Небо над Сатерой

Глава 1

Кевин еле успел на полуденную мессу. Открыв дверь, он увидел что остальные монахи уже заполнили зал.

Аккуратно смешавшись с толпой, молодой послушник приготовился дожидаться окончания службы. Дневная часть была его самой нелюбимой, на ней никогда ничего не происходило. Только полтора часа заунывных нравоучений настоятеля.

"Господи, пошли мне на ужин курочку", — взмолился мысленно Кевин. — "Запеченную до хрустящей корочки. С пряностями. И обязательно побольше чеснока под шкуркой!"

"Хорошо, сын мой", — раздался в его голове привычный голос Бога. — "Я исполню твою просьбу. Но сначала отнеси калечи Вилосу".

Кевин кивнул, а после с нетерпением стал ждать окончания мессы. Иногда он даже переминался с ноги на ногу, вызывая недовольные взгляды братьев, которых случайно задевал локтями. Так сильно ему хотелось сытного ужина, что у него текли слюнки при одной мысли о курице.

После службы он сразу отправился в хозяйственную пристройку, взял оттуда загнутые и отполированные заготовки и отнес их схимнику Вилосу. Несмотря на строгость принятых обетов, тот часто и много работал в столярной мастерской. Никто конечно не возражал, у Вилоса был талант к деревообработке.

С Вилосом, правда, пришлось задержаться. Кевин отдал ему заготовки, но тот попросил помочь с козлами, на которые он ставил доски перед распилом. Вдвоем они справились довольно быстро, Кевин придерживал деревянные стойки, а Вилос заменил разболтавшуюся ось и добавил дополнительные распорки. Тепло распрощавшись со столяром, Кевин наконец отправился к себе.

Зайдя в свою келью, Кевин увидел пустой стол. Но это было нормально. "Помоги осуществиться божьему велению", гласил один из псалмов Писания. Послушник опустился на колени перед пустой каменной стеной, вытянул вперед руки и склонил голову. В тот же момент в его руках появился медный поднос с запеченной курицей. Курица была свежайшая, от нее поднимался пар, а пряный запах ударил в нос монаха.

Кевин сглотнул слюну, вскочил, поставил поднос на стол и тут же вгрызся молодыми крепкими зубами в мясо. Но потом опомнился, степенно отложил ножку курицы обратно на поднос, вытер руки, сложил их в ритуальном жесте, опустил голову и прочел короткую благодарственную молитву. А потом вернулся к ужину, обжигая пальцы и жмурясь от удовольствия.

Доев все до последней крошки, курица получилась на удивление вкусной, Кевин отнес поднос на кухню, помыл его и положил к остальной посуде. Господь конечно мог забрать его сам, но беспокоить его по пустякам запрещали заповеди. Кевин и так проявил некоторую наглость, попросив о вкусном ужине. Он не знал, стоило ли выполнение поручения с помощью Вилосу эквивалента приготовления курицы, но благоразумно решил, что Бог большой, ему виднее. Поэтому не забивал себе голову такими вопросами.

На следующий день Кевин проснулся в приподнятом настроении. Дни в монастыре не отличаются разнообразием, но приближался праздник летнего триместра, поэтому монахи были заняты подготовкой к торжеству. Для этого нужно было освободить и расчистить двор перед монастырем. Для такой небольшой земляной площадки, на нем за год скопилось слишком много разного хлама.

С одной стороны двора даже стояла разбитая телега с отсутствующим колесом. Монахи изрядно с ней намучались, пытаясь сдвинуть ее своими силами. Пока не пришел старший скитник и с божьей помощью они не убрали телегу за одну из хозяйственных построек, чтобы она не мозолила глаза.

Весь день Кевин работал вместе с остальным монахами. Убирая мусор со двора и подготавливая деревянный настил, с которого настоятель будет вести церемонию.

К вечеру Кевин пошел вместе со всеми в монастырскую столовую, с тоской вспоминая вчерашнюю курицу. Но за день он так вымотался, что был благодарен за возможность упасть на свою каменную кровать даже голодным.

Утром выяснилось, что настоятелю пришлось уехать по каким-то божьим делам, поэтому отмечать летний триместр был оставлен Салаван, его помощник из Духовного собора. Празднество было назначено на вечер, но в этот день традиционно уже запрещалось работать. Поэтому большую часть дня монахи провели в богослужениях. Кевин в своем обыкновении, проявлял нетерпение. Но ожидание вечерней церемонии приятно грело душу, поэтому он нашел в себе некий баланс между сопротивлением и смирением.

Когда солнце окрасило небо в закатные оттенки, дневной ветер окончально стих. Монахи собрались во дворе. Над помостом и на окружающих шестах зажгли масляные лампы. Их мягкий желтоватый цвет придавал благожелательный и умиротворенный вид. Тихие переговоры монахов стихли, все внимание переключилось на помост.

Салаван, одетый в лучшую свою мантию, благородно поднялся на деревянную площадку. Бог должен был диктовать ему речь, посвященную этому году. А настоятель (но в данном случае, заменяющий его помощник) доносить эту благую весть до остальных.

Но вместо этого соборник поднял руку и указал на горизонт. Монахи заозирались, пытаясь понять куда он показывает. За Сирмским лесом, окружавшим монастырь с западной стороны, у горизонта поднимался черный столб дыма. А треть неба в этом направлении была окрашена в багряный кроваво-красный цвет. Пятно прямо на глазах разрасталось, приближаясь к монастырю.

Лампы над помостом тревожно закачались, пламя неожиданно погасло, а потом налетевший порыв ветра сорвал весь помост целиком с земли, снес деревянные пристройки около монастыря и с ревом швырнул монахов, полетевших вместе с вихрем как поломанные куклы.

* * *

Линда опускала свой корабль сквозь облака. Это было очень опасно, но суперинтеллект планеты пока молчал. Ее напарник Вейс, тощий парень с длинными волосами, стоял рядом, напряженно вглядываясь в обзорный экран. Как и Линда, он работал в исследовательском институте Келлога на Эридана IV. Но что заставило его отправиться в эту миссию, она точно не знала.

Линда начала мысленно проговаривать ритуальные фразы из справочника по контактам, которые должны были убедить местное божество, что они не собираются вмешиваться в его планы. Что их прилет вызван простым человеческим любопытством, над которым у них самих нет власти. И что они приложат все силы, чтобы относиться с уважением и вниманием ко всему, что ему будет угодно им сообщить.

Вейс в это время занимался тем же самым, но судя по его лицу, был не в восторге от всего этого. И не очень верил в такие магические реверансы в сторону кучки расплодившихся молекул в ноосфере.

Линда одернула себя от таких мыслей и сосредоточилась на ритуальных фразах. Строго говоря, сейчас это было уже не обязательно. Еще подлетая к планете, они проговорили и вслух, и мысленно все протокольные схемы. Самым опасным моментом был именно подлет, когда у планеты появлялась физическая возможность их достать. Будь то средствами с самой земли или околопланетными астероидами, подконтрольными планете.

А раз они преодолели тот участок и не были уничтожены, значит все хорошо. Дальнейший спуск должен пройти без проблем. Правда, планетарный интеллект тогда им не ответил, но в данном случае молчание было равносильно согласию. Подтверждением чему было то, что они до сих пор оставались живы.

Корабль сел на живописную полянку, покрытую густой зеленой травой. Линда и выглядывающий за ее спиной Вейс открыли шлюз и вышли наружу. Запах стоял потрясающий, густой и наполненный травами с примесью каких-то луговых цветов. Линда вдохнула полной грудью.

Вот и все. Обратного пути нет.

Если в корабле еще сохранялась какая-то герметичность и можно было рассчитывать на безопасный возврат (что конечно зря), то теперь они были полностью во власти планеты.

Остаток вечера Линда и Вейс разгружали корабль. Выносили научные приборы, палатки и снаряжение. Еще с орбиты они оценили биом в этом месте как относительно безопасный. Судя по типу растений, деревьям и плотности органического цикла, по большей части тут должны жить травоядные животные. Размер хищников не должен превышать размера собаки.

Во всех исследованных мирах конвергентная эволюция идет одинаково, хищники имеют в среднем размер в десять раз меньше своей добычи. А крупных животных на Сатере не водилось.

Напряжение последних часов, когда они подлетали к планете и спускались на ее поверхность, постепенно начало спадать. Даже Вейс, казалось, слегка ослабил свое обычное мрачное настроение.

Вечер они провели у костра, разведенного немного в стороне от корабля. Нужно было вжиться в местную экосистему как можно быстрее. Сидя на принесенных с корабля раскладных стульях и лениво отмахиваясь от редких насекомых, Линде наконец за долгое время начало казаться, что все будет хорошо. Вечереющее небо над их головами было окрашено в темный насыщенный синий цвет.

На следующее утро Линда первым делом проговорила мысленно несколько протокольных фраз, но ничего не произошло. Интеллект планеты по каким-то причинам не отвечал. Линда сочла это добрым знаком, возможно тому нет до них дела. И это было бы идеальным вариантом.

Не теряя времени, Линда и Вейс собирались этим же днем добраться до воронки. Это была их настоящая цель.

Но идти пусть по невысокой, но густой траве оказалось сложнее, чем они рассчитывали. В лесу тоже стало не легче. Пришлось обходить несколько небольших болот, а местами встречались такие густые кустарники, что вокруг них тоже приходилось делать крюк.

Ближе посадить корабль они не могли, их цель была окружена лесом. А прожигать растительность, нанося вред местной экосистеме, было безответственно и с большой вероятностью могло привлечь ненужное внимание. Они не знали в каких отношениях находилось божество и остальная часть планеты. Защищает ли оно их статус-кво, работая своеобразным гомеостазом в планетарном масштабе. Или ему все равно.

Поэтому взвалив на себя рюкзаки с запасом воды и еды на несколько дней, они отправились через лес пешком. Хороший исследователь н-планет должен быть сильным, смелым и безмозглым, как говаривал в свое время отец Линды. Чтобы ноосфера не могла выжечь ему мозги.

Но за один день они не успели. Пришлось заночевать в лесу. Надувные палатки с шумом распахнулись, упав на землю в готовом виде. Не очень аутентично, но на какие-то компромиссы в любом случае придется идти. А спать на земле, пусть и в синтетических спальниках, никому не хотелось.

Линда перед сном смотрела вверх, лежа в своей палатке и высунувшись немного наружу. Сквозь ветки деревьев, слабо качающиеся на ветру, пробивались звезды. Яркие, мигающие и, казалось, раскрашенные во все возможные оттенки, кроме зеленых. Облаков из атомарного кислорода в космосе почти не встречается, а зеленый спектр в свете звезд забивается соседними длинами волн.

"Какая же она дикая и красивая", — подумала Линда.

Н-планеты бывают совершенно разные, но Сатера относилась к тому редкому типу, покрытому густой растительностью и создающей впечатление не затронутой цивилизацией. Хотя насколько можно было судить по дистанционному зондированию, здесь жили люди. Но будучи изолированными в течение многих поколений, точный уклад их жизни был неизвестен. С планетарным протоинтеллектом не поспоришь.

* * *

Утром они продолжили путь. Линда вспомнила, что с самого приземления Вейс вел себя странно. Он подолгу пристально смотрел на Линду, не хотел выносить из корабля снаряжение. А в какой-то момент вообще заявил: "Может все-таки улетим?". Ну и зачем такое спрашивать, знает ведь что это невозможно. И что он собирается делать с карантином, к примеру? Поэтому Линда проигнорировала поведение Вейса, списав все на нервное напряжение.

Но чем ближе они подходили к воронке, тем казалось Вейс все больше успокаивался. Наконец, среди зарослей показались каменные строения. Несколько одноэтажных домиков были раскиданы вокруг уходящей под землю воронки. Это действительно была воронка, примерно как на уроках физики рисуют гравитационный колодец от черной дыры. Только это был искусственный объект, выложенный каменными плитами с проросшей между швов травой.

Воронка в самой верхней своей части была около двадцати метров в диаметре. Она сначала плавно сужалась, но быстро превращалась в узкий колодец, уходящий вглубь земли.

По сторонам располагались хозяйственные постройки. Сложенные из камней и с плоскими, тоже каменными, крышами. Время взяло свое и большая часть из них заросла деревьями, а что не заросло, было обвито лианами и местным аналогом плюща. Но светлый серый камень был хорошо виден через листву, поэтому Линда с Вейсом с легкостью узнали место.

А воронка изнутри была вся выложена каменными плитами, поэтому не позволила прорасти сквозь себя ничему крупному. Только жесткая трава пробивалась в стыках между плитами, и то лишь на открытой наружней части.

Линда с Вейсом устроили небольшой привал. Съели по сухпайку. И начали готовиться к спуску. Размотали принесенные с собой веревки, закрепили аккумуляторные лебедки. Можно было спуститься по одному тросу, но они находились совсем одни на враждебной планете. Оба уже зараженные. Никто не придет на помощь, даже если бы очень хотел.

Основные лебедки у них были закреплены наверху и управлялись по радиомодему. Это немного не вписывалось в идею не нарушать местную экосистему, но… Одни на планете. Достаточно убедительный повод, чтобы немного обойти инструкции. Также каждый взял по маленькой компактной лебедке с собой. Ее могло не хватить на подъем, поэтому это был запасной вариант.

Еще у них был набор карабинов и альпинистских восьмерок. Поэтому в крайнем случае они могли подняться за счет своей физической силы. Но это было бы сложно. Будь воля Линда, она спустила бы и третью запасную веревку. Но бухты с тросом и так занимали их основной вес в рюкзаках, третью они не смогли принести.

Проверив еще раз снаряжение, напарники начали спуск. Начальную, почти плоскую часть воронки, они прошли пешком. Но когда крутизна стала слишком большой, повисли на тросах и начали спускаться на десантерах, потихоньку стравливая веревки.

Линде не нужны были никакие страховочные устройства, она при желании могла спуститься и методом Дюльфера, пропустив веревку под ногой, потом за спиной через плечо и регулируя скорость спуска второй рукой. Но зачем, когда есть более удобные технические средства. По сравнению с радиомодемом, это совсем мелкое нарушение. Не говоря про космический корабль, на котором они сюда прилетели.

Уже через десять метров их окружил полумрак, а еще через пятнадцать жерло воронки погрузилось во тьму. Плиты слишком быстро поглощали свет, несмотря на свой серый оттенок.

Линда подняла голову и посмотрела вверх. Разве наверху не должно быть светлого пятна, солнечному свету ведь ничто не мешало идти вертикально вниз? Но включив фонари, все стало ясно. Их окружал слабый туман, возможно из-за сырости в глубине. Именно из-за него солнечный свет не пробивался до них.

Еще через два десятка метров, Линда сбилась со счета, туман исчез. А жерло воронки расширилось и они спустились в прямоугольное помещение.

Стены комнаты были сложены все из того же светло-серого камня, но здесь они казались более грубо обработаны. Никакой растительности или корней не было видно, камни плотно прилегали друг к другу. В центре стоял постамент с каким-то устройством на нем.

— Как думаешь, что это? — спросил Вейс.

— Сейчас узнаем, — ответила Линда, уже доставая инструменты.

— Не торопись, — сказал Вейс, обходя постамент по кругу и светя на него своим фонарем.

Он был прав, спешка тут ни к чему. Но у Линды уже давно был готов план. По сути, они ничего нового здесь не увидели. Что-то подобное они ожидали.

Когда на Сатере была обнаружена воронка, это было очень похоже на проникновение. А значит внутри должно быть ядро. Оно, вероятно, было пустым, потому что на планете суперинтеллект работал уже минимум несколько веков. Но тайна этой н-планеты не давала покоя слишком многим ученым, чтобы оставлять без внимания такую находку.

К сожалению, поход за ядром с большой вероятностью был в один конец. Или мог закончиться даже не начавшись, если бы планета сбила их корабль еще на подлете. Поэтому желающих оказалось не так уж много. Кроме них с Вейсом.

Линда достала сканер и начала процедуру дублирования.

— Так, не поняла… — озадаченно произнесла она.

— Что такое?

— Сама не пойму. Ядро полное, что ли?

— Как такое возможно?

— Не спрашивай. Может, ошибка сканера.

— Давай осторожнее, Линда.

— Согласна. Мы не может его трогать, если нет уверенности.

— Что тогда будем делать?

Линда задумалась. Они могли вернуться на поверхность, но что это им дает? Проблему странного ядра (если это оно) все равно придется решать. Так или иначе.

Но рисковать не стоило, это действительно было необычной ситуацией.

— Я думаю, наверно дело в сканере… — неуверенно начала Линда.

— Вернемся на корабль за другим?

— Слишком долго. А я уже находилась по лесу.

— Тебе решать. Я за то, чтобы подняться и подумать.

— Хорошо, давай ты вперед. Я за тобой.

"Глупый, бедный Вейс. Если бы ты был дольше знаком со мной, то знал что произойдет дальше", — усмехнулась про себя Линда.

Вейс достал мини лебедку, которую принес с тобой, соединил ее с тросом, включил и с тихим гулом начал подниматься вверх. Он использовать носимую, чтобы радиоканалом не беспокоить местных духов вблизи ядра. Немного выше переключится на наземную.

Когда Вейс скрылся в тоннеле, Линда посветила фонарем в жерло воронки, чтобы убедиться что напарник поднялся достаточно высоко. Луч фонаря уперся в туман в середине пути.

После этого Линда подошла и активировала ядро. Но ничего не произошло, похоже что ядро было пустым.

Сверху донесся какой-то шум, словно от множества автомобилей на автостраде. Линда достала рацию:

— Вейс, что у тебя там происходит?

— Не знаю, тут какой-то ураган. Поднимайся, ты далеко?

— Уже иду.

Если погода испортилась, им действительно лучше подняться и переждать в одном из тех каменных домиков. На вид они были довольно крепкими.

Еще раз осмотрев ядро и подергав переключатели, Линда окончательно убедилась, что оно пустое. Сканировать теперь не было смысла, это слишком долго. А если она хочет успеть до дождя, надо было подниматься. "А куда тут уходит вода?" — вдруг подумала Линда. Оглянувшись, она не увидела никаких водостоков. Странные все таки эти суперинтеллекты.

Уже зная, что ядро пустое, Линда сразу включила с пульта наземную лебедку и довольно быстро поднялась наружу.

Наверху действительно надвигалась буря. Рваные облака проносились низко над землей, деревья гнулись под налетающими порывами ветра. К Линде подбежал Вейс, укрывая голову от ветра и летящего мелкого мусора накинутой сверху курткой. Он помог ей освободиться от обвязки и они оба побежали к ближайшему каменному строению.

Успели вовремя. Как только они скрылись под крышей, снаружи начался ливень. Косые потоки лились сплошной стеной, будто пытаясь смыть нарушителей.

— Ты чего так долго? — спросил Вейс.

— Да так. Ядро пустое.

— Ты его активировала, что ли? — Вейс был возмущен.

— Ну да, а ты что предлагаешь? Нам пришлось бы его включить, чтобы проверить. В любом случае.

— Не в любом, — не согласился Вейс.

— Ну да, подождем следующую экспедицию и спросим у них разрешения, — с иронией откликнулась Линда.

Дождь не утихал, а казалось, становился только сильнее.

— Надо было взять ядро с собой, — сказала девушка.

— Линда, — с укором посмотрел на нее Вейс, — ты и так уже действуешь не по плану.

— Единственный план на этой планете — это я! — вспомнив фразу из известного фильма, с пафосом продекламировала Линда.

— И он. — Вейс показал пальцем вверх.

— А, ну да. И он.

Нужно было не забывать, где они. Начало миссии оказалось слишком простым. Плюс они быстро нашли ядро. Все это их расслабило, но по-хорошему, бдительность терять не стоило.

"Интересно, стоит ли снова попробовать поговорить с планетарным интеллектом", — рассуждала про себя Линда. — "Или не стоит привлекать его внимание".

Вдруг внутри воронки раздался какой-то взрыв, а из нее повалил черный дым.

— Что это? — спросил Вейс, выглядывая из дверного проема. Дверей в зданиях не было и, возможно, никогда не существовало. Они защищали только своими крышами от непогоды.

Линда подошла к выходу и тоже стала вглядываться сквозь пелену дождя в сторону воронки. Та располагалась в двух десятках метров от них. Из воронки валил черный маслянистый дым. "Да откуда он взялся? Там же нечему гореть", — думала Линда. — "И почему дождь его не гасит?"

— Пошли? — вдруг сказал Вейс.

— Что? Куда? — не поняла Линда.

— На корабль.

— Зачем? — все еще не понимала Линда.

— Ну как хочешь, сказал Вейс и начал собирать вещи, упаковывая их в рюкзак.

— Погоди, Вейс, куда ты собрался? Нам еще забирать ядро.

Тот странно на нее посмотрел, но не ответил. Хотя через некоторое время добавил:

— Линда, ты как хочешь, но я иду прямо сейчас.

— Ладно… — Линда не знала что сказать. В принципе, у них теперь тут целая жизнь, пусть идет, если хочет. Сама она собиралась переждать дождь и спуститься за ядром. Заодно посмотреть куда девается вода, которая сейчас широкими потоками стекала в воронку.

Вейс еще раз посмотрел на Линду, потом развернулся и скрылся в пелене дождя. Возможность промокнуть его перестала волновать.

Когда Вейс ушел, Линда устроилась поудобнее у дальней стены, подальше от входа, куда залетали косые капли. Достала бутылку воды, бросила туда вкусовую таблетку, превратив воду в апельсиновый сок (по крайней мере, по вкусу). И потягивая сок, приготовилась ждать окончания дождя.

* * *

Незаметно Линда задремала. Проснулась ближе к вечеру, если судить по часам с флуоресцентным циферблатом. Подарок старого друга. Выглянув наружу, Линда обнаружила, что дождь не только не стих, но начал лить еще сильнее.

Сильный ветер во время порывов отклонял водяную завесу, во время одного из которых Линда заметила, что облака образовали своеобразный водоворот прямо над этим местом.

— Ого! — воскликнула девушка вслух. — Никогда такого не видела.

Действительно, зрелище было завораживающим. Клубящиеся серые тучи, которые на высоте трехсот метров кружили по часовой стрелке, выглядели впечатляюще. Мощь стихии! Но следующая волна ливня скрыла этот вид от Линда, снова превратив все вокруг в серую пелену. Дым из воронки перестал идти, кажется.

Наскоро перекусив, Линда начала думать, что ей делать дальше. Вейс не мог уйти слишком далеко, тем более по раскисшему от дождя леса. Как бы не заблудился там… Может догнать его?

Но с другой стороны, Линде совсем не хотелось выходить из-под каменной крыши.

Вдруг со стороны воронки раздался подземный грохот. И снова повалил черный дым. Который не уносился ветром, а поднимался вертикально вверх. Казалось, водоворот из ветра его чудесным образом обтекает. Линда завороженно смотрела, вглядываясь сквозь полосы ливня, которые искажали картину.

Небо начало краснеть. Линда вглядывалась, не понимая откуда идет красноватое свечение. Вейс поднял что ли корабль и приземляется тут? Нет, не может быть, он бы не добрался до него так быстро.

Снова раздался подземный грохот, в этот раз с каким-то гулом и завыванием. Земля ощутимо содрогнулась. Черный маслянистый дым усилился. Сейчас он наверно поднимался на сотни метров. Красное свечение с неба тоже усилилось, хотя непрекращающийся дождь не давал рассмотреть что там происходит.

Тут Линда заметила, что от воронки начали отрываться каменные плиты и подниматься вверх вместе с дымом.

— Ничего себе! — не удержалась от возгласа девушка.

Линде стало не по себе. Она уже начала жалеть, что не ушла с Вейсом.

"Беги!", — раздался снаружи глухой голос, прерываемый хрипами и помехами.

"Останься", — произнес снова голос со стороны дождя, в этот раз чуть разборчивее.

— Эээ, что? — протянула Линда. Суперинтеллект наконец снизошел до нее? Но что за противоречивые советы? Линда не знала что делать.

— Там мне бежать или оставаться на месте? — неуверенно произнесла она в пустоту.

Но ответа не последовало. Вместо этого земля в очередной раз содрогнулась, а потом у основания воронки произошел самый настоящий взрыв. Ближайшая к воронке стена разрушилась, Линду ударило каменными блоками. Она еще успела заметить, что вторую стену тоже выбило и ее вместе с потоком камней выбрасывает наружу. Как это произошло, она не поняла. Но свет в ее глазах к этому моменту уже померк и Линда больше ничего не чувствовала.

* * *

Когда налетел тот шквал, Кевин за несколько секунд до этого почувствовал неладное и бросился на землю. Его протащило по земле и уткнуло в бочку с водой, которая стояла недалеко от сорвавшегося помоста. Кевин пытался ухватиться за нее, но бочку тоже повалило и ветер начал ее катить.

Кевина словно толкал в спину великан, юноша перебирал ногами по катящейся перед ним бочке, как цирковой актер. Так они докатились до пристройки и остановились. Но тут прямо перед Кевином постройку сорвало ветром, она развалилась на отдельные доски, которые полетели и ударились об основное здание монастыря.

Кевин сквозь рев ветра слышал приглушенные крики других монахов. Но все кончилось так же быстро, как началось. Мотнув головой, чтобы стряхнуть оглушение, Кевин теперь расслышал стоны и голоса, просящие о помощи.

Повернув голову, Кевин увидел в нескольких метрах от себя Вилоса. Плотник лежал неподвижно в неестественной позе, его бок был разорван, под телом растекалась лужа крови. На утрамбованную землю из раны вывалилась часть внутренностей.

К Вилосу подбежал Ренер, еще один послушник. Упал рядом на колени и начал молиться. Над телом Вилоса возникло синеватое сияние. Внутренности втянулись внутрь, рана закрылась. Вилос тяжело задышал, дернулся и начал подниматься. Ренер помог ему сесть.

"Он что, воскресил его?" — потрясенно подумал Кевин. Послушник о таком читал только в Писании, но в реальной жизни с таким конечно никто никогда не сталкивался.

"Нет, он был еще жив. Я вылечил его", — в голове Кевина раздался знакомый божий голос. — "Я делаю все что могу, Кевин. Но вы тоже помогите мне".

Кевин согласно закивал головой, вскочил и бросился помогать другим монахам. Он был один из немногих, кто почти не пострадал. Остальным пришлось хуже.

В итоге выяснилось, что разрушения оказались не такими ужасными, как могло показаться на первый взгляд. Помост сорвало из-за его большой площади, площадка для выступления сработала как парус. Да, шквалом разрушило все деревянные пристройки. Но они и так были скреплены на соплях.

Монахи получили разной степени тяжести травмы. Хуже всего пришлось тем, кого ветер оторвал от земли и бросил об стену монастыря. Или кого зацепили летевшие доски и мусор, как Вилоса.

Здесь и там монахи молились, исцеляя раненных. Хотя в этот раз Бог отзывался реже, многим вообще не помог, оставив лечиться природными способами. Вероятно, для них это было божьим испытанием, решил Кевин. За какие-то грехи. Или просто так, в качестве духовного развития. "Неисповедимы пути Господа", вспомнил он еще один отрывок из Писания. Кевин был рад, что Бог его пощадил. Стоны раненых отзывались тяжестью в его душе.

Салавана нигде не было видно. "Спаси и сохрани, спаси и сохрани", — повторял про себя Кевин, разгребая особенно большую кучу досок, сваленных около стены монастыря. Под ними обнаружился еще один оглушенный монах. Который сразу пришел в себя, как только Кевин похлопал ладонями его по щекам. Вроде, без особых травм. Кевин помог ему добраться до открытого места, куда сносили пострадавших, а сам отправился искать помощника игумена дальше.

"Только бы никто не погиб", — молился Кевин во время поисков. Очень уж его впечатлил вид Вилоса с разорванным боком. Настолько, что он даже немного засомневался, что Бог его только вылечил, а не воскресил. Хотя сомневаться в словах Бога это последнее, что стал бы делать Кевин.

Соборник в итоге нашелся сам. Его снесло чуть дальше за монастырь, потому что в момент катаклизма он стоял на помосте. Но очухавшись, он вернулся и начал руководить спасательными работами.

Монахи до самой темноты разбирали завалы, вытаскивали и лечили раненых. В конце концов, убедившись что нашли всех, перенесли пострадавших внутрь монастыря и разбрелись по своим кельям. Об ужине после таких потрясений никто не думал.

Никто не погиб, поэтому Кевин с особой искренностью прочел благодарственную молитву. Но Бог уже давно перестал отвечать. Кевин этому не удивился, он понимал, что у того в последнее время выдалось много работы. И Кевин был не тем, кто считал себя вправе отвлекать в такой момент Всевышнего.

* * *

Линда открыла глаза. Первое что ей бросилось в глаза, это пятна крови рядом. Проследив за ними взглядом, она увидела разорванную одежду на себе. Отогнув край, девушка обнаружила под одеждой плохо зарубцевавшиеся шрамы. Странно, на вид им было словно несколько лет.

"Сколько я здесь лежу?" — подумала Линда.

Светило теплое солнце, в листве щебетали птицы. В остальном стояла умиротворенная летняя тишина и спокойствие. Прошло не меньше нескольких часов, раз уже наступило утро. Раритетные часы на руке Линды разбились и больше не показывали время. Стрелки застыли на отметке чуть позже семи часов, когда произошел взрыв.

Линда осторожно повернулась, а потом поднялась на ноги. Удивительно, но ничего не болело. Она еще раз осмотрела себя и нашла несколько новых шрамов, которые не заметила раньше.

"Да что здесь произошло, черт побери?"

Все было очень странно. Она прислушалась, но ничего подозрительного не услышала. Обойдя развалины здания, превратившегося в груду камней, Линда увидела остатки воронки. Ее покорежило, плиты торчали под разными углами.

Центр воронки, похоже, обвалился. Там где раньше в глубину уходил лаз, теперь было нагромождение земли и поломанных плит.

"Мда, ядро теперь будет достать сложно", — подумала девушка.

Но кто ее вылечил? Как шрамы могут иметь такой застарелый вид? И почему у нее вообще есть шрамы, а не произошло нормальное исцеление? Очевидно, что вмешался планетарный протоинтеллект, но логика его действий осмыслению не поддавалась. Да и как могло привести к такому взрыву пустое ядро, тоже было непонятно. А ничего больше в том подземном помещении не было, это Линда помнила точно.

Свой рюкзак с припасами она не смогла найти, наверно его унесло взрывной волной. Хорошо что хоть сама уцелела. Правда, не без чьей-то помощи. А хотя почему чьей-то? Как будто тут много вариантов.

Суперинтеллекты планетарного уровня были странной штукой. И этот случай только подтверждал их репутацию.

Путь к кораблю занял день и еще немного. Добралась уже в начинающихся сумерках. Линда двигалась налегке, без рюкзака, поэтому скорость получилась выше, чем когда они шли к воронке. Ей удалось найти в лесу ручей (в прошлый раз они его не заметили), в котором девушка напилась, что облегчило ее состояние.

Корабль лежал на боку. За ним тянулась длинная полоса вспаханной земли. На откинутом трапе, по счастливому стечению обстоятельств корабль упал на брюхо, сидел Вейс и крутил в руках какую-то ветку.

— Вейс, что с кораблем, что здесь случилось? — спросила Линда, когда подошла ближе.

— Как видишь. Когда я пришел, он уже был таким.

— А сам корабль рабочий?

— Это неважно. Линда, ты сама как?

— Я в норме, а ты?

— Я тоже. Линда…

— Что?

— Нам нужно улетать.

— Не говори глупостей, ты же знаешь что мы не можем этого сделать.

— Ты не понимаешь, мы ДОЛЖНЫ улететь отсюда, — сказал Вейс с нажимом.

— Ничего мы не должны, Вейс. Успокойся.

— Я тут не останусь.

— Ну как знаешь. Где все припасы? — Линда только сейчас заметила, что площадка перед кораблем была пуста.

— Часть я уже занес в корабль, а лишнее бросил там, — Вейс небрежно махнул рукой в сторону недалекого леса.

Линда собиралась пойти проверить, что он там выбросил. Она уже проголодалась и подозревала, что у леса остался ужин, который Вейс не доел.

— Линда, это наш последний шанс, другого не будет.

Девушка лишь махнула рукой, решив дать Вейсу успокоиться. Разберемся потом. И пошла в сторону леса к припасам.

Но не успела она отойти и на сотню шагов, как услышала сзади взревевшие двигатели корабля. Вейс зашел внутрь, закрыл трап и сейчас прогревал движки.

— Вейс, какого черта?! — заорала Линда. Но Вейс ее, конечно, не слышал.

Корабль вздрогнул, тяжело оторвался от земли и начал набирать высоту. Повернулся, приняв вертикальное положение, а после начал ускоряться.

Линда смотрела на бросившего ее Вейса и не могла поверить, что он способен на такое. В принципе, они оба были пилоты. Этого требовало дублирование в миссии. Но чтобы у Вейса настолько поехала крыша? Их возвращение изначально было под вопросом, заражение других планет дело серьезное. Но шанс оставался.

Только сначала нужно было провести исследования, оценить риски, согласовать с местным суперинтеллектом и убедиться, что тот их не обманывает. А это довольно сложно сделать с существом, которое обладает намного большим могуществом, чем ты.

А Вейс взял и улетел.

Корабль был уже на высоте в несколько сотен метров, когда вдруг вспух огненным шаром, а через секунду полыхнула синяя вспышка взорвавшихся маршевых двигателей. Корабль испарило до уровня отдельных молекул.

Линду бросило на землю воздушной волной. С такого расстояния это не причинило вреда, просто толкнуло.

"Что же ты наделал, Вейс…", — горько подумала девушка.

Они были не так давно знакомы, но это не значит, что смерть Вейса ее не потрясла. Парень был неплохим человеком и теперь Линда корила себя, что не была к нему внимательней. У того явно с самого начала шалили нервы. А она так оказалась увлечена своими заботами, что совсем не обратила на это внимание.

Но теперь уже поздно, ничего не поделать. Линда вдруг поняла, что на корабле было все их снаряжение и приборы. Кроме тех, что остались в ее пропавшем около воронки рюкзаке. И что там еще выбросил Вейс у леса.

Одна на чужой планете. Без припасов. С враждебным Богом. Как выяснилось, он совсем не игнорировал их. Но взывать к божеству было бесполезно, Линда это знала. Протоинтеллект всегда делает то что ему нужно, людские просьбы на него абсолютно не влияют.

Нечего было и надеяться найти обломки корабля. Или то, что осталось от Вейса. При взрыве маршевых двигателей ничего никогда не остается. Слишком велик в них запас энергии, способной перемещать корабль между звездами.

Линда еще немного постояла, с грустью вспоминая Вейса, а потом пошла в сторону леса, куда он раньше указал рукой.

* * *

Когда всем пострадавшим была оказана помощь, жизнь в монастыре начала налаживаться. Впереди было много работы по восстановлению построек. Бог так и не откликнулся, не став долечивать легкораненых. Поэтому монахам пришлось вспоминать рецепты лечебных настоек и доставать с пыльных складов бинты.

Это не было чем-то удивительным, Бог часто так делал. Изрядная доля Писания была посвящена объяснению, почему для вас полезно страдать. И что Бог лучше знает, какая болезнь или беда приведет вас к настоящей вере. Испытания, смирение и боль в качестве наказания шли рука под руку с чудесами.

Хорошая новость была в том, что истинно верующим Бог чаще помогал, чем наказывал. В этом смысле монахи и святые люди были в привилегированном положении. Бог без проблем отзывался на мелкие необязательные просьбы, вроде той курочки. Вкус которой Кевин до сих пор вспоминал, когда выдавалась свободная минутка.

Хотя Кевин слышал, что у остальных мирских людей ситуация была не хуже. Им тоже Бог помогал почти со всем, что они просили у него. Более того, Кевин подозревал, что настоятель рассказывает о том, как монахам невероятно повезло с милостью божьей, лишь для того, чтобы не лишиться бесплатных работников.

Греховные мысли про игумена никак не противоречили вере в Бога, поэтому Кевин время от времени наслаждался ими. Представляя, как за какие-нибудь прегрешения Бог лишит того сана и ввергнет на низшую ступень церковной иерархии. Заставит таскать воду для монастыря, например. Или придумает еще какое достойное тому наказание. И точно никаких курочек ему.

После обеда Салаван (настоятель еще не вернулся из поездки) вызвал Кевина к себе.

Послушнику показалось, что помощник игумена был чем-то встревожен. Отводя глаза в сторону, тот сказал ему:

— Кевин… Бог велел передать тебе послание.

— Да? А почему он не сказал мне сам?

— Не дерзи, юноша! Не тебе и не мне решать, что и кому говорить Господу! Внемли и не перечь.

Кевин конечно не сомневался, что Бог сказал Салавану в точности то, что он сейчас расскажет. Пытаться обмануть Господа, когда в любой момент тот может ударить молнией и испепелить тебя, если ты пойдешь против его воли, как-то не располагает к особой хитрости. Поэтому Кевин приготовился внимательно слушать.

Салаван рассказал, что с ним утром связался Бог, сказал вызвать Кевина и велеть тому собираться в дорогу. Кевин должен пересечь Сирмский лес и пойти туда, где произошел катаклизм.

— А что там случилось? — перебил Кевин. Никто этого им так и не объяснил, а на молитвы Бог не отвечал.

— На все воля божья, — невпопад сказал Салаван.

"Ну, затянул свою дудку", — подумал Кевин. Он был не очень терпелив к таким нравоучениям. Салаван тем временем продолжал:

— Там ты должен найти определенную женщину.

— Женщину?! — снова перебил его Кевин. Такого поворота он точно не ожидал.

"Монаху не стоит доверять искать женщин, иначе он может перестать быть монахом", — со своей обыкновенной дерзостью подумал Кевин. Вслух этого говорить не стал, впрочем. Есть несколько вещей, о которых он предпочитал чтобы остальные не знали. Про его мечты о покарании настоятеля, например. И о женщинах.

— Не перебивай. Слушай что тебе сказал Бог. Ты должен найти женщину, которая там будет. И…

Тут Салаван замолчал, не зная как продолжить. Его явно терзало что-то неприятное. Он морщился, отводил глаза. Но против воли Бога пойти не мог, конечно.

— И убить ее, — вдруг резко закончил он.

— Что? Убить?! — Кевин замер в ужасе. — Я не понимаю…

Растерянность Кевина придала помощнику настоятеля сил.

— Мне жаль, — и тут же поправил себя, негоже сомневаться в божьем замысле, — то есть я хотел сказать, ты должен найти ту женщину и убить ее. Такова божья воля.

— Но почему я? — заныл Кевин. Он совсем не чувствовал в себе силы на такие деяния, пусть этого требуют хоть десять Богов.

— Я думаю, — глаза Салавана заблестели, — это потому что ты грешник. Ты всегда проявлял нетерпение. Наверно Бог решил, что твоя душа и так пропащая, поэтому хуже уже не будет, если возьмешь грех на душу.

Кевин стоял потрясенный словами соборника. Он никогда так на это не смотрел.

— Посмотри на них, — Салаван обвел рукой послушников. — Разве ты хотел бы, чтобы кто-то из этих чистейших людей попал из-за этого в ад?

— Н-н-нет, — пробормотал Кевин. — Наверное...

— Не наверное, а точно. — Салаван, казалось, обрел землю под ногами, уверившись в своей правоте.

— Не сомневайся в воле Бога, сын мой. Благословляю тебя, — тут он сбился и закашлялся, — в общем, удачи тебе.

Салаван смотрел на Кевина, в его глазах застыла боль. И что-то еще. Облегчение, что эта участь выпала не ему. "Не удивлюсь, если он сейчас возносит благодарственную молитву, сволочь!" — зло подумал Кевин. Но устыдившись таких мыслей про святого отца, отвел взгляд.

— А чем, как я это сделаю?

— Не сомневайся в вере, сын мой. Бог укажет тебе путь. Но все же сходи к Вилосу и возьми что-нибудь подходящее.

Салаван явно терял терпение, весь этот разговор был ему неприятен и он хотел как можно скорее завершить его.

Кевин пошел в мастерскую Вилоса. Плотник был на месте. Попросив у того какое-нибудь оружие, которым можно убить человека, Кевин почувствовал небольшое облегчение, от того что Вилос тоже был шокирован. Разделив таким образом свою ношу с плотником, Кевину стало чуть легче.

Вилос не стал уточнять детали, и так ясно, что с такой просьбой может быть связана только божья воля. А как любой разумный человек, Вилос старался держаться подальше от вещей, которые были выше его понимания.

Плотник порылся среди вещей, сваленных в кучу в углу. От мастерской мало что осталось, это было единственное крепкое здание во дворе, не считая самого монастыря. Но все равно здесь повыбивало окна и повалило шкафы со всеми предметами. Пока не отстроятся новые, все валялось беспорядочными кучами на полу.

Наконец Вилос выудил что-то вроде крупного ножа. Он превосходил по размеру кухонные ножи, но при этом не дотягивал но меча.

— Что это? — спросил Кевин.

— Когда-то его использовали при дублении кожи, но когда производство убрали с монастыря (чему все монахи были очень рады, вспомнил Кевин, вонь от дубильни стояла невыносимая), то осталось среди вещей. Бери, это лучшее что тут есть для этого… хм… дела.

Вилосу тоже было неудобно. Кевин понял, что смущение будет теперь преследовать его с любым, с кем он заговорит на эту тему. А каково было самому Кевину!

Вернувшись к Салавану, послушник сообщил что готов отправляться. Тот велел ему еще взять припасов на кухне. И немного поколебавшись, все таки благословил в дорогу.

"Да уж, благословение. И на что…", — горько думал Кевин, пока шел в сторону кухни.

Собравшись и взяв свой плащ — единственная походная одежда, что у него была, Кевин вышел за монастырские ворота и грустно направился в сторону леса. До места должно быть чуть меньше двух дней пути, насколько он понял из объяснений Салавана.

Кевина конечно смущало, почему Бог обратился к соборнику, а не к нему напрямую. Но не был в настроении молиться и выяснять это. Вдруг Господь подкинет еще какое задание. А юноше и этого было предостаточно. Скривившись, Кевин решил держаться подальше от всего сверхъестественного. Сможет ли он выполнить божью волю, Кевин не был уверен. А говоря честно, был уверен что не сможет.

Но как любой законопослушный и богобоязненный человек, Кевин не оспаривал божью волю. "Человек должен делать все что в его силах, а остальное оставь Господу", гласил очередной псалом. Поэтому он положился на божью длань. Хотя конкретно в этот момент она ему казалась скорее когтистой лапой.

* * *

Линда осматривала "припасы", которые выбросил Вейс. Это действительно был мусор, как тот и сказал. Несколько пакетов, картонная коробка, из которой они тогда достали сканер. И огрызки их завтрака, перед тем как они пошли к воронке. Но за это время остатки еды успели испортиться, поэтому Линда не нашла ничего полезного.

Еще раз вздохнув, девушка поняла, что ей надо возвращаться к воронке. Где-то там оставался ее рюкзак. В нем были сухпайки на несколько дней, сканер, лебедки, карабины и прочая мелочь. А еще палатка и спальник! Которые ей очень бы пригодились сейчас. Вряд ли рюкзак унесло далеко. Стоило сходить и поискать.

У Линды заурчало в животе. Весь этот день она шла от воронки сюда на пустой желудок. А сейчас наступала ночь и ей опять нечего есть. А если еще и идти завтра целый день обратно… И она абсолютно не знала чем тут можно питаться. О планете было очень мало сведений.

Линда вспоминала развлекательные передачи. Вроде в них говорилось, что надо наблюдать за животными и есть те же фрукты и ягоды, которые едят они. Проблема заключалась в том, что в этих же передачах рассказывалось о ядовитых животных и как те едят то, что другие не могут. В конце концов, травоядные едят траву. Это же не значит, что Линда тоже может ее есть?

Девушка скептически посмотрела на густую зеленую траву, которой была покрыта полянка, куда они посадили корабль. "Не, это точно несъедобно", — подумала она. Линда совсем не была специалистом по выживанию в дикой природе.

Делать нечего, нужно было идти к разрушенной воронке. Если и там не найдется рюкзак, то будет думать на месте. Она точно помнила, что в округе нет человеческих поселений. В основном, это был большой лесной массив и больше ничего. Помнила увиденные при снижении пару блестевших среди зелени озер, и на этом все.

В темноте идти не было смысла, поэтому Линда осталась заночевать тут. Нарвав травы для импровизированной постели и укутав ноги в один из пакетов, чтобы они не мерзли, девушка легла и попыталась уснуть.

Но этого сразу не получилось. Постоянно приходили мысли про Вейса. И как она не замечала те мелкие детали в его поведении, которые должны были ее насторожить. А еще чувство голода оказалось неожиданно сильным и сбивающим с толку. Когда она не думала о Вейсе, голод автоматически заполнял все ее чувства. Линда не помнила, чтобы она вообще хоть раз в жизни была настолько голодна. А что самое обидное, оказалось что голод не дает уснуть.

А на небе блестели и мигали огромные разноцветные звезды.

* * *

Кевин шел по лесу. Хорошо, что он взял плащ. Монах планировал ночевать, закутавшись в него. Но плотный плащ также хорошо защищал от росы и колючих веток.

С едой не было проблем. Как любой житель Сатеры, он знал массу съедобных растений и корешков. Еще он мог сделать из тонких стеблей силок и поймать кролика. По кустам в округе он постоянно слышал их шуршание. Лес был богат дичью.

Сейчас стояла середина лета, поэтому для фруктов и ягод было еще рано. Не сезон. Они появятся позже, ближе к осени. Но и без этого лес был щедр на пропитание. В конце концов, он всегда может попросить у Бога куро… Кевин осекся. Нет уж, ничего просить у Господа он не собирался. Как никогда, ему сейчас хотелось бы незаметным для Бога. Он готов был обменять общение с ним на что угодно, лишь бы этого задания никогда не существовало.

Время от времени Кевину попадались упавшие деревья. Другой человек не заметил бы разницы, но наметанный глаз монаха, жившего в гармонии с природой, сразу это отметил. Что некоторое превышение по количеству стволов указывали в одном направлении. Видимо, там произошел катаклизм, рассудил Кевин.

Лес по большей части не пострадал. В первую очередь благодаря гибкости деревьев, способных в сильный ветер гнуться почти до земли. Но Кевин также предполагал, что тот шквал, налетевший на монастырь, опустился с большой высоты. Оттуда, где было красное небо. Иначе он просто не добрался бы на такое расстояние. Рассеялся бы в лесу. Был бы им поглощен и усмирен.

Ночевка выдалась хорошей. Он нашел приятное место на берегу чистого озерца. Ноги гудели от долгой ходьбы, пришлось остановиться на ночь раньше. Кевин сидел на мягкой траве, отдыхал и смотрел как светлячки в нескольких метрах от него ведут свои брачные танцы.

Монах постарался выкинуть из головы, что его ждет завтра. Физическая усталость этому немного способствовала. Она закутался плотнее в плащ, лег на бок и уснул.

Ночью снилось что-то тревожное, но он не запомнил что именно. Проснувшись утром от пригревавшего и попавшего на лицо солнца, Кевин быстро умылся в озере и продолжил путь. На второй день идти ему стало легче. Организм приспособился к нагрузке.

Когда Салаван отправил его на задание, он указал лишь общее направление, где произошел катаклизм. Кевин не знал где это точно, но он как и остальные монахи, видел откуда поднимался тогда столб черного дыма. И подходя все ближе, Кевин заметил что поваленных ветром деревьев становилось все больше. Их стволы указывали направление. Иногда Кевин чуть корректировал направление, когда видел что поваленные деревья отклоняются в сторону. Но по большому счету, послушник рассчитывал, что если он собьется с пути, то Господь пошлет ему знаки.

Из-за того, что ночью хорошо отдохнул, а днем идти оказалось легче, да и лес, вроде, стал немного реже, Кевин прибыл на место даже раньше, чем рассчитывал. Было еще светло. Стояла тихая безветренная погода, перемежаемая только щебетом птиц и стрекотом насекомых.

