Небесный наследник. Том 1. Том 2

Глава 1

Хлесткий шлепок.

Шлеп!

— Вставай!

Открываю глаза. Ничего не понимаю. Боль. Туман.

Опять —

Шлеп!

— Вставай, говорю!

Темно. Ночь. Перед глазами — две пучеглазые морды. Хищно улыбаются.

Что тут...

Шлеп!

Пощечина обжигает.

Но гораздо сильнее жжет злость.

Как посмел этот смерд бить охотника на монстров первого ранга?!

— Вставай, оглобля!

А вот оскорбления будут караться во стократ сильнее.

Со словами надо быть осторожнее. Так можно и без языка остаться.

Я подскочил на ноги. Успел отметить — как же слабы конечности! Но сейчас это не важно. Кулаки не подведут. Никогда не подводили.

Шлеп!

Удар прошел ровно, вновь опрокидывая меня на землю.

Что за черт?!

Я даже не успел как следует замахнуться. Реакция замедленная.

Меня опоили зельем?

— Ты че, дерзкий? — мычит один мордоворот. — Забыл, кто перед тобой стоит?

А кто передо мной стоит?

Я поднимаю взгляд. Рожи точно не знакомые. И одежды какие-то... не такие, какие привык я видеть.

Да и вокруг все не такое. Какое-то... странное.

Демоны меня дери!

Я же активировал Заклятие Сумрака!

Так, стоп. Почему же я тогда до сих пор жив? Меня же должно было развоплотить!

Не развоплотило. А — что тогда?

— Где деньги? — тем временем вопрошали стоящие.

Парни крепкие, но не бойцы. Сразу видно, что лопухи — по стойке, по позе, по рукам, болтающимся как плети. Таких одним чихом можно раскидать. Поигрывают кулаками, которые подсвечены каким-то слабеньким магическим заклятием — для устрашения.

— Какие деньги? — спросил я.

Голос мой показался мне чужим. Тоненький, писклявый. Фу, как блеянье козы! Это от обжигающего воздуха Огненной Бездны он что ли таким стал?

— Бацилла, ты память потерял что ли?! — зарычал один — детина под два метра ростом с огромной бородавкой на носу. — Так я тебе сейчас живо напомню!

И достал нож.

Ну вот, как я и предполагал. Никакие бойцы. Как до дела доходит — оружие достают. Это из-за того, что сил никаких в руках нет. Только и могут, что свечение создавать.

Я таких уродов в Школе в первой линии боя уделывал одной левой.

— Нурик, постой, — второй подал ему жест. — Я сейчас на словах объясню Бацилле, а то что-то он совсем растерялся. Наверное, от кайфа еще не отошел, вот и тупит.

Он подхватил меня за шкирку, поднял на ноги.

Я мысленно отметил тупость этого жеста.

Никогда не поднимай противника на ноги. Даже если он слаб. Даже если кажется что все, ему конец и Великие Серые Пределы открыли для него свои врата. Никогда. Не совершай. Ошибку.

Резкий тычок — и морда скривился.

Удар коленом в пах не подводит.

Ну что, нравится?

Судя по тому, как морда корчится на земле — понравилось даже очень. Вон, аж рот раскрыл от волны незабываемых эмоций. Это верно — такое он еще долго не забудет, а его девка — и подавно. Его корень только и остается, что использовать для подтирания задницы — на что-то другое он уже не пригоден.

— Э, ты че?! — выдохнул второй.

Шмяк!

И челюсть стоящего неестественно далеко скосилась в бок. Неприятный сухой хруст огласил округу.

— Ы-ы-ы! — только и смог вымолвить тот, уже лежа по полу.

— А-а-х! — в тон ему подвыл я.

Кулак мой словно пронзила раскаленная спица. Демоны меня дери! Как же больно!

Я глянул на руку и... не смог сдержать удивления.

— Какого...

Моя рука... она была не моя!

Какая-то куриная лапа! Где моя, крепкая, монолитная, отточенная в сотнях сражений конечность? Где мои каменные мускулы, где все?!

Я глянул на тело. И вновь выдохнул:

— Какого...

Хворостина! Драть тебя демоны! Это что такое? Дрыщь! Боги!

А ноги? Лапки кузнечика какие-то! Кровавые боги! Что же со мной случилось?

Впервые за множество лет я почувствовал — нет, не страх, он мне неведом, — но смятение.

Последнее, что помню...

Я напряг разум. Картины пришли сами собой.

***

Воровать у демонов — плохая идея.

Воровать у Черных Владык Неназываемого — во стократ плохая идея.

Убить самого Неназываемого — не придет в голову даже самому отъявленному психу.

А я убил.

И своровал то, что принадлежало ему. Слеза Дафны. Мощнейший артефакт — самый мощный, который только существует, способный обрушать целые миры. Кто я? Сумасшедший? Возможно. Безумец? Пусть будет так. Но цель, ради которой я это сделал, важнее любых слов, которые на меня навешают и которыми меня назовут.

Слова вообще ничего не значат.

Если конечно это не магические заклинания.

— Partum a mortuis ignis! — крикнул я и вывел руну.

Шипящий пучок желтого огня полетел во врага.

Попал!

Тварь с криком сгорела в черном небе, оставляя после себя лишь маслянистые клубы дыма и гари.

Но место одной тут же заняли другие монстры.

Взмах.

Кожистые крылья разрезали холодный мрак ночи.

Удар!

Меч рубит демона надвое.

Кровь — кипящая грязно-зеленая кислота, — летит прямо в лицо.

Прыжок. Пробежка. Заскок обратно на лошадь.

Трюк, разученный в Долине Ведьм, помог. Черные Владыки промазали.

— А-г-х-х-р-р! — а промахиваться они не любят.

Вновь атака. Вновь удар.

Мой меч не подводит.

Кровавые внутренности монстра дымятся на земле.

Я мчусь на коне по краю обрыва. В одной руке клинок, в другой — Слеза Дафны. Она греет ладонь. Желтая стекляшка. Подумать только, вроде невзрачная безделушка, а может такое...

Черные Владыки летят следом, не сдаются. Их рваные крылья поднимают пыль. Размах — метров десять. Поток воздуха бьет в спину, едва не выбивает из седла.

Но им меня не догнать.

Я быстрее их.

Я — как пущенная стрела.

Еще одна атака. И вновь мимо.

Я всю свою жизнь изучал боевые искусства. Столько же — магию. И все ради этого единственного дня.

Множество лет я прорабатывал все возможные расклады. Планы, маршруты, карты, пути. Все изучено досконально. И потому не ошибусь.

Так что у Черных Владык нет шансов.

Хранители артефакта, инфернальные демоны Бездны, так не думают, погоню не ослабляют.

Их крылья немногое, чему я радуюсь. Отгоняют адский зной, бушующий в разломе справа. Там — неугасаемое пламя. Мой учитель был прав — надо искать пользу для себя везде, где только можно. И я это сейчас понимаю как никогда, ловя телом прохладные струйки воздуха. Ну и жарища!

Одна из тварей визгливо кричит. Лошадь сбивается с ритма. Не потому что пугается. Просто звуковая волна насыщена магическим субстратом.

Черная мертвая магия. Проклятие! Даже защитные заклятия со звоном словно струны лопаются.

Дзынь!

Конь подо мной трясет башкой — его разум помутился.

— Вперед! — кричу я.

Но уже поздно. Кровавая пена вырывается из пасти лошади, скакун спотыкается, замертво падает.

Я лечу следом.

Падаю на каменистую поверхность. Обдираю руки в кровь.

Тут же подскакиваю.

Меч. Где он?

Поздно.

Черные Владыки окружают меня.

— Отдай артефакт! — произносит одна из тварей.

Она говорит не ртом — зубастая пасть не приспособлена для речи, только чтобы жрать мясо и крушить кости жертв.

Ее речь звучит в моей голове. И от этого не слышимого звука едва не лопаются уши.

— Отдай артефакт!

Ага, как же! Держи карман шире!

Я сжимаю камень сильнее, замахиваюсь для удара — просто кулаком, потому что больше нечем. Мои магические способности Черные Владыки спутали каким-то хитрым заклятием, похожим на паучью сеть.

Но не успеваю ударить.

Тварь атакует первой — сбивает меня с ног.

Как же она сильна!

Еще взмах.

В последний момент я уворачиваюсь от когтя, размером с саблю. Черный Владыка заходит на второй круг — чтобы обрушиться камнем прямо на меня.

— Отдай артефакт! — звеняще голосит тварь.

Нет. Только через мой труп. Я слишком многое пережил, чтобы отдать Слезу Дафны.

Кувырок.

Подскакиваю к мечу, который лежит в пыли.

Не успевают — тварь опережает меня.

Ее пасть хватает мое оружие и размалывает, словно зубочистку — осколки стали, благородной стали, которую ковал знаменитый мастер оружейного дела Ку-Фо, летят в стороны. Я провожаю их взглядом. Меч не раз спасал мне жизнь. Теперь он — пыль.

Еще одна тварь заходит сзади.

Понимаю — не спастись. Зажали. В ловушке.

Одна крылатая тварь парит в воздухе, еще две — по бокам. Окружили. Не уйти.

— Отдай артефакт! — уже в три глотки рычат они.

Не понимаю — зачем упрашивают? Вытащить камень из мертвых рук гораздо проще. Видимо бояться, что...

Да, верно.

Я ухмыляюсь. Именно этого они и боятся.

Развоплощение.

Страшное Заклятие Сумрака, способное уничтожить не только тело, но и душу произнесшего его мага. А вместе с ним — и Слезу Дафны. И даже их сеть не может задержать боевую вязь. Это единственный магический конструкт, который я сейчас могу сотворить.

Но...

Самая страшная смерть ждет сотворившего это заклятие — прыжок в небытие. Развоплощение. Конечная смерть, без перехода души в Серые пределы. Душа сама умирает. А вместе с ней, значит, и умрет душа магического артефакта.

Твари это знают. И потому боятся.

Артефакт нужно вырвать из живых еще рук. Иначе — все пропало.

Слезу Дафны крылатым бестиям я не отдам. Пропадать — так вместе с добычей. Я не позволю им стереть с помощью Слезы миры.

Вновь кричит демон. Предупреждает.

Мне остается совсем мало времени.

Я пропал. Не жилец.

А раз так...

В последний момент я успеваю произнести нужные слова и вывести в воздухе страшную руну — Заклятие Сумрака.

А потом исчезаю.

Черный Владыка, летящий сверху, лишь злобно впивается когтями в то место, где еще мгновение назад был я. Теперь там только пыль и камни, а на них — осколки моего меча.

***

Рука продолжала болеть, нестерпимо, полыхая огнем.

— Демоны! — выдохнул сквозь зубы я, разминая пальцы.

Не рука, а осьминожья щупальца!

Артефакт! Меня словно обожгло плетью. Где Слеза Дафны?

Боль мгновенно позабылась.

Я начал хлопать себя по карманам, но, конечно же, ничего не нашел.

— Где артефакт? — зарычал я, схватив сначала одного побитого и как следует его встряхнув, потом другого.

Те лишь промычали.

Я быстро обшарил корчащихся. Нашел несколько монет — странные, не видел таких никогда, — какую-то красную штуковину, размером с палец, бумажки, какие-то две черные округлые стекляшки, соединенные проволокой.

Забрал все себе. Пригодится.

Артефакта не было. Значит его забрали не они.

Да и был ли он у меня когда я переместился сюда?

Я задумался.

Итак, судя по воспоминаниям, заклятие и вправду сработало. Но не так, как надо. Я не развоплотился. А оказался... в другом мире. И в другом теле. Вот так задачка! Такому учитель меня не учил. Да и знал ли он вообще, что такое возможно — перемещение души в тело другого человека.

Я глянул на себя. Не смог сдержать злости — сплюнул.

Оказался в теле какой-то тряпки. Даже удар не поставлен!

Я осмотрел на руку. Распухла. Эх, надеюсь не сломана. Тогда совсем дела плохи будут.

Ладно, жив — и то хорошо.

А вот артефакта нет. Заветная Слезы Дафны пропала. Развоплотилась? Хочется верить, что нет. Раз остался я в живых, значит и с ней все в порядке. Надо только найти ее.

Я закрыл глаза. Скорая ревизия показала — всё помню, все мои заклятия так же хранятся в памяти. Это хорошо. Не пропаду.

А еще показало нечто странное.

Помимо своих воспоминаний, у меня были и чужие.

«Наверное, этого парня, в чьем теле я оказался», — подумал я, просматривая последние минуты мальца.

Насчет последних минут — это я не ошибся. Так и есть.

Парень выходит из какого-то шумного места («дискотека» — подсказала чужая память нужное слово), идет за угол. Там его ждут те двое.

— Деньги принес? — спрашивает один — тот, который на меня с ножом прыгал и кому я яйца разбил всмятку.

— Леша, я пока намели, я... — начал мямлить парень.

— Что?! Ты че, совсем оборзел?!

— Парни, я принесу! Честно принесу! — страх бьет по вискам.

Мне становится противно. Просто один прямой удар в горло — и противник труп. Да с такими тонкими руками ты его как мясо на шампур насадишь! Чего ты мямлишь как телок?!

— Ты торчишь нам косарь!

— Я помню. Небольшую отсрочку, парни, дайте. Я принесу!

— Сейчас! — с нажимом говорит тот. — Деньги — сейчас!

— Ну правда нету! — парень выворачивает карманы. — Мне бы вмазаться. Ломает. А деньги я потом...

— Он что, издевается над нами? — спрашивает один у другого.

— Издевается, — кивает второй.

И с размаху бьет парня по виску.

Боль. Чернота. Потом -

Хлесткий шлепок.

Шлеп!

— Вставай!..

Это я уже помню.

Ага, значит, парня и в самом деле хорошо приложили. Насмерть. А в это время я и переместился в его тело.

Я прикоснулся к виску, в который пришелся удар.

Красная боль ударила по глазам.

— Ух!

Да, верно убили. Только сами этого не поняли, так как я уже появился на их беду.

Не совсем оставалось понятным, зачем парень пошел к этим верзилам — причем, судя по ощущениям, добровольно. Хотел вмазаться. Что это такое — вмазаться? Какой-то ритуал втирания лечебной грязи в тело?

К демонам все эти проблемы. И без них хватает своих!

Сначала надо найти жертвенник. Потом совершить ритуал Очищения Белой Луны. С помощью него можно осмотреться, глянуть на мир, в который попал. И придумать дальнейший план. План того, как вернуться назад, в свой мир. А еще — найти Слезу Дафны.

Я щелкнул пальцами, чтобы создать небольшое магическое заклятие и осветить местность — уже стемнело и было темно хоть глаз выколи.

Щелкнул и... ничего.

Гнилые жабры дракона!

Вновь щелкнул. И вновь ничего.

Этого не может быть! Неужели в этом мире нет магии?

Нет, есть.

У того мордоворота, которого я вырубил, точно был дар. Он мог создавать небольшие заклятия. Значит, все же мир магический. А вот я не могу что-то создать. Хотя в голове есть такие конструкты, которые могут перевернуть здесь все с ног на голову!

Бесы раздери этот мир!

Я сделал глубокий вдох. Выдох. Привел свои чувства в холодную сосредоточенность. Заглянул в память мальца, в теле которого оказался.

«Аристарх», — тут же выплыло его имя.

Странное какое-то, будто кто-то икнул, не сдержался и блеванул. Ар-ри-истар-кх-х! Ну да демоны с ним, Аристарх так Аристарх.

Интересно другое. Что есть у парня? Что он умеет? Так, магия... магия... магия...

Ага, вот!

Что это?

Способность поддерживать магический фон?

Да это же самый первый уровень! Считай — ничего!

Так. Я заперт в теле дрыща, который ни черта не может в магии. Становится интересно.

Улыбка заиграла на моих устах. Люблю решать сложные задачи.

Чужая память подсказала — эта задачка со звездочкой.

***

Из шумного здания вышло несколько человек.

Понимая, что оставаться тут, рядом с двумя мычащими полудурками, будет опасным, я шмыгнул в проулок. Начал наблюдать.

Отметил про себя, что и зрение у паренька так себе. Мое прошло тело, в котором я родился, было куда как мощнее. Зрение как у сокола, нюх как у акулы, слух как у огнежора.

Вышедшие подошли к стене здания и начали мочиться, одновременно что-то горланя.

— Да у него атрибут никудышный! — пьяно произнес один.

— Зато отец аристократ!

— Да какой он аристократ? Так, «шестерка»!

— Ты полегче давай! У него третий круг развития, какая он тебе «шестерка»?

— Третий круг? И что?

— А у тебя какой, баклан?

— Тоже третий... скоро будет!

— Ха! Скоро будет! Да тебе до него еще лет пять пахать и пахать!

— Я тебе говорю, что... ик! Ох, меня сейчас... бу-э-э-Э!

Что-то полилось на стену.

А мир то совсем как наш! — улыбнулся я.

Место похоже на Трущобы. Там такие же дуболомы, пьянь и жулики обитают.

В этих Трущобах я провел не мало времени в поисках заветных техник, которые, как гласили легенды, могли обучить неофита крушить стены голыми руками. Да и просто выпить хотелось. Забыть смерть одного близкого человека. Удалось достичь и первого и второго.

— Умеет же лапшу на уши вешать!

— Я не ве-е-е!.. — вновь что-то плотным потоком полилось на стену.

Я уже собрался было уходить подальше отсюда, как говорившие свистнули. Я замер. Насторожился.

— Это кто там идет?

Я присел, начал выглядывать сквозь заросли, пытаясь определить о ком идет речь. Если приметили меня, то...

— Арини? Неужели сама Арини?

Я увидел вдалеке идущую девушку. Испуганная, зажатая. В руках книга, зажата так крепко, что побелели костяшки пальцев, словно та могла ее защитить. И что делает девушка в такое время в таком месте?

— Арини, почему ты проходишь мимо?

— Отстань, Павел. Я спешу.

— Куда это?

— К репетитору. Отойди!

Я попытался лучше рассмотреть лицо девушки. Выглянул... и потерял да речи. Ника! Не может быть!

Невольно потянувшись вперед, я с трудом заставил себя остановится. Нет. Не она. Очень похожа. Но не она.

Тряхнул головой. Пора забыть о Нике. Ее нет. И в другом мире тоже вряд ли появится.

Но демоны, как же похожа!

Я невольно засмотрелся на лицо девушки. Округлые черты, большие голубые глаза, черная прядь волос спадает на широкий лоб.

— Да погоди ты! — продолжал доставать ее парень. — Давай поболтаем!

— Мне правда некогда.

— Нет, постой.

Парень, кого назвали Павлом, высокий, крепкий, преградил девушке путь. Начал донимать прохожую.

— Опять учеба? Да ну его, этого репетитора. Давай лучше к нам! У нас весело!

И словно в подтверждение его слов с другого края вновь кто-то натужно начал блевать.

— Мне некогда! Я правда спешу.

В голосе девушки послышались молящие нотки.

— Нет, ты подожди, — парень же напротив, стал злиться. — Я с тобой нормально хочу поговорить! Да чего ты, мля, вся ломаешься!

— Павел, мне правда надо спешить! Прошу тебя, отойди! — и вдруг, глянув ему прямо в глаза, честно призналась: — Не хочу с тобой говорить.

Оставаться тут мне уже не было никакого смысла — нужно идти разбираться в своей ситуации.

Но уйти я не смог. Наблюдал за происходящим, чувствуя, как внутри все восстает и вскипает.

Я пытался убедить себя в том, что это не Ника, простая девушка, с какими-то своими проблемами, до которых мне не должно быть дела. Но не мог.

— Не уйду пока не поцелуешь! — пьяно произнес Павел.

И схватил ее за локоть.

Книга выпала из рук девушки в лужу.

— Пусти!

Девушка попыталась вырваться из захвата, но не смогла — не хватило сил.

— Отпусти ее! — приказал я, выходя из кустов.

Мой разум — та самая его часть, которая отвечала за логику, — начал протестовать. Зачем полез?! Не твое дело!

Но другая часть твердила — оставлять так нельзя. Будь вместо девушки другой парень — прошел бы мимо. А так... не могу.

— А ты кто такой? — удивленно произнес Павел, оглядывая меня с ног до головы.

— Не важно. Отпусти ее, — я кивнул на девушку.

Та так же удивленно глядела на меня.

— А не то что, мелкий мудила? Ударишь меня? — и рассмеялся собственным словам. — Да я тебя одним щелчком...

Договорить он не успел — увесистый камень, заботливо подобранный мной в кустах, вырубил неприятеля ударом в висок.

Тюк! — и собеседник на земле.

— Боже! — только и смогла выдохнуть Арини, глядя на распластанное тело Павла. Из брови парня стекала приличная струя крови. — Ты его...

— Живой он, — хмуро ответил я, отбрасывая камень в сторону. — А ты бы шла отсюда подальше, пока он не очнулся.

Девушка, вся дрожа, подняла книгу из лужи, начала трясти, чтобы смахнуть влагу. Потом сделала шаг, другой, припустила прочь. Пройдя несколько десятков метров, остановилась. Оглянулась и спросила:

— Тебя как зовут?

— Аристарх, — едва выговорил я сложное имя.

И не дожидаясь ответа, вновь пошел в кусты, пока воспоминания прошлой жизни окончательно не захлестнули меня.

Так, план таков. Если я сам не могу сотворить нормальную магию, то это может сделать здешний колдун. Значит нужно найти такого. Он-то мне и поможет.

Я шмыгнул в кусты. Замер.

Там кто-то был.

— Светка, давай, чего ты ломаешься?

— Ну я не знаю...

— Давай!

— А вдруг кто-то увидит?

— Да никого нет тут!

Парень и девушка. Он без штанов, она без верха. Белизна грудей отчетливо выделяется в черной ночи. Я невольно засмотрелся.

— Никого нет, давай! — повторил парень и притянул девушку к себе.

Она лениво посопротивлялась, но пошла к нему.

Потом встала на колени. Руки девушки и рот начали ласкать парня. Парень закрыл глаза, надсадно застонал.

Я уже собрался было уходить, как вдруг меня всего затрясло.

Что за черт?

Мышцы начало сводить, горло мгновенно пересохло. Накатившая волной слабость заставила сесть прямо на землю.

Ох!

Я... я... умираю?

Мне и вправду казалось, что я сейчас умру — так стало плохо.

Желудок попытался опорожнить содержимое, но там ничего не оказалось и я лишь натужно заикал.

Кровавые боги!

Я зарычал. Парочка пугливо спорхнула прочь.

Прошиб холодный пот.

Магический откат после перемещения? Не похоже. Хотя кто его знает, какие в этом мире откаты? Может, тут такие — запоздалые и похожие на смерть через пытки, когда тебе выворачивают все суставы?

Я попытался встать, но не смог. Слабость. Дикая слабость.

Отравление? Отсроченная месть обитателей Бездны?

Память Аристарха выдало незнакомое слово — ломка.

А потом связало с другим, тоже непонятным — вмазаться.

Пытаясь хоть что-то узнать, я принялся судорожно ковыряться в коробках памяти мальца, в чьем теле оказался.

Быстро нашел что нужно.

Твою же мать!

Теперь, хоть и примерно, стало понятно, что означают эти слова.

В нашем мире этим занимались отверженные, из касты неприкасаемых. Опустившиеся на самое дно. Потерявшие все. Они обитали в самых черных и диких районах Трущоб, варили из бес-травы отвары и пили их, погружая сознание в иллюзорные серые видения. Отребье!

Неужели и я стал кем-то таким?

Нет, судя по воспоминаниям, у парня был дом. Так же есть кто-то из родных — сложно разглядеть через страшную боль ломки. Доброта, уют, тепло. Это пришло вместе с воспоминаниями о доме. Давно я не ощущал этого. У меня дома не было. Мой дом — пещера или чистое поле. А тепло дарует костер. Вместо родных — ветер.

Может быть, пойти туда? Может, там помогут справиться с приступом? Дадут лекарство.

Я стер со лба холодный пот.

Как же трясет!

Начал искать в памяти Аристарха хоть что-то, что может сейчас хотя бы унять это гадкое состояние, но ничего толкового не нашел. Ни магических заготовок, ни рецептов лечебных снадобий. Только уже известные два слова — «ломка» и «вмазаться».

Ничего. Справимся и так.

Стиснув волю в кулак, я поднялся.

Когда отравленные стрелы Карлана летели в меня — я выстоял.

Когда молот Веффа сминал меня в лепешку — я выстоял.

Когда десятитысячное войско в огненном котле Нарденгара шло на одного меня — я тоже выстоял.

Неужели и тут не смогу справиться с бедой?

Будь сейчас Аристарх, то он бы взвыл. Для его разума такие пытки — нестерпимые.

Но в его теле теперь был я.

И я терпел.

Мне удалось подавить слабость — техника Созерцания Луны, которую я освоил, кажется, тысячу лет назад, помогла в этом. Хорошо, что для нее не надо использовать никакую магию. Только внутренняя сосредоточенность.

Ломка ушла, голова немного прояснилась. Хорошо.

Организм подсказал, что будет и новый приступ, но сейчас я мог хоть как-то передвигаться и соображать.

Надо найти колдуна. Как можно скорее. Теперь уж е не только для того, чтобы отыскать Слезу Дафны.

Мысли словно начали материализоваться. Потянуло серной вонью.

— Что за запах? — Я принюхался. — Знакомый. Пахнет... — я шумно втянул ноздрями горьковатый воздух, — демонами.

— Угадал, — ухмыльнулся появившийся за моей спиной гость.

Я не ошибся — это и вправду был демон.

Глава 2

Я оглянулся.

Не удивился гостю. Даже в другом мире достал, сволочь...

— Холанд... — сквозь зубы произнес я, глядя на стоящего.

— Асвард! — дружественно ответил тот.

Казалось, встретились два закадычных друга, которые очень давно не виделись.

Но это было не так. Не друзья. И виделись совсем недавно. Последний раз — в тот злополучный день, когда я удирал от Черных Владык и сотворил страшное заклятие.

Передо мной стоял демон. Из Северных земель. Вид, конечно, принял здешний — человеческое лицо с утонченными чертами, черные волосы спадают сосульками на глаза, строгий костюм. Память Аристарха подсказала — выглядит появившийся по последней здешней моде. Аристократ. Только это был не человек. Настоящий демон, чью сущность не спрятать ни за какими мороками.

— А видок у тебя, конечно, так себе! — произнес демон, осматривая меня с ног до головы. — Подкачаться бы не мешало.

Я скрипнул зубами.

— Не злись, — ухмыльнулся тот. — Я же честно, без лести. Могу даже дать адресок качалки — так тут называют такие места, где можно в форму прийти. Купон на десять процентов скидки, бесплатный фитнес-батончик в подарок, детокст-коктейль и аминокислоты. Что скажешь?

— В помощи демона не нуждаюсь.

— Ты еще слишком молод, — ухмыльнулся Холанд. — Я всегда говорил, что ты слишком рано стал охотником первого ранга. Восемнадцать лет — это не возраст. В тебе кипит еще эта юношеская ярость, которая порой затмевает разум. Рано ты стал охотником.

— Так решил Совет, — ответил я. — И не тебе решать — молод я или нет.

Демон был прав — я был самым молодым из всех когда-либо существовавших охотников. Но я получил этот ранг не по блату, а заслужил кровью и потом.

— А неизменный спутник молодости — это импульсивность, — продолжил демон.

Иногда на него находило такое — любил читать нравоучения всем, кого видел.

— Не спеши отказываться от помощи — даже демонической.

Я заскрипел зубами. Издевается, сволочь! Всем известно, что за пособничество с демонами полагается смертная казнь.

Холанд вновь улыбнулся.

— Ты явился за мной? — осторожно спросил я, украдкой оглядываясь.

Ну хоть что-то, хоть какую-нибудь палку или дубину найти! Биться на кулаках, без магии, с таким могущественным демоном смерти подобно. А умирать на этот раз придется по-настоящему.

— Нет, — покачал головой внезапный гость. — Бубликов поесть. Тут, в этом мире, отличные бублики пекут. Знал? С сахарной посыпкой, кунжутом и карамелью.

— Все дуришь?

— Да ладно тебе! — махнул рукой Холанд и звонко рассмеялся. — И пошутить даже нельзя. Асвард, ты какой-то в последнее время напряженный стал. Тебе бы отдохнуть.

— За мной? — с нажимом спросил я.

— Конечно же за тобой, — кивнул демон. — За кем же еще? Артефакт у тебя? Не разбил? Вещь то хрупкая. Давай я подержу.

— Атефакта у меня нет, — отчеканил я.

— А где он?

— Ха! Ищи дурака! Даже под пытками не скажу тебе об этом!

Я не врал. Не скажу — потому что и сам не ведал где он теперь.

Демон пристально глянул на меня. В зрачках его глаз едва заметно вспыхнуло пламя.

— Ты не знаешь где он, верно? — догадался Холанд.

— Не знаю, — угрюмо кивнул я.

— Иософат Вседержитель! — выругался демон. — Ну что за день то сегодня такой?! С самого утра не задался! То кофе сбежал, то могущественный артефакт, способный превращать миры в пыль, исчез!

— Как ты смог переместиться в этот мир? — спросил я, пытаясь затянуть разговор.

Холанд ухмыльнулся.

— Бабушкины настойки. Хорошая штука. На мухоморах.

— Постой...

Я пригляделся. Меня привлек слабый свет, мерцающий в ауре демона. Глядеть на это сквозь подслеповатые, не предназначенные для этого глаза Аристарха было непросто. Но необходимое я все же увидел.

— Ты ведь... не переместился! — вдруг понял я. — Ты не в своей физической оболочке!

— Что?! — удивился демон. — Переместился! Перед твоими глазами стою же!

Я подошел к собеседнику, протянул руку. И она с легкостью прошла сквозь тело демона.

— Фантом!

— Ну ладно, раскусил ты меня, — сокрушенно ответил Холанд. — Да, я фантом. Но это не отменяет того факта, что я буду преследовать тебя в этом мире, пока ты не отдашь мне Слезу Дафны. Сначала найдешь ее, а потом отдашь.

— Поди прочь! — отмахнулся я от фантома демона как от надоедливой мухи.

Всем известно, что такие фантомные сущности не опасны — разве что детей своих видом пугать.

— Тебе от меня просто так не избавиться! — зачастил демон, увязавшись за мной.

— Ты же ведь с самого начала сюда пришел не чтобы отобрать у меня артефакт! — вдруг догадался я.

— Да причем тут вообще ты?! — надулся демон. — Говорю же, моя цель — бублики с сахарной посыпкой.

— Ты здесь, чтобы следить за мной, — продолжал вслух рассуждать я. — Черные Владыки успели лишь отправить следом фантомного гончего — тебя. На большее у них не хватило ни сил, ни мастерства.

— А вот так говорить про моих хозяев не стоит! Мастерства у них на многое хватит. А вот с умом не всегда... Ох, Иософат Вседржитель! Гореть мне за такие слова!

— Твои хозяева — жалкие твари! Наступит время и я уничтожу их всех. А вместе с ними и тебя!

— Утомил со своими угрозами! — произнес демон, но вновь двинул за мной. — Ну допустим. Переместиться с телесной оболочкой не получилось. Поэтому буду приглядывать за тобой, чтобы ты вновь куда-нибудь не скрылся, пока Ковен ищет способ вернуть тебя назад.

— Приглядывать? — рассмеялся я.

— Это не тебе решать — вопрос уже закрыт. Ты выкрал могущественный артефакт, неужели думаешь, что тебя теперь просто так оставят в покое?

— А связь со своим хозяином ты тоже держать можешь?

— Я...

— Аристарх! — раздался вдруг откуда-то справа женский голос.

Мы с Холандом одновременно повернулись на зов.

— Кто это? — шепотом спросил демон.

Я пожал плечами.

— Аристарх!

— Шухер! — выдохнул демон и вдруг обратился... в кота, черного, толстого!

Я с удивлением глянул на зверька.

Кот сверкнул глазами, словно бы говоря — каждый сам за себя!

— Вот ты где!

Из темноты вышла девушка — лет пятнадцати, не больше. Большие голубые глаза виднелись даже в темноте. Я невольно загляделся.

— Аристарх! — девушка подошла ко мне, схватила за руку.

— Демоны! — рявкнул я, одергивая больную ладонь, разбитую о каменную челюсть мордоворота.

— С тобой все в порядке? — испугано спросила девушка.

— Со мной? — вопрос меня смутил.

— Ох, какая огромная шишка у тебя на виске! Тебя что, били? Что случилось? Ну что же ты молчишь?

Воину не задают вопросов о здоровье. Он либо жив, либо мертв. В любом из этих вариантов можно понять, что с ним и без глупых расспросов. Кричит — жив. Молчит — мертв. Или спит.

— Со мной все в порядке, — чтобы не привлекать лишнего внимания ответил я.

— Мне позвонил Илья, сказал, что ты тут, опять...

Девушка опустила взгляд, едва заметно содрогнулась. Плачет?

И вдруг начала отчитывать меня:

— Ну сколько можно? Сколько можно сюда ходить, к этим... уродам! Они же тебя убивают! Неужели ты этого не понимаешь?

От такой невиданной наглости я опешил.

За такое в нашем мире дерзнувшую уже давно бы вздернули на суку, предварительно вспоров брюхо. Но тут видимо были другие правила. Да и ругала она меня как-то странно, вроде бы даже защищая. Недаром говорят, что все женщины повязаны с Ночным Князем, все у них надвое.

— Сколько можно гробить свое здоровье?!

Да кто ты, незнакомка, ругающая охотника на монстров первого ранга?! Слепая? Сумасшедшая? Тоже охотница? Я принялся судорожно искать ответ в голове Аристарха.

Нашел.

Сестра Катя. Вот кто передо мной стоял. Х-м, сестра...

У меня никогда не было сестры. И семьи тоже не было.

Я пригляделся внимательнее к стоящей девушке. Забавная. Вроде лицо детское, а глаза повидали уже многое. Знакомый взгляд. Такой же смотрит из зеркальной глади озера, когда я умываюсь или утоляю жажду.

А еще у нее было странное имя, Катя. В нашем мире кат — это палач. Тот, к кому никто не хочет попасть. Сумрачный мастер, знающий девятьсот девяносто девять способов убить человека. А Катя — это?.. Палачиха?

— Больше не буду, — ответил я, вспоминая то гадкое чувство отходняка.

И ведь добровольно на это Аристарх пошел!

Во рту у меня пересохло. Даже и сам не знаю почему. Это новое чувство сбивало с толку. Сестра. Как странно.

Девушка подняла взгляд.

— Что? — с каким-то страхом и одновременно надеждой спросила она. — Что ты сказал?

И вновь странно, необычно. Если бы я задал этот вопрос, то ничего хорошего можно было не ждать. Но сестра... она спросила с какой-то теплотой.

— Все в прошлом. Я больше не буду, — повторил я. И с трудом выговорил это гадкое слово: — Вмазываться.

— Ты... — Катя совсем растерялась.

— Пошли домой? — перебил ее я.

— Пошли, — только и смогла ответить она. И вдруг остановилась, глянув куда-то вниз. — Постой, а это кто такой?

— Где? — не понял я.

Невольно напрягся — подумал, что сестра обнаружила мордоворотов. Но от них я благоразумно отошел, тогда кто...

— Мяу!

— Какой котик! — полным умиления голосом пропищала сестра.

Демоны тебя дери!

— Это кто такой пушистик? — сестра наклонилась к коту, погладила его по голове.

Тот довольно заурчал.

— Это ты его нашел? — спросила Катя у меня.

— Нет, — хмуро ответил я. — Оставь его тут, наверняка он блохастый. Да и больной, наверное. Точно, больной. Вон взгляд какой, дикий. Цапнет — потом никакой эликсир не поможет, струпьями покроешься вся.

Кот фыркнул в мою сторону, вновь мяукнул и прыгнул Кате на руки.

— Какой милый! Пусечка! Давай возьмем его с собой?

— Нет!

— Возьмем тебя, пушистик? — это она уже у кота спрашивала.

И тот словно понимая, вновь одобрительно мяукнул:

— Мяу!

И глаза такие сделал — большие-большие, полные тоски и надежды.

Ну, Холанд, ну демон! Что же ты истинное свое обличие не взял — псины сутулой?

Кот вновь глянул на меня, и будь я проклят, если в этом взгляде не промелькнула издевка.

— Интересно, а у него есть имя? — спросила сестра.

— Холанд, — непроизвольно ответил я. И добавил: — Но ты его можешь называть просто блохастым.

Девушка вновь принялась тискать кота. А я оглянулся. Мне посетило странное чувство. Словно кто-то буравит меня взглядом.

Инстинкты охотника никогда не подведут — даже если он находится в другом теле.

И в этот раз они не соврали.

— Какое мягкое у него пузико и...

— Ложись! — успел крикнуть я и повалил сестру на землю.

В ту же секунду над нами с шипением пролетел огненный шар.

— Что...

— Бежим!

Если не знаешь сил противника, то лучше уйди.

Это первое правило, которому меня научил Учитель. И я всегда ему следовал.

«Почти всегда», — поправил сам себя.

Но сегодня именно такой случай. Надо уходить. В чужом мире и чужом теле не время для геройства.

— Аристарх! Что происходит? — испуганно спросила Катя.

— Не знаю, — честно ответил я.

Еще один огнешар едва не испепелил нас.

— Гнилые жабры!

Схватив покрепче сестру, я рванул в кусты.

Весьма вовремя.

Третий магический пучок рухнул ровно в то место, где мы еще секунду назад находились.

Пламя с треском охватило землю, начало выжигать все, что попадалось ему на пути.

— Стой! — раздался незнакомый голос за спиной.

Ага, как же!

Мы бросились бежать. Через кусты, поляну, прямиком к противоположной стороне парка.

Но нас уже поджидали. Знали, что пойдем именно туда. Специально загоняли огнешарами — запоздало понял я.

Две тени шмыгнули в нашу сторону. Преградили путь.

— Стоять! — повторил все тот же незнакомый голос.

А вот и не угадали!

Я схватил камень, лежащий под ногами, швырнул его в приказавшего. В бросок вложил все силы, что были в руках.

Булыжник попал точно в цель.

Шток!

Характерный звук я не спутаю ни с чем — треск зубов.

— У-у-у! — стоявший схватился на лицо. Потом закричал, начал кувыркаться по траве.

Второй противник рванул на меня.

Я юркнул ему под руку, воткнул ногой прямо в колено.

Ха! Мастерство не потеряешь!

Точно выверенный, тычок оказался победным. Раздался противный хруст. Противник вскрикнул, упал. Его нога неестественно выгнулась в бок.

— А-А-А!

— Уходим! — шепнул я Кате, которая продолжала стоять, ошарашено глядя на происходящее.

— Кто это? — прошептала сестра, с еще большим ужасом взирая на корчившегося в муках противника.

— Говорю же — не знаю!

— Это твои дружки, да?

— Дружки? — я тоже глянул на лежачего. Насколько я знаю друзья не бросают огнешары друг в друга. — Уроды какие-то.

На самом деле нам крупно повезло. Два достаточно сильных мага, способных сотворить такое заклятие против дохляка, не могущего сделать даже самый захудалый конструкт — исход драки явный. Но опыт прошлой жизни помог. Опыт и эффект неожиданности.

Эти парни явно не ожидали от меня такого отпора. Вот и поплатились за это.

Эх, узнать бы еще кто это такие. И чего я — точнее, Аристарх, — им такого сделал, что они с огнешарами поперли на нас. Возможно, дружки тех мордоворотов, которые требовали с меня денег? Вероятнее всего. Но нельзя отрицать и того, что это могут быть кто-то другие. И в пользу этой теории неоспоримый факт — магия у этого противника более высокого уровня, чем обладали первые мои знакомые.

Но сейчас рисковать я не хотел. Нужно было уходить, пока преимущество на нашей стороне. Так сказать, вовремя выйти из игры.

Катя достала небольшой черный предмет — сотовый телефон, — набрала. Дрожащим голосом назвала адрес.

— За нами скоро приедут, — сообщила мне.

Я очень на это надеялся.

***

Сестра не соврала.

Мы сели в железную карету, даже не запряженную лошадьми.

«Машина. Такси», — выплыло сразу два слова из памяти Аристарха.

Возничий — водитель, — повез нас по ночному городу.

Чтобы не пугаться и впредь в новых словечках этого мира, я позволил разуму парня слиться с моим. Чем быстрее я пойму устройство этого плана бытия, тем легче будет найти колдуна, который поможет мне с магическими расчетами и вернет в свой мир. А может быть даже, поможет и с поиском Слезы Дафны.

Мы проезжали мимо цветных витрин и огней, и я не мог оторвать взгляда.

Красота!

Кот тоже мырчал, глядя в окно. Катя пришла в себя, успокоилась, поглаживая кота, разместившегося у нее на коленях.

Мы проехали мимо одной из вывесок, которая привлекла мое внимание.

«Боевые турниры. Клуб „Таран“ против клуба „Огненная гиена“! Совсем скоро! Ждите анонса боя столетия!» — гласил плакат.

Я оживился.

Боевые турниры — в нашем мире их тоже устраивают. И там можно неплохо подзаработать.

Память Аристарха выдала интересную информацию. Турниры проводятся в этом мире постоянно. Главный приз — магические камни. С помощью них и сотворяется магия. Активизируешь артефакт — и можешь делать все, на что хватит сил камня. И чем мощнее артефакт, тем дороже он стоит, тем мощнее заклятие можно сотворить.

Интересные у них тут законы магии.

В моем мире все было иначе. Камни тоже имелись, но нужны были совсем для других целей. Основной принцип сотворения магических конструктов лежал на улавливании Потоков Силы. Для этого необходимо долго практиковаться. Очень долго. И не каждому дано достичь хоть какого-то уровня.

Тут, насколько я понял по памяти Аристарха, тоже были дарованные — те, кто мог творить магию высшего порядка. Хочется верить, что и у меня в этом теле есть способности и предрасположенности к магии.

Я вновь глянул на баннер, рекламирующий боевой турнир. Проводил его взглядом. Запомнил надпись и цифры — чтобы они не значили. Выпадет момент — надо будет наведаться. Там всегда можно правильных людей найти. Воинов духом и телом. А они, как известно, знают правильный путь.

Я вновь погрузился в мысли, пытаясь анализировать все, что имелось.

Кланы... В этом мире это слово было больше чем словом. Кланы правили всем, и чем сильнее был клан, тем большей властью он обладал. Родовые дома управляли страной, распоряжались ресурсами, отдавали приказы. Но с еще большей охотой окунались в межклановые интриги, с одной единственной целью — упрочить свое положение. Для этих целей любые средства были хороши.

Я выуживал эту информацию из головы Аристарха и понимал — одиночкой тут ничего не добиться. Одиночки, или те, кто не входит в официальный фамильный род, указанный в Перечне его величества, никуда выше подняться никогда не смогут, как бы того не хотели. И таких одиночек — пусть и есть у них семья, но простая, — большинство. Им ничего не светит. Они не смогут попасть в клан — это практически невозможно. Только редчайшая удача в виде женитьбы на человеке из рода. И то если разрешит сам род. А он, как я понял, такого не допускает. Так что шансов можно сказать совсем нет.

Однако мне повезло. Род Бельских, к которым принадлежал Аристарх, относился к тем самым клановцам. Его фамилия была включена в Перечень и когда-то даже этот род был достаточно влиятельным. Сейчас же, как я понял, времена изменились. Что же, уж лучше быть в захудалой лодке во время шторма, чем совсем без нее.

Мы ехали по ночному городу. Машина ревела, фыркала и дергалась, словно желая скинуть нас с себя. Но меня беспокоило сейчас совсем другое.

От глаз охотника не спряталась ничего.

За нами кто-то следил.

Это было вне всякого сомнения — не будь я тем, кто есть. Хитрая система зеркал, которая имелась у возничего в машине, позволяла смотреть назад не оборачиваясь. В них-то я и увидел свет, постоянно следующий за нами на расстоянии.

Холанд же не обращал вообще ни на что внимания, мурлыкал, терся мордочкой о грудь сестры.

Отойди от нее, демон!

— Аристарх, не трогай кота! — проворчала Катя, убирая мою руку. — Посмотри, какой он миленький!

— Ага, миленький, — угрюмо произнес я, испепеляя взглядом демона.

Кот демонстративно зажмурился от удовольствия — сестра начала гладить его лохматое пузо.

Я вновь глянул в зеркало.

Едут.

Специально близко не рвут, чтобы не привлекать внимания. Но меня не проведешь.

Слежка. Без всякого сомнения.

Мы свернули налево — незнакомец, едущий за нами, тоже свернул налево.

Мы повернули в проулок — и он за нами.

Мы на гравийную дорогу — он тоже.

Возможно, сказывались нервы и мне все это просто показалось, но...

Даже когда мы остановились, машина тоже встала в паре десятков метров.

— С вас пятьсот, — сонно произнес водитель.

Катя сморщилась, будто слова причинили ей боль. Потом молча достала из сумочки кошелек, протянула нужную сумму одной купюрой.

Я украдкой обратил внимание, что это была последняя бумажка в ее кошельке.

Поминая, что у меня есть добыча мордоворотов, я запустил руку в карман и извлек оттуда пару бумажек.

— Я расплачусь, — сказал я, протягивая первым водителю нужную сумму.

Сестра удивленно посмотрела на меня. Но вновь ничего не сказала.

Мы вышли на улицу.

— Где наш дом? — спросил я, оглядывая темень.

Память Аристарха подсказала, что летунов и гарпий в этом мире не водится и быть сожранным ночью почти нет шансов.

Однако надо быть осторожнее. Возможно, тут есть что-то опаснее монстров.

Я вновь глянул в ту сторону, где стояла машина преследователей. Фары приглушены. В окне лишь черный силуэт. Будь у меня сейчас мое тело, я бы без промедления бесшумно пробрался к неприятелю и не стал бы церемониться.

Но новое тело накладывало определенные ограничения.

Плюс ломка, будь она неладна!

— Дом там, — осторожно ответила Катя, глядя на меня. — Забыл?

— Помню, — ответил я. — Пошли.

Мы двинули по заросшей дорожке, разбитой, давно не чиненной, вышли к старому особняку.

Неплохо. Сводчатые арки, массивные карнизы, стройные колоны и угловатые капители — все это невольно приковало мой взгляд. На коньке крыши флюгер в форме пятиконечной звезды. В былые времена он наверняка сиял в лучах солнца. Сейчас же весь покрытый ржавчиной, только поскрипывал.

В прежние времена дом был вполне себе красивым, даже солидным. Бедным такое явно не по карману.

Но сейчас жилище представляло удручающее зрелище. Было видно, что за домом давно не ухаживали. Колоны давно не белены, на карнизах пожелтевшая, набухшая пузырями и слезшая краска.

Хотя сад вокруг был вполне себе ухожен. На клумбах росли цветы, газон пострижен.

Катя подошла к двери, протянула мне кота.

— Подержи, пожалуйста.

— Ты что, хочешь взять его с собой в дом?! — спросил я, брезгливо беря блохастого на руки.

— Конечно! — Катя с укором посмотрела на меня. — Посмотри, какой он пусечка! Я давно хотела такого.

— Пусть на улице ночует!

— Он же замерзнет!

— У него жопа большая — не замерзнет!

Кот на это замечание зашипел на меня.

— Перестань спорить со мной! — отрезала Катя. — Пусечка пойдет с нами!

Сестра достала ключ.

Я украдкой обернулся.

Там, за забором кто-то стоял.

Наблюдал.

Я мог бы метнуться к нему незамеченным, зайти сзади и перерезать наглецу глотку. Если бы был в своем теле.

Сейчас же мне оставалось только запоминать незнакомца. Высокий рост, худоба, шляпа. В темноте больше едва ли можно было разглядеть что-то еще.

Но одну деталь я все же подмети — на шляпе был прикреплен небольшой значок. Он блекло поблескивал в свете звезд.

Я глянул на кота, одними губами шепнул:

— Твой помощник?

Кот глянул через мое плечо на улицу, покачал головой — нет.

Я напрягся еще сильнее. Если не помощник демона, тогда кто?

Холанд соскочил с моих рук, рванул к кустам.

— Пусечка! — крикнула Катя, да так, что я аж от неожиданности вздрогнул. — Аристарх, ты специально его выпустил!

— Я... нет! Он сам!

— Я же сказала держать крепко!

Да как смеет эта девица повышать на меня голос?!

И пока я не успел опомниться, как Холанд вернулся и запрыгнул обратно на руки Кати.

— Пусечка! — начала гладить и целовать его сестра. — Ты вернулся!

Кот мельком глянул на меня — я прочитал в его взгляде, что он тоже слегка растерян из-за внезапного незнакомца.

Мы вошли в дом.

Внутри было темно, пахло чем-то вкусным.

— Голоден? — спросила Катя.

— Да, — ответил я.

— Я не тебя спрашиваю, а кота, — недобро глянув на меня, ответила сестра.

Слова застряли у меня в горле.

— Кота?! — только и смог выдавить из себя я.

— Ты что, не видишь, что он голоден?

Кот мякнул.

— Вот видишь!

— Блохастый! — прошипел я, глядя на Холанда. — Если голоден, пусть мышей ловит и ест!

— Мышей?! — Катя посмотрела на меня как на идиота. — Что за ужас?! Он будет есть нормальную еду!

Кот довольно ухмыльнулся.

Вот демон!

— Сейчас я тебя накормлю!

— Катя, мне нужны лекарства, — произнес я, чувствуя, что новая волна ломки на подходе.

Сестра посмотрела на меня — да так, что даже мне стало не по себе. У Черных Владык и то легче взгляд был, чем у Кати.

— Какие еще тебе лекарства нужны? — ледяным тоном произнесла она. — Ты же сам сегодня сказал, что прекращаешь с этим делом. Врал опять? Опять будешь последние деньги у меня выпрашивать? Аристарх, я больше так не могу! Правда! — с каждым новом словом девушку несло все сильнее и сильнее. — Я на работе по двенадцать часов провожу, чтобы на еду нам заработать, а ты последнее тащишь из дома! Я сегодня все потратила на такси, чтобы тебя найти. Ты написал мне СМС-ку, чтобы я вытащила тебя из того клуба.

— Молчать! — рявкнул я.

Меня распирало. Никто — никто еще не смел повышать голоса на Асварда!

Злость, загоревшаяся в моих глазах, увидела Катя.

Увидела — и сникла. Испугалась.

И этот ее страх потушил во мне весь гнев.

— Я сказал, что завязал с этим — значит завязал, — хмуро произнес я.

— Ты много раз так говорил, — едва слышно ответила Катя.

— Я... — договорить не успел — меня качнуло и все поплыло перед глазами.

Если бы не сестра, вовремя подхватившая меня под бок, то я бы точно растянулся на полу.

— Ари! Ты в порядке?

Сестра усадила меня на кресло.

— В полном порядке, — кивнул я, едва сдержав рвотный позыв.

Надо срочно приступить к очистке тела — иначе точно подохну как собака.

Сестра, кажется, поняла, что я имел ввиду, говоря про лекарства.

— Принесу сейчас, — коротко бросила она и двинула к шкафчику.

— Нужны живица, хвощ, черный ползунок, каменный лист.

Катя вопросительно посмотрела на меня.

— Ладно, — махнул я рукой. — Неси что есть. Нужно очистить организм. И вода. Нужна горячая вода.

— Сейчас принесу...

Но уйти далеко Катя не успела — в дверь постучали.

Мы с Холандом одновременно повернулись.

— Аристарх, ждешь кого-то? — настороженно спросила Катя.

— Нет, — ответил я.

И взглядом зафиксировал ножку стула — в случае чего отбиваться ей будет весьма удобно.

— Я открою, — ответила Катя, подойдя к двери.

— Я сам, — отстранил ее я.

Нужно быть готовым к любым неприятностям.

Как оказалось, я был прав — неприятности не заставили себя долго ждать.

Глава 3

— Доставка еды, — ответил уставший голос на вопрос сестры «кто там?».

Я вопросительно глянул на Катю, та кивнула.

— Это я сейчас заказала — весь суп слопал Пусечка, — пояснила она.

Я с укором посмотрел на кота — тот облизывал лапу и умывался. Прям как настоящий.

— Открывай, есть уже охота, — устало произнесла Катя.

Я глянул в глазок — память прошлого владельца подсказала что именно так и надо делать. В темноте удалось лишь разглядеть силуэт одного человека. Вел он себя вполне естественно, подозрительно не оглядывался, нервно не переминался с ноги на ногу. Усталая сутулость, такая же усталость в голосе.

— Доставка еды! — повторил он.

Я открыл дверь.

И тут же поплатился за это.

Тяжелый удар прямо в нос повалил меня на пол и на некоторое время дезориентировал.

В дом ввалилось несколько человек.

Они окружили меня и принялись избивать ногами.

Били умеючи.

— Что вы делаете?! Я вызову полицию! Не троньте его! — закричала сестра, шарахнувшись в сторону.

Мне хотелось рявкнуть на нее, чтобы не высовывалась, но я не мог — укрывался от ударов.

— Кто вы такие?! Я вас...

Послышалась звонкая пощечина. Катя вскрикнула, замолчала.

А вот за эту пощечину вы ответите!

Наконец битье закончилось.

Меня подняли.

И вновь зря.

Никогда. Не поднимай. Лежа...

Крепкий тычок прямо в пах заставил меня свернуться калачиком.

Ох! Не успел. Опередили.

— Ты чего, Ари, разумом помутился? — заботливо спросил кто-то над самым ухом.

Меня схватили за волосы и задрали голову.

Я увидел перед собой незнакомое лицо. Тонкие черты, но крепкий подбородок, мягкие овалы лба, но какие-то почти угловатые выпирающие скулы — вопрошающий был весь соткан из противоречий. Необычное лицо. Такое сразу запоминается.

Память Аристарха подсказала лишь кличку — Стилет, — и навеяла пропитанные сыростью и страхом воспоминания какой-то тесной темной комнаты. Больше ничего.

— Что надо? — спросил я, сплевывая кровавый сгусток.

— Что надо?! — этому вопросу Стилет удивился. — Мне — что надо? Ты и вправду сошел с ума!

Стоящие вокруг нас уроды противно загоготали.

— Значит так, — веселый тон гостя резко сменился на жесткий, звенящий. — Слушай меня внимательно, ущербный! Повторять я не буду. У тебя есть время до завтрашнего вечера.

Стилет глянул на наручные часы.

— Сейчас без четверти девять. В это же время я жду тебя завтра у себя. С тем, что ты мне задолжал. Ты ведь помнишь о нашем уговоре? Я надеюсь, что помнишь, потому что я начал уже беспокоиться, что ты мог позабыть. Ни слуху от тебя. ни духу. Видишь, даже сам к тебе в гости пришел. Обычно не хожу. Обычно ко мне приходят. Или их приносят. В мешках. В разных. Понимаешь, о чем я толкую?

Я что-то пробурчал.

— Так вот, Аристарх. Я жду тебя завтра вечером, у себя в клубе «Лавей». С твоим долгом. Не придешь...

Стилет глянул на сестру.

Один едва заметный жест — и ее тут же начали выворачивать руки. Катя закричала.

— Ей не поздоровиться.

Я злобно зыркнул на Стилета. То прошипел:

— И тебе тоже не поздоровиться.

Гость наклонился ко мне почти вплотную и сверкнул глазами.

Не надо было обладать каким-то особым зрением, чтобы увидеть в его зрачках магический огонь.

Мощный, очень мощный огонь. Этот Стилет обладал высоким уровнем владения магии. Боевой магии.

Вновь меня обожгло ощущение несправедливости. Будь сейчас я самим собой, я бы этому уроду нос расквасил одним плевком.

Но обстоятельства были не на моей стороне.

Я попытался вырваться. Слабые тощие руки едва смогли пошевелить крепкий захват противника.

Стилет звонко рассмеялся.

Остальные тоже вновь загоготали.

Давно я не испытывал это чувство — унижение. На первых уровнях, когда только начинал обучаться в школе, я пребывал в нем постоянно. Учитель заставлял драться меня с бойцами на ступень, а то и две выше и те без проблем побеждали меня. Но только первое время. Потом, когда мастерство мое стало расти, победы стали реже. Дальше и вовсе сошли на нет. Побеждал уже только я. И вместе с этими победами забыл, каково это — лежать на полу или в грязи, не в силах что-либо предпринять.

— Не будь дураком, Аристархушка. У тебя есть ровно сутки, — утирая слезу от смеха, произнес гость. — Или пеняй на себя. Мы вновь придем к тебе домой, но будем уже не такими добрыми.

Стилет махнул остальным.

— Парни, пошли.

Орава вышла прочь, напоследок хлопнув дверью так, что висящая на стене картина с грохотом упала на пол.

— Аристарх, кто это такие? — вся в слезах спросила Катя.

Я не знал, что ей ответить — память парня ничего дельного не выдавала.

— Одни уроды, — процедил я, вставая. — Ты как? Не ушиблась?

— Скажи, во что ты опять вляпался? — сестра с укором посмотрела на меня.

— Не переживай, они больше здесь не появятся. Я улажу все вопросы.

Возможно, я действительно был так убедителен, или просто сестра так сильно устала, но вопросов она больше не стала задавать — пошла к себе в комнату, на второй этаж.

Я же остался внизу.

И едва дождался, как наверху захлопнется дверь, как обессилено, повалился на кресло. Новая волна наркотической ломки начала захлестывать.

Я за мгновение взмок, меня начало трясти.

Чтобы хоть как-то отвлечься от дурноты, я погрузился в мысли. Нужно было найти — во что бы то ни стало отыскать, — всю информацию об этом Стилете. У Аристарха были какие-то серьезные проблемы и их надо решить как можно скорее, иначе они могут сильно помешать осуществлению моих планов.

Сквозь серую пелену дурноты было сложно пробиться. Я рыскал словно зверь, рыл, но ничего толкового не находил. Клуб «Лавей», какие-то вспышки, громкая музыка, крики. И больше ничего.

Но сам процесс поиска помог избавиться от ломки. Очередная волна спала.

Абсолютно мокрый, я пошел на кухню. Мне хотелось чего-нибудь поскорее слопать.

Но задуманному не осуждено было сбиться.

Под ногами проскочил кот.

— Холанд! — яростно зашипел я. — Брысь!

— Нельзя так с котами — могут и в тапки напрудить.

— Мог и помочь, когда в дом ворвались!

Я взял кухонный нож, повертел его в руках. Сталь дрянная, но даже с таким я мог бы с легкостью расправиться с этим Стилетом. Жаль оружие не попалось под руку раньше.

— Эй, ты чего удумал?! — промяукал кот, подходя ко мне ближе.

— Хочешь выдать себя с потрохами? — спросил я, вновь отрабатывая прямой выпад с ножом — Бросок Кобры. — Говорящий кот — не самая лучшая идея. Впрочем, мне все равно.

— Катя спит, — ответил демон. — А вот ты почему не ложишься? И что ты тут с оружием прыгаешь?

— Какая тебе разница? — злобно ответил я, вновь делая выпад.

Тело не слушалось, оно было слишком худым, слишком, неуклюжим, не размятым. Мышцы как тряпки, сухожилие напротив слишком тверды, не размяты. Этот парень совсем за собой не следил что ли?

— А такая разница! — ответил Холанд. — Асвард, ты не знаешь всех законно в этого мира. Он не так устроен как тот, в котором ты вырос. Здесь с ножами друг на друга не прыгают по любому поводу.

— Это не любой повод!

— Да какая разница?! Послушай меня. Да остановись же ты!

Я прекратил отрабатывать прием — не видел смысла в дальнейшей тренировке. За одну ночь прокачать удар не получится — хоть миллион раз махай оружием.

— Если ты пойдешь к этому Стилету и даже если тебе удасться тебе его зарезать — за это будут последствия. В этом мире есть стража, называется полицией. Они следят за тем, чтобы никто никого не убивал.

— Глупость какая-то.

— Согласен. Но тут так принято. Убивать могу только они, и то после суда. А если кто-то кого-то убил без суда, то его самого могут судить. Понимаешь?

Я кивнул.

— А твое убийство мне не выгодно.

— Потому что я не смогу тебя привести к Слезе Дафны? — ухмыльнулся я.

— Верно, — хмуро ответил кот. — Черные Всадники меня три шкуры спустят, если я позволю тебе умереть.

— Становится интересно!

— А вот мне — нет! — кот злобно зашипел. — Так что давай вместе думать, как из ситуации с этим Стилетом выпутаться, да так, чтобы тебя на нары не посадили.

— Ты мне предлагаешь сотрудничество? — насторожился я.

— Временное. В общих интересах.

— При одном условии, — тут же добавил я.

— Каком?

— Об этом никто никогда не узнает.

Я не хотел оказаться после всего привязанным на столбе и быть сожженным за дружбу с демоном.

— Клянусь, — ответил Холанд.

— Нет так, — покачал я головой. — Как надо.

— Ох, неужели это все та важно для тебя? — проворчал кот.

Я кивнул.

— Клянусь никому не рассказывать о нашей сделке и пусть меня покарает Великий Козлоногий С Тысячью Лиц.

— Ну и имечки вы, демоны, там себе выбираете, — улыбнулся я. — Специально, что ли такие идиотские?

— Не смей оскорблять! — кот зашипел.

— Ладно-ладно, черт с вами!

— Черт тоже с нами, — облизнув лапу, ответил кот.

— Ну так что буде делать? — спросил я, глядя на Холонда.

Тот потянулся, зевнул во всю свою кошачью мордочку, ответил:

— Спать.

— Спать?!

— Именно. Сейчас надо отдохнуть. А план у меня уже есть. Завтра же и приступим к его реализации.

Кот осмотрелся в моей комнате, потом запрыгнул на кровать.

— А ну прочь с моего места!

— Да ладно тебе, тут на всех хватит!

— С демонами не сплю!

— Врешь! — ухмыльнулся кот. — С Лилит спал!

— Это другое, — махнул я рукой. — Она полудемон, да и в тот момент совсем была не в вашей братии. Технически — все было в рамках закона.

— Но ведь потом же она...

— Не об этом сейчас речь, — оборвал я кота. Больные воспоминания выворачивать сейчас не хотелось.

— Отмазки, — кот фыркнул, спрыгнул с кровати на батарею.

Там же и уснул.

***

В темной комнате было накурено. Плотный удушливый дым пропитывал все — стены, обои, потолок, затоптанные до серости тряпки, лежащие на полу.

Курило Тело.

Оно сидело в самом центре, за дубовым столом, вальяжно откинувшись в огромном кожаном кресле. Черные пальцы, больше похожие на клешни, подносили к синюшным губам сигарету, терпеливо ждали когда Тело затянется (уголек на конце сигареты при этом вспыхивал ярко-красным), вновь отводили в сторону.

Но эта вальяжность была ложной. Ведь это всего лишь Тело, носитель Спорофита. Тело не может испытывать никаких чувств — ни радости, ни боли, ни превосходства. Он служит лишь для того, чтобы Спорофит мог передвигаться по пространству. Чтобы он мог жить. Существовать.

И еще чтобы курить. Это какая-то необходимость. По десять пачек в день, безостановочно, едва заканчивается одна сигарета, как к синюшным губам подноситься уже другая, от чего Тело порой хрипит и непроизвольно выкашливает черную дурно пахнущую тягучую жижу изо рта.

Вошедший украдкой глянул на Спорофита.

Жирно поблескивающий нарост на голове Тела подрагивал.

«Холодец», — вновь невольно пришло сравнение.

Спорофит и в самом деле походил на холодец — мутный, желеобразный, с прожилками чего-то темного внутри.

Вошедший отвел взгляд. Мерзость. Почему именно так? Почему именно такая форма? Вошедший не мог ответить на этот вопрос. Так получилось? Нет. Так должно было быть. Иная форма не могла принять Спорофита на себя.

На столе стояла бутылка конька. Это тоже какая-то необходимость. Должна быть выпивка. Но в отличие от сигарет, Тело не злоупотребляло алкоголем. Лишь раз гость видел как Тело пило — с горла, давясь, разливая большую часть по груди.

На улице было холодно, вошедший продрог и хотел согреться.

Но Тело не предлагало выпить. Точнее, Спорофит не предлагал. Телу было без разницы. Он полулежало на кресле, словно из него извлекли позвоночник. И лишь сверлило его своим тяжелым, очень тяжелым, невыносимо давящим взглядом.

Да даже предложи, гость не стал бы пить. Неизвестно что еще можно подцепить после этого коньяка. Да тут кругом сплошные миазмы! Гостя аж передернуло от отвращения.

— Какие вести? — спросил вошедший. — Что-то есть?

Тело выпустило струйку сизого дыма.

До вошедшего донесся запах табака и еще чего-то такого, отвратительного, гнилого. Даже табачная вонь не могла скрыть этот запах.

«Тело разлагается», — вдруг подумал гость.

А еще подумал, что скоро для Спорофита понадобится другое Тело. Этой проблемой надо озадачиться заранее, чтобы потом не опоздать.

Вошедший не смог сдержать едкой улыбки — случайно стать самому Телом для Спорофита было бы верх глупости. Но если не найти замену, то... можно ожидать чего угодно от этого... организма.

— Мы зафиксировали мощный выплеск энергетического толка, — произнесло Тело.

Голос его был утробным, булькающим и на человеческий совсем не походил.

— Подробнее, — в голосе вошедшего проскочила заинтересованность.

Спорофит едва заметно задрожал. Внутри мутного желе что-то зашевелилось, круглое, похожее на глаз, затянутый пленкой катаракты.

— Пока не можем точно сказать. Ясно одно — мощный дарк. Верхний максимальный предел — сто двадцать.

— Сто двадцать?! — не смог сдержать удивления гость. Но тут же взял себя в руки. — Это много. Очень много. Может быть, ошибка?

— Ошибка исключена, — ответило Тело, неуклюже доставая одеревеневшими пальцами очередную сигарету из пачки и засовывая в рот. Почерневший ноготь на мизинце при этом с влажным хрустом отпал от пальца прямо на грудь Тела.

— Подожди, — только сейчас до гостя стало доходить сказанное. — Ты сказал — дарк?

Это какая-то ошибка. По другому быть не может.

Внутренней жизненной энергией, которая и дает возможность создавать магию, является лимб — поток, из которого маги черпают, чтобы направлять пучками в артефакты как лучи солнца в линзы для получения нужного заклятия. Это известно всем.

А дарк... это энергия гораздо глубже лимба, то, что находится под ним. Такое подземное озеро. Черное, почти неизведанное. Дарк есть не у всех. За всю свою жизнь гость чувствовал наличие дарка только у одного человека — своего отца, — и то эта сила была очень слабой. Не развитой. А тут такая удача. Невероятная редкость. Исключительная!

А что самое приятное — дарк гораздо сильнее лимба. Гораздо.

— Верно, дарк, — кивнуло Тело.

И выпустило струйку сизого дыма. А потом вдруг разразилось долгим булькающим кашлем. Отпавший ноготь, застрявший на одежде, соскочил вниз и упал на пол. Гость долго и терпеливо смотрел на него, как к ногтю сползаются жирные похожие на черносливы тараканы, пока Тело не успокоилось и не перестало кашлять.

— Дарк, — повторило хрипло Тело.

— Где именно зафиксировали? — стараясь сдержать эмоции чтобы не дрожал голос, спросил гость.

— На Пятой улице, возле ночного клуба «Ковчег», четыре часа назад.

— Сто двадцать... — задумчиво произнес вошедший. — Слишком много для аномальных всплесков... но вполне достаточно для живого организма.

— Живой организм, — подтвердил Спорофит. — Человек.

— Человек... — повторил гость, не в силах сдержать ухмылку.

Если носитель такой мощной силы человек, то это значило только одно — охота началась.

***

Я проснулся рано утром, еще до рассвета. Такова была привычка. Хочешь жить — уметь просыпаться рано.

Но встать с мягкой теплой постели внезапно оказалось очень сложной задачей. Мышечная память старого хозяина тела подсказывала — полежать еще чуток будет очень приятно.

Сжав всю волю в кулак, я вывалился из одеяльного плена. Плюхнулся на пол и принялся отжиматься.

Кровавые Боги! Как же тяжело! Я никогда не был так слаб!

Удалось поднять свою тушку три раза — потом предательски задрожали руки.

Нет, просто так я не сдамся. Еще подход. И еще. И еще. Еще чу-у-уточку!

Почувствовав, что мышцы рук забиты до отказа и уже практически не сгибаются, я принялся качать пресс. С этим дело обстояло лучше.

Дальше — ноги.

Все упражнения взяты из самого дальнего ящика моей памяти, когда я еще только-только пришел в Школу и встретил Учителя. Именно он показал мне первые упражнения для укрепления тела и духа. И именно сейчас их я и выполнял вновь.

«Неужели придется опять все начинать сначала?» — подумал я, делая очередной подход.

Чтобы достичь того уровня, что был у меня, мне понадобилось пятнадцать лет — в три года я был подброшен в Школу и тогда же начались практики и занятия.

Пятнадцать лет в этом мире, вместе с котом-демоном, покажутся мне вечностью. И то не факт, что именно столько времени мне понадобиться для своего второго возвышения. Нет, на этот раз я прокачаюсь гораздо быстрее. У меня есть самое главное — опыт и знания. А значит я могу все сделать быстрее. Гораздо быстрее.

Это дрянной мир. Хоть и похож на нас. Магия здесь течет иначе, а значит, обучится ей будет гораздо сложнее. Остается одна надежда — поднять статус. Заработать артефакты. Если это вообще реально.

Плохие мысли прочь. Возможно, столько времени вовсе и не понадобится. Мне бы только найти портал и иной способ вернуться к себе, в свое тело. Интересно, в этом мире есть порталы? В нашем были. Очень удобные штуки, хоть и редки. Эх, попасть бы обратно в свои родные края.

А если не получится?

Эта мысль обожгла разум. Что если того тела, моего, настоящего, уже нет? Сгорело. Разлетелось в пыль. Сгинуло. Ведь я же активизировал страшные заклятия.

Нет! Прочь дурные мысли!

Жива душа и разум. А значит, нет ничего невозможного. Тело — это лишь оболочка. Так говорил Учитель. А тренировать надо разум.

Я поднялся. Тренировка отозвалась во всем теле тягучей болью... но была она приятной. Сразу вспомнились те моменты, тогда я шел с арены победителем, уставшим до смерти, но счастливым. А за спиной голосили Марус или Кельд утирая кровавые сопли. М-да, были времена.

— В здоровом теле здоровый дух? — сонно спросил кот, поглядывая на меня.

— Верно. И тебе советую.

— Ерунда, — махнул хвостом демон. — Сколько раз я тебе предлагал перейти на нашу сторону? Но ведь ты упертый. Нам не надо тренироваться. Захотел — и все получил.

— Ага, как же! — усмехнулся я. — Только плата за это твое «захотел» будет рабством навечно!

— Если подумать, то рабство — это не такое уж и...

— Ари, с кем ты там разговариваешь? — спросила Катя.

Она поднималась по лестнице.

— Рот на замок! — кинул я коту.

Демон потянулся, вновь растекся по батарее.

— Ни с кем, — ответил я. — Просто мысли вслух.

— Пошли завтракать. Кстати, ты не видел Пусечку? Я и ему приготовила.

Кот, услышав свое прозвище, дернул ушами, соскочил со своего места и рванул к двери.

— Блохастый! — шикнул я ему вслед и тоже пошел на выход. — Стоять!

— Ну что еще? — недовольно промурлыкал тот.

— Ты вчера говорил о каком-то плане. Что еще за план? — спросил я.

Кот кивнул.

— Верно, говорил. И план предельно прост. Мы валим из этого дома. Вот только покушаем сначала плотно.

— Что?! — я едва не закричал. — Это и есть твой план?!

— А что? Вполне себе неплохой план. Валим из этого дома — вот и все. Эти уроды нас не найдут. А мы наконец сможем начать поиски Слезы Дафны.

— Гнилые драконьи жабры! Я думал, у тебя действительно есть какой-то нормальный план!

— Это хороший план.

— Это не план! — Я хлопнул себя по лбу. — Надо было догадаться, что с демонами связывать только себе хуже будет!

— Ну хорошо, мистер Всезнайка! Какой же у тебя тогда план, раз тебе мой не нравится?

