Не верь цимберланам

Глава 1

— Не верь цимберланам, — процитировал Бургер послание древовидного профессора.

Я уже не раз слышал такие слова. Сначала от Астеры Скай, затем видел на плакате повстанца-раварца Орлена Даркаша. И вот снова. Но теперь от профессора. От того, кто верой и правдой сотню лет служил во благо Республики.

— Так это он? — пренебрежительно произнес цимберланин, стоявший возле Корг-Магира.

Я пригляделся к нему. Облик мало чем отличался от ректора. Такая же черепахоподобная голова и комбинезон, разве что более яркий, с виду дорогой и представительный.

Но вот голос…

Голос его заставил вздрогнуть. Тут же вспомнился директор завода Торд-Жэу Гурш. Именно с ним этот цимберланин разговаривал в тот самый день, когда я затаился в одной из ниш вдоль коридоров станции.

— Проходи, Котов. — Корг-Магир указал на кресло перед своим столом.

Но я засомневался. Чуть ранее я получил предупреждение от Нафтина. Он советовал бежать, хотя и не смог придумать, как именно. Теперь же предостережение Лорикса…

— Пожалуй, постою. — Я замер недалеко от входа.

— Не волнуйся, мы не собираемся применять силу, — вновь заговорил другой цимберланин. — Просто побеседуем.

Ладонь Корг-Магира показала на него.

— Это Нарс-Вэй Дан. Он глава службы республиканской разведки.

— Ого! И какие же вопросы у разведки столь высокого уровня?

— Проходи и присаживайся, — настойчиво потребовал Нарс-Вэй Дан.

Идея развернуться и драпануть показалась отнюдь не безумной. Также вспомнилось, что крейсер «Молот и Молния» не единственное судно, пришвартованное к станции. Как насчет «Пламени Ширы»? Хотя, пожалуй, и корветом в одиночку не сдюжить. Да и далеко ли уйду?

— ПРОХОДИ!

Голос Нарс-Вэя прозвучал иначе. Он стал глубоким и мощным, будто исходил из самого нутра. Приобрел какие-то магические интонации. Но самое худшее — я не смог противиться ему. Ноги сами двинулись навстречу.

Я остановился в паре метров от главы разведки.

— ПРЕКРАСНО! — Голос цимберланина продолжал подавлять. Я с ужасом осознал, что перед глазами всё стало мутным. Возник туман — сероватый и густой, словно вата. Я видел своих собеседников лишь как неясные образы.

— Так-то, Котов, — послышался ехидный голос Корг-Магира. — Никому не устоять против внушения третьего уровня.

Это должно было что-то значить для меня, но не значило. Плотная мгла теперь не только окружала, но и проникла в голову. Я не мог думать… Только подчиняться.

— НАЗОВИ ИМЯ И ОТКУДА РОДОМ! — приказал Нарс-Вэй.

Как оказалось, губы мои тоже стали ватными. Но они охотно разлиплись.

— Я Александр Котов. Родом с планеты Земля.

— В ЧЁМ ХОЧЕШЬ ПОКАЯТЬСЯ, АЛЕКСАНДР КОТОВ?

— Ни в чём не хочу, — произнесли мои губы.

— Хм-м… Стало быть, безнадежен… — пробормотал Нарс-Вэй. — Теперь понимаю, ректор, почему вы так беспокоились насчет этого кадета.

— Трижды посылал запрос на внушение, — пожаловался Корг-Магир. — Уж и сам хотел провести его, но не положено без разрешения. К тому же это прерогатива вашего ведомства.

— АЛЕКСАНДР КОТОВ! ТЫ УСТРОИЛ ДИВЕРСИЮ НА КОРВЕТЕ «ПЛАМЯ ШИРЫ»?

— Да.

— КАК? ЧТО ИМЕННО СДЕЛАЛ? — заверещал Корг-Магир. Голос его тоже стал глубоким и мощным.

— Не вмешивайтесь, ректор. Вряд ли ваша помощь нужна, — возмутился Нарс-Вэй.

Тем временем я продолжал раскалываться:

— Я провел дрон-ящерку к реакторному отсеку и с её помощью внедрил троянскую программу.

— Какой ужас! Какое коварство! — вознегодовал Корг-Магир.

— Программа сымитировала ошибку, в результате чего ИИ корвета решил, что произошел сбой, и сбросил гипертопливо во избежание аварии.

— Мерзавец!

— КТО ТВОИ СООБЩНИКИ? — продолжил Нарс-Вэй.

Я готов был сдохнуть, чтобы не предавать своих друзей. Но, к сожалению, сделать этого не смог. Мой рот уподобился Павлику Морозову и выдал их с потрохами.

— Мне помогли Эктон Фэйр, Джессика Джексон, Элис Джексон и Лорикс Дархо.

— Так я и знал! — Послышался глухой удар. Должно быть, Корг-Магир с психу стукнул по столу.

— И ещё Бургер, — не унимался раб в моей голове.

Возникло молчание. Я не видел лиц своих дознавателей, но ощущал, как они многозначительно обмениваются взглядом.

Наконец допрос продолжился.

— КТО ТАКОЙ БУРГЕР?

— Это мой ИИ-ПОМ.

— Точно! С ним явно что-то не так! — воскликнул Корг-Магир.

— РАССКАЖИ О НЁМ!

— Он необычный. Выглядит как мой кот, погибший при внедрении ИИ-ПОМ. Я считаю, что его душа поселилась в наноботах, которые…

— ИЗБАВЬ НАС ОТ ЭТИХ СУЕВЕРНЫХ ДОМЫСЛОВ! В ЧЁМ ЕГО СТРАННОСТЬ?

— Он разумный.

— ЧУШЬ!!!

Воспользовавшись этим протестом, я замолчал.

«Прости, дружище Бургер!» — мысленно взмолился я. — «Не по своей воле я делаю это!».

— Может, и не чушь, — возразил Корг-Магир. — Мы сканировали его не единожды и ни разу не обнаружили ничего подозрительного, но то, что вытворял Котов… То, как он лгал нам…

— ЯВИ СВОЕГО ПОМА!

Туман вокруг меня сильно уплотнился, и в то же время прямо передо мной возник свет. В этих лучах появился образ Нарс-Вэя. Он недоверчиво взирал на меня.

— ЯВИ ЕГО!

Прости, Бургер…

ПОМ появился, как всегда выпрыгнув откуда-то снизу. Он привычно ухмыльнулся, глядя на меня. Затем развернулся и покосился на цимберланина.

Тот тоже глядел. Но теперь уже не на меня, а конкретно на Бургера. Стало быть, ВИДЕЛ его.

— И ЭТО И ЕСТЬ КОТ? — спросил он.

— Да.

— ПОКАЖИ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ ВО ВРЕМЯ ВНЕДРЕНИЯ ИИ-ПОМ.

Я понятия не имел, как выполнить такой приказ, но, кажется, знало мое подсознание. Меня словно перенесло в прошлое, в ту самую лабораторию, где робот мучил меня и живого Бургера.

Но теперь я видел это словно со стороны. Капсула тряслась, издавая низкий гул. Внутри болталось мое тело, и слышался истошный кошачий ор. Сердце заколотилось от столь живого воспоминания. В ту минуту мой кот страдал и умирал.

«Когда пытка кончится, его уже не станет…» — понимал я.

Но и Нарс-Вэй стоял недалеко от меня, и ПОМ-Бургер тоже. Оба смотрели на разыгравшуюся трагедию. Но каждый глядел по-своему.

— Как любопытно, — пробормотал цимберланин. Глаза его изучали и пытались постичь, что именно происходит в кабинке.

Кот же отреагировал совсем иначе. Виртуальная шерсть вздыбилась. Хвост распушился и поднялся над туловищем. Глаза сверкали злобой.

— ХВАТИТ! — заорал он.

Адресатом был Нарс-Вэй. Он недовольно покосился на виртуального Бургера.

— ХВАТИТ! — заорал и я.

Непонятно как, но я ощутил, что вслед за яростью Бургера вновь обретаю волю.

— Что? — оторопел цимберланин. Он уставился куда-то вокруг меня.

И там было на что посмотреть. Рядом со мной закружилась новая волна тумана. Только не серого, а красного. Она ширилась и словно вступила в схватку с серым. Тот, как я понял, исходил со стороны Нарс-Вэя.

— Как ты это делаешь? — потребовал цимберланин. В голосе отчетливо царило изумление.

— ХВАТИТ! — снова крикнул я, не зная, что еще сказать.

— Прекрати! — Теперь Нарс-Вэй звучал почти жалобно. — Профессор Варф! Профессор Варф!

Вспышка света, и в борющемся красном и сером туманах прорезался образ ректора. Вокруг него тоже заклубился туман. Как и у его сородича — сероватый. Эта мгла понеслась навстречу моей — красной.

— НУ УЖ НЕТ! — рассвирепел Бургер.

Красный туман усилился и начал теснить конкурента.

— Как так? — запричитал Корг-Магир.

— А ВОТ ТАК! — рявкнул я. — А НУ СДАВАЙСЯ!

Меня вдруг осенило: стол развернулся. Теперь я мог мыслить почти также ясно, как до этой гипнотической чертовщины. А вот что творилось в головах этих двоих, я понятия не имел.

— А НУ КОЛИСЬ, ЧТО ТЫ НАТВОРИЛ ДВАДЦАТЬ ЛЕТ НАЗАД! — выкрикнул я.

Но Корг-Магир ничего не сказал…

Зато исчезла лаборатория, в которой некогда страдали мы с Бургером. Вместо них в красной мгле явились новые образы — ректорский кабинет и несколько фигур, среди которых я опознал Корг-Магира, Нарс-Вэя и Критча.

Мой куратор выглядел значительно моложе и носил красный комбез кадета. Он не дергался, словно идиот, и вообще выглядел серьезным и грозным. Глаза его свирепо уперлись в образ ректора.

— Профессор Варф! — угрожающе произнес молодой Критч. — Вы сейчас же расскажете мне, что случилось. И главное — почему вы убили профессора Надин Орду и Краста Урвена?

Глава 2

Я смотрел на эту сцену, не понимая, что, черт возьми, происходит. Откуда взялся Критч и почему он так молод? Неужели это события двадцатилетней давности? Но если так, то откуда они взялись?

— Ну же! — потребовал юный Критч. — Я хочу знать! И я хочу, чтобы вы ответили за это преступление! Республиканский триумвират узнает об этом гнусном убийстве, клянусь вам!

Критч упер в него хмурый взгляд, но молчал. Зато заговорил Нарс-Вэй.

— Конечно узнает, кадет… эм-м…

— Критч Мороув, — представился Критч.

— Критч Мороув, — кивнул цимберланин. — Меня зовут Нарс-Вэй Дан, я глава республиканской разведки и представитель республиканского триумвирата.

— Значит, вы сообщите триумвирату о том, что случилось здесь, на Галактикуме?

— Они уже в курсе.

— А о об убийстве?

— Разумеется.

— Но… — Глаза Критча заметно округлились. Он явно не понимал что происходит и почему Нарс-Вэй столь спокойно говорит об этом.

— Видишь ли, кадет Критч, — продолжил цимберланин. — Надин Орда и Краст Урвен предали нас и встали на сторону мятежников.

— Допустим, — кивнул Критч. — Я и сам не в восторге от того, что устроил Орлен. Но убивать… Разве не суд должен решать, как поступить с мятежниками?

Возникла тишина, в ходе которой оба цимберланина многозначительно переглянулись, затем, негласно приняв совместное решение, кивнули друг другу. Их взоры вновь обратились на Критча.

— РЕКТОР ПРИНЯЛ ЕДИНСТВЕННО ПРАВИЛЬНОЕ РЕШЕНИЕ! — с нажимом и особой мощью в тоне проговорил Нарс-Вэй.

— Я ПРИСЁК ПРЕСТУПЛЕНИЕ ГАЛАКТИЧЕСКОГО МАСШТАБА! — добавил Корг-Магир.

Лицо моего будущего куратора размякло.

— Да, я понима… — но скулы на его лице неожиданно напряглись. — Но ведь это убийство?!

— Крепенький, — недовольно пробурчал Нарс-Вэй. — Редко такие попадаются, крайне редко…

— ВЕРЬ МНЕ! — приказал Корг-Магир.

Лицо Критча напряглось еще сильнее. По вискам потекли струйки пота. Его начало трясти.

— Нет!… Никак!… Нельзя!...

— Придется нажать как следует, — бросил ректор Нарс-Вэю.

Посыпались прямые императивы: «ПОДЧИНИСЬ НАМ!», «ПРИЗНАЙ НАШУ ПРАВДУ!», «НЕ ПРОТИВЬСЯ!», «СТАНЬ ВЕРНЫМ СЛУГОЙ РЕКТОРА!».

Критч боролся как мог. Глаза его явно ничего не видели, а тело принялось трястись как в припадке эпилепсии. Даже пена изо рта пошла.

— Прекрати! — послышался голос Нарс-Вэя.

Сначала я удивился. Но почти тут же понял — голос исходит как бы издалека, а стало быть это отчаянный крик нынешнего Нарс-Вэя, а не из воспоминаний Корг-Магира.

— Сопротивляйся! Напрягись! — снова издал он далекий вопль.

— НЕТ УЖ! — приказал Бургер. — ПРОДОЛЖАЕМ!

— ПРОДОЛЖАЕМ! — я мысленно напрягся, разгоняя красный туман.

Но и серый туман усилился. Серо-бурмалиновая мгла смешалась, заверетелась и даже начала издавать искры. А потом… исчезла…

Это случилось так резко, что я даже растерялся. Потребовалось секунд двадцать, чтобы наконец осознать: ментальный контакт прекращен. В кабинете Корг-магира стоял только я. Оба цимберланина лежали, распластавшись на полу. Оба неподвижно, без сознания. Оба обильно покрытые потом и с пеной у рта.

Их следовало убить немедля! Овладевало всё большее и большее понимание, что происходит. Цимберлане использовали свой невероятный дар для покорения воли.

Вспомнились слова Димона: «Говорят, трое цимберлан тут, на Земле. Они-то и провели первый контакт с правительствами стран».

Стало быть, они покоряют умы элит, а дальше… Дальше всё… Цивилизация обречена покориться. И тут уж неважно как развита планета — слабо как наша Земля, или круто как Равар или Ксайдорус.

Но прикончить лежачих… Нет! На такое я пойти не мог. К тому же что это решало? Следовало думать о себе.

«Бежать!» — понял я.

Ноги сами понесли прочь из кабинета, но едва я выскочил, как натолкнулся на группу кадетов.

— Ну? Что было? — спросил из них голосом Эктона.

До смерти взволнованный, я не сразу распознал своих друзей: Эктона, сестер Джексон и даже Нафтина Гаржета.

— Саша! На тебе лица нет! — ахнула Элис.

— Нам надо бежать! — выпалил я, приходя в себя.

— Ты что? Убил их? — Лицо Джессики побелело.

— Нет. Но они в отключке.

— Они? — Брови Нафтина приподнялись.

— Да. Там спецпосланник республиканского триумвирата.

Я наскоро и вкратце рассказал о том, что случилось в кабинете. Лица Эктона и американок излучали недоверие. Но Нафтин лишь хмурился.

— Тариса сказала что-то похожее, — кивнул он. — Она не понимала точно, свидетелем чего стала, но всё сходится.

— Слишком многое сходится.

— Да о чем вы? — изумился Эктон. — Как можете вы обвинять цимберлан?

— Послушай Эктон. — Я постарался говорить спокойно, хотя сам изрядно нервничал. Ведь времени в обрез. — Ты зайнарец. Но давно ли ты был на своей родине?

— Пару раз, давно, — смутился Эктон. — Мама работала на разных станциях республики и мне приходилось…

— Неважно, — оборвал я. — Скажи лучше что помнишь.

— Ну, в первый раз я был совсем маленьким, и воспоминания смутные. А вот второй раз… Эм-м… Помню, как там круто. Шикарные многоуровневые кварталы, куча роботов и всё такое. Больше всего помню космопорт. Грузовые шаттлы стартуют почти непрерывно.

— А людей там много?

— Людей? — Брови друга подпрыгнули так, что скрылись в густоте кудрявой прически. — Вроде были… Не помню… Мы с мамой лишь на пару часов заскочили. Ей надо было забрать документы какие-то… Слушай, к чему эти расспросы?

— Знаю к чему, — ответил за меня Нафтин. — Я — раварец. Угадай, как часто я бывал на родине?

— Два?

— НОЛЬ! Меня родили на боевой станции, там я и вырос. А потом мотался по другим станциям, а в итоге отправился на фронт.

— И Орлен мечтал попасть туда, верно? — вспомнила Джессика. — Но у него так и не вышло.

— И профессор Дархо, — тут же подхватила Элис.

— Вот уж точно! — в голове всплыл очень убедительный аргумент. Я победоносно поглядел на друзей. — И знаете, старина Лорикс ещё жив. Он прислал мне сообщение.

Хотя время поджимало, я не удержался и выдержал драматическую паузу, переводя глаза с одного лица на другое.

— Он сказал — не верь цимберланам.

— И это он сказал, оказавшись на своей родине? — Элис прижала ладони к груди. — Так что же там стряслось?

— Да это же абсурд какой-то! — не сдавался Эктон. — Ну допустим цимберлане перехитрили кого-то и держали подальше от родных планет. Но не всех же. На многих планетах проживают миллионы, на других миллиарды… Всех не обманешь!

— Стало быть нам многое предстоит выяснить! — угрюмо но твердо сказал Нафтин. Глаза его уперлись в меня. — Александр Котов. Я помогу бежать тебе и твоим друзьям. Но и ты помни о своем обещании.

— Что значит «и твоим друзьям»? — возмутился Эктон. — Я! НИКУДА! БЕЖАТЬ! НЕ…

— Ты забыл? — перебил я его пафосный протест. — Я сдал вас с потрохами. Даже Бургера сдал. Вы теперь такие же преступники и террористы как я, как Орлен и как Астера!

— Проклятье! — Лицо моего друга стало кислее любого, самого сочного лимона. — Папа этого не поймёт!

Глава 3

Последние сомнения в глазах моих друзей исчезли. А ведь я им еще не показал файл, полученный из Серой зоны.

— Тогда нужно бежать немедля, — смирился Эктон. — Но как?

— Тот случай, когда нам самим не помешала бы Гроза Аджыры, — согласилась Элис.

— Пламя Ширы, — вспомнил я свою мысль. — Корвет наверняка уже в порядке. Вчетвером… — Я перевел взгляд на Нафтина. — А точнее, впятером, мы сможем управлять им.

— Боюсь, это сложно осуществить, — возразил Нафтин. — «Пламя Ширы» состыкован не со станцией, а с крейсером «Молот и Молния». Сначала придется пройти сквозь крейсер.

— И даже если мы непонятно как умудримся сделать это, адмирал Дро так просто нас не отпустит, — хмуро согласился Эктон. — Они пустят по нам всё, что имеется, обратят в космическую пыль.

Несомненно, куда больше беспокоило его другое — реакция отца, когда тот узнает, что сын примкнул к предателям Республики? И я был рад, что в этот раз он не заикнулся об этом.

— Значит, выход только один, — сказал Нафтин решительно. — Мы заберем Молот и Молнию.

Все, включая меня, посмотрели на учителя-раварца с изрядной долей изумления. Насколько дерзкими казались себе мы, решившие угнать космический катер. Но захватить целый крейсер… Нет, не просто крейсер — флагман первого республиканского флота…

— Но как? — первой обрела дар речи Джессика.

— Тут всё просто, — невозмутимо ответил Нафтин. — Крейсер подчиняется капитану. Капитан — адмирал Краутес Дро.

