Небесная Искра 11. Финал

Глава 262. За мной надежды всех погибших миров!

Немезида предстал перед Ивором в всей красе своего истинного облика — как колоссальный космический титан, закованный в сверкающие доспехи из чистой изумрудной энергии. Его размеры были поистине невообразимы — Немезида возвышался над галактиками, затмевая собой звезды. От одного его взгляда содрогалось пространство. Это был воплощенный Абсолют, взирающий на всё сущее с бесконечным превосходством.

Напротив него предстал Ивор, тоже принявший свой истинный облик. Он представлял собой огромный сгусток темной энергии с длинными волосами цвета космической пустоты и сверкающими глазами-звездами. Черная броня оплетала его могучее тело.

— Я признаю тебя, Ивор с Мирового Древа, — пророкотал Немезида. — И буду биться с тобой на равных.

С этими словами он ринулся в атаку, сотрясая основы мироздания. Их столкновение вызвало колоссальный взрыв энергии, ослепительной вспышкой озаривший космос.

Началась битва титанов, не имеющая прецедентов по своему размаху. Ивор и Немезида обменивались ударами с такой скоростью и силой, что само пространство не выдерживало напряжения титанических энергий. Оно рвалось и искажалось вокруг сражающихся колоссов.

Казалось, эти два существа абсолютно равны по мощи. Их атаки с отчаянной яростью обрушивались друг на друга, высекая фонтаны искр. Ни один не желал уступать противнику ни на йоту.

Однако внезапно Немезида пробил защиту Ивора, и его кулаки обрушились на противника с неистовой мощью. Ивор принимал этот град ударов, отлетая все дальше.

— Вселенная должна обновляться, подобно любому организму! — ревел Немезида. — Расти, цвести и умирать! Лишь так достигается равновесие!

Он с силой ударил Ивора в грудь, отшвырнув того в сторону. Затем Кластерное Божество прыгнуло следом, не позволяя Ивору даже шевельнуться.

Немезида схватил Ивора за плащ и раскрутил его, словно тот ничего не весил. Центробежной силы хватило, чтобы отбросить юного Первородного далеко в сторону. Ивор пробил спиной плотное пространство одной из галактик, оставив в ней глубокий след.

Не давая ему опомниться, Немезида выбросил вперёд ладони. Между ними закрутилось невероятное количество изумрудной энергии, которая вытянулась, формируя неестественно длинный двузубец, на острие которого была собрана мощь, способная стереть с лица мироздания любое непокорное существо.

— Прими свою участь, как и все до тебя! — проревел Немезида, метая эту грозную технику в Ивора. — Рок Бесконечности!

Копье полетело вперед, стремительно разрастаясь в размерах его зубцы переплелись между собой, образуя знак бесконечности.

Ивор рванул в сторону, но двузубец словно последовал за ним и, не позволив уйти, вонзился в плечо, пригвоздив юного первородного к одной из горизонтальных галактик.

— Арргхх! — взревел Ивор от боли.

Двузубец словно простирался на все видимое пространство, как огромный луч, который не позволял Ивору шевельнуться.

— Эйра, как это возможно?! У меня ведь сейчас нет материального тела! — мысленно воскликнул Ивор.

— Это копье создано из чистой энергии Немезиды, — ответила Эйра. — Оно может наносить вред даже твоей энергетической форме.

Ивор схватился за копьё, пытаясь выдернуть его, но тут Немезида мелькнул в пространстве, оказавшись рядом. Он обрушил на Ивора град мощных ударов, не давая тому и шанса ответить.

— Глупец! — пророкотал Немезида. — В своем невежестве вы, смертные, ослеплены иллюзией свободы. Но на самом деле никто не свободен! Все вы — рабы Великого Мироздания, подчиняетесь его воле!

Он продолжал наносить сокрушительные удары. Двузубец треснул и разрушился, как и галактика за спиной Ивора. Космический колосс явно превосходил юного Первородного в силе и мастерстве. Каждое его движение было рассчитано с невероятной точностью, лишая Ивора малейшей возможности контратаковать.

«Он слишком быстрый и опытный», подумал Ивор.

В какой-то момент ему удалось уловить момент и он стал уходить от атак, используя все свое мастерство, чтобы избегать прямых ударов Немезиды. Каждый удар рассыпался мириадами искр, озаряя пространство вспышками энергии. Два титана сталкивались в поединке, исход которого решит судьбу мироздания.

Немезида внезапно остановился и сложил очень необычный знак в воздухе. Перед ним возникла пульсирующая зеленая сфера, которая стремительно разрасталась в размерах. Это была гравитационная аномалия колоссальной мощности, способная стереть с лица вселенной даже самые массивные объекты.

— Каждый путь заканчивается лишь смертью, каким бы долгим он ни был. За что ты сражаешься? Ты все равно не сможешь жить вечно! — произнес Немезида, посылая эту технику в Ивора.

Но юный Первородный был готов. В последний момент он уклонился от атаки и выбросил ладонь вперед, перехватывая контроль над аномалией. Приложив колоссальные усилия и выбрасывая великую мощь пустоты, Ивор заставил её сменить траекторию.

Гравитационная сфера взмыла вверх и разорвалась там, высвобождая бешеную энергию. Огромное изумрудное кольцо прокатилось по Высшему Космосу, озаряя все вокруг зловещим светом.

Немезида недовольно нахмурился. Он явно не ожидал, что этот юнец сумеет перехватить и отразить его атаку.

— Неплохо. Ты и вправду талантлив, юный Первородный, — констатировал Немезида. — Жаль только, что твой дар будет поглощен.

— Мой дар — это не только сила! — ответил Ивор. — Это стремление защитить то, что мне дорого! И пока во мне горит этот огонь — ты не получишь полной победы!