— Мы едем в «Лавей», к Стилету, — ответил я, после некоторой паузы. — И прямо сейчас.

***

— Может быть не будем усложнять и я тебя прямо здесь убью? — язвительно спросил кот. — Ведь это гораздо проще, чем ехать в логово этого придурка Стилета.

— Знаешь куда можешь засунуть свой сарказм?

— Полегче! Я ведь могу и за ногу тяпнуть! — кот со злобой глянул на меня. — Всегда знал, что ты безумец! А когда ты создал заклятие Развоплощения еще раз в этом убедился. Сейчас же... у меня слов просто нет!

— Демон, ты лучше скажи, ты воровать умеешь?

— Обижаешь! — надулся кот. — Нас этому с детства учат.

— Вот и хорошо. Тогда, — мне было сложно это произнести вслух — язык отчаянно сопротивлялся, но я пересилил себя. — Ты должен мне помочь.

Холанд растянулся в такой приторной улыбке, что я не выдержал и отвернулся.

— Сам Авгард просит о помощи, да не кого-нибудь, а демона Бездны!

— Так, давай вот без этого глупого пафоса! Не прошу о помощи, а просто хочу, чтобы поиски Слезы Дафны были быстрее. Ты ведь тоже в этом заинтересован?

Кот кивнул. Спросил:

— Что нужно делать?

— У этого Стилета есть кристаллы.

— Магические?

— Они самые. С помощью них в этом мире и творится магия. Мне они нужны.

— Откуда такая информация? — с подозрением прищурился Холанд.

— Отсюда, — я постучал себя пальцем по виску. — Прошлый хозяин этого тела не до конца прокоптил свои мозги, там еще немного осталось полезной информации.

— И ты хочешь, чтобы я их выкрал у него? — улыбка медленно сползла с морды кота.

Я кивнул.

— Это нереально! Меня этот безумец на ремни порежет и воротник из хвоста сделает! Не буду! Не полезу прямо в его лапы.

— Да подожди ты, выслушай лучше сначала до конца!

— Не хочу! У меня там завтрак стынет!

Кот махнул хвостом и собирался уже было уходить, но я схватил его за шкварник и развернул вновь к себе.

— Блохастый! Стоять!

— Попрошу без оскорблений! Руки убрал! Я сказал — руки убрал! Ш-ш-ш!

— Никто не просит тебя в его лапы лезть, — я поставил кота на землю. — Кристаллы находятся в его офисе.

— Откуда такая уверенность?

— Память Аристарха подсказала.

— Ох, не доверял бы я ей так.

— В части этот Стилета Аристарх много чего знает — и это не спроста. У них были какие-то мутные дела.

— Понятно какие, — усмехнулся кот и начал заднюю вылизывать лапу, растопырив пальцы в разные стороны.

— Это сейчас не так важно. Важно другое — кристаллы. Если удастся их добыть, то будет гораздо легче искать Слезу Дафны.

От упоминания заветного артефакта глаза демона загорелась.

— Продолжай. Каким образом это поможет в поиске заветно артефакта?

— Это даст нам возможность творить магию. Понимаешь о чем я?

— Понимаю, — затаив дыхание, ответил кот. — Это значит, ты сможет меня окончательно воплотить в этом мире!

— Еще чего! Ты что, думаешь я совсем с ума сошел?

— Ну а почему бы и нет? — лукаво улыбнулся кот.

— Ищи дураков! С помощью арта мы сможем создать что-то вроде заклятия поиска — в зависимости от силы камня. Ну так что, выкрадешь?

— Выкрасть конечно не проблема, но Стилет...

— Стилета я беру на себя, отвлеку его. А ты в это время проберешься к нему в офис и тщательно порыскаешь.

— Это каким же образом ты его на себя возьмешь? — спросил Холанд.

— Есть одна идейка.

Я загадочно улыбнулся.

Кот тяжело вздохнул.

Глава 4

Итак, после того, как я более внимательно изучил всю имеющуюся информацию о мире в голове Аристарха, то пришел к следующему.

Первое. План насчет поиска колдуна несостоятелен.

Колдунов тут нет. Есть маги, но чтобы добраться до них, нужно иметь соответствующий статус.

А на данном этапе никакого статуса у меня нет. Аристарх и его семья лишилась его, правда непонятно каким образом — память этот момент стыдливо закрывала серой пеленой. Ныне я — середняк. Не простолюдин, но и в высший свет нет входа. Однако до падения вниз отделяет совсем немного — Аристарх постарался сделать все, чтобы это случилось как можно быстрее. Долги, долги и еще раз долги. Это сильно подорвало и без того слабый род.

А еще наркотики. С этим надо разбираться. Иначе тело не выдержит и умрет. А мне путь один — в Серые Пределы, где уже поджидает стая демонов, готовая с радостью разорвать мою душу.

Второй пункт, который следует напрямую из первого. Надо получить статус. Стать богатым, влиятельным аристократом. Поднять род. Задача очень не простая, как подсказывает память нынешнего тела — едва ли выполнимая.

Но не будь я тем, кем есть, если не сделаю этого.

Третье, итоговое. Мне придется в этом мире задержаться немного больше, чем я планировал. Но ничего, не беда. В высшем свете и возможностей больше. А судя по общей картине, весьма привлекательные возможности. Кто знает, может я вообще захочу остаться здесь?

Я усмехнулся этой мысли. Нет, мой родной Астариум мне ничто не заменит.

Для меня сейчас главное — это Слеза Дафны. Нужно найти ее. И я это сделаю, даже если для этого мне понадобится перевернуть тут все вверх дном. Да я один до Бездны дошел! Неужто ли и сейчас не справлюсь? Справлюсь!

Я приободрился. Есть план, а значит есть путь.

— Так какой план? — спросил кот, с укором глядя на меня. — Может, все-таки посвятишь меня в него?

— Слушай внимательно.

***

Логика моих рассуждений по поводу всего произошедшего была вполне проста.

Если Стилет не убил меня сразу, как ворвался в дом, — а ведь мог это с легкостью сделать, — значит нужно ему то, что задолжал Аристарх сильнее, чем моя жизнь. И скорее всего это приличная сумма денег. Те парни, которых я повстречал в первые мгновения появления здесь, тоже требовали денег. Аристарху они нужны были для одного вполне понятного дела.

Я угрюмо хмыкнул.

Если Стилету нужны деньги, то с ним можно договориться — всегда лучше получить долг, нежели тело должника. Этот закон универсален и действует во всех мирах.

Вот поэтому мы и ехали сейчас в клуб «Лавей».

Кот смотрел на меня как на сумасшедшего. Он еще до конца не верил, что мы действительно направлялись прямиком к тому, кто чуть нас не убил вчера. Но это действительно было так. План, при всей его безумности, неплох.

Вскоре такси подъехало к нужному адресу, я расплатился, вышел.

— Я все же хотел предупредить тебя, — начал Холанд, нервно почесываясь.

— Не надо, — жестом остановил его я. — Все рассчитано.

Мы вошли в ночной клуб.

Внутри, несмотря на утро, было темно, глухо шумела музыка. Столики стояли пустые, стулья перевернуты. Между ними лениво ходил старик со шваброй и тер пол. Посетителей тут еще не ждали. Они должны были прийти только к ночи.

Ко мне подошел охранник — один-в-один дикий кабан, с пятаком-носом и толстой со складками шеей.

— Закрыты! — рявкнул он, пронзая меня маленькими черными глазками.

— Мне нужен Стилет, — ответил я.

При упоминании знакомого имени охранник замешкался, вновь глянул на меня, но уже иным взглядом — оценивающе.

— Я по делу, — добавил я. — По важному и срочному делу.

Это подействовало. Охранник кивнул в сторону неприметной двери.

— Он у себя.

Я двинул в указанном направлении.

— Погодь, — окрикнул меня охранник.

Я настороженно остановился, оглянулся. Ладони невольно сжались в кулаки. Что-то заподозрил? Демоны! Если так, то план начинает рушиться, даже не начав осуществляться!

— Кошак твой? — он кивнул на Холанда, сидящего у порога.

— Он со мной, — вздохнув, ответил я.

Демон тут же юркнул ко мне и забрался на плечо. Охранник проводил меня недоуменным взглядом. Потом подошел к старику, который тер пол, и начал чт-то говорить. Старик лишь кивал головой, продолжая меланхолично возюкать грязной тряпкой из стороны в сторону.

Дверь кабинета Стилета была не заперта. Я постучал, не дождавшись ответа, вошел внутрь.

Я готов был сейчас вступить в, возможно, последний свой поединок, но был почти уверен, что разговор все же состоится. опыт подсказывал — все будет нормально.

— Аристарх? — удивленно спросил Стилет, увидев меня на пороге. — Какого хрена ты пришел? Или ты долг принес? Тогда это похвально.

Он оживленно потер руками.

— Вот видишь, что теплая беседа двух закадычных друзей делает! Сразу возможности появляются изыскать средства!

Окружавшие Стилета мордовороты загыгыкали.

— Нет, денег я не принес, — стараясь как можно тверже, ответил я.

Стилет мгновенно переменился в лице. Улыбка сползла вниз, словно расплавленный воск, глаза налились кровью.

— Что ты сказал? — звенящим как сталь голосом произнес он.

— Денег я не принес, но предлагаю тебе выгодное предложение.

Мое поведение явно не вписывалось в тот шаблон, который сформировался в голове у Стилета. Он ожидал бараньего блеянья от меня, но я осмелился говорить с ним на равных. И даже что-то предлагать.

— Выгодное предложение? — ошарашено повторил он, глядя на меня. — Ты что, опять под дымом что ли?

— Нет, я абсолютно трезв. А предложение следующее: деньги я не смогу тебе отдать прямо сейчас — ты это и сам прекрасно знаешь. У меня их попросту нет. Ты можешь убить сейчас меня. Но это не вернет тебе твоих монет, и, думаю, такой расклад тебя не устроит.

Я глянул в глаза Стилета. Попал! Жадный парнишка, за деньги удавиться. Вот и сейчас скрипит зубами от моих речей. Того и гляди молнии начнет из глаз пускать.

— Но я могу отработать долг, — поспешно добавил я.

— Отработать? Как? Полы будешь мыть?

Мордовороты вновь засмеялись.

— Нет. Я выйду на ринг против любого твоего бойца.

Стилет удивился еще больше.

— Что? Выйдешь на ринг?! Ты и вправду бредишь!

— Я выхожу на ринг с твоим бойцом. Если он уделывает меня — ты ничего не теряешь, наслаждаешься расплатой за мой долг, зрелищно и с наслаждением. Если я побеждаю его — долг списывается. Считаю, это будет справедливо. И выгодно для нас обоих.

Стилет некоторое время внимательно смотрел на меня.

А потом громко рассмеялся.

— Аристо, твои мозги явно не в порядке! Пора бы тебе прекращать с химией — она очень пагубно на тебя влияет. Ты слышишь вообще себя?!

Я молчал. Сейчас что-то говорить Стилету бесполезно. Пусть пройдет первое удивление. Пусть перекипит, обдумаем. Зерно посеяно, нужно дождаться лишь всходов. Потом и поговорим.

Стилет, надо отдать ему должное, голосить прекратил довольно скоро. Взглянул на меня пристально, тяжелым взглядом, спросил:

— Правда хочешь выйти на ринг?

— А у меня есть другие варианты? — резонно переспросил я.

Стилет вновь рассмеялся, на этот раз тише и с какой-то издевкой.

— Увидеть, как из тебя делают котлету мне и вправду было бы интересно, — словно бы сам себе задумчиво произнес Стилет. — Но еще интереснее будет, если ты своим боем принесешь мне хоть какую-то прибыль. Мотыль, — Стилет повернулся к одну из своих подчиненных. — Пусти слух среди баранов, что на следующих боях будет выступать темная лошадка. И намекни между делом, что я ставлю на него кругленькую сумму денег. Пусть народ делает ставки, а мы снимем сливки.

Стилет пристально посмотрел на меня.

Тот, кого он назвал Мотылем, тоже уставился на меня водянистыми рыбьими глазами.

— А если он того... — гундосо спросил Мотыль.

— Ты смеешься? — рассмеялся Стилет. — Да в первом же раунде ляжет! Дрыщ!

Повернувшись к другому помощнику, спросил:

— Когда бой?

— В этот четверг, — шепнул тот.

Стилет повернулся ко мне, вынес вердикт:

— Через пять дней явишься сюда вновь. На бой. Либо, если обманешь, мы явимся к тебе. И тогда не жди пощады.

Я кивнул — поблагодарить не повернулся язык, — и вышел из комнаты.

— Заметил сейф? — спросил я у кота, когда мы оказались на улице.

Демон кивнул.

— Заметил. Огромный, не подъемный.

— А нам и не надо его поднимать. Просто открыть.

— Камни там?

— Там. Чувствовал их магические эманации так сильно, что едва держался. Там хорошие экземплярчики. Открыть сможешь?

— Обижаешь! Конечно смогу! Там двойной поворотный, слабый замок. Ерунда. Я и не такие открывал.

— Хорошо. Стилета во время боя не будет в комнате — он сам сейчас сказал, что с удовольствием будет смотреть как меня бьют. Поэтому все условия у тебя есть. Не подведи.

— Слушай, а ты что, действительно хочешь на ринг выйти? — посмотрел на меня демон.

Он еще с трудом верил в происходящее.

— Выйду, — кивнул я, хрустя костяшками пальцев. — А ты в это время проберешься к этому сейфу и вытащишь оттуда все, что только найдёшь.

— План безумный. Но я в деле, — кот дернул ушами, спросил: — Теперь мы можем вернуться домой? Есть охота — сил нет!

***

За дверью еще продолжался доноситься хрип и бульканье — Спорофит хотел получить причитающееся, свои законные три блока сигарет пару десятков просроченных рыбных консервов и теплое пиво (обязательно теплое, с вышедшим газом), — но гость уже его не слушал. Награды будут потом. Сейчас главное — оперативность. Нужно успеть.

Если Спорофит не ошибся, если в самом деле замечен такой мощный сигнал — сто двадцать единиц! — то все изменится. Никаких больше поисков. Никаких вечерних рейдов, после которых словно выжатый лимон. Никаких прыщавых лиц, у которых силы — на горсточку не наберется.

Все изменится.

«И даже Спорофит уже больше не понадобится», — вдруг промелькнула шальная мысль.

Это действительно так. С таким уровнем силы можно создать необходимые магические порядки и конструкты, с помощью которых он сам сможет обнаруживать дарованных. Можно... да очень много чего можно! Хотя... зачем ему нужен будет поиск, если у него будет столько силы? К черту его!

«Да, именно к этому ты и стремился, Рейн, столько лет! Терпеливо ждал. Верил. И вот этот час настал».

Назвавшийся Рейном вышел из помещения, двинул по темной улице.

Было прохладно, даже зябко, но это сейчас не волновало его. Он шел быстро к адресу, названному Спорофитом — Пятая улица, возле ночного клуба «Ковчег». Времени прошло много и цель наверняка уже ушла.

Но остались следы.

А он, Рейн, сын великого графа Райнара Анхельда, умел читать следы. Он выследит эту лошадку. И настигнет.

Сто двадцать — эта цифра не вылезала из головы. Достаточно, чтобы... совершить задуманное. Вернуть себе былое, отобранное. Вновь стать тем, кем был его род.

Волна ликования начала подниматься снизу, приятно пьянить разум.

Ради этого часа он затратил столько времени. Четыре года чтобы собрать три единицы Силы. Еще столько же — чтобы создать Спорофита и вырастить его на Теле. С этим холодцом стало легче — он искал ему жертв, которых можно было пить и пополнять магическую мощь. Но даже с ним все продвигалось недостаточно быстро. Пятерых, а то и десятерых — чтобы добыть заветную единицу Силы. Боги, как же это было медленно!

А сегодня он сорвал банк. Сто двадцать!

Рейн остановился — почувствовал знакомый колючий холодок под правым боком. Верный знак что где-то поблизости есть дарованный.

Рейн огляделся.

Несмотря на темное время суток, на улице гуляло достаточно людей, в основном молодежь. Все пустышки. Никакого намека на дарованность. Громко смеются, пьют, разговаривают о чем-то пустом, бессмысленном, сиюминутном.

Рейн сморщился. Потерянное поколение. Таких не жалко. Будь у них хоть немного того природного, что нельзя создать искусственно, он без всякого сожаления убил бы их всех и выпил их души. Но они были пустышки. Даже руки марать не охота.

Рейн следил внимательно за каждым. Чутье подсказывало — цель где-то рядом, далеко уйти не могла.

Вскоре ощущение холодка повторилось. Близко!

Рейн ускорил шаг, двинул к одиноко бредущему парню. Было тяжело сдержать свои эмоции. Нет, тут нужно быть холодным сердцем. Иначе все можно загубить. Жертва может почувствовать — а она всегда чувствует острые эмоциональные всплески, — и рвануть наутек. А этого сейчас нельзя допустить. Ни в коем случае.

— Эй! Ты! — окрикнул он идущего.

Именно так. Уверенно. Резко. Словно парализующей иглой.

Парень вздрогнул, обернулся. Растерянно спросил:

— Что такое?

— Закурить не найдется? — Рейн внимательно следил за каждым его движением.

Он самый? Со сто двадцатью единицами магической Силы? На вид простой подросток. Но чутье подсказывает — парень дарованный, в этом нет сомнения.

— Не курю, — ответил тот и уже собирался было идти дальше, как Рейн остановил его, схватив за плечо.

— Эй, ты чего?! — тут же бросил парень. — Пьяный что ли? Или из этих? Руки убери!

Пальцы парня дрогнули, с них слетело прозрачно-лазурное пламя.

«Верно, дарованный, — подумал Рейн, не сдержав довольную ухмылку. — Нужно быть осторожным».

— Ты если из этих, то я тебя живо научу сейчас манерам!

Лазурное свечение сорвалось с пальцев парня и полетело прямо в Рейна.

Но потомок великого Анхельда успел отклониться. И контратаковать.

Он сбил парня с ног, зверем подскочил к нему.

— Эй, ты чего?! — растерялся парень от такой прыти. — Отпусти!

В голосе уже не было надменности, только страх.

Рейн одним рывком поднял парня за грудки, словно тот был легче пушинки.

Ноги бедолаги повисли в полуметре от земли.

— От... пус-ти...

Парень вновь попытался скастовать заклятие, но противник отразил его и поставил блок — искры магического пламени вспыхнули и погасли.

— Тебе деньги нужны? Возьми, все, что есть! — молящим тоном произнес он и вывернул карманы — на асфальт посыпалась мелочь.

Рейн рассмеялся.

И вдруг резко тряхнул противника. Парень клацнул челюстями, попытался вырваться. Но хватка Рейна была слишком крепкой — словно стальные тиски.

— Мне нужна Сила! — низким басом ответил Рейн. Его глаза вдруг начали наполнялся холодным синим пламенем, лицо изменяться. И без того острые черты стали угловатыми, словно состоящими из осколков стекла. Лоб прочертила кривая морщина, больше похожая на шрам. Кожа налилась свинцовой серостью.

Парень захрипел — каменные пальцы незнакомца сдавили его горло так сильно, что перекрыли доступ воздуха.

Схваченный ударил кулаком по захвату. Еще раз. И еще. Бесполезно. Слишком крепко. Не вырваться.

— Отп-усти-к-х-х!

Дышать! Воздуха! Воздуха!

Рейн открыл рот, словно намереваясь откусить от парня приличный кусок плоти. Кто знает, может так оно и есть?

— Эк-хк-х-х!

Судорожно сжимаясь, кислорода требовали легкие. Но его не поступало. Хватка противника была страшной. Дышать! Дыша...

Рейн резко вздохнул и из его глаз вырвало яркое свечение. Оно вонзилось в голову парня и начало высасывать из него Силу, а вместе с ней и жизнь. Бедолага захрипел, его выпученные глаза сделались стеклянными. Ноги затряслись, все сильнее и сильнее.

Но вскоре эти конвульсии прекратились. Парень затих.

Сила покидала тело парня, забираемая могущественными противником, охотником за магической силой, последним из рода Анхельдов. Но покидала слишком быстро. Явно не сто двадцать единиц.

Когда все закончилось, Рейн злобно отшвырнул тело в кусты. Парень не плох. Очень неплох. В былые дни Рейн был бы счастлив, выпив такую добычу. Но сейчас... Ярость была вызвана лишь одним фактом — ему попался не тот, за кем он вел охоту.

А значит охота продолжается.

Рейн утер уста, словно те были испачканы в крови и двинул дальше, в ночь.

***

Тренировки. Для меня это был не пустой звук.

Я тренировался всю свою жизнь. Каждый день. Я знал тысячи техник, освоил их в совершенстве и время от времени применял — когда надо было подтянуть ту или иную группу мышц для очередного дела в казавшейся бесконечной цепочке ступеней на пути к цели.

Сейчас же, глядя на себя в зеркало, я понимал, что нужно применить все эти техники сразу, чтобы привести тело хоть в какой-то нормальный вид.

Однако трудности только придали азарту.

В этот день я вновь приступил к тренировкам. Нельзя пропускать ни минуты, драгоценной, безвозвратной.

Через пол часа разминки и исследования своего нового тела я понял, что не все так плохо. У парня были отличные гибкие связки, имелся хороший потенциал рук, и самое главное — упругость. Если достаточно хорошо разогреть связки, то тело Аристарха очень хорошо пружинилось, а это несомненный плюс в бою. Огромная неповоротливая гора мышц какого-нибудь амбала проиграет верткости и быстроте.

Плюс выносливость. У этого тела она имелась. Кто знает, может быть сказалась закалка употребления запрещенными препаратами? А может быть от природы достался такой подарок? В любом случае я тоже использую это в свою пользу.

У меня есть пять дней, чтобы привести себя в форму. И я это сделаю.

Я хотел этой драки. И, наверное, поэтому придумал такой план. Мне нужна была эта схватка — чтобы встряхнуть себя, сбить серую пыль миров, осевшую на мне словно я был какой-нибудь древней книгой в библиотеке. Нет, я не старье. Я еще что-то да могу. И я это докажу.

Мне нужен этот бой еще и потому, что необходимо добыть магические камни. Воровать у других плохо. Но у таких, как Стилет, думаю, простительно.

А теперь долой мысли. Нужно очистить свой разум — и приступать к делу.

Для начала — Холодная Сталь. Техника древняя, как сам мир, но от этого не менее действенная. Без всякой магии — которую я сейчас не могу творить, — только ровные четкие движения, концентрация на них, дыхание. Это требует даже некоторой музыкальной способности.

Поймать ритм ударов сердца. Разделить его на такты. Почувствовать сильные доли. Разбить промежутки между ударами на три такта. На каждый второй делать движения, на каждый третий — напрягать мышцы. На каждый пятый удар сердца — выдыхать.

Я почувствовал как начинает нестерпимо жечь плечи и спину. Значит подействовало. Отлично. Значит идем дальше.

А дальше — Огненный Вихрь и Горный Удар.

Организм на такие новые для него действия реагировал ожидаемо — сопротивлялся. Боль пронзала каждую клеточку и мне порой хотелось кричать во всю мощь. Но я терпел.

— Ты верно сумасшедший, — произнес вошедший в комнату кот.

— Опять ты?! Не мешай!

Я сделал отжимание, еще одно и еще. Чувствуя, как дрожат не подготовленные мышцы, замер. Подсчитал до трех. Вновь отжался. Напряжение мышц усилилось. Казалось, мгновение, и их просто сведет судорогой. Но связки! Связки и сухожилия у этого паренька что надо! Как жгуты, с такими и мышцы не так важны! Ничего, я из этого тела выжму по максимуму.

— Лучше бы попытался раздобыть пистолет. И завалил бы этого Стилета.

— А не ты ли мне совсем недавно говорил, что в этом мире все совсем не так как у нас? И про полицию что-то тоже вещал, а?

— Ой, все! — махнул рукой демон. — Ты бы лучше Слезу Дафны нашел, чем вот это все тут разводить.

— Это первый шаг к поиску артефакта, — я вновь сделал отжимание. — Но не надейся на то, что когда я найду Слезу Дафны, то отдам ее тебе.

— Не надеюсь, — кивнул демон, начав умываться. — Главное найди — и моя миссия на этом будет выполнена. Я со спокойным сердцем передам тебя Старшей Когорте и уж она будет решать новую проблему. А мое дело не хитрое. Не дать тебе улизнуть в какой-нибудь другой мир. Ну и Слезу раздобыть, само собой.

— Думаешь, если бы я мог улизнуть в другой мир не уж то бы не сделал этого?

— Я думаю только одно сейчас — что ты сошел с ума. Вот и все.

— Брысь! — бросил я и продолжил отжимания.

— Лучше бы ты послушал меня, Авгард, или как тебя теперь правильней называть — Аристархом?

Я лишь скрипнул зубами — ввязываться в бессмысленную болтовню с демоном не хотелось.

— А ведь демоны обладают некоторыми пророческими способностями, — произнес кот, хитро глянув на меня.

— Какими еще способностями?

— Иногда я вижу, что может произойти. И сейчас, Аристарх, я ничего хорошего по твоему будущему сказать не могу.

— Что ты имеешь ввиду? — насторожился я и даже остановил тренировку.

Но кот не ответил.

— Говори, блохастый!

— Ты скоро умрешь, Аристарх, — после некоторой паузы тихо ответил демон. — Совсем скоро.

Глава 5

— Что это еще за угрозы такие?

— Не угрозы, Аристарх, — кот сморщился, сплюнул. — Боги, ну что за имя?! Я второй раз уже язык себе прикусываю, пытаясь его выговорить!

— Не отходи от темы, блохастый! Помни, что мы с тобой повязаны в этом мире. И пока у нас общие цели — тебе лучше сделать так, чтобы я был в безопасности.

Кот фыркнул.

— Тут бы самому выжить!

— Выжить? — усмехнулся я. — А демоны разве живут?

— Вот попрошу без вот этого! Это философский вопрос — что можно считать жизнью. И речь сейчас не совсем об этом. В общем, я видение видел. У тебя за спиной стоит тень. Она очень опасна.

— Какая еще тень?

— Да откуда же мне знать?! Я просто видел!

— Да мало ли ты чего видел? — отмахнулся я. — Ты явь со сном уже путаешь — спишь по восемнадцать часов в день!

— Кошки все так спят! — в свою защиту возразил тот.

— Ты не кот, ты демон.

— А может быть в душе уже хочу быть котом! — Холанд потянулся. — В общем, мое дело предупредить тебя. И я бы отнесся к этому более серьезно.

— Не надо меня предупреждать! — процедил я сквозь зубы. — Последний, кто меня предупреждал — лежит теперь в канаве и его черви доедают.

— И чего ты такой злой? Тебе как лучше хочешь, а ты...

— Помощь от демона? — я усмехнулся. — Ты мне еще расскажи, что Слеза Дафны вам нужна для того, чтобы мир во всем мире сотворить.

— Насчет артефакта — это не ко мне. Мое дело маленькое. А как применить Слезу — это уже другие сущности решают.

— Пробуждение Хаоса — вот истинная цель всех ваших стараний по поиску артефакта.

— Прошу, не надо произносить этого в слух! — демон прижал уши к голове. — Всуе не поминай.

— Боишься? — усмехнулся я.

Кот зашипел, потом фыркнул и покинул комнату.

Я махнул рукой — что взять с демона? Не надо отвлекаться. Необходимо поднимать свой уровень.

Я скривился. Поднимать приходится с самого пола!

Тренировки мои проходили практически весь день. Имея богатый прошлый опыт, я смог составить для себя необходимую программу, которая по максимуму выжимала из меня все, но не позволив загнаться. В первый день было тяжело. Организм отходил от наркомановой ломки, потел. Потом, под вечер стало лучше.

На следующий день было гораздо легче. Хоть все тело и болело, а кости ломило так, что хоть на стену лезь, но после небольшой разминки боль улеглась и я вновь приступил к тренировкам. Еще до обеда я смог пройти весь первый круг Разящего Кулака и приступить ко второму.

Сложные манипуляции тела и странные движения могли показаться не ведающему человеку какой-то чепухой — делающий такие движения явно не дружит со своей головой. Но я знал, что каждый жест, каждый шаг — это техника, отточенная тысячами бойцов и учителей. И тело, набухающее мышцами не по дням, а по часам это красноречиво подтверждало.

Катя, видя, что ее брат ведет себя совсем не так, как она привыкла, то и дело украдкой заглядывала в комнату и испугано спрашивала все ли со мной в порядке. Приходилось уверять, что все в полном порядке.

Это беспокойство отвлекало меня и пройти второй круг Разящего кулака удалось только к вечеру.

Но вот на следующий день, когда сестра немного привыкла к разительным переменам в действиях брата и перестала любопытствовать, мне удалось продвинуться значительно дальше. Тело, размятое и подготовленное, разгоряченное, напитывалось силой удивительно легко. Впитывало силу как губка. Знакомое чувство!

Я с наслаждением наблюдал за изменениям и оберегал лишь себя — не перетяни, иначе все усилия будут напрасными. Вывих руки, разорванные сухожилия или мышцы мне абсолютно ни к чему.

А перетянуть было легче легкого. Заканчивая очередной круг боевой техники, я ощущал, как подхожу к самому краю напряжения. Слишком опасно.

Пять дней, отмеренных мне Стилетом, прошли быстро. Я успел привести себя в форму, но все же был недоволен. Как обычно хотелось большего. Нет пределу совершенства.

Я пристально осмотрел себя в зеркало. Что ж, это лучше того, что было изначально.

Втянутый живот обзавелся небольшим рельефом, руки, больше похожие на тонкие ветки, теперь утолщились, налились каменными мышцами. Лицо тоже стало иным. Хоть и скулы были другими, и нос и рот, но в глазах, бесстрашно блестящих, я на мгновение увидел прежнего себя. Значит все правильно. Путь верен.

План по добыче кристаллов был слишком рискованным. Но выбора нет. Только так. Предложение демона по поводу бегства сразу отметаются. Бежать смысла никакого нет. Надо подниматься именно с того места, где я появился. Восстановить все связи. Поднять статус. Выйти на тот уровень, где возможно найти мощного мага. И тогда...

Я тряхнул головой. Нет, слишком рано заглядывать так далеко. Надо, для начала, раздобыть хотя бы те небольшие камни, которые есть у Стилета.

Рискованно. Но я люблю риск!

Помимо тренировок я также осматривался в этом новом для себя мире, изучал его, привыкал.

А привыкать было к чему. Все здесь было не так! Будто бы нарочно перевернули все вверх головой! В моем родном мире такого даже представить сложно.

Хотя, конечно, были и интересные и даже полезные вещи. Сотовый телефон, телевизор, микроволновка, автомобили — да тысячи их! Мы о таком могли только мечтать.

Было однако и то, что нас делало похожими. Воровство, убийства. Убийства и воровство. Здесь, в этом мире, убивать официально хоть и не позволялось, но вот чем больше у тебя было власти в руках, тем больше закрывалось на это глаза. Прям как у нас! Какой-нибудь городничий может с легкостью забить розгами бродягу, и обойдется только выговором. А барон и вовсе останется безнаказанным.

Еще, как я понял, основу всего миропорядка здесь создавали кланы. Фамильные рода имели влияние и управляли страной. Ну что же, тут тоже они от нас не далеко зашли. У нас тоже бароны диктуют свои условия королю. И чем богаче барон, чем больше у него связей с различными структурами — корабельщиками, кузнечными мануфактурами, гарнизонами, тем большее влияние он оказывал на верху.

За время тренировок мне удалось немного сблизиться с сестрой. Сначала она очень подозрительно относилась ко всему, что я делал. Но потом, поверив, что изменения и вправду неизбежны, расслабилась.

Катя уходила на работу ранним утром и приходила вечером. Работала на каком-то рыбном магазине. Работа, как я понял, была адской.

Я же в это время оставаясь дома практически один (демона в расчет не брал, он все время спал и отъедался), посвящал себя тренировкам.

Иногда, когда удавалось уговорить сестру, я ходил в магазин за покупками.

В один из таких дней я сказал, что сам схожу за продуктами — благо оставалось еще немного мелочи, полученной от тех ушлепков, которые вырубили меня (а правильней будет сказать убили) у ночного клуба.

Желание сходить в магазин было вызвано не только желанием помочь сестре. Любопытство. Мне было интересно — дико интересно, честно признаться, — посмотреть на этот новый для себя мир, изучить его, попытаться познать.

Катя объяснила как пройти до супермаркета и я двинул туда.

Демон увязался за мной. Бесшумная тень кота преследовала меня до самых дверей.

— А ты думал тебе одному интересно? — промурчал он, следуя за мной по пятам.

— Не старайся навязаться ко мне в друзья, — хмуро ответил я. — Знаю я вашу братию.

— Что ты знаешь? — задрав нос, произнес кот.

— Чуть отвернешься — сразу когти в спину вонзите!

— У тебя старые представления о демонах. Поверь мне, среди нас есть...

— Какие? — усмехнулся я. — Хорошие?

— Ну, не хорошие, но и не такие, чтобы прям... В общем, разные есть.

— Что-то не встречал я таких, разных. До самой Бездны вашей дошел, а не встречал. Все хотели разорвать меня на клочки. Все без исключения.

— Еще бы! — усмехнулся демон. — Ты украл у нас Слезу Дафны!

— Слеза Дафны не ваша! — рявкнул я. — Она принадлежала...

— Я знаю кому она принадлежала, — хмуро ответил демон. — Но это было в прошлом.

— Нет, не в прошлом. Артефакт всегда принадлежал тому, кому он принадлежал. А вы выкрали его. Так что я лишь восстанавливал справедливость.

— Об этом можно спорить долго, — уклончиво ответил демон.

— Согласен. Поэтому тему эту закрыли. До тех пор, пока Слеза Дафны не у нас — мы с тобой подневольные спутники. Но едва она вновь окажется у нас — пеняй на себя. Жалеть я тебя не буду.

— Даже если я сделаю так? — спросил кот и сделал такие большие-большие грустные глаза.

— Ну тебя! — махнул я рукой, не в силах сдержать улыбку. — Пошли лучше за продуктами. Вон, уже пришли.

Внутри магазина было на удивление прохладно и с дневной жары улицы было приятно погрузиться в этот холод.

Внимательно рассматривая витрины, я начал заходить вглубь, медленно проходя ряды с товаром. А его тут было много. Очень много. Фрукты, овощи, бутылки с какими-то напитками, баночки, коробочки. От изобилия выбора у меня разбежались глаза. М-да, это тебе не Рыбный рынок, где кроме тухлого мяса и рыбно требухи ничего толком купить нельзя.

— Аристарх! — внезапно окликнул меня женский голос со спины.

— Шухер! — промырчал кот, юркнув под витрину.

Я напрягся, попытался сделать вид что не услышал и одновременно уйти за полку с напитками чтобы скрыться.

— Аристарх, постой!

Окликнувшая девушка подошла ближе и я обернулся.

— Арини? — произнес я, вспоминая ту кроткую незнакомку, которая повстречалась мне в первый день появления в этом мире.

Демоны, это лицо... как же она похоже на Нику! Ту самую Нику, которая когда-то была... Стоп! Это в прошлом. И я дал себе обет не вспоминать это. На то оно и прошлое, чтобы остаться позади.

— Запомнил имя? — улыбнулась девушка, протягивая руку для приветствия.

— Конечно, запомнил, — ответил я и поздоровался. Попутно отметил мягкость ее кожи. Бархат!

— А ты что тут делаешь? — спросила она, явно чтобы хоть как-то завязать разговор.

— За покупками зашел, — ответил я. — Прикупить кое чего надо.

Мне тоже хотелось с ней поболтать, но...

Нужно возвращаться к тренировкам... хотя, с другой стороны, поговорить с такой красивой...

Так, Авгард, стоп! Без вот этих всяких глупостей! Тренировки и только тренировки! Цель одна — Слеза Дафны!

— За женскими тампонами? — удивленно спросила Арини, глядя на полку, возле которой я остановился.

Я оглянулся, глянул на стеллажи с какими-то белыми упаковками.

— Нет, продуктов надо взять. Еды.

— Я тоже хотела чего-нибудь взять перекусить — пообедать нормально даже времени нет, все учеба занимает. Вот и приходится всякими шоколадками перекусывать на бегу.

— Возьми мяса клыкорыла, — ответил я. — Натри каменной солью и костным пеплом, наруби ломтями, высуши на северном ветре, разожги костер из еловых веток и прокопти. Полученные куски положи в заплечную сумку и ешь, когда будешь голодна. В таком виде они хранятся до года. И всегда под рукой. Очень удобно.

Арини вопросительно посмотрела на меня.

Кот, спрятавшийся под стеллажам, отчетливо промурлыкал:

— Вот придурок!

Драконьи жабры! Я и забыл где нахожусь! Сосем мозги затуманились! Это все из-за схожести...

Но девушка, вместо того, чтобы задавать вопросы, звонко рассмеялась.

— А ты забавный! В компьютерные игры любишь играть?

— Ага, — растеряно кивнул я, толком не понимая что она имеет ввиду. — Есть такое.

— А у меня вот нет времени, совсем. Все это проклятая учеба!

-А что за учеба?

— В медицинском институте я учусь, имени Мечникова. Знаешь такой, что на Проспекте Патриотов?

Я неопределенно покачал головой.

— Мне атрибут достался лекарьский, вот меня папенька и маменька определили туда. Но мне нравится, если честно.

Девушка стеснительно улыбнулась.

— Если душа лежит к этому — то здорово.

— Знаешь, — тон девушки вдруг стал откровенным. — Я ведь даже не успела тебя тогда поблагодарить, ну, когда ты спас меня.

— Ерунда! — отмахнулся я.

— Нет, не ерунда. Павел, он... в общем, думаю, что ни к чему хорошему та встреча не привела бы, не окажись ты рядом. У него совсем с головой не в порядке. Не понимает, когда надо остановиться. — Девушка опустила глаза, но тут же оживилась. — Круто ты его, камнем! Я даже испугалась — уж ненароком не убил ты его.

— Оглушил, — отмахнулся я. И спросил: — А Павел парень твой?

— Бывший, — с явным отвращением ответила девушка. — Папа «помог». Ему для скрепления союза с Николаевыми хотелось такой жест сделать — обвенчать свою дочь с их сыном.

Настала пора вопросительно глядеть мне.

— Он меня хотел сосватать с Павлом — он сын рода Николаевых, — пояснила Арини.

— Принудительно женить?

Девушка кивнула.

А отличий от нашего мира все меньше и меньше! — ухмыльнулся я.

Тень этой улыбки увидела Арини и спросила:

— Разве это весело?

— Нет, я просто... не обращай внимания, — я попытался быстро сменить тему, спросил: — Так ты жена Павла получается?

— Да какая жена? — скривилась Арини. — Папа настаивает, а я категорически против. Он некоторое время еще наседал, а потом понял, что бесполезно. А вот Павел еще не догнал. Достает время от времени.

Арина скосила взгляд в бок.

— Надеюсь, после того случая поймет, — ответил я.

Арина улыбнулась, но улыбка выдалась грустной.

— Аристарх, ты будь осторожен. Павел плохой человек, злой. Как бы тебя искать не стал.

— Он даже меня не видел. А ты знаешь только мое имя. Так что не получится. Не найдет.

Хотел ей сказать что-то другое — типа «пусть только попробует, рубец поросячий, живо отхватит по придаткам», но я сдержался. Вляпываться во все эти внутренние разборки незнакомой мне семьи мне не хотелось.

Арини улыбнулась.

— И то верно, — и глянув на часы, сказала: — Ну ладно, мне пора. Может еще увидимся.

— Может быть, — кивнул я и вдруг поймал себя на мысли, что не хочу отпускать ее.

Хотелось поговорить еще. Глядеть на это до боли знакомое лицо. Демоны, Авгард, что же ты не можешь забыть Нику? Все в прошлом. Точка поставлена.

Девушка тоже медлила.

— А ты учишься? — спросила она.

— В каком-то смысле — да, — уклончиво ответил я, вспоминания про техники, до которых еще не добрался и которые требовали изучения. На сегодня предстояло пройти много. Очень много.

Понимая, что надо брать быка за рога, спросил:

— Ты тут часто бываешь?

— Захожу иногда, — кивнула девушка.

— Отлично. Тогда давай через пару дней на этом же месте и встретимся?

От такой наглости Арини даже несколько удивилась, но не на долго. Улыбнулась смущенно, ответила:

— Хорошо, давай. Возле стеллажей с тампонами.

И рассмеялась.

— Ага!

Мы вновь попрощались и она ушла.

***

Рейн глянул на небо. Оно было черным, затянутым дождливыми тучами.

«Как в тот раз», — отметил он.

И скривился.

Тот день он не забудет никогда. Словно ожог на душе. Страшный, зарубцевавшийся, но не исчезающий, глубокий.

Именно тогда, в тот дождливый день, все и началось.

Ему было десять лет. Его отцу — тридцать пять. И то время было самым счастливым, что запомнилось Рейну.

Отец работал помощником Императора по стратегическим вопросам. Очень высокая должность. Графа Райнара Анхельда знали все. Двадцать лет назад это имя могло ввергнуть ужас любого чиновника. Сейчас — едва ли кто вспомнил бы.

Отец был суров, непоколебим и не пробиваем. И так же непробиваем был он в части личной жизни. Графа Райнара Анхельда знали все, а вот о его личной жизни — абсолютно ничего. Поэтому Рейн мог наслаждаться жизнью обычного ребенка, не знающего докучливости и пристального внимания со стороны других людей.

Только теперь Рейн понимал, что эта скрытность отца и спасла ему, сыну графа, жизнь.

Отец курировал северное направление страны, где в то время была особо напряженная ситуация. Соседи, не согласные с разделением территорий, часто устраивали провокации и диверсии, пытаясь навязать государству военный конфликт. Им нужна была война — чтобы немедленно просить военную помощь у своего западного старшего брата.

Одна из таких диверсий и произошла в ту злосчастную ночь. Вооруженная группа вторглась в пограничный пункт, подожгла пост, расстреляла солдат и вновь ушла на свою территорию.

О случившемся Райнар Анхельд сообщил Императору в эту же ночь. И предложил жестко ответить на этот выпад. Нельзя было спустить это с рук, потому что не ответь сейчас, получишь еще раз. Нельзя оставлять смерти жителей своей страны без ответа. Тем более таким жестоким способом. Так считал отец.

Император считал иначе. Он не хотел ввязываться в кровавые разборки, мотивируя это тем, что очередной войны бюджет страны не выдержит и лучше все спустить на тормоза и сгладить ситуацию. А с обидчика спросить потом. Возможно, ввести какие-нибудь санкции или экономические меры. Поэтому поручил не распалять конфликта и держать все в тайне. Сглаживать.

Сколько было ругани в тот час, когда Райнар вышел из кабинета Императора, не знает никто. Но говаривают, что именно с той ночи стоящий в прихожей лотос, который так любил Император, начал чахнуть и все никак не расцветет до сих пор.

Райнар Анхельд, не согласный с таким решением государя, поручение его решил передать с запозданием. Отец знал, что на границе уже идут стычки — местные жители, уставшие от постоянного напряжения и молчание властей, взялись за вилы и пошли на противника. И успешно его уничтожали. Поэтому разнимать сейчас их будет бессмысленно. Пусть вырвется весь пар с сорвавшейся крышки. Так будет лучше, чем пытаться завинтить ее обратно.

Группа противника, нарушившая территориальные границы и убившая солдат, была уничтожена к утру. Всех убийц изловили, распороли животы и вздернули еще живых на столбах.

В это же утро от соседей пришла нота протеста. Император, узнав о том, что конфликт не был погашен вовремя, вызвал к себе своего помощника, Райнара Анхельда...

И с тех пор Рейн его не видел.

Через три дня пришла лишь скупая весточка от знакомого Райнара, кто с ним работал — отца, за невыполнение повеления Императора, сослали в Сибирь на рудники. Навсегда. Такая же участь была уготована и его любовнице, о которой Рейн знал смутно и ему было на нее плевать.

А вот его, сына графа, ссылка прошла стороной. Потому что о Рейне никто не знал. Отец, словно чувствуя, что может что-то случиться нехорошее, стерег его от посторонних глаз. Возможно и самому Императору внебрачный сын советника не интересовал. А зря.

Рейн пытался связаться с отцом, даже несколько раз сбегал из приемной семьи (его приютил один из немногих друзей Анхельда), но все попытки оканчивались неудачей. Пустота. Неизвестность. Найти отца не удавалось.

А потом, через пять лет, в аккурат на его пятнадцатилетие, пришла весть — ссыльный граф Райнар Анхельд умер от пневмонии легких. Суровый климат Сибири, каторга и лишения сломили его организм.

В тот же день Рейн и поклялся отомстить Императору. За смерть отца. За свое изломанное детство. За трусость, из-за которой все и произошло. За все.

Рейн сжал кулаки. Опустил взгляд. Это черное небо, которое сейчас расстилалось над его головой, было под стать настроению. Месть свершится. Не сейчас. Но скоро. Совсем скоро. Едва только сила — невиданная, мощная, — окажется в его власти.

***

— Пришел, — кивнул мне Стилет.

Он сидел, развалившись на кресле. В руках нож, которым он вычищал грязь из под ногтей. На лице — нервозность, которую он старался спрятать.

За дверью стоял глухой шум — приходящих на бой зрителей становилось с каждой минутой все больше. Но в основном зале их не было — он был по прежнему пуст. Все спускались по маленькой неприметной лестнице вниз, в подвальное помещение, где видимо и располагался бойцовский клуб.

— А я сомневался. Думал, сбежишь. Даже запланировал наведаться к тебе после боев.

— Обещал — пришел, — бросил я.

Стилет оглядел меня более внимательно.

— Ты вроде как изменился? Какие-то допинги принимал?

Он обошел меня кругом.

— Будто стержень в тебе появился, — говорил он задумчиво, словно бы сам с собой. — Мышцы, смотрю появились, пресс. Х-м-м... Ну да черт с ним. Иди в раздевалку. Готовься. Тебе Шпала скажет, когда выходить.

Стилет кивнул на амбала, который стоял за его спиной. Шпала подошел ко мне, пробасил:

— В коридор.

Мы вышли и здоровяк повел меня в комнату.

Демон незаметно юркнул за мной.

— Здесь готовься, — произнес Шпала, запуская меня в душную, пахнущую потом комнатушку.

Я вошел внутрь, быстро осмотрелся. Ничего интересного. Видимо это коморка уборщика — в углу тряпки и ведро со шваброй. В другом — халат и одежда, засаленная, грязная. На стенах — заляпанные постеры полуголых девиц.

— Будь готов, — пробасил Шпала. — Тебя вызовут.

— А против кого меня выставили? — не смог сдержать я любопытства.

Однако амбал ничего не сказал, громко захлопнул дверь.

— Холанд? — тихо позвал я. — Демон, тыт тут?

Я пригляделся под ноги — в полутемном помещении едва ли что-то можно было рассмотреть.

— Холанд, твою мать? Где ты?

— Тут я, — произнес кот, выглядывая из темного угла.

— Чего притих? — злобно произнес я.

— Осматривался, — ответил тот недовольным тоном. — Тут дерьмом воняет!

— Без тебя чувствую. Но не это сейчас важно. Ты готов?

— Готов.

Демон кивнул головой.

— Тогда пошли, — и желая немного позлить кота, добавил: — Время победить или умереть!

Глава 6

— В правом углу ринга! Несокрушимый! Непобедимый! Великий и ужасный — Викинг! Встречайте!

Толпа неистово закричала.

Из темного коридора вышел крепыш, полностью соответствующий своему прозвищу. Мощный, горящий от рыжих курчавых волос, корпус, бульдожья морда, кулаки размером с кувалды.

Я невольно сглотнул комок, подкативший к горлу.

Охранник, который привел меня в подсобку, пришел за мной минут через десять, длинными вонючими и темными коридорами вывел в подвал. Тут и устраивались бои. Низкий зал, по середине которого располагался ринг, сколоченный из подручных материалов — столов, стульев, арматуры. Вместо специальных канатов — обычная пеньковая веревка.

— Жди тут, — угрюмо произнес Мотыль, указав на небольшой проход. — Как объявят — выходи.

И указал на ринг.

Я перевел взгляд на противника.

— Ви-кинг! Ви-кинг! Ви-кинг! — толпе этот парень был явно знаком и симпатичен.

Боец шел к рингу неспеша, поигрывая мускулами, общаясь со зрителями.

Какая-то пышногрудая девушка задрала вверх майку, чем привела в восторг не только самого Викинга, но и всех сидящий мужчин вокруг нее.

Но чем ближе подходил противник, тем заметнее становились некоторые детали. Приметил я красные не выспавшиеся глаза, искусанные губы, целую россыпь черных точек в районе сгиба локтя. Викинг был таким же отверженным из низшей касты, каким был и прошлый владелец моего тела. Наркотики правили разумом здоровяка и сейчас ему их явно не хватало.

«Похоже, Стилет — главная причина, по которой возникает зависимость у тех, с кем ему довелось общаться», — вдруг пришла в голову догадка.

Неплохо устроился, жаба болотная.

Викинг закричал, подогревая толпу. Но даже отсюда я услышал в этом крике какую-то натужную злость, перемешанную с усталостью. Знакомое мне состояние, кажется, было не за горами и у этого парня. Ломка. Скорее всего и награда будет не денежная, а известно какая.

— В левом углу ринга! — ведущий глянул в бумажку, на лице на мгновение возникло недоумение. Но надо отдать ему должное, он быстро выкрутился. — Неведомый! Загадочный! Не боящийся смерти! Ар... — ведущий вновь глянул в бумажку, сощурившись и силясь прочитать имя. — Аристо!

Что? Аристо? В этом мире меня зовут Аристарх!

Ну да демоны с ним. Пусть будет так. Когда это имя будут выбивать мне на надгробной доске мне будет уже все равно.

Я сжал кулаки.

Не паниковать. Взять себя в руки. Охладить разум.

— А противник то настоящий монстр! — раздался где-то под ногами мяукающий голос.

— Демон! Ты-то что тут потерял?! Ты же должен быть в кабинете Стилета!

Холанд довольно улыбнулся, ответил:

— Вот, решил посмотреть как тебе намнут бока, хех!

— Я тебе сейчас сам бока намну!

— Ладно, не злись, — кот запрыгнул на деревяшку трибуны, торчащую из стены. — Я же шучу. И чего ты всегда такой злой?

— Мне сейчас не до шуток. Зачем пришел? Ты должен искать кристаллы. Договорились же! Как чувствовало сердце — доверять демонам плохая идея!

— В кабинете люди, — шепнул кот. — Жду. Как выйдут — приступлю к выполнению плана. Так что все под контролем.

Я глянул на ложе, установленное по середине трибуны. Оно было пусто. Стилета и его сподручных там не было.

— Я же говорю — все под контролем, — довольный собой, произнес демон.

— Очень надеюсь на это. Только имей ввиду — попадешься выкручивайся сам.

— Не попадусь. Я же демон, я никогда не попадаюсь.

— Очень на это надеюсь! От твоих действий зависит многое, не подведи.

Холанд принялся вылизывать шерсть. Промурлыкал:

— Приятно, что сам Авгард доверяет мне!

— Давай вот без этого!

— Ладно-ладно. Просто хочу и тебе помочь. Слушай, что скажу.

— Не до тебя сейчас, блохастый, правда! — я принялся разминать руки, разогревать мышцы и связки.

— Иосафат Вседержитель! — вздохнул кот. — Я тебе помочь хочу, а ты ерепенишься! Тебя этот верзила в порошок сотрет.

— Поглядим.

— В общем слушай: у этого рыжика правое колено повреждено.

— Что? — я глянул на кота и даже перестал делать разминку. — Откуда знаешь?

— Я демон, мне многое известно, о чем ты можешь даже не догадываться, — довольный собой ответил Холанд, продолжив деловито вылизывать шерсть.

— Вот только давай без этого!

— Ладно, утомил! — вздохнул кот и повернулся в сторону арены. — Запомни — правое колено. И спина. Вижу, что какие-то проблемы со спиной... О!

Кот, внимательно глядящий на Викинга, вдруг выпучил глаза.

— А еще он мальчиков любит! В его ауре отчетливо вижу...

— Даже знать этого не хочу! — сморщился я.

— Чего встал? — рявкнул распорядитель, внезапно выскочивший из-за кулис. — Срочно на ринг! Объявили уже! Тебя только одного ждут! Или удрать решил? Струсил?

Я не ответил — не хотел отвлекаться. Все мое внимание сейчас было приковано к Викингу.

Я направился к рингу.

Напряжение росло. А вместе с ним и нервозность.

Толпа с явным недоумением смотрела на меня. Новый боец им был не знаком, да и видом не впечатлял. Грубо сколоченные трибуны подвала скрипели — каждый из присутствовавших пытался разглядеть меня лучше.

— Что за хрен? — услышал я невдалеке.

— Мясо, — ответил другой.

— Отбивная для Викинга. На разминку выпустили, — произнес третий.

— А говорят, какая-то черная лошадка.

— Да какая лошадка? Видно же — дохляк!

— Дрыщ! Отбивная!

Это мы еще посмотрим кто для кого будет отбивной.

Следуя дальше, я узнал много нового о себе. Но гораздо ценнее информация была про Викинга. Он не первый воин, не на верхушке, но подающий надежды. Сегодня должен состояться его основной бой с каким-то Топором, по результатам которого решиться место в топе-5. Я значит и в самом деле что-то вроде аперитива.

Ну что же, сегодня Викингу придется подавиться мной.

Завидев меня, Викинг оживился. Сплюнув на ринг, начал носиться по нему словно разъяренный тигр. Толпа поддержала его безумным криком.

Ладно, и не таких обламывали.

Я в один прыжок оказался на ринге.

Свет бил прямо в лицо и первое время было трудно к нему привыкнуть. К тому же в нос била кислая вонь пота, исходящая от Викинга. Даже в конюшнях Шельмерра так не воняет! Ох, как бы не блевануть!

— Прикончи его по-быстрому! — выкрикнул кто-то из толпы.

Заиграла музыка — энергичная, похожая на галоп, сотрясая воздух.

Толпа, казалось, окончательно сошла сума и заорала так, что у меня заложило уши.

Адреналин начал закипать в крови.

Это знакомое чувство — предстоящая схватка! Я и сам завелся, готовый размазать эту гориллу по полу ринга.

Нервозность ушла. Ну, держись!

Я ощутил, как меня начинает захлестывать холодная ярость. Я с каким-то даже облегчением погружался в предстоящий поединок. Я ждал боя. Простого, без магии, на кулаках. Как когда-то в Школе.

— А я напоминаю, что согласно нашим правилам, — при упоминании слова «правила» толпа задорно рассмеялась. — Именно так, согласно нашим правилам нельзя пользоваться магическими артефактами. Только кулаки. И ноги. И голова. Да все, что угодно! Противники могут бить друг друга любыми частями тела. А все остальные правила — их просто нет!

Толпа довольно закричала.

— Бейте друг друга между ног! Тыкайте в глаза! Душите! Пинайте лежачих! Крушите черепа коленями и локтями! — задорно закричал ведущий, обращаясь к нам. — Главное — залейте тут кровью все! Реки крови!

Толпа обезумела.

Ведущий, довольный тем, что смог так завести зрителей, закричал:

— Первый раунд! — и звякнул гонг.

Викинг тут же с рыком бросился на меня.

Настоящий монстр!

Но и моя неделя тренировок не прошла даром.

Мне с легкостью удалось увернуться от выпада. Но та мощь, с которой носился противник, заставила опешить. Попади я под удар — от головы точно ничего не останется. Зверь!

Викинг заиграл желваками. Было видно, что он хотел расправиться со мной по быстрому.

Не получилось.

— Давай, рыжий! — крикнул я, чем еще больше привел противника в ярость.

— Кишки! Выпусти ему кишки! — это закричала та самая девушка, которая оголяла перед боем грудь.

— Покажи сиськи! — ответила ей толпа.

Викинг вновь рванул на меня — стремительно, резво.

Взмах!

— У-пф! — только и успел я выдохнуть.

Кулак, больше похожий на молот, каким удобно забивать сваи, пронесся у самого виска.

Не удержав равновесие, я упал на ринг.

Викинг тут же задрал ногу и вбил ее в пол.

Ринг затрясся.

Не откатись я сейчас в сторону, а окажись под ногой, то желание пышногрудой болельщицы осуществилось бы точно — она в самом деле увидела бы мои кишки.

Брызжа слюной, противник рванул ко мне.

Я подскочил... но не успел увернуться. Слишком быстрым оказался рыжий.

Он схватил меня за груди и по инерции толкнул вперед.

Я пулей полетел к канатам.

Тело, не привыкшее к таким перегрузам, отозвалось болью. Перехватило дыхание.

Ерунда. К такому я привык еще в прошлой жизни. На тренировках казалось, что и вовсе умру. Но ничего, не умер. Вот и тут справлюсь.

Делая вид, что толчок не принес мне никаких неприятностей, я юркнул в другой угол. Пружиня с ноги на ногу, начал примериваться. Пора было начинать переходить ко второму этапу плана. Атаковать.

Рыжий, как и все здоровяки, эффективен в бою в первые минуты. Потом начинает выдыхаться. Сказывается большая затрата энергии. А мелкие, типа меня, хороши на длинной дистанции. Этим и надо воспользоваться.

Выпад. Уход.

Кувырок.

Викинг грузно замахнулся, но вновь промазал.

Судя по тяжелой отдышке, больше похожей на хрип загнанной лошади, рыжий уже порядком устал и вымотался.

А как тебе такое?

Я вновь ушел под руку здоровяку.

И пробил в печень.

Сил у меня было не много — не успел накачать. Но болевые точки я знал. И ударил точно туда, куда следовало.

Викинг не сразу почувствовал удар, даже некоторое время махал руками, пытаясь меня подцепить.

А потом вдруг мгновенно переменился в лице, шумно выдохнул.

— О-о-х!

Ага, мне тоже знаком этот удар. Учитель демонстрировал его на мне. Будто тысячи раскаленных иглы вонзаются в нутро и крючьями разрывают его в стороны. Адская штука. Чтобы научится такому приему пришлось много тренироваться.

Схватившись за бок, Викинг отступил.

А я начал атаковать.

Такого поворота событий не ожидал никто. Толпа затихла.

И эта тишина была приятнее любых оваций.

Я сделал обманный выпад, зашел слева, провел пару ударов в грудь. Ах, если бы не эти куриные руки Аристарха, я бы проломил этому роду грудину. Но приходилось действовать в рамках поставленных условий.

Демон говорил про правое колено. Сейчас проверим.

Уход от выпада.

Поворот.

И...

Локоть, внезапно выкинутый словно бы невзначай, словно сжатая пружина, стрельнувшая из гнета, пришелся мне прямо в лицо.

— Э-кх!

Неуклюже выставив руки в стороны, я кулем повалился на землю.

Перед глазами все поплыло.

Черт!

Не ожидал такого. Викинг обхитрил. Или повезло?

Какая разница? Надо встать, пока...

Еще один удар, обрушившийся сверху, похоронил мои планы на подъем.

Лицо обожгло. Рот наполнился медным привкусом, на языке почувствовалась зубовная крошка.

А потом пришла она. Боль, боль, боль.

Я попытался подняться, но даже не сразу понял, где сейчас мои руки. Казалось, их разбросало в разные углы ринга.

Сквозь шум в ушах, я услышал, как заревела толпа.

— Добей! Добей! Добей!

Что?! Нет, я еще могу...

Еще удар. И еще. И еще. И...

Сквозь кровавое марево и крик собравшихся раздался тоненький звон.

— Конец первого раунда, — лениво крикнул ведущий. И словно насмехаясь надо мной, сказал: — Разойтись в разные углы.

Викинг что-то зарычал, но послушно пошел к себе.

Я же... Да я даже с трудом дышал, не то чтобы идти.

Но чьи-то руки подхватили меня и волоком потащили в угол.

Силясь открыть заплывшие глаза, я пригляделся.

— Холанд...

— Я самый, — проворчал демон.

— Какого хрена ты тут делаешь? — язык заплетался от того, что все щеки опухли и места во рту не оставалось. Да еще и осколки зубов больно царапали небо. — Ты должен быть в кабинете Стилета, а не здесь.

— Все под контролем.

— Твою мать! — не вытерпел я. — Стилет уже здесь! Под каким нахрен контролем?!

Я глянул в сторону трибуны — на ложе и в самом деле сидел Стилет, удивленный тем, что все не закончилось в первом раунде.

— Доставай кристаллы, демон! Пока меня и вправду в отбивную не сделали.

— Уже иду. Там просто охрана.

— Придумай что-нибудь, отвлеки их как-нибудь.

— Ладно, не переживай, все под контролем. Уже отвлекаю — вызвал им девочек.

— Что? Каких еще девочек?

— Не бери в голову — главное, что все под контролем. Через пять минут пойду в офис — там будет чисто. Появилось немного свободного времени — я сразу же к тебе. И вижу, что из тебя фарш делают! — И начал меня отчитывать: — Какого черта ты делаешь?!

— Дерусь... — сплевывая кровавый сгусток, ответил я.

Меня распирала ярость. Давно я не проигрывал, ох, давно. И отвык от этого гадкого чувства. После Школы, когда обучение мое было закончено, я всегда выходил победителем. А теперь...

Драконьи жабры! Я готов был провалиться на месте. Учитель меня за такой бой по голове бы точно не погладил.

— Ерунда! Это не драка, а один позор! Слушай, у меня заточка есть, — Холанд, так, чтобы никто не заметил, показал мне небольшой блестящий предмет. — Возьми, в бою пырнешь его. Вот точно туда, куда бил до этого — в печень. Чик! — и готово! Если не можешь руками — давай так?

— Эй, ты кто такой? — закричал ведущий. — А ну пошел прочь!

— Я его тренер! Я имею права быть с ним! — возмутился демон.

— Вали отсюда!

— Да я...

— Второй раунд! — грохнуло из динамиков.

Двое охранников вытащили Холанда за пределы ринга.

— Помни о деле, — вдогонку кинул я.

И с трудом поднялся.

— А этот паренек оказался не промах! — завизжал в микрофон ведущий. — Он смог продержаться первый раунд! Конечно, ему помогли чудо и удача, ведь еще секунда, и от него не осталось бы и мокрого места. Что же, посмотрим, что будет во втором раунде. Впрочем, вы всё прекрасно понимаете! Даже вагон удачи не помогу против Викинга!

Толпа одобрительно закричала.

— Поддержим Викинга! Все вместе! Дружно!

— Ви-кинг! Ви-кинг! Ви-кинг!

Звякнул гонг.

Мы вновь сошлись в бою.

На этот раз Викинг был уже не так игриво настроен и устраивать шоу на публику не собирался. Ему все больше хотелось получить свою дозу и растягивать долгожданную встречу уже не было никакого желания.

Единственной его целью сейчас было — убить меня. Чтобы как моно скорее окунуться химические грезы.

Короткий выпад рукой, обманка. Тут же хук правой.

Я увернулся. Контратаковал.

Но удар получился слабым. Толпа издевательски захохотала.

Это не вывело меня из себя, не взбесило — слишком много таких насмешек я слышал раньше и теперь, закаленный, был тверд духом как скала.

Большим испытанием для мены был крепкий дух, исходивший от противника. Козлиный, кислый, он выедал глаза.

Атака.

Вновь удар. Не достал.

— Щенок! — процедил Викинг, разворачиваясь, чтобы наотмашь врезать мне по затылку.

Я опередил его.

Ушел в бок.

И рубанул ногой прямо по правой коленке Викинга.

Раздался сухой треск — словно в лесу наступил на ветку.

И повисла пауза, секундная, но показавшаяся мне вечностью.

Вдруг затихли все — толпа, ведущий, противник, ложе избранных, словно все действо поставили на паузу. На одного короткое мгновение было слышно, как под потолком лениво жужжит муха, наматывая круги вокруг лампочки.

А потом Викинг закричал.

Словно сирена, он начал с низкого тона, быстро перебрался на две октавы выше и заголосил так тонко, что заболело в ушах.

Нога противника неестественно выгнулась. Не надо было обладать медицинским знаниями, чтобы понять — это перелом. Причем очень серьезный. Восстановление потребует множество сил и времени.

Викинг схватился за колено, заголосил еще громче. Потом потерял равновесие и неуклюже завалился на спину.

— А-А-А!

— Э-м-м... — отчетливо протянул прямо в микрофон ведущий, вопросительно глядя то на моего соперника, то на меня, то на ложу, где сидел Стилет.

По толпе прошел шорох — будто ветер поднял осенние листья.

Затянувшаяся пауза накаливала ситуацию, а истошный крик Викинга только усугублял положение.

— Противник не может встать, — неуверенно начал комментировать ведущий. — Продолжиться ли бой? Что нам скажут?

Он вновь глянул в сторону Стилета. Тот, казалось, не замечал происходящего, буравя пространство глазами прямо перед собой.

— Что там скажет тренер? — перевел взгляд ведущий на какого-то запитого небритого мужичка. — Бой продолжается?

Тренер пожал плечами, потом отчетливо выругался.

Викинг вновь истошно закричал.

Пауза играла мне на руку. Я надеялся, что прямо сейчас Холанд удачно проворачивает дело с кристаллами.

— Добей! Добей! — это уже толпа обращалась ко мне.

С каждым мгновением она кричала все сильнее и сильней.

— Добей его! Сверни ему голову! Вмажь еще раз по коленке!

Подумать только — еще минуту назад они хотели чтобы меня изувечил противник, а теперь просил сделать то же самое меня.

— Вставай! — крикнул запитый мужичок, названный тренером. — Вставай давай, дрянь рыжая! Ну же!

Он даже вылез по пояс на ринг, чтобы как следует тряхнуть Викинга и заставить встать. Но никакие тычки не помогли — противник продолжал лежать и истошно кричать.

— Кажется, Викинг не сможет продолжить поединок, — решил взял на себя смелость и закончить бой ведущий.

Стилет встал с места.

И толпа сразу же затихла. Все обратили на него свои взоры.

— Мы заканчиваем бой? — пропищал ведущий, глядя на главаря всей этой вакханалии.

— Бой окончен, — ответил Стилет, глядя прямо на меня.

— Бой окончен, дамы и господа! — радостно закричал ведущий. — Невероятная, удивительная, неожиданная победа новичка — Аристо! Что же, и такое бывает! Кстати, напомню, что коэффициенты были весьма аппетитные, и те, кто рискнул и поставил на этого парнишку, сегодня уйдут явно в приподнятом настроении. Конечно же их будет меньшинство, ведь все верили в безоговорочную победу Викинга. Но удача такая! Кому-то везет сегодня, кому-то — завтра.

— А кому-то вообще не везет, как Викинг! — выкрикнул кто-то из толпы и народ рассмеялся.

Ведущий выскочил на ринг, показал мне убираться. Викинга, орущего дурниной, вытащили волоком прочь.

— А теперь следующий бой — Носорог против Шпалы. Что скажете? Кто же тут будет победителем? Противники равны.

Толпа вновь заголосила.

Я с трудом спрыгнул с ринга, начал пробираться по коридору обратно в подсобку, откуда можно было выйти уже на улицу.

Но путь мне преградил знакомый силуэт.

— Поздравляю с победой, — сухо произнес Стилет, внимательно глядя на меня.

В руках у стоящего блестел нож.

— У нас был уговор, — произнес я, вытирая с разбитой губы кровь.

Всего тело нестерпимо болело, но я старался не подавать виду.

Стилет ухмыльнулся.

— Уговор? Был, — кивнул он. — Но он отменяться.

— Что?!

— По одной простой причине.

— Какой?

— Вот этой.

Стилет махнул рукой и в комнату вошли трое — двое охранников и... Холанд!

Глава 7

Демон?! Какого...

— Аристарх! — радостно закричал демон и попытался подойти ко мне, но не смог — охранники заломали ему руки. — Отпустите меня! Я ничего плохого никому не сделал! Отпусти! Больно же!

Судя по лицу демона, его били, причем с усердием. Опухшие разбитые губы, ссадины, лелеющий синяк под глазом.

«Я же демон, я никогда не попадаюсь», — припомнил я слова Холанда. Ага, как же, не попадается он!

— Ты его знаешь? — спросил меня Стилет.

— Нет, — тут же невозмутимо ответил я. — Первый раз вижу.

— А он утверждает обратное, — Стилет подошел к Холанду. — Мои парни нашли его в моем кабинете. Знаешь, что он делал?

Мне стоило все своих усилий, чтобы остаться невозмутимым.

— Без понятия.

— Он искал в моем сейфе кристаллы, — на свой же вопрос ответил Стилет.

— Мне без разницы, — произнес я.

— Аристарх, ну ты чего? — запричитал демон. — Это же я, твой брат! Скажи им чтобы отпустили меня! Я ничего плохого не делал!

Черт! Демон, что ты делаешь? Топишь же меня!

Стилет ухмыльнулся.

— Не пытайся меня обмануть, Аристарх. Этот чудик тебе явно знаком — я видел его во время паузы между двух раундов, он подходил к тебе, и вы мило беседовали.

— Простой зритель, — ответил я. — Первый раз его вижу.

— Он говорил, что является его тренером, — внезапно высунулся кто-то из стоящий.

Я узнал его — ведущий.

— Ну вот видишь, — Стилет злобно оскалился. — Меня не обманешь.

Я получил звонкую пощечину.

Ударил как баба!

А вот его помощник бить умел, в чем я и убедился. Таранный удар кулаком в живот заставил меня согнуться пополам.

— Думали на пару обокрасть меня? Глупо, очень глупо.

Еще удар. И еще. И еще.

Я хотел ответить, но не смог — крепкие руки держали меня лучше всяких веревок.

— Ничего мы не хотели воровать! — крикнул Холанд. — Я просто заблудился — туалет хотел найти.

Стилет повернулся к демону, глянул на него с прищуром.

— Честное слово! Хоть обыщите меня — никаких камней не хотел я воровать. Я пустой!

Держащий его крепыш едва заметно кивнул, подтверждая слова пленника.

— А ты удивил меня, — процедил сквозь зубы Стилет, поворачиваясь ко мне. — Уделал Викинга! Хотя он так себе боец, сторчался совсем, но все же. Я думал ты после первого его удара ляжешь. А ты, оказывается, драться умеешь.

В комнату вошел гость, рыжий парнишка с толстыми губами.

— Там Дуля слюнями брызжет, — произнес он, с тревогой глядя на Стилета. — Надо выплаты делать. Многие на него, — он кивнул на меня, — поставили хорошие деньги. А коэффициент был один к семи. Они неплохо наварились на этом бое.

— Что?! — Стилет метнул в него испепеляющий взгляд.

Рыжий даже растерялся от этого взгляда. Заикаясь, затараторил:

— Вы же сами сказали мне среди баранов слух пустить, что лошадка темная будет, чтобы деньги снять. А он, — помощник вновь кивнул на меня, — взял и победил.

Стилет заскрипел зубами. Аргумент был весомый, крыть было нечем.

— Скажи, что все всё получат, пусть не беспокоятся.

И повернувшись ко мне, зашипел:

— Хочешь жить — будешь делать как я скажу, — Стилет посмотрел на меня так, что я понял — это не предложение, а условие. — Сейчас ты выйдешь на ринг и сразишься с Топором. Вместо Викинга.

— Нет. — Твердо ответил я. — У нас был договор. Я его выполнил. Выполни и ты.

Стилет ухмыльнулся, но в этой ухмылке была плохо спрятано раздражение и злость. Оспорить мои слова при своих подчиненных он не мог — ведь я был прав. Но и соглашаться просто так отпустить меня явно не хотел. Ведь это я перепутал все его карты.

— Я тоже выполнил условия нашего договора, — после некоторой паузы ответил он. — Долг твой списан. Денег ты мне не должен. Тут все по честному. Но вот за то, что покалечил моего бойца, будешь отвечать.

— Что?! — злобно прошипел я и рванул к Стилету.

Меня тут же схватили охранники, оттеснили назад.

Стилет подошел ко мне и резко выкинул руку вперед.

Удар в живот был ощутимым больше за счет неожиданности. Я вновь согнулся пополам, застонал. Демоны, какие же медленные реакции в этом организме!