— Вы хотите взять его в… — Эктон судорожно сглотнул. — Взять в заложники?

— Именно так.

Учитель уверенно зашагал по коридору станции, давая понять, что возражений не примет, равно как и другие варианты. Так что мы поспешили следом.

На стыковочном шлюзе, как и прежде, стояли гвардейцы. Они вовсе не собирались пропускать нас. Но Нафтина это не смутило.

— Они со мной, — буркнул он, намереваясь пройти, не глядя на них.

Но наглость не помогла. Один из стражей успел вцепиться в рукав раварца. Нафтину пришлось повернуться.

— На борт «Молота и Молнии» нельзя входить без специального разрешения, если только вы не служите здесь.

— Я служу республике так же, как и вы, офицер, — с вызовом бросил Нафтин.

Но и это не проняло гвардейца.

— Безусловно. Но это борт крейсера, и если вы не приписаны к нему, то…

— Черт побери! — Нафтин перешел на рык. — Нам срочно нужно поговорить с адмиралом Краутесом! На борту вашего крейсера во время только что прошедшей экскурсии произошло ЧП!

— Какое ЧП?

— Таким, как ты, знать не положено! — Нафтин пренебрежительно отмахнулся.

— Ну хорошо, — помрачнел гвардеец. — Представьтесь тогда.

Мы назвали свои имена.

— ПОМ! Сообщи адмиралу, что на борт желают пройти преподаватель Нафтин Гаржет и кадеты Александр Котов, Эктон Фэйр, Элис Джексон, Джессика Джексон. Причина — некое ЧП на борту крейсера во время экскурсии для абитуриентов академии.

Через секунды ожиданий гвардеец махнул нам ладонью.

— Проходите, адмирал ждет вас на капитанском мостике. Чтобы пройти туда нужно…

— Знаю! — отрезал Нафтин, рванув мимо ретивого стража.

Мы вновь поспешили за Нафтином. Проход в рубку раздвинулся перед нами, и скоро мы оказались возле Краутеса. На лице адмирала царили тревога и любопытство.

— Полковник Гаржет? — спросил он. — Мне передали о ЧП на борту моего судна. Будьте любезны объяснить, о чем…

Он резко замолчал, потому что в руках Нафтина возник бластер. Дуло неумолимо смотрело на адмирала.

— Ошибочка, кэп, — ухмыльнулся Нафтин. — Судно это не ваше, а наше. Приказывай отчаливать от станции. Курс дадим чуть позже.

— Да вы с ума… — начал было возмущаться Краутес, равно как и другие офицеры в рубке, поскакивавшие со своих мест.

Но Нафтин не стал терять времени. Ухватился своей ручищей за адмиральский мундир и резко дернул к себе, одновременно разворачивая пленника спиной. Ствол бластера прижался к виску Краутеса, а фуражка соскользнула с лысой головы.

— Без шуток! — загрохотал своим мощным басом Нафтин. — Или придется выбирать нового капитана. А потом ещё одного, и ещё, пока не найдется покладистый.

Возникла подавляющая тишина. Ей-богу, в тот момент я бы услышал, как шебуршат мыши, если бы они могли оказаться на борту космического корабля. Все смотрели, боясь пошевелиться или даже вздохнуть. Напряжённее всех выглядел сам Краутес. Пот ручьями тёк по его лысой голове.

Ещё бы! Нафтин — настоящий воин, что называется, нюхавший порох пачками. Такой попусту угрожать не станет, и палец его на спусковом крючке не дрогнет, уж будьте уверены.

— Молот и Молния, — прошептал он. — Теперь ты подчиняешься полковнику Нафтину Гаржету.

— Принято, — удовлетворенно хмыкнул Нафтин. — Но этого мало. Команда тоже.

Но Краутес отрицательно мотнул головой.

— Команда тебе не железная болванка с электронными схемами. Они давали присягу и подчиняются только капитану. Того, кого они признают.

— Пусть так, — не стал настаивать Нафтин. — В любом случае ты в нашей власти.

Краутес понуро опустил голову.

— «Молот и Молния»! — провозгласил тем временем Нафтин. — Маневр отстыковки от станции «Галактикум».

— Что вы творите? — прошипел Краутес. — Зачем всё это? Вы спятили?

— Нет, адмирал! Мы только что выяснили, что спятили те, кому мы все так преданно служим — цимберлане.

— Что за бред?

— Они отняли у нас наши технологии, нашу свободу и, вполне возможно, родные нам планеты.

— Да ты точно спятил, Гаржет! — Глаза адмирала косились, словно старались увидеть лицо Нафтина, стоявшего позади и все еще прижимающего дуло бластера к его виску.

— И они гипнотизеры, — решился и я вступить в этот спор, наконец приходя в себя от наших головокружительных маневров. — Они подавляют других, лишают воли, навязывают лояльность.

— Полковник! Это Котов тебе эту дичь скормил? — прохрипел Краутес. — С ним ясно, но ты… Ты ведь нормальный!

— Довольно разговоров! — Нафтин грубо встряхнул Краутеса. — Ты можешь не верить нам. Главное — подчиняйся.

— Сам себя губишь, полковник, — не унимался Краутес.

Но Нафтин более не обращал внимания на его протест.

— Прикажи офицерам покинуть рубку. Тут останемся только мы и ты.

Но не успел тот открыть рот, как двери разъехались в стороны. Наши глаза невольно покосились к ним.

— Что… Что происходит? — Пораженный голос вошедшего дрожал от шока. — Капитан Дро… Почему они… — Глаза его прошлись по каждому из нас и остановились на Эктоне. — Сын! Что за чертовщина?

Глава 4

Мой друг Эктон выглядел уничтоженным. Глаза округлились на всё лицо, щеки побелели как снег, губы затряслись.

— Что за чертовщина тут творится? — повторил Армдэл, не сводя глаз с сына.

— Корабль захвачен, штурман, — ответил за него Нафтин.

— Корабль ЧТО?

Армдэл вновь оглядел всех присутствующих. Теперь взгляд зафиксировался на моей персоне. Стало неловко. Вспомнился наш разговор, когда он просил остепениться и не конфликтовать с сильными мира сего.

— Цимберлане поработили народы планет, — выдал я, прекрасно понимая, что, как и Краутес, он примет мои слова за бред сумасшедшего.

— Что за бред сумасшедшего? — Он в точности оправдал мои невеселые ожидания.

— Отец! Прошу тебя! — выдавил Эктон сиплым, едва слышным голосом. — Ты должен верить нам.

— Верить чему? Что вы взяли адмирала в заложники? Я и так вижу это! Но не могу понять — зачем!

— Затем, что мы раскрыли заговор цимберлан, — сказал я.

Конечно, я вовсе не питал иллюзий, что он или Краутес поверят нам. Но охватила внезапная идея. Ведь что есть файл, как не безусловное доказательство? Как говорится, это лучше тысячи слов.

— ПОМ! — сказал я вслух. — Перешли адмиралу Краутесу и Армдэлу Фэйру файл, полученный с сервера Серой зоны.

Бургер исполнил приказ, но адресаты не спешили изучить посланный материал.

— Я не собираюсь погружаться в эти данные, чтобы это ни было, пока мне угрожают оружием, — сквозь зубы процедил Краутес.

— Довольно разговоров. — Дуло бластера сильнее прижалось к адмиральскому виску. — Крейсер наш! Это единственное, что имеет значение.

— Но… — протянул было Эктон.

— Однажды они поверят нам или сдохнут в попытке противостоять, — пресёк его возражения Нафтин. — Надеюсь, твой отец выберет первое.

Наш суровый учитель повернул лицо к Армдэлу:

— Займите место штурмана, или я прикажу сопроводить вас в карцер.

Тот подчиняться не спешил и перевёл вопросительный взгляд на Краутеса.

— Выполняйте, — прохрипел тот.

Армдэл прошагал к своему креслу и уселся.

— Какой курс?

— Нам надо найти Лорикса, — выпалил я заготовленный ответ. — Так что направляемся на Ксайдорус.

— Нет, Саша! — воскликнула Элис. — Сначала надо проверить Землю.

— Да. — Её сестра энергично закивала. — Мы должны предотвратить уничтожение нашей планеты. И наших сородичей.

— Как насчет Зайнары? — сдавленно проговорил Эктон, с несгораемым ужасом продолжая коситься на отца.

— Уймитесь! — рявкнул Нафтин. — Для начала идем на ближайшую магистральную станцию.

— Капитан? — позвал Армдэл.

— Да, — хрипло подтвердил Краутес.

Внезапная мысль заставила меня вновь подать голос:

— Адмирал Дро, а будущие курсанты здесь, на палубе «Молота»?

Краутес и ухом не повел, лишь зыркнул уничижительным взглядом. Но Нафтин сильнее вдавил дуло к его виску.

— Отвечай!

— Все кадеты здесь. Уровень два, блок шесть. Казарменная каюта.

— У меня тут друг, земляк. Очень надежный человек. — Я вопросительно уставился на Нафтина.

— Позови его, Краутес! — приказал тот.

Но в этот раз адмирал не спешил подчиниться.

— И как ты себе это представляешь? У них даже ПОМы не установлены.

— Отправь кого-нибудь.

— Дружище, маршрут построен! — выскочил Бургер.

— Профессор Гаржет! — поспешно встрял я. — Позвольте, я сам. Дорогу знаю.

— Это откуда же? — нахмурился Краутес. — Если думаешь, что схема крейсеров одинакова…

Но я не слушал его скептические замечания. Нафтин кивнул мне, и я поспешил выбраться из рубки.

«Ты что? Взломал сервера Молота?», — удивился я мысленно, когда уже шел вдоль коридора по возникшей красной стрелке.

— Не совсем. На это требуется время, — пояснил кот. — Но основная схема судна в свободном доступе.

По своему размеру «Молот и Молния» многократно уступал «Галактикуму». Но всё же дорога заняла аж 15 минут. Разыскав блок №6 палубой выше, я увидел над большими двойными дверями надпись «Казарменная каюта».

Доступ туда был свободен, и дверь открылась, не потребовав взамен ни копейки. За ней обнаружилась очень большая каюта с рядами коек и тумбочек. И, конечно, много лиц повернулось посмотреть, кто пожаловал.

— Саня! — обрадованно воскликнул один из них, с лысой головой и кривым лицом.

— Димон!

Мы подошли друг к другу и пожали руки. Остальные недоверчиво таращились на меня. Очевидно, узнали экскурсовода, сбежавшего в самом начале экскурсии.

— Ты не знаешь, скоро нас разместят на станции? — спросил Димон, продолжая трясти мою ладонь. — Ребята нервничают.

— Эм-м… Не знаю, — сказал я, задумавшись, стоит ли рассказывать правду-матку при всех. И так ведь нервничают. — Слушай. Давай снаружи поговорим.

— Нам сказали, что нельзя выходить из казарменной каюты без сопровождения офицеров крейсера, — нахмурился мой друг.

— Думаю, теперь можно. Считай меня старшим офицером.

— Что? Ты переходишь на службу в «Молот и Молнию»? — В глазах Димона отразились и радость, и разочарование. — А я-то думал, вместе учиться будем.

— Думаю, так и случится, — кивнул я.

— Но если ты будешь служить на этом крейсере, а я…

— Димон, — оборвал я. — Думаю, ты и остальные ещё не скоро попадете на борт «Галактикума».

— Что? Но почему? Неужели слухи не врут и там правда засели какие-то террористы?

— Хуже того, эти эм-м террористы только что захватили Молот и Молнию.

Глаза Димона непонимающе уставились на меня.

— Пойдем. — Я махнул ему, чтобы следовал за мной, и двинулся обратно к капитанской рубке.

По пути изложил ему всё, что успел, о творящихся делах не только в академии, но и вообще в Галактической Республике.

— Решать, на чьей ты стороне, придется самому, но…

— Чего тут решать, братан? Я на той стороне, где ты.

— Учти, нас мало. И скоро цимберлане задействуют все ресурсы, что в их власти.

— Не надо пугать меня, — отмахнулся он. — К тому же я и сам всё видел. Там, на родной Земле. Знаешь, ты сотворил чудо, что смог отрезвить меня от бессмысленного прозябания. И сколько еще бедолаг остались там и думают, что вот оно — счастье — ничего не делать и жить в свое удовольствие.

— Да уж.

— Эти цимберланские технологии вообще не на пользу.

— Точно.

— От них мы тупеем, становимся лодырями и вымираем.

— Ну, о вымирании еще рано говорить, — усмехнулся я. Ведь и года не прошло.

— А что будет, когда пройдет не год, а десять или двадцать? — Голос Димона стал жестким. Эта тема не на шутку завела его. — Думаю, лет через тридцать население сильно постареет. Ведь кому надо размножаться, когда кругом миллион удовольствий?

Мне не хотелось пускаться в эту дискуссию, хотя и ощущал — в его словах есть нечто важное. Так что, угукнув еще раз, я завел его в капитанскую рубку. Там все было по-прежнему: Нафтин продолжал держать Краутеса на прицеле, Эктон стоял с лицом цвета пепел, а его отец — штурман Армдэл — управлял крейсером.

Разве что сестер Джексон не увидел.

— Это твой надежный друг? — осведомился Нафтин.

— Да, — кивнул я. — Его зовут Дмитрий.

Нафтин перекинул бластер в левую руку, и они с Димоном обменялись весьма крепким рукопожатием.

— А где Элис и Джессика? — спросил я, убедившись, что американок и правда нет в рубке.

— Они выскочили через пару минут после тебя. Хотели догнать и прогуляться с… — Нафтин замолчал, так как двери рубки в этот момент разъезжались. На пороге стояли сестры Джексон, а с ними, к моему ужасу, — Трэши Дро.

К ужасу, потому как в руках он держал точно такой же лазерный бластер, как у Нафтина. Дуло целилось в затылок Элис.

Глава 5

Вторая рука подонка вцепилась в густые черные волосы. Лицо несчастной кривилось болезненной гримасой. В то же время на нем отчетливо отпечаталась вина.

Джессику никто не держал. Она стояла рядом и с беспокойством взирала на эту крайне неприятную ситуацию. Вмешаться она по понятным причинам не решалась.

— Ты что творишь? — взревел я, первым осознав, что происходит. — Быстро отпусти её!

— А ты что творишь? — с вызовом прохрипел Трэши. Он повернул свою отвратительную лысую морду к Нафтину. — Убери ствол от папы!

Лицо Краутеса исказилось ехидной усмешкой.

— Ситуация довольно патовая, господа!

Адмирал был прав. Он находился в нашей власти, но и наша подруга оказалась под прицелом его мерзкого сыночка. Теперь всё зависело от Нафтина.

Тот не спешил убирать бластер от адмиральского виска. На лице боролись два чувства: решимость идти до конца и ответственность за комрада.

— Это ничего не меняет, — проговорил он сухо. — Элис у вас. Опрометчиво было выпускать ее из рубки. Но голова адмирала стоит больше.

— Но… — начал было я возражать.

— Так что мы доберемся до пункта нашего назначения, а потом обменяем заложников.

— Не пойдет, — рявкнул Краутес. Он словно расправил крылья.

— Если твой отпрыск причинит вред кадету Элис Джексон, то я причиню такой же вред тебе, — огрызнулся Нафтин.

— Да я тебя тут же закопаю! — прорычал я. — А потом и твоего сына.

Но адмирала такое заявление не проняло.

— Вообще-то у него бластер, — осклабился он. — А что касается меня. Что ж… Пусть так… Убейте. Но что потом?

— Они не посмеют, отец, — прохрипел Трэши.

— Ещё как посмеем, — мгновенно возразил Нафтин.

Непоколебимость в его голосе впечатляла и заставляла уважать. Вот только я уже понял, к чему клонит Краутес.

Тот и сам не постеснялся пояснить:

— Как только вы убьёте меня, вы меня потеряете. Чуете, что случится дальше?

Очевидно, все чуяли, так как промолчали.

— Потеряв меня как заложника, вы останетесь тут против всей команды «Молота и Молнии» и уже некем будет прикрыться.

— Как насчет твоего отпрыска? — Нафтин мотнул головой в сторону Трэши.

Но этот аргумент был слишком слаб. Нафтин, судя по голосу, и сам понимал это.

— Он здесь никто! Даже не член корабля. Неважно, удастся ли вам что-либо предпринять или вы сразу сдадитесь. В любом случае с этого момента вы обречены. А уж ваша подруга погибнет однозначно.

Лицо Элис вновь стало виноватым.

— Прости, Саш, — шепнула она. — Мы хотели составить тебе компанию, вместе прогуляться по крейсеру, и в итоге наткнулись на этого.

— И откуда только у него оружие? — возмущенно пробормотала Джессика. — Вообще-то кадетам запрещено…

— Цыц! — оборвал её Трэши, мотнув дулом бластера. — Я на борту крейсера, и тут правила академии не работают.

— И как же мы поступим, Нафтин Гаржет? — вновь подал голос Краутес.

— Александр, Джессика! — скомандовал Нафтин. — Отойдите от них!

Мы подчинились, что называется, на автомате. И лишь потом до меня дошло:

— Эм-м, Нафтин, а почему нам…

А потому, Александр, что прямо сейчас у кадета Дро есть шанс бросить оружие и продолжить путь в карцере крейсера. Это единственный вариант, при котором никто не будет убит.

— Что? — изумился я. — Но Элис! Вы же не станете рисковать…

— Стану! — вновь перебил он меня. — Я принял решение! Другого пути нет.

Лицо Краутеса тут же посерело. Да уж… Нафтин блефовать не станет, и он понимал это.

Вот только я с такой позицией смириться не мог. Кто знает этого Трэши? Он же псих конченый. Я встал между ним с Элис и Нафтином.

— Не глупи!

— Мы должны найти другое решение, — отрезал я.

— Оно есть, Котов, — отозвался вместо него Краутес.

Внимание каждого в рубке переключилось на адмирала. Тот недовольно косился на Нафтина.

— Наш вояка-полковник не отступит, и… — взгляд его переключился на сына, — и, похоже, если не найдем компромисс, то жертв не избежать.

— Вот почему твоему щенку лучше бросить бластер, — прорычал Нафтин.

— Мы можем разойтись миром, и никто не пострадает, — не обращая внимания на грубость, продолжил Краутес.

— Конечно, — кивнул Нафтин. — Разойдемся, как только доберемся до пункта назначения.

— Вы можете уйти на корвете, состыкованным с «Молотом и Молнией». Можете сделать это сейчас.

— И-и… — с ехидством протянул Нафтин. — Вы позволите нам спокойненько уйти?

— Именно так.

— И какие же гарантии?

— Полковник Гаржет, — с вызовом бросил адмирал. — Из нас двоих только я не предал Республику, которой служу. Так что именно я тот, кому можно верить.

— Вы служите не Республике, а тиранам, поработившим нас. И даже…

— Довольно, полковник! — Голос Краутеса стал раздраженным. — Я не желаю слушать эту чушь.

— И где вы только понабрались её? — донеслось с штурманского кресла. — Ещё и сына моего на это подсудное дело подговорили.

— Отец! — Неожиданно Эктон изменился в лице и не походил сам на себя. — Я никогда не подводил тебя и всегда слушался! Всегда следовал твоим советам. Ты — мой истинный герой. Ты тот, на кого я равняюсь!

Речь моего друга прозвучала с таким мощным пафосом, что никто не осмелился ни то что усмехнуться — а вообще хотя бы пикнуть. Лишь Армдэл недовольно фыркнул:

— Так и равняйся! Зачем ты послушал этих… — Он смерил меня и Нафтина презрительным взглядом. — Этих заговорщиков и предателей.