Он сжал кулаки, собираясь продолжить эту схватку. Ивор знал — он всего лишь отсрочил неизбежное. Немезида намного превосходил его в мастерстве и силе. Но юный Первородный был полон решимости сражаться до конца. Может не ради всего громадного Мирового Древа, но точно ради Звездочки, Ради Ольги и маленькой Юли, которые ждут его дома.

Тем временем Немезида лишь презрительно усмехнулся в ответ на пламенную речь Ивора.

— Пустые слова. Твоя гибель неизбежна, юнец.

Немезида сосредоточился и начал плести очередную грандиозную технику. Вокруг него закружились потоки изумрудной энергии, пульсируя и переливаясь. Эти нити сплетались в гигантскую сеть, напоминающую паутину.

По мере того, как Немезида вплетал в неё всё новые нити, сеть разрасталась до невероятных размеров. Вскоре она заполнила собой весь видимый космос вокруг, переливаясь зловещим сиянием. Это была поистине грандиозная техника, исполненная с невероятным мастерством.

— Попробуй вырваться из моей Паутины Миров! — пророкотал Немезида, посылая эту ловушку прямо на Ивора.

Но юный Первородный был готов. В последний момент он вытянул раскрытую ладонь и выкрикнул:

— Нова, вперёд!

Из нее вырвалась огромная чёрная барсица, сотканная из пульсирующей энергии Пустоты. Она с ревом бросилась на Паутину Миров, разрывая её своими когтями и клыками.

Нова прорвала эту технику насквозь, превратив в облако рассеянной энергии. Затем она прыгнула на самого Немезиду, целясь зубами ему в горло.

Однако, Кластерный Бог равнодушно выставил руку, хватая Нову за холку.

— Жалкая техника, — презрительно бросил он, отбрасывая чёрную барсицу в сторону и посылая следом десяток изумрудных игл, которые заставили ее тут же исчезнуть.

Но тут раздался голос Ивора прямо у него за спиной:

— Это техника моего мира! И я пронес ее сквозь долгие годы, закаляя словно сталь!

Немезида обернулся и увидел, как Ивор выбрасывает в его сторону огромный сгусток энергии, собранный в обеих ладонях. Удар настиг врасплох даже его, заставив отшатнуться.

— Хельхейм!

По огромному пространству разлетелось множество белоснежных перьев. Каждое перо было заряжено колоссальной силой света, готовой разорваться в любое мгновение.

Ивор толкнул Немезиду прямо на одно из перьев. Раздался оглушительный взрыв, отбросивший Кластерное Божество к следующему перу. Так Немезиду начало швырять из стороны в сторону, превращая в игрушку разрушительных взрывов.

В конце Ивор сам ринулся на врага с яростным криком. Он схватил обессилевшего Немезиду и потащил вниз, пробивая его телом звёзды и галактики.

Однако Немезиде удалось вырваться и отшвырнуть Ивора в сторону.

— Со мной сила тысячи вселенных, которые не смогли тебя победить. Но на этот раз, я с помощью их силы сокрушу тебя!

Они ринулись друг на друга, их кулаки, наполненные колоссальной энергией сверхновой, врезались в лица друг друга.

Небывалое сражение двух титанов продолжалось. Казалось, само пространство содрогается от их ударов. Но Ивор уже почувствовал слабину и, самое главное, он видел, что техники Немезиды не бесконечны.

— Сдохни! — выкрикнул Ивор, выпуская Нову для очередной атаки. Чёрная барсица вцепилась Немезиде в бок, вырывая куски энергии.

Хотя раны тут же затягивались, Ивор чувствовал — каждая из них отнимает частичку силы у Немезиды. А у него их было не бесконечно много, в отличие от Ивора, чья энергия будто бы лилась через край.

Постепенно Ивор менял тактику. Его удары становились всё точнее, нацеленные на слабые места Немезиды. А тот лишь отступал под этим натиском, пытаясь защититься.

«Ещё немного… Совсем чуть-чуть!» — думал Ивор, чувствуя, что победа близка.

Его ярость и жажда справедливости придавали сил. Он должен победить ради всех, кто отдал жизнь ради этого сражения.

Ивор собрал всю свою мощь для решающего удара. Его крик эхом разнесся по Вселенной, когда он вонзил кулак прямо в грудь Немезиде. За спиной юного Первородного сияли тени тех, кто шёл с ним до конца этого пути.

Раздался оглушительный треск. Сначала разрушилась броня, а следом за ней и тело Немезиды распалось на мириады осколков, озарив космос яркой вспышкой.

Ивор тяжело выдохнул, возвращаясь туда, где находился Род.

— Я сделал это! — воскликнул он. — Я…

Но радость Ивора была прервана резкой болью — что-то острое проткнуло его сзади насквозь. Он обернулся и увидел целого и невредимого Немезиду с изумрудным клинком в руке.

— Глупец! Ты и вправду думал, что способен одолеть того, кто создал три вселенных? — проговорил Немезида, вынимая клинок.

Ивор пошатнулся, чувствуя, как сила покидает его. Эйра в его разуме встревоженно сообщила, что он теряет энергию с катастрофической скоростью.

— Что ты сделал?! — прохрипел Ивор, с трудом удерживаясь на ногах.

— Я лишь забрал то, что тебе не принадлежит по праву, — ответил Немезида. — Ты получил силу, с которой не способен совладать. А теперь умри!

Он поднял над головой ладонь, образуя в ней огромную спиральную галактику. Она, словно округлое лезвие быстро вращалась и готова была разрезать юношу пополам.

Немезида замахнулся, обрушивая эту чудовищную мощь на Ивора.

Но внезапно перед юным Первородным возник Род, закрывая его собой. Он скрестил руки, принимая на себя весь удар галактики.

— Род! Что ты делаешь?! — воскликнул Ивор.

— То, что должен был сделать давно, — ответил Первородный. — Долгие эоны я скитался в плену страха и отчаяния. Но ты вернул мне веру и надежду, Ивор. Победи любой ценой! Пусть твоя победа станет маяком надежды для всех миров! И кто бы ни пришёл после — ты должен сокрушить и его!