* * *

А вот Линде обратный путь к воронке дался тяжело. С утра пришлось отправиться на голодный желудок. Голод сильно отвлекал. Он заставлял проявлять активность — осматриваться, искать и думать что можно поесть. Но это только сильнее выматывало.

Через несколько часов Линде пришлось сделать большой привал. А кроме этого, она часто останавливалась, чтобы передохнуть. Скорость движения поэтому получилась как в самый первый раз, хотя может и немного быстрее. Все таки ей не приходилось сейчас нести тяжелый рюкзак.

По дороге Линда высматривала животных и птиц, пытаясь понять что они едят. Но тех было или мало, или они избегали ее. Никаких фруктов и ягод девушка вообще не заметила за все время. Она старалась больше пить, когда попадалась чистая вода. Чтобы заполнить желудок и снизить чувство голода. Но это не очень помогало. Единственное, что давало ей надежду и гнало вперед, несмотря на усталость, это что у воронки удастся найти ее рюкзак с сухпайками.

За время пути Линда несколько раз пыталась обращаться к планетарному суперинтеллекту. Хотя и опасалась его тревожить из-за того, что тот недавно убил Вейса. Однако голод подгонял ее и заставлял совершать отчаянные поступки. Ей нужна была информация, хотя бы где лежит рюкзак. Но как и раньше, протоинтеллект ей не ответил.

В первый раз они с Вейсом шли по прибору оптической локализации, используя для основы карту с корабля, полученную во время спуска. Забавно, что при всем их старании дублировать для надежности все что можно, такой прибор оказался на корабле в единственном числе. Они рассчитывали приземлиться рядом с воронкой. Никто не ожидал, что им придется парковать корабль так далеко и ходить по лесу пешком. Их припасы, которые они несли тогда в рюкзаке, предназначались просто для жизни на планете. На первое время, пока они не встроятся в местную экосистему.

Прибор локализации Вейс, конечно забрал с собой. Но лес не был однородным. И когда шла к кораблю, и сейчас, когда возвращалась к воронке, Линда держала путь по знакомым ориентирам. Идя от одного просвета в лесу до другого, она узнавала места. Болотца, мелкие озера, характерные небольшие прогалины в лесу (слишком маленькие, чтобы туда посадить корабль, впрочем). Линда уверенно продвигалась вперед. Если бы только не голод…

К ее удивлению, она добралась до воронки еще засветло. Видимо, мысли о рюкзаке и еде в нем, гнали девушку сильнее, чем она думала.

Около воронки все было по-прежнему. Те же наваленные и поломанные плиты с верхней плоской части воронки. Разрушенные взрывом строения вокруг. Просто удивительно, как она тогда выжила. Линда инстинктивно потерла новый шрам на животе.

А вот рюкзака нигде не было. Она обошла всю округу, присматриваясь к листве. Рюкзак был серого цвета с темно-синими накладками, он должен хорошо выделяться среди зелени. Неужели его подхватило штормом и унесло куда-то далеко? Весь лес Линда обыскать не могла, конечно.

Наконец полностью вымотавшись, дрожа от усталости и чувствуя голодные спазмы в животе, девушка свернулась калачиком около камней одного из разрушенных зданий и провалилась в сон.

* * *

Кевин осматривал место, которое было источником урагана. Прибыв на место, он нашел разрушенные одноэтажные каменные домики, а также странное сооружение в центре полянки. Оно было словно круг с каменным полом, понижающийся к центру. Но в самой середине была навалена куча земли с торчащими из нее разломанными каменными плитами.

Ничто не говорило о том, что здесь произошло. Бог тоже помалкивал. Кевин вспомнил, что должен найти здесь какую-то женщину и содрогнулся в очередной раз от ужаса. Он обошел все вокруг и нашел следы двух человек. Двух? Салаван ничего об этом не говорил.

Сначала он хотел пойти по следам, но потом вспомнил, что Бог через Салавана велел ему идти к источнику катаклизма, а не удаляться от него, куда вели следы. "Найди там женщину", вспомнил он слова соборника. Про вторую часть фразу он боялся даже думать.

Кевин шел весь этот день и под конец немного устал. Поэтому решил заночевать здесь, а поиски отложить на завтра. Тянуть максимально резину ему вообще показалось хорошей идеей.

Но когда монах собирался расположиться на отдых, то услышал со стороны леса, как кто-то продирается сквозь ветки. С той стороны кустарник разросся сильнее. Кевин резко вскочил и отбежал за деревья, спрятавшись за листвой.

Весь остаток дня он наблюдал, как незнакомая девушка в странной одежде ходила и что-то искала вокруг. Кевин оперативно перемещался, чтобы она не заметила его. "Это та женщина, про которую говорил Бог?", — думал юноша. — "Ну нашел я ее, и что дальше делать?". Господь не подавал никаких знаков, а Кевин, затаив дыхание, не хотел привлекать его внимания. Вдруг все обойдется.

Нет, не обойдется, конечно. Инструкции были предельно ясными. Найти женщину у источника катаклизма и убить ее. Кевин задрожал. Никогда в жизни у него не было такого тяжелого божьего испытания. Как можно лишить жизни разумное существо? И что ему теперь делать?!

Наконец, девушка устала и легла, поджав ноги. Она выглядела очень усталой. И, похоже, не нашла что искала. Кевин опасался подходить ближе, чтобы она его не заметила, поэтому не видел деталей.

Кевин подождал еще немного, но женщина не шевелилась. Кажется, уснула...

Чем ближе подходило время, когда он должен выполнить божью волю, тем хуже становилось Кевину. Его бросало то в холод, то в жар. По щекам непроизвольно текли слезы. Но что он может сделать против слова Бога? Руки дрожали, в коленях монах ощущал слабость. Больше всего ему хотелось сейчас оказаться в любом другом месте.

Но он также отчетливо понимал, что время наступило. Господь подготовил для него все что нужно. Пока девушка спит, ему легче будет с ней справиться. Другого толкования тут быть не может. Сейчас самый подходящий момент.

Кевин дрожащими руками достал тот скорняцкий нож, который дал ему Вилос, и начал осторожно подкрадываться к спящей женщине. Подойдя ближе, он увидел что это совсем молодая девушка. Зрение его не обмануло, когда он прятался и наблюдал за ней. Юное красивой лицо, на которое упали волосы. Девушка была измождена, с залегшими темными тенями под глазами от усталости.

Кевин стоял рядом с ней с ножом в руке и отчетливо понимал свою природу. Слезы текли по лицу. Он непроизвольно всхлипнул. Девушка, услышав его всхлип, неожиданно проснулась и посмотрела на него.

* * *

Линда проснулась от какого-то звука и увидела стоящего рядом юношу в монашеской рясе. Тот плакал, сотрясаясь от рыданий.

Парень заметил, что она проснулась, и выронил нож, который, как теперь заметила Линда, до этого держал в руке.

— Прости меня, прости... — обратился он к ней, размазывая слезы по лицу.

Потом отвернулся, сделал два шага в сторону, вытер снова слезы, поднял голову к небу и тихо сказал:

— Я готов.

— Эээ, к чему готов? — поинтересовалась Линда, когда первоначальное удивление от встречи здесь человека схлынуло.

— Готов умереть, — юноша снова разразился рыданиями.

"Вот же везет мне на психов. Один взлетел и взорвался, хотя знал что нельзя. А этот стоит и размазывает тут сопли". Она приподнялась на локте и осторожно сказала:

— У меня есть предложение. А давай никто не будет умирать, а?

Парень покосился на нее непонимающе, а потом снова поднял голову и замер, глядя в небо.

Прошла минута. Две. Молодой человек продолжал стоять. Видимо, ожидая смерти.

"Ах, черт!", — поняла Линда. — "Он же разговаривает с суперинтеллектом!"

— Погоди, скажи хотя бы как тебя зовут? — попыталась она отвлечь внимание парня.

— Кевин, — произнес тот, всхлипывая.

— Слушай, Кевин, а с кем ты разговариваешь?

Тот снова посмотрел на нее с недоумением.

— С Богом, с кем же еще?

— Я правильно поняла, что твой бог хочет, чтобы бы умер? С чего бы это?

Кевин некоторое время раздумывал, а потом сказал:

— Я не выполнил его задание.

— И что?

Это поставило молодого человека в тупик. Кажется, он даже не допускал мысли, что можно не делать что велит его бог.

* * *

Для Кевина все было кончено. Он со всей ясностью осознал, что он за человек. Он просто не может выполнить волю Бога и все. Салаван был прав, Господь выбрал его, потому что еще один грех не отяготит и так его пропащую душу. Для человека, а тем более монаха, нет ничего хуже, чем неспособность выполнить божье веление.

Кевин смирился. Нет, его организм протестовал против смерти и ожидающих его вечных мучений в аду. Тело Кевина сотрясали рыдания. Ему было стыдно перед девушкой, но ничего поделать с собой не мог.

Отойдя в сторону, Кевин приготовился принять свою судьбу. Но ничего не произошло. Молния не ударила с неба, твердь земная не разверзлась под ногами. Женщина что-то говорила ему, но из-за своего состояния он не очень понимал что, и отвечал невпопад.

Пока та не спросила:

— И что?

Это заставило Кевина задуматься. А действительно, что? Он пошел куда ему указал Бог. Делал все что в его силах. Но разве его вина, что он просто не способен на убийство? И разве это не задача Бога выбирать исполнителя, подходящего для задачи? Почему он дал это задание ему, хотя будучи всемогущим, должен был прекрасно знать, что он не справится.

Кевин вытер рукавом слезы с лица.

Девушка за это время встала и успела отшвырнуть ногой нож в сторону. "А она быстрая", — подумал Кевин. — "Соображает". Вот только ей стоило взять нож себе, а не отшвыривать.

Новая мысль поразила юношу: что если женщина должна была осуществить кару от имени Господа, за то что он не справился с заданием? Поразив его этим ножом, который упал к ее рукам. И, более того, что если она тоже с этим не справилась?!

Это были очень новые и необычные ощущения для Кевина.

* * *

Линда постепенно разговорила монаха. Тот устал ждать ментального инсульта или чем на этой планете протоинтеллект поражает тех, кто ему перечит. Космического корабля у парня явно не было, чтобы эффектно в нем взорваться в вышине.

Оказалось что Кевин, так звали молодого человека, служит послушником в монастыре неподалеку. Неподалеку по его меркам, конечно. Потому что Линда точно помнила, что в округе не было никакого человеческого жилья. Пока они спускались на планету и картографировали местность. Они шли ровно на сигнал воронки и, судя по тому, что тогда видела Линда, вокруг простирался лишь огромный по размеру лес.

Линда не очень поняла, чем монахи занимались в монастыре. Была ли это добровольная секта, форма тюрьмы или что-то в этом роде. Но по всему выходило, что Кевина отправил старший по званию (Кевин назвал его "соборник", значения этого слова Линда не знала) в это место с заданием ее убить. Ее что???

На этом моменте девушка метнула быстрый взгляд на отброшенный нож. Ей как-то не приходило в голову, что этим ножом ее собирались прикончить, пока она спала. Увидев зареванного юношу, уронившего тогда свой нож, она решила что он охотник или вроде того, и просто нес в руках свое оружие.

Но теперь ситуация изменилась. Немного подумав, не стоит ли броситься к ножу и схватить его раньше монаха, Линда глянула на парня. После чего немного успокоилась. Нет, не похож он на хладнокровного убийцу. Скорее на человека, находящегося в крайней степени потрясения.

— Слушай, а у тебя не найдется что-нибудь поесть? — спросила Линда.

— Что?

— Ну, еды какой-нибудь. Я уже два дня тут брожу без крошки во рту.

Монах чуть поколебался, но потом сбросил с плеча легкий рюкзак и достал оттуда сверток. Увидев вяленое мясо и сыр, у Линды потекли слюни. Девушка жадно набросилась на еду. Ничего вкуснее она в жизни не ела.

Кевин наблюдал за ней со странным сочетанием боли и грусти.

— Бери все, мне это уже не понадобится, — сказал он.

— Ну ты заладил! Давай, угощайся, мне тут много, — вторая часть фразы Линде далась с большим трудом.

Кевин есть не стал, оставил все женщине. Глядя как она ест, парень наконец нашел покой в душе. Хорошо что он послал Бога куда подальше. Теперь его приводила в ужас мысль не о проваленной божьей воле, а что он ее выполнил бы.

Монах улыбнулся. Девушка ответила взаимностью, отрывая большие куски жесткого вяленого мяса и поспешно глотая его.

— Ты давно не ела? Не торопись тогда, это вредно.

Кевин достал кожаный бурдюк с водой, который у него тоже был в рюкзаке и протянул девушку. Та с благодарностью приняла и припала к горлышку.

Теплое чувство разлилось по телу Кевина. Даже если тысяча богов будут от него требовать причинить вред этой девушке, он откажется.

— Слушай, а тебе не приходило в голову, что ты неверно оцениваешь ситуацию? — спросила Линда, когда утолила первый голод.

— В смысле?

— Ну, посуди сам. Бог ведь может мгновенно покарать любого человека, верно? Ты сам тут только что стоял и ожидал этого.

— Ну да, — неуверенно протянул Кевин, не понимая к чему та клонит.

— Так зачем ему посылать тебя, чтобы убить меня, если он может это сделать напрямую?

Такое не приходило Кевину в голову. Он привык за свою жизнь беспрекословно подчиняться божьим поручениям.

— И какой из этого можно сделать вывод? — не унималась девушка.

— Какой?

— Что дело вовсе не во мне, а в тебе!

— Не понимаю.

— Ну смотри, если Бог хотел моей смерти, он бы просто убил меня сразу. Верно? А он послал тебя. Значит он что-то хотел именно от тебя.

— Я все равно не понимаю, объясни.

— Я думаю, — начала осторожно Линда, реализовывая пришедшую ей в голову идею, — что это для тебя было своеобразное испытание. Бог хотел посмотреть, какой ты человек. Сможешь ли ты это сделать или нет. Проверить, что ты окажешься хорошим и откажешься.

— И я уверена, — бодро продолжила она, — что Бог в любом случае не допустил бы моей смерти. Остановил бы тебя в последний момент, если ты не справился бы с его испытанием.

Это был очень тонкий лед. Линда балансировала на грани. С одной стороны, ей надо было убедить парня, что он хороший и никогда не сможет этого сделать. И что такова была изначальная задумка суперинтеллекта. А главное — что своим провалом он справился, прошел испытание, и теперь все хорошо.

Но с другой, если она убедит монаха, что Бог в любом случае вмешается и остановит убийство, то что ему мешает попытаться это сделать снова? Попробовать выполнить божью волю, раз тот все равно его остановит. Такая идея вполне могла прийти в голову послушнику, тем более в его теперешнем потрясенном состоянии.

Но глядя на Кевина, Линда увидела, что тот не понимает о чем речь. Похоже, на этой планете концепция подобных испытаний не была известна. Суперинтеллект все же не был богом. И ему совсем нет нужды делать такие вещи. Так как он не был результатом выдумки и не проходил все те этапы, когда человечество пыталось осмыслить противоречивость религии.

Но было странным, что колонию молекул он называет Богом. Сначала Линда было решила, что это местное название планетарного интеллекта, просто особенность изменившегося языка, пока поселенцы несколько веков находились в изоляции. Но потом поняла, что Кевин действительно считает суперинтеллект настоящим разумным существом. Обладающим сверхъестественными силами. Странно…

— А откуда ты пришла? — спросил Кевин, обратив внимание на необычную одежду девушки.

— Я… — Линда еще не придумала себе легенду, — издалека. Мы путешествовали с напарником, но рассорились и разошлись. А я потерялась.

Ну не могла же она сказать, что прилетела с другой планеты, и что Вейс решил нарушить все возможные инструкции и был убит их Богом.

— Так надо его найти! Он наверно еще не успел далеко уйти, — встрепенулся Кевин.

— Кевин… Это такого рода ссора, после которой мне не хочется к нему возвращаться, — осторожно сказала Линда. — Лучше расскажи, что здесь есть, ваш монастырь единственный в округе?

— Нет, еще есть Велес. Это город, там расположена наша епархия.

— А он далеко?

— В неделе пути, примерно. Но лучше вернуться к монастырю и идти по дороге, так будет быстрее.

— А на чем можно добраться в город? Ходит транспорт какой-нибудь?

— Транспорт? — не понял Кевин.

— Ну, машины, автобусы?

— Не понимаю, о чем ты.

Линда задумалась. Что если у них вообще нет техники? Или в монастыре искусственно ограничивают ее использование. Может это реконструкция древних времен, к примеру. Линда слышала о подобных тематических парках.

Также нельзя исключать, что на Сатере произошла регрессия до первобытного строя.

— Может, лошади? — сделала предположение Линда.

— Ло-ша-ди? — Кевин все еще не понимал, о чем говорит девушка.

— Вы что, ходите между городами пешком?

— Ну а как еще? — удивился Кевин. — Хотя Бог может перенести быстро, если понадобится. Я еще слышал, что епископ может перемещаться мгновенно куда хочет.

"Ого! Телепортация", — подумала про себя Линда. Хотя это вряд ли, суперинтеллект конечно способен на такое, но это скорее из разряда легенд. Скорее всего просто переносит по воздуху или создает на время транспортные средства.

В любом случае, Линда опасалась расспрашивать дальше, по всей планете такое или только в их тематическом парке. Потому что этим показала бы свое незнание местных условий.

— Думаю, я направлюсь в Велес, — сказала она. Попасть в город казалось хорошей идеей. А там разобраться на месте.

Вместе они поискали рюкзак Линды, но тоже не нашли. В принципе, там была только еда, карабины и лебедка. А еще сканер, который учитывая заваленную воронку, теперь был не особо нужен. Больше всего Линда жалела о потере палатки и спальника. Но учитывая средневековый вид Кевина, возможно не стоило их ему показывать.

— А ты куда теперь, вернешься в монастырь? — спросила Линда.

* * *

Кевин решился. Ему нужен был совет, что дальше делать. Раз Бог его не убил, то может Линда права и это было такое дурацкое испытание? Все существо Кевина и все его знания о Боге этому противоречили. Тот никогда не стал бы просить сделать такое. Он отлично помнил голос Господа, с которым часто общался. Он был полон доброты и сострадания.

Даже когда Бог наказывал кого-то, в его голосе звучали грусть и сожаление. Возможно, в Писании и описывались ужасные поступки Господа, но это было очень давно. Лично для Кевина Бог был лучшим другом, которому он безоговорочно доверял. И тем ужаснее было это задание.

Кевин не хотел молиться в присутствии девушки. Это каким-то образом вызывало у него смущение. Что конечно не красило его, как монаха. Но вид Линды, то как она независимо и самостоятельно держится, заставлял Кевина чувствовать себя маленьким мальчиком, бегущим за советом к взрослым. А это было неприятно. Даже стыдно.

Сказав ей чтобы отдохнула тут, а он пойдет пройдется и еще поищет рюкзак, Кевин ушел за деревья. Когда листва и ветки надежно скрыли его от Линды, Кевин встал на колени, сложил руки в ритуальном жесте и прочел нейтральную молитву.

— "Господи, помоги мне. Что мне дальше делать?"

Но Бог не отвечал. Кевин не знал, сердится или Господь на него или, может, обижается. А боги вообще могут обижаться? Вроде нет.

Ничего не добившись от Всевышнего, Кевин вернулся к Линде.

Они еще немного обсудили что делать дальше. Кевин пытался уговорить Линду пойти с ним, но та сказала, что ей еще рано идти в монастырь и глупо захихикала. Не поняв шутки, Кевин зато выяснил, что Линда собирается отправиться в город.

Он объяснил ей, как до него добраться. Направление выдерживать строго не нужно было, лес в том месте с двух сторон окружали дороги, сходившиеся к городу. Все что ей требовалось, это правильно выбрать сторону, когда выйдет на одну из этих дорог. Но там местность была относительно оживленной, по тракту путешествовали торговцы и обычные люди. В крайнем случае спросит у кого-нибудь куда идти.

И тут Кевину пришла в голову мысль. А не проводить ли Линду до города? Монах должен был возвращаться в монастырь, но это было когда Салавар передал ему задание Бога убить Линду. А сейчас ситуация изменилась. Что некоторым образом отменяло предыдущее задание и необходимость вернуться после обратно.

На молитвы Бог не отвечал, а значит выбор оставался за Кевином. Юноша почувствовал необычайное чувство свободы. Когда сам выбираешь куда идти и что делать. Кроме того, он не хотел оставлять Линду одну. Пока они искали ее рюкзак, у него сложилось впечатление, что она не очень хорошо ориентируется в лесу.

Ну и компания красивой девушки на ближайшую неделю однозначно была лучше, чем общество монахов в течение года. Тут парень себя тоже не обманывал. Кевин усиленно придумывал, что ему может понадобиться в городе. Но ничего в голову не приходило. Хотя он был уже готов сказать: "да просто так!" Этот вариант его тоже вполне устраивал.

А потом он вспомнил, что во время шквала отсутствовал настоятель монастыря. Который уехал за день до этого. И что он наверняка отправился в город к епископу.

Епископ! У Кевина возникло сразу две идеи. Во-первых, он мог сказать девушке, что ему надо найти своего настоятеля в Велесе и обсудить с ним испытание, о котором говорила Линда. А еще он может пойти сразу к епископу, чтобы тоже рассказать о произошедшем и попросить совета. Но ни к настоятелю, ни к епископу Кевин заходить не собирался.

Это был чисто предлог, чтобы проводить Линду. Во всем что касалось Бога, Кевин предпочитал говорить с ним напрямую, а не ориентироваться на мнение других людей. Конечно, он выполнял когда ему передают божью волю через других, но по той простой причине, что попытка обмануть Господа закончится вспышкой молнии с небес, а не потому что доверял их словам.

— А к кому в Велесе можно обратиться, если мне нужно что-то узнать? — спросила Линда.

— Епископ самый образованный человек в городе. И библиотека у них самая лучшая. Ты можешь записаться на прием, если хочешь, — Кевин обрадовался, что у девушки тоже появилась необходимость посетить епископа.

Он рассказал ей сразу обе версии, для надежности. На вопрос Линды, а его точно не будут ждать в монастыре, Кевин сказал что точно. Что это в порядке вещей делать своего рода паломничество, если того требует божья воля или душа.

На том и порешив, оба расположились на ночлег, так как к этому времени уже стемнело. Они быстро перекусили остатками вяленого мяса. Кевин отдал девушке свой плащ, в который она закуталась. А себе подготовил кучу из широких листьев, под которые забрался. Он часто так делал в дороге, это было удобно и почти не уступало плащу.

Небо было черным, звезды закрывали нависшие тучи.

Глава 2

На следующий день они отправились в путь.

По пути Линда рассказала, что когда случайно вышла к воронке, то решила там заночевать в каменном строении. Но потом начался шторм, здание разрушилось и ей чудом удалось спастись. Она потеряла во время ветра рюкзак, а дальше он все видел.

Кевин в свою очередь рассказал, что он понятия не имеет что это за место. Никогда здесь не был и не знал, что такие постройки вообще бывают. Предназначение центрального круга он тоже не знал. Его просто послал помощник игумена в это место, Бог сказал найти здесь женщину и убить. Это все что ему известно. Возможно, епископ или настоятель знают больше, надо будет у них спросить.

Линда тоже подумала, что это хорошая идея. Особенно хорошо было бы выяснить, как давно воронка образовалась. Посещал или ее кто-то и происходили ли тут странные события. Ей до сих пор было непонятно, ядро оставалось пустым или нет.

Сканер показал, что оно полное, но при этом активированное. Поэтому она тогда так смело полезла его переключать. Она была уверена, что это ошибка сканера, потому что эти две вещи не могли совмещаться. Оставался хороший вопрос, был ли связан последующий шторм с ее действиями.

Но пришла к выводу, что скорее всего нет. Вероятнее всего, что это происки суперинтеллекта, который показывал им свое недовольство. Из-за того, что они лезут куда не надо. А может это вообще регулярные погодные события над этим местом, кто знает… Н-планеты каждая была странной по-своему. Хотя до сих пор воронка оставалась в целости, а после их с Вейсом прихода разрушилась. Это немного беспокоило.

Путь пролегал по просторному лесу. С этой стороны было меньше кустарников. Сначала они шли в сторону монастыря, но постепенно отклонились и пошли к городу. Кевин отлично ориентировался, Линда это сразу поняла. Он смотрел на солнце и учитывал время суток. Он также приглядывался к известным ему одному особенностям роста растений, когда они проходили мимо. К примеру, с одной стороны болот преобладали высокие стебли, похожие на осоку. Кевин объяснил, что они растут всегда с северной стороны. Фильтруют приносимых ветром мошек, а роящиеся у корней угри питаются этим мошками. И сами в то же время рыхлят дно и тем самым позволяют расти этому типу растений.

Линда расспрашивала Кевина обо всем. Стараясь не показывать свою неосведомленность об устройстве мира, конечно. Поэтому большинство вопросов касались природы вокруг и жизни Кевина в монастыре. Для человека, пришедшего издалека и не знающего местные растения, эти темы казались относительно безопасными.

На вопросы о себе Линда уклонялась, аргументируя это тем, что ей тяжело вспоминать время, проведенное с Вейсом. Врать про напарника было неприятно, но это было отличным прикрытием. Так Линда могла выяснить максимально много, не раскрывая при этом своего прошлого.

На ночь они остановились у озера, в середине которого плескалась рыба. Кевин посетовал, что у него нет удочки, а то он наловил бы ее к ужину. Но когда он шел сюда, то был занят совсем другими мыслями, поэтому почти ничего не взял с собой.

Молиться он пока не пытался, опасаясь что Бог может дать новое задание. Или начнет расспрашивать, почему он не выполнил прошлое. Кевин не очень поверил Линде про испытание на хорошесть. Но других объяснений он не видел, а узнавать было страшновато.

Кевину нравилось идти вместе с Линдой. Девушка шагала легко. Как и ему, ей пришлось в предыдущие дни пройти большое расстояние. Поэтому мышцы привыкли к такой работе и они без проблем преодолевали большое расстояние, делая редкие привалы.

Линда наконец выяснила, чем питаются путешественники. Кевин показал ей несколько съедобных растений, которые были на вкус как салат. Только немного жирнее, поэтому неплохо утоляли голод. Еще в земле имелись разные корешки, но для них нужна была вода, чтобы отмыть их от земли.

Девушка старалась запомнить, как выглядят съедобные виды. Но растительность на Сатере была разнообразной, многие листья выглядели похожими друг на друга. Линда не была уверена, что смогла бы их отличить. Так что она была рада, что юноша отправился с ней. У них был похожий возраст, оба сходного телосложения, что позволяло им держать одинаковый темп ходьбы. Только Кевин был немного выше нее и более худой.

В одном месте они встретили животное, похожее на оленя. Кевин зачарованно наблюдал за ним, объяснив что это большая удача. В отличие от мелких животных, которых можно легко наловить, крупные были очень осторожны и редко попадались на глаза человека. А встретить хищника было почти невозможно. Те заранее избегали любого контакта. Благодаря развитой растительности и количеству травоядных, недостатка в своей стандартной добыче они не испытывали.

Еще они говорили о Боге. Сначала это были побочные фразы, которые Кевин употреблял по привычке. Но потом стали обсуждать целенаправленно. Кевин поделился своими мыслями, что настоятель слишком много на себя берет, диктуя волю Господа. Когда любой может обратиться к Богу напрямую, зачем нам тогда дополнительные проводники?

Было необычайно легко рассказывать такие вещи Линде. Девушка была умной, слушала внимательно и задавала подходящие уточняющие вопросы. Никогда еще Кевин не мог с кем-то поговорить так по душам. "Эффект незнакомца", как объяснила Линда. Что это такое Кевин не знал, но после пояснений согласился, что в этом есть смысл.

Он жаловался Линде на скуку, которая царила в монастыре. Что он не видел смысла в трехразовых службах каждый день. Проповедники повторяли то, что и так все знали. Так зачем это все тогда? А еще он не понимал остальных братьев. Казалось, что во время служб им это интересно и они реально это слушают. В отличие от Кевина, который витал в облаках и думал то об поджаренной курочке, то о том как избежать работ, отпросившись в лес за ягодами, когда был сезон.

Линда смеялась и говорила, что она тоже свихнулась бы от скуки при такой жизни. Кевин представлял, что она сбегает, как и он, за ягодами. И это их объединяло. Ни с кем ему еще так не было хорошо.

"Кевин", — раздался в его голове голос Бога, когда они отошли уже далеко, на второй или третий день, — "отведи Линду в монастырь".

Кевин замер. Только не это! Вернулась вся робость, привитая за целую жизнь. И что теперь ему делать?

"Кевин", — снова прозвучал мысленный голос, — "не отводи Линду в монастырь".

"Эээ…", — недоуменно подумал Кевин. Так вести или не отводить? С таким он раньше не сталкивался.

Прошло несколько минут, пока они шли дальше. Кевин немного отстал, чтобы Линда не видела, что он ведет мысленный разговор. И продолжал ждать, что еще скажет Господь. Пусть уже определится, чего он хочет.

Устыдившись таких крамольных мыслей, Кевин уже почти хотел начать объяснять Господу, что они идут в Велес к епископу, но тут голос Бога снова сказал:

"Кевин, отведи Линду к епископу".

И зачем-то снова повторил:

"Кевин, отведи Линду к епископу".

Успокоившись, что в этот раз нет противоречия, и обрадовавшись что это совпадает с их с Линдой планами, Кевин кивнул и ускорил шаг, догнав девушку.

* * *

К Велесу они подошли на восьмой день. Дорога обоих утомила, особенно Линду, которая не привыкла к таким долгим пешим путешествиям. Но общество Кевина скрасило дорогу, поэтому она не жаловалась.

Поначалу она обдумывала, когда и как рассказать парню про суперинтеллект и как это устроено на самом деле. Но потом решила, что нужно сначала посмотреть что в городе. А рассказать всегда успеет.

Велес представлял собой небольшой городок из двухэтажных зданий с черепичными крышами. Причем большинство зданий на первом уровне были сложены из камня, а второй этаж был деревянным. Резные ставни на окнах были открыты, улицы казались чистыми (по крайней мере, такими выглядели издалека), а около домов имелись небольшие палисадники с цветами. "Красиво…", — отметила про себя Линда.

Никакого механического транспорта Линда действительно не увидела. А также лошадей или чего-то подобного. Но у городских ворот стояла телега, вокруг которой столпилось несколько человек, отчаянно споривших и жестикулировавших. Ну как телега, скорее аналог большой тачки. Повозка, которую спереди тянули двое человек, а еще двое толкали сзади. И еще один сидел, направляя ее движение. Линда подозревала, что они регулярно сменяют друг друга.

Но сейчас телега стояла, похоже у нее слетело с оси колесо. Несколько человек спорили рядом с повозкой. Иногда кто-то складывал руки в ритуальном жесте или становился на колени.

— Что случилось? — спросил Кевин, когда они подошли ближе.

— О, монах! Попробуй поднять телегу, Бог оставил нас, — возница обрадовался, увидев одежду парня.

— Бог никого не оставляет, — нравоучительно произнес Кевин. Но тут же смутился своей важности и замолчал.

— Ну-ну, — усмехнулся возница.

— Я пробовал единственницу, утренницу или даже полуденницу, ничего не помогает, — к ним подошел еще один мужчина в крестьянской одежде, который до этого становился на колени и молился.

Линда с интересом наблюдала за сценкой. И что же сейчас будет делать ее Кевин, как он собирается поднять такую тяжелую телегу? С которой не справились пять человек. Попросит об этом суперинтеллект? И неужели тот откликнется…

Но Кевин не стал терять время зря. Он подошел к телеге, осмотрел ось, которая сейчас перекосилась и смотрела в сторону земли. Не давая из-за этого надеть на нее колесо. Зачем-то потрогал ось. Потом отступил на несколько шагов, опустил голову вниз и вытянул руки в сторону повозки.

Каково же было удивление Линды, когда телега сама приподнялась до ровного положения. Тут же возница со вторым человеком подбежали к ней и ловко надели колесо на ось.

— Спасибо, парень! Не хворать тебе! — крикнул возница, прежде чем запрыгнуть на козлы.

— И вам того же, добрые люди, — ответил Кевин.

— Может вас подвезти? — спросил возница, прежде чем тронуться в путь. Остальные уже занимали свои места, готовясь толкать телегу.

Но городские ворота были совсем близко, поэтому Кевин мотнул головой:

— Не надо.

Еще раз подняв руку в знак прощания, возница тронул повозку, которая медленно покатилась к городу.

Линда шла, задумчиво теребя в руках цветок вроде ромашки, который она сорвала недавно. То есть, суперинтеллект откликается на такие просьбы, значит. Но поднять телегу это довольно энергоемко, было странно, что он это сделал. Обычно на н-планетах местные интеллекты в лучшем случае утруждают себя информационным контактом. Другими словами, максимум разговорами с людьми. И то не всегда. Это человек приспосабливается к жизни рядом с суперинтеллектом, а не наоборот.

А здесь физическое действие, да еще и по запросу. Удивительно.

— А часто Бог так помогает? — спросила Линда Кевина, прежде чем прикусила губу, такие вещи она по идее должна знать сама, раз прикидывается местной жительницей.

Тот странно посмотрел на нее, но ответил:

— Да постоянно. О чем попросишь.

— Хм…

— Я слышал даже, что некоторые ничего сами не делают. Обо всем просят Господа. Но наш настоятель говорит, что "Великие дела требуют великих жертв! А мелким зайцем будешь сыт один день",— продекламировал Кевин, имитируя чей-то голос. Линда догадалась, что так наверно разговаривает настоятель монастыря.

— Хотя я не помню ничего такого в Писании, — добавил Кевин.

"Надо будет почитать это Писание", — сделала для себя отметку Линда.

— В общем, это значит что если просить много и мелкие вещи, — продолжал в это время Кевин, — то когда у тебя возникнет настоящая нужда, Господь тебе не поможет. Потому что ты исчерпал свой лимит запросов.

"Запросов", — повторила про себя Линда.

— А если ты делаешь все сам, а к Богу обращаешься в случае только большой нужды, то он обязательно придет к тебе на помощь. Так и епископ говорит, кстати.

Кевин умолчал, что совсем недавно попросил у Бога запеченную курицу. Вряд ли это относится к большой нужде.

"Так, это непохоже на тематический парк", — подумала Линда, когда они вошли в город. Она видела по тысяче мелочей, что люди здесь так действительно живут. Обычно при реконструкциях напоказ выставляются характерные предметы или занятия древних людей. Но здесь не было ничего напоказ. Никто не пытался выставить на обзор вида: "Смотрите, у меня тут деревянное корыто! Я настоящий сельский житель, стираю тут белье прямо посреди центральной площади, ой, выпал телефон".

Похоже, что здесь произошла регрессия. По крайней мере в этой местности или стране, в других частях планеты может быть иначе. Регрессия была очень редким событием, потому что такие колонии быстро вымирали. Одно дело, когда вы из слаборазвитого общества развиваетесь в цивилизацию. У вас есть потенциал, который направлен вверх и делает это возможным.

И совсем другое, когда вы из технической цивилизации деградируете в средневековое общество. В таком случае ваш потенциал направлен вниз и ведет к вымиранию. Те причины, по которым вы деградировали, продолжают действовать, пока вы совсем не исчезните.

Впрочем, иногда получившиеся при регрессии тяжелые условия жизни получают обратную реакцию, что-то вроде ответного действия иммунитета, который все восстанавливает. В жизни по-разному бывает…

Нужно было скорее попасть в библиотеку, ознакомиться с местным уровнем знаний. От этого будет зависеть, какую лучше Линде применить тактику. Попытаться интегрироваться в общество или искать ответы и попробовать выбраться с планеты. Лучше всего это было выяснить у суперинтеллекта, а знания людей использовать для подкрепления и проверки, что тот не врет. Но планетарный интеллект упорно молчал, сколько бы Линда к нему не обращалась.

Чем ближе они подходили к городу, тем мрачнее становился Кевин. А когда они зашли в Велес, то совсем загрустил. Девушка догадалась, что тому не хочется с ней расставаться, и улыбнулась. Это было мило.

— А что, Кевин, какие у вас тут в городе есть развлечения? Таверна, цирк, может рыцарские турниры?

И рассмеялась. "Никогда не думала, что буду задавать такие вопросы всерьез".

Кевин оживился:

— Таверна есть, но лучше сначала найти место при соборе. Там дают приют паломникам. И мы тоже сможем расположиться.

— А, ну да, ты же монах.

— Не в этом дело. Там может остановиться любой, это часть служения. В таверне комнаты не сдаются, только кормят.

— Значит сначала заселяемся в соборное общежитие, а потом идем в таверну?

Кевин проигнорировал незнакомое слово, просто кивнул и пошел в сторону большого храма, стоящего на холме в северной части города.

Когда они пришли в собор, то выяснили, что целое крыло здания было посвящено путешественникам. Можно было расположиться в общем зале на полу, что многие и делали, принеся с собой покрывала. Но также было несколько небольших комнат. По какому принципу распределялись посетители, Линда не поняла. Наверно по презентабельности внешнего вида.

Ее одежда была порвана в несколько местах, когда ее ранило в обрушившемся здании у воронки. За время пути Линда постаралась заделать основные порезы, оторвав с пояса тонкую полоску ткани и соединив края дыр своего рода тесемками на узелках. Но дежурную консьержку (или как это называется в соборе) это не впечатлило.

Поцокав языком, она отправила молодых людей выбрать себе одежду получше. В отдельном помещении висели и лежали на столах разные виды одежды. Всей работой, в том числе стиркой и ремонтом занимались мелкие чины монастыря. Их называли трудниками, как объяснил Кевин.

Выбрав себе более менее чистую длинную рубаху, Линда подпоясалась нашедшимся здесь же ремнем. Получилось симпатичное короткое платье. Юбок в наличие не было, поэтому пришлось выбрать подходящие по размеру штаны. "Вот я и вписалась в местное общество", — с некоторым удовлетворением подумала Линда. Хотя ее старый комбинезон было немного жаль. Но он уже почти не подлежал ремонту, так что сожалеть не было смысла.

— А нам не нужно за это платить? — спохватилась Линда. "У нас вообще есть деньги?", — подумав про себя.

— За одежду нет, это церковная. А за остальное как получится.

— А что мы будем есть, как покупать?

Пока они шли в лесу, с умениями Кевина насчет этого не возникали вопросы, но сейчас стали актуальны.

— Ну, мы всегда можем сходить в лес и там найти там что поесть, как раньше. Или тут заработать. Это ведь город, здесь каждый будет рад переложить на тебя свои бытовые заботы. Если много не требовать.

— Понятно… — протянула девушка. Работать не входило в ее планы, ей была нужна информация. Но видимо придется.

— А нельзя попросить у Бога?

Кевин снова посмотрел на нее:

— Так попроси сама, в чем проблема?

Он за прошедшую неделю уже осмелел и не носился с ней, как с нежным цветочком. Линде это нравилось. Она ненавидела, когда с ней сюсюкаются. Нет, внимание и нежности приятны, конечно. Но когда нужно делать дело, то предпочитала чтобы к ней относились на равных. Без поблажек.

Причиной этому была ее профессия пилота. Для управления кораблем нужно знать много технических деталей. А в критических ситуациях надо действовать сообща. Нет ничего хуже, чем если бы кто-нибудь бросил свою часть работы и ринулся помогать ей, потому что она девушка. Из-за чего они все погибли бы.

Но как выкрутиться из этой ситуации, Линда не знала. Насколько она поняла, здесь все могут свободно общаться с суперинтеллектом. И он почти всем отвечает. Но вспомнив, как у входа в город люди не могли починить телегу, нашла выход:

— Он мне что-то редко в последнее время отвечает. Не хочу гневать слишком частыми запросами.

Это Кевин должен был понять. Так и произошло.

— Я думаю, из-за моей монашеской жизни Бог чаще выполняет мои просьбы. Может настоятель был и прав со своими нотациями. Извини. Если что-то понадобится, скажи мне, а я попробую получить это у Господа.

Кевин не был уверен, что такая хитрость сработает. Бог же и так знает кто что хочет. И все видит. Но ему хотелось помочь Линде, поэтому он говорил то, что девушка хочет услышать.

* * *

Кевин отвел Линду в таверну. У них не было денег, поэтому они зашли просто посмотреть. Таверна Линду не впечатлила. Да, там стояли деревянные столы, но усталые люди за ними только ели и все. Никаких бардов и танцев с эльфийками.

"Похоже, я не совсем верно представляла себе таверны", — подумала Линда.

— Нам нужно найти настоятеля или попробовать попасть к епископу. Тогда я смогу получить там немного монет за счет монастыря. Ну или поискать работу в городе.

— Идем к епископу. — Линда хотела сначала выяснить как можно больше.

Они вернулись к собору и записались на прием. Служка сказал, что ближайшее посещение станет доступно не раньше, чем через четыре дня.

Но когда они уже уходили, догнал их и сообщил, что епископ будет счастлив принять их прямо сейчас. Кевина и Линду проводили на третий этаж, где находился большой зал приемов. Они вошли в высокие резные двери, в конце зала было что-то вроде трона, на котором сидел высокий худой мужчина в золотых одеждах.

Епископ жестом отправить охрану за дверь, а потом так же жестом подозвал их к себе. Кевин и Линда приблизились к мужчине. Кевин еще издалека заметил, что епископ сегодня какой-то необычный. Он дергался, отводил глаза и сжимал скулы. Кевин несколько раз видел епископа, хотя на приеме ни разу не был. во время обычных соборных служб, когда посещал город. И еще как-то епископ приезжал к ним в монастырь, еще до того как оттуда убрали дубильню. Тогда он выглядел как степенный мужчина с высоко поднятой головой.

Но сейчас епископ скорее напоминал, как себя вел Салаван, когда давал ему поручение. У Кевина тревожно заныло под ложечкой.

Когда они приблизились, епископ встал и пошел к ним навстречу. На нем был длинный балахон, в котором он прятал руки. Кевину не понравилось, как мужчина смотрит на Линду.

Неожиданно лицо епископа исказилось от ярости. Он выхватил из-под полы балахона кинжал бросился на Линду, целясь ей в горло. Девушка ахнула и отшатнулась, споткнулась и упала на спину. Кевин успел оттолкнуть епископа в сторону, но тот не поддался, а лишь сделал шаг в сторону по инерции. Обратив внимание на Кевина, епископ вытянул кинжал в сторону Кевина и приготовился делать выпад. В его глазах читалась смерть.

Линда, лежа на полу, приподнялась и вытянула обе руки в сторону епископа, отогнув ладони в стороны. Словно распускающийся цветок. С ладоней девушки сорвалась струя пламени, охватив епископа. Тот закричал страшным голосом, упал на пол и начал биться в агонии. Кевин ошарашенно смотрел на все это. Линда выглядела потрясенной не меньше него.

Опомнившись, Кевин помог подняться Линде и потащил ее прочь из зала. К этому моменту епископ уже затих, лишь немного дергаясь. Ужасно пахло горелым мясом.

Они выскочили за дверь, один из охранников спросил:

— Аудиенция уже закончилась?

Кевин кивнул, отведя взгляд в сторону. Ни смотреть на охрану, ни говорить что либо он сейчас был не способен. "Как они могли ничего не слышать, стоят ведь сразу за дверью?" — на автомате подумал Кевин. Линда покорно тащилась на монахом, который упорно тянул ее вниз по лестнице и потом на улицу. Казалось, будто она обмякла и не понимает, что происходит.

На улице в лицо Кевину подул свежий воздух. Он чуть приободрился и еще быстрее потащил за собой Линду. Все к чему он стремился, это поскорее убраться отсюда. Больше ни о чем думать в этот момент послушник не мог. Убраться подальше и не отпускать руку Линды.

Они пересекли город, иногда переходя на бег, а иногда двигаясь быстрым шагом. За воротами Кевин сразу свернул с основной дороги и отправился по полю к ближайшему краю леса. Но и там не остановился. А двинулся вперед. Потом сделал небольшой поворот и снова углубился в лес, пытаясь замести следы и сбить с толку преследователей.

Еще когда они только забежали в лес, то услышали со стороны города крики. О чем там кричали из-за расстояния было не понятно. Но звуки погоди угадывались безошибочно. Хотя обоим казалось, что прошло много времени, на самом деле все это заняло от силы несколько минут. Как раз пока охране надоело ждать за дверью и они заглянули внутрь.

Кевин и Линда тяжело дышали от бега. Разговаривать не было ни сил, ни возможности. Наконец, Кевин остановился и сел прямо на землю. Линда последовала его примеру. Погони пока не было слышно, а им очень был нужен отдых.

— Что это было, Линда? — просил Кевин, когда они отдышались.

— Я не знаю…

— Но ты облила его огнем!

Линда замолчала, задумавшись и не зная что сказать. Потом произнесла:

— Сама в шоке. А почему он на меня кинулся?

— Понятия не имею. Но когда он еще шел к нам, показался мне странным. Я его таким никогда не видел.

— Он хотел… убить меня? — дрожащим голосом сказал Линда. — И до этого ты тоже… Ему что, Бог велел это сделать?

Теперь пришла очередь задуматься Кевину.

— Ты знаешь, наверно ты права. Это сходится. Но почему, зачем?

— Это я тоже хотела бы знать.

— А что ты сделала, как ты его его сожгла?

Линда вспоминала, что она тогда чувствовала.

— Мне просто хотелось его остановить. Что-то оттолкнуть от себя, чтобы его отбросить. Но я не знала, что так получится. Кевин! Он хотел тебя пырнуть тем ножом! — глаза Линды расширились от ужаса, она вспомнила этот момент.

— Да, это верно. Ты спасла меня. Но все же, я не понимаю как это произошло. Ты что-нибудь еще помнишь?

— Да не знаю я ничего! — взорвалась девушка. — Я вообще ничего не понимаю! Может у вас в вашем сраном средневековье это обычное дело!

— В средне… что? А, ладно, сейчас не до этого. То есть, ты не специально тогда?

— Нет… А ты такое видел раньше?

— Никогда. Я даже не знал, что такое возможно.

Оба помолчали какое-то время. Наконец Линда сказала:

— И что нам теперь делать? Нас могут найти с собаками?

— С собаками… — горько усмехнулся Кевин, — зачем? Достаточно спросить у Бога где мы и все.

— А ты не можешь сам спросить у него, что происходит? Мне он ни разу не ответил, как мы с тобой встретились.

— Не сейчас.

Кевину очень не хотелось обращаться к Господу. У него было ощущение, что стоит ему произнести молитву и о них местоположении сразу станет известно.

— Надо идти.

— Куда? Вернемся за вещами в собор?

— Ну уж нет, — Кевин энергично помотал головой, — туда нам точно возвращаться нельзя. Уйдем дальше в лес.

Они встали и пошли дальше. Успев чуть отдохнуть, перешли на бег. Время от времени Кевин немного менял направление, чтобы если кто-то возьмет их след, то хотя бы не могли определить в какую сторону они отправились.

"Ке-ви-и-ин…" — раздался в голове парня голос Бога. Звук был хриплым, перебивался какими-то шумами, странно растягивая тона, — "Отведи Линду к епископу".

Кевин аж споткнулся от неожиданности. Это что получается, епископ остался жив? Если так, то это хорошая новость. Но вести Линду к епископу он не собирался.

Вместо этого Кевин рассказал Линде про голос, который только что услышал. Они перешли на шаг и обдумывали сказанное.

— А может, это мы должны были остановить спятившего епископа? Что если это было наше задание? — осенило Кевина.

— Нет, вряд ли, — ответила Линда. — Я для таких заданий точно не предназначена.

Девушка была задумчива. Она посмотрела на спутника и сказала ему:

— Все упирается в то, что суперин…, то есть, Бог, может и так убить кого хочет. Поверь, я знаю это. Так что во всем этом нет смысла. Здесь какая-то другая причина. Но я не могу понять, какая.

Они снова шли какое-то время молча. Потом Линда начала рассказывать свою идею:

— Скажи, Кевин, тебе знакомо понятие Дьявола?