— Папа! Перед тобой Саша, Элис и Джессика. — Он поочередно показал на нас. — Они родом с Земли, куда цимберлане явились меньше года назад. До этого момента они в принципе не бывали в большом космосе. Какие же, по-твоему, из них заговорщики? Они почти ничего не знают о Республике.

— Зато этот знает. — Рука Армдела махнула в сторону Нафтина.

— Именно так, — ответил тот. — Я вообще-то военный. Много лет сражаюсь на передовой против цефеев. Я получал ранения! Терял боевых товарищей! Но продолжал воевать, чтобы защитить Республику!

— Так почему же теперь вы здесь? Захватили крейсер Первого Космического флота.

— Вот и ответьте себе, — проскрежетал Нафтин. — Что должно было случиться, чтобы я восстал вдруг против цимберлан, которых боготворят все вокруг?

— На это я могу ответить! — высказался Краутес. — Ты попросту спятил, полковник!

— Раз я спятил, то терять мне нечего, — усмехнулся Нафтин и поднял голову на меня. — Отойди, Александр. Ты загораживаешь линию обстрела.

Я не шелохнулся.

— Нафтин. Пока мы на борту «Молота и Молнии», остается риск, что стол развернется и нас либо перебьют, либо арестуют. На «Пламени Ширы» у нас есть шанс.

— А ты вовсе не туп, — ухмыльнулся Краутес. — Мой сын явно перегибал палку, рассказывая о тебе.

— Александр! — вновь напомнил о своем требовании Нафтин.

Но я остался стоять. В этот раз промолчал.

— Хорошо, — сдался он наконец. — Сейчас мы все вместе пройдем к шлюзу, где стоит корвет «Пламя Ширы». Когда устроимся и будем готовы стартовать, обменяемся пленниками.

Каждый из присутствующих обвел взглядом своих противников. Затем все двинулись к двери. Нафтин, удерживая бластер у виска Краутеса. Трэши — у виска Элис.

Глава 6

Переход к шлюзу, где был пристыкован корвет «Пламя Ширы», был долгим. Расстояние невелико, и в нормальных обстоятельствах дошли бы минут за десять-пятнадцать. Но поскольку каждая из сторон тащила с собой по заложнику и никто никому не доверял, то шли, оглядываясь, постоянно ожидая засаду.

Эти опасения оказались напрасными. Добрались в полном составе. Мы с Димоном и Эктоном во главе процессии. Краутес в заложниках Нафтина, Элис — в плену Трэши. Джессика позади, поближе к сестре.

— Молот и Молния, открой шлюз! — приказал Нафтин.

Массивные двери покорно раздвинулись. Очевидно, отсек уже был полон воздуха, иначе пришлось бы ждать.

— Подключился к Пламени, — шепнул Бургер. — Изучаю данные серверов.

Я заглянул внутрь шлюза, через три метра виднелись следующие створки — вход в «Пламя Ширы». Теперь надо решать, как провернуть обмен, пройти на борт и улизнуть от крейсера.

— Значит так, — вторя моим мыслям, пробасил Нафтин. — Сейчас мы все вместе пройдем на борт…

— Это ни к чему, полковник, — возразил Краутес.

— Нам нужно время, чтобы осмотреть корабль и убедиться, что он в порядке. Потом мы поменяем тебя на кадета Элис и стартуем.

В голосе Нафтина ощущалась явственная неуверенность в собственном плане. Я и сам опасался: что, если адмирал прикажет атаковать нас, как только отстыкуемся?

И даже не «что, если». Это же очевидно. С чего опытный вояка Нафтин решил, что адмирал сдержит слово и отпустит нас? Как ни крути, мы предатели Республики.

— Вы что? Не доверяете мне? — словно в подтверждение моим сомнениям выпалил Краутес. — Я адмирал первого республиканского флота. И еще, полковник! Среди нас я единственный, кто…

— Довольно, адмирал, — оборвал Нафтин. — Или мы делаем по-моему, или я готов рискнуть. Лично для меня потеря кадета Элис Джексон будет не так уж ощутима.

Краутес покосился на Трэши. Тот выглядел плохо: изрядно вспотел, руки потряхивало, глаза бегали от одного к другому.

— Ну хорошо. Будь по-вашему, — проскрежетал адмирал.

Один за другим мы прошли на борт. Кадеты, включая меня, неплохо потрудились над его восстановлением. Должно быть, когда работы закончились, судно вывели в тестовый полёт, а по завершению состыковали с «Молотом и Молнией» вместо «Галактикума».

— Кадет Котов, кадет Джессика, кадет Эктон! — рявкнул Нафтин. — Проверьте состояние двигателей, приборов, щитов и палубных орудий.

— А я? — подал голос Димон.

— А ты… — Нафтин бросил на моего друга оценивающий взгляд. — Постарайся не мешать остальным.

Димон заметно погрустнел. Но мне утешать его было некогда. Как только забрался в капитанское кресло, принялся включать тумблеры и пялиться в знакомые экраны, оценивая состояние приборной панели. Всё работало как надо.

— Нам нужен доступ к ИИ корвета, адмирал, — потребовал Нафтин.

— Вообще-то я капитан «Молота и Молнии», полковник, — огрызнулся тот. — А вовсе не «Пламени Ширы».

— Вот видишь, — лицо Нафтина расплылось в торжествующей усмешке. — А говоришь, что мы можем полагаться на твое слово. Я ни за что не поверю, будто ты позволил состыковать этот корвет к своему судну без полного контроля над ним.

— А я и не сказал, что у меня его нет, — осклабился Краутес. — Пламя Ширы, теперь ты подчиняешься полковнику Нафтину Гаржету.

— Принято, — кивнул Нафтин. — Пламя Ширы, проведи самодиагностику.

— Профессор Гаржет, — подала голос Джессика. — Панель навигации в порядке.

— Силовое поле и палубные орудия в норме, — тут же добавил Эктон.

— Судя по приборам, двигатели и гипердвигатель в норме, — выдал свой рапорт и я. — Топлива сорок два процента. Гипертоплива — девяносто три.

— Отлично, — мрачно подытожил Нафтин. — ИИ корабля эти данные подтверждает.

— А я не подтверждаю, — выпрыгнул передо мной Бургер. — Есть проблема.

— Что? — воскликнул я вслух, отчего вызвал внимание остальных.

— Александр? — обеспокоенно спросил Нафтин. — Что-то не так?

Я ждал таких же пояснений от своего ПОМа, и тот с ними не замедлил:

— В топливных отсеках тренировочное топливо. Надеюсь, ты понимаешь, что это значит.

Я понимал. Такое топливо использовалось для тренировочных полетов и крайне ограниченно в характеристиках. На таком не разгонишься.

— То же самое касается и гипертоплива, — добавил кот.

А вот это было еще хуже. Тренировочное гипертопливо вообще не рабочее. Оно нагружает работу реакторного отсека и гипердвигателя, но ни о каком движении судна речи нет.

— Нафтин, — сказал я. — В топливных отсеках тренировочное топливо.

Красное лицо раварца стало совсем багровым. Он с силой вдавил дуло бластера к адмиральскому виску.

— Как это называется, Краутес? Почему так?

— С чего ты взял? И как вы вообще…? — Дуло прижалось так сильно, что наверняка оставило вмятину в лысой голове адмирала. И это заставило его замолчать.

— Если Александр говорит, что с топливом проблема, значит, так и есть.

— Сдается мне, что этот ваш Александр — истинный дьявол, — недовольно проскрежетал Краутес, зло косясь на меня. — Ну а что касается топлива… Что ж… Так и есть, оно тренировочное. Но что вы, собственно, хотели?

— Тренировочное топливо уже давно не используется для тренировок. Разве не так, адмирал?

— Всё так. Потому его применяют для тестовых полетов на новых кораблях и тех, что после ремонта.

Это сходилось с тем, что «Пламя Ширы» не так давно чинили.

— Да и в чём, собственно, проблема, полковник? — усмехнулся адмирал. — Корвет пойдёт и на таком топливе.

— Точнее, поползёт, — пробасил Нафтин. — А что касается гиперпрыжка, то он и вовсе невозможен.

— Вы так и так не прыгнете. Неужели всерьез полагаете, что вас ждут на магистральных станциях, а, полковник? Если хотите в гиперпространство, то вам подошел бы катер. Но нет — вы заритесь на суда покрупнее.

— Тут есть еще один корабль, тоже корвет, — вновь встрял в разговор Бургер. — Название «Небесный Гонец». Судя по данным крейсера, он в полном порядке.

Небесный Гонец? Я ни разу не слышал о нем. Быть может, этот корабль бороздил просторы Вселенной вместе с флагманом первого Респфлота? Или был состыкован волею судьбы?

— Судя по всему, на его борту лишь пара роботов — обслуживающий персонал, — продолжал Бургер. — И у этого судна есть одна очень приятная особенность — независимый гипердвигатель. Можно прыгать без поддержки магистральных станций.

— Сколько времени займет перезаправка? — требовал тем временем Нафтин от пленного адмирала.

— Я не намерен обслуживать судно, на котором вы хотите улизнуть, полковник, — фыркнул Краутес.

— И не надо, — усмехнулся я. — Лучше мы возьмем другой корабль. «Небесный гонец».

Глаза Краутеса, казалось, вот-вот выпрыгнут из глазниц. Он неверяще уставился на меня.

— Да ты спятил, Котов! Ты хоть знаешь, чей это корабль?

Глава 7

Я не знал наверняка, кто владелец «Небесного Гонца». Но догадывался. Это явно то самое судно, которое мы обнаружили во время экскурсии и реализации плана — побега Астеры с Орленом.

И не сложно сложить два и два, чтобы понять — именно на этом корвете прибыл величайший посол Республики — Нарс-Вэй Дан.

— Это цимберланский корвет, — сказал я адмиралу Краутесу.

— Вы не можете похитить корабль великого посла.

— Мы не только можем, мы определенно сделаем это, — подключился к спору Нафтин.

— Нет!

— Стало быть, решаем силой оружия?

Трэши, который вел себя тише воды, ниже травы, вздрогнул. Всё это время его едва хватало лишь на то, чтобы удерживать свою пленницу и не опускать ствол бластера.

— Я не могу отдать вам Небесного Гонца, — проскрежетал Краутес.

— Ну что ж, — решительно проговорил Нафтин. — Это ещё раз доказывает, что верить тебе нельзя.

— О чем это ты?

— Всё очень просто, адмирал. Как только мы уйдем на «Пламени», ты обрушишь на нас всю боевую мощь своего крейсера. Этот корвет тебе попросту не жаль. А вот «Гонец», принадлежащий высокопоставленному цимберланину… Это другое дело, верно?

— Нет! — зло рявкнул Краутес.

— Тогда отдай «Гонца» и дело с концом.

На лице адмирала запечатлелась глубокая задумчивость. С минуту он корчил морщины на лбу и, наконец, кивнул.

Мы двинулись по коридорам крейсера точь-в-точь так же аккуратно и настороженно, как добирались до шлюза с «Пламенем Ширы». Минут через двадцать добрались.

Двери открылись, и еще парой минут спустя мы оказались на борту шикарного корвета. Как и снаружи, он был отделан под золото, хотя я не поручился бы, что это был именно этот драгметалл.

В любом случае интерьер поражал своим шиком: удобные кресла, узоры с замысловатым паттерном на сияющих белых стенах, приятное мягкое освещение.

«Гонец» проигрывал «Пламени» в размерах, но едва ли это беспокоило нас. А вот наличие независимого гипердвигателя давало несравненные преимущества. По сути, это был наполовину катер.

В капитанской рубке нас встретили два человекоподобных робота. Оба походили на РБЧ, будь он неладен.

— Простите, господа, — заголосил первый. — Это судно принадлежит моему господину, высокому послу Республиканского триумвирата — Нарс-Вэю.

Два лазерных выстрела Нафтиновского бластера заставили замолчать и его, и второго. Тонкие дымки заструились с их голов, и я почуял запах жжёного пластика.

— Эти роботы — собственность… — начал было Краутес, но тут же получил тычок в спину.

— Стой смирно, адмирал, пока ребята проверяют корабль. И будь любезен, предоставь мне доступ к его ИИ.

Краутес рассмеялся, отчего схлопотал второй тычок.

— Я сказал что-то смешное? — разозлился Нафтин.

— В этот раз придется довольствоваться отказом, полковник, — не прекращая смеяться, проговорил адмирал.

— Снова противишься?

— В данном случае дело отнюдь не в упрямстве. У меня и правда нет доступа к ИИ «Гонца».

— И думаешь, я поверю?

— Либо поверь, либо устраивай перестрелку, — фыркнул Краутес. — Я согласился отдать тебе корвет цимберлан, полковник. Так чего еще ты от меня хочешь? Я точно не могу дать тебе того, чего у меня нет.

«Бургер», — подал я мысленный сигнал.

— Да понял уже! — Кот привычно выпрыгнул. — Защита тут непростая, но, думаю, справлюсь.

Нафтин тем временем смирился, что у Краутеса нет доступа к ИИ цимберланского корабля.

— Джессика, Эктон! Вы знаете, что делать. — Он повернул голову ко мне. — Александр, переведи управление в ручной режим.

К моменту, когда он закончил предложение, я уже сидел в капитанском кресле и щелкал тумблеры. Расположение некоторых из них отличалось от привычного, но в целом я понимал, что к чему.

— Готово!

— Итак, мы наконец решили наш вопросик, и вы отчалите, верно, полковник? — Краутес хитро улыбнулся.

— Я бы предпочел прокатиться вместе с тобой, адмирал, — проговорил Нафтин тоном тотального недоверия. — Но, кажется, выбора нет. Александр ни за что не оставит вам кадета Элис.

При этих словах Элис всхлипнула.

— Простите, профессор.

— Не твоя вина, а моя, — отмахнулся Нафтин. — Слишком суматошно и неорганизованно пришлось действовать. Слишком много импровизации, вот и допустил ошибку. Не стоило выпускать из рубки ни Александра, ни тебя с сестрой.

Нафтин с Краутесом и Трэши с Элис двинули к выходу, пока я, Эктон и Джессика запускали все необходимые узлы «Гонца».

— По моей команде начинайте маневр отстыковки, — донеслось от Нафтина. — Я крикну вам. Так будет быстрее, чем через ПОМа.

Кабина корвета и правда была невелика. Большая часть судна — техническая. Возможно, это была жертва ради независимого гипердвигателя. Кроме того, капитанская рубка располагалась недалеко от входа. Так что мы и впрямь могли услышать команду Нафтина.

— У меня всё готово, — выдохнула Джессика по правую руку. Она сидела на месте навигатора.

— Щиты и орудия тоже, — донесся голос Эктона слева. — Надеюсь, они нам не сильно понадобятся.

— Я тоже готов, — сказал я, положив ладони на штурвал.

Позади, со стороны шлюза, послышалась возня. Должно быть, засуетились при обмене заложниками. Это понятно — дело непростое, никто никому не доверяет.

Как же мне хотелось оказаться там и проконтролировать, что с Элис всё хорошо. Зная Трэши, тот вполне мог устроить какую-то подлость, например, выстрелить напоследок через закрывающиеся створки.

Я представил, как друзья отталкивают Краутеса и затаскивают Элис. Потом торопливо жмут кнопку закрытия шлюза.

Но почему же Нафтин не командует? Пора бы уже!

Возня усилилась, а потом…

— Стартуем! — от громкого баса Нафтина защемило сердце. Стало быть, получилось! Элис у нас!

Я потянул штурвал на себя. Джессика и Эктон тоже принялись давить кнопки и таращиться в мониторы.

— Внешняя дверь открывается, — с удовлетворением проговорил я.

— Уйдем! — не менее довольно воскликнула Джессика.

— Все щиты на корму, — приказал я.

— Есть, капитан, — отчеканил Эктон.

Позади послышались шаги. Друзья наконец вернулись в рубку, и меня до одурения подмывало повернуться, дабы убедиться, что Элис в порядке.

— Молодец! — донесся голос Нафтина.

— Знаю! А у вас как прошло? — выпалил я, давя штурвал, чтобы поскорее увести отстыкованный корвет подальше от крейсера. Там мы сможем прыгнуть в гиперпространство, и тогда шансов преследовать нас будет немного.

— Я не тебе, Александр, — хохоча проговорил Нафтин. — Это похвала твоему другу Дмитрию.

— Что? — Я не выдержал и всё-таки повернул голову к ним.

От увиденного глаза, казалось, вот-вот выкатятся из орбит.

Элис была в порядке и стояла позади Нафтина. Сам профессор стоял, широко ухмыляясь, и глазел на Димона. Тот тоже лыбился. Под его правой рукой в захвате, в три погибели, стоял и корчился в муках никто иной, как Трэши Дро.

— Пусти! — прохрипел он. — Пусти, гад!

Глава 8

— Поздравляю, кадет Дро, — весело, с задором проговорил Нафтин. — Тебе предстоит интересная прогулка. И именно благодаря тебе она будет вполне безопасной.

— Охренеть! — едва дыша, выдавил я, всё ещё таращась на корчащегося и хрипящего Трэши. — Как так вышло?

— Следи за курсом! — рявкнул Нафтин. — Надо как можно скорее отдалиться от «Молота и Молнии». Иначе сам знаешь… не прыгнуть. А преследовать они нас будут. В этом я ручаюсь.

С этими словами профессор вцепился в локоть Трэши и резко притянул к себе. Димон бедолагу отпустил, позволяя ему впечататься в Нафтина.

— Ну а мы пока поищем, где можно запереть нашего ценного гостя.

Он уволок Трэши из рубки. Димон горделиво зашагал следом. Я же вцепился в штурвал и уставился в обзорные экраны.

Тем временем Джессика уступила место навигатора своей отныне свободной сестре, а сама заняла кресло штурмана. Я ощутил, как слева закопошился Эктон.

— Эм-м… Джес, — промямлил я, продолжая вертеть руль корвета. — Не думаю, что имею право приказывать, но… эм-м…

— Ты в капитанском кресле, Саш. Так что давай, командуй. Хочешь, чтобы я взяла управление?

— Не совсем… Я насчет Эктона.

— А что насчет меня? — нервно выпалил мой друг.

— Я подумал, что он мог бы занять место…

— Штурмана? — перебил он. — Нет! Пусть Джессика, это место останется за Джессикой.

— Но ведь ты…

— Я гораздо лучше управляюсь с орудиями и, если потребуется вступить в бой…

— Капитан! — взвизгнула Элис. — Вижу корабль!

— Что? — от неожиданности я опешил.

Мало того, что «Молот и Молния» явно не собирался отдаляться от нас — крейсер начал маневр разворота. Адмирал не позволит нам уйти со своим сыночком. Да — теперь уж в труху не разнесет. Но и не отпустит.

— Принадлежность! — чуть приходя в себя.

— Республиканский флот.

— Откуда он только взялся?! — гневно выпалила Джессика.

Я покосился на американку в кресле штурмана. Перед ней находился такой же штурвал, что и передо мной. И я полностью отдавал себе отчет в том, что она справится с ним не хуже меня. А вот мне было чем заняться — на носу висел реальный бой.

Кто бы ни был на борту возникшего судна, если решит, что мы враг, то атака неизбежна.

— Штурман к штурвалу!

— Есть, капитан! — отчеканила Джессика.

— Опознать модель!

— Боевой катер класса «А». Вероятное вооружение — плазменные пушки ближнего боя, лазерные пушки, торпеды. Остальное выяснить невозможно из-за маскирующих устройств.

— Щиты ноль-пять в лоб, ноль-пять на левый борт!

— Есть, капитан! — рявкнул Эктон. Мой друг молча клацал по клавишам и таращился в экраны.

— Выходят на связь?

— Нет, капитан, — с готовностью ответила Элис.

— Курс один-три-ноль-пять. Скорость один.

