тихо закрылась и Николай спрятал лицо в ладонях. Подумать. Он уже больше суток только этим и занимается. Когда он в порыве гнева сказал жене уйти из дома, он как-то не предполагал, что она настолько серьезно отнесется к этому предложению, что тут же захлопнет за собой дверь. Но тогда он еще не до конца осознал, что случилось.

«Ничего, вернется. Первая придет прощения просить», - так думал он, поднимаясь в спальню в субботу ночью. С этими же мыслями и уснул. А проснулся с уверенностью, что Татьяна ждет его внизу на кухне, и когда он спустится, смущенно улыбнется и попросит прощения. А он, конечно немного поломается для вида, но простит. А как по-другому? Они уже двадцать лет вместе живут, неужели из-за одного скандала расходиться? Но Татьяны не было ни на кухне, ни в квартире. Зато была нервная дочь, наматывающая круги по дому и чуть не прибившая его, когда Николай на вопрос «Где мама?» имел глупость признаться, что она ушла из дома ночью, после ссоры и больше по всей видимости не возвращалась. После этого Ксюша как с цепи сорвалась: накричала на него, а потом перестала разговаривать. Даже Сережа, который раньше всегда в той или иной мере поддерживал его, на этот раз полностью признал его виноватым и поддержал сестру в объявленном бойкоте. Находиться дома было почти невозможно. Единственными словами, которые услышал Николай за два дня, было сообщение от сына о том, что с Татьяной все хорошо и домой в ближайшее время она возвращаться не собирается.

Растерев лицо ладонями, Николай откинулся на спинку кресла и вспомнил совет Андрея: не поддаваться чувствам, а трезво оценить, как они жили до этого и не будет ли расставание к лучшему. А как они жили? Обычно вроде, встретились, поженились, детей завели… Работали, воспитывали, решали проблемы… Как все жили. Но от других жены не уходят, а от него ушла. Почему? Что было не так? Он же как мог старался. Возможно ли, что развод пойдет им на пользу? Татьяна себе нового мужика нашла, а он? Он себе новую жену найдет? Наверное, да. Всё, что он знал о современных отношениях, красноречиво свидетельствовало о том, что завести их было очень легко — были бы деньги, а вот без денег — сложно. Отсюда вытекал другой вопрос: хочет ли он новую жену, которую будет интересовать только счёт в банке? Да, после переезда Татьяна изменилась и деньги потребовала, но до этого, почти двадцать лет в Буе, не просила ничего. После такого заводить отношения, основанные только на деньгах, было противно. Вывод получился неутешительным. Получалось, что если они разведуться, то Тане будет хорошо, а ему плохо.

«Да пропади они пропадом, эти миллионы», - с неожиданной злостью подумал Николай. – «Нахрена они нужны, если проблем с их появлением становиться все больше и больше?»

***

В школу Сережа шел, почти как на отдых. После двух дней, проведённых дома в атмосфере молчаливой агрессии, оказаться в школе среди толпы беззаботных, счастливых ребят было для него счастьем. Ксюша шла в школу сердитая и с недовольным лицом, напоминая брату время, когда они только-только переехали. Тогда у нее было точь-в-точь такое же. Правда тогда она хотя бы дома улыбалась, а в эти дни совсем перестала. И с папой постоянно ругалась. Сережа не любил ссоры и не важно кто с кем ругался, ребята в школе или родители дома, он всегда пытался либо уйти подальше, спрятаться от конфликта, или наоборот, попытаться как-то примирить стороны. Но пытаться мирить Ксюшу с папой было бесполезно, он уже не раз пробовал, выходило только хуже. Вот у мамы лучше получалось, но как раз мамы-то теперь дома и не было. Были скандалы.

Сереже было очень обидно, он не понимал маминого поступка. Ну поругались, ну убежала… но потом ведь надо вернуться. Зачем на совсем убегать? А она не просто убежала, она еще и их с Ксюшей бросила.

- Я сегодня после школы задержусь, вернёшься домой один или меня подождешь? – вернул Сережу в реальность вопрос сестры.

- Один дойду, - ответил он, думая, что не хочет видеть Ксюшу такой серьезной. Шебутная и дурашливая сестра ему нравилась больше, а сейчас рядом с ним шла помесь воспитателя и Фрекен Бок.

- Хорошо. Выйдешь из школы – напишешь, придешь домой – напишешь еще раз, - велела сестра и махнув рукой пошла в свой класс. Сережа, скорчив рожу ее спине пошел в свой. О том, что сестра так себя ведет из-за беспокойства за него Сережа знал, но был уверен, что это не повод так его опекать. Ему же уже целых восемь лет! Почти девять. Что он, маленький?

- Привет! – привычно налетел на него ураган по имени Алиса, как только Сережа вошел в класс и устроил привычную бомбардировку вопросами: – Как выходные? А у меня кошка котят родила! Такие маленькие! Пойдешь смотреть? А хочешь, я тебе одного подарю? Ты чего такой? - заметив странное состояние друга, запнулась Алиса.

- Какой?

- Бледный и не здесь.

- У меня мама ушла, - неожиданно признался Сережа, садясь за парту.

- Куда ушла?

- Не знаю, она не сказала. Сказала только, что сейчас нас забрать не может, а домой возвращаться не хочет. Она из дома ушла. С папой поругалась. Теперь Ксюша постоянно сердитая, а с папой мы не разговариваем.

- Ого, - сочувственно протянула Алиса, погладив Сережу по голове.

- Доброе утро, ребята – прозвенел звонок и вместе с ним в класс вошла учительница, вынудив ребят прервать разговор и рассесться по своим местам. – Надеюсь вы все успели хорошо отдохнуть и набраться сил. У нас сегодня новая тема, открываем тетради и записываем…

Математика, чтение, английский, прошло уже три урока, а Алиса сидела за своей партой, о чем-то задумавшись и шикая на всех, кто пытался ее отвлекать. Сереже было странно видеть подругу такой. Обычно гиперактивная девочка с трудом высиживала на месте сорок минут и, как только начиналась перемена, первой подрывалась из-за парты, делясь впечатлениями от урока, жалуясь на то, что от долгого сидения у неё затекли ноги, и разговаривая с половиной класса за раз. А сегодня даже обедать не пошла. Сережа купил ей в столовой любимое пирожное и сок и принес в класс, но отвлечь Алису от размышлений это не помогло. Уроки закончились, класс отпустили домой и только тогда девочка наконец отмерла.

- Я знаю, что нужно делать! – гордо заявила Алиса, подходя к Сережиной парте. – Я все придумала. Твоих родителей нужно просто помирить!

Глава 19

- Их нужно просто помирить! – заявила Алиса.

-Да? – скептично отнесся Сережа к энтузиазму подруги. – И как?

- Легко! Я все придумала! – важно сообщила девочка. – Вот например, ты сбежишь из школы и спрячешься, Людмила Артемьевна сообщит об этом твоим родителям, они начнут волноваться и искать тебя, при этом помирятся, а когда найдут…

- Запрут дома на год без телефона и компьютера, параллельно делая мои уши больши-и-ими, как у слона и знакомя с ремнем, - поделился Сережа своим видением финала предложенной Алисой безумной идеи. – А потом снова разъезжаются. И вообще, находит меня Ксюша, а когда находит, я начинаю сильно жалеть, что это не папа с его дедовскими методами и что вообще тебя послушался.

- Думаешь не получится? – немного расстроившись протянула Алиса. Ей самой озвученная идея очень нравилась и казалась обреченной на успех. – Ну, тогда больница!

- Что «больница»? – подозрительно переспросил Сережа, чувствуя, что второй вариант понравится ему не больше первого.

- Ты должен попасть в больницу! С лестницы, например, упасть или из окна. Тогда тебя заберет скорая. Из школы, опять же, сообщат твоим родителям и они приедут к тебе в больницу. А там обязательно помирятся! – уверенно заявила Алиса.

- Почему обязательно?

- Потому что в больнице шуметь нельзя, а у постели тяжелобольного тем более. Если ты будешь лежать на кровати весь несчастный и в гипсе, они точно не будут ругаться друг с другом!

- Конечно, - согласился с ней Сережа, - друг с другом они ругаться не будут, они будут ругаться на меня. И закончится все так же, как и в предыдущем варианте, только с небольшим сдвигом по времени и бесконечными нотациями во время болезни. А Ксюша меня потом к себе привяжет и никуда одного отпускать не будет. И вообще, не хочу я в гипс.

— Трусишка? — полувопросительно припечатала Алиса, с одной стороны не желая обижать друга, которому сейчас и так было тяжело, а с другой — обидевшись на то, что её идеи, такие прекрасные и продуманные, забраковали.

- А вот и нет! Просто не понимаю, почему ты решила, что это поможет их помирить? Что помешает им поругаться после того как они выйдут из больницы?

Алиса задумалась, что-то такое в словах Сережи было, но признаваться в своей неправоте все равно не хотелось. В ее мыслях все так замечательно получалось!

- Ну, тогда я не знаю, сам думай, - надулась она.

- Не обижайся, - потормошил нахохлившуюся Алису мальчик, - мне приятно, что ты хотела помочь, вон сколько времени потратила. Давай я тебе завтра какие захочешь пирожные куплю?

- А сегодня? – мигом оживилась Алиса.

- Сегодня не могу, у меня четкая инструкция сразу после школы идти домой и весь маршрут слать сообщения, - вздохнул Сережа. – Кстати, пойдем быстрее, а то и так задержались, еще чуть-чуть и Ксюха реально придумает меня к себе привязывать, даже с лестницы прыгать не придется.

***

В понедельник проводив Игоря на работу и быстро помыв оставшуюся после завтрака посуду, Татьяна задумалась о том, что делать дальше. И сегодня, и вообще. На выходных обдумать все хорошенько мешало присутствие Игоря, размышлять о проблемах рядом с ним совершенно не хотелось, а вот теперь появилось время. Налив себе чашку чая и с ногами забравшись на диван, Татьяна невидящим взглядом уставилась в пространство.

В первую очередь нужно было решить вопрос с деньгами, жить за счет Игоря ей было неудобно, как и обременять его своим присутствием. Ладно еще напроситься пожить несколько дней, но когда сожительство растягивается на более длительный срок… Особенно если брать во внимание тот факт, что спальню Игорь уступил ей, довольствуясь диваном в гостиной и не желая даже слушать о том, чтобы поменяться спальными местами. Нужно было искать работу. В общем-то Татьяна была не против снова устроиться швеей, но оставалась одна проблема, до зарплаты нужно было ждать целый месяц, где и на что жить все это время? Все свои сбережения, какие были, она потратила уже давно и сейчас очень жалела, что стеснялась тогда, сразу после переезда, просить деньги у мужа, предпочитая обращаться к своим запасам. Как бы они ей сейчас пригодились. Возможно, на первое время, стоит поискать подработку с ежедневной оплатой? Конечно платят на таких обычно немного, но для начала… Хотя бы на продукты и, возможно, на квартиру. Ей же не нужны хоромы в центре, а аренда небольшой квартирки где-нибудь на окраине наверняка не дорого выйдет. Вот только как она вместе с детьми в маленькой квартире жить будет? Представив три дивана, занимающие практически все пространство комнаты, шкаф, скромно притулившийся в уголке и письменный стол, расположившийся посередине и выполняющий роль новогодней елки, вокруг которой водят хороводы всякий раз, когда кому-то потребуется пройти от двери, например, к окну. Татьяна сморгнула и покачала головой, отгоняя дикие фантазии. Не обязательно забирать детей сразу, они пока и с папой могут пожить, и до школы ближе. Сереже она все объяснит, а Ксюша и сама поймет. Наверно. Наметив хоть какие-то сценарии будущего, Татьяна почувствовала себя немного спокойнее и наконец вспомнила про чай. Давно остывший, но все равно остающийся вкусным и ароматным.

С глобальными планами она разобралась, теперь можно подумать о дне сегодняшнем, а именно о том, как его провести. Сразу начинать поиск работы или сходить в последний раз на занятия и предупредить, что больше она их посещать не будет? Наверное, это было бы правильнее, чем просто пропасть без предупреждения. Главное, чтобы у нее хватило средств до туда доехать, в чем Татьяна серьезно сомневалась. Сколько точно у нее с собой денег она не помнила, но точно знала, что немного. И что существенную часть из этого немного она отдала за такси в ночь, когда поругалась с мужем. А еще, что срок действия ее проездного закончился вчера и что идти пешком от дома Игоря будет очень далеко. Поняв, что гадать она может бесконечно Татьяна решила ускорить процесс и просто заглянуть в кошелек. А когда заглянула, обнаружила то, о чём совершенно забыла и потому не учитывала в своих планах: кредитку с неограниченным лимитом, которую после одной из ссор дал ей Николай. Взяв прямоугольник в руки Татьяна смотрела на него со смешанными чувствами: он мог очень сильно упростить ей жизнь, но насколько этично будет пользоваться этими деньгами? Или нормально? Это же совместно нажитое имущество, нет? Не придя к какому-либо ответу, Татьяна решила для начала сходить в банк и проверить рабочая ли она. Ведь Николай, разозлившись, мог уже заблокировать карту, смысл тогда терзаться? Карта оказалась активна и забыв про сомнения Татьяна тут же сняла с нее часть денег. Совесть заглушала всё тем же тезисом: совместно нажитое супругами имущество делится пополам, а значит, как минимум половина того, что лежит на счету, принадлежит ей. И вообще, она всего лишь возвращает своё — то, что потратила по приезде.

С деньгами жить оказалось даже проще, чем с чёткими планами. Выйдя на улицу, повеселевшая Татьяна заторопилась домой — нужно было успеть на занятия. На душе было так легко, что она еле сдерживалась, чтобы не начать подпрыгивать от радости, и широко улыбалась всем вокруг — и хмурым, спешащим по своим делам прохожим, и низкому, свинцовому небу. По пути она не удержалась и завернула в супермаркет. Там, все с той же улыбкой, просто отказывающейся покидать ее лицо, Татьяна тщательно выбирала продукты, представляя, что приготовит из них на ужин. Давно ей так не хотелось приготовить что-нибудь вкусненькое. Расплатившись на кассе и выйдя из магазина Татьяна практически бегом направилась домой. Времени оставалось катастрофически мало, а продукты еще нужно было убрать в холодильник. Ну и ладно, даже если она немного опоздает - ничего страшного не случиться, зато вечером она покажет класс и продемонстрирует, что никакие полуфабрикаты и доставки не сравнятся с настоящей домашней едой!

***

Вечером Игоря встретили умопомрачительные запахи, доносящиеся с кухни и суетящаяся у плиты Татьяна. Он даже передумал сообщать о своем приходе и ненадолго притаился в коридоре, наблюдая за открывшейся ему картиной. Пожалуй, ему нравится так возвращаться домой. И выходные проведенные вместе ему тоже понравились. Заниматься бытовыми вопросами вместе с Татьяной было уютно и привычно, как будто она не два дня у него прожила, а пол жизни. И неважно, касались эти вопросы заказа продуктов или выбора фильма.

Телефон Татьяны зазвонил и она, ненадолго отвернувшись от плиты, на которой что-то помешивала, ответила на звонок. Выслушав звонившего Таня нахмурила брови и спросила недовольным тоном:

- Как это возможно? Вы уже четвертые! – выслушав ответ и поджав губы Татьяна все так же недовольно ответила: - Нет, больше ничем. Всего доброго, - нажала отбой и зашипела на телефон.

- Ты пытаешься напугать кусок пластика, или того, с кем по нему разговаривала? – поинтересовался Игорь. Татьяна, не слышавшая как он вошел, испуганно вздрогнула и обернулась.

- Вернулся? – радостно спросила она и бросилась к плите. – Подожди, еще пару минут и будет готово. Как раз успеешь переодеться и руки помыть.

- Так на кого ты так рассердилась, что даже зашипела? – не поддался на попытки услать его куда подальше без ответа Игорь.

- На риелторов, - нехотя призналась Татьяна. – Представляешь, посмотрела сегодня кучу объявлений о сдаче жилья, написала по нескольким понравившемся квартирам, а ответ везде один - «Сожалеем, ее уже сдали, но у нас есть множество других замечательных вариантов, только немного в другой ценовой категории. Желаете посмотреть?» - писклявым голосом передразнила женщина всех отзвонившихся ей сегодня разводил.

- А зачем тебе квартира? - сводя брови к переносице уточнил Игорь.

- Ну не могу же я бесконечно тебя стеснять? Мне не комфортно, тебе не комфортно. Погостила немного, пора и честь знать, вот только найду куда…

- Я же уже говорил, ты меня совершенно не стесняешь, - попытался отговорить ее от идеи переезда Игорь, перспектива лишиться только-только найденного домашнего уюта огорчала.

Татьяна только покачала головой и сменила тему, потянувшись за тарелками.

- Так, все готово, иди переодевайся. В уличном за стол не пущу! Остынет - сам будешь виноват. Там, - ткнула она пальцем в сторону плиты, - вкуснятина и дать ей испортиться нельзя. Поэтому если за стол не успеешь ты, это все придется съесть мне одной, и я умру от обжорства.

- Мою порцию не трогать! – подхватил шутку Игорь. – Я переодеваюсь как пожарный, за тридцать секунд!

Когда содержимое кастрюлек и сковородок переместилось в желудок, который порадовался качеству, но отнюдь не количеству съеденного, Игорь понял, что ложиться спать после такого категорически нельзя, и предложил Татьяне немного прогуляться. Татьяна, тоже переборщившая с количеством еды, идею живо поддержала. Уже на улице, неспешно прогуливаясь по дорожкам сквера, Игорь решил снова поговорить про переезд.

- Уверена, что вопрос с переездом такой срочный?

- Боюсь, что решить его срочно не получится, - нервно усмехнулась Татьяна. – Судя по тому, что я сегодня услышала. Знаешь, со стороны процесс казался проще, ну, когда Коля квартиру искал…

- Я понял. Могу помочь с поисками, раз ты так серьезно настроена, - предложил он. – Нет, ездить и лично осматривать квартиры не буду, - открестился Игорь, увидев выражение лица Татьяны. – Просто у меня есть знакомый риелтор, я могу поговорить с ним и дать твой номер, он не будет тебя дурить и попытается максимально быстро найти подходящий вариант.

- Правда? – от переизбытка чувств дернула его за рукав Татьяна, в глазах сиял неподдельный восторг. – Это же здорово! Ты просто как палочка-выручалочка, всегда помогаешь. А я только беру. Чем я могу тебя отблагодарить?

- Сегодняшнего ужина было вполне достаточно.

- Это не серьезно! Мало! Придумай что-нибудь еще! – потребовала Татьяна, не отпуская его рукав и капризно надув губы, на которых и остановил свой взгляд Игорь.

- Поцелуй? – предложил он единственный крутящийся в голове вариант.

***

Николай сидел и угрюмо разглядывал большой плазменный телевизор, висящий на стене в его кабинете, хотя поводов для радости было много.

Сначала Андрей неизвестно как умудрился заключить ещё один контракт, о чём с гордостью доложил шефу и добавил, что теперь нет необходимости выбирать, кого из рабочих, чьи резюме он направлял несколько дней назад, брать на работу. Теперь они могли позволить себе взять всех, и еще кого-нибудь. Без особого энтузиазма выслушав доклад Николай кивком показал, что принял информацию к сведению и погрузился в бездну печали и меланхолии. Потом Александр сообщил, что вот-вот состоится тендер, которого Николай так ждал. Поводов для радости было много, но радоваться не получалось. Он прокручивал в голове разговор, который произошел у него с соседом, когда Александр пригласил его, и протянул на ознакомление документы по тендеру. Из всего прочитанного, а точнее, просмотренного, Николай запомнил только начальную стоимость торгов. Она внушала уважение. Попутно сосед поведал, что впечатление на вечеринке Николай произвёл исключительно хорошее: так весело в их тесном кругу не было ещё никогда, и он, да и остальные мужчины, были не прочь повторить приятный вечер. Александр ожидал всплеск энтузиазма и по поводу вечеринки (как он успел понять, выпить и повеселиться Николай был не дурак), и по поводу тендера, который ждал с нетерпением и регулярно спрашивал о сроках проведения, а получил невнятный кивок. Заинтересовавшись, что же такого могло случиться у всегда весёлого, фонтанирующего энергией без вектора и позитивом соседа, что ему даже перспектива весёлых посиделок настроение не поднимает, Александр сдержанно поинтересовался:

- У тебя что-то произошло?

Александр уже перестал ждать ответ, глядя, как сосед безучастно созерцает строчки договора, который продолжал держать в руках, когда Николай внезапно спросил:

— Чисто гипотетически, если бы от тебя ушла жена, что бы ты стал делать?

- Радоваться, - пожал плечами Александр.

Николай удивленно посмотрел на соседа. Ему казалось, что жену Александр любит, а тут такой обескураживающий ответ.

- Если она от меня уйдет, - позабавившись выражением лица Николая пояснил Александр, — значит я сам этого захотел, а если это было мое желание, почему я должен переживать?

- А если решение примешь не ты, а она?

- Исключено. У Светы нет причин задумываться о таком, значит инициатива будет исходить от меня. Впрочем, меня в жене тоже все устраивает, так что предложенная тобой ситуация маловероятна.

Николай только удрученно усмехнулся, ему недавно тоже казалось, что такая ситуация невозможна.

- Пап, - заглянул в комнату Марк, прерывая их разговор, - там тебе на домашний утрезвонились, говорят, на сотовый не дозвонились. Че у тебя с телефоном?

- Марк, следи пожалуйста за речью, - спокойно попросил Александр посмотрев на сына. – С телефоном ничего, он просто заряжается в кабинете. В отличие от тебя, я могу существовать без этой безделушки под рукой. Особенно, когда не жду важных звонков. По причине же не высокой важности звонка, известие о нем мне принес ты, а не Ольга, которая, я уверен, ответила раньше тебя, записала всю важную информацию и не стала меня беспокоить, зная, что я занят. Поэтому я прошу тебя закрыть дверь с другой стороны и больше не вламываться ко мне, когда я принимаю гостей за закрытыми дверями.

Марк, выслушав спич отца, только закатил глаза и сделал, как попросили, — закрыл за собой дверь, заставив Николая завистливо вздохнуть. Ксюша бы на подобное его заявление устроила скандал.

- Может стоит ответить на звонок? – неуверенно предложил Николай. – Раз так упорно пытаются дозвониться.

- Как я и сказал, наверняка ничего важного, иначе Оля бы уже сообщила, - отмахнулся Александр. – А что касается твоей проблемы, подумай: нужна тебе жена или нет. Если нужна — иди и верни домой; если нет — прекращай рефлексировать, плюнь и забудь. Неприятно, конечно, что инициатором был не ты, но ничего, думаю, пережить можно.

- Да с чего вы взяли, что я про себя спрашиваю? – возмутился Николай. – Говорю ж, это так, гипотетически…

- Конечно, по тебе это очень заметно, - ехидно подтвердил Александр. – А еще люди обычно имеют привычку спрашивать о чем-то подобном просто так, гипотетически.

Николай замялся, на последний аргумент возразить было нечего.

- Я так понимаю, ты еще у кого-то совета искал, - поинтересовался Александр. – Что другие насоветовали?

- А ты откуда знаешь?

- Ты употребил местоимение «вы» когда доказывал, что спрашиваешь не про себя. Не мою же скромную персону ты так высокопарно обозначил.

- Примерно то же самое, - признался Николай. - Сказали подумать, насколько Таня мне нужна и принимать решение исходя их этого.

- Подумал? – любезно поинтересовался сосед.

- Думаю, - хмуро ответил Николай.

- Вот и молодец, продолжай, пока не найдешь решение.

Он и продолжил. Кажется, никогда раньше Николай не думал столько о Татьяне и их отношениях. Размышлял о том, как будет жить один или с другой женщиной, крутил эти мысли и так, и эдак и пришёл к однозначному выводу: не нужна ему другая, и один он жить не хочет. Он с Таней хочет, он к ней привык, двадцать лет с ней прожил, а теперь отдать её какому-то ушлому мужику? Да щас! Пусть он себе другую ищет, а эта его! Осталось только убедить в этом Татьяну и вот здесь начинались самые большие трудности: трубку она не брала, на сообщения не отвечала, где она живет Николай не знал и даже адресами ее курсов не располагал. Ну и как ее искать? Не по театрам же носиться, разглядывая всех выходящих и пытаясь высмотреть в толпе жену. Долго так можно бегать, театров в Москве много, пойди найди нужный. Проще всего было попробовать помириться через детей, с ними Татьяна связь поддерживала, но даже это проще было очень тяжело исполнить. Дети с ним по-прежнему не разговаривали, в штыки воспринимая все его попытки объясниться. А наладить отношения было необходимо, без них он Таню не вернет. Да и жить в доме, напоминающем прифронтовую полосу Николаю не нравилось. Слишком действовало на нервы. Помниться, когда-то он мечтал о спокойных детях и тишине в доме - теперь осознал, насколько был не прав, смех и разговоры звучали гораздо приятнее, чем мертвая тишина и скорбное молчание, в которых он жил теперь. Одна из последних попыток получить расположение детей, покупка огромного торта (ведь все дети любят сладкое, а девочки особенно любят, авось и Ксюша немного оттает) никаких результатов не дала. Ребята просто проигнорировали лакомство, после ужина оставив его гордо возвышаться на обеденном столе. Равнодушие, с которым они отреагировал на торт, заставили Николая усомниться в целесообразности покупки игрушек, что-то подсказывало ему, что их постигнет судьба торта. Требовался более серьезный презент, что-то такое, от чего они просто не смогут отказаться. Ну, или хотя бы один из них… Перебрав в голове несколько вариантов, Николай решил идти ва-банк.

- Ирочка, срочно найди мне щенка! – велел Николай, распахивая дверь кабинета

- Какой породы? – доброжелательно уточнила Ира, порадовавшись, что начальник проявил хоть какую-то активность. Смотреть на его грустное лицо и безучастное сидение в кабинете было просто невозможно.

- Не знаю. Чтобы ребенку понравился.

- Мальчику или девочке?

- Мальчику, - ответил Николай и добавил, - и девочке. Привередливой девочке, - уточнил он после секундных раздумий. – Подбери что-нибудь, а?

- Сделаю. Вам насколько срочно?

- Очень!

***

- Это что? – спросил Николай, глядя на фотографии, которые разложила перед ним на столе Ирина. Фотографии демонстрировали трех забавных щенков: спящих, играющих друг с другом и с игрушками или с вымазанными в молоке мордочками.

- Это золотистый ретривер. Как вы и просили: милые, пушистые, легко поддаются дрессировке. Считаются семейными собаками, не агрессивны, обожают детей. Думаю, для вас вариант идеальный. Я связалась с заводчиком, он вас ждёт — у него осталось три щенка, сможете выбрать, кто больше понравится. Собаки с родословной и паспортами, здоровы, прививки по возрасту… - не дав Ире договорить Николай подскочил и крепко обнял ее, а потом сгреб со стола фотографии и бросился из офиса, на ходу отдавая последние распоряжения:

- Адрес мне его сбрось. И телефон. И такси вызови. И предупреди, что я уже выехал. Нет, не надо, сам позвоню. Такси вызови!

- Что за шум? – поинтересовался у Иры выглянувший из своего кабинета Андрей.

- За щенком поехал, - кивнула она в сторону опустевшего кабинета Николая.

- Судя по голосу повеселел?

- Повеселел, - подтвердила Ира.

– Главное, чтобы завтра опять хмурый не пришел.

Ира согласно вздохнула.

***

Как можно тише открыв дверь Николай на цыпочках зашел в прихожую, опустил на пол сумку с вещами первой необходимости: пачкой пеленок, любимой лежанкой (чтоб к новому дому было проще привыкнуть) и розовым ошейником (просто сувенир), и достал из-за пазухи маленький, пушистый комочек. Комочек завилял хвостом и попытался лизнуть Николая в нос, видимо эта часть его тела очень понравилась щенку, потому что при встрече он сделал ровно то же самое. Ну разве мог он после этого рассматривать кого-то еще?

- Не меня лизать надо, - шепотом выговаривал Николай щенку, пытаясь снять обувь без рук. Получалось плохо, поэтому он поставил собаку на пол и попытался как можно скорее раздеться, снова взять щенка на руки и торжественно презентовать сыну. У щенка, однако, были другие планы. Заскучав в машине, где почему-то не разрешали бегать, а требовали сидеть на одном месте и быть хорошей девочкой, будучи спущенной с рук, устоять на одном месте щенок больше не мог и подгоняемый неуемной энергией и любопытством отправился исследовать новый дом. – Стой! – все так же тихо велел Николай, пытаясь как можно быстрее выпутаться из рукавов пальто и глядя как упитанная тушка щенка направляется в гостиную.

- Ой, это что? – услышал он немного растерянный голос Сережи и сплюнул от досады, торжественного вручения не вышло.

- Щенок, - наконец справившись с упрямой одеждой ответил Николай, поспешив вслед за собакой.