— Ты выйдешь на ринг, — ледяным тоном произнес он мне прямо в лицо. — Иначе сдохнешь. И твой дружок тоже.

— Аристарх, я прошу! Ради меня! — вновь запричитал демон.

И вырвавшись из лап державших его, бросился мне в ноги.

— Прошу, не бросай!

— Иди к черту! — злобно прошипел я.

Демона стали оттаскивать от меня, но тот не желал уходить, крепко вцепившись мне в ногу.

— Аристарх, прошу! Пощади! Они же ведь убьют меня!

— Какого... отстань говорю!

Демон глянул на меня — совсем короткий миг, — но мне хватило понять, что он ведет какую-то двойную игру.

В подтверждение моей догадки Холанд мигнул мне и схватил за руку.

А потом заголосил так истошно и противно, что охранники невольно сморщились.

— Аристархушка! Ми-и-иленький! Не дай убить! Не дай сгинуть!

Я почувствовал, что его пальцы пытаются мне что-то передать — небольшой твердый предмет вонзился в ладонь. Я принял вещицу и вдруг с замиранием сердца и радостью понял, что это магический камень! Ай да демон! Ай да сукин сын!

Холанд вновь подмигнул и позволил охранникам оттащить его от меня.

— Довольно этого нытья! — рявкнул Стилет. — Ведите его на ринг. И если откажется драться — пристрелите прямо там.

Мне не оставалось ничего, как идти на бой.

***

Толпа бесновалась — на ринге какой-то щуплый парнишка добивал толстяка. Причем делал это остервенело. И даже когда поверженный противник весь в кровь начал отползать к углу, чтобы спастись от града ударов, парень не перестал его бить.

Ведущий, видимо еще и выполнявший роль судьи, смотрел на это с нескрываемым удовольствием. И только когда Стилет показал жестом руки прекращать побоище, закричал:

— Все! Конец боя! Неоспоримая победа Кролика! Вот это битва!

Толпа начала скандировать:

— Кролик! Кролик! Кролик!

Парнишка с трудом поднял руки в победном жесте — было видно, что и ему досталось знатно. Довольный проделанной работой, Кролик продемонстрировал причину своего прозвища — широко улыбнулся, обнажая два огромных передних зуба, точь-в-точь как у ушастого зверька.

— А теперь, дамы и господа! — растягивая слова, начал ведущий. Он увидел меня, идущего с одной стороны коридора, тут же перевел взгляд на Стилета. И быстро просек ситуацию. — Сейчас будет то, что вы все ждали. Невероятная победа, которую никто не ожидал!

На этих словах ведущий поперхнулся — увидел яростный взгляд Стилета.

— В общем — встречайте! Аристо! Против Топора! Делаем ставки! Делаем ставки!

Народ заголосил.

А я двинул к рингу.

Я был полностью уверен, что смогу победить. Тем более, что и сам Топор, показавшийся с другого угла ринга, выглядел не так впечатляюще, как Викинг. Никаких каменных мышц и мощного тела. Вполне себе средний боец. Я даже удивился — и они хотели ставить его против Викинга?

Увидев Топора, толпа принялась скандировать его кличку. Боец вскинул руки вверх, начал играть на публику. Хвастовства ему было не занимать.

Наконец, вдоволь покрасовавшись перед толпой, Топор забрался на ринг.

И вновь я задался вопросом — неужели он соперник Викингу?

— Бой! — крикнул ведущий и мы сошлись.

Я видел как держит стойку противник. Слишком низко опущенные руки, слишком слабый блок, слишком маленький радиус, слишком неуверенные движения...

Резкий выпад — и я лежу на полу.

Что?!

Сквозь шум в голове раздался оглушительный рев толпы.

Меня словно ударила молния — я даже не успел понять что произошло. Вот это скорость! Не даром ему дали кличку Топор — взмах и я словно срубленное деревце уже на полу.

Из разбитого носа потекла кровь. Я попытался встать, но не смог — противник накинулся на меня и начал осыпать ударами.

Огромных усилий мне стоило оттеснить его, проведя два удара.

Топор отошел в свой угол ринга и начал вновь играть на публику, махая руками, заводя толпу. Кажется, для себя он решил, что я слабый противник и можно еще немного покрасоваться перед зрителями.

Я поднялся.

Такой расклад меня абсолютно не устраивает. Все можно списать на неожиданность и усталость после первого боя, но это не так. Парень действительно что-то умеет. И мне придется с ним потягаться.

Однако тягаться не пришлось. Противник, едва заметив, что я встал, стрелой метнулся ко мне.

И одним точным ударом, обходя блок, вырубил меня.

Крик толпы. Боль. Темнота.

***

Очнулся я в темном сыром помещении. Глухие вопли толпы, раздающиеся где-то высоко под потолком, подсказали, что мы находимся в подвале.

Я открыл глаза, сквозь боль осмотрелся. Так и есть, подвал. Вокруг меня дуболомы Стилета и он сам. Надо же, удостоил чести.

— Вот теперь ты отлично справился, — внезапно мягко, по доброму произнес. — Лег в первом раунде. А сейчас ляжешь навсегда.

С этими словами он достал из-за пояса пистолет.

— Что?! — только и смог вымолвить я. — Мы же договаривались!

— К черту договоры, — злобно прошипел Стилет. — Ты мне просто уже порядком надоел. Вот и все.

Он направил на меня оружие. Палец лег на спусковой крючок.

Мгновенно оценив обстановку, я рванул в сторону. И весьма вовремя. Грохнул выстрел, пуля просвистела там, где еще мгновение назад стоял я.

— Да держите же вы его крепче! — рявкнул на своих подчинённых Стилет.

Меня схватили и закрутили руки так, что захрустели суставы.

Я вновь попытался вырваться, но не смог.

— Аристарх! — крикнул откуда-то сбоку демон.

Я краем глаза увидел, что и ему закрутили руки.

— Подожди, и до тебя очередь доберется! — с усмешкой произнес Стилет и вновь направил на меня оружие.

Я понял, что сейчас умру.

***

Я смотрел на пистолет и ничего не мог поделать. Какое же это гадкое чувство — беспомощность! Гнилые драконьи жабры, да я бы лучше сразился со стотысячной армий и погиб достойно, чем так унизительно, привязанный к стулу!

Однако в мою судьбу вмешался случай. Или, может быть, удача?

В подвал кто-то вошел, хрипло произнес:

— Стилет? Почему у тебя тут так темно?

Раздались мерные шаги — было слышно, что идущий весьма больших габаритов, идет не спеша, шаркая пятками, тяжело дыша.

Услышав голос, Стилет вздрогнул. Я заметил, как он быстро переменился в лице. Острые черты поплыли, злобный взгляд стал испуганным.

— Стилет, твою мать? Ты здесь?!

— Да, я тут, — он шепнул своему напарнику что-то и тот поспешно побежал к стене — включать свет.

Вспыхнули лампы, наполняя помещение желтым пыльным светом.

— Ну и свинарник у тебя тут! — произнес гость, оглядываясь.

Это был толстый мужчина в годах, идеально одетый, и пиджак, даже не смотря на его габариты, был скроен так, что полнота казалась не такой большой.

«Важная шишка», — сразу же понял я.

Стилет заметно нервничал.

— Убрался бы ты тут, что ли? А то и гостей не пригласить.

Гость рассмеялся. Стилет хохотнул вместе с ним, но больше для приличия.

— Антон Константинович, вы что-то хотели? — спросил он, после того, как гость перестал смеяться.

— Хотел, — кивнул тот. — Ты ствол-то убери, а то ненароком ранишь кого.

Стилет нехотя спрятал оружие за пояс, потом вопросительно посмотрел на гостя, ожидая ответа, но тот молчал, разглядывая подвал.

— Антон Константинович, если вы по поводу сегодняшнего боя и проигранных денег, то я все верну. Произошло недоразумение...

— Да, я насчет сегодняшнего боя, — перебил его гость. — И я действительно проиграл кругленькую сумму. Хотел на Викинга поставить — как всегда делал, — а тут слух прошел, что у тебя темная лошадка появилась. Слух среди холопов прошел, но и до меня тоже добрался. А я и повелся.

Гость рассмеялся.

Стилет не поддержал его — побоялся.

— Антон Константинович...

— Да ты погоди голову пеплом сыпать — еще успеешь.

Стилет от этих слов стиснул зубы.

— Ты мне лучше скажи, что это у тебя за паренек такой, что Викинга вырубил?

Гость, которого Стилет назвал Антоном Константиновичем, глянул на меня. Взгляд его мне не понравился — тяжелый, с прищуром, волчий.

— Это Аристарх, должник мой, — нехотя ответил Стилет.

— Уже не должник, — поправил его я и Стилет вновь стиснул зубы — от злости.

— Ух, какой смелый! — удивился гость. — Зубастый!

И подошел ко мне.

— Ну, будем знакомы. Меня зовут Антон Константинович.

— Аристарх, — представился я, глядя на гостя, пытаясь понять истинную причину его визита сюда и заинтересованность мной.

Но пожать руки не смог — мои конечности были привязаны.

— Ты бы развязал его, — хмуро произнес гость.

Стилет нехотя кивнул своим бойцам и те освободили меня.

— Очень приятно, — сжав мою ладонь так, что невольно сморщился, произнес Антон Константинович. — А ты значит, драться умеешь, коль Викинга положил?

— Умею, — ответил я, глядя на гостя.

Мой прямой взгляд, без страха, смутил Антона Константиновича — не привык он, чтобы на него смотрели так.

— Ну что же, хорошо. Есть у меня для тебя предложение.

— Антон Константинович... — тут же всполошился Стилет.

— Цыц! — рявкнул тот. — Не с тобой говорю.

Это еще сильнее разозлило Стилета — заткнуть его при его же подчиненных было унизительно.

— Он пытался обворовать меня! — вытащил последний козырь Стилет.

Гость посмотрел на того так, что Стилет сразу же смолк.

— Какое предложение? — спросил я.

— Я бои устраиваю. Клуб держу бойцовский. У меня боец один слег с болезнью — надолго слег. А заменить некем. Пойдешь?

Я глянул на оружие, которое Стилет вновь достал из-за пояса.

— А какие условия?

— Ишь какой прыткий! — рассмеялся Антон Константинович.

— Не за бесплатно же биться, — я решил пойти ва-банк.

Наглость моя понравилась гостю.

— Магические камни, второго уровня — такая награда. После каждого победного боя — по одному камню. И по тысячи денег. Как тебе такой расклад?

Я вновь глянул на оружие в руках Стилета — он готов был пустить его в дело прямо сейчас и лишь гость не давал этого сделать.

Понимая, что особого выбора у меня нет, я ответил:

— Я согласен. Только с одним условием.

— С каким? — удивился Антон Константинович.

— Мой друг выйдет из этого подвала вместе со мной, — я кивнул на Холанда.

— Договорились, — кивнул гость.

— Антон Константинович... — возмутился Стилет.

— Не кроши, — бросил гость. В интонации послышался звон метала. — Отдаешь мне этого парнишку и его дружка — считай, что непонятки с боем Викинга решены.

Стилет, у которого как видимо тоже особого выбора не было, нехотя ответил:

— Хорошо, договорились.

***

Даже тысяча боев и драк не затупят того чувства, когда ты вдыхаешь свежего воздуха и понимаешь — живой. Еще живой.

— Знаешь кто я такой? — спросил меня Антон Константинович.

Я покачал головой.

Тот опять рассмеялся.

— Ты, парень, с луны видимо свалился?

— Можно и так сказать.

— Я в этом городе самый главный человек, кто устраивает бои. Не те, не подпольные, а официальные, которые смотрят люди самого высокого ранга. Самого высокого, — Антон Константинович сделал акцент на этом. — Каждый боец мечтает со мной встретиться. Я видел, как ты сегодня дрался с Викингом. И сразу увидел потенциал. Огромный потенциал. Сам учился?

Я неопределенно кивнул.

— Чувствуется техника, только не могу понять какая именно.

«Техника Северных Земель», — подумал я про себя, но вслух ничего не сказал.

— Из тебя можно вырастить отличного бойца.

— А камни — что я получу, если выиграю все бои? — спросил я то, что сейчас меня беспокоило больше всего.

Антон Константинович рассмеялся.

— Я же говорю — этот парень покорит этот мир! Еще даже драться у меня в лиге не начал, а уже спрашивает, что получит за чемпионский пояс!

Я терпеливо ждал ответа на вопрос.

— Кристалл получишь, парень. Главный приз этого сезона — Око Черного Дракона. Слыхал о таком?

Я не ответил.

— Магический камень первого уровня. Много денег стоит. А можно и для собственной магической прокачки использовать.

«Так-так-так, а вот это уже интереснее становится», — подумал я.

Холанд тоже оживился.

— Когда начинаются бои? — спросил я.

— А вот это хороший вопрос, — кивнул Антон Константинович.

— Мне нужно время, чтобы восстановиться. И подкачать технику тоже нужно.

— Понимаю, но особо времени нет. Первый бой состоится через две недели. Это время можешь использовать на полную катушку.

Две недели — не так много, но уже что-то хватит прокачать технику Утреннего Созерцания до пятого круга. Возможно, что-то еще — надо подумать что сейчас важнее всего.

— Хорошо, — ответил я. — Теперь мы можем быть свободны?

Антон Константинович хищно улыбнулся.

— Конечно можете. Только предупреждаю тебя, Аристарх. Меня кинуть не удастся. Я — человек серьезный. Со мной лучше не шутить.

— Это я понимаю, — как можно серьезней ответил я.

Такие люди любят при любом удобном случае напомнить о своей важности и сейчас лучше ему кивать.

— Вот и хорошо, что понимаешь. Я надеюсь на твою честность. Жду тебя завтра в клубе «Крик». Найдешь?

— Найду.

— Вот и хорошо. Завтра и посмотрим твою технику, возможности. Но судя по сегодняшнему бою — потенциал есть, и очень хороший. Нужно только направить его в верное русло.

«Нужно только время, чтобы освоить как можно больше техник», — мысленно поправил его я, но вслух ничего не сказал.

Я уже собрался было идти домой, как Антон Константинович схватил меня за руку. Я почувствовал огромную магическую мощь, которая текла в его теле. Невольно позавидовал.

— Помни — я не люблю когда меня разочаровывают. А тем более пытаются обмануть.

В глазах собеседника блеснули две маленькие красные искорки.

— Мое слово — крепко, — ответил я.

— Вот и хорошо.

Антон Константинович закивал головой так, что затрясся его второй подбородок.

— Это хорошо, что крепко. Тогда до завтра?

— До завтра.

Мы с Холандом поспешно двинули домой.

***

Охота продолжалась несколько дней. За это время Рейн зашел к Спорофиту еще два раза. Пришлось купить ему все, что он просил. И добавить сверх меры. Рано Рейн списал его со счетов, ох рано. За это в глубине души и корил себя. Хотелось как можно скорее получить заветные силы. И тогда уже Спорофит не понадобится. Рейн станет мощным магом — едва ли не самым сильным здесь, в это мире.

Но пока без Спорофита не справиться. Только он может обнаружить сгустки энергии и указать направление. Но это до времени. Скоро все поменяется.

Тело тряслось — ему осталось совсем не долго. А значит надо спешить.

— Где он? — спросил Рейн, глядя на мутный отросток на голове Тела.

В сером киселеобразном веществе что-то подрагивало, из молочной мути то и дело показывались темные сгустки.

Рейн терпеливо ждал.

— Я не чувствую... — наконец гортанно ответил Спорофит разбухшим языком Тела.

— Что?! — выкрикнул охотник.

И тут же взял себя в руки. Яростью делу не поможешь. Нужно быть сдержанным. Иначе этот кисель может и вовсе обидеться и замолчать. И тогда никакими угрозами или уговорами его не заставишь говорить.

Чеканя слова, Рейн холодно произнес:

— Найди мне его.

Спорофит вновь начал дрожать.

Рейн ждал. И мимолетом отмечал изменения в Теле. Серое, местами в черных пятнах. А запах... непередаваемая вонь, к которой не сразу привыкаешь. Табачный дым хоть как-то скрывает ее, но не до конца.

А еще гостя беспокоил живот создания, которое сейчас перед ним сидело. Живот Тела разбух. Слишком сильно. Того и гляди лопнет.

«Ну и черт с ним!», — внезапно зло подумал Рейн.

Делать прокол и выпускать скопившиеся газы не было никакого желания. Пусть лопнет.

Рейн чувствовал — сегодня будет последний раз, когда он прибег к помощи этого желеобразного гомункула, созданного им же.

— Каменная улица, самый ее конец, — наконец промычало Тело.

И затянулось сигаретой. По комнате распространилось зловоние.

— Отлично, — кивнул Рейн и быстро направился на выход.

— Мне нужно... черное... к-хш-ш-а-к-х... — Тело издало какой-то то ли свист, то ли шипение.

Рейн, быстро сообразив, что сейчас произойдет, выскочил за дверь и быстро запер ее за собой.

Шипение повторилось.

А потом комната огласилась долго — через чур долгой, — отрыжкой, громкой, трубной.

Рейн сморщился. Однажды ему не «посчастливилось» оказаться в одном помещении с Телом, когда оно избавлялось от газов таким способом. Не пожелаешь и врагу. Одежду тогда пришлось всю выкинуть — отмыть от запаха ее было просто невозможно.

«Ничто не вечно, — как мантру вновь начал повторять Рейн, выходя на нужную улицу. — И слабый когда-то станет сильным. Ничто не вечно».

Каменная улица. Охотник прикинул в уме. От того место, где впервые был обнаружен субъект, далековато.

Что там может быть? Какое-то его пристанище? Место силы? Место, где проводит магические ритуалы?

А проводит ли он их вообще?

Об объекте толком ничего не известно — кроме того, какой потенциал он в себе хранит. Интересно, смог ли он им воспользоваться? Это вряд ли. Если смог бы, то уже давно стало бы известно. А значит он пока еще не ведающий о своем богатстве простак.

«Которого надо как можно скорее выпить, и до суха!»

Рейн прошел вдоль улицы, свернул в проулок. Повстречал там двух бродяг, которых тут же и убил — и сам не знал зачем. Сил никаких. Денег тоже не взять. Просто из злости, которая копилась внутри и которой также как и газам Тела необходим был срочный выход.

«Просто хотел заглянуть им в глаза и посмотреть как те умирают. Размяться перед тем, как поймать свою главную добычу».

Путь до Каменной улицы был чист — район не людный, одно слово — бедняцкий. Все, кто должен вернуться с заводов и фабрик — уже спят. А остальные ушли в другие районы — там есть чем поживиться у более богатых соотечественников.

Спорофит сказал, цель находится в самом конце улицы.

Рейн глянул на часы. Надо успеть. Это самое главное.

Дома, расположенные по Каменной улице, становились все беднее и беднее. Когда-то это был вполне неплохой район — и дома остались весьма хорошие. Но только в какой-то момент здесь словно поселилось запустение. Во многих строениях уже не горел свет, да и самих окон не осталось. Заколочены.

Рейн прошел к самому концу улицы, и вдруг остановился у ограды из кустарника.

Перед ним, вынырнув из ночной темноты, предстал дом. Добротный, но давно не крашенный. С поскрипывающим на конце крыши флюгером в форме пятиконечной звезды.

Рейн улыбнулся. Он вдруг понял, куда пришел. Это было жилище того, за кем он охотился. Здесь жил тот, кого он собирался убить.

«Я уже близко, — хищно подумал Рейн. — Совсем близко».

И двинул к дому.

Глава 8

Я почувствовал его сразу. Чужак. Обладающий огромной мощью. Где-то поблизости.

Демон тоже это почувствовал и вопросительно глянул на меня.

После нашего возращения домой, сестра хлопотала на кухне, готовя что-то вкусное и мы не стали ее пугать раньше времени.

Я лишь шепнул коту:

— Сможешь выяснить кто это?

— А чего сразу я?! — попятился тот под стол.

— Ты небольшой, можешь бесшумно ходить. Да и зрение кошачье имеет преимущества.

— Нет, я не пойду! — покачал головой кот и нервно замахал хвостом.

— Блохастый! — злобно прошептал я.

— И не подумаю!

Магические флуктуации, волнами идущие снаружи дома, так же внезапно стихли. Я прислушался, пытаясь уловить их. Ничего. Внезапно появились, так же внезапно стихли.

— Что это было? — после некоторой паузы спросил я.

Кот не ответил.

Опять Стилет хочет в гости наведаться? Но его уровень магии не такой высокий. Просто незнакомец мимо прошел? С таким силами впору пролетать мимо. Нет, тут явно что-то другое.

Осторожно заглянув в кухню и убедившись, что сестра по прежнему занята приготовлением еды, я осторожно шмыгнул в коридор. Открыл дверь. Выглянул наружу.

Прохладный вечерний воздух приятно облизнул лицо. Темнота, тишина, едва слышно стрекочут сверчки. Присутствия посторонних не ощущается.

Вглядываясь до боли в глазах во мрак, я попутно пытался уловить хоть какой-то посторонний звук.

Но все напрасно.

Показалось?

Я уже ничему не удивлялся. Тело прошлого владельца могло дать сбой, с учетом того, сколько всего ему пришлось пережить за последний короткий промежуток жизни.

Я закрыл дверь, повернулся... и едва не вскрикнул. Мне в лицо летело что-то черное, похожее на кляксу.

Вцепившись когтями в шею, зашипело.

— Блохастый! — стиснув зубы от боли, выдавил я.

— Я просто испугался! — промырчал тот. — Хотел тебе на плечо запрыгнуть, а ты так не вовремя повернулся!

— Ты меня в могилу хочешь утащить! А если бы у меня сердце остановилось?

— Я бы тогда быстрее к себе возвратился, — ехидно сказал кот.

— Не мечтай — тебя бы тогда свои же сожгли бы!

Кот злобно фыркнул — я был прав.

— Ари, ты чего там? — раздался с кухни голос сестры.

— Свежим воздухом решил подышать, — ответил я. — Перед сном.

— Давай только не долго.

— Куда тебя потянуло опять? — прошипел в самое ухо кот. — Убедился же, что никого нет. Зачем куда-то идти? Давай дома останемся?

Я отцепил его демона себя, спустил на землю. Проверить дом и окрестности все-таки было необходимо. Опыт прошлой жизни подсказывал — если рядом есть мощные сгустки силы, то хорошего от них ждать не приходится.

Звезд видно не было — небо затянули тучи и на горизонте поблескивали первые молнии предстоящей ночной грозы.

Сквозь рваные тучи, медленно плывущие, иногда проглядывала желтая луна. В этом мире она была одна.

А вот в моем родном их целых три — Малая Сестра, Средняя и Старшая. В хорошую погоду они светили мягким фиолетовым светом, красиво, умиротворяюще. Эх...

Я вдруг почувствовал какое-то странное щемящее чувство. Хотелось домой. Хотя, если подумать, что меня там держало? Ничего. Там я — одиночка. А тут есть семья, хоть и небольшая, но все же.

Осторожно пройдя к саду, я начал присматриваться. Тени, отбрасываемые от деревьев, напоминали монстров. Тех, самых, что встретили меня по пути в Бездну. Такие же угловатые, жуткие. Помнится, тогда я чуть не остался без головы и только вовремя созданное заклятие Черного Клинка спасло мне жить. Эх, если бы в этом мире я мог творить ту магию, которую умел делать в своем...

Ничего, не все сразу. И здесь смогу стать тем, кем был когда-то. Нужно только время. А оно, как говаривал Учитель, в череде сменяемых жизней и миров, не имеет большого значения.

Вдалеке хрустнула ветка и я замер.

От пристального взгляда не ускользнула не одна деталь. Чужак и вправду забрался сюда. И сейчас прячется вон за теми кустами.

Осторожно и бесшумно ступая, я двинул вперед. Магического фона от затаившейся тени не ощущалось. Да и сама тень не двигалась. Незваный гость что-то заподозрил? Накинул на себя морок невидимости?

В два прыжка преодолев разделяющее нас пространство, я прыгнул на тень.

И схватил лишь старую тряпку, накинутую на куст.

Обманка! Простая обманка, без всяких хитрых магических трюков!

Я понял это слишком запоздало.

Другая тень, серая, рванула ко мне со спины и одним толчком отправила на землю.

Надо отдать должное незнакомцу — удар у него получился на славу. Но не такой, каким обладал Топор.

Я тут же подскочил на ноги.

Но вновь упал. Перед глазами заплясали искры. Второй удар пришелся прямиком в челюсть и я едва не потерял сознание. Демоны, да что же происходит?! Меня в этом мире бьют все, кому не лень!

Противник драться умел. Но уделать меня не было его главной задачей.

Это я понял, когда он подошел ко мне и схватил за грудки.

Одним рывком поднял над землей.

Невероятная сила! Я захрипел, задрыгал ногами, тщетно пытаясь вырваться из захвата.

Серое будто бы обескровленное лицо, лысая голова, безумный взгляд. Это первое, что бросилось в глаза.

— Отдай! — прохрипел незнакомец.

Его длинный тонкий рот походил на разрез от ножа.

Что именно нужно было отдать ему я не понял. Но на всякий случай вернул те два удара, которыми он наградил меня.

Первый прямой прошел мимо — противник оказался на удивление вертким.

А вот второй попал в скулу.

Это позволило мне вывернуться из захвата.

Тяжело хватая воздух ртом, я поднялся.

Убежать не успел.

Противник опять схватил меня. И как следует приложил об землю.

Я успел закрыл лицо. А вот животу и груди досталось.

— Отдай! — вновь надсадным стоном прозвучало над головой.

И меня вновь подняли.

Сдавленное захватом горло вкупе с отбитой грудиной перекрыли доступ к кислороду. Я захрипел.

Незнакомец отрыл рот и я вдруг почувствовал, как незримая ледяная волна ползет прямо к моему лицу. Словно змея она обвила меня и начала проникать внутрь.

Я попытался сопротивляться ей, но не смог. Какая-то магическая, слишком мощная конструкция. И создана не искусственно, а врожденная.

Стоящий передо мной был магом. Очень сильным магом. Наверное, одним из самых сильных, если сравнивать с моим миром, где волшебников и колдунов мне довелось повидать в преизрядном количестве.

И сейчас он пытался поглотить мою душу!

Едва поняв это, я забыл обо всем — о боли, нехватке воздуха, разнице в силах.

Я начал сопротивляться. Нужно вырваться из захвата, увернуться от ледяной магической змеи, которая цепко вцепилась в меня.

Бесполезно. Слишком силен.

Холодок проник еще глубже и я почувствовал, как все тело ниже груди сдавило страшной судорогой.

Сознание начало темнеть.

— Отдай! — зловеще прошептал незнакомец, глядя прямо на меня своими диким, абсолютно звериными глазами.

Нет! Я должен бороться! Я должен...

На мгновение я потерял сознание — организм не справился с нагрузкой. Я обмяк и напряжение, идущее от руки противника, уменьшилось.

В тот миг, пребывая в сером тумане, я не чувствовал ни страха, ни боли. Было лишь сожаление, что все так скоро и глупо закончилось. Какой-то местный маг — ладно, надо признать, что весьма сильный маг, — выпьет из меня все силы и я превращусь в ссохшуюся мумию.

Получилось сделать небольшой глоток воздуха и сознание вновь вернулось ко мне.

Я ощутил страшную слабость — маг времени зря не терял. Демоны, даже руку тяжело поднять!

Магическая пуповина, протянувшаяся ото рта врага ко мне, стала янтарного света и слепила глаза. Я видел, как внутри нее текут небольшие ручейки — моя внутренняя энергия. Прямиком к незнакомцу.

— Аристо! Куда ты запропастился? — раздался знакомый голос со стороны дома.

Противник, которого застали врасплох, дернулся, обернулся.

Катя, нет! Беги! — хотел крикнуть я, понимая, что ничем хорошим встреча сестры с магом не сулит.

Но она не видела того, что происходило до этого. Обеспокоившись, что я пропал, она вспоминал мои слова — я собирался на улицу. И сама вышла искать меня.

Дуреха!

— Беги... — просипел я, но сестра едва ли меня услышала.

— Аристо? — она увидела сияющую янтарным пуповину, которая высасывала из меня силу, и двину в ее сторону.

Нет! Демон, ты то где?! Останови же ее!

— Аристо? Что происходит?

Сестра была уже совсем рядом.

Но противник, вдруг переменился в лице. Ликование сползло, вместо него — настороженность. И потом — удивление.

— Аристо, что ты тут... — Катя наконец увидела меня и незнакомца.

Я продолжал висеть в воздухе, поднятый одной рукой противника. И эта поза явно говорила о том, что беседа у нас не теплая.

— Что происходит?

Незнакомец, увидев сестру, вдруг зашипел, оскалился.

И выронил меня.

Я грузно упал на землю, закашлялся. Пуповина, разделяющая нас, оборвалась.

— Уходи прочь! — взвизгнула вдруг сестра, начав махать руками, слово отгоняя дикую собаку.

Незнакомец зарычал, но подойти к сестре не посмел. Так они и стола друг на против друга, пронзая противника взглядом.

Что происходит? Почему Катя не бежит? Зачем пытается вступить в схватку с тем, кто явно ее сильнее? Дуреха!

Я глянул на сестру. Она вся покраснела от гнева, сжала кулаки... а еще от нее начало отходить едва заметное голубоватое свечение. Магическое. Именно его и испугался враг.

— Уходи прочь! — повторила сестра, делая шаг вперед.

Отчаянная!

Но противник просто так ретироваться не желал — бросать столь лакомый кусок в виде меня ему явно не хотелось. Он начал едва заметно водить руками, выписывая в воздухе непонятные фигуры. Магия была черной, холодной и явно боевой. Противник готовил удар.

— Катя! Магический конструкт! — сквозь адскую боль в горле произнес я.

Незнакомец зарычал. Движения рук стали быстрее. С кончиков пальцев начали слетать красные искорки.

Попытка подняться не увенчалась у меня успехом. Я был слишком слаб.

— Уходи! — Катя продолжала светиться. Ее аура в этот момент едва не кипела.

Сестра выжигала всю свою энергию дотла, только чтобы создать защитную магию. Остановись! Умрешь!

— Отдай его мне! — произнес незнакомец, кивнув на меня. — Иначе умрете оба!

— Нет. — Твердо ответила сестра.

И вскинула руки вверх.

Из ее пальцев вырвалось нестерпимо-яркое сияние и ударило прямо в противника.

Незнакомец взвизгнул, отпрянул прочь. На его теле осталась страшная обожженная рана. Обычный человек от такого наверняка бы сразу же и умер. Но этот, хоть и покачивался, однако продолжал стоять на ногах.

— Повторить? — злобно прошипела Катя, вновь поднимая руки. Сияние над головой усилилось, говоря о том, что сестра не шутит.

Я понимал, что повторить она уже такой трюк не сможет — не хватит сил. Это самоубийство.

Но та уверенность, что слышалась в голосе сестры, заставила противника отступить.

— Я еще вернусь! — тяжело произнес незнакомец — удар был для него ощутимым.

И выписав в воздухе восьмерку, испарился в ночной тьме.

Сестра тут же подскочила ко мне, хотя сама едва держалась на ногах. Я впервые видел такую самоотверженность и с удивлением смотрел на девушку, не веря в то, что произошло. Самоубийственная самоотверженность.

— Спасибо, что помогла, — устало произнес я, поворачиваясь к Кате. — Ты сама как? В порядке?

Та не ответила. Вид у нее был жалкий — лицо белое, словно присыпанное мукой, глаза рассеяно смотрят вдаль, ноги дрожат.

— Катя?

Сестра вновь не ответила. Вместо этого тихо вздохнула и без чувств упала на землю.

***

Едва я смог встать, как тут же подскочил к сестре.

— Катя? — я осторожно перевернул ее на спину.

Она была бледна. Сотворенная ей магия — неумелая, без отвода отката и побочного удара, — причинила ей огромный ущерб.

Не смертельный — попытался убедить себя я. Но получилось плохо. Слишком много сил сожжено. Слишком много...

Я попытался поднять сестру, чтобы затащить в дом, но не смог — и сам был чертовски слаб.

— Блохастый! Демон! — захрипел я, волоча по земле Катю.

Из дома выскочил кот.

— Помоги!

Холанд молчал, боясь выдать себя. Но увидев, что Катя без сознания, обратился человеком и помог затащить сестру внутрь.

— Иосафат Вседержитель! Что тут произошло? — спросил он, укладывая Катю на диван.

— На меня напали, — едва ворочая языком произнес я.

— Кто?

— Не знаю его.

— Кто-то из других демонов нашего мира?

— Говорю же — не знаю! Мощный маг. Едва все силы не выпил. Кажется, местный.

— Дай взглянуть.

Демон положил мне руку мне на лоб, закрыл глаза.

Присвистнул.

— И вправду мощный. Он едва не убил тебя!

— Катя смогла создать магическое заклятье, отпугнувшее неприятеля.

— Катя?! — удивился демон, поглядывая на сестру. — Создать заклятие?!

— Сам ничего не понимаю, — пожал я плечами. Потом злобно зыркнул на демона. — А ты где все это время был?! Почему не помог?

Я готов был врезать демону как следует... если бы были силы. Но их не было.

— Я просто на кухне был, — виновато ответил тот, потупив взор.

— Понятно, — тяжело вздохнул я.

Подойдя к раковине на кухне, я открыл воду и поплескал себе на лицо.

Было тяжело. От усталости тянуло в сон — словно весь день разгружал обоз с углем. Этот чертов маг едва не уделал меня и я злился. Не привык проигрывать.

— Она же не маг! Как она могла что-то вообще магическое создать? — демон подошел к сестре, положил ладонь и ей на лоб. — Хотя... есть определённые зачатки. Но даже с ними она бы навряд ли что-то смогла создать!

— Но создала.

— Большой ценой ей это далось, — хмуро заметил демон.

Я вопросительно глянул на Холанда.

— Она запустила процесс внутреннего самопоглощения. Осталось ей, максимум, дня два. Потом она умрет.

***

— Это не смешная шутка, — отчеканил я, стряхивая с лица капли воды.

— А я и не шучу. Взгляни сам.

Я хотел подойти к дивану, на котором лежала Катя, но не смог — растянулся на полу. Ноги совсем перестали слушаться. Это похлеще той самом ломки отходняков, которая была у прежнего Аристарха.

Демон помог подняться.

— Тебе бы самому отдохнуть.

Я отмахнулся от Холанда. Подошел к Кате, положил руку на лоб.

Пытаться рассмотреть магическую суть и внутреннюю ауру для меня даже в прошлом теле было не простой задаче — слишком путанная техника. В этом же теле и подавно. Но даже сейчас я смог понять — Холанд не врет. Вся аура, едва видимая, была покрыта черным напылением — верный признак скорой смерти.

— Драконьи жабры! — выругался я.

— Маг вернется, — произнес Холанд, осматривая через окно место нашей борьбы. — Надо уходить.

— Что? Уходить?!

— Да, — кивнул демон. — И как можно скорее.

Как бы это не было горько признавать, но демон прав. Маг вернется за мной. Он знает адрес. Его цель — я. И Катя уже навряд ли сможет его остановить. А я... я слишком слаб, чтобы противостоять такому противнику. Внутренние резервы слишком медленно извлекаются наружу. Эх, если бы можно было ускорить этот процесс!

От злости я сжал кулаки.

— Кате сможешь помочь? — глянул я на Холанда.

Тот неопределенно пожал плечами.

— Слишком сильное воздействие. Тут надо лекаря.

— Демон, думай! — зарычал я.

— Да я по несколько иным делам вообще-то мастер! А лечить — это вообще демонам чуждо!

Я глянул на Холанда так, что тот сразу же поник, пробормотал:

— Можно, конечно, попытаться замедлить процесс внутреннего самопоглощения. Но только попытаться! Я не спец в этих делах. Да и особого эффекта это не принесет — только отсрочит неизбежное.

— Про неизбежное не заикайся — это мы еще посмотрим. А Отстрочить — давай, делай. Что для этого понадобиться?

-Магический камень.

— Держи, — я протянул демону янтарный камешек, который ему удалось стащить у Стилета.

— Но ведь он же нужен нам для...

— Делай, — с нажимом произнес я.

— Уверен? — нахмурился Холанд, поглядывая на артефакт. — Его можно было использовать в других полезных делах.

— Делай! — не вытерпел я.

— Хорошо-хорошо, — закивал головой демон.

И принялся строить магические конструкты.

Получалось у него так себе. Магические законы местного мира немного отличались от нашего и потому некоторые конструкты приходилось переделывать по несколько раз, чтобы убедиться, что результат будет именно таким, который планировался.

— Иосафат Вседержитель! — уже в который раз выругался демон, выписывая в воздухе звезду.

— Дай помогу, — я подсел к Холанду.

— Ты слаб, — ответил тот.

— Ерунда, — отмахнулся я, хотя демон был прав — я едва стоял на ногах.

Но помочь сестре должен был.

Демон повертел в руках артефактом, взмахнул им. В воздухе остался четкий фиолетовый след.

— Слабенький камушек, — нахмурился демон.

— Что есть, — ответил я. — Сам же его стащил!

— А там другого и не было! — злобно ответил демон.

— Врешь!

— Ладно, вру, — с легкостью согласился демон. — Но что успел. Там у него в сейфе слишком мудрёный замок. Долго возился. А внутри еще оказался второй ларчик, с таким же замком. И рядом этот камешек. В общем, что успел стащить.

— Не отвлекайся, — хмуро ответил я. — Делай заклятие.

Холанд вновь принялся сотворять магический конструкт. Надо отдать должно демону, он довольно скоро подстроился под условия этого мира и начал делать магические печати и символы с учетом местных законов.

Я жадно наблюдал за работой инфернального существа. Все-таки когда еще удастся увидеть как работает демон? Знай, как говорится, врага в лицо. Холанд лишь единожды попросил меня помочь — зафиксировать потоки силы. Всю основную работу же сделал сам.

Наконец магический конструкт, призванный спасти Катю, был выполнен. Демон осторожно, одним легким движением пальца, поднял его в воздух. Конструкт завис над лежащей сестрой, начал светиться холодным синим светом.

Я хотел спросить что это значит, но не стал — отвлекать сейчас демона от самого важного лучше не стоит.

Сплетенное заклятие медленно опустилось на Катю. Растворяясь, начала окутывать сестру полупрозрачной дымкой словно саванном. Потом и вовсе растаяло.

Но сестра по прежнему лежала без движения. Прошла минута, другая.

— Ну что? — устало спросил я, хотя и сам знал ответ. — Получилось? Что ты молчишь?

— Не знаю, — тихо ответил демон, и начал водить руками над головой Кати, пытаясь понять какой эффект оказало заклятие.

Выражение лица демона стало хмурым.

— Пока нет результата, — наконец сказал он. — Воздействие оказалось слишком сильным и мои предварительные оценки были слишком оптимистичными по сравнению с тем, что я увидел. Шансов мало. Их почти нет. Но будем надеяться...

Катя все так же лежала на диване, белая, хрупкая, и не шевелилась.

***

«Ведьма!» — Рейн взялся за рану, сморщился.

Тело прошила боль. Острая, обжигающая.

К боли он привык, но эта была не обычная. Магическая. И действовала она иначе, нежели физическая. Физическую можно притупить лекарствами. А эту...

Придется затратить силы.

То, что Рейн смог изъят у того парня, на которого охотился, не хватит. Жаль, не получилось забрать все. Только малую часть.

А всему виной та ведьма. Она применила какой-то древний и мощный конструкт, который он никогда не встречал. Но ощущал на себе — очень сильный конструкт. И если не применить как можно скорее лечение, то ничего хорошего не жди.

Сбежать удалось в свое жилище. Рейн сморщился. Сбежать... нет, он не сбежал! Отступил, на время. Только отступил. Вот и все. Так делают все великие стратеги и воины. И только дураки идут до конца, голой грудью двигаясь на пики и мечи.

Но самолюбие, надо признаться, было задето. Когда желанная цель была так близка... в его руках. И он начал пить. Какая же мощь в этом мальчишке! И самое смешное, что он и сам еще не может ее открыть ее для себя — не хватает ресурсов и умения, иначе парень смог бы противостоять этой атаке.

А вот ведьма... Ей просто повезло. Она застала его врасплох. Вот и все. Именно из-за этого так все получилось, да. Рейн не ожидал такого мощного отпора от такой девицы. Расслабился. И вот как все вышло.

Рейн осмотрел рану. Ровный круг, обожженный с краев. Плоть почернела. Но это ерунда. Гораздо страшнее то, что проникло в глубь его ауры. Не умело собранный конструкт и ударил также — врезавшись сразу по всем направлениям. Профессиональные маги так не действуют. Они стараются выбрать одну точку, по ней и бить, так более эффективно. По крайней мере, считалось до этого момента.

А эта девчонка метнула какой-то неотесанный булыжник, который повредил сразу несколько слоев.

Но ничего. Рейн ждал долго. Подождет и на этот раз. Лечебные связки действуют неспеша. Но действую. И как только рана затянется, Рейн вновь выйдет на охоту. На этот раз его первой жертвой будет эта девчонка. Он уберет ее со своего пути. На пути к истинной цели ничто не должно быть помехой.

К тому для этой девчонки у него имеется один сюрприз.

Рейн поднялся, подошел к шкафу. Достал оттуда небольшой ларец, резной, черный. Древняя вещь, магическая. Но то, что было внутри, было гораздо древнее. И дороже.

Рейн открыл крышку и заглянул внутрь.

Да, для этой девчонки, что дерзнула поднять руку на него, на Рейна Анхельда, есть замечательный сюрприз.

Рейн хищно улыбнулся и осторожно извлек черный камень из шкатулки.

Глава 9

— Почему она не просыпается?! — терпение у меня подходило к концу.

Я и сам не понимал, почему так нервничаю — Катя мне была, по сути, совсем чужим человеком. Но нервозность и волнение охватывали не только тело, но и душу. Я не мог позволить чтобы с девушкой что-то случилось, она спасла меня. За это я у нее в долгу. Я должен вытащить ее из плена Серых Пределов. Не дать ей перейти на другую сторону Огненной Реки Безвременья.

— Я не знаю! — честно признался демон и пожал плечами. — Я сделал все, что мог!

— Сделай больше! — рявкнул я.

Холанд нахмурился.

— Смирись с тем, что не все нам под силу.

— Нет! — я покачал головой. — Ты — демон. А значит может многое. Если бы я мог творить магию, то помог бы ей. Но в этом теле не могу — пока не могу! — что-то предпринять. Так что давай ты. На тебя вся надежда.

— Но что делать то?! — пожал плечами демон.

— Повтори все еще раз. Всю процедуру излечения.

— Но камень...

— Без камня!

— Не получится без камня! У меня сил хватает едва поддерживать эту форму и облик! — демон показал на свое человеческое обличие. — А ты говоришь лечить!

Повисла пауза.

— А Катя не так проста, как кажется на первый взгляд, — демон лукаво улыбнулся, глянув на сестру.

— Это верно, — кивнул я. — Такой магический конструкт создать!

— Я не об этом.

— А о чем?

Холанд растянул рот в загадочной улыбке, но увидев мое суровое выражение лица, быстро сообщил:

— Девушка-то ведь вампир.

— Как это? — я вопросительно глянул на Холанда.

Он вновь положил руку ей на лоб, глубоко вдохнул. Выдохнул. Кивнул.

— Да, так и есть. Красная линия в ее ауре хоть и очень слабая, едва заметная, но присутствует. Верный признак. Катя — вампир.

— Ты какую-то чушь говоришь, демон! Видно же, что обычный человек. Я вампиров знаешь сколько на своем веку перевидал? В Змеином Логове даже был — самом эпицентре их обиталища. Жуткое место. И тварей этих запомню навсегда. Их красные глаза и уродливые собачьи морды мне еще долго сниться будут.

— В этом мире вампиры несколько иные обликом, — с нравоучительным тоном ответил Холанд. — Вполне себе человеческий у них вид. Только клыки имеются. И те совсем крохотные.

— Ха! Ты сейчас собственное утверждение и опроверг. Где у Кати клыки? Их нет.

— Девушка — скрытый вампир.

— Это как? Разве такое можно скрыть?

— Оказывается можно. Линия очень слабая, почти стертая. Девушка старательно борола в себе все вампирское естество. Причем очень давно. И ей это практически удалось. Думаю, отсюда и эта способность к магии — простому человеку так быстро не удалось бы создать такой конструкт.

— Борола? Разве такое возможно? Я думал жажда крови у них сильнее всего на свете.

— Я тоже так думал, — кивнул растерянно демон. — Но тут... Явное внутреннее вмешательство человеческого естества. Воля Кати, как оказалась, очень сильна.

«Еще бы, — с грустью подумал я. — Невольно станешь тут сильной, когда родители погибли, а надо сводить концы с концами, да к тому же на плечах наркоман-братец».

— Это достойно восхищения, — произнес Холанд и улыбнулся. — Она поглотила собственного демона!

Я задумался.

— Подожди. Это что же получается? Если Катя вампир, то я тоже что ли вампир?

— Нет, — покачал головой Холанд. — В твоей ауре я не вижу такого. Ты вполне обычный человек.

— А такое возможно? Я имею ввиду — мы же брат с сестрой. Кровные.

— Авгард, это иной мир, не забывай этого, — вздохнул Холанд. — Тут иные законы. Они меня порой тоже удивляют, но ошибаться я не могу — твое тело вампирского отпечатка не несет.

— Это как-то может сказаться в дальнейшем? — осторожно спросил я. — Я имею ввиду это состояние Катино?

Вампиров я знал. Слишком хорошо знал. И злосчастное Змеиное Логово было тому подтверждением. Я помнил на что они способны. Никакие законы и угрозы не остановят их перед главной их целью — кровью.

Холодок пробежал по спине. Невольные воспоминания Логова, в которое я забрел на пути к поиску Слезы Дафны, заставили покрыться «мурашками». Бесчисленные сырые подземелья, удушливый запах крови, хищные глаза, горящие в темноте... Бр-р!

— Не знаю, — честно признался Холанд.

— Что... — с губ девушки сорвался едва заметный звук.

Катя задышала чуть быстрее.

— Блохастый — облик! — шикнул я и демон тут же с радостью обратился в кота.

— Аристарх, что...

— Лежи, тебя пока нельзя вставать, — я уложил сестру вновь на диван, укрыл пледом.

Катя открыла глаза. Состояние ее было слабым, но она жива — а это главное.

— Что случилось... — простонала сестра, но судя по вспыхнувшему в глазам огоньку страха, воспоминания вернулись к ней довольно быстро. — Кто это был?

— Я не знаю.

Сестра пристально посмотрела на меня — не вру ли?

— Клянусь — не знаю! — я обшарил всю память прошлого владельца и ничего про этого загадочного типа не нашел. — Катя, как ты смогла создать такое? Я имею ввиду магию?

Сестра устало улыбнулась.

— Ты что, забыл? Отец же учил меня. Совсем давно, еще в детстве.

Теплая волна плавно накатила на меня и образы и картинки начали появляться воспоминаниями перед глазами.

Летний субботний день. Дом. Отец на лужайке, возле дома, мать суетиться на кухне. Тепло. Солнечно. Ощущение праздника. Какое странное чувство. Я не испытывал такое раньше... радость? Да, наверное, радость. Но не от побед, когда за твоей спиной остается окровавленный фарш десятитысячного войска врага. Здесь она иная. Теплая, что ли. Без злости и триумфа.

Аристарх сидит на веранде, смотрит на то, как отец учит Катю. У дуба накрыт не хитрый стол — лимонад, бутерброды, булочки, конфеты.

— В нашем роде когда-то были могущественные маги, — говорит отец, выписывая рукой в воздухе какие-то фигуры.

Собраться вместе получалось редко и каждый такой сбор был для него праздником. В такие дни он часто любил рассказывать про семью и прошлое.

— И почти все — огненного толка. Огонь нам поддавался легко.

Еще один взмах — и в воздухе появляется едва заметный желтоватый свет.

— А сейчас? — спрашивает сестра.

— А сейчас все меньше дается нам таланта свыше, чтобы творить магию, — отвечает отец, в голосе его едва заметно слышится грусть. — С каждым новым поколением способность становилась все меньше. Время забирает свое. Время и спокойствие. В былые времена, неспокойные, смутные, страшные, отсутствие магического дара — это верная погибель. Поэтому и был он почти у каждого сильного рода. И развивали все его денно и нощно. Сплошные тренировки. А если не тренировки — то сражения. Вот какое время было. А сейчас спокойно. Все удобства под рукой — телевизор, машина, еда, холодильник. Вот и вымывается из нас все это, что впитывалось долгие годы в кровь, тело, кости и душу.

Отец тяжело вздыхает. Но тут же уточняет:

— Но не до конца все потеряно.

— Потеряно, — хмуро бубнит Аристарх, свешивая ноги с гамака.

— Братец, помолчи! — отвечает Катя.

— Потеряно-потеряно! — назло ей восклицает брат. — Я уже не могу творить никакую магию! И ты тоже! Даже если будешь долго учиться — все равно не получится.

— Пап! Скажи ему!

— Не все так сразу, — спокойно отвечает отец, строго поглядывая на Аристарха. — Способности есть и у вас — их только надо развивать. Конечно, они запрятаны чуть глубже, но они есть. Усилий придется применить больше, чтобы вытащить их. Гораздо больше. Но это возможно.

Аристарх презрительно хмыкает.

Отец хмуриться, но ничего не отвечает.

— А ты мне поможешь? — спрашивает Катя у родителя.

— Ну конечно! Вот смотри!

Отец завершает вписывать в воздухе фигуру. Желтоватый след светиться ярче.

— Просто почувствуй волну.

— Волну? — переспрашивает Катя.

— Верно. Она повсюду. Магический фон, поток, волна — называй как хочешь. Словно прикосновение теплого осеннего ветерка — едва-едва.

Катя закрывает глаза, пытается почувствовать.

— Вот, хорошо, — мягко произносит отец, внимательно глядя на дочь. — А теперь загляни внутрь себя. Почувствуй теплоту внутри. В груди. Это твой лимб. Он поможет тебе, подскажет, направит на верный путь.

— Я... ничего не чувствую, — сокрушенно отвечает сестра.

— Все получится, — отец кладет ей на плечи руки. — Закрой глаза. Попробуй еще раз.

Катя закрывает.

— Почувствуй волну. Мягкую волну.

Катя вдруг вздрагивает.

— Я... что-то чувствую! Какое-то тепло.

— Теперь возле сердца — теплоту. Ощути и ее.

Катя молчит. Ее руки тоже начинают повторять движения отца. Движения ее тела становятся плавными, размеренными. Это замечает даже Аристарх, хочет сказать что-то язвительное, но отец смотрит на него так, что все желание тут же пропадает.

— А потом? Что потом? — тихо спрашивает Катя.

Голос ее звучит монотонно.

— Выплесни ее! Словно пучок.

Катя вскидывает руки и внезапно из ее пальцев вырывается яркое пламя — и бьет прямо в дерево, опаляя толстую кору. Аристарх лишь успевает услышать шипение пролетающего снаряда — ш-ша-х-х! Это впечатляет.

— Получилось! — радостно кричит Катя хлопая в ладоши. На ее бледном лице проступает румянец. — Получилось! Прямо из пальцев! Ты видел? Ты видел?

— Конечно видел — как такое великолепие не увидеть? — улыбается в ответ отец. — Ари, а теперь ты. Попробуй.

— Не хочу, — хмуро отвечает он и идет в дом.

— Да ты только попробуй! — вслед кричит ему сестра. — Не будь такой задницей!

— Какой в этом смысл? Все равно не получится. Никудышный из меня маг.

Две пары глаз с укором смотрят вслед уходящему.

Я вынырнул из воспоминаний.

— Помню, — одними губами ответил я, глядя на Катю.

— Как думаешь, кто это такой был и что ему надо было? — спросила сестра тихим голосочком.

— Я... не знаю. Знаю только, что он очень мощный маг. И он еще вернется.

Это заставило Катю испугаться.

— Что же делать? — спросила она.

— Нам надо уходить — ответил я.

***

Дальнейший план действий помогла разработать Катя. Она предложила снять небольшую комнатку на окраине района.

— Не самое лучшее место, но пересидеть вполне получится, — сказала она. — Я там однажды снимала на пару дней квартирку, когда ты в нашем доме устраивал гулянку со своими дружками.

Я стыдливо опустил глаза в пол, хотя понятия не имел о чем она говорит, а ковыряться в памяти не было никакого желания.

— Вполне неплохой вариант чтобы спрятаться, — продолжила сестра.

— А деньги? — спросил я, выворачивая карманы.

У меня было лишь несколько монет и пару бумажных купюр. Едва ли этого хватило, чтоб снять жилище. А сколько потребуется скрываться? Я не знал. Уж точно не вечно. Дальше надо думать, как решить сложившуюся ситуацию.

Катя с трудом встала, подошла к полочке на кухне. Достала одну из железных банок и извлекла оттуда деньги — несколько купюр, свернутых тугой трубочкой.

— Копила на обучение, — произнесла она на мой вопросительный взгляд.

— Но...

— Другого выбора нет, — перебила она меня. — Заработаю еще.

И протянула мне деньги.

Мне стало паршиво.

— Я отдам, — хмуро произнес я, забирая купюры.

— Как? — искренне удивилась сестра. — У тебя же нет работы.

— Уже есть, — ответил я, вспоминая разговор с Антоном Константиновичем. — И начинаю с завтрашнего дня. Точнее вечера.

***

— Пришел, — произнес Антон Константинович, увидев меня в дверях. — Это хорошо. Молодец.

И махнул мне рукой:

— Проходи, чего встал в дверях?

Я вошел внутрь. Меня встретил темный зал, большой, просторный. Гулкое эхо выкриков металось под потолком. Как же мне все это знакомо! Я невольно ощутил ностальгию по былым временам.

«Не сравниться с нашим школьным сараем», — улыбнулся я, оглядывая просторное помещение.

Хотя ни за что не променял бы тот душный зал, где я провел столько лет. Там я научился драться. Там освоил множество техник. Там приобрел друзей, который потом и потерял — в бесчисленных битвах и сражения.

Возле груш отрабатывали удары крепкие парни. По залу то и дело разносились отрывистые вскрики, звон металлических снарядов и упругие удары. На меня никто не обратил внимания. А вот на моего спутника Антона Константиновича косились, с трепетом и откровенным страхом.

Воздух был пропитан потом и кровью. Знакомый запах.

— Когда можно выйти на ринг? — спросил я, осматриваясь.

— На ринг?! — удивленно переспросил Антон Константинович и рассмеялся. — Для начала, парень, давай посмотрим на что ты вообще способен. Подпольные бои у Стилета — это, конечно, хорошо. Но тут другой уровень. Тут все официально. К тому же в некоторых боях разрешено использовать магию. Умеешь что-то делать?

Антони Константинович карикатурно показал руками несколько пасов — словно пытался создать магический конструкт.

— Пока нет, — ответил я. — Но я научусь. Быстро учусь.

— Твои стремления меня приятно удивляют. Это хорошо, что ты хочешь чего-то добиться. Сразу видно целеустремлено парня. Ладно, давай посмотрим на тебя в действии. Глеф! Подойди сюда.

Из дальнего угла — оттуда, где стояли турники, — к нам подошел поджарый паренек, мокрый от интенсивных тренировок.

Колкий взгляд уставился на меня.

— Вот, Глеф, — кивнул на меня Антон Константинович. — Нового бойца нашел нам в клуб.

— Вместо Като? — спросил тот.

— Вместо, — ответил Антон Константинович и в интонации голоса ослышалась холодная твердость.

— Не рано вы списали Като?

— Глеф, перестань со мной спорить.

— Я не спорю. Просто интересуюсь. Като восстановится. Вернется. И что увидит? Что его кинули?

— Не восстановится! — с нажимом произнес Антон Константинович. — А если и так, то сколько это будет продолжаться? Месяц? Два? Полгода? Год? Ты сам прекрасно знаешь, что врач называл самые оптимистичнее сроки не раньше второго года. У меня нет времени столько ждать.

Глеф стиснул губы — чтобы не сдержаться и не продолжить спор со старшим.

Такое поведение мне был в дикость. Спорить с учителем? За такое в нашей школе последовала бы незамедлительная порка и неделя работы по уборке туалетов и мытью полов в тренировочных залах.

— Поэтому сейчас будем делать ставку на других людей, — Антон Константинович кивнул на меня.

Глеф презрительно фыркнул.

Я едва сдержался, чтобы не вмазать ему.

— Опять стилетовские ушлепки? — Глеф вновь колко зыркнул на меня. — Пушечное мясо. Антон Константинович, зачем нам они? Только чтобы подать больше заявок? Так глупо это. Его же, — он кивнул на меня, — в первом же бою положат.

— Глеф! — рявкнул Антон Константинович. — Я сказал — не спорь со мной!

— Бойцы Стилета ничего не стоят. Слабаки.

— А вот сейчас и узнаем, — ответил Антон Константинович. — Проведи спарринг.

Глеф коротко кивнул. И сразу же двинул на меня.

Резкий выпад.

Я едва успел увернуться. Не ожидая такой стремительной атаки, я начал отступать.

А противник атаковать.

Еще выпад.

Этот парень умел двигаться. И никакой Викинг, с которым я дрался до этого, ему в подметки не годился.

Мягкие, но в то же время мощные движения — словно передо мной сейчас стоял не человек, а тигр.

Я вновь ушел в сторону от удара. Потом юркнул под руку парня и попытался провести контрудар.

Противник оказался на стреме.

Он отразил мой выпад и контратаковал.

Я оказался на земле.

— Я же говорил, что из подвала Стилета, где они все бьются, ничего хорошего не может выйти. Дикари! — произнес Глеф.

И подскочив ко мне, вновь атаковал. Я в этот момент уже стоял на ногах.

Какая скорость! Какая мощь!

Я ненароком позавидовал мастерству Глефа и лишь успевал отбивать удары, не позволяя ему выбить из меня дух.

Вокруг нас начали толпиться другие парни, тренирующихся в зале. С любопытством глядя на бой, они иногда коротко комментировали мои движения, чем сильно раздражали.

Стараясь отстраниться от всего этого, я выгадал момент, извернулся и атаковал в третий раз.

На этот раз прием удался. Сделал обманку, дернул правой рукой, дождался, когда противник начнет делать блок по выпаду и ударил левой.

Хлесткий звук — словно ударили плетью, — огласил зал. Глеф выдохнул, упал.

Мой кулак попал точно в цель. Слабая точка есть даже у самого прочного каменного моста. И достаточно ударить туда, как мост рухнет. Так и здесь. Я вычислил слабое место Глефа — чуть ниже соединения челюсти и черепа, — и направил всю силу туда.

Противник лежал на земле, тряс головой. Подняться он не мог. И сам был этому удивлен. Сознание есть, сила в руках — тоже. А тело не слушается. Да, мастерство Школы не потеряешь, даже оказавшись в другом теле! Я ухмыльнулся.

Такого поворота Глеф явно не ожидал.

Дождавшись, когда действие удара пройдет — я все это время стоял поодаль, не желая добивать противника, — он подскочил на ноги и рванул на меня.

— Стоп! — крикнул Антон Константинович. — Закончили! Глеф, успокойся! Достаточно!

Антон Константинович схватил парня, оттащил от меня.

Среди толпы прошелся шепоток. Они смотрели на Глефа, на его красное от злости лицо и алеющую от удара скулу.

— Приложи что-то холодное, — без злости посоветовал противнику я.

И это был разумный совет. Когда меня роняли на пол таким приемом место удара потом болело добрый месяц.

— Без тебя разберусь! — прошипел тот.

И скрылся в толпе.

— Молодец! — довольный небольшим поединком, произнес Антон Константинович и похлопал меня по спине. — Очень недурно! Не прогадал я! Впрочем, как и всегда!

А потом обратился к присутствующим.

— Парни! Хочу представить вам нашего нового члена семьи! Знакомьтесь — Аристо!

Ко мне начали подходить, жать руку, хлопать по плечу.

— А ты не промах! — сказал одни из парней, здороваясь со мной. Он был лысый, с курносым носом и добрым лицом. На бойца совсем не похож. — Самого Глефу уронил!

— А кто это?

— Один из сильнейших бойцов нашего клуба, — ответил парень.

— Один из сильнейших? — с сомнением произнес я, провожая того взглядом.

Бойцом он и вправду был сильным, но наделять его таким титулом — преждевременно. Даже мой Учитель имел лишь ранг «Постигший».

— Старая травма, полученная в последнем чемпионате, подкосила его, — пояснил парень. — Поэтому он и злиться. Не восстановился еще полностью.

— Понятно, — кивнул я.

— Но не только из-за этого он такой злой. Обычно новичков Антон Константинович обкатывает на нем. И главный критерий отбора — это время. Если новичок смог простоять больше минуты против Глефа и не упал — парня берут. А ты сам Глефа уронил! Это никому еще не удавалось!

Парень уважительно похлопал меня по плечу.

— Меня, кстати, Андреем зовут, — представился парень.

— Аристарх, — ответил я.

— Будем знакомы, — подошел другой боец.

Этот напротив, был волосат, и черная длинная челка сосульками спадала ему прямо на глаза. Он походил на зверька, маленького, зубастого, подвижного.

— Меня зовут Барсук. Мы тут все вместе держимся. Ну, кроме глефовских. О них позже все узнаешь.

Барсук ухмыльнулся.

— А это... — Андрей подвел ближе еще одного спутника — Короткие волосы, крепкие бронзовые плечи, обтянутая черной тканью грудь...

— Герда, — представил Андрей бойца.

— А разве можно... — растеряно произнес я, указывая на девушку.

— В восьмиугольник всем можно, — ответила Герда. — Другой вопрос — никто из девушек не хочет.

— Я — Аристарх. Рад знакомству, — ответил я, глядя на Герду.

Было видно, что конкуренция среди мужского коллектива заставила ее работать и выкладываться на двести процентов. Крепкие руки, каким позавидует каждый, прокачанный, опоясанный мышцами, торс. И кулаки. Тугая обвязка бинтами, сквозь которую отчетливо проглядывались похожие на молоты кулаки.

Девушка была в этом бойцовском клубе одна, поэтому и спарринг партнеры у нее были только из парней. Никакой жалости. Никакой пощады. Наравне со всеми.

Я невольно зауважал Герду, едва только взглянул на нее.

— Так что если есть желание, будем заниматься вместе, — предложил Андрей, когда мы познакомились.

— Нет, конечно, можешь и с глефовскими, — поспешно добавил Барсук, кивая на стоящих в сторонке парней. — Но там надо, помимо тренировок, еще и Глефу задницу лизать. У них там дополнительные занятия по этому делу. Отрабатывают каждый день. Факультативом.

Андрей и Герда рассмеялись.

— Нет, спасибо! — поспешно ответил я, улыбаясь. — Уж лучше с вами.

— Вот и отлично!

— А кто такой Като? — спросил я, припоминая разговор Глефы с Антоном Константиновичем.

Именно на его место, как я понял, был поставлен я.

— Друг Глефа, — пояснил Андрей. — Такой же мерзавец, как и его дружок. Любитель запрещенных приемов. Столкнулся в одном из турниров с Обелиском — противником из школы «Тигров». И тот его поломал. Отделал знатно. Сейчас в больничке лежит.

— И не скоро выйдет, — добавила Герда.

— А выступать надо. Не за горами чемпионат.

— За кубок? — осторожно поинтересовался я.

— Не только, — ответил Барсук. — В этот раз, говорят, очень ценные арты будут разыгрывать. С такими легко можно в аристократы пойти!

— Да брось ты! — усмехнулась Герда. — Какой с тебя аристократ?

— А что? Вполне!

— Ага, как же! Опять, как в прошлый раз, артефакт «Горящий Закат» за четвертое место на баб спустишь! Не даром у тебя кличка Барсук — и животное тут абсолютно не при чем!

Компания опять весело расхохоталась.

— Аристо, — к нам подошел Антон Константинович.

Все сразу же стали серьезными.

— Гляжу, уже втягиваешься в коллектив? Вот и хорошо. Давай, начинай работу. Отдыхать нет времени. Чувствует сердце — скоро будут новости оп чемпионату. И не всем они понравятся.

Как в воду глядел.

Глава 10

Обстановка в клубе была не самой теплой. Я быстро вычислил, что тут есть две группировки. Одни — это те, кто примыкал к Глефу. И остальные, которые общего лидера не имели, но и ввязываться в союзы особо не желали. Они были сами по себе и плести какие-то интриги было не в их интересах. Тренировки. Только тренировки. И бой. Каждым из них двигала Мечта, у каждого своя, но единая в том, что во имя нее они готовы были работать день и ночь.

Все эти ребята были простыми, не из знати и практически каждый второй мечтал о том, чтобы выиграть турнир, заработать кристаллов и вырваться в люди. Положение в обществе давало много привилегий. Но не деньги были главным. Желание вырваться из серости, которая окружала их, обеспечить достойное будущее своим близким — вот основная их цель.

Андрей, Барсук и Герда были как раз из таких.

Банда Глефа насчитывали порядка десяти бойцов. Они держались своего лидера и даже тренировались в одном месте, кучкуясь в центре зала и не допуская на свою территорию чужаков. Невольная ассоциация с шакальим племенем заставляла улыбаться меня всякий раз, едва я только глядел на них.

В ответ на меня посматривали откровенно косо. Со злобой. Видимо видели во мне конкурента. Однако лезть в открытую побаивались. Поражение Глефа было солидным аргументом против того, чтобы пытаться меня побить.

Но мне было плевать. Моя цель не эти внутриклубные интриги. Совсем другие.

Слеза Дафны. И возможность вернуться обратно, в свой мир.

Я тяжело вздохнул. Стараясь отстраниться от грустных мыслей, огляделся.

Глеф тягал штангу и вида не подавал. На меня демонстративно не смотрел. Понятно. Самолюбие героя задето. Ну и бес с тобой.

Понимая, что терять время не в моих интересах, я тоже начал тренироваться. Для начала размялся. Потом пошел к штанге.

Но взять ее не удалось — меня опередил какой-то рыжий приземистый паренек, из стаи Глефа. Схватился за гриф штанги и демонстративно глянул на меня — мол, ну что, давай, есть что сказать?

Я скрипнул зубами, но не стал ничего ему говорить. Пошел на другой станок. Ввязываться в драку у меня не было никакого желания. К тому же это не привело бы ни к чему полезному, кроме синяков и потраченного в пустую времени и гнева тренера.

Однако и на станке мне не удалось позаниматься. Все тот же рыжий паренек быстро перебежал на место, которое я планировал занять и плюхнулся на него. Опять глянул на меня все тем же нахальным взглядом.

Нарывается? Бессмертный? Или надеется, что его сородичи успеют за него заступиться? Нет, не успеют. Один точный удар — и больничная койка на долгий срок обеспечена.

Но надо держаться. Держаться, Авгард!

— Ты уже отзанимался со штангой? — спросил я, глядя на придурка.

Начистить ему клюв хотелось неимоверно.

— Может, и отзанимался? А может, только начал. Тебе то какая разница? — нахально прогундосил тот.

— Так я тогда на штангу пойду раз она освободилась?

— Не освободилась! Я сейчас туда опять пойду!

— Ты и там, и тут одновременно занимаешься что ли?

— Да!

— Не надорвешься?

— Не твои проблемы, дрыщ!

Как не старался я сдержаться — не смог. Едва Рыжий произнес это, как я схватил его за грудки и прижал к стене.

Рыжий от неожиданности аж по поросячьи взвизгнул.

— Это ты меня только снаружи увидел, гниль болотная, вот и ошибочно принял за легкую добычу. Внутри я из другого сделан и таким как ты пачками животы вспарывал! — прошипел я ему в лицо.

Про животы не соврал. Вспарывал. Причем голыми руками. В своем мире удалось мне прокачать и такую технику, позволяющую пальцам быть крепче металла. Не мешало бы, как видимо, и тут потренировать умение.

Рыжий почувствовал в интонациях моего голоса сталь и сразу же сник. Нижняя губа задрожала, глаза едва не вылезли из орбит.

Надеюсь, в штаны себе не напрудит, чудило.

Стая Глефы тут же собралась вокруг.

Парни из другой группы тоже обступили нас.

Повисла короткая пауза. Конфликт был создан намеренно и теперь все ждали как он разрешится.

Стая Глефа ждала от меня действий — чтобы сразу же ответить. Наверняка налетят толпой, шакалы. Троих я смогу положить, но вот остальных...

— Не марай об него руки, — произнес Андрей. — Слишком много чести. А ты, Рыжий, не нарывайся почем зря.

— Что-то хочешь сказать моим парням? — выступил Глефа, обращаясь к Андрею. — Скажи тогда и мне.

Андрей заиграл желваками. Сдержанно произнес:

— Зал — общий. Каждый имеет право заниматься. Антон Константинович об этом не раз говорил.

— Верно, — кивнул Глефа. — Только разве мы против? Пусть занимаются все. По очереди.

Подержав еще немного Рыжего за грудки, и наслаждаясь его страхом в глазах, я нехотя его отпустил.

— Пусть занимаются все, — повторил с издевкой я слова Глефы. — По очереди. И твоя очередь, Рыжий, за мной.

— Не переживай, — совсем тихо произнес Глеф, глядя на меня исподлобья. — Еще встретимся один-на-один.

— Жду с нетерпением, — в тон ответил ему я.

Вызов был брошен. И не принять его было равносильно трусости.

Рыжий трусливо отбежал к толпе. Выкрикнул:

— Скажи спасибо Глефу!

— За что? — резонно спросил я.

— За то, что поддался тебе. Иначе Константиныч ни за что не взял бы тебя в клуб.

— Ты сейчас серьезно?! — я едва держался, чтобы не рассмеяться.

— Заткнись! — сквозь зубы произнес Глефа и поспешно ушел на свое место.

Было слышно, как в толпе раздаются шлепки — Рыжему отвешивали подзатыльники.

— Не обращай на них внимания, — подошел ко мне Андрей. — Тут такое бывает время от времени.

— Ничего страшного, — ответил я, садясь на тренажер. — Мне не привыкать.

И начал занятия.

Слеза Дафны — я иду к тебе. Слишком медленно, но иду.

***

Усталый, выжатый как лимон, я возвращался с тренировок. Но не домой. Сначала надо заглянуть в одном место, куда я последнее время заглядывал все чаще.

«Зачем тебе это, Авгард?» — сам себя спрашивал я, но никак не находил ответа.

Сейчас мне нужно было думать только об одном — заработать как можно больше магических кристаллов, овладеть высшей магией и найти Слезу Дафны. А я... зачем-то опять шел в одно и то же место.

Я тряхнул головой.

Надоедливые мысли словно мухи.

«Хожу, потому что нужно что-то есть. Покупать еду, а не воровать или охотиться на нее в лесу — так принято в этом мире. И я просто следую этим правилам, чтобы не выделяться. И чтобы немного помочь Кате», — подумал я, заходя в знакомый магазин.

Привычно прошелся вдоль мясных рядов. Остатки денег не позволяли мне купить говядины или хот бы курицу. Да и не сильно то хотелось. Не мясо, а какая-то отрава. Кости и жилы. То ли дело дичь Западных лесов Кабердана. Жирные зайцы и кабаны — что может быть лучше?

Я с грустной ностальгией сглотнул слюну. Да, было время, когда этих самых вепрей зажаривали целиком на костре. Намажешь ему бока смесью огненной травы, душицы, лимонника и перца, засунешь в рот яблоко — и на угли. Кабан шипит, сочиться жиром. Как подрумяниться — кинешь в костер несколько можжевеловых листочков для дымка и запаха. Наливаешь прохладного валийского вина из бурдюка и...

Так, стоп!

От таких воспоминаний свело желудок. Как же есть охота! Сейчас не до изысков. Макароны — вот мой сегодняшний ужин. И если удастся найти тот дешевый сыр, сделанный не пойми из чего, то ужин хоть немного будет разнообразней.

«Ничего, — хмуро подумал я. — На предстоящем чемпионате я смогу неплохо подзаработать — тогда и погуляем».

— Аристарх, привет! — знакомый голосок зазвенел словно колокольчик.

Арини.

Я аж вздрогнул.

— Ты что, следишь за мной? — девушка хихикнула, подошла ко мне.