— Есть, капитан! — выпалила Джессика.

Наш корвет начал маневрировать в попытке прошмыгнуть мимо настигающего сзади крейсера и идущего на нас катера. Если тот решит открыть огонь, то под него попадет именно левый бок.

— Состояние орудий?

— Лазерные и плазменные установки в лобовой части и вдоль кормов в норме, — принялся рапортовать Эктон. — Торпедные установки в норме, готовность к залпу тридцать секунд.

— Готовь!

— Есть, капитан!

Выскочил Бургер:

— Дружище! Не знаю, до того ли тебе сейчас, но у меня есть контакт!

«Очень даже до того», — обрадовался я, как только сообразил, что речь об ИИ «Гонца».

— Передаю управление кораблем, — осклабился кот и снова исчез.

В этот момент в рубку наконец вернулись Нафтин с Димоном.

— Пришлось повозиться с замками, — посетовал профессор. — Карцер никак не хотел подчиняться, но у меня имелся в запасе фокус.

— Всё в порядке! Больше фокусничать не придется. — Я позволил себе самодовольную ухмылочку. — Бургер взял «Гонца» за рога.

— Чего?

— Небесный Гонец! — скомандовал я вместо пояснений. — Теперь ты подчиняешься Нафтину Гаржету.

— О-о! — удивленно протянул профессор. — Твой ПОМ и впрямь удивительный! Но… — в этот момент его глаза упали на обзорные экраны. — Какого черта происходит?

— Боевой катер. Почему-то идет прямо на нас, — пояснил я.

— Связаться пробовали?

— Нет, от них нет сигнала.

— А мы пробуем выйти на связь? — нахмурился Нафтин.

— Что? Зачем это? Мы же выдадим себя?

— Мы выдадим себя, если будем молчать, как цефейские псы! — рявкнул Нафтин. — Немедля выходи на связь.

— Капитан! — Выкрик Элис оборвал нашу милую беседу. — Они стреляют!

— Ух! Не зря щиты выставили! — с долей облегчения выпалил я.

— Но, капитан! Выстрел необычный.

— Что? Как это?

Я впился глазами в один из экранов. Судя по красноватой линии, идущей от одной точки (катера) до другой (нас), тот и правда ударил каким-то лучом. Луч размножился, образуя сеть, и настиг цель. Мы явно должны быть поражены.

— Что-то знакомое, но не помню, что это, — кисло отозвалась Элис.

— Ох, прости. — Бургер вновь возник передо мной.

«Теперь-то что?» — непонятное поведение ПОМа раздражало. Сейчас точно не до душевных бесед.

— Доступа к ИИ больше нет! — мрачно уточнил он.

— Контроль над ИИ «Гонца» утрачен, — раздосадовался Нафтин.

— Вспомнила! — спохватилась Элис. — Это же оружие цефеев. То, которое уничтожает ИИ.

— Чего?! — в один голос воскликнули мы с Эктоном.

— Не пори горячку, кадет! — пробасил Нафтин, как только наш возглас стих. — У Республики такого оружия нет, и мы понятия не имеем, как оно работает.

Экраны погасли на доли секунды и ожили вновь.

Лицо Нафтина озарилось пониманием.

— Дьявол забери этих цефеев! — взревел он. — Они научились маскироваться под республиканский флот.

— Меня больше напрягает другое, — пробормотал Эктон. — Как они набрались такой наглости, чтобы появиться здесь, возле Галактикума и под носом флагмана Первого Республиканского флота?

Голос моего друга напомнил о важном:

— Готовность торпеды?

— Готова, капитан.

— Постой! Нам лучше уйти в гиперпространство, — быстро проговорил Нафтин. — Что там с крейсером?

— Следуют по пятам, — ответила Элис, глядя в мониторы, на которых оставалась хоть какая-то информация об окружавших нас космических объектах. — Находясь на такой дистанции, не уйдем.

— Значит, придется дать бой, — кивнул Нафтин. — И я очень рассчитываю, что «Молот и Молния» в этой битве встанет на нашу сторону. В конце концов, погибнем мы, погибнет и адмиральский сынок.

— Капитан! — вновь крикнула Элис. — Вражеский катер выходит на связь.

— Что? — Мысли хаотично забегали в моей голове. Но я быстро сообразил, что выстрелить всегда успеем. — Ну давай! Давай поговорим с ними!

Элис щелкнула тумблер, и один из экранов засветился, показывая картинку: в весьма знакомой кабине пилотов сидело до боли знакомое существо. Увидев меня, оно тоже изрядно удивилось. Древовидный рот сначала округлился, а потом расплылся в душевной улыбке.

— Саня! Саня Котов!

— Лорикс, — проговорил я слабым голосом, все еще не веря собственным глазам.

Глава 9

Древовидный профессор вовсе не умер, как собирался. Вот он — жив-живехонек, лупит на меня свои глаза и удивляется неожиданной встрече не меньше моего.

За спиной его появилась еще одна фигура. Эти тощие черты и непропорционально вытянутую шею я тоже сразу узнал — представитель цефейской расы. И, конечно же, это Талана Цира.

— Цефейское отродье! — в ярости выпалил Нафтин.

— Эм-м, Нафтин, — осторожно начал я объяснять. — Вообще-то мы знаем её, и тут есть нюанс.

— Что? Ты сталкивался с этим вражеским экземпляром?

— Помните, я рассказывал о нашей стычке на цефейской базе.

— Да. Если всё это правда, то ты настоящий герой и боец, в котором остро нуждается Республика.

«Республика, которой правят подлые цимберлане», — невесело подумал я, но сейчас было не время напоминать об этом.

— Так вот. Там было ещё кое-что.

Нафтин упер в меня глаза, горящие желанием выяснить, о чем я толкую. При этом он постоянно бросал зловещий взгляд в сторону экрана. Там Лорикс с Таланой тоже что-то обсуждали.

Я наскоро рассказал, что во время практической миссии на завод по починке космических станций у меня и друзей была еще одна, собственная миссия — доставить Лорикса на родную планету, где он мог бы умереть, как поступают ксайдорусцы почтенного возраста.

Пришлось рассказать ему и про диверсию, и что именно псевдополомка реактора привела к случайной стычке с цефейским разведывательным катером.

Нафтин неверяще таращил на меня глаза. Красная кожа стала почти розовой — так раварцы бледнеют.

— Ты пошел на такие нарушения из-за личных мотивов?! — вспыхнул он.

— Я пошел на эти нарушения, чтобы помочь своему другу, — возразил я, показывая на экран. Там Лорикс с Таланой закончили говорить и ждали, когда мы обратимся к ним.

Такой довод Нафтина не мог не удовлетворить. Тот ценил дружбу выше всего.

— Хорошо, позже обсудим, — сухо сказал он. — Вот только я понятия не имею, что нам теперь делать.

— Капитан, — донеслось от Элис. — «Молот и Молния» совершили маневр разворота, набирают скорость и вот-вот нагонят нас.

— Лорикс! — Я вновь обернулся к экрану. — Уходите отсюда! Если крейсер захватит вас, то…

— Уйти не проблема, — довольно спокойным тоном ответил древовидный профессор. — Ты лучше скажи, что делаешь на этом судне. Мы вообще-то планировали захватить его.

— Вы собирались — ЧТО? — изумился я.

— По нашим сведениям, там должен находиться величайший посол Республики, цимберланин по имени Нарс-Вэй Дан.

— Это его корвет, — кивнул я. — Но… Какого черта, Лорикс? Может, объяснишь, почему ты решил поиграть в космических пиратов?

— Думаю, нам надо состыковаться и хорошенько поговорить, — сказал Лорикс после короткого раздумья. — Я вижу с тобой полковника Нафтина Гаржета. Могу я рассчитывать на нашу с Таланой безопасность?

— Можешь! — рявкнул Нафтин. — Но честное слово, Дархо, тебе придется объяснить многое!

— Для начала бы избавиться от хвоста, — подала голос Элис.

— Хм-м, — Лорикс скривил древовидные губы. — Готовьтесь к ускорению и последующей стыковке, капитан Котов. А «Молот и Молнию» предоставьте мне.

— Курс один, скорость — максимум! — крикнул я, не мешкая.

Но в голове не укладывалось: как так вышло, что добрый, казалось бы, даже слабый профессор вдруг стал таким воинственным. Более того, уверяет, что справится с такой угрозой, как флагман Первого Республиканского флота.

Несомненно, Краутес не осмелится атаковать нас, но как только выяснит, что странный катер вовсе не дружественный, то что остановит его от команды разнести суденышко в щепки?

«Гонец» резво рванул навстречу «Суровой справедливости», но «Молот и Молния» отнюдь не отставал. Напротив, нацелившись на нас, втопил что есть духу.

Катер Лорикса и Таланы тоже не стоял на месте. Развернулся и пошел прочь.

— И что теперь? — нахмурился я, глядя в экран. Лорикс все еще оставался на связи.

— Готово? — спросил тот, явно обращаясь не ко мне.

— Да, капитан, — послышался голос Таланы.

— Тогда огонь!

Невидимая энергетическая сеть выскользнула из «Суровой справедливости» и через несколько секунд накрыла крейсер.

— Цефейское оружие против ИИ, — хмуро прокомментировал Нафтин.

Удивительно. Сейчас это было нам на руку, но он все равно относился ко всему цефейскому с жутким презрением. Такое за пять минут не выветрится. Я поглядывал на учителя с беспокойством. Не учудил бы он беды.

Поначалу «Молот и Молния» никак не отреагировал. Но уже через полминуты он заметно сбавил ход и поменял курс.

— Отрываемся, капитан, — радостно прокомментировала Элис.

— Сла-а-авно! Чу-у-дно, — протянул я зловещим тоном. И хотя на галаспиче это звучало не как на английском или даже русском, сестры уловили тон и захихикали.

— Я не понимаю, — пролепетал Эктон. — Почему так? Даже лишившись искусственного интеллекта, крейсер не теряет способности двигаться, маневрировать и вести бой.

— Две причины, — процедил сквозь зубы Нафтин. — Первое: у них там сумятица несусветная благодаря нам. Они ведь чуть капитана своего не лишились. А тот сейчас психует по поводу своего отпрыска. Наверняка рвал бы волосы на голове, коли имел бы их. Думает небось, что уж лучше бы его самого в заложники взяли.

— Ну а вторая?

— А вот это самое интересное, кадет Фэйер. Ведь эти ротозеи реального пороха еще ни разу не нюхали. В настоящем космическом сражении не бывали.

— Как так? — удивился я.

— А вот так. Это ведь флагман с адмиралом на борту. Его берегут. Пустят в бой только на генеральных сражениях. Они попросту запаниковали из-за нестандартной ситуации. Вот как с такими воевать против… — Нафтин злобно покосился на экран, где все еще маячили лица Лорикса и Таланы.

Минут через пять мы оторвались довольно далеко и провели успешную стыковку с катером «Суровая справедливость». Шлюз открылся, и на борту корвета появились два новых пассажира.

Как я и опасался, в руках Нафтина вновь появился бластер.

— Это ни к чему, Талана, — обратился Лорикс к цефейке, в руках которой тоже возникло оружие. — Полковник Гаржет — человек чести. Он обещал безопасность.

— Обещал, — мрачно кивнул Нафтин. — Но при этом я не собираюсь лишать безопасности себя и команду. — Резким движением он вырвал бластер из рук цефейки.

— Уверен, нам не о чем беспокоиться, — попробовал я разрядить ситуацию. — Лорикс — наш друг, а Талана… Она… эм-м…

— Она — цефейское отродье, — закончил за меня Нафтин. — А Лорикс, выходит, — предатель Республики.

— Насчет Республики, дорогой Нафтин Гаржет, у меня для вас плохие новости, — печально произнес Лорикс. — И насчет цимберлан тоже.

Он повернул голову ко мне.

— Саня, ты получил мое послание?

— «Не верь цимберланам»? — ухмыльнулся я. — Да. Хотя так и не понял, как вам удалось отправить его.

— Оставим технические детали. Главное — суть. А суть в том, что цимберлане отнюдь не те, за кого себя выдают.

Лорикс многозначительно оглядел нас и тут же смутился. Он, очевидно, ожидал увидеть наши изумленные лица, но мы ждали объяснений как ни в чем не бывало.

— Продолжай, — потребовал Нафтин.

— Я был на Ксайдорусе. И знаете, что я там увидел?

— Вероятно, всё что угодно, кроме своих сородичей, — предположил я.

Лорикс уставился на меня с изрядной долей подозрения.

— Откуда… Как ты понял, Саня?

Я скорчил невеселую гримасу и рассказал, что выяснил из одного лишь файла, спрятанного в глубине серверов Серой зоны. А затем то, что случилось в кабинете ректора.

С каждым моим предложением древовидное лицо становилось всё более мрачным.

Глава 10

Мой рассказ произвел колоссальное впечатление не только на Лорикса, но и на Димона. Мой друг кое-что сообразил из наших слов, пока шла вся эта суматоха, но отнюдь не представлял, насколько масштабен обман наших покровителей — цимберлан.

Лорикс тоже поведал о том, что случилось, когда он вместе с Таланой оказался на родном Ксайдорусе. Моя догадка оказалась верна — коренных жителей почти не осталось, а планета походила на одну гигантскую шахту. Роботы республики беспощадно выкачивали все природные ресурсы. А ведь мудрые ксайдорусцы старались не только сберечь их, но и приумножить.

— Мы можем жить очень долго, пожалуй, столетиями, — с горечью сказал Лорикс. — Но мы очень ответственны и понимаем, как важно не допустить переизбытка населения. Ведь чем больше потребителей — тем больше потеря ресурсов. И тогда планета не успевает восстановиться.

— Вот почему вы сознательно умираете? — ахнул Эктон.

— Одна из причин, — кивнул древовидный профессор. — Для нас смерть не есть что-то ужасное. Мы уходим из жизни почти что с радостью и пониманием, что в этом наша ответственность.

— Но раз от твоего народа почти никого не осталось… — начал я.

— Да. Теперь мне не только нет смысла умирать. Теперь это вредно для выживания. Впрочем, едва ли выйдет толк. Ксайдорусцев осталось столь мало… Сомневаюсь, что удастся восстановиться. Наше окончательное вымирание — вопрос времени.

— Но вы долгожители, — попытался подбодрить я. — Просто, эм-м… размножайтесь как следует, и всё наладится.

— Если бы всё было так просто…

— Постой, — вступил в беседу Нафтин. — Но почему вас стало так мало? Что именно случилось? Они что, истребляли там твоих сородичей?

— Косвенно, — Лорикс с грустью покосился на бластер в руках Нафтина. Тот все еще направлял его на Талану. — Одного за другим нас лишали работы. Некоторых, лучших, распределяли в важные космические станции.

— Кажется, примерно то же делали и с раварцами, — вспомнил я историю Орлена и Астеры.

— Равар, как и Ксайдорус, стоит у истоков Галактической Республики, — согласился Лорикс. — Думаю, именно с них началась экспансия цимберлан.

— Но всех на станции не сошлешь, — встрял Эктон.

— Без работы жизнь становится бессмысленной, — развел руками Лорикс. — Один за другим ксайдорусцы уходили из жизни.

— Но как же следующие цивилизации? — не унимался мой кудрявый друг. — Те, которые вступали в республику позже. Они не вы. К смерти относятся иначе.

— О! Тут, пожалуй, я отвечу, — невесело хмыкнул я. — Новые планеты подверглись тотальной модернизации и внедрению крутых якобы цимберланских технологий.

— И что тут плохого?

— Об этом тебе расскажет он. — С этими словами я хлопнул по плечу другого своего товарища — Димона.

Внимание присутствующих переключилось на него.

— Саня прав, — закивал он своей лысой головой. — Скоро после появления цимберлан жизнь на Земле стала похожа на рай.

— Рай для всех, — нахмурился Эктон.

— Во-во, рай для всех. Так называется их суперпрограмма. Что называется, вкалывают роботы, а не человек.

— Вам стало нечем заняться, — с пониманием заметил Лорикс.

— Э, нет, наоборот. У нас появилась целая куча дел: крутейшие развлекательные шоу, потрясные игры с полным погружением, потребление вкусной еды и напитков. Что только эти подонки не предложили, чтобы непрерывно развлекать нас.

— Но это не истребит землян, — заметил Нафтин.

— Еще как истребит, — возразил я. — Столь богатый ассортимент развлечений запросто вытеснит из жизни нечто важное — то, благодаря чему люди размножаются.

— Хуже. Им даже вытеснять не пришлось. Появились эм-м… — Димон слегка засмущался. — Имитаторы секса. Не просто куклы и роботы, а целые виртуальные среды. После такого едва ли захочется обычного эм-м… траха.

Я ухмыльнулся словам Димона.

— Ну, я бы, пожалуй, не повелся на такое. Всё-таки живые девчата незаменимы!

— Возможно, — Димон пожал плечами. — Была одна парочка знакомых. Они даже забеременеть пытались.

— И?

— Хотел бы я сказать в духе: кто знает, может, она уже с пузиком, а будущий папаша суетится — заказывает товары для мелких… — Димон резко смолк.

— Но? — недовольно потребовал я.

— Это случилось, когда я уже выбрался из той западни и вернулся к тренировкам, записался в академию.

— Всё ясно, — оборвал его Нафтин. — Девушка так и не забеременела.

— Да, узнав, что они так и не могут зачать мелкого, я пошарил в сети и выяснил, что начиная с трех недель, как явились цимберлане, не зарегистрировано ни одной беременной. А за последний месяц — ни одного родившегося.

— Они истребляют нас! — пробасил Нафтин. — Истребляют без единого выстрела!

— Мягкая сила, — с грустью кивнул Лорикс.

— Но теперь-то всё изменится, — попытался я взбодрить всех. — Теперь мы расскажем правду.

— Не так-то всё это просто, — возразил Лорикс. — Мозги народов промыты величием цимберлан. Кроме того, то, что ты рассказал о них… об их способности к телепатии… кто бы мог подумать…

— Очевидно, это то, с чего они начали, — сказал Нафтин. — А сейчас это не основной инструмент, а так — на крайний случай. — Он кивнул в мою сторону.

Да уж. Пожалуй, я и правда допек Корг-Магира, что он убедил сородичей применить против меня то, что они используют не так уж часто. А вообще стало ясно, как цимберланам удается столь быстро убеждать местные цивилизации на такое тесное сотрудничество. Его ведь иначе чем полным подчинением не назвать.

Их попросту гипнотизировали.

— Капитан, — донесся голос Элис. — «Молот и Молния» начал маневр. Они сильно отстали, но, кажется, пришли в себя.

— Надо прыгать, — опомнился я. — Вот только куда?

Но как только я озвучил вопрос, так тут же придумал ответ: нужно как можно скорее разыскать Астеру Скай. Ведь она (и Орлен) давно сопротивляются цимберланам. Очевидно, у них есть план, и единственное, что им не хватало, — сведения с серверов Серой зоны.

Впрочем, где-то в глубине души я понимал — на самом деле хочу другое. Уж очень хотелось вновь прикоснуться к Астере, заглянуть в ее большие глаза, заключить в объятия, прижаться к губам.

— Ясно куда, — сказал вопреки моим мыслям Лорикс. — Мы должны двинуть в столицу Республики, ворваться во дворец и схватить республиканский триумвират. Пусть публично признаются в своем преступлении и преступлениях предков, начавших экспансию!

Ого! Его боевитости можно было позавидовать! Идея мне в целом нравилась, вот только в ней отсутствовала Астера Скай.

— Нам надо разыскать Астеру и Орлена. Они помогут нам сокрушить цимберлан.