- Купить решил? – тут же с вызовом спросила Ксюша, едва удостоив щенка мимолетным взглядом и дерзко глядя на отца.

Не получилось, с досадой понял Николай, увидев ее лицо. Или получилось? Пока Ксюша демонстрировала неподкупность и презрение, Сережа не отрываясь смотрел на собаку полными восторга глазами.

- Это мне? – недоверчиво уточнил мальчик.

- Тебе, - кивнул Николай. – Нравится?

Сережа так активно закивал головой, как будто от степени выраженности его согласия зависело, оставят ему собаку или нет.

- Это Чара, ухаживай за ней хорошо, - велел Сереже Николай и присев на корточки, чтобы быть глазами на одном уровне с сыном, протянул собачий паспорт. – И воспитывай. Завтра съездим в зоомагазин, купим все, что ей понадобится. Я не стал без тебя выбирать.

- Спасибо! – не веря своему счастью кинулся на шею отцу Сережа, совершенно забыв, что еще утром был на него обижен. Разве можно продолжать помнить про обиды, когда тебе подарили собаку? За такой долгожданный презент он готов был простить папе все, что угодно.

- Продался, да? – услышал Николай злой голос дочери.

- Ксюх, ты чего? – недоуменно посмотрел Сережа на сестру. – Это же собака! Смотри, какая хорошая, - попытался объясниться с сестрой мальчик, садясь на пол рядом со щенком. Чара, увидев в зоне досягаемости человека, который тянет к ней руки, решила продемонстрировать, насколько она хорошая и зализать его, как минимум до стерильной чистоты. – Щекотно! – притягивая к себе собаку еще ближе рассмеялся Сережа.

– Предатель! – припечатала Ксюша и бросилась наверх.

Дверь в комнату дочери громыхнула так, что казалось содрогнулись стены. Поморщившись, Николай посмотрел на совершенно счастливого сына, крепко обнимающего щенка и вполне доброжелательно смотрящего на него. Ну что ж, по крайней мере расположение одного он себе вернул, а Ксюша… Надо будет подумать.

Глава 20

- Дурдом какой-то, - только и смог выдавить из себя Николай, сокрушенно разглядывая измочаленную до непотребного состояния пару тапочек, рядом с которыми красовался недогрызенный ботинок. Один. И опять на левую ногу. Хоть бы чередовали, паразиты пушистые! Он бы из остатков пары собирал. А так, минус восемь пар обуви за неполные две недели, не считая тапочек, и как только доставать умудряются? Он уже и на верхний ярус полки убирал, и в шкаф прятал, все равно ухитряются спереть и сжевать, игнорируя гору всевозможных пищяще-хрустяще-шуршащих игрушек, раскиданных по всему дому. И зачем он только все эти мячики покупал? Чтобы утром в ванную на них кататься? Случай этот произошел с ним на прошлой неделе, когда мозг еще не успел привыкнуть к тому, что дома появился новый член семьи и не до конца осознавал, к каким последствиям это может привести. Проснувшись утром, Николай направился в ванную не открывая глаз, а что, маршрут простой и привычный, почему бы и нет? Не учел он только резиновой косточки, которая, оказавшись под его ногой издала пронзительный писк. Подпрыгнув от испуга, он совершил разворот в воздухе и приземлился пяткой на мячик. Пупырчатый и упругий. Видимо быть придавленным ногой человека мячу не понравилось и он вывернулся из-под поправшей его пяты. В ванной Николай очутился как никогда быстро, открыв дверь спиной и ею же затормозив о кафельный пол. Переведя дыхание и вспомнив до седьмого колена родню всех, кто изготавливает такие ужасные игрушки, Николай кряхтя поднялся с пола и борясь с желанием избавиться от игрушки самым быстрым способом – через окно – поплелся выкидывать опасный для жизни мячик в мусорное ведро. По дому он с тех пор передвигался исключительно с открытыми глазами и внимательно оглядывая пол перед собой на предмет раскиданных игрушек, неучтенных луж или самих пушистых бандитов, норовящих кинуться под ноги в самый неподходящий момент. Чем-то ему это напоминало время, когда Сережа еще был совсем маленький. Тогда по квартире тоже приходилось передвигаться с величайшей осторожностью, чтобы не наступить на детальки конструктора, машинки и карандаши, то и дело валяющиеся на полу. Кстати, бандитов теперь было двое. Сережа, прекрасно понимающий, что второго такого шанса может и не подвернуться, вытряс из отца согласие еще и на котенка, которого так щедро предложила ему Алиса.

- Ты не боишься, что собака съест котенка, он же еще очень маленький? – отказать напрямую Николай не мог, но очень надеялся, что Сережа, испугавшись за жизнь котенка, сам передумает брать еще одно животное.

- Чара тоже еще маленькая, они обязательно подружатся, - уверенно заявил сын. – И дома вместе им будет не так скучно.

На счет животных Николай был не уверен, но вот то, что он про скуку забыл, это факт. Лихие гонки посреди ночи, пылкие концерты (преимущественно тогда же), истинно детские проблемы с пищеварением (в основном у котенка), и в довершение всего - равнодушие к игрушкам и повышенный интерес к обуви. То ли душа у кошака оказалась собачья, то ли дурной пример оказался заразителен, но тапочки они жевали на пару. Закончив изучать учиненный беспорядок, Николай подхватил с пола ботинок, и пошел высказывать Сереже честное мнение о его зоопарке.

Сережу появление грозного отца с ботинком наперевес ничуть не впечатлило. Это в первый раз он испугался и попытался спрятать зверинец, а сейчас уже прекрасно знал, ничего страшнее свирепой гримасы и обещаний сделать меховые тапочки им не будет.

- Сережа, ты обещал мне следить и воспитывать свой детский сад, - проникновенно сказал Николай, потрясая изгрызенным ботинком.

- Они просто маленькие и у них чешутся зубы, - не отрываясь от возни с собакой ответил Сережа. – Подожди, они скоро подрастут и перестанут грызть обувь.

- Да? И что они начнут грызть потом? Полы, шкафы или верхнюю одежду? Сергей, ты понимаешь, что это дорогая обувь, а я ее чуть не оптом уже беру! И чтобы животные прекратили пакостить, их нужно воспитывать, а не ждать, когда сами поумнеют!

- Я воспитываю, - не впечатлился тирадой отца мальчик. – А ботинки пока можно и дешевые брать, чтобы не жалко было выкидывать.

Прикрыв глаза, Николай напомнил себе, срываться и портить отношения с сыном никак нельзя, иначе все его усилия, нервы и восемь пар испорченной обуви пропадут впустую. Досчитав до десяти он медленно перевел дыхание и постарался еще раз достучаться до сына.

- Сережа, мне не только обувь жалко, - постаравшись, чтобы его слова прозвучали как можно искреннее, произнес Николай. – Я за зверей волнуюсь. Ты подумай, сегодня они грызут ботинки и их за это не ругают, а если завтра они решат погрызть провода? Ты подумал, что будешь делать, если их ударит током?

Заметив страх в глазах сына, Николай похлопал его по плечу и отправился на кухню, нужную мысль он Сереже подкинул, а дальше его фантазия справится сама. Возможно, это все же сподвигнет его заняться воспитанием, а не баловством животных. Кухня порадовала почти стерильной чистотой и пустотой, намекая на то, что ужин опять придется заказывать.

- Ты ужинал? – вернувшись в гостиную спросил Николай у сына. Сережа грустно посмотрел на отца и помотал головой, заставив Николая ощутить какое-то неприятное чувство в душе и дать себе честное слово, напрячь завтра Иру и заставить ее найти место, в котором Татьяна заказывала семье еду. Ксюша разобиделась всерьез и перестала кормить не только его, но и Сережу, сама питаясь не понятно где и чем, потому что наличием продуктов холодильник не радовал. И наладить с дочерью отношения никак не получалось. Чего он только не пробовал: и цветы, и новые гаджеты, и плюшевые игрушки, даже купил билеты на концерт ее любимой группы и был готов провести на этой вакханалии два часа (одну Ксюшу могли не пустить из-за возраста, а вот в присутствии родителей – пожалуйста, он специально узнавал), подвергая уши и ноги серьезной опасности, но даже к этому презенту дочь осталась равнодушна. Набирая номер расположенного неподалеку ресторанчика, который организовывал доставку еды на дом, Николай сокрушенно признал, что характером Ксюша пошла в ишака, осталось только понять, как этот ишак мог появиться в его роду.

***

Ксюша с отвращением смотрела на раскисшую под ногами грязь, еще утром бывшую тонким слоем белого снежка, а сейчас превратившуюся в непознаваемое нечто, и думала о том, как изменчива жизнь. Еще недавно она не хотела ходить в новую школу, а теперь была готова оставаться в ней с ночевкой, лишь бы не ходить домой. Если это место еще можно назвать домом, в чем она сильно сомневалась после того, как брат променял ее на собаку. В ее понимании дом должен был быть местом, в котором хорошо и спокойно, в котором тебя любят и ценят, и не за то, что ты помогаешь по дому и сидишь с младшим братом, а просто за то, что ты есть. Любая. А у нее дом — это бесконечные придирки, скандалы с отцом, и почти официально закрепленная профессия няни. Конечно на счет последнего она и сама особо не возражала, но как-то не ожидала, что в итоге окажется для брата менее ценной, чем щенок. Было обидно. Настолько, что она практически перестала обращать на брата внимание: не разговаривала, не играла, не готовила еду, сама перебиваясь школьными обедами, даже в школу и домой ходила одна, изо всех сил стараясь показать, насколько задел ее поступок брата. Сережа и сам понимал, что поступил не совсем правильно по отношению к сестре и пытался извиниться, но Ксюша оставалась неумолима, в упор не замечая усилий брата. В итоге мальчик начал копировать поведение щенка, таскаясь за сестрой хвостиком и преданно заглядывая в глаза, разве что лизаться не лез. Вот и сейчас, если обернуться, можно увидеть Сережу, терпеливо ждущего, когда сестре надоест любоваться природой, и они смогут пойти домой. В школу и из школы Ксюша ходила одна, а брат просто шел за ней, отстав на несколько шагов и громким сопением выражал раскаяние. А еще, иногда она замечала слезы в глазах Сережи, и чувствовала себя в эти моменты последней свиньей, но вести себя по-другому не могла. Слишком сильно задела ее эта ситуация, вынуждая срывать зло на всех, кто подвернется под руку. Ближе всех были отец и брат. Даже с Марком поругаться не удавалось, этот самодовольный индюк, как на зло вел себя образцово показательно и только шутовски раскланивался, встречаясь с ней в классе, а начинать конфликт первой Ксюше не хотелось. И Инги не было видно уже несколько дней. И даже Слава укатил на какие-то соревнования оставив ее совсем одну. Это тоже было обидно. Когда она не хотела рассказывать о том, что происходит дома, он был рядом, а когда ей понадобилось выговориться, уехал. Досадно было осознавать, что у каждого из близких людей кто-то есть: у Сережи - щенок, котенок (в их сторону Ксюша лишний раз старалась не смотреть, опасаясь, что не выдержит концентрированной милоты и даст слабину) и отец, у отца – Сережа, и у мамы появился кто-то очень важный, а она никому не нужна. Попытки подмазаться со стороны отца Ксюша не учитывала, считая их чем-то вынужденным, неискренним и с каждым вручаемым ей презентом злилась все больше. Особенно Ксюшу взбеленили два билета на рок-концерт и выражение готовности сопровождать ее на мероприятие, которое ранее, иначе чем наркоманскими сборищами отцом не величались. Билет, за который раньше она не раздумывая продала бы душу и, возможно, почку, порванный, оказался в мусорном ведре, а Николай в очередной раз был обвинён во всех смертных грехах. Больше презентов она пока не получала. Еще раз бросив быстрый взгляд на брата и убедившись, что он никуда не ушел, стоит, подпирает куст, хоть и видно как ему не терпится домой. Что-то там у его животин с отцовой обувью не заладилось, она не особо вслушивалась, но нотации, почти ежевечерне читаемые Сереже, все же услышала. Вздохнув и поправив лямку рюкзака на плече, Ксюша зашагала в сторону дома, не дело Сережу морозить, да и сама она уже изрядно подмерзла. В конце концов, другого выбора все равно нет, сбежать как мама она пока не может.

***

Николай ехал домой предвкушая как положит конец порче своего имущества. Утром обнаружив погрызенной очередную (последнюю) пару обуви и пушистых вредителей, с совершенно довольными мордами дрыхнущих неподалеку от места преступления (зачем он им лежанки покупал?) Николай понял, что терпение его лопнуло и на Сережу в вопросе воспитания живности полагаться бесполезно. Надо решать проблему самостоятельно.

По приезде в офис мысль эта еще сильнее укрепилась у него в голове. За неимением других вариантов из дома пришлось выходить в старых кроссовках, единственной оставшейся целой паре обуви. И беда была даже не в том, что кроссовки не самая подходящая для зимы обувь (не так уж он и замёрз, пройдя от дома до такси и от такси до офиса), а в том, что подошва у осенних кроссовок была совершенно лысая, из-за чего Николаю пришлось несколько раз исполнить разудалые кульбиты, чтобы предотвратить контакт не до конца зажившей после путешествия в ванну на мяче пятой точки и обледеневшего асфальта. Так совпало, что ни создатели кроссовок не рассчитывали, что кто-то решит ходить в них по льду, ни лед, тонким слоем покрывавший тротуары, убирать никто не спешил. Вообще, как успел понять Николай, в Москве у коммунальщиков были свои, особые инструкции по борьбе с зимними неприятностями. Например, лед в этой инструкции, по всей видимости, велели игнорировать, направив все силы на борьбу со снегом, что в принципе было хорошо, пусть бы боролись. Если бы не методы. В Буе приход зимы совершенно игнорировался коммунальными службами и уже к концу первого зимнего месяца прохожие были вынуждены по пути на работу форсировать метровые сугробы. В Москве такого допустить не могли, а потому снег просто засыпали реагентами, после чего счастливые жители столицы по пути на работу форсировали уже не сугробы, а одну бесконечную лужу, наполненную жидкой грязью. Решить, что лучше — чистые белые заносы или мерзкая жижа, изредка разбавленная островками чистого, ничем не присыпанного льда, — Николай затруднялся. Оказавшись в кабинете, мужчина сразу полез в интернет. В ответственном деле спасения обуви ни на кого кроме себя положиться он не мог и всего за несколько часов нашел полностью устроивший его вариант. Обувной шкаф запирающийся не на магнитный, а на вполне настоящий замок. С ключиком. Представив разочарованные мордахи столкнувшихся с непреодолимым препятствием пушистых бандитов, Николай ощутил, как начало подниматься настроение, а узнав, что замечательный шкафчик смогут доставить уже сегодня, и вовсе почувствовал счастье. Он предупредил Сережу о доставке мебели на случай, если не успеет вовремя вернуться домой и проверить все лично. Конечно, спокойнее ему бы было, если бы процесс контролировала Ксюша, но увы.

«Ничего, взрослый уже пацан, справится», - убеждал себя Николай и представлял, как они с сыном будут этот шкаф собирать. Ему в детстве всегда нравилось помогать в чем-то подобном отцу: подать инструменты, что-то придержать или, самое восхитительное, самому закрутить какой-нибудь шуруп. И Сереже, как он раньше замечал, тоже нравилось. А потом, когда со сборкой будет покончено, они закажут ужин, чтобы отметить победу человеческого интеллекта над животными инстинктами. Что-нибудь совершенно вредное, например, фаст-фуд. Один-то раз можно. А с завтрашнего дня у них наконец снова появится почти домашняя еда - Ира нашла компанию, которая будет об этом заботится. А еще через недельку можно будет начинать думать о елке и подарках, праздник же скоро. Вот бы его еще полным составом семьи отмечать…

- Привезли? – вместо приветствия спросил Николай зайдя домой. Ответа вопрос не требовал, сваленные в коридоре запакованные в перфорированный картон детали, без слов позволяли понять каким будет ответ, но Сережа все-так ответил:

- Да.

- Ты ручки все пересчитал? – строго спросил Николай.

- Да, - мальчик с готовностью протянул вперед коробку с фурнитурой, предлагая отцу лично убедиться, что он все проверил и проверил правильно.

- Хорошо, - улыбнулся Николай. – Сейчас переоденусь и будем собирать. Ксюша где?

- В комнате, - неопределенно мотнул головой Сережа. Радость от слов отца о том, что собирать шкаф они будут вместе не смогли заглушить даже мысли о сестре. А вдруг папа в этот раз разрешит ему использовать шуруповерт? Вот это будет здорово! На интересный инструмент Сережа положил глаз уже давно, но раньше отец никогда не разрешал сыну ми пользоваться, говорил – опасно, и вручал отвертку. Но сейчас-то он уже подрос, ему скоро уже девять, всего через полгода. И шкаф он принять смог, ручки целых два раза пересчитывал! И раз он смог справиться с таким ответственным заданием, то и с шуруповертом совладает!

- Все мелюзга, ищите теперь другое развлечение! – проверив надежность замка, шуточно раскланялся Николай с внимательно наблюдающими за процессом сборки шкафа животными. – Мои ботинки вы больше жрать не будете. Серега, зови сестру, скоро ужин привезут!

- Пап, она не ужинает… - попытался намекнуть на бесполезность затеи Сережа.

- Сегодня будет, - уверенно заявил Николай. – Зови. Мы столько вкусностей заказали, не устоит.

Судя по скепсису, написанному на лице мальчика, в словах отца он сомневался очень сильно, но за Ксюшей отправился. К моменту, когда Сереже все же удалось убедить сестру спуститься вниз, курьер уже уехал и Николай расставлял привезенные им ведра и коробочки на столе. Разносящиеся при этом запахи, заставляли рот наполняться слюной.

- Ну? – вызывающе спросила Ксюша, остановившись в дверях и скрещивая руки на груди. – Чего звал?

- Ужин, - постарался как можно радушнее ответить Николай, окидывая руками стол. – Присаживайся.

- Не голодная, - буркнула девочка и развернулась, намереваясь уйти.

- Слушай, тебе не надоело? Ведешь себя хуже ребенка, - догнал ее голос отца заставив остановиться. – Вот что ты пытаешься доказать? Что упрямая? Я уже понял. Что с характером? Доказала. Что можешь устраивать бойкоты и объявлять голодовки? Прекращай дурью маяться, иди есть, и так тощая была, а теперь вообще одни кости и остались.

- С чего это ты таким добрым вдруг стал? Раньше только ругаться мог? – обернувшись, резко спросила Ксюша.

- Да помириться я с тобой хочу, дура! – не выдержав, рявкнул Николай, заставив Сережу подпрыгнуть. – Понимаешь? По-ми-рить-ся! А ты вперлась рогом и ни в какую! Вся в мать! И с матерью твоей, я тоже помириться хочу! А вы… - подобрать слова, чтобы передать обуревающие его чувства Николай не смог. – Что ж с вами сложно то так, женщины? Вот с Сережи бы пример брали – он обиделся, я извинился, помирились, все хорошо! Но нет, вам же что-то особенное подавай: луну с неба, подвиги, еще чего. Чем тебя билеты на концерт не устроили? С моей стороны поход туда как раз как подвиг и можно было рассматривать! Что ж у меня два мальчика не родилось? Насколько бы проще было! Был бы старший сын как Марк — вежливый, воспитанный, отцу не перечил! Ты же с ним в одном классе, нет чтобы манерам поучиться!

- Конечно, - в бешенстве прошипела Ксюша. – Марк хороший, прям самый лучший. Марк умница! И Александр Васильевич тоже хороший. Вот в этом весь ты, любишь только себя и упырей! Нормальные люди неинтересны. Недостаточно хороши, что я, что мама. Зато вампирюги – другое дело! Наверняка ведь при сравнении мамы с тетей Светой у тебя тетя Света выиграет! – начав отповедь тихо, под конец Ксюша уже кричала.

- Ты чего несешь, какие еще вампирюги? – удивился Николай.

- Да обычные! Кровь которые пьют! Кино никогда не видел? – не обращая внимания на рожи, которые корчил ей брат за спиной у отца продолжала бушевать Ксюша. О том, что рассказывает секрет, который очень настоятельно попросил ее хранить Слава она не думала. – И сосед твой обожаемый из них! И вся семейка его! И не удивлюсь, если и прислуга тоже!!! От людей только внешность и имеют, а тебе и нравится!

- Совсем со своими страшилками с ума сошла, - покачал головой Николай.

- Я сошла? А ты сходи и проверь! Иди-иди, вдруг правду скажет, - переводя дыхание ткнула пальцем в направление входной двери Ксюша.

Глупость, сказанная дочерью, не укладывалась в голове. Николай растерянно посмотрел на Сережу, пытаясь понять, как реагировать на подобные заявления и думая объяснить сыну, что Ксюша просто так шутит, но вместо смятения и испуга увидел на лице сына выражение осуждения, с которым он смотрел на сестру.

- Сережа? – осторожно позвал Николай.

Мальчик перестал укоризненно покачивать головой и перевел серьезный взгляд на отца. Что он мог подумать, услышав подобные заявления Сережа примерно представлял и теперь разрывался между необходимостью держать данное Алисе слово и заступиться за сестру. Привязанность к сестре победила.

- Она правду говорит, - выдавил из себя Сережа.

- Вы шутите или на пару чокнулись? -разведя руками спросил обескураженный Николай.

- А ты сходи и спроси, шутим мы или нет, - уже гораздо тише предложила Ксюша. О том, что поступила неправильно она уже поняла, но теперь возможность идти на попятную не было.

- И схожу! – заявил Николай, чувствуя себя последним дураком под двумя парами серьезных глаз. – А потом вернусь и ремнем вас за такие шуточки выдеру!

Глава 21

Раздражение, под влиянием которого Николай решился на авантюру, постепенно сошло на нет, и теперь он смущённо переминался у порога соседского кабинета, в который его в кои-то веки допустили, как проштрафившийся мальчишка. Зачем он пришел? Что намеревался узнать? Не является ли его сосед неведомой страшилкой из детских сказок? Бред. Надо было сразу оборвать малолетним шутникам уши. Почему не оборвал? На слабо повелся? Ой дура-а-ак!

- Приветствую! – отсалютовал Александр бокалом, из которого до прихода соседа лениво потягивал какой-то напиток, когда ему надоело наблюдать за перетоптываниями и гримасничаньями соседа. – По какому поводу визит?

- Да, я так… просто… - неуверенно промямлил Николай.

- По семейному вопросу или по деловому? – уточнил Александр, уже привыкший, что сосед ходит к нему за советом всякий раз, как возникают проблемы.

- Нет, по другому. Знаешь, я пойду, наверное, - потерев ухо сказал Николай, представляя какой разнос устроит детям, как только вернется домой.

- Заинтриговал, - добродушно усмехнулся Александр прикладываясь к бокалу, - продолжай.

- Да нет, глупости это все, - махнул рукой Николай. - Пойду я лучше.

- Помилосердствуй, Коля. Меня ж теперь любопытство сгрызет, что такого ты хотел спросить, что аж оробел.

- Да глупости, - опять повторил Николай. – Еще на смех поднимешь…

- Я буду абсолютно серьезен, даже не улыбнусь. Рассказывай, - велел Александр.

- Ну знаешь, мы тут с детьми ужинать собирались, - отойдя наконец на несколько шагов от двери начал Николай, убеждая себя, что слово надо держать. Сказал, сходит и все выяснит, значит надо выяснить. А потом драть уши. – И как-то так слово за слово… Нет, ну не могу я! Глупости это все!

- Смелее, я внимательно слушаю, - подбодрил его Александр.

- Ну… в общем… они сказали, что ты вампир. Вот, - на одном дыхании выпалил Николай и зажмурился от неловкости. А еще, чтобы не смотреть как над ним будут ухахатываться, имея, между прочим, все основания.

- И зачем ты пришел? Что ты хочешь от меня услышать? – после непродолжительной паузы произнес Александр. Николай открыл глаза и увидел, что вместо ожидаемого веселья сосед с непонятным выражением лица крутит бокал в руке, внимательно наблюдая за движением его содержимого. – Допустим я скажу, что это правда. Что будешь делать? – подняв глаза от бокала поинтересовался Александр растягивая губы в непонятной улыбке. Увидев, что Николай никак не реагирует на его заявление, Александр улыбнулся чуть шире и выпустил клыки. – Да ты не стой, присаживайся. Смотри, как с лица спал, - предложил Александр, наблюдая, как бледнеет Николай. – Ром будешь?

Сделав несколько шагов вперед на негнущихся ногах и с размаху упав в кресло, Николай отрицательно потряс головой. В голове билась только одна мысль «не может быть». Ведь не может? Так не бывает. А что бывает? Сумасшествие? Можно ли повредиться умом от стресса?

Вопреки отказу Николая, Александр решил налить соседу выпить. Было видно, что крепкий алкоголь ему сейчас совершенно точно не повредит. Оставив бокал недалеко от руки Николая, Александр поставил на стол бутылку, чтобы не вставать второй раз и опять уселся в кресло, с любопытством наблюдая за дальнейшим развитием событий.

На автомате подхватив бокал, Николай осушил его одним глотком и снова зажмурился, чувствуя, как обжигающее тепло стекает по пищеводу вниз, а в мозгах проясняется. Это шутка, понял Николай. Ему очень захотелось перегнуться через стол и вытащить вставную челюсть, которую сосед невесть как умудрился запихать в рот, потому что настоящими такие зубы быть по любому не могли. А потом дать подзатыльник, чтобы в сговоре с мелкими шкодниками не пугал взрослых людей. И когда только сговориться успели?

Мысли Николая настолько явно читались на лице, что Александр только рассмеялся.

- Не советую.

- Что? – не понял Николай.

- В рот ко мне лезть не советую, - пояснил сосед. – Я этого не люблю, могу и покусать, - усмехнулся он, проведя языком по зубам. Жест получился очень убедительным. – Ты пей, пей, - кивком указал на бутылку Александр. – Не повредит.

В этот раз отказываться Николай не стал, налил четверть стакана и снова осушил его одним махом.

- Как? – тихо спросил Николай.

- Что «как»?

- Как такое возможно? Вы же не можете существовать…

- Почему? – удивился Александр. - Утконосы и волосатые крабы же существуют.

- Это другое. Их как-то можно объяснить. Дарвин, эволюция там всякая, а вы…

- Что «мы»?

- Вы не эволюция. Вы сказка. Вас нет.

- Серьезный аргумент, - согласился Александр. – Ты меня убедил, меня не существует. Что дальше?

Николай посмотрел на Александра и снова потянулся за бутылкой. Клыки никуда не исчезли, более того, теперь к ним добавилась еще и покрасневшая радужка глаз.

- Я не понимаю, - почти жалобно произнес Николай, выпив третий бокал.

- А ты и не должен. Не знать, не понимать. Достаточно просто подчиняться.

- Кому подчиняться?

- Нам. Высшим. - Николай прикрыл глаза и потряс головой. Снова появилось ощущение, что он стал жертвой дурацкого розыгрыша. Окончательно убедить себя в этом мешали только «спецэффекты», демонстрируемые Александром. - Не мы начали войну, но мы ее выиграли. Вполне естественно, что проигравшая сторона должна претерпеть некоторые неудобства.

- И когда же она была? – осипшим голосом поинтересовался Николай.

- О, очень давно. Никто из людей уже и не вспомнит. Хотя, это и к лучшему, меньше знаешь – крепче сон.

- Все равно не понимаю… Что за война? Кто проиграл? Что за бред?

- Обычная, - пожал плечами Александр, - оккупационная. Проиграли люди. А касательно бреда, это не бред — это действительность. Или ты, как и большинство представителей твоего вида предпочитаешь жить по принципу «не нравится – отрицаю, отрицаю – значит этого нет»? Неэффективная тактика. Информацией всегда лучше владеть, чем отмахиваться от нее, есть шанс, что будешь жить дольше. И лучше.

Чтобы переварить последнее утверждение, у Николая ушло порядка пяти минут, которые они провели в молчании, сопровождаемом еще одной порцией рома.

- То есть ты хочешь сказать, что войну выиграли вампиры? И теперь правят людьми? Но это же бред! Вампиры пьют кровь, тогда почему люди до сих пор живы? И почему живы вы, если вы не переносите солнце?

- Кто сказал, что не переносим? – развеселился Александр.

- Ну, общественное мнение… - сделав неопределенный жест рукой ответил Николай.

- Это ты так сказки называешь? – уже откровенно потешаясь спросил Александр.

- Да, - внезапно вспылил Николай, которого подколка соседа возмутила до глубины души. Весело ему. Развлекается. Вот бы его сейчас на место Николая поставить, наверняка вмиг все желание зубоскалить растерял. – Как единственный источник информации! Смешно? Не хочешь слушать глупости, тогда расскажи сам! – сам того не зная, практически скопировав слова дочери, потребовал Николай.