— Я? Нет, конечно же! Просто совпало! — соврал я.

Я не следил за ней, но старался чтобы эта встреча случилась. И ежедневный поход в магазин, где я встретил недавно Арини, хоть и мне было совсем не по пути, уже стал ритуалом.

Как оказалось не зря.

— Привет, — поздоровался я, делая вид, что удивлен.

На самом деле я заприметил девушку еще на входе — она стояла у полок с шоколадками и старательно читала этикетку одной из сладостей.

— Привет! — поздоровалась девушка. — За покупками зашел?

— Да, вот решил прикупить кое-чего. А ты?

— Тоже, — кивнула девушка на шоколадку.

— С учебы?

— С нее самой, — грустно ответила девушка. Потом, подняв взгляд и рассмотрев меня более внимательно, сказала: — Ты вроде изменился?

— Я?

— Ну да. Когда в тот раз ты меня спас, ты был какой-то бледный, больной, как привидение. А сейчас расцвел. Симпатичный стал.

— Симпатичный? — я почувствовал, как лицо начинает заливать краска.

Арини, поняв, что сказала лишнего, стеснительно рассмеялась.

Пора было брать инициативу в свои руки, но мне помешали.

— Арини, привет! — раздался знакомый голос с другого ряда. — И ты здесь, Аристо?

Я обернулся.

— Еще раз здравствуй, Глеф, — холодно произнес я, глядя на стоящего.

Какого демона он тут делает?

— Виделись, — надменно кинул тот. И глянув на девушку, сказал: — Рад встрече! Как у тебя дела?

Судя по выражению лица Арини, внезапному гостю она не слишком обрадовалась.

— Дела нормально, — сухо ответила она, сложив руки на груди.

— Вот и хорошо, — кивнул Глеф. — А как дела у Павла? У твоего жениха?

Последнюю фразу он сказал с нажимом, особо акцентируя на слове «жених».

— Не знаю, — холодно ответила Арини. — Я с ним не общаюсь.

— Как это? Поссорились? — притворно удивился Глеф.

Парень двинул в нашу сторону.

— Послушай, ты прекрасно все знаешь сам, — раздраженно ответила Арини. — Мы с ним не общаемся и говорить об этом я не хочу. Если хочешь знать как у него дела — спроси у него, вы же друзья.

— Верно, друзья, — кивнул Глеф. — Но все-таки не порядок, обвенчанной девушке ходить одной, да еще и разговаривать с какими-то непонятными незнакомцами, — Глеф глянул на меня как на плесень.

— Она же сказала, что не желает больше говорить! — сквозь зубы процедил я, делая шаг к Глефу.

Я готов был вновь намять ему бока. Еще одно слово — и удара в челюсть этот урод точно бы не избежал.

Глеф почувствовал эту немую агрессию и усмехнулся.

Но магические способности активировал, хоть и попытался их скрыть. Я явственно почувствовал холодок магии, исходящий от собеседника.

— А тебе стоит знать правила приличия, — обратился ко мне Глеф. — Общаться с обвенчанной девушкой — это не самая лучшая идея, и для тебя, и для нее. Могут не то подумать.

— Глеф, прекрати, — произнесла Арини.

— Прислушайся к ее совету, — сквозь зубы произнес я, сжав кулаки.

— Решил устроить драку? — прошептал тот, тоже приготовившись к схватке.

— Почему бы и нет?

— Так давай.

— Парни, прекратите! — успокоила нас Арини. — Вы что, совсем с ума сошли?! Глеф, перестань на конфликт нарываться. Разговор закрыт. Ты пришел в магазин за покупками? Вот и иди, покупай что хотел.

— Ладно, еще успеем поговорит — в зале, — бросил Глеф. И повернувшись к Арини, кинул: — Передавай привет Павлу.

— Галлейский козёл! — процедил я сквозь зубы ему в след, поминая что галлейцы, эти дикие племена, любят делать с горными козлами, в отсутствии и острой нехватке женщин.

— Ты его знаешь? — спросила Арини, когда Глеф ушел.

— К сожалению, знаю, — кивнул я. — В один бойцовский клуб ходим.

— Ты в бойцовский клуб ходишь?! — удивилась девушка.

— Ну да. А что такого?

— По тебе и не скажешь, — смущенно ответила та. — Ну просто ты не совсем... извини, я не хотела тебя обидеть.

— Ты не обидела, — улыбнулся я. — Ты хотела сказать — дрыщ?

Арини рассмеялась.

— Нет! Не дрыщ! Но не похож ты на боксера. Хотя чувствуется в тебе какой-то стержень, — Арини кокетливо улыбнулась.

— Стержень? — не понял я.

В голову полезли какие-то иные ассоциации, которые, как мне кажется, собеседница не имела ввиду.

— Ну да, — кивнула Арини. — Характер. Стальной. Не знаю, как сказать.

Девушка глянула на часы.

— Черт! Аристарх, мне уже пора — пять минут назад пара началась, а я все еще здесь. Еще увидимся.

— Стой! — едва успел произнести я, прежде чем девушка убежала. — Давай еще раз встретимся?

— Что? — Арини растерялась. — Ты меня на свидание зовешь?

Я задумался, пытаясь выудить из головы расшифровку этого слова. Потом кивнул.

— Да, на свидание.

— Так я же... — прошептала девушка и я понял, что она хочет сказать «помолвлена». Но не в силах произнести этого противного для нее слова.

— Не важно, — ответил я. — Ну так что, пойдешь?

— Пойду, — кивнула Арини и вдруг расцвела в лучезарной улыбке.

— Тогда завтра?

— Нет, — улыбка Арини медленно поползла вниз. — Завтра никак не могу — к экзаменам надо готовиться, с репетиром буду весь день. А послезавтра — сам экзамен.

Девушка совсем опечалилась.

— Ничего страшного. Тогда через три дня. Ведь после экзаменов ты не занята.

— Не занята, — вновь улыбнулась Арини.

— Встретимся на этом же месте.

— Хорошо, — ответила Арини и упорхнула.

Мне лишь оставалось проводить ее взглядом. И двинуть к рядам с макаронными изделиями.

***

Прошел еще один день моего пребывания в бойцовском клубе «Черный Дракон». Я ближе познакомился с остальными парнями, не глефовскими, и укрепился во мнении, что все, кто был в рядах непризнанного лидера, оказались отбросами. Трусливые, злые, действующие исподтишка. Множество раз они пытались вывести меня на конфликт, но Андрей всегда оказывался вовремя и останавливал меня.

С Барсуком, Андреем и Гердой мы сдружились крепко и все тренировки проводили вместе. Ребята не зло подшучивали друг над другом, и я невольно вспомнил свои годы, проведенные в Школе. Своих друзей. Да, были времена... Жаль прошли.

Вместе с тренировками ребята рассказывали очень много интересного об это мире. Я слушал внимательно, впитывая все. Узнал о том, что многие титулованные бойцы стали аристократами и создали собственные дома, став влиятельными людьми. Это еще больше укрепило во мне уверенность, что выбранный путь правильный и верный.

— Были и те, кто все свое состояние, полученные за отличные выступления, просаживали в короткий миг, — сказал Барсук, отрабатывая прямой.

— И ты будешь одним из таких же, — ухмыльнулась Герда. — Ничего скопить не можешь!

— Кто? Я не могу?

— Да, ты.

— Да я... да я...

— Вот-вот, — усмехнулась Герда.

— Ну погоди, создам свой собственный фамильный дом, создам клан, приглашу всех, а тебя нет.

— А что, разве в семейные кланы можно брать кого-то со стороны? — спросил я.

— Конечно, — кивнул Барсук. — Стандартная процедура. Присягнуть в верности дому, провести специальный обряд — и все, тебе присвается фамилия рода. А ты как думал? Детей рожать постоянно, чтобы род не мельчал? — Барсук улыбнулся. — Гаремы у нас пока, к сожалению. еще не разрешены.

Барсук подмигнул Герде.

— А что, если бы разрешили, пошла бы ко мне в наложницы? Я бы тебя самой главной сделал бы среди невест.

— Руку свою сделай главной среди невест! — огрызнулась Герда.

Мы залились звонким смехом.

Одним словом тренировки никогда еще не доставляли мне столько удовольствия.

Ближе к вечеру к нам заглянул Антон Константинович, собрал всех и сообщил:

— В следующую пятницу будет проведен турнир.

— Как?! Так скоро?! Почему так рано? — тут же посыпались вопросы со всех сторон.

— Организаторы решили сдвинуть, — хмуро сообщил тренер.

— На каком основании? — громче всех голосил Рыжик. — Это нарушение установленных правил! Специально так подстроили — не дают войти в пик формы!

— Сам Государь Император Российской Империи хочет посмотреть на это зрелище, — ответил ему Антон Константинович и все сразу же замолкли. — Пожелал посмотреть на бои. У него очень плотный график. Вот, удалось втиснуть в следующую пятницу. Вопрос уже решен, корректировке и изменению не подлежит. Так что работаем, парни.

Антон Константинович подошел ко мне.

— А ты, Аристарх, работай вдвойне. Тоже будешь выступать.

— Он? — насмешливо спросил Глеф, стоя за спиной тренера.

— Верно, — кивнул тот. — С составом у нас туго, а выставлять против команды «Тигров» кого-то надо. Так что без вариантов. На кону многое.

— Вот именно — многое, — кивнул Глеф. — И мы доверим ему выступать...

— Глеф! — рявкнул тренер, не желая продолжать разговор. Потом глянул на меня, спросил: — Усек?

— Хорошо, — коротко ответил я. — Постараюсь оправдать ваши надежды и ожидания.

Глеф лишь презрительно хмыкнул.

***

— Катя, я пришел! — крикнул я, входя в дом.

Дверь оказалась не запертой, но я не предал этому значения — был выжат как лимон. Дома оставался демон, так что я был спокоен. Сейчас хотелось лишь одного — лечь в горячую ванну и там лежать до тех пор, пока мышцы вновь не расслабятся. А уж потом — спать.

— Катя, а есть что-нибудь перекусить? Я голоден! У меня немного денег оставалось, я купил...

Договорить я не успел.

Взгляд мой зацепился за едва заметный серый след на полу. След располагался не в коридоре, а в зале. Сестра такое бы не допустила — чтобы кто-то ходил в обуви по дому. Надавала бы таких тумаков, что никакой Антон Константинович не сравнится.

— Катя? — вновь позвал я и только сейчас обратил внимание на мертвую тишину, которая стояла в квартире.

Обычно в углу едва слышно бубнил телевизор — сестра не любила сидеть в тишине.

Сейчас же телевизор был отключен.

— Блохастый? — позвал я демона.

Но и тот не вышел встретить меня.

Заподозрив неладное, я влетел в кухню, ожидая увидеть там какую-нибудь жуткую картину... но там ничего не было. Ни сестры, ни кого-то другого. Убрано. Кастрюля с ужином греется на плите. Причем уже давно — начинает закипать. Чайник тоже посвистывает.

— Катя? — вновь позвал я.

И вдруг увидел записку, оставленную на столе. Написана она была наскоро, карандашом. Подчерк кривой, угловатый, похожий на руны Северных ведьм.

Записка гласила:

Хочешь вновь увидеть свою сестру живой — приходи завтра вечером в 21.00 на пустырь возле своего прежнего дома, откуда ты позорно бежал. Будь один. Иначе сестру получишь по кусочкам. Я с радостью убью ее. И поверь — умрет она не сразу, а сполна насладится моим искусством ампутации.

Глава 11

— Холанд! — закричал я.

Я был полон гнева. Этот демон не уследил. Опять все прозевал, когда должен был в самый ответственный момент защитить сестру! Порву на куски! Только попадись мне!

Ведь мог же сотворить какого-нибудь фантома, страхолюдину, да хотя бы обличие своей матери принял бы, испугал до заикания похитителя. Но опять, наверное, жрал и ничего не заметил!

Драконьи жабры, говорил мне учитель не связываться никогда с демонами — от них только одни неприятности. Не обманул, так и есть.

— Холанд! Где ты, демон проклятый?! — Я стал расхаживать по комнате, пытаясь найти следы.

Где-то на полу, в стороне, раздался едва слышный стон.

Я пошел на звук, обнаружил Холанда лежащим в комнате. Вид у него был не важный — словно по нему проехались катком.

— Демон! — закричал я и схватил того за шкирку. Начал трясти. — Где Катя? Где, я тебя спрашиваю, блохастый ты выродок, моя сестра?!

— Я... он... — демон открыл глаза, непонимающе огляделся.

Потом, сообразив что произошло, завопил:

— Украли! Ее украли!

— Драконьи жабры! И без тебя понятно что украли. Кто украл?

— Человек в черном. Тот самый, который приходил за тобой. Ох, как же больно! Я всего лишь инфернальная фантомная оболочка, а чувствую себя так, будто меня била ногами вся братия Бездны!

— Я тебя сейчас так отделаю, что пытки твоих братков из Бездны покажутся материнскими ласками! Какого потроха ты не отбил ее от похитителя?

— Тише! Я не виноват!

— Ты почему не защитил Катю? — я едва не врезал демону.

— Авгард, успокойся! Этот тип имел какой-то черный артефакт — первый раз такой вижу. С помощью него он и вырубил меня. К такому сюрпризу я не был готов!

— Как он проник сюда? Как нашел это место?

— Да откуда же мне это знать? Все было нормально, Катя хозяйничала на кухне, я в зале был. Потом появился этот — даже дверь не скрипнула, словно он сквозь нее просочился. И тут же артефакт свой достал — я даже прыгнуть на противника не успел. Этот камешек очень мощный, Авгард! Магическим воздействием меня просто вырубило! В одно мгновение! Иосафат Вседержитель, просто страшная волна! Я думал, к праотцам прямиком отправлюсь.

— Куда он ее утащил?

-Да не знаю я! Говорю же — вырубило. Потом ты пришел.

— Драконьи жабры!

Я кинул демону записку, тот внимательно ее прочитал. Присвистнул.

— Зачем ты ему? Силу высосать? — спросил он, возвращая мне записку.

— Верно. Для этого.

— Ох, непростой ты парень, как оказалось, — выдохнул демон. — Совсем непростой.

— Что ты имеешь ввиду? — не понял я.

— Стоило ли так заморачиваться с обычным человеком? Искать жилище, воровать сестру? Не проще высосать силу у какого-нибудь средненького мага?

— Не понимаю тебя.

— Я думаю, что не только твой разум переместился в новое тело. Но и твоя сила, сила Авгарда. Что-то вроде осколков прежней души. Теперь понимаешь?

— Ты хочешь сказать...

— Верно. Магические умения и навыки с тобой — с тобой настоящим.

— Но я не могу...

— Конечно не можешь! Ты же в другом теле. Да к тому же в этом мире творение магии совсем другими способами происходит. Вот и не можешь воспользоваться имеющимися опытом.

— А это урод хочешь заполучить его?

— Верно. Этот маг в этом мире родился. Соответственно он сможет применить твою силу, которую ты так долго копил. Хитер, псина!

— Собачий хвост ему на нос, а не силу!

— Что думаешь? Как будем действовать? — спросил демон.

Эх, если бы я знал что делать!

— Не знаю, — честно признался я. — Пойду на пустырь.

— С ума сошел?! — тут же вскрикнул Холанд. — Он убьет тебя! А ты мне живым нужен! У нас, ты помнишь, какая цель? Слеза Дафны! И я не дам тебе просто так умереть, не получив обратно артефакт.

— Да отстань ты с этим артефактом! — отмахнулся я.

— Нет, не отстану! Ты должен...

— Что? — перебил его я. — Бросить на произвол судьбы Катю?

Демон промолчал, но в этом молчании отчетливо чувствовался утвердительный ответ.

— Знаешь, чем вы, демоны, от нас, от людей, отличаетесь? Ради цели вы готовы предать любого, даже самого близкого вам человека. Мы так не делаем.

— Ты уверен? — хитро прищурился Холанд. — А как же Ника? Как же с ней быть? И с тем, как ты с ней поступил?

— Не смей произносить ее имя! — я схватил демона за грудки и как следует ударил об стену — так, что у того клацнули челюсти.

Навряд ли он что-то почувствовал, но мне хотелось верить, что боль я ему все же причинил.

— Не обманывай себя, Авгард! Нику ты точно так же бросил! Так что ничем вы, люди, не лучше нас.

— Она сама выбрала этот путь! — закричал я. — Сама решила остаться и стать демонессой. Я ее не бросал. Я ее покинул. Оставил. Но не бросал.

— Ладно, не кипятись, — мягко произнес Холанд, поняв, что затеял не тот разговор. — Вызволим твою сестру, не переживай. Я с тобой пойду.

— Ты не смог защитить ее дома, какая от тебя помощь будет там? — злобно спросил я.

— Не глупи, — ответил демон. — Больше поддержки у тебя нет.

— Я бы так не говорил, — произнес я, направившись к телефону.

— Что ты имеешь в виду? — не понял Холанд. — Эй, куда ты? Что ты задумал? Кому ты звонишь?

Но я не ответил — уже набирал номер телефона.

***

Кап. Кап-кап-кап.

В комнате было темно, сыро. Пахло болотом и плесенью. Где-то далеко попискивали мыши.

На периферии сознания что-то клубилось, угрожающе шипело, ускользало за спину.

Катя открыла глаза. Боль вырвала ее из забытья, заставила сморщиться, застонать.

Кап. Кап-кап. Кап.

Девушка лежала на холодном каменном полу. Руки не связаны. Уже хорошо. Но вот само место доверия не внушает.

Кап. Кап-кап.

Где-то капала вода, гулкое эхо разносилось по комнате. Словно в каком-то средневековом подземелье. А может, так оно и есть? Может быть, это и в самом деле какое-то подземелье, обустроенное под пыточную?

Кате стало страшно.

Осколки воспоминаний собрались в одну картину произошедшего. Ее похитили прямо из дома. Применив какую-то мощную магию, из-за которой у нее отказала воля, а сознание быстро окунулось в черноту. Просто черная волна, после которой — лишь пустота.

«Даже не смогла применить защитную магию!» — с сожалением подумала Катя.

Хотя прекрасно понимала, что еще один такой сотворенный конструкт — и она была бы сейчас мертва. Не надо обладать глубокими познаниями в магической науке, чтобы сообразить: неподготовленному человеку творить такое — смерти подобно.

«Ну и пусть! Лишь бы не здесь, в этом жутком месте!»

Кап. Кап-кап-кап.

К каплям прибавились другие звуки — шарканье, тяжелое дыхание, шаги. Чужак. Он сейчас здесь. Зашел сейчас? Или находился все это время здесь?

Катя испугалась, жалась вся в клубок.

Ударить магией? И умереть...

Девушка колебалась не долго.

«Пусть будет так, лучше смерть, чем плен. Заберу этого подонка с собой, на тот свет. Хотя, этому уроду самое место в аду!»

Девушка закрыла глаза, вспомнила слова отца, которые он ей говорил в тот теплый день, когда учил магии. Почувствовать волну. Собрать ее. И выплеснуть!

Все тело тут же скрутила страшная судорога. Катя закричала. Боль была такой жуткой, что слезы невольно брызнули из глаз.

— Не пытайся — все равно не получится, — раздался издали голос гостя. Тихий, спокойный.

Сквозь боль, красную, нестерпимую, Катя вновь попыталась создать магическую волну, чтобы уничтожить неприятеля.

Но вновь тело пронзила острая боль — словно в голову и грудь воткнули сотни раскаленных спиц и игл. Вместо яркого пламени, с пальцев сорвалось несколько блеклых искр.

Катя тяжело застонала и едва не упала — ноги в миг стали ватными. Магический откат одарил слабостью.

— У тебя не получится, — настойчивее произнес голос.

И мерзко хохотнул.

Что-то сдерживало магию, словно повсюду развесили сети. Катя не могла ничего сотворить. Никак не защититься.

Пришло ощущение сдавливания — будто невидимый стальной обруч стянул нутро. Тут, в этой жуткой комнате, была иная магия, черная и холодная, которая не давала девушке ударить во врага. Эта магия давила ее, скручивала, размазывала по полу как букашку.

— Глупышка, — произнес гость и подошел к пленнице ближе. — Готова умереть, лишь бы убить меня. Но камень, — он кивнул на черный блестящий предмет в своих руках, — блокирует все твои старания. Все тщетно.

— Что вам надо? — выдохнула Катя, с ужасом глядя на похитителя.

Она его узнала. Он уже приходил к ним в дом. И именно из-за него они спрятались на съемной квартире. Как видимо без результата. Нашел. Выследил. Почувствовал.

— Меня зовут Рейн, — ухмыльнулся похититель.

Его рот, слишком длинный, уродливый, похожий на шрам, заставил Катю отвернуть взгляд — слишком жутким было зрелище.

— А надо мне... не многое, — ухмылка потянулась еще шире, хотя, казалось бы, куда еще?

Катя буквально чувствовала опасность, исходившую от нее. Назвавшийся Рейном, был силен. Магический уровень у него был весьма высок. Что она, простая девушка, могла ему дать?

Катя вновь посмотрела на стоявшего и поняла — выбраться из этого подземелья ей не удастся. Тут она и останется. Освобождать ее похититель не собирался. Поэтому с такой легкостью назвал свое имя и показал лицо. Пусть на здоровье запоминает — рассказать все равно уже не удастся.

— У нас нет денег. Ничего нет, — умоляющим тоном произнесла девушка.

— Есть, — по змеиному зашипел тот. — Кое-что все же есть. У твое братца.

— Не трогайте его. Лучше... лучше меня... — по щекам девушки с новой силой покатились слезы.

— У тебя нет ничего, что мне было бы интересно, — поморщился тот. — Хотя, ты тоже заслуживаешь определенного внимания, вампиресса.

— Что? — не поняла Катя. — Я не...

— Чудесно! — хлопнул в ладоши Рейн. — Ты и не знала! Интуитивно давила свою сущность? Видимо так и есть. Ну это не так и важно. Главное, что ты не сможешь вновь сделать то, что сделала.

Похититель говорил какие-то странные вещи. Катя поняла — он безумец. Что можно ждать от такого? Все что угодно. И никакие уговоры не помогут. К разумности тоже взывать бессмысленно.

— Порой такое удивительное в сущностях можно обнаружить. И зачем давить в себе свое естество? Или ты не по свое воле? Родители заставили?

— Я... я не понимаю о чем вы говорите.

— Ладно, не важно. Теперь уже не важно.

С этими словами Рейн скинул с себя накидку, закрывавшую его тело и обнажил жуткий шрам на груди. Шрам напоминал солнце, какое рисуют дети, только черное — кругляш и отходящие от него лучи. Рана была страшная и вызывала только один вопрос — как с таким ранением можно остаться вообще живым?

— Я защищала брата, — виновато произнесла Катя, морщась — вид обезображенного тела ей был неприятен.

— Конечно, — кивнул Рейн. Его глаза хищно заблестели. — И поэтому сейчас ответишь за это. Сполна ответишь.

С этими словами он двинул к Кате.

***

В клубе громко играла музыка и потому пришедшие решили уединиться в VIP-комнате, благо один из гостей обладал высоким рангом. Управляющий, едва взглянул на визитку и фамильный герб на ней, раскланялся, раболепно пригласил в лучшую комнату.

— Павел Алексеевич, прошу, — повел он пришедших. — Чего-то желаете заказать?

Тот, кого назвали Павлом Алексеевичем, молодой высокий парень лет тридцати с пластырем на виске, кивнул.

— Вина и чего-нибудь закусить. И поживее!

— Как вам будет угодно.

Управляющий удалился, оставляя гостей наедине.

Пришедших в клуб было трое. Они расселилась на мягком диване, сразу же закурили.

— Давно не виделись, Глеф, — сказал Павел, лениво выпуская в потолок струю сизого дыма.

— Верно, — ответил тот. — Давно. Все время тренировки забирают. Это тебе не с ним, — Глеф кивнул на сидящего напротив, — водку глушить по кабакам! Я нужным делом занимаюсь!

— И мы просто так не сидим, — ответил другой. — А ты, как я погляжу, вместо того чтобы тренироваться у Константиныча, тут штаны протираешь.

— Стилет, не зли меня, — прорычал Глеф.

— Ладно, шучу я! — улыбнулся тут. — Выпить со старыми друзьями всегда должна найтись минутка, даже если впереди предстоит чемпионат.

— Предстоит, — хмуро ответил Глеф. — Будь он неладен. Да в задницу Константиныча с его проблемами! — взорвался Глеф, швыряя окурок в стену.

— А я говорил оставайся у меня, — произнес Ситлет. — Ты же решил выше пойти.

— Стилет, ты сам помнишь, что там иная причина была. Меня чуть не убили, поэтому пришлось переходить. Не перешел бы — с тобой бы сейчас не разговаривал.

— Да, знаю, — задумчиво произнес Стилет. — Было дело. Ладно, это в прошлом. Дела минувших дней. Я в той заварушке не виноват, ты сам это прекрасно знаешь.

— Знаю, — кивнул Глеф, но с некоторой раздражительностью. — Поэтому зла на тебя не держу.

— Вот и отлично! — вступил в беседу Павел. — Эй, ребята, сменим тему. Вот и вино принесли.

В комнату зашел официант, поставил откупоренную бутылку, фужеры.

Гости разлили вино, начали смакуя пить.

— Ладно, не будем о грустном, — согласился Глеф. — Перенесли — и ладно. Все равно лучше меня нет бойцов. Победа будет моей в этом турнире — это все знают.

И повернувшись к Павлу, спросил:

— А ты где так ударился?

И кивнул на пластырь на виске.

— Ударился... — злобно хмыкнул тот. — На какого-то больного нарвался. Он меня камнем огрел. Я не ожидал такого. Из-за угла, представляешь, выскочил! Ограбить, наверное, хотел. Или просто псих. Но ничего, я этого урода найду — мои парни уже этим заняты. И как только отыщу голову ему молотком размозжу. Ей-богу, так и сделаю!

— Ты можешь, — кивнул Стилет. Сказал он это не в шутку, а в подтверждение — сидящий перед ним друг и вправду это мог. — Помощь нужна?

— Нет, справлюсь, — махнул рукой тот. И спросил другого спутника: — Глеф, я слышал чемпионат раньше времени объявили?

— Есть такое, — вздохнул тот. — Государь захотел на бои поглядеть.

— Скорее балерина его, — едко уточнил Павел.

— Ага. Вздумалось им. Словно это какие-то клоуны, которые по одному щелчку пальца могут в любую минуту прийти и веселить их. Это спорт, это тренировки, подготовка. Балерина, тварюга разбалованная!

— Я слышал она страсть как любит кровавые зрелища, — произнес Павел.

— Любит, — подтвердил Стилет. — Она до того, как в Дворец императорский перебраться, часто у нас бывала.

— Врешь!

— Ей-богу! На все финалы ходила. Любила в особенности бои Пилорамы.

— Пилорама! — улыбнулся Глеф. — Помню этого дурака — что ни бой, то весь ринг кровью уделывал. Оттуда и прозвище свое получил. На всю голову отмороженный был.

— Вот поэтому и любила эта балерина его шоу. Один раз даже мне деньги приносила — просила Пилораме передать, чтобы тот в предстоящем бою специально фарш из соперника сделал.

— Сумасшедшая! — присвистнул Павел.

— Точно! — Стилет отпил вина, гляну на Глефа. — А у тебя как дела в клубе? Там к тебе Константиныч моего знакомого одного забрал — в счет моего долга. Аристо кличут.

— Есть такой, — скривился Глеф, будто съел горькую пилюлю.

И замолчал, попивая вино.

— Что, не хочешь говорить? — насторожился Стилет. — Ну и не надо. Я сам знаю.

— Что за Аристо? — заинтересованно спросил Павел.

— Да есть там один, — махнул рукой Стилет. — Этот Аристо дурным оказался. Никогда бы про него такого не подумал — всю жизнь на наркоте сидел, у меня в долг брал, дохляк парень. Во всех смыслах. А тут вдруг решил отработать на ринге, представляешь! Денег, говорит, нет, давай на бой выйду. А я в тот день что-то подобное шоу Пилорамы думал увидеть, а этот Аристо внезапно Викинга вырубил.

— Викинга?! — присвистнул Павел.

— Ага. Сам в шоке. Константиныч повелся, забрал к себе этого придурка. Глеф, чего мочишь? Константиныч же любит через тебя всех новичков прогонять. Что скажешь? Хорош малый? Или как? Все-таки Викинг не из последних моих бойцов. Хоть и тоже последнее время на наркоту стал конкретно подсаживаться — старая травма дает о себе знать.

— Ничего стоящего, — буркнул Глеф, отводя взгляд.

— Постой, мне знаком этот тон, — хищно улыбнулся Стилет. — Постой-постой. Что значит ничего особенного? Постой-постой. Глеф, он что, тебя положил?!

— Кто сказал, что положил?! — тут же вспыхнул Глеф. — Просто повезло ему. Случайность.

— Боги! Глефа какой-то нарколыга положил! — Стилет звонко расселся.

— Заткнись!

Глеф метнулся к спутнику, схватил того за грудки.

— Эй, полегче, парень, а не то...

— А не то — что? — с вызовом спросил Глеф.

— Парни, успокойтесь! — вмешался в разборку Павел. — Ну вы чего, в самом деле? Сидели же хорошо.

Парни, пыхтя и краснея, нехотя расцепились, опять сели на свои места.

— А ведь он не промах, этот Аристо! — улыбнулся Стилет, подливая еще вина.

— Где ты его откопал? — злобно спросил Глеф.

— Говорю же — по наркоте только с ним двигался. Через него людям товар толкал, а потом этот ушлепок сам сторчался, денег постоянно занимал. Всегда отдавал, а тут на мель сел. Вот и предложил на ринге кулаками помахать.

— Вот и намахал! — улыбнулся Павел. И рассмеялся.

Смех его был противным. похожим на повизгивание гиены.

— Уделал Глефа! Самолюбие сильно задел, ага!

— Кстати, он к Арини твоей подкатывал, — злобно процедил Глеф, поворачиваясь к Павлу.

— Что?!

— Именно. Подкатывал. К твоей невесте.

— За базар отвечаешь? — выражение лица Павла мгновенно изменилось, стало каменным и даже бесстрашный Глеф вдруг струхнул. Слишком хорошо он знал этот взгляд. И видел что обычно бывает после такого взгляда.

— Видел их воркующими в магазине, — осторожно добавил Глеф. — Мило так беседовали, смеялись даже. Может быть и чего другого делали.

Павел заскрипел зубами.

— Наверняка завалить ее хотел в постель, — подлил масла в огонь Глеф.

— Не говори так! — могильным голосом прошептал Павел.

Еще мгновение и он готов был взорваться.

— Ладно-ладно, — поспешно добавил Глеф. — Не горячись.

— Надо поговорить с этим уродом — чтобы знал как к моей невесте подкатывать. Как он выглядит?

Глеф пожал плечами.

— Дрыщ. Обычный такой.

— А подробнее?

— У меня нет его фотографии! — злобно бросил Глеф. — Приходит к нам в зал — увидишь!

— Погоди, у меня есть, — ответил Стилет и начал копошиться по карманам. — Давно еще фотал его. Даже видео где-то было как он обдолбанный чудит. Щас.... не найду... так... не то... не то... Ага, вот фото!

Стилет протянул телефон.

Павел, увидев неприятеля, вытянулся в лице — злоба мгновенно сменилась удивлением.

— Он?!

— Ну да, — кивнул Глеф, тоже глядя на фотографию. — А что, знаком?

— Знаком, — произнес Павел, прикасаясь к виску, закрытому пластырем — туда, куда прилетел удар камня. — Очень знаком.

Глава 12

Я обзвонил своих друзей, коротко сообщил, что необходимо встретиться по важному делу, которое обрисовал еще более скудно — есть маг-негодяй, который сделал очень плохе. И никто не задал лишних вопросов. Все прибыли в назначенный час, никто не опоздал.

Договорились встретиться в паре кварталов от бойцовского клуба — оттуда как раз было не далеко до моего дома, где была назначена встреча с похитителем.

— Аристо, что случилось? — первым спросил Андрей, тревожно поглядывая на меня.

— Да, хотелось бы знать, — кивнул Барсук. — А то собрал всех, срочно, в спешке, под самый вечер.

— Я бы тоже хотела знать причину, — кивнула Герда. — У меня, между прочим, сегодня намечалось кое-какое мероприятие.

Барсук повернулся к Герде.

— Какое еще мероприятие? — и хмыкнул. — На свидание собралась?

— Может и собралась, тебе-то какая разница?

— Со мной не захотела идти, а с кем-то другим...

— Отстань!

— Ребята, спасибо, что пришли на помощь, — произнес я.

Мы стояли на углу улицы, в конце которой располагался мой дом, из которого нам пришлось съехать по известным причинам. И эта причина сейчас вновь требовала моего появления там.

— Мою сестру похитили, — без лишних прелюдий произнес я.

Барсук присвистнул.

— Врешь!

— К сожалению, нет. Похитили.

— В полицию надо обратиться.

— Нет времени, — покачал я головой. — Срок дали до сегодняшнего вечера.

Про время это я приврал. Правду говорить не хотелось, но воспоминания Аристарха четко подсказали — полиции не надо. Мутные дела со Стилетом могли всплыть, и тогда возникнет много вопросов, абсолютно не касающихся похищения Кати. А может обернуться все так, что в исчезновении сестру крайним окажусь я. К тому же я уже значился в каких-то списках полиции и первое же появление там заставит меня там задержаться, и вот тогда времени действительно не останется.

— Похититель денег просит? — спросил Андрей.

— Нет, кое-что другое, — хмуро ответил я. — Меня в обмен на сестру.

— Как это? — не поняла Герда.

— Я и сам еще до конца все понял. Знаю лишь только, что похититель — маг. И очень сильный. Он хочет завладеть моей силой.

— Вы уже с ним встречались?

Я вкратце пересказал историю, случившуюся на днях. Упомянул незнакомца, караулившего меня на улице, про Катю, которая смогла отбиться нападения, про временный вынужденный переезд.

Когда рассказ мой был закончен, повисла пауза.

— М-да, брат, попал ты в какую-то заварушку, — задумчиво протянул Барсук. — Этот парень явно псих. Не все в порядке у него с головой. Дела хреновые.

— Не скули, — бросила ему Герда. И спросила у меня: — Каков план? Ты хочешь, чтобы мы помогли тебе? Отделали этого перца?

— Да, — ответил я. — Больше друзей у меня нет и идти просить помощи не к кому. А один я не справлюсь.

Последние слова дались особенно тяжело. Тяжело, очень тяжело, мне было признаться в этом. Привык со всем справляться один. Но тут... не справлюсь и из-за этого может умереть Катя, так что гордость в сторону — здесь она не помощница мне.

— Не переживай, поможем, — сказал Андрей, похлопав меня по плечу. — Своих в беде не бросаем. То, что он сильный маг еще ничего не значит. Против четверых бойцов даже хороший маг мало что может противопоставить.

И демонстративно стукнул кулаком по ладони.

Барсук же и Герда не были так уверены, мялись.

— Что, разве не так? — спросил их Андрей.

— Все-таки, маг, — кисло произнес Барсук.

— И что? — не понял Андрей.

— А что, если он нас... ну не знаю, уже на подходе каким-нибудь заклинанием жахнет? Даже подойти не успеем?

Андрей пристально посмотрел на друга. С усмешкой спросил:

— Струхнул?

— Не струхнул, но...

— Так и знал, что ты еще тот трус!

— Не трус я! Просто говорю здравые мысли.

— Барсук прав, — одержала его Герда. — Если это маг, то нужно быть готовым к любым неприятностям.

— Ребята, вы правы, — с трудом произнес я. — Дело опасное, поэтому я не могу вас хоть о чем-то просить — чтобы не подвергать риску жизни. Просто дайте хотя бы совет — я правда не знаю как поступить.

— Не переживай, все устроим, — бодро произнес Андрей.

Кажется, у него уже был какой-то план.

— Хочешь с голыми кулаками на мага переть? — резонно спросил Барсук. — Или...

— Не переживайте, я уже обо всем позаботился.

Андрей достал из кармана несколько веревочек, на концах которых были привязаны небольшие камешки. Раздал всем.

— Что это? — спросил Барсук, вертя в руках непонятную штуковину.

— Кажется, я знаю, — вдруг произнесла Герда, надевая шнурок на шею. — Защитный камень?

— Верно, — довольный собой, улыбнулся Андрей.

— Да ладно?! — удивился Барсук. — Где взял?

— Что еще за защитный камень? — спросил я.

— Помогает отвести магические всплески от того, на ком надет. Так что не бздите в муку, все нормально будет. Ничего нам этот вшивый маг не сделает — любое его воздействие отведет камень.

Я глянул на амулет. Он и вправду обладал каким-то магическим свойством. Но был слаб.

— А он выдержит? — с сомнением спросил я.

— Ну, не Черный Гранит, конечно, который вообще от всего может спасти, но тоже хорош в своем деле, — пробурчал Андрей. — Я зарядил их, так ближайшие пару часов мы под защитой. Надевайте.

Мы надели камни.

— Так где ты достал их? — не унимался Барсук.

— У одного знакомого позаимствовал, — расплывчато ответил Андрей. — Как толко Аристо сказал про мага, я сразу сообразил — нужна хорошая защита.

— Это ты здоров придумал! — сказал я.

— В порошок сотрем гада! — произнес Андрей.

— Верно, Эндер говорит! — кивнул Барсук. — Надерем этому засранцу задницу!

— Раскатаем в лепешку!

— Спасибо! — произнес я. Признаться, мне было очень приятно, что ребята так быстро, без уговоров, согласились мне помочь.

— Веди нас на нужное место, — сказал Андрей.

— Но хочу предупредить: это достаточно опасный тип...

— Не переживай, и не таких уродов обламывали. Пошли.

Мы двинули по направлению к дому.

***

— Не подходи! — завизжала Катя, поднимаясь на ноги.

Но Рейн ее не послушал.

Скаля мелкие, похожие на жемчуг зубы («Сколько же их там? — невольно подумала Катя. — У простого человека не может быть столько. Гораздо больше тридцати двух!»), враг подошел к девушке.

— За каждое свое действие нужно отвечать, — произнес он гортанно.

В груди Рейна что-то заклокотало, словно туда, в переплетение внутренностей, угодила ворона и теперь тщетно пыталась выбраться.

— Не приближайся ко мне! — зарычала Катя.

Но рык получился не угрожающий, а какой-то щенячий.

— Не подходи!

И ударила Рейна по щеке.

Звонкая пощечина заставила его только рассмеяться — хрипло, надсадно. На белом лице отчетливо отпечаталась пятерня.

Понимая, что убежать не удастся, Катя решила — буду стоять до конца.

«Умру, но этого гада заберу с собой, на тот свет!»

Собравшись силами, девушка вновь прощупала внутренние резервы. Нет, для магического броска не хватит. Да и первый то получился чисто случайно. Даже не верилось, что так можно. Просто стремительный всплеск гнева и страха смешались с глубинной памятью и дали такой удачный результат.

«Не получится магией — буду бить кулаками!»

Катя отступила назад, к стене.

— Не бойся, — перестав смеяться, произнес Рейн. — Убивать я тебя не буду. Просто нарисую тебе на груди такой же шрам.

И с этими словами достал из-за пояса кривой клинок. Нож больше походил на зуб причудливого монстра.

«А может, так оно и есть? — вдруг с ужасом подумала девушка. — Может, это и есть зуб какого-нибудь гада?».

Казалось, что в таких подземельях, где она сейчас была, такие монстры вполне могут обитать.

Конечно же никаких монстров не существует — если не брать в расчет таких уродов, какой сейчас стоит перед ней. Верно говорят, что страшнее любого зверя человек.

— Убью! — крикнула Катя.

И бросилась на противника.

Хотела выбить из руки нож.

Не получилось.

Рейн опередил ее и отвесил пощечину.

Катя даже не успела вскрикнуть — полетела в сторону. И только когда упала, почувствовала, как заполыхала пламенем щека. Слезы невольно проступили на глазах.

— Ты глупая, раз решила тягаться со мной, — буднично сообщил Рейн.

И присел рядом с плачущей Катей на корточки.

— За каждое свое действие нужно отвечать, — повторил Рейн и схватил девушку за волосы.

Грубо оттянув голову назад, приставил к горлу нож.

— Веди себя благоразумно — и останешься в живых.

Потом поднял ее на ноги — одним легким движением.

У этого монстра силы было не меряно. Катя с ужасом поняла — он может одним движением свернуть ей шею как цыпленку.

Девушка закричала от боли и страха.

— Тише! — прошипел Рейн. — Тиш-ш-ше!

Лезвие ножа приблизилось к груди. Девушка попыталась отстраниться, но не смогла — помешала каменная стена. Паника схватила за горло холодными пальцами.

Этот страх, первобытный, животный, приметил Рейн. И вновь ухмыльнулся, обнажая жуткие зубы.

Острие ножа плавно зашло под одежду. Катя почувствовала ледяное прикосновение стали.

Улыбаясь, Рейн рванул нож на себя. Лезвие с легкостью распороло блузку и лифчик, одежда упала на пол, обнажая юное тело.

Миниатюрная грудь Кати колыхалась от всхлипов. Кожа от прохлады покрылась «мурашками».

Рейн глянул на наготу девушки. Кивнул.

Вновь приблизил острие ножа.

— Нет! Не надо! — одними губами произнесла Катя. — Прошу!

Рейн ничего не ответил.

Сталь прикоснулась к белой коже.

И это прикосновение — пронзительно холодное, — заставило Катю закричать. Сначала это был крик страха, потом — ярости.

Девушка схватила Рейна за руку — ту самую, в которой находился нож, — отвела в сторону, потянула врага на себя и вцепилась противнику горло.

Рывок был на инстинктах, продиктованный желанием жить. Потому и сработал.

Катя стиснула зубы и почувствовала, как кожа противника лопнула. Рот наполнился чем-то горячим, с медным привкусом. Девушке хотелось только одного — разорвать монстра на куски.

Рейн закричал, оттолкнул девушку. Но та лишь дернулась, не отцепившись — так крепко ухватилась зубами за горло обидчика.

Тогда Рейн ударил ее локтем в живот.

Хватка ослабла, Катя тяжело выдохнула и упала на пол.

— Сука! — зарычал Рейн, схватившись за шею.

Он не ожидал такого развития событий и сейчас был растерян. Укусила — подумать только!

Из раны потекла кровь.

Презрительно глянув на голое свернувшееся в клубок тело, Рейн вышел прочь — нужно было срочно обработать рану.

Катя осталась одна. Ее начало лихорадить.

***

Я объяснил свой план ребятам. Необходимо было применить эффект неожиданности. В прошлый раз он очень хорошо помог отбиться от мага. Думаю, и в этот раз будет не лишним им воспользоваться. А с учетом того, что у нас есть защитные магические камни, есть очень большой шанс раздавить этого гада как таракана.

— Вы укроетесь за домом. Противник не зря назначил встречу на пустыре. Поэтому ближе подойти не получится. По моему сигналу окружаем его и нейтрализуем.

— Эй, на убийство я не подписывался! — тут же запротестовал Барсук.

— Заткнись! — шикнула на него Герда. — Просто намнем этому уроду бока!

— Ну, тогда это мне по нраву!

Некоторое время мы шли молча — каждый думая о чем-то своем. Я проигрывал в голове все развития событий. Барсук, судя по выражению довольного лица, думал о чем-то веселом — наверняка о том, что удастся помахать кулаками.

— Ребята, как думаете, на предстоящем турнире и в самом деле будет сам Император? — внезапно спросил Андрей.

— А почему бы и нет? — ответила Герда.

— Но он же не особый любитель таких зрелищ.

— Он нет, а его любовница, госпожа Анна Бернар — да. Она любит бои, и на петушиные вот недавно, я слышал, ходила.

— Никакая она ему не любовница! — запротестовал Барсук. — Просто знакомая! Я печенкой чувствую, что не те у них отношения — а уж я в этом кое-что понимаю!

— Да ничего ты не понимаешь! — махнула рукой Герда.

— Это я то не понимаю? Ну какая к черту любовница? Сколько лет Императору? Ему уже ничего не надо.

— Ага, как же — не надо! — хмыкнула Герда. — Любовница она, самая настоящая. Думаешь, просто так ее Император из Театра Балета к себе во дворец забрал? Она же, по сути, простая танцовщица была. А тут вдруг няней его детям заделалась.

— Ну, может быть, у нее способность детей успокаивать? — неуверенно ответил Барсук.

— Да какая способность! — хмыкнула Герда. — Другая у нее способность есть та самая, ради которой ты все свои деньги тратишь на кабацких баб. Если бы не тяжелая болезнь супруги Императора, у Афродиты Ивановны, то давно бы эту танцовщицу взашей выгнали бы из дворца.

— Ну а что, Император не человек что ли? — пожал плечами Барсук. — Ему тоже охота ласки.

Герда посмотрела на парня так, что тот даже попятился назад. Но продолжил свою мысль:

— Афродита Ивановна не в состоянии.

— А что с ней? — спросил я, не в силах сдержать любопытство.

— Ты что, с Луны свалился? — спросила Герда, удивленно глянув на меня.

Я запоздало понял, что ляпнул ерунду. Нужно было поковыряться в памяти Аристарха, чтобы найти ответ. Но не хотелось этого делать, и я просто спросил.

— С головой у нее не все в порядке, — ответил Барсук.

— Это у тебя с головой не все в порядке! — передразнив его, бросила Герда.

— А что, разве не так? Разве я не прав? — стал возмущаться Барсук. — Повредилась рассудком, когда на одной из конных прогулок упала с лошади. Да неудачно упала, прямо головой об камень. В общем, с тех пор ходит как зомби, никого не признает.

— Да ты то откуда это все знаешь? Что ходит она как зомби? И никого не признает? — спросила Герда. — Сам что ли видел? Афродита Ивановна уже давно не появляется на людях и на светских мероприятиях.

— Сам не видел, но есть знакомые, — буркнул Барсук.

— Какие еще знакомые? Опять врешь?

— Не вру! У меня брат двоюродный, у него знакомый хороший есть, так у того сестра троюродная в дворце императорском уборщицей работает. Вот она рассказывала.

— Бред! — хмыкнула Герда.

— Чего сразу бред? Так и есть. Император...

— И чего ты так завелся с этим Императором?

— Я завелся?!

— Ну да, — кивнула Герда. — Ты лучше думай, как в турнире себя хорошо показать — последняя тренировка показала, что у тебя слабая левая, да и прямой удар страдает.

— Все под контролем, — хмуро ответил тот.

— Кстати, зачем тебе это?

— Что — это?

— Ну, турнир. Ты ведь все просаживаешь на баб. Не проще ли устроиться на нормальную работу?

— Дело не в бабах, — сморщился Барсук.

— А в чем тогда?

— Тебе не понять, — отмахнулся парень.

— Ну что сразу не понять? Ты скажи понятно.

— Я фамилию хочу получить, — после некоторого раздумья ответил Барсук.

— У тебя есть фамилия — Петров, — ответила Герда.

— Я же говорю, что не поймешь. Петров — это по документам. Просто фамилия, простолюдная. Она не обладает силой.

— Погоди, ты что, клан родовой хочешь создать что ли?

— Создать? — усмехнулся Барсук. — Это вряд ли. Слишком сложно включить новую фамилию в Императорский Реестр. А вот вступить в какой-нибудь род можно. Для этого и тренируюсь, и в турнирах участвую.

— Я бы тоже не отказалась от такого, — внезапно поддержала его девушка.

— Вот видишь, — кивнул Барсук. — У нас оказывается есть что-то общее, если ты понимаешь, о чем я.

Парень подмигнул Герде.

— Да ну тебя.

— Вполне нормальная мечта, — согласился Андрей. — Фамильный род, признанный, крепкий, дружный — это как вторая семья. Ты служишь ему, но и он служит тебе.

— Как в книге — один за всех и все за одного, — улыбнулся Барсук.

— Верно. Только вот сложно это — вступить в род.

— Сложно, но можно. А у победителей многих боевых турниров шансов больше.

— Ну не знаю, — сморщилась Герда. — Может быть, ты и прав.

— Что значит «может быть?» — возмутился Барсук. — Я всегда прав!

— Ребята, хватит спорить, — шепнул я. — Подходим уже.

Спутники замолчали.

Я знаками показал, кому куда идти. Герда двинула в северную часть, где можно было укрыться в небольших зарослях, Барсук — с западной, Андрей — восточную. Я же пошел прямо.

Обостренное чутье подсказывало — гостя еще нет на месте. Хотя и прошлый раз я не чувствовал опасности. Поэтому так глупо попался. Значит надо быть на чеку уже сейчас.

Я прислушался.

Тихий стрекот сверчка. Вдали, с магистрали, слышен гул машин. Ветер шелестит в кронах деревьев. В соседних, через дорогу, домах могильная тишина — хозяева давно от туда съехали. Никаких подозрительных шумов.

Убедившись, что друзья спрятались и их не видно, я двинул к пустырю.

Вечере уже окутал все полумраком, поэтому прошмыгнувшую тень я увидел запоздало.

— Не сомневался, что ты придешь! — произнес гость скрипучим голосом.

Похититель не стал атаковать, хотя имел все шансы меня одолеть. Не хотел рисковать? Или был уверен, что сделка пройдет без лишней возни? А может, почувствовал защитные камни? Судя по кислому выражению лица — последнее. Что, не нравится?

— Где Катя? — спросил я, оборачиваясь.

Жуткое лицо, больше похожее на маску, выделялось своей белизной в сумраке.

Я невольно вздрогнул, вспомнив призраков, с которыми мне приходилось встречаться. Этот гость тоже чем-то походил на них.

— За нее не переживай. Она будет свободна, как только я получу свое.

— Своё? — не смог сдержаться я. — Не твоё!

— Хочешь подискутировать на эту тему? — усмехнулся гость. — Не в твоих интересах. И не в интересах твоей сестры. У нее мало времени. Мне нужна твоя сила. И возможно даже ты не умрешь — если будешь послушным. Просто некоторое время у тебя будет слабость. Так поспеши — часы тикают.

Гость шагнул ко мне.

— Сначала отпусти Катю, — потребовал я.

— Жаль, что послушным ты не хочешь быть, — словно бы самому себе произнес гость.

И бросился на меня.

Его рывок был настолько стремительным, что в воздухе остался фиолетовый магический след.

Удар.

Боль.

Падение.

Я застонал.

— Придется высосать тебя полностью!

Крепкие руки противника схватили меня и попытались поднять.

Я помнил, что ждет меня после такого поднятия. Поэтому сквозь адскую боль вывернулся из захвата и оказался на земле.

Тут же атаковал.

Несколько наработанных техник позволили отбить выпады противника. Но боги, какова же была его сила и умения! Он знал многие мои приемы, отработанные еще в другом мире — слово угадывал.

Меня озарила догадка. Читает мысли!

Пусть и не так умело — все-таки пару ударов мне удалось провести, — но все же. И про засаду наверняка знает. Поэтому и ухмыляется так. А магический камень, который сейчас болтается на моей шее, от такого не спасает — все-таки это не боевое заклятие.

Я подумал о прямом выпаде с последующим броском.

...Но вместо этого сделал подсечку.

Сработало!

Готовый отразить прямой удар, противник поставил блок. И плюхнулся на землю.

От злобы враг даже заскрежетал зубами.

Но тут же подскочил обратно на ноги — не без помощи магии.

Противник готов был броситься на меня, но в дело включились мои друзья.

Первым из засады вскочила Герда. С протяжным криком она рванула на врага.

Ее коронный прямой удар ногой был отражен в одно мгновение.

Девушка вскрикнула и упала на землю.

Следом из-за дома выскочил Андрей. Потом — Барсук.

Вдвоем они попытались окружить противника, но тот махнул рукой — и мощная вспышка отбросила парней, словно пушинки.

Противник ликующе рассмеялся.

Что?! Почему камни не защитили от магического воздействия? Не достаточно сильны против такого соперника?

Я вновь атаковал. И вновь подумал об одном приеме, а сам провел другой. Это сбило врага с толку. Он отхватил прямой в челюсть и пошатнулся.

Ага!

Еще атака. Но противник, поставив хороший блок, каким был бы доволен сам Антон Константинович, не смог пробить мою атаку. Я ткнул противника в локоть, едва не сломал себе руку.

— Демоны! — не смог сдержать я вскрика.

Еще один взмах руки — и враг метнул в меня упругую магическую волну.

Драться с магами у меня был опыт. И потому я успел отклониться. Герда, поднявшаяся на ноги, тоже отпрянула в сторону.

Волна ушла мимо, срезав кусты словно серпом. Попади под такое воздействие — и не сносить головы. Тут, наверное, и камень не помог бы.

Вдвоем с девушкой мы пошли в контратаку.

Противника это не напугало. Он с легкостью начал отбиваться от наших ударов и даже иногда наносить ответные.

Первой пропустила удар Герда. Я услышал как кулак с щелчком ударил девушку в скулу и Герда упала на землю.

На выручку подошли Барсук и Андрей. Втроем мы оттеснили противника к кустам и уже готовы были поставить победную точку в этом сражении, как враг вдруг вычертил одним движением магическую руну в воздухе и метнул ее в нас.

Голубое свечение ударило прямо в лица. В ту же секунду я почувствовал огненную волну, которая опалила брови и резко толкнула вперед. Магические камни, висевшие на шея, вспыхнули кроваво-красным. Я почувствовал, как таящиеся в них защитные заклятия работают в полную силу, и даже сверх этого. Не будь сейчас на нас этой защиты — мы бы давно уже умерли. А так — остались в живых.

Только через десяток секунд я понял, что лежу на земле.

В голове гудело. В висок будто заколотили несколько ржавых гвоздей.

Андрей и Барсук лежали рядом.

Противник убил бы нас — это было самое логичное сейчас. Но не мог — переключил внимание на Герду, которая с трудом встала и вновь вступила в бой. Девушка спасла нам жизни. Только надолго ли?

Я с трудом поднялся. Слабость путала ноги. Я тряхнул головой. Застонал. Подошел к парням, начал их трясти.

— Андрей! Барсук! Вставайте!

Парни что-то промычали в ответ. Магический удар для них оказался слишком сильным, оглушил их.

План рушился. Молниеносной атаки не вышло, противник оказался на удивление силен. Его умения — даже простые, без магии, — поражали. Он явно обучался боевым искусствам.

Я мысленно выругался, что впутал в это дело друзей — сдается мне, что следующий рассвет им не встретить. Впрочем, как и мне.

— Эй, ты! — окрикнул я противника, понимая, что еще минута — и Герда будет убита.

Враг остановился. Одним движением смахнул девушку в сторону, словно надоедливую муху. Ринулся ко мне.

— Окружаем! — выдохнул Андрей.

Парням было тяжело — я это чувствовал, — бой со столь сильным соперником был не прост, но они нашли в себе силы встать и продолжить битву.

Мы начали заходить похитителю со всех сторон.

Противник понял, что сил потрачено уже преизрядное количество, а нас все не убавляется. И потому предпочел отступить. Но отпускать его нельзя было ни в коем случае.

Я рванул на негодяя, намереваясь вцепиться тому в лицо. Одновременно со мной на врага бросились Андрей и Барсук.

Издав звериный рык, маг вдруг сотворил в воздухе заклятие и швырнул в нас.

Шарахнуло.

Увернуться с его кошачьей реакцией успел только Андрей. Мы же полетели в стороны.

Но вот уклониться от выпада похитителя парень не смог.

Противник схватил Андрея за горло и поднял над землей. Точно так же, как недавно брал меня, чтобы высосать все силы.

Твою мать!

Я понял, какая участь сейчас ждет друга, потому что увидел, как его магический защитный камень лежит на земле — веревочка не выдержала и лопнула. Понял — но уже не успевал. Поднялся, сквозь боль и зубовный скрежет, поковылял к врагу.

Но враг уже начал свое жуткое дело.

Уважаемые читатели! Прошу поддержать книгу лайком — это очень мотивирует и радует автора!)) Спасибо!

Следующая прода — уже завтра!

Глава 13

Враг раскрыл пасть, заглянул в глаза жертве и... замер.

Он не стал высасывать из Андрея силу, а просто глядел ему прямо в глаза, словно найдя что-то там, глубоко внутри своей жертвы.

Серебристый полупрозрачный поток пошел не от Андрея, как я думал, а от противника. Враг хотел поделиться своей силой? Нет. Это была не сила. Что-то иное, магического свойства. Что-то черное по своей сути, плохое. Словно ползущая болотная тварь, вылезшая из своего обиталища.

Андрей попытался вырваться, но сияние усилилось и парень сразу же затих. Поток проникал в его голову, стремительно, без остановки.

Вскоре все закончилось.

Хищно ухмыльнувшись, враг отбросил Андрея прямо на меня и скрылся в ослепительно яркой вспышке, которую, как видимо, сотворил только что.

Я успел подхватить друга, осторожно положил на землю. Андрей был без сознания. Пара пощечин привели его в чувство.

— Ты как?

— Нормально... — ответил растеряно тот.

Я глянул противнику вслед, ожидая его скорого появления. Возможно, с какими-то новыми магическими конструктами.

Но врага все не было. Он действительно бежал. Или, все же, временно ушел, чтобы вновь вернутся в самый неожиданный момент? Я надеялся что первое. Но знал, что это всего лишь желаемое.

«Надейся на лучшее, но готовься к худшему», — как любил говаривать мой учитель.

Враг вернется. Обязательно вернется. Только вот когда?

— Встать можешь? — спросил я у Андрея.

Тот кивнул.

Поднялся.

— Что это было? — к нам подошла Герда.

Судя по виду ей досталось знатно. Барсук тоже приковылял. Его лицо было в крови, но на лице играла улыбка. Парень остался жив и теперь радовался этому.

— Не знаю, — ответил я. — Какое-то воздействие. Не пойму только какое.

Я глянул на Андрея.

— Что чувствуешь?

Тот неопределенно пожал плечами.

— Думал, придушит меня. А когда мне в глазах посмотрел, я чуть с ума не сошел! На меня будто сама смерть посмотрела!

— Да ладно тебе! — с ухмылкой произнес Барсук, стирая с лица кровь рукавом. — Скажешь тоже! Смерть!

— Это не человек! Ну то есть снаружи он обычный, но внутри... словно бы сплошь сотканный из мрака. А потом этот свет... он словно насквозь меня просветил.

— Не знаешь зачем?

Андрей покачал головой.

— Ты точно в порядке?

— Да, теперь лучше.

— Что теперь будем делать? — спросил Барсук. — Ведь твоя сестра по прежнему в плену.

Я не знал что ответить на этот вопрос.

Меня раздирала злость — за свое бессилие, за то, что не могу освободить сестру. Что сейчас с ней? Что будет с ней делать этот урод после такой неудачной попытки с нашей стороны обезвредить его? Подло мстить, вымещая злость? Демоны! Он ответит мне, если с ее головы упадет хоть волосок.

Я в бессилии стукнул кулаком себя по лбу. У меня полно магических заготовок, с помощью которых можно выследить противника, наслать на него чуму, испепелить негасимым огнем, раздавить каменными молотилками, изрубить живыми мечами. Но я не могу ничего из этого сделать — не хватает умения. И камней как назло нет. Или все же есть?

Призрачная надежда потухло довольно скоро — спутники ответили, что камней у них нет и как их можно достать, не имея денег, они тоже не знают.

Некоторое время я молчал, лихорадочно пытаясь придумать что же делать дальше. Никаких мыслей не было. Это провал.

Я нехотя произнес:

— Возвращаемся назад.

— Но... — начала Герда.

Я остановил ее жестом руки.

— Сейчас все дальнейшие наши действия будут бессмысленны — я упустил противника.

— Не ты, а мы, — поправил меня Барсук.

— Вы помогли мне, но враг оказался сильнее. Я не смею больше вас просить о помощи.

— И что ты будешь делать? — резонно спросил Андрей.

— Невозможное, — ответил я.

Спутники вопросительно глянули на меня, но я не стал вдаваться в подробности. Вместо этого я внимательно осмотрел землю, на которой и происходило сражение, обнаружил несколько четких отпечатков ботинок противника.

Да, за любую магию надо дорого платить, и плата эта необязательно выражается в золоте или серебре. На этот счет у меня появилась кое-какая мысль.

— И все-таки — что ты намерился делать? — не успокаивался Андрей.

— Постараюсь найти магический след, — пояснил я и начал собирать землю в карман.

— Магический? — удивился Андрей. — А ты разве умеешь? У тебя и камней нет.

— Знаю, — сморщился я. — Поэтому попытаюсь подключить к этому делу одного своего старого знакомого.

Мои спутники вопросительно глянули на меня, но не стал им ничего пояснять — просто поблагодарил за помощь и двинул в съемную квартиру.

Там меня уже ждал Холанд.

Расхаживая из угла в угол, он нервно хрустел костяшками пальцев. Увидев меня, демон подскочил, начал торопливо расспрашивать:

— Ну как? Что там? Не томи! Ну же!

Хотя и по моим синякам на лице все прекрасно понимал.

— Упустил, — хмуро произнес я. — Противник оказался силен... и повел себя не так, как я ожидал.

— Что ты имеешь в виду?

Я коротко рассказал демону случившееся. Тот слушал молча, лишь иногда кивая головой.

— И что дальше? — после того, как я закончил, спросил он.

— Дальше — мы будем определять магический след. Я знаю необходимые заклинания.

— Я тоже знаю, — хмыкнул демон. — Но как? Ни камней, ни сил у нас нет! Что толку от того, что мы оба знаем нужные заклятия? — вскинул руками Холанд.

— Сила есть, — поправил его я. — У меня.

— Ну допустим, — кисло произнес демон. — А камни? Как мы будет направлять магию? Как будем ее аккумулировать? Фокусировать? Ты об этом подумал? Это невозможно!

— Вообще-то есть один вариант, — ответил я, хитро поглядывая на демона.

— Что ты имеешь ввиду? — не понял тот.

— Ты можешь стать камнем.

— Как это... — демон вопросительно посмотрел на меня.

Его лицо вдруг начало вытягиваться.

— Ты что...

— Именно, — кивнул я.

— Нет! — категорично заявил демон. — Я всего лишь фантомный призрак!

— Именно так, — кивнул я. — Но это не имеет значения. Твоей энергии и силы не понадобится — возьмем у меня. А ты лишь направишь ее на магический конструкт, чтобы тот ожил.

— Это же опасно! — возмутился демон.

— Опасно, — кивнул я. — Но выбора нет.

— Да это же...

— Холанд, послушай, — остановил его я. — Ты хочешь добыть Слезу Дафны?

Упоминание сакрального артефакта тут же усмирило ярость демона.

— Хочу, — смиренно ответил тот.

— То, что мы сейчас будем делать — часть того плана по поиску артефакта.

— Каким это образом? — ехидно спросил демон.

— Катя спасла мне жизнь. Я не могу поступить иначе. Не могу бросить ее. Мы должны спасти Катю. А она поможет нам продвинуться вперед — пусть и всего лишь на один шаг, — но ближе к артефакту.

— Да как?! — не вытерпел демон.

— Я не знаю. Пока не знаю. Просто чувствую это.

— Чувствует он! — передразнил меня Холанд. — А знаешь ли ты, что использование обычной, не магической силы, приведет...

— Знаю, — перебил его я.

— А мне кажется, что не знаешь, раз так легко предлагаешь мне это! Ты добровольно сжигаешь десять лет своей жизни! Десять, Авгард!

— Именно так, — кивнул я.

Я знал это и без объяснений демона. Рискованное дело, которое я предлагал совершить Холанду, даже в случае удачного исполнения спишет с меня десять — а то и больше, — лет моей жизни. Суждено мне — богом, роком, кем-то иным, — прожить, скажем, восемьдесят лет. После ритуала можно смело сказать, что смерть приблизиться ко мне гораздо ближе. А если этот срок не восемьдесят лет? А, Скажем, тридцать? Тогда...

Да, тогда дыхание смерти я буду ощущать затылком.

Но за любую магию надо платить. Особенно если нет инструментов управлять ей.

— Ты безумец! — вскинул руками демон.

— Именно поэтому мне удалось выкрасть у вас Слезу Дафны, демон. Именно поэтому.

Крыть Холанду было нечем. Он долго мялся, кряхтел, наконец произнес:

— Ладно, давай попробуем. Только чур на Огненном суде, когда нас будет судить Великий Хаос, да пусть приумножится его сущность, ты подтвердишь, что я действовал только в интересах получения Слезы Дафны!

— Хорошо, — улыбнулся я. — Скажу.

— Тогда немедля приступим.

***

Странности начались не сразу. Сначала боль в животе отвлекала на себя все внимание Кати. Этот Рейн знатно приложился. Прямо локтем. Урод!

Но потом, когда боль утихла, девушка вдруг почувствовало что-то, чего раньше никогда не чувствовала.

Она слышала, как дрожит капля воды в момент падения вниз.

Кап. Кап-кап-кап. Кап.

А между этими «кап-кап» ровная вибрация капли. Поверхностное натяжение не давало ей разлететься в стороны, а потоки воздуха колыхали гладь воды, создавая воздушную рябь, тонкую, словно паутинка, невидимую...

Катя испугано посмотрела в сторону, откуда доносились звуки капель. Показалось?

Нет. Отчетливая вибрация. Только не звука, а чего-то... словно бы иного рода. Девушке было сложно выразить это словами. Но она четко понимала — она слышит именно то, что слышит. Улавливает.

Необычное ощущение. И словно в замедленной съемке.

Кап.

И легкое подрагивание водного зеркала. Капля летит с потолка вниз, неспеша, свободно. И тысячи иголочек света отражаются внутри идеальной сферы, преломляются, преобразуются.

Кап.

Короткое падение — и тяжелый, оглушающий удар об пол, разрушающий всю идеальной сферы, разрывающий ее на тысячи крупинок, таких же круглых, как и их родительница.

Кап.

Катя тряханула головой. Что за наваждение?

Рейн ушел. Катя глянула на тяжёлую, оббитую жестью дверь и грустно хмыкнула. Такую ей ни за что не пробить.

Девушка поднялась, прикрыла руками наготу. Подняла разрезанную одежду, смастерила из этого повязку и закрыла грудь.

Потом, почувствовав наконец во рту слизь, сплюнула. Кровь. Не ее. Рейна.

От осознания этого девушке стало тошно. Спазм тут же тугим узлом стянул живот. Девушка наклонилась и ее вырвало.

Утерев рот, Катя обессилено плюхнулась на пол.

Слабость одолела ее. Стало даже трудно дышать. Перед глазами все поплыло.

Что это? Очередные последствия магического удара, который она сотворила тогда и теперь расплачивается страшным откатом? Или... что-то другое?

И вновь эти капли. Оглушающие. Сводящие с ума.

Кап. Кап-кап-кап.

И боль. Не в животе. Не в теле. В деснах. Будто режутся зубы...

Катя схватилась за голову и от боли закричала.

Ее крик никто не услышал.

***

Демон знал свое дело. Он рисовал на полу огромную восьмиконечную звезду, вписывал внутрь необходимые магические звезды и руны, закольцовывал их и мастерки выводил меридианы, по которым должна потечь сила, оживляя весь конструкт.

Я тщательно наблюдал за работай Холанда и лишь однажды поправил его, скорректировав уровни возмущения.

— Бери на пять.

— На пять? — с сомнением спросил тот, поглядывая на меня. — Ты дрыщ, не выдержишь такого потока, максимум третий.

— Я тебе сейчас покажу дрыща! Сказал на пять.

— Ладно. Мне без разницы, хочешь страдать — пожалуйста.

Демон сделал необходимые исправления, повернулся ко мне.

— А остаточный след имеется?

— Имеется.

Я вытащил из кармана землю, которую собрал на месте нашего столкновения с противником, насыпал ее в центр звезды.

Демон посмотрел на меня с явным неодобрением, под нос сам себе пробурчал:

— Безумная затея! Не знаем всех законов здешней магии, а суемся. Перемелет какой-нибудь подуровневый отток в труху — и пикнуть не успеем.

Демон был прав: то, что мы собираемся сделать — рискованно. Слишком рискованно. Но был ли у меня иной выход? Нет. И сомнений в том, что я делаю все правильно у меня не имелось.

Я не стал что-то отвечать Холанду — не хотел тратить силы на бессмысленные разговоры. Нужно было сосредоточится сейчас на другом. Предложенный мной способ поиска противника был прост. Магические камни дают топливо для создания конструкта. Но камней у нас нет. Вместо них я отдам часть своей жизненной энергии. Демон направит этот поток в созданный конструкт.

Должно сработать. Но демон не зря говорил о том, что это опасно. Здешняя магия нами не изучена. Поэтому стоит ожидать чего угодно.

— Готов? — спросил демон.

— Давай, — кивнул я.

И закрыл глаза.

В ту же секунду почувствовал холодное касание на лице — это демон погрузил мне в голову свои фантомные руки чтобы нащупать энергетическую нить. Действовал демон наверняка. Видимо в прошлой своей жизни, когда был еще человеком, работал каким-нибудь мясником или ампутатором — едко подумал я.

Стараясь отстраниться от происходящего, я стал думать об Арини. Даже и не знаю, почему именно она пришла в голову.

Холанд возился долго. Но наконец шепнул в самое ухо:

— Получилось. Готовься.

И в ту же секунду меня словно ударило молнией. Страшная боль ослепила меня, скрутила душу в тугой узел, сдавила голову.

Я вскрикнул, едва не упал на пол.

Разве так должно быть? Я не знал, потому что никогда раньше таким способом не пытался создавать магические конструкты.

Волна боли накатила, захлестнула с головой. Все померкло и я стал проваливаться в забытье. В уплывающей дымке сознания начал появляться образ Арини, сплавляющийся в лицо той, которая умерла для меня навсегда — Ники. Видение продержалось не долго — секунду-две. Потом начало таять вместе с моим сознанием.

Мрак сгущался.

Я терял сознание — а может быть, уже и умирал?

От периферии зрения вдруг стали расползаться ярко-золотистые сияющие паутины — это демон вовсю хлестал меня по щекам. Помогло. Я смог прийти в себя, открыть глаза.

— Говорил же надо тройку ставить! — возмутился Холанд, продолжая ритуал.

Я лишь хмыкнул. С тройкой далеко мы не уйдем — только зря потратим десять лет моей жизни. Надо бить наверняка.

Демон, прочитав это в моих глазах, лишь злобно фыркнул. И потянул из меня пучок света.

Это была моя сила — та, благодаря которой я живу. Сила заколебалась, резко, необычно, словно змей, пытающаяся вырваться из захвата.

И вновь нахлынула боль. Она затопила тело, непереносимая, страшная. В глазах вспыхнула радуга.

У-ух!

Я до хруста тиснул зубы.

Но не смог сдержать крика. Закричал так, что задрожали стены. Однако собственного крика не услышал — так мне было больно.

Ощущая, как пришедшее в движение заклятие начинает рвать и давить пространство вокруг, я понял, что происходит что-то не запланированное. Испуганный крик демона подтвердил догадки.

Поток силы хлынул сразу, едва не сбивая демона с ног. Холанд, надо отдать ему должное, не сдрейфил и, собравшись, удержал волну и направил ее в магический конструкт.

Потянуло холодом, сильно и резко, задул ледяной режущий ветер, не понятно откуда возникший.

— Иосафат Вседержитель! — закричал демон.

Я удивился — демон испугался тех сил, которым служит сам? Или же...

Его откинул к стене.

Эта была не та сила. Какая-то иная, поднятая из иных планов бытия. Или небытия.

Понимая, что если сейчас же ничего не предпринять, случиться непоправимое, я пополз к сияющему лучу. Его необходимо было срочно направить на конструкт. Чего бы мне это не стоило.

По моему лицу тек ледяной пот, в груди сжимал когти ужас, какого я не испытывал уже давным-давно. Но я полз.

Неуправляемая более сила металась словно дикий зверь.

В какой-то момент пространство комнаты начало пульсировать — сжиматься и разжиматься, словно оживая. Под самым потолком что-то натужно завыло и воздух вдруг наполнился искрами.

— Что... происходит? — с трудом прошептал я.

Было понятно только одно — все шло не по плану.

— Магические эманации закручиваются в другую сторону! — вымолвил демон, пытаясь выправить ситуацию.