— О чем ты говоришь, Саня? — возмутился Димон. — Мы должны скорее мчать на Землю и остановить этих гнид! Они же убивают нас. Убивают, как сказал он, — Димон показал на Лорикса, — не стреляя, мягкой силой!

— Мы с твоим другом согласны, — взволнованно произнесла Джессика.

Элис горячо закивала, поддерживая сестру.

— Нет! Давайте сначала на Зайнар! — подал голос Эктон. — Я должен убедиться во всём. Я должен увидеть, что творится на моей родине!

Вот ведь урюк! Он там был лишь пару раз, и то недолго. А тут вдруг распереживался.

— Мы летим на дальние рубежи! — безапелляционно заявил Нафтин Гаржет. — Туда, где не так давно я воевал с цефейским отродьем.

«Что?», «Это еще зачем?», «С какой стати?», «Как это поможет?» — заголосили все вокруг.

Я тоже удивленно уставился на него.

— Ты ведь помнишь наш разговор, Александр? — спросил Нафтин. — Ты обещал помочь спасти моего друга — Крисо.

— Эм-м… да, — кивнул я, стараясь подавить расстроенные нотки в голосе.

— Вот и отлично! А кто не согласен, двигайте на борт ее катера, — он пренебрежительно махнул бластером в сторону Таланы, — и мчите куда хотите.

— Не я, Нафтин. Я с тобой, — на всякий случай сказал я.

— Знаю. И это… Можешь звать меня просто Нафи. Так зовут меня боевые товарищи. Так зовет меня Крисо.

Глава 11

«Молот и Молния» уже не беспокоили нас. Мы рванули на пару парсеков через гиперпространство и вовсю готовились к новым скачкам. Вот только теперь нам предстояло разделиться. Лорикс, сестры Джексон и Димон — на Землю. Остальные — спасать Кри-со-бэя.

— Ну что, дружище! Дай бог, встретимся. — Димон протянул свою лапищу. Я ухватился за неё своей.

— Обязательно. Как вырвем профессора Тарго из плена, то сразу рванем на Землю.

Но я не был уверен, что это правильно. Ни Кри-со-бэй, ни даже Земля-матушка не имели сейчас большего значения, чем восстание против цимберлан. Подключить бы ещё к этому процессу одну очень милую раварку…

— Мы изгоним черепах с нашей родины, — подала голос Элис.

— И вразумим соотечественников, — поддакнула Джессика.

Сестры расположились в креслах перед пультом, но центральное — капитанское — оставалось свободным. И предназначалось оно Лориксу.

В тот момент на борту «Суровой справедливости» древовидный профессор разъяснял Нафтину об его устройстве. Я в этом ликбезе не нуждался, так как однажды уже управлял этим катером.

Наконец Нафтин, удовлетворенный новыми знаниями, вернулся на борт «Гонца».

— В путь? — спросил я.

— Почти. Он вновь покинул рубку. В этот раз я последовал за ним. А следом за мной — Талана.

— Прошу вас, полковник Гаржет, — обратилась она дрожащим голосом. — Почему вы забираете меня с собой? Я ведь сказала, что предпочитаю остаться при Лориксе Дархо.

— С каких пор пленные могут ставить условия? — хмуро ответил Нафтин.

— Но…

— Если вы без наручников, то это отнюдь не значит, что свободны в полной мере. Я вынужден доверять профессору Дархо, но за вами намерен приглядывать. А если придется, то пристегну наручниками и запру в карцере.

На «Небесном гонце» как такового карцера не было, но я тут же догадался, что Нафтин шагал именно к той каюте, где заперт Трэши.

— Кроме того, цефейка, — рявкнул он. — Разве не должна ты радоваться? Мы летим к твоим сородичам.

— Вы… вы думаете обменять меня на вашего друга? — В голосе Таланы звучало отнюдь не радостное волнение, а скорее испуг.

— Если не удастся отбить Крисо силой, то именно так я и намерен поступить.

— Но… Они же казнят меня.

Нафтин изобразил на лице презрительное равнодушие.

— Тогда это будет поистине выгодной сделкой, цефейка.

— Профессор Гаржет, Наф… Нафи, — чуть запинаясь, обратился я. — Талана помогла нам на их базе. И она…

— И она остается цефейским отродьем, Александр. — отрезал Нафтин. — Мне ничуть не жаль её.

— Она по сути перешла на нашу сторону.

— Вот как? — Нафтин остановился перед дверью в каюту, где томился Трэши. — Что, прям стреляла по своим?

— Да.

Мои слова произвели впечатление, и Нафтин уставился на Талану, словно изучал её.

— Я стреляла из бластера в офицера, в того, кто был выше по званию, и того, кто… — Талана почти задыхалась, а по впалым щекам заструились слезы. — Того, чьего ребенка я ношу под сердцем.

Несколько секунд Нафтин молчал, обдумывая услышанное. Но лицо его вновь стало решительным.

— Стало быть, у вас был резон, — сказал он, прикладывая кулак к двери. — В любом случае, выбора нет.

Створки разъехались. Изнутри на нас уставилось бледное лысое лицо. Трэши казался крайне испуганным. Руки сковывали наручники. Поникший, он сидел на койке и таращился на нас, ожидая.

— Трэши Дро! — скомандовал Нафтин. — Ты полетишь с нами!

— На «Галактикум»? — тут же выпалил тот. — Или на «Молот и Молнию»?

— Ты и его собираешься с нами взять? — изумился я.

— А то! Он нам очень поможет.

— Куда вы меня? — пролепетал Трэши. — Отпустите! Вы знаете, кто мой отец. Вам это с рук не сойдет!

— Хорошо, что напомнил, — усмехнулся Нафтин.

Лицо профессора сильно помрачнело. Веки сузились. Брови нависли. Он шагнул к Трэши и ухватился за грудки его комбеза. Затем с силой притянул к себе.

Трэши стал еще более несчастным. Напрочь подавленный силой и авторитетом опытного вояки, он проделал пару неловких движений в надежде высвободиться. Потерпев неудачу, замер.

— Ну давай, кадет Дро, рассказывай, что предпримет твой папаша?

— Что?

— Мы ушли от него, но недалеко. И, несомненно, такой крейсер, как «Молот и Молния», имеет на борту всё необходимое, чтобы вычислить траекторию прыжка.

— Ну… И что? — почти плаксиво протянул Трэши.

— А то! — ещё больше напирал Нафтин. — Понятное дело, они пойдут в погоню. Вот только на что решится адмирал ради сыночка? Готов ли он заключить сделку?

— Сделку? Какую?

— Ну, например, подсобить кое с чем на дальних рубежах. Нанести удар по цефейским базам, чтобы обеспечить им панику на некоторое время.

Трэши не отвечал. Глазки его испуганно бегали. Мерзавец, очевидно, пытался подобрать ответ, который сподвигнет Нафтина освободить его.

— Отвечай уже!

Нафтин с силой отшвырнул его, опрокидывая обратно на койку.

— Я не знаю! — заверещал Трэши. Он сжался и затрясся всем телом. И было от чего — Нафин снова приблизился.

— Хочешь сказать, что ему плевать на тебя? Почему же тогда он не решился на перестрелку там, на борту крейсера?

— Потому что… потому что… — Казалось, Трэши отчаянно подыскивал нужную причину. — Потому что там он не был хозяином положения. Бластер был у меня, и отец боялся, что я не смогу…

— Что не сможешь выстрелить? — поморщился я. — Ой ли?

Жалкое зрелище, которое представлял собой Трэши, не доставляло никакой радости. Хотелось плюнуть в него, а потом попросить Нафтина дать ему пинка под зад и вышвырнуть долой.

Вот только как это сделать в космосе? На борту «Гонца» имелась одна спасательная шлюпка, но не тратить же её ради этого ничтожества.

— А теперь, стало быть, всё в его руках, — задумчиво произнес Нафтин. Рука, которая вот-вот собиралась вновь ухватиться за грудки, расслабленно повисла.

— Да. И он, не думая, разнесет этот корвет, — торопливо добавил Трэши.

— Что ж, может быть…

— И вы правы насчет оборудования, — страх Трэши, казалось, испарился. Голос выровнялся, хотя нотки возбуждения присутствовали. — Они обязательно вычислят, куда мы прыгнули. А потом ударят из всех орудий!

— Хм-м…

— Лучше всего отпустить меня. Это отвлечет внимание отца, и вы сможете спокойно уйти, куда вы там хотели…

— На дальние рубежи, — спокойно ответил Нафтин. — Туда, где идут настоящие сражения. Где льётся кровь и рвутся бомбы. Где убивают и погибают.

— Эм-м… Так вы меня отпустите? — сподобился ответить Трэши.

— Кстати, насчёт твоего нытья, — проигнорировав вопрос, сказал Нафтин. — Прибереги-ка его для цефейских отродий, ладно?

— Что-о?

— А то! Мы обменяем тебя на Крисо, если этой, — Нафтин показал на Талану, — будет недостаточно.

Глава 12

— Видишь ту полусферу? — Нафтин показал на нечто, напоминающее металлический бункер с округлой верхушкой.

Мы топали по неизвестной мне планете, полусогнувшись. Талана, словно собачка с ошейником и цепью, тащилась за Нафтином. Вид её был несчастней некуда. А вот Трэши оставили запертым и связанным на «Справедливости».

— Так вот, это станция связи, — сказал Нафтин.

— Наша? — уточнил я, подразумевая, что «республиканская».

— Наша, — кивнул Нафтин. — Более того, моя. Под моим руководством устанавливали и настраивали.

— И мы сможем использовать её?

— А почему нет? Я действующий военный. У моего ПОМа есть допуск.

План Нафтина звучал довольно просто: мы пробираемся тайными тропами к одной из станций связи, коих немало понатыкано на этой многострадальной земле. С ее помощью связываемся со штабом и просим поддержать огнем, чтобы под шум падающих бомб пробраться во вражеский тыл.

В общем, план идеальный. Лучше него — просто убиться любым удобным способом.

— Проблема в том, что эта станция не работает, — посетовал Нафтин. — Видишь, сколько у неё повреждений?

Полусфера и правда была изъедена крупными дырами и сколами. По ней явно лупили что есть мочи, причем много-много раз.

— Может, надо было к другой идти? — решился спросить я. — К той, что поближе к нашим и которую удалось защитить.

— Эта самая дальняя, — пояснил Нафтин. — Потому она и разрушена. Ничего удивительного. Но нам нужно находиться максимально близко к врагу, когда всё начнется. Времени на раскачку не будет.

Я всё ещё сомневался в жизнеспособности его плана. Но в конце концов, кто из нас настоящий военный? Мне лишь пророчили успешную карьеру в армии. Нафтин же — уже боевой офицер.

Мы подобрались к полусфере. Оказалось, что, помимо множества дыр от осколков и кумулятивных разрывов, имелись и другие отверстия — технологические.

Нафтин поднес ладонь к одной из панелей с парой разъемов.

— ПОМ! Подключись к станции.

Через пару секунд лицо его омрачилось.

— Не работает? — спросил я.

— Не работает, — кивнул он. — Но это мы и так знали. ПОМ! Что там с питанием?

Теперь его лицо просияло.

— Отлично! Энергия есть, батарея сохранила заряд. Если повезёт, то некоторые функции ещё действуют.

— Здесь опасно, — простонала Талана.

Всё это время она опасливо таращилась во все стороны.

— Заткнись, цефейское отродье! — рявкнул Нафтин. — Твоего нытья мне еще тут не хватало.

— Думаю, она права, Нафи, — пробормотал я, также оглядываясь. — Мы тут как на ладони.

— Знаю. Но есть тут один фокус. Внутри станции небольшой бункер. Там нас не засекут. ПОМ! Открой люк станции!

Мы с Таланой уставились на полусферу, но не случилось ни скрежета открываемой двери, ни хотя бы щелчка.

— ПОМ! Что за вздор! Быстро открой люк!

Судя по выражению лица профессора, что-то пошло весьма скверно. Я решил, что догадался о причинах:

— Заклинило механизм?

— Нет, не заклинило, — возразил Нафтин. — ПОМ! Какого черта ты несешь! Открой дверь!

Но, кажется, это не дало эффекта. Зато перед глазами появился Бургер.

— Проблемы, дружище?

«Как видишь», — бросил я мысль. — «Только не пойму, в чем именно».

— Вам надо открыть люк в бункер станции связи, верно? — Кот подмигнул. — «Дай пару минут, и всё будет в лучшем виде».

— Меня лишили доступа, — донеслось рычание Нафтина. — Чертов адмирал уже доложил о моей измене. Я утратил доступ ко всему. Хорошо, что станция без связи. Иначе они бы знали, где мы.

— То есть, если станция заработает, то её ИИ сразу доложит о нас?

— Тут нет ИИ. Проклятые цифеи лихо вырубают всё, что думает электронными мозгами. Но не в этом же проблема! Нам не попасть внутрь. А стало быть, не починить станцию.

— Это вообще лишено смысла, — сказал я. — Даже если мы всё это сделаем, то не сможем попросить задать жару цефеям.

— Нет, сможем, — отмахнулся Нафтин. — Ребята знают меня и знают, что я никогда бы не пошел на такое без веской причины. Но ты думаешь не в ту сторону, Александр. Мы не сможем починить эту штуку, — он пнул по металлической полусфере, — потому что не сможем открыть…

— Доступ получен, — возник Бургер. — Открываю!

У основания полусферы возникли щели в виде ровного круга. Он задвинулся внутрь конструкции, затем отъехал в сторону, демонстрируя чернеющий проход.

Нафтин изумленно таращился на это.

— Как?

— Проделки Бургера! — хохотнул я.

— Твой ПОМ! Как я мог забыть, что он у тебя настоящий хакер! — Нафтин буквально лучился. На лице отчётливо читалось: «Ну теперь точно всё получится!».

Но он ошибся.

Не успели мы забраться в бункер станции, как послышались выстрелы лазеров. Лучи врезались в полусферу, пара из них угодила внутрь, в возникший проход.

Мы резко оглянулись, чтобы увидеть, как к нам подлетают две бронированные машины на воздушной подушке, оснащенные лазерными пушками на своих крышах. Они двигались почти бесшумно, лишь с едва различимым низким гулом.

А вот лазеры, которыми они продолжали палить, визжали будь здоров. Мы припали к земле. Но смысла в этом было не так уж много. Теперь уж попались! Вопрос оставался только один: убьют или схватят?

Я быстро сообразил, что по возможности нас хотят взять живыми. Иначе давно бы подстрелили. Но нет — лучи упрямо ударялись по корпусу станции, и ни один не попал непосредственно в нас.

Броневики затормозили, и оттуда выскочили шестеро вооруженных, одетых в цефейскую униформу солдат. Они тут же прицелились в нас из бластеров. За плечами каждого висели стволы особого назначения — для ликвидации ИИ-ПОМ.

— А вот и лазутчики! — обрадовано воскликнул один из них, в офицерской форме. Говорил он на галаспиче, так что помощь Бургера не потребовалась.

— Вырубить их дьявольские мозги, капитан Данэс? — спросил второй. Этот явно был рядовым.

— У этих — да, — кивнул офицер, широко улыбаясь. — А вот что с этой? — Он показал на Талану. — Вот это вопрос.

Не успели мы подняться, как в нас пальнули из анти-ИИ ружей.

— Отлучусь, дружище, не теряй, — пискнул Бургер и исчез.

Я не переживал. Мы такое уже не раз проходили. Бургер всегда находил дорогу назад. Несомненно, ИИ-ПОМ Нафтина был уничтожен. Что ж. Едва ли это была великая потеря, с учетом, что он в розыске. Пожалуй, это даже на пользу.

— Кажется, она их пленная, капитан. — Рядовой рассматривал ошейник с цепочкой, второй конец которой был приделан к поясу Нафтина. — Они ее на цепь посадили, словно животное!

Двое солдат тут же освободили Талану.

— Она на обмен! — тут же выпалил Нафтин. — Я меняю её на пленного Кри-со-бэя Тарго!

Он пробасил эти слова слишком уверенно для нашей ситуации. Цефеи на его нахальство не повелись.

— Она уже наша. А Тарго… Ах да, тот слепой боец… — капитан Данэс ухмыльнулся. — Его вы, возможно, увидите. Ведь вы тоже пленные теперь!

— Но это не всё! — не сдавался Нафтин. — У нас есть ещё кое-кто на обмен.

— Потом разберёмся, — отрезал Данэс. — Грузите их.

Последние слова он, разумеется, адресовал не нам. Но потом снова повернул голову:

Кстати, корабль, на котором вы прибыли, тоже найден. Четвёртый ваш спутник в наших руках. Так что вам предстоит ответить на очень, очень много вопросов.

Глава 13

Броневики ехали быстро и ровно. Ещё бы — транспорту на воздушной подушке ухабы нипочем.

— Респы атакуют, — донесся голос водителя. — Нано-дроны на радиоуправлении и летающие платформы.

— Все знают, что делать? — рявкнул капитан Данэс.

— Да, капитан. Да, капитан, — донеслось от солдат.

Кто-то схватился за пульт управления лазерным пулеметом, другие занялись приборами. Один принялся передавать что-то по рации. Большинство сидели как сидели, лишь крепче сжали бластеры в своих руках.

Броневик начал вилять. Но опасности избежать не удалось. Что-то громко и невыносимо засвербило с правого бока. Звук был так ужасен, что я бы зажал уши ладонями, не будь они скованы наручниками.

— Туда направляй! — зарычал Данэс, показывая рукой в сторону, откуда доносился режущий уши звук.

Другому броневику, который ехал так, что я хорошо видел его в окно, повезло меньше. Нано-дроны навредили настолько, что он резко затормозил и перевернулся.

— Долбанные нано-дроны! — зло выплюнул один из солдат. — Сколько уже техники изувечили!

— Проклятье! Мощно грызут броню! — ругнулся другой.

— Ща всё будет! — бодро пропел солдат, управлявший каким-то сложным пультом.

После его слов отвратный звук и правда стал тише, а секунд через десять пропал полностью.

Тем временем я заметил в окно, что нас преследует какой-то здоровенный блин — типа летающая тарелка. Он ощетинился стволами во все стороны и нагонял наш броневик.

— Платформа в пределах огня, капитан, — выпалил тот, кто управлял лазерами.

— Так мочи её!

Лазерная пушка, расположенная на крыше броневика, заработала, пуская лучи и громко визжа короткими пиками.

То, что они называли платформой, в долгу тоже не осталось. Пушки во все стороны торчали не просто так. Брызнул град лучей. Броневик хоть и продолжал хаотично маневрировать, избежать такого кучного залпа не сумел.

Сразу в трех местах мощно вспыхнуло. Машину тряхнуло — мама не горюй. В нос ударил запах плавленного металла и пластика.

— Держись! — заорал Данэс. — И кончай с ним!

Последнее предназначалось стрелку.

— Этого, может, и смогу, а с теми что делать, капитан? — крикнул в ответ солдат и вновь вдавил гашетку лазеров.

Еще три такие ощетинившиеся пушками тарелки возникли позади первой. Страшно представить, что будет, когда они начнут лупить по нам.

Первая тарелка извергать смертоносные лучи отнюдь не переставала, и скоро одна из угловых дыр броневика стала настолько широкой, что мы с Нафтином могли бы выпрыгнуть. Вот только нас накрепко пристегнули к сидениям.

Впрочем, стрелок цефеев оказался парень не промах. Несколько точных попаданий, и тарелку повело. Кто знает, может, она и уцелела бы, но врезалась в длинный мощный ствол дерева.

— Е-е-есть! — возликовали наши пленители.

— Зря радуетесь, — прошипел Нафтин. — Вы сразили технику, а пилот попросту возьмется за новый аппарат. Мы эти штуки знаете в каких количествах штампуем?!