- Рассказать? А почему бы и нет, - задумчиво кивнул Александр и начал декламировать торжественным голосом: - И жили люди в мире и согласии, и был рай на земле, но пришли на землю злобные твари, и потребовали от людей хлеба и живота их, и воспротивились тому требованию люди и началась война великая. И длилась она три дня и три ночи, и кровь лилась рекой, и дрогнули люди и обессиленные сдались, и были порабощены тварями, но не уничтожены окончательно. Но не сдался предводитель их и был убит на поле брани, и умирая провозгласил он «Пройдут века и будет род человеческий прозябать под пятой узурпаторов, но придет час и явится на землю освободитель наш, и придет он из небольшого города и скинет он гнет захватнический»… Не про тебя случайно? – лукаво улыбаясь закончил Александр.

- Да пошел ты, - Николай, начавший слушать рассказ чуть ли не с открытым ртом, понял, что его обманули и надулся. В этот момент выражение его лица очень напоминало обиженного ребенка.

- Извини, не удержался. Ты бы видел свое лицо, - расхохотавшись признался Александр. – Все, больше не буду, - переведя дыхание примирительно сказал он сердитой физиономии соседа. -Рассказать… Знаешь, люди всегда быстро размножались и всегда искали земли поплодороднее, чтобы прокормить растущую ораву ртов и плодиться дальше. Что тогда, что сейчас. А мы, мы другие. Наш срок жизни не сравним с вашим, выживаемость детей в разы выше, смысл рожать каждый год? Не удивительно, что, когда на наши территории пришли люди, мы дрогнули. Вы просто давили нас числом…

- Вампиров давили? – перебил его Николай, в голове которого не укладывалось, как могли люди давить кровососов.

- Всех. И оборотней, и мавок, и злыдней, и остальных… Вам даже лихо было нипочем! И вампиров тоже. Нас, древних, чуть не стерли с лица земли обычные люди. Ну не смешно ли?

- Подожди! Даже если допустить, что все, что ты сейчас говоришь правда, и те существа действительно жили на земле, - снова перебил Николай, - как люди могли с ними справиться? Они же должны были быть сильнее…

- А мы и были сильнее, - меланхолично разглядывая стену за спиной Николая сообщил Александр. – Вот только каким бы сильным ты ни был, если на одного тебя наседает толпа, никакая сила не спасет. Говорю же, числом давили. Потери были очень существенные и мы поняли, если хотим выжить, надо действовать не силой, а хитростью. Так мы постепенно начали смешиваться с вами.

- В смысле, скрещиваться?

- Нет, в смысле копировать ваши повадки, жить среди вас, как люди. Насколько мне известно случаи, как ты выразился, скрещивания, случались, но были крайне редкими. Никаких особых запретов, просто смысла не было, - предупреждая следующий вопрос добавил он. – Зачем заводить семью с тем, кто состарится и умрет намного раньше? Да и вероятность появления ребенка у такой пары чрезвычайно мала. Мы мимикрировали и вы приняли нас. Не без эксцессов конечно. Случалось и так, что люди вычисляли и убивали нас. Это происходило редко, но от этого не становилось менее болезненным. Как я и говорил, наша численность никогда не была большой, а после противостояния вообще каждая жизнь была на счету. После этого мы поняли, что просто жить среди людей недостаточно, нужно было становиться лидерами. Теми, за кем пойдут, теми кто сможет менять историю и сознание людей.

- У вас получилось? – тихо спросил Николай, когда Александр замолчал.

- А ты как думаешь? – фыркнул Александр, которого все сильнее и сильнее забавляла реакция соседа. – Конечно получилось. Мы разбавили правду вымыслом, потом еще раз и еще, придумали нелепые способы проверки, и история превратилась в сказку. Кто сейчас в нас верит? Разумеется, накладки периодически возникали еще долгое время, но уже значительно реже и страдали от неуемного фанатизма в основном люди, - договорив, Александр снова замолчал.

- А дальше? – поторопил Николай.

- Дальше? Мы могли увести народ, объявить наши земли запретными, а потом имитировать свою смерть и вернувшись на свою землю спокойно жить, но не стали. Во-первых, потому что человеческая память коротка, и рано или поздно вы бы опять приперлись к нам, а во-вторых, нам понравилось. Понравилось управлять, понравилось распоряжаться жизнями, понравилось ни в чем не нуждаться с минимальным приложением усилий. Зачем довольствоваться клочком земли, если весь мир может быть твоим? Зачем работать каждый день, если за тебя это могут делать другие, а ты будешь только руководить? Ну кто бы отказался? Вот и мы и не стали. Князья, вожди, воеводы, мы очень быстро заняли все мало-мальски значимые посты. Потом создали плавную систему перехода власти, вот в принципе и все.

- Но это же неправильно, нечестно, - только и смог сказать Николай после того, как осмыслил информацию.

- А вторгаться к нам было правильно? Считай, что это ваше наказание за жадность.

- Да что за наказание столько лет длиться?

Александр только развел руками, без слов говоря, что помочь ничем не может, остается только смириться.

- И ты сам видел все, о чем сейчас мне рассказал? – не успокаивался Николай.

- Нет конечно, я не настолько стар. Я родился спустя много веков, в одна тысяча пятьсот тридцать третьем году, если быть точным.

Быстро прикинув, сколько соседу лет, Николай выпал в осадок. Если слова Александра были правдой, то он стал компаньоном без малого пятисотлетнего реликта.

- Хорошо выглядишь, больше сорока пяти и не дашь…

- Светочкина заслуга, стараюсь держать себя в форме, - самодовольно улыбнулся Александр. – Спорт, плюс правильное питание.

- А ей тоже? – приподняв брови и делая круговые движения рукой поинтересовался Николай.

- Что «тоже»? Так много лет? Нет. Она молоденькая совсем, восемьдесят шесть всего, поэтому во всех современных тенденциях разбирается гораздо лучше меня. Вообще, скажу тебе по секрету, для наших кругов не совсем типично, когда у супругов такой большой разрыв в возрасте, но мне нравится. Не скучно.

- А-а-а, - с глубокомысленным видом покивал Николай, для которого слова молоденькая и восемьдесят шесть лет в одном предложении звучали впервые. – А Марк тоже? Ну, хорошо сохранился…

- Нет, - усмехнулся Александр. – Марку пятнадцать, не просто же так он в школу ходит. И среди других воспитанников, насколько мне известно, второгодников нет. Так что можешь смело соотносить возраст с классом, не промахнешься.

- А там еще такие есть? – обескураженно уточнил Николай. Когда он услышал местоимение «мы», он конечно не думал, что нечисть из рассказа Александра ограничится одной семьей, но узнать, что в одну школу с твоими детьми ходят несколько подобных существ было неприятно.

- Только такие там и есть, если не считать твоих детей, - честно ответил Александр. – Можешь гордиться, единственное исключение из правила «не принимать на обучение людей» за все время. Я тебе уже говорил, что ты поразительно везучий человек? Кстати, мне вот давно интересно, что ты такое Змеюке предложил, что она исключение сделала?

Николай не ответил. Он не знал, кто такая Змеюка, но рассказывать о том, что пристроил детей в школу просто занеся директрисе конверт с деньгами не хотелось. Поэтому мужчина неопределенно пожал плечами и задумался. Если вспомнить, Ксюша неоднократно просила его перевести их в другую школу. Он тогда думал, что это просто капризы, что дочь делает это ему на зло, еще и брата подбивает, а теперь понял, Ксюша просто узнала среди кого учиться и захотела быть от них подальше. Да ясное дело, он бы тоже захотел! И даже если бы родители не согласились, хрен бы он в ту школу вернулся. Даже сейчас в квартире соседа его удерживает больше любопытство, чем смелость, а она продолжила ходить. Вот это сила духа!

- Не понимаю, - в который раз за вечер сказал Николай. – Ты же говорил, что вы мало рожаете, зачем тогда школа? Когда я в нее ездил, то не заметил недостатка в учениках, и если ты говоришь, что все они не люди…

- А что, если детей мало, то их учить не надо? – вопросом на вопрос ответил Александр. – Или дома этим заниматься? А социализация? Хотя в чем-то ты прав, такой бум рождаемости, чтобы настолько заполнить школу случился у нас впервые. До этого обычно было несколько учеников в классе, иногда даже через класс.

- А сейчас что поменялось?

- Сейчас? Обстоятельства, - развел руками Александр. - Время другое, технологии… Знаешь, как раньше было хорошо? Приехал ты, например, в какую-нибудь губернию как Попов Петр Иванович, вице-губернатор, пожил, поработал, вроде как и помирать пора. Организовываешь свою смерть, и появляешься в другой губернии уже как Сидоров Павел Семенович, кто тебя узнает? Никто. Работай на здоровье. Ну, может, усы отрастишь, или бороду, или отдохнёшь где пару лет. А сейчас? Фотографии, видео, интернет — отращивай бороду, не отращивай — всё равно найдётся кто-нибудь глазастый, кто сходство увидит, хоть ты уотдыхайся. Да еще программы новомодные, которые тебе что хочешь к фотографии прирастят или уберут… Кто их только придумывает?! А потом всякие теории заговоров появляются, как грибы после дождя. Зачем народ баламутить? Проще подготовить себе смену, да и уйти на покой с чистой совестью. Мы свое отработали, пора потихоньку отходить от дел, передадим бразды правления и пусть молодёжь трудиться.

– Зачем тебе тогда бизнес, если ты на покой собрался? – не понял Николай.

- Так я не завтра на покой уйду. Пока Марк вырастет, пока всему научиться. И потом, не буду же я у сына на шее сидеть, и одними макаронами питаться не хочется, так что надо подготовиться к безделью. Вот и готовимся изо всех сил, кто как может, - отсалютовав бокалом закончил Александр.

Николай почувствовал раздражение. Готовятся они, на пенсию собрались, победители хреновы. Макаронами питаться не хотят. Пол страны по их милости питается, а им значит не по статусу? И вообще, это что за вина такая, которую в течение стольких столетий искупать приходиться?

- Еще вопросы? – любезно уточнил Александр, наблюдать за соседом было забавно. Смущение, удивление, испуг, возмущение, страх, раздражение, Николай совершенно не умел владеть лицом и все его эмоции можно было читать без каких-либо усилий. Отпив из стакана, мужчина откинулся в кресле и приготовился развлекаться дальше.

- А кровь, или чем вы там еще питаетесь, где вы ее берете? Если ты говоришь, что вас много, значит и еды вам требуется значительное количество, - Николай чувствовал, что дальше расспрашивать не стоит. Здравый смысл подсказывал ему хватать ноги в руки и выбираться из бесовской квартиры. Чем меньше он узнает, тем выше будут шансы на успех, но любопытство пересиливало.

- Мы уже давно не питаемся кровью, обычная еда гораздо вкуснее, - спокойно ответил Александр. – А другой голод гораздо лучше утоляет энергия и эмоции. Особенно негативные. Именно по этой причине вампиры, например, стали отвечать за налоги. Ты себе даже не представляешь, сколько негатива за день скапливается в каждом отделении налоговой, - мечтательно улыбнулся Александр. – Не то, что питаться, в ней купаться можно.

- И ты тоже там работаешь?

- Я там главный, - ответил Александр, с удовольствием следя за тем, как челюсть Николая, внезапно почувствовав силу земного притяжения, устремляется к полу, а брови, напротив, пытаются спрятаться в волосах. – Не ожидал? Коля, Коля, как же ты так? Собираешься вести с кем-то дела и даже не пытаешься ничего о человеке узнать, - покачал головой Александр. – Что за подход?

- Так тебе же нельзя бизнес иметь, - справившись с непослушной челюстью выдавил Николай. – Как же ты?

- А у меня никакого бизнеса и нет. Кто тебе такую глупость сказал? – удивился Александр.

- Так… - Николай попытался найти слова, но не справился и решил сменить тему. – Так значит вы больше кровью не питаетесь, тогда все остальные, про кого ты там говорил, у них тоже пристрастия изменились?

- Да. Человечиной теперь даже оборотни не питаются, они питаются страхом. В силовых ведомствах этого добра навалом, а еще можно легко сбросить излишки агрессии, найти с кем подраться для них не проблема. Мы все в той или иной степени приспособились насыщаться эмоциями. Страх, отчаяние, злость, ненависть, опустошенность, угнетенность… чем хуже вам, тем лучше чувствуем себя мы.

- То есть ты хочешь сказать, что хоть вы и не питаетесь людьми в прямом смысле этого слова, мы все равно остаемся вашей кормовой базой?

Александр ничего не ответил, только взял стакан и с издевательской ухмылкой поднял его вверх, безмолвно подтверждая правильность предположения Николая.

- Да это же бред! Что за ахинею ты мне сейчас понарассказывал? – вспылил Николай, вскакивая из кресла и начиная ходить по комнате. – Вампиры! Древние! Войны! Я не понимаю, зачем вообще весь этот бред слушал? Ты меня разыграть решил, да? И с детьми моими сговорился, так ведь? И ведь врал-то как убедительно, тебе б с такими талантами в кино сниматься! И даже не пытайся убедить меня, что это все правда!

- Даже не думал. Вот еще, разведение тараканов в голове твое неотъемлемое гражданское право, как я могу тебе запрещать верить или не верить в то, во что ты хочешь? Я уже говорил тебе, что считаю политику страуса неэффективной, но, если ты решил придерживаться ее, разве я могу помешать? – спокойно спросил Александр, пристально глядя на соседа. Под этим взглядом Николай растерял весь свой запал и остановился. Его глаза пробежались по стенам кабинета и остановились на картине, на которую он почему-то не обратил внимания раньше. Картина состояла из белых вопросительных знаков в хаотичном порядке разбросанных по черному фону и как нельзя лучше отражала его внутреннее состояние. Все было так, как и сказал Александр, он мог отрицать услышанное сколько угодно. В конце концов, изменения в прикусе соседа действительно могли быть вызваны бутафорской челюстью, мог сколько угодно утверждать, что все произошедшее - результат дурацкого сговора одного взрослого и двух маленьких шкодников, решивших его попугать, но почему-то в душе поселилась уверенность, каждое сказанное соседом слово - правда. Звучащая как вымысел, неприятная и неприглядная правда.

- Еще что-нибудь узнать хочешь? – отставив в сторону опустевший стакан поинтересовался Александр. Николай перевел на соседа немного расфокусированный взгляд, покачал головой и сделал шаг к двери, намереваясь уйти. – Ты куда собрался? – услышал он насмешливый голос за спиной. - Неужели решил, что я теперь тебя отпущу? - Ноги Николая стали ватными, к горлу подкатил ком. Собрав в кулак все свое мужество, он обернулся, чтобы встретить конец достойно и недоуменно захлопал глазами. Александр заржал. Искренне, заливисто, по-простому, хлопая себя кулаком по колену. К такому смеху запросто можно было присоединиться, если не знать, что послужило поводом для веселья.

– Ну и рожа, - простонал Александр с трудом выравнивая дыхание и тут же снова заливаясь смехом. – Ты что, серьезно решил, что я тебя сейчас убивать буду? Здесь? У себя дома? Правда? Юморист!

- Зачем ты меня тогда впустил? – неожиданно спросил Николай.

- Да смеха ради, чтоб не так скучно было. Каждый развлекается, как может, - развел руками Александр, догадавшись, что вопрос относился к их первой встрече.

Николай, получивший предельно честный ответ на свой вопрос, молча развернулся и пошел домой. Больше останавливать его никто не стал.

- Оля, - крикнул Александр, как только за соседом захлопнулась дверь. – Позови Марка, хочу с ним кое-что обсудить.

***

Отца не было очень долго. Ксюша на секунду перестала мерять нервными шагами гостиную, посмотрела на время и вернулась к прерванному занятию. Когда она советовала ему сходить к дяде Саше и убедиться в правдивости ее слов, она руководствовалась только злостью, а теперь пришел страх. Что будет делать взрослый вампир, к которому пришли и в лоб спросили не вампир ли он? Уж всяко не чаем поить. А зла отцу, как бы она к нему не относилась, Ксюша не желала. Тем более не хотела, чтобы он пострадал из-за нее. Надо было что-то делать, вот только идей было мало. Всего одна если честно, позвонить в полицию. Подставив, как она сообщает человеку, принимающему вызов что-то типа:

- Алло, полиция? Приезжайте скорее, моего отца, предположительно, убивает наш сосед, по совместительству вампир.

То-то дежурный порадуется. Усмехнувшись своим мыслям, Ксюша вытащила из ведерка давно остывшую куриную ножку и откусила кусочек. Одноразовое питание, которое она сама себе устроила, Ксюше не нравилось, но и к еде, которую заказывал домой отец она принципиально не прикасалась. Действительно, кому и что доказать пыталась?

- Как ты есть можешь? – возмутился действиями сестры Сережа. Он тоже очень переживал за отца, и, чтобы хоть немного успокоиться тискал щенка сидя на полу. Котенок оказался проворнее и сбежал.

- С удовольствием, - огрызнулась в ответ Ксюша и откусила еще.

- Это из-за тебя все! Зачем ты рассказала? Что мы теперь делать будем? – возмущенный Сережа отпустил собаку и вскочил на ноги. Щенок, воспользовавшись моментом последовал примеру кота и поспешил покинуть место назревающего скандала.

- Ужинать? – предложила Ксюша, наблюдая, как расширились глаза брата, и он начал хватать ртом воздух, подбирая слова, чтобы ответить сестре. Ссору предотвратил щелчок замка. Услышав как открылась дверь, Ксюша бросилась в коридор и облегченно выдохнула, увидев целого и невредимого отца, снимающего обувь.

- Папа! – радостно кинулся к Николаю на шею Сережа. – Как сходил?

Николай поднял чуть расфокусированный взгляд на Ксюшу, потом потрепал по голове Сережу и коротко кивнув отодвинул мальчика и пошел наверх.

- Ужинайте. Потом поговорим.

- А ты? – растерялась Ксюша.

- Потом.

Глава 22

- Ну, чего звал? – спросила хмурая Ксюша избегая смотреть Славе в глаза. Чувство вины за то, что раскрыла секрет, который он очень просил сохранить, ело поедом и прекращать трапезу не собиралось. И хотя Слава, вернувшийся через пару дней после её ссоры с отцом, ничего ей не высказал, в отличие от Марка, прошедшегося не только по неумению некоторых личностей держать язык за зубами, но и по прискорбной неспособности означенных личностей пользоваться мозгом по прямому назначению, Ксюше всё равно было не по себе. Она не знала, молчит парень потому, что не хочет её расстраивать и готов стойко выдерживать гнев родителей в одиночестве, или из-за того, что отец Марка не стал ни с кем больше делиться информацией о том, что их тайна раскрыта.

- Да просто встретиться, или нельзя? – как обычно, широко улыбаясь ответил Слава, подхватывая подругу под локоток и утягивая к ближайшему кафе.

- Каждый день видимся, - буркнула Ксюша, безропотно направляясь за Славой в кафе. Может он там с ней решил поговорить на тему неумения хранить секреты? Это будет даже хорошо. Во-первых, в людном месте он не будет очень уж сильно на нее ругаться, а во-вторых, может после грядущей головомойки чувство вины хоть чуть-чуть отпустит?

- Чай? Кофе? – предложил парень после того, как усадил Ксюшу на диванчик и плюхнулся напротив.

- Ничего. Рассказывай, что хотел, и я домой пойду, уроков назадавали кучу.

- Какая похвальная тяга к учебе, - фыркнул Слава, - давно ли?

- Нет, с сегодняшнего дня, и что? Я многое переосмыслила и решила всерьез взяться за ум. Кто сказал, что новую жизнь можно начинать только с понедельника? – с вызовом заявила Ксюша.

— А-а-а, — протянул Слава и, повернув голову, попросил официантку: — Два горячих шоколада, два яблочных штруделя и, бросив на Ксюшу быстрый оценивающий взгляд, добавил: — кусок шоколадного торта. Спасибо.

- Ты столько съешь? – с сомнением спросила Ксюша.

- Торт и один из штруделей тебе. А то похудела - смотреть больно.

- Так лето скоро, готовлюсь, - вяло отозвалась девочка.

- Да? А я думал, Новый год.

- Какая разница? К новому году тоже худеют.

- Худеют, - согласился Слава. – Но обычно это делают люди, у которых есть лишний вес. Те, у кого кости и без всяких диет выпирают, такой фигней, как правило, не страдают.

Ксюша возмущённо булькнула, но отвечать не стала - пусть думает, что хочет. И вообще, он когда собирается начинать ругаться? После того, как накормит?

— Рассказывай! — велел Слава, увидев, как подруга в бесчисленный раз за последние несколько дней погружается в свои явно невесёлые мысли и теряет связь с реальностью.

- Что? – вздрогнув и посмотрев наконец на Славу спросила Ксюша. Парень сидел, чуть подавшись вперед, сложив руки на столе и серьезно разглядывая ее лицо.

- Все. Что у тебя случилось? О том, что все хорошо, говорить не надо, - предупредил Слава, увидев, как резко метнулся в сторону взгляд Ксюши. - Во-первых, уже слышал, во-вторых, не верю. Честно ответь. Я могу чем-то помочь?

- Все нормально, - невнятно пробормотала Ксюша, все так же глядя куда-то в сторону. – Ничем помогать не надо.

- Ну я же просил, - поморщился парень.

- Ты просил не говорить, что все хорошо, а я сказала, что все нормально. Что не так?

- То, что ты совершенно не умеешь врать. И так, еще одна попытка. Что случилось? Время пошло: три, два, один, - загибая пальцы отсчитывал Слава, - и, ваш ответ…

Тишина.

- Ладно, - вздохнул парень и полез в рюкзак. – Это тебе! – заявил Слава, протягивая Ксюше квадратную коробку, завернутую в подарочную бумагу.

- Что это? – недоуменно поинтересовалась Ксюша.

- Подарок. Ты же спрашивала, зачем я тебя позвал. Вот, поздравить хотел.

- С чем? – подозрительно уточнила девочка, пытаясь понять о каком празднике мола забыть. – День рождения у меня весной, - вслух начала перечислять она, - до Нового года далеко, до конца четверти тоже. Да и не уверена я, что там будет с чем поздравлять…

- А как же решение начать новую жизнь и всерьез взяться за учебу? – поддел Слава, протягивая ей коробку. – С именинами! – после едва заметной паузы провозгласил парень.

- Чего?

- С именинами, - повторил Слава. – День ангела по-другому. Не знаешь разве?

- Нет. Никогда не интересовалась, - призналась Ксюша, вызвав у Славы вздох облегчения. С именинами он ткнул пальцем в небо и совершенно не был уверен, что они у Ксюши именно сегодня. На самом деле, он вообще не думал, что потребуется придумывать повод и презент будет просто презентом, без всяких поводов. Но увы, Ксюшина вредность внесла свои коррективы.

- Почему? – спросил Слава, просто, чтобы поддержать разговор.

- Не люблю свое имя, - поджав губы призналась Ксюша. – Глупое, простое, не звучное. Я бы хотела более необычное имя. Как-будто родителям было сложно придумать что-нибудь пооригинальнее.

- Пооригинальнее? – задумчиво протянул Слава, опуская коробку на стол, но не убирая с нее руку. – Думаешь, это хорошо, когда имя оригинальное?

- Да, - без раздумий ответила Ксюша. – Как минимум, дразнить сложнее. Да и вообще, редкие имена красиво звучат и в классе ты с ним, скорее всего, будешь один, если не во всей школе…

- Ты у нас в классе тоже единственная Ксения, - напомнил Слава.

- Это другое, - отмахнулась девочка. – Быть единственной Ксюшей среди Инг, Регин, Алис и Софий совсем не то же самое, что быть единственной Дианой среди Маш и Наташ!

- А-а-а, - снова протянул Слава, и, помолчав, произнес. – А мне нравится твое имя, красивое.

Девочка поджала губы, явно не соглашаясь с его мнением.

- Значит ты считаешь, что вычурные имена – это хорошо? - продолжил Слава. - А ты заметила, что перечислила вполне обычные, заурядные имена, ни одного реально необычного не назвала. Хочешь знать, что такое пооригинальнее? Мне папа рассказывал, когда мама была беременна, она увлеклась мифологией Древней Греции. Сильно увлеклась. Очень сильно. Настолько, что даже имя мне там присмотрела. Орфей, - после того как в глазах Ксюши зажегся яркий огонек любопытства признался парень. – Романтика, правда? Спасибо, папа вовремя вмешался и сумел убедить, что ребенка с таким именем будет ждать не мемориал славы, а нескончаемые насмешки сверстников. И имя он мне после этого выбрал сам, не допуская больше маму к столь ответственному процессу, за что я ему по гроб жизни благодарен буду. Ты только представь, как бы тебе жилось Даздрапермой? Или Брунхильдой? Кстати, примерно через год после моего рождения маму наконец отпустило, и она в ужас пришла от перспективы проживания под одной крышей с Орфеем. Теперь, когда папа в шутку ей это припоминает, она сильно смущается и просит его забыть период ее временного умственного помешательства. Ну как, - глядя в потрясенные глаза Ксюши поинтересовался Слава, - все еще считаешь, что обычные имена – плохо?

- После твоего рассказа, даже не знаю, что ответить…

- Скажи, что я прав, что Слава тебе нравится больше, чем Орфей, а потом поблагодари и забери уже эту несчастную коробку, - «тонко» намекнул парень, - рука устала ее держать.

- Что там? – послушно взяв подтянув коробку полюбопытствовала Ксюша.

- Открой и увидишь.

- Опять сюрприз? – кинула косой взгляд на парня Ксюша, но бумагу надорвала. – Надеюсь, не как в прошлый раз?

Слава только загадочно улыбнулся.

- Что это? – спустя непродолжительное время потрясенно выдохнула девочка, разглядывая три десятка шоколадных яиц, сложенных в пластиковый лоток для яиц обычных.

- Киндеры! – сияя глазами ответил Слава. – Я их в детстве обожал!

- Смотрю, ты и сейчас там, - скептично ответила Ксюша.

- Не бухти, - весело отозвался парень. – Давай открывать? - предложил он и взял в руки ближайшее яйцо.

- Эй, это мое! - возмутилась Ксюша, перегнувшись через стол и пытаясь выхватить яйцо.

- Не жадничай, там еще много, - ловко уворачиваясь ответил Слава, попутно разворачивая шоколадку. – А будешь так себя вести, сам все открою. Потом не жалуйся.

Потрясенно покачивая головой от наглости некоторых белобрысых, Ксюша взяла в руки шоколадное яйцо и подколупнула обертку.

Как ни удивительно, но идея Славы сработала. Пока наперегонки разворачивали яйца, пока раскрывали сердцевину и разглядывали игрушки, перебирая, на кого из их ближайшего окружения они похожи, Ксюша не заметила, как расслабилась и развеселилась. А еще поела.

- Вот и полегчало, правда? За это я их и люблю, - откусывая кусочек шоколадки, взамен съеденного разошедшейся Ксюшей пирога, сообщил Слава. – Ну, теперь расскажешь, из-за чего такая хмурая ходила?

Ксюша перестала улыбаться и снова бросила на Славу затравленный взгляд.

- Колись давай, - поторопил он, - а потом, если захочешь, мы еще киндеров возьмем. Сама убедилась, метод действенный.

- Я все разболтала, - чувствуя, как по щеке покатилась слезинка призналась Ксюша и разрыдалась, выплескивая скопившееся за последнее время напряжение.

- Эй, ты чего? – испугался такой реакции Слава. – Что ты могла разболтать, секреты Пентагона?

Ксюша молча покачала головой и продолжила заливаться слезами.

- Эй, ну хватит. — Прекращай, — протягивая Ксюше салфетки, попытался успокоить её Слава, чувствуя неловкость под взглядами, которые на них начали бросать другие посетители кафе. – Люди смотрят. Представляешь, что они сейчас обо мне думают? Что я козел, который довел девушку до слез.

Девочка опять покачала головой.

- Это ты знаешь, что нет, а они не знают, - ответил ей Слава догадавшись, что хотела сказать этим жестом Ксюша. – И логично решили, что до такого состояния тебя довел я.

- Да-а-вай уй-дем, - сквозь слезы пробормотала Ксюша и потянулась за рюкзаком, но после резкого рывка за руку плюхнулась обратно.

- Сидеть! – скомандовал Слава. – Успокоишься – уйдем. Еще не хватало, чтобы ты на морозе своему мокрому делу предавалась. Ты куда? Сидеть, говорю! – возмутился Слава, видя, что Ксюша все же схватила рюкзак и выбирается из-за столика.

- Отстань. Я успока-аиваться, - ответила девочка и направилась в сторону уборной.

Когда Ксюша вернулась на столе, вместо пустых тарелок, красовались две чашки зеленого чая, вазочка с мороженным и еще один кусочек сладкого пирога.

- На убой решил откормить? – со смущенной улыбкой спросила она, кивнув на сладости, красноречиво стоящие с ее края столика. – А чего чай зеленый?

- Говорят, он успокаивает.

- А себе зачем взял? Ты же его не любишь, вроде.