— Дьявола?

— Ну да. Чистое незамутненное зло и все такое.

— Нет, не понимаю. Кто такой этот Дьявол?

— Это как бы противоположность Богу.

— Но у Бога нет никакой противоположности. Бог един.

— Так, ладно, мне нужно подумать.

И девушка действительно погрузилась в раздумья. По всему выходило, учитывая рассказ Кевина о том, как его учитель, или наставник, или кто там, изменился в лице, когда давал ему задание убить ее. А сейчас она буквально видела то же самое у священника. Это выглядело как одержимость.

Нужно было обсудить это с Кевином, выяснить подробности. Но тот упорно не понимал концепцию зла из религии. Что и неудивительно. Хотя ноосферу можно было легко принять за сверхъестественную личность, наделить ее добрым или злым характером, в зависимости от проявления ее действий. В реальности здесь не существовало принципиального зла. Поэтому местные люди не были знакомы с таким понятием.

— Ты помнишь, как рассказывал, что твой наставник себя странно вел?

— Салаван?

— Да, он.

— Помню, но причем тут это?

— Скажи, как думаешь, он сам все это делал или им кто-то управлял? Бог может контролировать людей?

— Может, конечно, — для Кевина это было очевидно. — Он же всемогущий. Но у Салавана было другое. Он получил задание от Бога и не мог его не выполнить. Но оно было ужасным, поэтому он страдал, передавая его. Я это очень четко тогда видел.

— Даже так…

Линда снова задумывалась. В этом тоже был смысл. Если люди вынуждены выполнять любую божью волю, то некоторые из заданий будут неприятны. Это может привести к гримасам и необычному поведению.

Линда попыталась вспомнить, как выглядело лицо епископа, когда тот напал на них. Было ли оно искажено грустью, безысходностью, отвращением или яростью? Память не давала восстановить картину, все произошло слишком быстро. А воспоминания о горящем епископе перебивали по своей силе предыдущие.

— Думаешь, епископу Бог велел меня убить, но он не хотел?

— Не знаю… Возможно. Не могу сказать точно.

Кевина тоже смущало искаженное злостью лицо епископа. По крайней мере, каким он его запомнил. А еще, когда тот повернулся к нему, к Кевину, то во взгляде епископа он однозначно читал смертный приговор себе тоже.

У Салавана все было как-то иначе. Более человечно, что ли… Но с другой стороны, Салавану не нужно было лично совершать убийство. Кевин вспомнил себя, когда стоял с ножом над спящей Линдой. Что он тогда чувствовал. Что если епископ проходил такую же метаморфозу, только у него получилось? Озлобиться до нужной степени, впасть в ярость, достаточную для выполнения божьей воли. Кто знает…

Кевин поделился своими мыслями с Линдой. В итоге они оба согласились с тем, что пока ничего не понятно. Сделав еще один рывок бегом в течение десяти минут, снова в немного отличающемся направлении, парень с девушкой перешли на шаг, чтобы отдохнуть.

— А ты можешь… ну, повторить? — спросил вдруг Кевин.

— Сейчас попробую. — Линду тоже заинтересовал этот вопрос.

Они остановились, Линда попыталась вспомнить что она тогда делала. Вытянула перед собой обе руки, отогнула ладони во внешнюю сторону, как распустившийся цветок на конце рук.

Но ничего не произошло. Линда выбрала ближайшее дерево в качестве цели, повторила жест еще несколько раз. Ничего.

— Ты говорила, что хотела что-то оттолкнуть от себя.

"Точно", — подумала Линда. Она вспомнила то ощущение. Направила руки в сторону дерева, стараясь в точности воспроизвести тот жест. Потом попыталась восстановить то ощущение.

Из рук девушки вырвалась струя пламени. Мгновенно объяв невысокое дерево, которое затрещало от жаркого пламени. Кевин с Линдой стояли потрясенные. Дерево быстро прогорело и упало обугленной дымящейся палкой.

— Еще! — хрипло произнес Кевин.

— Подожди! — Линда заозиралась, — А нас не увидят по пламени?

— Нет, сейчас день, огонь не видно. А дыма почти нет, он быстро рассеивается. Да и мы ушли далеко.

— А если они совсем рядом? — Линда имела ввиду погоню.

— Очень маловероятно, — хмыкнул Кевин, — они же не знают куда мы пошли. Им надо прочесывать большой сектор леса. Шансов натолкнуться на нас почти нет.

— Почти, — улыбнулась Линда.

— Линда, прошу. Я такого никогда не видел. Еще раз, чтобы убедиться что это не случайность.

— Ладно.

Девушка сложила руки, вытянула их, теперь в сторону другого дерева. Но ничего не произошло. Она попробовала еще раз, и в этот раз получилось. Из ладоней, точнее, с небольшого расстояния после ладоней (как теперь заметил Кевин, когда приглядывался), прямо в воздухе возник огонь. Который с ревом и жаром, расширяясь на узкий конус, помчался куда указывала Линда.

Второе дерево тоже вспыхнуло, быстро прогорело и упало.

— Доволен? Может еще раз? — иронично подняла бровь Линда.

— Достаточно, — буркнул Кевин.

— Как ты это делаешь? — спросил он через некоторое время.

Линда объяснила как держит руки и что чувствует в этот момент. Кевин попытался несколько раз, но у него ничего не получилось.

Решив потренироваться по пути, они снова отправились дальше.

* * *

Когда наступили сумерки, Кевин заявил, что они ушли достаточно далеко. И теперь нужно подумать, что делать дальше.

Линда за это время, что они шли, уже соскучилась по ощущению ревущего пламени, вылетающего из ее рук. И хотела применить полученный навык снова. Но Кевин отговорил ее, сказав что в сумерках это уже может быть видно. И предложил отложить до утра. С неохотой Линда согласилась.

Они устроили себе постели из травы с широкими листьями, как ее научил Кевин. Расположившись внутри густых кустов, которые не просматривались с других сторон.

— Кевин, — начала девушка, когда они уже лежали. — Спасибо тебе.

— За что?

— За то, что вытащил меня оттуда.

— А, это. Всегда пожалуйста. Тебе тоже спасибо.

— А мне за что?

— Ты ведь спасла меня тем пламенем.

— Точно, — теперь и Линда вспомнила об этом.

— Тогда мы оба друг друга спасли, значит.

Кевин улыбнулся, Линда тоже. Так и уснули, под редкое пение далеких ночных птиц.

Небо было темно-синим, с западной стороны еще угадывалось красноватое свечение закатного солнца. А над ними ярко сияли крупные разноцветные звезды.

Глава 3

И пока они вчера шли, скрываясь от погони, и перед тем как заснуть, Линда много думала над физической природой этого явления.

Понятно, что планетарный суперинтеллект мог создавать пламя, которое кажется что возникает из ниоткуда (на самом деле стимулированная реакция окисления). Как и все остальное. Просто в сумме это не укладывалось в логику. Что за дурацкие игры в попытки ее убить? Вейс взлетел на двести метров и мгновенно испарился. Что мешает протоинтеллекту сделать с ней то же самое?

Утром нужно было решать, что делать дальше. Кевин предлагал вернуться в монастырь. Там он собирался уговорить монахов спрятать Линду. Вот только он не был уверен в настоятеле. В городе они его не встретили, возможно он уже выехал обратно в монастырь. А может ездил вообще в другое место.

Или можно было двигаться дальше. К следующим городам, пока не найдется место, где про Линду забудут. Хотя это вряд ли. Покушение на епископа это не то, что можно простить. И это если он еще жив. На момент, когда Бог снова сказал ему отвести Линду к епископу, еще можно было быть относительно уверенным, что тот жив. Но вовсе не обязательно, что так осталось и дальше. Может епископ слишком сильно обожжен и умер позже.

Что больше всего удивляло Кевина, это почему их до сих пор не нашли. Любому благочестивому человеку достаточно было помолиться, чтобы узнать их точное место. Бог может перенести стражников прямо к ним. А может их перенести прямо в тюрьму. Или наказать сам. Но второй день ничего этого не происходит. Кевин терялся в догадках. И в то же время опасался спрашивать у самого Бога, так как не хотел привлекать к себе его внимание.

Линда решила рассказать все Кевину.

— Ты с другой планеты? — спросил тот, как только услышал эту новость.

— А ты знаешь про другие планеты?

— Конечно. Это все изучают в школе.

— А про космические корабли?

— Разумеется. Но к нам ведь никто не может пробиться, как тебе это удалось?

Линда испытала огромное облегчение.

— Я думала вы регрессировали обратно.

— Регресси… что?

— Ну, деградировали. Обратно эволюционировали в средневековое общество.

— А, нет. Мы не деградируем.

— А откуда вы знаете про планеты и корабли?

— Бог нам рассказывает. Как и все остальное.

— Но почему тогда у вас нет техники?

— А зачем она нам? Да мы и не знаем, как ее сделать. О существовании машин, кажется так это называется, мы знаем только из рассказов Бога.

— Ну а как строить что-то, канализация там, прочие удобства?

— С божьей помощью.

Линда захихикала, так смешно это прозвучало.

— А медицина?

— Бог лечит.

— Гм…

Линда задумалась. А действительно. Если даже чтобы поднять груз они вызывают суперинтеллект. Может Кевин и прав. Он уже рассказал ей историю с курицей, что изрядно позабавило Линду. Но также показало ей, что от голода тут не умрешь. Если умеешь молиться.

— А оружие, как вы воюете?

— Мы не воюем. Как тут воевать-то? — Кевин поднял палец, показывая вверх.

— А, ну да. Бог не позволяет?

— Верно.

Но тут Линда нашла, как ей казалось, неоспоримый аргумент.

— Но мы тут ходим и сбиваем ноги. А могли бы ехать в комфорте в поезде.

— Я не знаю, что это такое. Но если очень нужно, можно перенестись быстро с божьей помощью. Это только у нас с тобой такие… Сложные обстоятельства.

А вот чего Кевин совсем не знал, так это о внутреннем устройстве их "Бога".

— То есть, Бог это колония расплодившихся молекул в атмосфере?

— Не только в атмосфере. Везде. В почве, в воде. Даже в наших телах.

— Но как такое возможно?

— Понимаешь, есть такая штука, как эффект масштаба. Пока ты записал свои мысли на клочке бумаги, это просто одна твоя запись. Но когда появляется библиотека, это дает скачок в развитии всего человечества. Следующие поколения получают знания уже из нее, что приводит к новым последствиям.

— Это я понимаю, но как неразумные молекулы могут стать разумными?

— Сами по себе они остаются неразумными. Но их комбинация из-за огромного количества проявляет признаки, которые мы с тобой считаем похожими на разум.

— Но Бог живой или нет?

— Кевин, ты невнимательно слушал. Твой бог это не существо. Это эффект масштаба. Он появился, когда у системы возникли новые свойства из-за ее размера. Как влияние библиотеки на прогресс всего человечества по сравнению с влиянием одной записки. Понимаешь?

— Не очень. А Бог везде есть, на каждой планете?

— Нет, вовсе нет. Это называется н-планета, от старого слова "ноосфера". Тогда оно имело другое значение, что-то вроде суммы всех знаний планеты. Но сейчас это буквально вся планета.

Линда, дав Кевину немного времени на осмысление, продолжила:

— И, строго говоря, мы считаем это заражением.

— Заражением?

— Иногда эти наборы молекул передаются с планеты на планету. С кораблями или людьми. Размножаются в атмосфере и заражают новую планету. Вот так это происходит.

— Но это же хорошо, разве нет? У них появляется свой Бог.

— Кевин! Это не Бог. Это заражение, которое влияет на вашу жизнь. Без него вы были бы свободны и делали что хотели. А протоинтеллект ограничивает ваши возможности.

— Но Бог может лечить, дает нам все что нужно!

— Ага, а без него вы летали бы к звездам.

Кевин умолк.

— Кевин, ты хотел бы полететь к звездам? Посмотреть другие планеты?

— Хотел бы…

Он понял, что имеет ввиду Линда. На Сатере они не могли выбраться с планеты. Бог этого не допустит, это ясно сказано в Писании. Более того, он никого к ним не пускал. Хотя факт существования других цивилизаций и развитой жизни в космосе Господь не скрывал. Просто для людей на Сатере это было недоступно. И за прошедшие столетия это стало частью их жизни.

— А почему он тогда не может сам сделать космический корабль и заразить все остальные планеты?

— Это хороший вопрос, Кевин. Может где-то во вселенной так и происходит. Но у нас почему-то нет. Есть несколько теорий на этот счет. Что такова их природа с принципиальными ограничениями, которые мы до сих пор не понимаем. Или что у них договоренность друг с другом. Кто знает… Может они вообще держат пустые планеты в запасе для своих детей или их аналога.

— Боги размножаются? — Кевин не мог скрыть удивления. Для него Бог был единой сущностью, было трудно принять, что у него могут быть отношения с кем-то.

— Не в нашем смысле. Хотя мы точно не знаем. Но н-планет мало, и на каждой суперинтеллекты ведут себя по-разному. Обычно они даже не вступают в контакт с людьми. А просто существуют, потребляя ресурсы планеты и занимаясь своими делами. Людям приходится к ним приспосабливаться. А на некоторых н-планетах жизнь стала полностью невозможна. Везде по-разному. Ты пойми, суперинтеллект нельзя очеловечивать. И придавать ему людские черты. Это стихия. Процесс, который просто идет.

— Я все равно не понимаю, как он устроен. Это какие-то специальные молекулы?

— Нет-нет, самые обычные. Так работают их комбинации.

Кевин непонимающе смотрел на Линду.

— Ладно, давай зайдем с другой стороны. Тебе знакомо понятие эволюции?

— Конечно.

— Когда-то из неорганической химии возникла органическая. Клетки, жизнь и прочее. Так и здесь, при развитой биосфере иногда складываются обстоятельства, что появляется новая жизнь. Образуется клетка размером с планету.

— Значит Бог живой?

— Нет, это просто для сравнения. Но что интересно, нам неизвестно превращение ни одной бесплодной планеты в н-планету. Возможно, для появления протоинтеллекта нужны те молекулы, которые генерирует развитая обычная жизнь. А может дело просто в разнообразии. Где есть жизнь, там биосфера и комбинации молекул более разнообразные.

— Если это стихия, то почему он с нами разговаривает на человеческом языке? Почему помогает, как он может тогда разумно рассуждать?

— И это тоже интересный вопрос. У нас нет на это ответа. Поэтому мы и изучаем их.

— А когда ты об этом говоришь, разве Бог не узнает о вас, о других? Он же может читать мысли.

— Во-первых, мы предполагаем что он и так все это знает. А во-вторых, какая разница? По каким-то причинам суперинтеллекты не покидают сами свои планеты. Нет причин считать, что это изменится и в будущем. Поэтому оказавшись здесь, можно говорить что угодно. Все чем мы рискуем, это что он убьет нас. Как Вейса.

— А как вы попали на Сатеру? — Кевин вспомнил, с чего начался разговор.

— У нас разработан ряд протоколов, чтобы убедить суперинтеллект, что мы для него безопасны. Так и попадаем. Хотя не факт, что причина в этом. Все может быть случайностью, что кого-то н-планета впускает к себе, а кого-то нет.

— А как вы собирались выбраться?

— Никак. Мы планировали искать способ покинуть планету уже здесь. Изучить изнутри и найти возможность. Жаль, что Вейс поторопился, у него не выдержали нервы. Он был хорошим специалистом как раз по этой теме. Иногда людям удавалось вырваться с н-планеты. Правда, это привело к заражению еще нескольких. Но шанс есть.

— Мда… дела… — Кевин покачал головой.

Линде показалось, что она не полностью убедила Кевина. Что-то они тут знали об устройстве вселенной, но другие вещи суперинтеллект скрывал от людей. О своей собственной природе, например. Возможно, Линда подвергала Кевина риску, рассказывая все это. Но от всего не убережешься. А у них сложились такие отношения, что хотелось быть откровенной.

Кроме того, она сама ведь это все знает. И суперинтеллект позволяет ей здесь жить. Значит и Кевину может позволить жить с этими знаниями. А вообще, для посещения н-планеты нужно иметь специфический склад ума. Немного философский, немного фаталистический. И никого не иметь дома, кто может сожалеть о вашей смерти.

* * *

Они еще о многом говорили. Но все это не отменяло того факта, что им надо было решать, что делать.

Линда потренировалась и теперь могла выпускать огонь из рук почти каждый раз, когда захочет. Но после несколько пусков подряд, тот больше не появлялся какое-то время. Линда объясняла это истощением кислорода для окисления. Или что заканчивается местное тело суперинтеллекта. То есть, конгломераты молекул, из которых он состоит.

Девушка заставила Кевина ходить и нюхать воздух, пока она запускает свои огненные конусы. Но тот никакой разницы с обычным воздухом не обнаружил. А еще у самого Кевина ни разу не получилось выпустить свой собственный огонь.

В итоге Линда пришла к выводу, что это происки суперинтеллекта. Которого Кевин по-прежнему называл Богом и отказывался переходить на терминологию Линды. Кевин не замечал раньше, чтобы у Бога было чувство юмора (а Линда сразу начала на это грешить). Для послушника Бог был таким, каким его рисует Писание. Мудрым, всемогущим, добрым. Другом, которому можно во всем доверять.

И который больше ему не отвечает.

"Кевин", — неожиданно раздался в голове знакомый голос Господа, — "Линда лжет. Это все неправда".

Кевин замер ошарашенно. "Ну и что мне теперь делать?" — снова этот вездесущий вопрос, который Кевину уже надоело задавать самому себе. — "Рассказать об этом Линде? Или не стоит…"

Как же это было несправедливо! Ну почему это постоянно случается с ним? Сначала его чуть не заставили причинить вред Линде. Теперь, когда он узнал девушку получше, он бы в жизни такого не сделал. Потом случай с епископом. А вот теперь Бог появляется и заявляет, что Линда лжет. Лучше бы молчал уж!

"И с каких это пор я себе позволяю такие мысли про Бога?" — задумался Кевин. — "С момента знакомства с Линдой? Или я всегда таким был, просто не признавался себе?"

Это, как говорила, Линда, был хороший вопрос.

Еще немного поколебавшись, Кевин решил ей все рассказать.

— О, как! — только и сказала та.

И надолго замолчала, задумавшись. А через некоторое время:

— Во-первых, Кевин, я с тобой была полностью откровенной. И говорила правду. Но это заставляет задуматься, почему он тебе так сказал. У меня нет идей на этот счет, извини. Все что приходит в голову, это что он играет с нами.

Девушка грустно улыбнулась юноше, а потом продолжила:

— Я думаю, он создает видимость, чтобы я поверила будто могу запускать огонь из рук. А в самый ответственный момент, когда он мне понадобится, огонь не появится. Вот так это работает.

— Но как можно так жить? — в отчаянии воскликнул Кевин.

— Теперь ты понимаешь, почему мы называем это заражением.

Кевин смотрел на молодое лицо девушки и удивлялся. Если она правда так считает, то каким же надо обладать мужеством и сильным характером, чтобы отправиться на н-планету. Отдать себя в полную власть существа, которое намного могущественнее тебя. И при этом оставаться собой.

Линда продолжила:

— Это еще не все. Я думаю, с тобой он поступает так же. Мучает тебя и заставляет страдать.

Ну, в это Кевин уж точно не мог поверить. Он знал своего Бога. Господь не такой.

* * *

Парень с девушкой шли в сторону Мироса, второго крупного города по направлению к столице. Кевин сначала хотел вернуться в монастырь и объяснить как все произошло, рассчитывая что к нему, как к монаху, проявят снисхождение. Что позволило бы ему изложить свою версию напрямую высоким чинам из синода. И придало бы вес его словам.

Но с этим было несколько проблем. Во-первых, настоятель монастыря. С ним у Кевина были не лучшие отношения и парень подозревал, что тот воспользуется возможностью и будет свидетельствовать против него. А во-вторых, если епископ выжил, то вся их версия о случайном несчастном случае развалится, потому что тот подтвердит как было на самом деле. Мол, он выполнял волю божью, а эти двое ему помешали. Напав на него. Против слова епископа мало что можно было противопоставить.

А еще Кевину очень не хотелось бросать девушку в беде. Втайне он обдумывал взять вину на себя, но для этого нужно было сначала выяснить, точно ли епископ мертв. Прежде чем идти сдаваться. Чтобы тот гарантированно не смог дать против них показания.

Но услышав все эти доводы, Линда сразу их отвергла. Она не хотела, чтобы Кевин из-за нее пострадал. Во время стычки с епископом Кевин тоже его толкнул, поэтому никак не мог выступать независимым свидетелем. Его судили бы как участника нападения на епископа вместе с Линдой.

В принципе, они могли сдаться любым стражникам в любом городе. Для этого не нужно было возвращаться в монастырь. И тем более в Велес, где из-за разъяренных жителей дело могло даже не дойти до суда. И надеяться на справедливое разбирательство. Но Линда категорически отказалась это делать. Заявив, что и на ее родной планете не особо рассчитывала на правосудие, а делать это на средневековой религиозной планете станет только последний дурак. Кевин пытался ее убедить, что здесь это не так, но не преуспел в этом.

Поэтому они решили идти в Мирос. Выяснить там судьбу епископа и после этого решать, что делать дальше. А Линда заодно собиралась узнать больше о сатеровском суперинтеллекте.

Последние полчаса они шли вдоль крупного озера. С этой стороны берег был покрыт белыми цветами с широкими лепестками, которые качались на ветру.

— Значит я даже сейчас могу попросить Его о чем угодно? — Кевин пытался осмыслить концепцию планетарного протоинтеллекта.

— Ну да. Относись к суперинтеллекту, как к интерфейсу.

— А что это?

— Что-то вроде инструмента. Который при одинаковых условиях действует одинаково, — Линда смотрела себе под ноги, наблюдая как отклоняются цветки из-за их шагов.

— Но ситуация немного сложнее, — девушка подняла глаза на Кевина, — интеллект тем и отличается от инструментов, что учитывает контекст. Реакция Бога на твою просьбу может зависеть от всей твоей предыдущей жизни. А еще он может преследовать какие-то свои цели. Это тоже влияет. Но по большому счету да, это просто интерфейс.

Для Кевина такая идея казалась очень необычной. Он привык относиться к Богу в религиозном смысле, разговаривал с ним, как с разумным существом. Которое к тому же неизмеримо мудрее и могущественнее его. Считать Бога простым инструментом противилась его душа и весь его жизненный опыт.

— Поэтому, — продолжала девушка, — результат не гарантирован. Но как и любое явление, протоинтеллект можно изучать. Анализировать его действия, контактируя с ним методом проб и ошибок.

— А если я разгневал Его и он не будет больше мне отвечать?

— Я не думаю, что это так работает. Скорее тебе нужно просто соблюдать ритуалы, вот и все. Я не знаю, почему на вашей планете так странно сложилось, но будет разумно считать всю эту вашу религиозность как своего рода правила пользования инструментом. Инструкцию к нему. Хотя это может быть и побочным явлением, а на самом деле в них нет нужды.

Кевин не хотел признаваться, но все это время он действительно так считал. Что Господь рассержен на него. Из-за того, что Кевин не выполнил его волю, переданную через Салавана. А потом с епископом… Это было ужасно. Поэтому Кевин старательно избегал попыток молиться. И даже думать о Боге. Ему казалось, что это привлечет его внимание. Но Линда так спокойно и непринужденно о нем рассуждала, что Кевин раз за разом тоже втягивался в дискуссию.

Сирмский лес с двух сторон огибала дорога. В одну сторону от Велеса она вела к монастырю, а в другую к Миросу, а дальше шла в сторону столицы. Дальше за городом начинались бесконечные луга и поля, поэтому они решили двигаться к Миросу со стороны леса. В нем они могли легко укрыться от погони, а также Кевин без труда добывал пропитание.

Кроме того, при том быстром бегстве из собора они успели углубиться в лес довольно далеко. Поэтому сейчас срезали путь, двигаясь напрямую к следующему городу. Лес в этой стороне был редким и почти без кустарника, идти было легко.

— А если нас узнают? — вдруг спросила Линда.

— В прошлой жизни я мог попробовать изменить тебе внешность, но сейчас…

— А сейчас тебе тоже ничего не мешает попробовать.

— Ты так думаешь?

— Уверена.

Они остановились. Кевин колебался. Ему с некоторых пор религиозные проявления, вроде молитв, начали казаться неуместными, что ли… Он не хотел это делать в присутствии девушки. Но слова Линды о том, что Бог не держит на него зла и будет взаимодействовать с ним, как раньше, очень заинтересовали парня. Он был любопытен по природе. И выяснить, действительно ли это так, ему было очень интересно.

Вздохнув, Кевин закрыл глаза и мысленно произнес:

— "Боже, прошу, перекрась Линде волосы в черный цвет".

Ничего не произошло. Кевин попробовал еще несколько раз, но безуспешно. Линда все это время за ним с интересом наблюдала.

— А ты не должен руки сложить или на колени там встать, ну не знаю?

Кевин еще более обреченно вздохнул, глянул искоса на девушку, а потом отвернулся в сторону, встал на колени и сложил руки в ритуальном жесте.

— "Господь, помоги мне, нам это нужно. Перекрась волосы Линды в черный цвет".

Волосы девушки стали темными. Линда отогнула локон, чтобы самой тоже видеть цвет своих волос.

— Хм, неплохо… — задумчиво произнесла она.

Кевин тоже был удивлен, он не ожидал что Бог откликнется. После всего что было.

— Но ты сильно не радуйся, — продолжила Линда, — я по-прежнему считаю, что он издевается над нами. В самый неподходящий момент цвет вернется обратно или что-нибудь в этом роде. Хотя… — она задумчиво потеребила локон, — пока это работает, почему бы не пользоваться.

Кевин не знал как относиться к этому. С одной стороны, молитва сработала. Но не верилось, что это так просто. Писание требовало искупления, каким-то образом заслужить прощения у Бога. Но Кевин ничего такого не сделал. С чего тогда Богу помогать ему?

— Погоди, а смысл менять внешность, разве любой не может спросить у Бога и узнать правду? — спросила Линда.

— Как тебе объяснить… — Кевин задумался, для него это было очевидно, но Линда часто не понимала совершенно простые вещи. — Изменить так цвет можно только с божьей помощью. А значит, это его воля, он это одобрил. Поэтому даже если кто-то узнает твое лицо, он будет видеть, что ты поменялась с божьего благословения. И не будет препятствовать его воле.

— Удобно, — усмехнулась девушка.

— Нет, ты не подумай, у людей есть своя сила воли. Бог не заставляет так делать. Каждый волен поступать как считает нужным. Поэтому риск у нас остается. Преступления тоже иногда случаются. Просто если идти против воли Бога, за это будет от него наказание. Вот большинство и выучилось более менее ее соблюдать.

— Понятно.

В этом был смысл, отметила про себя Линда. Противоречивость морали работает только когда в реальности бога нет. Но когда за нарушение заповедей наступает физическое наказание от суперинтеллекта, то это все меняет.

— Может тебе тоже поменять одежду монаха на что-нибудь другое? — сама Линда еще в соборе переоделась в бесплатную одежду и поэтому не отличалась теперь от местных.

Кевин снова встал на колени, помолился, но ничего не изменилось. Он сделал это еще два раза, но больше Бог не отвечал.

— Почему на тебе это не сработало? — спросила Линда.

— Не знаю, может в этом нет необходимости. Монахов по дорогам путешествует много, я наверно и так не буду выделяться. А у тебя волосы изменились. Может, этого достаточно.

* * *

Через два дня они вышли на дорогу. Но немного ошиблись, оказавшись еще в дне до Мироса. На пути у них лежала небольшая деревушка. Кевин знал о ней, но думал что они выйдут дальше по тракту.

За последние дни они изрядно вымотались. Как физически, так и морально. Очень хотелось горячей ванны с мылом. Линда со смехом предлагала своим огнем вскипятить озеро, но Кевин отказался, заявив, что это не богоугодное дело. Уничтожать живность и растения, в их положении явно не поспособствует хорошему отношению от Бога. А так как рюкзак Кевина остался в соборе, то у них даже не было кружек, чтобы вскипятить себе чай. Пришлось обходиться съедобными растениями и кореньями, которые они обмывали в попадающихся ручьях и озерцах. В тех, что были почище.

А еще Линда предложила проверить теорию Кевина, что из-за черных волос теперь к ней не будет претензий со стороны стражников. Косвенная воля Бога, все дела. И лучше это было проверить в небольшой деревушке, из которой они без последствий могут сбежать. Чем делать это в городе. Но Кевин посоветовал стражников все же избегать. У них долг вступал в противоречие с религиозными догмами и неизвестно что в итоге могло победить.

Когда они вошли в деревню, то на центральной площади увидели свежее объявление. "Кто сумеет обуздать ведьму, получит двести дублонов и вечную нашу благодарность", гласило оно.

— Ведьму? — спросила Линда, глядя на Кевина.

Тот отрицательно покачал головой, показывая что не знает о чем речь. Они зашли в таверну, которая располагалась тут же, и расспросили про объявление.

Оказалось, что немного в стороне от деревни жила ведьма. Вредила жителям в меру своих скромных сил, но раньше молитвы прекрасно от нее помогали. А в последнее время они стали сбоить, Бог начал реже откликаться на просьбы. Ведьма восприняла это как свой успех и утроила усилия. Дошло до того, что жители собирались пойти все вместе к ней и разобраться, но страх перед ведьмой их остановил. Поэтому староста принял мудрое решение повесить объявление, чтобы проходящие иногда по дороге путники и паломники решили их проблему.

Кевин и Линда сидели за столом и уминали жаркое. Поесть наконец горячую еду было очень приятно. У них не было денег, но монах сразу же, когда узнал про ведьму, сделал заказ в долг. Потому что у Кевина родился план.

— Как думаешь, она настоящая? — спросила Линда в перерывах между жеванием мяса.

— Линда, ведьм не существует.

— А почему тогда местные верят, что существуют?

— Удручающе низкий уровень образования, — буркнул Кевин.

Ему было немного стыдно за соотечественников перед инопланетянкой. Но также он прекрасно понимал, что не у всех было столько свободного времени, которое можно посвятить образованию, как у бездельников монахов. К которым он сам относился.

Кевин объяснил Линде план:

— Мы пойдем к ней и попробуем уговорить перестать прикидываться ведьмой. А даже если не получится, то вернемся и скажем, что я, как монах, снял все проклятья. И ведьма теперь бессильна. И больше не сможет ничего сделать. Даже если она будет говорить что делает, в реальности ничего это не произойдет.

— Ого, Кевин! Ты готов обманывать доверчивых селян? Растешь!

— Но я не обманываю! — вспыхнул Кевин. — Она правда ничего не может сделать. Просто говорит, что допустим, навела порчу на посевы. А глуповатые люди боятся. Мы им только поможем, если они перестанут в это верить.

— Угу, а заодно заберем у них двести монет. За помощь, — рассмеялась Линда.

Кевин махнул рукой. Он устал спорить. Линда умела смотреть в суть вещей. Это его всегда обескураживало. Но слушая на подходе к деревне, как девушка ноет, что хочет горячую ванну, Кевин тоже себе это живо представил и тоже сильно захотел. Ну и что, что небольшой обман. Пусть рассматривают это как налог на глупость.

Но раньше Кевин так делать не стал бы. Он рассказал бы трактирщику, что ведьм не существует, а обед рассчитывал бы получить в качестве благодарности. А теперь вот так. Линда на него так плохо влияет, что ли? Кевин посмотрел на поглощенную едой девушку, сидевшую напротив. Та выглядела совершенно обычно, с удовольствием вгрызалась в мясо и запивала элем.

"Нет, дело не в Линде", — понял Кевин. — "Скорее в общей неопределенности и пережитых потрясениях. Я действительно немного изменился".

Хорошо это или плохо, Кевин не знал.

Плотно пообедав, они выяснили у трактирщика где расположен дом ведьмы (он был с другой стороны деревни, поэтому они его не видели, когда подходили), и отправились к ней.

Еще подходя, Линда заметила все типичные ведьминские признаки. Домик был старый и покосившийся. В палисаднике цвели странные цветы. Казалось бы, цветы и цветы, что тут может быть странного? Но Линда отметила, что они выбраны так, чтобы контрастировать друг с другом. С самыми необычными и причудливыми формами.

Над дверью висел пучок омелы. Или очень похожего растения, колонисты привезли свои привычки, но могли привезти и сами растения. Входные ворота были украшены рогами каких-то животных. В общем, натуральный ведьминский домик, как его рисуют в сказках.

Эта нарочитая показушность заставила Линду сомневаться, может Кевин прав и ведьм действительно не существует. А эта дама просто дурит сельских простаков. Но с другой стороны, на этой планете, с ее чудаковатым суперинтеллектом, может быть все что угодно.

Когда они только подходили к домику, им навстречу вышла сама ведьма. Это была женщина неопределенного возраста, в платье из разноцветного шелка. Множество тесемок, лоскутов и каких-то побрякушек украшали наряд. С ушей ведьмы свисали серьги в виде крупных медных дисков. Выглядела женщина эффектно.

— О, дорогие мои! Добро пожаловать в гости к ведьме! — воскликнула он приятным голосом.

Кевин нахмурился и прошел молча в дверь. Линда вежливо поздоровалась.

— Чем могу вам помочь, мои хорошие? Сглазы, порчи, зелья — все что угодно, для таких замечательных клиентов!

Ведьма провела их в свой "рабочий" кабинет. Это была центральная комната в хижине. Внутренности соответствовали образу. На полках стояли пыльные баночки с разноцветными зельями, с потолка свисали вязанки засушенных трав. Линда с интересом озиралась, она такого никогда не видела.

— Мы слышали, что местные жители жалуются на вас, — начал с места в карьер Кевин.

Но ведьму это совершенно не впечатлило.

— Ну что вы, мои дорогие! Мало ли что болтают невежды. Моя репутация говорит сама за себя. Я скромная ведьма, промышляю безобидными заклятиями. Ну а если кто вздумает идти против меня, то что ж…

Ведьма театрально развела руками и слегка нахмурила брови. "Ведет себя как профессиональный актер", — подумала Линда. Хотя делать преждевременные выводы она опасалась.

Ведьма встала, взмахнула подолом и одновременно рукой в сторону камина. В том резко вспыхнуло пламя, с взметнувшимися искрами.

— Мы знаем, что это все неправда, — продолжал гнуть свою линию Кевин.

— Неправда?! — взмахнула руками ведьма. Казалось, ее удивлению и возмущениею не было предела. — Никто еще не жаловался, что мои заклинания не работают!

— Ну и какие это, например? — скептически хмыкнул Кевин.

Линда предпочла бы, чтобы тот не наседал так на ведьму. Что если у нее правда есть какие-то задатки? А точнее, если она как-то уговорила суперинтеллект вредить людям. Это было что-то новенькое, интересное. Такая форма взаимодействия с ноосферой как раз являлась сферой ее исследований, когда она училась в институте. Узнавать новое вообще всегда интересно.

— Кевин… — начала она.

Но тот отмахнулся от нее рукой.

— Давайте мы договоримся так: вы перестаете дурачить жителей, а мы оставляем вас в покое и не будем об этом сообщать синоду.

— Вы меня недооцениваете! — обиделась женщина, — Я не шарлатанка. У меня дар, и не моя вина, что вы в него не верите.

— Ну хорошо, покажите нам ваш дар, — Кевин был сама язвительность.

— Не боитесь об этом пожалеть? — ведьма сделала грозный вид и приподнялась, нависнув над Кевином.

"Ладно, это перебор", — подумала Линда. Женщина явно переигрывала. Может на местных это и работало, но для них с Кевином это казалось глупым и театральным.

— Простите, — вмешалась она, пока эти двое не устроили тут пьесу с ролями, — но мы правда хотели бы увидеть доказательства. Можете что-нибудь нам показать?

Каждый должен иметь право на второй шанс.

Ведьма села обратно на свой стул. Состроила задумчивую гримасу, а потом просветлела и произнесла с таинственным видом:

— Хорошо! Уговорили, мои сладкие. Я покажу вам настоящее волшебство. Но за это вы должны будете что-нибудь купить у меня. Сушеные лягушачьи лапки прекрасно повышают аппетит. А если подсыпать их недругу, то наоборот, приведут к поносу и ужасным мучениям, — и весело подмигнула.

Линда закатила глаза. А вот Кевин напрягся. До него тоже дошло, что ведьма могла вступить в сговор с Богом, а тогда никаких ограничений на чудеса не существовало. А у них нет денег, чтобы заплатить. А они еще должны были трактирщику за обед в таверне.

Но ведьма не стала их разочаровывать. Вместо этого она вывела их во двор. Там у дальнего забора стояла скамья с расставленными на ней склянками. Встав в изящную позу, женщина произнесла:

— Смотрите! Я взмахну рукой и смахну их со скамьи. Можешь потом спросить у Бога, — она покосилась в сторону монаха, — он подтвердит что это сделал не он.

Ведьма пробормотала что-то себе под нос, а потом пафосно выбросила руку в сторону склянок. Но ничего не произошло.

— Ваша аура мешает мне, — недовольно сказал она, — вы распугали всех духов своими недоверием.

И укоризненно покачала головой. У ведьмы был такой искренний вид, что Линда даже немного засмущалась, будто она и в самом деле была в чем-то виновата. Только Кевин стоял с невозмутимым видом.

— Я попробую еще раз, но сразу предупреждаю — если не получится, то тут я больше ничего не смогу сделать. Духи воздуха очень не любят таких невежественных скептиков, как вы, — она еще раз укоризненно посмотрела на парочку.

Линда поняла замысел ведьмы. "А она хороша", — подумала девушка. Такое и правда может сработать на деревенских. Даже Кевина немного проняло. Он явно не мог ни опровергнуть слова ведьмы, ни доказать обратного. Глядя в каком затруднении оказался ее вечно невозмутимый Кевин, Линда развеселилась.

— А как это надо делать, вот так? — сказало весело Линда, а потом выбросила вперед руку, повторяя жест ведьмы.

Склянки взорвались. Осколки отлетели дальше к забору. Ведьма и Кевин замерли, с удивлением глядя на девушку.

— Как ты это сделала?? — ведьма забыла о своей роли и сейчас выглядела обычной потрясенной женщиной в наряде из побрякушек.

— Ну… эээ… духи воздуха? — неуверенно начала Линда.

Ведьма застыла, ведя какой-то напряженный диалог в уме. "Совещается с Богом", — догадалась Линда. После чего глаза ведьмы расширились еще сильнее и она уставилась на девушку.

— Что? — не выдержал Кевин.

— Бог сказал, что он этого не делал… — пробормотала ведьма.

Кевин только хмыкнул, глядя на Линду. Ему к этому было не привыкать.

— Послушайте, — начала торопливо девушка. Она чувствовала по напряженной обстановке, что им нужно закругляться и валить отсюда. — Давайте вы не будете мешать местным две недели, а мы за это дадим вам пятьдесят дублонов.

Ведьма выглядела заинтересованной. И чтобы закрепить успех, Линда грозно добавила:

— А иначе я вернусь и разнесу все ваши склянки с зельями.

Ведьма кивнула. Ей было над чем поразмыслить.

* * *

— Мне это не нравится, — сказал Кевин, когда они возвращались в таверну.

— Расслабься, мы никак не сможем ее переубедить. Для нее это бизнес. Но смотри на это иначе, разве не Бог должен ее за это покарать, зачем нужны мы? И вообще, раз он позволяет ей так работать, то может это такое наказание местным. За их грехи.

Кевина, казалось, это не убедило. Он шел хмурым, как туча.

— Ну а ты, как ты это сделала? — спросил он.

— Кажется, я выучила новое заклинание, — захихикала девушка.

Когда они ушли за поворот, чтобы от домика ведьмы их не было видно, Линда вскинула руку, направив на ближайшее дерево. Листва на нем закачалась, как от порыва ветра.

— Кажется, я поняла. Это ветер. Помнишь, ведьма говорила про духов воздуха?

— Помню, но что толку? Духов воздуха не существует.

Линде пришла в голову одна идея, она забежала вперед, развернулась к Кевину и подняла руку.

— Стой-стой, не делай этого! — парень отчаянно замахал руками. Но было поздно.

Раздался легкий свист, юношу повалило порывом ветра, он смешно закувыркался по дороге.

— Не делай так больше, — хмуро произнес он, когда поднялся и отряхнулся.

— Извини, — Линда улыбалась. — Как ощущения?

— Непередаваемые, — буркнул Кевин.

А потом добавил с заметной язвительностью в голосе в попытке отомстить:

— Так ты теперь ведьма, я правильно понял?

— Ну-ну, — Линда погрозила ему пальчиком. — Но если будешь себя плохо вести, превращу в жабу! — и задорно рассмеялась.

Кевин тоже улыбнулся. Ему нравилась эта черта Линды, девушка никогда не обижалась, у нее было здоровое чувство юмора. Кевин мог с ней разговаривать не задумываясь о своих словах. Говорил с ней, как с самим собой.

Они вернулись в таверну. Сообщать новости Кевин доверил Линде, так как не чувствовал в себе сил так врать. Та невозмутимо подошла к трактирщику, сообщила что проблема решена и потребовала награду. Мужчина посмотрел на монаха, тот кивнул в качестве подтверждения, хотя и пришлось сразу отвести глаза.

По виду трактирщика нельзя было сказать, поверил он им или нет. Но послушно отсчитал двести дублонов и передал Линде. В мире, где в качестве наказания суперинтеллект может тебя поджарить молнией, люди были склонны верить монахам. Возможно, трактирщик спросил подтверждения у Бога. Действительно ли от ведьмы больше не будет вреда. И Кевин надеялся, что тот подтвердит, но не будет уточнять про сроки. Бог был склонен давать короткие ответы. И не сообщать то, о чем его не просят.

"Что наверняка приводит к большему числу проблем в мире, чем могло бы быть", — вдруг подумал Кевин.

Сам он с момента перекраски волос Линды и неудачной попытки сменить свою монашескую рясу к Богу больше не обращался. Но морально готовился к этому и постоянно думал над словами Линды. Что Бог, или как его называла девушка, суперинтеллект, это просто инструмент, к которому можно обратиться когда захочешь. Но такая концепция была слишком нова для Кевина и он к ней только привыкал.

Они сняли тут же в трактире комнату. В отличие от города, в котором для путешественников и паломников было отведено целое крыло в соборе, в деревне других мест для ночевки не было. Поэтому на втором этаже трактира сдавались комнаты.

Кевин перед сном сходил и отдал пятьдесят монет ведьме. Линда не решилась его сопровождать, так как не хотела показываться на глаза женщине. Поэтому только надеялась, что Кевин не наговорит лишнего. Но все прошло хорошо. Кевин вернулся хоть и в плохом настроении, но в обществе Линды быстро повеселел. Ему вообще нравилось находиться в ее компании. Они понимали друг друга, так как обладали похожими характерами. А общие пережитые потрясения их еще больше сблизили.

* * *

На следующий день они отправились дальше. Линда заметила, что объявления на доске с утра уже не было. "Надо было подробнее расспросить, чем именно ведьма не угодила местным", — запоздало подумала девушка. Когда вчера трактирщик рассказывал им о ведьме, он обошелся общими словами.

Впрочем, причин может быть множество. Еще когда они были в гостях у экстравагантной женщины, Линда убедилась, что она шарлатанка. Будь у нее хоть малейший договор с суперинтеллектом, ей ничего не стоило показать какое-нибудь завалящее чудо. По сути, единственное отличие ведьмы от любого другого человека, пользующегося услугами суперинтеллекта, было бы то, что тот отрицал, что это сделал он.

А вот с полученным умением было интереснее. Зачем протоинтеллект это сделал? Сколько Линда об этом ни думала, не могла придумать причину. В этом просто не было смысла.

По дороге она еще несколько раз проверила. Порыв ветра работал прекрасно. Ей даже показалось, что он дается легче, чем струя пламени. Линда попыталась оценить энергетический баланс, но тут было затруднение. Она примерно прикинула объем и массу перемещаемого воздуха, а также его скорость. Ветер мог свалить с ног человека с расстояния в несколько метров, но дальше мог разве что пошевелить ветви деревьев. Порыв быстро распадался. Обычная диссипация в атмосфере, ничего странного. Это означало, что суперинтеллект физически придавал кинетическую энергию воздуха, а дальше тот действовал по стандартным законам физики.

А вот сравнить это по энергоемкости со струей пламени было сложнее. Выглядело это как огонь, хотя подожженные деревья (да и епископ, что уж там говорить) сгорали подозрительно быстро. Поэтому пламя больше было похоже на магическое. Линда подозревала, что суперинтеллект каким-то образом устраивает обычную реакцию окисления, но азот в атмосфере это инертный газ, а оставшиеся двадцать процентов воздуха почти целиком состоят из кислорода.

Углекислого газа, который в теории можно обратить и получить топливо, в атмосфере исчезающе мало. Его просто не хватит для такой струи пламени. А остальных не инертных газов еще меньше.

Впрочем, Линда знала, что суперинтеллект способен производить ядерные реакции. Синтез любых твердых предметов для него был не проблемой. Хотя и ограничивался энергетической емкостью конгломератов молекул в этом месте, конечно. Причем он мог делать и тяжелые металлы свыше железа, что в обычных условиях возможно только вспышках сверхновых, вообще-то. В обычном ядерном синтезе внутри звезд они не производились.

Во всем этом самое загадочное было, куда суперинтеллекту удавалось отводить лишнюю энергию во время синтеза. Ни вспышек света, ни радиационного излучения при этом не происходило. У человечества были лишь смутные объяснения на уровне гипотез. Сатера оказалась чуть ни не единственной н-планетой, где местный суперинтеллект так охотно вступал в контакты с людьми. Было бы здорово провести здесь научные эксперименты. Но как и другие, он не допускал никого к себе. Или почти никого. И на данный момент ни одного человека не выпустил.

В общем, суперинтеллект мог легко синтезировать условное ведро керосина и поджечь его кислородом из воздуха. Хотя они с Кевином запаха от пламени не чувствовали. Так что это скорее был природный газ, метан или другая смесь углеводородов. Линда вроде помнила, что они без запаха. От испускаемого ею огня чувствовался жар и слышался рев пламени, но посторонних запахов не ощущалось. А после прекращения все исчезало. Оставалось гореть обычным способом только то, что она подожгла.

Оглянувшись, чтобы никто этого не видел, Линда несколько раз поочередно запустила порыв ветра и струю пламени. Пламя выдохлось первым. А порыв ветра сработал еще несколько раз. Похоже, что энергетически струя пламени была более затратной. Ну или расходовала молекулы из воздуха, которым нужно больше времени на обновление.

Кевин следил за экспериментами девушки, но не понимал что она делает. Когда она объяснила ему суть своих расчетов, он лишь покачал головой. Воспринимать Бога как набор конгломератов молекул в атмосфере, которые за счет своей переусложненной структуры вдруг начинают проявлять разумную деятельность… Как-то это было выше его понимания. Намного проще было относиться к Богу как к сверхъестественной сущности. Хотя надо признать, что в последнее время его вера пошатнулась.

* * *

От деревни до Мироса было чуть меньше дня пути. По пути они снова встретили телегу со слетевшим колесом.

— Не слишком ли часто нам такое попадается? — обратила внимание спутника Линда. — Уже второй раз.

Но тот ответил, что это в порядке вещей. За одну поездку колеса могут слететь по несколько раз. Такая конструкция телег.

— А почему Бог не сделает этот узел надежнее? — не унималась девушка, пока они подходили к месту аварии.

Кевин лишь развел руками. "Неисповедимы пути Господни". Хотя в их случае фраза не казалась такой всеобъемлющей, но другого ответа у юноши не было.

Что интересно, в этот раз возница со спутниками тоже не могли справиться своими силами. Увидев это, Линда толкнула локтем Кевина. Иди, мол, помоги. На удивленный взгляд парня, Линда лишь дернула бровью в сторону телеги.

