Не злись, Софи!

Глава 1. Пролог. Малышка Софи

Морской бриз качал полупрозрачную тюль на окнах, почти что единственной в округах вилле. Детский плач разносился по берегам Ла-Манша. В руках старой волшебницы Фрейи Бёрк свои первые крики издавала её новорожденная внучка. Долгожданная дочь Лианы и Пьера Марэ нарушала покой этого вечера.

— Какая красавица… — любовалась внучкой Фрейя, свет свечей с блеском отражался в огранке камней на её перстнях. — И как мне тебя называть?

— Софи, мы назовём её Софи! — устало произнесла Лиана, поглядывая на черную копну волос дочери.

С течением времени стало ясно, чьи черты унаследовала Софи. Копия матери, правда глаза достались ей от отца. Словно два изумруда они лучились при каждом взгляде. Пьер, пахнущий травами всегда носил дочь на руках. Он называл её вторым именем, и оно звучало с самой сильной любовью, на которою только было способно сердце строгого зельевара.

Мишель…Это имя прозвучало в последний раз теплым весенним вечером. Бездыханное тело знаменитого зельевара занесли в дом двое людей из Министерства Магии. Софи совсем не запомнила, как сорвался крик с губ её матери. В её памяти не сохранились и похороны, лишь смутные отрывки. Оставляя всё позади и запирая дом у моря, вместе с болью утраты Лиана покинула Францию.

Лето Софи началось уже в Лондоне. Родовое поместье Бёрк встретило их своими огромными колоннами и не менее массивными дверьми. Фрейя, до безумия любящая путешествия, предпочла остаться с дочерью и своей внучкой. Она тихо нашептывала заклинание над Лианой, стараясь забрать всю тоску.

Этот дом казался Софи чудовищно большим. В прятки играть было весело лишь первое время. Но когда домовой эльф Анклав не находил её в течении часа игра надоедала. Единственной отрадой оставалось спускаться с лестницы, словно с горки.

Осень принесла возможность зарываться в листьях, а зимой поджидало кое что поинтересней.

Старая госпожа Бёрк величественно сидела в своём кресле и вырисовывала буквы золотыми чернилами. В камине мирно потрескивал огонь, а её дочь Лиана вычеркивала фамилии и имена из списка.

— А Друэлле? Друэлле вы уже написали? — рыскала глазами по пергаменту Лиана.

— Пригласительные для Блэков я написала в первую очередь! — отложила перо Фрейя.

Старинное поместье готовилось принимать гостей. Приглашение на приём получила вся элита чистокровного мира.

Пока домовой эльф Анклав бегал натирая серебро и втихую от своей хозяйки накладывал на него чары, чтобы его любимые ложки никто не украл, Софи любовалось своим платьем в зеркале. В её наряде была одна особенность, которая безумно ей нравилась. Цветы, магией приклеенные к белой ткани распускались и закрывались сами по себе, стоило до них только дотронуться.

— Я что-то волнуюсь! — глубоко вдохнула Лиана.

— Что тут волноваться? — тянулся подол платья за Фрейей. — Ярые сторонники чистоты крови придут, съедят всю нашу еду, запив моим драгоценным вином и будут доказывать, что они лучше других!

— Мама! — возмутилась её дочь. — Я не хочу это слушать!

— Так закрой уши. — взмахнула палочкой госпожа Бёрк и по всему дому заиграла легкая музыка.

Стоило стрелке часов остановиться на назначенном времени, как Анклав бросился открывать дверь звонящим в звонок. Он уже стоял возле этой треклятой двери с намерением оставить её открытой, но семейство Крауч оказалось быстрее. Поправив свою мантию Барти Крауч старший надменно вошел внутрь.

— Могли хоть ради приличия опоздать. — прошипела на ушко дочери Фрейя, а затем с улыбкой и распростертыми объятиями встретила первых гостей.

Служителю отдела магического правопорядка удалось избежать слюнявого приветствия от хозяйки, он оказался хитрее и сразу припал к руке Лианы, а вот его жену и сына ждала участь пострашней. Фрейя расцеловала их по всем французским традициям.

Двигаясь боком от стеснения Софи юркнула за спину матери. Она выглядывала из-за неё на мальчишку, которого ещё не знала. Столкнувшись с ним взглядом она застыла на месте округляя от волнения свои лисьи глазки. С каждым вдохом и выдохом цветы на платье дышали вместе с ней. Барти младший не отводил от них взгляда. Он тихонечко подошел к Софи и коснулся одного бутона, тот в ответ раскрылся.

— Барти! — строго прозвучал голос его отца. — Сначала стоит представиться!

Не успел мальчишка открыть рот как с громким хлопком посреди комнаты воцарились Лестрейнджи. Мужчины как на подбор. Глава семейства, Рудольфус старший, мог похвастаться огромной печаткой на пальце, что лишь подчеркивала его статус. Несмотря на свой юный возраст Рабастан и Рудольфус уже научились держать голову высоко. Но вот их появление совсем не понравилось Краучу, слишком уж молоды для трансгрессии наследники Лестрейнджей.

— О, Крауч, вы тоже тут? — сверкнул хитрой улыбкой Рудольфус старший. — А я как раз хотел с вами обсудить пожертвование для министерства, какая сумма вы говорите нужна для ремонта вашего отдела?

Фрейя учуяв возможность подлизаться подключилась к разговору, выявив желание разделить с Лестрейнджей сумму на двоих, или попросту выделить больше, чтобы хватило и на будущее.

— Малыш Барти! — потрепал волосы мальчишке Рабастан и поднял его на руки. — Что, уже нашел себе девчонку?

Щечки Софи загорелись и она спряталась за юбкой матери. Не успев опомниться как своим присутствием дом почтили и Блэки. Лиана тут же кинулась встречать свою драгоценную подругу.

— Вальбурга, милая моя. — стала расцеловывать гостью хозяйка. — Как же я рада тебя видеть!

— Я тоже моя дорогая. — отвечала взаимностью госпожа Блэк, пока Орион поглядывал на бутылки десятилетнего коньяка стоявшие на столе. — Хоть и с опозданием, но прими мои соболезнование по поводу Пьера, мир утратил величайший талант, что служил примером многим.

— Д-да…Ой, мальчики, что ж вы стоите в сторонке! — спохватилась Лиана легонько подтолкнув дочь вперед. — Знакомьтесь, это Софи.

Марэ поджав губы лишь неуверенно перебирала пальцами, стараясь незаметно их разглядеть, но это скорее выглядело как нервное подергивание глаз вверх вниз.

— Сириус, Регулус! — строго произнесла Вальбурга параллельно толкая Ориона, глядевшего всё на тот же коньяк, в бок. — Постарайтесь подружиться!

Госпожа Блэк ухватила мужа под руку и мило улыбаясь Лиане прошла дальше. Одни за другими приходили гости: Малфои, Блэк, Розье и даже не особо любящие такие пиры Гринграссы.

Регулус хоть и стеснялся но подошел к Софи.

— Можно? — аккуратно протянул руку к цветку младший Блэк.

— Нельзя! — ударил его Сириус и оторвал бутон с платья, который так и не успев раскрыться моментально завял.

Зелёные глазки Софи наполнились слезами. Она опустила их глядя на испорченное платье и шмыгнула носом пытаясь не заплакать. Впервые у неё что-то так нагло отняли. Поднимая глаза ей стало совсем тоскливо, ведь Сириус не просто забрал цветок а ещё и бросил его на землю затоптал. Хныканье превратилось в настоящий плач. Софи принялась бежать смахивая слезы с щек. Бух. Увлеченная своим горем она врезалась в чью то до идеала ровную спину. Люциус, окинув свои белоснежные волосы, опустился к ней вытирая соль с ресниц.

— Таким прелестным глазам не стоит плакать. — улыбнулся ей Малфой. — Расскажи, что случилось, радость моя?

В глазах Софи он стал принцем на белом коне. Показывая пальцем на Сириуса Марэ надула свои детские губки.

— Он, он испортил моё платье.

— Крэбб, принеси мою палочку! — бросил мальчишке в два раза больше себя по весу Люциус. — Сейчас всё исправим, лапочка.

Братья Лестрейндж зависли над Малфоем. Яркая вспышка осветила небольшой участок где они находились и теперь, на месте где висел клочок ткани, расцвёл новый цветок. Софи буквально засияла от радости. Она бросила Люциусу на шею руками обнимая его.

— Так то! — гордясь собой Малфой подняв девочку на руки и чтобы показаться ещё большим героем донес её до ближайшего кресла.

Среди, как казалось Софи, уже совсем взрослых волшебников она одна была малышкой. Сириус гонялся за Барти и каждый раз пробегая мимо показывал ей язык строя гримасы. Крауч быстро понял, что лучшим решением убежать это сесть на колени матери, что собственно говоря и сделал. Регулус поступил мудрее, он сразу спрятался в шкаф. От неимоверной скуки Блэк, качаясь с ноги на ногу и сложив руки за спину посматривал на Софи.

— Ну ладно, извини! — дергал её платье Сириус.

Считая себя великодушной мученицей, а не потому что ей изрядно надоело слушать непонятные слова этих студентиков она его простила. Такая щедрость с её стороны обернулась для Фрейи порванными китайскими пергаментами ручной работы, которые кстати почему то убирал Регулус решивший покинуть шкаф в очень неудачное время.

Этот приём и стал возвращением Лианы в свет, правда совсем ненадолго.

Летний ветер шелестел за окном. В пустом камине сохли дрова. Лиана растянувшись на весь диван гладила волосы своей мирно спящей дочери рядом.

— Я выбрала для неё маггловскую школу чуть дальше от Лондона. — Строго поставила перед фактом Фрейя.

Глаза Лианы забегали. Она ещё с детства не особо долюбливала магглов и всё, что с ними связано. Хоть со временем ненависть угасла, мысль о том, что её чистокровная дочь будет их частью, хоть и на время совсем не грела её душу.

— Так нельзя! Мама, это поставит её в невыгодное положение! — возразила Лиана. — Чистокровные волшебники должны учиться дома, а не покоряться этим…этим магглам.

— Устаревший принцип. — фыркнула госпожа Бёрк, оставляя пустой бокал на столе. — Ей будет полезно видеть и другой мир, гордыня сейчас ни к чему.

— Я не отправлю свою дочь к этим грязным людишкам! — разозлилась Лиана убирая руку с волос Софи. — Я могу согласиться на многое, но на это…никогда!

— Я уже всё сказала. — поднялась с кресла Фрейя. — Она будет там учиться, а ты только попробуй мне возразить ещё раз.

— Нет, ни за что! — рявкнула волшебница разбудив этим дочь. — Я не…не позволю.

— Хочешь, что бы её настигла та же судьба? — провела рукой по щеке Лианы её мать. — Ты должна понять, я лишь пытаюсь её сберечь от того высокомерия, что погубило тебя.

— Но не так…Пожалуйста не так… — аккуратно улизнула из под головы дочери Лиана становясь напротив матери.

— Это лучшее решение и ты обязана его принять! — холодно твердила Фрейя. — Оно сделает твою и её жизни лучше.

Лиана больше не могла возразить матери. Сделав не одну ошибку в жизни, напуганная последствиями своих суждений, она полагалась на Фрейю целиком и полностью. Решения принято и не подлежало спору.

Ради сохранения лица перед чистокровным сообществом ни госпожа Бёрк ни её дочь не заикнулись о маггловской школе, а лишь сухо сообщили, что собрались переехать подальше от шумного Лондона.

Маленький город Коукворт со своими промышленными зонами вызывал у Лианы самое настоящее отвращение. В длинном платье с дорогих шелков, с перетянутой корсетом талией она хмурясь шагала по улочкам замечая, что именно здесь собралось слишком много серого цвета в одном месте.

Спрятав своё недовольство за огромной шляпой, вся в черном, словно в трауре Лиана привела свою дочь в небольшую школу.

— Поучись недельку две, а потом скажешь учительнице, что заболела и я заберу тебя домой хотя бы на месяц! — склонилась волшебница над дочерью.

— Но я не хочу болеть. — захлопала ресницами Софи.

Скучнее дней она ещё не встречала. Все тихо сидят за партами и изучают буквы, вместо колдовства, неужели и Хогвартс будет таким? Нет, там должно быть значительно веселее.

— Эй, а твоя мама, что, ведьма? — спросил сопливый мальчишка глядя из окна на Лиану в длинном платье.

— Нет, что ты, она волшебница. — совершенно спокойно ответила Софи.

— Аааа, круто! — шмыгнул носом он. — Моя мама называет таких сумасшедшими, не знаю правда, что это значит…

Марэ нахмурила брови, все дети в классе казались ей странными, а она в ответ была причудлива для них.

После мира, где болезни лечат зельями, посуду моют домашние эльфы, а лучшим средством передвижения является метла ехать на маггловском автобусе чувствовалось совсем чудно. За огромным стеклом мелькали дома, а вместо ветра в лицо дул кондиционер. Все дети шушукались друг с другом, лишь одна Софи глядела в окно оставляя на нём любопытные отпечатки пальцев.

Бывавшие тут раньше со своими родителями первоклассники бегали по всему музею совершенно не отвлекаясь на экспонаты. Разве что Софи ходила с открытым ртом разглядывая мотор машины. Очень интересно, но увы, ничего не понятно. Она так засмотрелась на очередную вещичку именуемую «мотоцикл», что отстала от своей группы.

— Ты с нашей школы? — опустила руку на плечо Софи незнакомка, одетая в такой же жилет символикой их школы.

— Д-да. — огляделась по сторонам Софи и заметила как толпа детишек исчезла за поворотом.

Окутанные тишиной огромного зала девочки остались совсем одни.

— Ой… — сглотнула слюну Марэ чувствуя как паника становилась всё ближе.

— Что случилось? — обернулась рыжеволосая девчушка в пустоту. — Ой…

— И что мы будем делать? — шмыгнула носом Софи, пока слезы накатывались на глаза.

— Карта! — покрутилась по кругу девочка. — миссис Кларк говорила, что сделает нам перерыв в буфете, нужно туда поспешить.

Две худо сложенные девочки недоросшие и до полутора метров подняли свои глаза вверх на полочку где лежали путеводители. Как бы они не старались подпрыгивать даже пальцами не дотягивались до них.

Всё перевернул один лишь взгляд. Словно искорки, запрыгали блики в ярко зеленых глазах. Две карты словно по волшебству поднялись с места и упали прямо в руки девочек.

— Ты тоже волшебница, да? — радостно воскликнула Софи сразу же заметив следы магии. — Я Софи, и тоже умею колдовать, правда бабушка запретила это делать перед магглами.

— Я Лили Эванс — протянула руку новоиспеченная знакомая. — Кто такие магглы?

Отруганные учительницей но счастливые от обретенной дружбы девочки всё таки нашли буфет. С тех пор и начались их постоянные кочевания с класса в класс на переменах. Как только раздавался звонок, обе девчушки пулей вылетали с классных комнат и сталкивались посередине пути друг к другу.

С подругой и жизнь наполнилась красками. Щечки Софи горели от недавних догонялок с Лили. Она вернулась домой вся в грязи, скинув с себя грязные ботинки, но аккуратно их сложив у порога она вошла в дом вдыхая ароматы неимоверно богатого ужина. Вместо маленькой кухни, её ожидал накрытый в гостиной стол.

— Марш мыться! — закомандовала Фрейя не успев Софи снять куртку.

Запах трав, которые госпожа Бёрк любила добавлять в ванную твердо въедался в кожу. Болтая ногой Софи поглядывала по сторонам, пытаясь незаметно украсть отбивную с тарелки.

Сияя улыбкой, в сопровождении незнакомца Лиана вошла в гостиную. Софи застыла на месте вглядываясь в его голубые глаза.

— Привет, красавица! — протянул большую коробочку с бантом мужчина. — Тебе нравятся цветы?

— Здравствуйте… — недовольно надула губы Софи. — Какие цветы?

— Эти! — стоило лишь махнуть рукой как в его ладони появилась целая охапка разноцветных бутонов.

Букет аж рябел в глазах. Софи восхищенно на него смотрела вдыхая цветочный аромат. Как же ей нравилось волшебство.

— Фредерик Годвин всегда к вашим услугам! — изысканно наклонил корпус в поклоне мужчина.