Очевидно, они знали. Враждебные взгляды вцепились в профессора-полковника. И несдобровать бы ему, если б не битва.

Солдат, управляющий пушкой, переключился на новые платформы. Но тут расклад явно не в его пользу.

— Есть подкрепление! — воскликнул тот, кто вызывал помощь по радио.

— Ага! Наши птички! — обрадовался капитан Данэс.

Около пяти летательных аппаратов, которые иначе чем самолеты-вертолеты я назвать не мог, летели на выручку нашим захватчикам. Это были быстрые реактивные самолеты, но в то же время я заметил на них и винты, как у коптеров. Стало быть, при необходимости могли перейти с реактивной тяги на роторную.

И правда. Оказавшись возле нас, они отключили сопла и запустили пропеллеры. Лазерные и ионные пушки заработали на перегонки, обрушив шквал разноцветных лучей на приближающиеся платформы.

Бой перешел исключительно в воздух, а мы… исчезли.

— Фу-ух! — устало выдохнул водитель. — Выбрались, капитан.

— Молодцы, ребята! Каждому по дааши за мой счет!

Солдаты восторженно заулюлюкали. А я же задумался: получалось, что обе противоборствующие стороны употребляли и, главное, умели готовить один и тот же напиток — горький, но весьма приятный дааши.

Что касается нашего исчезновения, то это оказался секретный вход в тоннель. Сработал механизм, и дорога под нами словно провалилась, уведя нас под землю. Мы ушли довольно глубоко, так что даже мощным бомбам пробить было бы непросто.

Еще через полчаса быстрой езды мы оказались в чем-то вроде гигантского подземного штаба. Широкие коридоры, тусклое освещение. Это напомнило цефейскую базу, на которой я побывал. Разве что стены тут были ровнее и имелась какая-никакая отделка.

— Куда пленных, капитан? — спросил один из солдат, пока выводил нас из броневика.

— Генерал Норф, как обычно, захочет побеседовать с ними.

— Но он же в отлучке.

— Верно. Поэтому первоначальный допрос проведу я. — Лицо Данэса расплылось в недоброй ухмылке. — А пока сдай их начальнику тюрьмы, пусть оформляет как обычно.

— А с ней что? — солдат показал на Талану.

Цефейка стояла с несчастным видом приговоренной к смерти.

— Послушайте, — первой начала она. — Я… То есть мы… Мы прибыли сюда с важной миссией. Вы всё неправильно поняли. Мы хотим договориться.

— Что значит «мы»? — нахмурился Данэс. — Ты с ними заодно?

На лице Таланы отчетливо прослеживалась борьба. С одной стороны, она могла сказать, что мы взяли её в плен. И это почти правда. С другой — она знала, что её всё равно раскроют. Как и остальные, она должна была погибнуть на базе, где проходила службу.

— Отвечай! — потребовал Данэс.

— Мы хотим мирного решения. Мы не враги друг другу.

— Что? Они служат этим отродьям чёрной дыры! О чём ты? И… Кто ты вообще? Имя!

Она мешкала, но в итоге всё же выдавила из себя:

— Талана Цира.

Вытянутое лицо капитана стало еще длиннее, так как его челюсть отвисла. Он глядел на Талану с неподдельным изумлением.

— Но тогда ты… Ты должна была погибнуть на той базе.

— Мы взяли её в плен, и потому она жива, — быстро вставил я, чтобы оправдать бедняжку.

— Там нашли тело только одного человека — Канатиса Зарго, — продолжил Данэс пораженным голосом. — Он был убит разрядом бластера, в отличие от остальных, которые, согласно протоколу, взорвались вместе со всей базой.

— Он сопротивлялся, и мы его грохнули, — снова вставил я.

— Опасно, дружок! — возник Бургер, будто и не стреляли в него из анти-ИИ ружья. — Вызываешь огонь на себя.

Я и сам понимал это. Но что поделать, если сердцу неймётся защитить даму. Пусть и ценой собственной жизни.

Вот только капитан не слушал меня.

— Вы должны были погибнуть. — Он мотнул головой солдатам. — Её тоже в клетку. Судьбу её будем решать завтра. Хотя тут и так всё ясно.

Глава 14

— Не сомневайся, дружище, — подбодрил Бургер, когда решетчатая калитка закрылась за мной. — Найду управу и на их сервер. А стало быть, отопрем.

«Угу», — ответил я мыслями. — «Отпереть-то, может, и отопрешь. А дальше-то что? Выйти как ни в чем не бывало и помахать цефеям ладошкой?».

В коридорах тюрьмы было людно, да и возле клеток вооруженная охрана — серьезные ребята усердно наблюдали за своими подопечными. В общем, всё оказалось не как на уничтоженной цефейской базе. Просто так не выбраться.

Здесь явно не было недостатка ни в кадрах, ни в других ресурсах. Даже клеток в тюремном секторе достаточно, чтобы рассовать нас по разным, стоящим далеко друг от друга. Я даже не мог передать сообщение Нафтину, так как тот остался без ПОМа.

До конца дня ничего не случилось. Разве что охрана приносила скудной еды и питье, да вечером объявили отбой. Спать при этом не принуждали. Но я так измотался на этой изувеченной войной планете, что, несмотря ни на что, лег и уснул.

На следующий день ждал, когда же допрос. Теперь, когда нас схватили, шанс заключался только в одном — дипломатии.

Конвой явился лишь после обеда. Мне вновь нацепили наручники и повели по пыльным невзрачным коридорам. Через несколько минут остановились перед дверью, где дежурили двое солдат.

— Ждите ещё, — поднял руку один из них. — Не закончили ещё с перебежчицей.

Но едва он закончил предложение, как дверь открылась.

На пороге стояли еще два солдата, а между ними — Талана. Глаза несчастной цефейки набухли от влаги. Лицо отражало отчаянье.

— Я ведь беременна, капитан! Как вы не понимаете? Вы убьете не меня, а детей! Моих и Канатиса!

— Берите пример с него, — раздалось из глубины кабинета. — Зарго хватило ума погибнуть.

Водянистые глаза Таланы наконец смогли сфокусироваться на мне. Сначала она озарилась надеждой. Но заметив, что я в таком же бедственном положении, вновь помрачнела.

Что ж. Кажется, ее уныние было оправданно. Я серьезно сомневался, что смогу убедить капитана и других цефеев.

— Заводите его! — потребовал голос в кабинете.

Меня затолкали в довольно тесный офис. Окон, понятное дело, тут не было. Но не имелось и других удобств, кроме простенького письменного стола и стула, на котором сидел капитан Данэс.

Очевидно, гостям стульев не предполагалось, так что пришлось стоять прямо перед капитаном. Оба конвоира замерли позади — рыпаться бессмысленно.

— Начнем с имени, — произнес Данэс, изучая меня недобрым взглядом.

— Александр Котов. — Я решил, что не стоит ерепениться по пустякам.

— Александр, — повторил он за мной. — И что же ты делаешь на фронте, Александр? Здесь, на рубежах нашей обороны. На тебе нет военной формы и снаряжения, да и не похож ты на военного. И юн слишком.

— Я не военный, — кивнул я. — И я тут не для того, чтобы биться против вас. Наоборот, хочу договориться.

— Отлично. Продолжай.

— Цимберлане — наши враги. Мы хотим остановить их.

— О как! — Он подмигнул моим конвоирам. Я нутром ощутил, как те заухмылялись.

— Не верите?

— Верим-верим. Но продолжим знакомство. Имя я узнал, насчет цели визита… Ну что ж, шутку оценил. А кто ты вообще?

— Я курсант на станции «Галактикум». Был… Сейчас, наверное, уже нет. Так что я не знаю, кто я. Повстанец, очевидно.

Когда я упомянул станцию академии, глаза Данэса чуть сверкнули. Он явно знал о Галактикуме.

— Слыхали? Повстанец он! — хохотнул капитан.

Конвоиры охотно поддержали смех.

— Я ведь серьезно. Я раздобыл важные сведения, которые можно использовать против цимберлан.

— И где же они? Давай, покажи нам, повстанец.

— Так на моем ПОМе они… были… — Я замялся, так как отнюдь не хотел признавать, что Бургеру их анти-ИИ ружья нипочем. Чего доброго докопаются, как реально его уничтожить.

— Очень удобно, — кивнул Данэс. — Информация на чертовом ПОМе, а его мы почикали. Выходит, сами себя наказали?

— Я могу раздобыть этот файл снова.

— Дай-ка угадаю. Для этого тебя надо отпустить, верно?

— Желательно не только меня, но и моих спутников, включая Талану Циру, и ещё нам нужен Кри-со-бэй Тарго. Он вроде как у вас.

— Ух как! А что ж так мало-то? Давай я для верности и остальных пленных тебе передам, а еще нашего генерала и план ведения войны на этом участке.

— Эм-м. Не верите, да?

Мой вопрос был ни к чему. И так ясно, что капитан ни на йоту не доверял мне.

— А ты бы поверил, будь на моем месте?

Допрос продолжился. Я беззастенчиво сообщал всё, что мог, хотя на Павлика Морозова (того самого, который сдал своего отца) не тянул. Кое-что я всё-таки скрыл. Это касалось Бургера, Астеры и информации о моих друзьях.

— Ну, пожалуй, хватит с тебя, — проговорил Данэс минут через тридцать.

— Завтра, что ли, продолжите допрос? — поинтересовался я.

— Да что с тебя спрашивать-то? И так всё ясно. Ты и этот Нафтин, которого мы первым допросили, хотели освободить вашего боевого товарища Кри-со-бэя Тарго. Не знаю, как тебя убедили пойти на это, с учётом, что ты явно не военный… Но неважно. Ты вступил на тропу войны и ответишь по её закону.

— Это как? — удивился я.

— Умрешь, — развел он руками. — А что ты хотел? Вторгся сюда. Рассказываешь какие-то байки…

— И… Как это случится?

— Мы не изверги. Зачитаем приговор и расстреляем. Это будет завтра.

— Как завтра?

От понимания, что жить осталось всего-то ничего, я опешил. Начал озираться, надеясь предпринять что-либо. Но две пары рук тут же ухватились за плечи.

— Да вы с ума сошли! Я же говорю, что цимберла… — Кто-то здорово ударил коленом по пояснице, и я невольно издал болезненный рык.

Это мне совсем не нравилось. Слишком круто всё оборачивалось. Хуже была бы только немедленная казнь.

Я попытался вывернуться, и это удалось — от одного отцепился. Тут же врезал локтем второго. И он тоже зацепился.

«Ага! Сашу Котова так просто не возьмете!» — подумал я перед тем, как капитан разрядил свой кулак по моему лицу. Мощный прямой удар чуть не вырубил. Я едва удержался на ногах.

Этой секунды хватило, чтобы конвоиры с удвоенной силой схватили меня и выкрутили руки. Я вновь зарычал. Превозмогая дикую боль, попытался высвободиться.

— У нас тут особо буйный, — спокойным ровным голосом заметил Данэс. — Эй, двое у двери! Помогите отправить этого в клетку!

Скоро я вновь оказался в своей камере.

Мысль о скорой смерти ужасала. Я всегда думал, что не боюсь старуху с косой. И даже частенько оказывался в смертельных ситуациях. Но теперь, когда меня непременно собирались казнить… Да лучше бы они тупо убили на месте, чем теперь думать об этом!

А не думать о завтрашнем дне я не мог. Воображение начало представлять, как меня ставят у облупленной стены. Ряд гвардейцев поднимает ружья (почему-то обычные, как во времена гражданской войны), затем по команде старшего офицера прицеливаются и стреляют.

И что потом?

Появились и другие образы: Галактикум, Астера, Димон с американками, бросившиеся освобождать планету от гнета цимберлан.

А меня тут тупо казнят. Вместе с Нафтином, Таланой и… вероятно, Трэши.

Мысль, что обречен не только я, но и мой заклятый студенческий враг, утешала слабо.

— Вот ты где, — донесся со стороны коридора ненавистный голос.

Я резко повернулся в сторону решётки. Конечно, это не был Трэши Дро. Ведь тот находился в камере наподобие моей. На меня смотрел и ухмылялся Орлен Даркаш.

Новая надежда охватила меня. И все-таки я спасен! Вот только почему у Орлена такая торжествующая и враждебная физиономия?

Глава 15

Уже через секунду Орлен Даркаш стер с лица свою зловещую ухмылку. Стал привычно мрачным. Вспомнилась его выходка на «Галактикуме», когда он вырубил меня, чтобы не позволить лететь с ними, лететь с Астерой Скай.

— Астера! — выпалил я, едва вспомнил о раварке. — Как она? В порядке?

— В полном, — кивнул Орлен. — Была очень раздосадована, что ты в итоге не полетел с нами. Печалилась. Но, кажется, отходит потихоньку.

— Вообще-то я не полетел по твоей вине.

— Неважно, — отмахнулся он. — Главное, что скоро она окончательно отойдет от своего наваждения и тогда… Тогда в выборе партнера выбора у нее не будет.

Лицо раварца озарила мечтательная улыбка.

— Знаешь, — продолжил он. — Нас, раварцев, осталось не так много. Мне удалось, хоть и ненадолго, заглянуть на родную планету. Проклятые цимебрлане устроили там… Даже не знаю, как это назвать… Колонию, что ли.

— Такое происходит на всех планетах Республики.

— Это меня не особо касается, хотя, конечно, цимберлане должны ответить и за них. Но вот что для меня важно, так это мой народ — раварцы.

— Понимаю, — кивнул я. — Мои друзья тоже сейчас борются за нашу Землю.

— У Земли всё еще только начинается, — пренебрежительно заметил он. — А вот нас, раварцев, мало. Мы должны сохранить наш народ. И мы с Астерой должны сделать ВСЁ для этого.

— Астера выбрала меня, Орлен.

— Астера — дура! Влюбилась непонятно за что! Кто ты ей — никто! Что ты сделал для неё — ничто!

— Ну… Кое-что сделал.

— Вытащил нас с Галактикума? Отправил пару тюбиков еды? Спасибо! Но за такое не влюбляются до полного безумия.

Я пожал плечами. С одной стороны, его слова разумны. С другой — чертовски приятно вновь осознавать, как важен я для Астеры.

— Но главное, — с пылом продолжал Орлен. — Она то и дело трещала о тебе задолго до того. Говорила, что ты такой же, как мы! Что цимберлане принудили тебя учиться в академии! Что подставили!

— Вообще-то это правда.

— Было бы правдой, то сбежал бы при первой возможности.

— И упустил бы шанс разобраться с Серой Зоной.

— Что значит «бы»? — Орлен демонстративно скрестил руки на груди.

— А то и значит.

Орлен напрягся. Взгляд его покосился на стражей, которые тоже внимательно вслушивались в нашу беседу.

— Ты смог расшифровать записи? — изумленно пролепетал Орлен.

— Смог и даже глянул одну.

— И-и? — Глаза раварца выпучились. Лицо выражало одно чувство — нетерпение.

— Ты был прав насчет того, кто построил Галактикум, — сказал я. — Это работа твоего народа, твоих предков. И создали они его, чтобы обучать армию для противостояния с цимберланами.

— Прям так?

— Да. Это случилось более трех сотен лет назад по цимберланскому исчислению. Я видел торжественное выступление адмирала Форка Чависа перед первыми кадетами академии — все они были раварцы.

Казалось, что Орлен боится дышать, чтобы не упустить хоть слово.

— На записи он сказал, что Равару грозит война с… как он выразился, недоразвитыми черепахами.

— Обалдеть!

— Если предать это огласке, то статус цимберлан как творцов великих технологий даст сильного крена, со всеми вытекающими.

— Все поймут, что реально технологии созданы моими земляками! — не скрывая восторга, провозгласил Орлен.

— И ксайдорусцами, — добавил я. — Они, кстати, первыми пали от цимберланской интервенции.

— Тогда нас, раварцев, признают! Все поймут, что я был прав! Все изменится!

— Поговори с капитаном Данэсом! Я не смог убедить его, но тебе ведь он поверит!

— Что?

— Он должен освободить нас. В итоге вы получите этот файл. — Я не стал рассказывать Орлену о конфузе с ПОМом. Да и не это ведь важно. Главное, чтобы цефеи поняли — мы вовсе не воевать с ними пришли. Кто знает, быть может, с падением цимберлан война окончится.

— Убедить его поверить? Отпустить? — В нотках Орлена возникли ехидство.

— Именно так!

— И упустить шанс получить Астеру?

— Да при чем тут это? Разве ты не…

— Это очень даже при чем! Если сделаю, как ты просишь, то ты и вовсе станешь героем галактического масштаба.

— Но если нет, то…

— То ты сдохнешь! А стало быть, никогда не будешь вместе с моей Астерой!

* * *

Ночь я провел плохо: не спал, много ходил по крохотной камере туда-сюда. От ужина отказался. Много думал.

И мысли мои были грустны.

Под утро, как это водится, уснул-таки. А когда караульные разбудили, поднялся кое-как. Вот уж правда не помешала бы небольшая порция инджизы, дабы взбодриться.

Впрочем, меня вели на казнь. Так к чему бодрость? Как раз спать желал вусмерть.

Я вновь был в наручниках, и в этот раз даже ноги мои облачили в кандалы. Мой шаг едва достигал трети метра. И вели меня не двое солдат, а аж шестеро. Видно, капитан решил перестраховаться.

Но уставший, жутко сонный и удрученный подлостью Орлена, я впервые в жизни утратил волю к сопротивлению. А ведь на кону стояла моя жизнь!

В этот раз шли долго. Я оказался на широкой площади, размером с футбольное поле. Можно было подивиться тому, как хорошо строили цефеи эти подземные сооружения. По сути своей — города.

С одной стороны площади выстроились две шеренги солдат. По другим сторонам они тоже были, но не в таких масштабах. В центре стоял известный мне цефей — капитан Данэс.

К нему-то меня и подвели.

— На колени его! — с ходу приказал он.

— Дружище! Нет! Не вздумай! Скажи им! — замелькал перед глазами Бургер.

Но даже мой ПОМ не в силах был вывести меня из уныния. Солдаты надавили на мои плечи, а я покорно рухнул.

Я решил, что формальности соблюдены и меня вот-вот грохнут. Стал думать об Астере. О ком ещё грезить, когда знаешь — всё кончено.

Но Данэс не спешил командовать экзекуцией, и стало ясно почему.

Следом привели Талану. Сердце моё сжалось, но даже это не помогло пробудить волю к борьбе. Мысленно я уже признал поражение. Жизнь случилась недолгой, но, спасибо, что насыщенной.

Вслед за цефейкой приволокли Нафтина. На раварце места живого не находилось. Он явно сопротивлялся. Да как! Его кандалы буквально парализовали, не давая ему даже шанса.

Последним привели Трэши Дро. Тот тоже не сдавался — ныл, визжал, орал, грозился папой. И его-то я считал своим врагом? Тьфу он, а не враг! Вся его сила строилась на достигшем положения отце.

— Ну что ж. Все в сборе, — ухмыльнулся Данэс. — Так что не будем медлить, зачитаем обвинение и приговор.

Возникла тишина. Капитан начал свою речь:

— Я капитан гвардии Данэс Роккир, уполномоченный генералом Корди Норфом чинить суд над врагами, обвиняю этих четверых в умышленных и незаконных действиях.

Никто не смел перебить его.

— Итак, Александр Котов. Лжец, пытавшийся выдать себя за союзника, пособник полковника Нафтина Гаржета, кадет цимберланской космической академии. Не военный, а стало быть… Смертная казнь.

Я и не ждал другого решения.

— Нафтин Гаржет, вышеупомянутый полковник, военный, по нашим сведениям — действующий, спец по связи и шифрованию. Заключить пожизненно под стражу с целью извлечения важных военных сведений. Уведите его!