Его объяснения мне ничего толком не пояснили.

Я глянул на искры и вдруг увидел в них силуэт.

И, кажется, понял что произошло.

Потоки силы, плохо управляемые, создали завихрения, которые в свою очередь расслоили реальность на... что? иные пространства? Я не знал, но видел, что ничего хорошего из этого не вышло. Иная сущность проникала сейчас в этот мир. Невероятно, но это было действительно так!

И сущностью этой управлял сейчас только один инстинкт — голод.

Огромная змееобразная тварь, словно бы вся сплетенная из огня, выплыла из всполохов искри и сразу же рванула к нам.

Демон взвизгнул, отпрыгнул в сторону.

Я же увернуться не успел. И получил ощутимый тычок в бок — тварь проверяла опасен ли я. И судя по тому, что ничего я ей ответить не смог, поняла — не опасен. А значит пригоден в пищу.

И атаковала теперь по-настоящему.

— Холанд! — крикнул я, кувырком уходя в сторону. — Сделай что-нибудь!

— Что я сделаю?! — закричал тот.

— Это из твоей же братии тварь!

Огненная змея словно в подтверждение моих слов зашипела, широко расскрыв пасть.

— Не из нашей! — возразил демон. — Не знаю таких!

Я подскочил на ноги.

— Надо разрушить конструкт! Тогда тварь исчезнет! — предложил демон.

Верно. Но не такой ценой.

— Нет! — закричал я, едва демон двинул в сторону нарисованного магического конструкта. — Не смей стирать!

— Но ведь...

— Не смей! Я десять лет жизни за это отдал и не позволю так просто отдать это!

— Но тогда она сожрет нас!

Я не стал отвечать Холанду — не было времени.

Огненный элементаль извернулся в воздухе причудливой восьмеркой и бросился на меня. Я отпрыгнул, едва не расшиб лоб, больно врезавшись в стул.

Тварь одним укусом разбила мебель в мелкие щепки. Начала жевать их, но быстро поняла, что дерево ей не по вкусу. Сверкнув злобно зыркалами, она зависла надо мной.

Я понял, что эта атака будет последней для меня.

Тварь щелкнула челюстями и бросилась вперед.

***

В клубе, где они сидели, заиграла музыка — что-то страшно модное и пронзительно-визгливое. Стилет сморщился, Глеф же затряс ногой в такт.

— Ну так он тебе знаком? — переспросил Глеф своего друга.

— Знаком, — кивнул Павел.

Онне стал рассказывать всех подробностей своей первой встречи с этим уродом — не хотелось ударить в грязь лицом. Лишь отделался коротким и пояснением и сказал:

— Этого гада нужно убрать.

Кулаки парня непроизвольно сжались.

Глеф охотно закивал, сказал:

— Он мне тоже поперек горла. Я бы ему морду набил. За свое... поражение.

— А мне он денег должен, — добавил Стилет. — Ведь так и не вернул бабки! Викинга, лучшего бойца, ушатал, да еще и к Константинычу свалил. По всем фронтам кинул! Урод!

Павел глянул вновь на фото.

— Лицо его знакомо. Какая фамилия?

— Не помню точно. Бельский что ли?

— Бельский? — задумчиво произнес Павел. — Этот из рода Бельских, что в Думе сидел когда-то?

— Вроде он, — пожал плечами Стилет. — Знаю, что дрыщ этот когда-то был в фамильном роде, но потом что-то у них там случилось — он один остался, да сестра его. Кстати, совсем не плохая, есть за что ухватиться!

Стилет загыкал.

— Да, знаю такой род, — ухмыльнулся Павел. — Папаша у них был слишком докучливым и честным — пришлось устранить.

— Погоди, так это твой род его опрокинул? — спросил Стилет.

— Верно, — еще шире ухмыльнулся Павел.

— Выпьем за это! — крикнул Глеф. Он уже был пьян и предлагал выпить за любой повод.

— Надо расправиться с этим Бельским, последним из рода. Чтобы и следа не осталось!

Павел стукнул кулаком по столу так, что бутылка с вином опрокинулась, обдавая напитком Глефа.

Стилет прошептал:

— Подкараулим вечером после тренировок?

— Нет, — покачал головой Павел. — Вы не поняли меня. Я сказа не морду ему начистить, а убрать. Навсегда.

— Ты что, хочешь сказать, что... — начал Глеф, с опаской поглядывая на собеседника.

— Именно это и хочу сказать.

— Но ведь это...

— Никто не смеет поднимать руку на род Николаевых. А кто рискнет — должен ответит за это своей жизнью. И исключений нет.

— Павел, послушай, — осторожно произнес Глеф. — Я конечно понимаю, что задета честь, но ведь это все-таки преступление. Я не хочу за это сидеть.

— А кто такой этот Аристарх, чтобы за него кто-то слово держал в суде? — резонно спросил Павел. — Не бойся, Глеф, все будет в порядке. К тому же у меня есть другой план. Более изощренный и приятный для мести. Без лишних свидетелей. Никто ничего не узнает. Слушайте сюда.

Сидящие пододвинулись ближе.

***

После встречи на пустыре Рейн вернулся в свое обиталище в приподнятом настроении. И ничто — не удары, полученные во время драки, ни отсутствие силы, за которой он шел, ничего не могло его сейчас огорчить. Сегодня случилось гораздо большее, на что он рассчитывал. Крупная удача. Искал медь, а нашел золото!

И что самое приятное — план родился за одно мгновение, едва Рейн взглянул парню в глаза. В этих глаза был страх — много страха. Но было кое-что и еще. Информация.

Рейн улыбнулся. Помощь пришла откуда не ждали. Что же, тем лучше. А тот, другой парень — он все равно будет выпит до суха. И очень изощренным способом. Рано или поздно. Дело только времени.

Голова была занята другим. Рейн стал ходить по комнате, размышляя. Увиденное в глазах того юнца, которого он хотел убить, его взбудоражило. Но Рейн не растерялся. Успел сделать нужное. И ушел.

«Зерно посеяно, — подумал он. — Осталось дождаться урожая».

А потом, когда задуманное будет сделано, можно вернуться к поимке того сильно пацана с огромной мощью дарка.

«Хотя, зачем откладывать? Пусть все дела делаются параллельно!»

Не в силах терпеть, Рейн вышел на улицу. Ночной город был тих, словно мертвец. Приятная прохлада облизнула взмокший лоб.

Привычной дорогой Рейн двинул к знакомому постоялому двору, где вот уже несколько лет снимал один номер.

Старик управляющий встретил его ленивым кивком.

Рейн прошел коридор, остановился возле знакомой двери. Отворил ее ключом. И вновь этот тошнотворный плотный запах, липкий и невыносимый.

Живот невольно скрутил спазм.

— Ты опоздал, — раздался знакомый гортанный голос, едва Рейн ступил на порог.

Судя по дребезжанию и бульканью Тело перешло в заключительную стадию. Плевать. Приоритеты поменялись.

— Не важно, — холодно ответил Рейн, входя в зал.

На диване лежало Тело, пыхтя сигаретой. Руки создания были черными, некроз пошел выше. Тело попыталось встать, но это не удалось — кожа на ногах с противных звуком лопнула, орошая пол гноем.

Вонь, встретившая гостя и к которой он вроде бы сейчас привык, вновь заставила сморщиться.

Рейн закашлялся, поспешно достал платок, закрыл им нос и мысленно поблагодарил старика управляющего за то, что тот уже давно потерял нюх из-за эпидемии одной болезни и теперь не может чувствовать этого запаха.

«Если бы учуял, обязательно выгнал бы меня, — подумал Рейн. — А может, и вызвал бы полицию».

— Ты опоздал, — повторило Тело, глупо взирая на собственные ноги.

Рейн ничего не ответил.

Он смотрел на серую обстановку, на покрытый чем-то склизким и зловонным пол и был рад тому, что скоро все закончится. Ходить в это место он устал. Каждый раз одно и тоже — требование сигарет, выпивки, и сквозь унижение и мольбу выбивание нужных адресов, где обнаружены потенциально сильные маги.

Скоро все закончится. В этот вечер.

Это почувствовал и Спорофит, начал дрожать. В белесом тумане желе вновь показались темные сгустки.

— Мне нужно новое Тело, — сообщил Спорофит.

В голосе послышалось подобие мольбы. Или Рейну показалось?

— Нет, — твердо ответил он, доставая из кармана перочинный нож. — Ты послужил мне для кое-чего другого.

— Зачем тебе... — начало говорить Тело и закашлялось.

Изо рта брызнула черная маслянистая жидкость.

— Бесы! — выругался Рейн, отпрянув, чтобы не быть испачканным.

— Зачем тебе нож? — закончил свой вопрос Спорофит.

— Ты знаешь зачем, — ответил Рейн.

И подошел к Телу.

Тело попыталось оказать сопротивление, но его хватка была слабой. Слабые пальцы, обхватившие запястье Рейна, вызвали только чувство брезгливости.

Гость с легкостью вырвался из захвата, наотмашь полосонул Тело.

Крови не было. Лезвие с сухим звуком вонзилось в плоть оставляя на ней черный шрам. Точный удар перерезал мышцы, руки сидящего безвольно обвисли.

— Что ты делаешь? — пробулькало Тело.

— Ты знаешь, — ухмыльнулся Рейн, глядя на Спорофита.

Желе вновь задрожало, черные сгустки начали краснеть — от гнева.

— Столько сил вложено, — произнесло Тело, имея ввиду свое создание.

— Плевать, уже не важно.

Рейн приблизился почти вплотную к Спорофиту, осторожно начал отделять его от головы с помощью ножа.

Тело издало протяжный густой звук. Очередная попытка отбиться от Рейна не привела к успеху.

— Не сопротивляйся — смирись с неизбежным! — со смехом произнес Рейн, отрезая Спорофит от головы Тела.

Давно, как же давно он хотел это сделать! Время настало.

Едва желе отделилось от головы, как Тело начало биться в судорогах, потом вновь издало низкий звук, гораздо тише, словно выпуская воздух, и наконец затихло.

— А ты, — Рейн глянул на сочащееся слизью желе в своих руках. — Пойдешь со мной.

И вышел из комнаты.

Всю обратную дорогу до дома, Рейн шел, насвистывая незатейливую мелодию. Настроение в эту ночь у него было превосходным.

Вернувшись в дом, Рейн достал из кармана Спорофит. Глянул на желе, убедиться, что дорогу мерзкое создание перенесло. Потом двинул в подвал.

Оттуда, снизу, уже доносились крики.

Глава 14

Пить.

Как же хочется пить.

Катя открыла глаза — веки показались ей такими тяжелыми, словно налитыми свинцом. Все тот же подвал, тьма, пищащие в углу мыши.

Кажется, она кричала. Или это привиделось? Все словно в каком-то тумане.

Пить. Пить. Пить.

Жажда сдавливала горло, наждачной бумагой обирала нутро.

Что происходит? Странно состояние.

Катя тряхнула головой, пытаясь отогнать усталость и туман, застилающие разум. Не помогло. Тошнило. Слабость пронзала тело странной болью, вытягивая жилы. А еще болели зубы. Сверлящая боль накатывала волнами и порой Кате приходилось хвататься за челюсти и стонать, чтобы хоть как-то выплеснуть ее.

Когда волна боли спадала, туман вновь окутывал разум, едва не погружая в беспамятство. Катя старалась в такие моменты чем-то занять себя — считала падающие капли, пыталась определить сколько мышей возиться в углу. Падать в обморок ей не хотелось.

«Упаду, а мышь обгрызут уши или нос», — подумалось ей, и страх на мгновение стряхнул пелену.

Девушка попыталась отвлечься от невеселых мыслей, но размышления привели лишь к одному вопросу — зачем Рейну ее брат? Какие-то разборки из-за наркотиков?

Ах, этот Аристарх, несносный мальчишка! Восемнадцать лет, а до сих пор мозгов в голове нет. Хотя, в последнее время вроде взялся за ум, да что толку? Прошло просто так не отпустит. Слишком много грехов накопилось, сразу не скинешь их. Все искупить надо. Только каким будет это искупление? Какова цена?

Катя взглянула на свои бледные трясущие от страха руки и невольно заплакала.

Эх, если бы был жив отец... Ничего этого не было. Аристарх не связался бы с плохой компанией, она бы, вместо того чтобы работать по десять часов каждый день, чтобы прокормить их, пошла бы на учебу, на экономический факультет. Уже бы отучилась. О защите диплома думала бы, а не о том, как ей живой выбраться из сырого подвала.

Горькие слезы текли по щекам и все никак не хотели останавливаться.

Аристарх, это из-за тебя все произошло!

У дальней стены послышались знакомые звуки. Шарканье, размеренные шаги. Хозяин подземелья вернулся. Скрипнула дверь, вновь захлопнулась.

— Я вернулся, — произнес Рейн.

Его голос был спокоен — никакой злости и агрессии. Словно пришел после тяжелого рабочего дня домой.

— А вид у тебя не важный, — хозяин подошел к Кате, пристально рассмотрел.

От этого липкого тяжелого взгляда стало не по себе.

— Я... хочу... пить... — произнесла девушка и сама неприятно удивилась своему скрипучему голосу.

— Пить? — насмешливо переспросил Рейн. — Не удивительно, ожидаемо. Но пить я тебе не дам.

Эта полная издевки фраза в мгновение разозлили Катю, и она зашипела, словно змея, рванул на Рейна.

— Ух, какая прыткая! — Рейн одним движением оттолкнул ее обратно. — Но у тебя слишком мало сил чтобы противостоять мне.

— Дай... мне... пить... — одними губами прошептала Катя — говорить не оставалось сил, вместо звуков из горла вырвался лишь сухой свист.

Рейн подошел ближе к лежащей и плачущей на полу Кате, произнес:

— Хочешь пить? Я смогу утолить твою жажду. Но сначала ты выполнишь мой приказ.

Катя глянула на Рейна. Ей хотелось послать этого урода, куда подальше... но она слишком сильно хотела пить.

Жажда... казалось, нет ничего кроме нее на этом свете.

— Что надо сделать? — смиренно спросила она, опуская взгляд.

— Так-то лучше, — кивнул Рейн, доставая из кармана сморщенного Спорофита. — Во-первых, покажи мне свою шею. Сейчас будет немного больно.

С этими словами он двинул к ней. Спорофит в его руках задрожал в предвкушении.

***

Я уже успел тысячу раз пожалеть о том, что вообще затеял все это. Да, было безрассудным пытаться творить магию в мало изученном мире. Но... всегда найдется это самое «но», из-за которого ты не можешь поступить иначе.

И теперь меня это «но» привело к тому, что на меня летела инфернальная огненная тварь, похожая на огромную змею, мечтая только об одном — полакомиться мной.

Спас демон.

Каким-то невероятным усилием он схватил стул и метнул его в змеюку.

Конечно этого было недостаточно, чтобы убить ее. Однако траектория броска у существа изменилась и она пролетела в сантиметрах от меня, едва не сдирая скальп своими мощными костяными шипами. Я почувствовал, как огненная волна подпалила мне волосы на коже.

— Авгард! — закричал в ужасе демон — змея, недовольная тем, что ей помешали, решила теперь разобраться с обидчиком.

Понимая, что существо может жрать не только тех, кто состоит из плоти и крови, но фантомных созданий, типа Холанда, я рванул на выручку последнему. Хотя и не знал как его спасти.

Идею подсказала ножка стула, который разбился об голову твари из иных планов бытия. Схватив деревяшку, я прыгнул и с размаху врезал дубинкой по хребтине противника.

Звук получился гулкий, сухой.

Тварь взвизгнула, отскочила в сторону.

— Так ее! — радостно крикнул Холанд, отступая к двери. — Врежь ей еще!

— Демон! — рявкнул я, понимая, что сейчас у того на уме. — Не смей выходить на улицу!

Нельзя было допустить того, что монстр вырвался наружу. Сложно даже представить, что может произойти при таком развитии событий.

— Да я и не...

Тварь, оправившись от удара, вновь рванула к нам.

Я отпрыгнул в сторону. Чудом извернувшись так, чтобы не насадиться на огромные иглы-зубы змеюги, я вновь занес палку для удара.

Но не успел ударить.

Понимая, что опасность в моих руках, тварь бульдожьей хваткой вцепилась в ножку стула и с остервенением за секунду превратила ее в груду щепок и опилок.

От такой прыти опешил даже я.

Множество я монстров успел повидать, но таких...

— Ее нужно магией ударить! — завопил демон.

Ага, хороший совет. Только бесполезный. Как же я ее магией, ведь у меня...

— Возьми немного из того, что использовали на заклятие поиска! — словно прочитав мои мысли, крикнул Холанд.

Рискованно. Но идея разумная. Ведь мы взяли с запасом — пятый уровень, вместо третьего. А значит есть шанс...

Память — моя настоящая, — живо извлекла из своих недр нужный конструкт, который я тут же сотворил. А потом, стискивая зубы от боли, зачерпнул из потока силы и направил на светящуюся печатями и извилистыми линиями заклятие.

Конструкт вспыхнул.

Именно так, как и должен был. В сердце даже ёкнуло — какой знакомый приятный голубоватый свет, истекающий из рунических символов. Словно я был сейчас не в чужом мне мире, а каком-нибудь Устаре, где я когда-то вдоволь наигрался с магией.

Выждать. Еще выждать.

Тварь словно почувствовала подвох. Глядя немигающим взглядом на светящий в воздухе конструкт, она медлила.

«Понимает, зараза, что сейчас ей придет конец!» — злобно подумал я.

И сейчас главное не поспешить. Бросишь — увернётся. Но и перетянуть тоже нельзя.

Выждать, Авгард, еще выждать.

— Ну же! — где-то совсем далеко закричал Холанд.

Разум мой отстранился от всего, сконцентрированный на противнике и потому все звуки казались далекими.

— Бросай! Чего ты медлишь?!

Я не удосужился ответить демону — нельзя отвлекаться.

Выждать. Не поспешить.

На мгновение мы пересеклись взглядами. В полыхающих огнем зыркалах инфернального существа я увидел лишь голод. Тупая тварь! Брюхо твое бездонно. Давай же! Нападай.

Но она медлила. Огромный хвост, покрытый острыми зубцами, плавно покачивался из стороны в сторону. Монстр завис в воздухе.

Я долго не удержу — вдруг пришла в голову мысль. Я даже не сразу понял что именно пытается мне донести мой разум. А когда магический конструкт вдруг мелко задрожал, то сообразил. Это я в свое мире мог без проблем удерживать заклятие сколько нужно — силы и умения было с лихвой. А здесь, где нет ничего, любое магическое умение забирает множество сил. Которых совсем мало.

Ну же! Чего ты ждешь, тварь! Давай! Нападай!

Мои кулаки невольно сжались. А может, и в самом деле ударить? Расстояние не такое уж и большое. Есть шанс попасть...

Нет, эта гадина этого и ждет. На таком расстоянии ей хватит сил и времени, чтобы увернуться.

Выждать. Чего бы это не стоило. Иначе все будет зазря.

Первой не вытерпела тварь.

Раззявив пасть и издав стрекочущий противный звук, она стрелой метнулась на меня.

Ухмыльнувшись, я бросил в нее конструкт.

Заклятие с шипением пронеслось над моей головой и врезалось в голову противника. На мгновение вспыхнули ярко-голубым магические руны. А потом по помещению прокатился раскатистый грохот — словно ударила молния.

Конструкт разбился на мелкие части — а вместе с ним и голова твари. Сияющие осколки перемешались с огненной плотью твари и фонтаном полетели в разные стороны.

Я не успел обрадоваться победе — ноги мои подкосились и я рухнул на пол.

— Авгард! — демон подскочил ко мне. — Ты в порядке?

— Нормально, — кивнул я.

Использование лишней силы дало о себе знать — я чувствовал себя словно выжатый лимон.

— Что это было? — я кивнул на змею, лежащую на полу.

Плоть твари начала меркнуть и словно бы таять в воздухе. Над телом поднялось небольшое серое облачко.

— Не знаю, — пожал плечами демон. — Да и не важно сейчас.

— А что с заклятием поиска?

Мы одновременно оглянулись.

Стараясь уловить биения незримых струек и ручейков магии, я следил за конструктом, который к этому времени уже начал светить мягким зеленым сетом.

Под сердцем затаилось недоброе. Неужели не получилось?

Демон тоже, кажется, уже не верил в успех и сокрушенно вздыхал.

— Нет, — покачал я головой, не желая мириться с этой мыслью. — Нет-нет!

У нас должно было получится! Ведь не могли же мы зря использовать десять лет жизни на то, что в итоге не сорвалось!

Конструкт начал меркнуть.

— Нет, не может быть...

— Кажется, может, — покачал головой Холанд. И вновь вздохнул.

Блеклые всполохи света начали появляться по краям магического заклятия.

— Погоди, — вдруг прошептал демон. — Я кажется что-то вижу... Получилось, Авгард! Получилось!

Я поднял отяжелевшую словно в нее набили свинца голову и тоже увидел. В молочной дымке тумана отчетливо проступала золотая нить — след противника.

***

— Мне это не мерещится? — спросил я, прищуривая глаза.

От истраченных сил все плыло.

— Не мерещится, — ответил демон, подойдя чуть ближе к нити.

— Тогда бери ее. Да только осторожно — не порви, она хрупкая.

— Знаю, — по старчески крякнул демон, аккуратно беря в руки нить.

Дело оставалось за малым — пустить ее и дать указать путь, по которому можно было найти врага и сестру.

— Ты что, хочешь прямо сейчас? — прочитав в моих глазах решительность. Спросил Холанд.

— Именно так, — кивнул я, поднимаясь.

— Но ты слаб!

— Катя ждать не может — никто не знает, что сейчас происходит с ней. Давай, пошевеливайся!

Демон передернул плечами, но ничего не сказал.

Мы вышли на улицу — там уже была ночь. Звезды рассыпались над нашими головами и мы некоторое время просто смотрели на них, молча, пораженные увиденным. Незнакомые созвездия, светившие несчетное количество лет, вызывали невольное уважение. Мы изучали их, пытаясь примерить к своим созвездиям. Но все напрасно. Ни одного знакомого расположения. Что и говорить — чужой мир.

От этой чуждости звезд я невольно испытал грусть. Мне захотелось к себе, в свой мир. Никогда такого не испытывал, хотя и путешествовал во множестве других миров. А тут вдруг ностальгия захлестнула. Старею?

Демон ловко развернул нить и пустил ее по пути. Полупрозрачная паутинка поползла словно живая.

— Пошли, — махнул я рукой.

Конечно, можно было вновь обратиться к друзьям, позвать их. Но тогда пришлось бы многое объяснять — откуда эта нить, кто такой Холанд, как мы найдем этого похитителя и еще множество вопросов. Но я не собирался больше вступать в поединок с врагом. Моей целью была Катя. Вернуть ее — вот сейчас главная задача. А с тем хмырем разберусь потом.

Мы шли по ночному городу, невольно поглядывая на то, как он живет. Глухие ритмические удары, раздающиеся из-за дверей ночных клубов, сотрясали воздух. Каждый раз проходя мимо таких заведений Холанд невольно останавливался и качал в так ритму. А едва видел пьяно шатающихся, тут же в его глазах появлялся дьявольский блеск.

Холанд в прошлой своей жизни был демоном веселья и разгула, пока не пошел на повышение в Бездну и теперь так же как и я откровенно ностальгировал.

— Может, зайдем? — осторожно предложил он, поглядывая на очередной клуб.

— Некогда! — жестко ответил я. — Да и зачем тебе? Ты все равно фантом — сожрать никого не получится.

— Не получится, — с вздохом скорби ответил тот.

Мы двинули дальше.

Магическая нить вскоре привела нас в темные переулки, где царила не только тьма, но и грязь, сырость, крысы. Под ногами пищали грызуны и предложил демону обернуться котом, чтобы распугать тварей, на что Холанд почему-то обиделся.

Проулок привел в небольшой закуток, где нас встретили три тени.

— Стоять! — приказал дребезжащий голос и мы остановились.

— Пришли? — спросил демон, поглядывая на нить.

Та замерла и дрожала, словно бы пытаясь определить куда идти дальше.

— Ага, пришли, — ответил все тот же голос, явно насмехаясь над нами.

Мы пригляделись.

Три тени вышли вперед. Это были какие-то отморозки, каких полно в любом из миров. Даже я, мало знакомый со здешними законами, понял, что от нас понадобиться им и каков будет дальнейший разговор.

— Кто такие? — спросил их главарь — сутулый, рябой парень, пружиня на ногах.

На его прыщавом сморщенном лице показалось что-то вроде ухмылки, хотя до конца я не был уверен. Может, просто корчит рожу?

— Какая тебе разница? — злобно цыкнул демон.

И двинул вперед, показывая, что не намеревается продолжать беседу.

— Погодь, я с тобой еще не договорил! — парень толкнул демона в плечо.

Остальные стоящие одобрительно по-обезьяньи загыкали.

— Я — это кто? — спросил Холанд.

— Меня зову Воха, и это мой район, — вожак демонстративно хрустнул костяшками пальцев. — А вот кто вы такие? И почему ходите по моему району? За это платить надо. Если хотите в живых остаться.

— Неужели они пытаются нас ограбить? — с насмешкой спросил у меня Холанд.

— Видимо так, — кивнул я, тоже улыбаясь — не улыбнуться было невозможно.

На душе стало вдруг легко и радостно. Демон, судя по его довольному лицу, испытывал то же самое. Наш общий душевный подъем объяснялся лишь тем, что парни явно не понимали на кого нарывались.

— Может, все-таки не стоит? — спросил я у того, кто назвался Вохой.

Я видел, что парни эти весьма слабы как в физическом плане, так и магическом. Они просто надеялись на свои заточки и кастеты, которые прятали за спинами. И к тому же не до конца понимали кто к ним зашел в гости. Безнаказанность стерла страх. А это порой бывает очень опасно. Бояться не стыдно. А вот когда совсем нет страха — тогда можно вляпаться в такую переделку, что мало потом не покажется. Прямо как те, кто нам повстречался по дороге.

Предвкушая знатную драку, мы сделали шаг вперед.

— Это ты мне говоришь не стоит? — удивился главарь. Он явно опешил от такой наглости. — Братва, слышали что дохляк лепит?

Его спутники захрюкали. Вожак вновь повернулся ко мне, демонстративно спросил:

— А разве ты мне что-то можешь сделать?

— Могу, — честно ответил я.

— Да ты же дрыщ! — оскалился тот. — Я тебя как соплю об стену размажу! Давай, рискни здоровьем.

— Ну раз просишь...

Не сговариваясь мы с демоном двинули на противников. Наши движения были слажены, словно мы делали так множество раз.

Шаг вперед. Выпад. Удар.

Я опрокинул Воху, демон — левого парня. Получилось это идеально — противники даже моргнуть не успели.

Оставшийся третий, надо отдать ему должное, не сдрейфил и не убежал. Вместо этого, выпучив глаза, он вытащил из-за пояса нож и с обезьяньим криком двинул на нас.

— Дурак, — вздохнул демон. И повернувшись ко мне, намеренно манерно обратился: — Вы позволите проучить негодника?

— Конечно-конечно!

Холанд таранным прямым ударом вырубил противника — у того только клацнула челюсть. Выпад столь стремительным, что враг продолжал рычать уже лежа на земле, видимо еще думая, что наступает.

— Уроды! — процедил Воха, поднимаясь на ноги и сплевывая кровавый сгусток. — Я щас вас на ремни порежу!

— Как же я давно не махал кулаками! — почти с детской радостью произнес демон. — Все какие-то магические удары, конструкты. А вот чтобы так, по простому — и не вспомнить уже!

Холанд с легкостью увернулся от выпада и контратаковал.

Шляпс!

Кажется, от удара у противника даже треснула кожа. Отморозок вскрикнул, отскочил в сторону. По асфальту звякнул нож.

Поднялся второй парень и двинул на меня. Он был габаритами больше и крепче, но не смог ничего противопоставить технике. Я с легкостью сделал ему подсечку и вдогонку ударил прямо в нос. Боец упал на землю уже без сознания. Из перекошенного сломанного носа захлестала кровь.

— Теперь ты? — спросил я у Вохи, который с удивлением смотрел на то, как его спутников обивают словно говядину и медлил.

Вожак судорожно замотал головой, потом вдруг резко развернулся на каблуках и рванул прочь.

— Наконец мудрое решение, — вслед ему произнес я.

— Жаль, — добавил демон. — Я бы намял ему бока.

И вдруг задумавшись, спросил:

— Послушай, а их жизненную силу мы можем использовать в магических ритуалах?

— Ты имеешь ввиду...

— Ну да. Зачем тратить свою, если можно чужую?

— Нет, — покачал я головой. — Так нельзя делать.

— Ты поколебался, — улыбнулся хитро демон. — Значит подумал об этом.

— Подумал, — скрипя зубами ответил я. — Но использовать чужую силу нельзя!

— Но почему?! Они же бандиты!

— Какие бы не были — они люди. Сейчас они бандиты, а завтра отрекутся от прошлого и встанут на истинный путь.

— Говоришь, как настоятель церкви, — скривился демон.

Я усмехнулся — с церковью у меня были особые отношения, не самые теплые надо признаться.

— В любом случае, нельзя их убивать.

— Да кто сказал убивать? — выпучил глаза демон. — Просто несколько годков сократим.

— Демон! — заскрипел я зубами.

— Ладно-ладно, молчу! — вскинул тот руки. — Все эти милосердия и доброта не для меня! У нас, в Бездне, все гораздо проще.

Холанд отошел на пару шагов вперед, потом остановился и так же не поворачиваясь, спросил:

— А того урода, что сестру похитил? Его силу взял бы?

— Взял, — ответил я.

— Вот видишь!

— Взял бы лишь потому, что для него нет пути назад. Он не человек и стать тем, кем был когда-то, он уже никогда не сможет — слишком далеко зашел. Пересек свою точку невозврата.

Холанд пожал плечами. И вдруг совсем тихо спросил:

— А я? Я пересек свою точку невозврата?

Этот вопрос поставил меня в тупик.

— Ладно, не важно, — опомнился демон махнул рукой.

— Нам надо идти, — произнес я, но куда идти дальше было не понятно — нить все так же лежала под ногами и указывать верное направление явно не желала.

— Почему она не шевелиться? — спросил демон, уже теряя терпение.

Но если бы я только знал ответ...

— Может... может, уже пришли? — первое, что пришло в голову, спросил я.

— Сюда?! — удивился демон, осматривая тупик. — Здесь же никого нет.

— Вижу что нет! — раздраженно ответил я.

И вновь глянул на нить. Она по прежнему не двигалась.

— Это явно не то место, — произнес демон. — Может, напутали что? Но я уверен, что заклятие было построено по всем законам, правильно и без ошибок.

— Подожди. Нить была настроена не на поиск места, — ответил я, вспоминая руны и вычисления. — А на поиск самой сестры. Верно?

— Верно. И что с того? Что ты хочешь этим сказать? — осторожно спросил Холанд.

Но я и сам еще до конца не понимал того, кто пыталась нам донести нить.

— Направление магических стяжек должно было указать месторасположение Кати, — вслух начал рассуждать я. — Значит... она где-то здесь!

— Где? — демон растеряно осмотрелся. — Здесь никого нет! Сплошная тьма.

— М-да, никого нет... — задумчиво повторил я.

— Ну как же никого нет? — вдруг раздался знакомый голос из темного угла.

Мы разом оглянулись. Холанд тут же превратился в кота.

— Я тут!

Из мрака к нам вышла Катя. На ее бледном как у призрака лице играла холодная улыбка.

Глава 15

— Катя? — удивленно воскликнул я.

— Верно, — ответила сестра, поглядывая на меня.

Этот взгляд был каким-то не таким — я и сам пока не мог точно понять что меня в нем смутило. В глубине глаз сестры словно прятался вековой холод.

— С тобой... все в порядке?

Я подошел к девушке, осмотрел ее. Рваная одежда, кое-как связанная обратно, чтобы прикрыть наготу, натолкнула на не самые радостные мысли.

— Он...

— Со мной все в порядке, — предвосхищая мой вопрос, ответила сестра.

— Точно? — я не был так уверен, в отличие от нее.

— Да, в полном порядке, — кивнула та.

— Что случилось? Как он смог пробраться в дом?

Я только сейчас сообразил, что со мной сейчас стоит демон и могут возникнуть вопросы. Но оглянувшись, я с облегчением обнаружил, что Холанд успел обратиться обратно в кота и теперь сидел у моих ног, так же удивленно поглядывая на Катю.

— Вновь приходил тот человек, — ответила Катя. И даже в голосе слышался этот холод. — Его зовут Рейн.

— Рейн?

— Да. Он хотел с помощью меня добраться до тебя.

— Да, я знаю. Он оставил записку — хотел со мной встретиться. Но это не важно. Скажи лучше, как тебе удалось сбежать? Ты ведь сбежала?

В то, что девушка могла его убить мне слабо верилось. Хотя, что еще скрывает сестра? Я мог только догадываться.

— Сбежала, — кивнула девушка. — Просто повезло. Он запер меня в каком-то помещении, а сам отлучился куда-то. В этот момент я и сбежала.

Кот под ногами тихо мяукнул и толкнул меня.

— А Рейн? Где он сейчас? — опомнился я. — Устроил погоню?

Я уже был готов вновь вступить с ним в бой — не важно, что противник в несколько раз сильнее меня.

А может, это была ловушка? И Катя в данном случае выполняет роль наживки? Помни предыдущие встречи с этим подонком, я не исключал и такой вариант.

Оглядевшись, я понял, что Рейн не прячется в засаде. Кот тоже кивнул — чисто.

— Нет, — ответила сестра, взяв меня за руку. — Погони нет. Все в полном порядке — ну, кроме того, что меня похитили и я сбежала из плена, — девушка не весело улыбнулась. — Пошли домой — я сильно устала.

— Ты вся бледная.

Она и в самом деле была белая, словно привидение.

Катя глянул на меня и мне стало не по себе — в ее взгляде было столько боли и усталости, что я невольно подошел к ней и взял за плечо, ожидая, что она сейчас завалиться в обморок.

Сестра благодарно оперлась.

— Да, пошли, — произнес я. — Тебе надо отдохнуть.

— И пуська здесь? — в голосе наконец послышались радостные нотки.

— Да, — растеряно ответил я, поглядывая на блохастого. — Увязался просто за мной.

— А ты как вышел на мой след?

— Это... это не так важно, — ответил я. — Пошли, уже слишком поздно.

Мы направились обратно.

***

Когда мы пришли домой, Катя сразу же пошла к себе в комнату. Я приготовил ей чай, постучал в дверь, но она не ответила. Ожидая недоброе, я вошел внутрь. Сестра, даже не переодевшись, плюхнулась к себе на кровать и сейчас спала. Крепко, устало.

Я укрыл сестру, вышел в зал.

— Ну, что? — спросил блохастый.

— Спит.

— Вот и хорошо. Давай и мы тоже...

Кот замолк на полуслове, глянул на меня.

— Тебя что-то беспокоит?

— Верно, — кивнул я. — Не могу пока уложить все в голове.

— Что именно?

— Бегство этого Рейна. Очень оно странное.

— Чего тут странного? — пожал плечами кот. — Испугался, понял что недооценил силы вот и трусливо поджав хвост, умчал в даль.

— Нет. Сил у него было полно. И он это прекрасно знал, все козыри были его — и заложница, и мощь. Он практически победил нас, но в последний момент ушел. Странно это.

— Не забивай голову всякой ерундой! — махнул рукой демон. — Убежал — и черт с ним!

— Я слишком долго имею дело вот с такими сущностями, подобными Рейну. И я точно знаю, что он что-то задумал. Его первоначальный план изменился в тот момент, когда он ушел. А план меняют только в одном случае — когда есть другой, гораздо лучше первого. Гораздо лучше. И это не дает мне покоя.

Демон вздохнул.

— Вечно ты голову забиваешь какой-то ерундой!

— Не ерундой, — покачал я головой. — И если бы не забивал, то и Слезу Дафны у вас бы не смог выкрасть.

Это задело по самолюбию демона, он надулся, фыркнул.

— Подумаешь! И что с того теперь? Ты же не знаешь, что у него на уме? Не знаешь. Так как ты можешь что-то решать? Никак.

— Пока — никак, — поправил его я. — К тому же на дает мне покоя бегство Кати.

— А тут то что не так?! — повысив голос, спросил Холанд. — Сестра дома — что тут плохого? Только радоваться надо!

— Если бы этот Рейн не захотел ее отпустить — она бы не сбежала. Слабо вериться, что он прокараулил свою главную наживку, с помощью которой пытался поймать меня на крючок. Кажется, это часть какого-то плана.

— Ты слишком переоцениваешь умственные способности этого Рейна. На самом деле он просто проворонил Катю, а та и сбежала. Вот и все! Не надо все усложнять! Паранойя какая-то, честное слово!

Я не ответил. Начал в уме перебирать возможные варианты, но ничего не мог подобрать. Какая-то черта в этих всех событиях была, которая объединяла их. Только вот какая? Я не мог понять и это меня злило.

— Вижу сомнение в твоих глазах. Что такое? Что-то еще тебя гложет? — понял демон.

— Верно, — кивнул я. — Сомнение есть, тут ты прав. И очень сильное. Сомнение по одному очень важному делу.

— Какому?

— Завтра должен начаться боевой турнир, победитель которого получит очень мощный артефакт. С помощью этого артефакта мы могли бы создать, к примеру, заклятие Сферического Поиска.

— Верно, — кивнул кот. — И даже укрепили бы это заклятие Призрачной Гончей — чтобы наверняка найти Слезу Дафны, — мечтательно протянул Холанд. — Тут ты все верно сказал, поддерживаю полностью твою стратегию и план.

— Но...

— Что — «но»? — насторожился кот.

— Это значит, что Катя останется дома одна. Я не смогу быть вместе с ней это время, пока буду на турнире.

— И? — не понял к чему я веду демон.

— А если этот загадочный Рейн вернется? Что тогда? Я не могу подвергать сестру такой опасности.

Кот пристально на меня посмотрел. Вздохнул, сказал:

— Послушай, Авгард, ты кажется забыл, где находишься. Катя — не твоя настоящая сестра. Она сестра того, в чьем теле ты оказался.

— Какая разница? Я теперь тот, кто есть. И этого не изменить.

— А может быть все же изменить? — спросил демон. — Мы пока этого не знаем. Слеза Дафны могла бы точно ответить на этот вопрос. И думаю, что ответ был бы положительным. Огромное могущество артефакта позволит сделать многое. Например вернуть тебя обратно домой. Ты ведь хочешь этого?

— Хочу, — честно признал я. — Но ты сейчас пытаешься выдать желаемое за действительное. Скрывать очевидное смысла нет. Это мир — и ты, и я в этом уже успели убедиться, так к чему таить явное? — является закрытым. Отсюда не уйти.

— С чего ты так решил что не уйти?! — возмутился демон. — Нет ничего не выполнимого. Нужна лишь сила, артефакт, способный вскрыть ткань реальности. Сам же знаешь. А Слеза Дафны очень могущественный артефакт, уж поверь мне. Я видел его мощь. Знаю, на что он способен.

— Холанд, не пытайся обмануть меня.

— Никого я не хочу обмануть! — надул щеки кот. — В любом случае силы Бездны что-нибудь придумают, чтобы нас вытащить, так что не надо забивать ненужными мыслями голову.

— Силы Бездны? — усмехнулся я. — Думаю, я откажусь от их помощи.

— Да не глупи, сбежал первый раз от них, сможешь и второй, — кот блеснул глазами, хитро улыбнулся. — Будем честными, раз пошел такой откровенный разговор — ты гораздо ловце гончих Бездны.

Я приподнял брови, глянул на демона.

— Да-да, — закивал тот головой, виновато улыбнувшись.

— Неужели это говорит сам обитатель Бездны?

— Говорю, — вздохнул тот. — И это правда, за которую меня могут... в общем много чего могут сделать. Но ведь это так — ты силен. И выбраться из закрытого мира тоже сможешь. Да. возможно не сразу, возможно нужно будет что-то придумать. Но в итоге у тебя все получится.

— Хватит льстит, блохастый, это ни к чему.

— Ладно, в любом случае сейчас важно другое.

Кот нервно заходил по комнате взад и перед.

— Ты не можешь пропустить чемпионат. Ни в коем случае, понимаешь? Нам нужна сила, с помощью которой мы запустим заклятие поиска. А Катя... с Катей я посижу!

— Не надо, блохастый, — усмехнулся. я. — Мы оба знаем что случилось когда ты в прошлый раз сидел с ней. Ни к чему хорошему это не привело.

— Просто я был в обличье кота, понимаешь? Это шерсть — она сводит меня с ума! В ней постоянно хочется спать! Тепло, понимаешь? Греет и я невольно закрываю глаза. Словно на бабушкиной перине. И вот даже сейчас говорю с тобой, а самого подрыхнуть тянет!

— Вот видишь! Как ты в таком состоянии будешь охранять Катю? — я свесил голову. — Боюсь, что от турнира мне придется отказаться.

— Нет! — вскрикнул демон. В обличье кота это получилось смешно — он аж подпрыгнул. — Ни в кем случае! Даже не смей!

— Тогда что ты предлагаешь?

— Предлагаю... Предлагаю развоплотиться в человека мне!

— Как ты себе это представляешь? Какой-то посторонний человек оказывается вдруг у нас в доме. И это после того, что случилось! Да Катя первая тебя за дверь выставит.

— Не выставит! — лукаво подмигнул мне демон. — Есть идея.

— Какая?

Кот медленно промаршировал от середины комнаты ко мне и сказал:

— Ты скажешь Кате, что я твой друг.

— Да какой к черту друг! — усмехнулся я. — Если бы ты немного лучше знал биографию того, в чье тело я попал, то о друзьях не заикался бы. Там такие кадры, что хуже всяких врагов. Если скажу, что ты мой друг, Катя точно тебя за дверь выставит, и еще по голове сковородкой пропишет.

— Ты скажешь, что я твой новый друг. Понимаешь? Из, скажем, тренировочного клуба. Подведешь плавно, намекнешь, что я нормальный, не из прошлой твоей жизни, что на меня можно положиться. Мол, доверяешь мне, как самому себе. Ну что, учить тебя что ли? Как тебе такая мысль?

— Ну допустим, — после некоторой паузы произнес я. — А если она спросит, почему ты на турнир не пошел? И какой тебе вообще резон сидеть с ней?

— Скажу, что получил травму и не могу участвовать, — демон демонстративно начал хромать на заднюю лапу. — А по поводу помощи — ну что я, другу своему новому не могу помочь что ли? Скажешь, что я вошел в положение, готов посильно помочь. Да я и сам это смогу сказать, на слова подвешен. Ты главное познакомь нас, а дальше я все беру в свои руки. Скучать не будет Катя!

— Ты это, блохастый, даже в мыслях не думай ничего такого, — прорычал я.

— Какого? — кот сделал большие жалобные глаза.

— Смотри, я предупредил.

— Хорошо-хорошо, — закивал головой демон. — Не переживай. Все будет в полном порядке. Ну так что?

Я сомневался. План был так себе. Демон вряд ли мог чем помочь в случае поворотного нападения Рейна, даже будучи в облике человека. Но пропустить турнир... Значит остаться без Слезы Дафны. А упускать ее не хотелось ни в коем случае.

— Хорошо, — наконец выдавил из себя я. — Так и сделаем.

— Вот и отлично! — радостно воскликнул демон и воплотился в человеческое обличие. — Пошли знакомиться!

***

Знакомство Кати и Холанда произошло через пару часов. Сестра проснулась, вышла вниз, где сидели мы.

— Ты уже выспалась? — спросил я, оглядываясь.

Вид у Кати был немного лучше, белизна сошла, а на щеках появился румянец.

— Да, все нормально, — сестра зевнула, потянулась. — Аристо, у нас гости?

Катя с любопытством глянула на Холанда.

— Да, познакомься. Это...

Холанд жестом остановил меня, подошел к Кате, улыбаясь при этом так, словно у него стянуло спазмом мышцы.

— Позвольте представиться — Холанд! — произнес демон, протягивая руку для рукопожатия.

— Идиот, — шепнул я себе под нос.

— Холанд? — непонимающе спросила Катя. — Интересное какое имя.

— Верно, не здешнее, — демон сообразил, что ляпнул не то.

«Мог бы что-то близкое к этой реальности придумать!» — злобно подумал я.

— Я просто приезжий, — улыбка демона протянулась еще, хотя казалось бы — куда еще шире? — Не здешний, поэтому и имя такое необычное.

— Что же ты не сказал про гостей? — с укором спросила меня Катя. — Я бы встала пораньше, чай поставила.

Я не нашелся что ответить, лишь пожал плечами.

— Мы к вам по делу, — произнес Холанд, глядя на Катю.

— Под делу? По какому?

Теперь настала моя очередь прервать демона.

— Катя, — я подошел к сестре. — Понимаешь, тут такое дело. Мне сегодня к вечеру нужно будет отлучиться. У меня сегодня очень важный турнир — я должен принять в нем участие.

Катя глянула на меня и в ее глазах я прочитал зарождающийся страх.

— Хорошо, — кивнула сестра, еще не понимая к чему я клоню. — Если надо, то конечно же иди.

— И чтобы быть в уверенности, что с тобой все будет в порядке, я попросил Холанда побыть с тобой.

— Что? — Катя удивилась. — Как это?

— Вы не переживайте, — подключился демон, используя все свое обаяние. И, боги, кажется это действовало! Едва он глянул на нее, как сестра застеснялась, опустила глаза. — Мне Аристо все рассказал. Это просто не поддается уму! Едва я услышал, что сестре моего друга угрожает опасность, я тут же вызвался помочь.

— Вы хотите меня охранять? — наконец поняла сестра нашу задумку.

— Верно — охранять, — кивнул демон. — Охранять, охранять и еще раз охранять! Такую красивую девушку нужно оберегать круглые сутки!

— Блохастый! Полегче! — одними губами прошептал я.

Катя растеряно посмотрела на меня.

— Не стоило конечно беспокоиться. Но если это необходимо...

— Конечно же необходимо! — тут же спохватился демон.

— Вот и отлично, — подытожил я. — Знакомьтесь ближе, а я пока пойду готовиться — мне надо быть через полчаса на тренировках.

Я подтянул демона ближе к себе. В самое ухо прошептал:

— Смотри у меня — чтобы не единого волоска с ее головы не упало!

— Все будет в полном порядке! — заверил меня демон, улыбнувшись.

***

Через полчаса я был в клубе. Антон Константинович ходил из стороны в сторону словно загнанный в клетку тигр и был нервозен. Остальные участники предстоящего турнира стояли вокруг и молча смотрели на это ходьбу, не смея что-то сказать.

Я тихо подошел к своим друзьям и так же тихо спросил что случилось.

— Предстоящий турнир перевели на лестничный принцип учета результатов! — воскликнул Андрей.

Я мало что понял из этого объяснения.

— Это все эта танцовщица! — шипел Константиныч, едва не метая молнии из глаз. — Это все она! Руку даю на отсечение! Специально поставила такое условие. Ее больная тяга к кровавым зрелищам поистине не знает границ!

— Что все это значит? — шепотом спросил я у Барсука.

Я до сих пор не мог понять ярости тренера. Какая разница как устраивать турнир? Ведь цель то одна — получить приз и первое место?

— Лестничный принцип предполагает, что на первом этапе противоборствующие клубы выставят друг против друга по десять бойцов, — пояснил Барсук.

— Ну, — кивнул я.

— А вот второй этап будет разыгран между победителями первого.

— И? — я до сих пор не мог уяснить то, что мне пытался донести друг и корил себя за это. — Что в этом такого?

— А то, что если, скажем, в первом раунде победят все наши бойцы, то во втором буду драться друг с другом — а это, как ты понимаешь, не то, к чему мы стремимся. Может получится так, что, к примеру, я могу выйти против Андрея. Или тебя.

— Ты? — хмыкнула Герда. — В первом же бою ляжешь!

— Это я то лягу?! — зашипел Барсук. — Да я... да я...

— Тише вы! — шикнул Андрей.

И только теперь до меня дошло, почему Константиныч так злился. Стравливать бойцов друг с другом ему явно не хотелось.

— А я бы не прочь кое с кем из наших сразиться! — намеренно громко произнес Глеф, поглядывая на меня.

Я уже хотел ответить ему что-нибудь колкое, но Герда остановила меня, ткнув локтем в бок и шепнув на самое ухо:

— Не надо. С дураком связываться — только себе хуже делать.

«Верно», — подумал я.

Совсем расклеился. Никакой самодисциплины. Учитель бы меня за это точно по голове бы не погладил. Надо быть выше всяких уродов. Если на тебя лает собака ты же в ответ не встанешь на четвереньки и не будешь тоже лаять? Так любил говаривать Учитель.

А этот Глеф всего лишь шавка, которая не может вовремя заткнуться.

— И некоторым начистил бы их шею! — продолжал тот, зыркая на меня.

— Прекрати, — хмуро произнесла Герда. — Драться с соклубниками не по чести.

— Что-то ты быстро в соклубники некоторых отнесла! — ответил ей Глеф. — Хотя они еще совсем недавно в подвалах на боях без правил выступали.

— Хочешь что-то сказать — говори, — не сдержался я и выступил вперед.

Орава, окружающая Глефа, тут же загугукала подобно стае обезьян.

— Прекратите! — рявкнул Антон Константинович и все мигом затихли.

Лишь Глеф одними губами произнес, обращаясь прямо ко мне: «ты не жилец!».

Я ответил ему тем же, послав куда подальше. А в довесок показал средний палец — в это мире это означало что-то крайне гадостное.

— Это все эта танцовщицы, будь она неладна! — вновь зарычал тренер, сжав кулаки. — Специально изменила правила. Ее нелюбовь к нашему клубу известна давно.

— Это только слухи, — тихо добавил Глеф.

— Слухи, не слухи, а правила изменила. Ведь была же нормальная система матричного принципа. Чем она ей не нравилась? — спросил Константиныч, злобно зыркнув в потолок. И сам же ответил на свой собственный вопрос: — тем, что там устраивается гораздо меньше боев. А этой стерве подавай кровавых зрелищ! Так пусть идет к Стилету с его мордобоями! У нас тут спорт, а не махания руками! Это все Император...

Тут Константиныч хотел завернуть какое-то крепкое словечко, но его благоразумно перебили.

— Выбора нет, — сказала Герда. — Отказаться мы все равно не можем. Значит будем драться.

— Будем, — хмуро буркнул Константиныч, немного отойдя. — Собирайтесь.

И мы начали сбор.

— Так, — хлопнув в ладоши Константиныч. — Мне нужно несколько добровольцев, кто поможет со снаряжением, — угрюмо произнес Константиныч, продолжая пребывать в злом настроении по поводу изменения правил проведения турнира.

— Я готов, — тут же подскочил Глеф. — Я и Аристарх, думаю, не откажет. Ведь правда?

Он посмотрел на меня.

— Помогу, — ответил я, понимая, что неспроста Глеф вызвался сам и вызвал меня.

— Я тоже могу помочь, — произнес Барсук, но Глеф посмотрел на него так, что тот сразу же сник.

— Мы вдвоем управимся, — произнес Глеф таким тоном, что всем стало понятно — возражения не принимаются.

— Все нормально, парни, — успокоил я своих друзей. — Все будет нормально.

— Уверен? — с сомнением спросила Герда.

— Не беспокойся.

— Конечно, все будет нормально, — протянул Глеф, противно улыбаясь.

— Хорошо, — кивнул Константиныч. — Тогда в подсобке возьмите се необходимое, там все приготовлено. Грузите в машину. А остальные — в автобус. Давайте, пошевеливайтесь Еще проверку проходить, много времени займет.

Бойцы стали выходить на улицу и вскоре мы с Глефом остались вдвоем.

Я пристально посмотрел на парня, пытаясь угадать, что же он затевает. Тот улыбался и молчал.

Не желая играть в эти дурацкие игры в молчанку, я двинул в подсобку. Чтобы скорее вытащить от туда все необходимо и направиться на турнир.

— Подсобка там, — остановил меня Глеф, указывая на маленькую дверь в конце зала.

— Разве...

— Нет, та, куда ты направился — для личных вещей. Для общих — там.

— Хорошо. Тогда пошли. Сам же вызвался помогать.

Глеф на это лишь вновь ухмыльнулся.

— Или ты планировал, что я один буду все таскать?

Я начинал злиться.

— Я просто хотел поговорить, — вдруг произнес Глеф, следуя за мной.

— Все не можешь смириться с поражением? — спросил я без тени издевки.

— Это было не поражение, — сквозь зубы процедил тот.

— Хорошо, как тебе будет угодно, — кинул я. — Мне все равно. А где мешки с вещами?

Я оглядел тесную темную комнатку.

— Их здесь нет, — вдруг раздался знакомый голос.

Я его уже слышал ранее.

Слух меня не подвел. Из тьмы вышел Стилет. В руках он сжимал нож.

***

Самое сложное в любом деле — ждать. Когда все готово, когда все механизмы запущенны, когда все идет именно так, как надо, самое сложно — это ждать. Потому что надо сидеть. Надо терпеть. Надо не делать лишних движений, чтобы ничего не сломать.

Рейн тяжело вздохнул. У него все было готово. План, который претерпел значительные изменения в ходе своего осуществления, тоже исполнялся. И теперь оставалось только ждать.

А ждать он не любил.

Получится? Он не сомневался что все будет именно так, как он и распланировал. А получилось весьма недурно. Отец был бы доволен им. Да, пришлось кое-что изменить. Но так даже лучше. Гораздо лучше.

Рейн сжал кулаки. Отмщение скоро произойдет. Сила, потерянная в веках, растраченная предками, будет восстановлена. Все вернется на круги своя.

Рейн закрыл глаза, попытался связаться со Спорофитом. И тут же оборвал себя. Нет, слишком рано. Можно все испортить. Спорофит еще не прижилися, надо выждать. Иначе, если поспешить, можно все испортить.

Ждать. Как же это сложно!

Рейн вновь поднялся и, спрятав руки за спину, принялся ходить из угла в угол. Ничего, ожидание того стоит. Скоро все свершится. Император будет убит, а тот худосочный драчун, бесстрашный, надо отдать ему должное, умрет в жутких агониях, весь высосанный до суха.

Скоро, совсем скоро.

Рейн остановился и вдруг рассмеялся, предвкушая свой триумф.

Глава 16

— Давно не виделись! — произнес Стилет, поигрывая ножом.

— И столько бы еще не видится, — мрачно ответил я, не отводя взгляда от оружия.

Ситуация была предельно понятной.

Я глянул на Глефа и тот в подтверждение моих мыслей ехидно ухмыльнулся.

— Не рад нас видеть? — спросил Стилет, ножом выписывая в воздухе круги, показывая свое мастерство.

— Вас? — переспросил я.

— Именно так, — подтвердил голос из тьмы.

Я пригляделся. Что? Еще и третий есть? Как это я не смог его почувствовать? Ловко замаскировался.

Там, во мраке, и вправду кто-то стоял. Но этот незнакомец не спешил показываться на свет.

— Кто ты? — прямо спросил я.

— Не узнаешь? — произнес силуэт. — А ведь и вправду мы с тобой не знакомились. Руки друг другу не жали. Но встречались ранее.

Наконец, третий гость медленно выплыл из тьмы.

Я пригляделся. Его лицо мне было смутно знакомо, но вспомнить, где его я раньше мог видел я не смог.

— Не узнаешь? — переспросил гость.

Я покачал головой.

Тот рассмеялся, но этот смех был не радостным — словно скрежет ржавого металла.

— Ну что же, — наконец успокоившись, произнес тот. — Тогда давай знакомиться. Меня зовут Павел.

Я напряг мозг и довольно скоро все понял. Небольшой пластырь, наклеенный на висок гостя, подтвердило мои догадки. Первая встреча была у ночного клуба, именно в тот день, когда я появился тут, в этом мире. Дернуло меня заступиться же за ту девчонку.

«Арини, — напомнил голос совести. — Ты защищал Арини».

Верно. Именно так. И выпади еще подобный случай — поступлю точно также. А таких уродов, как это Павел, нещадно бить.

— Ну вот, наконец-то, вспомнил, — ухмыльнулся парень, видя мой прищуренный взгляд. — А это значит, что беседа быстрее пойдет и тема будет понятна.

— Беседовать мне с вами не о чем, — ответил я, поглядывая на троих, медленно окружающих меня.

По всей видимости, предстояла знатная драка.

— Тебе — не о чем, а у нас — есть о чем, — ответил ехидно Стилет.

— Хотите что-то предъявить? — сквозь зубы процедил я, сжимая кулаки. — Так не за что. С тобой, — я кивнул на Стилета, — был договор, и я его полностью выполнил. С тобой, — я кивнул на Глефа, — бился честно, все по справедливости. С тобой, — я глянул на Павла, — тоже все по совести. За дело ты получил.

— Складно базарит, — оскалился Стилет. — Только такой расклад нас не устроит.

И махнул ножом.

Я отпрянул от смертельной дуги. Отошел еще на шаг назад.

— А, боится! — злорадно кинул Глеф, заходя с левого края.

«Хотел бы я посмотреть, как бы ты себя повел против троих, у одного из которых нож», — подумал я, готовясь вступить в схватку.

— Подождите, — остановил наступление вдруг Павел. — Я сам с ним хочу побеседовать.

— Не стоит, — предупредил его Глеф. — Он прыткий. Лучше сразу навалимся, толпой.

— Это точно! — хмыкнул тот, потерев висок. — Прыткий. Но ничего, и не таких я обламывал, — и в упор посмотрев на меня, произнес: — По совести, говоришь, я получил?

Отвечать на этот вопрос не было смысла — у Павла на этот счет имелось свое мнение, спорить с которым было глупо, все равно не переубедишь.

— А мне кажется не по совести. Ты влез в наш с Арини разговор, да еще и камнем меня вырубил. Это разве правильно? Нет, не правильно. Поэтому надо тебя наказать за это. Тогда все будет, как ты говоришь, по совести.

Я заметил, как руки Павла начали покрываться синевой — словно замерзая на страшном морозе.

Магия!

Ну конечно, Арини говорила, что Николаев является представителем рода, а значит, наверняка обладает магическими атрибутами, которые, наверное, сейчас и продемонстрирует.

— Что, тяжело без камня драться? — оскалился Павел.

И вдруг резко вскинув руку, швырнул в меня что-то синее.

Я успел увернуться. Магический шар — что-то вроде ледяной глыбы, — со страшным треском врезался в дверь, едва не разнеся ее в щепки.

Павел довольно покачал головой.

Трое на одного? Ладно, мне не привыкать. Повоюем!

Противники начали наступление.

***

— Так ты друг Аристарха? — спросила Катя, поглядывая на Холанда.

— Верно, — кивнул тот. И с едва заметной улыбкой добавил: — Друг. Давний.

— Давний? — переспросила сестра. — Вы же вроде недавно познакомились?

— Да, то есть нет, — заикаясь, начал демон. Поняв, что сболтнул лишнего, начал спешно выкручиваться: — Просто мы... были знакомы еще до тренировок.

Катя заметно напряглась.

— Я имею ввиду, что... в общем, ничего плохого, просто друзья.

Девушка пристально посмотрела на демона, но ничего не ответила.

— А давай я приготовлю кофе? — совсем растерявшись, предложил Холанд.

— Кофе?

— Ну да. Я умею готовить отличный кофе, по особому рецепту, семейному.

— А откуда ты родом? — Вдруг спросила девушка, заинтересовавшись.

— Я... из дальних мест. Из жарких мест, я бы так сказал.

— Откуда-то с юга? — предположила девушка. — Или с востока?

— Примерно оттуда, — уклончиво ответил демон. На лбу от таких настойчивых расспросов выступила испарина. — Там жарком. Очень жарко.

Холанд нервно хохотнул, вновь попытался сменить тему разговора:

— Так будешь кофе?

— Ну что же, давай попробуем твой кофе, — согласила Катя, доставая из шкафчика банку с зернами.

— Давай я сам, — предложил демон.

— Хорошо, — ответила девушка. — Если ты хочешь...

Она вдруг почувствовала слабость, которая накатила волной и едва не подкосила ей ноги.

— С тобой все в порядке? — встревожился демон.

— Да...

— У тебя лицо бледное.

— Со мной... — очередная волна дурноты накатила так сильно, что Катя не смогла устоять на ногах и если бы не ловкость Холанда, то непременно бы упала на пол.

— Спасибо, — едва слышно произнесла девушка.

— Давай я уложу тебя на диван, — демон засуетился, но Катя остановила его.

— Не стоит, мне стало лучше.

Девушка не соврала. Слабость отступила, но на ее место пришло... что-то иное, Катя даже не смогла понять что именно. Странное чувство, новое, но уже будто бы знакомое. Начало холодить изнутри. Это ощущение, словно ее окутал густой мглистый туман, было у нее тогда, когда пришла дикая жажда. Катя едва ли могла вспомнить хоть что-то, творившееся в подземелье за время ее пленения. Лишь какие-то обрывки, и те не радостные, окрашенные болью и красным. Но жажду помнила.

Было что-то еще, какой-то разговор с тем типом, Рейном... Но какой? Катя силилась вспомнить, но туман прятал от нее слова.

А еще была боль... Катя отчетливо ее помнила, даже сквозь эту пелену, холодную, скользкую, словно слизняк, ползущий по шее.

Кате стало противно, она дотронулась до шеи, но там, конечно же, ничего теперь не было.

Что же произошло там? И почему она ничего не помнит? Рейн наложил какое-то заклятие, блокирующее воспоминание? Но зачем?

— Уверена, что все нормально? — спросил Холанд, поглядывая на девушку.

— Да, все в полном порядке. Так как насчет кофе?

— Да-да, конечно, сейчас сделаю, — демон начал суетиться с зернами.

Катя же, продолжая ощущать это необычное холодящее душу чувство, внимательно прислушивалась к себе. Было странно чувствовать это — словно что-то в ней прямо сейчас менялось. Что же происходит? Может, выпить какую-нибудь таблетку?

И вновь этот неприятный холод, больше похожий на страшный мороз, от которого затряслись ноги.

Что происходит?!

Туман начал сгущаться, поглощая сознание. Катя даже не успела закричать, чтобы предупредить Холанда — лишь вздрогнула... и вдруг стала иной.

Той, кем сейчас управлял Спорофит.

***

Я не стал ждать очередного броска — атаковал первым. Резким выпадом огорошил ударом прямо в челюсть Стилета. Тот даже не успел охнуть — грузно упал на пол. Нож звякнул рядом.

— Слева заходи! — рявкнул Павел, вновь создавая магический ледяной шар.

Глеф ловко юркнул под руку и одним ударом осадил меня, заставляя свернуться клубочком и отползти в угол.

Ук-х! Не успел поставить блок. Теперь адская боль как расплата. Надо быть внимательней.

— Ты мне за все ответишь! — процедил сквозь зубы Павел, поигрывая ледяным шаром. — И за удар по лицу, и за то, что с моей женой разговаривал. За то, что вообще посмел на нее смотреть.

— Она не твоя жена, — бросил я, поднимаясь и вновь принимая боевую стойку.

Глеф медлил, поглядывая на Павла. Попасть ненароком под ледяной конструкт ему не хотелось. Павел тоже не спешил с расправой.

Так мы стояли некоторое время, пронзая друг друга взглядами и ожидая, кто же начнет очередную атаку.

Нервы первым не выдержали у Павла. Сипло, резко выдохнув, он метнул шар в меня. Тот словно пуля полетел в мою сторону, да так быстро, что я не успел увернуться. Лишь отклонился, уводя голову. А вот с плечом не успел.

Шар с грохотом врезался в бицепс, и в ту же секунду тело пронзила острая красная боль.

Я вскрикнул, упал.

Руку словно залило кипящим маслом. Первой мыслью было — сломал кость.

— Сейчас я его! — радостно завопил Глеф и подскочил ко мне, занеся руку для удара.

— Стой! — рявкнул Павел. — Я сам!

Глеф с явной неохотой отошел в сторону.

Я пытался подняться, но адская боль, затмевая все, не давала этого сделать. На языке отчетливо проявился привкус серы — явный признак магического воздействия. Да, ледяной шар оказался не простым.

Демоны, надо подняться! Иначе этот урод прикончит меня сейчас!

Но подняться я не мог.

Сквозь плотную красную завесу боли что-то бубнил Павел — я не сразу понял что именно.

— Арини будет моей женой, совсем скоро. Это дело лишь времени, все решено. А вот ты позволил себе неслыханную дерзость — посмел разговаривать с той, которая принадлежал роду Николаевых. За это мы наказываем. И очень строго.

В руках Павла был сформирован уже третий снаряд. Наверняка последний, который добьет меня.

— Дайте я ему морду набью! — это очнулся от глубокого нокаута Стилет. Заревел медведем: — Вот ведь козел! Зуб выбил!

Пошатываясь, он встал, начал грязно ругаться и брызгать кровью из разбитого носа, на мгновение отвлекая на себя все внимание присутствовавших.

Чем я и воспользовался.

Выгадав момент, я ударил Павла прямо в колено. Сломать конечность не получилось, как Викингу, но повалить на пол противника удалось.

Павел шмякнулся, ледяной шар полетел потолок. Тут же сверху посыпалась известка и острые осколки льда.

— Схватить его! — завизжал Павел, пытаясь подняться.

Но я не дал ему этого сделать.

Броском змеи я прыгнул на него начал осыпать ударами.

Надо отдать должное Павлу, он не пропустил ни одного — все ловко отразил блоками. Парень имел начальный опыт боевых искусств и сейчас пользовался им вовсю.

На выручку спутнику пришел Глеф. Он наскочил на меня сверху и попытался провести удушающий прием.

Пришлось отвлекаться на нового противника.

— Сейчас я ему! — это уже в драку полез Стилет.

Я пнул его ногой, попал в коленку и тот с криком отскочил в сторону.

— Я сам! — прорычал Павел, заходя ко мне со спины.

Мы вновь начали кружить, пытаясь выгадать удачный момент для атаки.

— Верткий какой! — усмехнулся Павел, внимательно следя за мной.

Изначальной их ошибкой было устраивать это побоище втроем в тесной комнате. Желание убить меня в бойцовском клубе было видимо продиктовано жаждой мести и подставы — крайними явно будут не они, а хозяин клуба. Но негодяи поняли, что такой план был явно ущербным. Я оказал сопротивление, а втроем они теперь лишь мешали друг другу.

— Но на любую силу найдется сила могущественнее!

Руки Павла формировали очередной шар, но не так быстро — видимо сказывалась усталость.

— Говорю, надо было ножичком его, падлу! — простонал Стилет издали.

— Нет, без всяких ножей, — отмахнулся Павел. — Гораздо приятней одолеть врага голыми руками!

— Вот и дерись голыми руками, а не с помощью магии! — крикнул я и бросился том под ноги.

Павел попытался выбить из меня дурь коленом, но я перекувырнулся и ушел под руку.

Шаг. Отступ. Шрах!

Тычок локтем был ощутим — Павел только успел пискнуть, а потом, задыхаясь от спазма в легких, повалился на землю.

— Теперь ты, — могильным голосом произнес я, глядя на Глефа.

— Давай, — кивнул в азарте тот.

Но не успел и сделать шага, как я в два прыжка подскочил к нему и провел прямой. Таранный удар выбил из противника пыль.

Глеф отскочил, сморщился — но не произнес ни звука.

— Сейчас я тебя! — процедил сквозь зубы Стилет, поднимая нож и подходя ко мне.

Его опередил Глеф.

Заложив лихой вираж, он подскочил ко мне и тюкнул так стремительно, что я лишь запоздало почувствовал боль в животе — словно меня пробили таранным орудием.

Пришлось отступить.

Желая укрепить успех, Глеф пошел в атаку.

Боль вливалась в сознание, непереносимая, горящая. Я ловил ртом воздух словно выброшенная рыба и следил сквозь кровавую пелену за движениями противника. Мне оставалось только уворачиваться от его стремительных выпадов.

За Глефом поднялся Павел. Судя по выражению лица, он был полон решимости убить меня. И теперь для него уже было не так принципиально как это сделать — с помощью голых рук или любого оружия.

Глеф умел драться. Я это понял еще в тот первый раз, когда сразился с ним. Просто тогда мне, наверное, и в самом деле повезло — иначе я не знал, как так получилось, что мне удалось его одолеть. У парня были отличные навыки, невероятная реакция и мощь. Чем он и пользовался.

Будь я тем, кем был когда-то ранее, я одолел бы его играючи.

Но я теперь пребывал в ином теле, и мои силы явно уступали его. К тому же к противнику присоединилось еще двое.

Эх, если можно было бы воспользоваться магией и раскидать этих уродов словно сор в разные стороны. Но творить магию было проблематично. Да и времени нет чертить необходимые формулы.

Другое дело атрибут, которым владел Павел. Для его создания не требовалось никаких формул — он просто создавал ледяной шар своим разумом, подпитывая внутренней силой. Вполне неплохая способность.

Противники разыграли третий акт драмы, под названием «Моя жуткая мучительная смерть».

Глеф провел еще один прием, и я повалился на землю.

В ту же секунду не сговариваясь, вся троица бросилась на меня и начала избивать ногами.

Били умеючи, словно делали это каждый день. Я едва успевал прикрывать лицо, и, свернувшись клубочком, катался по полу.

Избиение продолжалось довольно долго, до тех пор, пока парни не устали.

— Дайте, я завершу начатое, — тяжело дыша, произнес Павел, полируя ладонями ледяной шар.

Внутри конструкта что-то блестело синим светом. Я понял, что ничего хорошего от этого магического клубка ждать не стоит.

Но и ответить ничего не мог — не было сил.

Я понял, что мои последние минуты жизни стремительно истекают.

***

— Главный секрет моего кофе — это помолка. Она должна быть...

Холанд успел лишь краем глаза заметить, как тень стремительно метнулась к нему, а потом — тяжелый толчок в спину и падение.

Размолотый кофе рассыпался по полу.

— Что...

Катя схватила Холанда за грудки и с остервенением начала бить головой об пол.

Демон опешил, и некоторое время лишь глухо стучался затылком, не понимая что вообще происходит.

Катя словно бы изменилась. До этого мягкие черты лица стали угловатыми, болезненный девичий взгляд превратился в злобный, колючий.

А еще клыки...

Демон не верил собственным глазам. У Кати, этого доброго, милого человека, который так заботился о нем, когда он был в образе кота, выросли клыки. Вампир? Она стала вампиром?

Девушка зарычала, и замешательство демона быстро прошло. Он рванул в сторону, уходя от очередного толчка. Попытался вырваться... но Катя оказалась на удивление сильной.

Ее тонкие ручки держали крепче стальных тросов. Демон рванул со всей своей мощи, но не смог вырваться из захвата. Рубашка на груди жалобно затрещала.

— Катя! Катя, это же я! — крикнул Холанд, думая, что таким образом достучится до сознания девушки.

Бесполезно.

Катя не ответила, и лишь зарычала вновь, обнажая страшные острые как иглы клыки.

Демон нервно хихикнул. Остался, чтобы защитить Катю от возможной опасности, а оказалось, что его самого надо теперь защищать от Кати!

Нужно было срочно что-то предпринимать.

С трудом отцепив от себя девушку, Холанд подскочил на ноги, поспешно отпрянул в сторону.

Катя прищурилась, и в ее взгляде промелькнул хищный огонек, не человеческий, зверский.

— Иосафат Вседержитель! Что же это такое?! — выдохнул Холанд, с трудом уворачиваясь от выпада девушки.

Катя обладала тигриной реакцией и мощью. И сейчас намеревалась использовать эти внезапно обнаруженные навыки в полную силу.

— Катя, ты чего?! Очнись! Это же я!

Девушка ухмыльнулась. И бросилась на Холанда.

Демон неуклюже выставил руки вперед и только этого его и спасло. Оба вновь упали на пол, завязалась возня. Со стороны это походило на игрища двух любовников, но Холанд с радостью бы отказался от таких половых игр.

Словно превратившиеся в сталь пальцы Кати вонзились в тело Холанда и тот закричал от боли.

Неимоверных усилий стоило ему отцепить от себя обезумевшую девушку.