Смех не исчезал за столом до самой ночи. Фред не скупился на магию, с радостью показывая всю прелесть чар Софи. Его становилось в доме всё больше и больше. Лиана наверняка впервые сама сажала цветы. Одетая в маггловскую одежду и с маленькими грабельками в руках она недовольно переступала пакеты с саженцами.

— Вот, это дождевой червь. — рассказывал Фред пока Софи кидала семена в лунки.

— А его можно добавить в зелья? — любопытна разглядывала выползка девочка.

— Добавить в зелье можно что угодно, вот только это может быть чревато взрывом.

— Строго по рецепту! — повторила юная Марэ слова, что всегда произносила её мама.

Полюбить такого искреннего человека, что не только приносил подарки, а охотно показывал Софи маггловский мир оказалось совсем не трудно.

Вскоре Фред и вовсе переехал в их дом, а фамилия Лианы сменилась с Марэ на Годвин. Ещё большей радостью стала новость о скором пополнении. Вот только, казалось бы, трепетное время беременности свято для женщины, но для Лианы обернулось настоящим кошмаром. Силы в ней угасали с каждым днём и она всё чаще стала просыпаться от собственного крика.

В сентябре 1970 года не свет появилась долгожданная сестричка для Софи и пока она вовсю наслаждалась хлопотами старшей сестры Лили завела себе нового друга…

— Северус. — кричала Эванс на бегу к мальчишке с томным взглядом. — Северус, я привела к нам Софи.

Софи за ней не спешила, она шла размеренным шагом и пока дошла Лили уже держала Северуса за руку глядя в его темные глаза.

— Меня зовут Софи Мишель Марэ. — протянула руку она. — Надеюсь, мы подружимся.

— Я Северус. — бросил на неё взгляд мальчишка и с нежеланием всё же отпустив руку Эванс пожал её протянутую ладонь. — Северус Снейп.

Длинные волосы обоих девчонок развевались на ветру. Северус сидел у дерева и наблюдал неимоверной красоты картину, будто солнце и луна танцевали вместе. По сравнению с длинношеей Петунией, которая всегда с ходу начинала ворчать, Лили и Софи выглядели как два идеальных цветка. Он зачастую молчал, но когда разговор доходил до магии в рассказах ему не было равных. Две пары зеленых глаз, правда у Лили — ясные словно трава весной, а у Софи темнее и глубже с восхищением смотрели на него и это чувство ему безумно нравилось.

— Моё место на Слизерине! — гордовито твердил Снейп. — Лучшие волшебники учатся именно там.

— Дядя Фред учился на Гриффиндоре. — возразила ему Софи. — А он очень сильный волшебник!

— А разве имеет значение какой факультет? — ничего не понимала Лили.

— Да! — высоко поднял голову Северус.

— Нет! — спорила с ним Марэ.

— Ой, да ну вас. — хлопнула по плечам обоих друзей Эванс. — Давайте лучше ещё раз перечитаем наши письма, не хочу что либо забыть!

Счастливое лето, наполненное смехом потихоньку близилось к осени, а это значило, что каждый юный волшебник обязан отведать Косой Переулок и купить себе все принадлежности для предстоящей учебы.

С таким не мало важным заданием им должны помочь взрослые. Софи нетерпеливо ждала когда уже закончиться завтрак и она купит свою волшебную палочку. Вот только вместо мамы или задорного отчима компанию ей составит Фрейя.

При строгой бабуле не пошутишь как с Фредом. Молча, без объяснений они следовали за гоблинами в банке. Залезая в тележку Софи затаила дыхание и как только они стали спускаться всё ниже и ниже она и вовсе закрыла глаза от страха. Золотые монеты, коими хранилище оказалось забито до отказа звенели в мешочке бабули. В магазине мантий, вместо внучки именно она выбрала ей наряд. Расстроенная Софи плелась аж к магазину палочек.

— Госпожа Бёрк! — взволновано воскликнул Олливандер стоило Фрейе переступить порог. — Какая честь вас видеть.

— Ах, Олливандер, я надеялась отправить её в Шармбатон, но судьба распорядилась иначе. — высокомерным тоном отвечала Фрейя. — Меньше слов, больше дела, давайте уже подберем ей палочку.

— Да-да. — поспешил владелец лавки двигаясь на лестнице к ящичкам. — Помню, Лиане подошел вяз с сердечной жилой дракона, десять дюймов, хорошая палочка, под стать чистокровной волшебнице. — возвращаясь к посетителям, он протянул Софи палочку. — Попробуем эту: вяз, шерсть единорога, одиннадцать дюймов.

Взмах и из палочки вылетел луч, ударился об шкаф и отскакивая от него по пути разбил вазу.

— Нет, нет… — помчался в глубь изобилия шкафов и полок Олливандер. — Тис с пером гиппогрифа, десять дюймов.

Очередной взмах и яркий свет озарил тусклое помещение. Она подошла Софи идеально.

К вечеру Фрейя и вовсе превратилась в ворчливую старуху, но зато, книги, ингредиенты, котелки и всё что нужно первокурсникам в Хогвартсе ждало поездки на Хогвартс-экспресс.

Глава 2. Добро пожаловать в Хогвартс

— Бабуль, поторопимся! — кричала Софи вслед размеренно шедшей Фрейи. — Я хочу успеть найти Северуса и Лили.

Ей уж очень не терпелось наконец-то оказаться в Хогвартсе. На заветный поезд, её провожала лишь бабушка. Лиана так и не сумела оправиться после тяжелой беременности и родов, а Фред остался приглядывать за ней.

Софи смело пробежала сквозь стену, это был её не первый опыт с заколдованными предметами. Платформа 9¾ встретила её шумом. Толпы студентов прощались со своими родителями, совы ухали, а поезд, окрашенный в красный выдувал клубы дыма.

Никакие рассказы не сравняться с тем, что Софи сейчас видела наяву. Она с восхищением заглядывала в окна вагонов, где уже умостились старшекурсники. Совсем растерянные первокурсники выделялись из основной массы волшебников. Они напуганного высматривали своих родных или хотя бы знакомых.

Взгляд Софи упал на сестер Блэк. Они так спокойно беседовали с Люциусом Малфоем, и это совсем не казалось ей странным, ведь они уже учились в Хогвартсе не первый год и первое сентября стало для них очередной рутиной.

Фрейя, неохотно плелась по перрону. Она безразлично прошла мальчишку в очках, который чуть не запутался в подоле её платья и остановилась возле Вальбурги Блэк.

— Доброго дня, дорогая. — первой поздоровалась госпожа Бёрк. — Отправляешь Сириуса?

Худенький Регулус смирно стоял возле матери. Софи его совсем не замечала, она была занята делом поважнее: став на цыпочки всё пыталась выглядеть Лили либо Северуса.

— Доброго! — опустила руки на плечи сына Вальбурга. — Он уже давно убежал, чем дальше, тем не послушнее становиться, а должен ведь быть наоборот.

— Здравствуйте госпожа Бёрк. — поклонился Регулус с опозданием, и то только из-за того, что руки матери до боли стиснули его плечи.

Софи было совсем не до их пустых разговор. Она никак не находила своих друзей. С нотками разочарования на сердце, ей, всё же пришлось присоединиться к бабушке.

— Рада вас видеть тётушка! — взмахнула своими длинными волосами Марэ. — И тебе приветик, Регулус.

— Как хорошо, что вы с Сириусом одного возраста. — устало выдохнула господа Блэк. — Надеюсь вы станете такими же хорошими друзьями, как мы с твоей матерью.

— Буду этому рада! — хлопала ресницами Софи.

— Что же, думаю, тебе уже пора, дорогуша. — поторопила её Фрейя.

На платформе стало заметно меньше людей, а всё потому, что поезд собирался вот вот уезжать. Софи запрыгнула, казалось бы, последней в вагон. Она не спешила занять первое свободное место, а уверенно переходила с вагона в вагон. Всматривалась в каждое купе, она встретила немало знакомых. Сестры Блэк махали ей через стекло и зазывали к себе, но Софи оставалась непреклонной в решении ехать только с Лили.

Марэ уверенно проходила мимо всех, но улыбающееся лицо Сириуса заставило её притормозить. Он сидел не один, а в компании таких же мальчишек-первокурсников. Блэк обернулся в её сторону сталкиваясь с ней взглядом.

— Софи? — взволновано воскликнул он. — Это же ты? Да?

Её глаза тут же заблестели. Она не видела его пару лет, и сейчас была неимоверно довольно тем, что наткнулась на него. Совсем забывая о предрассудках, Софи тут же обняла Блэка, не успевшего до конца открыть дверь купе.

— Сириус! — воскликнула она, — Как же я рада тебя видеть.

— Д-да. — Засмущался сероглазый мальчишка, обнимая её в ответ. — Я тебя тоже.

Как только они оторвались друг от друга, Софи залилась краской. На них с любопытством глядели аж три пары глаз. Жар мгновенно подступил к щекам и Марэ попыталась их остудить своими руками.

— Давайте я вас познакомлю! — предложил Сириус, заталкивая её к ним.

— Меня зовут Софи… — пробормотала Марэ, внезапно ощущая прилив смущения. — Буду рада с вами подружиться.

— Джеймс Поттер. — протянул руку лохматый мальчуган в очках.

— Ремус Люпин. — предавался второй, так быстро, что Софи даже не успела пожать руку Джеймса.

— А я Питер. — тихонько произнес блондин в углу.

— Ты одна? Не завела ещё друзей? — быстро пробормотал Сириус присаживаясь возле Джеймса. — Присоединяйся к нам, места хватит, будешь сидеть у Поттера на коленках.

— В тесноте, да не в обиде. — ухмыльнулся Джеймс, похлопывая себя по передней части бедра.

— Я не одна. — возразила Софи, при этом махая головой. — Я ищу своих друзей, может вы видели. Девушка такая красивая, с рыжими волосами, скорее всегда она была с Северусом.

Сириус приподнял бровь, а Поттер разразился улыбкой похитрее.

— Да. — бросил на Софи взгляд Римус. — Кажеться они проходили мимо.

— Спасибо! — крикнула Марэ и тут же выскочила из купе, хлопая дверью, она так же быстро открыла её обратно. — Я побежала их искать! До встречи в Хогвартсе.

Растерянные мальчишки не произнесли ни слова. Софи спешила догнать Лили и Северуса и пулей пробегала вагоны. Когда на горизонте появились их фигуры она тут же закричала:

— Наконец-то, я, нашла вас!

Объятия друзей всегда отличались особой теплотой. Заняв свободное купе тишину нарушили разговоры о Хогвартсе.

— Хогвартс — лучшая школа волшебства! — твердил Северус.

— Ну не знаю, Сев, есть и другие школы. — возразила ему Софи. — Мой отец учился в Шармабатоне, наверняка будь он жив, я бы училась там же!

Лили оставалось лишь молча их слушать. Такие истории были от неё далеки и под тому полностью понять о чём говорят её друзья не получалось.

Дома сменялись полями и горами. Поезд увозил их всё дальше от шумного Лондона. Небо темнело, меняя свой цвет с ярко голубого на синий. Чем ближе становился Хогвартс, тем сильнее первокурсников окутывало волнение. Тишина медленно исчезала и превращалась в шум. Студенты толпились в коридорах и рябели своими галстуками. Они вовсе не переживали ни о чем и болтали между собой, в отличии от первокурсников. Их заменить было не сложно, но не из-за мантий без значков факультетов, а из-за напуганных глаз.

Лили держала Софи за руку, аккуратно ступая по лесенке. Свет поезда оставался позади, а их встречала вечерняя мгла.

— Первокурсники! — доносился чей то громкий голос. — Первокурсники, сюда!

Даже в толпе студентов, великан, которому принадлежали эти слова, бросался в глаза. Совсем ещё юный и растерянные, волшебники плелись к нему, не раз сбившись друг о друга, особенно в момент, когда предстояло остановиться на пирсе.

— Чавой это вы так стоите! — почесал затылок Хагрид, — Рассаживайтесь по лодках и в путь.

Со страхом залезая в качающееся судно Софи старалась не смотреть в воду. Фонарик освещал их путь, а лодки впереди, светились, как маятники. Выплыв из-за деревьев и кущей, перед ними открылся весьма завораживающий вид. Хогвартс сиял огнями с окон во всей своей красе, а луна как царица, вместе со своими подопечными звездами придавала ему более сказочный вид.

— Я точно не сплю? — не отрывала взгляда от школы Лили.

— Надеюсь что нет. — с таким же восторгом ответила Софи.

Ступить на берег оказалось ещё более нереальным, но тепло рук Лили, что разносилось от ладони прямо по всему телу подтверждало, что всё наяву.

— Только представь, как легко в нём заблудиться! — размышляла Марэ.

— Ну вы же не глупые. — хмыкнул Северус.

Великан провел первокурсников внутрь и там их уже встречала неимоверно грациозная волшебница. Её зелёная мантия подчеркивала идеальную осанку, а очки могли с уверенность сказать, что она достаточно строга.

— Здравствуйте, первокурсники! — прозвучал её громкий голос. — Пожалуйста не теряйтесь и не отставайте. Следуйте за мной, сейчас уже начнется распределение.

Коридор наполнился шепотом первокурсников.

— Тише! — хлопнула в ладони профессор и вновь воцарилась тишина. — Услышав своё имя с списка вы пройдете ко мне и покорно сядете на табуретку. Всё понятно?

— ДА! — в один голос закричала орава детей.

Дверь в зал открылась. Стараясь не упасть друг на друга первокурсники ринулись вперед. Четыре стола, заполненные зрителями, ожидающим пополнения. Всё их внимание устремилось на шляпу, которая воцарилась на небольшом стульчике. Софи тоже невольно гранула туда, следуя примеру остальных. Вдруг, шляпа зашуршала и начала петь. Марэ заметила, как у стоявшего сбоку мальчишки открылся рот, и не закрывался прямо до окончания «концерта». Под громкие аплодисменты профессор, сопровождающая новичков раскрыла список.

— Сириус Блэк! — крикнула она.

Сириус прошел мимо Софи и как только их взгляды столкнулись он ей подмигнул. Он совсем без страха опустился на табуретку, а профессор надела на него ещё недавнюю певицу.

— Как необычно! — воскликнула шляпа. — Блэк, но не такой как все. — стала чавкать она. — Что-то совершенно новое для чистокровного рода… Гриффиндор!

Ну и шуму же было за столом, на чьем знамени красовался лев. Сириус с ухмылкой и присущим Блэкам высокомерием поднялся с стула гордо занимая место за столом своего факультета.

Лили стала переживать сильнее сжимая руку Софи. Признаться, Марэ тоже заволновалась. Она не хотела этого показать, но сложно было не заметить, как трясутся её коленки.

— Софи Мишель Марэ.

Собравшись с духом, Софи глотнула побольше воздуха и отпустила руку Лили. Она сдала край своей мантии пытаясь хоть немного успокоиться. Стоило шляпе оказаться на её голове, как Софи закрыла глаза.

— Мг, пусть будет…Слизерин! — крикнула шляпа.

Софи выдохнула. Оказывается это было совсем не страшно. Выбрать себе место, среди знакомых лиц тоже не составило труда. Люциус сам махнул ей рукой усаживая рядом с собой. Оставалось ждать друзей.

Серые глазки, из-за стола Гриффиндора переключили все её внимания на себя. Сириус буквально пронзал её своим взглядом. Софи не стала долго зацикливаться на нём. Ей было важно не пропустить распределение Лили и Северуса. В знак поддержки Марэ даже подняла кулачок вверх, давая понять им, что смотрит. Вот только, пути с её дорогой Эванс разошлись в один миг. Шляпа отправила её на Гриффиндор и если Софи только слегка огорчилась, то Северус провожал рыжую голову с неимоверной печалью.

Распределение подходило к концу. Шляпа уже не думала так долго в начале, не было над кем, разве что, задержалась на Питере Петтигрю. Но зато Северуса она в течении секунды отправила за стол Слизерина.

Честь, проводить первокурсников в их новый дом, всегда доставалась старостам. Люциус Малфой собрал их всех у больших дверцей зала и высоко держа голову махнул рукой. Софи шла прямо за ним, вприпрыжку, на Слизерине учились и её бабушка и мама, поэтому она уже гордилась собой.