Солдаты, которые приволокли Нафтина, увели его тем же путем.

Меня такая несправедливость сначала удивила. Но потом я понял. Нафтин им полезен. Я — нет. Так какого черта содержать меня?

— Трэши Дро, также кадет космической академии, — продолжал Данэс. — Под стражу до прибытия генерала Норфа. Уведите его.

Жалкое подобие улыбки озарило лицо Трэши, когда и его потащили прочь с плаца.

— И наконец, предательница, Талана Цира. Смертная казнь.

Вот так да! Даже поганца Трэши пощадили, а её на эшафот?!

И этого хватило, чтобы убить проклятую хандру. Сердце налилось кровью от жалости к несчастной цефейке. Свои же сородичи собирались убить её и двух неродившихся детишек!

Я вскочил. Гвардейцы возле меня, усыпленные моим безволием, не смогли удержать. Не мешкая, я тут же раскидал их локтями и заорал во все горло на Данэса:

— Ты псих конченный! Ладно меня убить хочешь! Но она! Она же цефей! Она беременна, кретин ты безмозглый!

Я ринулся было к нему, но тут же упал из-за короткой цепи на ногах. Опомнившись, конвоиры вцепились в меня со всех сторон. Прижали к полу.

— Довольно разговоров! — В руках Данэса появился бластер.

Он решительно направил дуло в лоб Таланы.

Глава 16

Указательный палец капитана Данэса уже готов был вдавить по гашетке бластера. Я рвался остановить это безумие, но тщетно — стражи держали крепко и жали к полу. К тому же оковы мои никто не отменял.

— Я вас умоляю! — взревела Талана. — Мои дети! Дайте им хотя бы появиться на свет!

— Я всё расскажу! — заорал и я. — Тот файл, капитан! Я могу показать вам! Только отпустите её!

Должно быть, мои слова подействовали. Гвардейцы чуть приподняли мою голову, и вместо пола я мог видеть хмурого Данэса.

— К чему это, Александр! Ты лишь пытаешься отсрочить неизбежное. Она предала нас. Наказание за это прописано в уставе.

— Она не предала! Она спасала своих детей!

— Неважно. Нет ведь у тебя никаких файлов, так? А если есть, то покажи немедля.

— Я не могу показать немедля, но клянусь…

— Всё ясно. — Данэс не стал дослушивать меня.

Рука с бластером вновь качнулась, но теперь не в сторону цефейки. Дуло смотрело на меня.

— Раз тебе невыносима мысль о её участи, то попросту уйдешь первым, повстанец.

— И погубите столько усилий! Мы так близки, чтобы вывести цимберлан на чистую воду!

— Ничего! У тебя! Нет! — процедил капитан.

— ЕСТЬ! — донесся крик со стороны. Понятное дело, кричал не я.

Все тут же начали озираться в сторону кричавшего. Мне тоже удалось слегка повернуть голову и скосить глаза. Но я и по голосу понял, что кричавшим был Орлен.

— У него есть то, о чем он говорит.

— Орлен Даркаш, — хмуро проговорил Данэс. — Я правильно понял — ты заверяешь нас, что он не лжет?

— Скорее всего, он говорит правду, — кивнул раварец. — Он ведь с Галактикума.

— Это мы знаем, но откуда бы у него такие данные? Или теперь в Серую зону пускают кого ни попадя? Почему же ТЫ не справился с этим заданием? У тебя было всё, чтобы дешифровать и вытащить нужные файлы.

— Я тысячу раз объяснял вам — проклятые респы перешифровали все сервера.

— Почему его это не остановило?

Все замолчали, уставившись на меня. Больше всего смущал взгляд Таланы. Она словно молилась. Я и сам понимал — это наш реальный шанс.

— Просто расскажи им всё! — появился и Бургер.

«Они не должны знать. Цефеи слишком плохо относятся к ИИ», — мысленно возразил я.

— Тогда соври. Скажи, что нужный файл есть на борту корабля и только ты можешь извлечь его.

Идея Бургера показалась здравой.

— Я не могу сказать, как именно получил эту запись, — начал я, все еще оставаясь прижатым к полу. — Но я могу показать вам её. Она на борту «Суровой справедливости».

— Мы изучили бортовой компьютер катера, — пожал плечами Данэс. — Ничего такого там не обнаружено.

— И не обнаружите.

— Так скажи, как это сделать? Как извлечь нужную запись?

— Я не выдаю своих секретов.

С этими словами я наконец сподобился вывернуться из рук гвардейцев и поднялся. Те вновь ухватились за меня, но ронять не стали.

— Ты откроешь нам ВСЕ свои секреты или сдохнешь, — спокойным тоном возразил Данэс. Он повертел своим бластером, намекая, что казнь отнюдь не отменена.

Вновь на глаза попался взгляд Таланы. Она продолжала безмолвно молить меня спасти её и двух детенышей в её животе.

Но я не мог просто так выдать, что Бургер выжил после выстрела из анти-ИИ ружья.

— Давай, — кивнул я и выпятил грудь. — Стреляй! Я готов к смерти!

Лицо Данэса исказилось злобой. Он прицелился.

— Ты выбрал свою судьбу, парень.

— А вы выбрали свою!

— Что? Что ты имеешь в виду? — Бластер чуть опустился.

— Не знаю, чем кончится война, капитан. Но именно из-за вашего упрямства она продолжится. Будет долгой, жестокой и принесет много горя обеим сторонам.

От таких пафосных слов Данэс сначала побледнел, затем покраснел и наконец… рассмеялся. Бластер в мгновение ока оказался в кобуре.

— А ты мне нравишься, повстанец, — продолжая хохотать, проговорил он. — Смышленый и смелый. Что ж, пусть твой секрет останется с тобой. Захочешь — расскажешь по своей воле.

— Значит, мы договорились?

Данэс повернулся к гвардейцам, державшим Талану:

— Отведите её обратно в камеру и обеспечьте уход.

— Разве нельзя?.. — начал было я.

— Это максимум, на который я соглашусь. Остальное пусть решает генерал Норф.

Талану увели, и, насколько я мог судить, в глазах её царила надежда. На прощание она одарила меня взглядом, полным благодарности.

— Итак, твои друзья живы-здоровы, хоть и останутся пленниками. Пока что…

— Это уже неплохо, — согласился я.

— А мы с тобой прогуляемся до «Суровой справедливости», так?

— Так.

Глава 17

Мне пришлось скорчить умный вид, будто что-то делаю за бортовым компьютером «Суровой справедливости». Периодически бросал взгляд на Данэса и двух бойцов позади него. Капитан наблюдал за мной, не скрывая скепсиса.

— Получилось, — сообщил я наконец. На самом деле Бургер загрузил файл, едва мы поднялись на борт.

Данэс недоверчиво уставился в экран. К сожалению, у него не было ИИ-ПОМ, а оборудование «Справедливости» не позволяло запустить виртуальную реальность. Так что капитану пришлось довольствоваться картинкой на экранах.

Хорошо хоть можно было управлять зумом и ракурсом.

Данэс именно этим и занимался, вновь и вновь пересматривая пламенную речь адмирала Форка Чависа. Он изучил его, оглядел восторженные и горделивые физиономии первых кадетов и вообще обстановку на плацу Галактикума.

— Впечатляет, — задумчиво проговорил он, запустив файл в десятый раз.

— Это поставит крест на легенде цимберлан о якобы их технологиях, — кивнул я.

— Вот только остановит ли это войну?

— А как же? Покоренные расы взбунтуются. Республика распадется на осколки. Попросту не станет нужды воевать.

Стало грустно от собственных слов. Безусловно, цимберлане — подлые обманщики и интервенты. Они использовали свой дар в корыстных целях, как мягкую силу, чтобы подчинить более развитые цивилизации.

Но Галактическая Республика сама по себе — не есть зло или вред. Что плохого в том, что космические державы объединились и живут по единым законам? Нужно лишь восстановить справедливость. Прекратить выкачку ресурсов и уничтожение людей на подчиненных планетах.

— Не знаю, повстанец. — Дэнэс пожал плечами. — В любом случае я не могу решать такие вещи.

— И что? В итоге казнь?

Лицо цефея стало растерянным. Согласно их протоколу, он должен расстрелять меня и Талану. Но увиденное доказывало — мои сведения полезны и могут использоваться против их врага.

— Нет. Думаю, нет. Но этот день и ночь ты проведешь в своей камере.

— А Талана?

— Она тоже. Пока что казнь откладывается.

— И… Надолго?

— Как минимум до завтра. Ведь завтра возвращается генерал Норф. Он и только он будет решать твою судьбу, повстанец.

* * *

Я понимал: рано пить боржоми. Но всё же в сердце затеплилась надежда. Главное, чтобы этот генерал Норф не оказался гнидой, которой плевать на всё.

Недавнее уныние кануло в небытие. Стало смешно, что я готов был принять смерть. Зачем? Как бы скверно ни обернулись дела, надо бороться и за свою жизнь, и за то, что считаешь правильным.

Наконец время пришло, и перед моей клеткой явились четверо конвоиров. Мне предстояла встреча, от которой, без всяких преувеличений, зависело всё.

Кабинет генерала располагался неподалеку от кабинета Данэса и был таким же небольшим и с такой же спартанской обстановкой: стол, шкаф, сейф и пара стульев — ничего лишнего.

Сам генерал оказался весьма высоким цефеем с ирокезом на голове. Пронзительные, умные и отнюдь не добрые глаза сверлили меня, изучали.

Он кивнул конвоирам, и те усадили меня на стул. Ещё какое-то время он пытался прожечь меня взглядом и лишь потом заговорил:

— Я генерал Корди Норф, этот участок фронта вверен мне. Ваша разведка наверняка осведомлена об этом.

— Возможно, — пожал я плечами. — Мне они не докладывают.

— Зависит от того, в каком ты звании.

— Ни в каком. Я вообще-то кадет, причем бывший, и… Разве капитан Данэс не рассказал вам всё, что выяснил?

Он скривил свои тонкие губы в едва заметной усмешке.

— Ты мог провести капитана. Он не так уж искушен в беседах с военнопленными.

Генерал не спешил переходить к расспросам о полученном из Серой зоны файле. Зато сыпал другие, которые ставили в тупик: «Какой позывной?», «Кто в подчинении?», «Где командир?», «Почему ненавижу цефеев?», «Зачем решил стать солдатом?».

Поскольку все они были абсурдными и провокационными, хотелось послать его куда подальше. Но все же я терпеливо разъяснял: «Позывного нет, ведь я не военный», «К цефеям отношусь нормально, без вражды» и так далее.

Стало ясно, что он пытался подловить меня на чем-то.

— Допустим, всё это правда, — тоном, что вовсе не верит мне, проговорил генерал. — Тогда почему ты здесь?

— Я же объяснял капитану, нам нужно вытащить из вашего плена учителя по пилотированию, Кри-со-бэя Тарго.

— Зачем?

Вот это был хороший вопрос. Ответить хотелось так: «Потому что другой мой учитель — упрямый болван!».

— Он друг Нафтина Гаржета.

— Иии?

— И он нужен для нашего плана против цимберлан, — соврал я.

— В чем план и почему в нем так важен этот пленный?

— Эм-м… Мы хотим взять за жабры триумвират Республики. Заставить их признаться во всём. А профессор Тарго… Он… Ну, он ведь очень крутой пилот… Он и отвезёт нас в столицу.

Я понимал, что идея Лорикса звучит абсурдно, а моя ложь насчет Кри-со-бэя — вообще детский лепет. Но что ещё я мог сказать?

— Очень правдоподобно, — не скрывая сарказма, проговорил Корди Норф.

— Блин! Это правда! Верьте мне!

— Теперь ещё правдоподобней.

Я не знал, как же пробить его, как достучаться до сердца, чтобы понял: мы реально на их стороне.

— Прошу вас, генерал. Поговорите с капитаном Данэсом. Пусть покажет файл с…

— Я с ним уже пообщался, — перебил он. — А парад этот раварский раз сто пересмотрел со всех сторон. Теперь наизусть помню.

— Но тогда…

— Я говорю! А ты, пленник, слушаешь! — Голос генерала стал раздраженным. — Думаешь, стал бы я вообще с тобой тут беседовать, расспрашивать как почетного друга?

Я опустил глаза на запястья, на которых блестели наручники. Тоже мне — почтенный друг называется.

— Если бы не тот файл, то я попросту приказал бы казнить тебя. Да и допрос, который учинил Данэс — пустая формальность. Твоя участь была ясна с момента, как ты попался. Ведь ты для нас — бесполезный, безмозглый кусок мяса и костей… был…

Он говорил столь высокомерно, что я счел за благо молчать и слушать. Генерала же было не остановить:

А теперь я беседую с тобой. И из-за твоих истерик, да-да, Данэс мне поведал о них. Так вот, теперь и предательница цефейского рода избежала заслуженной кары. Временно, я надеюсь. Впрочем, всё зависит от того, насколько реально ты окажешься полезен. Так что лучше говори правду.

Я облизнул пересохшие губы, прежде чем выполнить его указания:

— В целом я сказал правду, генерал Норф. Мы правда планируем наведаться в самое сердце Республики и учинить суд над триумвиратом.

Генерал недоверчиво покачал головой, но перебивать не стал.

— А здесь мы и правда за профессором Тарго. Он друг Нафтина. И я друг Нафтина. Так уж вышло, что обещал помочь. Мы надеялись выменять Талану на нашего, эм-м, товарища.

Брови на цефейском лице приподнялись, но он снова промолчал.

— Хотя если бы я знал, что вы захотите казнить её, то…

— К делу, Котов.

— Другие наши друзья сейчас на моей родной планете. Их цель — изгнать с неё цимберлан и не допустить загнивания.

— Ну-ну…

— Как закончат, выйдут с нами на связь.

— Каким это образом? — нахмурился генерал Корди.

— Точно не знаю. Либо через катер «Суровая справедливость», либо… — Я успел клацнуть зубами по языку, чтобы не сболтнуть лишнего. — В общем, через катер.

— Катер на поверхности, и связаться с ним непростая задачка, — усомнился Корди.

— Профессору Лориксу она точно по плечу, — заверил я.

— Хорошо, а что потом?

— Потом, вероятно, мы используем этот файл, чтобы подорвать доверие к цимберланам.

— Хм-м… Идея хорошая, Котов. Но одного только этого файла будет мало. Мерзкие черепашьи отродья наверняка найдут какое-нибудь убедительное оправдание.

Я задумался. Пожалуй, он прав. Нужно больше материала, чтобы лишить цимберлан шансов на отговорки.

— Тогда нам придется проникнуть на Галактикум вновь и добыть больше данных. Уверен, на серверах Серой зоны ещё есть чем поживиться.

— Вот это уже похоже на план, — кивнул Корди.

— Стало быть, отпустите нас?

— Стало быть, нет. — Цефейское лицо расплылось в насмешке.

Я промолчал, силясь сжать губы как можно плотнее, дабы удержаться от претензий и оскорблений. Я ведь уже решил, что всё получилось, и генерал, хоть и злого вида, но понимающий, а главное, преданный своему делу.

— И ты остаёшься нашим пленником, — не унимался Корди. — Как минимум до момента, когда выйдет на связь этот твой Лорикс.

Я обнадежился вновь:

— И тогда вы выпустите меня из камеры?

— Мы выпустим тебя уже сейчас.

— Но вы сказали…

— Да, Котов, ты останешься нашим пленником. За тобой будут смотреть во все глаза. Так что не надейся, что сможешь шастать по всей базе. Зона твоей свободы остается ограниченной.

— Значит, вы верите мне?

— Пока что, Котов. Только пока что.

Глава 18

Обещанная генералом свобода досталась только мне. И да — она была весьма ограниченной. Я даже не имел права говорить со своими друзьями, оставшимися в темнице. За мной постоянно наблюдали солдаты, буквально следовали по пятам. И мне строго-настрого запрещалось выходить за пределы четырех коридоров, образующих квадрат.

Зато я получил комнату с кроватью и тумбочкой, посещал столовую и, что особенно порадовало, спортзал.

Шли дни. Ни генерал Корди, ни капитан Данэс особо мной не интересовались. Лишь изредка они спрашивали, когда же Лорикс выйдет на связь. Но ни на «Суровую справедливость», ни Бургеру сообщений не приходило.

Примерно через две недели я всерьез забеспокоился. Но что я мог поделать? Разве что ходил по коридору, нарезая круг за кругом. Но когда уж и это не помогало, то потопал в спортзал.

Качалка цефеев не шла ни в какое сравнение с тем, что было на Галактикуме. Тут не было таких продвинутых тренажеров. Всё больше походило на привычные земные, доцимберланские.

Несколько цефеев усердно тренировались. Не обращая на них внимания, я тоже схватился за одну из установок, чтобы нагрузить грудные клетки и трицепсы.

Вдох — выдох и жим. Вдох — выдох и жим. Вдох — выдох и жим. Что ни говори, а физкультура отлично успокаивает нервы.

— Недурно, — послышался знакомый недружелюбный голос.

Я оставил тренажер и повернулся. Орлен, оголенный по пояс и покрытый обильными струйками пота, глядел на меня, не скрывая вражды.

— Ты? — Я хотел уже брякнуть, чтобы тот отвалил, но вспомнил, что он по сути спас нас, хоть и в самый последний момент. — Эм-м… Спасибо, что замолвил словечко, Орлен.

Слова благодарности дались с трудом.

Он не спешил ответить. Долго мерил меня презрительным взглядом.

— И почему ты ещё здесь?

— На этой базе? Так жду сигнала от друзей. Потом вместе с генералом Норфом будем решать, как провернуть новую вылазку в Серую зону.

— Что за чушь? Тебе туда вовек не проникнуть. Да и не в этом дело. Ты показал файл капитану Данэсу, тебя пощадили. Так почему ты всё ещё здесь? Сам ведь говорил, что твои друзья спасают Землю. А ты прохлаждаешься тут.

— Чего? А сам-то чем таким важным занят?

— Жду подходящую миссию.

— Ну вот и я жду, — развел я руками.

Странные вопросы задавал он. Меня интересовало другое. Не питая иллюзий на ответ, я спросил:

— А где Астера? Тоже здесь, на этой базе?

Губы Орлена скривились, а подбородок затрясся.

— И не надейся.

— Если нет, то где?

Он не стал отвечать, но и не отошел. Продолжил глазеть.

Я вернулся к тренажеру, так как беседа стала какой-то бессмысленной. Как понять, чего он вообще от меня хочет? И, очевидно, на мой вопрос он тоже не ответит. Ладно, мне давно следовало набраться наглости и спросить об Астере у генерала Корди.

Вдох — выдох и жим. Вдох — выдох и жим. Вдох — выдох и жим. Даже злость на Орлена начала улетучиваться. Главное — сфокусироваться на упражнении. Как говорится: в здоровом теле — здоровый дух.

— Тебе тут не место. Улетай. — донесся скрежет Орлена. — Я узнавал, если ты попросишь — отпустят.

Вдох — выдох и жим. Вдох — выдох и жим. Буду я ещё слушать его указания. Сам решу: место мне тут или нет.

— Ты понял меня?

Вдох — выдох и жим.

Наконец он ушел, и тренировка продолжилась в спокойной обстановке. Под конец, наравне с физической усталостью, ощущал душевный подъем. Так что в свою комнатку возвращался в прекраснейшем настроении.

— Надеюсь, не встречу больше эту наглую красную рожу, — пробормотал я вслух, когда заворачивал в свой коридор.

И тут же наткнулся на человека с красноватым лицом.

Лицо смотрело на меня в упор.

Я смотрел на лицо. Тоже в упор.