- А мне тоже успокоиться не помешает, - усмехнулся Слава и подтвердил свои слова глотком. Ксюша поддержала. – Знаешь, я теперь даже не знаю, как тебя расспрашивать, - через несколько минут признался он. – Вдруг еще один потоп устроишь…

Ксюша вспыхнула и активно затрясла головой, показывая, что такого безобразия больше себе не позволит. За свою реакцию ей было очень стыдно.

- Обещаешь? – подозрительно уточнил Слава и получив утвердительный кивок воодушевился и снова пристал с вопросами: - Так что ты там разболтала?

- Твой секрет… - тихо-тихо, так, что Славе пришлось напрячь слух призналась Ксюша. – Я не хотела, честно! Просто так совпало. Сначала родители, потом Сережа, потом собака эта, потом ты уехал, и я совсем одна была. А потом мы с отцом поругались, и я даже сама не поняла как, я всё рассказала, — затараторила Ксюша, чувствуя, что вот-вот нарушит обещание и снова разрыдается.

- Стоп! – остановил ее Слава. – Ты обещала больше не плакать. Давай, успокаивайся и расскажи все спокойно и подробно. А то я ничего не понял.

Крепко зажмурившись, Ксюша кивнула и присосалась к чашке с чаем, стараясь успокоиться. Обещанный эффект, однако, всё не наступал, и, чтобы взять себя в руки, девочка начала вспоминать стихи, которые учила наизусть в этом году. Способ помог — сделав глубокий вдох, Ксюша начала рассказывать:

- У меня родители поругались. Сильно. Довольно давно. Мама ушла из дома, я до нее целый день дозвониться не могла. Переживала. И Сережа переживал, а отец нет. Сидел дома, спокойный как танк. Ему вообще пофиг было! Потом она сама позвонила и сказала, что домой пока не вернется и нас забрать не может. Ладно. Но она даже не звонит практически, - внезапно пожаловалась Ксюша, - вообще про нас забыла! Мы с Серегой перестали с отцом общаться, а он через пару дней возьми и воспылай к нам любовью. Помириться захотел. Сладости таскал, игрушки… а потом принес щенка, и Сережа променял меня на него. Собака оказалась важнее, - невесело усмехнулась Ксюша. – Я обиделась и перестала разговаривать еще и с ним…

- А со мной ты почему разговаривать перестала? – решил уточнить Слава.

- Я не переставала, - растерялась Ксюша.

- Да? Тогда почему раньше не рассказала?

- Сначала не хотела напрягать, а потом не могла, ты уехал. Мне что, по телефону тебе надо было жаловаться?

- Да хотя-бы! Говоришь, мама тебе не звонит, а сама? Знаешь, сколько раз ты мне позвонила? Ни одного!

- Я… я переживала. Хотела все рассказать лично…

- Да, я заметил. Так хотела, что как только я вернулся, начала от меня шарахаться!

Вперив друг в друга возмущенные взгляды, ребята некоторое время посидели молча.

- Ладно, - первым взяв себя в руки произнес Слава, - проехали. Что было дальше?

- Дальше была идиллия и кот, - с тяжелым вздохом продолжила Ксюша. – У Сережи с папой идиллия была, - пояснила она свои слова. – Я была лишней. А потом отец позвал меня ужинать, мы поругались, он начал вещать о том, какой Марк хороший… ну я и не выдержала. Рассказала, что из себя его любимчик представляет. Он сначала не поверил, ну логично, я тоже сначала не верила, но меня поддержал Сережа. Знаешь, я тогда очень-очень злая была. Такая злая, что сказала ему пойти и самому все у Александра Васильевича, ну, у отца Марка, спросить. Отец тоже видимо сильно разозлился, потому что согласился и пошел. Знаешь, его очень долго не было, я даже переживать начала, мало-ли что. А потом он вернулся — живой, но слегка пришибленный. Ужинать не стал, сказал, что мы поговорим потом, и вот уже почти неделю отмалчивается, — закончила Ксюша рассказ.

- А от меня почему бегала? – уточнил Слава оставшийся для него непонятным момент.

- Стыдно было, - призналась Ксюша. – Я тебя подвела. Подставила. Знаешь, как меня Марк на следующий день чихвостил? У-у-у! И ведь мне даже возразить ему нечего было. Действительно, сама виновата. А потом ты пришел, я думала, ты тоже будешь ругаться, а ты не стал. И мне еще более стыдно стало…

- Да-а-а, - протянул Слава, решив, что называть Ксюшу дурой, как ему сейчас очень хотелось, наверное, все же не стоит. – Чувствую, киндеров здесь будет мало. Ты доела? Тогда идем.

- Куда? – удивилась Ксюша, неохотно поднимаясь из-за столика.

- Сюрприз, - прозвучало в ответ.

- Опять? Я же говорила, никаких больше сюрпризов, мне прошлого раза было достаточно. Никуда не пойду! – возмутилась Ксюша.

- Пойдешь, - проникновенно сообщил Слава. – Ты меня знаешь как подвела? Я с тобой таким секретом поделился, а ты? – надавил на больное место парень. – Требую компенсации морального вреда! – сообщил он, не став уточнять, что сегодняшнее слезоизвержение тоже приравнено им к моральному вреду и за него позже он потребует отдельную компенсацию.

Мученически скривившись, Ксюша сдалась.

***

- Это что? – подозрительно уточнила Ксюша, оказавшись внутри странной комнаты, обставленной довольно ветхой мебелью, отрезанной от внешнего мира толстой, бронированной дверью, рождающей в душе неприятные ассоциации с квестом. В контраст к старой мебели на стене висел вполне современный плазменный телевизор, на столе стоял компьютер с погашенным монитором. В чем заключалась странность Ксюша поняла лишь спустя несколько минут. Присесть оказалось решительно некуда, в комнате не было ни диванов, ни кресел. Зато имелось несколько шкафов, набитых посудой, дисками и пластинками. А еще, в углу обнаружился небольшой арсенал: пара бит, кувалда, молотки и даже одна отвертка. Идей о том, куда на этот раз притащил ее Слава не было.

- Комната ярости, - довольно ощутимо повысив голос ответил парень, стараясь перекричать громкую, энергичную музыку, раздающуюся непонятно откуда. – Все, что ты здесь видишь можно ломать. У нас есть час, как думаешь, справимся? – протягивая Ксюше защитные очки осведомился парень.

- Как ломать? – не поняла Ксюша.

- Да как хочешь. Хочешь молотком, хочешь кувалдой, - ответил Слава, поправляя очки. - Хочешь – ногами попинай. — Развлекайся, — посоветовал он и показал пример: взяв в руки биту и лихо размахнувшись, снёс на пол коллекцию дисков. Ксюша вздрогнула и инстинктивно втянула голову в плечи, ожидая, что сейчас откроется дверь и владельцы комнаты всыплют им по первое число, но ничего не происходило. Хрясь! Содержимое второй полки оказалось на полу под ликующий крик Славы.

- Не спи, присоединяйся! Это весело. Кстати, кричать здесь тоже можно, - сообщил парень и резко замахнувшись вдребезги разбил стоящую на столе клавиатуру.

Неуверенно подойдя к стене, Ксюша взяла в руки вторую биту и хотела подойти к шкафу с посудой, но была остановлена Славой.

- Техника безопасности, - сообщил он, натягивая ей на глаза защитные очки, которые сама Ксюша оставила на тумбочке. – Вот теперь можно! – поправив ремешки и убедившись, что никакой осколок не выбьет Ксюше глаз разрешил парень.

Первый удар был слабый, неуверенный, сбивший на пол всего пару тарелок. Ксюше казалось, что она делает что-то очень плохое и в любой момент их бесчинства прекратят, а их самих отругают, поэтому непроизвольно уменьшала силу удара. Пятым ей удалось повторить достижение Славы и сбросить на пол все содержимое полки за один раз. На душе становилось легче. Услышав за спиной непонятный звук, Ксюша обернулась и увидела, что Слава сбил на пол плазму, до этого висевшую на стене и теперь собирается окончательно ее доломать.

«Тоже хочу», - решила Ксюша и поспешила присоединиться. Разбитый телевизор окончательно снял все внутренние ограничения, и забава пошла активнее. При помощи бит, молотков и отвертки они с удовольствием разнесли все содержимое комнаты. Даже шкафы не пережили их энтузиазм. В процессе бесчинств Ксюша попыталась схватится за кувалду, но та оказалась слишком тяжелой, норовя вместо мебели попасть девочке по ноге. Пришлось вернуться к бите. Вообще, за этот час она поняла, почему американцы так любят бейсбол. Ощущение теплой, увесистой, полированной деревяшки, лежащей в руках, умиротворяло. А если вспомнить, что на нее никаких возрастных ограничений нет и разрешений не надо…

- Полегчало? –поинтересовался Слава, когда они оказались на улице, с улыбкой глядя на разрумянившуюся, повеселевшую Ксюшу.

- Спрашиваешь! – треснув Славу кулаком в плечо ответила она, сияя глазами. - Классное место! Надо будет повторить!

- Обязательно повторим. Рад, что понравилось.

- Слушай, а ты откуда вообще узнал, что у меня именины? Неужели специально смотрел?

- Ну, если признаться честно, то никак, - немного сконфужено ответил Слава. – Просто сказал первое, что в голову пришло.

- А подарок тогда зачем? – не поняла Ксюша.

- Чтобы тебя порадовать, - терпеливо объяснил парень. То, что временами Ксюша начинает не слабо притормаживать он понял уже давно. – А то ходила расстроенная, со мной не общалась, пришлось импровизировать, - развел он руками.

- Спасибо, - тепло улыбнувшись поблагодарила Ксюша. – Ты настоящий друг!

- Ага, - без особого энтузиазма согласился Слава.

- Вот только, - чуть запнувшись, неуверенно произнесла девочка, теряя половину веселья, - ты уверен, что у тебя не будет никаких проблем из-за моего длинного языка?

- Не знаю, - беспечно пожал плечами парень. – Наверное нет. Во-первых, я единственный ребенок в семье, и папа наверняка учтет это обстоятельство, даже если ему очень сильно захочется меня прибить, а во-вторых, сколько говоришь уже времени прошло с беседы твоего отца? Больше недели? Раз мне до сих пор никто ничего не сказал, значит дальше Покровских это не ушло, скорее всего и не уйдет. Так что не переживай, - подмигнул Слава.

- Постараюсь.

- И еще, попробуй помириться с отцом.

Ксюша встала как вкопанная, колючим взглядом просверлив парня.

- Ни за что!

- И все же. Ты говорила, что он пытался делать первый шаг: подарки покупал, собаку принес. Может он действительно помириться хочет, а ты выкобениваешься.

- А какая мне разница, чего он хочет? Раньше ему на меня было наплевать, а теперь вдруг любовью воспылал? А теперь я мириться не хочу! И не буду! Не обязана!

- Ведешь себя как пятилетка, - попенял ей Слава. - Всякое бывает. Мириться ты не обязана, но поговорить-то можешь? В любом случае, мне кажется, попробовать помириться гораздо лучше, чем жить постоянно ругаясь, - постарался донести до Ксюши свою точку зрения парень. – Поговоришь? – дернув Ксюшу за прядь волос снова спросил он.

- Поговорю, - недовольно закатив глаза и скрестив руки на груди пообещала Ксюша. Здравый смысл боролся с раздражением.

Глава 23

Не смотря на данное Славе обещание, сил на разговор с отцом Ксюша в себе не чувствовала и решила начать с чего-нибудь попроще. Например с брата. Постояв немного перед дверью в комнату Сережи и достаточно собравшись с духом, девочка осторожно толкнула створку и вошла внутрь.

- Привет, - негромко поздоровалась она с братом, сидящим на полу и играющим с собакой. Котенок наблюдал за их возней с безопасной высоты кровати и лениво придремывал.

Услышав голос сестры, Сережа вздрогнул от неожиданности и вскинул голову. Это приветствие было первыми словами, которые она сказала ему за последние несколько дней. Внимательно посмотрев на Ксюшу и не увидев на ее лице ставшего привычным выражения холодной отчужденности, Сережа всхлипнул и со слезами бросился к сестре.

- Ты больше не сердишься? – вцепившись в Ксюшу мертвой хваткой спрашивал мальчик, размазывая слезы пополам с соплями по ее футболке. – Честно не сердишься? Ксень, я больше так не буду. Честно!

- Не сержусь, - подтвердила Ксюша, погладив брата по голове и тут же возмутилась: - Может перестанешь об меня сопли вытирать! Я что, похожа на носовой платок?

- Не, ты лучше, - всхлипнул мальчик и поднял на Ксюшу глаза. – Судя по размерам, ты - носовое полотенце!

***

- Это Чара, - торжественно заявил Сережа и ткнул пальцем в щенка.

После того, как сопли были вытерты, слезы высушены, а Ксюша наконец снова получила возможность свободно двигаться, ребята решили закрепить свое перемирие совместным ужином, а заодно наверстать время, которое провели в ссоре и просто поболтать. Ужин организовали там же, в Сережиной комнате, в окружении тарелок с бутербродами и стаканов с соком.

- А то я не знаю, - фыркнула Ксюша на это заявление и в очередной раз отпихнула от тарелки настырную щенячью морду, требующую свою долю бутербродов. А лучше просто колбасы, без хлеба.

- А это – Йода, - не обратив внимания на слова сестры продолжил процедуру знакомства Сережа и указал на котенка.

- Ты мне еще расскажи, в честь кого он такое имя получил, - закатив глаза поддразнила брата Ксюша.

- Ну, если ты настаиваешь, - лукаво усмехнулся Сережа и тут же получил подушкой в лоб. Не ожидавший такого стремительного нападения мальчик не удержал равновесия и завалился на пол, чем с радостью воспользовалась Чара, добыв-таки себе бутерброд.

- Фу! – скомандовала Ксюша, и попыталась отобрать бутерброд, но добилась лишь того, что щенок отбежал на другой конец комнаты и начал чавкать оттуда.

- Она еще не знает эту команду, - объяснил реакцию собаки Сережа и спокойно взял с тарелки другой бутерброд.

- И ты так спокойно к этому относишься? – возмутилась Ксюша. – Ей вообще такое есть можно?

- Нет, - покачал головой мальчик и, отломив кусочек колбасы, протянул его котенку. – Но ведь хочется же. Пусть ест.

- Да ты просто прирожденный кинолог, - покачала головой Ксюша, начиная понимать, почему у отца не осталось других вариантов спасения своей обуви, кроме покупки запирающегося шкафа.

- Думаешь? – радостно улыбнулся мальчик, не заметив иронии в словах сестры. – Алиса тоже так сказала! Я ей рассказал, как знакомил Йоду и Чару, как теперь учу не ругаться, а она сказала, что я как настоящий дрессировщик! Я немного сомневался, но теперь ты тоже подтвердила!

- Ага, - ответила Ксюша, наблюдая, как брат отламывает половину, от бутерброда, который держал в руках и отдает его собаке, которая расправилась с неправедно нажитым лакомством и пришла просить добавки. – У нее же, вроде, скоро день рождение?

- У кого?

- У Алисы. Помощь с подарком потребуется?

- Нет, - покачал головой мальчик. – Он уже прошёл. Мне папа помогал, мы с ним вместе подарок выбирали. Знаешь, как здорово было? – спросил Сережа и не дождавшись от сестры ответа продолжил: - Ксюх, не злись на него так, он не плохой.

- Да? – вскинулась Ксюша. – Из-за него мама ушла! И после этого он хороший?

- Он тоже из-за этого очень переживает. И помириться хочет.

- А не надо было до ругани доводить, не пришлось бы мириться! – заявила Ксюша, недоумевая, что сегодня за день такой? Почему все рассказывают ей, что Николай хороший и хотят, чтобы она непременно помирилась с отцом?

- Все ругаются, даже мы с тобой, - на удивление разумно для своего возраста возразил ей Сережа. – Но ты же решила со мной помириться.

- Это другое.

- Почему? Потому что на него ты злишься сильнее? А я вот сильнее сержусь на маму! Она про нас забыла – заявил Сережа.

- Она не забыла, она не может нас пока забрать, - возразила ему Ксюша.

- Забрать не может, а видеться? Тоже не может? Позвонить и встретиться? Ей просто на нас совсем наплевать стало! – чувствуя, как слезы снова начинают течь по щекам, выкрикнул Сережа. – А папа остался. Он нас не бросил!

- Не плачь, - попросила Ксюша, чувствуя, как странные эмоции поднимаются в душе от слов брата, слишком сильно его мысли перекликались с ее собственными. Девочка крепко обняла мальчика и прижала его к себе, погладив по голове. – Все хорошо. Хорошо. Если хочешь, я попробую с ним помириться, - второй раз за день пообещала Ксюша.

- Честно-честно? – снова используя несчастную сестрину футболку как платок переспросил Сережа.

- Честно-честно, - кивнула в ответ Ксюша, не обращая внимания на пиршество под ногами. Пользуясь невниманием людей, щенок и котенок добрались до оставленных без присмотра тарелок и теперь наперегонки опустошали их.

***

Поерзав на стуле, Татьяна поморщилась от боли в плече. Видимо, ей все же удалось потянуть мышцу. Бросив взгляд на часы и погладив больное место, женщина откинулась на спинку стула и приготовилась ждать Игоря. Недолгая совместная жизнь подтолкнуло развитие их отношений и уже через несколько часов после того, как Татьяна закончила распаковывать свои немногочисленные вещи на новой временной жилплощади, Игорь очутился на пороге ее дома с полными сумками продуктов и букетом наперевес. Как объяснил сам визитер, вручив женщине цветы и занося продукты на кухню, за несколько дней он слишком привык к домашней еде и отвыкать не хочет.

- К хорошему быстро привыкаешь, - заявил Игорь, поставив пакеты на стол и разведя руки в стороны. – Готов помогать по мере сил.

И помогал. Каждый вечер приезжая на ужин к Татьяне или приглашая ее к себе. Несколько раз они пробовали выбираться в рестораны, но прежнего удовольствия от ужинов в общественных местах не получали. Дома было намного уютнее.

Тем неожиданнее для Татьяны было его сегодняшнее предложение встретиться в кафе.

- Извини, не слишком долго ждать пришлось? – вместо приветствия спросил подошедший Игори и чмокнув Татьяну в щеку устроился напротив. – Работа.

- Ничего страшного, все нормально, - успокоила его Татьяна, чувствуя, что даже плечо в присутствии Игоря болит меньше. – Что такого необычного ты хотел мне сообщить, что телефонный разговор для этих целей тебе не подошел? – подавшись вперед полюбопытствовала она.

Сообщение, отправленное сегодня Игорем действительно не на шутку распалило ее любопытство. «Сможешь сегодня прийти в наше кафе? Хочу с тобой кое-что обсудить» значилось в нем, заставляя гадать, что же такого важного хотел сказать Игорь. Собственно, из-за этих бесполезных гаданий она и стала настолько невнимательной, что заработала травму практически на ровном месте.

- Ну, знаешь… спасибо, - поблагодарил Игорь официанта, принесшего ему чашку кофе, и вновь обратил внимание на Татьяну. – Я тут подумал, почему бы нам в ближайшее время не устроить ужин с твоими детьми? – на лицо Татьяны начала наползать непонятная тень и Игорь поспешил объяснить свое желание. – Смотри сама, скоро Новый год, и я очень хочу встретить его с тобой. С вами, - поправился он. – Но просто забрать их из дома тридцатого и заставить отмечать праздник с незнакомым мужиком не кажется мне хорошей идеей. Думаю, будет лучше, если мы познакомимся заранее. Встретимся, пообщаемся. Обсудим планы. Я тут узнавал, мы можем снять загородный дом, и чтобы елка была не только в доме, но и на улице. Можно будет самим ее нарядить. И салюты с собой захватить. Как думаешь, им понравится?

- Не уверена, что это хорошая идея, - ответила Татьяна, после небольшой паузы.

- Почему? – удивился Игорь, который на самом деле уже начал подыскивать не только дом на праздники, но и квартиру побольше. Не то, чтобы ему не нравилась его нынешняя, но Игорь прекрасно понимал, что вчетвером там будет тесно, а предложить Татьяне жить вместе, проигнорировав детей он не мог. Следовательно, требовалось найти что-то более вместительное, чтобы после праздников можно было привезти семью в новый дом. – Они вполне взрослые, и, думаю, отнесутся к нашим отношениям с пониманием. Не будешь же ты вечно меня прятать? Рано или поздно придется знакомиться, почему бы не сейчас?

Татьяна понимала доводы Игоря, но согласиться с ними было тяжело. Пока детей не было рядом, она могла представить, что ей снова двадцать, и впереди вся жизнь. Могла снова с головой окунуться в давно забытые ощущения влюбленности. А присутствие рядом Ксюши и Сережи разбили бы эти фантазии вдребезги. На самом деле им даже было не обязательно находиться рядом. Хватало всего лишь слышать их голоса по телефону, чтобы приятные грезы развеивались и их место занимала реальность. Ей давно не двадцать, у нее есть муж и дети, а отношения, в которых она ныне пребывала обществом, мягко говоря, порицаются. Из-за этого Татьяна практически перестала звонить детям, предпочитая время от времени просто отправлять сообщения с банальным «как дела?». И как бы ей не было стыдно и противно от подобного поведения, ей очень хотелось побыть в придуманной ею самой сказке еще немного.

- Ну так что, даешь добро на знакомство? – уточнил Игорь, не понимая причины упрямства Татьяны.

- Если ты настаиваешь, - неуверенно ответила Татьяна, понимая, что отказ повлечет за собой необходимость объяснений. – Возможно, действительно пора это сделать…

- Отлично, - от переизбытка чувств Игорь слегка прихлопнул ладонью по столу. – Значит я подтверждаю бронь на завтра и жду вас в семь вечера.

- Завтра? – поразилась Татьяна, не рассчитывавшая на столь стремительное развитие событий. – Зачем так быстро? И где ты нас будешь ждать?

- А зачем откладывать? – вопросом на вопрос ответил Игорь. - Ждать буду в пиццерии, в которой мы неделю назад ужинали, помнишь? Кормят там вкусно и достаточно неформально, для знакомства в самый раз. Не ко мне же домой вас всех тащить.

Татьяна механически кивнула головой и вдруг встрепенулась:

- Постой, ты сказал «подтвердить»? То есть ты забронировал столик еще до разговора со мной?

- Я ни секунды не сомневался, что ты согласишься.

***

- Ты готов?

- Да, почти. Пять минут еще!

- Сережа?

- Да-да, иду!

- Сергей Николаевич, вас еще долго ждать?

- Иду! Пять минут!

- Слушай, я это слышала двадцать минут назад! У тебя совесть есть? Ты чем здесь занимаешься, осваиваешь тонкости макияжа? – возмутилась Ксюша, не выдержав бесконечных отговорок Сережи и заглянула в комнату.

Брат нашелся с телефоном на полу. После того, как Ксюша в категоричной форме отказалась брать на встречу с мамой котенка и щенка, даже по отдельности, горящий желанием похвастаться Сережа расстроился. Но быстро нашел выход, решив просто наснимать столько фото и видео, сколько позволит память телефона. Благо есть Яндекс диск. И занимался этим практически все последние сутки, если не считать времени, потраченного на сон, — снимая свой зверинец, придирчиво отсматривая результат, удаляя большую часть и снимая заново. Он очень хотел показать маме, какие замечательные у него питомцы. Чтобы ей очень-очень захотелось их увидеть, и она вернулась домой. Обида была почти забыта. Да и как можно обижаться? Мама позвонила и предложила увидеться! Она не забыла про них! После того, как Ксюша рассказала ему о намечающемся ужине, Сереже казалось, что он любит весь мир.

- Ты почему на полу валяешься? – возмутилась сестра, спугнув Чару и испортив замечательный, с торчки зрения Сережи, кадр. – Нас такси уже ждет, а ты тут пылесборником подработать решил?

- Ничего я не решил, - ответил Сережа, поднимаясь с пола и отряхивая свитер от налипших шерстинок, чувствуя, что даже испорченный кадр и бухтение сестры не могут испортить его настроение. – Тут вполне чисто.

- Ага, стерильно просто, - передразнила его Ксюша и потянула на выход. – Пошли, фотограф. Боюсь, еще пять минут и на встречу мы отправимся пешком.

- Зачем пешком? Остается же еще метро, - поинтересовался мальчик и тут же добавил абсолютно невинным тоном, чуть выпятив губу: - Ах да, ты же не можешь на метро, ты же все еще боишься самодвижущихся лестниц… - на сестру Сережа не сердился, но и спускать ей с рук бесцеремонность больше не собирался.

- Ну ты… - слов для достойного ответа не находилось. – Шевелись давай, - отвесив Сереже лёгкий подзатыльник велела Ксюша и направилась за братом покачивая на ходу головой. Совсем обнаглел, малявка.

***

Татьяна нервничала. Необъяснимое чувство тревоги не отпускало ее с тех пор, как Игорь настоял на необходимости знакомства с Сережей и Ксюшей, и лишь усилилось после разговора с дочерью. Что-то подобное она испытывала перед вечеринкой у Покровских и как оказалось, небезосновательно. Стоило только вспомнить, чем закончилось мероприятие…

- А я думал, что мандражировать перед знакомством полагается мне, - накрывая руку Татьяны своей и привлекая к себе внимание сказал Игорь, заметив ее повышенную нервозность. – Успокойся. Обещаю, мы не подеремся.

Татьяна слабо улыбнулась в ответ и постаралась успокоиться. Хотя бы внешне. Ни к чему всем показывать свое состояние.

- Ты уверена, что правильно поступила, когда решила просто скинуть ребятам адрес и все? Может стоило их проводить? Они уже больше чем на пятнадцать минут опаздывают, - обеспокоенно посмотрев на часы поделился своими переживаниями Игорь.

- Уверена. Какой смысл в сопровождении, если они приедут на такси? Я предложила встретить их на входе, но Ксюша отказалась. Не переживай, наверняка они просто не уследили за временем.

- Думаешь? – с некоторым сомнением протянул Игорь. – Может все же стоит им позвонить?

- Если не появятся через пятнадцать минут – позвоню, - согласилась Татьяна. – А пока считаю, что поводов для волнения нет. Это же дети, - постаралась как можно увереннее произнести она, чувствуя, что червячок беспокойства все же начинает вгрызаться в сердце, а мысли из разряда «а вдруг?..» настойчиво стучаться в голову.

От идеи совместной поездки она отказалась по очень эгоистичной причине, она просто не знала, как смотреть детям в глаза. Они же наверняка завалят ее вопросами, и что она должна будет отвечать? Да еще и находясь с ними в машине один на один. Таксист не считается, он принимать участия в подобном разговоре точно бы не стал. Поэтому Татьяна решила, что проще будет увидеться с ними уже пиццерии, когда рядом будет Игорь и сможет ее поддержать. Вчера вечером это казалось хорошей идеей, но сейчас Татьяна была уже не так в этом уверена. От откровенной паники ее удерживала только одна мысль, если бы произошло что-то действительно плохое, она бы наверняка об этом уже узнала. Плохие вести, в отличие от хороших, дорогу к адресату находят быстро. И все же, почему они так опаздывают? В пробке застряли? А телефон на что, неужели так сложно позвонить и предупредить?

Словно в ответ на ее мысли телефон разразился трелью и увидев на дисплее имя дочери Татьяна поспешно ответила на звонок.

- Ну и где тебя искать? – раздался в трубке недовольный Ксюшин голос.

***

- Как тебе этот?

- Здорово.

- А этот?

- Классно.

- А этот?

- Просто замечательно.

- Да? А я думаю, что тот кадр который ты испортила был бы гораздо лучше, - надув губы и придирчиво разглядывая снимок в телефоне засомневался Сережа. Затем перелистнул кадр и снова пристал к сестре: - А про этот что скажешь, какой лучше?

- Зачем спрашивать? – раздраженно закатив глаза проворчала Ксюша. – Как будто, если я выберу одну какую-то фотку, ты не будешь показывать маме остальные. Зачем тогда нужно было столько снимать?

- Буду! – решительно заявил Сережа, прижима телефон к груди. Как будто опасался, что сестра может отобрать у него телефон и удалить фотографии, которые ей не понравятся. - Со вкусом у тебя беда, как я могу полагаться только на твое мнение?

- Тогда зачем ты вообще им интересовался? – с трудом подобрав слова и челюсть возмутилась Ксюша.

- А чем еще заниматься? Просто ехать скучно, - честно признался Сережа мило улыбаясь сестре.

- Ах ты… мелкий… - «Совсем оборзел. Подожди, я тебе покажу, как старшим хамить», разглядывая невинную мордашку брата пообещала себе Ксюша. – Телефон убирай, почти приехали.

Пиццерия, в которую позвала их мама явно не испытывала недостатка в посетителях. Свободных столиков Ксюша не заметила. И можно было понять почему, пахло в заведении просто фантастически. А беглого взгляда на столики отдыхающих ей хватило чтобы понять, что выглядит главное блюдо заведения не хуже, чем пахнет. Пиццу она нашла, осталось найти маму. Ксюша ее не увидела ее ни за барной стойкой, ни за россыпью небольших, на первый взгляд беспорядочно расставленных круглых столиков, ни за столиками, расположенными вдоль балкона на втором этаже, откуда открывался вид на весь зал. Спрашивать у брата, не оказался ли он более наблюдательным не приходилось. Сережа вставал на цыпочки, вытягивал шею и активно крутил головой во все стороны, пытаясь высмотреть маму. Пришлось доставать телефон.