— Люциус, как же это чудесно! — глядела Софи на его платиновые волосы. — Моя мама когда то ходила теми же коридорами, а может я даже буду спать в её спальне!

Малфой лишь ухмыльнулся. Он отличался от многих своим цветом волос, идеальной осанкой и общими чертами. Настоящий аристократ, истинный слизеринец и Софи тоже была такой, хоть и сама этого не понимала. Всё в ней кричало о принадлежности к древнему роду: её бледная кожа, изогнутые брови, глаза — два изумруда, даже мантия была сшита из дорогого шелка.

День оставался позади, а сейчас, первокурсников ждала их первая ночь в стенах Хогвартса.

Уставшие от насыщенного дня первокурсники не стали даже знакомиться. Девочки рухнули на свои кровати и лишь по памяти называли имена.

— Может у кого то будет расческа? — нарушила тишину Миранда. — Я кажеться свою дома забыла.

— Тебя что родители собирали? — буркнула Джейн, уже успевшая прочитать пару страниц трансфигурации, она даже не отвлеклась от своей книги.

Софи нахмурила брови, она достала из своего чемодана небольшой гребешок сделанный из слоновой кости.

— Попробуй моим. — потянула его она.

Миранда впервые держала в руках столь дорогую вещь. Она всматривалась в резьбу и даже боялась преподнести гребешок к волосам.

— А он не сломается? — стала у зеркала Миранда.

— С чего бы ему ломаться? — хлопнула заклепка на чемодане Софи. — А даже если и сломается, не страшно.

— Миранда, да? — захлопнула книгу Джейн. — Расчесывай свои волосы потише!

У каждого свой нрав и Софи впервые задумалась об этом. Она глянула на Амалию, что не вмешивалась в разговор, а затем на Джейн, которая вновь вернулась к своей книги. Миранда в это время с дрожью в руках чесала свои волосы. Они все казались Софи слишком чужими, совсем не её Лили.

Веки медленно опускались, под мелькающий огонь, догорающей свечи. Все звуки стихли и лишь раз в минуту шуршание страниц книги пронзало тишину. Казалось, Софи только закрыла глаза, а уже наступило утро.

Единственную дорогу которую знали первокурсники вела в Большой Зал. Именно туда они рассеянно плелись на завтрак. Софи выглядела, как всегда безупречно, галстук, рубашка без единого залома и блестящие черные волосы, спадающие с плеч.

Она не спешила, в отличии от уже знакомый ей лиц. Двое мальчишек с Гриффиндора мчались в зал, так, словно опоздай они на минутку — исчезнет вся еда. Сириус и Джеймс даже не старались вести себя спокойно. Это Софи заметила уже во время завтрака, когда за столом Гриффиндора стали летать оладьи.

— Какой позор… — прятала лицо Нарцисса.

Марэ немного её не понимала. Да, Сириус вел себя громче остальных, но разве это сразу позор…Она наблюдала за ним весь завтрак и моментами даже улыбалась на скорченную им рожицу.

С Большого Зала прямо в подземелье. Софи шла не одна, а с целой толпой студентов. Первый урок и уже вместе с Гриффиндором. Лили неустанно перечисляла ингредиенты зелья с выученной наизусть страницы, а Северус ей кивал.

С профессором Слизеринцам уже удалось познакомиться. Зельеварение вел никто иной, как их декан — Гораций Слизнорт. Лили стала колупать кожу у ногтей, сейчас когда перед ней стоял настоящий котелок, она уже не была так в себе уверена. В отличии от Софи, что совершенно спокойно ждала начала урока, Эванс сильно переживала.

— Приветствую вас первокурсники! — начал профессор стоя посреди кабинета. — Моё имя — Гораций Слизнорт, я научу вас такой неимоверной дисциплине, как зельеварение. — Его мантия, расшитая золотыми нитками сверкала отражая свет. — Что бы вы понимали, зельеварение — сложна дисциплина. Тут важна точность и внимательность.

Взмахнув мантией профессор опустился на стул.

— Пожалуй, начнем с самых основ. — отодвинул котелок на своем столе Слизнорт. — Кто нибудь скажет мне главные аспекты этой дисциплины?

Гриффиндорцы даже не пытались. Никто с их факультета не поднял руку, а вот среди Слизеринцев было больше добровольцев. И не будь Лили слишком взволнована, отвечать стала бы она, а так взор Слизнорта упал на Северуса сидящего рядом.

— Зельеварение включает в себя не только зелья но и другие магические субстанции. — Гордо начал Снейп. — Также к зельеварению относиться и изучений свойств этих жидкостей, разные способы приготовления и особенности ингредиентов. В этой дисциплине важно работать очень тонко, ведь одна ошибка может испортить зелье и привести к летальным исходам.

Профессор довольно улыбнулся. Он не поскупился подарить своему факультету десять очков. Лицо Северуса украсила ухмылка. Он посмотрел на Лили и его лицо буквально кричало: гляди какой я умный, заслужил восхищение. Может в голове Эванс и проскочила такая мысль, но Поттер и Блэк не стесняясь рассмеялись.

— Сегодня у нас только теория! — Сообщил профессор. — Отложите котелки, к практике мы приступим только на следующем занятии.

Весь урок Гораций рассказывал теорию: об котелках, о температуре и важности её соблюдения, о ножиках, которыми нужно резать ингредиенты и под конец урока, встряхнув своей мантией он вновь присел.

— Чтобы дать возможность заработать ещё очков, задам вам ещё один вопрос…, со звездочкой, как говориться. — достал флакон с кармана он и покрутил. — Кто мне скажет точный состав зелья для излечения фурункулов?

Тишина. Улыбка на лице профессора потихоньку стала исчезать. Софи знала ответ, она не только запомнила рецепт, а и умела додержаться всех тонкости его приготовления. Это благодаря Фреду и его прыщу выскочившему посреди щеки. Фрейя с таким ворчанием готовила зелье, забывая то один ингредиент то другой, что Софи не оставалось ничего другого, как перечитать рецепт около десяти раз. Предварительно оглядев зал, Марэ подняла руку.

— Милочка моя! — воскликнул профессор с прежней улыбкой. — Ну же, давайте.

— Для приготовления этого зелья нам понадобиться шесть змеиных зубов, их нужно перетереть в порошок и только добавить четыре меры. — уверенно отвечала она. — Помимо этого, нам нам понадобиться четыри рогатых слизня и две иглы дикобраза. Добавлять ингредиенты надо строго по очереди.

— Отлично, отлично! Всё правильно! — Слизнорт довольно сложил руки на животе. — Десять очков Слизерину! А это зелье мы начнем изучать на следующих занятиях.

На такой приятной ноте профессор закончил урок. Слизеринцы особенно кичились собой, но вот только никому с Гриффиндора до этого не было дела. Джеймс с Сириусом перестали Снейпа прямо у дверях.

— Что, любишь варить зелья? — с издевкой спросил Джеймс.

— Да, люблю! — надменно ответил Северус.

— Лучше бы любил варить мыло. — Сириус показательно закрыл нос и замахал свободной рукой. — Может вонючка тебе подойдет лучше, чем нюниус.

Оба гриффиндорцы громко рассмеялись. Следуя их примеру остальные тоже лыбились, пока Северус застыл на месте.

— Язык проглотил? — толкнул Снейпа Джеймс. — Заплачь ещё тут!

Только они решали когда им уходить и что делать, поэтому не оставив Северусу и шанса ответить Сириус с Джеймсом захлопнули дверь кабинета прямо перед его носом. Лили просто кипела от злости глядя, как светло карие глаза Поттера исчезли за деревом.

— Что это они такие злые? — удивилась Софи, подоспел только к концу.

— Я не рассказывала, но это не в первый раз. — начала Эванс. — В поезде, мы зашли в их купе и они почему то сразу невзлюбили Северуса.

— Они похожи на дураков… — нахмурила брови Марэ. — Я и не думала, что Сириус такой…такой дурак.

Её щеки загорелись от злости. Хоть она и не отвечала за Блэка, но почему то ощущала самый настоящий стыд, будто бы грубость Сириуса, как то её касается. Впервые в чувствах Софи появилась такая жажда отомстить и она становилась всё сильнее с каждой новой стычкой. Она сама не подпадала под неприязнь Поттера и Блэка, успевших за первый месяц укорениться, не только как хулиганье, а как любимцы своего факультета, но даже так терпеть это не могла. Оставалось придумать план мести…

Глава 3. Пара дураков

В гостинной Слизерина обычно царила тишина. Шахматные доски на каждом столике; ароматы трав, что девочки иногда подкидывали в камин, разносился аж до спален — никакой лишней болтовни и шалостей. Большинство слизеринцев листали страницы старых книг с золотыми гравировками. Люциус Малфой склонился над пергаментом. Его платиновые волосы спадали с плеч. Мантия, сшитая из шелка, приятно пахла цитрусами.

Софи внимательно наблюдала, как его пальцы вырисовывают буквы, а изумруды в кольце отбивают свет. Она не умела так, как он. Всегда держать голову высоко, быть безупречным.

— Люциус, — наивно, не скрывая своей детской улыбки, со всей искренностью и уверенностью в его доброте подошла к нему Софи. — Ты же хорошо знаешь зельеварение, да?

Малфой на секунду оторвался от письма и взглянул на неё своим серым и холодным, словно металл, взглядом. Будь Софи поопытнее, смогла бы заметить высокомерие в этих глазах. Он разглядывал её черты, и что-то явно вызвало нотку разочарование на его лице.

— Я превосхожу большинство… — вернулся к чернилам он. — Думаю, это и так понятно, так что вопрос совсем получился глупый.

— Прости… — опустила глаза в пол Маре. Она помнила его как своего принца-защитника и думала, что сможет рассчитывать на помощь, но, кажется, всё было совсем не так.

— Но ты же пришла сюда не только за этим, — дрогнули уголки его губ в легкой ухмылке, и он вновь оторвался от пергамента. Откладывая перо в сторону, Люциус оперся локтем о стол и ждал ответа. — Что тебя беспокоит?

— Тут скорее кто… — поджала губы Софи. Чем дольше он смотрел на неё, тем сильнее ей казалось, что она делает что-то не так. — Я хотела попросить рецепт зелья, что вызывает чесотку.

Малфой рассмеялся. Он находил такие зелья глупостью и совсем не понимал, зачем чистокровной волшебнице заниматься ерундой. Это легко читалось по взгляду. Софи пронзал стыд.

— Мне правда оно очень нужно… — тихонечко произнесла она, сжимая края своей мантии.

— Почему же ты не пойдешь в библиотеку? — изменился его тон на более нежный. Люциус вспомнил её в белом платьице — девочку, что расплакалась из-за сорванного цветка. Да, она совсем ребенок — он таким не был, но что уж поделать. Он захотел ей помочь, потому что ему нравились её зелёные глазки, смотревшие на него с восхищением.

— Не тревожься, дитя, пусть будет так. Я помогу тебе, но сваришь его сама. Боюсь, на это времени у меня не найдется.

— C’est merveilleux!Это чудесно! — тут же сменились эмоции Софи, и она позволила себе коснуться его руки. — Спасибо, Люциус, мне рецепта вполне хватит!

Такой жест вызвал у Малфоя удивление. Её теплые руки оставили на его коже свой отпечаток. Она совсем не вписывалась в рамки Британской Аристократии, неужели это из-за того, что она наполовину француженка…

Люциус, как и полагалось старосте, знал обо всем, что находится в гостиной Слизерина. Он, с присущей ему грацией, прошелся пальцами по полкам, где пылились книги. Их гостиная всегда могла похвастаться массивными резными шкафами, до отказа забитыми произведениями. Даже Когтевранцы не владели такой коллекцией. В одном с такими и лежала тоненькая книжечка. Она спряталась на самом краю полки, придавленная огромными томами зельеварения. Малфой не просто отдал ей книгу, а открыл и сделал закладку на нужной странице.

— Софи, посмотри на Нарциссу, — обернулся он, глядя, как изящно сидит Блэк. Она с такой легкость подняла чашку с чаем и тонкостью своих рук поднесла к губам, что казалось, вокруг всё засияет. — Тебе стоит равняться на неё.

— Д-да, — смутилась Маре. А ведь и впрямь — она не походила на девушек, что учились на старших курсах, даже от матери отличалась, ведь Лиана, всегда держала спину ровно, а голову высоко.

Слова Люциусу остались с ней до самого вечера. Внимательно изучив зелье, она взглянула на себя в зеркало и ущипнула кожу щек — те слегка порозовели. Всё должно быть идеально. Софи поправила свой галстук, разгладила мантию и только так вышла.

Для своего факультета Слизнорт делал исключения, разрешая заниматься в кабинете зельеварения вне занятий, и Маре решила этим воспользоваться. Они уже варили своё первое зелье, правда под пристальным вниманием профессора, а сейчас она должна была сделать это сама. Может, другие не решились бы на такую авантюру, но ей казалось, что она справиться. Уверенность — большая сила, особенно для Софи, которая полностью придерживалась рецептуры. Запах сухой крапивы оказался самым приятный из всех ингредиентов этого зелья — не то, что у бородавок пурпурной жабы.

Софи не знала точно, что принесло ей большее удовольствие: идеальный результат или сам процесс приготовление. Смотреть, как зелье меняет цвет, как шипит, как ароматы окутывают комнату, стало для неё успокоением.

Сверив ещё раз результат с описанным в книге, она убедилась в своём уме. Приготовить почти идеальное зелье с первого раза тешило её самолюбие.

Взмахнув своими длинными волосами, Софи спрятала флаконы в карман мантии. Дверь в кабинет захлопнулась, в нем исчезали запахи, ещё минуту назад летающие в воздухе. Пыль поднималась вверх ловя на себе отблеск свечей.

В Большой Зал вели меняющие положение лестницы. Маре держалась за перила, пока её одногодки от страха шушукались. Если смотреть вниз, то становится страшно, но не ей. Она принимала это как должное, ведь магия с детства была в ее жизни.

Голодные волшебники буквально вбежали в зал. Софи остановилась в углу, уперлась спиной о стену, ощущая легкий холодок. Мимо пробежали довольные пуффендуйцы. Никто не смотрел на неё, даже Лили, что увлеченно болтала с Марлин.

Софи подошла сзади, Маккинон сразу обернулась, чувствуя чужое присутствие и уже было хотела открыть рот, но Маре коснулась пальцами губ, показывая, что лучше этого не делать. Она закрыла руками глаза Лили. Эванс от неожиданности вздрогнула.

— Софи, это ведь ты, — сразу догадалась она, чувству сладкий запах вишни. — Да?

— Неужели меня так легко разгадать? — рассмеялась Софи, обнимая подругу. На самом деле её это радовало, ведь значило, что Лили не забывает о ней.

— Как я могу не узнать свою подругу? — погладила её волосы Эванс.

Взгляд Софи упал на Марлин. Она смотрела на них, нахмурив брови. Ей не нужно знать всего, поэтому Маре, аккуратно прошептав Лили на ухо, попросила отойти с ней в сторону. Маккинон проводила их ещё более недовольными глазками, а сама, сложив руки на груди, растворилась в толпе, что следовала на завтрак.

— Ты обязана мне помочь! — летали искры в изумрудном цвете глаз. Софи достала два флакона: жидкость мирно двигалась волной, пока она их слегка потрясла перед Лили. — Я приготовила чудесное зелье для Сириуса и Джеймса. Мы должны постоять за нашего друга и наказать их, хотя бы немного.

— Софи! — воскликнула Лили с явным неодобрением. — Это может быть опасно.

— Ох, ma belle,моя красавица это совсем слабое зелье, — поднялись уголки губ Софи в хитрой улыбке. — Оно всего лишь вызывает прыщи.

— И ты хочешь, чтобы я заставила их выпить его? — Эванс поглядывала по сторонам. На них и вправду никто не обращал внимание, ну стоят две девушки в углу, какая разница, если с Большого зала доносится запах поджаренной курочки? — Не думаю, что смогу это сделать.

— У меня всегда есть план! — уверяла Софи. — Я отвлеку их, а ты быстренько выльешь содержимое флаконов в их кубки.