Не успел Ивор ничего ответить, как галактика в руках Немезиды пробила защиту Рода, раскинув его руки в стороны. Мощный поток энергии перерезал тело Первородного пополам.

— Ха! Даже великий Род готов пожертвовать собой ради этого юнца! Ты и правда уникальный случай! — расхохотался Немезида.

Однако Род не погиб. Собрав последние силы, он выхватил галактику из рук Немезиды и вонзил её прямо в его тело. Из дыры хлынули потоки изумрудной энергии.

— Вот… моя последняя сила… она теперь твоя! — прошептал Род, передавая всю энергию Ивору.

Его тело начало рассыпаться, превращаясь в звёздную пыль. Но вся мощь Первородного хлынула в Ивора, исцеляя его и возвращая утраченную силу.

Энергия все больше и больше наполняла тело юноши.

Теперь истинный облик Ивора вырос до гигантских размеров, намного превосходя Немезиду. Его глаза полыхнули яростью.

— Этот бой ещё не окончен! — проревел Ивор так, что задрожали звёзды.

Он раскинул руки по сторонам, собирая в ладонях плотный сгусток чистой Пустоты. Этой силы хватило бы, чтобы стереть с лица вселенной тысячи миров.

Немезида в ярости зарычал в ответ, также концентрируя всю свою мощь для решающей схватки.

Великий Космос содрогнулся, когда их кулаки столкнулись в оглушительном ударе. Энергия вырвалась наружу, вызывая волны искажений пространства.

Глава 263. Страхи Величайшего Божества.

Их кулаки сошлись в оглушительном столкновении, вызвав волны искажений пространства. Немезида отскочил назад и сложил мистический знак.

— Техника Тысячи Звезд! — проревел он.

Тысячи ослепительных вспышек пронеслись сквозь Высший Космос, оставляя за собой хвосты из чистой энергии. Они стремительно неслись на Ивора со всех сторон, готовые пронзить его насквозь.

Но Ивор был готов. Он выбросил вперед ладони, выпуская два мощных потока Пустоты. Они поглотили большую часть звезд, а остальные Ивор отразил вихрем чистого Света.

— Твое величие ничто перед моим стремлением! — крикнул Ивор в ответ.

— Тогда попробуй остановить мою Бездну Хаоса!

Немезида вытянул руки по сторонам, и вокруг него образовалась гигантская воронка из закрученной энергии. Это была настоящая бездна, затягивающая в себя все на своем пути.

Но Ивор вовремя использовал технику Танец Теней. Его тело распалось на сотни копий, которые закружились вокруг бездны. Благодаря этому, настоящий Ивор смог увернуться от ее затягивающего действия.

— Хитро, но этого недостаточно!

Немезида хлопнул в ладони, и вокруг Ивора возникли огромные кулаки из чистой энергии. Они начали обрушивать на него град сокрушительных ударов со всех сторон.

Пытаясь уклониться, он потерял почти все свои копии, но в последний миг Ивор выпрямился и выпустил ломаные лучи света, которые пронзили эти кулаки, растворив технику на зеленое мерцание.

Не теряя ни мгновения, он бросился вперед, собирая в руках энергию пустоты, которая тут же распространилась по его руке.

— Истинное Касание Чернобога! — крикнул Ивор.

Он вытянул руку, но в этот раз техника была настолько сильной, что позади Ивора появился силуэт самого Чернобога. Тот коснулся Немезиды пальцем, и Кластерное Божество ощутило невыносимую тяжесть, словно на него обрушилась вся мощь Пустоты разом.

Немезида пошатнулся, теряя концентрацию. Ивор воспользовался этим, чтобы нанести несколько точных ударов и отбросить противника назад.

— Невозможно… Откуда у тебя столько силы и мастерства? — прорычал Немезида. — Ты превзошел даже Рода!

Громадное тело Ивора мелькнуло в пространстве, появляясь рядом с Немезидой. Его кулак вновь покрылся пустотой и с яростной силой обрушился туда, где должно быть лицо Кластерного Бога.

— Всю свою жизнь!

Снова Ивор растворился, появляясь в другом месте и нанося удар с другой стороны.

— Каждый бой!

Прыжок. Удар.

— Я рос! Становился опытнее!

Снова уклонившись от выпада Немезиды Ивор вскинул руку, вот только на этот раз там была сила не Пустоты, а Созидания. Она мгновенно разрослась громадной паутиной, создавая громадную сияющую перчатку прямо на руке Первородного. Снова тяжело размахнувшись, он влетел в Немезиду, обрушивая на него колоссальную мощь своего удара.

— Я всегда делал это прямо во время боя. И в этот раз будет точно также! Я ни за что не отступлю и одолею тебя!

Он чувствовал, как с каждой минутой его могущество только возрастает. Сила Рода, что тот передал ему в последний момент, придавала Ивору все больше уверенности.

— Развитие и рост, в конце концов, ведут к гибели. Так устроено мироздание.

Внезапно Немезида выпрямился, отразив атаки Ивора и откинув его в сторону.

Его аура резко уплотнилась, концентрируя всю мощь Кластерного Божества. Пространство вокруг задрожало от его истинной силы еще больше, чем ранее.

Немезида сложил невероятно сложный знак, от которого пошли трещины по всей ткани реальности. Ивор мысленно стиснул зубы.

— Нет, я не дам тебе это сделать! — крикнул Ивор.

Он выбросил обе руки вперед, собирая всю имеющуюся энергию. Черно-фиолетовые линии Пустоты сплелись с потоками золотого Света. Эта комбинированная атака на всей скорости ринулась на Немезиду, не дав ему завершить технику.

Произошел колоссальный взрыв, ослепивший весь космос. Титанические силы столкнулись друг с другом, создавая безумно яркое сияние. И не успело оно потухнуть, как Ивор увидел надвигающийся на него силуэт. Удары посыпались со всех сторон.