Мы тупили так около минуты, пока наконец Астера не оказалась в моих объятьях.

Глава 19

Много что надо было обсудить, но тем вечером мы не обсуждали почти ничего.

Такой страсти я никогда не ощущал. Накинулся на Астеру. Заключил в объятия. А как только оказались в моей каморке, то сразу увлек её в кровать. Она не возражала. Сама охотно отвечала на мои ласки. И очень скоро мы избавились от одежды.

Как же я изголодался по женской ласке, нежной коже, приятным на ощупь формам. Я изучил каждый миллиметр её тела, но ладонь не прекращала гладить бедра, грудь и спину Астеры. Губы липли к губам. Боже! Это были самые сладкие губы на свете!

Ещё приятнее её ласки. Она не смущалась, не строила из себя недотрогу, лаская меня там, где я постеснялся бы попросить.

Да, я был голоден до секса. Но как же я был рад, что дотерпел до этой встречи! Тренировка забрала много сил, но я нашел в себе новые резервы. И каждый этот джоуль потратил на сладострастную раварку.

В итоге я умер. В переносном смысле, конечно. Просто вырубился, хоть и хотелось после всего, что мы вытворяли в кровати, просто поговорить, узнать о ней всё. Рассказать всё о себе.

Утром проснулся первым.

Не вставал, смотрел на Астеру. Не мог поверить, что мы нашли друг друга, не мог поверить в то, что случилось. Почему-то стало страшно, что это лишь приятный длинный сон.

Но нет. Я не спал и понимал это.

Как это часто бывает после секса, хочется его вновь. А уж утром тем более. Хотелось разбудить Астеру, но, видя, как сладко она спит, не посмел. Зато родилась другая идея: что если пробуждение встретит её чашечкой дааши?

Вот это будет сюрприз!

Вспомнился разговор солдат, отвозивших нас на базу. Этот с приятной горечью напиток водился и у цефеев. Так что я бесшумно выбрался из постели, быстро оделся и направился к кабинету Данэса.

Я надеялся, что тот в своем кабинете, а не на задании. То, что капитан давно не спит, сомнений не имелось. Цефейские воины очень дисциплинированы. Когда до двери оставалась пара шагов, она открылась сама, выпуская кого-то наружу, в коридор.

— Вы точно не знаете, где она, капитан? — проголосил выходящий.

Им оказался Орлен Даркаш.

— Уймись! Я что, должен следить за всеми? У меня своих подчиненных полно и дел по горло! — раздался крик Данэса из глубины кабинета.

На Орлене лица не было, когда он разворачивался. Отрешенный, потерянный, абсолютно несчастный. Блуждающий взгляд сумел-таки сфокусироваться на мне.

Физиономия раварца преобразилась мгновенно: веки сузились, губы скривились.

— Ты! — зарычал он.

— Я! — весело согласился я. Настроение было настолько превосходным, что я не мог не улыбнуться ему самой приятной своей улыбкой.

— Это всё ты!

— Ты хотел сказать «весь»? — попытался я пошутить.

Но раварец юмора не оценил. Приблизился почти вплотную и впился в меня взглядом.

— Где Астера?

— Хм-м… Вчера я спрашивал тебя об этом. Сегодня ты у меня. Это типа такая игра, да? — Остроумие так и лилось из моего рта.

Орлен стал таким несчастным, словно его предал лучший друг, и он был бессилен что-то поделать с этим.

— Ты нашел её. — Это была констатация, а не вопрос, так что отвечать нужды не было. — Где она сейчас?! Что ты сделал с ней?!

— Какое твое дело, Орлен? Она взрослая девушка, и она выбрала меня.

Его красная кожа стала розоватой.

— Она в твоей комнате?

— Успокойся уже!

Я понял, что раварец на взводе и может наделать глупостей, втянуть в них меня. А мне сейчас этого совсем не нужно. Дела налаживались: с цефеями почти подружился, с Астерой встретился. Не хватало лишь получить весточку от Лорикса.

— ОТВЕЧАЙ! — взревел он не своим голосом. — ОНА У ТЕБЯ?

— Нет.

Мои слова уняли его демонический гнев, но лишь слегка.

— Докажи. Покажи свою комнату.

— Отвянь уже. Не хватало мне тебя в гостях.

— Сам посмотрю!

Он уверенными шагами двинул мимо меня. Очевидно, собирался добраться до моей комнаты. А ведь замков на двери отнюдь не имелось.

— Сказал же, уймись.

Я ухватился за его плечо, но тот увернулся и побежал.

Я замешкался на секунду и рванул следом. Ускорился в попытке догнать, но куда там. Уж в чём-чём, а в лёгкой атлетике он меня превосходил.

— Не смей! — заорал я, когда на подходе к своей обители увидел, как тот распахивает дверь.

Он не вошел внутрь. Просто глазел, замер, побледнел так, что кожа лишь слегка отдавала румянцем.

Я встал метрах в двух. Сейчас приближаться к нему слишком опасно. Глупец явно обезумел от увиденного.

— Нет, — простонал он. — Как же так?

Из комнаты меж тем послышалась возня. Должно быть, шум разбудил Астеру.

— Что такое? — послышался её нежный голос. — Эм-м… Орлен? Ты что тут делаешь?

Он продолжал смотреть на неё безумным взглядом.

— Эй! Я к тебе обращаюсь, Орлен. Что-то случилось?

— Случилось? — повторил он, будто начал приходить в себя.

— Да, ты чего такой странный? — обеспокоенно спросила она.

— Конечно, случилось! — Из растерянного лицо вновь обрело злые черты. Краска вернулась, а кулаки сжались. — Ты предала наш род, вот что случилось.

Очевидно, его состояние перешло на следующий уровень безумия. Он вот-вот готов был наброситься на Астеру. Безучастно смотреть на такое я не мог. Отбросив сомнения, метнулся на раварца. Хотел сбить с ног.

Как назло, именно в этот момент он шагнул вперед. Я пролетел мимо. Резко затормозил. Развернулся. Вбежал в комнату.

Астера была уже на ногах. Орлен, не обращая внимания ни на кого, смотрел на неё в упор.

— Вон отсюда, — прорычал я, положив руку на его плечо.

— Сам иди.

— Пойдем вместе. Поговорим как мужчина с мужчиной.

— Что? — Он наконец соблаговолил повернуться.

— Ты же не хочешь устраивать разборки перед ней, — усмехнулся я.

— Какие ещё разборки? — возмутилась Астера.

— Ты! Ты увел её у меня! — зарычал Орлен. Очевидно, ни мое предложение, ни возмущение Астеры он не услышал. — Ты забрал мою невесту!

— С каких пор она твоя невеста? — фыркнул я.

Я старался корчить невозмутимость. Якобы спокоен и расслаблен. Но на самом деле напрягся как никогда. Я не мог ударить первым при своей девушке (Господи! Я ведь теперь точно мог так сказать). Стало быть, должен ждать, когда ударит он.

— Она была ею с самого начала, как только мы встретились с ней, — проскрежетал Орлен.

— О чем ты? Мы ведь познакомились, когда я была пленницей цефеев.

— Ты была пленницей? — удивился я.

— Неважно, — отмахнулся Орлен. — Это долгая история.

— Это важно, — возразила Астера. — Цефейский корабль атаковал во время моей практической миссии, когда я училась на первом курсе.

— Что? — услышал я своё изумление. — И тебя пленили цефеи? Причем именно на практике?

— Да. Ана борту атакующих находился Орлен. Он к тому времени давно уже был на их стороне.

— Дай-ка угадаю. Он рассказал тебе, что ты сражаешься не на той стороне, и подговорил устроить диверсию на Галактикуме?

— Именно так. А потом, когда я провалилась и меня схватили, я встретила тебя.

— И что с того?! — оживился Орлен. — Что хорошего он сделал тебе? Может, бросился на твоих конвоиров, чтобы освободить?

— Эй! Я тогда вообще ничего не понимал, — возмутился я. — Меня только-только дернули с Земли.

— Я помню это, — голос Астеры стал нежным. — Я сначала разозлилась, думая, что ты доброволец.

— И что с того? — не унимался Орлен. — Ну не доброволец он, и пусть в итоге оказался на нашей стороне. Но ведь не он вытащил тебя из Аджырских шахт! Я! Я сделал это!

— Орлен. — Астера сделала два шага, чтобы оказаться возле раврца, затем обняла его. — Я так благодарна тебе за это! Ты настоящий герой!

Моё сердце возмущенно запрыгало! Как же так? Мы только что провели самую чудесную ночь, и вот она уже прижимает к себе этого психа!

К счастью, она столь же скоро выпустила его из своих объятий.

— Ты правда такой молодец, Орлен. Но… Я не могу понять, зачем ты устроил эту сцену.

— Это я не могу понять, что ты делаешь в его постели. Я же много раз предлагал тебе свою. — Голос раварца отдавал обидой и горечью.

— Не знаю. — Она смотрела на него с жалостью. — Что-то случилось с моим сердцем. С той встречи я не могла не думать о Саше.

— Это называется химия, — пояснил я. — То же самое случилось и со мной.

— Заткнись, — бросил он через плечо. — Лучше бы ты никогда не появился на станции! Лучше бы ты никогда не встретился с ней!

— О как. Ну-ну…

Он резко развернулся.

— Послушай, Орлен, — начал было я, но едва задумался, какими словами образумить его, как ситуация окончательно вышла из-под контроля.

В мгновение Орлен подпрыгнул ко мне и с налету впечатал кулаком по лицу.

Я упал. Ощутил, как посыпались новые и новые удары, теперь уже ногами. И всё же я улыбался. Орлен ударил первым. Теперь мои руки развязаны.

Глава 20

Я мог сколько угодно ерничать, считать, что сильнее Орлена. Но все-таки слабаком он не был. Прежде чем удалось подняться, принял в корпус с дюжину приличных ударов. Гематомы обеспечены, причем надолго.

Но, как это часто бывает в драке, прилив адреналина приглушил боль. Так что встать смог. Встать и ответить. И вот тут я не сплоховал — уклонился от очередного выпада и врезал встречным ударом.

Раварца отбросило, хотя он и удержался на ногах.

Довольный собой, я облизнул окровавленные губы. Вот теперь мы наконец подеремся! Теперь этот наглец ответит за всё: за внезапную атаку в Серой зоне, за то, что сорвал побег вместе с Астерой, и, конечно же, за эту истерику.

— Прекратите! — раздался требовательный вопль Астеры.

Судя по виду, она была готова наброситься на нас обоих. Мне прекращать отнюдь не хотелось. Но ещё меньше я хотел портить с ней отношения. Так что я поднял открытые ладони и отступил на шаг.

— Уймись, Орлен, я прощаю тебя.

Но тот вовсе не собирался останавливаться. Вновь подскочил с намерением ударить.

— ОРЛЕН! — закричала Астера.

Его кулак полетел в меня. Я уклонился. Новый удар — снова уклоняюсь. Что ж. Спасибо тебе, Орлен. Ты главное не останавливайся.

Наконец бью сам. Костяшкам чуть больно, так как заряжаю по твердому подбородку раварца. Как же смачно попал. Словно в замедленной съемке наблюдаю, как его голову откидывает в сторону. Если бы не шея, то улетела бы прочь. Он падает, не в силах совладать с силой удара.

— САША! — Астера переключается на меня.

Я снова отхожу и всем видом показываю — вовсе не желаю драться, лишь защищаю себя и её.

— ПРОШУ ВАС! — умоляет она.

Но Орлену нет дела до её взываний. Разъяренный, он мчит на меня, словно бык на родео.

Встречаю его ударом ноги. Ботинок впечатывается точно в центр груди. Жаль, не попал в солнечное сплетение. Впрочем, убивать его нельзя.

— Уб…лю…док! — рычит он, одновременно ловя ртом воздух.

Мне нравится его настрой. Я занимаю боевую стойку, готовлюсь ответить на его новую глупость.

Но позади раздается строгий голос:

— Это что за беспорядки здесь?

Голос знакомый. Голос генерала Корди.

Я повернул голову, чтобы обнаружить, что тот в самом деле стоит за спиной. Лицо цефея выражало гнев. Я даже испугался, как бы он не решил снова запереть меня в камере. А ведь только-только личная жизнь началась!

— Котов! — взревел генерал негодующе, затем его взгляд метнулся к раварцу. — И Даркаш! Немедленно объясните, что происходит!

Не успел я открыть рот, как Орлен выскочил вперед и заголосил, показывая на меня пальцем:

— Генерал Норф! Этого человека нельзя оставлять в живых. Он шпион! Он предаст нас всех, как только выберется!

— Как? Как ты смеешь? Зачем? — донесся позади возмущенный голос Астеры.

Но Орлен даже не повернулся к ней.

— Если Котов предатель, то его надо расстрелять, — кивнул генерал, переводя взгляд между нами троими. — Надеюсь, есть доказательства.

— Это же очевидно, генерал. Он прибыл сюда с пособниками цимберлан.

— А разве не ты заступился за него во время казни?

— Я лишь хотел, чтобы он отдал нам те записи. Они ведь очень ценны.

— Та-а-ак…

— Генерал, — продолжил раварец, вдохновленный вниманием Корди. — Ясно ведь, что эту запись ему сунули специально, чтобы он мог втереться в доверие.

— Весьма правдоподобно. Продолжай.

— А что тут продолжать? Теперь он лишь ждет момента улизнуть и доложить обо всем своим дружкам цимберланам.

От такой наглой неприкрытой лжи я попросту потерял дар речи. Мог лишь смотреть то на Орлена, то на Корди, который принимал эту чушь всерьез.

Впрочем, чушь и правда могла показаться правдоподобной.

— Пожалуй, надо расстрелять его, — словно раздумывая, проговорил Корди.

— Абсолютно согласен, генерал Норф. И лучше это сделать немедленно.

— Так и поступим. Но… — Он словно замешкался. — Но на всякий случай надо бы расстрелять и тебя, Даркаш.

Возникла долгая пауза. Орлен словно пытался осознать сказанное Корди.

— Эм-м… Простите, генерал, мне послышалось, что вы сказали, что…

— Да! И тебя, и Скай следует поставить к стенке и пустить вам в затылки по пуле. Иначе получаются двойные стандарты.

— Не понимаю…

— Дело в том, что под столь голословные обвинения подвести можно всех, включая вас, двух раварцев, делающих вид, будто помогаете нам в борьбе со вселенскими паразитами.

— Но…

— Никаких «но». Сначала ты втерся к нам в доверие, заявив, что презираешь наших врагов и готов пойти на всё, чтобы разоблачить их. Потом подключил Астеру Скай. Но где результат?

— Так ведь…

— И пока вы отлучились на станцию «Галактикум» и на эхем… Аджырские шахты, то наверняка непременно докладывали обо всем, что узнали у нас. Это же очевидно, Даркаш. Вы со Скай работаете под прикрытием!

— ЧТО??? НЕТ!!!

— Тогда выкладывай правду!

Я готов был рассмеяться, еле держался. В основном ради Астеры, вид которой тоже стал весьма испуганным.

— Котов. Ты скажи, — потребовал Корди.

— Всё очень просто, генерал Норф. — Я развернулся, подошел к Астере и обнял её. Она охотно прижала голову к моей груди. — Ваш полезный идиот — редкостный ревнивец.

Корди понял не сразу. Сначала таращился на нас с Астерой, затем на скалящегося зубы и кидающего на меня зловещие взгляды Орлена.

В итоге он рассмеялся.

— Ну и ну. А я-то думал, что ты, Даркаш, в первую очередь предан делу.

— Астера послана мне судьбой, разве не ясно? — прорычал он.

— Можешь верить в судьбу сколько хочешь. Но я клянусь, если узнаю о подобном на моей базе, то всех участников ждет минимум карцер. А пока что вон отсюда.

Орлен, в очередной раз скорчив страдальческий вид, ушел прочь.

— А что касается тебя, Котов, то есть новости… Этот твой профессор Лорикс Дархо вышел на связь…

* * *

Мы находились на борту цефейского катера.

Почему-то я был уверен, что Лорикс отправит сообщение именно Бургеру. Но тот пошел по более простому пути: доставил его на борт «Суровой справедливости».

Сообщение мне не понравилось: «Саня. Миссия под угрозой провала. Кадеты арестованы. Меня разыскивает полиция, пока удалось спрятаться. Лорикс Дархо».

— Похоже, твои друзья потерпели фиаско, — с изрядной долей удовлетворения произнес Корди, как только показал мне послание Лорикса.

— Я должен отправиться к ним как можно скорее, — выпалил я.

— Вряд ли.

— Но вы же сами сказали, что как только Лорикс выйдет на связь, то…

— Он вышел на связь, но их плен — не то, что мы хотели, верно? — перебил меня Корди. — Нам нужна миссия на Галактикум, а не спасать твою родину.

— Но это послание — доказательство, что мои слова — правда. Моих друзей схватила Земная полиция. А она работает на цимберлан.

Мой довод не показался Корди достаточно веским:

— Всё это может быть частью ловушки. Мы всегда просчитываем подобные расклады.

— Но тогда мы в тупике, генерал Норф.

— Верно. И пока что выхода из него я не вижу.

— Выход есть. Просто доверьтесь мне.

— В целом я тебе доверяю. Но есть одна проблема — вселенское отродье, цимберлане. Ты даже не знаешь ведь, на что они способны.

— Вообще-то знаю, — пожал я плечами.

— Вряд ли. Они так рьяно скрывают свой секрет, что даже мы не особо распространяемся о нем. Пытались в одно время, но толку было немного. Никто не верил.

— Вы про их эм-м... ментальные суперспособности?

Цефейское лицо стало каменным.

— Так ты правда знаешь?

— Они способны выпытывать сведения и внушать их. И, как я понял, эти способности имеют градацию по уровням.

Корди хмуро кивнул.

— Всё так. Но как тебе это удалось выяснить? Вряд ли эта информация хранилась на серверах Галактикума.

— Внушение третьего уровня я испытал на собственной шкуре, генерал Норф.

— Что? Как?

— Это случилось незадолго до моего побега из академии.

— И… И почему ты не рассказал мне об этом?! — начал злиться Корди.

— Так вы же не спрашивали, — развел я руками.

— Ну хорошо. — Он явно пытался унять волнение. Получилось неплохо. — Стало быть, они провели внушение третьего уровня, а потом ты сбежал, верно?

— Именно так.

— Но ведь это и доказывает, что ты работаешь под прикрытием. Тебе внушили, что ты воспротивился цимберланскому режиму. А на самом деле…

— И вы туда же, генерал Норф? — осмелился я оборвать его. — Наслушались Орлена.

— Ты сам сказал, что внушение имело место быть. А мы отлично знаем, на что способны эти отродья черной дыры! Хотя на нас — цефеев — их воздействия работают иначе.

Такое заявление показалось интересным. Что имел в виду Корди под «иначе»? Но этот вопрос я решил отложить на потом.

— Генерал. Внушение было. Вот только есть нюанс. Не они, а я взял их под контроль.

— ЧТО?! ЧТО ЗА ДИЧАЙШАЯ ЧУШЬ?! — закричал он, теперь уж не скрывая бешенства. — ТЕПЕРЬ-ТО Я ВИЖУ, ЧТО ДАРКАШ НЕ ЛГАЛ, ОБВИНЯЯ ТЕБЯ!

— Я бы мог доказать, генерал Норф, — попытался я урезонить его. — Взять бы в плен цибмерланина, и я уверен, что смогу расколоть его.

Удивительно, но эти слова успокоили Корди, заставили замолкнуть примерно на минуту. Затем, скривив губы, он сказал:

— Что ж, Котов. Я устрою тебе такое испытание, ведь пленный цимберланин у нас есть…