— Но это точно безопасно? — спрятала зелье в карман мантии Лили.

— Уверяю! — подмигнула Маре и подтолкнула подругу ко входу в большой зал. — Эти два идиота наверняка сидят рядом, так что будет легко.

Сразу за порогом стоял неистовый шум. Ложки стучали по тарелкам, иногда падали, создавая звонкий звук. Лили шла уверенно, она и так всегда сидела рядом с Джеймсом и совсем не вызвала подозрений, а вот Софи остановилась у самого входа. Она стала на корточки, делая вид, что завязывает шнурки, и как только Эванс уселась на своё место, достала палочку и пряча руку с ней в карман почти вплотную подошла к столу Гриффиндора.

— Pulvis Oculus — прошептала Софи направляя палочку на Джеймса, ради этого момента, она усердно тренировалась весь вечер.

Прошло не больше пары секунд, как Поттер снял свои очки и стал протирать глаза. Маре явно гордилась собой и проделала то же самое с Сириусом, внимание которого было полностью сосредоточено на проблеме Джеймса. Оба мальчишки подняли глаза вверх, с уверенностью, что пыль упала именно с потолка.

— Привет, Лили, — прошла мимо них Софи, и оба Гриффиндорца обернулись к ней, пытаясь разглядеть смутный силуэт.

Эванс тут же подорвалась с места. Ловко выливая зелье в их кружки, она сделала вид, будто пытается помочь. Нежные руки касались лица Джеймса. Он не видел, как пристально всматриваются зелёные глаза в его карие. Словно настоящая фея, она подула на них, хоть это и не дало никакого эффекта.

Заклинание длилось не долго, и вскоре они вновь набивали щеки едой на спор. У кого больше поместится тот и выиграл. Словно два хомяка, глядели друга на друга Гриффиндорцы. Это всё добро, конечно же, пришло время пережевывать, и в этом процессе им помогла уже волшебная жидкость. Среди всего разнообразия вкусов горечь имбиря в зелье даже не ощущалась. Вот только их кожа стала покрываться мелкими прыщиками.

Джеймс чесал лицо так яростно, что в моменте чихнул. С полного рта полетели крошки прямо на лицо Питера, что сидел напротив.

— Ижвини, — продолжал жевать Поттер, параллельно почесывая спину.

Сириус до последнего сдерживал этот порыв. Как бы там ни было, манеры не позволяли. Хоть он отчаянно отвергал все принципы семьи, всё же не позволял себе нарушить чесоткой приём пищи. Маленькие покраснения с каждой минутой превращались в огромные гнойные прыщи. Люпин первый забил тревогу. Он тут же позвал преподавателей.

Софи наблюдала за этим со стороны, упиваясь сладостью мести. Она единственная из всего стола Слизерина смотрела на них. Так радостно она ела яблоко впервые. И только когда профессор Макгонагалл забила тревогу, весь взор студентов направился на Сириуса и Джеймса.

В Большом зале поднялся шум. Пуффендуйцы ахали и пугались, не еда ли это виновата, а вот Слизеринцы, наоборот, тешились.

— Так им и надо, — крикнул второкурсник возле уха Софи, за что получил неодобрительный взгляд Люциуса Малфоя.

Она же до такого не опускалась, а тихо наслаждалась, но, да, они это заслужили, может, хоть так их совесть проснется.

Завтрак закончился под шушуканья и смех. Софи взмахнула своими волосами и, догнав Северуса, схватила его под руку.

— Как тебе расправа над двумя надоедливыми Гриффиндорцами? — протянула она.

— Так эти жуткие прыщи твоих рук дело? — ухмыльнулся Снейп.

— Да! — хихикнула Софи, поправив торчащий воротник на мантии друга. — Пусть немного помучаются.

В этот момент она и вправду гордилась собой, в одиночку сваренным зельем, продуманным планом и его реализацией.

Каким же тихим казалась история магии без Сириуса и Джеймса. Софи даже пришла к мысли, что без них стало даже скучновато. Она привыкла наблюдать, как эти два сорвиголовы придумывают очередную шалость, ведь её они никогда не касались, а потешаться над торчащими крыльями со спины однокурсников среди монотонного бубнения Бинса оказалось весьма приятно.

Осень разносила листья по двору, поднимая их в вихрь и закручивая в танце. В эти выходные первокурсников ждало кое-что особенное: первый в их жизни матч по квиддичу.

Софи знала об этом виде спорта, Фред даже брал её с собой на одну из игр, но это было так скучно, что к концу она попросту уснула. Она уже настроилась проваляться выходные в библиотеке, Лили точно составит ей компанию… Но всё случилось совсем наоборот.

— Давай, Софи! — с силой ухватилась за руку Маре её гриффиндорская подружка. — Будет весело.

Маггловские кроссовки, которые Софи купила вместе с Фредом тормозили об пол, заламывая подошвы. Только не это, только не квиддич. Мерзнуть на ветру ради того, чтобы затекла шея от очередного пике охотников.

— Мы и так проводим мало времени вместе! — не сдавалась Лили и, сделав очередной рывок, не удержалась за руку Софи и присела на пол. — Не будь такой занудой, — поглаживала низ спины Эванс, надув щечки.

— Ô mon adorable problème,О, моя очаровательная проблема! — выдохнула Маре, глядя, как Лили пытается уловить смысл фразы на французком. — Только шарфик возьму…

Коридоры Хогвартса дышали непривычной тишиной, весь шум находился на улице и лишь слабо проскакивал в пролетах, где Филч оставил открытые окна. Лили вприпрыжку шла спиной вперед, а Софи строго глядела, чтобы та не споткнулась. Она не разделяла радость подруги по поводу игры, но была счастлива провести с ней время.

Сегодняшний матч был важен для Гриффиндора, ведь они открывали сезон в этом году, играя против Пуффендуя. Ярко красные шарфы рябили на сером небе. Трибуны будто наполнились огнем, сочетая в себе цвета двух противостоящих факультетов.

— Нужно занять место и Северусу! — Лили пробиралась сквозь ряды, заполненные студентами. Она придерживала своё пальто, чтобы не мешать.

Софи кивнула головой, она выглядывала Слизеринцев, но их было так мало, что хватило бы их с Эванс пальцев рук, чтобы пересчитать их. Неужели нелюбовь к квиддичу тоже часть факультета? Заняв не лучшие места, но хотя бы достаточно свободные, чтобы не сидеть друг на друге, девушки выдохнули. Лили уселась, стряхивая со своей одежды пыль, а Софи, слегка приподняв подол своей длинной теплой мантии, наоборот, выпрямила спину, чуть повернув сомкнутые ноги вбок.

Их идиллию быстро нарушили четверо Гриффиндорцев. Они так яростно обсуждали квиддич, что наверняка их голоса доносились до игроков в небе. Почти зажившие прыщи, уже покрывшиеся корочкой, не мешали их улыбке выглядеть слишком уж самодовольной. Вечно растрепанные волосы Джеймса с каждым порывом ветра застывали в его направлении — по ним можно было легко вычислить в какую сторону он дул. Поттер без лишних вопросов уселся возле Лили, протягивая руку на спинке лавочки. Сириус нагло прошел вперед и, расстегнув нижнюю пуговицу своего пальто, плавно опустился на лавочку. Люпин стал единственным, кто поздоровался и, без лишней драмы, занял место, а вот Питер так странно поглядывал по сторонам, будто убегал от стаи собак, и сейчас смотрел, не продолжают ли они за ним гнаться.

— Милые прыщики, — насмешливо произнесла Софи, касаясь пальцем лица Блэка.

— Мадам Помфри сказала, что они заразны, если дотронуться, — Блэк резко перехватил её руку и прижал к своей кожи сильнее, нежные пальцы пронзали его темное лицо своим холодом.

Софи еле вырвалась. Она тут же стала вытирать руку о мантию, будто от этого зависела вся её жизнь. Только спустя минуту яростной борьбы с тканью, она осознала, что скорее всего Сириус над ней издевается, но рисковать лучше всё-таки не стоит.

Крики Джеймса заглушали гул вокруг. Он так яростно комментировал игру, что пришлось закрывать уши руками при каждом неудачном пике Гриффиндора.

И почему же они выбрали именно эти места?

Помадка с конфеты, что передавал Джеймс прямо через Лили и Софи для Сириуса, капнула ей на мантию. Блэк это заметил и тут же стер её, как ни в чем не бывало.

— Будешь? — протянул гору сладостей он. — Джеймс, у тебя есть без начинки? Софи явно не нравится ягодная помадка.

По выражению лица Маре было понятно, что она сейчас ненавидит весь мир. Ей хотелось взять и ухватиться за кудрявые волосы Блэка с такой силой, чтобы вырвать их с кожей. Чем дальше, тем страшнее звуки издавал Поттер. Гриффиндор проигрывал, и это его очень огорчало.

— Змеи думают, что они умнее… — тянулся Сириус к Джеймсу и почти лежал на девушках между ними. — Ты только глянь: не захотели вылезать из своей норы. Первокурсников лишь и вижу.

Софи выдохнула. Это единственное, что помогало ей держать себя в руках. Если бы Сириус не продолжил, она бы сумела успокоиться, но, когда он кинул скомканную коробку из-под драже в голову Слизеринцу, нервы лопнули. Её тонкие пальцы с силой ущипнули ногу Блэка. Она сжимала кожу самым болезненным способом, цепляясь за неё ногтями. Софи слышала, как его зубы клацнули от боли, наверняка, он их сжал, чтобы не пискнуть, как маленький ребенок. Но это помогло. Блэк, сосредоточенно потирая ногу, замолчал.

Единственной радостью в этом матче стала победа Пуффендуя. На лице Маре красовалась довольная улыбка, а рядом шли явно расстроенные гриффиндорцы. Не зря она терпела их целую игру. Унылые мордочки хулиганов того стоили.

Глава 4. Манеры или их отсутствие

Выходные, как им и положено, пролетают с неимоверной скоростью. Песок в часах сыпется с верхней ниши вниз, и его путь уже подходит к концу. Вечер в гостиной Слизерина дышал своим спокойствием. Никаких криков, ссор, лишь медленное поскрипывание перьев. Мягкий диван из бархатной ткани ощутимо отличался от подушек на нём. Стоило их коснуться, как нежность бархата ускользала из-под пальцев, теряясь в грубости золотой вышивки на льняных наволочках.

Нарцисса умело скрывала свой интерес к Люциусу, делая вид, что занята чтением книги, но Софи, сидевшая рядом, всё замечала. Блэк не перелистнула книгу ни разу — и это её заинтересовало, а вскоре, замечая очередное мелькание взгляда в его сторону, она поняла, что Нарциссе совсем не интересна книга, а вид, который открывался за её коркой. Маре уловила не только отражение Малфоя в голубых глазах, а и их поразительную схожесть. Взять хотя бы волосы — белые, как снег, а кожа, чего уж там говорить об осанке и выражению их лиц, которые словно отражали друг друга.

— Цисси, — тонкий голосок Андромеды нарушил тишину своей нежностью. Нарцисса тут же перелистнула страницу, что успела припасть пылью, а затем и вовсе захлопнула книгу, оборачиваясь на сестру, стоявшую на ступеньках лестницы в девичьи спальни. — Где ты пропадала? Мы же договаривались сходить в Хогсмид этим вечером, разве у тебя не закончились перья?

— Кхм, — поджала губы Нарцисса. В ней и вправду было идеально всё: то, как она сидит, выровняв спину и отодвинув колени слегка в бок; как опускает книгу тонкими пальцами на стол, и та без лишнего звука ей поддается, словно бледные фаланги успели нанести заглушающие чары на неё, ибо каждый шорох мог нарушить идиллию тишины. Блэк всегда поправляла платья, когда поднималась со стула, будто залом на нём это что-то неприличное. — Я слегка увлеклась чтением.

Щечки Софи зарумянились от неимоверно сильного желания засмеяться. Ей так и хотелось упрекнуть Нарциссу в том, что за час её чтения, та прочла от силы одну строку. Гулкий звук движущейся стены нарушил всю трепетность момента. За ним последовали и голоса. Группа слизеринцев, среди которых успел отметиться Северус, прошла мимо, не прекращая своё обсуждение.

— Северус, — окликнула мальчика с сальными, аж до блеска, волосами Софи. — Пойдём вместе в библиотеку?

Он остановился, оборачиваясь к ней. Карман мантии, испачканный пятном от сока одного из растений, что использовалось на зельеварении, провисал, тая внутри что-то похожее на томик книги.

— Нет… — Снейп не держал на ней взгляда, он лишь мигом оглядел её и стал следить, как рассаживаются по местам студенты постарше, с которыми он и пришел. Очевидно, что их компания интересовала его больше. — Сегодня уж точно нет.

Лисьи глаза Софи слегка прищурились. Она успела присмотреться к людям, что забрали внимание её друга на себя. Не сказать, что они ей нравились, да и обратное тоже не подходило. Она лишь не понимала, чем может быть интересна компания слизеринцев, которые были на четыре года старше. С ними же ни о чём другом, кроме как об учебе и не поговоришь — интересы слишком разные. Ну и ладно. Пускай так. У неё всегда есть Лили, и она уж точно не откажет.

Холодные дни уже давно стали привычными. Осень, что с неё взять. Словить лучи солнца посреди туч и облаков казалось настоящей удачей. И вместо того, чтобы насладиться последним теплом, Софи мучилась на трансфигурации. Если в зельеварении она вместе с Северусом разделяла статус лучших учеников на курсе, то на предмете, который вела профессор Макгонагалл, значительно от него отставала.

Зелёные глазки прыгали на каждого студента в кабинете. Остановились на Мэри Макдональд — такая зажатая, держит палочку совсем неумело, сразу видно — выросла среди магглов. Софи уже было хотела потешить себя, что не одна не сумела превратить спичку в иголку, но как только взгляд перескочил на Сириуса Блэка и его уверенный взмах, превращающий нос Питера в клоунский, мысли стали куда хуже. Она — чистокровная Слизеринка, а сравнила себя с какой-то Мэри. Ох уж нет, стыдно-то как, а что если все узнают, как сильно ей не поддается трансфигурация?

Нельзя показывать свою слабину. Нужно успокоиться, сделать вид, что всё под контролем. Но как тут успокоиться, если Северус окликнул Лили, сидевшую впереди, и кичился своим успехом. Эванс и вовсе могла с ним посоревноваться на скорость превращения предметов — она показывала большие надежды, несмотря на то, что родилась в семье обычных людей. Это начинало гложить Софи больше, и она не придумала ничего лучше, кроме как вытащить книгу по зельеварению и заняться тем, что у неё получалось хорошо. Проблемы с трансфигурацией же решит позже — тихо, без лишних глаз, чтобы никто не видел её позора.

Осень опускалась на Хогвартс своим желтыми листьям и тыквами с вырезанными лицами, расставленными по всему коридору. Они украсили не только полы в гостиных, кабинетах и подоконники, но и потолок Большого Зала — парили, освещая своими жуткими мордочками всё вокруг. Призраки в этот день особенно распоясались, ну ещё бы, это ведь их праздник. Пивз чудил с самого утра и страдали, конечно же, Слизеринцы. Софи проснулась ранним утром от грохота посуды, хотя Люциус Малфой подготовился и убрал все предметы, что могли шуметь в кладовку, засунул доспехам в рот тряпки и нанёс поглощающие звук чары, но разве что-то могло остановить Пивза? Призрак сумел притащить с кухни кастрюлю и поварешку и устроить всем лучшее утро за последний месяц.

В гостиной благодаря такому бодрому подъему собралось необычно много студентов. Малфой держал руку на своем лбу, протяжно вздыхая. Он вел беседу с Кровавым Бароном и это выглядело, как самые настоящие переговоры двух министров.