Ивор перешел в оборону, уклоняясь от яростных атак Немезиды. Кластерное Божество обрушивало на него град ударов со всех сторон, не давая и шанса на контратаку.

Ивор уворачивался с невероятной ловкостью, описывая замысловатые траектории в Высшем Космосе. Он то рассыпался тенями, то уплотнял тело, но этого было недостаточно. Раз за разом Немезида настигал его.

В какой-то момент Ивор заметил нечто странное — по колоссальному телу Немезиды прошла легкая рябь, точно по воде. Эйра тут же прошептала в его разуме:

«Ивор, это шанс! Я чувствую — Немезида практически неуязвим в своем энергетическом облике. Но где-то внутри прячется его настоящее, человеческое тело. Если добраться до него — можно победить!»

Ивор тихо выдохнул в ответ:

«Так вот почему мои атаки так плохо на него действуют. Но если у Немезиды есть человеческое тело, значит…»

«Нет, то что ты видел в начале — лишь образ, но где-то глубоко внутри него, возможно в другой ткани реальности, есть настоящее тело».

«Значит мы достанем его!»

Они снова сошлись в ожесточенной схватке, обмениваясь ударами, от которых содрогалось мироздание. Но внезапно Немезида вновь выхватил свой изумрудный меч и нанес им стремительный удар.

Лезвие вот-вот должно было проткнуть Ивора насквозь. На этот раз рядом не было Рода, чтобы исцелить его после смертельного ранения.

Но в последний момент Ивор принял свой человеческий облик, рассеивая энергетическое тело Первородного. Теперь он казался совсем крошечным на фоне гигантской фигуры Немезиды.

Тот от неожиданности промахнулся, а клинок пролетел мимо.

Не теряя ни мгновения Ивор схватился за ткань реальности и потянул на себя. Его хрупкое тело мгновенно рассыпалось на космическую пыль, которая очень быстро устремилась прямо в грудь Немезиды.

Она рассеялась прямо у его груди, впитываясь в тело Немезиды.

Кластерный Бог заметил это лишь в последний момент, но вместо испуга расхохотался. Ведь осознал замысел Ивора:

— Глупец! Ты решил победить меня в моем же сознании? В мире, где я имею еще большую власть! Найти мое настоящее тело? Хитро придумано, но абсолютно тщетно!

Ивор почувствовал, как его сознание проваливается в бездонную черноту. Это было похоже на погружение на самое дно океана — такая же тяжесть и давление со всех сторон.

Но внезапно чернота сменилась бушующим пламенем. Ивор увидел огромную Вселенную, полностью охваченную адским пожаром. Миры горели, их обитатели кричали в предсмертной агонии. Это была Вселенная, одна из многих, которую Немезида когда-то уничтожил.

В самом центре этого кошмара находилось человеческое тело Немезиды. Оно восседало на огромном троне посреди горящего мира. Ивор устремился туда, но его внезапно швырнуло обратно.

Это был мужчина лет тридцати на вид, с длинными темными волосами и резкими чертами лица. Его тело было мускулистым и подтянутым, как у закаленного воина. Когда-то давно это, должно быть, был сильный и волевой человек.

Однако сейчас на этом теле отпечаток оставили века, проведенные в плену собственной силы. Кожа Немезиды была бледной, почти серой. Глаза запали, а губы потрескались.

— Ты не пройдешь! — раздался громовой голос Немезиды.

Теперь вокруг Ивора возникли сотни ловушек из чистой энергии. Они напоминали капканы для диких зверей и паутины гигантских пауков. Каждая из этих ловушек была смертельно опасна.

Ивор уворачивался от них, ускользал, рассекал тенями. Его путь лежал сквозь этот адский огонь, и юноша отчаянно рвался вперед. Он видел цель — трон с человеческим телом Немезиды.

Ивор игнорировал голос Немезиды, который раздавался отовсюду. Он продолжал упорно продвигаться сквозь море ловушек и пламени. Его одежда превратилась в лохмотья, тело покрылось ожогами, но Ивор упрямо летел вперед.

В какой-то момент он оказался настолько близко, что достаточно было протянуть руку, вот только…

Все пространство вокруг Ивора мгновенно погрузилось в кромешную тьму. Раздался насмешливый голос Немезиды:

— Ты и впрямь думал, что так просто доберешься до меня? Наивный ребенок! Ты вошел в моё энергетическое тело и тем самым подписал себе приговор!

Тьма вокруг Ивора начала меняться, превращаясь в череду ярких видений.

Сначала он увидел великолепный мир, купающийся в лучах тёплого солнца. Это была райская планета, покрытая густыми лесами и изумрудными океанами. Её обитатели были прекрасны и счастливы. Их города сияли под ласковым небом.

Но внезапно на этот рай обрушились потоки бушующего пламени, сжигая всё на своём пути. Ивор услышал предсмертные крики миллионов существ, чьи тела скручивались в агонии. Запах палёной плоти проник в его ноздри.

Затем тьма наступила снова, но лишь для того, чтобы в следующий миг смениться новым видением.

Теперь Ивор увидел мир, залитый спокойным серебристым светом. Его обитатели были высокими и стройными, с лицами, исполненными высшей мудрости, и острыми ушами, устремленными вверх. Они парили в воздухе, творя прекрасную музыку.

Но прямо на глазах у Ивора эти существа начали корчиться и извиваться. Их тела покрылись струпьями и язвами, плоть гнила и опадала кусками. Зловоние разложения наполнило воздух, заставляя задыхаться.

Снова чернота, сменившаяся очередным видением. На этот раз перед Ивором предстал мир, населённый огромными разумными насекомыми. Точно такими же, какие были в армии Немезиды. Они возводили грандиозные сооружения и ткали кружева из тумана.

Но внезапно их панцири начали трескаться и распадаться, а из тел посыпался раскаленный пепел. Мир этих существ погрузился в бесконечные смертельные путы.