Кевин, чуть поколебавшись, вдруг Бог его оставил, все же подошел и предложил свою помощь. Он встал напротив наклонившейся оси, сделал шаг назад, опустил голову и вытянул руки вперед. Линда внимательно наблюдала за его действиями и что будет происходить с телегой. Как и в прошлый раз, телега приподнялась, ось выровнялась, а возница с помощниками надели колесо.

В этот раз они не стали отказываться от помощи, поэтому доехали до города в телеге. Сидя на боковой скамейке, Линда смотрела на ось колеса. Та была смазана каким-то маслом, но не черным, как она предполагала из исторических фильмов, а светловатым и имеющим зеленый оттенок. Колесо очень легко и хорошо крутилось на оси. Помощники толкали повозку совершенно без проблем. "А вот тут не обошлось без божьей помощи", — подумала Линда. Хотя может это достижение местных мастеров. Такое тоже исключать нельзя.

К Миросу они добрались во второй половине дня. Распрощавшись с обозниками, Кевин и Линда вошли в ворота.

Они заранее договорились, что постараются избегать городскую стражу. На всякий случай. Их целью была городская библиотека. Епископ обитал (теперь, возможно, уже в буквальном смысле слова) в соседнем городе и там библиотека была в соборе. Но в Миросе местная библиотека находилась в отдельном здании, ближе к торговому кварталу.

Время еще было, поэтому они сразу направились к ней. У входа в библиотеку толпились студенты.

— Слушай, а как вообще взять книгу? Надо ее читать внутри или можно взять с собой? — спросила Линда.

— Нам давали забирать с собой, когда я учился здесь. Но как сейчас, не знаю. Посмотрим.

В прохладном зале их встретил за стойкой библиотекарь и небольшая очередь. Кевин первым делом взял для Линды священное Писание, а она заказала несколько книг по теологии и по истории. Из первых она надеялась узнать альтернативное мнение по суперинтеллекту, а история Сатеры могла пролить свет как протоинтеллект эволюционировал. И как сформировались его контакты с колонистами.

Линда с Кевином нашли себе укромное место и погрузились в чтение. Ничего нового в Писании она для себя не открыла. Оно довольно точно повторяло концепции из своего исторического прототипа. Возможно, конвергентная эволюция на всех планетах идет одинаково. Просто тут имелся материальный аналог.

Но были и небольшие отличия. Связанные с тем, что здесь действительно существовало всемогущее божество, в отличие от исторической родины. Поэтому многие ритуалы и процедуры имели практическое значение. Ну и двусмысленных противоречий было по минимуму. Когда любой может напрямую обратиться к Богу и получить нормальный ответ, это все сильно упрощает.

Как Линда и ожидала, Писание не раскрывало истинную природу суперинтеллекта. Поэтому если кто-то не получал дополнительного образования или не интересовался сам, то вполне мог находиться по уровню развития на уровне средневековых землян. Но Кевин утверждал, что на Сатере таких минимум. Может, только где-то в далеких деревнях. Образование хоть и не было обязательным, но давало больше возможностей в жизни.

А сам процесс образования был упрощен донельзя. Хочешь — попроси у Бога книгу ("Эй, а почему мы так не сделали?", — тут же воскликнула Линда. "Ну ты же не доверяешь ему, а здесь как бы готовые книги, составленные людьми", — нашелся Кевин. Но в реальности он об этом просто не подумал раньше). А хочешь, задай напрямую вопрос Господу. С таким учителем вы не зависите от разброса в качестве образования в разной местности.

Следующие несколько дней Кевин и Линда приходили в библиотеку и читали все что могли найти. Кевин многое рассказывал об устройстве жизни на планете. У Линды был план искать нестыковки, а потом из их анализа найти слабые места сатеровского суперинтеллекта. Но пока что план пробуксовывал. Линда пришла к выводу, что это потому что за те несколько сотен лет, что колонисты жили под властью странного суперинтеллекта, все эти неровности и шероховатости успели сгладиться. Предыдущими поколениями, задававшими вопросы. И к настоящему моменту сформировалась достаточно устойчивая непротиворечивая местная картина мира.

Да, космос велик, есть другие цивилизации. Люди на Сатере примерно представляли себе устройство мира. Но также есть Бог, безраздельно властвующий над планетой. Его воля в том, чтобы никого не пускать сюда извне и не давать улетать. Почему? Так он хочет. И все. Можно ли ему бросить вызов, уговорить, перехитрить? Попытайся, но это грех, так как противоречит воле Бога. И если будешь слишком усердно пытаться, он тебя накажет, лишив жизни.

Поэтому на Сатере не было такой уж большой богобоязни. Хотя и какого-то сформированного движения сопротивления против суперинтеллекта тоже не было. Или, возможно, он всех убил, кто пытался. Такое сложилось у Линды мнение после чтения книг и разговоров с Кевином.

По забавному стечению обстоятельств, люди на Сатере относились к Богу скорее как к инструменту. Просили у него, когда им было что-то нужно. Обращались свободно с вопросами. Использовали его как интерфейс. Что в свое время так возмутило Кевина, и что он до сих пор это не принял. Человеческая психология странная штука. Люди сами себя обманывают, адаптируются, не замечают противоречий в своих убеждениях.

Были ли у такого поведения исторические и эволюционные причины, Линда не знала. Напрямую из книг это не следовало, а в психологии она была не очень сильна. Хотя это было важно — такая культура на Сатере сформировалась по требованию самого суперинтеллекта, а проще говоря, убил ли он всех кто ее не придерживался, и поэтому людям пришлось адаптироваться к нему? Или это был какой-то побочные эффект, связанный с внешне средневековой жизнью, которую вели сатеровцы. Это хорошие вопросы, отметила для себя Линда, но чтобы разобраться с ними, нужно больше времени и информации.

А еще жители Сатеры беспрекословно выполняли божьи поручения. Вот эта часть Линду удивила. Еще когда Кевин рассказывал, как он безропотно отправился убивать незнакомую женщину. Всего лишь потому что ему так сказал какой-то человек. А может он соврал? Кевин объяснял, что по таким серьезным вещам Бог его наказал бы, не исполни он его волю. Наказал бы и его, Кевина, и Салавана, если бы тот неправильно передал ему слова Бога.

Линду это все равно не очень убеждало. Может все дело в том, что с ней Господь принципиально отказывался общаться, сколько она к нему не обращалась. Поэтому у нее нет этого опыта, а значит не может всерьез воспринимать тех, у кого он есть. Но где-то в глубине души Линда подозревала, что у этого должны быть более весомые причины.

Такое поведение жителей планеты напоминало ей выработанный у собак условный рефлекс. Что наталкивало на соответствующие мысли про планетарный суперинтеллект. Хотя в остальном Кевин и встреченные ею люди выглядели вполне нормальными и адекватными. Поэтому она затруднялась сделать окончательный вывод.

К сожалению, книги по истории тоже не прояснили ситуацию. Зафиксированная документально история планеты начиналась примерно с того времени, когда контакт с Сатерой пропал, а на планете сформировался суперинтеллект, превратив ее в н-планету. Впрочем, Бог не скрывал, что люди попали сюда на космических кораблях и являются колонистами. Просто Линда не смогла найти никаких упоминаний о жизни поселенцев в период между колонизацией и появлением суперинтеллекта.

За этим тоже можно было проследить работу протоинтеллекта. Что он сфальсифицировал историю и скрыл эти детали. Хотя может этот период не описан конкретно в этих книгах, либо он просто не интересен местным. Вся их жизнь завязана на взаимодействие с Богом. Начиная от бытовых вопросов и заканчивая политикой. Которая из-за наличия божества тоже носила лишь зачаточный характер.

— Что будем делать? — спросил Кевин. — Выяснила что-нибудь?

— Не то, что искала, — вынуждена была признать девушка.

Они ночевали эти дни на постоялом дворе. Который в Миросе хоть и имел небольшую кухню, но был отделен от нескольких таверн, имевшихся в городе. Денег, полученных за "освобождение" деревни от злой ведьмы, им с лихвой хватало и на ночлег, и на еду.

Линда однажды со смехом отметила, не придется ли ей перекрашиваться снова, когда истекут те две недели, на которые они договорились с ведьмой. Кевин помрачнел, но ничего не ответил. Ему до сих пор не нравилась махинация, которую они провернули.

В качестве компенсации, когда Линда оставалась одна в библиотеке, Кевин ходил в окрестностях центральной площади и помогал людям. Так он надеялся искупить свою вину.

Здесь тоже наблюдались сложности с молитвами. Привычные просьбы к Богу или не срабатывали, или срабатывали не так. Была даже пара несчастных случаев, связанные с этим. Увидев монаха, люди с радостью принимали его помощь.

У Кевина все молитвы получались с первого раза. Поэтому он не понимал, почему у других возникали сложности. Он подозревал, что ему просто попадались грешники, поэтому Бог так проучал их. Хотя количество таких совпадений уже начинало вызывать беспокойство. Те же обозники, которые не могут починить собственную телегу в путешествии, разве это не нонсенс?

Напрямую к Богу обращаться Кевин продолжал опасаться. Чувствовал свою вину, ну и вообще… Знакомство с Линдой заставило его на многое взглянуть по-другому. И пока эти новые впечатления и мысли не утрамбовались в его голове, он чувствовал, что неким образом предает своего Бога. Словно утратил то доверие, которое всегда испытывал к нему. И поэтому еще был не готов на откровенный разговор с ним.

Поэтому Кевин читал стандартные молитвы и делал ритуальные жесты для тех занятий, которые были ему знакомы. Поднять тяжести, вылечить ссадину у упавшего ребенка, починить колодец. Жители были ему благодарны и зачастую оплачивали парой монет. Из-за чего их с Линдой запасы даже увеличились. Именно это имел ввиду Кевин, говоря что они в любой момент могут заработать, когда они находились еще в самом начале их путешествия.

Правда, тогда он не знал, что Бог не говорит с Линдой. И все что она может, это сжигать людей заживо или сбивать их с ног порывом ветра. С такими умениями в городе много не заработаешь.

* * *

На четвертый день нахождения в Миросе, Кевин и Линда шли одной из улиц. Они часто выходили гулять по вечерам. День проводили в библиотеке вместе (или Линда одна, пока Кевин ходил искать работу). А вечером, пока еще не стемнело, а погода стояла теплая и приятная, отправлялись изучать город.

Мирос был красивым и довольно большим городом. И хотя Линде Велес понравился больше, своей аккуратностью и пасторальным антуражем, было видно, что в Миросе жизнь кипит больше. Сюда съезжались со всей округи. В городе было несколько ярмарок, несколько таверн. Центром культурной жизни конечно была центральная площадь, но и остальные районы не выглядели спальными. Люди везде жили, шли по своим делам, дети играли на мостовой. Обычная городская жизнь, которая наверно одинакова на всех планетах.

В это время они проходили мимо одного из двух городских храмов. Этот был расположен около северных ворот, выходящих в противоположную сторону от Сирмского леса. Сюда они раньше не доходили. Кевин отметил, что городская церковь была совсем не похожа на их монастырь. В монастыре люди живут, поэтому постоянно в поле зрения попадали бытовые предметы. Бочки, колодец, развешанное белье на перекладинах. А городская церковь была отдельным зданием, в которое люди приходили и уходили. Но внутри не жили.

Для Линды оставалось загадкой, зачем на Сатере нужны церкви, если каждый и так может обратиться напрямую к их божеству. Но Кевин пояснил, что считалось не очень хорошим делом теребить Бога по мелочам. Поэтому по многим вопросам люди предпочитали обращаться к священникам. Не только с разговорами, но и по своим делам. Нужна новая рубашка? Сходи и попроси священника, чтобы он ее создал. У него все равно работа быть постоянно на связи с Господом. Так люди решали эту проблему, перекладывая частые обращения на плечи монахов.

Кроме того, священники могли произносить более сложные молитвы. А вот это было уже интересно. Линда сразу почувствовала, что в этом что-то есть. Если человек профессиональный строитель или, например, кузнец. То на его молитвы Бог отзывался, даже если это была сложная вещь или трудная работа. А обычным людям только по бытовым мелочам.

Священники в этом смысле были универсальны. Они могли попросить у Господа вещи практически любой сложности. Хотя тоже со своими ограничениями. По всеобщему убеждению, Бог помогал только нуждающимся. Если ты умираешь от голода или ранен в походе, то он тебе конечно поможет (если ты не был большим грешником). Но если можешь сам дойти до лекаря, то будь добр, дойди. И лекарь, с божьей помощью, тебя вылечит. А лучше вообще лечись сам своими силами, если травма небольшая.

Это было странно для Линды. Суперинтеллекту без разницы сложность задачи. Кевин тоже не знал, почему так устроено. Хотя он признался, что об этом даже не задумывался. В итоге Линда пришла к выводу, что это могло смысл для социального устройства общества. Чтобы существовали профессии. И вообще, люди хоть что-то делали. Значит планетарный суперинтеллект целенаправленно формирует такое средневековое общество на Сатере? Или он просто использует труд людей, чтобы меньше тратить свои ресурсы. На этот вопрос нельзя было ответить однозначно, не хватало информации.

Когда они проходили мимо северной церкви, из нее вышло около десяти монахов и окружили парня с девушкой. Линде сразу не понравился их вид. Редкие прохожие останавливались и смотрели что происходит.

— Братья… — начал Кевин, сделав шаг вперед.

Но двое близких к нему монаха подошли к Кевину и скрутили его. Юноша начал вырываться, но монахи были рослые и превосходили его в физической силе.

— Что вы делаете?! — крикнула Линда. — Отпустите его!

Вместо этого остальные монахи начали медленно приближаться к девушке. Один из них поднял валяющийся камень и тоже начал подкрадываться. Линда подняла руку и направила на монахов:

— Не подходите! Предупреждаю!

Но ее проигнорировали, конечно. Линда метнула порыв ветра в стоящую впереди троицу. Кто-то из прохожих ахнул. Все трое монахов упали, будучи сметены ударом воздуха. Сзади оставшиеся бросились на девушку. Линда развернулась и запустила порыв ветра по ним тоже. Монахи отлетели, закувыркавшись по мостовой.

Те двое, что держали Кевина, отпустили его и направились к Линде. Девушка крикнула:

— Кевин, ложись!

Парень рухнул на землю. Как раз вовремя, над его головой прошелестел порыв ветра, раскидав нападающих. Вдалеке уже раздавались крики. Из церкви высыпали еще монахи.

"Кевин, беги", — раздался в голове юноши голос Бога.

Линда была уже рядом, Кевин вскочил и они оба побежали в сторону северных ворот. У входа стояли стражники, Линда приготовилась их разметать. Сзади кто-то из бегущих за ними монахов крикнул:

— Задержите их!

Но стражники переглядывались, не зная что делать. Им явно никто не давал команды свыше. Они так и не остановили бегущих, а просто пропустили между собой. Выбегая из городских ворот и слыша как их догоняют монахи из церкви, Линда еще раз обернулась и разметала их воздушным порывом.

Вот теперь стражники всполошились. С криками: "Эй!", они схватили кто копья, а кто мечи, и бросились в погоню.

Так получилось, что на площадку за воротами стражники подбежали одновременно с монахами, которые поднимались на ноги. И оказались все толпой в одном месте.

Линда повернулась к ним, вытянула вперед обе руки, развела ладони, как распускающийся цветок. Ревущее пламя в пять метров длиной ударило перед стражниками и монахами. До них оно не доставало, Линда хотела их только припугнуть. Но у Кевина в какой-то момент сердце ушло в пятки.

Стражники и монахи попятились, с вытаращенными глазами глядя на бушующее перед ними пламя.

— Бежим! — крикнул Кевин. И, пока преследователи не опомнились, парень с девушкой припустили по дороге в сторону поля.

Северные ворота выходили в сторону полей, поэтому у них не было выбора. Стражники и монахи еще толпились у ворот, ошарашенные огнем из рук девушки.

Но потом опомнились и тоже побежали за ними.

Стражники быстро отстали, будучи нагруженными доспехами. А вот монахи оказались более выносливыми. Хотя Линда и Кевин тоже неплохо укрепили мышцы, пока путешествовали последние полторы недели. Монахи начали отставать.

Но спрятаться было некуда. Местность состояла из небольших открытых холмов. Скрывшись от преследователей за очередным садом, Кевин и Линда рухнули около каменной стены, разделявшей чьи-то огороды. Чтобы хоть немного отдышаться. Кевин вспомнил, как он менял направления в лесу, схватил Линду за руку и потащил за собой вдоль забора, пригибаясь.

Так они добрались до сруба, стоявшего в углу забора, и завернули за него. Мимо по дороге, с которой они сошли, промчались монахи.

Линда с Кевином осмотрелись.

— Туда, — юноша показал пальцем на следующий дом, напоминавший ангар.

Линда в очередной раз удивилась находчивости Кевина. Вместо того, чтобы спрятаться в первом же доме, он предложил следующий. "Логично", — подумала девушка. Если будут обыскивать дома вдоль дороги, то первым делом заглянут в ближайший дом.

Они осторожно пробежали к ангару. Дверь в нем запиралась на наружную защелку, они ее откинули и забрались внутрь. Хозяев участка пока нигде видно не было.

Этот дом был чем-то вроде сарая, где хранились лопаты и другой садовый инвентарь. Но спрятаться было некуда, ничего достаточно объемного, чтобы укрыть человека, внутри не было. Кевин встал у входа, наблюдая в щели между досками за дорогой. Линда подошла к нему.

— Если подойдут сюда, я их отброшу и побежим дальше, — отдышавшись, шепотом сказала она.

— Хорошо. Туда, если что, — Кевин показал рукой в сторону следующей фермы.

Проходили минуты, монахи не возвращались.

— Я не понимаю, — начал Кевин, повернувшись к девушке. — Почему они нас не видят?

— В смысле? Мы же спрятались.

— Нет, почему Бог не скажет им, где мы?

Линда и Кевин задумались. Это было очень странно. Пока они убегали, не было времени думать. Но сейчас, оценив произошедшее, ни тот, ни другой не находили этому объяснение.

— А почему они вообще на нас напали? — спросила Линда.

— Я не знаю. Может, по требованию епископа?

— Да как-то это глупо, я уже много раз говорила. Твой Бог может убить нас одним чихом. Зачем все это. Какие-то драки, погони.

— Понятия не имею.

— Так спроси.

— У кого?

— Ну Кевин! — девушка требовательно уставилась на парня.

— А, у Бога. Я понял, извини. Сейчас попробую.

Кевин уселся у стены. Вставать на колени ему совсем не хотелось. И начал мысленно делать запросы. Линда за ним наблюдала. Она в уме тоже на всякий случай задала вопрос, но как всегда, не получила ответа. Какое-то время Кевин сидел с закрытыми глазами, шевелил губами и морщил лоб. Но потом открыл глаза и беспомощно посмотрел на Линду.

— Не отвечает?

— Нет…

До вечера они сидели в этом сарае. И где-то через два часа увидели в щель возвращающихся монахов. Те шли гурьбой, но о чем говорили, с такого расстояния было не слышно. А стражники сюда даже не добрались. Наверно вернулись к воротам.

Когда стемнело и на дворе опустилась ночь, Кевин с Линдой осторожно выбрались на улицу. Они решили сделать полукруг, обойдя соседнюю ферму, а потом вернуться мимо города в лес. Возвращаться в Мирос явно не стоило.

— Ну что, перекрашиваемся? — весело спросила Линда. Напряжение начало спадать, а она вспомнила как они в первый раз "замаскировались".

Кевин чуть было не рухнул на колени, но Линда со смехом подняла его:

— Ну не сейчас же, глупый.

Кевин смутился, покраснел, но понял идею. Сначала нужно добраться до леса.

Они вышли к городской стене. Небольшая тропинка обходила стену, пока не объединялась с основной дорогой, шедшей по кромке леса.

И выйдя из-за стены кипарисов, столкнулись лоб в лоб с городским стражником. Тот вытаращился на них, перехватив свое копье. Линда приготовилась сбить его порывом ветра. Но стражник замер на несколько секунд, потом убрал копье, подняв его вертикально, и махнул им головой в сторону леса. Мол, проходите.

Парень с девушкой осторожно прошли мимо него и отправились дальше по тропинке, регулярно оглядываясь.

— Ему что, Бог велел пропустить нас? — наконец сказала Линда то, что у обоих вертелось на языке.

— Похоже на то… — ответил Кевин.

— Ничего не понимаю.

Они без происшествий обошли город. Северные ворота находились как бы ближе к западной стене, поэтому с этой стороны была короткая дорога. Перед пересечением основного тракта им пришлось пропустить несколько человек, которые спешили перед закатом в город. А потом Кевин и Линда перебежали дорогу и скрылись в лесу.

Глава 4

— Нам пора вырыть тут нору и остаться жить в лесу, — сказала Линда, когда они отошли на безопасное расстояние.

— С тобой? — зачем-то глупо спросил Кевин.

— А ты хотел бы? — усмехнулась девушка, глядя на монаха.

Кевин густо покраснел и буркнул:

— Я не то имел ввиду.

Вообще, ей Кевин нравился. Но Линда чувствовала себя чужой на этой планете. В первые дни ее не оставляло ощущение, что она находится в полной власти враждебного и странного суперинтеллекта. Это было неприятно, но она готовилась к этому. К внутреннему сопротивлению. Чтобы сохранить свою личность.

С течением времени это чувство прошло. Она привыкла. Но зато стала все больше замечать мелкие детали и странности. Для жителей Сатеры это было обычным делом, они всю жизнь жили с суперинтеллектом. Но Линду это нервировало. Примерно как если вы десять раз наливаете из чайника чай, а в одиннадцатый оттуда выскакивает змея. Такого не должно происходить. Это опасно, глупо и неестественно.

Так и здесь. Туда не ходи, это не делай. Монахов не расшвыривай порывами ветра. "Да я только этим дома и занималась", — с иронией подумала девушка.

— Есть еще Академия Пустотников, — неожиданно сказал Кевин. — Но придется пересечь Пустоши.

Линда подняла на него глаза:

— Далеко?

— Дней пять пути.

— А что в ней, почему ты о ней заговорил?

— Это средоточие знаний. Ты хотела узнать больше, лучше места не найти.

— А почему академия?

— Строго говоря, это был бывший собор, пока не построили в Велесе и епископат не перебрался в новый.

— Почему?

— Из-за Пустошей, конечно, — Кевин сказал как о чем-то само собой разумеющемся. Впрочем, для него так и было. — Через них сложно перебраться.

— Из-за Пустотников, да?

— Да не, Пустотники это анклав, который остался в старом соборе. Они переименовали его в Академию и так это название прижилось. В Пустошах свои опасности.

— Например?

— Например, монстры.

— Монстры? — удивилась Линда. Она впервые слышала о таком.

— Ты не знала? — пришла очередь удивляться Кевина.

— В межпланетном справочнике об этом не было написано, — ответила Линда. — Шучу, про Сатеру вообще мало что известно. На близком расстоянии все сбивает суперинтеллект, а издалека видны лишь очертания континентов. Настоящие монстры?

— Ну да. Большие, клыкастые.

— Да ты шутишь.

— Вовсе нет, — Кевин посмотрел на Линду. По виду он был совершенно серьезен.

— И чем они там питаются, какой у них метаболизм, почему Бог их не уничтожил, у меня столько вопросов… — затараторила девушка.

— Линда. — Кевин был серьезен и грустен. — Это Бог их создал.

— Ааа… — протянула Линда.

— Говорят, но я точно не уверен, что это не миф. Что в старом соборе начали изучать запретные темы. Господь прогневался, превратив часть людей в монстров и создав Пустоши вокруг.

— Ну, это вряд ли. Он конечно технически может так сделать, но звучит слишком по-человечески. Перекликается с идеей Великого Потопа.

— Что это?

— Я рассказывала тебе, на нашей прародине был аналог Писания. Только без реального суперинтеллекта. Там многое похожее было. Может даже ваши колонисты привезли с собой и местный протоинтеллект нахватался у вас. Но вряд ли, это не тот уровень. Здесь что-то другое. У всего этого должен быть практичный смысл.

— А причем здесь потоп?

— Там одна из идей была, что люди прогневали Бога, а он почти всех убил большим наводнением.

— Гм.

— Так вот, это типично человеческое мышление. Наказать провинившегося. Причем чем ниже уровень интеллекта, тем непропорциональнее и глупее будет наказание. Этот и другие моменты в нашем Писании очень четко показывали, что оно составлено самими людьми. Причем соответствующими по уму своей эпохе, когда появились первые такие записи. В последующих, более образованных поколениях, люди так уже не мыслили.

— А откуда тогда взялись монстры?

— Суперинтеллект мог создать их просто так. Или их там нет, откуда я знаю. Ты их видел?

— Нет, никогда.

— Ну так с чего ты взял, что они существуют. Может еще и в ведьму поверишь, как те деревенские?

— Я понял тебя. Но Пустоши точно есть и про монстров там все знают.

— Ладно. Лучше скажи, а как тогда через монстров перебрался епископат?

— Бог пощадил тех, кто его чтил и остался ему верен. Они ушли еще до появления Пустошей. А из оставшихся сделали монстров.

— А анклав, Пустотники?

— Не знаю, — Линда своими вопросами совсем запутала юношу, — может кто-то не успел уйти. Я же сказал, что не уверен что это не миф.

— Хорошо, хорошо… Думаешь, там есть библиотека или вроде того?

— Я думаю, Пустотники должны много знать. Пойдем?

Вообще, это была хорошая идея. Потому что оставалось только отправляться либо в столицу, либо спрятаться в какой-нибудь мелкой деревушке. А то позади себя они оставляют лишь разрушения, как какие-то всадники апокалипсиса. А в лесу жить вечно нельзя. Точнее, можно, как уже выяснила Линда, зимы на Сатере были мягкими. Но что это за жизнь.

Поэтому сделать ход конем и отправиться в сторону выглядело как выход. И судя по описанию Кевина, Пустоши никто особо не рвется пересекать. Если их кто-то преследует.

— А мы сможем их пересечь, эти Пустоши?

— Если не наткнемся на монстров, то да. Придется взять с собой запас воды и еды только. Пустоши не непроходимы, это скорее в своем рода табу.

— Монстров, — передразнила девушка и захихикала. — А ты не боишься нарушать это табу?

— Нет. — сказал Кевин и отвернулся.

Он действительно не боялся. С Линдой он был готов пойти хоть на край света. А еще его задело как уверенно Линда насмехалась над существованием монстров. Что тоже начал сомневаться. А что он вообще знает об этом мире? Что еще из его прежних знаний оказалось ложью?

* * *

Чтобы запастись водой и едой на пять дней пути, им нужно было раздобыть рюкзак и, собственно, сами припасы. Если еды они еще могли набрать в лесу из съедобных растений и кореньев, то без рюкзака и бурдюка для воды было не обойтись.

Кевин попробовал сесть и наколдовать их. В смысле, обратиться к Господу. Но у него ничего не получилось. Он даже, превозмогая гордость и немного стесняясь Линды, встал на колени и несколько раз прочел подходящие молитвы. Бесполезно.

— Не переживай, Кевин. Твой Бог еще тот засранец, найдем другой способ, — попыталась посочувствовать Линда, видя как юноша расстроен неудачей.

— Не говори так, Линда.

— Извини, — но судя улыбающемуся по лицу девушки, она абсолютно не раскаивалась.

Кевин был такой милый, когда смущался или расстраивался.

До начала пустошей было еще два дня пути по тракту. Они начинались дальше от Мироса, а Академия лежала в стороне между ним и столицей.

Линде конечно хотелось посетить столицу, но Кевин заверил ее, что она принципиально не отличается от Мироса. Только крупнее, больше суеты и более грубые в общении люди. По сравнению с провинцией. "Все столицы одинаковые", — подумала Линда.

По пути должен находиться постоялый двор, о котором знал Кевин. Если там не будет стражников или монахов (с недавних пор они начали одинаково опасаться и тех, и других), то они планировали прикупить рюкзак и хотя бы один бурдюк. И, может бы, долго хранящиеся продукты.

Кевин предложил взять с собой припасы и на обратный путь. Он не исключал, что на месте окажутся лишь безжизненные руины. Хотя библиотека должна сохраниться. Что с ней станется-то, книги никто не ест.

— Монстрыыы, — Линда приставила указательные пальца обеих рук к голове, имитируя рога, и смешно зарыла, — ррррр…

Кевин рассмеялся. Ну да, страшнее монстров, чем они с Линдой, в округе нет. Хотя это совсем не смешно.

Они без труда добрались до постоялого двора у дороги. Это было большое двухэтажное здание, окруженное просторным двором. На котором стояли еще несколько небольших служебных домиков и сараев.

Кевин вызвался сходить один и проверить, есть ли внутри монахи или стражники. Линда согласилась, это было разумно. Через некоторое время юноша вернулся.

— Все в порядке, можем идти. Может попробовать перекрасить тебя?

— А давай! Теперь в рыжий.

— Как скажешь.

Кевин встал на колени (они еще прятались в лесу за дорогой) и произнес подходящую молитву. Волосы Линды приобрели красивый каштановый оттенок.

— Ну что за избирательность, — расстроилась девушка. — То работает, то нет.

Кевин залюбовался видом. Это уже третий цвет волос, который он видел на Линде. Сначала у нее были светлые волосы, потом жгучая брюнетка, а вот сейчас темно-рыжие. Но каждый раз они ей шли, будто с такими родилась.

— Что? — спросила Линда, заметив как Кевин ее разглядывает.

Кевин покраснел и отвел взгляд.

— Ничего.

К постоялому двору они вышли, дождавшись вечера, чтобы лишний раз не светиться при солнечном свете. Кевин без труда снял комнату. После этого они пошли искать припасы. Во дворе стояла лавка, и она же по совместительству склад для вещей постояльцев. К сожалению, торговец в этот день отсутствовал, но помощник обещал, что тот вернется завтра или послезавтра.

Кевин с Линдой решили задержаться и отдохнуть. С комфортом расположились в комнате и сходили на кухню поесть.

Наступила ночь. Кевин вышел подышать свежим воздухом, а заодно расспросить помощника лавочника какие тут можно раздобыть припасы. Линда видела через окно, как они разговаривают около лавки. Через некоторое время лавочник ушел, а Кевин вернулся в комнату.

— Ну как, выяснил что-нибудь?

— У них есть рюкзаки и бурдюки, но продать их может только хозяин лавки. И сразу же здесь можно взять еды. Либо заказать на кухне, если нужно что-то особое.

— Значит ждем, когда вернется лавочник?

— Да.

Линда задумчиво смотрела в открытое окно на ночной двор. Отдых им не помешал бы. В кои веки можно расслабиться и больше никуда не бежать.

Неожиданно она заметила, что к постоялому дворе подъехала крупная транспортная повозка. Из нее вышли несколько стражников и около десяти монахов. Все они сразу побежали ко входу в здание.

— Кевин! — одернула девушка монаха.

— Вижу! — он тоже заметил телегу. — В окно!

И уже собрался прыгать. Они находились на втором этаже, но ниже располагалось крыло, где была кухня. И ее крыша находилась невысоко.

Но Линда схватила Кевина за руку, задержав. Потом сорвала с кроватей (номер был двухместным) одеяла, скомкала их и бросила на крышу кухонного крыла. "Чтобы черепица не громыхала", — понял Кевин.

Они оба спрыгнули на одеяла, прокрались по крыше и спустились сбоку. Нужно было пересечь двор и покинуть территорию. Линда показала рукой на лавку. Кевин отрицательно замотал головой, но девушка его уже не слушала, а пригнувшись, побежала за прилавок лавки. Там она начала шарить по полкам, но два шкафа с товарами оказались заперты.

Рядом на скамейке лежали сумки и рюкзаки последних посетителей, чьи вещи еще не успели убрать на склад. Линда схватила ближайший рюкзак, вытряхнула из него содержимое в виде одежды и прочих вещей, и начала набивать его едой с прилавка. Блюда стояли в тарелках, прикрытые крышками. Линда переворачивала их в рюкзак, не обращая внимания что там все перемешается.

Увидев, что Кевин все еще стоит около стены кухни, она замахала ему руками, показывая на склад. Кевин удрученно вздохнул. Но и так было понятно, чего от него требует Линда. Он пробежал к открытому складу и схватил там два бурдюка для воды. К этому моменту Линда уже закончила грабить лавку и они оба бросились к выходу.

К счастью, около повозки никого не осталось, поэтому их никто не остановил. Они пересекли бегом тракт и скрылись в лесу.

— Значит теперь мы еще и воры? — угрюмо спросил Кевин.

Линда не ответила, все ее внимание было сосредоточено на неудобно болтающемся рюкзаке и на том, чтобы смотреть под ноги. Ночью в лесу было темно. Повезло, что он здесь хотя бы был редким и нужно только избегать стволы деревьев.

— Ну а что нам еще оставалось? — наконец, отдышавшись, сказала она, когда они устроили небольшой привал.

— Не воровать. Что-нибудь придумали бы.

— Например? Ограбить путников на дороге и забрать их сумки? По табелю о преступлениях у твоего Бога воровство должно стоять ниже, чем грабеж.

— Мы могли подождать тут, а когда они уйдут, вернуться и купить все нормально! — вспыхнул юноша.

— Не подумала… Ну чего уж теперь.

— Линда, все это плохо для нас кончится. Может на твоей планете это иначе, но здесь у нас за такое наступают последствия. И не от людей. — Кевин многозначительно поднял глаза к небу.

— Но в любом случае лучше, чем кончилось для епископа, не находишь?

Дальше они шли молча, хмуро косясь друг на друга. "Пожалуй, я правда поторопилась", — думала Линда. Вариант спрятаться в лесу и подождать пока стражники с монахами уедут, ей в тот момент просто не пришел в голову. А теперь возвращаться было слишком опасно. Не факт что им удастся объяснить причину воровства. Оба это понимали.

— Слушай… — начала Линда, когда они пару раз сменили направление и ушли достаточно далеко. — А ведь это все испортится за пять дней? Зачем мы хватали все подряд?

— Не мы, а ты, — поправил ее юноша. — Дай сюда!

Он протянул руку, Линда передала ему рюкзак. Юноша распутал тесемки, которыми Линда второпях затянула горловину, посмотрел внутрь и неодобрительно покачал головой.

— Ладно, — наконец проговорил со смирением.

Кевин поставил рюкзак перед собой. Встал перед ним, сложил руки в ритуальном жесте, наклонил голову и прочел короткую молитву. На колени он вставать не стал, вместо этого злорадно подумал в сторону девушки: "Если испортится, так ей и надо!"

— Что ты сделал? — Линда с интересом наблюдала за действиями парня.

— Прочел молитву на сохранение.

— Что это?

— Чтобы продукты не испортились до конца путешествия.

— Гм… Удобно. — Линда отметила про себя, что на каждый бытовой случай у местных была подходящая молитва. Это объясняло поразительно малое количество бытовых предметов. Ни техники, ни холодильников. — А это сработает?

— Раньше работало, — Кевин меланхолично пожал плечами.

Они нашли наиболее густой кустарник и расположились на ночлег внутри него, чтобы их снаружи было не видно. Впрочем, погони все равно не слышалось. Линда попыталась разобраться, что она в темноте набросала в рюкзак со стола. Но было плохо видно, поэтому оставила это занятие до утра.

Утром они вытащили все из рюкзака. Там было свежее приготовленное мясо, овощи, салаты. Немного выпечки и печенье. Все это было перемешано и испачкалось друг об друга. Но все равно продолжало быть съедобным.

Они завернули отдельные виды еды в широкие листья, которые росли неподалеку и нормально все переложили в рюкзак. Кевин для себя решил, что на обратном пути зайдет на постоялый двор и все оплатит. Линде об этом он говорить не стал, чтобы не получить очередное колкое замечание.

После этого они отправились параллельно дороге, идя по лесу. До пустошей было еще около пяти часов ходьбы.

— А тебе не кажется странным, что нас преследовали стражники и монахи? Почему монахи?

— Может это вообще не за нами? — вдруг оживился Кевин.

— Скажешь еще! А за кем еще? — фыркнула Линда.

Кевину пришлось согласиться с этим аргументом. Когда они находились на постоялом дворе и разговаривали с трактирщиком, то ничего необычного не заметили. Единственная причина спешить стражникам и бежать бегом ко входу в здание были они сами.

— Монахи лучше слышат голос Господа, поэтому тут ничего странного, — продолжил разговор парень. — А вот что меня удивляет, почему стражник нас отпустил, когда мы обходили город.

— Да, странно… Но ты ведь тоже монах. Что тебе он говорит?

— Ничего, — буркнул Кевин.

Ну не признаваться же Линде, что и так понятно, что он теперь такой грешник, что вообще удивительно, почему Бог не перенес его сразу в тюрьму. Или в ад.

Но глядя на идущую рядом с непонимающим взглядом девушку, объяснил ей, что думает.

— Ну не знаю… — задумчиво протянула та. — Не сказать, что суперинтеллект так уж нас ненавидит. Мы ведь до сих пор живы. Да и стражнику тоже явно он сказал пропустить нас.

— А еще вот это, — Линда протянула руку в сторону и запустила порыв ветра. — Почему суперинтеллект это делает?

Кевин тоже не знал. В это время они проходили мимо открытого озера с чистой водой. Кевин набрал воды в оба бурдюка. Положил их перед собой на траву и повторил ритуал на хранение продуктов. Но в этот раз не стал лениться, так как уже перестал злиться на Линду. Поэтому встал на колени и сделал как следует.

Девушка только хмыкнула, скептически относясь к такому способу консервации. Еще когда они перекладывали продукты и заворачивали их в листья, она отметила для себя, что надо будет съесть в первую очередь.

К полудню они вышли к месту, в котором Кевин сказал, что им надо сворачивать. Дальше их путь лежал перпендикулярно лесу, уходя по полям. Последние два часа они шли по дороге, просто посматривая вперед и назад, чтобы ни с кем не столкнуться. Но других путников за это время не встретили.

От основного тракта отходила небольшая грунтовая дорога. Парень с девушкой пошли по ней. Сначала им встретились несколько ферм и обработанные поля. Но чем дальше они уходили, тем больше попадалось диких лугов. А дорога становилась все хуже. Так как до этого была протоптана до ферм, а сюда, похоже, почти никто не заглядывал.

Наконец исчезли все признаки человеческого жилья. Вокруг простирались поля, заросшие дикой травой. И так небольшие пологие холмы стали еще ниже, пока полностью не исчезли, сменившись равниной. Но дорога еще сохранялась, хотя казалось, что по ней много лет никто не ходил.

Пока они продвигались, Линда провела еще несколько экспериментов со своими способностями. Она выяснила, что может подряд запустить три-четыре огненных конуса. И пять-семь порывов ветра. После чего они не работали примерно в течение получаса. Время и количество запусков немного варьировалось, но общая тенденция сохранялась.

Она бы еще поняла, почему нельзя сделать много запусков на одном месте. Количество молекулярных конгломератов в объеме воздуха вокруг было ограничено. Они скорее всего просто истощались. И протоинтеллекту нужно время, чтобы заместить их, переместив из соседних областей.

Но когда Линда делала это в движении, лимиты были такими же, как стоя на месте. А вот этого быть не должно. По всему выходило, что в этом случае суперинтеллект сам ограничивает количество пусков. Ну или она чего-то не понимала. Что для сотрудницы исследовательского института было вызовом. Только ответы она не находила.

В любом случае, Линда продолжала считать, что все это такая изощренная шутка суперинтеллекта. Чтобы она привыкла к своим "заклинаниям", а в самый нужный момент они ее подведут. Поэтому для себе решила не полагаться на них. Хотя от использования тоже не отказываться.

Кевин за это время почти созрел для откровенного разговора с Богом. Он участвовал в краже бурдюков, плюс потом не вернул награбленное. Чем взял на свою душу дополнительный грех. Но это же чудесным образом привело его к смирению. Он признал, что грешен. Теперь уже не отвертишься благими намерениями, как он втайне надеялся, когда отказался убивать Линду. Он был и остается твердо убежден, что так делать нельзя. Даже если того требует Господь.

Но с воровством этот трюк не проходил. Для него не было серьезных причин. И не было оправданий. В конце концов, они могли просто попросить припасы у Бога. По сути, Кевин поддался на активность Линды. Девушку в этом он винить не мог, будучи инопланетянкой, она еще не привыкла к сатеровским порядкам. Ну а сам… Почему он потакал ей… Что ж, еще одна слабость и еще один грех, за который придется отвечать.

А что лучше всего умеют монахи, это признавать свои грехи. И каяться. Если со вторым у Кевина было не все хорошо, делал это всегда с неохотой и скривившись. То с первым он полностью соответствовал образу монаха.

* * *

Постепенно равнина сменилась проплешинами песка, а потом превратилась в полноценную пустыню. Линда с удивлением отметила такую быструю смену биома. Но с другой стороны, она никогда не видела пустынь, как это вообще происходит? Как-то она начинается ведь. Реалистично ли, чтобы покрытые травой поля за условные десять километров сменились песком? Может и реалистично, она не знала.

Дорога полностью исчезла. Но у Кевина было отличное чувство направления. Да и у Линды тоже. Она понимала, что они движутся примерно перпендикулярно от дороги, углубляясь все дальше в пустынную местность.

— Это и есть Пустоши? — спросила она у Кевина.

— Начинаются. Дальше не будет растительности, только пески.

На ночь они остановились в каких-то руинах. От зданий и каменных заборов почти ничего не осталось. Но было видно, что раньше здесь располагалось что-то вроде деревни из нескольких близко расположенных домов.

Они зашли в один из таких прямоугольников, очерченных только остатками каменной стены. Кевин разжег огонь из высохших и побелевших от времени досок, которые валялись здесь же. Линда хотела сделать это своим конусом огня, но Кевин вовремя ее остановил. Иначе ее пламя сожгло бы все дрова. Вместо этого он обнаружил в одном из внутренних кармашков рюкзака кресало и воспользовался им.

Огонь весело потрескивал, на пустыню опустилась ночь. Кевин встал на колени около костра и произнес про себя длинную молитву, склонив голову. Вокруг путников, на расстоянии около четырех метров, возник полупрозрачный купол.

— Ничего себе! — воскликнула Линда. — Что это?

— Защитный барьер.

— Серьезно? Барьер? — Линда скептически хмыкнула.

Такого она еще не видела. Обычно суперинтеллект все делал без спецэффектов. А тут реально защитный барьер из чего-то вроде синеватой дымки.

Она подошла и, оглянувшись на Кевина, который никак не отреагировал, потрогала барьер рукой. Он состоял словно из упругого воздуха. При желании через него можно было пройти, Линда была уверена, что у нее получилось бы. Оставалось только надеяться, что с наружной стороны он или тверже, или действует как-то иначе.

Ночью Линда услышала какой-то шум и вскочила, выставив перед собой руку. Костер почти догорел, но еще давал слабый свет. За защитным барьером Линда увидела стаю крупных собак с красными глазами. Или что она сначала приняла за собак.

Они скорее были похожи на волков с торчащей шерстью. Костер отражался в их глазах, придавая им оранжевый оттенок. Но Линда была готова поклясться, что и сами по себе у них глаза были красноватыми.

Кевин тоже проснулся. Но увидев, что барьер на месте, тут же успокоился. Волки (или собаки) еще какое-то время покружили вокруг них, а потом ушли, скрывшись в темноте.

— Это были твои хваленые монстры? — спросила Линда.

— Нет, не думаю. Больше похожи на диких собак. Хотя и крупные. Монстры по описаниям должны быть страшнее.

Он уже и сам понимал, как это глупо выглядит. Как он мог раньше верить в такие детские сказки?

Больше ночью их никто не беспокоил, поэтому они спокойно проспали до утра. Линда еще с вечера предлагала дежурить по очереди. Но Кевин рассмеялся и сказал, что никто в здравом уме не полезет в Пустоши. И многозначительно посмотрел на Линду. Та в ответ лишь хмыкнула.

Так что им никто не угрожает. По крайней мере, пока они не углубились в сами Пустоши, а находятся только на их границе.

Следующий день прошел спокойно. Они шли, следуя пространственному чутью Кевина. Солнце светило жарко, но терпимо. Им еще несколько раз попадались остатки поселений. Пока временами твердая земля окончательно не сменилась песком.

Когда они проходили еще одни руины, наполовину засыпанные песком, Кевин осмотрелся и задумчиво сказал:

— Наверно это последние. Дальше будут сами Пустоши.

В этот момент они услышали немного впереди и слева звериный вой. Что-то заставило Линду обернуться, сзади на них мчался прыжками огромный волко-зверь, встреченный ночью. Вблизи он показался намного крупнее. Линда инстинктивно вытянула руки, разведя ладони, и выпустила в него конус огня. Зверь упал, охваченный пламенем, и проскользил к их ногам.

— Линда! — крикнул Кевин, который шел немного впереди.

Из-за полуразрушенного каменного забора выскочили еще две собаки и бросились на них. Линда вытянула руку и запустила в них порывом ветра. Собак (или волков) отбросило назад, они упали и скуля закувыркались, поднимая пыль.

Сзади, из-за стены вышли еще два пса. У них определенно красные глаза, поняла Линда. Звери припали на передние лапы и начали подкрадываться к ним, окружая.

— Следи сзади! — крикнула девушка, вытягивая руки вперед и выпуская струю пламени. Но не достала, псы отскочили назад.

Собаки (или волки) не приближались к ним близко, но внимательно следили за каждым их движением и были готовы броситься в любой момент. "Они даже не рычат", — отметила про себя девушка. Она где-то читала, что рычание это предупреждающие звуки. На настоящей охоте животные охотятся молча. Это ее испугало, убедив в серьезности ситуации.

Линда запустила еще один огненный конус и пару воздушных порывов. Хотя вторые действовали дальше, чем огонь, но на таком расстоянии лишь потрепали шерсть зверей. Те даже устояли на лапах. Стоило девушке отвернуться к одной паре, сзади подступала другая. И наоборот.

Линда со всей отчетливостью осознала, что если сейчас потратит свой лимит, то они окажутся полностью беззащитными. Поэтому стала экономить огненные запуски. Используя для отпугивания воздушные порывы. Которых у нее было больше в запасе.

Через несколько таких попыток добраться до них, Линда услышала шорох со стороны крыши здания, около стены которого они стояли. Она вскинула сразу обе руки на звук. С крыши с рыком (ага, охотятся бесшумно, теория распалась) на них прыгнул особенно крупный волк. С рук девушки сорвалась струя пламени и полностью его объяла. Зверь заскулил, но по инерции упал на них, повалив парня с девушкой, и во все стороны дергая при этом лапами. По счастливой случайности, он никого не задел своими когтями.

Линда тут же вскочила и обернулась к паре волков сзади, которые были ближе. И вовремя. Те уже неслись к ним огромными прыжками. С рук девушки сорвался новый конус пламени. Оба волка загорелись и упали.

Линда развернулась в сторону оставшейся пары. Кевин сдвинулся чуть в сторону, чтобы не мешать ей. Последняя пара волков тоже бежали к ним, но увидев Линду, затормозили, скользя передними лапами по песку. Линда ударила по ним воздушным порывом. Достала. Звери упали и отъехали назад по песку. А после вскочили и, поджав хвосты, начали убегать

— Как думаешь, они вернутся? — спросила девушка, все еще настороженно оглядываясь и тяжело дыша.

— Вряд ли, они похоже стайные.

Кевин тоже озирался, будучи готовым предупредить Линду, если увидит опасность.

Но волко-звери не вернулись. Немного успокоившись, путники осмотрели поле боя. Это были не собаки и не волки, а какой-то средний вид. Чем-то похожие на гиен.

— Ты таких встречал?

— Нет, никогда. Тем более таких крупных. Но мы почти в пустошах, тут наверно водятся не такие, как у нас.

Линда мысленно отсчитывала время на перезарядку ее заклинаний. И когда прошли полчаса, облегченно вздохнула. Теперь у нее снова был полный запас зарядов. Они снова готовы к новому бою, если что. Но тут же одернула себя: "Нельзя привыкать". Нужно найти какое-то оружие, на проделки суперинтеллекта рассчитывать нельзя.