Маре ступала по лестнице совсем не спешно, выглядывала свободный диван. Казалось, что все места были уже кем-то заняты. Её соседок среди всей толпы не было, они попытались продлить свой сон, спрятав голову в подушки, хоть это совсем не помогло. Она так делать не стала. Предпочла не мучить себя попытками заткнуть уши и спустилась на шум. Зато девочки из комнаты рядом сидели друг с другом в обнимку. Софи их вид казался совсем неряшливым: слипшиеся ото сна глаза, торчащие волосы во все стороны, будто так сложно пойти и умыться, что она сделала в первую очередь. Маре не позволяла себе выйти непричесанной. Иесли про Серену Мерривотер Софи ничего не знала, то такой неподобающий вид у Адель Гринграсс сильно её удивил. Будто ничего в ней не осталось от той девушки со званых ужинов детства, где её голова, так сильно тянулась вверх, что казалось, она вот-вот готова оторваться от шеи. Софи не сдержала смешок. А так ей даже лучше, вид поприятнее, человечнее что ли.

— Что вы так столпились? — схватил Уилкса за мантию Малфой и оттащил от камина, в котором догорали дрова. Он толкнул ногой пару дров, и те скатились прямо в огонь, на скривленном лице в глазах читалось отвращение и некая злость, мол, почему это должен делать он? — Идите уже на завтрак!

Песок в часах медленно осыпался, ему предстоял ещё долгий путь, пока в полночь сам по волшебству не перекрутится, и всё не начнется заново. А в коридорах и впрямь в этот день все выглядело иначе. Каждый портрет ехидно улыбался и старался напугать неожиданно вскрикивая «бу». Дойти в Большой Зал стало настоящим испытанием, особенно для Миранды, которая с таким рвением ухватилась за мантию Софи, что чуть её не порвала. А доспех, спровоцировавший это, довольно поклацал своим отверстием для рта.

Ах, осень чувствовалась в каждом запахе, витающим в воздухе. Такой сладкий аромат карамели, тыкв и листьев…? Сириус Блэк и Джеймс Поттер мчались прямиком в Большой Зал, раскидывая по пути опавшую листву с улицы. Как они её доставили в замок в таком количестве — загадка, хотя, если приглядеться на свечение их палочек, то становиться понятно. Неужто профессор Флитвик научил их новому заклинанию? Судя по испуганному лицу учителя и его попытке спрятать глаза в пол перед Макгонагалл есть в этом доля правды.

Слюнки текли у всех, даже тех, кто не любил тыкву, ведь в этот день открывал её для себя заново. Софи могла насладиться изобилием блюд, но её глаза бегали не по пирогам и пирожным, а по Сириусу. Изучала каждую его прядь, завиток волос, которые образовывали на голове целую шевелюру кудрей. Фрейя всегда учила поддерживать связи, заставляла вязать банты на коробочки с подборками, что отправляла своим знакомым почти каждый день. Подумала. Согласилась с бабулей, ведь получать подарки приятно, но стоит ли дарить что-то Блэку? Нужно спросить у Лили.

Эванс сама к ней подошла сразу после ужина. Заметила, что её подруга не сводит с их стола глаз.

— Это самый лучший завтрак в моей жизни, — Лили схватила подругу под руку и тогда заметила на себе косые взгляды слизеринцев. Она подошла слишком близко к столу совсем без задней мысли, а они такое не любили. — Он был великолепен, правда? — сглотнула слюну, напрягаясь и даже пугаясь, чувствовала, будто оказалось в змеином клубке, как добыча, и успокоилась лишь за порогом Большого зала.

Софи кивнула. Молчала. Оборачивалась назад, поглядывая на Сириуса.

— И о чём же ты так задумалась? — продолжила Эванс. — Неужто влюбилась? — показательно прикрыла рукой рот, хихикнула. — Я видела, как твои глазки бегают по нашему столу. Кто этот счастливчик?

— Лили! — возмутилась Софи, смущаясь, ведь даже не допускала такой мысли. — Всё совсем не так, хоть и признаюсь глядела на этого Блэка.

— О, ужас, Софи! — воскликнула Эванс на весь коридор, будто узнала что-то ужасное. — На этого дурака?

— Вот именно, что дурака! — с потолка опустился огромный паук, обе вздрогнули, напугались. — Mon Dieu* — сорвался крик с губ Софи. — Пережить бы сегодняшний день…

Лили держала руку на груди, сердце колотилось, но после этого рассмеялась вместе с Софи.

— Так что там о Блэке? — вернулась к разговору Эванс. — Меня уже Джеймс конкретно достал, спрашивает о подарке для него, три дня осталось, а он всё кипишует. Такой вроде правильный, порядочный, а на деле только и умеет издеваться над Северусом. Вот, недавно толкнул его прямо в библиотеке. За что? Непонятно.

Софи замолчала. Не могла оправдать его действий, вспомнила, что при первом их знакомстве он хулиганил не меньше.

— Мы ведь знакомы с ним с детства, — тихонько произнесла она, будто чувствуя вину за свои слова и порыв обрадовать его. — Блэки ближе нам, чем другие, чаще наведывались, всегда приносили подарки, присылали открытки…Даже в прошлом году на день рождения я получила от них шаль.

— Как знаешь, Софи. — отрезала Лили, слегла цокнув языком. — Я бы, если честно, ничего не дарила такому, как он.

Разные занятие разделили двух подруг, каждая пошла своей дорогой. Лили на трансфигурацию, Софи на историю магии. И всё бы ничего, но надоедливые мысли летали из одной стороны в другую. Вроде и правильно подарить что-нибудь Сириусу, ведь он ей ничего плохого не сделал, а с другой стороны, зачем поощрять хулигана? Маре и сама не заметила, как её голова стала забита лишь Блэком, а никак не занятиями. Как назло ещё и подслушала беседу Нарциссы о важности беречь родственные узы, а ведь Люциус между прочим просил равняться на неё. Один подарок ведь никому не навредит? Лучше всё же поздравить Сириуса, чем потом мучить себя угрызениями совести.

Решение Софи больше всего обрадовало Фрейю, но не потому, что та любила Блэков, скорее наоборот, а потому, что внучка учится у неё правильным манерам, как она считала. Отправила книгу, что Софи запросила, и та успела как раз вовремя.

Утро третьего ноября выдалось весьма солнечным. Среда. Середина недели. Софи не могла спать долго, проснулась ещё до будильника. Пялилась на книжку в бордовой обертке с не менее выразительный алым бантом. Не хотела дарить, стыдилась. Казалось, что будто предает Северуса этим поступком. Утешила себя мыслью: а вдруг у Сириуса после этого появиться совесть? Закрыла глаза, наслаждаясь ещё греющими лучами, пробивающимися через мутное стекло. Лучше сделать и жалеть, чем потом мучать себя мыслями: а что если бы? Это куда хуже, чем легкое угрызение совести, что проходит за пару дней.

За завтраком не решилась. В обед тоже спрятала подарок в тайный карман внутри мантии. Ужин подобрался быстро. Софи бы может и не решилась, если бы не Лили, что бросала в неё искры, а после и вовсе потащила за собой.

— Ну я же вижу, что ты ему что-то купила! — толкала в спину подругу Эванс.

— Ты же была против! — неохотно сопротивлялась Софи, скорее её торможение было автоматическим, хоть и признаться — сердце колотилось.

— Я и сейчас против, но вижу, как ты сама не своя из-за этого дурацкого подарка! — Лили так увлеклась, что не заметила небольшую ступень порога и ухватилась за волосы Софи, лишь бы не упасть, благо всё обошлось слабой болью.

— Un désastre tacheté,Веснушчатое бедствие не убегу я, моя дорогая. — пригладила пряди Софи, они у неё всегда выглядели опрятно, никогда не пушились и не торчали во все стороны, как например у Джеймса. — Сама этого хотела.

Башня Гриффиндора отличалась от их Слизеринской обители довольно значительно. Можно было сказать, что они как небо и земля, в прямом смысле. Это первое, что пришло Софи на ум. Большие окна ловили лунный свет, должно быть днём здесь совсем светло, не то что у них — сырость и холод. Не то чтобы ей это не нравилось, просто стало интересно, каково это быть Гриффиндорцем? Хотя, успела заметить, как портреты косятся на её галстук, и любопытство перевернулось смущением. В голове возникла мысль: а разве можно другим факультетам раскрывать тайну их гостиной? Гадать долго не пришлось, прямо перед ними из проема за портером выскочил Питер.

— О, Пит! — воскликнула Лили и затолкала его обратно. — Быстро позови сюда Блэка!

— Н-н-но — выставил он указательный палец вверх в попытках что-то объяснить, но так и не смог этого сделать, портрет вернулся на место и закрылся.

— Это у Вас галстук Слизерина? — охнула Полная Дама схватившись за грудь. — Просто невиданно! Зачем вы её сюда привели?

— Не бойтесь, она не пытается войти внутрь! — утешала её Лили. — Это моя подруга Софи, я за неё ручаюсь.

— Слизерин — это уже повод для беспокойства! — вопила она, да так, что все соседние портреты чуть ли не повылезали из своих рам. — Даже не думайте подходить ближе!

— И это ещё Слизеринцы злые? — Маре спрятались за Лили и шептала ей на ушко, стараясь как можно тише, чтобы никто не услышал.

Рама вновь отодвинулась, и Софи выдохнула, когда недовольное лицо Полной Дамы повернулось к стене. Сириус перескочил через небольшой порог и встал, как настоящий король, ждавший поклона.

— Вот так сюрприз! — тянулись уголки его губ выше. — Признаться, не ожидал, — сложил руки за спину и потянулся корпусом вперед, выглядывал Софи, прячущуюся за Лили.

Эванс поджала губы, сдержала смешок и, сбросив руку подруги со своего плеча, юркнула в проем, и тот послушно за ней закрылся.

— Неужто Полная Дама тебя пропустит? — издевался над ней Сириус, качнувшись вперед.

— Я НЕ ПРОПУЩУ! — завопила та. — И даже не думай меня просить!

— Ладно-ладно. — даже не обернулся к ней Блэк. Он разглядывал Софи, будто оценивал, но на деле лишь любовался выступившим румянцем на её щеках. — Не люблю лишних глаз…

Блэк не спрашивает разрешений — он сразу делает. Схватил Софи за руку беспардонно, завел за угол — мертвую зону портретов, тут, как бы они не пытались высунуть свои носы, всё равно не могли увидеть.

— Ты ведь не просто так проделала такой путь? — шагнул к ней Сириус и оказался на расстоянии вытянутой руки, даже ближе. — Ну, я жду.

Софи поджала губы, хмыкнула, будто бы кроме него в этом мире никого нет, и все пути ведут к нему. Ну ладно, правда. Она тут из-за него. Достала книгу, что прятала за спиной, и с силой протянула ему, не рассчитав, врезалась ею в его грудь.

— Это тебе! — отвернулась вбок, разглядывая осыпающуюся краску угла, чувствовала, как щеки горят и горели бы сильнее, смотри она ему в глаза. — С днём рождения.

Казалось, намного легче было бы подсыпать ему в сок очередное зелье или ущипнуть, а не стоять здесь с этим подарком и робеть, непонятно почему. Сириус не растерялся, ухмыльнулся. Тут же разорвал обертку грубо, на клочья. Бант упал на землю, а Блэк его поднял и вдруг надел Софи на руку. От неожиданного жеста пришлось обернуться к нему. Заметила. Искры в серых глазах. Неужели Блэка удалось чем-то восхитить? Подняла голову выше, гордилась, что угадала с подарком.

— Вау… — протянул Сириус касаясь рукой золотых букв «Драконы, и как с ними справиться». Драконы, машущие крыльями и дышащие огнем, от которого книга и вправду нагревалась, что отдавалось внезапным теплом на коже после рыка, вызывала у него восторг. В их доме книги носили другой характер: темные искусства, проклятия, чистота крови, но никак не драконы, разве что темная магия, что с ними связана.

— Нравится? — сделала шаг вбок Софи и встала возле него. — Долго выбирала, не могла вспомнить, где её видела.

Блэк не сказал ни слова. Он повернулся к ней, заглянул в глаза и в миг они исчезали с виду. Теперь Софи смотрела на его кудри, чувствовала их запах, свежий, даже травяной, или это была листва? Не разобрала. Застыла, пока руки Сириуса сжимали её спину в объятиях. Сердце стучало бешено, но не у неё одной. Блэк тоже поймал аромат исходящий с её волос — вишня, он не любил вишню. До этого дня. Даже не прикоснулся к торту, что прислала тётя, из-за того, что тот пах вишней, но сейчас хотел его попробовать, будто бы торт мог показать ему, какая на вкус Софи. Он всегда считал слизеринцев высокомерными снобами, но она не была такой — дружила с Лили, даже вспомнила про его день рождения, казалась ему другой, такой идеальной, один лишь факультет стал её изъяном.

— Подожди здесь! — неохотно отстранился Блэк и тут же направился к портрету. — Я принесу торт, — шел спиной вперед он, лучился улыбкой, не мог упустить её из виду, споткнулся, успел опереться на руку и исчез в проеме.

Софи выдохнула. Рассмеялась. Чувствовала себя легко, забыла о всех его минусах, будто знала его всю жизнь с рождения. Сириус казался ей забавным, да и нравились эмоции, что возникали рядом с ним, пускай зачастую это был даже гнев, который всегда по какому-то образу превращался в смех, в шутку, и веселил их обоих.

Блэк не задержался долго, выскочил из проема, книгу уже оставил внутри. Нес в руках огромный кусок на тарелке, руки испачкались в креме, пальцы липли друг к другу. Ложечка, воткнутая в торт, держалась крепко. Сириус протянул торт Софи и стал ждать. Она лишь нахмурила бровь, но без единого упрека.

— Попробуй! — метал взгляд с торта на неё и обратно.

Стало слегла неловко. Манеры слишком сильно впечатались в её разум, хотя, какие тут манеры, они же одни. Жадно отрезала кусок и поднесла ко рту, вдыхая аромат любимого фрукта. Как же она любила вишню, а торт был напрочь пропитан её вкусом. На лице воцарилась идиллия. Это то, чего ей не хватало, и даже глаза Сириуса, впивающиеся в её лицо, не могли нарушать всю сладость момента.

— Вкусно? — кусал губы изнутри он, не терпелось попробовать тоже.

— Вкушно, — приступила к следующему укусу Софи.

Последний кусок торта. Ему пришлось его отдать, так и не попробовав, но оно того стоило. Его радовало личико Софи, хоть подарок казался в разы ценнее и дороже, Блэк успокоился, что смог хоть чем-то её отблагодарить. Как-то потерялся в этих мыслях и автоматом вытер крем с её щек, засунув палец себе в рот, чтобы липкость не мешала. Замер. И сладко, и кисло в одно время. Софи захлопала ресницами. Румянец выступил сильный, пуще прежнего. Не знала, что сказать и просто рассмеялась протягивая остаток торта Блэку.

— Раз уж манеры улетучились, давай разделим этот кусок? — предложила она, понимая, что такой реакции не будет у человека уже попробовавшего десерт. — Я и так наелась, слишком уж большого ты обо мне мнения, раз принес такой огромный кусок.

Сириус принял торт. Опустил глаза на тарелку, вновь убедился в её душевной красоте.

— Я просто знал, что ты любишь вишню, — сознался он. — Всегда съедаешь всю с фруктовницы, и правильно, нечего змеям есть вишню, пусть едят крыс, — закончил фразу и тут же засунул себе кусок в рот, больше не мог говорить, жевал.

Софи расхохоталась, могла смутиться, но Сириус выглядел, как хомяк, прячущий за щеками семечки. Такой милый — настоящий джентльмен. Хоть луна не грела, от её света становилось тепло или от Блэка, уплетающего торт за обе щеки?

— Возвращайся уже к друзьям! — схватилась за его плечи она и повернула его в сторону их гостиной, толкала к самой Полной Даме, а он улыбался, особенно сильно, когда Дама помахала головой и цокнула, еле удержался от плевка. — Не переживайте, уползаю в подземелья! Au revoir!До свидания!— склонилась перед ней в реверансе Софи и рассмеялась с Блэком пуще.

Не свершилось то, чего боялась. Не пожалела, что пришла, скорее перекручивала все моменты в голове и наслаждалась, хотела проводить так больше времени, хоть и понимала, что не могла.

Глава 5. Причины ненависти

Фрейю Бёрк никогда нельзя было назвать скупой, да и как бы сильно её манера поведения не выбивалась из принятого в сообществе. Даже тот, кто её не любил, в итоге прогибался под сладостью речей и щедростью, которую она умело использовала.