Ивор ощущал всю боль этих умирающих миров. Он чувствовал то, что чувствует каждое погибающее существо. Ему казалось, что его собственное тело рвут на части. Оно горело, покрывалось ядовитыми струпьями, рушилось, разбивалось. И эта боль была настолько невыносимой, что можно было сойти с ума. Боль не одного человека, а сотен, тысяч миров, которые канули в небытие.

Внезапно сквозь кошмар прорвался знакомый голос:

«Ивор! Не поддавайся! Он показывает тебе то, что делал когда-то, дает ощутить эти боль и страх. Прошу тебя, возьми себя в руки!»

Это была Эйра. Её голос напомнил Ивору, кто он и зачем здесь.

«Ты должен сохранять ясность рассудка! Не позволяй образам одолеть тебя! Твоя сила — в разуме и воле! Именно они властвуют здесь».

Ивор сосредоточился, собираясь с мыслями. Эйра была права — здесь важнее сила духа, а не тела. Он стиснул зубы, пытаясь абстрагироваться от видений агонии.

И действительно, они начали тускнеть и размываться. Яркие картины смерти сменились призрачными силуэтами, а затем и вовсе исчезли.

Вокруг снова наступила чернота. Но теперь Ивор не поддавался страху или отчаянию. Он сосредоточил всю силу воли, чтобы разорвать эту череду воспоминаний. Точно также, как делал когда-то со своими видениями.

Внезапно тьма вокруг него пошла рябью и начала распадаться, точно ткань. Сквозь образовавшиеся разрывы проглядывало пламя той самой Вселенной, что Ивор увидел первой.

— Ты не сможешь держать меня здесь вечно! — закричал Ивор. — И выгнать меня тоже не сможешь. Остается только встретиться со мной лицом к лицу!

Он прыгнул вперёд, пробиваясь сквозь остатки иллюзии, которая таяла под напором его воли.

Ивор вновь очутился среди бушующего пламени, охватившего умирающую Вселенную. Гигантский трон с телом Немезиды возвышался впереди.

Но на этот раз Ивор не спешил бросаться в атаку. Вместо этого он осмотрелся по сторонам. И тут из языков пламени начали формироваться уродливые твари.

Это были кошмарные порождения разума Немезиды — полуматериальные чудовища с выпученными глазами, капающими слюной клыками и длинными когтистыми лапами. Они соткались из огня и дыма, окружив Ивора плотным кольцом.

Чудовища злобно рычали, готовые разорвать юношу на части. Ивор почувствовал их голод и ненависть, исходящие от этих тварей. Но он не собирался паниковать.

— СТОП! — громко крикнул Ивор, выбрасывая ладонь вперёд.

И вся эта кошмарная сцена застыла на месте, точно кадр на паузе. Чудовища зависли в воздухе, так и не долетев до Ивора. Даже языки пламени перестали полыхать, превратившись в неподвижные отроги.

Ивор довольно усмехнулся и неспешно направился к трону Немезиды сквозь это застывшее море ужаса. Его воля теперь полностью подчинила себе этот мир внутри разума Немезиды.

Когда Ивор приблизился к трону, тело Немезиды внезапно пошевелилось. Его глаза приоткрылись, и взгляд упёрся в Ивора.

— Что ты сделал? — прошипел Немезида. — Как ты посмел?!

— Похоже, моя воля сильнее твоей, раз я смог остановить этот мир, — усмехнулся Ивор. — Твоё царство духа слабеет, Немезида!

Действительно, над головой Немезиды клубилась тёмная дымка сомнений и страхов. Ивор это ясно видел и решил воспользоваться моментом.

— О, что я вижу! Даже у великого Кластерного Бога есть свои слабости! Ты боишься, что я разрушу всё, чего ты добился. Или может… чего-то другого?

Ивор стремительно шагнул к трону и вцепился рукой в голову Немезиды. Тот дёрнулся и схватил Ивора за запястье.

— Ты умрёшь здесь, так и не вернув себе тело! В мире моих мыслей и воспоминаний!

Но Ивор лишь довольно улыбнулся в ответ:

— Нет уж, сегодня смерть обойдёт меня стороной. А вот тебе придётся столкнуться с собственными ужасами!

Он впился пальцами в виски Немезиды. Их сознания словно слились воедино.

Мир вокруг закружился бешеным водоворотом. Перед глазами Ивора и Немезиды пронеслись сотни образов — воспоминаний, надежд и грез Кластерного Бога.

Наконец всё замерло. Ивор обнаружил, что находится в огромном мраморном дворце с позолоченными колоннами. Это место излучало величие и роскошь.

Высокие сводчатые потолки покоились на рядах массивных колонн. Между ними висели шикарные гобелены, украшенные вышивкой золотой нитью.

Пол был вымощен мрамором, чья отполированная поверхность переливалась, как зеркало. Отовсюду доносился шелест многочисленных фонтанов, чьи струи били вверх из чаш, инкрустированных драгоценными камнями.

Ивор не спеша двинулся по огромному мраморному залу, внимательно разглядывая всё вокруг. Повсюду виднелись символы власти и могущества некоего великого существа.

На сверкающих гобеленах были вышиты невероятные сцены и просто неописуемые существа. Один представал в образе огромного светящегося существа, похожего на человека с шестью массивными золотыми крыльями. Его руки были воздеты к небесам, а из ладоней струился поток живительной энергии, окутывая пустоту и порождая новую жизнь.

Он прошел чуть дальше, остановившись у другой картины. Другие существа на ней тоже были крылатыми, хоть и меньшего размера. В центре возвышался самый могущественный из них, в руке он сжимал огненный меч. Рядом с ним находились трое почти таких же могучих крылатых, в руках у которых были копьё, лук и книга.

«Словно валькирии, но ощущение, что в десятки раз сильнее…», подумалось Ивору.