- Ну и где тебя искать? – угрюмо буркнула Ксюша, как только Татьяна ответила на звонок. – В каком углу у стенки, их здесь четыре, а если считать со вторым этажом, вообще восемь.

Внимательно вслушиваясь в пояснения матери, Ксюша развернулась в сторону широкой лестницы на второй этаж и, не меняя угрюмого выражения лица, потопала наверх, крепко держа брата за руку. На втором этаже стало тише. А после того, как ребята отошли дальше от лестницы стало еще и темнее. Свет от большой люстры, освещающей первый этаж и столики, расположенные вдоль балкона, практически не проникал вглубь второго этажа. Вместо этого пространство освещалось мягким, теплым светом бра. У дальней стены располагались столики, отгороженные друг от друга живыми зелеными изгородями, создавая ощущение уединения.

Мама нашлась за самой последней живой изгородью. Едва увидев Татьяну Сережа вырвал руку у сестры и всхлипнув бросился обнимать маму. Ксюша тем временем окинула внимательным взглядом сидевшего напротив Татьяны мужчину и немного наклонила голову в знак приветствия. Сразу стало понятно, что мама позвала их не просто так. А зачем? Познакомить? Помириться? Забрать в новый дом?

Еще раз оглядев зеленый уголок, Ксюша отметила, что их столик, по всей видимости, рассчитан на четверых и место, которое Сережа занял около мамы, не уступит ни за что на свете. Что там место, он и мамой делиться был не готов, изо всех сил сжимая руки за ее спиной и тихо всхлипывая куда-то в район живота. Татьяна в этот момент с ласковой улыбкой гладила сына по голове, тихим голосом рассказывая, как скучала. Выбора не было. Издав тяжкий вздох, Ксюша осторожно опустилась на сидение рядом с мужчиной, стараясь держаться на максимально возможном расстоянии. Не то, чтобы он был страшным, да и пахло от него очень приятно, просто у Ксюши было плохое настроение и облегчать взрослым жизнь желания не возникало.

- Ну хватит уже, - недовольно выдохнула Ксюша минут через пять, обращаясь к брату. – Мы сюда есть пришли или потоп организовывать?

Все это время Сережа продолжал плакать, Татьяна его утешать, а Игорь смотреть на эту сцену с умильным видом. Ксюша чувствовала, что, если ничего не изменится, ее просто разорвет от сдерживаемых эмоций. А так как в заведении пахло вкусно и времени на дорогу они потратили немало, хотелось хотя бы успеть что-то попробовать.

- Действительно, - поддержал девочку Игорь. – Давайте сделаем заказ, пока его будут готовить будет время и поплакать, и в порядок себя привести, - подмигнул мальчику, который приподнял голову от маминого живота, мужчина.

Сережа покраснел, но кивнул и выпустил маму из объятий.

Быстро определившись, кто что будет заказывать, Игорь выразил готовность не дожидаться официанта, а спуститься вниз и передать заказ лично. Едва увидев выражение лица Ксюши, мужчина решил не лезть с разговорами раньше времени, а подождать, когда Татьяна разрядит обстановку.

- Ну? – как только мужчина ушел протянула Ксюша, обращаясь к матери. – И что это значит?

- Ты о чем? – переспросила женщина, продолжая гладить сына по голове. Сережа снова уткнулся Татьяне в живот, но уже не всхлипывал, а просто глубоко вдыхал родной запах, успокаиваясь.

- Зачем звала? – раздраженно спросила девочка, ломая в руках зубочистку, вытащенную из специальной подставки.

- Ксюх, ты чего? – ошарашенно спросил Сережа, снова отрывая лицо от матери. – Что случилось?

Глубоко вздохнув, девочка попыталась взять себя в руки. Подумаешь, не замечают и игнорируют, как будто в первый раз. Все хорошо. Надо просто потерпеть и постараться сделать вид, что все нормально. Не стоит портить вечер брату, путь хоть одному из них будет хорошо.

- Ничего не случилось, нормально все, - буркнула девочка, пытаясь расслабиться и натянуть на лицо улыбку.

Видимо улыбка получилась не такой, какую пыталась изобразить Ксюша. Брат, до этого взирающий на сестру с легким удивлением, дернулся и испуганно выдохнул:

- Ксюха, тебе плохо? Живот заболел?

- Если плохо себя чувствуешь, можем перенести ужин. Может стоит поехать в больницу? – вторила брату мама.

Кривоватая улыбка стекла с лица Ксюши. Возмущенно фыркнув, девочка пробормотала, что с ней все в порядке и отвернулась.

Вопреки надеждам Игоря, к моменту его возвращения атмосфера за их столиком не изменилась. Ксюша по-прежнему сидела с угрюмым видом и с повышенным вниманием рассматривала переплетения живой изгороди, скрестив на груди руки. А Татьяна с Сережей молчали и смотрели на девочку с настороженностью и подозрением. Нет, даже не так: атмосфера определенно стала хуже.

- Как у вас оживленно, - как можно более располагающе улыбнулся Игорь, присаживаясь за столик. – Заказ принесут минут через двадцать. Если кто-то чувствует, что слишком голоден и не в состоянии столько продержаться, могу сходить за сэндвичем. Они здесь тоже очень вкусные, но, неоправданно сытные. Не уверен, что потом останутся силы на пиццу. Вообще, я думал, что мы соберемся чуть раньше, до основного наплыва посетителей, тогда бы приготовили быстрее. Но вы немного задержались, а мы не хотели делать заказ без вас, и теперь придется подождать.

Игорь нес все, что в голову взбредет, лишь бы нарушить гнетущее молчание, висевшее за столом и втянуть собравшихся в разговор.

- Могли бы позвонить, - хмыкнула Ксюша. – Телефоны не роскошь.

- Ксения! – попыталась одернуть дочь Татьяна, сделав «страшные» глаза.

- Не сообразили, - чуть развел руками Игорь, кидая на Татьяну красноречивый взгляд. – К тому же, выбирать еду на слух... Не знаю, я бы уже после третьего названия с перечислением ингредиентов запутался. А потом соображал, как морепродукты сочетаются с ананасами и каким соусом это надо залить, чтобы было съедобно, – продолжал болтать Игорь, с удовлетворением отмечая, как на последней фразе хихикнул Сережа и даже Ксюша не смогла полностью подавить улыбку, чуть дернув уголком губ.

- Пицца с ананасами – гадость! – авторитетно заявил Сережа. – Зачем ее вообще придумали?

- Согласен, не самый мой любимый вариант, - кивнул мальчику Игорь. – Но знаешь, некоторым людям нравится. К тому же сочетание вкусов курицы и ананасов не такое уж и отвратительное.

- Нет, - решительно опроверг его слова мальчик. – Горячие ананасы гадость в любом случае. Это же фрукт, зачем его греть?

- А как же фруктовая пицца? – мягко напомнила сыну Татьяна. – Помнишь, мы делали сладкую пиццу с ананасами, персиками и грушей? Тогда же ты не был против ананасов.

- Тогда… - Сережа немного нахмурился, погружаясь в воспоминания. – Тогда это была не пицца, а честный пирог. И мы не пытались к сладкому добавить мясо, - скривился мальчик под конец, всем видом выражая отношение к такому вкусовому сочетанию.

- Честный пирог? – с любопытством уточнил Игорь у мальчика.

- Ага! – радостно кивнул Сережа. – На нем вся начинка сверху и не надо угадывать где больше и вкуснее. Все сразу видно.

- А я все думала, зачем ты в тот раз досыпал сверху кабачков, огурцов и морковки. А тебе оказывается просто начинки не хватило, - фыркнув поддела Ксюша брата.

- Не правда! Я делал красивее! Там все было похоже по цветам и с тестом сливалось, а я добавил других цветов и стало гораздо ярче и лучше! Правда, мама? – с надеждой поднял глаза на Татьяну Сережа, дожидаясь кивка матери.

- Стало гора-а-аздо красивее, - со всей возможной серьезностью кивнула Ксюша продолжая дразнить брата. – Жаль только менее съедобно. Ты б хоть помыл овощи, перед тем как в пиццу пихать.

- Я боялся не успеть, - буркнул Сережа, надувшись и чувствуя, как краснеют щеки. Он очень не любил, когда вспоминали про его детские проделки. Особенно, когда это делали при посторонних.

- Успел. Жаль выбросить пришлось, есть пиццу с землей никто не захотел, а собаки, чтобы ей скормить, у нас тогда не было, - посмотрев на Игоря пожала плечами Ксюша.

- Я бы не стал кормить Чару землей! – возмутился мальчик.

- А что, ты думаешь все те ботинки, которые успела погрызть твоя животина были исключительно чистыми? Думаю, земли она в итоге схомячила больше, чем было на той несчастной морковке, которой ты украсил нашу пиццу.

Сережа возмущенно смотрел на сестру отчаянно желая что-нибудь в нее кинуть. Но ничего мягкого под рукой не было, а кидать в Ксюшу твердую солонку все же не хотелось. Да и мама рядом, ругаться будет.

- Чара? – удивленно переспросила Татьяна, осознав, о чем говорят дети. – Вам купили собаку?

- Мне! Мне купили собаку! – возбужденно подпрыгнув на стуле выпалил Сережа, торопливо доставая телефон и открывая галерею. За радостью от встречи с мамой он совершенно забыл, как сильно хотел похвастаться щенком. – И кота! И они такие хорошие, такие замечательные! Но Ксюша отказалась их с собой брать. Но я сделал много фотографий, хочешь посмотреть?

- Конечно, - с энтузиазмом кивнула Татьяна, подаваясь вперед.

Игорь тоже наклонился ближе, выражая безмолвный интерес. Сережа положил телефон на стол, чтобы всем было видно и начал рассказывать о том, что происходит на снимках.

Взрослые рассматривали фотографии, умилялись и хвалили юного фотографа. Иногда речь рассказчика прерывалась короткими вспышками смеха. В какой-то момент Игорь осознал некоторую неправильность происходящего. Над телефоном склонилось только три головы. Повернув голову вправо, мужчина столкнулся с тяжелым взглядом девочки, которая смотрела на происходящее со сложным выражением лица. Вопросительно улыбнувшись Игорь чуть мотнул головой, жестом приглашая присоединиться к ним, но Ксюша на это приглашение только демонстративно отвернулась. Игорь не понимал, что произошло, и почему начавшая оттаивать девочка снова замкнулась, но лезть к ней, с риском нарваться на скандал и испортить настроение всем присутствующим не стал. Возвращая внимание рассказу Сережи, мужчина сделал в памяти пометку расспросить Татьяну о том, что нравится Ксюше и к следующей встрече подготовить подарок. Что-нибудь не слишком дорогое и серьезное, чтобы девочка не решила, что ее благосклонность хотят купить, но тем не менее приятное, чтобы порадовать. Кивнув своим мыслям Игорь опустил глаза в телефон.

- А это что за шкаф? – перелистнув фотографию назад спросила Татьяна у сына, прервав его рассказ.

- А это… - чуть замялся Сережа, но ответил честно. – Это от Чары. Она пока не очень воспитанная и постоянно ест обувь. В основном папину. Вот он и решил купить шкаф, который запирается на ключ. А еще знаешь что? Я его собирать помогал! И мне даже шуруповерт дали! Так здорово было!

- Ты такой молодец, - похвалила сына Татьяна, ненадолго прижав к себе. – Но то, что собака портит обувь…

- Не так уж и страшно, - прервал Татьяну Игорь. – У маленьких такое бывает. Вырастет – перестанет. Особенно, если с ней немного позаниматься. У меня в детстве тоже была собака. Немецкая овчарка, - доверительно сообщил он мальчику. – И ух, как же она по началу шкодила. Грызла все! Выдрала все плинтуса, а один раз даже диван съела.

- И что ей за это было? – заинтересовался Сережа, наклоняясь как можно ближе к рассказчику.

- Страшное наказание, - с непроницаемым выражением лица заявил Игорь, - ужасное просто. Ее отправили учиться. И меня заодно. Родители сказали, будем плохо стараться - отправимся жить на балкон, там портить почти нечего. Нас, ну, по крайней мере меня, это заявление так замотивировало, что мы о-о-очень старались. Кинолог очень удивлялся, что самый младший в группе проявляет больше всех рвения и прилежания, - усмехнулся своим воспоминаниям Игорь. - Если хочешь, можем вместе поискать хорошего кинолога, который поможет тебе с воспитанием Чары. Она же ретривер? Это очень умные собаки, думаю, особых сложностей с обучением у нее возникнуть не должно.

Сережа с энтузиазмом закивал головой. Наконец-то хоть кто-то не требовал от него научить собаку хорошо себя вести и не ставил ее поведение в вину, а предложил помощь. Да, Сережа обещал сам заботится о собаке, и он заботился. Очень старался. Разве он виноват, что не всегда получалось?

- Что от меня потребуется? – уточнил мальчик, доверчиво глядя на Игоря.

- Ничего сложного, - пожал плечами мужчина. - Не пропускать занятия, выполнять задания, которые будет давать кинолог, отрабатывать команды. И уже к лету Чара из неуправляемого урагана превратиться в благовоспитанную леди. Справишься?

Сережа расплылся в широкой улыбке и так сильно закивал, что даже голова закружилась.

***

После беседы о кулинарных подвигах Сережи, в которой Ксюша приняла хоть какое-то участие, девочка закрылась и за весь вечер больше не произнесла ни слова, отделываясь односложными «угу», «ага» и многозначительным «ммм» когда к ней обращались. Причем даже эти красноречивые ответы чаще всего звучали не в тему. В середине вечера пытаться втянуть девочку в беседу прекратил даже Сережа, совершенно не понимавший, что случилось с настроением сестры, но не собиравшийся упускать время интересного общения. Игорь общался с ним как со взрослым, с равным. А выяснить, что за тараканы посетили голову сестры он успеет и позже.

Взрослые думали примерно так же. Игорь, совершенно не знакомый с Ксюшей решил в этот раз сконцентрироваться на разговоре с Сережей, который был более расположен к диалогу, и оставить общение с девочкой Татьяне. Татьяна же, глядя на дочь не могла понять причины ее плохого настроения, но ясно уловила, что Ксюша хочет, чтобы ее оставили в покое и не дергали. Видимо так начал проявляться переходный возраст, которому, как читала Татьяна, зачастую сопутствуют частые смены настроения. Решив дать дочери больше пространства, Татьяна, чтобы лишний раз не раздражать дочь, тоже сосредоточилась на общении с Сережей.

Когда пицца была съедена и вечер знакомства подошел к логическому завершению, было принято решение перед уходом посетить уборную.

- Хороший вечер, правда? – осторожно обратилась Татьяна к дочери, стоя около ряда раковин и разглядывая Ксюшино равнодушное лицо.

- Угу, - без всякого выражения протянула девочка, не глядя на мать.

- Что ты думаешь о Игоре? – не теряя надежды добиться от дочери внятного ответа продолжила задавать вопросы Татьяна.

- Угу, - вновь ответила девочка, не меняя выражения лица.

- То, что дома появились животные было на самом деле неожиданно. Такие милые. Так бы и затискала.

- Угу.

- Ты похудела? Практически ничего сегодня не съела. Ты точно не болеешь? – с тревогой во взгляде продолжала допытываться Татьяна.

- Как мило что ты заметила, - желчно ответила Ксюша, всплеснув руками. – Я уж думала не увидишь, забыла как я выгляжу.

- Ксень, - ошарашенная реакцией дочери, Татьяна взяла Ксюшу за руку. – Что случилось?

- Ничего, - зло выдернув руку выпалила Ксюша. – Все отлично. Вечер хороший, Игорь хороший, Сережа хороший, и даже звери хорошие. Одна я плохая и мешаю.

- Ты о чем? – растеряно спросила Татьяна, во все глаза глядя на дочь.

- Ни о чем, забей, - выпалила Ксюша, вылетела из туалета и поспешила на улицу, где их с мамой уже ждали Сережа с Игорем.

- Расчетное время подачи экипажа три минуты, - попытался пошутить Игорь, глядя на раскрасневшуюся девочку. – Можешь пока подождать внутри, чтобы не замерзнуть.

- Не замерзну, - передернув плечами от порыва ветра, бросила Ксюша и уставилась себе под ноги, не желая пересекаться ни с кем взглядом.

К моменту, когда за ребятами подъехало такси, на улицу вышла Татьяна. Крепко обняв Сережу и помогая ему устроиться в машине, она пообещала сделать все возможное, чтобы как можно скорее забрать ребят к себе, а пока больше не пропадать и звонить каждый вечер. Затем обошла машину, открыла дверь со стороны Ксюши, которую девочка, севшая в машину первой, успела захлопнуть и аккуратно приобняв дочь прошептала ей на ухо:

- Спасибо за вечер. Береги себя. И о Сереже позаботься, - выпрямившись Татьяна захлопнула дверь.

***

Машина плавно тронулась с места, а Ксюша сидела, смотрела на мать в зеркало заднего вида и чувствовала, как от злости не может даже вздохнуть. Она должна позаботиться? О брате? Серьезно? А родители ему на что? Играться, когда есть настроение, а в остальное время спихивать заботу на нее? А о ней кто заботится должен? Ей, в конце концов, пятнадцать, а не двадцать. И за обязанности няньки не доплачивают.

Ксюша вспоминала все, что происходило в последние недели: ссору с отцом, ссору с Сережей, одиночество и чувство ненужности, которое только-только начало отступать, после примирения с братом. Затем звонок от мамы, и ее предложение встретиться. Казалось, вот оно, жизнь налаживается. Мама обязательно увидит, что Ксюше было плохо и пожалеет. Ведь для этого и нужны мамы. Обнимет, как в детстве, а Ксюша пофыркает для вида, но вырываться не станет.

В Ксюшиных фантазиях встреча проходила очень уютно. Им с братом уделяли равное количество внимания. Они вместе рассказывали, что у них произошло и как они себя при этом чувствовали. А в конце мама обнимала их предлагала поехать жить к ней.

Да, в фантазиях все было чудесно, а что она получила на самом деле? Мимолетный взгляд при встрече, знакомство с непонятным мужиком и предложение позаботиться о брате. Прекрасно.

Погрузившись в события вечера, Ксюша почувствовала, как по щекам начали неспешно стекать слезы. Было обидно. Девочка вспоминала, как сидела в уголке, всеми забытая и наблюдала за чужим общением. Чем веселее и непринужденнее становилась атмосфера за столом, тем мрачнее было лицо Ксюши. И если в начале вечера вскочить на ноги и уехать ей мешало нежелание портить брату встречу с мамой, то к концу вечера на месте ее удерживала только сила воли и воспоминания о правилах приличия. В голове без конца крутились одни и те же мысли. Лучше бы она притворилась больной и осталась дома. Лучше бы сейчас учила уроки. Да даже французским, будь он неладен, занималась! Почему она не осталась дома? Потому что надо было привезти на встречу брата? Так он и сам бы прекрасно доехал. В машину, так уж и быть, Ксюша бы его посадила. Потому что хотела увидеть маму? Для чего? Чтобы весь вечер наблюдать, как мама обнимает и гладит Сережу, а ей достаются только одергивания и игнор. А нет, еще требование позаботиться в конце. Да лучше бы она дома с отцом осталась!

На этой мысли слезы потекли сильнее и Ксюша, не сдержавшись, всхлипнула.

- Ксень, ты чего? – с испугом в голосе спросил ее брат, разглядывая дорожки слез на лице сестры. Ксюша не ответила, и Сережа, на сколько позволяло детское кресло и ремень безопасности наклонился к девочке пытаясь обнять, не обращая внимания на телефон, который соскользнул с его колен на пол.

Ксюша не отреагировала на объятия, продолжая всхлипывать и со злостью тереть глаза, пытаясь остановить слезы. Хорошо хоть таксист не стал никак комментировать ситуацию, бросив быстрый, обеспокоенный взгляд на плачущую девочку и почти тут же вернув внимание дороге. Ничего необычного, этот тоже ее не видит.

Всхлипы становились все реже, слезы высыхали и к моменту, когда машина затормозила у их дома мысли Ксюши прояснились.

***

Николай сидел на кухне при свете вытяжки и неотрывно таращился в кофейную гладь на поверхности чашки, словно ожидая, что там отразится ответ на извечный вопрос «что делать»? Хотя странно было ожидать ответов от чашки с кофе, обычно с такими вопросами обращались к бокалу вина. Или там что-то другое искали? Рядом подсыхал забытый бутерброд. Аппетита не было совершенно.

Под ногами крутился Сережин зверинец, создавая хоть какую-то иллюзию присутствия. И почему он раньше был так против животных? Полезные оказывается создания. Живые, пищат, по ногам топчутся. Хрен с ним, что мимо пеленок иногда промахиваются.

Чуть неуклюже подняв затекшую за несколько часов руку Николай взял с тарелки бутерброд и разломив на две части положил на пол около неотрывно крутящихся вокруг него комков шерсти, попутно потрепав собаку по пушистой спине.

Сосредоточившая внимание на бутерброде собака не ожидала ласки и от неожиданности завалилась на спину, возмущенно тявкнув. Но быстро перевернулась и, даже не вставая на лапы, проглотила свое угощение, переводя заинтересованный взгляд на вторую половину угощения, которую только-только начал жевать котенок. Черный нос заинтересованно зашевелился, выдавая повышенный интерес своей владелицы к угощению. Котенок попытался жевать быстрее. В конечном итоге вторая половина бутерброда была разделена по-братски. Чара оставила котенку колбасу, а тот уступил собаке хлеб и сыр. Все остались довольны.

Хмыкнув, Николай выпрямился и вернулся к прерванному занятию - медитации на остывшую чашку кофе. Квартира была большой, но стены отчего-то все равно давили. Хотелось выйти на воздух. И снова - как хорошо, что у них появилась собака. Достаточно нацепить на Чару поводок, и он из придурка, без причины наматывающего холодным зимним вечером кругаля вокруг дома, превращается в заботливого хозяина, выгуливающего своего питомца. Прекрасная идея, надо сходить одеться потеплее и пойти погулять. Может, и кота с собой взять, чтобы дома один не скучал?

Николай поднялся на ноги тут же разразившись сдавленной руганью. Ноги, затекшие от длительной неподвижности, пронзили, казалось, тысячи иголок. Схватившись рукой за край стола, чтобы не навернуться на пол, Николай пережидал покалывания в ногах, поминая матерей тех, кто делал такие неудобные стулья.

Дверь в квартиру громко хлопнула. Николай резко дернулся от неожиданности и тут же скривился от боли в пояснице. Спина затекла тоже. Но несмотря на это в душе поднималась радость. Вернулись. Когда ранее вечером Сережа сообщил ему, что едет на встречу с Татьяной, Николай грешным делом подумал, что жена хочет забрать детей и больше они к нему домой не вернутся. Но нет, вот они, вернулись, шебуршатся. Счастье-то какое.

Прерывая сумбурные мысли Николая на кухню ураганом влетела раскрасневшаяся Ксюша и окинув застывшего в странной, неестественно скрюченной позе отца на одном дыхании выпалила:

- Хочешь помириться с мамой?

Глава 24

Николай растеряно таращился на Ксюшу и глупо хлопал глазами. Из всех фраз, которые в теории ему могла сказать дочь, эта определенно была на самых последних местах. Наверное, даже предпоследней из всех возможных, уступая только «папа, я люблю тебя». Такого он от дочери не слышал с тех пор как ей лет семь исполнилось. Он что, за столом уснул и не заметил?

Однако не менее ошарашенный вид пришедшего в кухню за сестрой Сережи, опроверг эту мысль. Да и спина так во сне болеть не может.

Все еще переваривая услышанное Николай переводил обескураженный взгляд с взволнованной дочери, на удивленного сына, который смотрел на сестру, почти копируя выражение лица отца.

- То есть нет? – не дождавшись ответа, уточнила Ксюша, начиная раздражаться. – Ну, раз нет - бросила девочка, разворачиваясь на пятках и собираясь убежать в свою комнату.

- Нет! То есть да! То есть хочу! Стой! – стряхнув оцепенение выпалил Николай, протягивая к Ксюше руки, словно желая схватить и задержать ее.

Ксюша медленно развернулась лицом к Николаю и смерила отца откровенно оценивающим взглядом. Бледный, осунувшийся, со встрепанными волосами и пузиком, ее отец явно не выглядел как герой романа. И совершенно точно проигрывал Игорю.

- Это будет сложно, - пробормотала Ксюша себе под нос ни к кому не обращаясь. Заторможено развернулась и еле передвигая ноги, поплелась на верх.

- Ты куда? А мириться? – поинтересовался Николай у удаляющейся спины дочери.

- Завтра, - неопределенно махнула рукой девочка, чувствуя ужасную усталость.

***

Подтверждая законы вселенской несправедливости, Ксюша проснулась отчаянно рано. Часы даже до шести утра не показывали. Вот бы так в будние дни уметь, что за тупая суперсила выходного дня?

- Га-а-адство-о-о! – простонала Ксюша несколько раз ударяясь лицом об подушку.

Осознав, что уснуть больше не получится, девочка тяжело вздохнула и встала. Желудок жалобно заурчал. Вчера вечером нормально поесть не удалось, днем же чувство голода заглушало волнение от предстоящей встречи.

- У нас почти интервальное голодание, оно полезно - сказала Ксюша, обращаясь к своему желудку, но все же пошла на кухню.

Как и ожидалось, все еще спали, дома стояла оглушающая тишина. Даже звери, извечный источник всевозможных звуков, мирно дрыхли в Сережиной комнате.

Наспех перекусив, Ксюша заварила себе чай и забралась на кухонный подоконник. За окном завывал ветер, заставляя снежинки беспорядочно менять направление и мешая им опуститься на землю. В голове у Ксюши творилось что-то похожее. Мысли панически метались, сталкивались и перемешивались.

О чем она вчера думала? Нет, даже не так. Она вообще думала в тот момент? К сожалению, ответ был скорее отрицательным. Решение предложить отцу помощь было спонтанным и принятым на эмоциях. Просто выслушивая, как Сережа, который весь вечер ее игнорировал, упорно пытается выяснить, что случилось, Ксюша вдруг подумала, что хочет, чтобы все стало как раньше. До переезда. Да, тогда тоже все было не идеально и с отцом она часто ругалась, но он никогда ее не игнорировал. И мама про нее помнила. И для брата она была на первом месте.

Чувствуя, как на глаза снова наворачиваются слезы, Ксюша схватилась за ручку окна и провернув резко дернула створку на себя, впуская на кухню пригоршню снежинок. Пару минут подышав холодным воздухом и качественно промерзнув, девочка наконец закрыла окно. Эмоции немного отступили, позволяя сосредоточится на извечном вопросе «что теперь делать»?

Не то, чтобы у нее было много вариантов. Самым простым было сделать вид, что ничего не произошло и вчерашней импульсивной фразы просто не было. Тогда и придумывать ничего не придется. Конечно, отец от нее так просто не отстанет и наверняка не один день подряд будет ходить и пытаться выяснить, что случилось и почему она передумала, но... если закрыться в комнате и не разговаривать с ним, то пережить это будет возможно. Вот только вариант этот Ксюше не нравился. По какой-то непонятной причине бойкотировать отца ей больше не хотелось. Еще можно было сделать вид, что она пытается помочь, просто ничего не выходит. Отделаться общими фразами о необходимости встретиться и поговорить или позвонить и извиниться. И все, никаких претензий. Что еще она может сделать? Правда это значило, что у мамы появится новая семья, в которой ей места не найдется. Этот вариант нравился ей не больше первого. Ну и последний вариант, помогать. Вот только чем?

Идей не было.

Отбросив неизвестно откуда возникшее желание удариться лбом об стену, Ксюша достала из кухонного шкафчика шоколадку и сорвав обертку откусила прямо от плитки. Из глубин памяти всплыла информация, что шоколад стимулирует умственную деятельность. Ксюша не особо надеялась на волшебный эффект шоколада, но пренебрегать возможностями не хотелось. Снова взгромоздившись на подоконник, девочка принялась грызть шоколадку маленькими кусочками и при этом попыталась рассуждать логически.

Логика утверждала, что самый простой вариант примирения происходит после того, как одна из сторон извиниться и признает свои ошибки. Но по какой-то причине, та же самая логика подсказывала, что в данном случае самый простой вариант эффекта не возымеет. Простое прости будет слишком обыденно, банально и заурядно. Так, как было у ее родителей всю жизнь. А значит, ей нужно придумать что-то необычное, удивительное, романтичное…

На последнем пришедшем в голову слове девочка вздрогнула, понимая, что кажется нашла верное направление, но легче не стало.