Софи трудно было посчитать, сколько времени уходило у её бабушки на написание писем и покупку подарков для, казалось бы, совсем незнакомых людей, но каждый из них для госпожи Бёрк имел ценность, потому что миром правят связи.

Госпожа Бёрк старалась это донести и до внучки, поэтому коробку, что она прислала, ей доставляли никак не совы, ведь даже целая стая птиц не смогла бы унести такую тяжесть. Как и полагается истинной подлизе, Фрейя не забыла и о сестрах Блэк, что явно заслуживали внимания. Для них она собрала самые лучшие платья и шелка с Парижской недели мод.

Весь вечер Софи был потрачен на эту коробку вещей. В слизеринской спальне начался настоящий показ. Нарцисса не любила какие-то подачки, считала, что она выше этого, но устоять перед этими драгоценными тканями прямиком из Франции не смогла. Тем более они были куплены именно для неё и для её сестры, так что можно считать это подарком на праздники. Правда, какие — уже совершенно другой вопрос. Что ж, Фрейе всё же стоит отдать должное.

— Андромеда, ты в этом платье как наша Белла, — крутилась у зеркала Нарцисса, разглядывая каждую складочку на новой мантии, и никак не замечала ниток на ней, будто сшита она и вовсе без них. — Будь у тебя волосы потемнее, я бы вас и вовсе не различила издалека! — обернулась к Софи и одарила её самой нежной своей улыбкой. Наверное, кому-то со Слизерина впервые посчастливилось видеть всегда горделивую Блэк такой. — Скажи, Софи, правда ведь похожи?

— Очень, — на белоснежном личике выступил румянец, Софи пыталась застегнуть ремешок на новых сапогах, но безумно волновалась, боялась повести себя при них не так.

За временем барышни уж точно не следили и разошлись по спальням ближе к полуночи. И если сестры Блэк довольно ушли спать, то Софи зажгла свечу в бронзовом подсвечнике и унесла её в гостиную, оставляла соседок в тишине. Перо скрипело, на бумаге вырисовывались формулы домашнего задание, о котором Маре напрочь забыла, пока мерила шелковую ночнушку. Потирать усталые глазки уже вошло в привычку.

Тишину, нарушаемую лишь скрежетом пера пронзил гулкий звук — песочные часы начали свой новый отсчет перевернувшись. Полночь. В гостиной кроме неё — никого. Можно было, конечно, расслабиться, откинуть глупое эссе и довольствоваться удовлетворительной оценкой, но, нет, Софи желала «Превосходно». Ещё через час, она еле доковыляла до своей кровати и упала на неё мертвым грузом не имея сил переодеться.

Проснулась только утром с головой закутанная в одеяло. Скинула его с себя. Жарко. В комнате темно, шторы задернуты, но соседок нет. Взглянула на часы, а там… Завтрак пропустила, да ещё и занятие началось. Спохватилась, как не в себе, впервые в жизни не причесалась, не умылась, как следует. Волосы наэлектризовались от подушки и торчали в стороны. По дороге завязала галстук — небрежно, как смогла, удерживая книги под рукой. Вбежала в кабинет, с силой распахнув дверь. Все взгляды направились на неё. Стыдно. Жар поднялся к щекам, попыталась пригладить волосы и от смущения опустила глаза в пол, так и не подняла их, пробираясь между рядами на самую последнюю парту.

— Мисс Маре, вы опоздали! — сквозь тихие смешки гриффиндорцев в её сторону произнес профессор.

— Простите, я проспала, — виновато протянула Софи, успев уже разложить всё нужное на парте, её волосы так и не смогли вернуться в нормальное положение, и выглядела она довольно потрепано.

— Ну что же, милочка, надеюсь, это первый и последний раз! — смягчился он от её вида. Может, другим он бы и не простил такой проступок забрав баллы, но для слизеринки, да ещё и лучшей ученицы, мог сделать поблажку. — Приготовьтесь варить зелье, я к вам сейчас подойду.

Готовка зелья для неё не составляла труда, но сидеть вдали от друзей оказалось совсем непривычно. Она видела их с другой стороны и впервые заметила, с какой нежность Северус смотрит на Лили. Он не смотрел так на других, только на неё.

На Эванс смотрел не только Северус. Как только об его голову ударился лирный корень, который, как успела заметить Софи, прилетел из рук Поттера, она поняла, что Лили в глазах друга совсем другая. Он не подал даже малейшего вида злости, а лишь поднял корень с земли и с помощью магии заставил его превратиться в цветок. Софи усмехнулась, а ведь Северус всегда относился к Лили с большим трепетом, даже любовью что ли. Хотя значения этому она не придавала, в голове уже закралась мысль о его симпатии. Пока Маре следила за ухаживаниями Снейпа, не заметила и поступков Блэка. Через весь кабинет, прямо к ней на стол прилетела бабочка из бумаги. Она всегда получала их от Сириуса, в то время как другим слизеринцам он дарил взорванный котелок или перья в волосах… Впрочем, Софи не опускалась до шалостей, ей было куда важнее сосредоточиться на учебе.

Ожидания Слизнорта насчет неё оправдались. Идеально сваренное зелье без лишних подсказок. Правда, она как пришла последней, так убежала первой.

К обеду Маре уже выглядела как подобает настоящей слизеринке: на мантии ни единого залома, голова высоко, взгляд свежий и высокомерный, но за ним пряталась всего лишь наивная Софи.

— Лили просила у тебя книгу о сушке цветов, — ковырял мясо в тарелке Северус. — Дашь её мне, я отнесу ей.

— Я могу и сама, — совсем без задней мысли ответила Софи, она была сейчас сосредоточена на листьях салата, изучала их прожилки.

— Нет, давай лучше я! — бросил взгляд на гриффиндорский стол Снейп и, замечая, как Джеймс накладывает Лили в тарелку картофель, злился. — Она забыла книги на зельеварении, не будем же ходить два раза.

Спорить Софи не стала — ей меньше хлопот. После обеда, когда отдавала книгу, заметила, что на лице Северуса появилась очень уж довольная улыбка. Вновь не придала этому значение. В голове внезапно всплыли те листья салата и книжка в библиотеке по особенностям растений по типу маггловской ботаники, но с волшебными растениями. Вот только Северус уже успел отдалиться. Он шагал так спешно, что Софи еле успела его догнать.

— Постой, — жадно ловила воздух она, бежала вдогонку. — Да подожди же меня! — кольнуло в боку, схватилась за живот рукой, но, несмотря на боль, ускорилась. — Arrête enfin!Остановись, наконец-то! — хрипловато крикнула Софи на французском, набрав побольше воздуха в грудь, раз уж Английский он не слышал. — СЕВЕРУС!

Услышал. Остановился. Дождался Софи, а она, аж румяная от спешки, схватила его под руку и только так зашагала обратно.

— Зайдем сначала в библиотеку! — сдула упавшую на лицо прядь Маре. — Возьму ещё одну книгу для Лили, отнесешь уже ей всё!

— А что она ещё хотела? — сжимал в руках и так уже достаточно тяжелую стопку книг Северус, он хотел быстрее увидеть свою Эванс, услужить ей, пока это не сделал кто-то другой.

Дверь в библиотеку открылась. Время час пик. У стола миссис Пинс собралась настоящая очередь желающих оформить себе книгу.

— Томик о цветоносных растениях, — перешла на шепот Софи и тянула его сразу к нужной полке, так задумчиво выглядывала интересующие её книги, что совсем не заметила пристальный взгляд Блэка на своей фигуре.

— О, и вы тут! — рыжели издалека волосы Лили, она уже успела сама найти нужную книгу и от этого лучилась улыбкой. — Вот это совпадение.

— Давай я понесу! — Северус моментально вырвался из рук Софи и встал возле Лили, настаивая на своей помощи. — У меня тут ещё книги, все твои, — выпрямил спину он, пытаясь показать, как ему легко нести стопку книг, хотя руки уже дрожали.

Лили не отказалась. Прибавила к башне ещё одну книгу. Северус шел возле неё, как покорная собачка, оставляя Софи позади. При виде Эванс он слишком сильно менялся, становился послушнее, нежнее, и Маре вовсе ощутила себя третьей лишней.

Многие, глядя на огненную гриффиндорку, успевшую всем понравиться и занудного слизеринца совсем не понимали, что их так сильно связывает. Хотели бросить насмешки, но держались, хотя наедине спокойно язвили: слизеринцы о чистоте крови Лили, а гриффиндорцы о подлости Северуса, да и многие уже успели привыкнуть к нему, как к «Нюниусу» из-за вечных издевок. И если большинство мирились с дружбой Лили и её чрезмерной добротой, то Джеймс уж точно этого не прощал.

Он вместе с Блэком последовал за ними. Никто не сомневался, что Сириус намеренно толкнул Снейпа, его довольное лицо служило самым большим доказательством. В серых глазах прыгали огоньки.

Глухой звук пронзил коридор возле библиотеки. Книги из рук Северуса посыпались на пол, открываясь на случайных страницах. Да и он сам еле удержался на ногах — таким сильным был толчок от Блэка. Поттеру не понравилась попытка Снейпа устоять на месте и он, без лишних угрызений совести, толкнул его сильнее.

— Уйди с дороги, Нюниус, — ухмылялся Джеймс, он не хотел допускать даже прикосновений к прекрасному цветку Гриффиндора, считал слизеринца слишком грязным даже чтобы стоять с Лили рядом. — От тебя воняет!

И если бы не удовольствие на их лицах, Софи злилась бы меньше. Она совсем не понимала, что служит такой ненависти в сторону Северуса, да и тело словно в шоковом состоянии застыло на месте. Сириус, с которым ей было так легко, сейчас не заслуживал дружбы, и от этого становилось совсем не по себе, ведь он ей нравился как человек. Позволить себе и дальше видеть в нем хорошее не могла, слишком уж сильно задело отсутствие совести в его поступке. Разрывалась между ними двумя и как бы не старалась найти оправдание для Блэка — не находила.

— Вы дураки! — кричала Лили им вслед, а Джеймс лишь скривил рожицу.

Северус неспешно собрал все книги. Старался выглядеть перед ней достойно, но внутри горел. Она их простит, конечно, ведь Поттер всегда крутится рядом, а он будет их ненавидеть дальше, глубже, сильнее. Северус не мог найти в глазах Лили полную поддержку, да и в глазах Софи её не было.

Кто бы знал, что именно в этот раз её спокойствие будет так нарушено. При одном лишь взгляде на Сириуса к щекам подступал жар злости, сменяясь к концу занятия на грусть. Мало того, что все общие уроки она находилась в таком рассеянном состоянии, что пергамент оказался исписан перечеркнутыми словами и каплями чернил, появившимися из-за слишком длительного пребывания пера над одной точкой. Ну не может Блэк быть её другом! И вроде бы такое обычное решение, но до конца его принять она не хотела. Бабочки, прилетевшие на парту с различными рожицами вместо узоров на крыльях, подливали масла в огонь. Сириус никогда не делал ей ничего плохого и имеет ли она право его ненавидеть? Хотелось бы поистине пропитаться к нему отвращением и не мучить себя, но это дурацкое личико с улыбкой и рука, машущая только ей с соседнего ряда, не позволяла этого сделать.

Глава 6. Ангел-хранитель

Первая Зима в Хогвартсе… Она подкралась совсем незаметно, казалось бы за одну ночь много поменяться не может, но проснувшись утром, Софи обнаружила за окном, где вчера ещё со своими золотыми листьями царствовала осень, белое полотно снега, оно укрыло всё: деревья, поля, опушки у запретного леса и даже крыша домика лесничего стала сливаться с окружающей средой из-за снега. С приходом зимы на дворе стал чаще звучат смех, прилетали снежки в окна, ударяясь и распластавшись по стеклу спадали вниз, а главное занятие завхоза сменилось на постоянное вытирание пола от сапог юных волшебников.

Свою власть зима показала не только в Хогвартсе, иначе, почему Фрейе пришло в голову прислать своей внучке книгу с таким символическим названием как: «Северные снежные зелья»? На её страницах можно было найти самые странные и необычные рецепты, что приводили Софи в восторг, а иногда даже заставляющие знатно удивиться, как до этого вообще додумались, а главное — зачем? Самым бесполезным ей показалось зелье блеска. Всем конечно нравилось, как снег переливается под светом от свечи, но не настолько сильно, чтобы три часа тратить на создание жидкости придающую вещам такой же эффект. Софи, конечно, потратила, но это было ради научного интереса, больше его готовить она станет — больно дорого обходиться, но не дороже, чем зелье замерзания. Субботним вечером, в кабинете зельеварения, не без разрешения профессора, конечно же, Маре сварила очередное зелье из списка. Два флакончика уверенно покрывались инеем из-за него. Можно отдохнуть, но…

Дверь за Сириусом Блэком, бежавшим на таких скоростях, что затормозив ботинки аж заскрипели — захлопнулась создавая вибрацию по всему кабинету.

— Тссс, тихо! — Блэк пулей метнулся к ней, касаясь вишневых губ своим указательным пальцем.

Ох, как же это разозлило Софи. Сжала его кисть и с силой сбросила со своего лица. Еще смеет ей указывать! В подземельях!

— Тебе Гриффиндорской башни мало?! — крикнула на него Маре намеренно громко, наперекор, но вместо испуга с его стороны получила лишь ладонь на своих губах и его дыхание в шею.

За стеной раздались суетливые шаги. Кто-то так голосно топал, и когда шаги прекратились, возникла неестественная тишина. Сириус на миг успокоился, но ручка двери скрипнула, и Блэк кинулся под стол. Софи закрутилась на месте, удержалась от падения, а глухой удар головы о дерево смешался со звонким хрустом стекла. Один флакон с зельем скатился на пол и разбился, а второй только падал. Маре попыталась его поймать и поймала, только вот пробка вылетела со свистом, и всё зелье вылилось ей на мантию превращая ткань в лед.

Интересную картину застал Джеймс: разъяренная Софи в замороженной мантии и ни одного следа Блэка. Как открыл дверь, так её и закрыл от греха подальше.

Блэк вылез, потирая свою голову, а Маре уже вовсю застыла на месте, мантия не только покрылась льдом, но и примерзла к полу.

— Что ж это ты так… неловко, — почесал затылок Сириус, наблюдая, как её щеки порозовели от ярости, хотел помочь, но понял — лучше убежать. Хоть Блэка нельзя назвать трусом, в этот раз он боялся гнева, что искрами вылетал из зеленых глаз. Оставил Софи одну, а перед тем как закрыть дверь произнес: — Я куплю тебе новую, пришлю, завтра же!

— СТОЙ! — крикнула она громче захлопнувшейся двери.

Всё таки зелья из этой книги — зло, но не настолько сильное, чтобы бросить её в камин. Впрочем, теперь можно было оправданно злиться на Сириуса, который, как и обещал, прислал мантию каким-то чудом на следующий же день.

Субботние дни в Хогвартсе всегда наполняются особой атмосферой. Студенты совсем не спешат на завтрак, спят подольше и ходят вразвалочку. Единственная Софи торопилась в Большой зал. С этой книжечкой засиделась до самой ночи и сейчас почувствовала, как живот крутит от голода. Так усердно ела, что даже не почувствовала изменившийся вкус запеканки, впрочем, не она одна.

Странность заметили не сразу, постепенно. Кто-то стал говорить только рифмами, а Эвану, выпившему пунш, повезло куда меньше — его волосы окрасились из русого в ярко-зеленый и даже светились. Больше всего пострадали любители острого — видимо, вместе с перцем чили в блюда попало вещество, заставляющее их извергать разноцветное пламя, благо совсем безопасное. Всеобщего негодования не было, наоборот, студенты смеялись, показывая пальцами друг на друга.

Еда играла с каждым волшебником по своему: кого-то одарила пышными усами; у кого-то на шее висели ободки с колокольчиками, как на коровах. Слизеринцы не сумели веселиться вместе с остальными, неодобрительно кивали, но Софи лишь к концу завтрака заметила у себя козьи рожки и невольно хихикнула — выглядели они и вправду забавно. Ну и пускай… Пострадали все, можно и посмеяться. Эффект от чьей-то шалости длился не долго, профессора не успели и вникнуть в саму её суть.