— Катя! Катя!

Девушка атаковала вновь.

На этот раз ее пальцы едва не вцепились демону в глаза и не ослепили его.

Холанд с трудом увернулся, отскочил к дивану.

— Что происходит? Ты под каким-то магическим воздействием? — закричал демон, впрочем, не надеясь на ответ.

Однако Катя ответила.

— Со мной все в полном порядке, — словно издеваясь над Холандом, произнесла она.

И продемонстрировала жуткую улыбку с клыками.

А потом стремительно рванула к парню.

Демон попытался увернуться, но не успел. Девушка схватила его и притянула к себе, словно бы для поцелуя.

Но это был не поцелуй.

Острые клыки вонзились в шею Холанда.

***

— Вот ты и допрыгался, — хищно оскалился Стилет.

По его расквашенному от прицельных ударов лицу стекала кровь.

Я попытался подняться, но не смог — боль пронзила тело. Видя мои мучения, Павел ухмыльнулся.

— Пора завершать это цирк, — произнес он, поднимая руку и готовясь обрушить на меня ледяной шар.

Но завершить начатое у него не получилось.

Закричав от боли, я живым снарядом полетел в ноги противнику. Я понимал, что нарвусь на новую порцию ударов. Но лучше уж так, чем умереть.

Шар вдребезги разбился почти у самого моего лица, обдав меня ледяной крошкой.

— Сука! — выдохнул Стилет и полоснул ножом воздух.

Лезвие задело плечо, и новая волна боли пронзила меня.

Не важно.

Важно было другое — я еще живой. А значит, могу сопротивляться. Порезанную руку можно вылечить. Мертвое тело — нет.

И я незамедлительно начал это делать.

Времени на гордость не оставалось — поэтому я просто вцепился руками Павлу между ног. Хватка моя была стальной — отпусти я его и немедленно умер бы.

Павел взвыл, попытался меня отцепить. Не удалось.

— Сейчас я его подрежу! — Стилет полез к нам с ножом, но был тут же отстранен в сторону — лишиться самого главного Павлу явно не хотелось.

Тяжелый удар ногой в печень пришелся от Глефа.

Я застонал, перед глазами потемнело от боли... но хватки я не ослабил.

Еще удар. И еще. И еще.

Сколько так продолжалось, я не знал. Я лишь слышал, как вопить, на все лады Павел, а перед глазами лишь расплывалась кровавая пелена.

Да, глупая будет смерть. Но уж лучше так, чем трусливо прятаться в углу.

— Не двигайся! — рявкнул Стилет.

И пошел на меня.

Жить мне оставались, видимо, считанные секунды.

Глава 17

В основном зале раздался шум — троица сразу же замерла, вслушиваясь.

Я тоже навострил уши.

— Какого ляда?! — крикнул знакомый голос. — Чего вы там телитесь? Куда запропастились?

Антон Константинович! Никогда я еще не был так рад ему.

— Твою мать! — выдохнул Стилет.

Он первый сообразил, что надо драпать и юркнул в маленькое окошко, расположенное почти под самым потолком, да так ловко, по кошачьи, что мы даже не успели сообразить что произошло.

— Кто это? — злобно спросил Павел, кивая на дверь.

Ему никто не ответил.

— Глеф! Глеф, твою мать! — закричал Антон Константинович. Он был в ярости.

Глеф, услышав что его зовут, переменился в лице, выскочил из подсобки.

— Антон Константинович, что-то случилось?

— Ты что, издеваешься?! — голос бы уже совсем близко.

— Я... так ведь...

Дверь резко распахнулась. Антон Константинович отодвинул Глефа, который всеми силами пытался закрыть нас, заглянул внутрь, нахмурился. Представшая картина как минимум была неоднозначна и вызывала некоторые вопросы.

Я с трудом поднялся на ноги.

Константиныч глянул на меня, еще сильнее нахмурился. Ему все было понятно и без слов.

Глеф попытался что-то сказать в оправдание, но тренер глянул на него так, что тот сразу же замолк и опустил глаза.

— А вы что тут делаете? — басовито рявкнул Антон Константинович, глядя на Павла.

— Хотел со своим знакомым переговорить, — сквозь зубы процедил тот и глянул на меня.

— Посторонним тут нельзя быть! — грозно произнес тренер.

— Я не долго.

— Я сказал — нельзя! — Константиныч сжал кулаки и я увидел как они словно бы увеличились в размерах. Магия? Да, кажется она самая. — Вон! Живо! А не то...

Догадка подтвердилась, когда костяшки кулаков стали полыхать огнем.

— А не то — что? — дерзко спросил Павел.

— Тише ты! — чикнул на него Глеф.

— Покиньте помещение, — отчеканил тренер таким тоном, что здравомыслящий спорить не рискнул бы.

Но Павел попытался:

— Я представитель рода Николаевых...

— Мне все равно. Это место под юрисдикцией его величества Государя Императора. И появление посторонних людей расценивается как незаконное проникновение. Если не хотите получить пять лет в места не столь отдаленные, то испаритесь отсюда.

Крыть Павлу было нечем. Он метнул в меня полный злобы взгляд, прошептал:

— Ничего, еще увидимся.

И хромая, вышел прочь.

— Глеф! — рявкнул Константиныч.

Как ни в чем не бывало тот спросил:

— Что такое, Антон Константинович? Вы меня звали?

— Почему посторонние в клубе?

— Кто? — Глеф растеряно огляделся. — Здесь никого нет.

Казалось, Константиныч сейчас взорвется от ярости.

— Не советую сейчас со мной играть в дурака!

Кулаки тренера вновь набухли.

— Антон Константинович, ничего не произошло. Мы просто разговаривали. Ведь правда?

Глеф глянул на меня. Я хотел ответить ему что покрепче, но тренер опередил:

— Почему возитесь как сонные мухи?! Где снаряжение? Или на турнир не хотите попасть?

— Уже несем, — поспешно ответил Глеф.

— Быстрее! А ты, — он глянул на меня. — Марш в автобус.

— Я помогу с...

— В автобус!

Я послушно пошел на выход. Кажется, на этот раз пронесло. Только вот повезет ли в следующий раз?

***

Никакой подпольности. Никакого запрета. У меня не было этих ощущений, когда я впервые вошел в Императорский Дворец, где должны были проводиться бои. Огромный зал, в центре — ринг, окруженный со всех сторон посадочными местами.

И это, конечно же не было сравнимо с тем затхлым вонючим подвалом Стилета. Здесь каждый уголок, каждая деталь говорила о том, что это Императорский дворец, значит и уровень соответствующий.

— Не задерживаемся! Проходим! — поторопил нас охранник, выводя из главной арены. — Согласно протоколу вы не должны тут находится!

— Вы же сами нас повели через этот проход, — справедливо возмутился Антон Константинович.

— Ремонт идет в восточной части, — пояснил охранник. — Не задерживаемся! Проходим! Проходим!

Мы пришли за несколько часов раньше и потому здесь еще никого не было. Места были пусты и лишь несколько уборщиков старательно натирали пол. Одеты они были так, что их легко можно было спутать с какими-нибудь чиновниками — все в белом, выглаженном, с такими серьезными лицами. Каждое кресло осматривают по двое, боясь видимо пропустить пятнышко грязи или соринку пыли.

Императорская охрана осматривала помещение. Особое внимание было уделено месту Императора, которое располагалось в отдельной ложе. И трон — это первое и единственное, что приходило в голову при одном только взгляде на кресло. Оно было оббито красным бархатом, подлокотники украшены рубинами и бериллами, мраморные вставки красиво ограняли верхнюю часть кресла.

Рядом с императорским ложем находилось второе кресло, такое же шикарное, но отличимое лишь в размерах. Это было чуть меньше.

— Для балерины своей поставил, — презрительно шепнул кто-то из ребят.

Я невольно засмотрелся на зал. Он был величествен. Невероятно. Такого размаха нет даже в Школе при сдаче заключительных экзаменов. Да какая Школа! Я такого нигде еще не видел!

К нам подошел управляющий и проверил документы. Антон Константинович поговорил с ним о чем-то, уточнил организационные моменты, и мы двинули в раздевалку.

Но дойти до нее не успели. Путь нам преградила охрана.

— Досмотр, — пояснил управляющий. — Таковы правила.

Мы не возражали. Нас опять тщательно осмотрели, обыскали наши сумки. Ничего интересного не найдя, отпустили.

Наконец мы смогли добраться до раздевалки. И снова были приятно удивлены. Позолоченные элементы интерьера, оббитые черным деревом стены, огромные зеркала. Убранство никак не соответствовало нашему представлению о том, что это просто раздевалка. Мы несколько минут то и делали, что разглядывали все вокруг.

— Парни, хватит глазеть! — произнес Антон Константинович, звонко хлопнув в ладоши. — Пора переодеваться и переходить к разминке. «Тигры» скоро тоже придут в соседнюю раздевалку.

— Переодеваться? Здесь? — удивленно спросил Барсук. — Да тут балы в самый раз проводить, а не грязные портки снимать.

Парни рассмеялись.

— Ладно, ребятки, хорош ржать. Настроились на серьезный лад. Кто знает, как все сегодня обернется? — Антон Константинович был серее тучи. — Я хочу сказать, что его величество государь Император тоже прибыл сюда.

— Так рано? — удивилась Герда.

— Да, — кивнул Антон Константинович. — Сейчас он обедает вместе со своими гостями. Через час ожидается гонг к началу турнира. Там открытие будет, минут на двадцать, потом первый бой. Так что не сидим — активнее разминаемся, активнее!

— А кто первый? — робко спросил Барсук.

— Ты, — так же тихо ответил Антон Константинович. — Потом по порядку: Андрей, Максим, Аристо, Кузнечик, Глеф. Остальные по списку.

Антони Константиныч повесил листик с именами бойцов на дверцу шкафчика.

— Ну что, пора биться по настоящему? — ехидно произнес Глеф и нарочно толкнул меня плечом.

— Пора, — ответил я, глядя ему в след.

Я не сомневался, что все сложится именно так, что нам придется сразиться с Глефом третий раз. На такие вещи мое чутье меня никогда не подводило.

***

Клыки вонзились в шею, но такая желанная кровь не потекла. Лишь какое-то гадкое ощущение, будто нахлебалась дорожной пыли.

— Что за... — выдохнула Катя, сморщившись и отпрянув от Холанда.

Демон подскочил на ноги, попятился.

— Ты что, с ума сошла?! — закричал он, хватаясь за шею.

— Ты... ты не человек! — пришло запоздалое осознание.

— Ты тоже ведешь себя не по человечески! — резонно заметил демон.

— Кто ты такой? — Катя рванул к Холанду, схватила его за грудки и вновь повалила на пол.

Ее мощи можно было только позавидовать.

— Кто ты такой? — закричала она ему в самое лицо.

— Это... это не важно! Катя, ты по каким-то магическим воздействием. Твой разум затуманен. Выйди из него. Стань вновь самой. Неужели ты не понимаешь, что ты творишь?

Девушка на мгновение замешкалась.

Но это был лишь миг.

Потом в глазах вновь вспыхнул демонический огонь.

Девушка открыла рот, обнажая клыки, собираясь уже было вновь укусить Холанда, но вспомнив каков был первый результат, не стала этого делать.

Брезгливо оттолкнула его и отошла в сторону.

— У тебя есть... сигареты? — спросила Катя.

Голос ее звучал тихо, гортанно.

— Ты куришь? — удивился демон, еще раз отмечая про себя, что с девушках произошли какие-то разительные перемены.

«Это все Рейн», — понял Холанд, поглядывая на девушку.

Аура девушки была серой, с прожилками черноты, словно плесени и демон гадал, что же это может значить. Раньше такого он никогда не видел.

— Это Рейн, — произнес демон. — Это все из-за него, верно?

Упоминание имени похитителя заставило Катю вздрогнул и инстинктивно сжаться.

— Это он что-то сделал с тобой, что ты стала такой? Это Рейн?

Катя по змеиному зашипела.

— Послушай, я могу все исправить, — демон выставил руки вперед, демонстрируя мирность своих намерений. — Только позволь мне это сделать. Катя, ты меня слышишь?

Девушка повернулась к Холанду. Ее взгляд был растерянным.

«Хорошо, — подумал Холанд. — Значит не все потеряно. Еще можно достучаться».

Демон уже не сомневался, что над Катей было произведено какое-то магическое воздействие, которое превратило ее в это чудовище.

«Наверное, так этот самый Рейн и хотел заполучить силу Аристо — через его сестру. Хитрец!»

— Я смогу тебе помочь! — повторил Холанд, осторожно делая шаг вперед.

Катя дрогнула, посмотрела на руки демона. Она колебалась. Это было отчетливо видно по ее выражению лица. Оно то становилось злобным, оскаленным, то оплывало, превращаясь в маску, полную грусти и скорби.

— Я... я... — произнесла Катя и впервые в ее голосе послышались ее прежние нотки.

— Просто позволь мне это сделать. Я все верну назад.

Холанд и сам не знал как именно это сделает, но понимал — по другом сейчас достучаться до вампирессы не получится.

— Я... я... — вновь растеряно повторила Катя.

А потом вдруг зашипела, словно ее ошпарили кипятком. Ее лицо исказила гримаса ненависти. Девушка оскалилась и прыгнула на демона.

Холанд успел отпрыгнуть и приготовился было опять вступить в драку с Катей, уже заранее зная кто победит.

Однако девушка не стала продолжать атаковать. Она глянула в сторону, прищурилась.

А потом в два прыжка, по звериному, выскочила в окно.

— Катя! — только и успел крикнуть ей в след демон.

Холанд бросился к окну, выглянул наружу, но было поздно — девушка скрылась в ночи.

— Повезло, что первый этаж, — вздохнул демон. — Хотя, как посмотреть — повезло или нет?

***

А вот сейчас самое время начать действовать.

Рейн встал. Сам себя одернул — без суеты. Без этой глупой, ни к чему хорошему не ведущей спешки. Она здесь лишняя. В таком важном деле она может все только испортить.

Спокойно. Не волноваться. Хотя и пробивается это гадкое людское чувство.

Да, волнение было. Потому что сейчас настал тот час, которого он, Рейн, сын графа Райнара Анхельда, ждал пятнадцать лет. Слишком большой срок. Хотя, слово «ждал» не совсем верное. Веет от него чем-то таким, растекшимся по креслу, полусонным. Но Рейн не сидел все это время. Искал, разрабатывал, двигался вперед. Действовал.

И вот теперь настал заключительный этап.

Рейн закрыл глаза, глубоко вздохнул.

Время магии. Без нее никуда.

По тонким белым пальцам проскочило несколько искр. Сейчас нет смысла экономить на силах. Настанет час — и он совсем близок, — когда все будет восполнено с лихвой.

Заранее вычерченная на полу восьмилучевая звезда сейчас неярко светилась — Рейн запустил в нее небольшой потом силы. И вновь — уже в который раз? — пробежался взглядом по начерченным рунам. Все ли в порядке? Все ли правильно выписано? Туда ли заведены меридианы? Нужное ли количество отходных линий?

Все было в полном порядке.

Чтобы сотворить это понадобилось много времени и сил.

«И денег», — подумал Рейн, сморщившись.

Да, денег тоже понадобилось много. Один Черный Агат сколько стоит. А таких камней понадобилось целых пять. И еще Огненный Топаз и Белый Пепел. Все это необходимо было, чтобы рассчитать градусы и углы магической звезды. Любые неточности и ошибки необходимо исключить.

Рейн перевел взгляд на сферу, светившую тусклым светом в дали. За нее тоже пришлось выложить немалую сумму.

Но к черту деньги, они не важны. Важно другое.

Все было готово.

«Тогда пора», — подумал Рейн и начал зажигать в фарфоровых чашах огонь.

Пламя горело неровно, подрагивая и маг некоторое время проверял — так ли выставил оттоки и откаты? Все было в полном порядке. Просто сквозняк.

Утерев со лба пот, Рейн направил поток силы в самый центр звезды.

Тут же последовал откат — мага словно стегнуло призрачным кнутом. Острый укол силы от темени до пяток заставил сморщиться. По другому никак. Конечно, можно было бы составить защищающую печать, но... Это ослабит основной поток. А сейчас этого нельзя допустить. Можно потерпеть.

Рейн внимательно проследил, как свет наполнил все линии магического конструкта, увеличил мощь.

На голову словно рухнул многопудовый молот. Дыхание сдавило, перед глазами закрутилась многоцветная радуга.

— Ух! — не смог сдержаться Рейн, пошатнувшись.

Исходившее от звезды сияние тоже опасно задрожало.

Терпеть! Не давать сбиться потоку. Стиснуть зубы — и терпеть!

Рейн добавил еще.

На этот раз отката не последовало — сила плавно потекла по лучам, наполняя их, заставляя светиться ярко-красным.

Так-то лучше!

Рейн смог выпрямиться еле-еле втянуть сквозь судорожно стиснутые зубы немного воздуха — предательские боль, слабость и головокружение отступили. Отлично! То, что нужно. Получилось!

Звезда полыхала.

И Рейн улыбнулся.

Пора заглянуть туда, где его враг. И убить его.

Пространство над звездой вдруг затянулось черной дымкой.

А потом сквозь этот непроглядный мрак стали проявляться светлые контуры. Заклятие дальновидения действовало.

Рейн вглядывался в эти силуэт напряженно, пытаясь понять что же он там видит?

В тот раз, когда бился он с тем парнем, который привел с собой в подмогу своих друзей, Рейн увидел в глазах одного...

Ох, сколь же он там увидел! Но самое главное — он увидел силуэт того, кому хотел давно отомстить. Кого хотел убить больше всего на свете. Император.

Это парень — «Андрей» — подсказало магическое сознание имя, — должен был выступать перед Императором. И эта новость его очень взволновала. Поэтому Рейн смог без труда увидеть это в его глазах. Увидел — и сразу же в голове возник новый план.

Один мощный импульс — и плевать что для этого понадобилось потратить целых две единицы магии, — и Андрей был в его ловушке. Словно рыба на крючке. Или мышь в капкане. Не важно. Главное, что в его руках.

Рейн тряхнул головой, старясь смахнуть напряжение. Слишком много мощи. Тяжело удержать.

И тут же Рейн вновь одернул себя. Да, тяжелой получилось звезда. Не сейчас не время жаловаться. Он в одном шаге до цели. А значит — терпеть. Терпеть!

Глаза Рейна, закатившись, двигались под веками.

Очередной толчок качнул его. Чернота над звездой начала рассеиваться, показывая картину, словно это был проектор, демонстрирующий фильм. Причем фильм глазами одного из героев.

Рейн ухмыльнулся сквозь боль. Получилось — и это главное. Теперь главное — наблюдать. И ждать. Вновь ждать. До тех пор, пока не появиться он. И тогда...

Кровь сбегала тонкими струйкам из уголков глаз Рейна, но он даже не обращал на это внимания. Тяжёлые капли, со странным, каким-то каменным стуком падали на пол. И едва кровь касалась пола, как тут же вспыхивала — магический конструкт действовал на них таким необычным образом.

Ждать. Ждать и еще раз ждать. Вот Андрей идет по какому-то коридору. Вот остановился. А вот и тот, кто обладает огромной силой, кого Рейн хотел выпить до суха, да не получилось.

«Ничего, и до него доберутся руки. Совсем скоро».

Андрей начал говорить со своим спутником и Рейн услышал имя того, кто сделает его магом высшего уровня — Аристо.

— Аристо... — хрипло произнес Рейн, не открывая своих глаз — картину он видел с помощью иного, магического, зрения.

Плечи провидца ссутулились, он согнулся, словно под незримой тяжестью. Но никто не говорил, что будет легко. Любой путь к заветной цели — тяжел.

Теперь самое время проверить моторику.

Рейн шепнул несколько заклятий, одним пальцем вычертил в воздухе нужную руну.

И пошевелил рукой.

Андрей тоже пошевелил. Отлично! Очень хорошая послушность. А значит все получится.

Довольным тем, что все так идеально получается, Рейн вновь повторил движение рукой — на этот раз немного усложнив его.

Андрей повторил его в точности.

Идеально!

Рейн аж хрюкнул от радости. Не даром столько долго времени готовил все заклятия, не раз их перепроверяя и шлифуя до нужно размера, такта и формы.

Однако не все так было гладко.

Рейн вдруг почувствовал болезненный укол в бок. С трудом открывая глаза, он увидел, что звезда начала распадаться. Линии её расплывались, не выдерживая напора силы.

Спохватившись, маг тут же бросился на пол и, обжигая пальцы, начал править углы с дугами. Нельзя допустить провала! Нет! Только не сейчас!

Охватила паника. И тут уже не было ни секунды чтобы унять ее. Надо продержать заклятие. Не дать ему упасть. Не дать распасться.

Если звезда разрушиться... тогда все полетит к черту! Все — к черту! Столько времени! Столько сил! Нет, ни в коем случае нельзя допустить падения!

Рейн рисовал оплавленные углы быстро, помня их наизусть и делая это машинально. Даже мог нарисовать с закрытыми глазами — все-таки столько времени затратил на разработку. Быстрее! Быстрее!

В нос ударил запах паленой плоти — магический конструкт достаточно сильно опалил его пальцы.

Но главное — звезда была восстановлена. Картина восстановилась.

Рейн тяжело поднялся. Вновь уставился на туман, демонстрирующий картины из другой части пространства.

Боль накатывала волнами, и маг даже подумал о том, чтобы создать какое-нибудь заклятие, чтобы поправить здоровье. Но решил не отвлекаться. Тут с имеющейся звездой бы справиться.

Тяжело вздохнул. Незначительная ошибка чуть не лишила его всего. Надо быть предельно внимательным. И даже первые успешные шаги не должны отвлекать от основного.

Рейн стиснул челюсти и продолжил. Андрей был полностью в его власти.

Глава 18

— Что с тобой случилось, сын? Ты почему в таком неопрятном виде?

Отец, идущий в свой кабинет, остановился, глянул на зашедшего в дом.

— Виктор Германович... — в коридор вошел взмыленный помощник, неся кипу документов.

Но увидев начальника с сыном, быстро все понял и юркнул в кабинет. Вклиниваться в такой разговор было опасно — опыт подсказывал, что ничем хорошим это все не кончится.

— Что случилось, я спрашиваю! — рявкнул отец.

— Ничего, — хмуро буркнул Павел, потирая набухающий на лице синяк.

Дойти до своей комнаты без лишний разговоров как обычно не получилось.

— «Ничего»?! — раскатисто повторил Виктор Германович.

Его широкий крепкий подбородок, и без того выпирающий вперед, медленно пополз вверх. На вошедшего сына теперь смотрел не отец, а настоящий палач.

— Ты почему весь побитый? И одежда грязная! Что за вид? — и потом, словно догадавшись, уже не так грозно, спросил: — Что-то случилось? Покушение? На тебя организовали покушение? Говори! Я сейчас же сообщу личной охране. Вызову самых лучших мистиков — они этого подонка в порошок сотрут!

— Да не было никакого покушения, — сквозь зубы процедил Павел. — Просто подрались.

— С кем же это ты так дрался? С медведем? — Виктор Германович успокоился, голос его стал насмехающимся. — Я думал, ты со своим атрибутом можешь побить кого угодно!

— Скажи мне, отец, — прошипел Павел, вдруг не на шутку разозлившись. — Почему ты в свое время не расправился с Бельскими до конца?

— Что? — удивился Виктор Германович. — Бельские? А причем здесь они?

Павел не ответил, лишь злобно цыкнув. Унижаться не хотелось. Сейчас бы принять душ, выпить чего покрепче и спать. А уж потом, со свежей головой...

— Погоди, ты что, с кем-то из Бельских дрался? С дочкой его что ли? Как ее зовут? Екатерина вроде. Это она тебя так отделала?! Сын, это позор!

— Да какая к черту дочка?! Я говорю про Аристарха!

Виктор Германович задумался.

— Аристарх... — произнес он, словно пробуя слово на вкус. — Знаю такого. Помню еще совсем маленьким, грудничком. Сын Бельского. Это он тебя так? Х-м... А разве он не... Мои люди донесли мне, что он связался с этим твоим дружком, который держит клуб «Лавей», где устраивают подпольные бои.

— Стилет?

— Да, он самый, — отец скривился. — И меня уверяли, что этот Аристарх, сучий сын, сторчался и за дозу готов хоть мать свою продать. Меня уверяли, что ему не долго осталось. Если не помрет от передоза, то точно нарвется на шальную пулю или перо. Так что я был в полной уверенности, что роду Бельских конец.

— Тебя обманули, папа, — ехидно произнес Павел. — Аристарх Бельский жив, и вполне себя неплохо чувствует. А насчет «сторчался» — сомнительно. На мой взгляд, он выглядит слишком хорошо для наркомана.

Павел потрогал алеющий под глазом синяк.

— Разве с той наркоты, что он принимает, можно слезть? — Виктор Глебович был искренне удивлен. — Там, у этого Стилета, такой грязный товар, что дохнет каждый второй. Мне на него доносили — жалуются, клиентуру губит почем зря. Видимо ты что-то путаешь, сынок, Аристарх Бельский давно уже червей кормит.

— Да жив он! — резко выдохнул Павел. — Бельский младший жив.

Виктор Глебович переменился в лице, посерел, на шее заиграли желваки.

— Пошли в кабинет, — махнул он сыну и они зашли в комнату. — Выпить что-нибудь хочешь?

Павел кивнул.

Отец налил в пузатый фужер янтарный коньяк, стоимость которого могла повергнуть в шок любого. Но что-что, а на хорошие напитки и сигары Виктор Глебович денег не жалел. Приятный терпкий аромат поплыл по комнате. Опытный дегустатор сразу бы определил в этом аромате нотки сухих роз, кожи, дуба и инжира. Что и говорить, напиток для настоящих аристократов.

Павел же, не особый эстет таких тонкостей, просто залпом выпил предложенный напиток. Сморщился.

Виктор Глебович, глянув на это богохульство, лишь тряхнул головой.

— Садись, — отец кивнул на кожаное кресло. — И расскажи мне про этого Аристарха. Я хочу все знать.

Павел поставил пустой фужер на журнальный столик, недовольно произнес:

— Что рассказывать то?

— Все! — не вытерпел Виктор Глебович. — Я хочу знать про него все. Что там у вас случилось, что ты выглядишь сейчас как побитая собака.

— Он общался с Арини, — ответил Павел и сжал кулаки.

— Что?! — вновь на лице отца отразилось удивление.

Плохой знак.

— Как это...

— Не важно. Ерунда. Поэтому и подрались, если ты это хотел знать. Не переживай, я с этим сам разберусь, это мои проблемы.

— Нет! — рявкнул Виктор Глебович. — Это мои проблемы! Слышишь? Мои!

— С чего это ты так завелся?

— Завелся? — прошипел отец. — А ты сам не понимаешь что ли?

— Не понимаю, — кивнул Павел.

Виктор Глебович встал, налил себе еще коньяку.

— Ты жн знаешь, что мы начинали с Бельским вместе.

— Знаю.

— Не перебивай! — Виктор Глебович достал из деревянного ларца толстую сигару, промял ее пальцами, раскурил. — И до некоторых пор успешно вели дела вместе. Так был построен отель «Лагуна», «Кипарис» и еще несколько домов отдыха. Потом мы решили поменять, а точнее расширить, сферу нашей деятельности. Хотели попробовать себя в недропользовании.

— Где ты сейчас самый успешный добытчик! — уточнил Павел, не из желания польстить, а обозначить правду.

Это действительно было так.

— Верно, — улыбнувшись, кивнул отец. — Самый успешный. Объем добычи в год составляет... в прочем, это сейчас к делу не относится. Мы начинали дело вместе с Бельским, купили пару штолен, практически сами подняли их с колен, начали расширяться. Появились определённые связи, соблазны. В общем в какой-то момент наши точки зрения в вопросах управления предприятиями с Бельским разошлись.

— И ты его убил, — буднично произнес сын.

— Павел! — рявкнул Виктор Глебович, высунув сигарету из рта. — Попрошу в моем доме таких громких фраз не кидать.

— А я разве что-то не так сказал? — ухмыльнулся тот.

Порой позлить отца ему доставляло удовольствие.

— Ты все не так сказал!

— Ладно. Успокойся. Я не со зла.

— Учись понимать, что за каждое свое слово надо отвечать, — отец постучал себя по виску пальцем. — Сначала думай, потом говори. А лучше молчи. Слова имеют свойство обращаться против тебя же. Ты приемник моей империи, а ведешь себя...

— Да как я себя веду?

— Безответственно, — брезгливо ответил Виктор Глебович, словно выплюнул лягушку.

— И в чем же моя, по твоему мнению, безответственность?

— Ты вслух говоришь слишком многое, — хмуро ответил Виктор Глебович, затягивая сигарой и выпуская сизый дымок. — Надо понимать, что повсюду уши. Любой твой друг, пусть и самый верный, завтра может стать врагом. И те слова, что ты ему говорил, — Виктор Глебович демонстративно постучал по столу, — могут стать оружием против тебя. И Бельский тому подтверждение.

— Отец, я пока не понимаю к чему вся эта история? Мы, насколько мне помнится, начали совсем не с этого.

— Не с этого, но к этому все и идет.

— К чему?

Отец тяжело вздохнул.

— Эх, если знать все точно наперед... Я чувствую, понимаешь? У меня есть чуйка, которой я доверяю больше, чем всяким советникам. Чутье подсказывает — тут что-то не ладное. Очень неладное. Какой-то подвох. Ладно, расскажи мне лучше про этого Аристарха. Все подробно. А я обмозгую ситуацию.

Павел скривился, но пересказал все, что случилось, включая их первую встречу.

Виктор Глебович слушал молча, внимательно, не перебивал.

— Сильный, говоришь, стал? — задумчиво произнес отец, когда рассказ был закончен. — А может, он и был таким всю жизнь?

— Нет, же! Мне Стилет про него рассказывал все то же самое, что и ты. Наркошой этот Аристарх был. А потом вдруг резко... словно изменился.

— Осознал? — словно бы самого себя спросил Виктор Глебович. — Не верю я в такие резкие перемены без вмешательства извне. Не может просто так человек резко осознать свою никчемность и взяться за ум. Нет, конечно осознать может. Но вот чтобы измениться, реально измениться — в это я не верю, Слишком хорошо я знаю человеческую натуру.

— Да ерунда, не забивай голову, — махнул рукой Павел. Выпитый коньяк дал в голову и настороженность, возникшая по началу от слов отца, теперь растаяла. — Я сам с ним справлюсь. Что вообще такого в этом Аристархе, что заставило тебя так измениться в лице? Подумаешь, слез с наркоты. Это не спасет его от моих кулаков.

— Ты не понимаешь, — могильным голосом ответил отец. — Бельский старший был моим соучредителем и компаньоном. Соответственно после той страшной и жуткой автомобильной аварии, в которую он попал, — я подчеркиваю случайно, — на его доле в бизнесе есть некоторые моменты.

— Какие еще моменты, отец? Я не понимаю, о чем ты говоришь. Разве весь комплекс добычи не принадлежит тебе?

— Принадлежит, — кивнул Виктор Глебович. — Но определенные нюансы существуют.

— Какие еще нюансы?

— Есть доля акций, которая принадлежала Бельскому.

— Сколько?

— Половина, — буркнул Виктор Глебович. — Пятьдесят процентов. Мы все делили по честному. После смерти Бельского акции, его доля, перешла ко мне. Но есть некоторые юридические тонкости, которые позволяют, пусть и с минимальной долей вероятности, но все же претендовать его сыну на долю своего папаши.

— Как это так? Что за чушь?! Какая еще вероятность? Я ничего не понимаю!

Павел аж подскочил с места.

— У Бельского было завещание. Я об этом узнал совсем недавно. И там он все свои акции, в случае своей смерти, передает своим детям. Шустрый, зараза, оказался. Словно предвидел что-то. Мои юристы и адвокаты подсуетились конечно, следы подчистили все. С нотариусом, оформлявшим завещание, тоже проведена определенная работа. Но кто его знает, этого Бельского? Вдруг он подстраховался?

— Каким образом? Ты же сам сказал сейчас, что все подчищено?

— Ну не знаю, — растерялся Виктор Глебович.

— Завещание Бельского уничтожено?

— Уничтожено. Но только что, если есть второй экземпляр, о котором мы не знаем?

— А как же нотариус? Что он сказал? Он то должен знать сколько этих завещаний было? — растерялся Павел.

— Говорит, что одно.

— Тогда чего переживать?

— Я же говорю, — оскалился отец. — Я чувствую. Как только ты сказал про этого Аристарха, меня сразу прошибло это состояние. Не спроста это все. И то, что он с наркотой завязал, и то, что в клуб начал ходить, спортом заниматься.

Павел выругался. Потом подошел к столику, где стоял коньяк, налил себе.

— Может быть, хватит? — с нажимом спросил отец.

— Я немного — чтобы мозги встряхнуть.

— Ты в последнее время слишком часто их встряхиваешь.

— На что ты намекаешь? — насторожился Павел.

— Стал ты часто прикладываться.

— Охрана доносит? — усмехнулся Павел.

— Это не важно. Важно другое.

— Все под контролем, — с трудом сдерживая злость, ответил Павел. — Ты бы лучше беспокоился об акциях компании. Не понимаю, как это вообще возможно?! Доля этого Бельского вроде твоя, но забрать у тебя ее могут. Это как вообще?

— Отложенные преф-акции, так называемые голосующие, — сквозь зубы злобно произнес отец. — Тебе это о чем-то сказало?

Павел смутился. Честно ответил:

— Нет, не сказало.

— Тогда не задавай вопросов, ответы на которые даже не в силах понять! — не выдержал Виктор Германович.

Но быстро отошел, подошёл к сыну, похлопал того по плечу.

— Не переживай, этого гаденыша я беру на себя.

— Нет, — оборвал его Павел. — Я сам хочу с ним расправиться.

— Уверен?

Виктор Глебович внимательно посмотрел на сына, понял — тот не блефует. Может быть, и в самом деле пора давать сыну чуть больше полномочий? Когда-нибудь он должен занять кресло главного в семье, а ума и понимания... в общем, не так много, как хотелось бы.

— Уверен, — твердо ответил парень.

— Это слова взрослого человека, — ухмыльнулся Виктор Глебович. — Того, кто достоин занять мое место, когда я отойду от дел.

Оба рассмеялись.

***

— Андрей, ты как, в порядке? — я посмотрел на парня.

Вид у того был не очень — бледный, потерянный и спокойствия не внушал.

— В порядке, — ответил тот.

Хотя, судя по голосу все было далеко не в порядке. Голос парня соответствовал его виду — пустой, не выражающий никаких эмоций. Так говорят призраки.

Я подошел ближе к Андрею, глянул тому прямо в глаза. Эх, если бы мне немного умений магических, можно было бы заглянуть поглубже. А так... глаза как глаза, только словно бы пеплом присыпанные.

— Ты уверен?

— Да, — так же безучастно ответил Андрей.

Кажется, встреча с тем незнакомом на пустыре, не прошла следом. Что-то переменилось в его поведении.

— Может все-таки отказаться от боя? — предложил я.

— Нет! — вдруг вскрикнул Андрей.

И глянул на меня зловещим взглядом.

— Нет, от боя я не буду отказываться!

— Хорошо, как скажешь, — поспешно ответил я.

Чувство тревоги за друга, поселившееся в груди, только нарастало. Я пытался найти ответ на странное поведение Андрея, но не мог понять истинную причину. Кражи силы точно не было — я видел это собственными глазами. Противник лишь схватил Андрея за горло, поднял и долго и пристально глядел тому в глаза. А потом улыбнулся, отпустил его и ушел. Почему? Зачем? Ведь целью был я. Странно.

Я подошел к Барсуку, поделился своими переживаниями.

— Так всегда, — ответил тот, разминая руки. — Нервничает парнишка просто перед турниром. У Андрея всегда так, сам не свой. Да ты глянь на других — все на нервах.

Я посмотрел. Остальные и в самом деле вели себя либо предельно напряженно, сосредоточенно, либо напротив, не в меру дурачились. Нервозность витала под потолком раздевалки плотным облаком.

И только теперь я понял, что к чему. Я все эти эмоции уже пережил — когда обучался в Школе в своем мире, — и нервозность по поводу первого выхода на арену, и переживания по поводу первого боя. Да и не только первого. За все те долгие годы учебы я испытал это всё не один и раз и потому сейчас был готов, не ощущая никаких чувств.

У команды же это был, кажется, первый такой важный и высокий турнир и потому они вели себя так. Все-таки сам Император будет смотреть на них.

Я невольно улыбнулся. Если бы Император из моего мира следил за моим боем я бы тоже чувствовал себя напряженно. Но не из-за того, что испытывал робость. Просто Его Величество Коргим Третий испытывал огромную слабость к мальчикам и тот, на кого он вожделенно смотрел, доставлялся ему тем же вечером личной охраной в будуар. О том, что было дальше, лучше и не говорить.

— Парни! Первая готовность! — заскочил в раздевалку Антон Константинович. — Сейчас легкие веса пойдут. Первая схватка Барсук. Потом Андрей. Потом Максим. Аристо, ты четвертый. На финиш первого круга — Глеф. По средней — Патрон, Сергей, Круиз.

Даже при закрытых дверях раздевалки было слышно, как кричит толпа — во Дворце ее собралось очень много. Они что-то скандировали, и я не сразу разобрал, что кричат «Тигр! Тигр!».

— Большинство сегодня явно не за нас, — язвительно заметил Глеф.

— Тогда покажем им, кто тут настоящие бойцы! — ответил Антон Константинович.

И мы начали одобрительно кричать.

Из потолка раздевалки вдруг отделились две плитки и из образовавшегося отверстия выплыл экран монитора. По нему начали транслировать открытие турнира. Камер, как я понял, было несколько и потому изображение часто менялось, показывая то пустой ринг, то собравшихся зрителей — в основном высокопоставленных господ, которые сидели тихо и в сравнение со зрителями Стилета не годились.

Один раз камера мельком показала и самого Императора.

Это был уже старик, но сохранивший свою стать. Внутри него был словно стальной стержень и держался Государь так, что сразу было понятно кто он, даже если бы он был сейчас без знаков различия на одежде.

Рядом с Императором сидела девушка, молодая, лет двадцати пяти и по недовольным шиканьям и ворчанию команды я сразу же понял, что это та самая балерина, которую считали фавориткой государя. Вид у нее был подобающий ее спутнику, та же стать, та же гордость и даже некоторая надменность. Лицо совсем юное, белое, несколько округлое. Глаза широкие и небесно-голубые, в которые легко можно влюбиться. Но этот тип девушек был не моим.

Припухлые алые губы девушки были все время приоткрыты, видимо предвкушая наслаждение кровавым зрелищем. Без всякого сомнения эта балерина знала куда попала и ее живой любопытный взгляд, скользящий по канатам ринга был красноречивее любых слов.

Император откровенно скучал, хоть и дела вид, что ему интересен турнир. Несколько раз он обменялся со своей спутницей, а потом, не найдя у ней заинтересованности, замолчал, замер, превратившись словно бы в статую.

Камера скользнула по зрителям, остановилась на одном человеке — пузатом господине с коровьим лицом, втором — сухопарой старушке, третьем...

Все они были аристократами, знатью высшего звена. Места обычным зрителям тут не нашлось, они, видимо, смотрели трансляцию дома по телевизору.

Началось открытие турнира. На ринг вышел какой-то весьма грузный певец и начал петь. Пел он безобразно, фальшивил, норовя все время хрюкнуть, но зрители приветствовали его громкими аплодисментами.

Потом вышел ведущий. Этот, в отличие от ведущего подпольных боев Стилета, был сдержан, толпу не пытался завести и говорил торжественно, привнеся в общий фон турнира сонность и академическую скуку.

Заиграла резвая музыка, разгоняя тоску и народ оживился. Даже балерина начала хлопать и привстала с места.

— Первый бой! — объявил ведущий.

— Удачи! — пожелали парни Барсуку и тот, молча кивнув, двинул на ринг.

Мы проводили его взглядами, потом перевели взоры на экран телевизора.

Толпа захлопала, приветствуя бойца. Спутница Императора, Анна, тоже похлопала, улыбнувшись при этом совсем по звериному, словно завидев добычу.

Против Барсука вышел парень по кличке Кольт. Зрители более тепло зааплодировали ему и кто-то даже одобрительно крикнул ему что-то с места. Боец помахал всем рукой, вышел на ринг. Судья быстро объяснил каждому основные пункты правил боя и развел бойцов по разные углы ринга.

Звякнул гонг.

Барсук действовал уверено, начал молниеносную атаку, провел два отличных удара, оттесняя противника к канатам.

— Так ему! Покажи кто тут батя! — крикнула Герда.

Компашка Глефа стояла в сторонке и поддержки своему одноклубнику не выказывала. Напротив, когда Барсук пропустил внезапный прямой, тот самый Рыжий, который пытался задеть меня на первой тренировке, радостно гоготнул.

Я брезгливо отвернулся — смотреть на этих уродов не было сил.

Барсук тем временем начал терять позиции. Его противник Кольт провел серию ударов и пошел в контратаку. Толпа господ, сидящая на трибунах, начала поддерживать Кольта, требуя больше решительности.

— Что он делает? — удивилась Герда, глядя на бой. — Зачем уходит в оборону? У Кольта слабая лева, надо заходить с этого края.

Но Барсук ее конечно же не слышал.

Еще одна серия ударов и — гонг!

Противники разошлись в разные стороны. К Барсуку тут же подскочил Антон Константинович и начал что-то быстро говорить — что именно услышать мы не смогли. Барсук лишь кивал, стряхивая со лба слипшиеся волосы. Парень был сосредоточен. И, кажется, четко понимал что делает.

Дали гонг. Противники вновь сошлись.

И опять началась битва. На этот раз Барсук действовал увереннее, но все так же бил прямыми, не заходя под левую. Кольт ловко ставил блоки и даже немного расслабился, понимая, что большего от противника ждать не приходится. Он сильно ошибался.

Внезапно Барсук юркнул под левую руку бойца и выдал такой мощный хук, словно огромная пружина вырвалась из пресса.

Ш-шах-х! — как удар топора.

Кольт обмяк и тут же упал на ринг.

Толпа удивленно затихла. Никто не ожидал такого поворота событий.

Крюк получился настолько удачным, что судья, видя состояние Кольта, остановил бой. Это была первая победа нашего клуба в этом чемпионате!

Мы радостно закричали, принялись обниматься. Тренер Кольта — крепкий мужик с могучей бородой, выскочил на ринг и принялся отчитывать своего бойца, не смотря даже на то, что тот едва стоял сейчас на ногах.

Ведущий объявил результаты боя — чистая победа Барсука.

Император, расплывшийся на ложе, сдержанно похлопал. Анна же, его спутница, напротив, отреагировала на победу бурно, привстала и долго аплодировала. Императору пришлось сделать ей едва заметное замечание жестом — девушка нехотя вернулась на свое кресло.

На главном мониторе императорского дворца высветилась информация о первой победе и таблица. Признаться, я был рад, действительно рад, хоть и был знаком с парнями не так долго.

Ведущий начал зачитывать информацию о следующем бое.

— Андрей! — раздался из динамика голос Антона Константиновича — он держал с нами связь по рации. — Теперь твой выход!

— Давай, покажи им! — поддержала друга Герда.

Я глянул на Андрея и вдруг с ужасом понял — сейчас произойдет то, что изменит все мои планы и повернет ситуацию совсем в другую сторону.

Как оказалось я был прав — чутье меня никогда не подводит.

Глава 19

«Сейчас! Прямо сейчас!»

Сдержаться было сложно. Как Рейн не старался, его все равно обуревали эмоции, в основном напитанные злостью.

«Получилось. Почти получилось. Остался последний шаг».

Маг наблюдал сейчас за происходящим глазами Андрея. Парень, едва объявили его бой, вышел из раздевалки и направился по огромному коридору вперед, в комнату, где его ждали несколько судей и императорская охрана. Рейн с завистью отметил интерьер императорского дворца. Богато. Через чур богато. От золота и камней рябит в глазах. Все и сразу. Ни стиля, ни нормы. Безвкусица!

Охрана тщательно осмотрела Андрея. Это был обычный досмотр, необходимый чтобы убедиться — боец чист и оружия у него с собой нет. Рейн хмыкнул. Какой же дурак возьмет простое оружие с собой в императорский дворец? Пронести его не выполнимая задача — уровней защиты просто тьма.

А вот спрятать оружие внутри своей души — другое тело.

Вновь объяла гордость за самого себя. Ловко придумал. Очень ловко!

— Погоди, — пробасил вдруг охранник, останавливая Андрея. — Еще не все.

Рейн присмотрелся, пытаясь понять что происходит.

— Еще проверка? — не своими губами произнес Андрей.

— Глянем на ментальный фон, — ответил охранник, косясь на бойца.

— А раньше нельзя было? — пробурчал боец. — Мне выходить уже надо на ринг!

— Таков протокол. Перед самым поединком бойца тоже проверить полагается — чтобы ничего не успел удумать за время пребывания тут.

— Да я...

— Помолчи, — довольно грубо оборвал его охранник.

И свистнул кому-то.

Из небольшой дверцы вышел старичок. Рейн сразу же сообразил — какой-то придворный маг. Причем не из последних — его магическая сила ощущалась даже сквозь расстояние. Мистик, уровнял третьего, не ниже.

Рейн похолодел. Если старик не дурак — а дураков в императорский дворец не берут, — то он вмиг раскусить его. Магическая пелена и аркан, накинутые на Андрея на третьем уровне его сознания, прочитать нелегко. Однако опытный маг сможет добраться и до туда. И тогда...

Рейн выругался. Нужно было что-то срочно предпринимать. Только вот что? Рушить звезду? Но тогда все заклятие пойдет псу под хвост — Андрей освободиться из аркана. Что тогда? Что?

Рейн не находил ответа, а старик был все ближе и ближе.

— Молодой человек, откройте глаза шире, — мягко прошамкал беззубым ртом придворный маг и улыбнулся.

Андрей дернулся — не без помощи Рейна, — остановился.

В глазах старика блеснула хитрая искорка словно он говорил — я все уже прекрасно знаю, меня не обдуришь.

Взять себя в руки стоило неимоверных усилий.

Рейн стиснул руки, начал лихорадочно соображать, что делать дальше. Стереть звезду нельзя. Накинуть мимикрический саван тоже — нити магии старик сразу же найдет. Тогда... что?

Старик тем временем достал из кармана небольшой предмет, похожий на вилку и начал водить ей по воздуху. Рейн сразу же почувствовал холодные вибрации магического конструкта. Какое звуковое заклятие поиска.

Все пропало! Сейчас его раскроют. А потом примчит стража, быстро все раскроется. Выйти на укрытие Рейна не составит труда — тот же старик с легкостью размотает ниточки следов.

— Нет! — рявкнул Рейн и вдруг понял, что делать дальше.

Это пришло как озарение, которое является в самый последний момент в состоянии, граничащим с безумием.

Черный провал — так назывался этот магический трюк. Достаточно опасный, но что сейчас опаснее — быть поджаренным неудачным конструктом или обнаруженным королевской стражей? Нет, последнее Рейн не мог позволить. Если Император узнает кто он такой и чьим сыном является... Такого позора Рейн не переживет. И даже пытки не страшны, по сравнению с тем посрамлением, которое упадет на его плечи. Он подведет отца.

Судорожно выводя в воздухе необходимы руны, Рейн не отводил взгляда от старика. Нужно выиграть хотя бы пару десятков секунд.

— Я не обучен магическим способностям, — пробубнил Андрей. — Не умею колдовать.

— Это не важно, — старик вновь ухмыльнулся. — Вы — не обучены. А кто-то другой обучен.

— Я вас не понимаю.

— И не надо, — отрезал старик. — Просто откройте глаза. Больно не будет. Я всего лишь загляну в них — и все. Давайте, поспешите. Ведущий уже объявил вашу фамилию для выхода на ринг. Не хотите же вы опоздать?

Старик вновь с прищуром поглядел на парня.

— Нет, не хочу.

Конструкт был практически готов. Чтобы его создать пришлось пожертвовать тремя единицами силы. Но что еще было страшнее — конструкт едва не разорвал его. Слишком неустойчив. Слишком опасно.

Терпеть!

Завести несколько откатных потоков. Вывести спицы. Поставить печать. Еще одну.

— Молодой человек... — в голосе старика послышался звон металла.

Охранник, стоящий рядом, тоже напрягся.

Еще немного. Еще чуть-чуть.

Напитать печать силой. Завязать оттоки. Наполнить субстратом.

Внезапно что-то черное рухнуло с потолка, погребя под собой Рейна. Маг даже не успел вскрикнуть — мгновение назад стоял и вот уже лежит на полу, придавленный чем-то тяжелым, ледяным. Ни жив, ни мертв.

— Открой глаза! — рявкнул охранник.

Андрей повиновался.

— Так-то лучше! — кивнул старик и взглянул в них. — Хм-м...

Смотрел он долго и все это время второй охранник держал руку на рукояти пистолета.

За толстыми стенами слышались крики толпы — все уже давно хотели продолжения боя. А мгновения тянулись, нестерпимо долго, словно резина.

— Все в порядке, — наконец произнес старик и кивнул охраннику.

Рейн облегченно выдохнул. Вместе с ним — и Андрей.

Придворный маг подозрительно зыркнул на бойца, но ничего не сказал.

Андрей двинул дальне по коридору, туда, где раздавались нетерпеливые крики зрителей и раскатистый голос ведущего, объявляющего скорое начало следующего боя.

Рейн бросил в конструкт несколько магических искр и навалившаяся тьма начала постепенно таять. Мощное заклятие едва не убило его. Маг чувствовал, как болью отдается каждая клеточка его тела. Чувствовал, но терпел. Сейчас надо продолжать. Во что бы то ни стало. Отвлекаться на что-то другое — пусть это и свое собственное здоровье, — сейчас нет времени.

Тяжело поднявшись, Рейн глянул на звезду. Она, пребывая несколько минут без контроля, начал вновь дрожать и асинхронные покачивая в воздухе навели на не самые радужные мысли. Нужно было срочно выправлять положение.

Рейн бросил в конструкт несколько подкрепляющих заклятий и ощутил насколько болезненным вышел откат. Ничто не проходит даром.

Сморщившись, он подумал о том, как же совершит самое главное? Если даже такое незначительное сотворение заклятия дает столь мощный откат, то что же будет, когда он...

Не время думать об этом! — сам себе приказал маг.

И принялся следить за происходящим дальше.

Андрей шел торопливо. Ощущалась легкая тревога. Это нормально — видимо перед боем всегда так. Показались первые ряды зрителей. Рейн невольно засмотрелся на великолепие зала. Вот уж действительно императорский дворец. Яркий свет, кожаные кресла, проходы, выстланные коврами, повсюду камеры. Сколько же ушло на это все денег?

Вновь злоба захлестнула Рейна. Когда он, пятнадцатилетний пацан, воровал с рынка гнилую картошку, ему никто не помог и монетой. Да за одно такое кресло, которых в зрительном зале было несколько тысяч, можно выручить кругленькую сумму!

Андрей прошел по проходу, поприветствовал зрителей. Те жидко и вразнобой что-то ответили ему.

Рейн начал пристально высматривать среди толпы того, ради которого это все и затевалось.

Увидел.

И сразу же ощутил тяжелое чувство, будто в грудь насыпали камней, вперемешку с болотной тиной.

Император.

Руки невольно сжались в кулаки.

«Уже совсем старик», — отметил Рейн, глядя на заклятого врага.

Но это ничего не меняет. Старик ты или ребенок — это ни-че-го не меняет!

Рейн остановил свой внутренний монолог. Сейчас не время сгорать в ярости. Ум должен быть чист и холоден. Последний шаг. Остался последний шаг.

Еще бы посмотреть что там с этой девкой вампиркой, которую он отправил восвояси. Но сейчас совсем не до этого. Хотя оставлять все на произвол судьбы тоже не сильно хочется. Доверять Спорофиту не стоит — он может в любой момент выкинуть какой-нибудь фокус.

«С ней разберусь после», — подумал Рейн, поддерживая магический фон, который вновь задрожал и начал снижаться.

Андрей поднялся по лестнице. Вновь глянул на Императора.

— В правом углю! — закричал ведущий. — Мощный и непобедимый! Бесстрашный и...

Рейн отстранился от всех звуков. Вывел необходимые руны и направил поток в магический шар.

Вихри заклятия ударили по вискам тугим толчком. Да, это будет сложно. Очень сложно. Но не долго. Всего лишь один удар. И будь что будет. Если суждено умереть, то пусть это будет именно так — в благородной мести за родителя.

«Отец, возможно совсем скоро я встречу с тобой, — криво улыбнулся Рейн. — Но знай, если так произошло, то не из-за моей трусости. Я просто хотел отомстить за тебя».

И запустил пучок магического субстрата в шар. Генератор засветился еще ярче.

Время настало.

***

— Ты видела? — спросил я у Герды.

— Что? — девушка вопросительно глянула на меня.

— Его вид...

Объяснять не было времени — я увидел, как Андрей идет по коридору главного зала, под улюлюканье толпы. А его глаза... они были наполнены тьмой.

Только теперь я понял, что это была никак не нервозность. Какое-то магическое воздействие — вот чем объяснялось странное поведение парня.

В моей голове начали крутиться части одной картины — действия Рейна, его неожиданный уход, последующее поведение Андрея. Я понимал, что это звенья одной цепи, но какая именно цель преследуется не знал. Однако догадывался, что ничего хорошего ждать не приходится, а крайним во всей этой истории окажется Андрей, который, кстати, по моей просьбе оказался во всей этой ситуации.

Поэтому я рванул по коридору прямо в зал.

— Стоять! — рявкнул встретившись меня охранник. — Куда?

Придворный маг, заклевавший носом, вздрогнул, испугано глянул на нас.

Объяснять что-то солдату не было никакого смысла — все равно не поверит. Я глянул на монитор, который висел и тут.

Андрей выходил на ринг. Его движения были какими-то дерганным, словно управлял ими не он сам, а кто-то, завладевший его телом. Рейн...

Меня вдруг озарила догадка. Рейн использовал какую-то магическую технику, пленил разум Андрея, чтобы... а вот для чего я не имел ни малейшего понятия. Но так ли теперь это было важно?

— Он, — я указал пальцем на Андрея.

— Не пущу, — рявкнул стражник.

Но я обращался сейчас не к нему.

Придворный маг присмотрелся, но лишь пожал плечами.

— Проверку прошел, — растеряно произнес старик.

— Что-то не так, — сказал я, напряженно вглядываясь в экран.

Придворный маг тоже глянул. На этот раз применил конструкт... и вдруг вскричал:

— Мать честная!

Стражник вопросительно глянул на старика.

— Его... там... скорее! — засуетился маг, начал носиться по комнате.

— Что там? — пробасил охранник.

— Опасность! — только и смог выдавить он.

Я рванул в проход.

— Стоять! — в след мне крикнул страж.

Поняв, что упустил меня, он бросился в погоню.

По коридору тут же залился сигнал тревоги.

Старик тоже бросился за нами, но тут же отстал.

В два прыжка я преодолел расстояние до главного прохода, оказался в императорском зале. Здесь царила полутьма, играла громкая музыка, пробирая до самих внутренностей. Ведущий расхваливал участников боя, а Андрей...

Он безучастно стоял в углу ринга и безотрывно смотрел на Императора. Их разделяло двадцать посадочных рядов. И больше ничего.

Только теперь мне стало понятна истинная цель Рейна.

— А теперь — бой! — крикнул ведущий.

Толпа одобрительно закричала.

Звякнул гонг.

Противник Андрея двинул на бойца. Но сам Андрей не спешил начать поединок.

Вместо этого он внезапно ловко перепрыгнул через канаты и стремительно двинул прямо к императорскому ложу.

***

Магический шар дрожал. Слишком много энергии было направлено в него. Не важно. Ничего уже теперь не важно. К черту нормы и законы.

Действительно важно сейчас только одно — Император.

Рейн видел его и отдал Андрею лишь одну команду — броситься к нему. И пусть парень переломает ноги, пусть его напичкают свинцом — это тоже не важно. Главное — добраться как можно ближе к Императору и активировать магический шар.

Пусть заклятие прорвётся сквозь расстояния, и, сжирая всю внутреннюю силу Андрея, его душу, используя магический шар как призму, ударит по тому, чьей смерти Рейн желал всю свою сознательную жизнь.

Император должен умереть сегодня.

Испепелен лучом огня.

Сожжен.

Стало тяжело двигаться и даже дышать — ощущение, словно бредёшь по грудь в вязкой тине. Густой сизый туман начал подступать со всех сторон. Душно.

Рейн понял, что продолжение действий неминуем повергнет его в страшный откат, который и уничтожит его. Понял, но не остановился.

Император должен умереть сегодня.

Во что бы то ни стало.

***

Я действовал на опережение. Когда Андрей рванул через канаты, я уже бросился к нему. Я понимал, что Андрей не властен своим действиям и сейчас находится в заложниках могущественного мага.

Но этого не понимали стражники и императорская охрана, которые так же бросились к Андрею. Они видели лишь лишь глазами и выводы делали на основании этого. Вся подноготная им была неизвестна.

И в их руках было оружие.

Надо отдать им должное, двигались они невероятно быстро.

Но и я не отставал.

Толпа не сразу поняла, что происходит что-то неладное. Первым среагировал ведущий, произнеся в микрофон:

— Кажется, у нас небольшая заминка, дамы и господа. Прошу оставаться всех на своих местах. Служба охраны — код семь. Повторяю — код семь.

Кто-то из толпы растерянно зааплодировал, кто-то начал возмущаться. Толстый, одышливый джентльмен начал визгливо ругать организаторов сего мероприятия. Сухопарая женщина, сидящая рядом, ткнула его локтем в бок и кивнула в сторону императорского ложа, напоминая тому, чья это была идея. Джентльмен тут же сник.

Император тоже непонимающе глядел по сторонам. К нему уже мчал его личный охранник, стоящий позади.

Все должно было решиться в считанные секунды.

***

Пора было активировать магический шар.

Сейчас!

Рейн вскинул руку и черные силы потекли вперед незримыми струйками, отталкиваясь от воли хозяина, проскальзывая между сотворенными конструктами, громоздкими и миниатюрными, словно вода в половодье, огибающая толстые деревья и кустарники.

Сейчас!

Рейн ощутил нетерпеливую жажду магии, черную жадность и стремление разрушать. Это было приятно. Да, в этом они — Рейн и магическая смертельная волна, — похожи.

Зарядка.

По магическому шару побежали быстрые черно-багровые огоньки, тонкие слои стекла начали распадаться и хлопьями опадать на пол. Рейн глянул мельком на шар и невольно отметил мощь кристалла. Сложность созданной вещи поражала. Искусно уложенные слои, изощренных узор, где каждая точка соединялась с другими в магическую структуру. Не зря он выложил за нее огромную сумму. Жаль, что после удара шар распадется на осколки.

Изготовка.

Рейн вскрикнул от внезапной боли. Конструкты лопались, отдаваясь во всём его теле. Тончайшие нити заклятия, неимоверного сложного, сплетенного в одно полотно, теперь рвались. Убийственная магия насыщалась силой. Пора. Сейчас — или никогда.

Удар.

Слепящий луч света вырвался из шара и тут же продублировался в тонких сущностях Андрея. В ту же секунду из глаз парня хлынул смертельный, сжигающий все на своем пути поток. Словно лазер из фантастического фильма, луч с жутким колючим звуком полетел прямо в Императора.

***

Все последующее действие было словно в замедленной съемке.

Личный охранник Императора прыгнул, собираясь закрыть своим телом государя. Но стражник не успевал. Как бы быстро он не бежал, какой сноровкой он не обладал бы, но первый рывок был запоздалым. А значит и долететь до Императора он не успевал.

Смертельный луч, бьющий из глаз Андрей, прошелся по рядам и каждый смог воочию увидеть какой силой он обладал. От луча оставалась лишь выжженная полоса и ничего не останавливало его — ни деревянные подлокотники стульев, сгоравшие в одно мгновение, ни стальные вставки перил, плавящиеся как воск. Все разрезалось словно масло горячим ножом.

И этот луч направлялся прямо на Императора.

Первой поняла что к чему Анна. Она вскрикнула, попыталась отпрянуть в сторону, но пышное платье, громоздкое, тяжелое, не дало ей этого сделать. Потом ожил сам Император. В его глазах огоньками вспыхнул страх, государь попятился назад, но неподъемный стул отрезал пути к отступлению.

Император и его фаворитка были явно не готовы к такому развитию событий и потому растерялись.

— Андрей! — крикнул я, делая прыжок.

Все мое тело, все мышцы и связки напряглись до предела, а кости затрещали. Бросок был на пределе возможностей.

Андрей, как ни странно, отреагировал на свое имя, на секунду замедлился. Даже попытался оглянуться, но невидимая сила не дала ему этого сделать, словно бы жестко одернув. Однако и этой заминки мне хватило чтобы подскочить к другу и сбить с ног.

Андрей выдохнул, луч, бьющий не хуже фонаря маяка, исчез. Но там, на глубине его глаз, я увидел, что новая порция огня готовится испепелить меня.

Ни секунды не медля, я закрыл другу глаза рукой.

«Словно покойнику», — мелькнула мысль.

Впрочем, я был не так далек от истины.

Андрей вдруг дернулся и ударил меня с такой силой, что едва не сломал сам себе руку. Парнем явно управлял кто-то иной, иначе так бить он бы не стал.

Я отлетел к стульям, поднялся.

— Хватай! — крикнул императорский стражник остальным бойцам, подскочив к Андрею.

Но не успел даже прикоснуться к нему.

Еще один удар — и охранник без сознания завалился на пол.

Андрей глянул на Императора, ухмыльнулся и двинул в новую атаку.

Сущность, затаившаяся внутри его души, намеревалась поставить точку в деле, которое начало.

***

Император должен быть в безопасности. Всегда. Это главный закон, которому учат личную стражу государя. Умри сам, но Императора спаси.

И сейчас они делали то, что вдалбливали им в головы все время обучения.

Они отсекали опасность от Императора.

Разбираться в том, кто хороший, а кто плохой нет времени. Если не уверен — стреляй. Мертвые не могут сделать плохого, это главное правило.

И потому охранники начали стрелять. Причем целились не только в Андрея, но и меня. Доказывать им то, что я тоже хочу уберечь Императора от гибели бессмысленно. Они уже сделали все выводы и перешли к действиям.

— Нет! — крикнул я, но понял, что это бессмысленно.

Грянул выстрел. Что-то обожгло мне руку.

Но я все равно бросился к Андрею. И повалил его на землю. Причем в самый последний момент. Вновь грянул выстрел. Еще одни. И еще.

Начал настоящая пальба.

Зрители, сидящие в зале, начали истошно голосить, бросились со своих мест в рассыпную. Вбежавшая в зал охрана попыталась разделить их на три потока, чтобы избежать давки, но им этого не удалось.

— Прошу все оставаться на своих местах! — закричал в микрофон ведущий.

Никто не последовал его совету. Все бросились к выходам, но там их ждал сюрприз — группа захвата перекрыла все двери.

— Стоять! — рявкнул кто-то над самой моей головой.

Охрана.

— Не стреляйте! — крикнул я в ответ, протягивая руки показывая что в них ничего нет.

Почувствовал, как та рука, в которой было секунду назад жжение, слабо поддается командам. Короткий взгляд нарисовал безрадостную картину. Пуля угодила в цель — из черной точки, оставленной на плече. вытекала тонкая струйка крови.

Императора, его фаворитку Анну и еще несколько высокопоставленных лиц уже конечно же увели прочь. Они поспешно скрылись в потайной двери. В зале остались только обычные смертные, чьи жизни ценились не так высоко.

В затылок тыкнулась холодная сталь пистолета.

— Руки! Выше! Выше!

Я не успел пикнуть, как мне закрутили конечности и, не смотря на крики боли, надели наручники на запястья. Андрея тоже скрутили, да так, что едва не переломали всего. Парень терпел и даже был отстранён, словно витал сейчас где-то высоко в облаках. Но продолжалось это не долго. Очередной удар — и Андрей будто вышел из ступора, непонимающе глянул по сторонам.

— Что...

— Лежать! Не дергаться! — тут же рявкнули ему в ответ.

— Аристо, что происходит? — прошептал он, увидев меня.

Он был до чертиков напуган. Андрей, тот самый парень, с которым я дружил — теперь это был без сомнения он, словно вернулся из забытья.

— Потом объясню, — прохрипел я. — Лучше и в самом деле не шевелись.

Андрей испугано глянул на людей, окружавших нас, благоразумно затих.

В зал вбежала группа захвата и начала крутить всех без разбору. Кто-то из зрителей закричал что он высокопоставленный аристократ, но крик его оборвался в районе пола. Поблажек не было никому.

Началась долгая процедура задержания. Из здания выводили по одному. Первых вывели зрителей. Потом принялись за тех, кому не посчастливилось оказаться рядом с Императорским ложем. Последними добрались до нас.

— Кто такие? — прорычал начальник стражи, обращаясь явно ко мне. — Анархисты? Левые? Наемники?

Был он крепок и чем-то походил на пахотную лошадь — такой же здоровый, сильный, с огромными желтыми зубами.

— Честные люди, — ответил я и тут же получил удар в бок.

Его кулак, больше похожи на молот, каким заколачивают сваи, едва не переломал мне ребра.

— Честные люди? — усмехнулся начальник стражи. — Нет, подонок, ты не честный человек. Ты тот, кто посмел покуситься на самое ценное, что есть у народа — на жизнь Императора. И нет тебе за это прощения. Сам себе ты выбрал эту судьбу — а значит без страха прими то, что должен принять как итог своих действий. Если осталось еще хоть немного мужества.

Начальник стражи снисходительно усмехнулся.

Я не совсем понял, что имел он ввиду — всего меня трясло, а в голове творилось черти что.

Но когда начальник стражи достал из кобуры пистолет и направил черный ствол на меня, то смысл его слов стал кристально понятен.

Я нервно сглотнул подступающий к горлу комок.

— Послушайте, я...

Еще один удар. Дыхание сперло, я упал на пол.

Меня тут же схватили чьи-то крепкие руки за волосы и задрали голову.

Я с трудом смог подняться на колени.

— А как же все процессуальные процедуры? — вытащил я из чужой памяти малопонятные слова.

Тот лишь хмыкнул.

— И смерть — это твое последнее пристанище, — сказал словно заколотил гвоздь в гроб начальник стражи. Крикнул: — Сержант Николенко!

— Я! — откликнулся кто-то из бойцов, выскакивая из общего гвалта и оказавшись возле нас.

— Считай до трех — больше этому подонку и не надо. А ты, — он с прищуром поглядел на меня, — может за это время помолиться. Если вообще знаешь хоть одну молитву. Сержант — счет!

— Послушайте! Это же...

Сержант, не обращая внимания на мои крики, театрально откашлялся и торжественно, словно готовясь запустить в космос ракету, начал чеканить:

— Раз...

— Два...

— Три...

От автора

Вот мы и подошли к концу первого тома. История не заканчивается, впереди нас ждет еще много приключений и интересных героев.

И прежде чем продолжить чтение, хочу выразить благодарность вам, мои дорогие читатели - за поддержку теплыми комментариями и лайками!

Это очень приятно и сильно мотивирует.

Вторая книга будет публиковаться здесь же, на данной странице. Не забудьте добавить книгу в библиотеку (если еще не сделали этого) и подписаться на страницу автора, чтобы не пропустить новинки.

Подписка на второй том будет открыта скорее всего с третьей главы, поэтому поспешите, потом будет дороже.

А теперь продолжим! Первая глава второго тома - уже прямо сейчас!

Глава 1 (том 2)

Бездна...

Нескончаемое средоточие тьмы, боли, страха. Место, которое не найдешь ни на одно карте; место, в которое не ходит ни один дилижанс или ладья. Сточная канава миров, куда отправляется все, что исторгли из себя иные миры; все, что отторгла магия; все, что родилось изначально мертвым, запретным, кощунственным, неправильным. Гнойный экссудат, прорываемый в воспаленных планах бытия и умерших мирах, стекал именно сюда.

Бездна...

Но даже в таком месте есть те, кто возьмется управлять всем этим. Особенно в таком месте. Порождаемые Бездной кошмарные монстры, циклопические, неописуемые, они знали лишь одну силу — силу Хаоса, которая когда-то породила их из этого экссудата и которая могла их уничтожить. И они служили ей.

— Апостол Аббе! — глас прокатился по каменный горам, упал под ноги стоящему.

Черное святилище источало ужасную притягательную силу, которой невозможно было противостоять. Но глас разносился не от туда. Святилище служило лишь для того, чтобы обнаружить себя. Таким образом обитатели Бездны могли воззвать к себе того, кто был тут всем. И говорить с ним через это святилище. В противном случае их могла смять как букашек страшная сила — настолько был могуществен Хаос. Обращение напрямую был смертельно опасно для любого обитателя Бездны.

— Слушаю вас, мой господин, — существо, к которому обратились как к Апостолу Аббе, укрытый черным балахоном, низко поклонился.

— Слеза Дафны! — прошипел глас. — Где она?

— Мы ищем, — заикаясь, ответил Аббе. Гнев Хаоса был страшен даже для него, демона второго порядка. — Тот, кто похитил артефакт, в последний момент использовал Заклятие Сумрака. Но что-то пошло не так и его, вместо того, чтобы уничтожить без следа, развоплотить в ничто, отбросило в иной план бытия.

— Мне не интересна эта история. Просто достань мне Слезу Дафны! Немедленно!

— Немедленно не получается, — почти шепотом произнес Аббе. И поспешно добавил: — Но мы стараемся!

— Каким образом вы стараетесь? — в голосе послышалась усмешка.

— Нам удалось отправить следом за наглецом, — язык Аббе не поворачивался назвать вора по имени, — за этим воришкой демона Холанда.

— Что может этот беспомощный демон?

— Он вполне способен...

— Чушь! С такими темпами ты никогда не достанешь артефакт!

Аббе скорбно молчал. Спорить с Хаосом не хватило духу.

— Отправь более достойного демона, который сможет развязать этому Авгарду язык.

— Кого именно? — Апостол Аббе понял, что у повелителя уже есть план, осталось только осторожно выяснить его и приступить к осуществлению.

Черные тучи, нависшие над головой Аббе, сгустились еще сильнее. В них вдруг вспыхнуло три красных глаза — знак Хаоса.

Апостол не выдержал и рухнул на колени.

— Господин! — одними губами прошептал он, не в силах выдержать той мощи, которую источал Хаоса.

Слишком много силы, страшной, черной, разрушительной, таилось в одном только взоре Черного Бога. Говорят, он может один взглядом уничтожать целые миры. Удивительно, что Аббе остался жив, после этого короткого мига, в который ему открылся взор Хаоса. Какая же сила!

— Отправь другого демона! — прогрохотало над головой.

— Для этого потребуется очень много магического субстрата и сил. Перемещение по иным планам бытия — это очень затратно...

— Слеза Дафны достойна того, чтобы потратить на нее силы, — злобно заметил Хаос.

— Я понял вас, мой господин. А как насчет демона? Осмелюсь спросить: у вас уже есть кандидатура?

— Есть, — ухмыльнулся демон. — Раскусить Авгарда и выяснить место укрытия артефакта сможет лишь тот, кого он подпустит к своему разуму.

— Но кто же это? Разве есть хоть кто-то, кому он сможет открыться и довериться до конца? — удивился Аббе.

— Есть, — ухмыльнулся Хаос. — Тот, кто когда-то был с ним рядом.

— Ника? — вдруг понял Апостол Аббе.

— Именно она, Ника. Та, которую Авгард когда-то любил больше жизни.

По черному небу прокатился громогласный хохот.

Аббе тоже рассмеялся, но больше для порядка. Конечно, как же он сам не додумался до этого? Эх, если бы предложил сам Хаосу такой план, наверняка бы пошел на повышение и был бы уже демоном не второго, а первого порядка! Пустая голова!

Черное святилище вдруг вспыхнуло ярким обжигающим пламенем и... раскололось на двое.

Апостол с ужасом смотрел на два куска черного камня, которые тем временем начали крошиться в еще более мелкую пыль.