Что такое романтика Ксюша представляла с большим трудом, как ее организовать - понимала еще хуже. Ну не случалось в ее жизни ситуаций, где были бы необходимы подобные знания.

Возможно, когда мама звала ее смотреть романтические комедии и мелодрамы стоило согласиться. Хотя бы пару раз.

Девочка грустно вздохнула и обреченно посмотрела в потолок, пытаясь вспомнить все, что знала про столь трепетно избегаемый жанр, как романтика. В памяти всплывало что-то невразумительное: про убийства драконов, завоевание миров и обещания достать луну с неба. Единственное, что Ксюша знала совершенно точно, в романах герой всегда был красив. Или хотя бы обаятелен.

Ксюше было трудно оценивать внешность отца, но отрицать тот факт, что десять килограмм назад Николай выглядел лучше, не приходилось. Про обаяние и упоминать нечего. По сравнению с мужчиной, с которым вчера познакомила ее мама, отец смотрелся несуразно. И все же, ведь когда-то он сумел ей понравиться. Как?

Погрузившись в собственные мысли, девочка вздрогнула, когда на пороге кухни показался Николай. Встрепанный спросонья, помятый, он аккуратно сел на стул и посмотрел на дочь поразительно беззащитным взглядом.

- Ксень, - с явно различимой надеждой в голосе позвал девочку мужчина.

Ксюша молча рассматривала отца. Вспоминала, каким сильным и могучим он казался ей в детстве, каким нетерпимым был потом и сравнивала эти воспоминания с той детской открытостью на лице, с которой он сейчас сидел перед ней.

- Ты идешь в спортзал, - не терпящим возражений тоном выпалила Ксюша.

- А? – в растерянности хлопнул глазами Николай, совершенно не ожидавший подобного вступления. – Какой спортзал?

- Любой, - невозмутимо пожала плечами девочка. – Мне без разницы. Но с тренером.

- А это еще зачем? – искренне удивился Николай. – Я и сам могу. Или вообще тренажер какой домой купить…

- А чтобы не получилось, как с теми гантелями, которые ты купил, а мы с мамой потом с них пыль протирали.

- Да знаешь, тогда руки как-то все не доходили, - смущенно потер затылок Николай.

- Угу, знаю. Зато они потом у Сережи дошли. А потом и мы дошли. До травм пункта, когда он эти гантели себе на ногу уронил, - флегматично закончила рассказ Ксюша. – Поэтому никаких домашних тренажеров. Только спортзал. С тренером. Для контроля и мотивации.

- Не хочу я ни в какой спортзал! – возмутился мужчина. – Что мне там делать?

- Заниматься. В форму себя приводить. Не пойдешь в спортзал – не буду помогать, - категорично заявила Ксюша. - И с волосами что-нибудь сделай, - добавила она, окинув отца еще одним изучающим взглядом.

- А волосы-то тебе чем не угодили? – возмутился Николай, пытаясь пригладить торчащие во все стороны вихры.

- Я сейчас еще и на косметологе настаивать начну, - с нотками злорадства в голосе пообещала девочка.

- Ксения! – у Николая не находилась слов. – Это… это… это шантаж!

- Угу, - все так же невозмутимо подтвердила девочка и вдруг спросила: - А когда ты маме цветы в последний раз дарил?

- После переезда? – растерянно моргнул Николай, не ожидавший такой резкой смены темы. - Когда мы из-за салона красоты поссорились.

- А до этого? – кивком показав, что помнит, о чем говорит Николай, продолжила расспрашивать Ксюша.

- Так это, сирень каждый год таскаю, ты ж сама знаешь, - нахмурился Николай, не понимая, к чему клонит дочь.

Про сирень Ксюша знала, как и про букеты одуванчиков и ромашек, которые каждый год появлялись в доме стараниями Сережи, но спрашивала она о другом.

- А кроме сирени, - настаивала девочка. Николай серьезно задумался над вопросом.

- Точно! Рогоз! – радостно воскликнул мужчина несколько минут спустя.

- Ро…гоз? – не веря ушам переспросила потрясенная Ксюша, ошарашенно хлопая глазами. Она никак не могла понять, восхищаться ей матерью, которая прожила столько лет с человеком, подобным Николаю или посочувствовать.

- Ну да, рогоз, - с гордой улыбкой подтвердил Николай.

Губы Ксюши поджались от досады, в глазах появилась обреченность. Глядя на лицо дочери улыбка Николая стала пропадать, и он почувствовал настоятельную потребность объясниться.

- Ну что ты такую рожу скривила? Чем тебе рогоз не нравится? Таня сама его тогда попросила, я и достал. Все кроссовки промочил, между прочим!

– Мама сама попросила? – недоверчиво переспросила Ксюша. – Зачем?

- Песни петь, - как само собой разумеющееся ответил мужчина. И глядя как от удивления вытягивается лицо дочери и округляются глаза рассмеялся. – Что, неужто никогда не задумывалась о такой возможности использования? - Ксюша отрицательно помотала головой. – Эх вы, цифровое поколение. Никакой фантазии, - усмехнулся Николай и пустился в воспоминания. - Мы тогда сессию сдали. Тепло, настроение хорошее, пошли гулять. Дошли до речки, а там рогоз зацвел. Мать твоя его как увидела, так и затребовала, хочу мол, добудь. А мне что, сложно что ли? Пошел добывать. Кроссовки только зря не снял, - смущенно почесывая бровь добавил мужчина.

- А потом? – с любопытством спросила Ксюша, видя, что отец замолчал, погрузившись в воспоминания.

- А потом дальше гулять пошли. Она с букетом, я с сырыми ногами. Мороженное ели, смеялись. Стемнело, мы по городу идем, о музыке разговариваем, спорим, и вдруг Таня один початок к лицу поднимает и начинает петь, как в микрофон. Куплет спела, на меня глянула и мне такой же микрофон в руки сунула. Еще и подпевать заставила, - с удивительно нежной улыбкой закончил рассказ Николай.

Заслушавшись, Ксюша сама не заметила, как подошла к столу и села напротив отца.

- А еще? – заинтересованно подавшись вперед поинтересовалась девочка.

- Что еще? – не понял вопроса мужчина, выныривая из воспоминаний.

- Еще такие истории. Что еще ты для мамы делал, - взволнованно переспросила Ксюша.

- Еще… - задумчиво протянул Николай, выуживая из памяти все, что делал для жены в то время. – Еще розетку искрящую заменил, кран подтекающий починил, ножи точил постоянно. Книги таскал из библиотеки. А! Еще Таня как-то заболела, мне позвонила, так я с через полгорода с минералкой и лекарствами к ней пешком шкандыбал. Ух и замерз тогда, жуть!

Выслушав отца Ксюша со стоном уронила голову на сложенные руки. Пожалуй, стукнуть маму дубиной по голове, связать и привезти домой звучало как более правдоподобный вариант возвращения Татьяны в семью.

***

Снова вечер, одинокая кухня, свет вытяжки и горка бутербродов. Вот только аппетит теперь зверский, так бы и проглотил в один присест, а нельзя. Остается только смотреть голодными глазами и облизываться. И когда все успело так измениться?

Признаться честно, изначально Николай все же не вполне серьезно воспринял слова дочери. Чего только не наговоришь в сердцах, по себе знает. И обещаний несбыточных надаешь и угрозами неосуществимыми засыплешь. А потом отойдешь немного и понимаешь: ни сил, ни ресурсов осуществлять сказанное нет. Оказывается, у Ксюши они были.

Решительно взяв отца в оборот, девочка потребовала скорейшего выполнения своих распоряжений. Прям немедленно, или, так уж и быть, с отсрочкой до вечера. Особенно лютовала по поводу спортзала. Любые аргументы о том, что к подобным начинаниям надо хорошенько подготовиться, собраться с духом, хотя бы форму спортивную купить, понимания у дочери не нашли. Пришлось скрипя сердцем искать фитнес-клуб. Хотя и здесь особого выбора ему не дали, велев записываться в ближайший к дому. На резонный вопрос:

- Зачем?

Был получен предельно честный ответ:

- Чтобы тебе из дома не так лень добираться было. Да и мне так будет удобнее периодически заходить тебя проверять.

Перспектива пугала.

О том, что пугала она не зря, Николай убедился уже на следующий день, когда под конвоем дочери побрел сначала в ближайший магазин спорттоваров, а затем и на первое занятие. Где Ксюша с предельной дотошностью выспрашивала тренера обо всех нюансах тренировок и питания, особенно сильно напирая на то, что им нужен быстрый эффект. Николай, стоя в стороне и слушая эту беседу сквозь землю был готов провалиться, последний раз, когда кто-то подобным образом решал и разговаривал за него, случался, кажется, в детском саду. Чтобы отвлечься от неприятного чувства, Николай попытался как можно глубже погрузиться в свои мысли. О том, что делать этого все же не стоило, он узнал уже дома, когда у него буквально изо рта вырвали бутерброд. [TD1]

- Ты тренера чем слушал? – жуя кусок чужого угощения спросила у него дочь. – Он же ясно сказал, убрать из рациона белый хлеб, колбасу, газировки и вообще все жирное и калорийное.

- А есть мне что? – озадачено уточнил Николай, наблюдая, как исчезает последний кусочек не-его бутерброда.

- Вкусную и полезную еду. Например, сельдерей, - с этими словами Ксюша залезла в холодильник и вытащила оттуда нечто зеленое, похожее на гибрид петрушки и лука порея и вручила это растерянному отцу. – Говорят, хорошо убирает чувство голода.

- Я что, козел? – оторвав взгляд от пучка зелени в руках возмутился Николай в спину удаляющейся дочери. Ответа не последовало.

К вопросам его диеты Ксюша подошла с такой бесчеловечной жестокостью, что спустя буквально два дня Николай сам, добровольно пошел к диетологу, чтобы тот разработал ему сбалансированное питание и расписал его на бумажке с печатью. Было подозрение, что бумажки без печати дочь принимать откажется. А продолжать жевать сельдерей с рисом и морковкой сил уже не было.

С некоторым скепсисом на лице, вызванным больше тем, что отец сам проявил инициативу и к кому-то сходил, чем составленным рекомендациям, Ксюша изменения в рационе утвердила. Кто бы мог подумать, что он будет так радоваться возможности есть гречку с курицей.

На пятый день новой жизни, доставая из холодильника контейнер с порционным ужином он зацепился взглядом за детей, которые весело о чем-то переговариваясь с аппетитом уплетали пельмени и предложил им временно убрать из дома высококалорийную и вредную еду.

- А зачем? Нам же худеть не надо, мы можем кушать, – с искренним недоумением поинтересовался у него Сережа и бухнул в свою порцию еще одну ложку сметаны.

Николай на миг прикрыл глаза, развернулся и пошел ужинать в свою комнату.

В спортзале ситуация тоже была не лучше. С тем, что он проигрывает по фигуре и выносливости своему тренеру принять было легко. В конце концов, за то ему деньги и платят, чтобы выглядел как ожившая античная статуя и штангу жал как тот Терминатор. Но вот то, что он уступает такому же, на вид обычному, мужику на соседней беговой дорожке, осознавать было очень обидно.

В другую сторону он старался не смотреть вовсе — там, подобно испуганным ланям, наматывали бешеные километры подтянутые барышни. Занятия у него были всего три раза в неделю, но чувствовал он себя боксёрской грушей все дни без исключения. Той самой, которая висела в зале, и по которой с завидной регулярностью молотили все желающие.

В дни, свободные от занятий в зале тренер рекомендовал ему не пренебрегать движением и побольше гулять. А как, спрашивается, им не пренебрегать, если двигаешься, как пингвин? Опасаясь пошевелить лишней частью тела. Но здесь профилонить опять же не дала Ксюша. На следующий день после его первого занятия, ближе к обеду, когда он лежал на кровати в позе морской звезды и старался не шевелить даже пальцами, дочь стремительно ворвалась в комнату.

- А ты чего лежишь? – подбоченившись, уточнила девочка.

- А что мне еще делать? – чуть скосив глаза в ее сторону уточнил Николай.

- Двигаться, на работу ходить, - как само собой разумеющееся ответила Ксюша.

- Больно, - тихо выдохнул Николай. Рука чуть дернулась и плечо тут же прострелило болью, заставив зажмурить глаза.

- А кто обещал, что будет легко? – философски вопросила Ксюша. – Вставай давай, чем больше лежишь, тем дольше болеть будет.

Где-то глубоко в душе, он знал, что дочь права. Когда-то давным-давно, в детстве, когда он ходил на секцию лыжного бега, тренер говорил им примерно то же самое. Но в то время ему так плохо ни разу не было. Сейчас же тело наотрез отказывалось прислушиваться к доводам разума и шевелиться, требуя оставить его в покое и дать умереть прямо так.

Однако, нетерпеливый взгляд Ксюши выбора не оставил, пришлось отскребать себя от кровати и постанывая, на ходу поддерживая поясницу руками, плестись в ванну. А затем и на кухню, где сразу после завтрака-обеда, ему был вручен собачий поводок и торжественно объявлено, что теперь с Чарой гуляет он.

- Для дополнительной мотивации к ходьбе, - пояснило исчадие ада, которое он считал своей дочерью.

Сережа за ее спиной лучился неприкрытым восторгом, теперь утром можно было спать почти на час больше.

Единственное, от чего удалось отбиться, — это косметолог. Он был готов стерпеть и вынести многое: занятия в зале, где даже уборщица, казалось, превосходила его в физической форме; гречку, которую теперь заправлял обезжиренным греческим йогуртом, а не сметаной; собаку, которая внезапно стала его ответственностью. Но тётку, которая с умильной улыбкой будет мазать ему на лицо всякую дрянь, терпеть отказывался — хватило одного раза, когда Андрей буквально за руку привёл его в салон.

- Да почему нет? – искренне недоумевала Ксюша, спустя пол часа споров, приправленных щедрой порцией шантажа с ее стороны.

- Не попрусь я в этот вертеп глянца и гламура. Бабье царство, нечего нормальному мужику там делать, - твердо заявил Николай, решительно глядя в глаза дочери.

- Что за глупость? Множество мужчин уже давно в салоны ходят. Вон, посмотри на актеров, на певцов, - предприняла еще одну попытку достучаться до отца Ксюша.

- Я про нормальных мужиков говорил, а не про скоморохов. Этим можно.

- Каких скоморохов? – не выдержав, снова взорвалась девочка. – Ты на себя посмотри! Вот-вот из шарпея в бассет-хаунда превратишься! Хотя ладно, - глубоко вздохнув произнесла девочка заметно спокойнее, - не хочешь – не надо. Ходи так. Кто-то же находит морщинки и складочки милыми, может мама тоже из таких.

Тяжело проведя по волосам и махнув отцу напоследок рукой, девочка ушла, оставив Николая недоумевать, радоваться ему победе или обижаться на подобные сравнения.

Как бы то ни было, а какие-то струны его души слова Ксюши задели. Тем же вечером, стоя в ванной, Николай в первый раз за бог знает сколько времени внимательно разглядывал свое отражение. Отражение откровенно не радовало. Желтовато-землистый цвет лица, местами оттененный красноватыми пятнами, прорезавшие лоб морщины, особо глубокая, не исчезающая складка между бровей, угрюмо опущенные уголки губ и небольшие мешки под глазами довершали картину.

- Здравствуй лицо, когда ж ты стало рожей, - пробормотал Николай себе под нос, растерянно потирая затылок.

Нет, если судить объективно, то он выглядит не очень-то и плохо. Вполне на свой возраст. Честно. Но вот если оглянуться на окружение… И даже если не брать в расчет соседа Александра, с его невообразимым возрастом и нечеловеческой природой, то Андрей-то вполне себе человек. И не сильно младше. А выглядит в разы лучше. Стало неприятно.

Оттянув мешок под глазом вниз, Николай совершенно ясно увидел так точно спрогнозированного дочерью бассет-хаунда и, отпустив кожу, отвернулся от зеркала. Рассеяно скользнув взглядом по стенам ванной, он зацепился глазами за ряд баночек с кремами, которые в какой-то момент после переезда накупила себе Татьяна. Он тогда только диву давался, куда столько?

Поколебавшись несколько секунд, мужчина неуверенно взял в руку одну из баночек. Крем питательный, гласила надпись. Николай поставил крем на место и взял следующую баночку, крем увлажняющий. Немного приподняв брови, он потянулся за следующей баночкой.

Спустя десять минут Николай растерянно смотрел на кремовое разнообразие, составленное перед ним в хаотичном порядке. Перед глазами рябило от названий: крем-мист, крем увлажняющий с ретинолом, крем увлажняющий с церамидами, антивозрастные, с защитой от солнца, матирующие, и это если не считать пузырьков с непонятными сыворотками. В душу потихоньку закрадывалась паника. Это что, все на лицо надо мазать? В какой последовательности? Да у него ж кожа сотрется!

Немного нерешительно, Николай все же взял в руки баночку с антивозрастным кремом, надпись на котором обещала разгладить морщины и вернуть лицу былой овал. Открутив крышечку, мужчина неуверенно зацепил немного содержимого на пальцы, и широкими, отрывистыми мазками принялся наносить продукт на лицо. Лицо в отражении смотрело на него с чувством глубокой скорби.

Утром, погуляв с собакой и убедившись, что дома никого нет, нервно вздрагивая на каждый шорох, Николай подошел к холодильнику и достал из него еще одну баночку. С патчами. Что это такое он знал, видел несколько раз на жене. Ее вид в тот момент настолько его позабавил, что он поинтересовался, что это за странные розовые штуки и почему они хранятся в холодильнике? И получил мини-лекцию о том, что такое патчи, для чего они нужны, как эффективнее использовать, а заодно предложение опробовать на себе. В тот момент Николай, глядя на нечто, абсолютно негероического цвета, по консистенции напоминающее застывшую слизь, отказался и поспешил уйти куда подальше. А сегодня, преодолевая чувство брезгливости, копался в банке, стараясь зацепить пальцами постоянно выскальзывающую полоску. От ощущения прикосновения к коже холодного, склизкого желе, медленно стекающего вниз, Николая охватило отвращение. Ужасно захотелось сбросить с себя эту гадость, похожую на ползающих по коже слизней и хорошенько умыться, потерев лицо мочалкой. Но волевым усилием мужчина сдержался. Таня говорила, что это помогает. Если делать каждый день. Захотелось выпить.

И вот вечер, кухня, бутерброды, которые теперь можно только нюхать, розовое нечто под глазами, которое уже не вызывает такого острого отвращения, как в первый раз, но и приятной данную процедуру Николай назвать до сих пор не может, бокал красного сухого вина, чтобы сделать процесс менее отталкивающим, при этом не сильно превысив лимит калорий на день.

Почти две недели новой жизни. Мышцы практически перестали болеть от занятий в зале, собака теперь не стесняется будить его в любой момент времени, когда ей захочется на улицу. Весы начали показывать цифру на два килограмм меньше, и вроде как ему даже стало легче ходить. Он научился понимать разницу между увлажняющим кремом и питательным и чередовать их, узнал, что крем, который обещал подтянуть овал лица и разгладить морщины безбожно врал. А вот патчи действительно помогали от мешков. Но приятнее от этого не становились. Поэтому процедуру он перенес на вечер, чтобы была возможность осуществить свое желание и скрасить манипуляцию алкоголем. Кажется, он начал познавать дзен.

Приступ легкой меланхолии был прерван торопливым топотом ног в коридоре, и вскоре на кухню оживленно ворвалась Ксюша.

- Ого, режим нарушаем? – подозрительно уточнила девочка, разглядывая горку бутербродов на тарелке перед отцом.

- Осмысляю бренность бытия под ароматы прошлого, - меланхолично отозвался Николай, и взяв с тарелки один из бутербродов не глядя протянул собаке, которая теперь все вечера проводила на кухне вместе с мужчиной. Ведь все угощение в конечном итоге доставалось ей – надо было только подождать. Правда, иногда приходилось делиться с котом, но это только при условии, что ему удавалось отбиться от любвеобильного Сережи и сбежать из его комнаты. А подобное происходило не часто.

- Ого, - немного озадаченно повторила девочка, с интересом разглядывая отца. – А ты вообще в курсе, что ей подобное есть тоже нельзя? – уточнила Ксюша, указывая на счастливо облизывающуюся собаку, замершую у ног мужчины в ожидании следующей порции угощения. Услышав эти слова, Чара повернула голову в сторону девочки и смерила ее полным укоризны и осуждения взглядом. Как будто поняла значение ее слов.

- Бред какой. Здоровая собака, что ей будет от пары кусков хлеба с колбасой? Раньше чем только не кормили, и все нормально было. А сейчас что поменялось?

Взгляд собаки снова переместился на мужчину и стал абсолютно влюбленным. Хвост задорно затарабанил по полу.

- Отношение к животным и цены на ветеринаров? – иронично предположила Ксюша. – Вот ты Чару со стола подкармливаешь, у нее от этого может случиться ожирение, проблемы с сердцем и вместо двенадцати лет она проживет всего лет семь.

- Лучше семь лет счастья, чем двенадцать лет диеты, - убежденно заявил Николай и отдал собаке еще один бутерброд.

Возразить Ксюше было нечего.

- А штуки у тебя под глазами тоже как-то с бренностью бытия связаны? - с любопытством уточнила девочка, подходя ближе и окидывая отца внимательным взглядом.

- Да, - твердо заявил Николай, глядя на дочь исподлобья и делая небольшой глоток вина, не пытаясь снять с себя патчи или как-то оправдать их наличие. – И вино тоже. Помогает лучше прочувствовать эту самую бренность.

- А… - после непродолжительной паузы хотела спросить еще что-то Ксюша, но Николай перебил.

- Ты что-то мне сказать хотела или так, на нервы подействовать пришла?

- А, точно! – встрепенулась девочка, вспомнив об изначальной цели визита на кухню. – У меня для тебя супер новости! Готовься! Ты идешь мириться с мамой!

Глава 25

Вечер в пиццерии оставил после себя исключительно приятные впечатления: вкусная еда, оживленный разговор. Она даже не подозревала, насколько сильно на самом деле соскучилась по детям. Появление в доме домашних питомцев, да еще и целых двух, вызвало искреннее удивление. Раньше Николай был категорически против любых животных дома. Даже рыбок заводить не разрешал. Интересно, что заставило его изменить мнение. И то, как замечательно Игорь поладил с Сережей тоже не могло не радовать. Глядя на то, как увлеченно сын разговаривает с Игорем, Татьяна чувствовала умиротворение. Поладили. Это ли не счастье? Немного смущало поведение Ксюши, раньше она никогда не была такой ершистой по отношению к ней. Но переходный возраст может творить с детьми еще и не такие чудеса.

«Может, и в самом деле идея встретить Новый год вместе неплохая? Надо предложить детям», – подумала Татьяна, проваливаясь в сон.

Утро принесло с собой десяток сообщений от Сережи. В основном фотографии зверинца, но на одном кадре была снятая в отражении зеркала рожица сына. Сонные глаза, взъерошенные волосы, след от подушки на щеке и бесконечно милая улыбка. Татьяна почувствовала, как сердце сжимается от нежности, а руки сводит от желания обнять и затискать. Или защекотать. Она часто будила так раньше Сережу, щекоткой. Сначала пощекотать выглядывающую из-под одеяла пятку, которая тут же дергается в попытке сбежать. Потом пощекотать шейку, а затем, когда ребенок уже проснулся, но все еще не хочет подниматься с кровати, можно переходить к тяжелой артиллерии и щекотать ребра. Иногда такие игры растягивались на десятки минут. Иногда к ним даже присоединялась Ксюша, которую когда-то давно мама будила точно так же.

От Ксюши сообщений не было.

Татьяна ответила Сереже, а затем пожелала дочери доброго утра. Сын ответил через две минуты. Сообщение, отправленное дочери, осталось непрочитанным.

Здраво рассудив, что, если бы дома что-то случилось, она бы уже была в курсе. А значит, Ксюша просто не увидела пока сообщения или ответить не может. В конце концов, она старше, чем Сережа, уроков больше, опять же, мальчики. Успокоив себя подобными мыслями, Татьяна лениво потянулась и не спеша отправилась на кухню, встречать новый день под кружку кофе.

К вечеру Ксюша так и не прочитала сообщение, не ответила на звонок, и Татьяна, не на шутку встревожившись, решила спросить о том, что происходит у Сережи.

- Да она занята просто очень, что-то там с французским опять, - немного неуверенно ответил сын и от сердца отлегло. О проблемах дочери с новым языком Татьяна знала хорошо. И о том, как он портил ей настроение помнила прекрасно. А тут еще и полугодие заканчивается, кто бы не нервничал?

«Интересно, Слава еще ей помогает?» – размышляла Татьяна, заканчивая краситься у зеркала. Сегодня они с Игорем вопреки обыкновению собирались в кино, а не в театр. Вышло что-то с невероятными спецэффектами, что просто необходимо смотреть на большом экране, если верить словам Игоря. Татьяна не возражала.

Следующие несколько дней прошли похожим образом: Татьяна активно переписывалась с сыном, писала что-то подбадривающее дочери, обычно пару раз в день, утром и вечером, чтобы не отвлекать, убивала время днем, а вечера с удовольствием проводила с Игорем. Который делился новостями о том, как продвигается его общение с Сережей. Как оказалось, сын иногда писал ему и спрашивал про воспитание собаки.

А потом замолчал и Сережа.

Утром Татьяну не ожидало пожелание доброго утра и привычная куча фотографий. Днем не приходили сообщения о скучном уроке или вкусных пирожках в столовой. Но не таких вкусных, как у мамы. Вечером тоже тишина. На звонки ни Сережа, ни Ксюша не отвечали. От откровенной паники удерживало только сухая строчка «был в сети в…» рядом с именем в мессенджере. И время захода постоянно менялось. Значит, живые. Но почему молчат? На миг мелькнула даже дикая мысль позвонить Николаю, но Татьяна тут же ее отмела. Все нормально, мало ли почему они могут молчать? Конец четверти, конец полугодия… Но неужели нельзя найти пару минут чтобы ответить на звонок? Тревога мешалась с раздражением.

Встречи с Игорем начали превращаться в пытку. Улыбаться и поддерживать беззаботный разговор, когда внутри съедает беспокойство, было сложно. Татьяна часто погружалась в свои мысли настолько сильно, что полностью отключалась от происходящего. А потом отвечала невпопад или со смущенной улыбкой просила повторить. Игорь повторял. Иногда много.

Татьяна все чаще не понимала, что она делает? Почему не дома? Или, почему не забрала детей с собой? Тогда бы ей не пришлось сходить с ума от беспокойства и проверять телефон каждые пять минут, в надежде, что Сережа или Ксюша ей ответят. Ситуация сводила с ума, но заставить себя позвонить Николаю или поехать домой не получалось.

Сообщения Игоря стали нервировать. Жужжание от них вселяло в душу надежду, которая умирала по десять раз на дню. Сообщения были не от тех, от кого она хотела. В итоге Татьяна отключила все оповещения на телефоне, и просто начала проверять их сама, по часам, в назначенное себе для этого время. Ровно четыре раза в день. Убедиться, что сообщений нет, проверить, что дети были онлайн, а значит все в порядке и успокоившись этим ждать следующего времени проверки.

Настроение скакало от раздражения до апатии, а сообщения детям от резких отповедей, до отчаянной мольбы написать хоть строчку. Когда Татьяне стало казаться, что ее вот-вот разорвет от скопившихся внутри эмоций, позвонила Ксюша.

***

Игорь понял, что вечер в пиццерии обернулся совсем не тем, на что он надеялся, почти сразу. Татьяна стала более напряженной, задумчивой. Часто хмурилась, глядя на телефон и отвечала невпопад. Он чувствовал это, но не хотел принимать. Когда хочешь — так легко придумать оправдания: устала, нервы, неопределённость, скачки гормонального фона, вызванные физиологией. Что угодно, чтобы до последнего иметь возможность убеждать себя – это временно, скоро все наладится, все будет хорошо.

Он твердил себе это на протяжении двух недель в душе понимая - сказка заканчивается. Но и сдаваться просто так не хотелось. Вдруг есть шанс что-то изменить? Попытаться стоило.

Стоя у открытого шкафа Игорь, кажется, впервые в жизни понял известную женскую дилемму, когда гардероб от вещей ломиться, а надеть нечего. Тут не смеяться, тут сочувствовать надо. Два раза перемерив на себя все, что было на вешалках, он в конце концов остановился на джинсах и темной водолазке. Стильно и без претензий. А главное, куда бы ни привел их вечер – будет уместно. Вооружившись билетами в театр, и букетом, о котором они с флористом спорили битый час, пытаясь собрать комбинацию, которая бы наиболее полно передавала все, что хотел сказать мужчина, но не ограничивалась банальщиной вроде красных роз. В итоге в руках у него оказались розовые тюльпаны с фрезией и ветками какой-то зелени. Утомленный капризным клиентом флорист радостно пересчитывал чаевые за букет и потраченные нервы, а Игорь с цветами, которые должны были сказать: «Ты нужна мне, чтобы я чувствовал себя счастливым», отправился к Татьяне.