Понять кто стоит за шуткой оказалось не сложно, но не наказывать же половину Пуффендуя и четверых Гриффиндорец, а то останутся совсем без очков, так что в этот раз им всё сошло с рук.

Обычно воскресенье для студентов было днём отдыха и горячего чая возле камина, но в этот зимний день гостиные пустовали. Весь смех, что обычно доносился из обителей студентов, звучал во дворе. Мокрые перчатки совсем не грели руки, да и ноги уже замерзли, но Софи продолжала собирать снег в лоток.

— Софи-и-и, — доносился голос Лили, её румяные щечки напоминали перепеченный пирожок. — Неужели ты лепишь снеговика?

Эванс бежала впереди, оставляя следы своих ботинок на снегу, они быстро перекрывались отпечатком Мэри и Марлин, а затем и Джеймса с Сириусом, отстававших от девушек.

— Зачем ты набираешь снег? — заглянула через плечо Лили.

— Для зелья, — Софи пыталась утрамбовать побольше снега, но перестаралась и лоток не закрывался. — Талый снег один из ингредиентов.

— А такие бывают? — воскликнула Эванс необычайно гроко. — Вот уж не зна…

— Не догонишь, не догонишь! — прямо над головой, издавая свист и оставляя за собой поток ветра, пролетел на метле мальчишка, чье лицо не особо и удалось разглядеть из-за скорости, с которой он мчался.

— Я же сказала ОТДАТЬ!.

Лили и Софи Повернули голову на весьма нежный голосок: старшекурсница Когтеврана неслась прямо на них. Она не была так искусна, как предыдущий летчик, и еле сумела набрать высоту, но и так почти зацепилась за Софи. Той пришлось отступать, но сделала это неудачно — упала в снег, благо, что успела подложить руку.

Бордовый шарфик Лили пострадал сильнее. Его унесло порывом ветра аж к ногам Марлин. Эванс, наклонившись за своей вещью, совсем не видела, как тот самый воришка на метле не справился с управлением и врезался в каменную фигуру на балконе, а та пошатнувшись стала падать вниз.

Сириус сам не понял, как так быстро оказался возле Софи, а затем вместе с ней в сугробе. Видел, как огромная статуя, казавшаяся сверху крошечной, рухнула прямо на место, где Маре отряхнула мантию от снега. Выдохнул, ведь сейчас она была в его руках и он, возможно, сжимал хрупкую кисть слизеринки слишком сильно, ощущая её быстрый пульс.

Софи совсем не чувствовала силу его руки, да и не слышала ничего вокруг. В ушах звенело, а щеки наполнились таким жаром, что снег падая на них таял моментально. Тело напряглось до предела, не давало ей даже двинуться, дрожало, как не в себе, и эта дрожь не поддавалась контролю.

— Ты в порядке? — Сириус удержал её от падения в весьма неудачной попытке встать.

Софи ещё не до конца воспринимала случившееся, кивнула. Ступала медленно, ноги стали ватой. Все вокруг как-то всполошились. Лили подбежала, что-то там бормотала, совсем не разобрать что. Да и Маре не пыталась, обернулась на статую, затем на Сириуса, продолжающего уводить её подальше. Даже профессор Макгонагалл, выбежав без теплой одежды, не смогла привести её в чувство.

— Ведите её в лазарет, — поймала её слова Софи..

— Н-нет, — остановившись, дрожащим голосом ответила она, перевела взгляд на руку, затем на вторую, в которой была ладонь Сириуса. Попыталась вырваться, но он держал крепко — не дал ей этого сделать. — Не нужно в лазарет, — проглатывала слова, коснулась горящих щек, выдохнула. — Всё хорошо.

Зелье затерялось в памяти, будто его и не было. Маре даже не замечала лоток в руках Лили. Мысли начинали крутится в голове: «А что если бы?.. Нет! Не думать об этом».

— Н-надо переодеться, — голос всё ещё дрожал, но сил прибавилось, тело постепенно разжималось, жар уходил.

В горле застрял ком, но слёзы удалось сдержать. Показаться перед всеми слабой и расплакаться было страшнее смерти. Да и руку Блэка пора было уже отпустить. Благо, он сам это понял и не сопротивлялся.

Снег, прилипший к мантии, быстро растаял из-за тепла коридоров, ткань стала отдавать холодом, да и с каждым шагом становилась тяжелее. Сириус молча шел позади Софи, наблюдая, как за ней остаются капли талого снега на полу. Она молчала. Блэк знал, о чем сейчас думает слизеринка, и не мог позволить ей продолжать это делать.

— Надеюсь, тебе понравился вчерашний завтрак, — нарушил тишину он, был готов сделать что угодно, лишь бы заставить её переключиться. — Рожки тебе очень идут… — Софи даже не хмыкнула. — Интересно, чьих рук это дело…

— Все знают, что это вы! — поддалась его искушению Софи, хотела утереть ему нос.

— Но смешно ведь! — Сириус ускорил шаг и быстро оказался рядом с ней, плечом к плечу. — Нужно будет повторить.

— Как вы вообще это сделали… — закатила глаза она. Но правда интересно, как у первокурсников получилось такое провернуть, хотя, не без помощи старших, конечно же, но пуффендуйцы… Софи считала их самым никудышном факультетом.

— Ох, это уже наш секрет, — Блэк поистине гордился этой шалостью. Прекрасный дебют, начало их с мародерами эры. — Домовые эльфы всегда действуют одинаково.

— Эльфы? — удивилась Маре.

Гриффиндорец и впрямь её заинтересовал, учитывая, каким был их эльф Анклав — гордым, хитрым, даже можно не бояться сказать, умным, его уж точно нельзя провести.

— Ну да. Эльфы, — сам слегка удивился реакции Софи. всё детство провел с домовым и, честно сказать, выучил его до мельчайших костей. Как и положено Блэкам, считал эльфа обычной прислугой, не более, вот и обращался со всеми домовыми по положенному им статусу. — Они же готовят всю еду, что появляется на столах.

— Я зна-а-а-апчхи… знаю, — теперь уж Софи чувствовала весь холод от мокрой мантии. — Но разв… апчхи, — внезапный порыв чиха не давал ей договорить, да и мысль из-за этого как-то затерялась. Особенно когда мантия Блэка опустилась на её плечи, а он шмыгнул носом, оставаясь в обычной маггловской одежде, штаны которой успели набраться снега. — С-спасибо, — смутилась Маре.

Тишина. Нить разговора утеряна, да и чихать стал уже Сириус. Софи сначала подумала, что зря он отдал ей свою мантию, а потом вдруг осознала, что идёт сейчас рядом с Сириусом Блэком — своим врагом… Ну, как своим... Врагом своего друга, хулиганом, который, между прочим, спас её жизнь, да и сейчас ведет себя, как настоящий джентельмен.

Ну как, как можно его ненавидеть? А надо! Вот только не было в ней и капли ярости к этому гриффиндорцу. Особенно когда сталкивалась с ним взглядом, поэтому предпочла опустить глаза в пол, не видеть его серых глаз.

Когда запах свежести сменился сыростью подземелий, Софи подняла глаза. Время пролетело слишком быстро, а уже пора прощаться. Она так и не поблагодарила Сириуса как следует. Отдала ему мантию, заглядывая в глаза. В них не нашла ни капли упрека или того презрения, с которым он смотрел на других.

— Спасибо, Сириус, — твердо произнесла Софи, стояла уверенно, без дрожи в ногах, как-то не думала о той статуе, что могла лишить её жизни. Думала о Блэке, что улыбался ей.

— Как спаситель, претендую на часть твоей жизни, — полетели искры из его глаз, конечно же он шутил, но Маре лишь прикусила губы.

— Ну, что за глупости, — взмахнула волосами она. Не могла злиться, хоть местами его характер и шутки особенно выходили за все рамки приличия. — Хотя…Tu as quelque chose de diabolique,В тебе есть что-то дьявольское. — уголки губ дрогнули в улыбке, вновь взмахнула волосами, делала так, когда считала, что права.

— Ч-что? — застыл Блэк — ни черта её не понял. Сейчас наставление матери учить французский казался не таким уж мрачными.

— Говорю — ты мой ангел-хранитель, Сириус, — Софи опустила руки на плечи гриффиндора и обернула его в противоположную от их гостиной сторону. Случайно коснулась кожи на шее, холодной, между прочим, и прикусила губу. Лишь бы он не заболел из-за неё… — Спасибо ещё раз, Блэк!

Глава 7. Мамина гордость

Преддверие Рождества всегда сопровождалось особой атмосферой. Помимо того что в замке витала морозная свежесть, проникающая сквозь забытые Филчем оконные рамы, которые он не успел заклеить, и из-за этого старшекурсники ему на зло их открывали, сейчас к ароматам зимы добавились и запах ели. Хагрид оставил множество хвоинок на земле, пока дотащил елку в Большой зал. Старшекурсницы решили украсить Хогвартс ветками, так что замок буквально дышал праздничным настроением.

Софи и Северус спешили на зельеварение, несмотря на атмосферу Рождества, занятия никто не отменял, и если на другие они могли идти порознь, то на предмет Слизнорта лучшие студенты приходили вместе. Чему профессор был безумно рад — ведь нет ничего лучше, чем командная работа, способная поставить их в пример остальным и с гордостью говорить, что его студенты умеют приготовить зелье идеально.

Не все радовались такому союзу идеальных, на первый взгляд, Софи и «нюниуса». И если Маре совсем не придавала значение, с кем ходит Сириус Блэк, то он наоборот позволял себе даже цокнуть языком при виде её в компании некоторых. Уж больно сильно ему не нравилась её дружба со Снейпом. Ровно настолько, насколько Джеймсу привязанность Лили к этому самому слизеринцу.

Поттер и Блэк не постеснялись никого, впрочем, никогда не беспокоились по этому поводу. Сразу после зельеварения набросились на Северуса со своими упреками, а он молчал как рыба, не особо-то и огрызался. Только Софи после очередного «нюниус» рявкнула на Блэка.

— Брось, это всего лишь шутка, Софи, — сложил руки на груди Сириус и продолжил ухмыляться. Так сильно ненавидел Северуса, что не замечал её злости, аж до дрожи в руках, а ведь видел в нём тех самых родственников помешанных на чистоте крови, как и во всех слизеринцах, кроме одной. — Он всегда сам нарывается.

— Дурак! — пока Снейп бездействовал, Софи толкнула Блэка в плечо. Эти их перепалки делали ей слишком больно, сердце так и начинало колотиться от осознания, какой на самом деле плохой человек, что заставлет её улыбаться.

Тут сомнений не было, Сириус — плохой, Северус — жертва. Как бы печально это не звучало для неё, это всё равно оставалось правдой. Убеждение в том, что Снейп лучше, с каждым днём росло — он ведь молчит, не лезет первым и будет добрее их всех вместе взятых. Эти мысли побуждали её всё больше с ним общаться, помогать во всём, быть хорошим другом, хоть это и провоцировало гриффиндорцев на очередные издевки. Но откуда ж ей знать, что именно её общение так злит Сириуса.

В очередной раз убедившись в правоте своих мыслей, Софи даже не поскупилась прочитать Блэку лекцию о важности быть добрее перед Рождеством. Но толку от этого ноль. Вот и решила совсем на него не реагировать. Даже не касаться бабочек, что несутся к ней на общих занятиях.

Ходила Софи с высоко поднятой головой, под ручку со Снейпом, смеялась с каждой шутки Люциуса, хоть и считала её нелепой. Не слизеринцы плохие, наоборот, защищают друг друга, стараются помочь, выгородить. А гриффиндорцы лишь умеют бросаться на слабых. Совсем не львы, ведь львы — благородные, а у них даже чести нет да достоинства.

Убеждать себя в этом стало труднее. Фред Годвин — её отчим, каждую неделю присылал сладости и подарки для неё, а был, между прочим, гриффиндорцем… Во всем наверняка виновато время. А может Фред был единственным таким порядочным? Но Лили ведь тоже гриффиндорка… Софи сама путалась в своих мыслях и домыслах, искала любую мелочь, чтобы зацепится, оправдать Северуса и пристыдить Сириуса с Джеймсом.

За столиком в гостиной держала спину ровно, вырисовывала своим идеальным почерком рецепты зелий. То как ингредиенты соединяются воедино, создавая уникальные эффекты для зелий, казалось ей настоящим искусством. Она могла подолгу читать лишь о них, хотя стоило бы подтянуть трансфигурацию. Отвлекалась на яростных хлопок книги, что читал Северус сидящий напротив.

— Эти гриффиндорцы, — проговорил он с горечью, словно само это слово оставляло у него неприятный привкус. — Я ненавижу их. Их самодовольство, их вечные выходки, невыносимо!

В его тёмных глазах вспыхнуло что-то похожее на огонь, и Софи стало ясно, что ненависть Северуса к Гриффиндору была глубже, чем простая школьная вражда.

— Они думают, что им всё позволено, просто потому что они гриффиндорцы, — продолжил он, с трудом сдерживая гнев. — Они прикрываются своим «благородством» и нарушают правила, не думая о последствиях. А потом их ещё и награждают за это!

Софи не могла не согласится, но что-то в его словах настораживало: ненависть, с которой он это произносил. Все её попытки очернить Сириуса и Джеймса казались сейчас глупыми и провальными, словно детская обида за дергание косичек. Наконец-то осознала, что винить весь факультет глупо и неправильно.

— Не стоит так ненавидеть, Сев, — неуверенно произнесла Маре, а ведь и вправду не могла злиться так, как он. — Ненависть ничем не поможет, тем более к целому факультету.

— Ты совсем не понимаешь, — тихо произнес он. — Трудно перестать ненавидеть тех, кто постоянно напоминает, что ты недостаточно хорош. Хотя я лучше. Намного лучше и умнее них.

Может она и не понимала, каково это быть изгоем, но не считала себя чем-то лучше других, осознавала свою неидеальность, хоть и могла похвастаться первенством в зельеварении.

— Если бы я мог, я бы всем им показал… — сжал в руках перо Северус. Миг, и оно хрустнуло, сломавшись пополам. — Будь у меня больше власти, им бы ничего не сошло с рук.

Софи видела его таким впервые. Власть… Что-то слишком далекое для её ума. На деле-то, воспринимала все издевки, как игры. Не считала чем-то серьёзным, потому что её-то они не касались. Увидела в Северусе слишком явную жестокость. Сириус не смотрит так, не горят у него так сильно глаза, даже когда он смотрит на Снейпа.

Спрятала свой изумрудный взгляд в пол. Не так уж и благочестив её дорогой друг. По телу пробежал некий страх, отдавая жаром в щеках. Зря она полезла… Фрейя всегда учила придерживаться нейтралитета, никогда не занимать чью-то сторону. Считала, что только так можно защитить себя от этого жестокого мира. Правда, что в нём жестокого, Софи ещё не понимала.

Последний ужин перед каникулами стал для неё настоящим облегчением: прошел он тихо, без всяких шуток и выходок. Видимо Сириус был слишком огорчен разлукой со своим, уже наилучшим, другом Джеймсом, на время каникул.

Вдруг поймала себя на мысли, что слишком много думает о нём, и даже сейчас её взгляд направлен на стол Гриффиндора, но никак не на желанный пудинг, в который уже воткнулась чужая вилка… Остаться без десерта не так страшно, когда завтра первый день каникул.

Хогвартс-экспресс выпускал клубы дыма — спешил в Лондон. Лили устало потягивалась возле окна, за которым мелькали заснеженные поля. Северус вроде и глядел на них, но на самом деле взгляд его был прикован лишь к Эванс. Софи сидела напротив, листала книгу по трансфигурации, до жути для неё скучной.

— Пойдём все вместе играть в снежки? — предложила гриффиндорка, опираясь рукой на столик.

— Я бы с радостью… — захлопнула книгу Софи, только и искала предлог чтобы перестать её читать. — Но мы вернулись в особняк бабули, — вздохнула, вспоминая, какую чудесную клумбу пришлось оставить. — Теперь я буду жить в Лондоне.

— Я бы хотела жить в Лондоне, — надула свои губы Лили, мечтательно улыбнулась. — А ты Северус? Поиграем же в снежки?