Вскоре от святилища не осталось и следа, вместо него — горка черного песка.

— Господин... — только и смог выдохнул Аббе.

Но Хаос молчал.

А вот песок вдруг стал едва заметно колебаться.

Невообразимые магические флуктуации начали свиваться вокруг остатков святилища, создавая... Аббе даже не знал, что именно сейчас должно произойти и на всякий случай отошел подальше.

Песок тем временем превратился в человеческую фигуру, весьма красивую, надо признаться, фигуру. Девушка. Очертания ее становились все четче и даже демон второй категории не смог не отметить ее красоту. У Авгарда все же есть вкус.

— Ника? — выдохнул Аббе, когда обращение завершилось.

Ника стояла прямо перед ним, абсолютно нагая.

— Слушаю указания, — ледяным тоном произнесла девушка.

И хищно улыбнулась.

***

Палец лег на спусковой крючок — я отчетливо это видел, потому что в последний свой момент жизни не хотел закрывать глаза. Так делают только трусы. Смерти надо глядеть прямо в ее черные зыркала. И тогда она, увидев твою храбрость, вместо того, чтобы низвергнуть твою душу в пучины тьмы, отправит в Серые Пределы, где, как известно только тишина. И ничего больше.

Да, тишины мне сейчас и в самом деле не хватало.

Движения мышц палача были медленными — разум ускорился до такого ритма, что транслировал все с невероятным замедлением. Последнее смертельное движение и...

— Отставить!

Это слово выпрыгнуло откуда-то сбоку. Словно каменное ядро пушки, оно упало под ноги моему палачу, заставив смутиться. Палец, лежащий на спусковом крючке, замер.

— Отставить, я сказал! — повторил незнакомец.

Я едва заметно повернулся.

Из толпы вышел еще больший страж. Был он одет в форму, которая явно говорила — звание у хозяина гораздо выше начальника стражи, звезд на погонах гораздо больше, и каждая еще красочнее.

— Что тут происходит? — спросил незнакомец, оглядывая всех таким взглядом, что даже я растерялся.

Квадратная голова повернулась к начальнику стражи.

— Что происходит? — повторил он.

Этот вопрос мог заставить смутиться — неужели этот незнакомец не в курсе что тут случилось?

Конечно же знал, но спрашивал не про это. Его интересовала расправа надо мной, которая сейчас происходила, вопреки всем протоколам и правилам.

— Ничего, — ответил начальник стражи с явной неохотой.

— Кригс-комиссар Романенко, тогда почему ваше оружие направлено на голову задержанного?

— Выполняю спецмеры по задержанию.

— Какие еще спецмеры? Он разве оказывает сопротивление?

Криг-комиссар Романенко фыркнул ноздрями.

— Тогда немедленно спрячьте оружие и проводите его, — он кивнул на меня, — в машину. Всех в третий отдел, прямиком к тайному советнику Костенкову — на допрос.

— Есть, — сквозь зубы прошипел Романенко и отдал команду своим бойцам.

Меня подхватили под руки и вывели из императорского зала. Смерти я избежал, но надолго ли?

***

«Что же делать? Что делать?!» — Холанд метался по комнате, не в силах успокоиться.

Катя сбежала. Прям в окно сиганула. Хорошо, что еще первый этаж. Да это только полбеды. Она... она вампир! Вот что главное! Что за чертовщина вообще тут происходит?

— Успокоиться, надо успокоиться, — сам себе приказал демон. — Я обещал Авгарду, что послежу за его сестрой... Иосафат Вседержитель! Едва он узнает, что я допустил такое, разорвет меня на части! Нужно... нужно как можно скорее догнать Катю!

Все таки пленение у Рейна не далось просто так. Этот подонок что-то сотворил и изменил сущность Кати. Превратил ее в настоящего монстра.

Демон потер бок, которым не раз стукнулся, падая на землю от толчков Кати.

— Будем надеется, что обратный процесс еще возможен, — сам себя попытался успокоить демон.

Холанд выскочил на улицу. Уже стемнело, но демон обратил свои глаза в кошачье зрение и двинул по улице. Спасало обладанием тонким нюхом. Демон чувствовал прекрасный аромат девушки. Ясный лавандовый, живой персиковый, облачный ванильный. И шлейфом по этому чарующему полотну — полынный горький привкус, болезненный и нечеловеческий.

Демон морщился. Даже ему, обитателю Бездны, был противен этот запах.

Катя, судя по следу, металась и не знала куда точно ей идти. Сначала прошла вдоль домов по северной улицу, уверено и быстро. Потом вдруг резко свернула влево, проблуждала в проулке, ходя вперед и назад. Далее юркнула между домов и вышла Пятую Центральную улицу.

Здесь ее след ощущался слабее — сказывалось присутствие посторонних факторов: снующие машины, люди, множество закусочных, бездомные.

Холанд остановился, начал принюхиваться. В нос ударил такой плотный запах духов, пота и кислятины, что демон зачихал.

— Красавчик, поразвлечься не хочешь?

К Холанду подошла женщина, накрашенная так, что в темноте могла легко сойти за падшего второго уровня. Демон аж вздрогнул, на мгновение приняв ее за Апостола Аббе — своего непосредственного руководителя.

— Я... что? — заикаясь, спросил Холанд, приглядываясь.

Нет, не Апостол Аббе явился сейчас к нему, чтобы за невыполнение приказа Бездны всосать его сущность. Но что-то про всосать подошедшая женщина однако все же говорила, пьяно икая и едва шевеля языком.

— Глухой что ли? — поняв, что парень ее не слушает, промямлила та.

— Чего надо?

— Поразвлечься не желаешь?

— Нет. Отстань!

— Эй, чего так грубо! — гундосо протянула подошедшая. — Не хочешь — не надо! Зачем оскорблять?

— Я тебя не оскорблял. Просто отстань! Мне некогда!

Холанд вновь принюхался. Где же след? Теряется за это плотной завесой вони.

— Некогда ему! — продолжала ворчать девушка. — Просто скажи что слабак и у тебя ничего не работает там по мужской части. А то начал тут пургу гнать.

— Что?! — рассвирепел демон.

— Что ты смотришь на меня своими буркалами красными? Лучше бы червонец дал. Дай червонец, а не то кричать начну!

— Чего-о? — протянул Холанд.

— Насилуют! Памагити!

— Вали отсюда! — рявкнул демон, опасливо оглядываясь — снующие люди кидали на них подозрительные взгляды.

— Вот только грубить не надо. Я ведь тоже могу нагрубить.

— Да я тебя...

— Валера! Убивают!

Из подворотни тут же выскочил бугай.

— Чего-кого? — прошамкал он беззубым ртом и тут же полез с кулаками на Холанда.

Демон не растерялся, сделал подсечку и опрокинул амбала на асфальт. Легко и непринужденно.

— Чего-кого! — возмутился бугай, моргая выпученными глазами.

— Валера! Он тебя уронил! — завопила девушка.

— Чего-кого! — злобно процедил тот и поднялся на ноги.

А потом достал из-за пояса нож.

У Холанда аж заблестели глаза.

«А ножичек то непростой!» — подумал он, жадно взирая на рукоять оружия, украшенную двумя кроваво-красными камнями. Магическими камнями.

— Чего-кого! — бугай ринулся на противника.

Демон юркнул под руку амбала, ловко схватил того за запястье и вывернул на всю силу. В плече противника что-то сухо противно хрустнуло.

— Чего... А-А-А! — бугай вдруг округлил глаза и начал истошно орать.

Нож выпал из ладони и звякнул об асфальт.

— Еще хочешь? — заботливо спросил Холанд.

Бугай что-то промычал в ответ.

— Вот и хорошо. А это, — демон поднял оружие. — Я забираю с собой — как плату за моральный ущерб.

— Ворье! Жулики! Люди добрые, средь бела дня грабют! — заверещала девушка.

— А ну цыц! — прорычал Холанд и махнул ножом.

Догадка подтвердилась — в воздухе остался кровавый след, магическая тугая волна ударила в грудь девушки. Звук был такой, словно стеганули плеткой.

— Ух! — только и смогла выдавить та и попятилась назад.

— Еще вопросы, претензии, пожелания есть? — спросил он, поглядывая на испуганную проститутку.

Та покачала головой.

— Вот и отлично.

Холанд двинул прочь, оставляя парочку наедине.

Нож был магическим, работы какого-то мощного мистика — бугай, наверное, даже и не догадывался о свойства своего оружия, которое, как видимо отобрал у кого-то совсем недавно.

С ножом нужно будет разобраться чуть позже — изучить переплетения рун, вырезанные на рукояти, осмотреть кристаллы, установить возможности оружия, на что оно способно. Сейчас же главное — Катя.

Холанд вышел к перекрестку, шумно втянул ноздрями ночной морозный воздух. Едва уловимый аромат, почти растворившийся в смоге и выхлопных газах. Катя была здесь. Перешла дорогу.

Демон глянул на светофор. Красный. Надо ждать.

Чтобы хоть немного отвлечься от томительности, начал глазеть по сторонам. Внимание быстро привлек огромный монитор, метров под десять шириной, висящий на одном из зданий. По нему транслировали рекламу, а время от времени включали вставки с боевого турнира, который сейчас проходил в императорском дворце.

Тот самый турнир, где Аристо должен выступать.

«Надеюсь, ему удастся победить хоть кого-то и заработать мало-мальски камней», — угрюмо подумал демон, глядя на монитор.

Богатые зрители, богатый дворец. С размахом. Императорский дворец шикарен. Но...

Холанд саркастично ухмыльнулся. Эти людишки еще не видели зал самого Хаоса. Да по сравнению с ним этот дворец — халупа.

Демон уже хотел было отвернуться, как вдруг камера задрожала и показала нечто, от чего у Холанда зашевелились волосы.

Какой-то паренек бежит к государю, из глаз бойца вырывается смертельный луч. Неведомо откуда выскакивает Аристо и сбивает с ног парня. Обоих крутит полиция.

Это что еще за боевик с каскадерами в прямом эфире?

«Новости с пометкой „молния“: сегодня в императорском дворце произошло покушение на государя. Император в полном порядке, сейчас находится в безопасности. Все подозреваемые задержаны и в данным момент водворены в изолятор» , - гласила бегущая новостная строка.

Демон присвистнул, он понял, что Аристо крупно влип.

***

— Итак, итак... — произнес тайный советник Костенков, постукивая длинными пальцами по столу.

Сидевший передо мной был худ, с тонкими черными, словно нарисованными углем, усиками и обладал пронзающим взглядом.

— Аристарх Бельский, говорите, вас зовут?

— Так точно, — кивнул я, глядя на желтый потолок — курили тут часто и помногу.

Костенков нахмурился, словно пытаясь что-то вспомнить.

— Аристократ? — спросил он после некоторой паузы. — Знакомая фамилия. Из прошлых?

Из прошлых, как я понял, то есть из тех, кто раньше имел определенный авторитет и статус, ныне же безвременно забытых.

— Типа того.

— Постой-постой... Помню такого! Бельский... у него еще комбинат по добыче был? Это он же в автомобильной аварии погиб вместе с женой?

Я кивнул.

— Да, помню это дело. Не я им занимался, но громкое. Воды с тех пор много утекло. Так вы получатся сын этого самого Бельского?

Я вновь кивнул.

— Хорошо, уже хорошо.

— Что — хорошо? — не понял я.

— То, что идет на контакт со следствием.

Я пожал плечами.

— Вы спросили — я ответил. А меня в чем-то подозревают?

— Подозревают? — удивленно переспросил Костенков. — А вот это уже плохо, — черные усики зашевелились, — не хотите признаваться?

— В чем?

— Как это в чем? В покушении на государя конечно же!

— В покушении?! Я ничего такого не делал. Напротив, спасал его.

Костенков нахмурился.

— Вот тут я с вами не согласен. Ведь все говорит о том, что именно вы были соучастником покушения.

— Соучастником?! — удивился я.

— Верно, соучастником.

— Неужели и все свидетели так же говорят? — резонно спросил я.

— А что свидетели? — пожал плечами Костенков. — У них стресс, шок. Могут что-то не так увидеть, не так интерпретировать. Такая ситуация, сами понимаете. Нет гарантии того, что они поняли именно все так, как должны были.

— А они должны были понять как-то по особому? — не скрывая сарказма, спросил я.

— Да, — кивнул Костенков. — Идеальный свидетель — это тот, кто смотрит беспристрастно, не допуская в свои наблюдения эмоции. Но таких, как вы понимаете, людей практически нет. Многие видят одно, а эмоции трактуют все иначе. Вот и в вашем случае так же вышло.

Я злобно усмехнулся. Теперь стало понятно, к чему будет двигаться разговор.

— Вам смешно? — прищурился Костенков.

— Смешно, — злобно произнес я.

— От чего же? Скажите — вместе посмеемся.

— От того, что вы пытаетесь искать преступников не там.

— А где же мне их искать? Ваш друг Андрей — преступник?

— Нет! — выкрикнул я. И чуть тише повторил: — Нет, он не преступник. Что-то проникло в его разум и управляло им. Андрей был заложником.

— Какие-то вы, господни Аристарх Бельский, небылицы рассказываете. Ну ведь явно же...

— Послушайте, вы сейчас сами мне это говори! — не выдержал я. — «Идеальный свидетель — это тот, кто смотрит беспристрастно, не допуская в свои наблюдения эмоции». Так вы сказали. Так почему же вы сами сейчас мешаете эмоции и факты?

— Я? — Костенков аж растерялся от внезапного вопроса. — От чего же вы так решили?

— Вы ищите преступника и в этот попытке валите все подряд в одну кучу, без разбора.

— Преступника мы не ищем, — холодно заметил тайный советник. — Уж нашли. Остались только формальности.

— Андрей не тот, кем вы хотите его выставить.

— Что-то слишком рьяно вы его защищаете. Лучше бы о себе побеспокоились.

— За себя я не боюсь, — ответил я.

— Вот как? Напрасно. Напрасно.

— Я защищал императора, а не пытался его убить. А Андрей... он лишь стал куклой в руках более могущественного человека.

— Что вы имеете ввиду?

— Я же говорю вам, — вздохнул я. — Настоящий преступник проник в разум парня! Спросите придворного мага. Он тоже увидел это.

— Спросим, — внезапно согласился Костенков. — Всех спросим. Если видел маг что-то и не сообщил куда следует, тоже пойдет соучастником.

Я вновь хмыкнул.

— Зря вы веселитесь. Преступление совершено очень серьезное. Дерзкое. Такого не было более десяти лет, последний раз на Императора покушались именно тогда. Стреляли из оптической винтовки.

— Нашли стрелявшего? — спросил я.

Костенков нахмурился, не ответил.

— Не нашли, — понял я.

— Поэтому это дело — принципиальное, — произнес Костенков. — Найти всех преступников — от исполнителя до заказчика!

— Найти козла отпущения вы пытаетесь, вместо того, чтобы настоящего преступника искать!

— Дерзите, молодой человек.

— Нет, пытаюсь донести простую мысль.

— Какую?

— Крайним сделать можно кого угодно — меня, Андрея, да хоть бы и того кригс-комиссара Романенко, который чуть меня не убил без суда и следствия. Только поймать настоящего преступника это не поможет. Бандит будет на свободе. А того гляди и вновь попытается нехорошее дело довести до конца.

От этой фразы Костенков сморщился сильнее — будто проглотил горькую пилюлю.

— Складно говорите, — покачал он головой. — Складно. Только не поможет это вам избежать суда.

Я тяжело вздохнул. Бесполезно донести до упрямого советника хоть что-то.

— А знаете сколько дают за то, что вы совершили? — спросил он, хитро поглядывая на меня. — Пожизненное. На урановые рудники отправят. Это в лучшем случае. Но скорее всего вас расстреляют.

Вот тут уже стало не до смеха. Я напрягся.

— Ну так что, будем говорить? Все подробно, во всех деталях.

— Я уже все рассказал вашему помощнику.

— Ну мне повторите, если вас это не затруднит.

Я нехотя повторил — рассказал о странном поведении Андрея, о взгляде. Потом коротко пересказал свои действия, когда Андрей сиганул через ринг. Закончил Романенко, который чуть не убил меня.

— С ним тоже провели определенные действия, — кивнул Костенков. — Выписали дисциплинарное несоответствие. Так что за свои действия не по протоколу он схлопотал, если это вас успокоит. Как видите, для меня нет своих и чужих. Я за справедливость.

Я пристально посмотрел на Костенкова.

— За справедливость?

— Верно.

Это были искренние слова, без издевки. И они мне понравились. Если это действительно так, то с тайным советником можно поработать. И, возможно, рассказать про Рейна. Только вот поверит ли он мне?

Выбора особого не было — Андрея надо выручать, иначе его ждет казнь.

— Господин тайный советник... — начал я, намереваясь рассказать небольшой эпизод своей жизни, связанный с Рейном.

Но договорить не успел — в комнату вошел полицейский и жестом показал, что допрос пора прекращать.

— Я же сказал не мешать мне! — раздраженно произнес Костенков.

— Очень важный вопрос, — прошептал вошедший.

— Насколько?

— Первостепенный.

Костенков задумался, потом кивнул:

— Хорошо. Уведите задержанного в камеру.

— Как — в камеру? — удивился я. — Почему в камеру? Ведь я ничего не сделал! Напротив — пытался спасти...

Меня никто не стал слушать. В комнату вошло двое солдат и ловко завернув мне руки, нацепили на запястья наручники. А потом повели по длинным коридорам, выкрашенным в противный зеленый цвет.

***

Боль.

И ничего кроме нее нет.

Красная, сминающая, она разгулялась во всю мощь.

Да, этого следовало ожидать. Заклятия такой мощи не пройдут бесследно. Они спросят, за все спросят. Каждый элемент магического конструкта, каждая начертанная руна и поставленная печать — все напомнит о долге, который надо платить после заклятия. И этот долг будет страшен.

Однако не это сейчас беспокоило Рейна.

И даже боль, страшная, сводящая с ума, была на втором плане.

Он не исполнил обещание. Император жив. Столько лет приготовлений, столько сил... и все в пустую. Этот гад, этот мальчишка помешал ему! В самый последний момент!

Рейн вновь сжал кулаки — на большее не хватало сил.

Он лежал на полу, с трудом ловил ртом воздух. Глянь на него сейчас кто со стороны непременно бы вскрикнул. Тело мага напоминало пережеванный кусок мяса. Однако не все так было страшно. Рейн чувствовал — кости в порядке, внутренние органы вроде тоже целы. Но вот магические уровни изломаны знатно. Сможет ли он восстановиться? Рейн не знал. Да и имело ли теперь это значение.

Все псу под хвост. Все планы с треском разрушены. А значит жизнь теперь не имеет никакого значения и цены. Пусть магические субстраты заберут его жизнь в жутком откате. Пусть его разорвет на куски. Пусть будет так. Это слабая плата перед отцом за то, что подвел его.

Рейн закрыл глаза. Слушая слабое сердцебиение, мысленно попрощался.

Но смерть не приходила.

Вместо нее к нему явился кто-то иной.

Глубокий бас раздался беззвучно, заставляя всё вокруг болезненно содрогаться. Глас, явившийся из самой глуби естества мага, заставил его невольно открыл глаза.

«Ты слишком рано сдался, — произнес бас, заставляя Рейна сморщиться — такой мощи он не мог выдержать. — Слишком рано».

— Кто... ты? — одними губами прошептал маг, пытаясь разглядеть в кровавом тумане незнакомца.

Голос усмехнулся.

«Не узнал, Рей, мальчик?»

Маг вздрогнул. Его словно ударило током. Он не поверил собственным ушам. Как же давно он не слышал этого обращения к себе — Рей, мальчик. Так говорил только... только...

— Нет... — не веря себе, прошептал маг. — Не может быть!

«Ты слишком рано сдался, Рей, мальчик. Еще ничего не потеряно. Еще все можно изменить».

— Отец... я пытался... — очередная волна слабости захлестнула разум.

«Я видел. И попытаешься еще раз».

— Я не смогу...

«Сможешь. Ты сильный, Рей, мальчик. У тебя все получится».

— Правда?.. — слезы невольно текли по щекам мага. Он вновь был тем мальчишкой, который когда-то с восхищением глядел на отца, когда тот приходил с работы и рассказывал о том, как прошел его день.

«Сможешь. Просто сделай это».

— Но...

«Никаких „но“. Это все отговорки».

— Верно, отговорки...

«Убей Аристарха Бельского, забери всю его силу. Это главное. А Император — после того, как ты будешь обладать столь огромной силой, сможешь без проблем его устранить. И отомстить за меня».

— Верно... — прошептал Рейн. — Отомстить. Отец, я...

Ворвавшийся непонятно откуда сквозняк снес со стола остатки хрустального магического шара. Сбил — и затих.

Тишина и пустота.

Присутствие постороннего исчезло.

Рейн с трудом повернул голову, огляделся. Никого.

Померещилось?

Маг стиснул зубы — нет, не померещилось. Пусть и объяснить это с научной точки зрения никак нельзя, даже магия такое не сможет сотворить, но Рейн твердо верил — голос отца он слышал на самом деле. И он придал ему уверенности для свершения новых дел. А еще он его спас.

Рейн перевернулся на живот, с трудом подтянул ноги. Встал на четвереньки. Глова кружилась. Откат едва не взрывал мозг. Но Рейн был жив. А значит все только впереди.

— Аристарх, я иду за тобой... — могильным голосом произнес Рейн и поднялся на ноги.

Глава 2 (том 2)

В камере воняло. А это была именно камера, комнатой отдыха, как сказал сопровождающий конвой, у меня не повернулся бы язык назвать этот клоповник.

Семь шагов от двери до стены, и пять — в ширину. Не сильно разгуляешься. В дальнем углу — деревянные нары. В правом, у двери — дыра в полу. Это туалет. Вот и все, что есть.

Я осмотрелся. Доводилась мне, конечно, бывать и не в таких тюрьмах. Порой кидали меня просто в яму, где я, израненный и обессиленный, валялся по несколько месяцев. Так что черными от грязи стенами и тараканами, размером с чернослив, меня не напугать.

Я сел на нары. Задумался. Ситуация складывалась дрянная.

Может быть, и не стоило вообще лезть во все это? Не спасать Императора?

Я тряхнул головой. Прочь такие мысли. Я это сделал вовсе не из-за Императора. А из-за Андрея. Необходимо было спасать его. Убей парень главу государства — уже был бы без башки. А так хоть какая-то отсрочка появилась. Осталось только убедить тайного советника провести более тщательное расследование, с привлечением придворного мага.

А то, что это покушение дело рук Рейна, я уже не сомневался.

Осталось только найти мотив. И вся картина сложится.

Не в силах просто так сидеть, без дела, я решил немного попрактиковаться. Выбрал самую легкую практику Лазурного Единения и начал занятия.

Однако успел пройти не более трети уровня, как замок в двери сухо щелкнул и в камеру вошел гость. Еще один заключенный.

Крепкий и довольно рослый парень, огляделся и направился прямо ко мне. Одет он был в черные брюки, черную куртку.

— Будь здоров, — угрюмо произнес парень. — Курить имеется?

— И ты не болей. Нет, не курю.

Парень посмотрел на меня. Словно пытаясь определит — вру я или нет? Кивнул головой, сел рядом.

Было видно, что гость опытный сиделец, присматривается к каждой детали, пытаясь прощупать кто я такой на самом деле, чего стою, как дальше со мною быть — уважать, осторожничать или нещадно ломать?

— Сам-то давно здесь? — спросил он.

— И двух часов не сидел еще, — ответил я. — С допроса только пригнали.

— Как там, на воле?

Парень явно занизил мои умственные способности, потому что начал откровенно врать. Если ты находишься в комнате ожидания, то дело твое еще свежо и идет его отработка, а значит не так давно ты и сам был на неволе.

— Нормально, — коротко ответил я, начиная подозревать зачем вообще сюда подсадили этого парня.

— Ну да, — вздохнул тот. — А тебя за что сюда? Грабанул кого?

— Нет, покушение шьют.

— Во как!

— Ну да, вот так.

— А кто шьет? Тайный советник Костенков?

— Он самый, — кивнул я и едва сдержал улыбку — надо же, как быстро «угадал» нужного человека.

Теперь уже не оставалось сомнений, что подсадили ко мне «наседку», чтобы раскрутить и оговорить самого себя.

— У-у, брат! Не повезло тебе!

— А что так?

— Дело твое — труба. Костенков сразу вешает, никакие доводы не будет слушать. У меня дружбана так засадили за то, чего он не делал. Все тот же Костенков. Максимум дал, и никакие адвокаты не помогли. Десятку. До сих пор чалиться.

— Печально, — кивнул я, продолжая подыгрывать гостю.

Тот, кто это все придумал, явно не оценил мой прошлый опыт. В подвалах Шатрании меня пыталось раскрутить такое количество «наседок», что я едва не раскололся, а в казематах Арвеса и вовсе каждый был стукачом и предателем. Я на этих вещах закаленный, чувствую это уже печенкой.

— А то! — хлопнул себя по коленке парень. — Да не в этом страх. Десятка — не срок, если коренной житель тюрьмы. А тебе вот тяжело будет.

— Почему?

— Тут свои законы, понятия. Понимаешь? Тебя сразу вычислят, что новичок. И все.

— Что — все?

— Подругой пахана сделают. В тюрьме с женщинами туго, вот первоходов и используют. И тебя используют, это точно. Мыло в бане уронят — и поминай как звали. Только свист стоят будет, как пользовать будут. Всей хатой, человек тридцать.

— Даже так?

— Ага. Тут так.

Парень тяжело вздохнул, делая вид, что переживает за мою судьбу.

— И что же делать? — уже входя во вкус, спросил я.

Мне приходилось сдерживаться, чтобы не рассмеяться гостю в лицо. И где таких тупоголовых берут?

— Тут иначе надо поступать.

— И как же?

— Брать вину на себя. Чистосердечное писать. Даже если не делал. Шансов уже все равно нет отмазаться, так что лучше на уступки пойти. А Костенков на такие вещи падкий. Поблажки хорошие дает тем, кто чистосердечное подписывает. Так что маленьким сроком отделаешься. А может и вовсе условку дадут. Подведут под помощь следствию, раскаяние, положительные характеристики с места учебы, все дела — и все. Отмажешься. Ну, что думаешь?

— Думаю, что брать вину на себя, если этого не совершал — глупо, — невозмутимо ответил я, внимательно глядя на реакцию парня. — Не буду я этого делать.

Тот скрипнул зубами, но продолжил.

— Зря ты так. Костенков зверь. Он уже все бумаги на тебя подготовил — это к гадалке не ходи. Оформит вышку — и поминай как звали. В самую страшную хату посадят, где одни отморозки. Тем вообще пофигу кого подругой делать. Они там каждый месяц самого слабого по камере выбирают и пользуют что визг стоит на всю тюрьму. Звери. А у тебя тем более дело непростое, не абы кого завалить ты пытался, а государя.

— А ты откуда знаешь, что мне покушение на государя вешают? Я же не говорил тебе этого.

Парень осекся, быстро понял, что его поймали с поличным.

— Дык ведь... это самое... все об этом говорят. Земля слухами полнится.

— Передай своим нанимателям, что ничего я подписывать не буду, — холодно ответил я. — Можешь дальше не стараться байки рассказывать.

Эта фраза разозлила парня не на шутку. Он подскочил, прошипел:

— Они не мои наниматели!

— Тогда чего так радеешь за мою шкуру? Или предложенные привилегии пытаешься отбить?

— Да я тебя...

Он бросился на меня, но я без лишних усилий увернулся от прямого удара.

— Сученыш! — процедил тот и вновь атаковал.

Завязывать драку мне не хотелось, но уйти от боя в тесной камере тоже вряд ли бы получилось.

Пришлось принять вызов.

Однако все скоро закончилось. Боец из гостя был так себе и мне без труда удалось уложить его на бетонный пол камеры.

— У-у-у! — простонал тот, морщась от боли. — Убью! Гаденыш! Под шконку загоню!

Я не стал придавать этим пустым угрозам значения.

Но и парень униматься не спешил. Немного отойдя от поражения, он с кряхтением поднялся, постанывая двинул на меня.

— Ты че, совсем попутал? Ты на кого руку поднял, крыса?!

И тут меня, выражаясь местными словечками, переклинило.

Крыса... самое позорное ругательство, какое только можно придумать в Астариуме. Крысы были причиной страшного чумного мора, после которого остались горы трупов, пустые города и смерть. Эти мусорные падальщики, эти грызуны ада, принесли горя столько, сколько не приносила ни одна война. Они заражали воду, животных, людей. И не было от них никакого спасения. Лишь только все очищающий огонь смог на десятый год остановить и побороть эпидемию.

Потому с тех пор ни один, человек, переживший этот ужас, не смел называть даже самого отъявленного негодяя таким словом.

Крыса... в голове произошло словно короткое замыкание.

Я стиснул зубы рванул на противника. Тот в последний момент успел увидеть мой полный красной ярости звериный взгляд и понял, что совершил роковую ошибку.

Но было поздно.

Один точный удар — щ-щелк! — и противник вновь на полу.

Парень лишь успел вскрикнуть непонятное: «жмя-кх!», как я наскочил на него сверху и принялся осыпать ударами.

Жакх! Жакх! Жакх!

Звуки ударов были сухими, обжигающими, будто кто-то ловко управлялся плетью. Противник обмяк после первого же, но я не остановился.

Жакх! Жакх! Жакх!

Я тебе покажу, кто тут у нас крыса!

Жакх! Жакх! Жакх!

Разум мой заволокло тяжелой клубящейся сиреневой хмарью, которая пульсировала словно кто-то в глубине её медленно и глубоко дышал.

Я запоздало понял, что происходит что-то неправильное. А механизм уже запустился.

Незримые части магических элементов складывались — сами собой, по чистой случайности или по чьему-то злому умыслу? — в конструкт. И подпитывало это все ярость. Жаркая, острая, красная.

Именно она послужила толчком к этому непонятному пока действию и поддерживала его, не давая умереть в зародыше.

Линия к линии, элемент к элементу. Сплетение в сеть и самоорганизация. От простого — к сложному, и еще дальше — к сверхсложному.

Я с трудом оторвался от противника, повалился на землю рядом.

Сквозь жирный сизый туман я смутно понимал — нельзя убивать парня, как бы мне сейчас этого не хотелось. Иначе это может привести к... я и сам не знал к чему, но ни к чему хорошему — это уж точно.

За дверьми раздались торопливые шаги — мои действия не остались без внимания. Демоны! Зачем же я дал волю чувствам? Теперь точно будут проблемы.

Я начал анализировать собственные чувства — хотел понять, что же это все-таки было? Но не смог распутать плотный клубок конструктов. Что-то внутри меня было новым. Но вот что — понятия не имел. Словно я вновь поменял тело.

Предприняв последнюю попытку спасти себя от обвинений в избиении, я с трудом поднялся на ноги, тяжело повалился на нары. Теперь надо бы поднять и самого парня.

Скрежеща зубами, я схватил противника... и вдруг почувствовал, как незримая нить начинает ползти от его руки к моей и по этой нити потекла сила. Я не поверил собственным ощущениям и продолжал наблюдать за странным явлением.

Нить тем временем вплавилась в мою руку и мощный разряд тока прокатился по телу.

Я не сдержал вскрика.

А потом почувствовал невероятную силу. Это было ни с чем несравнимое чувство, оживляющее меня, придающее мощи и рождающее меня заново.

Противник начал сопротивляться, но вяло, без сил. Потом издал пронзительный стон.

И только теперь я все понял.

Каким-то невероятным образом ярость, родившаяся во мне внезапно, послужила толчком для создания... чего? атрибута? умения? способности? Чего-то такого, с помощью которого я теперь мог высасывать жизненную энергию из людей.

Совсем как Рейн.

Но как такое возможно? Я не знал.

Беглый взгляд подсказал, что отработанные боевые практики, которые я проходил для прокачки силы духа и разума, создавали в разуме определенные элементы, которые со временем и послужили запчастями для создания этого атрибута.

Ах, демоны! Этот странный мир, где все не так устроено, как в нашем мире! Кто же знал, что так получится? Не учел я всех возможных последствий, применяя и прокачивая практики из иного мироустройства.

Хотя... чего я переживают?

Я задумался. Вполне неплохая способность, если подумать. Да и чувствую я сейчас вполне сносно. В отличие от своего противника. Тот напротив, был в таком подавленном состоянии, что казалось, будто его пережевал огромный монстр и выплюнул. Ничего, сам виноват. Не надо было лезть на рожон.

Замок вновь противно лязгнул и двери камеры открылись.

— Бельский! — рявкнул вошедший солдат, осматривая комнату. — Что тут происходит?

Взгляд его упал на лежащего заключенного, который должен был сейчас вовсю меня колоть.

— Ничего, — ответил я как ни в чем не бывало.

— А этот... — охранник растеряно кивнул на лежащего. — С ним что?

— Упал с кровати, — тут же ответил я.

Лежащий что-то промямлил, подав признаки жизни.

Охранник с прищуром глянул на меня, быстро переменился в лице. Растерянность сошла, оставляя место лишь раздражению.

— Руки на спину! На выход!

— Меня уже отпускают? — улыбнулся я.

— На допрос! Живо!

Я подумал, о том, что могу, наверное, отнять всю силу и у охранника. Потом рвануть к коридорной решетке, там поймать второго охранника, обезвредить его. Вырваться на нижний этаж, и там уже расправиться с оставшейся охраной.

Только это так не действовало. Я понимал, что воспользоваться атрибутом постоянно не получится, как бы не хотелось. Только что полученный навык еще в зачатке, его нужно выковывать и править, как меч.

Но вот попробовать кое-что все же можно.

Мне застегнули наручники на запястьях.

И в этот же момент, когда руки охранника прикоснулись к моим, я попытался забрать у него хоть немного сил.

Меня тут же скрутила страшная боль.

Демоны? Что происходит?

Охранник вопросительно глянул на меня.

— Чего морду корчишь? Живо на выход!

Глупец! — сам себе сказал я. Как же не догадался, что у охранников есть защита, не настолько же они глупы. Видимо что-то вроде тех самых амулетов, которые смог добыть Андрей, когда мы устроили потасовку с Рейном.

Стало понятно — сбежать не удастся. Для этого понадобиться как минимум избавить охрану от амулетов. А это не так-то просто. Наверное, практически невозможно. Наверняка надежно припрятаны.

— Пошевеливайся!

Резиновая дубинка ткнулась в бок.

Боль, пришедшая от магического воздействия, медленно стихала. Я с трудом выпрямился, вышел в коридор.

В уже знакомой комнате допросов пахло дымом — тайный советник только что покурил и теперь нещадно давил окурок в железной пепельнице.

Меня завели внутрь, грубо усадили на стул.

— Свободны — кивнул конвоиру тайный советник.

Тот ушел.

— Ну так что, будешь говорить? — спросил меня Костенков, усаживаясь за стол и доставая из ящика чистый лист.

— Говорить? — усмехнулся я. — Уже все вроде сказал, добавить нечего. Разве что покритиковать ваши методы работы с арестованными.

— О чем это вы? — смутился тайный советник.

— Да бросьте! — я начал закипать. — Думали, что меня можно просто так закошмарить? Хоть человека для этих целей подобрали более... талантливого что ли. Совсем же ведь обезьяна обезьяной.

— Не понимаю, — Костенков растерялся еще больше. — О чем вы?

— Ко мне в камеру, простите, в комнату ожидания, подсадили наседку, которая хотела меня на чистосердечное уболтать.

Глаза Костенкова округлились.

— Я же приказал в одиночную вас, чтобы никто...

— Хотите сказать, что это не ваших рук дело?

Костенков покачал головой.

— Я такие штучки не приемлю.

— Мне без разницы кто это организовал — вы или кто-то другой. Просто знайте — меня на такое не поймать.

— Я разберусь чей это был приказ, — хмуро произнес тайный советник.

Он и в самом деле был растерян.

— Нас прервали в прошлый раз, — сказал Костенков. — Вы что-то хотели мне рассказать?

— Хотел, — ответил я, вновь думая — стоит ли выкладывать ему про Рейна? — Но прежде, чем расскажу, обещайте мне одно.

— И что же?

— Что будете слушать меня не как человек, который всеми силами хочет заводить меня в тюрьму. а как беспристрастный слушатель.

— Я... я обещаю, — смутился тайный советник.

Я прочистил горло и коротко поведал ему про Рейна, про нашу первую встречу, про похищение Кати, нашу битву и странную реакцию похитителя по отношению к Андрею.

Тайный советник слушал молча, не перебивал.

— Очень интересный рассказ, — когда я закончил, протянул Костенков, потирая подбородок.

— Но вас что-то смущает? — безошибочно определил я настроение тайного советника.

— Верно, — кивнул тот.

— И что же?

— Вот это, — Костенков нехотя вытащил из ящика стола папку с документами.

— Что это? — не понял я.

— Ваше дело. Не то, по которому вы сейчас проходите. Предыдущее.

— Предыдущее? — я напрягся, начал лихорадочно выискивать в голове хоть что-то, что могло сейчас пояснить мне что же это за документы такие.

Память, подернутая наркотическим туманом того времени, ничего толкового не дала. Были какие-то обрывочные образы, пропитанные страхом и предосторожностью, но что-то общее из этого получить не удалось.

— Да, предыдущее, — кивнул Костенков. — Я запросил из архива по вам все имеющиеся материалы — признаться, хотел посмотреть насчет той семейной трагедии с аварией автомобиля. А наткнулся на более интересные материалы.

Я выжидательно молчал, пытаясь понять, что именно имеет ввиду тайный следователь.

Тот тоже не спешил раскрывать все карты, видимо желая заставить меня немного понервничать.

Битва взглядов длилась долго, но Костенков сдался первым.

— Наркотики, — вздохнул он, открывая папку с документами. — Употребляете до сих пор?

— Нет, бросил, — ответил незамедлительно я. — Можете проверить.

— Уже проверили, — кивнул тайный советник. — Такова процедура и порядок.

Я удивился, пытаясь вспомнить когда же это произошло? Ловко это они.

— Вы — чистый. Остаточные следы конечно есть, но там не к чему придраться. Видно, чтобы и в самом деле бросили.

— Тогда к чему вы стали ворошить прошлое?

— К тому, что рассказ ваш очень уж странен, отдает какой-то галлюцинацией, если честно.

— Я же сказал, что бросил!

— Ну да, ну да, — покачал головой тайный советник. — Бросить то вы бросили, но ваши прошлые дела кидают тень сомнения на все, что вы сказали сейчас. Репутация, господин Бельский, такая капризная штука — зарабатывается очень сложно, а прожигается мгновенно.

— Хотите сказать, что вам вру?

— Не знаю, — честно признался Костенков. — Пока еще окончательно не сложил о вас четкого мнения, очень уж противоречивая вы фигура. По делам минувших дней — вы почти наш клиент, разгульный образ жизни, наркотики, отсутствие работы, кое какие темные дела, о которых нам известно, но к вашему счастью которым не дали толчка. А теперь вы герой, завязали с веществами, стали спортом заниматься, спасли наконец Императора. Вас как будто подменили.

Костенков пристально посмотрел на меня и мне стало не по себе.

— Хех, может и так, — нервно ответил я. — Может и подменили. Но не это важное сейчас.

-А что же?

— Придворный маг. Почему вы не допросите его?

— Уже допрашиваем, — хмуро ответил тайный советник. — Он на контакт со следствием уже пошел.

— И что? Что же он говорит?

Костенков ухмыльнулся.

— Не могу сказать, сам понимаешь — тайна следствия.

Я злобно сжал кулаки.

— Ты не злись, — сказал Костенков. Тон его голоса был добрым, словно говорил он с давним другом. — Пойми, я человек маленький, мое дело небольшое. Надо мной много еще всяких разных начальников.

— Это вы к чему?

— К тому, что не все зависит от меня.

— А разве...

Меня прервал на полуслове стук в дверь.

В познавательную комнату вошел солдат, вытянулся по стойке «смирно», произнес:

— Господин тайный советник, вас к телефону.

— Я же просил не мешать, — раздраженно ответил тот. — Ну сколько можно?! — и, немного успокоившись, спросил: — Кто там?

— Госпожа Анна Бернар, господин тайный советник, — выдохнул тот и вытянулся по струнке.

Костенков удивленно посмотрел на солдата, кивнул:

— Анна Бернар? Ты не ошибся?

— Никак нет, она, господин тайный советник. Сказала, что хочет переговорить с вами по сегодняшнему делу о покушении. Кажется, у нее есть какие-то вопросы.

— Хорошо, иду.

Костенков быстро удалился из комнаты, оставляя меня наедине со своими мыслями.

Кажется, в этой партии появился новый игрок. Что это будет значит для меня? Сеть стянется еще сильнее? Или напротив, появится призрачная надежда на спасение? Сейчас узнаем.

Глава 3 (том 2)

Костенков вернулся через час, задумчивый, молчаливый. Я ожидал услышать от него все, что угодно — вплоть до того, что приговор по мне уже вынесен по сокращенному производству. Только вот почему тогда тайный советник был так хмур? Напротив, должен радоваться. Еще одно раскрытое дело, еще одна медаль.

Что-то тут было не так.

— Госпожа Анна Бернар хочет встретиться с вами, — произнес Костенков.

Такому повороту дела он явно был не рад.

— Анна... та самая? — осторожно спросил я. Мне почему-то не верилось, что это именно она, фаворитка Императора. Не тот уровень, чтобы снизойти до такой мелочи, как я. — Встретиться? — я не находил что еще сказать. В голове творилась какая-то каша.

Тайный советник кивнул.

Зачем ей со мной встречаться?

— Верно. Переговорить хочет.

— Хорошо, я согласен, — растерянно ответил я. Хотя, видимо, вопрос о моем согласии даже не стоял. Спросил: — Значит, я могу быть свободен?

— Нет! — почти гавкнул Костенков. — Вы находитесь под арестом, и вас никто не отпускал!

— Тогда как же я...

— Она сюда сама придет, — с явной неохотой ответил тайный советник.

Вот это было очень интересно. Фаворитка Императора хочет со мной встретиться и ради этого, нарушая все протоколы, едет в полицию. Может, она единственная, кто хоть немного видит правду и хочет сказать «спасибо» мне за то, что я спас их с государем? Хотелось бы в это верить. Только вот одним «спасибо» тут не поможешь.

После второго часа ожидания в комнату вошло несколько охранников — это были не полицейские, а личная охрана императорской семьи. Они пристально осмотрели комнатушку, в которой я сидел, заглядывая в каждую щелочку.

Костенков, видя все это, лишь морщился. Посторонние были ему как кость в горле, но что-то перечить он видимо не мог.

Вскоре кошачьей грациозной поступью в комнату вошла Анна Бернар. Мне удалось рассмотреть вблизи.

Была она бесспорно красива. Тут я понимал Императора всецело. Вылепленная божественным мастером из мрамора фигура, идеальные пропорции тела, может быть чуточку превышенные на груди.

Большие небесно-голубые глаза пристально меня осмотрели. Вместе с девушкой в комнату вошел тонкий запах духов — цветочный, с едва уловимой ноткой апельсиновой горечи. От Анны веяло успехом и статусом. Даже мне, повидавшему множество важных особ, стало немного не по себе.

— Тайный советник, — Анна кивком поприветствовала Костенкова.

— Госпожа Анна Германовна, — сдержанно ответил ей тот тем же.

— Аристарх Бельский, — девушка кивнула и мне.

Я тоже поздоровался с ней.

На некоторое время возникла неловкая пауза.

Костенков нехотя предложил вошедшей присесть на свободный стул, сам же встал у дверей.

— Я понимаю, что нарушаю определенный протокол следствия, — начала Анна, садясь на стул и укладывая на колени сумочку из розовой кожи, украшенную огромными агатами.

— Верно, нарушаете, — тут же согласился тайный советник.

И сразу же потупил взор, увидев стремительный словно рысь взгляд гостьи.

Она безусловно знала свой настоящий статус — не няни детей Императора, а его фаворитки, — и терпеть вольности по отношению к себе явно не намеревалась. Внутри она была вся слеплена из стали и холода.

— Но эти нарушения не столь значительны, — продолжила Анна.

— Позвольте... — Костенков встрепенулся.

— По сравнению с тем, что сейчас происходит — незначительны, — не дав договорить тайному советнику, добавила гостья.

— А что же сейчас происходит?

— Вы пытаетесь судить невинного человека.

— Мы не судим, — заметил Костенков. — Мы лишь пытаемся докопаться до истины. А судить — это уже обязанность Верховного... — поняв, что переходит границы, Костенков благоразумно замолчал. — В общем, мы ищем истину. Не более.

— Не там ищите, господин тайный советник, — холодно заметила Анна.

— Позвольте же полюбопытствовать — где ее искать, по вашему мнению?

Анна вновь смерила его холодным взглядом и мне на мгновение показалось, что она сейчас броситься на него словно кошка, выпустив коготочки и вцепившись тому в лицо.

Но гостья сдержалась. Подчеркнуто отстраненно произнесла:

— В императорском дворце повсюду видеокамеры, вам это, надеюсь, известно?

— Конечно.

— И материалы с них, я также надеюсь, вы уже просмотрели?

— Естественно.

— Тогда почему еще держите этого парня тут? — она кивнула на меня.

— Я не совсем понимаю, к чему вы ведете, госпожа Анна Германовна?

— К тому, что я была непосредственной участницей того, что произошло. Я там сидела и видела что случилось собственными глазами. И этот парень, — она вновь кивнула на меня. — Не пытался убить нас с Его Величеством государем. Напротив, он спас нас.

— Если так и есть на самом деле, то мы непременно отпустим его, уверяю вас, — произнес Костенков, начав шевелить тонкими черными усиками. — Но есть определенные процедуры и протоколы, которые мы должны провести. Опрос свидетелей, изучение улик. Да и свою причастность к покушению господин Бельский еще не доказал.

— Он и не должен вам ничего доказывать, господин тайный советник! — повысила голос Анна. — У нас в стране действует презумпция невиновности, я надеюсь вы это помните?

— Конечно, — тихо произнёс Костенков, поняв, что дама ловко его подловила. — Но есть ряд процедур...

— Отсмотрите внимательно видеоматериал, — повторила устало Анна. — На них четко видно, как Аристарх Бельский отважно бежит к преступнику и отводит от нас удар. Что вам еще надо? — Анна сверкнула глазами. — Или вы хотите допросить еще меня и Императора?

— Нет! — выдохнул Костенков. — Конечно же нет!

— Тогда выпускайте Бельского. И живее!

Костенков едва держался. Его лицо живо говорило о том, что отпускать меня он явно не хочет. Но и перечить фаворитке самого Императора тоже особого желания не было. Дилемма была сложной.

— Хорошо, — наконец произнес Костенков. — Я оформлю подписку о невыезде. Но нужно еще одобрение прокурора...

— С господином Михаилом Карамазовым я этот вопрос урегулирую, не переживайте.

Костенков выжидательно посмотрел на девушку.

Анна вздохнула, достала из сумочки сотовый телефон. Быстро набрав номер, с придыхом произнесла:

— Алло... Михаил Игнатьевича, добрый день... да, я... и вам... обязательно передам привет... все нормально... я к вам по делу... да, чувствую себя хорошо... ничего страшного... кстати, по этому делу и звоню...

Анна Бернар в двух словах описала ситуацию обо мне, попросила содействия. Потом надолго замолчала — прокурор что-то говорил ей.

— Хорошо... — наконец произнесла Анна. Судя по голосу новости были отличные. — Спасибо вам большое! Обязательно передам...

И положила трубку.

Потом зыркнула на Костенкова, хитро улыбнулась, ничего при этом не сказав. Костенков тоже молчал, выжидая.

Пауза впрочем длилась недолго.

В комнату нетерпеливо постучали, не дождавшись ответа, внутрь вошел солдат. Трясясь от плохо скрываемого страха, он подошел к тайному советнику и что-то шепнул ему на ухо.

Костенков сморщился, кивнул.

— Аристарх Бельский, вы свободны, — с явным неохотой произнес он. — Но прошу вас никуда не уезжать — следствие еще идет. Попытка скрыться будет расценена...

— Спасибо большое, господин тайный советник! — перебила его Анна, улыбнувшись еще шире.

Потом посмотрела на меня, сказала:

— Идите за мной.

Я понял, что это единственная ниточка, которая способна меня спасти, поэтому без лишних вопросов последовал за девушкой.

***

— Говорите, «Бальзак Роял»?

— Именно! Вы только взгляните на эту семидюймовую красавицу!

— Да, и вправду великолепно!

— Угощайтесь.

Двое сидели возле камина и разглядывали коробку из-под сигар.

Богато убранная комната говорила о высоком статусе гостей.

— Виктор Германович, вы балуете меня! — пожилой мужчина с седой клинышком бородкой улыбнулся, обнажая идеальные белые зубы.

— Ну что вы, Михаил Игнатьевич, вы же мой друг. А угостить друга отличной сигаретой — это без всякого умысла.

— Верю, что без умысла, — улыбнулся Михаил Игнатьевич. — Верю, что это не связано с тем, что я являюсь главным прокурором первой категории.

Виктор Германович по лисьи улыбнулся.

Оба рассмеялись.

— Конечно же нет! Никак не связано! Служба службой, а дружба — всегда должна быть. Да вы берите сигару, берите. Не побрезгуйте.

— Ну вот и отлично, — мужчина взял угощение, начал осматривать, нюхать, проминать пальцами. — И вправду великолепно!

— А вы послушайте как похрустывает внутри табак. Слышите? Словно русак по зимнему лесу рано утром ступает.

Прокурор вновь улыбнулся.

— И вправду, хрустит!

— Ну я же говорю! Эта прелесть изготовлена из табачный листьев, полученных с плантации потомственного табаковода Франца Бальзака. Выдержка листьев семь лет! Ферментация — просто выше всяких похвал!

— А что за табак?

— Редкий, гималайского сорта, их вымачивают некоторое время в коньяке. Потом в бочках из-под хереса держат. ТАм такой сложный и тонкий процесс, но оно того стоит!

— Невероятно! Неужели так сложно изготавливается?

— Да, именно так. А коробка — вы видели ее?

— Тонкая работа, действительно, — мужчина погладил полированную крышку с выведенной на ней надписью «Nikolaev». — Именная?

— А то! Сделана из верблюжьей кости.

— Правда? Виктор Германович, вы действительно знаете толк в хороших сигарах.

— Раскурите. Все это — только слова, шелуха. Ничего они не значат. Как только вы попробуете вкус — вы забудете все на свете. Лучше один раз попробовать, чем услышать тысячу восторженных слов.

Николаев зажег длинную спичку, протянул прокурору.

Михаил Игнатьевич с удовольствием раскурил сигару, откинулся на кресле и выдохнул сизый густой дым.

— Чувствуете?

— О, да! Великолепно! Виктор Германович, просто бесподобно!

Виктор Германович тоже раскурил сигару, продолжил нравоучительно:

— Душа сигары — это ее центр. Именно там находится тот самый уникальный букет табачных листьев. Далее — связующий лист. Он тоже очень важен. Он дает аккорд, держит на себе основу. И завершает все покровный лист. Он вносит в общий аромат свои нотки, оттенки. Именно он дает точку во всем букете, делает его неповторимым, узнаваемым. Идеальный баланс этих трех составляющих и дает такой невероятный вкус сигары.

— Выше всяких похвал!

Виктор Германович затянулся, выдохнул.

— Самый первый вкус — кедр. Чувствуете?

— Да, безусловно! — прокурор облизнул губы. — Древесный привкус ощущаю.

— Потом, чуть мягче — ореховые ноты. Потом, немного погодя, чуть суховатый, перечный. И завершает анис с переходом в медовые тени.

— Аниса не чувствую, — смутился прокурор.

— Он будет в конце, — снисходительно улыбнувшись, пояснил Николаев. — Когда сигара дойдет до середины или к трем четвертям. Не переживайте, просто получайте удовольствие.

— Спасибо вам большое, Виктор Германович, за такую увлекательную лекцию. Я ведь не столь тонкий специалист в сигарах, но ценитель. Люблю, знаете ли, после ужина выкурить одну под коньячок.

— Вот для этого я вам и хочу преподнести вот этот подарок.

Николаев пододвинул коробку ближе к прокурору.

— Что? — Михаил Игнатьевич был явно растерян от такого подношения. — Так ведь... как-то неудобно.

— Ну что вы! Берите.

— Спасибо большое, я право даже не знаю, как вас отблагодарить.

— Ну какие могут быть благодарности? Вы и так мне часто помогаете в моих делах.

— Верно, — смущенно кивнул прокурор.

— Вот недавно с моим конкурентом вопрос закрыли.

— Так там все по закону, — тут же спохватился прокурор.

— По закону, а как иначе? Только так. Потому что вы и есть закон.

— НУ довольно льстить!

— Не льщу, правду говорю. Так что этот небольшой презент — лишь малая часть той благодарности, которую я могу вам выразить.

— Спасибо, Виктор Германович! Еще раз огромное спасибо!

Прокурор затянулся, закашлялся.

— Вот теперь чувствую анис!

Оба рассмеялись.

Некоторое время курили молча, наслаждаясь вкусом. Потом Николаев осторожно начал то, ради чего вообще все это затевалось:

— Михаил Игнатьевич, видел недавно новости — такие ужасы творятся. Правда, что на Императора государя покушение было?

— Правда, сущая правда, — кивнул прокурор, в миг став серьезным.

— И даже кадры были с места преступления.

— Верно. Все в императорском дворце произошло, там этот турнир бойцовский опять был, — Михаил Игнатьевич сморщился. — Тогда все и случилось. Слава богу, неудачное покушение.

— Задержали виновных?

— Задержали. Всех задержали.

— И кто это? — еще более осторожно спросил Николаев.

— Пацаны, — махнул рукой прокурор. — А что? Кто-то знакомый среди них есть? Только не говорите, что ваш родственник там...

— Нет, ну что вы! Никаких родственников в этом жутком преступлении быть не может. Мой род такое осуждает. Мы всецело всегда поддерживаем Императора.

— Это хорошо.

— Просто одно лицо знакомое промелькнуло на экране. Из рода Бельских.

— Бельский? — прокурор задумался. — Да. Есть среди подозреваемых и такой. Антип Бельский, вроде.

— Аристарх, — поправил его Николаев.

— А вы его знаете?

— Знаю, — кивнул Михаил Игнатьевич. — Мы с Бельским старшим раньше работали, бизнес начинали.

— По добыче?

— По ней самой.

— А Аристарх...

— Его сын.

— И вы хотели, чтобы я...

— Нет, никаких поблажек, — внезапно жестко ответил Николаев. — Напротив, хотел уточнить — ждет ли его суровое наказание за столь жуткие дела?

Прокурор вопросительно глянул на хозяина комнаты.

— От чего же вы так злы к сыну своего друга?

— Не к сыну, — покачал головой Николаев. — К врагу народа. Если переступил черту, то уже никакие регалии не должны помогать. Судить по всей строгости.

— Я вас слишком хорошо знаю, Михаил Игнатьевич. Интерес все же какой-то в этом во всем у вас есть.

Николаев после некоторой паузы кивнул, потряс пальцем.

— Вас не проведешь, Михаил Игнатьевич! Не зря вы до такого высокого ранга дослужили!

Прокурор рассмеялся.

— На самом деле ситуация такая, г-м-м... щепетильная, — медленно произнес Виктор Германович.

— Говорите как есть, вы же знаете — это останется среди нас.

— Хорошо, скажу без утайки. Этот Аристарх Бельский может стать занозой в моей заднице, по тем делам, которые мы вели с его отцом. Вот и уточняю, будет ли суд справедлив и назначит ему — по прошению главного прокурора естественно, — высшую меру наказания?

Виктор Германович нахмурился и даже отложил в мраморную пепельницу сигару.

Николаев прищурился. Спросил:

— Что-то не так?

— Боюсь, что суда над Бельским не будет.

— Как это? — хозяин едва не подскочил на кресле. — Как это не будет?

— Слишком мало доказательной базы. Там по всем видеокамерам четко видно, что он, напротив, пытался спасти Императора, — прокурор вновь взял сигару и затянулся. — И ему это удалось, только благодаря его быстрым действиям и не произошло трагедии. Дело по отношению его разваливается на глазах. Да и народ не поймет и не примет такое решение. Парень Императора фактически спас, а мы его в тюрьму. Волнения могут быть. Не поймут нас.

— Виктор Германович, позвольте... Но ведь, возможно, это и была часть плана? Может быть, этот подонок специально так все провернул?

— А кокой смысл устраивать покушение, чтобы спасти Императора? Чушь какая-то!

— Ну не знаю. Может, и есть какой-то в этом смысл. Кто его знает, что у него в голове?

— Неужели этот парнишка такая заноза для вас? — прямо спросил прокурор.

— Еще какая! — Николаев сжал кулаки. — Заноза — не то слово. Он и сына моего избил.

— Что?! Избил?

— Именно так.

— А заявление написали? Я возьму под личный контроль...

— Нет. Не писали. Ни к чему это, — хмуро ответил Виктор Германович. — Этот Аристарх может все мои карты мне в бизнесе спутать. А это, Михаил Игнатьевич, и на вас может косвенно отразиться.

— Виктор Германович, я вас не понимаю, — с нажимом произнес прокурор.

— Да бросьте, Михаил Игнатьевич, вы все прекрасно понимаете. Моя благодарность идет вам ежемесячно.

— Я прошу такие вещи вслух не озвучивать! — всполошился прокурор.

— Так вот, этот паренек, этот Аристарх Бельский, может помешать мне. Михаил Игнатьевич, я прошу, не дайте развалиться этому делу. Дайте ему ход. Упрячьте вы этого Бельского куда подальше.

Прокурор нахмурился.

— Боюсь, что сейчас даже моих полномочий не хватит, чтобы помочь вам.

— Это почему же?

— Дело в том, что совсем недавно мне звонила Анна Германовна Бернар.

— Она? Фаворитка Императора? Зачем?

— Я бы не стал применять такие слова по отношению к ней. Все-таки официальная должность у нее несколько иная. А звонила она мне, чтобы попросить за Бельского. Как вы понимаете, я не мог ей отказать. Бельский давно уже на свободе.

— Что?! — Николаев встал с кресла, начал ходить по комнате. — На свободе?!

— Именно так. Виктор Германович, если бы я знал, что у вас существуют определенные проблемы с этим парнем, я бы, конечно, замолвил словечко, но думаю, даже этого не хватило бы, чтобы перечить Анне Бернар.

— Зачем ей это? Зачем ей лезть в эти дела?

— Думаю, она хочет взять его к себе в личную охрану.

— Что?!

— Ну да. Давно известна любовь Анны Германовны к боям и бойцам. У нее есть свой личный отряд охраны, ребята там, скажу я вам, крепкие. Она их набирает лично. Вот, наверное, для этих целей и взяла.

— Ну это же самоуправство какое-то, ей-богу! Куда Император смотрит?!

— Виктор Германович, ну что вы как маленький? Знаете же, что государь готов исполнять все прихоти своей возлюбленной. Да и к тому же не забывайте, что этот Бельский спас ему жизнь.

Николаев сел на кресло, подхватил голову с двух сторон руками.

— Не расстраивайтесь, Виктор Германович.

— Да как же не расстраиваться? — злобно процедил тот. — Вопрос важный зреет. Многих может коснуться.

Николаев вновь глянул на прокурора.

Тот задумался.

— Ну если важный, то и действовать надо радикально. Я тебе в этом деле уже никак не смогу напрямую помочь — сам понимаешь, что связан по рукам и ногам. Все-таки не абы кто влез, а Анна Бергер.

— Будь она неладна! — шёпотом пробурчал Николаев. Спросил: — Радикально — это как? Что вы имеете в виду?

— То и имею, — с прищуром сказал прокурор. — Тебе, Виктор Германович, когда чирей на заднице мешает, что ты делаешь? Идешь к врачу и вскрываешь, чтобы весь гной убрать.

— На что вы намекаете, Михаил Игнатьевич? — с насторожённостью спросил Николаев.

— Теперь настала моя очередь воскликнуть тебе — да бросьте, Виктор Германович, вы все прекрасно понимаете! — рассмеялся прокурор.

— Вы что, имеете в виду...

— Именно! Найми хорошего врача, покажи ему фотографию чирья — и пусть удаляет. Только чтобы без шума и следов.

Николаев задумался.

— Михаил Игнатьевич, признаться, не ожидал от вас таких советов.

— На общее дело работаем, Виктор Германович. Вы — человек хороший, с вами мы долго и плодотворно работаем. Я вам доверяю. И вы, я надеюсь, так же доверяете мне. Так что даю вам такой откровенный совет. Могу, кстати, помочь и с доктором. Есть у меня номерок одного врача, который сделает все на отлично.

— Буду признателен, если дадите его контакты.

Прокурор достал сотовый телефон, щурясь, начал искал нужный номер. — Ага, вот он!

Он продемонстрировал экран телефона, Виктор Германович переписал на листик цифры.

— И как он... в своем деле? — спросил Николаев, отложив ручку.

— Очень хорошо. Все сделает как надо. Но цена соответствующая. Однако же лучше потратиться один раз, чем платить потом постоянно.

— Согласен с вами, — кивнул Николаев, откинувшись в кресле.

Стало спокойней. Прокурор Карамазов, которого он ежемесячно кормил, дал дельный совет. Получается не зря кормил.

— Если вдруг что-то пойдет не так с этим, к-хм... доктором, я могу рассчитывать на вашу помощь?

— Конечно. Я прикрою, не переживайте.

— Вот и хорошо.

Двое вновь откинулись на кресла, продолжили дымить.

— Так вы говорите эти сигары называются? «Бальзак Роял»? — спросил прокурор.

— Верно. Кстати, с этими сигарами очень хорошо идет коньяк «Генрих V». Не хотите попробовать?

— С превеликим удовольствием!

— Отлично! Давайте отметим наше продуктивное сотрудничество!

Судьба Аристарха Бельского была предрешена.

Глава 4 (том 2)

Гулять хрупкой девушке в одиночку по ночному городу не самая хорошая идея. Тьма скрывает множество опасностей. И одна из них, самая страшная, — человек.

Верхний Глиняный Переулок, расположенный выше Центральной, имел дурную славу. Здесь-то и в дневное время особо ходить лишний раз никто не хотел, а уж ночью тем более. Бедный квартал рождал своих обитателей, которые, с рождения не зная ничего, кроме злобы и лишений, сами становились навечно озлобленными волками. В том понимании мира, которое сформировалось в их головах, главным было лишь одно — забери у слабого. Не важно что — деньги, одежду, честь. Забери. И тогда выживешь сам.

Катя шла по тротуару, ориентируясь только на нюх. Глаза болели, и открывать их было болезненно и неприятно — словно насыпали в них песка.

— Эй, какая красотка! Не проходи мимо!

Свист со стороны лавочки.

Катя не обратила на крики внимания. Ее сознание продолжало пребывать в каком-то плотном тумане, через который не пробивалось даже собственное осознание. Девушка сейчас действовала на инстинктах. Причем эти инстинкты были явно не ее. Звериные, страшные, они советовали ей остановиться и... подкрепиться.

— Красотка! Стой! Давай угощу тебя чем-нибудь!

— Отвали! — прохрипела девушка.

И это был самый лучший совет, который она могла сейчас дать. Парням следовал бы к нему прислушаться.

— Чего? Ты че, корова, сказала?

Вновь свист.

— Стой, говорю! Митя, стопорни даму.

Перед Катей возник сутулый прыщавый парень.

Душный, едкий, рвотный запах ударил в нос. Девушка остановилась. Глаза продолжали болеть, но Катя все же открыла их и мельком взглянула на стоящего. Его лицо было подобно черепу — глаза глубоко посажены, а кожа так туго обтягивала скулы, что казалась почти прозрачной.

— Стоять, коза! — процедил он сквозь редкие желтые зубы.

В руках щелкнул выкидной нож.

— За такие слова ответить надо.

— Лучше не лезь, — произнесла Катя, давая вторую попытку спасти парням.

Она и вправду хотела уберечь его от неприятностей, но докричаться сквозь туман, окутывающий ее разум было почти невозможно. Лишь этот странный отрешенный голос, который почти не подчинялся ей.

— Лучше не лезь, — повторила она.

— Мишаня, ты слышал, что она бормочет? — с усмешкой сказал стоящий.

Справа подошел еще одни парень — тот, кого назвали Мишаней. Он был крепок. Пухлое круглое лицо и картошкой нос и вправду делали похожим его на медведя.

— Ты кто такая? — спросил Мишаня, оглядывая девушку с ног до головы влажным пошлым взглядом.

— Я... — что-то произнести еще не получилось — тот, кто управлял сейчас ее разумом, нажал на мозг со всей силы и Катя вскрикнула.

В ушах ревом самолета зашумело — сожри их! сожри их! сожри их!

С этим было практически невозможно бороться — девушка потянулась к стоящему.

— Опа! — радостно выдохнул парень. — Решила договориться по мирному? Это правильно!

— Я первый! — обиженно прогундосил Мишаня и злобно дернул Катю на себя. — Я первый — слышишь, кобыла? Давай, раздевайся!

— Первый? — гортанно спросила Катя.

— Ага. Первый!

Второй парень, чье лицо было похоже на череп, обиделся, но перечить Мишане не стал.

— Хорошо, — согласилась девушка.

И зашипев, вдруг бросилась на парня.

Мишаня даже не успел испугаться. Просто почувствовал, как что-то острое с силой вонзилось ему в шею.

— Какого... — выдохнул он, только сейчас поняв, что произошло что-то неправильное.

Он чувствовал приятный цветочный запах, исходящий от незнакомки, ощущал ее упругую грудь, которая уперлась ему в бок. Но это были не объятия. При объятиях не бывает страшной тянущей боли, исходящей от шеи. А еще это чавканье.

— Мишаня! — только и смог выдохнуть второй парень.

Но Мишаня его уже не услышал. Бездыханное тело грузно упало на землю.

— Теперь ты! — довольно произнесла Катя, оборачиваясь.

Ее рот был измазан в крови.

— Нет! Нет!

Парень оказался сообразительным и лезть на рож не решился. Но вот с реакцией у него было слабо — он даже не успел сделать и шага, чтобы уйти от опасности. Катя одним мощным рывком преодолела разделяющее их расстояние и вцепилась парню в шею.

— Нет! Уйди! Уйди! — только и смог вымолвить он, до чертиков напуганный.

А потом попытался ударить неведомое существо.

Не получилось. Рука уже не слушалась. Да и во всем теле была какая-то смертельная усталость.

Парень в последний момент понял, что вампиресса впрыснула словно паук ему в кровь какую-то притупляющее волю отраву и теперь не спеша пожирает его.

Последним, что увидел он перед кончиной, были красные, довольные глаза зверя.

Когда трапеза была закончена, разум Кати окончательно был подернут серой мутью. Единственное, что сейчас ощущала девушка, была сытая нега. Выпитая кровь придавала сил. Боль в глазах ушла. Теперь Катя могла спокойно смотреть и главное видеть в ночи, словно кошка.

Пора было найти брата. Так надо. Так велит ей тот, кто управляет ей.

Катя втянула ноздрями воздух. Тысячи ароматов, сплетаясь в одну ткань, рассказывали ей свои истории. Страх. Злость. Полицейская машина. Заточение. Боль. Легкость. Духи. Вновь машина, теперь уже другая. Бетонные стены. Газон. Торжество.

Катя прочитала все, что ей сейчас нужно. И двинула туда, где сейчас был Аристо — ко дворцу.

Обычный человек ни за что не рискнул бы идти туда, потому что понимал — проникнуть в самый охраняемый объект невозможно. Но она была не обычным человеком. К тому же сегодня ночью она умела летать.

***

— Тебе очень крупно повезло. Надеюсь, ты это понимаешь? — Анна с толикой презрения взглянула на меня. — Можешь считать, что сегодня ты родился заново.

Мы вышли из комнаты допросов.

С двух сторон девушки возвышались ее телохранители, больше похожие на статуи. Все в черном, под пиджаками — кобуры пистолетов. Бульдожьи лица уставились на меня. Кажется, одна команда «фас» — и они разорвут меня на лоскуты.

Я глянул на них, примерился. Чтобы таких одолеть надо постараться.

— Повезло? И в чем же? — спросил я у Анны.

Девушка начала меня раздражать. Я быстро понял, что она хочет разыграть какую-то карту, но какую именно?

Мы стояли в коридоре в ожидании когда поднимется лифт.

— Именно так. Повезло, — подтвердила Анна. — Я вытащила тебя из лап этих монстров.

— Вы так про полицию говорите? Считаете, что я действительно был в такой опасности?

— Конечно, — снисходительно кивнула девушка. — Еще в какой опасности. По вам уже практически выдали приговор — расстрел.

— Даже так! — я присвистнул.

Играть удивление у меня получалось хорошо. Но меня не проведешь. Я внимательно следил за каждым движением Анны и понимал — она, хоть и очень ловко и искусно, но пытается меня в чем-то убедить. Что спасла меня? Да, наверное именно в этом. Чтобы навязать чувство долга, мол, спасла тебя, теперь и ты окажи мне услугу. Только вот какую? До этого наверняка сейчас дело не дойдет. Выждет.

— Именно так. С теми, кого подозревают в преступлениях против Императора, особо не церемонятся. Удивительно, что еще во дворце не расстреляли.

Я едва заметно улыбнулся.

— Так что твоя участь была предопределена.

— То есть, получается, что я зря спасал Императора?

— Господин тайный советник Костенков так не считает. Так что знай — сегодня у тебя чертовски удачный день. Благодаря мне.

— Я так понимаю, одним «спасибо» тут не обойтись? — напрямую спросил я, в упор глядя на девушку.

— Верно, — внезапно легко согласилась та. — У меня есть к тебе предложение.

— От которого я конечно же не смогу отказаться! — не смог сдержаться я, за что получил два колких взгляда от охранников.

— Это уже тебе решать — принимать это предложение или отказываться.

Хех! Попробуй отказать такой девушке — назавтра какой-нибудь бродяга, ковыряясь в мусорке, найдет тебя, завернутого в разные мусорные мешки.

— Так какое предложение?

Анна посмотрела по сторонам.

— Это не то место, чтобы говорить о таких делах, — холодно произнесла она, заходя в открывшийся лифт.

Я последовал за ней.

Спускались молча. Я наслаждался ароматом дорогущего парфюма спутницы, Анна — откровенно брезгливо оглядывала обшарпанные стены лифта.

Наконец мы спустились вниз. Там нас тоже ждали охранники.

Всей толпой мы вышли на улицу. Я не удивился автомобилю, который встречал фаворитку Императора. Стильная, грациозная, но в то же время мощная, дерзкая. Как сама хозяйка машины. Прямо ей под стать.

— Присядем? — предложила Анна, глянув на меня.

Я бы с удовольствием отказался, но несколько охранников, окруживших меня, не двусмысленно показали, что лучше согласиться на предложение.

— Давайте, — понуро ответил я, залезая внутрь. И присвистнул: — Да здесь жить можно!

Обстановка в салоне и в самом деле чем-то походила на императорский дворец: все детали позолочены, кожаные сиденья, оббитые черным деревом панели, и еще куча всего разного, предназначение которого я даже не ведал.

Анна села напротив меня. Предложила:

— Что-то хочешь выпить?

— Пожалуй, откажусь.

— Хорошо, тогда сразу к делу.

Анна достала из сумочку пачку сигарет, закурила.

— Я видела тебя в бою, — произнесла она, внимательно глядя на меня.

Я задумался. Эта фраза смутила меня. Как же она могла меня видеть в бою, если в императорском дворце я не успел выступить — Андрей опередил меня и устроил иное шоу. Постой... в одном месте я все же выступал.

— У Стилета?! — произнес я, весьма удивившись.

— Верно, — кивнула та, хищно улыбнувшись.

— Но ведь...

— Если меня там не было, это не значит, что я ничего не видела, — Анна глубоко затянулась, выдохнула струю сизого дыма. — Есть определенные люди, которые снимают все бои и приносят мне. Я просматриваю каждый. Люблю, знаешь ли, боевые искусства.

Произнеся последнюю фразу, девушка вновь хищно улыбнулась, да так, что мне стало не по себе.