Припарковав машину около подъезда, мужчина сквозь лобовое стекло посмотрел на окна нужной квартиры. В окнах горел свет, это радовало. До этого он написал Татьяне, что собирается заехать к ней, но сообщение так и осталось не прочитанным. Игорь глубоко вздохнул, собираясь с духом, взял цветы и решительно вышел из машины. Смысла медлить не было.

Лифт он вызывать не стал и давая себе еще немного времени, пешком поднялся на нужный этаж. Дверь Игорь открыл своим ключом и тихо вошел в квартиру. Из ванной доносился шум воды. Мужчина стараясь не шуметь, прошел на кухню, намереваясь поставить букет в воду. Где в этом доме хранились вазы он знал прекрасно.

Пытаясь как можно лучше расположить цветы, Игорь без конца поворачивал вазу, пытаясь добиться идеала, но что-то постоянно было не так. Он так погрузился в это занятие, что пропустил момент, когда шум воды в ванной стих.

- Ой, - потрясенно выдохнула Татьяна, прикрывая дверь ванной и разглядывая спину Игоря. – Я и не слышала, как ты пришел.

Игорь вздрогнул, выныривая из своих мыслей и обернулся.

- А, да, - неловко потирая переносицу ответил мужчина. – Я старался не шуметь. Не хотел отвлекать, вдруг ты занята.

- Чем? – насмешливо фыркнула Татьяна, заходя на кухню.

- Не знаю. Я тебе писал, ты не отвечала.

- Ой, - Татьяна торопливо потянулась к карману халата, в котором вышла и достала оттуда телефон. Разблокировав его, она увидела несколько сообщений от Игоря, который писал ей в ближе к вечеру и свои сообщения детям, оставшиеся без ответа. – Прости, не слышала, - смущенно улыбнулась женщина, подходя к плите и зажигая конфорку под чайником. – Кофе будешь?

- Буду, - кивнул мужчина. – Или можем пойти выпить кофе в кафе. Или пойти в театр. Как и писал, у меня есть билеты.

- Я не готова к выходу, - чуть развела руки в стороны Татьяна, подчеркивая свой вид.

- Время еще есть, я подожду, - спокойно отозвался Игорь.

- Нет, не стоит, не хочу сегодня никуда идти, - покачала головой Татьяна и потянулась за чашками.

Игорь чуть сдвинулся в сторону, пропуская ее к столу и Татьяна увидела букет, который до этого прятался за его спиной.

- Ой, - прижав кружки к груди который раз за вечер воскликнула Татьяна, разглядывая цветы. – Какие красивые. Спасибо.

Но поцеловать, как делала это раньше не потянулась.

Кофе пили в абсолютном молчании. Тишина давила. Раньше такого никогда не происходило. Разговор всегда завязывался быстро, перескакивая с темы на тему, он не оставлял места для подобных длинных пауз.

Когда в кружке осталось меньше половины напитка, Игорь не выдержал тишины и заговорил.

- Знаешь, когда-то давно слышал забавную фразу, не помню дословно, но общий смысл был такой – женщина, которая уходит из брака к другому мужчине редко остается с ним, чаще всего она либо возвращается в семью, либо находит кого-то еще. Используя того, к кому ушла изначально как передышку или трамплин. В тот момент я думал, Боже, что за бред? Это же не логично. А оказывается вполне достоверная фраза, - не зная, куда деть руки, он крутил в них кружку.

- Что? – в замешательстве подняла на него взгляд Татьяна.

- Скажешь, я не прав? – грустно усмехнулся мужчина, внимательно глядя на Татьяну. Теплый, пушистый халат бордового цвета, оттенял светлую кожу. Полотенце, небрежно наброшенное на плечи, чтобы впитывать влагу не до конца высохших волос. Волосы после душа темнее на несколько тонов, самые короткие прядки у висков немного завиваются. На конце одного из локонов застыла капелька воды, готовая вот-вот сорваться вниз.

- Я не… - начала Татьяна и осеклась. – Я не знаю, я еще не решила, - продолжила она, пряча глаза.

- Тогда решай, я подожду, — Игорь неторопливо поднялся, направляясь к двери, но на пороге обернулся и добавил уже тише: — Только, пожалуйста, быстрее. Мне тоже плохо.

Хлопнула входная дверь. Ключ от квартиры остался лежать на тумбочке в прихожей. Татьяна сидела за столом, спрятав лицо в ладонях и не понимала, что ей делать.

***

- Если долго мучиться, что-нибудь получится, если долго мучиться, что-нибудь получится, если… - без конца бормотала себе под нос Ксюша, с сосредоточенным видом вычерчивая что-то на ватмане. Брови сдвинуты к переносице, рука, держащая карандаш, предельно напряжена, взгляд неподвижен.

Концентрацию нарушил звук входящего сообщения на телефоне. Рука дернулась от неожиданности, после чего и без того кривое нечто окончательно утратило узнаваемые очертания.

- Гадство! – со злостью стукнула кулаком по столу девочка, мечтая сломать телефон об стену. Не глядя на сообщение схватила ластик и начала остервенело водить им по бумаге, стирая очередную неудачную попытку. Малость замусоленная, местами истончившаяся бумага без слов намекала, еще одна-две неудачные попытки, и вместо рисунка на ватмане будет красоваться дыра.

Запрокинув голову Ксюша немного размяла затекшие плечи, а затем со стоном впечаталась лбом в парту. И за что ей все это? Подумаешь, поспорила немного с Марком. Подумаешь, покидались немного друг в друга канцелярией. Подумаешь, попала учителю пеналом в лоб. С кем не бывает? Она же не виновата! Виноват Марк, ловко поймавший брошенный в него ластик не захотевший отстреливаться дальше, а у нее просто закончились другие снаряды. И вообще, кто ж лезет на линию обстрела? К тому же, пенал у нее тканевый, к тому же пустой, а орал учитель так, будто она в него дипломатом зарядила. Еще и к директору потащил. Одна радость, не одну, а вместе с Марком.

Людмила Артемьевна рассматривала их так долго и так пристально, что Ксюше стало почти стыдно за свое поведение. А еще появилось желание спрятаться Марку за спину. А что? Он высокий, за его спину много чего спрятать можно. Но увы, они сидели на стульях перед директорским столом и желание было неосуществимо.

- Я рада, что несмотря на близящийся конец четверти, в вас столько энергии, - с пугающе ласковой улыбкой наконец произнесла директриса. – Это очень хорошо. Плохо, что вектора у энергии нет. Но это тоже не страшно. Вектор всегда можно задать, правда? – нежно спросила она.

Ребята нервно сглотнули и вжались в спинки стула.

- Например, творчество… - не обращая внимание на испуг ребят, задумчиво произнесла Людмила Артемьевна, постукивая ярко-алым ногтем по подбородку. – Скоро Новый год, нам нужны тематические плакаты с поздравлениями. Вообще, желающих собирались искать ближе к концу недели, учителя должны были объявить по классам. Но раз у нас появилась пара добровольцев, думаю, обойдемся вашими силами.

- Какие плакаты? – недоверчиво уточнила Ксюша.

- Обычные. С зайчиками, оленями и елочками, - неопределенно помахивая в воздухе рукой пояснила директриса.

- И сколько штук? – настороженно поинтересовался Марк.

- Штук десять, - Людмила Артемьевна позволила себе пару минут насладиться вытянувшимися лицами малолетних оболтусов, а затем с тяжелым вздохом, как будто нехотя, смягчилась. – Хорошо, по одному. Но сдать до завтрашнего дня.

Ксюше ещё тогда показалось, что наказание чересчур суровое. Но когда Марк быстро закончил со своим плакатом и, уходя, язвительно пожелал ей успехов, она окончательно убедилась в несправедливости.

А спустя несколько часов только сильнее укрепилась в этой мысли.

Не то, чтобы Ксюша совсем не умела рисовать. Умела. Черепа. Ну и кости всякие. На этом все. Даже цветочки к ним были проблемой.

Ну и что ей изображать, скелет зайца? Ствол от елки? Потому что нормальное дерево, с иголками, она будет рисовать до лета. И не факт, что получится.

Из болота безысходности Ксюшу выдернули торопливые шаги и распахнувшаяся дверь в кабинет. Подняв голову, девочка увидела немного раскрасневшегося Славу, сияющего яркой улыбкой.

- Ты что здесь делаешь? – удивилась девочка, глядя на друга.

- Тебя пришел выручать. Помощь нужна? – юноша положил на парту свернутые в тугой рулон листы ватмана и начал торопливо стягивать с себя куртку.

- Ты же ушел, - немного обиженно фыркнула девочка, отворачиваясь.

- Ну извини, дела были. Закончил и сразу вернулся.

- А с чего ты решил, что я еще здесь буду? – уточнила Ксюша.

- Предположил, - пожал плечами Слава. – А потом у охраны уточнил.

- А если бы ошибся?

- Вызвал бы такси и поехал домой, - с улыбкой ответил юноша. – Ну давай, рассказывай, что рисуем?

С этими словами он стянул резинку с ватманов и взяв один лист положил на парту рядом с Ксюшей.

- Откуда ты знал, что понадобится еще один ватман? – подозрительно уточнила девочка.

- Видел твои художества в тетрадках. Почувствовал. Ну так что рисовать-то надо? – нетерпеливо переспросил парень.

- Новогодних зайцев. И оленя с елкой. Хотя нет, таким составом их уже один козел нарисовал…

- Я понял, достаточно, - с мягкой усмешкой перебил девочку Слава и пододвинув карандаши поближе приступил к работе.

Ты еще и рисовать умеешь? – понаблюдав за Славой несколько минут уточнила Ксюша. В этот момент ее лицо напоминало нечто среднее, между человеком, которому Бог лично отпустил все грехи и человеком, который съел килограмм лимонов, думая, что это персики.

- У нас ИЗО было, - ответил Слава, не отрываясь от работы.

- У нас вроде тоже, - в ответ проворчала Ксюша, вызвав еще одну усмешку.

- Ты думаешь кто-то поверит, что это я рисовала? – с сомнением уточнила девочка, разглядывая появляющуюся на листе ватмана Новогоднюю сказку.

В центре композиции была изображена огромная пушистая елка. Тут и там на ее ветвях висели яркие шарики, которые развешивали проворные белки, филин поправлял крыльями звезду на верхушке, кабаны, олени, зайцы и волки водили вокруг елки хоровод. А один зайчик, стоял чуть в стороне от всех, и смотрел в небо. В его лапках была зажата большая ажурная снежинка.

- Не переживай, ты тоже участие примешь, - утешил ее Слава. – Сейчас закончу, схожу за нормографом, и ты сможешь красиво подписать плакат.

- За чем ты сходишь? – в недоумении уточнила девочка.

- За нормографом, за трафаретом то бишь. От руки писать не доверю, я твой почерк помню, - откладывая карандаши ответил Слава и тут же лег на стулья между парт, чтобы не огрести подзатыльник худенькой, но на диво тяжелой рукой.

Ксюша возмущенно задохнулась, но Слава не дал ей выплеснуть недовольство. Ухватившись за край соседней парты юноша резко подтянулся и вскочил на ноги уже вне пределов ее досягаемости.

- Скоро вернусь, - приложив два пальца к виску отсалютовал Слава, выскакивая за дверь.

- Трус! – крикнула ему вслед Ксюша, за дверью раздался веселый смех.

- Нормографа не нашел, трафареты только маленькие, зато нашел вот это, - с довольной улыбкой парень вытащил из-за спины длинную линейку.

- И что ты с ней делать собираешься? – недоуменно спросила Ксюша, разглядывая одну из линеек, которой они пользовались на геометрии, чтобы чертить на доске разные фигуры.

- Не я, а ты. Буквы чертить! Чтоб красиво было, - ответил Слава, протягивая линейку девочке.

- Допустим… А буквы «С» и «О» я тебе как по линейке начерчу? –девочка недоверчиво покрутила в руках цветной пластик.

- Не переживай, я все придумал, - успокоил ее парень. - Вот! – Слава залез в карман и торжественно вручил Ксюше циркуль.

Девочка стояла, растеряно переводя взгляд с линейки на циркуль и не знала, смеяться ей или ругаться.

- А может ты сам напишешь? – в конце концов жалобно протянула она, пытаясь как можно умильнее похлопать глазками.

- Не-а, это же твой плакат, - подмигнул ей Слава и уселся за соседнюю парту верхом на стул, уложив подбородок на руки и приготовился ждать и наслаждаться зрелищем.

- Я тебя ненавижу, - бессильно прошипела девочка и обреченно плюхнулась за парту.

- Неправда, ты меня любишь. Я спас тебя от ночевки с ватманом и оглушительного позора, - лукаво прищурился Слава, склоняя голову на бок.

Глухо застонав Ксюша взялась за линейку.

Выводить буквы по линейке было проще, чем рисовать сказочный зверинец, и уже через тридцать минут фраза «Счастливого Нового Года!» выполненная практически чертежным шрифтом красовалась на плакате.

Она бы с удовольствием приписала что-то вроде «Смотри не сдохни в новом году» где-нибудь в углу плаката. Но возиться дальше с линейкой и циркулем было лень, а светить свой не самый красивый почерк на всю школу не хотелось.

- Змеюка тебя прикончит, - почти благоговейно выдохнул Слава, смотря на итоговую версию плаката.

- Ой, да ладно, просто творческий подход, - чуть нервно усмехнулась Ксюша, торопливо скручивая ватман.

- Если тебя после этого отправят чистить школьный двор от сугробов я помогать не буду, - предупредил парень, накидывая куртку.

- Куда ты денешься? – самоуверенно заявила девочка, прижимая к груди новогодний плакат, на котором каждая буква «О» была выполнена в виде разнообразных оскаленных черепов.

- Свобода! – радостно закричала Ксюша, кружась с раскинутыми в стороны руками, как только оказалась за воротами школы.

- Глядя на тебя можно подумать, что ты не пять часов в школе пересидела, а месяц как минимум, - подколол ее Слава.

- Что б ты понимал! – возмутилась Ксюша прекращая кружится. – Это не просто пять часов, а пять часов моей бесценной жизни, которые можно было потратить на что-то более полезное, чем дурацкий плакат. Ну вот скажи, кому он нужен?

В меру холодная погода не вынуждала торопиться домой и не заставляла как можно скорее спрятаться в салоне машины, поэтому Ксюша решила прогуляться до дома пешком, а Слава вызвался проводить.

- И чем же таким полезным ты намеревалась занять время? – подколол ее юноша.

- Все что угодно полезнее будет, даже просто в стенку дома посмотреть, - заявила Ксюша и гордо задрав подбородок потопала вперед.

- Тогда, может не стоит в школе безобразничать? – рассудительно предположил Слава, глядя в удаляющуюся спину.

- Во-первых, не я эти безобразия начинаю, а во-вторых, без них будет не учеба, а совсем тоскливое болото, - не сбавляя шаг парировала девочка, немного покривив душой. Уж она-то знала, кто был главным зачинщиком.

Однако, далеко уйти не удалось. Спустя несколько шагов в спину, с ощутимой силой что-то прилетело. Испустив недоуменный вскрик, девочка повернулась и наткнулась взглядом на совершенно невинное лицо, обладатель которого уже безжалостно замахивался следующим снарядом.

- Ты что делаешь?! – только успела воскликнуть Ксюша, пытаясь увернуться от плотного снежка. Почти получилось. Вместо того, чтобы впечататься в грудь, снег лишь немного задел плечо. Но от резкого движения равновесие было нарушено и девочка едва не свалилась в сугроб.

Слава уже лепил очередной снежок.

Перестрелка, а точнее безжалостный обстрел, с редкими попытками контратак, была не очень долгой, но оставила Ксюшу взмокшей и совершенно растрепанной. А еще лежащей в сугробе, в который она все же свалилась, уворачиваясь от последнего снежка. Слава тут же подбежал и протянул ей руку, чтобы помочь подняться, но Ксюша порыв не оценила и, ухватившись за руку, резко дернула вниз, укладывая его в сугроб по соседству. Лежать сразу стало приятней.

Тяжело дыша и пытаясь давить вырывающиеся наружу смешки, ребята переглянулись и весело рассмеялись.

- Ну и что это было? – с трудом переводя дыхание спросила Ксюша, выбираясь из сугроба.

- Попытался немного развеять твою тоску. Чтобы ты ее завтра в школе опять развеивать не начала и не кидалась в кого попало чем ни попадя, - немного язвительно пояснил Слава, вызвав у Ксюши недоумение.

- Подожди… Ты хочешь сказать, что извалял меня в снегу, потому что я сегодня кидалась в Марка ручками? – глаза девочки округлились от удивления.

Слава встал на ноги и не произнося ни слова стал отряхивать снег с одежды.

- Да что это за причина такая? – возмущенно воскликнула Ксюша, вскакивая на ноги вслед за Славой.

- Нормальная причина, - в пол голоса буркнул Слава себе под нос, и развернув девочку к себе спиной стал счищать снег уже с нее. – Со всеми дурачишься, а я что, рыжий?

- Ты хочешь, чтобы я в тебя ручками кидала? – потрясению Ксюши не было предела.

Не удостаивая девочку ответом, Слава взял ее за руку и решительно повел домой.

Глава 26

- Я все видел, - заговорщицки протянул Сережа, как только за сестрой захлопнулась входная дверь.

- Что ты видел? – фыркнула Ксюша, размашисто вешая куртку на крючок и наклоняясь, чтобы расшнуровать ботинки.

- Тебя, - лукаво протянул мальчик, на что сестра лишь подняла брови. – И Славу…

- И? – поторопила Ксюша, не дождавшись продолжения.

- И время вашего возвращения, вернулись вы вон как поздно.

В ответ Ксюша снова фыркнула и пошла к себе в комнату.

- И за руки держались! – не унимался Сережа, пытаясь задеть сестру. – Ну правда, Ксень, чего так долго? – проныл мальчик, просачиваясь в комнату вслед за сестрой.

- В школе задержали, - спокойно ответила Ксюша.

- А вернулась почему со Славой – подозрительно уточнил Сережа.

- Занималась общественно-полезной деятельностью, - с тяжелым вздохом пояснила девочка, плашмя падая на кровать. На грудь тут же забрался котенок, прибежавший вслед за Сережей. Чара, поставив передние лапы на край матраса, изо всех сил пыталась поднять увесистую задницу, чтобы присоединиться к другу.

- Плакат к Новому году рисовали, - добавила девочка, глядя как вытягивается лицо брата.

- Ты рисовала? – недоверчиво уточнил Сережа. – Кого? Труп елки? Прямоугольник печали? Даже я рисую лучше.

- Эй! – возмутилась девочка, швыряя в брата подушкой. Котенок с недовольным мявом скатился с ее груди.

Сережа увернулся от снаряда, и подушка, ударившись об стену, упала на пол. После чего была тут же оккупирована нахальным мальчишкой, который подтянул ее поближе к центру комнаты, схватил в охапку собаку и уселся в позе лотоса по центру мягкого квадрата.

- Эй! – еще сильнее возмутилась Ксюша. – Куда? Я там головой лежу, между прочим!

- Ты ей кидаешься и пол протираешь, - невозмутимо ответил мальчик, почесывая пушистое пузико любимицы.

Возразить было нечего. Ксюша сидела на кровати, сжимая кулаки и мечтая швырнуть в брата что-то поувесистее подушки. Увы, под рукой осталось только одеяло и кот.

Пытаясь успокоиться, девочка бросила взгляд на окно, за которым снова пошел снег. Мысли вернулись к ажурной снежинке, которую сжимал в руках зайчик с сегодняшнего плаката. Потом на присыпанную снегом елочку, которую нарисовал Марк.

«Вот умеют же люди рисовать!» – с досадой подумала девочка. – «И откуда они вообще берутся, талантливые такие. Где справедливость? И рост, и в учебе успевают, и семьи хорошие. Еще и рисуют красиво. Почему одним сплошные таланты, а другим только фиги?»

- Ксень? –вырвал девочку из размышлений тихий голос брата. Пока она смотрела в окно, мальчик успел залезть к ней на кровать. И принести подушку.

- М? – дождавшись внимания к себе Сережа устроился на коленях у сестры и сжавшись в комочек уткнулся лицом ей в живот, напрашиваясь на ласку. Ксюша не отказала, начав нежно поглаживать брата по голове.

- Ты сегодня совсем поздно, я волновался. И соскучился, - жаловался мальчик, сильнее прижимаясь к теплому животу. – И маме ты звонить запретила. Ты сказала, это поможет, но до сих пор не помогает. Сколько еще звонить нельзя?

В ответ раздался только тяжелый вздох.

- А почему нельзя? – продолжил допытываться мальчик, крепче обхватывая сестру за талию.

- Я уже объясняла, - как можно спокойнее постаралась ответить Ксюша, продолжая гладить брата по голове. – Если ты будешь продолжать звонить, она не захочет к нам возвращаться. И встречаться часто она с нами не будет. Ты разве хочешь только через телефон ее слышать?

- Нет, - покрутил головой Сережа, не поднимаясь с коленей сестры. – А почему ты решила, что она не захочет нас видеть?

- До этого же не хотела, - небрежно пожала плечами девочка.

- А потом захотела! И звонить стала. И писать. И Игорь тоже отвечал! – возразил мальчик, резко садясь перед сестрой и заглядывая ей в глаза.

- И тебя это устраивает? – тихо спросила Ксюша. – Звонки? Сообщения? Игорь, вместо папы?

Сережа, растерянно захлопал глазами. Так он о ситуации не думал. Нет, конечно Игорь ему понравился. Он не зазнавался, как большинство взрослых, внимательно слушал и был готов помочь с воспитанием Чары, но поменять папу на него Сережа был не готов. И общения с мамой через телефон ему тоже не хватало. Хотелось, чтобы мама была дома. Чтобы можно было видеть ее, когда приходишь из школы. Чтобы можно было обнять и прижаться, а не смотреть на изображение с экрана. И чтобы она пекла пирожки. И по утрам будила.

Сережа всхлипнул, глаза наполнились слезами.

Обняв плачущего брата, Ксюша крепко прижала его к себе, укачивая и успокаивая. Дождавшись, когда обессиленный мальчик уснет, девочка поудобнее уложила его на своей кровати, укрыв одеялом, подсадила к нему собаку, чтобы грела, пока ее не будет и пошла в ванну. Впервые, отражение в зеркале показалось ей мерзким. Доводить брата до слез она не хотела.

«Завтра сдам плакат и позвоню», - пообещала себе девочка, ставя на зарядку телефон, на котором высвечивался очередной пропущенный от мамы и забираясь к брату под одеяло. Собака, на которую уложили колено, вякнула что-то неразборчивое и обиженно переползла спать в ноги. Котенок с гордым видом развалился сверху подушки, заняв большую ее часть. В этот момент он ощущал себя повелителем семьи.

***

- Это не сложно, я смогу, я сделаю, - бормотала себе под нос Ксюша следующим вечером, сидя у себя в комнате на кровати и глядя на телефон, как на злейшего врага. – Я сделаю, я обещала.

Большой палец завис над кнопкой вызова, сосредоточенный взгляд застыл на экране. Даже сдавать плакат с черепушками было не так волнительно. Правда, львиную долю волнения снял тот факт, что принимала ее художества не директриса, а ее зам.

Вадим Алексеевич, развернув плакат, долго рассматривал его с нечитаемым выражением на лице, после чего кивнув в знак принятия, вкрадчиво пожелал не попадаться Людмиле Артемьевне на глаза, как минимум до начала каникул.

- Наладить дыхание! – идея пронзила, принося небольшое облегчение. Как там? Три коротких, три длинных, три коротких? Нет, кажется это про что-то другое. А дышать как правильно? Носом? Через рот? Животом?

Дыхание замерло, палец нажал на кнопку вызова. Девочка зажмурилась и поднесла телефон к уху вслушиваясь в гудки.

- Ксюша? – мама ответила на четвёртом гудке. – Ты так долго не отвечала! Все хорошо? Что случилось? - голос, звучащий из трубки, был непривычно надрывным. Складывалось впечатление, что говорящий нервничал даже сильнее, чем сама Ксюша.

- Да знаешь, дела как-то навалились… Конец года, школа… Прости, что не отвечала, - немного неловко ответила девочка, пытаясь прогнать чувство вины.

- Все в порядке, ничего страшного! – тут же заверила ее Татьяна. – Главное, что с вами все хорошо. Я так и думала, что вам из-за школы некогда.

Повисла неловкая пауза.

- А у тебя как дела? – чтобы прервать тишину спросила Ксюша.

- Все хорошо! – заверила ее мама. – Только за вас очень переживала, - добавила она, вызвав у девочки еще одну волну стыда.

- Может, увидимся? – выпалила Ксюша, в попытке заглушить противное чувство в душе.

- Сейчас? – с готовностью уточнила Татьяна. В трубке раздался скрежет, затем звук падения чего-то стеклянного на пол, а следом сдавленное «ой».

- У тебя все хорошо? – осторожно уточнила Ксюша, прислушиваясь к подозрительным шорохам.

- Да, чашку разбила, - пользуясь тем, что ее никто не видит, Татьяна пыталась как можно аккуратнее, ногой, обутой в тапочку, собрать осколки в кучу. – Не переживай. Что там насчет встречи?

- Думаю, сейчас уже поздно, - девочка на секунду оторвала телефон от уха и кинула быстрый взгляд на время. Часы показывали начало девятого. Конечно не критично, но если встретиться сейчас, времени на подготовку практически не останется. - Давай лучше дня через три? В сквере, недалеко от дома. Как раз конец недели будет, сможем никуда не спешить, гулять, сколько угодно.

- Да, хорошо, замечательно, - согласилась Татьяна, но в голосе звучало разочарование.

- Ну… тогда до встречи? – неуверенно предположила Ксюша.

- Да, конечно. Спокойной ночи, - отозвалась Татьяна, не прерывая звонок.

- Угу, тебе тоже. Мам, - робко позвала Ксюша спустя несколько секунд. – Только приходи, пожалуйста, одна.

- Не пропадайте больше, пожалуйста, - в тон дочери попросила Татьяна. - Если некогда звонить, хоть смайлики отправляйте.

- Общение наскальной живописью?

- Оно самое.

Прыснув со смеха, Ксюша еще раз попрощалась с мамой и завершила звонок. Все еще продолжая хихикать, девочка упала спиной на кровать, широко раскинув руки. Волнами накатывало облегчение. Все оказалось не так страшно, как она представляла.

Нужно предупредить папу!

***

Николай нашелся на кухне. В компании собаки и тарелки с бутербродами, он сидел на стуле, подперев щеку кулаком и меланхолично разглядывал стоящий перед ним бокал с вином. Розовые полоски, прилепленные у него под глазами, настолько выбивались из привычного образа отца, что Ксюша тут-же мысленно дорисовала ему бигуди и халат в цветочек. Картинка получилась настолько забавная, что сдержать смешок не получилось.

- Ого, нарушаем? – уточнила она, прогоняя не вовремя возникший образ.

- Осмысляю бренность бытия под ароматы прошлого, - не отреагировал на подколку отец, и не меняя выражения лица начал скармливать бутерброды собаке.

- Ого, - озадаченно повторила девочка. Видеть обычно вспыльчивого Николая в таком настроении было непривычно. - А штуки у тебя под глазами тоже как-то с бренностью бытия связаны? – пользуясь возможностью решила полюбопытствовать девочка.

- Да. И вино тоже, - спокойно прозвучало в ответ.

Брови Ксюши поползли на лоб, возникшая аномалия требовала тщательного изучения.

- А… - начала было она задавать следующий вопрос. Но тут терпение Николая наконец закончилось.

- Ты что-то мне сказать хотела или так, на нервы подействовать пришла? – уточнил он. Впрочем, не повышая голос.

- А, точно! – Ксюша в сердцах хлопнула себя ладошкой по лбу. Вот голова дырявая, разве можно было забыть, зачем она искала отца. – У меня для тебя супер новости! Готовься! Ты идешь мириться с мамой!

- Сейчас? – воскликнул Николай, заполошно подскакивая со стула, пытаясь снять патчи и одновременно пригладить волосы.

От резкого движения стол немного качнулся, от чего бокал не устоял и скатился на пол, разлетевшись на множество осколков с винной лужей по центру. К которой тут же потянулся любопытный собачий нос.

- Твою мать! – воскликнул мужчина, подхватывая собаку на руки и пытаясь ногой в тапочке собрать осколки покучнее. – Тряпку, совок, что-нибудь, быстрее! – попросил Николай, перехватывая Чару одной рукой. Вторая в это время пыталась разгладить складки на домашней футболке, чтобы придать виду хоть какое-то подобие презентабельности.

Ксюша ошеломленно смотрела на разворачивающуюся картину, неожиданно осознавая, как на самом деле похожи ее родители.

- Чего стоишь? Быстрее давай! - торопил мужчина, не дождавшись реакции от дочери. – Сколько у меня времени? Она сюда приедет? Мне куда-то ехать? Переодеться успею?