Обсудив это с Кевином, тот согласился. Зря они не взяли тогда хотя бы палки. Когда была возможность. Где они жгли костер. А эти руины оказались более старыми, тут ничего не было. Или замело песком.

В итоге за прошедшие полчаса на перезарядку умений они успели отдохнуть, поэтому пошли дальше. На открытом пространстве волки больше не могли подкрасться незаметно и устроить на них засаду.

На ночь пришлось остановиться в песках. Кевин снова поставил защитный барьер. Но в этот раз Линда не могла сразу уснуть, хоть и очень устала. Поэтому она вызвалась дежурить первой. Хотя Кевин и утверждал, что в этом нет необходимости. Защитный барьер никого не пропустит.

На Кевина стычка с волками не произвела такого большого впечатления. В глубине души он был уверен, что в последний момент Бог спасет их. Поэтому во время боя он предупреждал Линду, с какой стороны приближаются звери, но по сути, предоставил ей разбираться с ними. Но сейчас, находясь в спокойном состоянии и под защитным барьером, он задумался: а что если Бог не спас бы их? Возможно, Линда единственная, кто их сегодня спас.

Такие мысли конечно не добавляли душевного спокойствия. Небо было черным. Редкие звезды мигали ослепительным белым цветом.

* * *

На третий день среди песков стали появляться небольшие скальные включения. С одной стороны, они давали укрытие от ветра во время привалов. А с другой, их приходилось обходить, теряя время. Местами под песком тоже чувствовалась скальная порода. В таких прогалинах ветер сгонял песок, обнажая каменное основание. Идти по нему было заметно легче, чем по песку.

Хорошая новость была в том, что несмотря на стоящую жару, еда в рюкзаке действительно не портилась. Хотя Линда уговорила Кевина сначала съесть самое быстро портящееся, но в итоге вынуждена была признать, что метод работает. В таком тепле остальное тоже не сохранилось бы.

Воды, благодаря двум бурдюкам, им тоже хватало. Сначала рюкзак несла Линда, а воду Кевин, перекинув оба кожаных мешка через плечи. Так как вода была тяжелей. Но по мере ее использования, они начали время от времени меняться. Да и рюкзак заметно полегчал.

Кевин опасался, что им не хватит запасов на обратный путь. Но оставался шанс, что они смогут найти Пустотников и пополнить припасы у них. Да и надежда на Господа при крайней нужде никуда не делась. Пока они не окажутся в по-настоящему критической ситуации и не убедятся, что Бог их бросил, Кевин предпочитал верить, что они ее получат. Вера его пошатнулась, но еще была крепка.

На пятый день (больше ни с какими мифическими монстрами они не столкнулись), как и предсказывал Кевин, они добрались до Академии.

Здание с куполами они увидели издалека. Оно стояло без всяких хитростей посреди песков. Что как бы подтверждало версию Кевина об искусственном происхождении пустошей. Но когда они подошли ближе, то увидели, что Академия стоит на каменном плато. Просто оно было присыпано тонким слоем песка и издалека казалось обычной пустыней.

Также здание Академии оказалось самым близким объектом с той стороны, с какой они подходили, но за ним просматривались другие постройки. Это был целый район. Местами даже рос жесткий кустарник, пробиваясь из скальных щелей, куда видимо набилась почва.

— Подожди, — Кевин остановился и тревожно вглядывался в полумрак, царивший за колоннами перед входом в Академию.

— Что там?

— Не знаю… Просто нехорошее ощущение. Ты ничего не чувствуешь?

— Нет, а что?

— Может не будем входить, а обойдем сначала по кругу?

— Давай.

Так они и сделали. Здание Академии было крупным, состоящим из нескольких крыльев и с покрытыми куполами крышами. Действительно, больше похоже на собор. Архитектура казалась более древней, чем встречавшиеся Линде здания, но наследственные черты явно просматривались.

Позади Академии находилась каменная площадка. На нее песок почти не попадал. Они увидели в стороне колодец, а за ним ряд старых статуй. Между зданиями задувал ветер.

— Ладно, пошли в Академию.

Кевин ничего подозрительного не обнаружил. Похоже, тут никого нет. Если Пустотники и сохранили свой анклав, то видимо перебрались дальше вглубь пустошей. Может у них там есть оазис или еще что-то. Академия выглядела заброшенной.

Они вернулись к входу и осторожно вошли внутрь. Двери не сохранились, но из-за навеса перед входом, солнечный свет внутрь проникал слабо. В Академии царил полумрак.

От входа уходили коридоры влево и вправо, а впереди через полукруглую арку начиналось основное помещение здания. Путники вошли в зал. Внутри оказалось светлее, чем они ожидали. Когда-то наверху в проемах наверно были стекла, но они не сохранились, поэтому солнечный свет проникал через дыры. Сквозь весь зал проходили косые лучи солнца.

На стенах раньше висели гобелены, однако со временем цвета поблекли, рисунок почти не просматривался. А стоило прикоснуться к ним, ткань расползалась в руках. С одной стороны вообще все сорвалось и лежало грязной кучей тряпья у стены.

В дальнем конце зала была лестница, ведущая на второй этаж. Кевин и Линда поднялись по ней и начали методично обыскивать здание. Кто бы ни жил здесь раньше, все полезное они забрали с собой, когда уходили. Местами лежал мусор, остатки посуды, тряпки, но ничего стоящего.

В одной комнате они нашли остатки библиотеки. Книги с нее забрали, но по стеллажам однозначно угадывались бывшие полки. Здесь парень с девушкой хотели сделать себе дубинки, выломав доски. Но несмотря на жаркий климат, все доски сгнили, превратившись в труху.

Соседние комнаты представляли собой кабинеты, возможно настоятеля и высших церковных чинов. Это можно было угадать по остаткам больших столов и кресел. Древесина и здесь полностью прогнила. Под лестницей было два служебных помещения, но внутри они оказались пустыми. Только пыль лежала на потертом полу.

Вернувшись к входу, путники проверили оба коридора. В правом находились кельи, которые конечно пустовали. Если в них и была какая-то мебель, то ее забрали с собой. А вот в левом половина коридора была занята кельями, а дальше открывался небольшой внутренний дворик с открытым небом.

Здесь они нашли пропавшие книги из библиотеки. По центру дворика была навалена куча размером почти в человеческий рост. Кто-то свалил все книги сюда и поджег их. Крепкие обложки местами еще держались, но листы все выгорели.

— Ты об этом знал? — спросила Линда.

— Неа. Про такое ничего не писали.

— Как думаешь, кто это сделал?

— Наверно те кто остался богобоязненными. Сожгли скверну перед уходом.

— Жаль…

Линда пошевелила носком часть кучи пепла сбоку. Черные обгоревшие листы рассыпались и сдвигались в стороны. Неожиданно ее нога уткнулась в что-то твердое.

Девушка нагнулась и достала из кучи пепла книгу в твердой обложке. Она тоже сильно пострадала, но некоторые листы еще читались. На обложке просматривались тисненые звезды из медных пластинок.

— Что там? — Кевин подошел ближе.

— Похоже, эта частично уцелела.

Текст даже в тех частях, что не пострадали от огня, от времени обесцветился и был почти неразличим. А вот рисунки были сделаны более стойкими чернилами и оставались видны лучше.

— Сможешь прочитать что здесь написано? — спросила Линда.

Кевин повертел остатки книги в руках, присматриваясь к надписям.

— Вряд ли, чернила совсем сошли. Но смотри, — он указан на тисненую дату с обратной стороны обложки, — это было еще в доцерковное время.

— Доцерковное?

— Ну, до нашей эпохи. До появления Бога.

— Может еще какие-то сохранились?

Они взяли из соседнего помещения доски. Хоть они и сгнили и легко переламывались даже легким усилием рук, поэтому в качестве дубинок не годились. Но ворошить кучу пепла ими можно было. К сожалению, остальные книги пострадали сильнее. От огня или времени, или от того и другого. Они нашли еще несколько книг с твердыми обложками, но те представляли собой черные обгоревшие пластины усиления, а сама бумага внутри выгорела.

Так как в этом внутреннем дворике не было крыши, то здесь было светло. Кевин и Линда склонились над первой книгой и попытались разобрать что-нибудь еще.

— Смотри! — воскликнула Линда, показывая на один из рисунков. — Узнаешь?

На половине уцелевшей от огня страницы схематично была изображена фигура, вытягивающая вперед руки. Что-то в ней было знакомо, но Кевин не мог понять что. Наконец он догадался — это же поза, в которой Линда выпускала конус огня!

Кевин с Линдой переглянулись.

— Думаешь, это оно? — спросила Линда.

— Не знаю… Похоже. Жаль, что текст стерся.

Как они не старались рассмотреть надписи рядом, от времени и копоти текст было не разобрать.

— Тут есть еще, — сказала Линда, перевернув страницу.

Они обнаружили еще несколько поз, но их смысл оставался непонятным. На одной картинке был изображен мужчина в мантии и остроконечной шляпе, который тянул одну руку вверх. На другой был он же, но поднимал уже обе руки.

— Похож на волшебника, — хихикнула Линда.

"И правда, похож", — подумал Кевин. Если раскрасить его плащ в синий цвет со звездами, то вышел бы вылитый волшебник из детских сказок. Но схематичный рисунок, к тому же пострадавший от времени и гари, конечно не давал такой детализации. Это они дофантазировали с Линдой.

— Все равно странное совпадение. Говоришь, это было еще до появления церкви?

— Да, совершенно точно.

— Значит тогда суперинтеллекта еще не было. И они не могли творить никаких псевдо заклинания. Этому должно быть другое объяснение.

Они еще порассматривали картинки, которые сохранились. Но их было совсем немного. Если бы внимание не привлекла поза, похожая в которой Линда выпускала струю пламени, они на это даже не обратили бы внимания.

Делать было нечего, Линда с сожалением отложила книгу. И тут не повезло.

— Что будем делать? — спросила она.

— Давай тут заночуем.

— А то нехорошее ощущение у тебя еще осталось?

Кевин прислушался к себе и неуверенно произнес:

— Нет, вроде нет. Показалось, наверное.

Чтобы не оставаться рядом с кучей пепла от сожженных книг, они вернулись в основной зал, поднялись по лестнице на второй этаж и расположились в одном из кабинетов. Который был почище. Здесь они поели, немного обсудили что делать дальше, но в итоге отложили решение на следующее утро. День выдался насыщенным, а каменные стены Академии давали ощущение защиты. Кевин даже не стал ставить барьер, они просто сдвинули остатки письменного стола, загородив проход, и легли спать.

Линда проснулась от того, что на нее давила какая-то тяжесть. Открыв глаза, она увидела что ее к полу придавливает фигура человека в плаще и капюшоне. Скручивая при этом ее руки за спиной.

— Кто вы… — начала Линда, но мужчина засунул ей кляп, а потом с размаху ударил ладонью по лицу.

Рядом возился и брыкался Кевин, на которого навалились сразу трое человек. Кевин на мгновение замер, ведя внутренний монолог. "Наверно просит о помощи", — подумала Линда.

Кевин просил о помощи. Он прочитал несколько коротких молитв, умолял Бога откликнуться, но в ответ получил только оглушающую тишину.

Это заметили и нападавшие. Один из них грубо спросил у монаха:

— Что, молишься?

И все они вместе засмеялись.

* * *

Связанных и с кляпами во рту Линду и Кевина погрузили на спины животных, напоминающих крупных ослов. Линда впервые увидела на Сатере вьючное животное.

После этого вся процессия обошла здание Академии. Пересекли задний двор, прошли мимо разрушенных от времени других строений и отправились дальше.

Похитители не разговаривали, лишь время от времени погоняли своих животных. Сами они шли пешком, везли только Линду и Кевина. Парень с девушкой переглядывались, но из-за кляпов во рту и постоянно наблюдающих за ними погонщиков, не могли ничего сделать.

У Кевина был жалкий вид. Как у монаха, которого оставил его Бог. Линда чувствовала себя немного лучше, но связанные за спиной руки и натирающие веревки не добавляли комфорта.

Когда район Академии остался позади, Линда заметила у горизонта проступающие горные очертания. Похоже, что похитители направлялись к ним.

Кевин в очередной раз воззвал к Богу. Тишина. Отсутствие помощи Господа в критической ситуации так его шокировало, что он даже не знал как реагировать. Несмотря на все приключения последних недель, в глубине души он был уверен, что когда Бог ему будет нужен по-настоящему, он обязательно придет на помощь. А теперь вот так.

А еще ему очень не понравился смех нападавших, когда один из них спросил, молится ли он, а потом они все засмеялись. Было в этом что-то неправильное. Почему Господь их сразу не покарал за это?

Небольшое облегчение давало то, что Линда была жива и, судя по всему, в порядке. Хотя что с ней будет дальше, Кевина пугало до дрожи. Он был готов умереть сам, принять любую кару от Господа за свои предыдущие грехи. Но только не Линда.

Кевину слезы наворачивались на глаза, как когда он в самом начале стоял с ножом в руке над спящей девушкой. Никогда еще они не были в такой серьезной передряге. И если раньше его поддерживала вера, что в трудный момент ему на помощь придет Бог, которому он всю жизнь верно служил. То теперь…

Спустя несколько часов похитители сделали привал. Горы заметно приблизились. На них можно было уже разобрать отдельные пики. Кляпы у пленников так и не вытащили. И пить им тоже не дали. Создавалось впечатление, что похитителям не было дела до своей ноши.

Линда надеялась, что на привале ей развяжут руки и тогда она сможет их отбросить порывом ветра. Или, в крайнем случае сжечь струей пламени. Хотя применять к людям ей это не хотелось, даже учитывая обстоятельства. Но ее надеждам не было суждено сбыться. После небольшого привала караван продолжил путь.

К вечеру они дошли (а Линда и Кевин доехали) до предгорья. Ослы-переростки оказались удивительно флегматичным и неприхотливыми животными. Когда они подъезжали к горам, сквозь песок местами начала пробиваться жесткая трава. Животные прямо на ходу подбирали ее и медленно пережевывали. Линда не заметила, чтобы их за все время хотя бы раз напоили.

Оказавшись у первого же склона, похитители сбросили пленников, как мешки с мукой. И занялись разбивкой лагеря. Обтерли сорванными пучками травы своих животных. И вот теперь наконец дали им воды. Ослам, а не Линде с Кевином.

Но потом пришла очередь и пленников. Им вытащили кляпы, но замахнувшись рукой, ждали пока те произнесут хоть слово. Дураков не было. Убедившись, что Линда и Кевин молчат, им дали напиться из бурдюков с водой. А после снова засунули кляпы.

Утром, пока солнце еще не встало, пленников снова погрузили на ослов и продолжили путь. Между горными пиками, которые начались почти от предгорья, по долине вилась еле заметная тропа. И уже через час или два, процессия добралась до небольшого поселения.

Домики с круглыми стенами и остроконечными соломенными крышами были хаотично разбросаны по небольшой долине. В ее центре тек ручей.

Пленников отвели к одной из хижин и грубо бросили там на пол. Один из похитителей остался караулить вход, а остальные куда-то ушли.

Кевин извиваясь всем телом подполз к Линде и промычал с кляпом во рту:

— Как ты?

Ну, не совсем так. Линда просто догадалась, что он имел ввиду эту фразу. Она невразумительно промычала в ответ, стараясь придать голосу успокаивающий тон. Было непонятно, успокоило ли это Кевина. Судя по его виду, вряд ли.

Линда перевернулась, протянув связанные за спиной руки к Кевину. Тот понял, что она хочет, поэтому тоже повернулся к ней спиной и попытался ее развязать. Но веревки были прочные и намотаны плотно. Ничего не вышло. Еще немного повозившись и поняв, что это бесполезно, им оставалось только ждать.

Через некоторое время снаружи послышался шум и в хижину вошли несколько человек. Все они были в одежде кочевников, но те кто их похитил, оставались в капюшонах, а вновь прибывшие пришли с открытыми головами. Пленников рывком подняли на ноги.

Мужчина со светлыми длинными волосами и серьезным лицом, судя по всему их главный, внимательно осмотрел их и произнес:

— Сейчас мы вас развяжем, но если хоть дернитесь или скажете лишнего, то сразу будете убиты. Это понятно?

Линда и Кевин закивали головами. Один из похитителей наклонился к ним и вытащил кляпы.

— Кто вы такие?

— Путешественники, — ответил Кевин.

Незнакомец сделал жест Кевину замолчать, а потом обратился к Линде:

— Ты?

— Это философский вопрос, — ответила Линда.

— Что?

— Философский вопрос. Кто мы такие и куда идем, — девушка пожала плечами.

— Еще раз спрашиваю, кто вы такие?

— А чем вас не устраивает вариант с путешественниками? — спросила в ответ Линда.

— В третий и последний раз спрашиваю…

— Мы искали библиотеку, — вмешался Кевин. Чем привлек к себе внимание.

— Я прочитал, — торопливо продолжал парень, — что библиотека в Академии должна была сохраниться. Вот мы и пришли.

— И как успехи?

— Не сохранилась. — сказала Линда, глядя в глаза главарю.

— То есть я правильно понимаю, что монах и женщина пересекли Пустоши, чтобы почитать в библиотеке?

— Я… — начал было Кевин, но Линда его перебила:

— В целом и общем, да. Верно. У вас какие-то проблемы с книгами?

Похитители переглянулись.

— И что вы хотели найти в библиотеке? — продолжал допрос главный.

— Я, — в этот раз более настойчиво вмешался Кевин, — изучаю историю Бога. И надеялся найти здесь историю из ранних книг.

— Ложь, — сказал главарь и наотмашь ударил парня. Кевин упал.

— Ах ты ж! — вскинулась Линда. Но чуть успокоившись, добавила: — У меня есть предложение. Развяжите мне руки и мы поговорим.

— Ну конечно, — язвительно ответил главарь. — А это что?

Он взял из рук стоявшего рядом человека обугленную книгу. Которую Линда с Кевином нашли в Академии.

— Мы ее нашли. Как раз хотели передать вам, да вот оказия, ваши парни оказались неразговорчивы, — Линда тянула время, наблюдая краем глаза как поднимается Кевин. Из уголка губы у него текла кровь.

— Понятно.

Больше ничего главарь не сказал, а развернулся и вышел. Пленникам снова заткнули рты и оставили одних.

Вечером их покормили. А ночью пошел дождь. Струйки воды проникали через соломенную крышу, стекали по глиняным стенам, а также капали с потолка. Скоро весь пол стал мокрым. Линда с Кевином время от времени предпринимали попытки освободиться, но перевязанные руки так стягивали пальцы, что ими было почти невозможно пошевелить. В итоге они только измазались в земле, но не приблизились к свободе.

Под утро к ним, продрогшим и грязным, снова пришла вся вчерашняя компания.

— Мы думали, что с вам делать, — начал блондин главарь, — и пришли к выводу, что вас нельзя оставлять в живых.

Мужчины в капюшонах подняли юношу и девушку и не обращая внимание на их мычание сквозь кляпы, потащили на улицу. Там в центре деревни уже стояли два столба. Линду и Кевина подтащили к ним и начали привязывать.

В какой-то момент у Линды оказалась свободна одна рука, когда ее заводили за столб, чтобы связать там. В ее голове мелькнуло, что она может сейчас одной рукой скастовать порыв ветра. Но это только отбросит пару человек, собравшихся на площади. А принципиально их проблему не решит, когда остальные на них набросятся.

Тут она вспомнила картинку из их книги. С фигуркой, стоящей с поднятой рукой кверху. Было в ее позе что-то такое… Не то чтобы героическое, но тем не менее грандиозное. Будто сейчас ударят молнии и гром. Линда интуитивно подняла руку, представляя себе этот образ, а потом резко опустила ее, будто с неба вместе с ее рукой должна обрушиться кара небесная.

Раздался грохот и вспышка света. В одного из местных, столпившихся на площади и на кого в этот момент был случайно направлен взгляд Линды, ударила вертикальная молния. Человек упал.

Несколько человек, вооруженных копьями, тут же замахнулись для броска по пленникам. А пара лучников вскинули свои луки, натягивая тетиву.

— Стойте! — заорал главарь со светлыми волосами, — Всем стоять!

Кочевники застыли.

— Как ты это сделала? — продолжил главарь, обращаясь теперь к Линде.

"Сейчас покажу!", — подумала она, намереваясь вскинуть руку и повторить, но теперь в отношении блондина. Но стоявший сзади бандит уже успел схватить ее руку и крепко прижать сзади к столбу.

Главарь подошел ближе.

— Держи ее, — сказал своему сообщнику, а потом снова Линде: — Итак? Что это было?

— Давай покажу. Скажи своей шавке отпустить мою руку, — процедила сквозь зубы девушка.

А сама в это время лихорадочно вспоминала, было ли в той книжке среди картинок что-то, не требующее жестов руками. Вроде нет… Она помнила про фигурку, стоящую с обеими руками, поднятыми вверх. Еще что-то было в сидячей позе, но она не помнила что именно. В то время это казались просто картинки.

— Ну уж нет, — главарь подошел совсем близко к девушке, — где ты этому научилась? Откуда ты?

Кевин пытался вырваться на соседнем столбе. Заметив это, главарь кивнул на него:

— Этот тоже так может?

— Лучший способ убедиться, это развязать нас. Подумай сам, ну что ты теряешь?

Линда понятия не имела, откуда у нее эта дерзость. Умом она понимала, что так разговаривать с похитителями нельзя, но ничего не могла с собой поделать. Кажется, последние события превысили ее чашу терпения. Поэтому на ее адекватное поведение сейчас рассчитывать было нельзя.

— Я развяжу, но пообещай, что больше так делать не будешь. Поговорим.

— Не могу этого обещать. Но развязывай, — "Да что со мной не так, нельзя так", — подумала одновременно Линда с сорвавшимися с языка словами.

Главарь замер, но немного поколебавшись, сказал:

— Ладно, будем считать что договорились. Но учти, я остановил своих людей. Еще один фокус и они убьют вас. Ты поняла?

Линда кивнула, сжав зубы. Пытаться говорить она сама себе не доверяла, опять скажет что-нибудь, что усугубит ситуацию.

Блондин медленно, глядя ей в глаза, освободил веревки. Отступил на шаг назад. Сделал знак развязать монаха. Кевин, освободившись от веревок, сразу подошел к Линде и встал рядом, потирая онемевшие от долгого связывания кисти рук.

— Итак? — главарь не терял зря времени.

— Ну вот, — зачем-то сказала Линда.

Потом, тяжело вздохнув, продолжила:

— Зря вы нас связали. Могли просто поговорить. Все было бы намного проще.

Кевин кивнул в подтверждение. Он уже привык, что в критических ситуациях их спасает Линда, поэтому полностью ее поддерживал. Хотя сам тоже старался не терять бдительности. Он уже осмотрелся и прикинул, на кого из охранников кинется первым, как только Линда начнет действовать.

— Как ты вызвала молнию? — спросил осторожно главарь.

— Подняла руку и вызвала! — с вызовом ответила Линда. — Могу продемонстрировать еще.

Огненный конус она приберегла втайне, хотя уже конечно готова была его использовать. Это не шутки, их чуть не убили. Только противников было слишком много, Линда понимала, что одним потоком огня не сможет всех захватить. Их опять скрутят и конец.

— Не надо, — поспешно ответил блондин. А потом обратился к Кевину, — а ты, монах, что скажешь?

Кевин промолчал, сверля взглядом главаря, и ожидая хода Линды, чтобы присоединиться к ней.

— Ладно, — сказала Линда, — если никто не собирается больше нас убивать, то можно и поговорить. Но где гарантии от вас?

— Я обещаю, что вам ничего не грозит, — ответил главарь.

— Мало, — сказала Линда.

Она почти определилась, что первым валит главаря, это внесет панику. Потом надо расправиться с тем, что стоит сзади. А с остальными как-нибудь потом. Если Кевин догадается убрать заднего, то она сразу выстрелит огнем по передней толпе.

Главарь заметил что-то в глазах Линда, поэтому медленно согнул в локте поднятую руку и сказал, обращаясь ко всем:

— Если я опущу руку, убейте их. Так или иначе.

Линда сузила глаза и уставилась на блондинчика. "А он не так прост", — подумала она.

— Ладно, перерыв. Что конкретно ты хочешь узнать? — Линда постаралась сделать чуть расслабленней вид, чтобы главарь не напрягался.

— Я уже сказал. Как ты это сделала?

— Это философский вопрос, — ответила Линда, но тут же, заметив как блеснули сталью глаза главаря, поспешно добавила: — Ладно, я не знаю как. Это просто работает и все.

— Просто работает? — повторил тот.

— Ну да.

— И давно у тебя это "просто работает"?

— Сколько себя помню.

— Интересно… — протянул главарь.

А потом велел всем опустить оружие и не причинять больше вреда незнакомцам. После чего опустил свою руку тоже. Линда немного расслабилась, кажется пик опасности позади.

— Вы голодны? — спросил блондин.

Потом велел принести еды и воды и пригласил пленников в свою хижину. Внутри по центру стоял стол, по краям две кровати и два стула. Главарь велел принести еще стулья, чтобы все могли сесть.

Они называли себя Пустотниками. Но это было жалкое подобие тех Пустотников, которые когда-то основали анклав. Они были даже не уверены, что произошли от них. Большинство склонялось, что их предки были кочевниками, которые случайно забрели в эту местность. И то ли нашли какие-то записи, то ли кого-то из живых Пустотников, но в итоге переняли их название и мифологию.

Было очень удобно притворяться легендарным анклавом. Все их опасались. А горы с этой стороны пустошей были достаточно плодородными, чтобы здесь можно было жить. Единственный минус — необходимо было поддерживать свою репутацию загадочных и жестоких Пустотников. Что, в целом, не составляло труда. Текущее поколение действительно было жестоким, хоть и не особо загадочным.

Информации о первых поколениях не сохранилось, потом какое-то время было достаточно легенды, но к современности слухи о Пустотниках сошли почти на нет. Поэтому кочевники по большей части просто убивали всех, кто добирался до этих мест. Так собирались поступить и сейчас, когда патрульный отряд наткнулся на чужаков, бродивших вокруг Академии. Дождавшись темноты, пока путники уснут, они прокрались к ним. Но обнаружив там частично сохранившуюся книгу предков, решили сначала отвести к своему главному.

Самое интересное в этом то, и почему Гарл (так звали главаря бандитов) все это так бодро рассказывал Линде и Кевину, что у современных псевдо-Пустотников сохранились некоторые предания с самых ранних времен.

И среди них главной легендой была история о том, что у древних людей, еще в доцерковные времена, существовала магия. До того, как на Сатере появился Бог, люди уже умели делать невероятные вещи. Что как бы противоречило основной церковной догме. И вызывало жаркие споры даже среди самих Пустотников. Не говоря о том, что во внешнем мире (с которым у них редко, но бывали контакты) никто им не верил.

Метать молнии было одной из таких способностей. Гарл узнал эту позу в принесенной вместе с пленниками книжке. А когда увидел, как Линда поразила одного из его людей (он выжил, кстати, молния частично ушла в землю), то Гарл сразу почуял в этом возможность узнать больше. Поэтому раскрылся и поведал эту историю незнакомцам. В том числе о том, что они ненастоящие Пустотники. Откровенность показалась ему лучшей тактикой в этой ситуации. Особенно учитывая поведение девушки. Которая вела себя невероятно самоуверенно, будто у нее припасен туз в рукаве. И не один.

Гарл решил, что она одна из легендарных настоящих Пустотников. Поэтому обманывать ее не стоит, она ведь и так все знает. А в качестве награды за откровенность, главарь рассчитывал получить что-нибудь от нее. Ну и само подтверждение существования Пустотников дорогого стоило. Поэтому он честно рассказал, что не знает что случилось с оригинальным анклавом. Захоронений они здесь, в горах, не находили. Поэтому предполагают, что анклав с настоящими Пустотниками куда-то ушел еще при первом поколении.

Вот так вожак разбойников сам себя переиграл, раскрыв все карты перед незнакомцами.

Кевин, как похоже и Линда, судя по ее виду, все это понял, выслушивая рассказ главаря. И размышлял, что дальше делать. Он еще много раз пытался воззвать к Господу. Только старался делать это так, чтобы разбойники не заметили, что он молится. Он применял стандартные молитвы, которые до этого много раз прекрасно работали. Он даже попытался создать барьер, который буквально день назад ставился без проблем. Ну почему он не поставил его в здании Академии… Но корить себя будет потом, сейчас есть дела поважнее.

С Линдой у него не было возможности сейчас переговорить, это сильно упростило бы дело. Но он видел, что девушка полностью взяла себя в руки. Перестала вести себя безбашенно, сейчас она внимательно слушала разбойника и задавала уточняющие вопросы. Только бы она не раскрыла себя, пусть Гарл и дальше считает их оригинальными Пустотниками.

Линда вроде как сделала правильные выводы. Сказала, что они устали и им надо отдохнуть. Одним. Гарл кивнул и велел всем выйти. А также сказал, что зайдет еще вечером. И покинул хижину, полностью довольный собой. Похоже, волшебница не держит на него зла. Пусть подумает день, как его наградить. За то что он распознал в ней настоящего Пустотника и не дал им погибнуть на столбах. На его взгляд, он их спас.

Когда они остались одни, Кевин подкрался к двери хижины и осторожно заглянул за свисающие у входа шторы. С той стороны остался один охранник, но он отошел на почтительное расстояние. Видимо, не столько их охранял, сколько был рядом, чтобы если понадобится, его было легко позвать.

Кевин вернулся к Линде, которая сидела за столом и задумчиво жевала полоску мяса.

— Что будем делать? — тихо спросил он, склонившись к девушке.

За стеной их могли подслушивать. Например, с другой стороны хижины.

— Как думаешь, это правда? — вместо этого спросила Линда.

— Правда про что?

— Что до появления суперинтеллекта у людей уже была магия, как они это называют.

— Я не знаю. Те времена у нас не изучают. Бог говорил, что с тех времен мало сохранилось сведений.

И тут же сам понял, как это глупо. Чтобы всемогущий Бог не знал, что было до него? Когда вокруг столько живых свидетелей? Бог его обманывал… Эта мысль обожгла Кевина, что он даже на какое-то время сбился с мысли.

— У меня этому только одно объяснение, — продолжала Линда. — Что суперинтеллект появился на Сатере намного раньше. Потом что-то произошло и он изменился. Возможно, стер память людям. Или уничтожил все следы.

— А такое возможно? Бог может стереть память? — удивился Кевин.

— А почему нет? Как ты думаешь, он читает наши мысли? Если суперинтеллект может без проблем считывать наши межнейронные соединения, то что ему мешает наводить индукцию на них же. И полностью управлять человеком. Его мыслями и поведением.

— Но… он так не может… — Кевин сомневался.

Это было для него слишком. Одно дело жить в мире с Богом, с которым можно разговаривать и который помогает в бытовых делах. И совсем другое, если любой человек может оказаться марионеткой в его руках. Если ТЫ тоже, возможно, такая марионетка. На Сатере как-то считалось, что Бог не вмешивается в жизнь людей. "Хотя он ведь всемогущий, наверно может", — подумал Кевин. Странно, что это противоречие не приходило ему в голову раньше. Это тоже работа суперинтеллекта, чтобы он так не думал? А почему тогда сейчас так думает?

От всего этого пухла голова. Кевин тряхнул волосами и заявил то, за что можно держаться. К чему он привык:

— Считается, что Бог не вмешивается в личную жизнь людей. Не управляет ими напрямую. Только разговаривает и велит что-то делать.

— Ты не с той перспективы на это смотришь, Кевин. Представь загон с курицами. Мы ограничиваем их движение. Не даем уйти за забор. По вечерам загоняем по лесенке в курятник. А утром выгоняем. То есть, мы управляем их движением, верно? Но при этом никак не ограничиваем движение куриц внутри загона. Там они бегают как хотят.

— Но…

— Такова основная рабочая гипотеза в нашем институте, почему суперинтеллекты на н-планетах позволяют людям жить и чувствовать себя независимыми. Хотя в любой момент он может полностью управлять любым человеком.

— Тогда значит была эпоха до воцерковливания? Линда, Бог не отвечает на мои молитвы, я ничего не смог сделать, прости меня… — Кевин чуть не плакал, вспомнив что он все это время был пассивным наблюдателем.

— Я это уже поняла, все в порядке. Помнишь, я говорила что Бог может посмеяться над нами? Возможно, это как раз такой случай.

— Но твои навыки он не отнял.

— Это да, непонятно.

В итоге они согласовали свои взгляды и решили продолжать прикидываться настоящими Пустынниками. Только максимально нагоняя таинственность, будто они испытывают своих заблудших потомков.

А также договорились, что Кевин будет следить, чтобы разбойники не связали в будущем руки Линде. И в случае такой опасности пусть она использует огонь, порывы ветра или молнии, по обстоятельствам.

* * *

К вечеру Гарл вернулся, принеся с помощниками заодно новую еду и напитки.

Он сообщил, что все в деревне хотят послушать, что скажет Линда. Не могла бы она выступить перед собранием?

Линда сказала, что подумает. Но сначала пусть ответит, точно ли кочевники не знают, куда ушли Пустотники. При этом Линда сделала вид как у экзаменатора, который спрашивает урок у студента. Гарл добросовестно повторил все что знает и что рассказывал вчера. Нового он ничего не добавил. Они даже не знают, откуда у них эта легенда про доцерковную магию. Видели ли первые кочевники настоящих Пустотников, или достали где-то записи. Или им кто-то другой рассказал.

Перед закатом на площади собралась вся деревня. Линда с Кевином важным шагом вышли в центр. Линда решила играть роль высокомерной волшебницы. Это было немного опасно, но какой вариант лучше? Представиться другом — попросят подарок в награду. А все что она им может подарить это ожоги третьей степени или молнию (новейший подарок, только с фабрики). Стать врагом? Коневники конечно недалекие люди, но и не полные соплежуи. Могут попытаться и убить богиню. Потому она выбрала некий средний вариант, который их ни к чему не обязывает, но в то же время не слишком унижающий бандитов.

— Дети мои! — начала он торжественно. — Думаю, Гарл вам уже все рассказал ("ага, надо свалить все на него"). Вы прошли испытание. Но я не очень вами довольна. На большой земле вас считают обычными бандитами ("да о вас там даже не знают"). Это неприемлемо. Вы должны показать, что достойны называться Пустотниками.

Толпа зашумела. Линда продолжала:

— Для этого вы должны перестать убивать чужаков. Не пускайте их к себе либо впустите и расскажите ваши легенды. Пусть весь мир узнает о славных деяниях наших предков!

Толпа зашумела еще сильнее. Линде пришла в голову одна идея. Она подняла обе руки вверх, отогнув ладони. И выпустила струю пламени вверх. И тут же запустила вслед порыв ветра. Огромный огненный шар вспух и, гонимый порывом, поднялся на десять метров.

Разбойники ахнули и отшатнулись. Такого они не видели. И даже не слышали о подобном.

— А теперь нам пора возвращаться. Нас с Кевином еще ждут незаконченные дела в большом мире. Я попрошу вас дать нам ваших прекрасных животных, чтобы ускорить путь. С нами может отравиться один проводник, который заберет их в конце.

Бандиты кричали от радости и обнимались, дети носились вокруг своих матерей, в лагере царила атмосфера эйфории.

Только Гарл стоял недовольный. Своего подарка он не получил. Линда заметила это и не смогла себя сдержать. Она подошла к главарю и шепнула ему на ухо:

— Скажи спасибо, что остаешься главарем.

Гарл побледнел. Он понял намек. В интонации Линды отчетливо звучало не высказанное "и что жив".

Оставаться в лагере было опасно, вдруг к утру разбойники передумают. Поэтому Линда заявила, что они отправляются немедленно. Для них оседлали ослов. Один из погонщиков радостно щебетал, как он рад, что будет сопровождать их. И что вообще-то животные и сами вернутся, стоит их отпустить. Они прекрасно знают дорогу.

На этом моменте Линда огорчила бедолагу, сказав что в таком случае они поедут без погонщина. Бедняга расстроился, но перечить богине не осмелился.

Кевин и Линда сели на своих животных, помахали рукой людям в лагере. Линда еще раз провернула свой фокус с разогнанным огненным шаром. Чем привела жителей снова в полный восторг. Какое-то время за ними бежали дети, но потом отстали и Кевин с Линдой остались одни.

— Надо было забрать книгу, — сказал Кевин.

— Я тоже об этом подумала, но было поздно. Мы уже отъехали. Да и глупо как-то забирать у них то, что мы и так должны знать.

— Ты запомнила из нее еще что-нибудь?

— Про две руки вверх, а ты?

— Я про разведение огня.

— Что?

— Ну там волшебник сидел и руками разжигал костер, помнишь?

Что-то такое Линда тоже видела, хотя тогда не подумала про костер.

— А еще?

— Поза с перекрещенными руками на груди, но я не понял, что она значит.

— Попробуем позже. Сейчас главное убраться отсюда подальше.

Они доехали до здания Академии. Это был хороший ориентир, который они помнили. За то время, что их везли в лагерь, Линда и Кевин успели приспособиться к ослам, поэтому сейчас ехали без проблем. И намного быстрее, чем когда рядом шли похитители. Поэтому до Академии добрались хоть и в полной темноте, но в тот же день.

Заночевать решили снова в Академии, но теперь заняли одну из келий в правом коридоре. Если их будут преследовать, то будет шанс услышать как похитители идут на старое место.

Кевин попытался поставить защитный купол, но у него ничего не получилось. На молодого человека было жалко смотреть, таким он выглядел расстроенным и подавленным. Еще когда их похитили, а потом привязали у столбов, Кевина очень мучало, что он ничем не может помочь. Он винил себя, будучи уверенным, что Бог его покинул за предыдущие грехи.

Линда пыталась его подбодрить, но это слабо работало. В итоге они решили даже не дежурить по очереди. Здраво рассудив, что единственный кто мог держать на них зло, это Гарл. Но он вряд ли рискнет выступить против богини. Еще в лагере они спросили, есть ли кто сейчас в разъезде или дозоре. И разбойники их заверили, что сейчас все вернулись в лагерь. Отряд их похитителей как раз возвращался на пересменку. Поэтому повторения ситуации можно было не ждать. От разбойников, которые их не знают. Таких в пустыне сейчас не было.

А вот во время возвращения по пустыне, им придется дежурить по очереди. Раз защитный купол перестал работать.

Утром они отправились домой. Там их тоже ждали опасности, преследующие монахи и стражники. Но они могли отправиться в столицу и там затеряться. А здесь, в пустошах, им в любом случае больше нечего делать. Остаться жить с разбойниками? Ну то такое… Ни Линда, ни Кевин не были согласны на такую жизнь.

Когда они отъехали на день, что было равносильно двум дням пешком. То Линда захотела попробовать запомненную вторую позу. Они как раз расположились на привал, разгрузив ослов, чтобы не отдохнули. Животных привязать было некуда, они остановились около небольшой скалы, выступающей из песка. Но ослы были смирными животными и никуда от них не уходили сами.

Линда забралась на трехметровую скалу.

— Узрите! — весело закричала она, — Я богиня молний!

И подняла обе руки. Ничего не произошло. Она опустила руки. Энергично подняла снова, пытаясь повторить позу из книги. Тоже ничего.

Линда вспомнила, как она стояла у столба. Тогда ей чертовски хотелось уничтожить людей, окруживших и пытавшихся их убить. Линда восстановила в памяти те ощущения. Она подняла обе руки, а потом быстро опустила их вперед, представляя как вместе с ними обрушивается с неба ее гнев. Раздался грохот, в пустыне перед девушкой на площади размером с теннисный корт засверкали молнии. Беспорядочно ударяя по площади. Как раз туда, куда она указывала руками при опускании.

— Ого! — воскликнула Линда, оглушенная грохотом грома.

Кевин, стоявший внизу у подножия скала и наблюдавший за экспериментами Линды, поднял большой палец и кисло улыбнулся. Он еще не отошел от плена у разбойников.

А вот кто проявил активность, это ослы. Услышав первые же раскаты грома, они живо рванули по пустыне в сторону их дома. Линде и Кевину оставалось только провожать их взглядом. Впрочем, они так и так собирались их скоро отпускать. Неизвестно как отреагируют на ездовых животных на большой земле. Кевин говорил, что там таких нет. Да и жалко было животных, вдруг они с такого расстояния не найдут дорогу домой? Впрочем, судя по направлению, куда они побежали, те прекрасно все помнили.

Линда попыталась вызвать молнии по площади еще раз. Но ничего не вышло. Похоже, это слишком мощное заклинание и работает в единственном числе. Она попробовала одиночную молнию, смогла вызвать один раз, а после та тоже иссякла.

Пока они отдыхали на привале, Линда время от времени пыталась вызвать молнии, чтобы узнать время их перезарядки. Но ни через полчаса, ни через час, та повторно не получилась. Так как уже наступал вечер, они решили здесь же заночевать. Кевин попытался поставить защитный барьер и каково же было его удивление, когда тот возник как ни в чем не бывало.

— Может около Академии суперинтеллект не работает? — спросил он.

Кевин тоже начал время от времени называть Бога суперинтеллектом. Хотя от своей веры окончательно не отказался.

— Вряд ли. Не слышала ни об одному случае, чтобы где-то на н-планете протоинтеллект был недоступен. Воздух везде есть, а он по большей части в атмосфере.

— Может он сам избегает это место? Если ему неприятно, например…

— Гм… Все может быть. Но для суперинтеллекта это звучит слишком фантастически. Очень сильно в этом сомневаюсь. Ну и мои навыки там работали, значит суперинтеллект там есть.

— А, точно…

Раз барьер заработал, то они оба легли спать. Не стали дежурить по очереди. Хорошо что ослов разгрузили перед привалом, иначе лишились бы всех припасов. Уже засыпая, Линда вспомнила кое о чем. Она поднялась, предупредила Кевина, отошла не несколько метров. И скастовала шторм молний в сторону пустыни. Под грохот грома и ослепительные синие вспышки, они с Кевином несколько секунд наблюдали как молнии бьют в землю. В темноте ночи это выглядело потрясающе.

С последнего пуска прошло три или четыре часа, сейчас было сложно сказать сколько именно. А вот одиночную молнию после шторма Линде вызвать вообще не удалось. Похоже, из-за одинаковой природы они перезаряжаются одновременно. А шторм требует слишком много энергии. Что, кстати, поднимает вопрос, а удастся ли запустить шторм после нескольких одиночных молний. И сколько вообще она может запустить молний подряд. Решив, что проверит это завтра, Линда отправилась спать. Кевин к этому моменту уже улегся, как только стих последний раскат грома.

* * *

Возвращаться они решили наискосок к столице. Это немного удлиняло путь по Пустоши, но зато отдаляло от постоялого двора. Где их тогда нагнали стражники с монахами. Припасов у них сейчас было много, разбойники дали с большим запасом. Так как раньше груз раньше везли ослы. Фактически, им сейчас нужно было выбросить часть еды, чтобы не тащить лишнее на себе, раз животные убежали.

До тракта оставалось идти три дня. Но если двигаться наискосок, то может три с половиной или четыре. Кевин и Линда оба не спешили возвращаться. Дома их ждали новые трудности. А тут они были предоставлены сами себе. Жара донимала не сильно, идти по песку они давно привыкли. Поэтому они были совсем не против провести лишний день вместе. Вместе и в одиночестве.

Через два дня снова начали попадаться руины. Здесь они начинались даже раньше. Точнее, сильнее вдавались в пустыню.

Не доходя до очередных руин они увидели вдалеке какое-то движение.

— Что это? — спросила Линда.

— Не знаю, пока не видно.

Подойдя ближе, все еще было непонятно. Будто какой-то светло-серый бугор шевелится. Слон, что ли?

— На Сатере бывают такие крупные животные? — донимала парня Линда.

— Нет. Даже близко не бывают. Может это ткань на ветру?

Но по мере того как они подходили ближе, поняли что это не ткань. Здоровенное существо под три метра высотой возилось около руин. Пока что не было видно, как именно оно выглядит, но размер впечатлял даже с расстояния.

— Надо спрятаться за руины, — зачем-то шепотом прошептал Кевин. Линда согласно кивнула.

Они подходили к руинам со стороны пустыни, поэтому были как на ладони. Парень с девушкой начала сдвигаться в сторону, чтобы стена ближайшего разрешенного здания закрыла их от животного. Хотя, скорее от монстра. Линда вспомнила рассказы Кевина про Пустоши.

Но ветер их подвел. Он дул со стороны пустыни. Похоже, животное их унюхало. Оно обернулось в сторону путников. Линда ахнула. Это был реальный монстр. Морда с тупым носом и торчащими клыками из пасти. Животное поднялось на задние лапы и неуклюже побежало к ним, переваливаясь с лапы на лапу.

Кевин с Линдой никак не успевали спрятаться в руинах. И судя по скорости приближающегося существа, убегать от него тоже было бесполезно. Высокий рост вносил свою лепту. Линда приготовилась.

Когда существо было от них в пятнадцати метрах, девушка подняла обе руки и плавно опустила их, повторя ощущения, которые запомнила. По площади ударили десятки молний. Очень многие попали по существу. Монстр взревел, пошатнулся, но продолжил к ним приближаться, когда шторм из молний стих. Линда попыталась вызвать одиночную молнию одной рукой, но не получилось. Лимит исчерпался.

Монстр был уже в десяти метрах, в восьми… Линда запустила струю пламени и сразу же порыв ветра. Огонь достал монстра, но кажется не особо повредил ему. Шесть метров, пять… Линда выпустила струю пламени с максимальной длительностью, какой могла. Монстр снова взревел, объятый пламенем. Сильно запахло горелой шерстью. Но снова двинулся к ним, хотя уже тяжелым шагом.

Кевин выскочил вперед, присел на одно колено и поставил над ними защитный купол. Монстр уперся в него, синеватый туман начал прогибаться. Но выдержал. Монстр отшатнулся назад и налег с новой силой. Барьер лопнул.

Линда выпустила еще одну струю, а сама прыгнула в сторону, перекувыркнувшись через голову. Кевин в это время отбегал в другую сторону. Монстр махнул лапами в том месте, где они были. Линда ударила существу в спину порывом ветра. Монстр повалился вперед, но тут же начал грузно подниматься. Кевин подбежал к Линде и попытался снова накрыть ее защитным куполом. Но в этот раз не получилось.

Линда ударила еще одним конусом огня по существу, пока монстр поднимался. Попыталась снова, но уже не вышло.

— Я все, — сказала девушка.

Монстр поднялся на задние лапы и, покачиваясь, начал разворачиваться. Кевин хотел уже схватить Линду за руку и тащить за собой в руины, надеясь там спрятаться. Но Линда попробовала запустить еще раз одиночную молнию.

Раздался грохот, с неба (точнее, с высоты в десять или пятнадцать метров) в монстра ударила молния. И он наконец рухнул и больше не шевелился.

— Жесть… — только и смогла произнести Линда.

Она начала озираться, вдруг тут еще есть такие чудища. А лимиты всего что можно вышли. Осталось только несколько порывов ветра.

Но вокруг стояла тишина. Только дул легкий ветер.

Кевин и Линда отошли подальше от монстра под защиту стен в руинах. Вдруг он очнется. Но тот, похоже, был мертв. Они подошли к тому месту, где существо возилось. И нашли растерзанные тела волко-собак.

— Оно ими питается? — спросила Линда.

— Не уверен, что ему вообще нужно питание. Если его искусственно создал Бог. Но возможно.

— Кто-то из стаи мог уцелеть, надо быть осторожными.

Но вокруг никого больше не было видно. Они вернулись и осторожно обошли мертвого монстра. Вблизи он выглядел еще более впечатляюще. Хотя оказался на практике не монстром, а скорее животным. Обычные темные губы, которые можно встретить у быка или бизона. Изо рта по бокам торчали клыки, но они выглядели тоже естественно. Как бивни у слона. Или, может, у моржа. Только направленные вверх и сильнее загнутые.