Дальше гобелены изображали необычных существ, похожих на огромные колеса, усеянные множеством глаз и окружённые парой крыльев. Их венчали длинные остроконечные короны. Такие же крылатые существа, но выглядящие как львы и быки с невероятно мудрыми человеческими лицами.

Задумавшись, Ивор подошёл к одному из многочисленных фонтанов, чтобы умыться. Наклонившись над чашей, он увидел в зеркальной глади воды отражение юноши с изумрудными глазами и властными чертами лица.

Это был молодой Немезида, его лицо светилось гордостью и уверенностью в собственном величии.

«Значит, это воспоминания самого Немезиды», — понял Ивор.

Но не успел он продолжить свои мысли, как оглушительный голос прозвучал прямо в его ушах. От него не то, что кровь стыла в жилах, все внутри съеживалось до состояния крохотных песчинок. Этот голос был не просто властным. Он сам по себе источал бесконечное могущество.

— Немезида, сын мой! Я хочу видеть тебя!

Глава 264. Воспоминания Кластерного Божества.

Ивор отошел от фонтана, возвращаясь в громадный мраморный дворец. Он поднял голову и увидел необычайно чистое и ясное небо над собой. Но вокруг не было ни единого человека, только пустые коридоры, колонны и шелест фонтанов нарушали тишину.

Ивор попытался отыскать путь к тем самым чертогам, куда таинственный голос вызвал Немезиду. Юноша бродил по изумительным залам, рассматривая вычурные украшения и роскошь, которая царила здесь.

В какой-то момент к нему подошло странное существо с четырьмя лицами. У него было лицо льва, быка, орла и человека. На спине виднелись огромные переливающиеся крылья. В сознании Ивора тут же возникло слово «херувим». Он не знал, откуда, но точно знал, что это херувим.

Существо склонило свои четыре головы в почтительном поклоне:

— Юный господин, прошу, пройдемте со мной. Ваш отец ожидает вас.

Он протянул к Ивору свою лапу с длинными когтями. Но тело Немезиды, в котором находился Ивор, дернулось само по себе и резко отбросило эту лапу.

— Я прекрасно знаю, чего хочет отец! — прозвучал голос Кластерного Бога

Ивор наконец понял, что он лишь заточен в теле и воспоминаниях Немезиды. И теперь уже не владеет этим телом.

Тем временем Немезида шел по длинным коридорам, пока не миновал их и не вышел к гигантским резным вратам. Под ними простирался широкий мост из облаков, устремленный ввысь.

Сами врата были инкрустированы драгоценными камнями и золотом. На них красовались изображения неведомых существ и сцены творения каких-то миров. Эти врата явно вели в священные чертоги. Но кто же был отцом Немезиды.

Внезапно у Ивора словно кольнуло сердце. Он осознал, что возможно Немезида далеко не самый великий и опасный противник.

У врат его встретил высокий Серафим с шестью огромными белоснежными крыльями, сложенными за спиной. Его волосы сияли золотом, а черты лица были столь острыми и выразительными, что можно было легко спутать его с идеальной статуей. Глаза юноши были неестественно желтыми.

— Отец слишком многое позволяет тебе, Анафиил, — сурово произнес Серафим. — Даже зовет тебя тем именем, которое ты сам себе выбрал. Но на этот раз ты перешел все границы. Уверен, скоро он лишит тебя своей милости. Даже у нашего великого отца есть терпение, а любовь его не безгранична.

Лицо Немезиды исказилось от ярости. Он резко рванул вперед и схватил Серафима за одежды. Его изумрудные глаза встретились с желтыми. К его удивлению, Ивор увидел там страх. Сложно было представить, что этот рослый многокрылый человек, от которого исходит невероятно тяжелая аура боялся Немезиду, который выглядел сейчас, как обычный юноша, чуть младше двадцати.

— Легко говорить тебе, Метатрон! — прошипел Немезида. — Ведь ты первый и самый любимый сыночек. Но не забывай, кто обладает наивысшей силой среди Серафимов! Знай своё место! Или же ты хочешь вновь позорно проиграть мне в поединке чести?

Метатрон лишь отвернул лицо, а Немезида гордо прошествовал к вратам. Они медленно раскрылись перед ним, явив взору длинный мост из света и облаков, что тянулся далеко вверх.

Ивор чувствовал, как сердце Немезиды колотится, но не от волнения, скорее от злости. Что-то важное должно было произойти там, наверху. Юноша старался запомнить каждую деталь, чтобы понять, каково прошлое Немезиды и почему он так поступает.

Ведь если его действия — это лишь приказ отца, тогда настоящий враг Ивора именно он. И существо это явно куда более могущественное.

Он шел очень долго по этому светящемуся мосту. Внизу расстилалась бесконечная Вселенная со множеством миров и галактик. Ивор чувствовал, как Немезида любуется этим зрелищем. Он явно гордился тем, что все эти миры принадлежат его отцу.

Впереди замаячили еще более грандиозные врата, окруженные сонмом ангелов и херувимов. Их пение наполняло пространство, сливаясь в единую гармонию. Это место излучало такую мощь, что, казалось, еще немного — и реальность не выдержит и лопнет, как мыльный пузырь.

Немезида шагнул сквозь эти врата в обитель своего отца.

Он оказался на огромной платформе из чистого переливающегося облака. Вокруг простирались небесные просторы невероятной красоты — россыпи звёзд, туманности, галактики. Это место казалось воплощением гармонии и покоя.

В центре находился громадный трон из света. На нём восседало величественное существо, целиком сотканное из сияющей энергии. Оно излучало мощь настолько колоссальную, что казалось, будто само пространство гнётся и искривляется вокруг него.

Ивор никогда не видел чего-то столь великолепного и могущественного. Удивительно, что сила этого существа не несла в себе тяжести или опасности, она даровала душе некое тепло и благоговение, какое невозможно было испытать просто так.