— Из-за определённых ограничений, которые накладывает на меня, гм-м... определенный мой нынешний статус, подпольные бои я смотреть не могу. Не тот уровень, надеюсь понимаешь?

Я кивнул. Мне казалось, что я понимаю. Хотя в голове творилось черти что.

— Но увлечения своего бросать не хочу. Поэтому такие ухищрения приходится применять — скрытые камеры, специальные люди, полная конфиденциальность.

— Так а причем здесь я? Вы хотите, чтобы я снимал вам бои?

Я пока не понимал, что нужно от меня, поэтому спрашивал в открытую — играть в подковерные игры с фавориткой Императора было мало желания. К тому же иногда, чтобы получить честный ответ, нужно спросить в лоб.

— Нет, ничего снимать не надо! — улыбнулась девушка.

— Тогда что же нужно делать?

— Я оценила твои боевые способности, — Анна вновь выдохнула клубы дыма, заставляя меня закашляться. — И я бы не отказалась от такого человека в своей охране.

Услышанное меня весьма удивило. Брови мои поползли вверх, но я с силой заставил себя не выказывать эмоций.

— А разве вам не хватает своих бойцов? — я кивнул на окно двери, за которым стояли охранники, больше похожие на шкафы.

— А разве бойцов когда-то бывает достаточно? — в тон мне спросила Анна.

— Не знаю, — пожал плечами я. — У меня не было никогда личных охранников, я всегда мог постоять за себя сам.

— А я не могу. Вот и предлагаю тебе сделку. Пойдешь ко мне в отряд охраны?

Анна выжидательно посмотрела на меня. В ее глазах невозможно было хоть что-то прочитать — одна небесная голубизна. Она терпеливо ждала ответа.

Я же молчал.

— Что скажешь? — первым нарушила молчание Анна.

Девушка остервенело задавала окурок сигареты в пепельнице.

— Я согласен, но при двух условиях, — ответил я, чем сильно удивил Анну.

Такого от меня она явно не ожидала.

— Условиях? И каких же? — после долгой паузы спросила она.

— Ну, во-первых... — начал я, хитро улыбаясь — акула, которая охотилась на меня, сама попалась на крючок.

***

— Во-первых, я хочу чтобы всех задержанных, кто не причастен к покушению на Императора, освободили. Я имею ввиду парней из моего клуба. Они ни в чем не виноваты и держать их больше необходимого, когда все показания даны и записаны, нет никакого смысла.

— Не много ли просишь? — ухмыльнулась Анна.

— Это только начало. Во-вторых, дело по Андрею пусть рассмотрит так же и придворный маг.

— Ты шутишь?! — злобно воскликнула девушка. — Этот... — ей стоило огромных усилий, чтобы сдержать и не сказать что-то ругательное, — чуть не убил Императора!

— Это не он, — ответил я. — Его разумом воспользовался совсем иной человек. А Андрей стал для него лишь чем-то вроде тела, оболочкой. Я пытался об этом рассказать Костенкову, но у того совсем другие цели на уме и он никого не слушает.

— Что еще за штучки с разумом? — не поняла Анна.

— Это лучше спросить у придворного мага, он в этом разбирается.

— Не пытаешься ли ты просто оправдать своего друга? — с прищуром просмотрела на меня Анна.

— Не думаю, что мой ответ — каким бы он не был, — удовлетворит вас. Просто дайте парню шанс и возможность на справедливое непредвзятое расследование.

— Хорошо, — после некоторой паузы ответила Анна. — Я постараюсь убедить тайного советника, чтобы он привлек для помощи придворного мага.

Анна вновь взглянула на меня, но уже совсем по другому. Во взгляде уже не было надменности и насмешки, больше любопытство.

— Что-то еще? — спросила она.

— Да. Помимо оплаты обычными деньгами за мою службу, я хочу получать так же и магические камни.

Девушка рассмеялась.

— А ты знаешь, чего хочешь!

— Верно, — сдержанно кивнул я. — Мне нужны эти камни.

— Зачем?

— Для коллекции, — ухмыльнулся я.

— А ты шутник. И все же, для чего они тебе?

— Хочу поднять свой магический уровень и умения, — уклончиво ответил я.

— Это похвально, — кивнула Анна. — У нас в гарнизоне есть хорошие мастера, которые обучают магическим боевым приемам.

Я навострил уши.

— Правда?

— Да. Ладно, будут тебе камни. Не обещаю хорошие, но посмотрю что можно достать.

— Благодарю.

— А не боишься? — голос Анны понизился до зловещего шёпота.

— Чего?

— Что ничего из твоих условий я выполнять не будут. А просто заставлю, — она произнесла это слово с нажимом, — делать то, что я захочу.

— Это вряд ли, — спокойно ответил я.

И посмотрел ей прямо в глаза. Наш дуэль взглядом длился не более трех секунду, но по его завершению каждый понял что-то свое. Анна — что я не отступлюсь от своих условий, я — что девушка очень опасный человек и непредсказуемый. От нее можно ожидать чего угодно.

— А ты не так прост, как кажешься на первый взгляд, — наконец подытожила наш разговор Анна. — Несгибаемый.

— И последний момент.

— Ну что еще?

— Со мной будет кот.

— Кот? — от такого условия Анна явно растерялась.

— Верно — кот.

Девушка пожала плечами.

— Странный ты какой-то. В принципе, ничего против котов я не имею. Пожалуйста. У тебя все?

— Теперь все.

— Хорошо. Я выполняю твои условия, а ты едешь прямо сейчас в дворцовый гарнизон.

— Прямо сейчас?! — удивился я.

— Ну, да. А ты как хотел? Что я отпущу тебя на всех четыре стороны?

— Мне надо позвонить домой, — сказал я. — Хотя бы предупредить сестру и друга.

— В машине позвонишь, — бросила девушка. садясь в авто.

Двое верзил встали за моими спинами, давая понять, что спорить бессмысленно.

Я понуро сел в машину.

Мы поехали от полицейского участка прочь, и с каждый метром я чувствовал все большую тревогу — там, в застенках полиции, остались мои друзья. И им угрожает опасность. Костенков не успокоится. Напротив, разозлиться. И эта злость, возможно, выльется на других.

Я напомнил Анне про телефон, она нехотя протянула мне сотовый.

Гудок. Еще один, третий... пятый, шестой, седьмой...

Никто не отвечал.

Я набрал вновь. Может, не слышат? Громко телевизор включили? Спят?

Чутье подсказывало — что-то не так.

И вновь гудки без ответа. На том конце не было никого живых, кто бы мог мне ответить.

Глава 5 (том 2)

При слове «гарнизон» у меня сформировалась четкая картина того места, куда мы должны были прибыть.

Но в реальности все оказалось совсем не так.

Не было тут никаких двухметровых стен с колючкой на верху, смотровых вышек с автоматчиками, сторожевыми злыми собаками и прочими соответствующими вещами. Вполне цивилизованный особняк, трехэтажный, ухоженный забор из живой изгороди, газон и фонтаны. У входя — слуга.

— Это... гарнизон? — спросил я, удивленно разглядывая строение.

— Верно, — подтвердила Анна. — Моя личная охрана живет здесь. Тебя что-то смущает?

— Просто... не привык к такому. Ожидал немного другого.

В Астариуме гарнизоны были совсем иными — и даже у начальства таких домов не было.

— Думал, что у нас тут суровые солдатские казармы? — усмехнулась девушка.

— Ага.

А где же плац? Где марширующие бойцы? Где бегущие марш-броски новобранцы, едва не умирающие от нагрузки? В гарнизонах его величества князя Валажского, где мне приходилось одно время служить, считалось нормой каждый день кого-нибудь пороть на площади. А у воеводы Барбута и вовсе устраивались бои на смерть - кто выживет, тот прошел проверку.

Тут же...

— Нет, я такого не люблю. Моя личная охрана не входит в государственную структуру. Можно сказать, это такая частная организация, которой управляю только я. Поэтому и порядки тут несколько иные.

— Не входит управу государства?

Я вопросительно глянул на Анну.

— Только заведи этот мой отряд в госструктуру — и сразу же найдутся те, кто попытается воздействовать на меня, — пояснила девушка. — Через бюджет, через поставки, закупки. Многим охота подобраться к Императору, пусть даже и через меня. И у каждого свои интересы. А мне это не нужно.

Она была откровенна со мной и это вселяло уважение.

— Старший по гарнизону введет тебя в курс дела. А вот и он.

Увидев подъехавшую машину Анны Бергер, к нам подбежал крепкий парень с лысым затылком.

Мы вышли, поздоровались.

— Сергей Кнут, — представился парень, протянув мне руку.

— Аристарх Бельский, — ответил я, размышляя: Кнут — это фамилия такая или прозвище?

— Сергей мой первый помощник по горизонту, — сказала Анна. — Все его приказы обязательны для выполнения. Он будет твоим непосредственным начальником.

Сергей продолжал вопросительно смотреть на меня, по молчал.

— Это наш новый человек, в мою личную охрану, — наконец пояснила Анна.

— Новый? — с сомнением спросил Кнут, рассматривая меня.

— Внешность — не главное, — усмехнулась Анна. — Он спас меня от покушения.

— Анна Германовна, я же говорил, что надо было и нам идти с вами тогда. Мы бы не допустили такого! — с жаром выпалил Кнут.

— Успокойся, Сергей. Я знаю твою нелюбовь к императорской охране, но то было официальное мероприятие, и я не хотела расстраивать государя — знаешь сам как он трепетно относится к своей охране и не любит, когда ее заменяют кем-то иным.

Кнут неохотно кивнул.

— Его охрана дискредитировала себя, — холодно произнес он.

Анна лишь пожала плечами.

— В любом случае Император и я остались в живых — и все благодаря этому человеку.

Все взоры обратились на меня.

— Сергей, прошу принять его подобающим образом, разъяснить все, помочь с адаптацией. У этого парня очень большой потенциал, — Анна заговорщики подмигнула Кнуту.

— Будет исполнено! — выпалил он.

— Вот и отлично, — Анна двинула к машине. — Мне пора — много дел. На неделе зайду проведать.

Мы проводили взглядами удаляющуюся машину, остались одни.

— Аристарх говоришь? — спросил Кнут, поворачиваясь ко мне.

Его оценивающий взгляд осмотрел меня с ног до головы. Я почувствовал себя курицей, которая лежит на прилавке.

— Так точно, — хмуро ответил я, готовясь к «теплому» приему.

— Видел тебя по телевизору. Слажено действовал. Из военных что ли?

— Нет, — покачал я головой.

— А откуда же?

«Из первого отряда охотников на демонов», — чуть не выпалил я, но вовремя прикусил язык.

— Занимался в бойцовском клубе «Черные Драконы».

— Знаю такой, — задумчиво произнес Кнут. — Не самый сильный клуб, есть и лучше. Это у вас там такой есть по кличке Глеф?

Я напрягся еще сильнее.

— Ну есть.

— Гнида каких еще поискать надо! — сморщился Кнут, сплюнув себе под ноги.

Я немного расслабился.

Сергей тем временем вновь осмотрел меня.

— Я бы поверил, что тебе повезло — что ты оказался в нужный момент и в нужный час. Но я внимательно изучил видео. Ты действовал на опережение.

— Верно, — осторожно ответил я. — Заметил изменения в поведении и просто успел сделать выводы.

— Ладно, посмотрим на что ты способен. Если Анна Германовна сказал, что в тебе есть потенциал, значит так оно и есть — она умеет в этом разбираться. Пошли в гарнизон, покажу твое место, где ты будешь жить.

Мы двинули к дому.

Внутри он оказался таким же богатым, как и снаружи. Я смотрел по сторонам и мне сложно было представить, что тут живет личная охрана Анны. Скорее, это какой-то элитный загородный клуб, в котором собираются по вечерам пятницы презентабельные джентльмены.

— Не удивляйся, тут все не так, чем в обычных боевых гарнизонах, — поймав мой недоуменный взгляд, произнес Кнут. — Анна Германовна против глупой солдафонщины. Покраска зимой газонов в зеленый цвет, копание ям от столба и до заката и прочее — это не про нас. Для нас главное — тренировки и развитие техник. А дисциплина тут поддерживается иным способом.

— И каким же? — настороженно спросил я.

— Потом увидишь, — расплывчато ответил Сергей.

Мы поднялись на второй этаж. Там располагался длинный коридор, в двух сторон которого располагались двери.

— Это комнаты бойцов, — пояснил Кнут. — Твоя — под номером 217. Там, в прихожей, висит расписание. Изучи его внимательно. На столе Устав — его тоже почитай, — Кнут глянул на часы. — Через три часа будет ужин, там я тебя и представлю остальным членам охраны. А теперь иди, отдыхай.

Кнут хлопнул меня по плечу и быстрым шагом удалился.

Я зашел в комнату 217. Вполне неплохой гостиничный номер, с кроватью, шкафом, тумбой. И даже телефоном, который сейчас зазвонил.

Я снял трубку, ответил:

— Алло?

— Аристо? — раздался на том конце знакомый голос.

— Да, я.

— Аристо, привет! — это уже другой голос, женский, прорывался на втором плане. — Это Герда!

— И Барсук!

— Привет! — обрадовался я. — Вы как... где взяли номер... что с вами? Вы где сейчас?

Меня захлестнул поток вопросов.

— С нами все в порядке, Аристо! Дружище, как же я рад тебя видеть! То есть слышать! — Барсук едва не плакал от счастья. — Спасибо тебе большое!

— Спасибо! — в самую трубку крикнула Герда.

— За что спасибо? Вы где сейчас?

— На воле, братец! На воле мы! Никогда не думал, что буду рад видеть так этот город! Нас выпустили, Аристо! Весь клуб отпустили. Кроме Андрея, конечно. Я думал нас всех расстреляют и разбираться даже не будут. Но выпустили.

— Подписка о невыезде, — крикнула Герда.

— Да, но это не важно. Главное — мы на свободе! Тайный советник такую мину состроил, но сказал, что это ты подсуетился перед Бергер и поэтому нас выпустили! Он и номер приемной охранного агентства дал — или куда ты там устроился?

— Аристо! — трубку выхватила Герда. — Спасибо тебе большое за помощь! Тебе все ребята привет передают и благодарность. Антон Константинович тоже, но он сейчас не может говорить — в запой ушел, перенервничал со всем этим делом. За Андрея переживает.

— Что-то известно про Андрея? — спросил я.

— Плохо все, — уже иным голосом ответил Барсук. — Попал Эндер в какой-то переплет. И что на него нашло?

— Это не, Барсук! — почти крикнул я в трубку. — Это Рейн, тот маг, против которого мы дрались, помнишь?

— Помню. Только причем здесь он?

— Это он каким-то способом проник в разум Андрея и управлял им! Вспомни как он схватил парня, а потом вдруг резко исчез. Думаю, именно тогда он и проник в разум Андрея.

— Вот ведь черт!

— Я пытался донести это до тайного советника, только он посмотрел на меня как на идиота.

— Что же делать?

— Пока не знаю, но я буду стараться до последнего, пока не вытащу Андрея. Я уверен, что он не виноват во всем этом.

— Аристо, будь осторожен! — это уже Герда желала мне.

— Аристо! — трубку вновь взял Барсук. — Мы хотели бы с тобой встретиться — если это возможно, — по одному очень важному для, и мы надеемся для тебя, делу.

— Что-то случилось? — напрягся я.

— Все нормально, не переживай. Но это не телефонный разговор. Ты как, сильно занят?

— Даже не знаю, — честно признался я. — Пока еще не разобрался со всем — как-то все так быстро закрутилось. Я тут как бы на новую работу устроился.

— Ладно, как будет возможность — позвони нам, — Барсук продиктовал номер телефона, я записал. — Но встретиться надо обязательно — это очень важно для нас. Ну и для тебя, думаю, тоже. Все. Давай, не будет тебя отвлекать. До встречи!

— До встречи!

Я положил трубку. Немного подумал, набрал домой. И вновь лишь гудки, трубку никто не брал.

Беспокойство за Катю и Холанда стало сильнее. Куда они запропастились? Что-то случилось? Опять Рейн приходил?

Я плюхнулся на кресло и принялся читать распорядок дня и Устав. Ничего нового для себя не нашел, вполне обычный армейский распорядок — ранний подъем, занятия, физподоготовка, завтрак, обед, ужин, все как обычно. Только вот был один пункт, на котором я заострил внимание. Вместо личного времени, полагающегося вечером, значилось «Клуб». Что это был за клуб такой я не знал.

А еще меня приятно удивила сноска, согласно которой разрешалось отлучаться из гарнизона по своим нуждам, предварительно предупредив об этом диспетчера. Я не поверил собственным глазам. То есть получалось можно было в любой момент уйти из особняка?! И в самом деле тут все по другому, не как у обычных военных.

Барсук и Герда говорили о том, что хотят со мной встретиться по какому-то важному вопросу. Кнут сказал, что до ужина есть три часа свободного времени. Может быть, стоит сходить к себе домой и проведать близких? Или встретиться с друзьями?

Я решил совместить эти два мероприятия. Заодно и посмотреть действительно ли можно покидать гарнизон, или это только формализм?

Я позвонил Барсуку, коротко объяснил ситуацию. Тот с радостью согласился встретиться со мной у моего дома. Обещал, что и Герда будет там.

Договорившись о времени, я спустился вниз. Не без труда нашел диспетчера — им оказался совсем молодой парнишка, — спросил его насчет возможности отлучиться.

— Без проблем, — внезапно ответил тот, чем вновь удивил меня. — Только запишу ваше имя и фамилию, цель выхода и место пребывания.

Я назвался, сказал, что нужно проведать сестру.

— Хорошо, идите, — кивнул паренек. — Только возьмите дежурный телефон — чтобы в случае чего я с вами мог связаться.

И протянул мне сотовый.

— Не отключайте его. И будьте всегда на связи. В противном случае ничего хорошего не будет.

Я взял телефон, вышел на улицу.

«Здесь и вправду все по другому», — подумал я.

И резонно задался вопросом — а какой смысл держать тут бойцов насильно? Это не государственная служба, частная. Зарплата соответствующая, о которой, наверное, мечтают многие. Готов биться об заклад, каждый хочет сам попасть суда, а не убежать. Поэтому и такой необычный режим.

Путь до дома был быстрым — я довольно скоро смог сориентироваться на местности и вышел на нужную улицу через проходные дворы и проулки.

У особняка уже стояли и ждали меня Барсук и Герда, переминаясь с ноги на ногу.

— Аристо! — радостно воскликнули они и принялись меня обнимать.

— Да не стоит таких почестей! — улыбнулся я, растроганный таким приемом.

— Ну не скромничай, — похлопал меня по плечу Барсук. — Ты спас нас.

— Натурально спас, — кивнула Герда.

— Если бы ты не замолвил за нас словечко, сидеть бы нам в тюрьме еще долго.

— А может и не сидеть. Поставили бы к стенке и...

— Но ты помог. Спасибо тебе за это.

Они говорили на перебой и мне было сложно их понять.

— Спас!

— Спасибо!

— Настоящий друг!

— Товарищ!

— Как брат!

— Верно — как брат!

— Ладно, проехали, — махнул я рукой. — Так по какому важному вопросу вы меня позвали?

— Аристо... — начала Герда, сильно занервничав. — Мы тебе очень благодарны за то, что ты сделал для нас. Этим поступком ты еще раз подтвердил то, что никогда не бросишь своих друзей в беде.

— Но и вы меня же не бросили, когда мы с Рейном бились, — резонно заметил я.

— Не перебивай! — фыркнула Герда. — Помнишь, когда мы шли на ту заварушку, мы говорили тебе про нашу безродность и про то, что хотели бы примкнуть к какой-нибудь родовой фамилии?

— Это наша мечта — стать частью рода! — заметил Барсук.

— Помню конечно.

— Ты — единственный из всех нас, у кого есть фамилия, я имею ввиду родовая аристократическая фамилия, указанная в государевом Реестре.

— Так, — кивнул я, смутно начиная понимать к чему они клонят.

— В знак своей безразмерной признательности мы бы хотели, если ты не против конечно и дашь положительный ответ, присягнуть твоей фамилии в вечной верности и служению, стать частью твоего рода.

Повисла пауза. Герда и Барсук смотрели на меня во все глаза, а я пытался переварить сказанное.

— Ну, так что? — нетерпеливо спросил Барсук. — Согласен?

— Вы мне словно предложение жениться делаете, — растеряно хохотнул я.

— Служить роду Бельских для его процветания — это достойная цель. Ну так что скажешь? — произнесла Герда.

— Понимаем, что это очень ответственный шаг, — поспешно добавил Барсук. — Все-таки брать под свои знамена кого попало — это рискованный шаг. Но мы постараемся всеми силами оправдать возложенное на нас высокое доверие.

— И мы — не кто попало, — добавила Герда, с упреком глядя на Барсука.

— Ну, что скажешь? — не обращая внимания на девушку, спросил Барсук.

Глаза его горели. Впрочем, Герда тоже смотрела на меня как на икону.

— Восстановление рода — это очень нужная вещь, — кивнул я. — Конечно же я буду рад взять в род Бельских таких замечательных людей как вы!

— Что, правда? — не веря собственным ушам, спросил Барсук.

— Конечно! Я только не знаю всей процедуры принятия вас в род...

— Мы все знаем!

Барсук вытащил из кармана небольшой сверток.

— Нужно просто подписать верительную грамоту, — Барсу протянул мне бумагу.

— Вы уже и грамоту приготовили? — улыбнулся я.

— Если ты не хочешь, то мы конечно поймем...

— Да давай уже!

Парень дрожащими руками протянул документ.

— В канцелярию Императора я сегодня же схожу, зарегистрирую акт. Нас внесут под твоей фамилией в Реестр, информация о том, что у твой род вырос будет размещена на портале, — радостно лепетал Барсук.

— Не это важно, — махнула рукой Герда.

— Верно, — кивнул Барсук. — Главное, что теперь мы часть аристократического рода!

— Ну ты сильно то нос не задирай, — осадила его девушка.

— Слушай, а если мы теперь родня, то нам теперь нельзя получается друг с другом... ну...

— Что еще за «друг с другом»? — нахмурилась Герда. — Ты тут не переоценивай свои силы и влажные фантазии в слух не произноси. Губу закатай!

— Да ладно тебе! Я теперь не просто какой-то парень из бойцовского клуба. Между прочим представитель Бельских, знатной аристократической фамилии!

Герда рассмеялась.

— Ты еще не Бельский, рано крылья расправил. Аристо бумагу не подписал.

Барсук сразу же поник.

Я чиркнул в нужном месте грамоту, торжественно вручил ее обратно Барсуку и сказал:

— Рад приветствовать тебя в роду Бельских. Отныне ты тоже носишь эту фамилию.

— Ух! — только и смог вымолвить Барсук.

Было видно, что от переизбытка чувств он едва не плачет.

Настала очередь Герды. Я так же подписал и ее грамоту, вручил девушке.

— Рад приветствовать тебя в роду Бельских. Отныне ты тоже носишь эту фамилию. Поздравляю!

Герда лишь смогла пропищать:

— Спасибо!

— Отныне мы все — Бельские! — наконец смог проговорить Барсук. Обратился ко мне: — Я, в свою очередь, поздравляю и тебя, Аристо. Твой род растет, хех!

Я был и сам рад тому, что род начал, пусть и очень медленно, но все же восстанавливаться. Ведь это изначально было моим планом. Значит все идет как надо.

— Ребята, спасибо вам за доверие, что решили стать частью рода, но у меня есть еще одно дело.

Я кивнул в сторону двери дома.

— Нужно проверить сестру. Никто трубку не берет.

Я дернул за ручку двери, но та оказалась запертой.

— Никого? — спросил Барсук.

Я пожал плечами. Катя и Холанд должны быть дома. Но дверь заперта.

— Аристо, давай я через окно проникну внутрь? — предложил Барсук. — Оно как раз открыто.

Я глянул на окно — оно и в самом деле было открыто.

— Давай.

Барсук ловко сиганул на подоконник, подтянулся, проник внутрь дома. Через некоторое время дверь щелкуна и распахнулась.

— Милости прошу!

Я вошел в дом, быстро осмотрелся. Картина была странной и настораживала. На полу — рассыпанный кофе, на плите пустая турка. Следы борьбы, разбросанные вещи.

— Не ладное тут произошло, — задумчиво произнесла Герда. — Опять этот урод приходил?

— Не знаю, — пожал я плечами.

Мне хотелось верить, что нет. Но детали говорили о другом.

Зазвонил сотовый телефон.

Я поднял трубку, диспетчер сообщил:

— Аристарх, напоминаю, что через час вас хотят видеть за общим столом на ужине для представления вас общему составу.

— Спасибо за информацию, — ответил я, вновь удившись такому отношению ко мне. — Скоро буду.

— Какой важный, — улыбнулась Герда. — Нужно бежать?

— Нужно, — сморщился я.

— Аристо, не переживай, — приободрил меня Барсук. — Мы ведь теперь одна семья. И долг каждого — помогать другому. Иди по делам, а мы попытаемся выйти на след Кати.

— Уверен?

— Ты не думай, что мы можем кулаками махать, — поддержала его Герда. — Есть и другие способности. Оставь номер своего телефона, а мы позвоним тебе, как что-то обнаружим.

Я, если и сомневался, то не долго.

— Хорошо. Только будьте осторожны. Если это дело рук Рейна, то вы знаете как это может быть опасно.

— Не надо раньше времени сгущать краски, — сказала Герда. — Возможно, Катя просто вышла в магазин.

— Хочется в это верить, — буркнул я. — Ладно, ребята, мне правда пора.

Мы попрощались и я двинул обратно в гарнизон. Меня гложили мысли, от которых не было спасения. Куда делась Катя? Где демон? Что произошло? Почему опять пропали? Рейн? Его рук дело? Сильных магический возмущений не ощущалось в комнате, на него не похоже. Тогда что? Что там произошло?

С этими вопросами, на которые не было ответа, я добрался почти до самого гарнизона. Уже собираясь переходить дорогу, я услышал свист где-то высоко над головой.

Остановившись, я пригляделся.

Серая тень промелькнула в небе и скрылась за наплывающей тучей. Чутье подсказало — опасность.

Не ошибся.

Едва я сделал шаг вперед, как тень с грозным выкриком бросилась на меня.

Я даже не успел увернуться — лишь почувствовал мощный толчок и удар.

Меня отбросило в сторону.

Что за черт?!

Тень вновь вспорхнула вверх, укрылась за тучами, давая мне секундную возможность подняться на ноги.

А потом вновь атаковала.

На этот раз мне удалось в последний момент отразить выпад. Я перехватил руку незнакомца, вывернул ее и...

— Катя?! — только и смог выдохнуть я, видя перед собой сестру.

Вид у нее был пугающий — серая кожа, красные глаза, клыки. Она обратилась в вампира — не того, каких я привык видеть у себя в мире, а благородного, перворожденного, очень сильно похожего на человека.

— Катя, что случилось?

Девушка зашипела, дернулась.

И рывок этот едва не вырвал мне руки из плеч. Сестра была сильна. Что-то подпитывало ее сейчас, но я не знал что именною. Какая-то магия? Или...

Пятна крови на губах подсказали что именно.

— Катя! — я попытался схватить ее, не дать вырваться, но не смог удержать.

Девушка высвободилась, швырнула меня как тряпичную куклу. Взмыла вверх и пошла на меня.

— Катя, приди в себя! — попытался вразумить ее я.

Тщетно.

Сестра не реагировала на слова и желала по всей видимости только одного — схватить меня и доставить к Рейну.

— Аристо! Она... вампир! — раздался вдруг издали возглас.

Ко мне навстречу бежал запыхавшийся Холанд.

— Вампир!

«И без тебя уже понял, что вампир!» — злобно подумал я.

Демон бежал ко мне со всех ног, но явно не успевал. Но чем он мог мне помочь, даже если и смог прийти на выручку вовремя?

Ответил сам демон.

— У меня... нож... магический... дай, я ее...

Что?!

От удивления я выпучил глаза. Секундное замешательство едва не стоило мне жизни. Катя рванула на меня, повалила на землю. Со стороны это выглядело, наверное, весьма двусмысленно. Но мне было не до этого.

— Катя! — прокричал я в самое лицо сестры.

Та только зашипела. И открыла рот еще шире, намереваясь меня укусить и высосать кровь.

Нет, не сегодня!

Я схватил Катю за плечи, отталкивая от себя... и вдруг мне в голову пришла идея. Сестра хотела высосать из меня кровь и лишить силы — а что, если это сделаю я? Ведь такой атрибут у меня теперь есть. Кровь конечно меня не интересует, а вот сила...

Нужно только не перегнуть палку, иначе...

— Сейчас я ее! — это демон уже был на подходе со своим магическим ножом, которым хотел порезать Катю.

Больной ублюдок! Ничего святого. В порыве защитить меня — единственную зацепку к Слезе Дафны, — он готов на все. Что и говорить — демон.

Надо спешить.

Я позволил Кате приблизиться к себе чуть ближе и активировал атрибут.

Глава 6 (том 2)

Ожидая болезненный удар, который был до этого, я сморщился. Но боли не последовало. Вместо нее — приятная обволакивающая теплота. Сила потекла по незримым каналам прямо ко мне.

Катя зашипела сильнее, попыталась вырваться, но я держал крепко, не отпускал.

Блаженство! Иными словами этого состояние было не описать. Я насыщался силой и чувствовал себя лучше некуда.

Теперь я понимал Рейна, будь он неладен! Ощущение что можешь перевернуть горы не заменишь ни каким суррогатом.

— Аристо! Держись! — демон занес оружие над головой.

— Холанд! Нет! — рявкнул я, успевая в последний момент отвести удар ножа.

Я видел, что оружие у демона было необычным, магические флуктуации, идущие от него, сверкали и искрились. Но вопросов где он взял такой ножичек времени не было.

Лезвие полоснуло мне руку, однако отвести основной удар от Кати все же удалось.

Обжигающая боль заставила вскрикнуть. Меня множество раз резали обычным оружием и это ощущается не так — лезвие мягко рассекает плоть, и чем острее оружие, тем меньше боли оно доставляет. Здесь боль была иного порядка. Магические силы создавали ее и ощущения были не самыми приятными.

— Ты что, с ума сошел?! — закричал я, отталкивая демона.

Холанд кубарем полетел прочь.

— Она вампир! — только и смог пропищать демон. — Я хотел тебя защитить!

Хотел он защитить! А сам руку порезал!

Сестра дернулась, вновь попыталась вырваться. Неудачно. Я держал крепко и с каждой секундой сила хватки только росла. Мощь Кати была невероятной. Но атрибут действовал безотказно, с моего первого раза, когда я высосал силу заключенного, его способности только увеличились. Никакого отката. Чистая сила, искрящаяся, пьянящая.

Катя начала биться слабее, ее злое лицо расслабилось, было видно что она сильно устала. Да, значит тактика не подвела. Я забрал всю ее силу и теперь она — вновь обычный человек, сильно уставший, измученный.

Понимая, что могу забрать больше, чем нужно, я с трудом оторвался от Кати. Боги, мне на мгновение даже показалось, что понимаю вампиров и их необоримое испепеляющее желание пить кровь — точно и я так сейчас!

Стоп! Надо вовремя остановиться.

Катя безвольно повалилась на землю.

— Демон, — произнес я, поднимая девушку на руки. — Куда вы пропали?

— Она... она... — только и смог произнести Холанд, побелевший от страха.

— Вижу, что превратилась в вампира. Почему?

— Да откуда же мне знать! Рейн, наверное, ее обратил. Кто же еще?

Да, это версия, плавающая на самой поверхности, была самой правдоподобной. Я взглянул на Катю. Ее жалкий вид заставил даже мое сердце сжаться.

— Что случилось дома? Было какое-то магическое воздействие?

— Да ничего не было! Я хотел кофе сделать, а она, — демон кивнул на девушку, — как кинется на меня! И укусила. А потом борьба началась — еле отбился. А она в окно! Я за ней.

— А нож где такой успел получить?

— У одного придурка взял — в качеств морального вреда, — немного успокоившись, ответил демон.

— Какого еще вреда?

— Не важно, — демон махнул рукой.

— Зачем ты Катю чуть не прирезал? — я схватил Холанда за грудки, как следует встряхнул.

— Говорю же — вампир она! Чуть тебя не сожрала! А ты Слезу Дафны должен достать, тебе нельзя умирать. Ни в коем случае нельзя умирать!

— Демон! — только и смог вымолвить я, едва не метая молнии из глаз от злобы.

Мне и в самом деле казалось, что я смогу метнуть разряд — так меня раздирала и переполняла внутренняя сила.

— Ну чего? — надулся тот.

Он, кажется, тоже начал понимать что с ножом явно перегнул.

— Если бы мне не нужно было спешить, я бы тебя... Ладно, берешь сейчас Катю и дуешь домой.

— Опять с ней вдвоем оставаться?! — вскрикнул в ужасе демон. — Ни за что на свете!

— У тебя нет выбора! К тому же она сейчас ни на что не способна.

— Это еще почему?

— Я забрал ее силы.

— Как это — забрал? — не понял Холанд.

— Не важно.

— А она точно меня не убьет?

— Все будет нормально. Дождись меня — я постараюсь вернуться как можно скорее.

— Куда ты опять ввязался? Я смотрел новости, ты попал в какую-то переделку...

— Холанд, все потом. Сейчас главное — Катя. Держи.

Я осторожно передал девушку со своих рук демону.

Тот принял ее, смутился.

— А это еще что?

— Где?

— На шее, с задней стороны. Глянь.

Демон осторожно перевернул Катю.

Я убрал слипшиеся волосы с шеи девушки. Там, чуть выше впадинки, было... я не знал что это. Какая-то серая шишка, полупрозрачная, с черными сгустками внутри. Словно волдырь от сильного ожога.

Было видно, что странный нарост не является частью тела Кати. Он крепился маленькими жгутиками к шее девушки.

— Ну и гадость! — не сдержался Холанд. — Что это? Какой-то местный вид клещей?

— Думаю это то, что управляло Катей. Бьюсь об заклад — это дело рук Рейна.

— Дай я оторву от нее эту гадость!

— Постой! — я едва успел остановить демона.

— Что?

— Нельзя. Глянь внимательней — там магическая связь, нити очень крепки, пересекают жизненно важные пути и меридианы. Оторвем эту штуковину — убьем Катю.

Холанд присмотрелся. Сморщившись, произнес:

— Верно. Очень крепкая связь. Никогда такого не видел. Что же делать?

Я размышлял. Нужно было во что был то ни стало избавиться от этой штуковины, присосавшейся к шее Кати. Пока у девушки не достаточно сил, она в безопасности. Однако как только ее тонус вернется, эта прилипшая гадость вновь начнет управлять телом сестры. Надо как можно скорее убрать эту штуковину. Только вот как?

— Колдуна бы нам, — хмуро заметил Холанд.

— В этом мире нет колдунов, — буркнул я. — Только маги и врачи... постой!

— Что?

— Есть одна идея!

— Какая?

— Давай, дуй с Катей домой. Я вернусь в гарнизон и постараюсь отпроситься сегодня на ночёвку домой. Есть у меня один знакомый врач, постараюсь его и привести.

— Отлично! — обрадовался демон.

— Все, беги скорее.

Холанд двинул домой, я же направился в гарнизон. Нужно было переговорить с Кнутом и попытаться убедить его отпустить меня. Конечно, с моей стороны это будет наглостью, но ситуация такая, что выбирать не приходится.

Знакомый уже маршрут я преодолел достаточно быстро. Вышел на нужную улицу, двинул по пешеходной дорожке.

И только теперь я почувствовал этот пыльный привкус во рту.

Мне стало тошно. Закачало.

Ох! Кажется, я погорячился, применив атрибут к Кате.

Понимание резкой смены своего состояния пришло довольно скоро. Та сила, которую я выпил, была не простой. Она сплошь состояла из черноты и эманаций ужаса. Не здоровая сила, неправильная. И теперь меня от нее начинало ломать, словно студента, опившегося дешевого самопального вина.

Я с трудом дошел до гарнизона. Встретивший меня диспетчер с подозрением глянул на мой бледный вид, но ничего не сказал.

— Во сколько планируется проведение ужина, на котором я буду представлен остальным коллегам? — вяло спросил я.

От одной только мысли о еде мне стало дурно.

— Это мероприятие перенесли на завтра, — пояснил диспетчер.

— Как?! Мне же...

— Сложились некоторые безотлагательные обстоятельства, Кнут выехал, попросил перенести знакомство. Я еще не успел вам позвонить — все решилось буквально только что.

— Хорошо, — кивнул я. — Ничего страшного.

Эта новость была и в самом деле хорошей. Значит не надо мучиться и сидеть за столом весь вечер.

— Послушайте... — я глянул на бейджик, болтающийся на груди у диспетчера. — Алексей, могу ли я сегодня переночевать дома? Обстоятельства сложились таким образом, что мне крайне и жизненно необходимо...

— Конечно, — кивнул диспетчер, не дожидаясь конца моих объяснений.

— Что, так просто? — не смог сдержать я удивления.

— Ну да. Основное правило — это быть всегда на связи, даже ночью. Ни в коем случае не выключать сотовый телефон, который я вам дал. Если вам позвонят и вы не ответите, то все привилегии тут же снимаются. Здесь нет предупреждений — сразу штрафные санкции.

— Понял, — кивнул я.

— Скажите адрес, я запишу в журнал — и вы можете быть свободны.

Еще пребывая в легком недоумении, я назвал адрес.

— Все, можете идти.

Вот это гарнизон! Вот это порядки!

Конечно, я понимал, что одно нарушение, даже самое незначительное — и все привилегии тут же сгорят. Но привилегии явно перевешивали риски.

— Алексей, еще одна просьба, если можно?

— Какая?

— У вас есть телефонный справочник?

— Нужно найти номер телефона?

— Верно.

— Скажите известные данные, я поищу, — диспетчер сел за стол, пододвинул к себе ноутбук.

Я назвал нужную фамилию и имя.

— Найдем? — с надеждой спросил у парня.

— Конечно, — увлеченно пролистывая окно программы, ответил Алексей. — Вот, записывайте.

Я глянул на монитор — там и в самом деле появился нужный номер.

— Вот это оперативность!

Я набрал нужный номер, дождался когда ответят. Сказал:

— Арини, привет! Это Аристо. Извини за поздний звонок. Нам нужно встретиться.

***

— Слушаю. Кто это?

— Я от Михаила Игнатьевича...

В ответ — внимательная тишина.

— Вы слушаете?

— Да.

— Вам говорит о чем-нибудь это имя?

— Да, я знаю кто это.

— В общем, я от Михаила Игнатьевича. Это он посоветовался обратиться к вам. Мы ведь оба понимаем о чем идет речь?

— Верно.

— Я хотел узнать...

— Мне нужно имя и фото.

— Его зовут Аристарх...

— Не по телефону. Сейчас на этот номер скину электронную ячейку — туда добавите всю информацию. И десятку аванса туда же переведете.

— Десятка?! Не дорого ли?

— Если что-то не устраивает я не заставляю. Можете найти другого исполнителя.

— Хорошо-хорошо, я согласен. Кидайте адрес электронной ячейки, я все предоставлю.

— Договорились.

— Заказ будет выполнен?

— Будет выполнен.

— Мне нужна гарантия.

В ответ — быстрые гудки.

***

— Аристо? — девушка была явно удивлена моему визиту. — Ты позвонил... что-то случилось?

— Еще раз извини, что так поздно, — сказал я.

Мы стояли возле закрытого кафе, в свете уличного фонаря. Арини была по прежнему так же красива, скорые сборы не дали ей возможности накраситься, но это только подчёркивало ее естественную красоту. Да, она была красива, тут спору нет. Я невольно засмотрелся на нее.

По пути сюда я успел набрать Барсуку и Герде — предупредил их, что Катя нашлась.

— Тебе повезло, что я сегодня дома, — улыбнулась девушка обворожительной улыбкой. — Обычно я ночую в общежитии — не люблю быть дома, там отец постоянно пилит и нудит. Да и то, что трубку взяла, а не кто-то другой тоже удача. Так что случилось?

— Арини, нужна твоя помощь. Ты как-то говорила, что учишься на медицинском?

— Да, верно, — кивнула та.

— Нужны твои знания. Моей сестре необходима помощь.

— Что случилось?

Я коротко обрисовал ей ситуацию с Катей, рассказал про странный нарост. Девушка слушала молча, задумчиво.

— Ну, то скажешь? Сможешь помочь?

— Надо посмотреть, так сразу и не скажу. Где она?

— Дома.

— Пошли тогда домой.

— А тебе не влетит?

— Все нормально, отец сегодня в задержится, скорее всего до утра, так что все нормально. К тому же я тебе до сих пор должна за свое спасение, — Арини вновь улыбнулась и мне стоило усилий, чтобы не расплавиться от ее улыбки.

Мы двинули в путь. Пересекли улицу, двинули по тротуару, мимо домов, погрузившихся в сон.

— А ты герой! — первой нарушило молчание девушка. — Я видела сегодня новости. Ты практически на всех каналах, Императора спас.

— Пока не ощущаю себя героем, — хмуро ответил я. — Со скрипом из полицейского участка отпустили.

— Но почему? — удивлению Арини не было предела. — Ведь ты же отвел удар!

— Отвел, но это ничего не меняет, — вздохнул я.

— Не расстраивайся, все будет хорошо.

— Будем надеется.

Мы дошли до дома, вошли внутрь.

Холанд сидел на кресле, опасливо поглядывая на укутавшуюся пледом и свернувшуюся в клубочек Катю, лежащую на диване.

— Как она? — спросил я.

Демон кивнул — спит.

— Знакомься, это Арини, — представил я девушку. — Арини, это Холанд. Мой знакомый.

— Рад знакомству! — тут же оживился демон.

— Это она? — спросила девушка, кивая на лежащую.

— Да.

Арини подошла ближе к лежащей, осмотрела.

— Что-то нужно? — тихо спросил я.

— Не мешайте, — задумчиво ответила девушка.

Мы отошли в сторонку и принялись наблюдать за Арини. Действовала она весьма уверенно, словно была не простой студенткой, а работала уже не один год в больнице.

А еще она обладала атрибутом.

Я это понял, едва она подняла над Катей руки и принялась водить ими. В тот же миг из ее пальцев полилось слабое розоватое свечение.

— Видал? — шепнул удивленно демон.

Я показал ему жестом молчать.

— Помогите перевернуть, — попросила Арини и мы осторожно положили Катю на живот.

— Слишком мало сил, — напряженно произнесла девушка, водя руками в воздухе. — Но это не главная беда. Силы накопятся. А вот эта штука... — она кивнула на нарост. — Что-то из разряда черной магии. Причем очень хорошо сплетенная.

— Сможешь убрать?

Арини задумалась. На ее гладком ровном лбе проявилась морщина.

— Попытаться конечно можно, но...

— Попытайся, — я подошел к девушке ближе, взял ее за плечи. — Я прошу тебя, попытайся.

— Хорошо. Мне нужна горячая вода и кое что для проведения магических практик.

Мы собрали все, что попросила Арини.

— Теперь отойдите и не мешайте. Ко мне подходить только в том случае, если я позову.

Мы отошли и принялись наблюдать за действиями девушки.

Арини начал со стандартного приготовления, выровняла магический фон, настроила потоки силы. Холанд даже хмыкнул — что за банальщина? Я вновь ткнул демона в бок локтем, тот сразу же затих.

Девушка тем временем начала создавать магический конструкт, который я раньше до этого никогда не видал. Что-то необычное, но безусловно академическое — в каждом штрихе и сцепке чувствовалась долгая отточка и школа. Такие заклятия действовали безотказно.

Арини вскинула руки и из ее пальцев вдруг вырвался целый сноп искр.

— Ух! — не сдержал эмоций демон.

Я приподнялся с места, чтобы лучше видеть происходящее. Нарост на шее Кати вдруг начал мелко подрагивать, а внутрь полупрозрачного тельца начал шевелиться какой-то сгусток.

— Живой! Он живой! — одними губами зашептал демон и мне пришлось его опять усмирять.

Арини начала лечение.

Из принесенной аптечки она извлекла бинты и сделала несколько повязок. Потом попросила столовый нож.

— Желательно самый острый, — уточнила девушка.

— Ты уверена? — с сомнением спросил я, протягивая нож.

— Случай тяжелый, но что-то подобное мы проходили на третьем курсе. Инородная биологическая жизнь. Паразит. Но не простой. Он управляет разумом девушки.

Я кивнул.

— Так и есть.

— Кто это ее так?

— Есть один негодяй, с которым нам еще предстоит поговорить.

— Ладно, это дело не мое, — Арини взяла нож, начала его заговаривать.

Магические заклинания ложились ровными слоями, превращая обычную сталь в магический артефакт. Девушка знала свое дело.

— Вижу воздействие извне, — напряженно сказала Арини. — Кто-то лишил сущность сил — это и спасло девушку. Это тыт сделала? — девушка глянула на меня.

Я вновь кивнул.

Бровь Арини чуть приподнялась, она посмотрела на меня как-то иначе, но с явным уважением.

Закипела работа.

Магические конструкты один за одним ложились на Катю, то окутывая ее словно паутиной кокона, то едва прикрывали, будто тонкой вуалью. Под потолком комнаты то и дело искрилось и цокало. Арини достала из кармана небольшой магический камень и с помощью него принялась выводить потоки силы.

Мы следили за ней, как завороженные, лишь иногда переводя взгляд на Катю. Сестра иногда вздрагивала, будто ей снился кошмар, потом затихала.

Так продолжалось довольно долго.

— Теперь самое сложное, — прошептала Арини.

Волосы ее слиплись на лбу, но она уже не обращала на это внимания.

Девушка была поглощена процессом.

— Нужна помощь? — тихо спросил я и Арини кивнула.

— Подержи тут.

Я подошел к Кате, осторожно взял ее за плечи.

— Держи голов у- чтобы не дернулась. А я удалю инородный организм.

— Это не опасно? Там же связи...

— Я их обездвижила и заморозила. Пока заклятие не развеялось надо отсекать.

— Хорошо, — после некоторого сомнения произнес я.

Арини взяла нож, который к этому времени уже напитался магическими эманациями и одним ловким отточенным движением отсекла отросток. Получилось у нее это так умело, что я невольно подивился профессионализму Арину — будто это она делала каждый день.

Арини и сама не ожидала от себя такого и потому, когда желеобразная гадость шмякнулась в тарелку, нервно хохотнула.

— Перевязать? — спросил я, глядя на окровавленную рану.

— Да, — Арини быстро взяла себя в руки и продолжила операцию.

Вскоре все закончилось.

— Теперь ей нужен только покой, — переведя дыхание, сказала Арини. — Все получилось как по учебнику. Все будет нормально.

— Спасибо большое, — я на радостях приблизился к девушке и приобнял ее.

— Да не за что, — смущенно ответила она.

Но из объятий не вырвалась.

— Сколько времени понадобиться, чтобы она пришла в себя? — спросил я.

Мне хотелось поговорить с сестрой и выяснить все. Пора было ставить точку с этим Рейном, он слишком далеко зашел.

— Думаю, к завтра уже сможет ходить. Ей нужны покой и силы. Бульон с утра будет в самый раз.

— Да, я сварю.

Я глянул на часы и присвистнул. Был уже третий час ночи.

— Родители тебя, наверное, убьют, — сказал я. — Прости, что задержал тебя так поздно.

— Ничего страшного, — ответила Арини. — Я же говорю, тебе сегодня повезло — отца не будет до самого утра. Он даже не кинется моей пропажи. Опять всю ночь будет играть в карты и придет такой усталый и пьяный. что едва ли что-то поймет. Не переживай.

— Если хочешь, то можешь остаться у нас, — предложил я и сам удивился собственной наглости. — На улице темно, да идти далеко. Но если не хочешь, то я конечно же тебя провожу.

Арини смущенно улыбнулась.

— Я останусь. Чертовски устала.

— Конечно! Я постелю тебе в своей комнате, а сам лягу на диван в зале, — я глянул на диван.

Там, свернувшись калачиком, уже во всю сопел Холанд.

— М-да...

Арини тихо рассмеялась.

— Ладно, лягу на пол.

— Я не хочу создавать вам неудобства, — всполошилась Арини.

Ее глаза, и без того широкие, красивые, стали огромными.

— Ты не создашь нам неудобства.

Еще не понимая что делаю, я приблизился к Арини. Приятный мягкий аромат тела девушки, ее пота и цветочных духов еще больше опьянил меня.

Я взял девушку за плечи и потянул на себя.

Арини не сопротивлялась.

Ее тело словно воск стало горячим и податливым.

Магические атрибуты, притихшие до времени, вдруг взбурлили с невероятной силой — мы готовы были уничтожить друг друга словно две галактики, встретившиеся на пути. Но мы направили всю свою мощь в иное русло.

Я завел ладонь за шею девушки, потянул ее на себя.

Арини издала тихи стон, закрыла глаза.

Мы слились в жарком поцелуе.

Это продолжалось целую вечность, незабываемую вечность. Разум окончательно потонул в пожаре. Я потянул Арини, она ловко запрыгнула на меня, обвила ногами тело.

Мы стали медленно подниматься на верх, в мою комнату.

Арини была права — сегодня мне везло.

Уснули мы только под самое утро.

Глава 7 (том 2)

Поспать пол часа перед самым рассветом все равно что предложить рюмку пива гуляке — от похмелья не избавит, напротив, только сильнее раззадорит. Кажется, я только окунулся в сладостные грезы отдыха, как кто-то тут же безжалостно вырывает тебя из них.

— Твою мать! Кто же так набардачил?! — голос раздался снизу и не нес в своих интонациях ничего хорошего. — Тут слон прошелся что ли?

В тоне отчетливо послышалась угроза. Слыша такую фразу от человека, коты безошибочно определяют, что надо от греха подальше спрятаться под диван и не высовываться оттуда, чтобы не отхватить веником.

Холанд так и сделал. Беспардонно вошел ко мне в комнату в образе кота и забрался под кровать.

— Блохастый! — просипел я, пытаясь продрать глаза.

— Я пока тут посижу, — мякнул тот в ответ.

— Вы что тут, вечеринку устраивали что ли? А это еще что на столе лежит? — последняя фраза была уже больше удивленной. — Какие-то сектантские ритуалы что ли проводили? ЧТо за окровавленные бинты? И нож? Аристо, твою мать, что тут произошло?!

Я протер лицо. Готов поклясться — веки мои заскрипели словно несмазанные ставни.

Черт, как же хочется спать!

Но осознание того, кто там внизу ругается живо согнало сон. Катя!

Я подскочил с кровати, начал поспешно одеваться.

— Аристарх... — еще один женский голос, доносящийся с кровати.

— Арини, — я обернулся.

Неужели не приснилось? Нет, все так и есть.

— Доброе утро, — произнес я и подошел к девушке.

Она поцеловала меня в губы.

— Доброе утро.

Из-под кровати выполз кот и удивленно глянул на Арини.

— Какой пушистик! — умилилась девушка.

Кот с выпученными глазами глянул на меня.

Я отмахнулся — мол, не до тебя сейчас.

— Аристо! — а это уже Катя крикнула.

— Сестра! — испуганно подскочила Арини.

Мы живо оделись, спустились вниз.

— Аристо... — Катя растерялась, увидев меня не одного.

— Привет, — произнес я, внимательно глядя на девушку. — Как ты себя чувствуешь?

— Будто всю ночь меня били. Наверное, простыла, — девушка насторожилась. — А что такое?

— Ты ничего не помнишь? — спросил я.

— Какие-то ты странные вопросы задаешь, — отмахнулась девушка. — Лучше бы представил меня своей подруге. И предупредил бы заранее, что у нас будут гости, я бы хоть прибралась. И сготовила что-нибудь вкусненькое.

— Знакомьтесь, Катя — это Арини. Арини — это Катя, моя сестра.

Девушки любезно пожали друг другу руки.

— Катя, надо поговорить, — я подошел к девушке ближе.

По моему тону она поняла — разговор будет серьезным.

— Хорошо. Пошлите за стол, я чайник поставлю.

Мы сели за стол, некоторое врем молчали. Я не знал как начать разговор. Помогла Арини.

— Катя, как вы себя чувствуете? Головные боли беспокоят? — спросила она докторским тоном, не терпящим никаких увиливаний.

— Слабость очень сильная, — ответила сестра. — А так вроде все в порядке. Голова болела, но не сильно. А что случилось?

— Ты ничего не помнишь? — спросил я.

Она задумалась.

— А что именно? Помню, что вчера осталась с твоим другом Холандом — он должен был посидеть со мной, пока ты был на турнире. Кстати, как он? Как прошли бои?

— Это потом, — ответил я. — А еще что помнишь?

— Помню, что беседовали с Холандом. Но как в тумане. Потом... ничего не помню. Наверное. Уснула.

— Катя, ты что-то помнишь, связанное с Рейном?

Знакомое слово заставило девушку невольно вздрогнуть.

— Он... приходил тогда. Я была... была у него в плену? — она вопросительно глянула на меня.

Я кивнул.

Сестру гложил страх.

— Ничего не помню — все в каком-то плотном тумане. Ты можешь мне объяснить что случилось?

Я не стал скрывать от сестры ничего — рассказал все. От Арини тоже не хотелось ничего скрывать. Девушки слушали молча, и лишь их вытянутые лица говорили о том, что они очень сильно удивлены.

— Так вы убрали с меня эту гадость? — спросила Катя, когда мой рассказ был закончен.

— Убрали, — кивнула Арини. — Это было очень сложно, но мы справились. Помог атрибут Аристо. На слабых потоках силы этот неизвестным нам организм впал в подобие анабиоза, чтобы сохранить энергию. Тогда-то мы его и ампутировали.

Катя сморщилась.

— А вампиризм — это что, в самом деле правда?

Я вновь кивнул.

— Ужас! Как же такое может быть?!

— Вполне может, — ответила Арини. — Редкая особенность, но встречается. Обычно это связано с те, что один из родителей полувампир.

Мы с сестрой вопросительно переглянулись.

— Вполне возможно, что это очень сильно подавлялось — не даром же ты, — она кивнула на Катю, — не знала о своей особенности до этих дней. Подсознательно борола в себе это.

— И что же, мне теперь кровь пить? — девушка едва не плакала.

— Нет конечно! — улыбнулась Арини. — Есть специальные таблетки, ничего страшного. Достаточно пить их и инстинкты достаточно быстро сойдут на нет. Я могу выписать рецепт — у мен есть разрешение на отпуск рецептов третьей категории.

Арини достала из сумочки отрывной блокнот, заполнила один листик и протянула Кате.

— Спасибо! — сказала та, принимая рецепт.

— Аристо, мне на учебу пора, — немного застенчиво произнесла Арини.

— Да и мне на работу тоже надо, — я встал, подошел к Арини.

— На работу? — удивилась Катя.

— Да, — кивнул я. — Потом расскажу.

Я записал на листике номер телефона.

— В случае чего — звони сюда, я сразу же отвечу.

Потом поцеловал Арини и и двинул в гарнизон.

***

— Неплохо-неплохо, — Кнут одобрительно покачал головой.

Неплохо? Парень явно не хотел признавать мои успехи — а они были невероятными. Даже я, скептически относящийся к быстрым наработкам техники, понимал — все проходит очень гладко.

Каждая новая практика, которую демонстрировал Кнут, повторялась мной в точности. Возможно, сказывался опыт прошлой жизни. А возможно и новое тело имело хорошую предрасположенность к боевым урокам.

Я чувствовал, а самое главное понимал, как устроены техники. Их внутреннее содержание раскрывалось в моем разуме и тут же впитывалось, словно влага в горячий песок.

Перестраивалось тело. Укреплялись мышцы. Закалялись меридианы.

Некоторые из бойцов смотрели на меня с завистью. Им боевая наука давалась не так гладко. Но в основном все радовались моим успехам.

«С такими темпами и атрибут не за горами», — сказал один из наблюдавших и я вдруг отчетливо ощутил — внутри меня и в самом деле что-то зрело, какой-то незримый порог, переступи который, я вышел бы на новый уровень. Точно так же произошло и в тот первый раз, когда я невольно создал первый атрибут — Поглотитель Силы.

— Неплохо, — повторил Кнут.

Я отер взмокший лоб, сдержанно поклонился.

— Неплохо? — Анна Бергер, присутствовавшая на тренировке, удивленно посмотрела на Кнута. — Не слишком ли скромно для оценки таких результатов?

Бергер приехала в гарнизон к обеду, застав нас за тренировками. Она часто посещала нас, порой заезжая по два раза на дню. И внимательно следила за нашими успехами, иногда даже делая пометки в небольшом блокноте.

— Неплохо — не то слово, чтобы оценить успехи мальца.

На шее Кнута заиграли желваки.

— Перехваливать тоже не стоит, — сухо заметил он.

— Он только что повторил технику Полуночного Огня — от начала до конца, все семь уровней прошел. И ты считаешь что это неплохо?

Кнут не нашелся что ответить.

Анна была права. Полуночный Огонь дался мне с трудом — сложные моменты заставили попотеть. Но в итоге я все же смог повысить свою силу. Стремление как можно скорее вернуть все прошлые успехи было самым лучшим мотиватором.

— Успехи просто потрясающие! — продолжила Анна.

— Слишком быстрые прокачки могут привести...

— Сергей, брось, — махнула рукой Бергер. — Мы с тобой прекрасно знаем, что ничего плохого не будет.

— Но теория...

— Практика важнее, — уже жестче перебила его Анна.

— Как скажете, — стиснув зубы, произнес Кнут.

— Злишься? — с прищуром спросила Анна. — Зависть — плохое качество бойца.

— Я не завидую.

— Правда? И даже то, что парень, — она кивнула в мою сторону, — уже сейчас выполняет нормативы, которые ты сдал к третьему курсу? А ведь ты считался самым лучшим бойцом.

— Считался? — брови Кнут поползли вверх.

Ярость, моментом вспыхнувшая в его глазах, тут же потухла — Кнут умел держать себя в руках.

— Считаешься, — поправилась Анна. — Но не это сейчас важно. Я о другом.

— Я не завидую. Радуюсь. Что может быть лучше, когда ученик превосходит учителя? — с грустью произнес Кнут.

— Сергей, я хочу тебе сказать одну важную вещь, — Анна подошла ближе к парню. — Все мы здесь — одна команда. И мы не соревнуемся друг с другом. Мы идем вместе. Если кто-то вышел вперед — это заслуга не его, а его команды. Значит каждый из членов команды вместе с ним вышел впепед, даже если стоит позади своего товарища. Пойми это.

— Я понял.

— Вот и хорошо. А теперь мне надо поговорить с нашим новичком.

Она кивнула в мою сторону.

— Нам закончить занятия? — любезно поинтересовался Кнут.

— Нет, продолжайте. Я просто выкраду на несколько минут его.

— Аристо, иди, — кивнул Сергей.

Я поклонился, подошел к Анне.

— Давай пройдемся, — предложила она.

Мы неспешным шагом двинули по каменной тропинке, окруженной с двух сторон орешником.

— Твои успехи меня очень радуют, — начала разговор Анна.

— Благодарю, — я вновь поклонился.

— Это значит, что я не прогадала насчет тебя. На самом деле я никогда не ошибаюсь насчет потенциала бойцов. Могу с легкостью сказать про каждого чего он может достичь. У каждого есть определенный лимит, за который не выйдет.

— И каков же мой лимит? — не сдержал я любопытства.

— Его нет, — ответила Анна. — По крайней мере, я его не вижу.

— Даже так? Наверное, он все же есть, просто...

— Я не ошибаюсь. Один из моих атрибутов как раз в этом и заключается — я могу видет внутреннюю энергию человека.

Теперь стал понятен смысл слов Кнута, который говорил, что Анна Бергер редко ошибается в людях.

— У вас есть атрибут? Я думал...

— Мой род — аристократический, — с гордостью и долей надменности произнесла девушка. — И возможности получить атрибут имеются. Мой был со мной с самого рождения.

— Понятно, — ответил я.

— А еще ты стал настоящей звездой.

— Как это? — я растерялся.

Анна загадочно улыбнулась.

— Видео с твоим рывком и спасением Императора облетело всю страну. Тебя показали по всем каналам. И тебя хотят видеть многие влиятельные фигуры.

— Не совсем понимаю, о чем вы.

— Дело в том, что многие подумали, будто бы ты мой личный охранник. И твоя слаженная работа укрепила во многих убежденность, что за тобой как за каменной спиной. Ты — спец. Профи высшего порядка. А безопасность в наше время очень дорогого стоит. И поэтому за тебя готовы платить кругленькую сумму.

— Это и будет теперь моей работой?

— Верно. Телохранитель — вот кто теперь ты. И первое твое задание будет обеспечить безопасность на трех предстоящих концертах оперной дивы Фионы Введенской. Признаться, она предложила очень хорошую сумму денег чтобы именно ты был рядом с ней.

— Хорошо, я готов.

— Выбери для помощи двоих людей из отряда, с кем будешь работать — они будут твоими руками. Сам же не отходи от оперной дивы ни на шаг. В последнее время у нее какая-то мания — ей повсюду мерещатся маньяки и убийцы.

Анна покрутила пальцем у виска.

— В осенне-весенний период у Введенской особенно часто случаются такие подозрения. Но поет она конечно выше всяких похвал. Нота си в третьей октаве — это многого стоит. Ты любишь музыку?

Я неопределенно кивнул.

— Вот заодно и насладишься высоким искусством. Так что давай, действуй. Диспетчер тебе даст всю необходимую информацию и амуницию. Если понадобится что-то дополнительно — тоже проси у него.

— Я бы хотел уточнить еще один вопрос, — произнес я, остановившись.

— Какой?

— Андрей. Вы обещали помочь ему.

Анна скривилась.

— Аристо, там не все так просто. Придворного мага опросили, как ты и просил. Он много чего наговорил, чем еще больше запутал следствие. Сейчас назначили ряд экспертиз, которые в скором времени должны провести с подследственным. Какие-то остаточные эманации, следовые отпечатки заклятий, магические флуктуации и туманности — кучу всего. Я в этом, признаться, не особо разбираюсь. Как только выдадут окончательное заключение можно будет говорить более конкретно.

— Вы обещали, что поможете, — напомнил я.

— Я уже помогаю, — с легким раздражением ответила Анна. — Если бы не я, никакого допроса придворного мага не было бы. Тайный советник не особо хотел церемониться с твоим другом.

— Хорошо, — кивнул я. — Спасибо вам за помощь.

— Ладно, хватит болтать. Не теряй времени, начинай сборы.

Я поклонился, уже двинул в дом, как Анна меня окликнула.

— Аристо, будь осторожен.

***

Тучная женщина преклонных лет, со вторым подбородком, похожим на коровье вымя, при каждом движении трясущимся как желе, в платье, украшенном тысячью страз и камней, такого ядовито-яркого цвета, что при одном только взгляде рябит в газах.

Именно такой я представлял себе Фиону Введенскую.

Почему? И сам не знаю. Стереотипное мышление нарисовало именно такую женщину. Может, потому что она была оперной дивой, а все оперные дивы должны быть такими — необъятными, грузными? Все-таки чем больше диафрагма, тем мощнее звук.

Но я понял, как же глубоко заблуждался, едва увидев Фиону.

Лет ей было двадцать, двадцать пять — не больше. Стройная, высокая брюнетка, с большой грудью, одета в черную кожу. Увидь такую в другом месте даже и не предположил бы, что она может петь. Вот танцевать на танцполе до утра — это да.

Фиона была словно пленный окружена с двух сторон костюмершей и визажистом, но держалась отстраненно и холодно, глядя на всех сверху вниз.

Лицо ее отвечало всем требованиям золотого сечения и являлось идеальным, от которого скульпторы и художники вне сомнения были бы в полном восторге. Овальное, белое как мрамор, с ярко-красными припухлыми губами, точеным носиком, широкими карими глазами и открытым гладким лбом. Удивительная. Невероятная. Сводящая с ума. Тысячами эпитетов наградили ей газетчики в своих статьях. А уж от поклонников и проходу не было.

Я невольно засмотрелся на нее.

Не удивительно, что она боится за свою жизнь. Наверняка в миллионной армии ее поклонников найдётся ненормальный, который сделает ее объектом своего вожделения и во что бы то ни стало захочет завладеть кумиром.

— Почему посторонние в гримерке? — выдохнула Фиона, даже не посмотрев в мою сторону.

Тон ее голоса был надменным.

— Я спрашиваю: почему посторонние в гримерке?

Ко мне тут же рванули две тетки весьма грозного вида. У одной в руке был огромный фен, у другой — ощетинившаяся словно еж расческа.

— Дива автографы не дает! — закричала одна.

— Пошел прочь! — рявкнула другая.

Я едва успел увернуться от их на удивление ловких выпадов. Было видно, что отбиваться от поклонников дивы им было не впервой.

— Я по делу! — выдохнул я, изо всех сил держась, чтобы не продолжить схватку и не сделать тетке с феном подсечку.

Хотя очень хотелось.

Диспетчер выдал мне необходимые документы — бумагу о направлении на служение, удостоверение охранника. А еще дал оружие — «макс вальтер» последней модели, экзамен на пользование которым я успел сдать чуть ли не в первый день пребывании в гарнизоне.

Я поколебался, но потом все же показал удостоверение. Хотя руки чесались сперва вытащить оружие.

Тетки уставились в документ.

— По какому еще делу? — прорычала одна тетка, с феном в руках.

— По поводу охраны Фионы Введенской, — ответил я.

— Клара, брысь! — произнесла Фиона таким тоном, будто отпугнула кошку.

Тетка тут же затихла, отошла к столу.

Введенская наконец соизволила глянуть на меня. Посмотрела, словно на букашку.

— Добрый день! Я Аристарх Бельский, по поручению Анны Бергер, — представился я как можно более строгим тоном.

Фиона молчала, продолжая меня осматривать — от этого взгляда мне стало не по себе, словно какой-то товар на прилавке выбирала.

— Худоват, — наконец произнесла она свой вердикт.

— Какой есть, — пожал я плечами.

— Ну да, какой есть, — томный голосом повторила дива.

Мы некоторое время молчали — Фиона продолжала смотреть на меня, а я не знал, что еще сказать.

— Так значит это ты спас Императора? — спросила оперная дива, потеряв ко мне всякий интерес, отвернувшись к зеркалу и продолжив наносить макияж.

— Спас, — коротко ответил я.

Меня начало раздражать все это. Я быстро сообразил, что эта Введенская еще та дамочка, с характером, и спокойной жизни мне не видать.

— Ваше милейшество.

— Что? — не понял я.

— Спас, ваше милейшество. Когда отвечаешь говори так.

Я удивленно глянул на Фиону. Но та не шутила, говорила серьезно.

— Хорошо, — скрипя зубами, ответил я.

Фиона зыркнула на меня.

— Хорошо, ваше милейшество, — поправился я.

— Нет, так не надо, — вдруг сказала она. — Из твоих уст это звучит как ругательство. Лучше «несравненная и единственная». Или нет, лучше...

— Лучше давайте я буду выполнять свою непосредственную работу, а называть — как вам будет угодно, — вас будут ваши помощницы, — я кивнул на теток.

Те едва не зашипели по-змеиному.

Фиона вновь посмотрела на меня, уже с любопытством.

— С характером? Сработаемся. Можешь начинать.

— Вы подвергались конкретным угрозам раз решили прибегнуть к помощи телохранителя? — спросил я, пряча удостоверение.

Фиона замерла — перестала даже краситься.

— Клара, Люда — брысь!

Тетки привычно шмыгнули за дверь.

Введенская повернулась ко мне, сделала шаг навстречу.

— Подвергалась ли я конкретным угрозам? — почти театрально произнесла с придыхом она. — Конечно подвергалась! Да мне после каждого концерта приходят письма с угрозами.

— Каким способом приходят?

— Как каким? В цветах конечно же! В букет кладут записку, а в ней... — Фиона промокнула сухие глаза. — Такие ужасы!

— А можно взглянуть на эти записки?

— Вы что, думаете я храню их что ли?! Я их тут же уничтожаю! Такая гадость не должна оскорблять мой взор.

— В полицию обращались?

— Нет, не обращалась, — холодно ответила Фиона.

— Так может быть следовало бы?

— Давайте вы не будете давать мне советов? Ваша работа защищать меня, а не вопросы задавать. Вот и защищайте. А то сами как полицейский стали.

— Хорошо, как вам будет угодно, — кивнул я.

И тяжело вздохнул — работенка предстояла непростой.

— Идите, — махнула рукой дива. — Мне еще накраситься надо и подготовиться к вечернему концерту.

Я с удовольствием вышел из гримерки.

Две тетки злобно зыркнули на меня, юркнули в комнату.

Диспетчер дал мне довольно понятные разъяснения по поводу того, что мне предстоит делать.

«Просто будь всегда рядом. У этой мадам не все в порядке с головой — мерещатся по всюду убийцы, которые ее хотят убить. Так что охранять больше не ее придется от людей, а людей от нее — чтобы не на кого ненароком не кинулась».

И вот теперь, стоя в кулуарах Большого Белого театра, я отчетливо понял, что именно имел ввиду диспетчер гарнизона.

Впрочем, поклонников и в самом деле хватало. Они умудрялись прорваться сквозь охрану театра, найти какие-то лазейки и подступы, протиснуться через декорации и технические этажи, и все лишь для того, чтобы оказаться чуть ближе к кумиру.

Я отогнал нескольких прыщавых старшеклассников, которые умудрились пробраться почти до самой гримерки дивы. Те благоразумно не стали лезть на рожон и ретировались.

— Аристарх!

Я вновь вошел в комнату.

— Звали?

— Да, звала, — кивнула Фиона, закатив глаза. — У меня раскалывается голова. Это все из-за нашего с вами разговора. Вы утомили меня. Принесите мне воды, чтобы запить таблетку.

Я глянул на стол, на котором стояло несколько непочатых бутылок.

— Вот же вода.

— Это не та! — Капризно воскликнула дива. — Мне нужна без газа — а эта с газом!

— Вы уверены, что хотите, чтобы я отходил от вашей гримёрку, оставляя вас наедине с фанатами?

Фиона вдруг замешкалась.

— Ничего, переживу, — тряхнула она головой. — Не маленькая, переживу.

Я пожал плечами.

Радовало только одно — все это не навсегда, всего три концерта, которые надо продержаться. Сегодня будет первый. После завтра — второй. И третий — на выезде в другом городе.

Я спустился с лестницы на первый этаж. Быстрым шагом дошел до автомата с водой, взял бутылку. Начал подниматься обратно.

— Простите, Аристарх Бельский! Постойте! — окликнула меня вдруг вахтерша, с которой я успел познакомиться, когда только шел на встречу с Фионой Введенской.

Я оглянулся.

— Что случилось?

Женщина не спеша подошла ко мне, гордо потрясывая шиньоном, сказала:

— Дело в том, что вас спрашивал один молодой человек, — вахтерша укуталась сильнее в мышиного цвета шерстяную шаль.

— Какой еще молодой человек?

— Он не назвался, но сказал, что должен переговорить с вами — по очень важному делу. Он назвал вашу фамилию и потому я разрешила ему зайти и подождать вас в холле.

Я насторожился.

— Где он сейчас находится? — спросил я, незаметно сунув руку в пиджак и расстегивая кобуру пистолета.

— Ждет вас в Зеленом холле, — ответила вахтерша. — Там, где совсем недавно поменяли обивку гостиного дивана на великолепный синий велюр. Аристарх, я вас прошу, если ваш знакомый сел на диван — попросите пересесть. Я не могу отойди от поста, а велюр очень дорогой. Для знатных гостей.

— Хорошо, — кивнул я. — Обязательно попрошу.

— И скажите, чтобы не трогал руками мраморных амуров — пятна от пальцев так тяжело оттираются. И мечи не трогайте, которые на стенах висят. Их полиролью только что обработали! — вслед мне крикнула вахтерша.

Я быстро поднялся по лестнице, завернул в нужный холл.

Чутье подсказало — увижу я там и в самом деле уже знакомого мне человека.

Не ошибся.

— Ну вот и встретились вновь, — произнес гость, поднимаясь с велюрового дивана.

— Встретились, — прищурился я.

Передо мной стоял Рейн.