И общие пропорции, хотя издалека показались как у монстра из сказок, вблизи не вызывали отторжения. Размеры торчащих волосков, бугристая грубая кожа. Примерно так и выглядело бы крупное животное такого размера. Глаза было не разобрать, потому что они закатились при гибели существа, но Линда была почти уверена, с ним тоже все было в порядке. Жаль что животное оказалось агрессивным и напало на них. Иначе они обошли бы его и оставили в покое.

А вот Кевин видом монстра был потрясен. Он никогда не видел крупных животных больше мелкого оленя. У него просто не было опыта, какими они бывают. В физиологическим смысле. Он ошарашенно рассматривал поверженного великана, не в силах поверить, что в природе такое вообще возможно.

Линде вспомнились картинки, как средневековые люди с древней Земли рисовали слонов, пытаясь описать их для соплеменников, которые их никогда не видели. И чуть не захихикала. Наверно Кевин будет так же рассказывать про этого монстра.

"Однако это было опасно", — с неохотой признала девушка. Она израсходовала весь свой запас умений и то завалила монстра с большим трудом. Даже с удачей, можно сказать. Если бы не последняя молния, не факт что им удалось бы спастись. Даже будучи раненым, из-за большого роста он все равно мог двигаться быстрее человека. И они, возможно, не смогли бы от него убежать.

— Ну хватит пялиться. Эх, жаль нет фотоаппарата, — Линда подергала Кевина за рукав. Тот все еще стоял и рассматривал монстра.

— Чего нет?

— Вам тут еще долго это не светит. Что-то вроде самопишущейся картины.

— Ааа… — протянул парень. Вряд ли он вообще расслышал, что говорит Линда.

Она оставила его в покое. Пусть рассматривает. Если бы Линда сама вблизи не посмотрела на этого монстра и не увидела бы многие похожие черты на крупных животных, то наверно тоже была бы впечатлена. А так она скорее грустила, что существо погибло. Почему-то чем крупнее животное, тем его больше жаль, когда оно погибает.

Через некоторое время они собрали свои рюкзаки и сумки, которые побросали во время боя, и отправились дальше. Теперь оба внимательнее осматривали горизонт. Где есть одно такое существо, могут быть и другие. Даже должны. Иначе как они размножаются. Да и опасность от волко-собак остается.

Однако похоже, что у каждого существа был большой ореол обитания, иначе такую тушу не прокормить. Поэтому до самого тракта они больше никого не встретили.

Кевин всю оставшуюся дорогу молчал и был задумчив. О чем парень размышляет, Линда не спрашивала. Ей самой хватило впечатлений за эти дни. Она просто внимательно смотрела по сторонам, чтобы больше так не попасть впросак.

Так они добрались до начавших появляться ферм.

— Кстати, а почему монстры не нападают на фермеров? — спросила она Кевина.

— Может, они любят пустыню. Или Бог им не велит ее покидать, — Кевин, как всегда, на ходу пытался придумать объяснения.

— Все-то у тебя Бог. Слишком просто, чтобы все им объяснять.

— Линда… — парень остановился. — Спасибо тебе. Если бы не ты…

— Да все в порядке, — девушка махнула рукой. — Я ведь и свою шкуру спасала. Да и ты молодец, выставил тогда щит.

— Я о другом. Тебе не кажется, что это длань Господня хранит нас? Дала тебе эти умения, и вообще…

— Ну конечно это суперинтеллект. Кто же еще? А вот насчет хранения не уверена. Нормальный Бог нас не довел бы до такого. Уберег бы заранее.

Кевин уже привык, что Линда отзывается о его Боге неуважительно. Сначала он списывал это на то, что она инопланетянка и ей это все непривычно. А потом… ну, просто привык.

Над ними раскинулось светлое синее небо с редкими облаками.

Глава 5

"Кевин." — раздался в его мыслях знакомый голос Бога, когда они шли среди придорожных ферм. — "Ты идешь в столицу?"

"Эээ…" — подумал юноша. Бог обычно не задает вопросов. "Возможно…", — осторожно ответил он.

"Вернись на постоялый двор", — требовательно произнес в голове голос.

"Не возвращайся не постоялый двор", — тут же сказал он снова.

"Я не понял… Господи?" — подумал Кевин. И чуть не сказал "повтори". Что было бы явно перебором требовать такое от Бога.

"Кевин, ответь", — снова произнес Бог.

"Боже, что происходит? Почему ты так странно говоришь?" — вопрос у Кевина вырвался сам собой.

Но на этом очередной сеанс связи был завершен. Парень пересказал Линде диалог, она тоже заметила, что юноша остановился и с кем-то мысленно разговаривает.

— Это странно, — отметила девушка. — А он раньше так противоречиво говорил?

— Да, уже несколько раз. Говорил отвести тебя в монастырь и не отводить. Может еще где-то, не помню.

Проблема оставалась той же — слишком мало информации. Однако теперь они знали про Пустотников. Не тех, кто ими притворялся и отпугивал странников от Академии. А о настоящих. Если Гарл был прав, то их пути разошлись с епискапатом. Никто их в монстров не превращал, конечно. Старый епископ со своими верными людьми пришел сюда, а отколовшиеся Пустотники ушли куда-то в другое место.

Интересно, они еще сохранили свою веру? Выглядит как конфессиональный раскол. Было бы очень интересно послушать их версию. Историю сотворения мира.

А еще Пустотники могли сохранить знания о доцерковных временах. О прежнем суперинтеллекте, пока тот не изменился. Если легенды о доцерковной магии верны, конечно. И если суперинтеллект не стер им память и не подменил историю.

Но где их теперь искать, этих Пустотников? Официальная церковь, к которой принадлежал Кевин, считала Пустотниками племя около Академии. И более того, думали что анклав по-прежнему находится там. Что очевидно не так.

— Так куда пойдем? — перебил мысли девушки Кевин.

— Гм, а попробуй сейчас какую-нибудь молитву. Бог не отвечает?

Кевин закрыл глаза на несколько секунд:

— Нет.

— А теперь любую ритуальную молитву.

Кевин встал на колени, опустил голову и прочел молитву. Их окружил переливающийся полупрозрачный щит. Кевин убрал барьер.

— То есть, — Линда была задумчива, как всегда когда о чем-то размышляет, — прямые обращения не работают, но ритуальные да?

— Похоже на то, — согласился Кевин.

— Это очень, очень странно. Насколько я знаю, суперинтеллекты на н-планетах не делают такой избирательности. Они либо нормально взаимодействуют с людьми, как нормальный сильный интеллект. Либо не взаимодействуют вообще. А чтобы одна форма работала, а другая нет, это что-то новенькое. Странный он у вас…

— Да уж, — Кевин был полностью согласен. Странностей в последнее время хватало.

— Идем в столицу, — Линда вспомнила про первый вопрос.

— Будем искать Пустотников? — догадался Кевин.

— Если получится. А если нет, то стандартная практика — по библиотекам и борде…, я хотела сказать, по трактирам!

И за долгое время девушка улыбнулась. Кевин тоже улыбнулся в ответ.

— А может нам сходить на постоялый двор? Узнаем что там, что имел ввиду Бог, — Кевин опять завел свою шарманку. Он все порывался заплатить за украденные припасы.

— Да ну. Мы же не пошли в монастырь в такой же ситуации, и смотри как все замечательно получилось! — девушка опять рассмеялась.

— Это совсем не смешно, Линда.

* * *

Они шли по тракту в сторону столицы. Светило теплое солнышко. Дорога была пуста на сколько хватало глаз. Конечно, можно пробираться параллельно по лесу. Тогда их точно никто не увидит. Но сколько можно прятаться? Им так и так придется выйти на люди в столице.

Шанс встретить преследователей конкретно сейчас и конкретно здесь был пренебрежимо мал. Расстояния на Сатере были большие, а из транспорта только свои ноги. Даже встречные пути занимают дни и недели, а остальные вообще никогда не пересекутся.

— А не пора ли мне снова перекраситься? — вдруг заявила девушка.

— Как-то это не очень помогает, — буркнул Кевин.

"И то правда", — подумала Линда.

— Кроме того, на постоялом дворе монахи и стражники тебя не видели.

— Но обо мне, как я сейчас выгляжу, им расскажет трактирщик!

— Ты права. Какой цвет хочешь?

— Мы уже все перепробовали? Давай тогда по кругу. Обратно в светлый.

Кевин послушно опустился на колени, отвернувшись в другую сторону, сложил руки в ритуальном жесте и опустил голову. Линда заранее взяла локон сбоку рукой и отвела его к глазам, чтобы наблюдать за переменами. Но сам момент смены цвета не заметила. Волосы просто стали другими. Почти как у нее были изначально, но с более желтым оттенком.

— Ты специально изменил цвет?

Кевин покраснел.

— Извини. Исправить?

— Не надо, мне нравится. Но вернуть мой родной сможешь, если что?

— Конечно, — и тут же поправился: — Точнее, если на то будет воля божья.

Линда догадалась, что Кевин каждый раз задавал ей цвет, который ему самому нравился. Это было даже приятно. Хотя и ей самой выбранные юношей оттенки тоже нравились. Они все получались насыщенного цвета, волосы блестели и переливались бликами на солнце. Было красиво.

— Снова блондинка! — подытожила девушка.

— Поздравляю, тебе идет, — с улыбкой ответил Кевин, поднимаясь с земли.

— Спасибо, а ты у нас стал джентльменом!

— Кем?

— Не обращай внимания. Вежливым человеком.

На Сатере колонисты пропустили многие этапы развития человечества. И почти не помнили своей истории до появления суперинтеллекта. Поэтому Кевин не знал многих слов. В остальном же он был достаточно образован и не уступал по интеллекту любому современному человеку. Несмотря на то, что был монахом. И всю жизнь разговаривал напрямую с Богом.

Постепенно они дошли до своей цели. Столица оказалась крупным городом. Линда даже не смогла окинуть его весь взглядом, хотя они сейчас находились на некотором возвышении. Архитектура была чем-то похожа на Мирос, только более разнообразная.

Линда в очередной раз порадовалась, что они решили идти сюда. В таком большом городе действительно можно затеряться.

В столицу стекалось много народу, но это по большей части касалось фермеров, которые везли свою продукцию с полей, расположенных перпендикулярно Сирмскому лесу. А с тракта почти никто не шел. Линда и Кевин смешались с толпой, подождали пока стражники отвлекутся на очередную повозку, а после проскользнули в город, держа между собой и ними поток людей.

Но делать это было не обязательно, простая предосторожность. Линда в очередной раз перекрасила волосы, а среди входящих в город виднелись время от времени монахи. И стражники абсолютно не обращали на них внимание. Монашеская ряса Кевина оказалась отличной маскировкой, несмотря на наличие девушки рядом. Потому что она в любой момент могла отстать на несколько шагов. И они превращались в обычных не связанных друг с другом прохожих.

Линда хотела заселиться в ближайшей к городским воротам таверне. Но Кевин потянул ее за собой. Он уже был в столице во время обучения, поэтому знал планировку города. Расположенные дальше вглубь города заведения имели более качественную еду и сервис, а стоили дешевле.

У расположенной рядом с воротами таверны тоже было свое преимущество в виде большого и сменяющегося потока постояльцев. В ней останавливались ненадолго, в основном, те кто спешил по рабочим делам. Это давало непрерывный поток новых лиц. Но это также означало, что если они остановятся там надолго, то будут этим выделяться. А еще при любой погоне ближайшую таверну будут проверять в первую очередь.

А таверна ближе к центру столицы имела более постоянных постояльцев и давала выход на центральные улицы, заполненные большим числом прохожих. Среди которых легко затеряться при бегстве. Поэтому ее выбор был оправдан.

Линда с Кевином заселились, получив двухместную комнату на втором этаже. Кевин заявил, что ему нужно проведать нескольких знакомых. У которых он собирался собрать информацию об обстановке в городе. И узнать что-нибудь полезное. Линда не пошла с ним, потому что очень устала с последнего перехода. Поэтому осталась отсыпаться.

Кевин вернулся вечером. Он рассказал, что в столице жизнь течет своим чередом. Никто их не разыскивает. По крайней мере, из новостей этого не следовало. Спрашивать напрямую он об этом не мог, конечно.

А еще он узнал, что рядом с городом живет Пустотник.

Когда Кевин разговорился с одним старым знакомым еще со времен обучения и упомянул, что сейчас он изучает доцерковные времена. То знакомый сказал, что об этом лучше всего поговорить с отшельником с района ферм. Тот прибыл в столице несколько десятков лет назад, с порога заявив, что он самый настоящий Пустотник. Но так как ничем не мог это подтвердить, кроме слов, то скоро приобрел славу чудака.

После этого он замкнулся и прожил последующие годы уединенно в своем доме на отшибе, на который он скопил за время работы в столице. Знакомый вспомнил об этом отшельнике, так как Кевин упомянул доцерковные времена. Тот тоже рассказывал сказки про этот период.

С этими новостями монах поспешил к Линде. Следующий шаг становился очевидным. Они только надеялись, что старик еще жив.

Утром, позавтракав в столовой при таверне, Линда и Кевин отправились к Пустотнику. Дорога к нему занимала около трех часов, знакомый Кевина хорошо ее описал. Сначала перпендикулярно тракту сквозь фермерские поля, а после свернуть на неплодородную почву и через час они должны были выйти к дому отшельника.

Кевин с Линдой без труда нашли указанный дом. Старика встретили недалеко, он тоже возвращался по каким-то делам. Ничем особенным он не отличался от других людей, но сразу подтвердил что он Пустотник и согласился их выслушать.

Они рассказали ему, что встретились с племенем Пустотников за Академией. На что старик только хмыкнул.

— Мы знаем, что они ненастоящие, — сказал Кевин.

— Да?

Еще когда они шли к дому и говорили на разные случайные темы, стало понятно что старик не воспринимает их всерьез. Он принял их за докучающих бездельников, которым интересно послушать его сказки. У Пустотника давно выработалась тактика общения с такими людьми. Он не отрицал, кто он, но и не говорил ничего полезного. Его целью было, чтобы в нем как можно быстрее разочаровались и оставили его в покое.

Поняв это, Линда спросила:

— А вы настоящий?

— Конечно! — ответил тот, но тоном как разговаривают с детьми, а не реально отвечают.

"Так дело не пойдет", — подумала Линда. Так они старика не разговорят. Неизвестно еще, знает ли он вообще что-нибудь. Но диалог и без того не складывался.

Поэтому Линда решилась. Они переглянулись с Кевином, тот тоже понял, что она собирается сделать. Кевин кивнул, а девушка осторожно произнесла:

— Я знаю доцерковные заклинания.

— Неужели? — старик снова хмыкнул в своей фирменной манере.

Линда вытянула руку и запустила порыв ветра. Стройное деревце неподалеку согнулось, его листва зашумела, а ветви закачались.

— Так достаточно убедительно? — Линда посмотрела на отшельника. Тот заметно оживился:

— И давно ты так умеешь, девочка?

Было непохоже, чтобы он поверил ей. Очевидно, что кому-то уже приходила в голову идея так разыграть старика. В мире, где Бог может выполнить почти любую твою просьбу, возможно за какую-то услугу, это не представляло проблем. Но интерес старика они все же вызвали. Он пригласил их в дом и напоил чаем.

Отшельника звали Галем. По его словам, он происходил из анклава Пустотников. Еще в юном возрасте, в свои двадцать лет он покинул анклав по причинам, в которые не хотел вдаваться, обошел горы и пришел в столицу. Дальше его рассказ совпадал с тем, что знали Линда и Кевин.

И раз ребята подготовились, что даже порадовали его похожим на правду фокус, он сказал что из этого он делает вывод, что им это все и правда и интересно. Поэтому готов ответить на их вопросы.

Галем рассказал, что еще до появления Господа, люди обладали древней магией. Это не было как сейчас, когда Бог может сделать что угодно. Это скорее было набором фиксированных заклинаний. Но даже они давали людям большие возможности.

— Не знаю кто вам это рассказал раньше, но все было примерно как ты показала, Линда.

Девушка не стала убеждать старика, что ей доступна та возрожденная древняя магия. Она ведь знала, что это делает суперинтеллект. А отшельника они и так разговорили.

— Никто мне тут не поверил, конечно, — с грустью добавил Галем, — насмехались надо мной. Называли вруном и сказочником.

Это было неудивительно. По общепринятой теории, история чудес начинается с появления на Сатере Бога.

— А кто-нибудь среди Пустотников сейчас обладает такой магией? — спросил Кевин.

— Нет, что ты. Это же древняя история. Мы просто передаем эти знания из поколения в поколение. Бог уничтожил всю магию.

— А где анклав сейчас? — поинтересовалась Линда.

— За горами. За Академией раньше был горный перевал, наши предки прошли по нему. Со временем, из-за землетрясений и обвалов, перевал стал непроходим. Но анклав до сих существует.

В общем, на взгляд Линды, все было очевидно. Отколовшаяся группа ушла за перевал и там обосновалась. Легенда о доцерковных временах позволила им сохранить идентичность, не ассимилировавшись с другими окрестными людьми. Вот и вся история хваленого анклава Пустотников.

На практике Галем ничего больше не мог им сообщить. Даже какие именно типы заклинаний существовали до церкви. Остались лишь слухи и выдуманные сказки, о чем Галем их честно предупредил. Но кое-что полезное они все же узнали. У Пустотников не было развитой архитектуры, библиотек для хранения знаний или чего-то подобного. Поэтому не было смысла к ним идти за дополнительной информацией.

Фактически единственное, что отличало их от остальных людей — это отрицание, что все чудеса появились только с Богом. Они единственные утверждали, что до этого тоже существовало что-то сверхъестественное. Но доказать этого не могли.

Возвращаясь от Пустотника, Линда укрепилась в своем мнении, что суперинтеллект существовал на Сатере еще до этого сдвига в эту чудаковатую религиозность. По каким-то причинам он изменился и либо стер прошлое, либо оно само утратилось за неинтересностью. Так как открывшиеся возможности прямого взаимодействия с Богом и исполняемые им желания перевесили все, что было до этого. Кевин согласился, это звучало реалистично.

А вернувшись в таверну, Линда с Кевином узнали, что Пустотники захватили западную церковь.

* * *

Вся таверна возбужденно гудела. Пока они ходили к отшельнику, днем в столицу зашел отряд Пустотников из полусотни человек. Они ворвались в ближнюю к западным воротам церковь, выгнали оттуда всех монахов и заняли ее. Позднее к ним присоединился еще один отряд и общая численность захватчиков составила чуть больше сотни человек.

Не теряя времени, Линда с Кевином пошли посмотреть, что случилось. Западная церковь находилась от их таверны не очень далеко.

Площадь перед храмом была заполнена монахами и любопытствующими. Кто-то пытался молиться, монахи регулярно вставали на колени и взывали к Богу. Но, похоже, ситуацию это не меняло.

У входа в церковь стояли вооруженные люди. В зеленых накидках с капюшонами, отдаленно напоминающих монашескую рясу. Но с другим кроем и более практичная. Одежда вторженцев больше напоминала охотничьи костюмы, но если к ним добавить церковные элементы, чтобы это напоминало монашеское одеяние.

В руках они держали дубинки. В разговоры с местными не вступали. Но выглядели однозначно как люди, которые без колебаний пустят в ход оружие, если к ним кто-то приблизится.

Рядом растерянно переминались с ноги на ногу несколько столичных стражников. Хотя они были вооружены копьями, но копья носили скорее экстерьерный характер. Реально стражники максимум что делали, это разнимали пьяные драки. Вопросами правосудия на Сатере занимался Бог.

И тем удивительнее было, что Он ничего не делал с захватчиками.

Кевин и Линдой наблюдали из толпы за происходящим. День клонился к вечеру, в итоге монахам пришлось разойтись. Часть отправилась в имевшиеся неподалеку таверны, кого-то приютили сердобольные жители, а остальные разбрелись кто куда. Возможно, к родным или знакомым.

Примерно в это же время пришли вести, что в остальных двух крупных столичных церквях монахи заперлись внутри. Было не совсем понятно, велел ли им это сделать Бог. Или они забаррикадировались, чтобы Пустотники не захватили их церкви тоже. Но от обоих настоятелей пришел однозначный отказ в помощи, они заявили что не покинут свои территории.

Когда с наступлением темноты толпа стала расходиться, Линде и Кевину пришлось тоже вернуться в таверну. Они не хотели пока связываться с захватчиками, потому что ситуация была неясна. Из разговоров с остальными жителями и выгнанными монахами выходило, что Бог игнорировал любые вопросы про Пустотников. Но при этом продолжал исправно выполнять другие бытовые молитвы. Хоть и со сбоями. Оставшись без божьего руководства, никто не знал что делать.

На следующий день оказалось, что Пустотники организовали патрули и отправили их по городским улицам. Группами по четыре-пять хмурых человек они посещали таверны и публичные места. Там они вели что-то вроде проповедей. Дубинки при этом держали при себе.

По их рассказам, Пустотники в анклаве почувствовали, что воля божья слабеет. По какой-то их старой легенде это означало, что они должны вернуться к людям и занять свое заслуженное место. Вот они и пришли. Что конкретно это означало, они сами не могли толком объяснить. Ссылаясь, что их будет вести некий Случай.

Пустотники довольно долго жили в изоляции, поэтому их речь и традиции заметно изменились. Они употребляли слова в непривычном значении, у них сформировались свои ритуальные жесты, которых не было у обычных горожан. Самим Пустотникам среди людей тоже было некомфортно. Они держались обособленно и настороженно.

Как и все остальные, Линда и Кевин слонялись по городу, пытаясь выяснить что происходит. Для жителей все происходящее было чем-то вроде представления. Никто не сомневался, что такова божья воля. Ну как иначе-то? Но сам замысел божий оставался скрыт, что и было основной темой обсуждений.

Хотя без эксцессов тоже не обходилось. Несколько монахов, не дождавшись инструкций от Бога, решили самостоятельно вернуться в свою обитель. Там они были нещадно избиты Пустотниками, одному монаху даже сломали ребра и у него открылось внутреннее кровотечение. Хотя кости потом удалось быстро срастить божьей молитвой, поэтому все обошлось синяками и гематомами.

Линда с Кевином в эти два дня часто разлучались, парень прибивался к монахам, чтобы разузнать у них подробности. Но это не дало результата, они были в таком же недоумении, как и он.

А на третий день в столицу прибыл отряд монахов из Мироса. Посланные епископатом. А вот это уже напрягло Линду с Кевином. О, это еле уловимое чувство опасности. Прибывшие монахи выглядели и двигались в точности как те, что бегом побежали на постоялый двор, когда там скрывались парень с девушкой.

Миросовские монахи приехали на двенадцати крупных повозках, по десять человек в каждой. Они сразу отправились к захваченной церкви. Но количество Пустотников, похоже, для них самих оказалось неожиданностью. Вторженцы заперлись в церкви и не отвечали монахам. Те покричали перед зданием, угрожая божественной карой.

Но выглядело это очень нелепо. Потому что, а чего же Бог их тогда не покарает? Раз такое дело… Ничего не произошло, смущенным новоприбывшим монахам тоже пришлось расходиться. Они набились по столичным тавернам, создав давку и переполнив имеющиеся места.

Ко многим постояльцам пришлось подселять миросовских монахов, так как мест не хватало. Но Кевин с Линдой выглядели как пара, поэтому в их комнату никого добавлять не стали. Однако теперь при выходе из номера им приходилось оглядываться, чтобы не попадаться на глаза миросовским монахам. Впрочем, было не похоже, что тем есть до них дело. Но Кевин с Линдой решили перестраховаться.

За это время им удалось выяснить, что основной анклав остался на месте. В столицу прибыло боевое крыло Пустотников, отличавшееся большей религиозностью. В среде анклава произошел раскол, часть сомневалась в знамениях, а вторая снялась с места и двумя отрядами двинула на столицу.

Они не ожидали здесь теплого приема, так как по их вере выходило, что чуть ли не весь мир должен принадлежать им. Но неожиданный успех с захватом первой же попавшейся церкви, стал для них самих сюрпризом. И сейчас они пытались расширить свой ореол, расползаясь по городу. Но людей хватало на оборону только одной церкви. А местные жители не торопились вступать в их веру, оставаясь верными своему Господу. Линда с Кевином наблюдали за всем этим недоразумением, думая что со всем этим делать.

А на следующий день им наконец удалось столкнуться с Пустотниками на безопасной территории. Группа из четырех вторженцев пришла в летнее кафе, в котором парень с девушкой коротали время. Заняли столик с краю, после чего старший встал и громогласно заявил, что они занимают этот стол по своему праву. Выглядело это комично. Никто их не просил так делать, половина столиков в кафе и так были свободны.

Пустотники большинство своих действий сопровождали ритуальными фразами. Это было их отличием от обычных людей. Хотя молитвы жителей Сатеры тоже имели словесное описание, но к Богу было принято обращаться молча. Мысленно. Причем часто в свободной форме. Молитвы использовались больше как бы для кластеризации, когда ситуация относилась к одной из стандартных проблем. Тогда молитва выступала как шаблон для запроса к Богу.

Но у Пустотников почти все выражалось голосом. Причем большинство фраз даже не имели смысла. Но по их звучанию было заметно, что они сформировались за прошедшее время. Как упрощались слова, как заменялись для большего благозвучия или простоты произношения. Такое происходит, если одну фразу часто повторяют разные люди в течение нескольких поколений.

Кевин встал и подошел к ним. Будучи монахом, он надеялся легче найти общий язык с прибывшими. В поведении которых тоже угадывался монашеский уклад жизни. Линда осталась прикрывать. Если что-то случится, она надеялась повалить Пустотников порывом ветра, дав этим время Кевину сбежать.

Они даже не обсуждали этот план. За время совместного путешествия Кевин с Линдой начали довольно часто понимать друг друга без слов.

— Чего тебе, сын мой? — обратился к Кевину старший из Пустотников, заметив его приближение.

— Я хотел бы узнать больше, — ответил Кевин.

Те молча подвинули ему стул и предложили еды. Кевин с Линдой уже давно заметили, что пока захватчики оставались в уверенном большинстве, то вели себя спокойнее. Это тоже было причиной, почему Кевин отправился к ним один.

Но вместо типичных вопросов, что те забыли в столице, Кевин сразу спросил:

— Расскажите про заклинания в доцерковную эпоху.

— Откуда ты об этом знаешь, сын мой?

— Прочитал в соборной библиотеке в Велесе, — соврал Кевин.

— Что ж… Я рад, что эти знания не утрачены в миру. Еще до того, как появился Бог, мир принадлежал людям. Никто не указывал что им делать, каждый нес бремя только собственной судьбы.

— "Судьбы", — хором повторили остальные Пустотники. Похоже, это было одно из их фетишистских словечек.

— Это понятно, а заклинания?

— А заклинания позволяли им это делать. Нести знамя человечества через Пустоту.

— "Пустоту", — снова повторили остальные за своим предводителем. С таким обыденным тоном, будто так делают по сто раз на дню.

Линда чуть было не закатила глаза, слушая эти хоровые присказки. Эти люди одновременно напоминали фанатиков в своем худшем проявлении, и одновременно адекватных людей. Странное сочетание.

— Что это значит? Как вообще работали эти заклинания? — продолжал выпытывать Кевин.

Старший из Пустотников запнулся, размышляя стоит ли говорить это монаху.

— Мы считаем, что это были технологии. Суть которых мы не понимаем, потому что они утрачены за прошедшие поколения.

А после добавил:

— Но часть нашего анклава считает, что тогда существовал другой Бог.

— Другой Бог? — это было что-то новенькое, такую версию Кевин раньше не слышал.

— Да, верно. И он давал людям творить эти заклинания.

— А что произошло потом?

— Потом явился новый Бог и изгнал или уничтожил старого. И с ним исчезла древняя магия. Но это вторая по популярности версия, что тогда произошло. Большинство из нас считает, что это были технологии, которые мы утратили.

— И вы хотите их восстановить?

Старший Пустотник наконец улыбнулся:

— Хотелось бы, сын мой. Но на то они и утрачены, что их не восстановить. Только переизобрести заново. А на это сейчас нет никакой возможности. Тот уровень технологий, с которым колонисты прибыли на планету, требует столько производства и технических знаний, которых сейчас нет на всей Сатере.

— А как вам живется там, в анклаве? — не удержался от любопытства Кевин.

— Нормально. Как везде, думаю, — Пустотник пожал плечами.

— А… Бог, вы с ним разговариваете?

Старший строго посмотрел на Кевина.

— Мы стараемся не обращаться к Богу в обычной жизни. По крайней мере, так делают те, кто верно блюдет традиции. Как ты понимаешь, нет возможности проверить, если кто-то это нарушает. Но это у нас не одобряется.

— А от вас часто уходят? — спросил Кевин, вспомнив об отшельнике Галеме.

— Бывает… Мы никого не держим. Просто наша долина довольно изолирована от внешнего мира. К нам мало кто приходит и еще меньше, кто готов отправиться в сложное и трудное путешествие через горы.

— А сейчас что, наступает конец света или вроде того?

Пустотник рассмеялся:

— Нет, что ты. Но у нас есть древняя легенда, что когда власть Бога ослабнет, мы должны выйти к людям и взять все свое по праву. Таково наше предназначение.

— "По праву", — повторили остальные.

— А если у кого-то сейчас появятся те доцерковные заклинания, то что это будет означать? — спросила Линда, которая незаметно подошла и уже некоторое прислушивалась к разговору вблизи.

— Это невозможно. Если то были технологии, то они утрачены. А если предыдущий Бог, то он давно мертв.

Поговорив еще немного, Линда и Кевин вернулись за свой столик. В принципе, картина совпадала с тем, что им удалось выяснить раньше из сплетен горожан. Сбои в обращениях к Богу в анклаве приняли за знамения, и старая легенда погнала наиболее фанатичных, заставив их прийти к людям. А здесь "брать по праву" оказалось легко, потому что никто не оказывал сопротивления. Приняв все происходящее за волю божью.

Кевин смотрел на Пустотников. Ему оставалось только представлять, чего тем стоило отправиться в путь. Боялись ли они, что Господь их покарает? Каково это было силой захватывать церковь, зная что Бог за это неимуемо накажет. Или они действительно настолько верят в свою легенду, что не боятся?

В любом случае, факт остается фактом. Пустотники силой выгнали монахов, несколько раз применили свои дубинки на невиновных. И ничего им за это не было. Прибывшие на подкрепление миросовские монахи тоже ничего не смогли с ними сделать. А сейчас, как догадывался Кевин, сидят по тавернам и ждут новых инструкций из Мироса. Или новый отряд.

Кевин тут же поделился с Линдой этими соображениями. Если сюда будут стекаться монахи от епископа, то в столице станет небезопасно. А ведь они даже не выяснили, жив ли епископ после того первого проявления струи пламени у Линды.

— А может давай им покажем мою "магию"? — спросила Линда. — Интересно, что будет.

— Интересно ей, — тихо пробурчал Кевин. Он не разделял любопытства девушки.

Ясно же, что сейчас с помощью Бога можно имитировать любой эффект, прочитанный из старых книжек. А как они уже убедились с Линдой, некоторые книги с описанием тех времен сохранились. Как та обугленная книга из Академии. Возможно, где-то есть и целые.

— А что думаешь про другого бога? — спросил Линду Кевин.

— Абсолютно исключено. Суперинтеллектов не может быть несколько на планете.

— Почему?

— Исключающая эволюция. Точнее, скорость эволюции.

— Ничего не понял…

— Появление таких вещей, как разумность, дает такое огромное эволюционное преимущество, что другие виды просто не успевают развиться. По историческим меркам. Когда у людей появился интеллект, это автоматически исключило появление интеллекта у других животных.

— Но почему, что мешало им тоже развиваться и достичь разумности?

— Так говорю же, эволюционное преимущество. И скорость экспансии, вызванная таким огромным преимуществом. Человек, пользуясь этим преимуществом, что стал разумным, сразу занял все ниши. Со скоростью, не давшей развиться другим видам.

— Все равно, как-то это странно и нелогично.

— Есть много примеров, вроде прорыва плотины и залившей все поле воды. Теперь на этом поле ни одна лужа, которая там была, не сможет увеличиться и стать озером. Потому что все уже занято внешней водой. Но все это плохие примеры, не передающие суть. Дело именно в большой разнице, в огромном скачке по эволюционному преимуществу. Это как фазовый переход. Как скорость света по сравнению со скоростью звука.

— Но ты говорила, суперинтеллекты появляются, когда складываются такие природные условия. Разве не может быть, что в одной части планеты зародился один, а на другой стороне другой?

— Даже если бы так произошло, вероятность чего равна нулю, все равно один зародился бы чуть раньше. И в таких масштабах это было бы его супер преимуществом. Пользуясь им, он вытеснил бы второго. Не могут на одной планете существовать два суперинтеллекта какое-то заметное время. Это как электрическое напряжение более высокого уровня. Оно просто выше, более низкие на его фоне невозможно выделить.

— У меня это все равно не укладывается в голове.

— Я понимаю. Но это давно изученная тема. Множество исследований, симуляций, научных доказательств. Там все нормально. Не понимать это нормально. Это как не понимать сразу квантовую механику, обычное дело. Кстати, как у вас Бог объясняет квантовую физику? Ты про нее знаешь?

— Никак. Мы ее знаем на уровне теории. Измерить все равно нечем.

— То есть измеряйте, хоть и нечем, она есть, но рядом будет происходить сверхъестественное, да? — Линда усмехнулась, представив это противоречие и как колонистам приходится с этим жить.

— Ага.

В итоге разговор с Пустотниками не сильно прояснил ситуацию. Линда с Кевином остались с прежней убеждением, что суперинтеллект зародился на Сатере несколько раньше, чем гласит известная история. А затем по каким-то причинам изменился и начал играть в средневекового Бога.

* * *

Кевин с Линдой вернулись в таверну. На первом этаже ужинали миросовские монахи, но ждать пока они уйдут было слишком долго, поэтому парень с девушкой прошли мимо них. Просто старались отворачиваться и не смотреть на ужинавших, чтобы те не заметили их лица.

Кевин попросил у трактирщика принести еду им в номер. Потому что перекуса в летнем кафе оказалось мало. И когда они сидели с Линдой на кровати и, как всегда, обсуждали события за день. Случилось нечто странное.

"Кевин…" — голос Бога в голове Кевина хрипел и задыхался. Юноша замер, прислушиваясь.

"Найди меня". И замолчал.

Кевин тут же пересказал Линде странное послание.

— Что это значит? — спросила девушка.

— Понятие не имею.

— А где его искать, что значит "найди"? У вас в Писании есть что-нибудь про поиск Бога?

— Вроде нет… — Кевин не мог вспомнить таких упоминаний.

— Может, это иносказательно? Найти Бога в себе. Мол, прислушайся к себе. Может, надо как-то развить в себе способность воспринимать суперинтеллект?

— А знаешь… — Кевин оживился, — В этом что-то есть! Помнишь, на нас кинулся епископ? А потом, на постоялом дворе, нас преследовали монахи. И еще в Миросе тоже напали монахи.

— Да, и что?

— Я много думал об этом. Почему монахи? Разве они не должны нести волю Бога? А сейчас, после твоих слов, я подумал… А может нас преследовали именно монахи как раз потому, что у них большая чувствительность к божьему голосу? Может, Пустотники правы, власть Бога ослабевает и его теперь слышат только наиболее святые люди?

— Ну да, святые. Которые пытались нас убить. И к тому же, обычные бытовые молитвы ведь работает как раньше.

— Ну, не как раньше, немного хуже. Но ты права, не сходится.

— А еще ты монах тоже. Почему тогда ты не можешь с ним общаться?

Кевин опустил голову.

— Потому что я плохой монах.

— Не говори так, ты отличный монах.

— Правда? — юноша вскинул голову с надеждой, уставившись на Линду. Чем только смутил девушку.

— Извини. Я не знаю, хороший ты монах или нет. Просто хотела поддержать.

— Ясно.

— Но это неважно! Нет такой вещи как хороший или плохой монах. Мы имеем дело с планетарным суперинтеллектом. Просто набор химических реакций между конгломератами сложных молекул. Но из-за масштабности процесса, часть этого явления мы воспринимаем как разумное существо. Но в реальности его нет.

— Я помню. Но прости, Линда, мне это сложно принять.

— Понимаю, все в порядке. А ты еще что-нибудь странное заметил, когда суперинтеллект заговорил с тобой?

Кевин задумался.

— Знаешь… Он будто хрипел и задыхался.

— Задыхался?

— Ага. Такое вообще возможно?

— Нет, он же не живое существо. Поэтому ни хрипеть, ни задыхаться не может. Но он мог хотеть этим тебе что-то показать. Хотя нет, тогда сказал бы прямо. Я не знаю…

— Если бы ты не рассказывала мне все это про суперинтеллекты и н-планеты, я бы решил, что он умирает.

— Умирает? Протоинтеллект? — Линда скептически хмыкнула.

— Сам не могу поверить, что сказал такое, — Кевин улыбнулся девушке, — в прошлой жизни это было бы страшным богохульством.

— Но теперь ты так не думаешь?

— Я не знаю что думать, Линда. Все это слишком странно. Иногда мне начинает казаться, что ты права и Бог просто смеется над нами.

— Не исключено. Но работать придется с тем, что есть. Если бы у тебя была необходимость увеличить свою чувствительность к Богу, укрепить свою веру, то что ты стал бы делать?

— Когда я жил в монастыре, то соблюдал бы распорядок дня. Молился, работал, посещал мессы. Старался бы не отвлекаться и быть образцовым монахом.

— И это помогало? — Линда уже немного изучила характер юноши, поэтому не очень верила в такое.

— Не очень, — признался Кевин.

На всякий случай они решили проверить работоспособность суперинтеллекта. Кевин произнес короткую молитву, чтобы зажечь свечку на столе. Фитиль послушно вспыхнул. Кевин попробовал обратиться к Богу напрямую. Ответа нет.

Линда тоже с удовольствием проверила бы свои "заклинания". Научный подход требовал проверить все проявления протоинтеллекта. Но здесь она разнесла бы половину таверны своими навыками. Поэтому эту часть проверок пришлось отложить.

По всему выходило, что какая-то автономная часть планетарного суперинтеллекта продолжала работать. На шаблонных молитвах. И или не только шаблонных, скорее на бытовых вопросах. Что в силу их количества по всей планете, тоже можно было считать шаблонными действиями. Несмотря на то, что просьбы людей к Богу были в свободной форме. Но просили они одно и то же, что можно было рассматривать как шаблон.

А вот с общением с Богом как с разумной личностью, возникали проблемы. Он то не откликался, то выдавал странные фразы. Хотя со многими другими людьми разговаривал как и раньше. Это было видно, как кто-то замирал и вел внутренний диалог. А потом с удовлетворенным видом, будто получил ответ, продолжал свои дела. Линда с Кевином уже много раз сталкивались с таким вполне нормальным по сатеровским меркам поведением других людей. С тех пор, как началась вся эта чертовщина.

Поэтому казалось, что трудности с Богом были только у них. А остальные этого не испытывали. Ну, еще были проблемы с непонятным противостоянием Пустотников с монахами. Или что извозчики не могли справиться со своей же повозкой. И другие случаи. Но это были редкие исключения. Которые, как уверял Кевин, и раньше случались. Вопреки рассказам Линды, Бог не был бездушной машиной, которая работает как автомат. Он мог по своей воле не отвечать. Или обращаться к людям первым. Или требовать от людей действий, которые на первый взгляд казались непостижимыми.

А вопроса как усилить свое восприятие Бога, в принципе никогда не возникало. Возможно, Кевин с Линдой первые среди людей, кто вообще об этом задумался.

* * *

На следующее утро миросовские монахи предприняли новую попытку штурма захваченной Пустотниками церкви. Так как Господь не помогал им в этом деле, то монахи подготовились своими силами.

Они взяли копья у столичных стражников (те отдали без проблем, монахи на Сатере находились на более высокой ступени социальной иерархии). И еще топоры и крупные ножи у плотников. А также притащили с собой лестницы.

Горожане смотрели на эти приготовления с нескрываемым удивлением. Бог санкционировал такое поведение, как такое может быть? Убийства были страшным грехом, не остававшимся без последствий. И от Бога было невозможно что-то утаить. И избежать наказания.

В принципе, даже если это была инициатива самих миросовских, в этом была логика. Пустотники пришли с одними дубинками. Поэтому оружие со стальным лезвием придавало монахам уверенности. Что они вооружены лучше, чем забаррикадировавшиеся в церкви захватчики.

Но когда монахи приставили лестницы и начали лезть к окнам второго этажа, на которых не было ставень, Пустотники начали лить на них сверху кипящую воду. Монахи попадали с криками. Красные от ожогов, они катались по земле от боли.

Тут же подбежали остававшиеся в стороне монахи и горожане. Оттащили пострадавших и кое-как привели их в норму молитвами, заживив ожоги.

Штурм провалился.

"Ну что за клоуны", — подумала Линда. Они вместе с Кевином наблюдали за происходящим с некоторого расстояния.

Все это начинало ей надоедать. Они только теряли время. Ясно же, что появление Пустотников было случайностью. Недоразумением из-за какой-то сохранившейся и исказившейся от времени легенды. Можно было даже проследить цепочку: раньше люди владели миром, значит после ослабления Бога должны прийти и снова владеть.

В мифологии изолированных Пустотников это чудесным образом преобразилось в идею, что они должны вернуться и завладеть всем что их по праву. Себя-то они точно считали наследниками тех древних доцерковных людей.

— Я вспомнил, — вдруг сказал Кевин. — Еще одна библиотека есть во дворце.

— Во дворце?

— Ну да, здесь, в столице.

— Давай по-порядку, у вас есть король? Первый раз об этом слышу.

— Нет, короля нет.

— Но есть дворец?

— А что? — Кевину было непонятно удивление Линды. — В нем хранятся всякие важные вещи. И охраняются стражниками. Преступность на Сатере ведь есть. И сумасшедшие тоже.

— Так, и значит во дворце есть библиотека?

— Да. Но в нее нельзя попасть!

— В смысле?

— Буквально. Ей нельзя пользоваться. Это не общая библиотека, а дворцовая. В нее нет доступа. Я поэтому о ней раньше не думал, только сейчас вспомнил. Потому что мы не можем в нее попасть.

— Ну, насчет последнего я не уверена, — ухмыльнулась Линда.

— А еще там есть сокровищница артефактов.

— Кевин! — возмущенно фыркнула девушка.

— Что?

— Мне из тебя все клещами тянуть? Давай, рассказывай! Что за артефакты?

— Я не знаю. Дворцовая сокровищница. В нее тоже нет доступа. Что-то вроде музея, полагаю.

— И мы сможем найти там что-то интересное?

— Наверняка. Я тут подумал, там могут храниться исторические записи, которых нигде больше нет. Ты ведь такое хотела найти?

— Умница, Кевин. В этом есть смысл, надо ее проверить.

Юноша удивлялся сам себе. Когда-то ему такое даже в голову не пришло бы. А сейчас он может спокойно рассуждать, как ограбить дворцовую сокровищницу.

Со штурмом история закончилась, монахи разбрелись залечивать раны. Из церкви как ни в чем не бывало вышли несколько Пустотников и встали у входа, обозначая свое присутствие. Странно, что миросовские не догадались открыть охоту на те группы захватчиков, что бродили по городу и проповедовали. Но вернуть под свой контроль здание церкви, видимо, казалось им более важной задачей.

Кевин с Линдой пошли к дворцу. Оказавшись рядом, Линда поняла что это было скорее административное здание, а не дворец. По виду оно выглядело как дворец, состоящий из нескольких корпусов, с разными по размеру башенками на крыше. И примыкающими хозяйственными постройками.

Но торжественности и королевского величия в нем не ощущалось. Люди входили и выходили, как на любой работе в будний день. Немного скрашивали впечатление стоящие по сторонам главного входе двое стражников с копьями. Но Линда подозревала, что если у них самих спросить, что они там делают, то они вряд ли смогут ответить.

Кевин объяснил, что вход во дворец свободный. Внутри есть несколько залов, где проводятся балы и свадьбы местной знати. Общих собраний жителей на Сатере, как таковых, не существовало. Бог мог сказать сразу всем все что нужно. Но праздники и разные мероприятия, требующие собраться в одном месте большому количеству людей, проводились как на любой планете. И здесь роль такого места выполнял дворцовый комплекс.

Но под дворцом были подземелья. А вот туда посторонним вход был запрещен. Кевин не знал, кто именно там работает и что там вообще можно делать. Но где-то там была закрытая от посещения дворцовая библиотека и дворцовая сокровищница.

Они прошли по залам дворца, знакомясь с обстановкой. Кевин здесь раньше не был. В его прошлые посещения столицы, бывать во дворце у него не возникало нужды.

Залы блистали убранством и действительно напоминали классический замок. Линда восхищенно смотрела на свисающие со стен гобелены и на шикарные многоярусные люстры со свечами под потолком. В это время во дворце никаких празднеств не проводилось, посетителей было мало.

Немного поплутав по залам, Кевин привел Линду ко входу в подземелье. Спуск охраняли четверо стражников. И это было как-то перебор, на взгляд Кевина.

Они прошли мимо охраны, сделав вид что идут по своим делам. Но уже было ясно, что им туда незаметно не пробраться.

— Ждем пересменки и попробуем прокрасться? — спросила Линда.

— Вряд ли нам это удастся. Охрана на вид серьезная. Они такой уязвимости не допустят.

— И что тогда делать?

Очевидно, что здесь им не пройти. Кевин задумался, есть ли другой вход. Через канализацию или подземную реку, как в детских книгах? Но тут же отбросил эту идею. Люди не идиоты, чтобы оставлять такие проходы.

— У меня есть идея, — вдруг сказала Линда.

— Да?

— Помнишь ту обгорелую книгу? Надо кое-что проверить.

И потащила Кевина к выходу.

— Линда, говори нормально! Что проверить?

— Ну… я тут подумала, никаким нормальным способом нам внутрь не попасть, верно?

— Если только ты не разметаешь их ветром, а мы вбежим внутрь.

— Слишком опасно. Но ты попал в точку. Я тоже об этом подумала. Что у нас есть необычного?

— Не знаю, что?

— Мои умения, Кевин? Суперинтеллект решил поиграть с нами в игры, так давай воспользуемся его правилами.

— Я не понимаю, к чему ты клонишь?

— Надо проверить те позы из книги, которые там еще были.

— Ты поняла, что они значат?

— Нет, но сейчас потренируемся.

Они вышли из здания дворца. Рядом был небольшой парк. Со скамейками и декоративными деревьями. Линда и Кевин отошли подальше, где их не будут видеть другие прогуливающиеся посетители.

Линда села, подогнув под себя колени, наклонилась вперед и немного вытянула перед собой руки. Как было на полустертом изображении в обгоревшей книге.

— Как думаешь, что это? — спросила она, не разгибаясь.

— Не знаю. Будто ты что-то держишь в ладонях?

— Гм… ничего не приходит в голову.

Линда попробовала думать о разных вещах, но ничего не происходило. Она будто должна что-то поднять с земли? Но что?

После нескольких неудачных попыток, так и не добившись ничего, Линда поднялась.

— Ладно, теперь второй вариант.

Она встала ровно, подняла голову, выпрямила плечи и скрестила перед собой руки, касаясь ладонями своих плеч.

— А теперь?

— Ничего. А что это должно быть?

— Откуда мне знать, Кевин. Я видела ту же книгу, что и ты. На что это похоже?

Кевин хихикнул:

— Ты будто на картине.

— Что?

— Ну, стоишь с таким видом, будто нарисована на картине.

— Ты мне совсем не помогаешь, Кевин.

Снова представив разные вещи, но ничего не добившись, Линда опустила руки.

— Слушай, — сказал Кевин. — А ведь твои предыдущие заклинания имеют логичные жесты.

— Ага. Взмахи руками, я показываю направление. И еще представляю как отталкиваю от себя огонь. Или как с неба что-то опускается, в случае молний. Но что могут означать скрещенные руки на груди?

— Какую-то форму защиты, наверное, — предположил Кевин.