Это был Владыка Парагон — Творец мироздания. Его огромные крылья сияли и переливались разными цветами. Длинные волосы струились, словно световые ленты. Лик Парагона излучал доброту и мудрость, а глаза сверкали как две едва рожденные звезды.

Ивор почувствовал, что это существо связано со всем сущим — пространством, временем, светом, жизнью. Он не просто сотворил всё это своей волей. Парагон и сам был всем этим.

И самое страшное осознание было в том, что победить такое существо невозможно. Ведь Парагон на самом деле и есть это мироздание. Пойти против него — всё равно что пойти против самой реальности.

Тем временем Немезида опустился на одно колено перед троном и с полной покорностью произнёс:

— Владыка Парагон, я прибыл по твоему зову.

Раздался лёгкий смешок в ответ:

— Уже даже не «отец»? Что ж, быть может, и мне стоит обращаться к тебе как Анафиил, а не тем именем, что ты избрал для себя?

— Нет, отец, — исправился юноша. — Я лишь хочу стоять на собственных ногах, а не опираться на твоё величие. Поэтому я выбрал себе другое имя, не то, что даровал мне ты.

Парагон понимающе кивнул в ответ:

— Я уважаю твоё стремление к самостоятельности, сын мой. Однако то, что ты творишь втайне от меня и братьев, абсолютно недопустимо.

Немезида ожидал этого. Он знал, что такое не сможет оставаться в тайне слишком долго.

— Сталкивать вселенные друг с другом в надежде породить новую жизнь… Это необычный метод, но очень опасный, — продолжал Парагон.

— Но отец! То, что делаешь ты и братья — это не для меня. Этот путь очень медленный и скучный. У меня достаточно сил, чтобы сдержать огромные потоки энергии. Зато та жизнь, что зародится, вберет в себя все лучшее от жизней двух вселенных, что я столкнул.

— И заберет их. Играть судьбами миллиардов жизней — великий грех, — строго сказал Парагон. — Ты должен понимать, что любые действия имеют последствия. А баланс мироздания хрупок.

Ивор почувствовал, что Немезида сильно расстроен. Его мысли были хаотичными. Тогда как его браться с радостью помогали отцу в его трудах, Немезиду тяготили бесконечные циклы творения.

— Я вижу, ты не похож на Камаила и Метатрона, — кивнул Парагон. — Тебя не привлекает созидание, как их. Но такова наша суть — хранить равновесие, а не разрушать его. Мы должны поддерживать жизнь, а не отбирать ее. Сеять гармонию, а не хаос. Созидать, а не разрушать. И не важно сколь однообразным это может быть.

Немезида медленно поднялся и посмотрел на отца. Парагон же продолжил.

— Каждая жизнь бесценна. И ты должен беречь их, а не использовать, как пешки в своих экспериментах. Это принесёт лишь разрушения.

— Я не собираюсь следовать этим догмам. Отец, неужели ты не видишь, как застоялся ты и мои братья? Я жажду иных открытий и знаний. Пусть даже если ради этого придётся нарушить несколько правил. Ведь только так можно по-настоящему познать мироздание!

Эти слова разозлили Парагона. Он хлопнул дланью по подлокотнику трона, и громовой раскат прокатился эхом по Вселенной.

— Я возлагаю на тебя большие надежды, сын! Но если ты продолжишь этот опасный путь, то рискуешь навлечь на себя великое зло! Подумай о благе мироздания, а не о своих амбициях.

Немезида тоже вспылил в ответ:

— Ты просто не желаешь, чтобы я превзошёл тебя, ведь я уже превзошел самого старшего! Ты боишься моего потенциала!

— Хватит! — рявкнул Парагон. — Уходи и не возвращайся, пока не одумаешься. Я жду от тебя верного решения, Немезида. Не разочаруй меня вновь.

С этими словами он взмахом руки выбросил Немезиду прочь из своей обители. Тот полетел сквозь пространство, сжигаемый гневом и обидой.

Взор Ивора застлала тьма, но тут же ее сменило новое воспоминание.

Теперь Ивор наблюдал глазами уже более взрослого и могущественного Немезиды.

Тот парил в открытом космосе, взирая на зрелище двух сталкивающихся Вселенных. В своем очередном безумном эксперименте Немезида решил проверить, что произойдет, если силой воли сблизить два отдельных мира с разными законами.

Последствия этого оказались поистине катастрофическими. Когда две вселенные столкнулись, начался настоящий Армагеддон. Пространство само по себе разрывалось в местах их соприкосновения, порождая огромные разломы.

Из них наружу хлынули потоки чистой энергии, сжигающей всё на своём пути. Планеты разлетались вдребезги, звёзды взрывались сверхновыми. Целые галактики крошились от столкновения с чужеродной материей.

Миры обоих вселенных погружались в хаос и разрушения. Их обитатели гибли в страшных муках от этой катастрофы. Для них настал самый настоящий конец света. Их предсмертные крики эхом разносились до самого космоса.

Вот только… Это зрелище невероятно восхитило и очаровало Немезиду. Он с наслаждением впитывал потоки энергии, высвобождаемые в результате этой катастрофы. Ведь каждая гибнущая жизнь означала выброс духовной силы.

Впервые Немезида почувствовал себя по-настоящему живым. Ему доставляло истинное удовольствие наблюдать муки этих миров в их предсмертных судорогах. Он как никогда остро ощущал вкус бытия.

И Ивор с ужасом чувствовал это наслаждение, что захлестывало, так называемого Кластерного Бога, словно эйфория.

Но внезапно раздался гневный возглас:

— Анафиил, брат мой! Что же ты творишь?! Остановись!

Это был Сабриель — один из Серафимов, братьев Немезиды. И именно он был Кластерным Божеством этих вселенных.

Однако Немезида и не думал останавливаться. Он продолжал жадно впитывать потоки энергии из обреченных миров. И тут впервые его некогда светлая сущность окрасилась в зловещий изумрудный оттенок.