Северус поднял свои глаза спрятанные в пол, после того как столкнулся с её взглядом, подарил ей самую нежную свою улыбку, какую не видел больше никто. Для него в приоритете всегда были книги, но только, если дело не касалось Лили. Ради неё он мог даже заняться маггловскими играми, лишь бы провести с ней побольше времени.

— Конечно, Лили, — согласился он под гул поезда.

Лондонский вокзал затягивал всех в порыве шума и общей суеты. Софи встретил её отчим. Он совсем не отличался от магглов. Разве что яркой, как солнце, улыбкой среди хмурый лиц.

Впрочем, свет быстро исчезал в темноте вечера, за окном лишь мелькали фонари, а дорогу освещали фары автомобиля. Софи с опаской сидела на задних сидениях, а Фред держал руль уверенно, будто он совсем не волшебник. Чем ближе становился особняк, тем мрачнее становилось. Может, виной всему ночь, а может, что единственный свет в округе доносился из окон старинного дома, к которому вели кованые ворота и темный сад. Благо внутри всё оказалось не так тоскливо. У камина нежилась Фрейя, пока её внучка, младшая сестра Софи игралась с котелком.

— Ух ты! — воскликнула Маре, поднимая Хоуп на руки. — Что тут у тебя? — склонилась посмотреть в котелок, скривилась, такого издевательства ещё не видела, хоть тоже была ребенком. — Вот это зелье… — брезгливо произнесла она. — Лепестки роз, долька лимона, пол яблока…

Худые руки быстро устали держать уже подросшую Хоуп, и Софи вернула её к котелку. А малышка дотянулась до тарелки на столике, стащила оттуда клубнику и вишню, бросила в свой котелок. Маре поджала губы. Такое зелье точно взорвалось бы…

— А где мама? — бросила свой взгляд на Фрейю.

Та совершенно спокойно подняла чашечку с чаем, отогнув мизинец, отпила.

— Она уже спит, — госпожа Бёрк отдала посуду своему домовому эльфу Анклаву и продолжила так же сидеть у камина.

А Софи ведь безумно сильно ждала встречи с матерью. Стало как-то обидно, ведь не видела её долгое время. Надеялась, что она тоже её ждет. Молча стала подниматься по лестнице. Ступенька скрипнула. Софи подняла глаза, и на них выступили слезы. Изначально они появились из-за грусти, но полились пуще при виде матери, операющейся на перила. Улыбка Лианы оставалась такой же теплой, как и раньше, но само лицо худое, бледное. Щеки впали так, что скулы выступали. Даже цвет губ изменился на какой-то тусклый, болезненный. Лиана уже не была той роковой красавицей, больше походила на неопрятную женщину в больнице.

— Милая моя, — шептала её мама, посильнее обнимая, но сил в руках, увы, не было. — Мой лучик солнца.

— Мамочка… — поджимала губы Софи, сдерживая неожиданный порыв слез.

Как же она скучала и как рада была вновь почувствовать руки матери на плечах. Пускай и такие хрупкие, холодные настолько, что, касаясь её кожи, заставляли неприятную дрожь пронестись по всему телу. Но это всё совсем не важно, ведь вся любовь отзывалась в нежности, с которой Лиана гладила спину дочери.

— Мой ангел… — звучал тихий голос, задрожал к концу. Лиане вновь пришлось опереться на перила, ноги тряслись, стоять было тяжело. — Расскажи мне, как тебе Хогвартс, как Слизерин?

Софи взглянула на мать. Сердце от её вида сжалось, вдруг стало страшно. Болезнь длится слишком долго…

Мысли прервал Фред. Встревоженно метнул свой взгляд на Лиану, взял её под руку.

— Пойдёмте в кровать, — протянул свободную руку Софи, позвал за собой. — Ты должно быть устала, Софи… — поймал её за ладонь и потянул слегка на себя, чтобы она шла рядом. — Я сделаю вам чаю для хорошего сна.

День и вправду выдался трудным. Лиана уснула под голос своей дочери, рассказывающей ей о Хогвартсе, о тех местах и кабинетах, которые она уже знала. Софи сама зевнула не раз и, казалось бы, всего лишь на минутку опустила голову на подушку в кресле, как оказалась в своей кровати уже утром.

За целый день, что она провела дома Софи удалось заметить, что мама совсем ничего не делает, только спит. Она не могла потянуть её в пляс, когда Фрейя устраивала себе музыуальные паузы, заставляя Анклава приносить из кладовки волшебные музыкальные инструменты, а затем уносить их обратно. Надо же было его чем то занять. И пускай такие мелодии не особо нравились Софи, ей хотелось танцевать. И она танцевала. Правда, одна. Лиана глядела с улыбкой, а больше ничего и не могла. Хоуп же полностью была во власти бабули и Фреда, неужели ей не хотелось побыть с мамой? Хотя… Она ещё маленькая, совсем ничего не понимает.

Вечером ароматы изысканных блюд разносились по всему дому, начиная со столовой. Софи с топотом сбежала по лестнице прямо на запах фирменной запеканки с беконом. Фрейя конечно же не разрешила к ней и притронутся, ожидала гостей.

Фред как раз успел помочь Лиане спустится, как прибыла Вальбурга Блэк со своими детьми.

Софи сидела ровно, перед гостями не позволяла себе расслабиться, полностью придерживалась всех манер, в отличие от Сириуса. Он согнул ногу в колене, поднимая её выше, так, чтобы пятка упиралась в стул, и ни один взгляд матери не мог заставить его сесть более прилично.

Ужин прошел необычно тихо. Лиана почти ничего не съела, сидела завернутая в плед и улыбалась. Улыбка — единственное, на что у неё хватало сил.

Как бы сильно Софи хотела не думать о плохом, всё же осознавала, что это неспроста, но продолжала надеяться на скорое исцеление матери.

— Софи! — начала Фрейя, грациозно прикладывая шелковую салфетку к губам, дабы вытереть жирный блеск. — Анклав приготовил для вас десерт в гостиной.

Любые слова бабушки имели двойной смысл. Софи научилась его улавливать, была весьма послушной, и без лишних споров встала из-за стола, поблагодарив за ужин. Сириус не вставал. Сидел дальше. Фрейя метнула на внучку ещё один взгляд, мол, взрослых пора оставить. Стиснув зубы тут она тоже повиновалась.

Этот Блэк — сплошные проблемы.

— Пойдём, — опустила руку ему на плечо Софи. Вообще не хотела с ним разговаривать, надеялась, что и не придется.

Её-то он послушал. Бросил салфетку на тарелку с довольной усмешкой, глядя на мать. Софи скривилась. Не понимала, чем он гордится? Тем, что нарушает правила приличия? Дурак. Что уж тут ещё сказать. Маре конечно могла пропитаться к Вальбурге теплыми чувствами, как к доброй тетушке, но уже не раз заметила, как она косится на Хоуп и Фреда. Хоть открыто сказать не могла, всем своим видом показывала, как презирает таких «магглолюбов».

Не многое поменялось от смены комнаты. Софи молча смотрела, как языки пламени оставляют свои следы на кусках дерева. И что же ей делать… Впрочем, Сириус не дал даже подумать. Бродил по комнате, как по собственному дому. Залез даже в шкаф, где висела старая метла, стянул её с петель, уже крутил в руках, недолго, пересадил ногу через рукоять и поднялся вверх. Глаза Софи округлились от увиденного, а ему от этого хоть бы хны, полетел себе в другую комнату. Маре поспешила за ним. Встала у двери, опираясь на неё руками.

— Ты что делаешь? — нахмурила брови Софи, произнесла это довольно тихо, хоть и хотела на него накричать, но боялась Фрейи не меньше, даже если не была виновата.

— Сейчас… Подожди… — ухватился двумя руками за метлу Блэк. Ему не так доставляли удовольствие полеты, как то, что ими он позорил свою мать. Такой себе бунт в честь свободы. — Хочу сделать винт, — вильнул вправо и сбился о шкаф, создавая звонкий шум ударяющихся друг о друга статуэток. Они затем и вовсе с глухим стуком упали на пол. Маленькая комната и большое количество мебели всячески ему мешали, и выровняться он уже не смог, случайно наклонился вперед и тем добавил скорости.

— Это что ещё такое! — на шум в комнату ворвалась Фрейя, в ужасе смотрела на то, как Сириус летит на какой-то метле по коридору. — Кто летает на метле в доме? И вообще, откуда у вас метла? — Прищурилась, разглядела в метле свою винтажную, схватилась за сердце, открыв рот от такого невиданного безобразия. — А ну, быстро слазь!

Сириус бы хотел остановится, но не мог, не знал как, поэтому просто отпустил метлу и рухнул на пол, благо, был всего в метре от него.

Фрейя дышала громко, как дракон, способный испепелить всё вокруг своим огнем. Схватила свою метлу и леденяще глянула на внучку. Могла накричать, но при посторонних не стала. Страшно не любила Вальбургу, вот и вела себя сдержанно. Споткнулась о статуэтки на полу и ойкнула от неожиданности, обернулась на Сириуса и Софи, а затем хмыкнув отвернулась обратно, пошла искривлено, видно в спине что-то защемило.

— Не хватало, чтобы они ещё разбили мои реликвии, — ворчала себе под нос госпожа Бёрк.

Когда от фигуры грозной бабули не осталось и следа, Сириус рассмеялся первым, Софи тоже позволила себе смешок. Перекинулись сияющими взглядами, а затем Маре взяла себя в руки пряча улыбку. Стало жарко. В горле першило. Кашлянула. Тихонечко вернулась в столовую за стаканом воды.

— Сплошное разочарование! — жаловалась Вальбурга. На лице румянец, видно от стыда. — Это всё его дружки! — коснулась рукой лба. — Простите, ради Мерлина, — резко схватила бокал с вином, отпила немного. — Совсем непослушный, ещё немного этой компании и начнёт восхвалять грязнокровок!

Регулус возле матери смирно сидел за стульчиком, еле дотягивался до стола. Софи его стало по-настоящему жаль: сидеть и слушать эту болтовню — даже компания Сириуса и то куда лучше. Да и Лиане это явно не нравилось, всё поглядывала на Фреда, что судорожно пил воду, он-то уж точно терпел.

— Софи, милая, ты ведь не общаешься с грязнокровками? — переметнулись к ней госпожа Блэк. — Ах, что я спрашиваю, конечно же нет, на Слизерине нет ни предателей крови… — сделала паузу, глядя на Фреда. — Ни поганых грязнокровок.

Софи застыла со стаканом в руках. Хорошо, что уже успела немного выпить. Вернула его на стол, кивнула, просто промолчала. Обернувшись, поймала взгляд Сириуса. Он пошел за ней, но остановился у двери. Смотрел совсем не детским взглядом с какой-то ненавистью, но не неё, на свою мать. Поднял голову высоко, схватил Софи за руку и потащил за собой. В очередной раз заставил её изумится. Шел, как хозяин дома. Отпустил её только возле вешалки с одеждой. Натянул свое пальто, шарф гриффиндорский, который вынул из кармана, ведь Вальбурга силой сняла его с шеи сына и намеревалась выбросилась.

Маре стояла в ступоре. Никуда с ним идти не собиралась и вообще, ещё одно доказательство, какой же Сириус невоспитанный дурак. А он и не спрашивал, хочет она или нет. Взял её белую шапку с помпоном и натянул ей на голову.

— Твоя куртка? — Спросил он, снимая с вешалки белую куртку с мохнатым капюшоном. — Софи?

В ответ только тишина. Больше не спрашивал. Коротко вздохнул. Встал позади неё, развернув куртку, как джентльмены для своих дам.

А за окном снег блестел своим волшебным светом. Сиял, словно бриллианты. Конечно, ей хотелось погулять, что угодно будет лучше этого ужина, но этот Блэк всё портит.

Софи быстро нашла для себя оправдания, красота зимнего вечера слишком сильно манила её.

— Вот выйду на улицу и закопаю тебя в снегу, — пробормотала себе под нос. Отомстит ему за всё и пойдёт гулять себе сама.

Укутавшись в слизеринский шарф, Маре ступила за порог. Звуки барахтанья Анклава, что доносились с кухни стихли, а вокруг только красота: свет из окон заставлял снег переливаться, блестеть. Легкий морозец щипал кожу. Подняла глаза вверх на небо, звезды — россыпь бриллиантов на темно синем полотне, а луна их царица. Переметнула свой взгляд, рядом Сириус, глаза направлены вверх, а на лице застыла тоска. Неужто и он печалится.

Присела аккуратно, тихо, стараясь даже не шуршать курткой. Еле как слепила снежок и бросила его в Блэка, оставляя отпечаток на его пальто. Он обернулся на неё, держал руки в кармане, да и Софи застыла, ненадолго. Затем быстро набрала горсть снега и бросила в него ещё раз и ещё, попала за воротник. Блэк от внезапного холода на коже съежился, вытащил руки из карманов, раздвинул ноги на ширину плеч и стал опускать корпус.

Что он делает? Смотрела Софи, а затем целая волна снега полетела в неё, прилипая к шарфу.

— Ах так! — выкрикнула она, нарушая тишину.

Искрами из глаз слетела вся злость, превращаясь в снежки. Она бросала не щадя: в голову, в ноги. А он по большей части лишь пытался их поймать, изредка кидая в ответ. Вскоре ярость превратилась в смех, щеки горели теплом. Сражаться дальше не было сил. Сириус протянул ей свою руку. Свет луны падал на его лицо, стал заметен румянец на бледной коже. Софи не думала в тот момент ни о чем плохом, захотела взять протянутую ей руку и взяла. Ступала по его следам, минуя сугробы до колен, а он уже весь в снегу. Добрели до беседки — укромный островок под крышей. Упали на деревянный пол — нужно отдохнуть. Всё ещё держали друг друга за руки. Обернулись друг к другу лицом, оба улыбались. Тишина.

Стоило бы его ненавидеть, но не могла. А он любовался её румянцем. В сердце царил покой — рядом с ней он был собой. Софи для него исключение из правил. Слизеринка с душой, ведь считал, что у них её нет.

— Умеешь делать снежного ангела? — нарушил молчание Блэк, не боялся показаться каким-то не таким, а говорил то, что первое пришло в голову.

Софи промолчала, поднялась и отошла от беседки на метр. Плюхнулась в снег, начиная быстро двигать руками и ногами. Этому научил её Фред, когда в Коукворте выпадал снег. Сириус лишь восхищенно выдохнул, чего-чего, но этого он не ожидал. Упал рядом с ней, сделал то же самое. Странно… А ведь даже не холодно лежать в снегу. Снег сухой — сам по себе не прилипает к одежде.

Глаза устремились в небо. Звезды мелькают, словно живые.

— Ты назван в честь звезды, — подняла руку к небу Софи, поняла это на астрономии, когда они изучали созвездия и почему-то сразу вспомнила Сириуса. — Звезда Сириус в созвездии Большого пса.

— Да… — посмотрел на неё Блэк, а затем поднял руку тоже, хотел видеть небо так, как видела она. — У Блэков ведь принято называть детей в честь звезд и созвездий…

— Софи… Сириус… — донесся голос Фреда, нарушая их спокойствие.

Пора возвращаться в дом… И даже если Софи и Сириус уже разделяли километры, два их ангелочка друг возле друга ещё долго оставались на снегу. Может, стоило написать ему письмо, но Софи не стала. Да и Хоуп заболела, так что всю свою заботу она направила на неё.

Время пролетело быстро, оставляя в памяти эти чудесные дни. Чемоданы ждали поездки, а на аккуратно застеленной кровати лежала форма Слизерина. Лиана, сутулясь приоткрыла дверь, заглядывая внутрь.

— Готова? — тихонько спросила она.

— Да! — улыбнулась Софи, подхватывая Лиану за руку, не хотела её ничем тревожить: ни своими переживаниями, ни горестями. — Осталось уговорить бабулю отдать мне часть её редких ингредиентов, — задорно произнесла она.

— Не волнуйся об этом, — погладила дочь по рукам Лиана. Для неё было настоящим счастьем видеть, как Софи волнуется лишь по таким мелочам, надеялась, что это будут единственные её переживания. — Впереди у тебя ещё много интересного, насладись этим временем…

Софи улыбнулась. В каждом слове матери чувствовала её тепло. Постарается не оплошать, сделает всё, чтобы она и дальше ею гордилась.