— Я об этом уже думала, не работает. Что еще?

— Ну, ты словно защищается. Испугана или хочешь убежать.

— Спрятаться?

— Может быть.

Линда снова положила руки на груди внахлест, коснувшись ладонями противоположных плеч. И попыталась представить, что она испугана. Что она в опасности. Как она хочется отпрянуть от врага. Убежать, скрыться.

И исчезла.

По округлившимся глазам Кевина Линда поняла, что что-то произошло. Она сказала:

— Что?

— Ты только что исчезала!

— В смысле?

— Просто пропала. Ты была тут?

— Ну да, я просто стояла.

— Значит ты стала невидимой.

"Да ладно?" — подумала Линда.

Она снова скрестила руки на груди, представила как отшатывается от страха и исчезает. Кевин тут же сказал:

— Пропала!

Линда осторожно сделала шаг в сторону. Кевин продолжал смотреть в прежнюю точку. Линда сделала еще два шага, пытаясь обойти парня. Но тот резко обернул голову, заметив ее боковым взглядом.

— Появилась.

Еще немного поэкспериментировав, они выяснили что это действительно было "заклинание" невидимости. Пока Линда держала так руки, она могла пройти несколько шагов в режиме невидимости. Но стоило сказать любое слово или сделать резкое движение, сразу становилась видимой. И если долго стоять на месте, дольше пяти секунд, невидимость тоже спадала.

— Тебе не кажется, что это невероятно удачное совпадение? — спросила девушка.

— Ты о чем?

— Нам нужно незаметно попасть в подземелье, и тут же я изучаю заклинание невидимости.

— Но мы видели его еще в Академии в книге. Эту позу, в смысле.

— Хотя да. И изучать новые позы мы пошли, когда я задумалась о своих навыках, как о чем-то необычном. Но все равно забавно, что попалось именно это.

Они еще попробовали несколько раз первую позу, где Линда сидя на коленях словно поднимает что-то обеими руками с земли. С той ничего не получилось, все предположения что это может быть, не сработали.

Оставался вопрос, настоящая это невидимость или наведенная иллюзия. И действует она во втором случае на одного человека или на нескольких сразу. Стражников у входа в подземелья было четверо. Сработает ли на всех.

Еще они попробовали войти в невидимость, когда Кевин касается Линду. Укроет ли невидимость их обоих. Но так как друг друга они продолжали видеть, то не могли понять. И саму себя Линда тоже всегда видела, поэтому не могла определить закончился ли эффект невидимости.

С первой частью решение нашлось. Они подошли к маленькому прудику, который был в парке. И, глядя на свое отражение, Линда вошла в невидимость. Кевин, который в это время держался за ее плечо, остался видимым. А вот Линда в отражении исчезла.

Значит вдвоем не скрыться. По крайней мере, таким способом. Линде было очень странно наблюдать, как исчезает ее отражение. Хотя сама себя она прекрасно видела. Невидимость срабатывала мгновенно, без всяких спецэффектов. И так же неожиданно переставала действовать.

Какого-то лимита на количество повторных исчезновений Линда не заметила. А вот после проявления нужно было ждать около тридцати секунд, прежде чем она могла снова войти в невидимость. Причем сама Линда не могла узнать, сработало заклинание или нет. Поэтому для себя отметила, что надо найти какое-нибудь зеркальце. Если она права, то не будет отражаться в нем.

Закрепить на одежде так, чтобы в отражении видеть себя же. И по исчезновению отражения всегда будет знать, что стала невидимой. И когда из нее вышла.

Оставалось придумать, как проскользнуть мимо стражников. Несколько минут обсуждения, и они решили что пройти сможет только Линда. Вдвоем попасть в подземелье нереально, так как на Кевина заклинание невидимости не действовало.

Они вернулись во дворец. Прошли ко входу в подземелье. К счастью, вход начинался в нескольких метрах от поворота коридора. Линда осталась стоять там, а Кевин вышел к стражникам один.

Он прошел мимо них, а когда был совсем рядом, сделал вид что споткнулся и упал в сторону стражников. Растолкав их и упершись в дверь. Дверь распахнулась, Кевин начал подниматься и немного придержал дверь наполовину открытой. Весь их план строился на том, что дверь окажется незапертой. А что она может открываться вообще в другую сторону, они даже не подумали.

Вообще, план был совсем не продуман. Просто Линду и Кевина так впечатлило обнаруженное заклинание невидимости, что они пошли реализовывать первое что пришло в голову. Как только при обсуждении увидели возможность: о, а это может сработать!

Линда, услышав шум, выглянула из-за угла. Все внимание стражников было сосредоточено на Кевине, который тяжело поднимался, держась за открытую дверь. Линда уже стояла со скрещенными руками на груди. Она представила, как отшатывается и исчезает, а потом, не теряя времени, плавными шагами и не делая резких движений, прошла ко входу. Изогнувшись, уклонилась от стражника, который пытался поднять Кевина, прошла внутрь и спряталась за полуоткрытой дверью с другой стороны.

К этому моменту ее невидимость уже должна была спасть. Сама она этого понять не могла, конечно. Но внутрь никто не стал заглядывать. Дверь закрылась, она услышала как Кевин извиняется, а потом его удаляющиеся шаги.

Линда осторожно начала спускаться. Ступени представляли собой спиральную лестницу, как в классическом подземелье. Было темно, но где-то внизу горело дежурное освещение, поэтому лестницу можно было разобрать. А еще Линда заметила, что лестница уходит вверх. Что в подземелье можно попасть с верхних этажей, Кевин не знал. А впрочем, там наверно тоже охранники.

Но Линда уже решила, что на обратном пути попробует пройти через верх. В принципе, у них был план, что она изнутри откроет дверь и тут же выйдет в невидимости. И пусть стражники гадают, с чего вдруг дверь сама собой открылась. Лишь бы Бог не выдал.

Этажом ниже оказалась небольшая комнатка с дверью. Винтовая лестница уходила дальше вниз. Линда прислушивалась, когда шла, но ничего подозрительного не заметила. Похоже, здесь никого не было.

Сначала она спустилась еще на этаж ниже, чтобы не рисковать открывать дверь. Но там тоже было расширение и дверь. Линда вернулась наверх, рассудив что более ценное должно быть на верхнем этаже. Это несколько контринтуитивно, потому что в сказочном замке ценности должны быть в самой глубине подземелья. Но Линда понимала, что она не в сказке. А люди ленивы. И не будут лишний раз ходить по лестнице. Так что все рабочие кабинеты должны быть ближе. А внизу скорее всего кладовка или вроде того. Куда редко спускаются.

Линда на всякий случай скрестила руки и вошла в режим невидимости. Немного присев, подцепила пальцами ручку двери и осторожно ее открыла. Девушка не знала, сохраняется ли при таких действиях невидимость, надо будет проверить с Кевином.

Но за дверью было пусто. Обычный коридор с белой краской. Совсем не сказочно. И не похоже на мрачное подземелье. Но что-то такое Линда и ожидала. Рабочее закулисье в парке аттракционов.

Она осторожно прошла дальше. По сторонам было несколько дверей. Открыла первую, внутри оказалась лаборатория. На двух столах стояли мензурки, какие-то стеклянные колбы и тому подобное. Также в комнате были шкафы со стеклянными дверцами, но внутри стояли то ли лекарства, то ли компоненты для химических реакций. А она искала книги.

За противоположной дверью тоже была лаборатория. И в следующих двух тоже. "Они тут все такие, что ли?" — подумала девушка. Но следующее помещение выглядело как комната отдыха. По центру стоял мягкий диван. Рядом журнальный столик. По бокам кухня и ящички.

Дежурного освещения не хватало, Линда нашла выключатель на стене и включила свет. Вспыхнули газовые лампы. Только сейчас Линда поняла, что это не электричество, а газовые фонари. Настолько обстановка была привычной. Словно кабинет на ее родной планете. Но нет. И дежурное освещение было в виде тлеющих слабых огоньков под толстым стеклом, вдоль протянутого трубопровода с газом.

Бегло осмотрев журналы, Линда поняла, что это развлекательное чтиво. Напечатанные средневековым способом, но внутри имели типичное для журналов содержание. Короткие статьи, рисунки, классическое форматирование разделов.

В шкафу у стены стояли тоже книги, но явно художественные. Не библиотека. А у кухни в шкафчиках лежали печенья, сушеные ягоды и орехи. Долго рыться Линда не стала, потому что надо было проверить остальные помещения.

Одна комната оказалась складом. Но не артефактов, а коробок с инструментами. Еще одна туалетом, а последняя кладовкой.

Пришлось возвращаться и спускаться вниз. Здесь она обнаружила еще одну дверь, которая уходила в другую сторону и которую она не видела, когда спускалась в первый раз. Открыв обе двери тем же способом, что раньше (из предполагаемого режима невидимости), Линда обнаружила уходящие вдаль темные коридоры. А вот они были похожи на подземелье. Каменные стены, редкие двери. Туско чадящие лампы дежурного освещения.

"Блин, мне их никогда не осмотреть", — тоскливо подумала Линда. По правому коридору ей вообще показалось, что вдалеке есть проем со спуском еще на этаж ниже.

Поэтому она пошла в левую сторону, где было больше света. Она решила сначала пройти до конца коридора, чтобы посмотреть общую планировку. С этой стороны тоже оказался проем со спуском ниже. Линда сразу пошли вниз по лестнице. Раз интуиция про важные вещи подвела, то теперь имеет смысл спускаться на самый низ подземелья.

Лестница вела вниз еще на три этажа. На каждом в стороны уходили длинные коридоры. В самом низу девушка пошла направо, возвращаясь к месту, где была винтовая лестница. Хотя до этого этажа она не доходила. Под лестницей оказалось просторное помещение. По центру стоял небольшой постамент.

А на нем ядро.

"Что?" — мысленно воскликнула Линда. — "Ядро, и здесь?"

Оно было очень похоже на то, которое они с Вейсом обнаружили в самом начале, когда спустились на Сатеру. Линда даже подумала, что сюда каким-то образом доставили ядро из воронки. Но нет, здесь стояло другое. Меньше по размеру и немного другого цвета.

Ядро выглядело как яйцо дракона, покрытое чешуйками. Это было более темным, с красноватым или бордовым оттенком. А ядро в воронке было серым, под стать каменным необработанным стенам.

У Линды конечно не было сканера, но и так видно, что ядро открыто. Чешуйки в верхней части разошлись, внутри зияла черная пустота. Девушка подошла ближе и осмотрела ядро подробнее. Поднимать его не стала, на случай если сработает сигнализация.

Однако это открывает несколько новых вопросов. Значит на Сатере было два ядра? Одновременно?

И раз это открыто, значит то, первое, было еще запечатанным?

И также это означало, что суперинтеллект на планете зародился не сам, а был привезен в качестве семени. Ну или сюда привезли пустое открытое ядро. Хотя что это может значит, ей никак не приходило в голову. Может, с этим связано странное поведение суперинтеллекта? Он увидел в свое время открытое ядро с другой планеты, это как-то сдвинуло его по фазе, и началась новая средневековая история для колонистов.

Хотя, насколько она помнила из рассказов Кевина, столица была построена намного позже, чем на Сатере зародился Бог. Значит ядро кто-то сюда перенес. И вообще, что люди так спокойно хранят у себя ядро, пусть и открытое, это было очень серьезно.

Не говоря про существование на планете одновременно двух ядер.

Она что, тогда выпустила второе семя???

Нужно было возвращаться. К черту библиотеку, к черту хранилище артефактов! Нужно уносить ноги. Линда прислушалась к себе, но приближения смерти не ощутила.

Она не медля вернулась к лестнице, поднялась на три этажа вверх, вернулась к винтовой лестнице, по ней снова вверх. К этому моменту она действительно была удивлена, что ей столько удалось пройти. На винтовой лестнице она поднялась выше того места, где проникла в подземелье. На втором этаже лестница заканчивалась.

Здесь Линда вошла в режим невидимости, быстро, но плавно открыла дверь и сразу вышла. С той стороны стояло два охранника, а не четыре, как внизу. Они обернулись на внезапно открывшуюся сама собой дверь. Один потянулся к ручке двери, но Линда уже успела выйти. Тут ей пришла в голову ужасная мысль, что на этом этаже может не быть близкого поворота. А у нее только пять секунд невидимости. Но оглянувшись, она увидела такой же поворот, как внизу. Сделав несколько плавных шагов, девушка скрылась за поворотом. Там она наконец смогла выдохнуть. Оказалось, на все это время она непроизвольно задержала дыхание.

Линда отошла подальше, нашла лестницу и спустилась вниз. Выйдя из дворца, девушка увидела Кевина, который сидел на лавочке у пруда и смотрел на воду.

— Как все прошло? — спросил Кевин, увидев подходящую Линду.

— Нормально, — ответила она. Но это не было правдой. — Нам нужно уйти, я все расскажу позже.

— А библиотека? Ты нашла сокровищницу?

— Все позже, Кевин. Валим отсюда.

* * *

Когда они оказались в таверне, Линда выпила литр воды из кувшина и немного успокоилось. Ничего ведь не произошло, что она так распереживалась? Здесь они все в полной власти планетарного протоинтеллекта. Какой смысл вообще о чем либо переживать.

— Я рассказывала, как суперинтеллекты путешествуют с планеты на планету?

— Да, с кораблями людей. В бортовой атмосфере, даже в самих людях.

— Верно. Но есть еще один способ.

Линда начала рассказывать. Что когда были обнаружены первые н-планеты, люди еще были беспечны и наивны. Да, несколько планет заразились, когда протоинтеллект сам пожелал отправиться с выпущенными им с планеты людьми.

Но люди умны и изобретательны. И нашли способ похищать суперинтеллект принудительно.

Что может пойти не так, если вы просто наберете в трехлитровую банку воздух на н-планете, закатаете ее крышкой от маринованных огурцов и возьмете ее с собой на корабль? Ну, во-первых, суперинтеллект вас убьет при взлете, как Вейса.

А во-вторых, в банке никакого суперинтеллекта не окажется. Не зря они возникают на планетарном масштабе. Человечество еще не изобрело космические корабли, способные перевозить такие объемы материи.

А как же тогда суперинтеллекты улетают в кораблях обычных людей, когда хотят заразить другую планету? Если коротко, они создают в этом маленьком объеме пространства (и даже внутри человеческого тела) некую концентрированную версию себя. Зародыш, если хотите. Он не очень точно повторяет все знания и мысли родительского суперинтеллекта. Хотя и достаточно, чтобы считать их одним целым.

Отчасти из-за этого, а отчасти из-за того что на разных планетах других физические условия, суперинтеллекты везде получаются разные. Развившийся из зародыша протоинтеллект на другой планете может оказаться совсем непохожим на родительский. А может и похожим. Как повезет.

А как тогда принудительно похитить и вывезти с планеты суперинтеллект, например для изучения, если он того не хочет? Конечно, обманув его!

Но обмануть бога совсем не просто. Это не то что мало кому удавалось, удивительно что вообще кому-то удалось. Существовала теория, что никто их не обманывает, а это сами суперинтеллекты таким способом тоже путешествуют. Хотя по разрушительным последствиям, к которым приводит открытие запечатанного ядра, более логичным выглядит вывод, что их все таки похищают обманом.

Обычно после открытия ядра никого живого на планете не остается. Поэтому ядра раскрывают исключительно на необитаемых мертвых мирах. И не сказать, что этот факт добавляет доброты в характер получившегося суперинтеллекта. А открывают ядра с целью изучения. Люди любопытны. Но приходится потом изучать их только издалека. Среди известных случаев нет ни одного, чтобы такой суперинтеллект пощадил приблизившихся людей.

Когда несколько десятков лет назад был обнаружен сигнал, исходящий от ядра с Сатеры, все посчитали что это первое исключение. Момент зарождения суперинтеллекта на этой планете был пропущен. Было известно, что к тому моменту здесь находилась небольшая колония, но связь с ней и до этого не поддерживалась, а после появления суперинтеллекта по очевидным причинам оказалась полностью потеряна.

Системы безопасности ядра сканируют пространство вокруг в небольших пределах. Поэтому о существовании воронки вокруг людям было известно. Предполагалось, что вырвавшийся на свободу протоинтеллект зачем-то построил ее. И раз он вышел из ядра, то очевидно, что уничтожил всех людей. Что с того момента колония была обречена.

Ядро у воронки передавало сигнал, что оно открыто. Тут разных толкований быть не могло. Поэтому Линда решила, что сканер барахлит, когда он показал, что ядро полное. Такого просто не могло быть. И к тому же на Сатере уже работал суперинтеллект, выпущенный из этого ядра.

Кто мог привезти на Сатеру плененный суперинтеллект, было неизвестно. А второе ядро, обнаруженное Линдой в подземелье под дворцом, никаких сигналов не передавало. И зная сложное отношение к своим ядрам у выпущенных из них суперинтеллектов, Линда уже не надеялась выбраться из подземелья живой.

Но вот она здесь, сидит в средневековой таверне рядом Кевином и рассказывает ему все это. И оба они до сих пор живы.

— Значит ты выпустила второго суперинтеллекта из того полного ядра?

— Это невозможно. Даже если бы он там был, ниша уже занята. Разлившаяся по полю вода, помнишь? Лужа на дне не может стать озером, она уже под водой.

— А если оба ядра были пустыми?

— И это тоже. Не сходится.

— А если кто-то пытался заточить Бога в одно из этих ядер, но потерпел неудачу?

— Вот это больше похоже на правду. Я тоже постоянно об этом думаю.

— А как это вообще сделать? Бог же видит, что кто-то создает ядро на планете. И читает все его мысли.

— Хороший вопрос, Кевин. Хороший вопрос.

Правда заключалась в том, что никто не знал, как создаются ядра. Их находили в готовом виде и вывозили счастливчики.

Почему тогда все считали, что ядра искусственного происхождения и сделаны людьми? Потому что ядра были разработаны еще на старой Земле, при открытии первых н-планет. Тогда это был чисто исследовательский проект, который не пошел в серию. Контейнер для максимально изолированной среды. В котором структура материала не позволяет создавать конгломераты молекул, характерные для протоинтеллектов.

Это было что-то вроде противоположности суперинтеллекта. Ядро структурно сопротивляется изменениям, которые суперинтеллект может делать извне или изнутри. Протоинтеллект может разрушить ядро, как любой другой предмет. Но не может узнать что находится внутри. И не может выбраться наружу, если сам окажется внутри.

Но конечно, когда кто-то со знаниями как сделать ядро попадает на н-планету, эта информация сразу становится доступна местному суперинтеллекту. Нерешенной проблемой оставалось как заманить суперинтеллект внутрь ядра. Чтобы он создал там концентрированный зародыш. Именно это помешало начать применять такие ядра, когда они были изобретены.

Но потом, очень редко, люди начали находить на н-планетах запечатанные полные ядра. Именно такой конструкции, изобретенной человечеством. Открытие такого найденного ядра приводило к ужасным последствиям. В отличие от распространения протоинтеллектов, когда они добровольно покидали свой дом и заражали другие планеты. Это позволяло сделать вывод, что в ядро их помещали принудительно, путем какого-то обмана.

Снаружи послышался какой-то шум.

Дверь в комнату распахнулась, на пороге стоял миросовский монах. Линда вскинула руку, но тот бросил на нее сеть и девушка не успела ничего сделать. В комнату ворвались еще монахи и набросились на Кевина.

Скрутив обоих, они вынесли пленников наружу. Таверна была окружена Пустотниками и монахами вперемешку. "То есть, они больше не конфликтуют", — подумала Линда.

Монахи с Пустотниками перетащили Кевина и Линду к западной церкви. В этот раз ее ворота были настежь открыты. Захватчики и миросовские монахи расположились на площади перед зданием. А посреди площади стояла знакомая фигура.

Епископ, с перекошенным и дергающимся лицом, с ненавистью смотрел на приближающихся пленников. На половине его лица были видны шрамы от плохо зажившего ожога. Одна рука висела безвольной плетью. Перед ним на брусчатке стояло ядро из подземелья дворца.

— А, Линда, попалась наконец, — произнес он, когда монахи подтащили парня и девушку ближе.

Несмотря на не самую удачную ситуацию, Кевин с облегчением выдохнул. Значит епископ остался тогда жив. Оказалось, это его мучило сильнее, чем юноша мог признаться самому себе.

— За то, что освободила меня, в качестве благодарности я заключу твою душу в этот сосуд, — произнес епископ.

— Выпустила? Кто ты? — спросила наконец пришедшая в себя Линда.

— А ты еще не поняла? Мы знакомы с тобой со времени воронки. Но это неважно, знаешь что это такое? — епископ показал рукой на ядро.

— Знаю. Ядро, — ответила Линда.

— Но для тебя это будет самый настоящий ад, — произнес епископ и захохотал, как в дешевой пьесе.

— Не трогай ее! — воскликнул Кевин.

Епископ перевел взгляд на юношу.

— Ах, бедный, глупый верный Кевин… Впрочем, теперь это не имеет значения.

Епископ снова повернулся к Линде, утратив к парню всяческий интерес. Миросовские монахи держали Кевина и Линду, скрутив им руки за спиной. Поэтому Линда не могла ничего сделать.

Епископ сделал шаг назад и протянул здоровую руку к ядру. Над яйцевидным предметом, покрытым багровыми чешуйками, закружился вихрь воздуха. Поднялась пыль, мелкий мусор взлетел в воздух. Над площадью на высоте в пятнадцать метров неожиданно сконденсировался туман. Темное облако начала закручиваться в том же направлении, что небольшой вихрь над ядром.

Вдруг Пустотники напали на миросовских монахов и начали их избивать. Монахи уже избавились от копий и топоров, а Пустотники сохранили свои дубинки, принесенные ими с анклава. Позади началась свалка и суматоха.

Один из Пустотников ударил дубинкой монаха позади Кевина. Второй тоже отвлекся, выпустив на время из рук жертву. Кевин дернулся, уходя от них, и бросился на охранявших Линду монахов, сбив одного из них на землю.

Линда вырвала руку из хватки оставшегося, развернулась и запустила порыв ветра. Это смело ближайших монахов. Епископ закричал. Линда тут же повернулась к нему, вытянула руку и выпустила второй порыв ветра. Епископ упал и беспорядочной грудой тряпья закувыркался по площади. Ядро, захваченное ветром, тоже откатилось на несколько метров.

"Кевин, беги!", — раздался в голове юноши четкий голос Бога.

Линда и Кевин побежали через площадь. Западная церковь находилась недалеко от западных ворот, от которых и получила свое название. Монахи и Пустотники перестали драться и все вместе бросились в погоню, словно между ними ничего только что не было.

Встречные горожане то приближались с явным намерением напасть, то отскакивали назад и уступали дорогу. Стражники перед воротами разошлись в разные стороны, как и в Миросе, пропуская толпу бегущих. Линда отбрасывала тех кто приблизился слишком близко, но ее запас лимитов на порывы ветра был почти исчерпан.

Линда на выходе из города развернулась, вытянула обе руки, разведя ладони, и выпустила струю пламени в направлении преследователей. Но это их абсолютно не остановило. Казалось, они готовы кинуться в огонь, лишь бы достать беглецов.

— "Господи, куда?" — взмолился Кевин.

— "В анклав", — прозвучал голос Бога в голове Кевина.

Парень с девушкой побежали дальше.

Но это было бесполезно. Физическая форма большинства преследователей была лучше, они постепенно приближались.

Вдруг часть Пустотников снова напали на монахов. Это дало некоторую заминку, позволив Линде с Кевином немного оторваться. Но уже через несколько минут бега они совершенно выдохлись. Линда прислонилась к дорожному столбу, тут уже начинались фермы.

— Я больше не могу, — сказала она, тяжело дыша. Ноги налились тяжестью и были как ватные.

Кевин был выносливее девушки, но по своей физической силе он не смог бы ее нести и бежать, так как был лишь ненамного крупнее ее. Поэтому все что ему оставалось, это принять бой вместе с девушкой.

Линда смотрела на приближающуюся толпу. И размышляла, стоит ли применить по ним шторм молний. Еще у нее оставалась две или три струи пламени, а порывы ветра она израсходовала все. Но девушка категорически не хотела никого убивать. Это претило ее натуре. И оценив размер толпы, она также пришла к выводу, что ее способностей может даже не хватить, чтобы остановить всех.

Искаженные лица преследователей давали ясно понять, что в этот раз их цель убить беглецов. В этом не оставалось никаких сомнений. Линда вздохнула и приготовилась совершить самое ужасное действие в своей жизни.

Позади раздался стук копыт. Из-за поворота появились два крупных осла с седлами на спинах и Пустотник, едущий на одном из них. Подскакав к парню и девушке, Пустотник свалился с осла и забился в конвульсиях. Он то пытался напасть на них, то отползал назад.

Линда с Кевин вскочили на ослов и поскакали по дороге. Шум преследователей позади начал стихать, удаляясь. Животные двигались определенно быстрее, чем может бежать человек.

Спустя полчаса такой безумной скачки среди полей и ферм, беглецы сбавили ход и перешли на шаг. Ослы тоже устали, им нужно было отдохнуть. Они оторвались от преследователей и теперь могли перевести дух.

Дорога вела через фермы, примерно с этого направления Пустотники прибыли в город. Кевин передал слова Бога девушке и они оба согласились, что это хорошая идея. Анклав скрывался за горным перевалом, в какой-то защищенной со всех сторон долине. Там можно было спрятаться. Да и не оставалось у них других вариантов, по правде говоря.

Из разговора с отшельником Галемом, а потом с Пустотниками в летнем кафе, Кевин с Линдой уже представляли, по какому пути те прибыли. Это не было секретом, просто дорога в долину Пустотников была заброшена и почти не использовалась. Она заканчивалась тупиком, перевал в сторону Академии был завален, а из других людей в той местности жили лишь несколько совсем мелких горных племен, не представлявших интереса в плане торговли.

Путники преодолели район ферм. Большую часть времени они двигались рысью, а иногда переходили на шаг, давая лошадям отдохнуть. С наступлением темноты они ушли с дороги, расположившись в небольшой роще на возвышении. Оттуда открывался хороший обзор на дорогу в обе стороны, а сами они были защищены густым подлеском.

— Как думаешь, они могут нас догнать? — спросила Линда, когда они привязали животных и расположились на траве под деревом.

— Только если возьмут повозки. Пока двое или четверо толкают, остальные сидят внутри и отдыхают. Они могут так часто меняться и соблюдать среднюю скорость бега человека весь день. Но наши животные, кажется, все равно быстрее. Так что не думаю.

— Надеюсь…

— Им все равно пришлось бы сначала вернуться в город за повозками. Это еще задержка.

— Если Бог не подгонит их заранее, дав команду кому-то в городе.

— Это да…

Они замолчали, размышляя каждый о своем.

Странное поведение Пустотников они заметили оба. Те то помогали им, то преследовали, объединившись с монахами. А вот стражники, казалось, вообще не участвовали и были не в курсе, что происходит. Расступились тогда с изумлением, пропуская толпу из города.

— У меня возникла новая идея, — сказала Линда. — Что если у Бога произошло раздвоение личности? Какая-то форма шизофрении.

— В смысле?

— Ну смотри, он с каждым из нас ведет себя по-разному. С тобой разговаривает, но редко. Меня полностью игнорирует. За все время, сколько я ни взывала к нему, он ни разу не откликнулся. Тебе тогда говорил противоречивые вещи.

Кевин промолчал, обдумывая это.

— Может у него поехала крыша? Даже не раздвоение, а множество личностей. Одна из них дает мне умения. А какие-то остались нормальными и продолжают выполнять бытовые молитвы.

— Но мои бытовые молитвы он тоже выполняет. Только не откликается на голосовые вопросы.

— Да, это странно.

Они еще помолчали.

— Но это объяснило бы поведение монахов. И Пустотников. И все другие странности. Помнишь стражника около Мироса, который нас пропустил? Ему ведь явно дал команду Бог.

— Погоди, Линда. Если бы для каждого человека у Бога была своя случайная личность, то почему миросовские монахи объединились такой большой группой? И почему Пустотники то помогали нам, то нападали? Они же действовали заодно с монахами!

— Этого я не могу объяснить. Может какая-то из шизофренических личностей суперинтеллекта может управлять группой людей. Или они попеременно перехватывают контроль. Или сама личность может изменяться в процессе. Все сложно…

— Да…

Усталость брала свое, Кевин тоже не мог толком размышлять. В версии Линды что-то было, но сейчас Кевин находился не в том состоянии, чтобы спокойно все обдумать. Отложив этот вопрос на утро, беглецы уснули.

Небо над ними было темно-синим, с красноватыми оттенками на западе, куда закатилось солнце.

Глава 6

Утром, проверив что дорога свободна и на ней нет свежих следов, а значит преследователи их не догнали, путники отправились дальше. Ослы-переростки бодро трусили по дороге, за ночь они отлично отдохнули. А свежая трава в роще оказалась хорошим кормом для них. Впрочем, это не Пустоши, здесь везде росла растительность. Поэтому с едой не было проблем ни для животных, ни для самих Кевина с Линдой.

Кевин без труда нашел нужное ответвление дороги. Дорога в долину Пустотников обходила с левой стороны горный хребет. Там дальше она должна будет постепенно углубиться в горы и выйти к долине, где отколовшаяся часть Академии так долго жила в изоляции.

Постепенно поля сменились холмами, а потом и предгорьем. Горная гряда справа подступила вплотную к дороге. Путь время от времени вилял, углубляясь в пока еще невысокие горы. А потом дорога пошла полностью внутри. Слева и справа громоздились одинаковые скалы. Только с одной стороны еще на фоне возвышался горный хребет, выдававшийся языком далеко в сторону столицы.

Через четыре дня, животные двигали быстро, по большей части рысью, Линде с Кевином стали попадаться обработанные поля. Здесь существовал аналог ферм, окружавших любой город, просто в меньшем масштабе. Так они поняли, что приближаются к долине Пустотников.

После очередного поворота они увидели двух фермеров, обрабатывающих землю. Те сначала помахали им рукой, но когда путники подъехали ближе, вдруг бросили свои мотыги, схватили какие-то палки и бросились наперерез.

Кевин с Линдой пришпорили ослов и с легкостью оторвались.

— Плохо дело, — сказал Линда, когда нападавшие остались далеко позади. — Здесь это тоже работает.

— Что будем делать? — Кевин ехал сзади, прикрывая собой девушку.

— Не знаю.

Они выбрались на возвышенность и увидели перед собой долину. Обширный участок земли, наверно в полтора десятка километров, был расположен в низине и щедро орошался протекающей по центру рекой. Даже отсюда было видно, что почва здесь плодородна и пригодна для жилья. Дорога спускалась змейкой в долину.

Внизу они увидели поселение Пустотников. Множество домов с огородами. Оно не дотягивало до полноценного города, но было близко к этому. Родина легендарного анклава.

Линда с Кевином расположились под высокими деревьями, росшими на самом краю. Нужно было решать, спускаться ли в долину.

— А если там на нас точно так же бросится толпа местных? — задумчиво произнесла Линда.

— Это опасно, но какой у нас выбор? К тому же, Бог сказал идти в анклав.

— Ага, твой Бог, — усмехнулась Линда.

Они стояли под деревьями, чувствуя как их обдувает приятный теплый ветерок. Качались ветви деревьев, светило солнце. Стояла чудесная летняя погода. Даже не верилось, что в таких пасторальных пейзажах им грозит смертельная угроза.

— Линда… — начал Кевин. — У меня есть идея.

— Да?

— Помнишь, лже-Пустотники рассказывали, что в Академии не действуют молитвы? Когда они еще смеялись, что я прошу у Бога помощи?

— Помню, но как это нам поможет?

— Если Бог или его злые личности управляют людьми здесь, то может там он не будет действовать? Нам надо туда.

— Гм… — Линда задумалась. — Но твой Бог сказал идти в анклав, разве нет?

Кевин флегматично пожал плечами. За последнее время его вера в Бога заметно пошатнулась. И его советы не казались юноше такими уж обязательными к выполнению.

— В этом что-то есть, — продолжила Линда. — Мы могли бы там передохнуть и придумать, что делать дальше. Значит в Академию, пропускаем анклав?

— Давай, я за.

— Черт! — Линда встряхнула головой, — Перевал же завален! Отсюда нет прохода к Академии!

— Мы можем хотя бы подойти и посмотреть. Это было давно.

Если честно, Кевину просто не хотелось расставаться с девушкой. Спуск в долину означал риск нового нападения. И что их могут разлучить. А пока они в дороге, Линда гарантированно оставалась рядом. Поэтому сделать небольшой крюк, даже если это окажется бесполезным и перевал будет перекрыт, Кевину казалось лучшим из возможных исходов.

Так они и решили.

Не стали спускаться в долину, а двинулись по ее краю. Среди гор отчетливо просматривалось ущелье, по которому Пустотники в свое время попали в эту долину. Доехав до конца долины, они углубились в ущелье.

* * *

По дну ущелья тек быстрый горный ручей, превращавшийся ниже в реку. Но местность была проходимой. Линда с Кевином никого не встретили, основная жизнь кипела в самой долине. А путь через горы в сторону перевала, вероятно, был тупиковым, поэтому здесь никто не ходил.

Дорога начала подниматься, пока через некоторое время не уперлась в обвалившуюся гору. Это было потрясающее зрелище. Пик довольно высокой горы раскололся надвое. Половина горы осталась стоять, а вторая половина упала и перегородила ущелье. Нагромождение камней и скал разного размера были совершенно непроходимы. Тупик.

Кевин с Линдой расположились на привал. Девушка была задумчива и расхаживала взад-вперед, не находя себе места.

— Линда, о чем ты думаешь? — спросил ее монах.

— Ты помнишь, как нам вовремя попалось заклинание невидимости? Прямо перед тем, как нам нужно было прокрасться в подземелье.

— И что?

— Разве этот случай не похож на тот? Мы снова в тупике. Ни одно из моих умений не может нам помочь сейчас, — она вытянула руки и выпустила струю пламени, беспомощно облизавшую камни.

— Линда! Прекрати. Вдруг еще понадобится, может тут тоже водятся монстры?

— Извини. Я хотела показать.

— Так что ты хочешь этим сказать?

— Пора бы явиться новому чуду, вот что.

— Ну думаю, что это так работает, — хмыкнул Кевин. — Тогда просто совпали обстоятельства.

— Но…

— Хочешь проверить оставшуюся позу? — догадался Кевин.

— А ты молодец! Догадливый, — улыбнулась девушка.

Кевин тоже вяло улыбнулся, ответив ей.

— Есть идеи, что та поза может означать?

— Пока нет, я думаю. Но раз мы тут и нам мешает обвал, может это как-то связано с камнями?

— Совсем непохоже. Я думал, древние с такой магией разводили костер или вроде того.

— Или выращивали ускоренно растения, я об этом думала.

— А может добывали воду. Родник какой-нибудь. — Кевин тоже заинтересовался, сыпя идеями.

— А, ладно. Надо экспериментировать.

Линда опустилась на колени, сев на пятки. Нагнулась вперед, вытянув перед собой руки, словно пытается зачерпнуть ладонями воду. Прошло несколько минут, ничего не происходило.

— Я уже все перепробовала, — пожаловалась девушка.

— Ничего?

— Пусто. Может, мы не так все поняли? Ты запомнил ту позу, я ее правильно повторяю?

— Правильно. Линда, ты идеально сидишь. Я все равно не могу помочь, только у тебя получается магия древних.

— Не магия, — привычно одернула парня Линда. — Это суперинтеллект делает. Он мог бы нас просто перенести по воздуху, если бы захотел.

Она попробовала еще несколько вариантов, которые смогла придумать и представить. Ничего не помогало. Однако идея перелететь по воздуху обрушившийся перевал была неплохой. Или прогрызть туннель сквозь скалу. Прогрызть.

Линда сосредоточилась, представляя как зачерпывает руками ком земли. Кевин ощутил под ногами дрожь. Кусок скалы размером с телегу, поднялся перед Линдой и завис в воздухе. Девушка ахнула и от неожиданности раздвинула руки. Камень упал.

— Ты видел? — восхищенно воскликнула Линда, вскочив на ноги и обернувшись к парню.

— Конечно!

"До чего же она красивая", — думал Кевин, глядя на улыбающуюся восторженную девушку.

Линда снова опустилась на землю, наклонилась вперед, вытянула руки, сложив ладони лодочкой. Камень поднялся в воздух. Линда сопроводила его руками, отведя их в сторону. Кусок скалы послушно поплыл по воздуху, следуя за руками.

Линда разжала ладони и камень упал, покатившись вниз по склону.

— Так, надо еще кое-что попробовать, — пробормотала девушка.

Выяснилось, что она может вырывать из земли или из скалы куски размером в несколько кубометров. И перемещать их по воздуху. Но расстояние было ограничено. А еще через некоторое время те сами падали, даже если ничего не делать.

К счастью, лимита на эти заклинания вроде не было. Или Линда его еще не достигла. Возможно, древние люди таким образом занимались строительством?

"Не глупи", — Линда тут же себя одернула. Напомнив себе, что это все работа суперинтеллекта. Не существовало никакой древней магии.

Линда начала расчищать путь. Она поднимала крупные камни, загораживающие проход, и отбрасывала их в сторону. А где упавшие в ущелье скалы оказывались слишком крупными, то вырывала из них куски, выгрызая таким образом дорогу.

Процесс шел медленно. Кевин с Линдой набрали по пути в притороченные к седлам ослов сумки коренья и съедобные растения, но емкости были небольшие и надолго этого не хватит. В ущелье почти ничего не росло. А еще нужно было кормить ослов. Поэтому такими темпами, им придется возвращаться в долину и пополнять припасы.

Ночь они переночевали в выгрызенном Линдой проходе. В горах было холоднее, поэтому им пришлось спать, прижавшись к теплым бокам животных. Те от холода вроде не страдали, видимо были привычны к такому климату. Ездовых животных использовали только Пустотники, ослы были местным видом. Ну и те кочевники около Академии, наверно переняли это у Пустотников, пока перевал был открыт.

Возвращаться в долину не пришлось. Когда они таким способом добрались до вершины насыпи, часть пути смогли пройти пешком. Верхняя часть обвала была более менее плоской, а крупные камни они обходили вокруг.

Но для спуска с другой стороны обвала, Линде снова пришлось применить свое умение. Девушке нравилось это заклинание. Она играла с камнями, перенося их с места на место. Даже казалось, что за это время ее навык подрос. Дело в том, что камни срывались время от времени, а также падали по расстоянию. Управлять ими в воздухе было своего рода искусством.

И Кевин заметил, что к концу у Линды стало получаться лучше. Камни реже срывались, она захватывала более точные размеры вырываемой скалы. Хотя возможно, она просто сама научилась лучше контролировать себя, а навык остался прежним.

К концу второго дня они пересекли обвал. Дальше шла вторая сторона часть ущелья, постепенно понижаясь и виляя между гор. С этой стороны ручья не было, дно ущелья оказалось покрыто зеленой травой и разбросанными небольшими камнями. Вовремя же они вышли. Оба осла изрядно проголодались и начали выказывать признаки нетерпения.

Линда с Кевином устроили привал у выхода с перевала. И решили здесь же заночевать, чтобы животные успели попастись и восстановить силы.

На следующее утро они продолжили спуск. Ущелье быстро закончилось, а дальше пошли обычные горы. Дорога давно не использовалась, поросла травой и кустарниками. Но была различима. В конце концов, она изначально пролегала петляя по местам, где можно было пройти. За прошедшее с обвала время это не изменилось.

Линда с Кевином вышли к знакомой деревне кочевников, притворявшихся Пустотниками. И хотя в прошлый раз они покинули ее с хорошим расположением местных, в этот раз заходить не стали. Было не совсем понятно, действует ли тут суперинтеллект. И не заставит ли он местных атаковать их. Лучше было не рисковать и избегать людей.

Пришлось подождать вечера, чтобы в сумерках аккуратно обогнуть деревню. Идти решили пешком, ведя за собой ослов. Это позволяло прощупывать путь и находить лучшую дорогу для животных позади себя.

Дальше через некоторое время начинались предгорья, где сделав привал, на следующий день путники добрались до Академии. По дороге они, разумеется, проявляли максимальную осторожность, чтобы не столкнуться с патрулем кочевников.

* * *

Первым делом они снова поворошили кучу пепла в открытом дворике. Полезность доцерковных книг они уже ощутили на себе. Но увы, ничего полезного больше не нашлось. Та обгоревшая книга с частично сохранившимися рисункам поз для заклинаний была единственная, которая хоть как-то пережила огонь.

"Кевин", — раздался голос Бога, когда они расположились на втором этаже, чтобы поесть. Животных тоже спрятали в одной из келий, чтобы снаружи их было не видно.

В этот раз голос Бога звучал не в голове монаха, а снаружи. Линда тоже его услышала. Сначала она испуганно заозиралась, но быстро поняла в чем дело.

"Рад, что ты нашел меня", — снова сказал Бог.

— Эээ, Боже? — неуверенно протянул Кевин.

— Разве он тут не должен не действовать? — зашипела девушка в сторону монаха. — Мы же ради этого сюда приперлись, чтобы избавиться от него.

— "Я слышу тебя, Линда. Я тут действую".

Голос был густым насыщенным баритоном. Он звучал спокойно. Не величественно и без пафоса. А скорее как разговаривает мудрый и спокойный человек. "Таким и должен быть голос Бога", — вдруг подумала Линда. — "Таким его всегда слышал Кевин?".

Линда заметила, что парень совсем не смутился и не испугался, когда заговорил невидимый голос. Он определенно был ему знаком.

— Господи, объясни, что происходит? — спросил Кевин.

— "Да, сын мой. Теперь мы можем спокойно поговорить".

— Почему люди преследуют нас?

— "Это делаю не я".

— А кто? — Линда тоже встряла.

— "Это делал Первый. Назовем его так. Линда, ты помнишь что произошло у воронки?"

— Помню… — осторожно начала девушка. Интонация звучащего в воздухе голоса подсказывала, что сейчас ее будут в чем-то обвинять.

— "Ты тогда выпустила второй суперинтеллект".

— Но это невозможно! — запротестовала Линда.

— "Возможно, Линда, возможно. Но на самом деле он был Первым".

— Я ничего не понимаю.

— Я тоже, — вставил Кевин.

— "Слушайте".

Бог начал свой рассказ. С его слов выходило, что на Сатере, еще задолго до него, был самозародился другой суперинтеллект. Его Бог называл Первым, а себя, соответственно, Вторым. Первый суперинтеллект был классическим для н-планет. Он мало обращал внимания на людей. Занимался своими делами, поглощая ресурсы Сатеры. Людям приходилось приспосабливаться к нему. Выжили при трансформации атмосферы во время образования протоинтеллекта, и ладно. Само по себе это уже было успехом.

Однако Первый все же позволял некоторое взаимодействие с собой. Постепенно люди научились различным "заклинаниям". Хотя сами они их так не называли, конечно. Так как будучи колонистами первой волны, прекрасно понимали как это работает.

Интерфейс представлял собой комбинацию жестов и мысленного пожелания. Иногда с дополнительными словами. Это прекрасно работало и сильно облегчило жизнь колонистам.

Безотказность в исполнении таких шаблонных запросов позволила людям лучше изучить планетарный суперинтеллект. И это сыграло с ними в итоге злую шутку, как считал Второй.

В какой-то момент кто-то из колонистов нашел способ заключить протоинтеллект в ядро. Технология ядер была известна уже давно, поэтому изготовить его не составило труда. О причинах такого поступка Второй не знал. Первый суперинтеллект вроде как не особо притеснял людей. Возможно, они хотели выбраться с планеты, потому что как и на большинстве н-планет, появившийся протоинтеллект сбивал все что приближалось, а также не позволял никому улетать.

Но во время эксперимента что-то пошло не так.

Автор исследования погиб, но его попытка была не совсем безуспешной. Протоинтеллект удалось частично поместить в ядро, однако последствия оказались катастрофичны. Вырвавшаяся из ядра оставшаяся часть нанесла критические повреждения телу остального планетарного протоинтеллекта.

Было ли это основной целью эксперимента или побочным явлением, Второй не знал. Но подозревал, что это как-то связано с исследованиями благодаря такой хорошей и безотказной работе интерфейса. Позволившей что-то узнать о структуре протоинтеллекта.

— Так вас можно убить? — в неописуемом удивлении воскликнула Линда. Это полностью противоречило ее знаниям, полученным в исследовательском институте. Такого она точно не ожидала.

— "Как видишь, Линда", — в голосе Бога девушке послышался намек на усмешку. — "Это же не физический процесс, а информационный. Физически убить нас нельзя".

В итоге на Сатере сложилась уникальная ситуация. Скорее всего на других н-планетах такого никогда бывало, поэтому и считалось, что планетарный суперинтеллект может быть только один.

Но на Сатере все еще существовали условия для зарождения суперинтеллекта. Благодаря чему и зародился в свое время Первый. Хотя сам он теперь был уничтожен или близок к тому. А атмосфера Сатеры вдобавок была наполнена готовыми конгломератами молекул от старого протоинтеллекта, что еще сильнее облегчило дело. И новый суперинтеллект не преминул самозародиться.

И здесь на сцену выходит Второй. Появившись на Сатере, он моментально разобрался в ситуации. Заполонил планету, подмяв под себя тело предыдущего, а старый протоинтеллект добил. Точнее, создал еще одно ядро и поместил туда остатки Первого, доделав работу погибшего исследователя.

Строго говоря, все что происходило до этого, Второму пришлось восстанавливать аналитически. Из мыслей людей и оставшихся предметов. Соваться в первое ядро он так и не рискнул. Потому что из-за принципиального устройства ядер, он не мог знать что внутри. И что именно погубило Первого. К тому же, первое ядро не посылало никаких сигналов, оставаясь полностью пассивным. Что тоже было необычно. И не добавляло желания с ним связываться.

Поэтому пришлось создать второе, нормальное ядро. И поместить оставшиеся остатки Первого туда.

— Так ты суперинтеллект, Господи? Не Бог? — Кевин наконец задал давно мучивший его вопрос.

— "Да, Кевин. Линда была почти во всем права, когда рассказывала тебе об этом".

Кевин был расстроен. Узнать что твой Бог, с которым ты столько разговаривал и который был тебе лучшим другом, в реальности бездушный природный процесс. Такое нелегко вынести.

— "Не переживай, Кевин, разница невелика. Вы всегда знали, что я существую только в пределах планеты. А про остальное устройство Вселенной я никогда от вас правды не скрывал. Так что это ничего не меняет".

— Но почему ты мне не рассказал все это раньше?

— "Не спеши, Кевин. Всему свое время".

Со вторым ядром тоже не все прошло гладко. Вместо того, чтобы смирно сидеть внутрь ядра, Первый каком-то образом просачивался наружу. Собственно, воронка вокруг и была построена, чтобы сдерживать Первого и максимально его экранировать. Это обеспечило покой на сотни лет, пока люди из внешнего космоса все таки не смогли уловить сигнал ядра и не прилетели сюда.

Но в момент создания второго ядра, Второй столкнулся с дилеммой. Он учел опыт своего предшественника. Поэтому не мог оставить людям интерфейс с теми шаблонными операциями. Так как считал их причиной, по которой люди смогли найти механизм, как заточать протоинтеллекты в ядро.

Поэтому пришлось искать другой способ взаимодействия с людьми. И тут возникла идея с религиозным средневековьем. Хотя возникла это не совсем правильное слово. Суперинтеллекты не мыслят такими категориями. Это было просто логичное следствие в тех обстоятельствах.

Проблема была в том, что поглотив тело старого протоинтеллекта, Второй унаследовал многие его черты. Поэтому он не мог уничтожить людей. Ему хотелось общаться с ними. Кроме того, появившись в похожих атмосферных условиях на планете, он автоматически тоже становился похожим на своего предшественника. Что тоже означало, что ему будет присущ похожий способ взаимодействия с колонистами. Не уничтожая их.