— Ты нарушаешь заветы отца, брат мой! Я вынужден остановить тебя силой!

Разгневанный Сабриель принял свой истинный облик — огромного Серафима, чьё тело полностью состояло из пылающего пламени. Его сотни крыльев раскрылись, затмевая собой мириады звезд. Он ринулся в атаку на Немезиду, дабы положить конец этому кошмару.

Однако Немезида даже не удостоил его своим истинным обликом. Вместо этого он сотворил в руке изумрудный клинок и мгновенно оказался перед Сабриэлем.

— Меня зовут Немезида! И я есть Возмездие! — прошипел он.

С этими словами Немезида безжалостно пронзил грудь брата своим клинком, вытягивая всю его силу. Сабриэль лишь успел распахнуть глаза в ужасе, прежде чем его могущественное тело начало обращаться в прах.

— Возмездие всем вам, за то, что посмели скрывать от меня то, что можно получить столь огромную силу. Впервые я прозрел. И я получу власть, которая и не снилась моему отцу!

Так Немезида пролил кровь своего собрата ради большей силы. Ивор чувствовал, что он перешёл черту, за которой нет пути назад. Теперь Немезида выбрал путь разрушения и смерти.

В очередной раз воспоминания сменились.

Тысячи тяжелых цепей оплетали тело со всех сторон, не давая даже вздохнуть.

Ивор понял, что находится в облачных чертогах Владыки Парагона. Вокруг стояли сотни Серафимов и Херувимов с оружием наготове. Все они с ненавистью смотрели на него.

— Предатель! Мерзавец! — слышались возгласы со всех сторон.

Вперед вышел сам Владыка Парагон. Его величественное лицо было искажено гневом.

— Анафиил, как ты посмел?! — громогласно воскликнул он. — Ты пролил кровь собственного брата ради силы! Ты обрек на мучения миллиарды невинных жизней!

— Я сделал то, на что вы не отважились! — выкрикнул Немезида в ответ. — Вы все — рабы устаревших догм! Вы боитесь по-настоящему использовать свою силу!

— Это безумие, а не сила! — рявкнул один из Серафимов по имени Камаил. — Ты нарушил все законы мироздания!

— Теперь ты угроза для всего сущего! — добавил Метатрон. — Тебя нужно уничтожить раз и навсегда!

Немезида лишь расхохотался им в лицо:

— Уничтожить? Вы, жалкие трусы? Да вы и пальцем меня не тронете! Вы все — рабы воли отца! А я прозрел. Я вижу то, чего вы боитесь увидеть!

— Довольно! — громогласно заявил Парагон.

Его голос прокатился по Вселенной раскатом грома. Все присутствующие почтительно склонили головы.

Парагон медленно приблизился к Немезиде. Его лик был суров.

Ты разочаровал меня, сын мой. Я надеялся, что ты встанешь на путь истинный. Но ты выбрал тьму.

— Я выбрал свободу! — выкрикнул Немезида. — Свободу от ваших оков и заблуждений!

— Ты осквернил наш род своими деяниями! Анафиил, ты хотел свободу? Так ты ее получишь!

Парагон воздел руки к небу. Его тело начало сиять ярче мириад звезд. Энергия Владыки высвободилась во всей красе, заставив содрогнуться само бытие.

— Нет! — в ужасе закричал Немезида, корчась в цепях. — Отец, ты не посмеешь!

Но Парагон был неумолим. Его воля обрушилась на Немезиду, словно цунами. Он начал вырывать из сына силу, что сам ему когда-то даровал.

Немезида взвыл от боли. Он чувствовал, как жизненная энергия покидает его. Его могущественное тело Серафима стремительно уменьшалось в размерах, теряя былую мощь.

Крылья опали и исчезли, оставив лишь обычного юношу в белоснежной одежде. Его красота тоже поблекла — черты лица стали заостренными и жесткими. Взгляд потух и потерял свой божественный свет.

-Неееет! — хрипел Немезида, чувствуя, как меркнет его могущество.

Но Парагон был неумолим. Он оставил сыну лишь толику силы, чтобы тот мог выжить в изгнании.

— Отец! Не делай этого! — умолял Немезида.

Но Парагон холодно посмотрел на него в ответ:

— Ты сам выбрал свой путь. Не хотел опираться на мое величие. Так иди же по нему!

Он щелкнул пальцами — и цепи, удерживающие Немезиду, распались. Юноша грохнулся на колени, едва держась на ногах после потери силы.

Парагон взмахнул рукой, разверзая в пространстве огромный портал. За ним виднелась лишь тьма.

— Я изгоняю тебя на дальние рубежи Творения, туда, откуда нет возврата. Живи там вечно, размышляя о содеянном. И да пребудет с тобой мое проклятие!

Он толкнул Немезиду в спину, и того затянуло в портал. Прежде чем тьма сомкнулась, Немезида успел крикнуть:

— Я отомщу тебе за это унижение, отец! Клянусь, я займу твое место и низвергну тебя! Ты еще пожалеешь о том, что сотворил со мной!

Портал закрылся, оставив после себя лишь безмолвие. Немезида был навечно изгнан. Ивор почувствовал его ярость и ненависть, что теперь устремлены на Парагона. Жажда мести заполнила все его существо.

Некогда великий Серафим сейчас был едва жив после того, как Парагон лишил его почти всей силы.

Немезида лежал на холодных тропах бескрайнего космоса, озаряемых лишь тусклым светом далеких звезд. Его тело было иссушено и истощено. Глаза запали, а когда-то величественные одежды превратились в жалкие лохмотья.

Он был никем. Заброшенный на задворки Творения, навечно забытый всеми.

Но жажда мести не давала Немезиде опустить руки. С трудом поднявшись на ноги, он вытянул вперед руку, на которой завязались едва заметные искорки.

— Я вернусь… клянусь… Я отомщу тебе, отец, — прошептал хриплым голосом он.