- Тебе идти. В сквер около дома, - наконец отмерла Ксюша. – Через три дня.

- Тьфу на тебя! – бросившийся было к выходу Николай, услышав, что встреча состоится не сейчас, почувствовал огорчение и облегчение одновременно. Позволив второму чувству одержать победу, он сунул собаку дочери, а сам тяжело опустился на стул, переводя дыхание. - Ну и зачем было так пугать?

- Я тебя не пугала, ты сам, - под тяжелым взглядом отца девочка устроилась по соседству.

- Ты могла сразу нормально все объяснить, - начал заводиться мужчина, но потом сделал над собой усилие и постарался успокоиться. – Ладно, не важно. Расскажи сейчас.

- Я договорилась, - энергично кивнув начала рассказ девочка, наклонившись ближе к отцу. – Мама приедет в пятницу вечером, она думает, что там будем мы с Сережей, а там будешь ты. Ну, в смысле мы с Сережей тоже, но где-нибудь в стороне. Она будет ждать нас, а придешь ты. Нарядный, с цветами и извинениями!

Пересказывая отцу свой план, Ксюша сияла яркой улыбкой. На лице Николая же по мере рассказа проступал все более явный скепсис.

- Зимой. Вечером. На улице. Нарядный. Как? – уточнил мужчина, не разделяя восторгов дочери.

- Не знаю, - легкомысленно пожала плечами девочка, почесывая собачий живот. – Рубашка красивая, галстук, пальто расстегни…

- Там холодно, - попытался напомнить Николай.

- Потерпишь, - Ксюша была непреклонна.

- Ты говоришь, что ждать Таня будет вас, - не успокаивался мужчина, находя в плане новые недочеты. – Кто ей помешает уйти, когда она увидит меня?

- Ты и помешаешь, - чувствуя, что начинает раздражаться ответила Ксюша. – Догонишь, остановишь, серенаду споешь, что угодно. Не нравится мой план, придумай свой. Возможность я тебе организовала.

Девочка с досадой подскочила со стула и не отпуская собаку умчалась к себе в комнату, оставляя отца в одиночестве раздумывать над новым планом.

***

Ксюша меряла шагами дорожку около входа в сквер, периодически оглядывая пространство вокруг и бросая нервные взгляды на другую сторону аллеи, откуда должна была появиться мама.

Мама опаздывала. Но это было не так страшно, хуже всего было то, что опаздывал отец. Девочка достала из кармана телефон и разблокировала его. На экране отобразился чат с отцом.

«Скоро буду» - гласило последнее сообщение, пришедшее двенадцать минут назад.

«Где ты скоро будешь?» – глядя на надпись сердито думала девочка, начиная практически бегать вдоль дорожки. – «Ты скверы перепутал? Скоро – это вообще когда? Хотя бы сегодня?»

Подождав еще две минуты, Ксюша не выдержала и нажала кнопку вызова. Пошли гудки, но звонок остался без ответа.

- Прекрасно! – всплеснув руками непонятно кому пожаловалась девочка. – Просто чудесно! Я организовала свидание людям, которые на него не пришли. Оба!

Нога, обутая в высокий ботинок, со злостью обрушилась на сугроб, нарушая аккуратно сформированный вдоль тропинки снежный кант.

В этот момент Ксюша очень пожалела о решении не брать с собой брата. Сейчас было бы хоть какое-то развлечение и антистресс. Но увы, именно сегодня погода вдруг вспомнила, что зимой должны быть морозы и ближе к вечеру опустила столбик термометра ниже двадцати градусов. Тащить на улицу ребенка в такой мороз они с Николаем посчитали не разумным и не слушая никаких возражений, оставили Сережу ждать их дома.

Нога снова впечаталась в сугроб.

Прекратить разрушать эстетику сквера, Ксюшу вынудил знакомый силуэт, показавшийся у противоположного входа на аллею. Пришлось быстро выскакивать на проспект и стараться спрятаться за деревьями, аккуратно подглядывая за тем, что делает мама.

Ну что ж, хотя бы одна пришла, уже счастье.

***

Татьяна очень нервничала. Выйти из дома с запасом по времени и опоздать. Разве это возможно? Оказалось – легко. Всего-то и потребовалось, вечер пятницы, предновогодняя суета и шутки погоды, которая не могла определиться, осень она или зима. А посему решила совместить и сначала залила улицы дождем, а потом приморозила, превращая город в один сплошной каток, кое-где присыпанный реагентами.

Татьяна постаралась чуть ускориться и сразу поскользнулась, неловко размахивая руками она пыталась поймать потерянное равновесие. Обретя утраченное, женщина продолжила путь, внимательно смотря под ноги и не рискуя больше торопиться. Лучше медленно, но дойти, чем быстро и финишировать в больнице с переломом.

Все же идея ехать на метро была не самой лучшей, надо было вызвать такси. Но вечерние пробки… Надо было просто вызвать машину в обед. И никаких пробок. Зато приехала бы без опозданий, а то что сильно раньше... Ничего, в кафе бы посидела.

Понимая, что безбожно опаздывает, Татьяна остановилась и написала Сереже сообщение, в котором извинилась за задержку. Сын тут же ответил, что все нормально и Татьяна, немного успокоившись медленно поковыляла дальше, не поднимая глаз от асфальта.

С трудом доскользив до сквера женщина с облегчением выдохнула и наконец подняла голову, оглядывая пространство. В сквере было пусто. В удивлении нахмурив брови, Татьяна еще раз оглядела окрестности. Никого. Но ведь встречу не отменили, и Сережа ничего ей не сказал.

Чуть пожав плечами, женщина решила, что замерзшие дети отошли погреться в ближайший магазин или отправились за кофе. Написав сыну еще одно сообщение о том, что она на месте, Татьяна убрала телефон и не спеша, снова глядя под ноги и поскальзываясь, пошла к центру сквера. Она клятвенно пообещала себе, что домой отправится на такси, и ей плевать сколько времени придется отстоять в пробках. А еще, что гулять по такой погоде она не станет. Предложит детям отправиться в кафе, или поехать домой вместе с ней. Точно! Надо предложить! Вот только доковыляет до противоположного выхода и сразу напишет.

***

- Уроды! Козлы! Вашу ж мать! Да чтоб вы провалились! Ух, блин! – на чем свет стоит костеря коммунальные службы, Николай как можно аккуратнее торопился к парку. Эпизодически в его ругательствах проскальзывали и претензии к дочери, благодаря которой, он сейчас и скользил по дороге в туфлях, практически без протектора. Зато нарядный. Хотя стоило признать, что претензии к дочери были не совсем обоснованы, коньков у него все равно не было, а любая другая обувь при такой погоде спасала слабо.

Зазвонил телефон. Уже понимая, кто звонит, Николай не стал останавливаться, чтобы ответить на звонок, а просто поудобнее перехватил букет подмышкой и чуть балансируя руками для равновесия поспешил к месту встречи. Выслушать ругань он сможет и на месте, а притормаживать для разговора и опаздывать еще сильнее не хотелось. И так сильно задержался.

Мысленно выстраивая дворников района в ровную шеренгу и представляя, как заставляет их бежать кросс по этому асфальту, пинками поднимая тех, кто падает и заставляя бежать дальше, до следующего падения, Николай сфокусировал внимание на светофоре, до которого осталось каких-то триста метров. Почти пришел.

Финальная точка маршрута встретила его спиной дочери, разглядывающей что-то из-за дерева.

- В шпионов играем? – громким шепотом спросил Николай, не подходя, впрочем, близко.

Услышав его голос Ксюша вздрогнула и резко развернулась, сердито уставившись на отца и сразу начиная ругаться. Однако, голос повышать не стала.

- Ты где был столько времени? Я думала в сосульку тут превращусь! Скоро он будет. Ты вообще значение слова «скоро» знаешь?

- Не ори на отца! - возмутился Николай. - Ты вообще видела, что под ногами твориться? Торопился как мог. Все сейчас так ходят, – тыча пальцем в поблескивающие ледяные линзы отбивался мужчина.

Ксюша молча опустила взгляд на свои ноги, обутые в утяжеленные Гриндерсы с шипованной подошвой. Ей никакой гололед был не страшен.

- Ну извини, у меня таких нету! А если бы и были, ты бы меня все равно в туфли засунула, а то с галстуком не сочетается, - голос Николая сочился сарказмом.

Ксюша коротко вздохнула, признавая правоту отца. Затем, быстро оглянулась, убеждаясь, что мама никуда не пропала и все так же неспешно, глядя под ноги, движется в их сторону.

- Ладно, проехали, не критично. Вон мама, иди мирись. Букет только нормально возьми, - глядя на торчащие из подмышки стебли напомнила она.

- А, точно! – встряхнулся Николай, перехватывая букет как положено и бросил встревоженный взгляд на жену. Ну что ж, по крайней мере убежать от него Татьяна не сможет.

- Ты дурак? – потрясенно выдохнула Ксюша, в ужасе разглядывая букет. – Ты что купил?

- Букет… - ответил Николай, решив пока не обращать внимания на слова дочери. У него и так есть из-за чего переживать.

- Букет это из роз, из лилий. Из ромашек, в конце концов! Ты зачем камыши припер?! – в отчаянии всплеснула руками девочка. – Где мы прямо сейчас новый букет достанем?

- Нигде. Розы и лилии ей кто угодно подарить может. А камыши только я, - уверенно заявил мужчина и обогнув девочку по неширокой дуге направился к жене. – И кстати, юный ботаник, это не камыши – это рогоз, - мужчина обернулся, чтобы задорно подмигнуть дочери, а затем, не дожидаясь реакции, пошел дальше. Один шаг, второй.

Подходя все ближе, Николай смотрел на жену и понимал, как сильно соскучился. Хотя, казалось бы, что такое несколько недель разлуки по сравнению с двумя десятками лет, проведенными вместе.

Татьяна шла вперед, не поднимая головы, потому, внезапно возникшее перед ней препятствие заставило женщину чуть подпрыгнуть от неожиданности, потеряв равновесие.

Неловко размахивая руками, она одновременно бормотала извинения человеку, которого чуть не сбила с ног. Чужая рука схватила за локоть, помогая удержать равновесие и к словам раскаяния присоединились слова благодарности.

- Спасибо, очень не хотелось падать, - с облегчением выдохнула женщина, поднимая глаза на спасителя. – Ой…

- Танюш, я… я в спортзал пошел, - застенчиво улыбнулся Николай, неловко протягивая букет вперед.

***

О чем говорили родителя Ксюша не слышала, но понаблюдав сначала за недоверием, затем за смущением, а после за слезами и робкими объятиями матери решила, что финал представления можно досмотреть и дома. Пока она окончательно тут не околела.

- Зимой на улице плакать вредно, может домой уже пойдем? Там и наплачетесь, и наобнимаетесь, и в больницу с воспалениями не загремите, - Ксюша хотела сказать фразу легко, с небольшой иронией, но замерзшие мышцы лица слушались плохо и тон получился сердито-раздраженным.

Татьяна тут же отшатнулась от мужа и поскользнувшись, снова потеряла равновесие. Благо Николай успел среагировать и резко дернувшись вперед сумел ее удержать. С трудом сам устояв на ногах.

Домой родители добирались держа Ксюшу под руки. Посмотрев на скорость их передвижения, девочка поняла, что проще и быстрее будет помочь им дойти, а то сами до апрельских оттепелей ползти будут. И как самая устойчивая взяла старших на буксир, позволяя в полной мере оценить преимущества ее ботинок перед обычными девчачьими сапожками.

И все же, день у Ксюши был не самый удачный. Надо же было заходя в подъезд, столкнуться с куда-то обравшимися соседями!

- Добрый вечер, - первой поздоровалась Светлана с любопытством разглядывая семейство Агафоновых в целом и заплаканное лицо Татьяны в частности. Конечно, по пути домой женщина пыталась как могла скрыть следы слез, но видимо полностью скрыть их, поводив по лицу рукой в перчатке, не получилось. – Танюша, как давно тебя не было видно.

- Я… уезжала, - несколько сконфуженно ответила Татьяна, немного заходя за спину мужа. – Вот, только приехала.

- Чудесно, - пропела в ответ женщина. – А где же чемодан?

Не зная, что ответить, Татьяна молчала, с повышенным вниманием изучая узоры плитки на потолке. Оказывается, внимательно приглядевшись, на ней можно было различить морозные узоры.

- Надо будет обязательно встретиться, расскажешь куда ездила, как отдохнула. В ближайшее время, да? – предложила Светлана не дождавшись ответа.

Татьяна неопределенно кивнула и поспешила к лифтам. Распространяться о своей поездке перед Светой ей не очень хотелось, а вот просто поболтать она была не против. Значит, про поездку придется что-то нафантазировать. Главное, чтобы получилось связно и достоверно.

- Чудесный букетик, под стать семейке, - наклонившись шепнул Марк на ухо Ксюше, а затем поспешил галантно распахнуть матери дверь, оставляя девочку размышлять, чем она запустит в эту противную рожу в понедельник.

А дома была новая порция слез. Сережа, увидев маму на пороге, разревелся так, что казалось затопит всю квартиру. Татьяна ему в этом активно помогала. Сохранившая чуть больше сдержанности часть семьи удалилась, чтобы не мешать им.

- Вот блин! – Ксюша внезапно остановилась на пороге кухни, хлопнув себя ладонью по лбу.

- Что случилось? –настороженно проследил за взглядом дочери Николай.

- Забыли!

- Что?

- Ужин праздничный забыли!

Отец и дочь растерянно уставились друг на друга. Почему-то их план заканчивался на моменте разговора с Татьяной, о том, что будет дальше, никто из них не задумывался. И теперь они оказались в ситуации, когда дома из праздничного можно было найти только вино.

- Пицца? – неуверенно предложил Николай. На согласие он особо не рассчитывал, калорийность пиццы не вписывалась ни в какие диеты.

- Думаешь успеют привезти? – вопреки ожиданиям прозвучало в ответ.

Николай с Ксюшей прислушались к звукам, доносящимся из коридора. Там всхлипы мешались со вспышками смеха и поскуливанием собаки.

- Успеют, - уверенно кивнул мужчина. - А если не успеют - пойдешь отвлекать.

К счастью, отвлекать не пришлось. Не смотря на задержку доставки, Сережа более чем справлялся с задачей, не желая отпускать от себя маму ни на шаг. Впрочем, Татьяна совершенно не возражала. Ксюша с Николаем в это время, придя к выводу, что гостиная для праздничного ужина подходит больше, чем кухня, поспешно расставляли на журнальном столике напитки и посуду, а также скидывая на пол диванные подушки, которые решили использовать, чтобы компенсировать твердость пола.

К моменту, когда приехал их ужин, семья уже успела полным составом собраться за одним столом. В какой-то момент Сережа сумел-таки найти в квартире перепуганного непривычным шумам кота и притащил его вниз, знакомиться с мамой. Уходить кот не захотел уже сам, заинтригованный аппетитными ароматами еды и устроился у мальчика на коленях дожидаясь своей порции. Чара возмущенно смотрела на товарища с пола. Ее на коленки почему-то никто не пускал.

- Сто лет так хорошо не сидели, - Татьяна взяла в руку бокал с вином и сыто откинулась на диван, стоящий за ее спиной.

- Хорошо, когда никто не ругается, - чуть сонно поддержал маму мальчик, плотнее прижимаясь к ее теплому боку. Насыщенный эмоциями день и позднее время делали бодрствование поистине сложной для Сережи задачей. Но заканчивать такой замечательный вечер не хотелось, поэтому он мужественно держал глаза открытыми.

- Да, обязательно надо будет повторить, - согласился Николай, ощущая поразительное умиротворение.

- И соседей позвать можно, чем больше людей – тем веселее! – внесла предложение Татьяна, надеясь, что на семейных посиделках Светлана не сможет завалить ее неудобными вопросами.

- Ой, вот давайте только без этих упырей, - от перспективы оказаться с Марком за одним столом Ксюшу перекорежило.

- Ксюша! То, что у вас с Марком есть некоторые разногласия, еще не повод называть всю его семью упырями! Может, в неформальной обстановке вы наконец сможете найти с ним общий язык? Заодно, лучше познакомишься с его семьей. Мне кажется, Александр и Светлана неплохие люди.

- В том и проблема, нет там людей. Нечисть одна, - нервно хихикнула Ксюша.

- Ксения! То, что Александр в налоговой работает еще не повод называть его упырем. А его семью тем более! Там тоже достойные люди есть. Нельзя просто так подобными словами раскидываться! – на последних словах Татьяна выразительно посмотрела на мужа, взглядом передавая все свое осуждение его несдержанному языку. От кого Ксюша могла подцепить такие фразы сомнений не возникало.

- А что сразу я то? Ксюша вообще-то чистую правду говорит, - в душе Николая шевельнулась обида. Не то чтобы претензии жены были совсем беспочвенны, но в этот-то раз он не виноват!

Татьяна молча переводила взгляд с дочери на мужа и пыталась найти признаки розыгрыша. Подрагивающие уголки губ, смешинки в глазах, перемигивание… Но ничего этого не было. На Татьяну смотрели две пары немного смущенных, но тем не менее серьезных глаз.

- А Алиса - мавка! Только об этом никому нельзя говорить, это секрет! – сонный Сережа не очень следил за разговором, но то, что взрослые начали обсуждать особенности соседей, уловил. И резко взбодрившись поспешил поделиться с мамой информацией, которой очень давно хотелось, но было нельзя. Ксюша запрещала, да и Алисе он пообещал… Но мама ведь никому больше не расскажет, а Ксюша и сама вон про Марка рассказала, значит теперь можно!

Татьяна чуть отстранила от себя сына, внимательно глядя в сияющее энтузиазмом лицо. Потом перевела взгляд на хмурую дочь. Посмотрела на смущенно поводящего плечами мужа. Женщина силилась понять, это коллективное помешательство или с ума сошла она одна и сейчас бредит. Наверное, последнее было предпочтительнее. Вылечить одного человека явно должно было быть проще, чем троих.

- Давай лучше ее в гости пригласим! Алиса поет красиво и людей она не топит, а еще плавает знаешь, как хорошо? – воодушевленный Сережа чуть дернул рукав материнской кофты.

В детских глазах не было ни капли лукавства. Тяжело сглотнув Татьяна придвинула ближе бутылку вина.

***

Татьяна сидела на кровати и расчесывала волосы, дожидаясь мужа из ванной. Механические, повторяющиеся движения немного помогали привести мысли в порядок и устаканить в голове события дня. Даже не вериться, еще утром она переживала из-за прогулки с детьми и видеть не хотела мужа, а сейчас она дома, в соседних комнатах спят дети, а мысли о муже больше не вызывают негатива. В голове всплыла фраза, сказанная Игорем в последнюю встречу, о том, что женщина зачастую возвращается к мужчине, от которого уходила. В тот момент фраза показалась ей поистине бредовой, зачем возвращаться к тому, с кем было плохо? Сейчас она понимала, вернуться можно к тому, с кем было хорошо.

Татьяна посмотрела на вазу с рогозом, которую поставила в спальне и улыбнулась. И пусть рогоз, который сейчас стоял в комнате был интерьерным, эмоции он вызывал те же, что и тот, настоящий, много лет назад.

Мысли о семье были приятными. И если сосредоточиться на них, то можно не думать о разговоре, который состоялся под конец ужина. Вампиры, оборотни, мавки… Все это не укладывалось в голове и казалось полным бредом. Двадцать первый век на дворе, интернет, космос… какие оборотни? Разве что в погонах. Вспомнив, какие министерства, по словам дочери, курировали оборотни, Татьяна коротко хохотнула.

Тихо хлопнула входная дверь. Татьяна подняла взгляд на мужа и отложила расческу. Николай стоял у двери, не решаясь подойти ближе. Не считая разговора в сквере, это был первый раз, когда они остались наедине после ссоры.

- Ты ложиться не собираешься? – Татьяна чуть склонила голову на бок и похлопала по кровати рукой.

- Собираюсь! – кивнул головой Николай, проходя вглубь комнаты.

Кровать прогнулась под весом тел, свет погас. Лежа в темноте, мужчина напоминал себе, что он взрослый, он храбрый… Однако, что делать сейчас Николай не понимал. Когда они были не одни он чувствовал себя спокойней. А вдруг сейчас опять что-то не то ляпнет? Появилось желание малодушно сбежать к Сереже.

Осуществлению планов помешала Татьяна. Она придвинулась ближе к мужу, обняв его одной рукой и уткнувшись носом в плечо. Сбегать сразу расхотелось.

- Давай уедем? – внезапно спросил он, обнимая жену в ответ.

- На каникулы? Отдохнуть?

- Нет. Насовсем. Из страны.

- Ты же не хотел из России уезжать. Говорил, здесь перспектив больше, - аккуратно напомнила Татьяна, силясь понять настроения мужа.

- А сейчас захотел. Не могу здесь больше. Не хочу. Слишком много всего произошло. Послать все к черту, уехать в Италию… Или Испанию… Купить домик, делать вино, - Николай так сильно погрузился в мечты, что почти ощутил на языке вкус вина со своих виноградников. Которое он будет потягивать вечером, сидя на террасе своего дома в кресле качалке и любуясь на закат.

- А дети? Школа? – попыталась спустить мужа на землю Татьяна.

- Переведем! Что, за границей школ по-твоему нет? Еще получше наших будут! А главное, никакой бесовщины рядом.

- Ты думаешь, там как-то по-другому устроено? – тихо спросила женщина спустя несколько минут тишины.

- Не знаю. Но мы и не будем пытаться это узнать. Будем просто жить и не пересекаться с сильными мира сего, - пообещал мужчина, устраивая подбородок на макушке у жены.

Усилившиеся объятия Татьяны стали ему ответом.

Эпилог

Собрались быстро. Правда, изначальный план, как можно быстрее распродать все и улететь навсегда подвергся корректировкам. Выяснилось, что продать быстро такую квартиру как у них – сложно. Трудности так же возникли с продажей фирмы. Андрей, от лестного предложения покупки практически за бесценок отказался.

- Лишний геморрой меня никогда не интересовал. Предпочту провести жизнь на вторых ролях, зато спокойнее. И не посадят, - посмеивался бывший помощник.

Пришлось искать риелтора и бизнес-брокера, чтобы занимались продажей в их отсутствие.

Да и со школой вышла накладка… Школы в Италии конечно были. И места в них тоже имелись. Но вот незнание итальянского языка Ксюшей и Сережей делало обучение в них поистине сложной задачей. Обсудив все возможные варианты, решили, что детей переведут на домашнее обучение и оставят закрепленными за Российской школой. Это позволяло уехать в ближайшее время, не дожидаясь окончания учебного года. А там языковая среда, глядишь – к следующему году ребята уже подосвоятся.

То, что в таком случае в страну придется вернуться уже в мае, чтобы ребята смогли аттестоваться, особо не смущало. Все равно придется возвращаться, так какая разница, сколько раз и каким составом?

За организационными вопросами и документационными завалами стремительно приближался день отлета. Параллельно нарастала нервозность. Иногда Николай не понимал, чего хочет больше, улететь прямо сейчас или сдать билеты и забыть о своей дурацкой идее. Волнение было даже сильнее, чем перед переездом в Москву.

К счастью, дата вылета наступила раньше, чем у Николая окончательно сдали нервы. Ну и мечту о виноградниках было жалко. Он уже дистанционно отсмотрел несколько вариантов, и теперь представлял, как вино, изготовленное под его маркой будет продаваться по всему миру.

***

В аэропорту было шумно. Толпы народа сновали туда-сюда, стремясь успеть на рейс или торопясь как можно быстрее оказаться дома после перелета. Огромные информационные табло бесконечно транслировали информацию о рейсах, которая периодически дублировалась через громкоговоритель.

Найти тихое место в общей зоне не представлялось возможным, поэтому Слава с Ксюшей просто отошли к стене, чтобы не мешать потокам людей свободно циркулировать.

Предполагалось, что они попрощаются накануне, но юноша, внезапно, выразил желание проводить Ксюшу лично и приехал в аэропорт. Как теперь поняла девочка, чтобы напоследок качественно прокомпостировать ей мозги.

- Как прилетите – напиши.

- Угу.

- И учиться не забывай

- Ага.

- Каждый вечер проверять буду, - пригрозил Слава.

- Ой, - закатывая глаза отозвалась Ксюша.

- Ой-ой, - передразнил Слава. - С твоей тягой к учебе, тебе потом такое ой-ёй-ёй будет, когда экзамены прилетишь сдавать. Профилонишь - я помогать не буду.

- Куда ты денешься, - фыркнула в ответ не впечатленная угрозой девочка.

- И не ругайся там ни с кем, - продолжил поучать Слава, оставив без комментария предыдущее Ксюшино заявление.

- Как я могу с кем-то поругаться, если даже языка не знаю? - удивилась Ксюша.

- Зная тебя, ты справишься.

- Больше ничего сказать не хочешь? - не выдержала девочка. - Я уезжаю на несколько месяцев, а нравоучений ты мне выдал лет на пять!

Слава задумался на мгновение, а затем с озорной улыбкой перечислил:

- В общем, веди себя прилично, слушайся родителей, не забывай хорошо питаться и…

- Тебе еще не пора? – в притворном изнеможении закатив глаза перебила его Ксюша. – А то я такими темпами на регистрацию опоздаю, выслушивая список твоих мудрых изречений.

Внезапно Слава наклонился и коротко чмокнул Ксюшу в губы.

- Позвони, когда приземлитесь, - напомнил он еще раз, а затем резко развернулся и сияя покрасневшими кончиками ушей, поспешил на выход.

***

- Я все видел, - заговорщицким шепотом протянул Сережа, когда справившаяся с потрясением Ксюша вернулась к семье. – Что мне будет за молчание?

- Я не скажу папе, что перчатки, которые он тщетно пытался найти перед выходом из дома и которые очень надеется обнаружить, когда будет разбирать чемоданы по прилету, покоятся на дне мусорного бака, а сожрала их твоя собака, - не менее заговорщицки прошептала в ответ Ксюша. Подмигнула брату и пошла к маме.

Сережа стоял в растерянности и силился сообразить, где он прокололся? Ему казалось, что он быстро убрал безобразия Чары и никто его при этом не видел. Тогда как Ксюша могла узнать? Разочарованно вздохнув неудачной попытке шантажа, Сережа пошел вслед за родителями на стойку регистрации.

***

Кресла в самолете оказались большими и удобными, а смотреть в иллюминатор, на удаляющуюся все дальше землю было страшно интересно. Ксюше было страшно. Сереже интересно.

- Смотри, смотри как здорово! Все такое маленькое! – восторгался Сережа, пихая сестру в бок.

- Угу, - закрыв глаза соглашалась Ксюша. Так воспринимать чудовищную высоту было чуть легче.

- Ну Ксюх! Ну ты же не видишь ничего! Открой глаза, смотри! – не унимался брат, пытаясь расшевелить девочку.

Ксюша с опаской приоткрыла один глаз, глянула на то, что хотел ей показать Сережа, позеленела и снова крепко зажмурилась.

- У тебя что, морская болезнь? – сочувствующе поинтересовался мальчик, глядя на неестественный цвет лица сестры.

- Морская болезнь на кораблях, а у меня боязнь высоты. Обоснованная. Отсюда будет очень больно падать, - попыталась огрызнуться Ксюша.

- Зачем нам падать? – не понял Сережа.

Ксюша тихонько застонала. Очень хотелось отсесть, но вставать, чтобы попросить маму поменяться с ней местами, было страшно.

К счастью Сережа, не дождавшись ответа, сосредоточил все внимание на окне и отстал от сестры.

- Жалко, - через какое-то время вздохнул мальчик, откидываясь на спинку кресла.

- Кого тебе жалко? – тут же поинтересовалась Ксюша, повернувшись к брату, но не открывая глаз.

- Алису, друзей, Москву. Мы еще так много где не были. Тебе разве не жалко уезжать? – спросил Сережа, внимательно глядя на сестру.

Ксюша вспомнила придирки Марка, травлю в школе, ссоры с отцом, уход матери…

- Нет, - совершенно честно ответила девочка.

- А Слава?

Уроки французского, совместные обеды, новогодний плакат и валяние в сугробе - эти воспоминания вызвали на лице девочки теплую улыбку.

- А он никуда не делся. Я же в другую страну улетаю, а не на другую планету. Мы можем разговаривать, можем по видео созваниваться. Даже вживую видеться сможем, нам же еще аттестацию сдавать, не забыл? - самолет немного тряхнуло и Ксюша, вцепившись в подлокотники до побелевших пальцев поспешно добавила: - Хотя я бы предпочла, чтобы он ко мне прилетал.

- Злая ты, - фыркнул Сережа, наблюдая за испугом сестры.

- Это часть моего очарования, - усмехнулась в ответ Ксюша.

Убедившись, что самолет не собирается падать даже после встряски, девочка нерешительно приоткрыла глаза. Самолет, рассекая облака, плавно скользил по воздуху, с каждой минутой приближая их к новой жизни.