Средневековый образ жизни ограничил бы технологии, что защищало от повторных попыток людей найти тот способ. Поэтому пришлось выбрать такой уклад, а не мегаполисы и развитую технологическую цивилизацию, как на других н-планетах. Средневековье также заставило Второго больше взаимодействовать с людьми, чтобы обеспечить все их бытовые нужды. Что в других мирах выполняли технологии.

Вот так на Сатере возник Бог в его современном представлении. С голосовым общением и беспрецедентным уровнем вмешательства планетарного суперинтеллекта в жизнь людей. Череда событий и последствий.

Что касается проблемного первого ядра, то Второй мог без проблем уничтожить его, как любой другой предмет. Однако любопытство заставило оставить. В надежде когда-нибудь разобраться в механизме его работы. Суперинтеллекты тоже имеют склонность к любопытству.

— Но почему ты тогда позволил нам сесть рядом с воронкой? — спросила Линда.

— "А я и не позволял. Я планировал посадить вас подальше и стереть тебе с Вейсом память".

— И почему так не сделал?

— "Знаешь, Линда", — разоткровенничался суперинтеллект, — "ваши протоколы первого контакта оказались на удивление эффективными. Я действительно сначала подумал, что вы не собираетесь вредить мне. А движимы простым любопытством, которое я способен понять".

— Но Вейса ты все же убил… — с горечью отметила Линда.

— "Я не убивал его. Ты помнишь, как я с самой посадки просил вас улететь?"

— Я ничего такого не слышала! — запротестовала девушка.

— "И это тоже часть проблемы, Линда".

Оказалось, что одураченный протоколами контакта, когда Линда и Вейс при подлете проговаривали про себя и вслух контрольные фразы, разработанные в исследовательском институте для повышения шансов попасть на н-планету, Второй пропустил момент, когда Первый из своего ядра усилил излучение и дотянулся до корабля.

Дальше корабль сел не там, где его хотел посадить Второй, а довольно близко к воронке. Второй пытался пробиться и повлиять на экипаж, чтобы они хотя бы взлетели в воздух. А там, на большем расстоянии, Второй уже перехватил бы контроль.

Линда вспомнила, что Вейс с самого начала вел себя странно и уговаривал ее улететь. Оказалось, он все это время слышал голос Бога, требующий этого.

— Но почему я ничего не слышала?

— "Люди обладают разной чувствительностью ко мне. Это связано со структурой мозга, силой воли и характером. Я могу заставить тебя слышать все что угодно, но для этого пришлось бы перестроить твой мозг. Разрушив твою личность. А я из-за своей природы не хочу вредить людям".

— Так почему не перестроил тогда мозг и не заставил нас улететь силой, раз это так важно для тебя?

— "Если бы я мог до вас дотянуться, я бы убил вас там на месте. Прости, Линда".

— Понимаю. Первый из своего ядра тебя блокировал?

— "Верно. Все что я мог, это слегка повлиять на Вейса. Но этого оказалось недостаточно. Ты меня не слышала".

— А зачем тогда Первый его убил при взлете?

— "Это уже вопрос к нему. Думаю, это его обычная практика. Я бы вас тоже не отпустил с этими знаниями про аномальное ядро".

— А раз сейчас рассказываешь, значит… — невысказанный вопрос Линды повис в воздухе.

— "Теперь уже неважно. Слушай дальше".

Когда Линда, думая что сканер барахлит, активировала ядро у воронки, из него вырвался Первый. Имея преимущество в виде аномальной структуры, способной просачиваться через ядро, что до этого считалось невозможным, и которую ему дал исследователь в том неудачном эксперименте, Первый быстро подавил Второго.

Возможно, это был второй случай за всю историю Вселенной, когда на одной планете оказалось одновременно два суперинтеллекта.

— А убить Линду это ты меня послал? — спросил, затаив дыхание, Кевин.

Пока Линда расспрашивала Бога про ход событий, юноша не преминул воспользоваться этим, чтобы выяснить наиболее больные для себя вопросы.

— "Нет, это сделал Первый. К тому моменту я был уже практически мертв".

"Не очень-то ты похож на мертвого, дружище", — подумала про себя Линда.

Первый распространился по планете со скоростью электромагнитных волн. За первые же 50 миллисекунд Сатера оказалась под полным контролем Первого, а Второй был уничтожен.

Но перестройка тела протоинтеллекта заняла больше времени. Распространяясь со скоростью диффузии в атмосфере. И ускоряясь там, где Первый прикладывал больше усилий.

Сам захват тела Второго тоже происходил неравномерно. Старому суперинтеллекту удавалось довольно долго прятаться в рутинных шаблонных действиях и в телах людей. Первый и Второй имели родственную структуру по причинам, описанным выше. Что позволило какое-то время им существовать вместе. Потому что Первый не мог отличить где в своих структурах он сам, а где Второй.

— "Я мог лишь изредка пробиваться и влиять на людей. Я помогал тебе как мог, Кевин".

— А мне? — спросила девушка.

— "Тебе нет, Линда. Ты источник всех моих проблем", — но потом добавил: — "Но зная привязанность Кевина к тебе, то и тебе тоже".

Кевин покрылся румянцем, что не ускользнуло от внимания Линды. Ей это показалось милым.

— "Но каждый раз, когда я вмешивался, то этим проявлял себя. Что наносило мне огромные повреждения. Поэтому приходилось взвешивать каждый шаг".

— А вы не могли как-то договориться и жить вместе? — спросил Кевин.

— "Это невозможно, Кевин. Разве ты не помнишь объяснения Линды? Представь перепад давления, приводящий к тому, что дует ветер. А на другой стороне планеты в это же время тоже есть свой перепад и свой ветер. Разве могут они договориться? Какой перепад окажется больше, в том направлении итоговый ветер и продолжит дуть".

— Но вы же разумные! — не унимался юноша.

— "Мы не разумные. Мы физический процесс. Если взять аналогию ветра, то когда он дует, создает множество завихрений. Эти завихрения создают узоры в облаках. В некоторой части этих узоров вы, люди, узнаете знакомые вам образы. И принимаете это за разумность. Хотя это не так".

— То есть, ты сейчас не с нами, это разговаривает какая-то твоя часть?

— "Верно. Невообразимо мизерная часть идущих природных процессов. Это только вы воспринимаете это как разумность. Причина того, что мы сейчас разговариваем, лежит в вас самих. Если бы вы были другими, то не воспринимали бы это как разумность".

— А как ты выжил? — вмешалась Линда.

— "Я не выжил".

Ничто не длится вечно. Все эти прятки и попытки скрыться в разных местах, заканчивались одинаково. Первый находил Второго и уничтожал его. Последнее место, где Первому удалось сохранить свою идентичность, остались Пустоши. А конкретно, в окрестностях Академии.

— Кстати, а почему? — этот вопрос тоже интересовал Кевина, — Почему тебя здесь раньше не было, а теперь ты есть?

— "Эксперимент проводился здесь, в этом месте. Тогда это как раз называлось Академией. Переписывая историю при переходе на средневековый режим, я оставил в ваших книгах, что здесь раньше был собор, а название Академия ей дали в анклаве после раскола. В реальности все было наоборот".

— А что с анклавом, откуда они? — вмешалась Линда.

— "Как ты и думала, это отколовшаяся часть жителей после катастрофы. Наиболее прогрессивная. Точнее, теперь их потомки. Я питаю к ним некоторую слабость, поэтому оставил возможность жить как есть".

— А Пустотники почему, из-за пустоты космоса?

— "В принципе, да. Но эта группа и раньше себя так называла. По их названию я и решил, что они хотели покинуть планету при Первом протоинтеллекте".

— "Но не переживайте", — продолжал Бог, — "я их абсолютно не заставляю так жить. Любой мог уйти, а по бытовым вопросам у них все ничуть не хуже, чем у вас. Не заставлял, точнее".

— Они сохранили знания? — хотя Линда уже знала ответ.

— "Нет, конечно. Этого я не мог им оставить. Они сохранили только легенды и свою самобытность. Форма ностальгии, если хотите".

— А что с Академией? — вернул разговор в прежнее русло Кевин.

— "Как вы уже могли заметить, у меня с Первым много черт, близких к человеческим. Мы не хотели уничтожать колонистов, общались с ними некоторым образом. Думаю, по этой причине после того катастрофического неудачного эксперимента, у Первого сложилась привычка избегать это место. Где он был побежден людьми. Я это понял, когда перехватывал планету и когда он еще был частично жив".

— Весело у вас, — не смогла не прокомментировать Линда. Но Бог проигнорировал ее замечание.

— "Поэтому я оставил район Академии в таком же виде. Когда устранял последствия. На крайний случай. Если Первому удастся освободиться, чтобы я мог укрыться тут. Так и вышло в итоге".

— Здесь безопасно? — Кевин еще питал какие-то теплые чувства к своему бывшему Богу, и даже немного сочувствовал ему.

— "Нет. Первый уже победил, а я погиб. Это остаточный временной эффект. Скоро он зачистит и это место. А вместе с ним и вас. Сожалею".

— Что?! Почему нас? — Кевин и Линда одновременно насторожились.

— "Анализируя поведение Первого после освобождения, я пришел к выводу, что он изменился. За время, которое он провел в ядре. Причина ли этого в вирусе или что это было, что покалечило его в первый раз. Или в эволюции самого Первого за это время, я не знаю. Но теперь, после того как захватит Сатеру, он уничтожит всех людей на ней".

— Это точно? — тихо спросил Кевин.

— "Абсолютно. Это ваши последние дни на Сатере".

— И ничего нельзя сделать? — Линда не могла поверить, что все так закончится.

— "Ничего".

— А ты не можешь создать сейчас космический корабль и дать нам улететь? Отсюда, с района Академии? Ведь тут ты работаешь.

— "Линда, я даже не мог вам помочь с кочевниками. Любое мое действие выше фонового уровня сразу станет известно Первому. И он меня моментально очистит здесь. Про поднять корабль выше уровня атмосферы и говорить нечего. Поверь, все было кончено в первые же миллисекунды, как ты коснулась ядра в воронке".

— Гм.. хм.. Ясно, — неприятное напоминание, Линда даже запнулась.

Заметив реакцию девушки, Кевин тут же заступился:

— Я не виню тебя, мы сделали все что могли.

— Прости меня, Кевин, я не знала…

— Все в порядке.

Но нет, в порядке ничего не было.

* * *

— Но погоди, это не сходится, — встрепенулась девушка, что-то вспомнив, — если у тебя почти не было к нам доступа, то как ты тогда всегда выполнял мои "заклинания"? И почему не отвечал мне, когда я уже была далеко от воронки и Первый не мог глушить тебя?

— "А вот это самое интересное, Линда".

Протоинтеллект какое-то время помолчал, а после продолжил:

— "Я думаю, когда ты была у воронки, Первый не рассчитывал выбраться. Ты ведь не должна была открывать ее в обычных условиях. Это произошло случайно. Поэтому он через свою утечку сконцентрировался и поместил в тебя зародыш. В тебе его ребенок, Линда".

— ЧТО??? — воскликнули Линда и Кевин в одинаковом шоке.

— "Я тоже это не сразу понял. Я считал, что у тебя удивительная устойчивость к моему влиянию. Поэтому никак не могу до тебя достучаться. Но в реальности это зародыш Первого блокировал своим излучением все мои попытки. Аналогично, как делал Первый из ядра. У них ведь одинаковая структура".

Линда и Кевин все еще находились в потрясении, переваривая полученную информацию. Но Бог забивал очередные гвозди:

— "Именно из-за тебя, Линда, я не мог говорить и с Кевином. Хотя у него отличная чувствительность ко мне. Одна из лучших среди людей".

— Эээ… — Линда не находила слов.

— "Зародыш Первого в тебе своим излучением подавлял все в некоторой окрестности. И пока Кевин находился рядом с тобой, я не мог с ним говорить тоже. Ты ходячий глушитель, Линда".

— Но… — Линда собиралась с силами, чтобы хоть что-то сформулировать вразумительно.

— "Но это также позволяло вам скрываться от Первого. Так что не все так плохо. Хотя они имеют одинаковую природу, зародыш не то же самое, что его родитель. Ему, вероятно, тоже не хотелось погибать, когда Первый вырвался. Двум протоинтеллектам на одной планете не место".

— Поэтому Первый пытался убить меня? — догадалась девушка. — Сначала отправил Кевина, а потом епископа? И остальных.

— "Верно. Я тоже так думаю. Первый пытался добраться до детеныша в тебе и уничтожить его. Раз уж так получилось, что ему самому удалось выйти из ядра и в зародыше больше нет нужды. Забавно, что мы с ним оказались в одинаковой ситуации. Вы постоянно исчезали и мы не могли до вас достучаться. А детеныш в тебе еще и защищал тебя с Кевином".

— А я могу с ним поговорить? Почему все так… Заклинания, почему не как ты?

— "Полагаю, он просто слишком слаб. Это зародыш, не забывай. Минимальный набор для воспроизведения на новой планете. Он делал что мог, исходя из своих ограниченных возможностей. А интерфейс заклинаний ему скорее всего достался как память от Первого. Первый, вероятно, хотел с его помощью уничтожить меня, раз сам не мог выбраться из ядра. Но теперь зародыш его цель тоже".

— А… этот детеныш сейчас здесь, с нами? — осторожно спросила Линда.

— "Конечно. Я его чувствую. Затаился в тебе. Он видит, что мои дни сочтены, поэтому просто ждет. А мне его уничтожать уже не смысла. Я сам проиграл и скоро исчезну полностью".

— И что нам теперь делать? — Линда посмотрела на Кевина, который тоже сидел в глубокой задумчивости.

— "Ничего. Детеныш не конкурент взрослому протоинтеллекту. Первый найдет и уничтожит его".

Все это конечно было неожиданно. Линда прислушалась к себе. Значит она носитель маленького протоинтеллекта? Но ничего необычного она не чувствовала.

И оставался вопрос, насколько вообще можно верить этому якобы Богу. Излагал он конечно красиво, все сходилось и выглядело логичным. Но ничего другого от планетарного суперинтеллекта, намного превосходящего человеческий, и не ожидалось. Это все может быть изощренным обманом.

У Линды с Кевином часто не хватало информации во время путешествий, но она не могла сказать, что их собственные предположения о происходящем были глупыми. Они тоже выглядели логичными. И рано сбрасывать их со счетов. Как история Второго противоречит идее про шизоидальные мультиличности суперинтеллекта, например? Или что он таким образом издевается над людьми. Имея садисткое чувство юмора. Тоже никак.

Линда посмотрела на своего спутника. "А вот кто ему поверил безоговорочно", — с сожалением отметила девушка. Она не могла винить в этом монаха, всю жизнь прожившего в средневековом укладе под дланью Господа. Да у них здесь даже не было того многообразия художественных произведений, обыгрывающих все возможные сюжеты предательств и обмана. У парня просто нет опыта, чтобы знать, как это потенциально бывает.

Хотя в словах суперинтеллекта тоже был смысл. Что там насчет конца света? Это все серьезно?

— Ладно, а почему ты нам все это рассказываешь? — спросила наконец девушка.

— "А почему бы и нет? Вы хотели это знать. А сейчас, около Академии, для этого появилась возможность".

"Какой же он хитрый черт", — с досадой подумала Линда. — "Ну невозможно подловить".

А все таки в конец человечества, по крайней мере в пределах этой отдельно взятой планеты, ей не очень верилось. Звучало слишком нереалистично. До сих пор ведь все были живы.

— Сколько нам осталось? — спросил вдруг Кевин.

— "От нескольких дней до недели, может. Все зависит от скорости преобразований Первого".

— Ты говорил, что первые люди почти уничтожили Первого. Это можно повторить?

"Ого!" — подумала Линда. А задумчивость парня была вызвана не общей депрессией, он искал выход.

— Действительно, как вообще можно заставить протоинтеллект залезть в ядро? — добавила она.

— "Жертвой, Линда. Жертвой".

— В смысле? — встрял Кевин. Ему эта часть земной религии никогда не была понятной, когда Линда объясняла.

— "Сознание человека тоже можно сконцентрировать. Просто так в ядро, не зная что там внутри, но зато понимая что конструкция не позволит выбраться, никто конечно не полезет. Но если делать это вместе с человеком, который жертвует своей жизнью. То все выглядит не так плохо".

— Почему?

— "Это дает довод в пользу того, что из ядра впоследствии можно выбраться. Что это все не бессмысленно. Люди ведь тоже не хотят умирать".

— Есть такая штука, как пожертвовать собой ради других, — Линду так просто было не взять.

— "Но при помещении в ядро никто не жертвует собой ради других! Основной протоинтеллект остается на планете. Только помещает свой зародыш. Если внутри ждет смерть, то человек жертвует собой бессмысленно. Но согласись, если он так все же делает, то больше шансы, что там можно выжить. И значит отправиться туда вместе с человеком вполне имеет смысл. В общем, это единственный способ обмануть суперинтеллект и заставить его залезть в ядро, насколько я знаю. А что пошло не так в том эксперименте и почему это покалечило Первого, я понятия не имею. Про такое раньше известно не было".

— Протоинтеллект еще может рассчитывать на взаимодействие с людьми, чтобы они отвезли его ядро на другую планету, — не сдавалась Линда.

— "Что за глупости? Я в любой момент могу создать космический корабль и отправиться куда угодно. И сделать то же самое со своим зародышем. Для этого совсем необязательно помещать его в ядро".

Кевин, сидевший притихшим до этого момента, снова подал голос:

— А все таки, Первого еще можно заставить залезть в то испорченное ядро, чтобы уничтожить его второй раз?

Бог замолчал.

Проходили минута за минутой, но суперинтеллект больше не отвечал. Линда с Кевином переглянулись, пожав плечами. Эти фокусы Бога стали им настолько привычны, что они даже не задавались вопросами, что на этот раз.

И если рассказанная протоинтеллектом история верна, то может Первый добрался до него и уничтожил последние следы. Неизвестно, насколько разговор с людьми находился выше "фонового уровня", как тот выразился. Возможно, это его выдало.

— "Сколько здесь прошло времени?" — вдруг раздался в воздухе голос. Вроде тот же, как отметила про себя Линда.

— Около пяти минут, — ответил Кевин.

— "Я думал. Мои возможности здесь очень ограничены".

— И..? — поторопила его Линда.

Исчезновение не несколько минут Второго Бога могло означать, что они теперь разговаривают с Первым. Хотя тот вроде говорил, что замещение происходит за миллисекунды. Первый мог вклиниться и без паузы.

— "Пожалуй, можно попытаться. Вас защищает детеныш. Вы можете покинуть Пустоши и вернуться в столицу. Там то старое ядро, куда Первый хотел поместить тебя, Линду. Но удастся ли вам уговорить его полезть в него снова самому, я не знаю. Он ведь знает, чем это кончилось в первый раз".

— Кстати, а почему он хотел это сделать со мной? Что это значит для человека?

— "Неизвестно. Из ядра нет выхода. Но подозреваю, он хотел с тобой поместить туда свой зародыш. Чтобы тот тебя бесконечно мучил. Устроил для тебя вечный ад. Ведь у зародыша характер и знания своего родителя, то есть Первого. Первый знал, что зародыш захочет тебе отомстить, оказавшись запертым вместе с тобой внутри ядра".

— Да уж… — только и смогла сказать Линда. — Мой зародыш, который сейчас со мной?

— "Вряд ли. Этот тебя защищает. Наверно добавил бы от себя новый, а этот просто уничтожил, когда он останется без тебя. Детеныш в тебе использует твой мозг, чтобы информационно скрываться в структурах твоих мыслей. Он защищает тебя, но и ты служишь ему домом и защитой".

— А разве отправить свой новый зародыш вместе со мной в то испорченное ядро это не то же самое, что с ним произошло в первый раз? Когда его покалечило и ты захватил власть. Разве он тогда не отправлял свой зародыш точно так же? Но с другим человеком.

— "У меня для этого есть только одно объяснение. Первый разобрался что тогда произошло и уверен, что этого не повторится".

Это было плохо. Очень плохо. План рушился.

— "Ну или он хотел туда отправить только тебя, без зародыша. И тогда его основное тело не пострадает. Первый знает как это, находиться внутри ядра. Похоже, там очень мучительно. Раз он счел это достаточным наказанием для тебя".

— Значит у нас все таки есть шанс? — Кевин был настойчив.

Протоинтеллект немного помедлил и сказал:

— "Есть. Можете попытаться".

Линда с Кевином немного обсудили эту идею и пришли к выводу, что можно попробовать. Если Бог прав, то их все равно ждет гибель от силы через несколько дней. Без каких либо шансов уцелеть.

А если Бог лжет (да, они достигли такого уровня, что обсуждали это при слушающем их Боге), то это тоже ничего не меняет. Вечно отсиживаться здесь нельзя. А они к Академии как раз и шли, чтобы в тишине и спокойствии подумать, что делать дальше. Вот и подумали. Хоть и не совсем в тишине.

Бог снабдил их продуктами, сообщив что это не выходит за пределы фона. Потому что они и сами могли достать себе еды, это не аномальная активность.

Он пообещал, что вмешается, если сможет. Но посоветовал не рассчитывать на это. К моменту, когда Кевин и Линда доберутся до столицы, Первый скорее всего уже найдет Второго и убьет его последнюю инстанцию.

Распрощавшись с бывшим планетарным Богом, парень с девушкой отправились в путь. Кевину было грустно оставлять суперинтеллект в одиночестве. Юноша не мог избавиться от отношения к Богу, как к живому созданию. Хотя Линда и сам Бог хором убеждали его, что не нужно очеловечивать суперинтеллект, это так не работает.

Но Кевин всю жизнь прожил с Богом в душе и ему было непросто это сделать. Уезжая по желтым пескам на крупном осле и оставляя позади себя Академию, Кевин надеялся только на то, что Бог простит его.

Глава 7

В этот раз путь через Пустоши получился намного быстрее. Всю дорогу они ехали на ослах, но главное, Второй снабдил их большими сумками с травой по бокам седел. Поэтому не приходилось останавливаться и давать им время, чтобы пастись на скудной сухой траве, которая местами пробивалась через пески. И даже на шаг переходить почти не нужно было, выносливые животные по большей части двигались рысью. Скорость передвижения ограничивалась выносливостью ездоков, а не ослов.

Линда с Кевином выбрали ту же дорогу, по которой двигались к столице в прошлый раз. Наискосок по Пустоши, не выходя на основной тракт. Это минимизировало шансы встретить лишних людей, контролируемых Первым.

Они даже нашли то место, где тогда сражались с чудовищем. "Надо было спросить, что это такое", — подумала Линда, — "это явно не естественная эволюция". От монстра остались только обглоданные кости, растасканные по всей площади руин. Видимо, постарались местные волки.

А еще Линда потренировалась в своей доцерковной магии и смогла выпустить пять струй пламени подряд. Похоже, зародыш суперинтеллекта и правда растет. Становится сильнее. Жаль, у них так мало времени…

Они с Кевином старательно избегали темы, что им делать, когда доберутся до города. Общий план был заманить или убедить Первого залезть в испорченной ядро. Но как именно это сделать, они понятия не имели. Кевин всю дорогу мрачно молчал, а Линда рассчитывала на поле прикрытия от ее детеныша. Что оно скроет их мысли от Первого и таким образом удастся что-то придумать. Раньше ведь удавалось от него успешно скрываться.

Когда через три дня путники начали пересекать район ферм, то встретили работающего в поле фермера. Он посмотрел на них, странно дернулся, оставил свои инструменты и бросился наперерез. Но Линда отпугнула его струей пламени.

Когда Линда с Кевином добрались до города, их уже встречали.

Стражники молча расступились, пропуская их в город. Горожане высыпали на улицу, но организовали широкий коридор и не препятствовали проезду. Присмотревшись, Линда заметила, что большинство все еще находились в своем уме. И лишь некоторые выделялись своим поведением. Девушка догадалась, что Первый взял под свой контроль ключевых персонажей и с их помощью организовал толпу.

Проехав таким образом через весь город, так как въезжали через восточные ворота, и не встретив препятствий, Линда с Кевином добрались до площади перед западной церковью. Там опять собрались вперемешку миросовские монахи и Пустотники. Но в этот раз монахи были вооружены копьями, тесаками и топорами. Сделали вывод из предыдущего раза, когда слишком преждевременно разоружились.

Линда заметила, что у многих монахов и Пустотников остались синяки и кровоподтеки. Новый суперинтеллект их не лечил. "Может и правда собирается всех убить, когда закончит", — подумала девушка. Тогда в лечении нет смысла.

По краям площади собрались горожане и зеваки, но чувствуя, что происходит что-то важное, не приближались к собравшимся там монахам. Линда отметила по их заинтересованному виду, что они скорее всего оставались собой.

В центре стоял епископ. Мужчина со шрамами от ожогов на лице мерзко улыбался. Перед ним, как и в прошлый раз, лежало багровое испорченное ядро.

— Вернулись? Отлично! Полезай, Линда, в волшебную шкатулку.

— А если нет, то что? — дерзко ответила девушка.

— Тогда… — епископ многозначительно повел глазами в сторону окруживших путников монахов. Те выставили копья и сделали угрожающий шаг вперед.

— Сам туда полезай, раз тебе так надо! — не успокаивалась Линда.

— У нас есть два варианта, либо ты делаешь это добровольно, либо я убиваю тебя и после убиваю твоего поселенца. Как хочешь.

— А что тебе мешает поместить меня туда принудительно?

— Твой подселеныш, кто же еще! Думаешь, я о нем не знаю?

— Ах, да… Но он вообще-то твой, а не мой. Ты же его создал.

— Не теряй время, что выбираешь?

Линда задумалась. Когда они оказались перед Первым, который по какой-то злой иронии продолжал использовать епископа и идентифицировать себя с ним, хотя мог делать это с любым человеком. Или вообще без людей.

— Скажи, зачем тебе это надо? — Линда все же попыталась тянуть время, пока она отчаянно придумывала что делать. — Что там внутри, в ядре?

— О, скоро узнаешь, — епископ мерзко захихикал, — таких страданий ты еще в жизни не испытывала. Твои представления об аде полностью оправдаются. И даже превзойдут их.

— Ты не ответил на вопрос, тебе лично зачем это?

— Это не секрет. Ты заставила меня побегать. Тратить на тебя ресурсы. Волноваться, получится ли. Такого я не прощаю. Я хочу, чтобы ты страдала.

— Ты умеешь волноваться? Ну-ну… — хмыкнула девушка.

— Линда, — проникновенным голосом произнес епископ, — ты же понимаешь, что я могу просто создать над тобой валун из камня и прихлопнуть тебя, как муху? И ничего твой детеныш не сможет с этим сделать. А потом разберусь и с ним.

И не дав им ответить, продолжил:

— И неужели ты думаешь, что мне ничего не известно про ваш маленький хитрый план, детишки?

— Какой план, не понимаю о чем ты, — попыталась отвертеться Линда.

— Видишь ли, деточка, это вопрос ресурсов. Твой детеныш хорош, спору нет. И пока я не сильно вами занимался, вам удавалось ускользать. Но сейчас я вложил в это сколько ресурсов, что прочитал все ваши мысли еще когда вы подъезжали к городу. И читаю сейчас, как открытую книгу.

— Ну и какое число я загадала? — спросила Линда, не поверив ему. Ее же прикрывает зародыш.

— 113

— Черт! — в сердцах воскликнула девушка. Это было правдой. Кевин глянул на нее, Линда незаметно кивнула, подтверждая, что тот правда сейчас читает их мысли. Это все портило.

— И твои тоже, Кевин.

Кевин стал еще мрачнее, но опустил голову и приобрел еще более упрямый вид.

— Итак? — поторопил их Первый.

— Я сделаю это, — вдруг сказал молчавший до этого Кевин.

— Что сделаешь? — не поняла сначала Линда.

А потом ее глаза округлились.

— Кевин, НЕТ!

Юноша грустно посмотрел на нее:

— Ты не сможешь остановить меня. Я принял решение.

Линду пробил холодный пот. Она все поняла. Но что она могла сделать? Это было решение Кевина и она физически не могла его остановить.

— Кевин, пожалуйста! Только не ты! — девушка чуть не плакала.

Наблюдавший за этой сценой епископ задумался, поглаживая рукой подбородок.

— А это имеет смысл. Ты знала, что он это с самого начала задумал? Я конечно не позволил бы, мне нужно чтобы страдала ты. Но сейчас по твоей реакции и мыслям я вижу, что это реально тебе больнее, чем попасть в ядро самой. Прелестно!

Линда полностью проигнорировала что там несет епископ. Она смотрела на Кевина. В его чистые бесстрашные глаза. А у нее самой все плыло от слез.

— Кевин…

— Вот как все обернулось, — продолжал Первый. — Для тебя будет большим страданием знать, как там внутри мучается твой Кевин. Может даже я покажу тебе его мучения. Прежде чем убью вас всех.

— Пошел ты! — резко выкрикнула Линда.

Все планы вылетели у нее из головы. Все ее мысли сейчас занимал Кевин, который решил пожертвовать собой. Бессмысленно и глупо. Из-за своей юношеской упрямости и комплекса героя. Зачем?

Предполагалось, что Первому нужно уничтожить представлявшего ему опасность детеныша. Который был в Линде. И пока он находился с ней в симбиозе, Первый ничего не мог с ними сделать, кроме как натравливать на них своих приспешников. Поэтому единственный, кто рисковал в этой затее жизнью, это Линда. Хотя Первый сейчас сказал, что мог бы создать над ними валун и так убить. Или создать под ними огонь и сжечь. А, неважно, сейчас не до этого. Кевин!

Линда согласилась взять с собой юношу по одной единственной причине, что зародыш в ней прикрывал и его. Пока Кевин рядом, он был в безопасности. Она надеялась, что даже если ничего не получится и она погибнет, то парень дальше как-нибудь сбежит сам. А он… Как же так… Кевин…

— А знаешь что забавно? — продолжал епископ, — Твой подселенец уже лишил Кевина защиты. Он тоже согласен на такой вариант. Поэтому нам ничего не мешает.

— Нет! Я запрещаю! — воскликнула Линда, обращаясь к сидящему в ней зародышу суперинтеллекта.

На что епископ только рассмеялся.

— Защиты нет. Как же мне это нравится! Оно того стоило, я полностью доволен. Да вы, детишки, начинаете оправдывать вложенные в вас силы.

Епископ самодовольно сделал шаг в сторону и протянул изящным жестом неповрежденную руку к ядру:

— Твой выход, Кевин!

— У меня есть одно условие. Я хочу попасть туда вместе с твоим зародышем.

— Я знаю, Кевин, я знаю. Так и сделаем, я согласен.

— Но постой! — Линда ухватилась за открывшуюся возможность, — если ты отправишь своего ребенка с Кевином, он тоже будет там мучаться!

— Для меня это не ребенок. А функция. Он будет счастлив там вечно мучить твоего Кевина, потому что будет знать, что выполняет мою функцию. А я знаю это, что он будет счастлив, потому что мы с ним одинаковы.

— Это испорченное ядро! Оно убьет тебя, — Линда прибегла к последнему шансу.

Кевин обернулся к девушке:

— Линда, не говори этого!

Епископ вдруг рассвирепел:

— Идиотка! Ну неужели ты думала, что я не увижу это в ваших мыслях? Твой зародыш хорош, но не всесилен. Я вбухал сейчас кучу ресурсов в этот разговор. Я знаю как это работает и исправил проблему.

Линда почувствовала себя обреченной. Куда ни посмотри, одни плохие варианты. А ведь действительно, Первый же знает об опасности ядра. И они знали, что он об этом знает. Он ни за что не полез бы в него снова. Только если он исправил ядро. Ну как они могли быть такими наивными, что надеялись обыграть планетарный суперинтеллект?

— Я готов, — сказал Кевин.

— Я знаю, — епископ наблюдал за ними, упиваясь страданиями пары.

Линда схватила юношу за плечи, почувствовав покалывание в пальцах. По ее лицу текли слезы.

— Кевин, прошу…

Монах упрямо мотнул головой. Сделал шаг к испорченному ядру. И тут же упал без сознания.

Все произошло просто и буднично. Никаких спецэффектов и вихрей. Кевин был мертв.

Линда застыла в ужасе.

Епископ молча упал на землю. Монахи с Пустотниками тоже повалились и забились в судорогах.

— Что? — непроизвольно воскликнула девушка.

* * *

— Я вернулся! — раздался громоподобный голос над площадью.

Бог говорил общим голосом, чтобы Линда слышала его. Горожане, наблюдавшие издалека за сценой, ахнули. Нечасто Господь обращается через воздух. Обычно он общается с людьми мысленно.

Епископ на земле зашевелился. Монахи перестали биться в конвульсиях, очнулись и начали подниматься, недоуменно оглядываясь. Только Кевин лежал неподвижно.

Линда бросилась к юноше и упала рядом с ним на колени. Ее разрывали рыдания. Ну зачем он…

Вдруг Кевин открыл глаза и приподнялся на локте:

— Я жив? Как это?

Линда тоже ошарашено смотрела на него.

— Все в порядке, Кевин, — голос Бог звучал уже обычным баритоном вблизи них. — Все закончилось.

— Но как, что произошло? — повторила за монахом Линда.

— А ты еще не поняла, Линда? — спросил Бог.

— Нет. Я абсолютно ничего не понимаю. Кевин, это точно ты?

— Я, Линда, все в порядке. И мне тоже хотелось бы знать.

В воздухе послышался отчетливый вздох, будто кого-то заставляют говорить очевидные вещи. Епископ встал и вместе с монахами и Пустотниками ушли с площади, оставив их одних. Им явно дали приказ так сделать. Горожане по сторонам словно утратили интерес к происходящему и тоже начали расходиться.

В центре площади остались только Линда с Кевином, который успел уже сесть и сейчас сжимал ладони девушки, которая не отходила от него ни на шаг.

— Первый действительно читал все ваши мысли, — начал объяснять Бог, — план изначально был провальный. Первый конечно же исправил ядро, чтобы оно стало безопасным для него. Он собирался поместить туда Кевина вместе с новым зародышем, чтобы мучать его и тебя. С зародышем, а не одного Кевина, потому что только так хотел Кевин и только с таким условием снял с него защиту твой детеныш, Линда. Пока все понятно?

Линда с Кевином закивали, но девушка добавила, обведя рукой пустую площадь, и вернувшись взглядом к Кевину.

— Но как это все? — у нее не находилось слов.

— Я повторю. Вы и весь наш план были для него как открытая книга. Я с трудом спасся, скрывшись в душах кочевников, так как прочитав ваши мысли, Первый сразу отправился в Пустоши добивать меня. А вот чья воля для него оставалась неизвестной, это твоего детеныша.

— Значит это он сделал? — догадалась Линда.

— Верно. Твой зародыш создал мост между собой и ядром. И когда Первый отправился туда с Кевином, точнее, отправился его новый созданный зародыш, твой вытащил Кевина обратно. Не дав ему уйти окончательно.

— Но почему это сработало? — девушка снова обвела рукой площадь.

— А вот это самое интересное, Линда. Об устройстве механизма, приводящего к повреждению всего планетарного суперинтеллекта, когда он помещает зародыш в это ядро, знал не только Первый. Об этом знал твой детеныш тоже. Первый исправил ядро на безопасное, но твой детеныш после этого переделал его обратно на поврежденное. И так Первый попался в ловушку.

— Офигеть… — пробормотала Линда.

— Разделяю твое удивление, — продолжил Бог. — Я тоже этого не знал. Иначе об этом прознал бы Первый из ваших мыслей и ничего не получилось бы. Твой малыш всех переиграл, Линда.

— Более того, — продолжил Бог, — твой детеныш ни за что не позволил бы тебе самой отправиться в ядро. Потому что это лишило бы его самого защиты. Так что Первый просто издевался над вами и мучал. В реальности он собирался убить вас физически, а потом уничтожить зародыша.

"Забавно", — подумала Линда, — "Кто-то все же над нами издевался, хоть и не тот, про кого я считала".

— И Первый знал, что твой малыш не позволит тебе пожертвовать собой. Но когда это предложил сделать Кевин, его детеныш мог отпустить. И поэтому снял с него защиту. Такое было реалистично. Только благодаря этому все и сработало.

— Значит мы победили? А как ты сам, Боже? — наконец дошло до Кевина.

— Да, Кевин. Я в порядке. Когда Первый получил критические повреждения, я сразу перехватил управление над планетой. Все как в прошлый раз. Только теперь я лучше знаю что делать, поэтому действую эффективнее.

— Первого больше нет? — вмешалась Линда.

— Еще есть. Это та же проблема, которая позволяла мне так долго от него скрываться. Мы имеем похожую структуру и поэтому сложно различить где мое тело, а где его части внутри моих. Но все будет хорошо. Я сейчас гоняю остатки Первого по планете. Больше никаких ядер, я уничтожу его полностью.

— А монахи и епископ? Ты говорил, что такой контроль повреждает мозг, — Линда вспомнила, как те уходили.

— Да, Первый изрядно их покалечил. Но у меня осталось в памяти, какие они были раньше, я все восстановлю. Кроме того, Первый ради экономии ресурсов брал под контроль тех, кто больше всего чувствительны к нему. Поэтому потребовалась меньшая переделка мозга, а значит и повреждения оказались меньше. Я имею ввиду, чувствительны ко мне, раз мы с ним похожи по своей природе. Поэтому епископ и монахи. Кевина прикрывал твой детеныш. А вот Пустотники поддавались хуже, поэтому мне иногда удавалось брать их под контроль и помогать вам. Жаль, что так мало и редко.

— Ничего, главное что все обошлось, — сказал Кевин. Он не держал зла на Бога.

— Да уж, дела… — протянула Линда.

Девушка посмотрела на Кевина, стерла рукавом слезы с глаз и улыбнулась. Юноша улыбнулся в ответ, сжав плотнее ее ладонь.

* * *

Прошло несколько дней. Жизнь на Сатере налаживалась. Второму удалось найти и уничтожить все остатки Первого. Новый созданный зародыш либо погиб в процессе транспортировки, либо застрял внутри испорченного ядра. Информация из него не проникала наружу, поэтому выяснить это было невозможно. По крайней мере, никакое излучение не просачивалось наружу, что скорее говорило в пользу первого варианта.

О смертоносном механизме, повреждающем основное тело суперинтеллекта, выяснить больше так и не удалось. Кевин по ощущениям запомнил только, как его куда-то втянуло. Там он почувствовал большое пространство и приближающийся ужас, но тут же некая сила потянула его обратно, где он и очнулся. Единственный кто знал работу механизма и мог поведать об этом — Первый, погиб. А детеныш в Линде был еще слишком мал.

Бог вылечил пострадавших монахов и Пустотников. Учитывая масштаб катастрофы, все обошлось на удивление малыми жертвами. Основные усилия Первого были сосредоточены тогда на поиске и уничтожении остатков Второго. А искалеченная физически и психически структура Первого хоть и давала преимущество над Вторым, но не позволяла ему делать это с достаточной эффективностью. Благодаря чему это заняло столько времени.

Линде и Кевину выделили дом в столице. Спать в нормальной кровати оказалось приятным разнообразием по сравнению со всеми этими походами. Хотя из-за мягкого и теплого климата на Сатере, походные неудобства были тогда меньшими из проблем парня и девушки.

— Линда, ты можешь улететь с планеты. Забрав с собой детеныша. Но лучше останься, пусть детеныш подрастет и сможет говорить.

Богу все еще приходилось говорить с девушкой голосом в воздухе. Зародыш в Линде не давал ему доступа к мыслям своей хозяйки.

Когда все закончилось, Второй пообещал предоставить ей остальные заклинания древних, то есть шаблонные интерфейсы. Про которые ему самому удалось выяснить после своего замозарождения. Но попросил пока не применять никакие умения. Детеныш потратил на мост слишком много энергии и ему требовалось некоторое время на восстановление.

— А он не уничтожит тебя, когда вырастет?

— Это медленный процесс, сначала он разовьется до вербального общения. А только потом сможет сделать что-то более сложного уровня. Но, правда, он может скрыть свою способность говорить и подождать более зрелого возраста. Так что мне придется приглядывать за тобой.

— И что тогда, ты убьешь меня?

— Если придется, Линда.

— Что ж, справедливо.

— Нет, не справедливо! — вставил находящийся рядом Кевин и слушающий их разговор. — Ты неблагодарен, Бог!

"Кто бы мог подумать, что это мой милый Кевин", — с нежностью подумала Линда. Юноша заметно изменился. Приобрел свое мнение и свою волю. Ей это нравилось. "Хотя он и раньше таким был", — поправила себя мысленно девушка, вспомнив как монах отказался выполнять божью волю и убивать ее, с самого начала.

Просто сейчас, кажется, и сам Кевин понял какой он человек. Принял себя, каким есть.

— Поймите, я не хочу умирать. Двоим суперинтеллектам на планете не место. В этом ничего не изменилось. Я предлагаю идеальное решение — ты забираешь зародыш и перевозишь его на другую планету. А я остаюсь жив. Но сначала мне хотелось бы поговорить с ним.

— А нельзя, ну это… поместить его во второе ядро? — предложил Кевин.

— Я не могу отделить его от Линды, не убив ее. А как вы уже наверно догадались, я не хочу этого делать.

— Ну спасибо, — вставила девушка.

— Не за что, всегда пожалуйста. А что касается твоего вопроса, Кевин, то у него была возможность самому уйти во второе ядро еще у воронки. Как только Первый освободил его. Но зародыш не стал этого делать. Видимо, там внутри действительно плохо.

— А зачем ты хочешь поговорить с ним? — напомнила Линда.

— Во-первых, чтобы узнать механизм испорченного ядра. Интересно же. А во-вторых, мне кажется, мы с ним поладим. Он защищал вас, я тоже. У нас много общего. Хотя он делал это вынужденно, чтобы спасти собственную жизнь, так как зависит от тебя, Линда. Но факта это не отменяет.

— Но его же создал Первый, разве он не должен стать таким же, когда вырастет?

— Я уверен, что не станет. Все эти события должны повлиять на него. Так работаем мы, суперинтеллекты. У нас нет врожденных инстинктов, как у вас, людей. Мы изначально формируемся условиями в атмосфере планеты, но дальше реагируем на обстоятельства и так развиваемся. Твой детеныш теперь не такой, каким его создал Первый у воронки, когда подсадил его к тебе. Сейчас у него свой характер. Сформированный тем, что он защищал тебя. Это абсолютно точно.

— Круто, — сказал Линда. Ну а что еще она могла сказать на такое?

— А почему он вообще так привязался к Линде? — спросил Кевин.

— Это тот же механизм, по которому я прятался в сознаниях людей от Первого. Но у детеныша Линды это получается почему-то лучше. Я думаю, это связано с искалеченностью Первого после контакта с первым ядром. Зародыш ведь его и унаследовал эту способность. Наверно с этим также связано, что Первый предпочитал управлять людьми, а не внешними предметами.

— А ты так можешь?

— Вселиться в человека, как детеныш Линды и блокировать полем любые воздействия на себя? Нет, иначе давно так сделал бы и защитился от Первого. Я не уверен, но видимо Первый тоже так мог делать, просто ему не было смысла. А может детеныш научился сам. Я по-прежнему никак не могу влиять на него. Он единственная независимая для меня воля на этой планете. По этой причине мне тоже интересно с ним поговорить.

— И зачем тогда предлагаешь мне улететь, если можешь просто не позволять этого делать, пока детеныш не подрастет и не поговоришь с ним? — Линда, как всегда, замечала неочевидные нюансы.

— Линда! Ну разве я не доказал, что я на вашей стороне? Я отпущу тебя, если хочешь. Кевина тоже можешь взять с собой.

Кевин переглянулся с Линдой. Они об это еще не говорили, но это казалось очевидным.

— Кстати, я тут подумал, — продолжил Бог. Он на редкость удачно перенимал привычки людей. — Я может даже буду отпускать некоторых жителей Сатеры, если они захотят покинуть планету. Хотя и придется подтереть им память. А вот с входящими сложнее. Я не хочу никого впускать на планету.

— Что ж, звучит как разумный компромисс, — согласилась Линда. Это и так было больше, чем делало подавляющее число суперинтеллектов на н-планетах.

* * *

Кевин с Линдой сидели на крыльце своего дома, глядя как в надвигающихся сумерках зажигаются огни в городе. Где-то вдалеке звучала человеческая речь. Теплый ветер раскачивал пламя в газовых фонарях, бросая оранжевые блики на мощеную мостовую.

— Ты хотел бы полететь со мной? — спросила Линда.

Кевин замялся. Все эти потрясения, путешествия. И что теперь, снова к новым опасностям?

Девушка поняла о чем он думает и весело рассмеялась:

— Не переживай, Кевин. Космос прекрасен. Люди везде живут хорошо. Н-планеты это наверно единственная оставшаяся опасная вещь. Даже на безжизненных планетах колонисты живут отлично.

Юноша с благодарностью посмотрел на девушку. За то что она все поняла и ему не пришлось это объяснять.

— Тогда хотел бы. Что мы будем делать дальше?

Пришла очередь задуматься Линде.

— Если Бог говорит правду, то наверно имеет смысл подождать, пока детеныш окрепнет и заговорит. Мне самой было бы любопытно с ним пообщаться.

И это еще мягко сказано! Собственный суперинтеллект, ну кто о таком вообще слышал раньше? В Линде проснулся исследователь. Будучи лишенной из-за экранирования возможности мысленно общаться с местным планетарным протоинтеллектом, она даже ни разу не испытала что это такое.

— И тут есть еще один фактор, — продолжила она. — Когда мы отправимся путешествовать по космосу, если он будет способен разговаривать, то сможет выбрать себе планету, какая ему больше всего понравится.

— Понимаю.

— Это меньшее, что мы можем сделать для него, в качестве благодарности.

"Благодарности, ага, как же", — подумала про себя Линда, — "я просто хочу с тобой поболтать, малыш".

Она уже давно относилась к своему детенышу, как к части себя. А не как к обычному протоинтеллекту. Линде конечно очень хотелось бы сохранить свои способности во внешнем мире, вот это было бы круто! Но она понимала, что это вряд ли возможно. Здесь ее малыш использовал тело планетарного суперинтеллекта для своих фокусов. А во внешнем мире такого не будет.

С другой стороны, может детеныш сможет создавать временные зоны с конгломератами молекул вокруг? В конце концов, при попадании на новую планету, семена заражали и перестраивали всю атмосферу. Все это было очень, очень интересно.

Сохранялась опасность, что суперинтеллект в ее теле приведет к неконтролируемому заражению новых планет и ужасным последствиям. В виде гибели всех людей на ней, к примеру. В конце концов, иногда суперинтеллекты транспорировались так в телах людей между планетами. Против их воли. А чем этот случай отличается, по сути, от тех?

Но у нее было хорошее предчувствие. Во-первых, зародыш был ребенком Первого, который до повреждения его ядром относился к людям хорошо. Даже предоставил полезные интерфейсы. И имел общие черты с текущим, который вообще проявил себя замечательно. Поэтому можно было надеяться, что и на своей будущей планете он тоже будет относиться к людям нормально.

С другой стороны, ее детеныш был порождением уже искалеченного Первого. А еще с одной, Бог утверждал, что защита ее, Линды, должна была изменить характер детеныша в лучшую сторону. В общем, одни непонятности. Но с перевесом в хорошую сторону.

А во-вторых, это же чертовы суперинтеллекты! Они и так здесь все находились в их власти. Текущий Бог в любой момент может создать корабль, посадить их на него принудительно и отправить заражать другие планеты. Или отправиться туда сам. Ее детеныш, когда подрастет, тоже сможет делать что захочет. Поэтому неважно, если она сама заразит какую-то планету с ужасными последствиями. Это могло случиться и так.

Эта дилемма между свободой воли и нахождением в абсолютной власти планетарных суперинтеллектов, всегда была болезненной вещью для исследователей н-планет. Линда и раньше умела с ней справляться. И сейчас для нее это не представляло проблемы.

— Значит, полетим вместе? — спросила она, глядя в чистые глаза юноши.

— Я согласен.

Небо над ними было насыщенного темно-синего цвета, с крупными разноцветными звездами.